КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 420609 томов
Объем библиотеки - 569 Гб.
Всего авторов - 200718
Пользователей - 95563

Впечатления

кирилл789 про Дэвис: Потерять Кайлера (Современные любовные романы)

хорошо, что заблокировано, просто отлично!
дочитал до первых трёх звёздочек, что там "мыслю" афторши от "мысли" отделяет: ну что, истеричка-героиня, сидящая на крутых седативных.
с очень-очень плохой наследственностью, раз её мамаша переспала с собственным родным братцем и, забеременев, не сделала аборт, а родила вот это - ггню с наследственными психическими заболеваниями.
автобиографичная вещь, видимо. раз такие подробности.
надеюсь читатели - умницы, и испражнения очередной со съехавшей крышей за откровения настоящей американской жизни, не примут.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
кирилл789 про Коняева: Все не как у людей (СИ) (Современные любовные романы)

прочитал одну первую и бесконечную главу. пишем о настоящем, прыжок - уже о прошлом. потом опять что-то в настоящем времени, прыжок - о прошлом! о настоящем, о прошлом, о настоящем, о прошлом. тётя-афтар, издеваемся, да?
на первой главе "шедевр" читать и закончил, нечитаемо.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
кирилл789 про Коняева: Уровень ненависти: Сосед (СИ) (Современные любовные романы)

ладно, перепутать геморрой с гайморитом - это точно "юмор" афторши, зажопинские - они все такие. они там, услышав "гольфстрим", ржут как подорванные. ну, что "гольф", что "вафля" - для таких всё едино.
но вот я читаю, как меньше чем за день соседки провернули поиск в соцсетях, где сосед не зарегистрирован, и нашли даже не его, его бывшую жену! а потом ещё и, прогулявшись около дома, увидели две новых машины и пробили (не бесплатно) их номера, установив какая соседу принадлежит. за полдня!
фантазм, точнее бред, что целый подъезд нового дома заселён одинокими голодными, но обеспеченными бабами - это бред и есть. афтарша иринья (хоспадя, что за имечко?!), обеспеченные бабы НИКОГДА голодными НЕ БЫВАЮТ! потому что у них есть деньги, есть интернет, и есть услуги. именно для таких нужд.
целый подъезд одиноких баб, без секса - это как раз уровень зажопинска. где мужики спились и умерли, а склочные, тупые кошёлки остались. в ряду таких же тупых одиноких склочниц из других подъездов.
потратить просто так полдня на сидение в соцсетях, чтобы узнать что-то о соседе? ты - обеспечена! на тебя уже должны работать люди, которые это сделают за зарплату, которую ты им платишь.самой тратить время?
дальше. своей службы у тебя, кошёлки, нет. но! никакое - "пробила по номеру машины за деньги" за полдня не бывает. ты связываешься с человеком, договариваешься, перечисляешь ему деньги, он берёт время, потому что: либо запрашивает "своих" мусоров, либо - копается в базе. это - ДВА-ТРИ ДНЯ, не меньше.
и потом, вот выйдя из подъезда, многие с ходу могут определить: какие из машин, стоящие вокруг дома, принадлежат именно соседям по подъезду? да даже если ты - дура и фиксировала, но - помнить на память???
лечиться надо, дэвушка коняева: то ли - ирина, то ли - иринья.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
кирилл789 про Коняева: Побег из Города Теней (СИ) (Фэнтези)

если ты владелица огромного состояния, несмотря на возраст, а точнее благодаря ему: ты идёшь с вечеринки из клуба в пять утра на общественный транспорт????????????????? ммать! коняева ирина или иринья (хрен поймёшь вас дур, как вы там перманентно имена меняете), ЧТО ЗА БРЕД???
какой общественный транспорт, какое - такси??? тебе УЖЕ 19 лет! ГДЕ ТВОЯ МАШИНА??? нет собственной? ГДЕ персональная с шофёром и рядом - пара машин с бодигардами???
ты это кому тут такие хреньки мочишь, афторша???
госспадя, как от вас устаёшь от дур, кто бы знал.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
кирилл789 про Лисавчук: В погоне за женихом (Юмористическая проза)

а я вот, прочитав первую и единственную главу сразу понял, что мешает елисею с внучкой бабок пожениться: слабоумие внучки.
а ничем другим желание выйти замуж за царевича этой внучкой с попыткой "спасения" внучкой царевича от дочки конюха на сеновале и не объяснишь. или ты понимаешь, зачем тебе замуж. или ты - идиотка, раз не знаешь, что делает конюхова дочка, сидя сверху на царевиче в сене: и кидаешься его "спасать".
и да, не юморно, глупо.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
кирилл789 про Лисавчук: Абдрагон - школа истинного страха. Урок первый: «Дорога к счастью ведьмы лежит через закоулки преисподней» (СИ) (Фэнтези)

в темноте сумеречной империи ходит тёмный принц ада, совершаются убийства и тайны, нежить и жертвы тёмных-тёмных магов не дают спокойно жить.
Но всему защитник он -
ректор школы Абдрагон!
Тёмный Дарел Авурон!
***
(убогая, имя "дарел" пишется через двойное "р" - Даррел! как вы надоели. дальше двух абзацев пролога не ушёл, и так всё понятно).

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
кирилл789 про Кай: Невеста императора (Фэнтези)

в тёмном-тёмном дворе стояло двое: мужик и баба. " Женщина представляла собой редкое сочетание красоты и острого ума, светившегося в изумрудных глазах."
что-то у неё там светилось в тёмном-тёмном дворе? ум, засветился и через глаза полез?
о, госсподи.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).

Мой друг Додик до гроба (fb2)

- Мой друг Додик до гроба 33 Кб (скачать fb2) - Александр Матлин

Настройки текста:



Александр МАТЛИН МОЙ ДРУГ ДОДИК ДО ГРОБА


С Додиком мы дружим с незапамятных времён. Когда-то я знал, с каких именно времён, но с возрастом эти знания притупляются. Теперь времена, которые раньше выражались в годах и месяцах, становятся просто незапамятными. Таковы причуды памяти: то, что было памятным, становится незапамятным. Но сейчас речь не об этом. А о том, какие мы с Додиком неразлучные друзья.

Так вот, дружим мы давно, но видимся редко. Додик живёт в Нью-Йорке, а я в Нью-Джерси. Додик работает в Нью-Джерси, а я работаю в Нью-Йорке. Оба работаем. У обоих есть семьи. В общем, мы занятые люди и общаться нам некогда. Иногда мы говорит по телефону. Иногда я приглашаю Додика с женой на обед. А Додик меня с женой никогда не приглашает. Может быть потому, что у моего дома в Нью-Джерси легче запарковать машину, чем у его дома в Нью-Йорке. А может, его жена просто не любит готовить. Не знаю. В общем, так сложилось, и я на Додика не в обиде. Какие могут быть счёты со старыми друзьями?

Вот я сказал, что Додик меня не приглашает в гости, и мне стало стыдно. Потому что на самом деле он приглашает, и довольно часто. Каждый раз, когда мы говорим по телефону, он задаёт один и тот же вопрос:

— Слушай, старик, почему вы никогда не заходите?

Я теряюсь. Я не знаю, как ответить на этот вопрос. А Додик стоит на своём:

— Вы же бываете в городе, правда?

— Ну, бываем, — признаюсь я. — В театр иногда ходим или, там, на концерт…

— Вот и заходите! — обрадовано кричит Додик.

— Ты знаешь… — говорю я, — То есть, конечно, спасибо. Но спектакли обычно кончаются поздно, надо домой…

— Жаль, — говорит Додик с плохо скрываемым облегчением.

Но я не могу допустить, чтобы он так легко выскользнул из своей собственной ловушки. Я говорю, как бы неохотно соглашаясь:

— Впрочем, мы можем приехать и без концерта. Скажи, когда.

— Ах, старик! — В голосе Додика звучит добродушие с лёгким отблеском обиды. — Ну, как тебе не стыдно! Приходите в любое время! Ты же знаешь — мы всегда рады вас видеть.

Я говорю:

— Дод, ну как это — в любое время? А вдруг вас дома не будет?

— А ты сначала позвони.

— Ну, вот я и звоню. Когда приходить?

— Старик! Я же тебе сказал: приходи, когда хочешь.

Он снова загнал меня в угол. Очень умный. Не зря мы с ним дружим. Но я не сдаюсь. Я делаю неожиданный ход:

— Я хочу сегодня. Мы будем у тебя через час, хорошо?

Додик смеётся и одновременно огорчается:

— Как раз сейчас мы уходим. Понимаешь, у приятеля собака заболела…

— Тогда завтра. Как насчёт завтра?

— Завтра, — задумчиво повторяет Додик. — Сейчас я проверю. Что у нас завтра? Ах, нет, завтра не получится. Завтра мы едем в Нью-Джерси покупать подарок собаке приятеля.

— Той, которая заболела?

— Нет, другой собаке. Кстати, раз уж мы будем в Нью-Джерси, можем зайти. Вы будете дома вечером?

— Будем. Конечно, приходите.

— Ладно, зайдём часов в пять — шесть. Только вы ничего не готовьте, не надо возиться. Так, посидим, выпьем. Ну, ещё чайку можно.

— Какой там чаёк! — говорю я. — Сделаем нормальный обед.

— Спасибо, старик, — говорит деликатный Додик. — Учти, что курицу мы не любим. Рыбу тоже не очень. А так — всё, что угодно. Стейк, например. Только не бараний, у меня от баранины изжога.

Вот скотина, думаю я про себя. Баранья нога стоит четыре доллара за фунт, а за хороший стейк надо платить двадцать. Но что поделаешь, дружба дороже. Я говорю:

— Конечно, Дод, о чём речь. Ждём вас.

На следующий день, в пять часов появляется Додик с женой Кларой, оба голодные и падающие с ног от усталости в поисках подарка собаке друга. Мы садимся за стол. Мы выпиваем, рассказываем новые анекдоты, делимся сплетнями про общих знакомых и бурными эмоциями по поводу текущей политики.

Додик говорит:

— Отличный стейк, старик. Как раз в меру зажарен.

— Спасибо, — говорю я, польщённый Додикиным комплиментом.

— Спасибо тут не при чём, — великодушно парирует Додик. — Правда — неплохой стейк. Вот придёте как-нибудь к нам, я тоже тебя стейком угощу. Тогда узнаешь, что такое настоящий стейк.

— Да, — неожиданно вступает Клара. — Почему вы никогда не приходите?

Мы с женой переглядываемся.

— Вот и я говорю, — охотно подхватывает Додик. — Никогда не приходят. Я их всё время зову, а они не приходят. Загордились, что ли?

— Ну что ты, Дод, — говорю я виновато. — Чем нам годиться? Пригласите, мы и придём.

Додик театрально, всем корпусом поворачивается к своей жене.

— Клар, ты такое видела? Им специальное приглашение требуется!

— Почему специальное? — слабо возражаю я. — Самое обычное приглашение: мол, в такой-то день, в такое-то время. И мы придём.

Додик склоняет голову и крутит ею, как человек, который отчаялся кому-то объяснить простую истину.

— Старик, — назидательно говорит он, — сколько лет мы с тобой знакомы? Много, правда? Можно сказать — с незапамятных времён. Разве мы чужие друг другу? Не чужие, правда? Мы с тобой друзья до гроба. А ты ещё какое-то приглашение требуешь. Приходите в любое время!

— Да, — подхватывает Клара. — В любое время!

— И никакого приглашения не надо! — кричит Додик.

— Никакого приглашения! — кричит Клара

Меня начинает утомлять это агрессивное гостеприимство. Я говорю:

— Ну хорошо, спасибо за приглаше… То есть, спасибо, что позвали. Мы придём без приглашения.

— Замечательно, — с облечением говорит Додик.

— Замечательно, — говорит Клара.

— Когда придёте? — говорит Додик.

— Послезавтра.

— В котором часу?

— В шесть двадцать пять, — говорю я.

Додик достаёт из кармана записную книжку, долго листает её и, наконец, говорит со вздохом:

— Послезавтра не получится. У Рабиновича день рождения.

— Подожди-ка. По-моему, Рабинович живёт в Израиле.

— Именно. Я должен ему позвонить.

— Когда у нас шесть часов, в Израиле уже ночь.

— Ты не знаешь Рабиновича, — говорит Додик. — Я звоню ему, когда у нас день, а разговаривать мы кончаем, когда у них утро.

— Ну хорошо, тогда мы придём в субботу.

— Клар, что у нас в субботу?

— День рождения у невестки моего брата, — говорит Клара.

— Хорошо, тогда в следующую субботу.

— Ну, чего пристал? — раздражённо говорит Додик. — Так далеко я не могу загадывать. Позвони ближе к делу.

Мне передаётся его раздражение с усиленной мощностью. Я говорю:

— Знаешь что, пошёл-ка ты на…

— Хулиган! — визжит Клара, не давая мне закончить простую фразу. — Додик, ты слышал, куда он тебя послал?

Додик покрывается красными пятнами и его начинает трясти.

— Скотина! — кричит он. — Негодяй! Я тебя вообще — в гробу видал! Понял? В белых тапочках!

Я тоже перехожу на фортиссимо.

— Сам ты скотина! — кричу я. — Только что говорил, что мы друзья до гроба, а теперь — в гробу видал! Разберись сначала со своими гробами!

— Нет, вы только посмотрите на него! — визжит Клара, явно имея в виду меня. — Как с Вовкиной Нинкой шуры-муры крутить, он тут, как тут! А как к друзьям в гости придти — так его нету!

Я в ужасе смотрю на свою жену, а она на меня. Она бледнеет. Она говорит сдавленно:

— Это правда?

— Она врёт! — кричу я, срываясь на фальцет. — Сама она блядь!

На это Клара не обижается. Она настолько нехороша собой, что моё скромное оскорбление ей даже льстит. Но Додик не может этого вынести.

— Сволочь! — орёт он. — Свинья неблагодарная!

— Кто свинья — я свинья?! — кричу я. — Сам жрёт мой стейк, и я же ещё и свинья! Ты знаешь, сколько я заплатил за этот стейк!

— Подавись ты своим стейком! — кричит Додик. — Клара отдай ему деньги за его вонючий стейк, и мы немедленно уходим!

Клара делает вид, что роется в сумочке.

— Всё! — кричит Додик. — Допиваем кофе и немедленно уходим!

— А торт? — говорит Клара, всхлипывая.

— Допиваем кофе, доедаем торт и немедленно уходим! — кричит Додик, не снижая уровня звука. Ноги нашей здесь больше не будет!

— Ну и валите! — кричу я, стараясь перекричать Додика. — Нужна мне ваша нога!

Через несколько минут мы с женой остаёмся одни, в тишине и беспорядке. Она начинает плакать. Она плачет до следующего дня с перерывами на завтрак и обед. К вечеру она говорит:

— Ты должен им позвонить.

Я вздыхаю и послушно иду к телефону. Я набираю знакомый номер и слышу знакомый голос.

— Привет, Дод! — говорю я. — Ты всё ещё на меня сердишься?

— Ну что ты, старик! — говорит Дод. — Ты извини, я сам немного того… погорячился. Кстати, в эту пятницу мы будем в Нью-Джерси. Вы будете дома а пятницу вечером?

— Конечно, — говорю я. — В котором часу вы зайдёте?


Оглавление

  • Александр МАТЛИН МОЙ ДРУГ ДОДИК ДО ГРОБА