КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 402876 томов
Объем библиотеки - 530 Гб.
Всего авторов - 171448
Пользователей - 91546
Загрузка...

Впечатления

kiyanyn про Вязовский: Я спас СССР! Том II (Альтернативная история)

Очередной бред из серии "как я был суперменом"...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Colourban про Александр: Следующая остановка – смерть (Альтернативная история)

А вот здесь всё без ошибки, исправлено вовремя.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Colourban про Александр: Счастье волков (Боевая фантастика)

RATIBOR, это я лопухнулся. Библиотека сама присваивает имя великого собирателя сказок всем современным сказкам для взрослых с авторством Афанасьева. То же и на Флибусте и на ЛибРуСеке. Обычно я проверяю и исправляю, в этот раз на CoolLib вовремя не исправил. Большое Вам спасибо!

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Любопытная про Олие: Целитель [СИ] (Юмористическая фантастика)

Чего ж здесь суперовского?? Это я на предыдущий отзыв..

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Serg55 про Вязовский: Я спас СССР! Дилогия (Альтернативная история)

пока не ясно, кто же и как будет спасать...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Serg55 про Вязовский: Властелин Огня (Фэнтези)

перечитал, думал произведение больше чем старое.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
RATIBOR про Александр: Счастье волков (Боевая фантастика)

С автором точно не ошиблись?

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
загрузка...

Потерянные (fb2)

- Потерянные (а.с. Метро 2033: фанфикшен) 585 Кб, 322с. (скачать fb2) - Автор неизвестен

Настройки текста:




Alpha23 Потеряные

Глава 1 Потеряные

20 год от Взрыва. Январь, 22 день.

«Преподаватели — это высшая власть в государстве. Преподаватели выбираются на 1 год. Стать Преподавателем — самое почетное в Экосистеме. Жителей в Экосистеме по последней переписи населения (20 год от взрыва, январь 1 день) осталось 82 человека. Из них 12 Преподавателей. 3 Техника. 2 Ботаника. 8 детей. Депрессия закончилась 13 лет назад, унеся жизни 239 человек. Охрана Хранилища всегда состоит из 3 вооруженных охранников, во избежание попыток захвата продовольствия. Продовольствия хватит еще на 3 года, если не добавлять в пищу другие продукты. В 12 году Ботаники открыли существование съедобной плесени в западном тоннеле. При испытаниях умерли 16 человек, но остальные смогли добавлять в пищу продукты переработки плесени. На плантациях сейчас 4 вида плесени разводят в количестве, достаточном для ежедневного потребления. Крыс съели давно, но иногда во время нашествий удается сделать запасы крысиного мяса. Правда, нашествий не было уже 3 года и 7 месяцев. Некоторые считают это признаком того, что где-то еще есть люди и они съели остальных крыс. Ботаники говорят, что этого не может быть, потому что крысы очень быстро размножаются и …».

Коготь сорвался, Рыся чиркнула по непрошеной шляпке неизвестно откуда взявшегося в старом бетоне гвоздя. Коротко вспыхнул сноп искр, и Рыся прижалась к шпале — может, никто не заметил? Она — то помнила, как таким же образом вызвала пожар возле столовой. Под искры попала старая промасленная тряпка. Ей тогда здорово влетело. И именно тогда она первый раз услышала в свою сторону «проклятый мутант». Кто такие мутанты она, конечно, знала, слышала про них рассказы на протяжении своей недолгой 12-тилетней жизни. Назвать кого-то мутантом — это самое большое оскорбление, потому что они уроды, опасны, могут сожрать все продовольствие и… Рыся подавила поднимающуюся обиду. Ну и ладно, не больно — то хотелось.

Родители Рыси — Летописцы. От них-то девочка и переняла маниакальную страсть к письму. Как только научилась писать, она попыталась острыми коготками нацарапать какие-то мудрые мысли на обшивке своей полки, за что ей и влетело, поскольку полка с дерматином есть не у каждой семьи. Потом она нацарапала письмена на металле вагона, но страшный визг когтей по металлу собрал целую толпу, и маме пришлось долго оправдываться и обещать, что малышка больше не будет портить имущество… Бумаги, конечно, ей не полагалось, поэтому достойный продолжатель деяний своих родителей дословно запоминала записи в летописях и переносила их на бетонные стены позади вагонов. Старый бетон царапался легко и глубоко. А для цели увековечения рукописей другого способа и придумать было трудно. Зато труды родителей не пройдут даром, думала Рыся, вслушиваясь в приглушенные сетования мамы на то, как быстро приходит в негодность бумага. Девочка представляла себе, как будет здорово, когда все бумаги сгниют, и она предоставит горюющим родителям тщательно переписанные на нетленном бетоне их тексты, многие из которых она знала наизусть. А пока свои способности приходилось прятать. Как и в любом закрытом обществе, люди станции не любили тех, кто отличается от них самих. А отличия были.

Детей второго поколения на станции было очень немного. И на всех накладывалась печать мутирования. Либо слишком близко к поверхности оказалась так хорошо загерметизированная станция, либо не справлялись фильтры, либо еще что-то происходило с организмами выживших родителей. Дети не рождались, либо рождались с мутациями, не совместимыми с жизнью. 35-40-ка летнее население станции берегло своих 8 потомков, как зеницу ока, но часто ребята слышали за своей спиной перешептывание совсем уж бездетных и поэтому особенно завистливых о том, что неизвестно что еще из них вырастет. Больно уж детки отличались от родителей.

Под вагоном зашевелилась тень. Еще издалека по запаху Рыся узнала Траву. Трава всегда очень здорово пахла: она работала на плантации плесени, и вкусный запах пропитал всю ее одежду. Подруга подползла к затаившейся Рысе. На сей раз, она принесла «Баунти». Трава всегда баловала младшую подругу чем-нибудь вкусненьким. Слизывая с не очень чистых пальцев клейкую сладковато-острую слизь, Рыся взахлеб пыталась рассказать, о чем она сегодня писала на бетоне, но той явно было не до ее рассказов. Трава была на несколько лет старше Рыси, но дружили девчонки давно. Да и выбора особого не было — они были единственными детьми женского пола на станции.

Рыся посмотрела на лицо Травы, выглядевшее почти черным в красном свете аварийного освещения. Обе девочки знали, что на самом деле кожа у Травы — зеленая, видели этот цвет в Хранилище, где осталось еще резервное довольно яркое освещение с белым светом. Само собой, что людей с таким цветом кожи больше не было, зато Трава никогда не болела, умела чувствовать