КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 415116 томов
Объем библиотеки - 557 Гб.
Всего авторов - 153408
Пользователей - 94559

Впечатления

кирилл789 про Кистяева: Дурман (Эротика)

читал, читал. мало того, что описывать отношения опг под фигой - оборотни, уже настолько неактуально, что просто глупо. но, простите, если уж 18+ - где секс?? сначала она думает, потом он думает. потом она переживает, потом он психует. потом приходит бета, гамма и дзета. а ггня и гг голые и опять процедура отложена!
твою ж ты, родину. если ж начинаешь не с розовых соплей, а сразу с жесткача - какого динамить до конца??? кистяева марина серьёзно посчитала, что кто-то будет в эту бесконечную словесную лабуду вчитываться?

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
alena111 про Ручей: На осколках тумана (Современные любовные романы)

- Я хочу ее.
- Что? - доносится до меня удивленный голос.
Значит, я сказал это вслух.
- Я хочу ее купить, - пожав плечами, спокойно киваю на фотографию, как будто изначально вкладывал в свои слова именно этот смысл.
На самом деле я уже принял решение: женщина, которая смотрит на меня с этой фотографии, будет моей.
И только.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
кирилл789 про Вудворт: Наша Сила (СИ) (Любовная фантастика)

заранее прошу прощения, себе скачал, думал рассказ. скинул, и только потом увидел: "ознакомительный фрагмент".
мне не понравился, кстати. тухлый сюжет типа "я знаю, но тебе скажу потом. или не скажу". вудворт, своим "героям" ты можешь говорить, можешь не говорить, но мне, читателю, будь добра - скажи! или разорвёшься писавши, потому что ПОКУПАТЬ НЕ БУДУ!
я для чего время своё трачу на чтение, чтобы "узнать когда-нибудь потом или не узнать"? совсем ку-ку девушка.

Рейтинг: 0 ( 1 за, 1 против).
каркуша про Алтънйелеклиоглу: Хюрем. Московската наложница (Исторические любовные романы)

Серия "Великолепный век" - научная литература?

Рейтинг: 0 ( 1 за, 1 против).
каркуша про Могак: Треска за лалета (Исторические любовные романы)

Языка не знаю, но уверена, что это - точно не научная литература, кто-то жанр наугад ставил?

Рейтинг: 0 ( 1 за, 1 против).
Serg55 про Звездная: Авантюра (Любовная фантастика)

ну, в общем-то, прикольненько

Рейтинг: -2 ( 2 за, 4 против).
кирилл789 про Богатова: Чужая невеста (Эротика)

сказ об умственно неполноценной, о которую все, кому она попадается под ноги, эти ноги об неё и вытирают. начал читать и закончил читать.

Рейтинг: 0 ( 1 за, 1 против).

Поездка за город (fb2)

- Поездка за город (пер. С. Митина) (а.с. Двадцать один рассказ-11) 33 Кб (скачать fb2) - Грэм Грин

Настройки текста:




Грэм Грин Поездка за город

В этот вечерний час она, как всегда, прислушивалась к шагам отца — он обходил дом, запирая двери и окна. Отец служил старшим делопроизводителем в экспортном агентстве Бергсона, и, лежа в постели, она не раз с отвращением думала, что дом для него — та же канцелярия, он и ведет его на тех же самых принципах и следит за порядком с такой же самой тщательностью, словно и здесь он всего лишь надежный служащий, готовый в любой момент представить отчет директору-распорядителю. И он действительно представлял этот отчет каждое воскресенье в неоготической церквушке на Парк-роуд, куда отправлялся в сопровождении жены и двух дочерей. Они неизменно являлись за пять минут до начала, неизменно садились на одну и ту же скамью, и отец громко пел псалмы, фальшивя и держа свой огромный молитвенник на уровне глаз. «Вознося к небу песнь ликования, — так он еженедельно отчитывался перед Господом Богом, — один домашний очаг (должным образом упорядоченный) движется к земле обетованной».

Выходя из церкви, она старательно отводила глаза от трактира «Герб каменщика», у дверей которого, на углу, обычно стоял Фред, тоже временно исполненный ликования, — видимо, благодаря тому, что «Герб» уже с полчаса был открыт. Она прислушалась: вот закрылась задняя дверь, щелкнул шпингалет на кухонном окошке, и шаги снова стали приближаться — отец пошел проверить парадное. Он запирал не только входные двери, он запирал пустующие комнаты, ванную, уборную. Казалось, он запирается от чего-то, что явно может проникнуть сквозь первую линию домашней обороны, и потому на всем пути от входных дверей до кровати он возводил вторую.

Приложив ухо к тонкой переборке — дом был дешевый, стандартный, — она услыхала в соседней комнате голоса; она вслушивалась, и голоса становились отчетливей, словно в приемнике поворачивали регулятор громкости. Мать проговорила: «Готовить на маргарине...» — а отец: «Через пятнадцать лет станет куда легче». Потом заскрипела кровать, до нее донеслись приглушенные звуки нежности и уюта — это в соседней комнате немолодая пара чужих ей людей устраивалась на ночь... Через пятнадцать лет, невесело подумала она, дом перейдет в его собственность, он внес двадцать пять фунтов задатка, а остальное выплачивает ежемесячно как квартирную плату.

— Разумеется, я многое здесь улучшил, — любил повторять он после плотного обеда, надеясь, что хоть кто-нибудь из домочадцев последует за ним в кабинет. — Вот тут провел электричество, вот тут (и он возвращался к маленькой уборной в первом этаже) поставил батарею. А еще, — добавлял он с особым удовлетворением, — я разбил сад.

И, если вечер был ясный, он распахивал в столовой большое, до пола, окно, выходившее на зеленый коврик травы, ухоженный не менее тщательно, чем лужайка в каком-нибудь колледже.

— Голые кирпичи, вот и все, что здесь было, — говорил он обычно.

Все субботние вечера и погожие воскресные дни за пять лет были потрачены им на этот клочок дерна, окаймляющую его грядку с цветами и единственную яблоню, на которой ежегодно прибавлялось по одному безвкусному красному яблоку.

— Да, — говорил он, ища глазами, куда бы еще вбить гвоздь и какую былинку выдернуть, — я многое здесь улучшил. И если бы нам теперь пришлось продавать этот дом, кооператив был бы обязан вернуть нам больше, чем я ему выплатил.

В этом сказывалось не только чувство собственности, но и порядочность: некоторые, приобретя через кооператив коттедж, преспокойно давали ему разрушиться, а потом выезжали.

...Она все стояла, приникнув ухом к стене, — полная ярости, темная полудетская фигурка. В соседней комнате воцарилась тишина, но ей по-прежнему слышались звуки, сливавшиеся в сплошную мелодию собственничества: постукивание молотка, скрежет лопаты, шипение пара в батарее, щелканье запираемого замка, лязг засова — обыденные негромкие шумы, которыми сопровождается возведение домашних оборонительных рубежей. Она стояла, замышляя измену.

Было четверть одиннадцатого; у нее еще целый час на то, чтобы выбраться из дома, — пожалуй, даже слишком много. Бояться нечего. В этот вечер они, как всегда, втроем сыграли в бридж; сестра тем временем переделывала платье, готовясь к завтрашней танцульке; после бриджа она вскипятила чайник и заварила чай, потом налила горячей воды в грелки и разложила их по кроватям, покуда отец запирал двери на ночь. Он и понятия не имел, что одна из его дочерей — внутренний враг.

Она надела шляпу и теплое пальто: ночи еще стояли холодные; весна в этом году запоздала, как отметил сегодня отец, разглядывая почки на яблоне. Чемодан укладывать не стоит: это напоминало бы воскресные вылазки на море всей семьей или летние экспедиции в Остенде, из которых всегда возвращаешься домой, а ей хотелось быть такой же поразительно безрассудной, как Фред. На сей раз она не вернется. Тихонько спустившись с лестницы, она