КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 471547 томов
Объем библиотеки - 691 Гб.
Всего авторов - 219867
Пользователей - 102203

Впечатления

Витовт про Щепетнов: Изгой (Боевая фантастика)

Хороший цикл, но недописаный. Возможно в планах автора закончить приключения попаданца в мире фентези.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
vovik86 про Кузнєцов: Закоłот. Невимовні культи (Космическая фантастика)

Книга сподобалася. На мою думку, найкраще читати так, як пропонує автор.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
каркуша про Ратникова: Обещанная герцогу (Фэнтези: прочее)

Ознакомительный фрагмент

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Stribog73 про Вульф: Вагина (Эротика, Секс)

В женщине красивей вагины только глаза :)

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
Serg55 про Ланцов: Воевода (Альтернативная история)

надеюсь автор не задержит продолжение

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Любаня про Колесников: Залётчики поневоле. Дилогия (СИ) (Боевая фантастика)

Замечательно написано, интересно. Попаданцы, приключения, всё как я люблю. Читаешь и герои оживают. Отлично написано. Продолжения не нашла. Жаль. Книга на 5.

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).

Колокола Обречённых (fb2)

- Колокола Обречённых 697 Кб, 342с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) (скачать исправленную) - Pferd im Mantel

Настройки текста:




Pferd im Mantel
Колокола Обречённых

ТЕПЕРЬ. Май 2017 года, Кушалино, Тверская область. Фёдор Срамнов.


"И предал я сердце мое тому, чтобы познать мудрость и познать безумие и глупость: узнал, что и это – томление духа; потому что во многой мудрости много печали; и кто умножает познания, умножает скорбь" ( Еккл 1:17,18).

Если бы ты был птицей, увидеть всё, творящееся окрест, было бы для тебя намного проще. Увидеть – но не понять. Но уже хотя бы поэтому ты бы был счастлив. Ибо во многом знании – многие беды, говорит Библия. Зачем они тебе, эти знания, если ты птица? Птица свободна. Свободна от понимания того, что она видит и чувствует. Ей хорошо – своим сознанием она не в силах охватить объём обстоящего вокруг себя и создана неспособной выйти за рамки своего птичьего понимания.

Добрые утренние солнечные лучи ласково грели бы твои пёрышки, а летний ветер – тот, который гуляет там, в небе, обдувал бы твоё беспомощное тельце в то время, как ты, расправив крылья, парил бы в этих лучах и ветре. Ты бы мог, кружась в небе, в этот солнечный день спускаться всё ниже и ниже к земле, пока не попал бы в эту низкую молочную облачность, марево, которое покрывает землю ещё с раннего утра. Пронизывая это марево, пулей ты спустился бы вниз, к самой земле и, набирая скорость, мог бы понестись над серой лентой старой дороги, петляющей между островами леса и топями болот. Взмывая вверх и опускаясь практически до асфальта, ты бы летел над привычной тебе пустотой. Но пустота эта обманчива, дружище, ох как обманчива!

Если бы Господь и вправду создал тебя птицей, он проявил бы милосердие. А как ты создан человеком – смотри и знай, страдай и чувствуй боль, и с этим живи. Слышишь там, вдалеке, надрываясь, звонит колокол?! Как писал классик, он звонит по тебе – и время поторопиться. Господь почему-то забыл тебя здесь, на этой земле, а может быть у него на тебя особые планы. Тебе не узнать этого. Ты человек, а не птица, но от этого не легче. Тебе не взлететь туда, к солнцу, выше облаков и тумана. Наверное, ты обречён. Слушай звон колокола и иди на благовест. Больше ты предпринять ничего не в силах теперь – а когда мог, не делал. Храни тебя Боже, дружище.



Фёдор ввалился в дышащую парами и запахами берёзовых веников дверь своей баньки с очередной охапкой берёзовых дров, подогнув голову, чтобы снова, по невнимательности не садануться лбом о низенькую притолоку и свалил свой груз в угол предбанника к ранее принесённым уже дровишкам, присел на лавочку и вытер запотевший лоб. Жарко. Сейчас подбросим ещё, и пусть топиться. Набрав черпак ледяной воды из бидона, сделал глоток, второй, налил в ладонь – умылся. Блин, в такую жару простудиться ещё не хватает. Даже в предбаннике жарища, надо приоткрыть наружную – пусть проветривается, после парилки-то хорошо в прохладу, посидеть. Надо раздеваться начинать – сейчас уже Иван с Илюшей явятся. Фёдор выглянул за дверь – нет, не идут; и стал расшнуровывать ботинки, снимать портки, рубаху. Летний ветерок залетел в предбанник, приятно освежил – как в детстве… Ну и ладно – можно и покурить пока не явились. Пригнувшись снова, босиком, Фёдор вышел и присел на лавочку, помял между пальцев и, чиркнув спичкой, таки прикурил вожделенную – первую за сегодняшний день! – сигаретину. Чёрт, надо бы как-то завязывать – опять куснула надоедливая правда – да хер с ним, надо – но не сегодня!

– Ты, блин, я смотрю, опять за своё принялся, а?! – а, вон как, Фёдор оказывается, расслабившись, проспал, как подкрались со стороны деревенских огородов Иван со своим приёмным сыном, Илюшей.

– А, Ваня, привет, чё крадётесь как исчезники? Выспались? Где шляетесь – щас перетопится уже, в баню не войдёшь. – парировал прикол своего друга Фёдор – Иван последнее время (как сам бросил смолить) просто достал прививать ему тему о вреде никотина и всё такое. Уже не смешно – парит. И так понятно, что надо бросать – да с их занятием – попробуй-ка. Наркомания похлеще алкоголизма, мать его, а ведь – всё-таки и помогает в иной момент, когда нервы напряжены. А когда они не напряжены бывают, скажите-ка?!

– Привет Дядь Федь! – так мы как из дома вышли – Бармалевна привязалась на улице. Батя ей крышу на дворе поправить обещал, не успел, потом вы ушли, потом эта хрень в Капатках началась, короче – месяца два назад. Привязалась вот теперь – как банный лист к жопе. – пояснил Илюша. – А мы вот пивка прихватили – холодного! – ухмыльнулся парень, потрясая пластиковым пакетом с вожделенным содержимым – раритетным напитком из прошлой жизни.

– Не, а чё?! – у меня десять рук что-ли?! Понятно, что двор у неё течёт – вставил Ваня, скидывая ботинки у входа в баньку. – А то не знает, что творицца и почему я не сделал ей ещё. Чудная бабка – вроде как без сознания живёт. Или дурачится так – я не знаю.

– Ладно, пошли уже помоемся как люди. Завшиветь недолго с этими