КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 424117 томов
Объем библиотеки - 577 Гб.
Всего авторов - 202024
Пользователей - 96176

Последние комментарии

Впечатления

poruchik_xyz про Крапивин: В ночь большого прилива (Детская фантастика)

Для всех, кто ищет "грязненькие" мысли в произведениях Крапивина: педофил - это не тот, кто детей любит, а тот, кто их трахает! Поэтому говорю всем любителям клубнички: не пачкайте, пожалуйста, своими грязными липкими ручками имя и произведения замечательного детского писателя! С детства зачитывался его произведениями и ни разу у меня не возникло таких гнилых мыслей. Не судите по себе, господа!

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
ZYRA про Андрианов: Я — некромант. Часть 1 (Альтернативная история)

Отстой, кстати и стиль изложения такой же. Добила реакция ГГ на эльфов: "так и хочется подойти и зарядить в красивую дыню, чтоб сбить спесь. А чё? Россия, щедрая душа!"(с) Вот так просто. И довольно показательно. В общем,после прочтения около тридцати процентов книги, дальше ее читать пропало все желание. Стиль подачи событий просто раздражает.

Рейтинг: -1 ( 0 за, 1 против).
каркуша про ДжуВик: Мой любимый монстр (Любовная фантастика)

Аннотация производит такое впечатление, что книгу читать как-то стремно. Особенно поразила фраза "огонь из внутри"...

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
владко про серию Неизвестный Нилус [В двух томах]

https://coollib.net/modules/bueditor/icons/bold.jpg

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
ZYRA про Солнцева: Коридор в 1937-й год (Альтернативная история)

Оценку "отлично", в самолюбовании, наверное поставила сама автор. По мне, так бредятина. Ходит девка по городу 1937 года, катается на трамваях, видит тогдашние машины, как люди одеты, и никак не может понять, что здесь что-то не то! Она не понимает, что уже в прошлом. Да одно отсутствие рекламных баннеров должно насторожить!

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
кирилл789 про Углицкая: Наследница Асторгрейна. Книга 1 (Фэнтези)

вот ещё утром женщина, которую ты 24 года считала родной матерью так дала тебе по голове, что ты потеряла сознание НА НЕСКОЛЬКО ЧАСОВ! могла и убить, потому что "простая ссадина" в обморок на часы не отправляет. а перед тем, как долбануть (чем? ломиком надо, как минимум) тебе по башке, она объяснила, что ты - приёмыш, чужая, из рода завоевателей, поэтому отправишься вместо её родной дочери к этим завоевателям.
ну и описала причину войны: мол, была у короля завоевателей невеста, его нации, с их национальной бабской способностью - действовать жутко привлекательно на мужиков ихней нации.
и вот тебя сажают на посольский завоевательский корабль, предварительно определив в тебе "свою", и приглашая на ужин, говорят: мол, у нас только три амулета, помогающие нам не подвергаться "влиянию", так что общаться в пути ты и будешь с троими. и ты ДИКО УДИВЛЯЕШЬСЯ "что за "влияние"???
слушайте две дуры, ггня и афторша, вот это долбание по башке и рассказ БЫЛО УТРОМ! вот этого самого дня утром! и я читаю, что ггня "забыла" к вечеру??? да у неё за 24 тухлых года жизни растением: дом и кухня, вообще ничего встряхивающего не было! да этот удар по башке и известие, что ты - не только не родная дочь, ты - вообще принадлежишь к нации, которую ненавидят побеждённые, единственное, что в твоей тухлой жизни вообще случилось! и ТЫ ЗАБЫЛА???
я не буду читать два тома вот такого бреда, никому не советую, и хорошо, что бред этот заблокирован.

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).
кирилл789 про Ивановская: От любви до ненависти и обратно (Фэнтези)

это хорошо, что вот это заблокировано. потому что нечитаемо.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).

Подозреваемые (fb2)

- Подозреваемые (пер. Т. Н. Рыбкина, ...) (и.с. Мастера остросюжетного романа) 1.39 Мб, 352с. (скачать fb2) - Вильям Дж Каунитц

Настройки текста:




Вильям Каунитц Подозреваемые Роман

Но прошлое я нахожу в тебе
И все готов простить своей судьбе.
Шекспир, сонет 30, строфа 13
Уильям Э. Фарелл, журналист «Нью-Йорк таймс»
Джозеф Гросман, сержант. Управление полиции Нью-Йорка

Глава 1

Никто не заметил, как старик вошел в парк. Лицо его было испещрено морщинами, седые лохмы ниспадали на уши. Поношенная одежда, согбенная спина; в правой руке старика — объемистая хозяйственная сумка, набитая тряпьем и газетами.

Был четверг, обычный сонный летний день. Лето было еще отнюдь не в разгаре, предстояло пережить июльскую и августовскую жару, гнетущую и изматывающую. На площадках играла детвора под присмотром мамаш, а подростки околачивались возле включенных на полную мощность музыкальных автоматов, изрыгавших громоподобный жесткий рок. Любители бега трусили вокруг парка, занимавшего целый квартал; был там и одинокий фанат буги-вуги в наушниках с покачивающейся спутниковой антенной. На скамейках сидели люди со славянскими чертами лица, болтавшие по-польски.

В дальнем конце аллеи высился монумент, воздвигнутый в честь героев, павших на Великой войне. Подойдя к нему, старик остановился и поднял глаза на статую — человеческую фигуру, увенчанную головой, похожей на птичью. Потом он повернулся к ней спиной, подошел к ближайшей скамейке, сел и настороженно посмотрел по сторонам.

Сидевшая рядом с ним женщина, играя, подхватила на руки ребенка. Она покосилась на старика и улыбнулась. Он кисло осклабился в ответ, и женщина быстро отвернулась.

Присев, старик поставил сумку на колени и запустил внутрь руку. Земляные орехи лежали в самом низу, под холодным стволом дробовика. Старик вытащил мешочек с орехами, поставил сумку на землю и зажал ее коленями. Подавшись вперед, он принялся бросать орехи быстро слетевшимся голубям, чтобы как-то скоротать минуты ожидания.

Парк Макголдрик, широкий участок, поросший деревьями и изобилующий забытыми памятниками, располагался между Дриггз-авеню и Нассау-авеню, в бруклинском районе Грин-пойнт. Когда-то он назывался Уинтроп, но потом его переименовали в честь священника, который возвел храм Святой Сесилии на углу Герберт-стрит и Генри-стрит.

Против парка, на Рассел-стрит, между двумя малость подновленными домами, ютилась лютеранская церковь. Перед некоторыми зданиями квартала были разбиты ухоженные лужайки, перед другими стояли бело-голубые фигурки Мадонны.

Орешки кончились, и большинство птиц степенно удалились. Несколько голубей осталось. Кормивший их старик взглянул на часы, подхватил свою сумку и поднялся.

Прямо перед ним стояли два одноэтажных дома, соединенные колоннадой в греческом стиле. Он внимательно посмотрел на облупившийся и растрескавшийся фасад самого большого общественного туалета в Бруклине. Строение опоясывала высокая проволочная изгородь, увенчанная зловещими витками колючей проволоки. На карнизах красовались вывески: «Осторожно. Ремонт».

Пройдя мимо женского туалета, старик неспешно побрел к бронзовой статуе Антонио де Фелиппе, запечатленного в момент, когда он крутил ворот, наматывая на него канат. Огибая памятник, старик посмотрел в сторону универсама «Эй-Пи» на Дриггз-авеню и не увидел своего приятеля. Старик почувствовал спазм в желудке. Неужели что-то сорвалось? Подняв глаза на массивную бронзовую фигуру, он заметил намалеванное на ее правой ягодице сердце, пронзенное стрелой, и надпись «КБ + КС = Любовь».

Поднявшись, старик опять взглянул на здание универсама. Только теперь он увидел своего приятеля, на физиономии которого застыла улыбка. Волосы на шее старика стали дыбом. Его руки внезапно вспотели, им овладело чувство одиночества. Он медленно побрел к Дриггз-авеню, крепко сжимая в руках сумку.

На расстоянии квартала от парка Макголдрик Джо Галлахер задком загонял свой побитый «форд-фэйрлайн» семьдесят первого года выпуска на стоянку на площади Папы Иоанна-Павла II прямо напротив храма Святого Станислава Костки.

Подавшись вперед, Галлахер разглядывал дорожные знаки. Стоянка запрещена с 8 утра до 7 вечера. Достав из-за солнцезащитного козырька идентификационную карточку, он бросил ее на приборный щиток. «Служебная машина нью-йоркского полицейского управления».

Он вылез из машины, сунул руку в окошко и достал с переднего сиденья коробку с тортом. Поддерживая ее под дно, он пересек Дриггз-авеню, направляясь к открытой телефонной будке на углу. На нем были светло-коричневые брюки и кричаще-яркая гавайская рубаха навыпуск, прикрывающая толстый живот и засунутую за пояс кобуру с револьвером. Он поставил коробку на полочку, прижал животом и снял трубку.