КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 412479 томов
Объем библиотеки - 551 Гб.
Всего авторов - 151384
Пользователей - 93994

Впечатления

Serg55 про Федорцов: Крыса в чужом подвале. Часть 2 (Фэнтези)

сюжет разворачивается, а книга закончилась. Когда ждать продолжение?

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Ingvarson про Филимонов: Гавран (СИ) (Космическая фантастика)

Написано качественно и интересно, хоть и не ровно. Свежий взгляд на вселенную EVE - в отличии от убого-занудной "Хортианы". Взгляд ГГ на современную РФ - как аналогичный у большинства, не предвзято смотрящим на беспредел вокруг. Не совсем логичны мотивы создания "корпуса" - ну на то воля автора. Жду продолжения.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
ASmol про Птица: Росомаха (Боевая фантастика)

Таки бедный, бедный лейтенант, мне его искренне жаль, ведь это голубь(птиЦ мира ёфтить), вернее любая Птица может нагадить на голову или в голову, а бедному лейтенанто-росомахе, мало того, что он, как росомаха, самое вонючее существо в лесу, так ему и гадить придется задрав лапу, *опу подтирать кривыми когтями ... Ё-моё, Ёперный театр, мля, неужели росомахи её вылизывают ...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Витовт про Вербинина: Сборник "Иван Опалин" [5 книг] (Исторический детектив)

Спасибо! Но после того как книга готова в FBE 2.6.7., надо нажать на "Сохранить" и тогда видны в выпавшем сообщении что не доделано и каковы ошибки. То есть почему файл не валидный! Успехов, Странник!
Эпиграф в произведении "Московское время" - а именно "Все персонажи и события данного романа вымышлены. Любое сходство с действительностью случайно."-оформлен неправильно, потому валидатор ругается.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
кирилл789 про Зиентек: Мачехина дочка (Исторические любовные романы)

иногда выскакивающий "папа-баран" вместо "папы-барона", конечно, огорчает, но интрига держит до конца.) или у меня такой неудачный, неотредактированный вариант.
но прекрасно выписанные персонажи интригующий сюжет украшают и не дают оторваться.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
кирилл789 про Малиновская: Чернокнижники выбирают блондинок (Любовная фантастика)

а ещё деревенская девка своей матери, деревенской тётке, указывает, что готовить на завтрак.) а ещё она, в СЕМНАДЦАТЬ лет (!) гуляет. иногда - до озера и обратно. а её "жених, которому ВОСЕМНАДЦАТЬ, тоже там гуляет! в разгар ЛЕТНЕГО РАБОЧЕГО дня! в СЕЛЕ!
и почему-то деревенская девка купается или в платье, или - голышом. других вариантов она не знает.
а ещё, ей показывают застёжку плаща чернокнижника, который нашли у неё в кармане, и спрашивают: "ты зачем с этим чернокнижником связалась?" а девка не понимает почему на неё злятся.)
то есть: мужик дал плащ прикрыться; застёжка с плаща; чернокнижник; злость и бешенство окружения, задающего такие вопросы; и это у неё в логическую цепочку не связываются.
раньше я думал, что это такой писательский приём. потом думал, что просто неграмотность, необразованность не даёт таким "писательницам" изложить сюжет. сейчас я понимаю, что они просто дуры.
когда я натыкаюсь: споткнулась, упала, стукнулась; если её бьют всё время; если бьют, то исключительно по голове; если сюжет ещё даже не начат, но сопли уже текут; если жрут-жрут-и жрут; бросаю читать. напрасно потерянное время.
неудачницы, неудачно оправдывающие свою никчёмность. НИЧЕГО не делающие, чтобы переломить ситуацию в свою пользу.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Serg55 про Волкова: Академия магии. Бессильный маг (СИ) (Боевая фантастика)

довольно интересно

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).

Новый мир, 2002 № 11 (fb2)

- Новый мир, 2002 № 11 (и.с. Журнал «Новый мир») 1.36 Мб, 420с. (скачать fb2) - Валерий Иванович Липневич - Василий Ярославович Голованов - Александр Алексеевич Яковлев - Вячеслав Глебович Куприянов - Валентина Платоновна Полухина

Настройки текста:




Ольга Иванова Вольный посох

Ольга Иванова (Яблонская Ольга Евгеньевна) родилась в Москве в 1965 году. Окончила Литературный институт им. А. М. Горького. Автор пяти лирических сборников, один из которых вышел под литературным псевдонимом Полина Иванова. В настоящее время работает риэлтором.

* * *
Как никогда,
в этом году —
стужа, мой свет,
будто в аду…
Сдаться велит.
Слечь. Околеть.
Жрет изнутри
ветхую клеть…
Но и она —
не холодна.
Ибо душа
облечена
этой зимой,
вымысел мой,
шалью с плеча
Жизни самой.
Чья правота —
гробить ли, греть —
присно была,
будет и впредь.
Идеже найти
смысл неземной
с Вами — не мне.
Вам — не со мной.
* * *
* * *
…А счастье было так возможно,
так близко!.. — скажешь — и солжешь.
И в стопку сложишь осторожно,
и ниткой свяжешь аккуратно, —
и в топку кинешь, и сожжешь
плоды амурныя химеры,
тома рифмованной муры —
тому реальные примеры,
что не сподобишься обратно,
что выбываешь из игры.
И выйдешь биз дому, и дыма,
и обожаемых тенет
туда, где тема несводима
ни к ним, ни к имени (вестимо,
не упомянутому, нет),
туда, где все цветно и разно
и не сливаются слова
в одно созвучие «завишу»;
пусть в алом пламени соблазна
еще пылает голова,
но все — от звездности над нею
до вешней свежести шальной —
тебе покажется важнее,
и основательней, и выше
необоюдности больной.
И побредешь, едва живая,
в уже рождающийся день,
и до угла, и до трамвая,
уже всерьез исцелевая,
проводишь тающую тень…
М. И. Цветаевой
Не земное наследье влекло —
вольный посох, пустая сума…
Притекали — брала под крыло.
Обогрев, отпускала сама.
Не блуждала по следу с тоски,
не выглядывала беглеца.
И в нужде не тянула руки —
сплошь батрачила в поте лица.
На виду — ни единого шва.
Не по-нашему ношу несла.
Где терпела — всходили слова.
Свирепела — музбыка росла.
Ни единого шва — на виду.
Обрекли — попеклась о петле.
Ей ли дня дожидаться в аду! —
весь свой ад отжила на земле.
* * *
…Это проходит: объятия настежь,
липы, июль… и уже человек —
не человек, а живое ненастье:
вьюжит из уст, моросит из-под век…
Слипшийся ворс, индевеющий ворот,
стужа, сквозящая из рукава…
Сам себе изверг и сам себе ворог:
поступь тверда, да тропа рокова.
Ликом — Архангел, а грезит о Звере
(свита немыслима, вид небывал).
Мглой грозовою врывается в двери.
Смотрит наотмашь, язвит наповал.
О, для того ли из ада взывали
Ула, Евлалия, Аннабель Ли
в дебрях у Обера, о, для того ли
лица пылали и липы цвели,
чтобы колечко с умершего пальца
жгло и велело — не жить, а жалеть,
чтобы гнала отовсюду скитальца
несовпаденья нелепая плеть,
чтоб ему, загодя вооружаясь
чуткою тростью, неведомо где,
словно слепому, бродить, отражаясь
тенью согбенною в гиблой воде,
чтобы потом одичавшею кожей
слиться с вот этою волглою мглой
мокрой материи в темной прихожей,
с мертвой возлюбленной, с болью былой,
чтобы, как с вещею, с голою веткой,
немо мятущейся там, за окном,
вечно беседовал юноша ветхий
в платье неглаженом, в тапке одном!..
* * *
Пойми — не беглая холопка
и не безродная раба!
И — вон она — прямая тропка
туда, на вольные хлеба!
И не с того колени слáбы,
а руки падают плетьми,
что не нашлось для вздорной бабы
дружка меж добрыми людьми…
Пойми — ушла б! (один из тыщи ж!
и хуже нет — чужое брать!) —
не мешкая! следа не сыщешь!
(так зверь уходит умирать) —
ушла б! — бесследно и беззлобно
(сам Бог с пути б уже не сбил!) —
когда бы ты не так подробно,
не так взыскательно и жадно,
беспомощно и беспощадно,
не так отчаянно ЛЮБИЛ!
* * *
Повеет высью… Ввяжешься, взовьешься,
спеша на зов заоблачной блесны…
И — что уж тут… — осваивайся, ежься
на сквознячке нездешней новизны.
Сиди себе и