КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 433108 томов
Объем библиотеки - 596 Гб.
Всего авторов - 204887
Пользователей - 97082
MyBook - читай и слушай по одной подписке

Впечатления

медвежонок про Куковякин: Новый полдень (Альтернативная история)

Очередной битый файл. Или наглый плагиат. Под обложкой текст повести Мирера "Главный полдень".

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
Serg55 про Ермачкова: Хозяйка Запретного сада (СИ) (Фэнтези)

прекрасная серия, жду продолжения...

Рейтинг: 0 ( 1 за, 1 против).
kiyanyn про Сенченко: Україна: шляхом незалежності чи неоколонізації? (Политика)

Ведь были же понимающие люди на Украине, видели, к чему все идет...
Увы, нет пророка в своем отечестве :(

Кстати, интересный психологический эффект - начал листать, вижу украинский язык, по привычке последних лет жду гадости и мерзости... ан нет, нормальная книга. До чего националисты довели - просто подсознательно заранее ждешь чего-то от текста просто исходя из использованного языка.

И это страшно...

Рейтинг: +1 ( 3 за, 2 против).
kiyanyn про Булавин: Экипаж автобуса (СИ) (Самиздат, сетевая литература)

Приключения в мире Сумасшедшего Бога, изложенные таким же автором :)

Рейтинг: 0 ( 1 за, 1 против).
Витовт про Веселов: Солдаты Рима (СИ) (Историческая проза)

Автору произведения. Просьба никогда при наборе текста произведения не пользоваться после окончания абзаца или прямой речи кнопкой "Enter". Исправлять такое Ваше действо, для увеличения печатного листа, при коррекции, возможно только вручную, и отбирает много времени!

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).
DXBCKT про Брэдбери: Примирительница (Научная Фантастика)

Как ни странно — но здесь пойдет речь о кровати)) Вернее это первое — что придет на ум читателю, который рискнет открыть этот рассказ... И вроде бы это «очередной рассказ ниочем», и (почти) без какого-либо сюжета...

Однако если немного подумать, то начинаешь понимать некий неявный смысл «этой зарисовки»... Я лично понял это так, что наше постоянное стремление (поменять, выбросить ненужный хлам, выглядеть в чужих глазах достойно) заставляет нас постоянно что-то менять в своем домашнем обиходе, обстановке и вообще в жизни. Однако не всегда, те вещи (которые пришли на место старых) может содержать в себе позитивный заряд (чего-то), из-за штамповки (пусть и даже очень дорогой «по дизайну»).

Конечно — обратное стремление «сохранить все как было», выглядит как мечта старьевщика — однако я здесь говорю о реально СТАРЫХ ВЕЩАХ, а не ковре времен позднего социализма и не о фанерной кровати (сделанной примерно тогда же). Думаю что в действительно старых вещах — незримо присутствует некий отпечаток (чего-то), напрочь отсутствующий в навороченном кожаном диване «по спеццене со скидкой»... Нет конечно)) И он со временем может стать раритетом)) Но... будет ли всегда такая замена идти на пользу? Не думаю...

Не то что бы проблема «мебелировки» была «больной» лично для меня, однако до сих пор в памяти жив случай покупки массивных шкафов в гостиную (со всей сопутствующей «шифанерией»). Так вот еще примерно полгода-год, в этой комнате было практически невозможно спать, т.к этот (с виду крутой и солидный «шкап») пах каким-то ядовито-неистребимым запахом (лака? краски?). В общем было как-минимум неуютно...

В данном же рассказе «разница потенциалов» значит (для ГГ) гораздо больше, чем просто мелкая проблема с запахом)) И кто знает... купи он «заветный диванчик» (без скрипучих пружин), смог ли бы он, получить радостную весть? Загадка))

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
DXBCKT про Брэдбери: Шлем (Научная Фантастика)

Очередной (несколько) сумбурный рассказ автора... Такое впечатление, что к финалу книги эти рассказы были специально подобраны, что бы создать у читателя некое впечатление... Не знаю какое — т.к я до него еще никак не дошел))

Этот рассказ (как и предыдущий) напрочь лишен логики и (по идее) так же призван донести до читателя какую-то эмоцию... Сначала мы видим «некое существо» (а как иначе назвать этого субъекта который умудрился столь «своеобразную» травму) котор'ОЕ «заперлось» в своем уютном мирке, где никто не обратит внимание на его уродство и где есть «все» для «комфортной жизни» (подборки фантастических журналов и привычный полумрак).

Но видимо этот уют все же (со временем)... полностью обесценился и (наш) ГГ (внезапно) решается покинуть «зону комфорта» и «заговорить с соседкой» (что для него является уже подвигом без всяких там шуток). Но проблема «приобретенного уродства» все же является непреодолимой преградой, пока... пока (доставкой) не приходит парик (способный это уродство скрыть). Парик в рассказе назван как «шлем» — видимо он призван защитить ГГ (при «выходе во внешний мир») и придать ему (столь необходимые) силы и смелость, для первого вербального «контакта с противоположным полом»))

Однако... суровая реальность — жестока... не знаю кто (и как) понял (для себя) финал рассказа, однако по моему (субъективному мнению) причиной отказа была вовсе не внешность ГГ, а его нерешительность... И в самом деле — пока он «пасся» в своем воображаемом мирке (среди фантазий и раздумий), эта самая соседка... вполне могла давно найти себе кого-то «приземленней»... А может быть она изначально относилась к нему как к больному (мол чего еще ждать от этого соседа?). В общем — мир жесток)) Пока ты грезишь и «предвкушаешь встречу» — твое время проходит, а когда наконец «ты собираешься открыться миру», понимаешь что никому собственно и не нужен...

В общем — это еще одно «предупреждение» тем «кто много думает» и упускает (тем самым) свой (и так) мизерный шанс...

P.S Да — какой бы кто не создал себе «мирок», одному там жить всю жизнь невозможно... И понятное дело — что тебя никто «не ждет снаружи», однако не стоит все же огорчаться если «тебя пошлют»... Главной ошибкой будет — вернуться (после первой неудачи) обратно и «навсегда закрыть за собой дверь».

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).

Рассуждения "О жизни, тщании, старании и немного о бабах" Главного Старшины Барад-Дурского Гвардейского Панцерного полка Михура Моргуда (fb2)

- Рассуждения "О жизни, тщании, старании и немного о бабах" Главного Старшины Барад-Дурского Гвардейского Панцерного полка Михура Моргуда 138 Кб, 10с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - Михаил Валерин

Настройки текста:



 Михаил Валерин(August Flieger) Рассуждения "О жизни, тщании, старании и немного о бабах" Главного Старшины Барад-Дурского Гвардейского Панцерного полка Михура Моргуда

1

Ты давай, мети, салага! Да посмелей, порезче! Поплотней на помело–то нажимай, не бойся плац протереть — он, сука, каменный!

 А я тут на башне панцера посижу.

 Тебе, салага, кайфа не понять — что такое на теплой броне погреться. Не хлебнул ты еще. Зиму не служил. А зима–то у нас холо–о–одная!

 Мети как следоват!!! Кому говорю?

 Нет — не стараешься ты ни хрена! Нет в тебе тяги к порядку.

 А порядок — он первее всего быть должон. И должон быть, допрежь всего, В ГОЛОВЕ! Понял, салага?

 Ежели в головах порядку нету, то и вокруг его тоже не будет.

 Не понимаешь?

 Ох–ох–хо… Маладе–е–е–ж…

 Я тебе на примере объясню! Ты ухи–то навостри, да метлой махать не забывай.

 Служил я тогда, в Хоббитании, при нашей миссии. Охранял, стало быть. Столица ихняя — невелик городок. Зовется то ли Ширий, то ли Чирей, я уж и не упомню. Давно это было.

 Служба там — не пыльная. Тишина, покой… Народ местный мелкий — шо твои колобки. Ростом едва в полсажени и фигурой пухлые. Какое от них беспокойство?

 А весь геморрой там был, исключительно от нуменорцев. Понаехало, баранов крашеных. Беженцы, понимашь, недорезанные мать их так–распротак–и–через–колено–всяк!!! Политицкого убежишша попросили! Тьфу…

 От хумансов завсегда одни промблемы, а от нуменорцев вдвойне. Те же хумансы, токмо на рожу черны, прям как мы — Орки. Сами–то ленивые, горластые — токмо песни орать горазды да дурью приторговывать. Хари раскрасят — дык, аж с души воротит. Облизьяна мандрил, шо на южном материке проживает, и то краше выходит.

 Дикари, ядрена капибара…

 Так вот, о чем это я?

 Об порядке?

 Затеяли энти самые нуменорцы бунтовать — их, дескать, угнетают, пособие у их маленькое и на работу не берут. Да кому они там, нахрен сдались — на работу? Глаза от дури, вечно в кучу смотрят, руки из жопы растут, прям как у тебя, салага. И учиться не хотят, а может и не могут.

 Мы помниться, в тот вечер, после службы в пивную «У Фродо» ходили. В Чирье энтом окромя, как пивом накушаться никаких развлечениев. Скучный народ эти хоббиты. Играть — ежели только в дартс или в крикет. Орковского Футбола они не знают. Драться — никакого тебе «фул–контакта». У них, вишь ли — бокс. Это когда два коротышки друг друга кулаками мутузят. Руки в варежках, на головах шапки кожаные — шоб друг дружку не зашибить ненароком. В поддых бить нельзя, по яйцам — нельзя. Скукотища…

 Борделей, опять же, нетути. Девки местные — мелкие, пухлые с волосатыми ногами. Голоса писклявые и шугаются от иноземцев, аки суслики полевые. Шнырь — и нет её… Хотя, на что там зариться–то? Это ж ни уму, ни сердцу. Я ж говорю — тоска!!!

 К нуменорским бабам — тож не пойдешь. Хоть хуманки и не такие мелкие, всеж не всякая Орка–то у себя примет. А к этим и идти–то зазорно — рожи крашеные, зубы подпилены и до денег жадные.

 Вот помню, служил я в Фородвэйте. Там у меня такая бабенка была из ангмарок. Чума, а не баба, скажу я тебе. Такое в койке вытворяла, что мы эту самую койку за ночь в щепки разбирали. Затрахивала меня до полусмерти — я до казармы еле доползал. Сиськи — ВО! Задница — ВО! А талия, как у девчонки–подростка — то–о–онкая…

 Ну дык, о чем это я?

 О бабах? О каких, нахрен, бабах?

 Я тебе, салага, о порядке толкую!

 Слухай сюды!!!

 Значицца, идем мы из пивной, а нам навстречу — местное население. С дитями, со скарбом всяким.

 Куды, спрашиваю, собралися почтенные?

 Спасаемся, говорят, от нуменорцев. Они паразиты беспорядок устроили, самобеглые повозки пожгли да омнибусы, и теперича в наши кварталы идут с дрекольем всяким.

 Шо? Доигрались с этими грицацуями крашеными? Нехрен их было тут селить. Пинками таких головожопых беженцев гнать надо.

 А хоббитанский полицай, который в первых рядах линять намылился, мне отвечает:

 Не–полит–эрект–но так говорить!

 Что такое «неполитэрректно»? Словечко–то мудреное, эльфейское — типа не правильно головожопых головожопыми называть, дабы не обидеть.

 А хоббит меня все учить продолжает. Дескать — чужда нам, мирным жителям холмов ваша орковская эта самая… Как бишь ее?

 Ксеновпопия?

 Хренофобия?

 Вобщем, чужда им она совершенно и с нуменорцами они так поступать, не могут. Потому как они — это самое, как его? Анальное меньшинство!

 Долбаки, что тут скажешь.

 Идиотисты…

 Ты мужик, сам подумай, говорю. Ежели вы и дальше так их баловать будете, то они к вам всем своим долбанным Нуменором переедут и заселятся. И сами вы этим самым «анальным меньшинством» станете, а они вам тут полную хреновпопию устроят. Мало не покажется!!!

 Мы, говорит, будем выше этого!

 Пока не прогнут?

 Да что с них возьмешь.

 Дык, энтот дядя мне и говорит — не ходите туда,вас там нуменорцы обидят.

 Мы как заржали!

 Нас? Нуменорцы? Обидят?

 Мужик, говорю, ты пойми, мы ж в посольство идем. Отдыхать. Покушали пивка — и на боковую.

 Пиво — пьют, поправляет меня энтот пузантик.

 Дядя, это у вас пиво — пьют! А у нас его — кушают! А щас мы уже накушались и нам либо спать, либо к бабам, либо подраться. А раз с бабами облом, и до посольства дойти мешают — значит, будем воспитывать в нуменорцах уважение к порядку. А вы идите, болезные! А то, мы как начнем, так пока всех не воспитаем — не успокоимся. Кто не спрятался — я не виноват.

 Хоббиты свои манатки подхватили — и деру…

 А мы дальше пошли.

 На перекрестке, гляжу — валит на нас толпа энтих хорьков недоношенных. Все с дубинами да колами. Факелы запалили. Идут стекла колотят, коляски перворачивают.

 Ну, мы и подошли — поздороваться.

 Здоров, говорю, мумаки крашеные! Обо что шумим?

 Они загудели. Вперед эдакий хмырина здоровый выходит, с молотком крикетным и говорит — валите дескать, Орки. Не нарывайтесь. Не на вас буча — ежели отойдете, то и не заденем.

 Ты чо, тюфяк, текст попутал? — Спрашиваю. — Ты на кого, выхухоль беременная, хвост поднял. Расходитесь, пока я добрый. А то потом поздно будет.

 Они говорят — капец вам. Вас трое, а нас — вон сколько!

 Да, отвечаю, и где ж мы вас «столько» хоронить–то будем.

 Хмырина нуменорский на меня молотком ка–а–ак замахнется, а я ему по репе ка–а–ак вмажу. Его аж снесло — он по пути еще четверых завалил.

 Денатураты, мать их…

 Вобщем, ломанулись они на нас. Мы похватали кто что — и на них кинулись. Я молоток подобрал, а дружок мой — Скулгур, тот и вовсе — светофором отмахивался.

 Короче погнали наши городских. Гнали мы их до самого ихнего квартала, многих по дороге побили — кого до беспамятства, а може кого и насмерть.

 Увлеклись мы слегонца…

 Ну а там, в квартале, к ним подмога подошла. Зажали нас у ресторанчика уличного. Ну я в пылу драки, баллон газовый с жаровни подхватил — вентиль об мостовую сбил да и в толпу пульнул.

 Жахнуло так, что в полквартала окна повылетали. Нуменорцы в россыпную, да поздно уже — от баллона того пожар занялся. Так вся ихняя слободка и сгорела.

 Навели порядок!

 Там опосля нас — тишина, покой и большой пустырь остался. Пепел только подмели.

 А все почему?

 Потому что — во всем порядок быть должон! И ежели ты головожопый, то и сиди у себя, в своей Головожопии и с заморочками своими к честному народу не лезь. Помять могут.

 А с нами что?

 Скандал был… Газеты писали — «Наемники из Орков» учинили геноцид мирных нуменорцев…» политицкий заказ, мол, от хоббитанского Головы.

 Геноцид — ты подумай!

 У полуросликов отставка ихнего начальства случилась. Кризис, мать его!

 Ну а нас перевели от греха, на родину, для дальнейшего прохождения службы.

 Вот так–то.

 Ты, салага, мести не забывай!!!

 Потому как порядок — он как?

 Ежели в голове есть — то завсегда и в округе будет!!!


 © August Flieger 2 октября 2009 г.

2

 Мелькор Всемогущий, за что караешь?

 Понаберут в армию долбаков из дальних степей, котрые нихрена не умеют. Токмо коровам под хвосты заглядывать, и то ежели подмогнет кто…

 Соображения никакого! Прям как у энтой, как бишь её курву? Амёблы Живоглотистой, коия в Велики Тухлых болотах обитает. Мозгов никаких нет — один желудок.

 Такой вот занимательный организьм, навроде вас, салаги!

 Амёбла–то хоть в Панцерваль служить не лезет, за шо ей огромная спасиба!

 Вот мучаюсь тута с вами, ква–ли–фе–каль–цию теряю. А вы, обормоты, даже будку караульную покрасить нормально не можете!

 Ну, кто так красит? ТшательнЕй надоть! Со всем старанием, но без вредительства! Да не дави ты так — не то кисточку поломаешь или стенку протрешь!

 Тут ведь понимать надоть! Чай не плесень пещерная, а вовсе даже — казенное имусчество! Вот испортишь струмент, я тебя её чинить заставлю. Как хошь, так и вертись — хучь все волосья себе повыдергивай, а имусчество в каптерку возверни!

 А вот мне без разницы, где ты эти самые волосья возьмешь! Раз голова бритая, занчит из задницы надергаешь!!!

 Старание — оно основа, как там ее? Циви–ли–взад–ции! Во!

 Служил я, помнится, в Гобляндии. Аккурат в анжинерно–саперной бригаде — в роте мехобеспечения. Аэродром мы там строили.

 Место приграничное — беспокойное. По обе стороны гоблюки живут, токмо племена разные. Те, что у нас — Йощетингами кличут. А те что за кордоном селились — все сплошь ГрызУнами назывались… Ну и война у них меж собой постоянная. Не то чтобы кажный день, но раз в неделю — завсегда. Поубивать там, пограбить — этож у гоблинов главное развлекалово. Они ж ни для чего другого не приспособлены — воевать, воровать, брюкву растить, чачу из энтой самой брюквы гнать да песни хором петь неприятственные.

 Так о чем это я?

 А! Ну, да…

 Служба там — трудная. Скука — смертная. Ни подраться, ни нажраться, ни с бабой побаловаться…

 Драться меж собой — устав не велит. А с гоблюками — нету спортивного интересу. Тошщия все, мелкие, вечно на корточках сидят, тоскуют… Даже если вполсилы бить, то семерых одним ударом положишь — к гадалке не ходи!

 Пива у них вообще нету, одна токмо чача из брюквы. На нее и смотреть–то противно, не то шоб — пить! А уж запах…

 Бабы — одно название. Кривоногие, носатые да ушастые и галдят как куры — без толку да без умолку…

 В общем — условия там, для нас — орков, шибко тяжелые и без старания там никак нельзя!!!

 Без старания, салага, ты и на бабу не влезешь! А ежели и влезешь, то не обиходишь! А не обиходишь — дык, и не обрюхатишь!

 Вот помню, была у меня полуорочка! Баба — огонь, хучь и тощевата слегка, зато гута–вперчивая! Бывало так ее вперчиваешь, со всем, стало быть, тщанием да старанием, ажно пот в шесть ручьев. А она изгибается вся, аки змея…

 Дык, о чем это я?

 О бабах? О каких, нахрен, бабах?

 Я тебе, барану средиземскому, о старании толкую!

 Слухай сюды!!!

 Вызывает меня как–то наш командир бригады полуполковник Гольфимбуль. Матерый был мужик — полведра самогона из гидравлической жидкости без закуси употреблял. А там ведь выхлоп такой — насекомые на лету сгорають!

 Все дело в… Как бишь ея курву? В конЦумации? Или в конСентрации? Ну, не важно…

 Э! Э! Э–э–э! Ты чо творишь, олух илуватаровый? Ты как полосы рисуешь? Это ж — караульная будка, а не арестантская роба!!!

 А ну замазывай и малюй по новой! Да не отвлекайся!

 Так вот. Вызывает, стало быть, меня полуполковник и говорит: Давай–ка Моргуд пулей в Северную Долину! Там какие–то бараны, что всяких козлов хуже, на тяжелом бульдозере–укладчике редуктор запороли. Стало быть — надобно все исправить и обеспечить!

 Ну, я чего? Я ж — завсегда! Через левое плечо — кру–у–у–гом! Ша–га–ам — арш!!!

 Погрузили мы ремкомплект да запасной редуктор в транспорт типа «арба», с двигателем в одну ослиную силу, и двинулись со всей возможной расторопностью.

 Да не было на базе грузовика! Не дурней тебя! У нас их на хозяйстве всего–то два было. Дык, один — за жратвой на станцию железнодорожную умотал, а у второго — тормоза не работают. А в горах без тормозов — только гоблины.

 Доехали мы без приключений, за три часа всего.

 Смотрим — стоит укладчик, возля него часовой с винтарем… И тишина–а–а–а…

 - Стой! Кто идет? — Часовой за свою пукалку схватился. — Пароль?

 - Иди в жопу, урюк малахольный! Не видишь — рембригада приехала?

 - А! Дык, это вы, господин мех–старшина?

 - Кто ж еще–то? Кому ты, нахрен, сдался?

 - Никак нет, господин мех–старшина! Никому я не сдавался! Я вообще один тут стою!

 Такой же мумак тупоголовый, как и ты, салага! Как вам только оружие выдают? Вот я бы — и коровьей лепешки не доверил…

 Разгрузились мы и — за работу!!!

 Помощник у меня был дельный: Шахгар — рубаха парень из темнодольских. Золотые руки. За два часа редуктор заменили!

 А все почему?

 Потому что со всем тщанием да старанием!

 Ты, салага, запоминай! Я тебе энту истину хучь молотком, но вобью! Дабы припомнил, когда пригодиться!

 Исправили мы, стало быть, технику. Я руки отираю да и говорю часовому:

 - Ну, боец! Вот тебе твой укладчик! А мы на базу поехали!

 - Никак нет! — блеет часовой. — Не мой энто укладчик! А вовсе даже — 1–ой тяжелой анжинерной роты! И надо вам, господин мех–старшина, казенное имусчество доставить к месту службы самоходом! Вот даже пакет от мех–лейтенанта Вадра для вас имеется!

 - И где ты этот пакет прятал, выкидыш горноматки? Раньше не мог сказать?

 - Не велено было, господин мех–старшина! Господин мех–лейтенант приказал отдать токмо после того, как вы укладчик почините!

 - Так и сказал?

 - Не то, чтобы совсем так! Сказал: «Не вздумай, урод косорылый, сразу цидулю отдавать! А не то ремонтеры тебе в рожу плюнут и уедут!».

 - От оно как…

 Хитер мех–лейтенант. Я бы, клянусь яйцами Мелькора, так бы и сделал! А ежели что, сказать, что техника неремонтопригодная — никогда не поздно!

 Развернул я пакет и читаю, что укладчик надо самоходом отогнать в Хинкальскую долину — через Лохский тоннель. И сдать в распоряжение 1–ой роты.

 Делать нечего — сели да поехали. Ослика с арбой токмо сзади к стреле принайтовали, шоб не потерялся…

 Ехали долго… Укладчик — это ж тебе не грузовик… И даже не осел — на ушастом и то шустрее выходит.

 Часов шесть ползли до тоннеля, потом еще столько же через тоннель. Когда наружу вылезли — уже стемнело.

 Что делать?

 Выполнять боевую задачу со всем тщанием и старанием!

 Дорога там одна — не заблудимся. До реки и налево… А там до расположения 1–ой роты — рукой подать.

 Кто ж знал, что там еще старая дорога есть — с древних времен. Еще, кажись, протоорки строили!

 Тут, как назло, у местных гоблюков очередная война случилась.

 Эти, которые — грызУны, на наших щетинистых напали.

 ГрызУны энти — они шибко воинственные, особливо, ежели толпой на одного. Вождь у них тогда был — дюже до чужого добра жадный.

 Звали его то ли — «Вертизадом», то ли «Шевелижопой»… Уж и не упомню!

 Злой был — просто жуть какая. Говорят, поедал врагов вместе с одежей!!! Про врагов не скажу, а вот одежку он может и жрал когда — с голодухи…

 Ударила энтому «Жопо–шевили» моча в голову — решил он всю гобляндию завоевать. Мол, так и так — великий пророк Мимин, который кур грузил, обещал ему победу.

 А тут и эльфы тут как тут!

 Как же им жить, ежели нам не гадить?

 Уж на что они гоблюков не любят, да и то решили им оружия подкинуть и советников прислали. Советовать — как им ловчее убивать да грабить!

 Вот такие либера–стРические ценности!

 Что такое «Либера–стРические»? Словечко–то мудреное, эльфейское — типа, ежели с нашей подачки, то любое дерьмо правей правого будет. И шоб, непременно про свободу было помянуто!

 А мы, меж тем, на старую дорогу съехали — и чешем себе вперед, со всем тщанием! Укладчик ползет себе в час по наперстку — и мы вместе с ним. Всю ночь ехали: мы с Шахгаром за рычагами менялись, а солдатик на платформе дремал.

 Ну и на рассвете столкнулись мы нос–К–носу со всей грызУнской армией, да с инструкторами эльфийскими.

 Оружия у нас — в самый раз: у часового — винтарь, у меня — револьверт, а у Шахгара и вовсе — топорик саперный. Плюс — ковш и стрела на укладчике и осел с арбой в арьергарде.

 Во — попали!

 Страшно? Не ссы, салага! Вишь, я живой рядом с тобой сижу? А все потому, что нет препятствий для того, кто к делу со всем тщанием и старанием подходит!

 Что дальше было?

 Дальше мы в кабину все залезли, винтарь — в одно окно, револьверт — в другое, и — по газам. И с песней!

 «Три сапера, три веселых друга…»

 В общем, на слабо мы их взяли. Они–то на рассвете тихо крались — восемь тысяч рыл, дома грабить, да сонных резать.

 А тут мы…

 Да на охренительной байде в три тысячи пудов весом! Да на гусеницах! Да со стрелой двадцатиярдовой!

 Так что, бежали, энти самые ГрызУны, так, что всех эльфийских советчиков нахрен затоптали!!! И за сто верст, только — остановились!!!

 Хабара мы тогда взяли — богато. Одних винтовок — штук сто.

 А все почему?

 Потому что — во всем нужно тщание да старание! И ежели у тебя на очке не кругло, то и сиди у себя, в своей ГрызУнии и к суседям не лезь.

 А с нами что?

 Скандал был… Газеты писали — «Тысячи орковских панцеров поперли… А, нет — попрали свободу маленькой гордой ГрызУнии». Обкопация, мол, и терроризьм.

 Война, мать ее!

 Не надолго правда…В тот же день, почитай все и кончилось…

 Ну а нас перевели от греха, на другой край нашего славного государства — для дальнейшего прохождения службы.

 Вот так–то.

 Ты, салага, кисточкой шуровать не забывай!!!

 Потому как будка — она как?

 Должна быть покрашена по уставу! Со всем тщанием и старнием!

 Куда ж без этого–то?


 © August Flieger

 5 октября 2011 г.


Оглавление

  •  Михаил Валерин(August Flieger) Рассуждения "О жизни, тщании, старании и немного о бабах" Главного Старшины Барад-Дурского Гвардейского Панцерного полка Михура Моргуда