КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 432253 томов
Объем библиотеки - 595 Гб.
Всего авторов - 204588
Пользователей - 97082
«Призрачные миры» - интернет-магазин современной литературы в жанре любовного романа, фэнтези, мистики

Впечатления

Олег про Нэнс: Заговор с целью взлома Америки (Политика)

Осталось лишь дополнить, как Россия напала на Ирак, Ливию и Югославию...

Рейтинг: 0 ( 1 за, 1 против).
Serg55 про Елена: Хелл. Замужем не просто (Любовная фантастика)

довольно интересно, как и первые книги про Хэлл

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
SubMarinka про Марш: Смерть в экстазе. Убийство в стиле винтаж (сборник) (Классический детектив)

Цитата из аннотации:
«В маленькой деревенской церкви происходит убийство. Погибает юная Кара Куэйн…»
Кто, интересно писал эту аннотацию?! «юная Кара Куэйн» не так уж юна, ей 35 лет, а действие происходит в Лондоне ─ согласитесь, как-то неприлично этот город назвать деревней!
***
Два неторопливых традиционных английских детектива. Как всегда у Найо Марш, элегантный инспектор Аллейн против толпы подозреваемых, которые связаны с жертвой и между собой множеством разнообразных запутанных отношений…
Прекрасная книга для отдыха.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
Любопытная про Карова: Бедная невеста для дракона (Любовная фантастика)

Пролистнула. Скудноватый язык, слабовато.. Первая часть явно напоминает сплагиаченную Золушку, герои какие-то картонные и поверхностные.
ГГ служанка, а гонору то ..То в герцогини не хочу, то не могу , хочу, люблю..
Полностью согласна с отзывом кирилл789
Аффтор не пиши больше , это не твое..

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Serg55 про Митюшин: Хронос. Гость из будущего (СИ) (Альтернативная история)

как-то маловато, завязка вроде, а основная часть не написана

Рейтинг: -1 ( 0 за, 1 против).
Любопытная про Ратникова: Проданная (Любовная фантастика)

ГГ- юная нежная дева, ее купили ( продали , навязали, отдали ) старому или с дефектами, шрамами мужу –и полюбила на всю жизнь. Ан нет , тут же находится злодей, жаждущий поиметь именно ГГ. Ее конечно же спасают и очень любит муж.
Свадьба , УРА!!
Это сюжет практически каждой книги этого автора, с чуть разбавленным фэнтезийным антуражем.
Очень убогонько и примитивненько.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
poruchik_xyz про Кузина: Эдуард Стрельцов. Честная биография (Биографии и Мемуары)

И кино сняли, и телесериал, теперь вот книга. Прямо герой, а не насильник! Пройдет несколько лет, и такую же книгу напишут про Кокорина и Мамаева: мол, жертвы режима, жертвы политического преследования и т.д.
Так идет тихое переписывание истории, чтобы показать, как плохо было талантливым людям при социализме...

Рейтинг: +1 ( 2 за, 1 против).

Новый мир, 2004 № 09 (fb2)

- Новый мир, 2004 № 09 (и.с. Журнал «Новый мир») 1.48 Мб, 433с. (скачать fb2) - Александр Исаевич Солженицын - Марина Анатольевна Палей - Алла Максимовна Марченко - Юрий Васильевич Буйда - Осия Петрович Сорока

Настройки текста:




Над твердью тихих волн

Мартынова Ольга Борисовна родилась в 1962 году. Закончила Ленинградский пединститут им. Герцена. Автор нескольких лирических сборников. Стихи неоднократно переводились на европейские языки. В настоящее время живет во Франкфурте-на-Майне.

Не о Венеции

Все дольше звука ждать. Хоть чист осенний воздух.

Лимонный ясень, прелый запах дерна.

Деревья держат птиц в озябших лапках.

Все дольше звука ждать, так пустота упорна.

Так пустота проворна, так легка.

Везде протяжно дышит расстоянье,

Взгляд пересек Большой канал — издалека.

Там кипарисов черное сиянье.

Венеции улиточный завой,

Не скрасив осени, слезится старым оком.

И пахнет золотом, и рыбой, и сурьмой.

Румянами, рабами, кофе, рыбой.

Гомункулы в стекляшках фонарей,

Хребты мостов, заплесневелый праздник,

Чей торт тем драгоценней, чем черствей,

И вольности замасленный передник.

Все дольше звука ждать. К тебе ли я,

Венеция, за звуком приходила.

Меня встречает мой тевтонский ясень,

Помахивая косточкой от птички.

 

Не о Венеции (2)

Утомленные цикады падают с деревьев,

Молкнет Адриатика, стынет смятый воздух.

Мелькнули столетья между этой ночью и “верь я в...”.

Холода край остается за круглым морем Гипербореев,

Цикада-Каренина бросается под ноги, не в силах осилить молчанье.

С утра воет в волнах мускулистый дурак,

Страшно чужое безумье: его выловят, увезут в белой машине,

На него смотрят, смеясь, женщины в прозрачных платках

На непроницаемых бедрах.

Уж лучше цикады, чем немолчное это мычанье.

Ложноцвет южной ночи выглядит как настоящий,

В траве притаились змеи, ежи, скорпионы,

Верь я в нежную песню цикад, не знай я, что заводят они граммофоны,

А сами давно уже спят,

Я ушла бы в тяжелые волны, как умолкший наконец-то дурак.

Да вот беда, говорю я, запрут, поймают...

...На другом берегу Адриатики выпуклой, полой, покатой

Безумцы привольно гуляют.

В Венеции старой, горбатой

Я слышала их бормотанье, повторенное падшей цикадой.

Усмиренный дурак, окруженный

Белой, тихой, пронизанной солнцем палатой,

Улыбается страшному миру,

Мускулистая грудь мерно дышит.

Еж съел скорпиона, цикады застрекотали, море опало, как тесто.

 

Пустынно в ночных городах в сентябре

Я увидела: поздние розы,

Поздние розы плывут.

Свободны только нищие,

Голодные и злющие,

Да ветер, что ходит туда-сюда,

Да поздние розы несущая

Ночная вода.

Как страшные птицы, газеты плывут,

Нечисто в пустынных ночных городах,

Чуть забудешься — слышишь, будто тебя зовут,

Чуть заблудишься, каблук уходит в звенящий лед,

Который тоже зовет.

В сонных млечных ямах,

Где шевелится мусор вселенной,

Я увижу небесных бомжей,

Сторожей заветных ворот

В маленький марлевый сад,

Где спелые звезды низко висят,

Где пахнет ванилью сухой перепончатый прах,

Где всё забывают, да и не смотрят назад,

Куда всякий пройдет, прошмыгнет

(Ведь бездомные ангелы не запирают ворот),

Пустынно в небесных садах в сентябре,

Только поздние розы,

Поздние розы плывут в серебре.

 

Был дождь

Был дождь. Шиповник блестит, высыхая,

Разделяющий встречные полосы ночи.

Машины, что едут передо мной, оставляют багровый свет преисподней,

Золотом рая сияет обратная полоса.

На языке сутолока речи.

Речи ночных пассажиров свалялись, как пух в перине.

В лесу вдоль дороги умолкли жалобы птичьи

На то, что вчерашнего лета нет и в помине.

Дорога смотрит прямо в автобус, прищурившись против ветра.

Косули, переминаясь на тонких нерусских ножках,

Волки, кусая себя в лопатку,

Елки, передергивая бровями, —

Стоят здесь веками, ждут своего