КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 426429 томов
Объем библиотеки - 584 Гб.
Всего авторов - 202872
Пользователей - 96565

Последние комментарии

Впечатления

Любопытная про Вострова: Мой хозяин - дракон (Любовная фантастика)

Пролистала …
ГГ – дура , что –ли или полная идиотка?? Вроде 19 лет , а мысли и действия , как у малолетки несмышленой.
И опять Стокгольмский синдром, да достали уже. Водят по поводке, ошейнике, голую, пытаются отдать другим мужикам ( ой , пардон , драконам…)
Лишится девственности под наркотиком с удовольствием , ну еще куда ни шло. Но на следующий день хозяин отдает ее другому и та принимает двоих мужчин опять же с огромным удовлетворением.. Да уж.. Типа зависимость …
Читать о том , как постоянно ГГ с помощью хозяина ( ой дракона) надо тушить пожар в .. одном месте.. И обязательно взять , ну просто необходимо взять член дракона в рот , объясняя это привязанностью????? .. Слишком утомительно, да и неохота… Сплошь кунилингус.. Аффторша любитель??
Мечтать о побеге и принять предложение странного мужика , который пытается постоянно унизить ГГ , называя ее подстилкой дракона и который ее едва не изнасиловал????
Читать эту нелогичную хрень – себя не уважать .
Вторую писанину про дочь ГГ даже открывать не стала.
Аффторшу в черный список , писанину – ф топку.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
каркуша про Шерр: Валид (Современные любовные романы)

Файл сделан из трёх книг, больше половины эта книга, а потом куски других.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
кирилл789 про Ардова: Господин моих ночей (Дилогия) (СИ) (Любовная фантастика)

ггня-обнищавшая аристократка, по уши в долгах. к ней пристаёт на тёмной улице пьяный кредитор с компанией, собирающийся стать "первым", а потом пустить её по кругу. и тут появляется стража.
которой эта "ггня" говорит: да всё нормально!
и вот этого деревенского соплежуйства аж две книги? нечитаемо.

Рейтинг: +1 ( 2 за, 1 против).
кирилл789 про Ардова: Мужчина не моей мечты (Любовная фантастика)

"незамужней девушке нельзя находится с посторонним мужчиной в одном помещении, это вредит её репутации", "замужней женщине нельзя находится с посторонним мужчиной в одном помещении, это вредит её репутации", млядь, вы уж определились бы, писучки, где именно бабе находится можно. в одном помещении нельзя, в одном доме нельзя, в имении тоже нельзя. а на одной планете - как, можно??!
и вот жуёт эта "ггня" свои сопли треть опуса, половину, дело к концу идёт, а сопли всё не прожёваны! и всё новые козявки из носа достаются! а там и второй том чтива на подходе.
в общем, талантов у бабы нет никаких, только какая-то древняя кровь, и из-за этого её все "хотят". ещё бы! кому такое дер-мо без мозгов нужно-то, только из-за "древней крови". в остальном случае любой нормальный мужик такую по радиусу в километр бы обошёл.

Рейтинг: 0 ( 1 за, 1 против).
natitali про Кинг: Смиренные сестры Элурии (Фэнтези)

Шелковый плен, или У всего есть слабое место
«Ее погубил не столько пес с крестом на груди, сколько самонадеянность»
(С.Кинг. "Смиренные сёстры Элурии")

ЗДРАВСТВУЙТЕ!
Не случайно я начала читать серию Стивена Кинга «Тёмная Башня» с повести «Смиренные сёстры Элурии». Литературные критики, как и сам Стивен Кинг в предисловии к книге, отмечают, что это произведение можно читать отдельно от всего цикла, хотя его и относят к циклу, потому что действие в нём завершенное. Я здесь познакомилась с Роландом Дискейном, стрелком, который уже отправился в путь за Чёрным человеком, колдуном, и находится в поиске Тёмной Башни. Так мне представляется канва всей серии «Тёмная Башня». Для себя решила, если «Сёстры Элурии» понравятся, буду читать дальше.

С самого начала Кинг покорил (совместно с переводчиком) простотой изложения и атмосферностью действия. В этой повести мне трудно было представить внешний облик Роланда («последнего стрелка исчезнувшего мира») из-за недостаточности описания его портрета. Разве только то, что одет он был в выгоревшие на солнце джинсы и усыпан пылью дорог. Можно было подсчитать возраст стрелка: здесь ему 32 года. Видимо, всё-таки где-то в другом месте цикла должны быть «Сёстры Элурии». Да, конечно, как говорит сам автор, «… не обязательно знать, что происходило в четырех уже опубликованных книгах цикла».

Каждую главу С. Кинг предваряет кратким описанием: «Полная Земля. Обезлюдевший город. Колокола. Мертвый юноша. Перевернутый фургон. Зеленые человечки». Такой приём, на мой взгляд, концентрирует внимание читателя и подготавливает к восприятию происходящего и определяет существенные моменты. Интересно… Автор как будто говорит: «Идём, читатель, со мной вместе». И мне это нравится.

Роланд попадает в обезлюдевший небольшой город. Автор рисует его живо так, что без труда возникают образы, ощущаются запахи, слышатся звуки ... Пишет Мастер. Всё действие происходит перед мысленным взором, словно на экране. А главное – чувства, которые мэтр пробуждает в читателе, читающим его строки. Этим тексты могут значительно отличаться от экрана.

Вот жалость к несчастному мертвому юноше, совсем мальчику, которому не более 16 лет. Он мёртв, тело раздулось, и голодный пёс терзает его ногу, грызя зубами сапог, который снять с распухшей ноги невозможно… Сочувствие вызывает и бездомный пёс с перебитой лапой, которая неправильно срослась, и он ковыляет на троих… А вот удивление: что за странные создания с зелёной кожей (мутанты), которая светится в темноте? Они вызывают омерзение, как жуткие злобные твари, движущиеся словно зомби. Роланду предстоит сразиться с ними. Но он не действует, как хладнокровный убийца, стреляя налево и направо из двух револьверов. Именно поэтому терпит поражение в неравной схватке и оказывается затем, чудом оставшись в живых, в странном, непонятном шелковом месте, наподобие огромного шатра, с «ощущением белоснежной красоты» …

И вот тут-то начинает происходить такое … В рецензии (отзыве) не следует передавать содержание книги, иначе читательский интерес пропадает. Поэтому вам предстоит всё узнать самим, дорогие уважаемые читатели, которые, как и я, ещё мало знакомы с творчеством знаменитого писателя, имя которого принадлежит всему миру, ибо он классик. И чувство омерзения тоже предстоит испытать. И не один раз. Но всему своё время…

Между тем выясняется, что у Роланда была любимая - Сюзан Дельгадо, погибшая страшной смертью, на которую обрекла её колдунья Риа, но и Роланд сыграл определённую роль в её гибели. И, если мы хотим узнать, что там было до «Сестёр Элурии», следует, видимо, прочитать предшествующие 4 книги.

Не обойдусь и без ложки дёгтя. Но, пожалуй, она будет адресована не автору, а переводчику. Цитата: «Все пятеро были в рясах-балдахонах». Нет такого слова «балдахон». Либо «балдахин», либо «балахон». Балдахин – полог над кроватью, троном. Балахон – просторная бесформенная одежда. Сама удивляюсь своему занудству… Ну, уж раз встала на эту тропу, то ещё не обойдусь без едкого замечания. В одноименной аудиокниге в озвучке Олега Булдакова слово «смиренные» чтец произносит как «смирённые». Смирённые, усмирённые кем?!! И поскольку меня это бесило, слушать книгу я не смогла, уж больно часто это слово встречается в тексте. А ведь на обложке книги значится ясно: «СмирЕнные сЁстры Элурии». Ой, не закидывайте меня тапочками, уважаемые читатели! Я тоже не совершенна.

Кое-что мне было не понятно и интересно, хотя отчасти могла бы и догадаться. Что или кто такое «ка»? «ка-тет»? Срединный мир? Почему так много колокольчиков и колокольного звона? Они повсюду. Даже на ведьмах, которые «Они — не ведьмы и не колдуньи. Они — нелюди!». В русской православной культуре звон колоколов, колоколец, колокольчиков отпугивает всякую нечисть, очищает. А здесь? Интересно …

Куда, как и почему сдвинулся мир? Почему Роланд – последний стрелок исчезнувшего мира и где он теперь находится в поисках Тёмной Башни? Зачем он её ищет? Это предстоит узнать в других произведениях цикла о стрелке Роланде.

Осталось добавить, что «Смиренные сёстры Элурии» действительно законченное произведение. Очень похоже на романтическую новеллу, если бы не было ужасов и мерзостей в стиле Кинга.

И наконец: о, да! Совершенно правы литературные критики, утверждая, что читать «Тёмную Башню» надо начинать с «Сестёр»: несомненно, появились интрига и мотивация. Эх, где бы ещё времени и сил найти на чтение, чтобы не в ущерб здоровью: тысячи книг ждут, чтобы их прочитали!

Рейтинг: 0 ( 1 за, 1 против).
ASmol про серию Эриминум

Таки, если коротко о сём опусе, то это - пиСТострадания пиСТострадальца в пиСТострадальном мире, то бишь убогий гаремник ...

Рейтинг: 0 ( 1 за, 1 против).
кирилл789 про Лансон: Царевна в Академии (Юмористическая фантастика)

текст (для меня)) рваный немного, но и ггня и гг понравились.) особенно ггня,) поступки выписаны чётко по её стилю, автору удалось нигде не "сломать" характер (ну, может, в постельных сценах, но я их проматывал)).
спасибо, мадам. будем ждать.)

Рейтинг: 0 ( 1 за, 1 против).

De Cock en de ontgoochelde dode (fb2)

- De Cock en de ontgoochelde dode (а.с. inspector de cock-8) 400 Кб, 147с. (скачать fb2) - Albert Cornelis Baantjer

Настройки текста:




Albert Cornelis Baantjer De Cock en de ontgoochelde dode

1

Het was warm voor maart. Een mild voorjaarszonnetje blikte door de uitbottende iepen aan de walkant van de oude Brouwersgracht en dartelde speels over het rimpelende water. Rechercheur De Cock van het politiebureau aan de Warmoesstraat stond op het achterdek van een platte kolenschuit en zag hoe twee onaandoenlijke broeders van de Geneeskundige Dienst het lijk van een man uit het troebele water van de gracht visten. Omzichtig trokken ze het net met het lichaam omhoog. Het schuurde langs de stenen beschoeiing.

De rechercheur wreef met de rug van zijn hand het zweet van zijn voorhoofd. Hij had na de melding rustig van het bureau naar de gracht willen wandelen — een dode wek je niet meer tot leven — maar de jonge Vledder had zich niet aan zijn bedaagd slentergangetje willen houden. Hij had in zijn jeugdig enthousiasme het tempo fel opgevoerd.

De Cock pufte nog wat na. Onder zijn colbertje broeide de eigengebreide pullover, die zijn zorgzame vrouw hem dwong te dragen zolang er nog een r in de maand was: Hij schoof zijn oude, vilten hoedje wat naar achteren en knoopte zijn wollen sjaal los. Het ding kriebelde onder zijn kin.

De broeders trokken het druipende net op de walkant en sleepten met een brancard. Het ging alles even rustig en met grote routine. De Cock sprong van de kolenschuit en slenterde naderbij. Samen met Vledder boog hij zich over het lichaam. Het grachtwater stonk.

De dode was een lange, slanke, goedgebouwde man. Betrekkelijk jong nog. De Cock schatte hem op dertig, vijfendertig jaar. Niet ouder. Hij droeg een zwarte, nauwsluitende pantalon met steekzakken en een donkerblauwe trui met een col. Verder niets. Geen colbert, geen overjas. De naar verhouding wat kleine voeten staken in een paar nog nieuwe basketballschoenen. Het haar, dat in slierten voor zijn gezicht hing, was dun, sluik en asblond. De Cock duwde met een dikke middelvinger de gesloten oogleden één voor één open. De kleur van de irissen was lichtend blauw; de pupillen waren normaal, niet vergroot of vernauwd. Het gelaat bood geen bijzonderheden. Het was ovaal, met iets ingevallen wangen. De grove huid met diepe poriën was iets gebruind. Hij had een scherpe, haast puntige neus en een brede, wilskrachtige kin. In de halfopen mond met smalle, wat weggetrokken lippen blonk een rij regelmatige, sterke, witte tanden. Volgens de gangbare maatstaven had de dode een knap gezicht, open, met vriendelijke, innemende trekken. Het dodenmasker werd slechts ontsierd door een grote, gapende wond, die schuin boven het linkeroog, halverwege het voorhoofd begon en nog een centimeter of drie onder de haargrens doorliep. Aan de lange, smalle vingers ontbraken sieraden. Er was zelfs geen insnoering van een trouwring te zien.

Vledder keek De Cock vragend aan. ‘Post mortem?’ ‘Je bedoelt die wond?’

‘Het ziet er ernstig uit, vind je niet?’

De Cock knikte traag. ‘Het is een ernstige wond, inderdaad. Maar het hoeft natuurlijk niets te betekenen. Het is heel goed mogelijk dat de man zuiver per ongeluk in de gracht is gelopen en daarna verdronken. Die hoofdwond kan best pas na zijn dood… hoe noemde jij dat ook weer?’

‘Post mortem.’

De Cock kuchte. ‘O ja, post mortem zijn ontstaan. Ik denk bijvoorbeeld aan een klap van een schroef van een of andere rondvaartboot.’

Vledder keek zijn oudere collega van opzij aan. Het spottende ‘post mortem’ was hem niet ontgaan. ‘Er varen geen rondvaartboten door de Brouwersgracht,’ zei hij vinnig.

De Cock glimlachte. ‘Heel goed,’ zei hij quasi bewonderend, ‘maar je vergeet dat het water van de grachten elke nacht via het Noordzeekanaal en de sluizen van IJmuiden wordt gespuid. Het grachtwater is ’s nachts altijd flink in beweging.’

Vledder knikte begrijpend.

‘Je wilt zeggen dat de man niet per se hier in de Brouwersgracht te water hoeft zijn geraakt.’

‘Zo is het. Lijken leggen in ons grachtenstelsel soms hele afstanden af. Ik zou je daar een staaltje van kunnen vertellen.’ De Cock trok een grimas. ‘En het is nooit vooruit te zeggen waar ze terechtkomen.’

Vledder kauwde een tijdje zwijgend op zijn onderlip. Daarna gebaarde hij hoofdschuddend naar de dode man op de brancard. ‘Ik weet het niet,’ zei hij met een lichte aarzeling, ‘maar ik heb het ellendige gevoel dat we nog een heleboel narigheid met hem krijgen. Ondanks jouw theorie over schroeven van rondvaartboten… die vreemde wond aan zijn hoofd zint mij toch niet. Bovendien lijkt de man mij niet het type dat zomaar in het water loopt.’

De Cock keek naar hem op. ‘Wat bedoel je met zomaar?’ ‘Zonder duwtje.’

De Cock reageerde niet. Hij kwam langzaam uit zijn gebukte houding omhoog en wenkte de wachtende broeders. Zij namen de brancard op en schoven hem in de ambulancewagen. Daarna deden ze de deuren dicht. Een groepje nieuwsgierige Amsterdammers droop af.

De grijze speurder legde zijn hand op de krachtige schouder van zijn jonge collega. ‘Het lijkt mij het beste,’ zei hij vriendelijk, ‘dat jij met de ambulancewagen meegaat naar het ziekenhuis. Ik zal de Dactyloscopische Dienst en de fotograaf onmiddellijk achter je aansturen. Als de jongens hun werk hebben gedaan, laat je de man door de broeders ontkleden. Doe de kleren in een paar plastic zakken. Ze kunnen ons van pas komen. Neem vooral een uitgebreid signalement op en kijk of hij nog ergens papieren bij zich heeft.’

‘En dan?’

‘Dan laat je het lijk naar het sectielokaal overbrengen. Ik zal de commissaris verslag doen en hem zeggen dat hij dokter Rusteloos waarschuwt.’

‘En waar vind ik jou dan weer?’

De Cock grijnsde. ‘Als ik niet op bureau ben… in het cafeetje van Smalle Lowietje. Mijn rauwe keel dorst naar het fluweel van een cognackie.’

In het schemerig, intiem lokaaltje op de hoek van de Oude Barndesteeg en de Achterburgwal hees rechercheur De Cock zijn zware bovenlijf op een barkruk en keek rond. Vanaf zijn vertrouwde plekje aan het uiteinde van de bar had hij een goed zicht over de aanwezigen. De man die hij zocht, was er niet. Hij stak met trage bewegingen een sigaret op en blies de rook naar de lage zoldering. Hij had de commissaris over het vinden van het lijk ingelicht. De Ouwe had gewoontegetrouw de officier van justitie op de hoogte gebracht en dr. Rusteloos gevraagd sectie te verrichten. De Cock hoopte dat de patholooganatoom morgen een groot promillage alcohol in het bloed van het slachtoffer zou aantreffen. Hij kon dan veilig aannemen dat de man met een zatte kop in de gracht was gelopen. Uiteindelijk gebeurde dat wel meer. En als de dokter dan verder nog zo vriendelijk was te verklaren dat die akelige hoofdwond na de dood was ontstaan, wel, dan was het afwikkelen van de affaire slechts een kwestie van een kort proces-verbaal en het invullen van een serie formulieren. Maar hij was er, eerlijk gezegd, niet gerust op. De jonge Vledder had gelijk. De man leek niet het type dat zomaar in het water liep.

Hij legde zijn hoedje op zijn knie en leunde behaaglijk met zijn rug tegen de muur. Hij zat graag zo aan het einde van de bar. Als zijn werk in de misdaad het even toeliet, wipte hij het politiebureau uit en slenterde langs de rode lichtjes en lichte meisjes naar het penozecafeetje aan de Wallen, waar hij bijna iedereen kende. De Cock genoot de wat twijfelachtige reputatie in de onderwereld meer vrienden te tellen dan daarbuiten. Hij sprak het nooit tegen.

Smalle Lowietje streek met zijn handen langs zijn morsig vest en kwam glimlachend op hem toe, ‘Het oude recept?’ Zonder op antwoord te wachten pakte hij de fles fijne Napoléon die hij speciaal voor De Cock in voorraad had, en schonk in. ‘Was er veel werk aan de winkel? Ik heb je een paar dagen gemist.’ De Cock grijnsde breed, ‘en ik mijn cognac.’ Hij nam het bolle glas op, schommelde het zachtjes in de hand en snoof. Op zijn vriendelijk gezicht verscheen een uitdrukking van opperste verrukking. Hij nam voorzichtig een slokje en liet de drank genietend langs zijn keel glijden. ‘Weet je, Lowie,’ zei hij dromerig, ‘ik wist bijna niet meer hoe het smaakte.’

De caféhouder lachte. ‘Ik heb een nieuw voorraadje voor je ingeslagen.’

De Cock zette met een haast devoot gebaar het glas voor zich neer en boog zich iets