КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 402970 томов
Объем библиотеки - 530 Гб.
Всего авторов - 171502
Пользователей - 91546
Загрузка...

Впечатления

Stribog73 про Ван хее: Стихи (Поэзия)

Жаль, что перевод дословный, без попытки создать рифму.
Нельзя так стихи переводить. Нельзя!
Вот так надо стихи переводить:
Олесь Бердник
МОЛИТВА ТАЙНОМУ ДУХУ ПРАОТЦА

Понад світами погляду і слуху,
Над царствами і світла, й темноти —
Прийди до нас, преславний Отче Духу,
Прийди до нас і серце освяти.

Під громи зла, в годину надзвичайну,
Коли душа не зна, куди іти,
Зійди до нас, преславний Отче Тайни,
Зійди до нас, і думу освяти.

Відкрий нам Браму, де злагода дише,
Дозволь ступить на райдужні мости!
Прийди до нас, преславний Отче Тиші,
Прийди до нас, і Дух наш освяти.

Мой перевод:

Над миром взгляда и над миром слуха,
Над царством света, царством темноты —
Приди к нам, о преславный Отче Духа,
Приди к нам и сердца нам освяти.

Под громы зла, в тот час необычайный,
Когда душа не ведает пути,
Сойди к нам, о преславный Отче Тайны,
Сойди к нам, наши мысли освяти.

Открой Врата нам, где согласье дышит,
Позволь ступить на яркие мосты!
Приди к нам, о преславный Отче Тиши,
Приди к нам, наши Души освяти.

Рейтинг: +1 ( 2 за, 1 против).
Stribog73 про Бабин: Распад (Современная проза)

Саша Бабин молодой еще человек, но рассказ очень мне понравился. Жаль, что нашел пока только один его рассказ.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
Stribog73 про Балтер: До свидания, мальчики! (Советская классическая проза)

Почитайте, ребята. Очень хорошая и грустная история!

P.S. Грустная для тех, кому уже за сорок.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
Любопытная про Быкова: Любовь попаданки (Любовная фантастика)

Вот и хорошо , что книга заблокирована.
Ранее уже была под названием Маша и любовь.
Какие то скучные розовые «сопли». То, хочу, люблю одного, то любовь закончилась, люблю пришельца, но не дам ему.. Долго, очень уныло и тоскливо , совершенно не интересно.. Как будто ГГ лет 13-14..Глупые герои, глупые ситуации.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
ZYRA про Сидоров: Проводник (СИ) (Альтернативная история)

Книга понравилась. Стиль изложения, тонкий юмор, всё на высоте. Можно было бы сюжет развить в сериал, всяческих точек бифуркации в истории великое множество. С удовольствием почитал бы возможное продолжение. Автору респект.

Рейтинг: -1 ( 1 за, 2 против).
Шляпсен про Бельский: Могущество Правителя (СИ) (Боевая фантастика)

Хз чё за книжка, но тёлка на обложке секс

Рейтинг: -2 ( 0 за, 2 против).
Шляпсен про Силоч: Союз нерушимый… (Боевая фантастика)

Правообладателю наш пламенный привет

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
загрузка...

Новый мир, 2012 № 11 (fb2)

- Новый мир, 2012 № 11 (пер. Борис Григорьевич Херсонский, ...) (и.с. Журнал «Новый мир») 1.45 Мб, 430с. (скачать fb2) - Ольга Лукас - Виктор Борисович Шкловский - Александр Михайлович Кабанов - Яна Юрьевна Дубинянская - Юлия Винер

Настройки текста:




Сад застывших времен

Климов Александр Николаевич родился в городе Южа в 1959 году. Автор четырех поэтических сборников. Лауреат премии “Нового мира” за 2008 год. Живет в Москве.

 

 

Старый зимний сад

Тля квартируется в мягких постелях,

Прячутся бабочки в дуплах и щелях,

В листьях зимуют жуки.

Ветви торчат, как рога из расщелин,

Сучья с корой отстающей замшели,

Нет рукотворной руки.

Из-под отдушин реки вылезая,

К яблоне крыса спешит водяная,

Слышится дальний раскат.

Свежие вести с холодного фронта,

И в непромёрзших слоях горизонта

Черви, как пули, торчат.

Тихо во сне отмирают верхушки,

То-то же вдарит морозом из пушки.

Дым поперхнётся из труб.

Морозобойким, спасибо не в корень,

Струйкою сизою дым из пробоин:

Заболонь впаяна в луб.

Перекорёженный сад на подпорках,

В наледь увечное вмёрзло ведёрко,

Ходят в стволах старики,

Взявшись под ручку по белому снегу.

Краткое солнце клонится к ночлегу,

Тень удлиняя клюки.

 

Подснежная война

Бесшумен был полозьев бег,

Морозом ослеплял кристалл;

Ещё вчера крошился снег,

Куда податливей он стал.

Ровны прошитые стежки,

Нет ни оврагов, ни бугров,

Наносит свет свои мазки

На ватман пористых снегов.

То ласки след, то лисий след,

То бисерный мышиный след,

А кто кому там на обед,

Чтоб не ко сну, и знать не след.

И пропадая, без следа,

Уходят мышковать коты, —

В снегах матёрых в холода

Горят кровавые их рты.

Тут — куропаточий помёт,

Насиженный ночлега круг,

Вершит ли коршун свой облёт,

В норе пульсирует испуг.

Идёт подснежная война,

Где выживет один из двух.

Тревогой тишина полна,

Лишь с шага перейдёшь на слух.

 

*      *

    *

На градуснике столбик к тридцати,

Петух хрипит, и в десять рассветает,

Цветок, за ночь успевший подрасти,

В оконной сублимации сверкает;

Кустистый иней, звёзд холодный рой,

Узоров на стекле хитросплетенье.

За семь часов, неспешно, стороной

Проходит солнце, не зайдя в селенье.

К востоку тени тянется верста,

И затянуло лунки, под ногами —

Не твердь, но лёд, желтеет береста —

Тем более белей она ночами,

Огнится луч прощальный… Одинок,

Я проживаю день без сожаленья:

Смотрю на увядающий цветок

И своего не вижу отраженья.

 

*      *

    *

Чем жутче морозы, тем дома теплей,

Снаружи снежок отсыпает.

Я трогаю рёбра худых батарей —

Покуда в них жизни хватает.

Тесть входит весь в блёстках — богатый как крез,

С десятком яиц и с лопатой,

И сушит в подмокшей мотне энурез

Лампадкой своей кварцеватой.

Вслух Марья Иванна из выбранных мест

Какого-то Зожа читает —

С беззубым усердьем. Зубастый протез,

Осев, в физрастворе рыдает.

Оскал его явственно неумолим,

Он — кибер, не знающий флюса.

Смеётся над усом самим золотым,

Не верит в могущество уса.

Весь день она пишет в тетрадь лабуду:

Репейник с настойкой бадьяна…

То зубы в стакане, куда ни пойду,

То ус золотой до Пхеньяна.

Сжевать бы всё к чёрту, глоксиньи назад.

— Пройтиться пойти до Каюхи. —

На свежих штакетниках шапки горят,

След в след пробираются слухи.

Из тёплой постели в февральскую лють,

Из люти до тёплой постели,

А там и весна, сохранит как-нибудь,

А к лету, глядишь, уцелели.

 

 

*      *

    *

Венецианов — русский Брейгель,

Приземист лес и снег зернист,

У Питера же скрип в телеге

И нет ни центра, ни