КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 406466 томов
Объем библиотеки - 537 Гб.
Всего авторов - 147322
Пользователей - 92551

Последние комментарии

Загрузка...

Впечатления

Stribog73 про Баев: Среди долины ровныя (Партитуры)

Уважаемые гитаристы КулЛиба, кто-нибудь из вас купил у Баева ноты "Цыганский триптих" на https://guitarsolo.info/ru/evgeny_baev/?
Пожалуйста, не будьте жадными - выложите их в библиотеку!
Почему-то ноты для гитары на КулЛиб и Флибусту выкладывал только я.
Неужели вам нечем поделиться с другими?

Рейтинг: 0 ( 2 за, 2 против).
Serg55 про Безымянная: Главное - хороший конец (СИ) (Фэнтези)

прикольно. продолжение бы почитал

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Stribog73 про Кравченко: Заплатка (Фантастика)

В версии 1.1 уменьшил обложку.

Рейтинг: +1 ( 2 за, 1 против).
медвежонок про Самороков: Библиотека Будущего (Постапокалипсис)

Цитируя автора : " Три хороших вещи. Во-первых - поржали..."
А так же есть мысль и стиль. И достойная опора на классику. Умклайдет, говоришь? Возьми с полки пирожок, автор. Молодец!

Рейтинг: +4 ( 4 за, 0 против).
Serg55 про Головнин: Метель. Части 1 и 2 (Альтернативная история)

наивно, но интересно почитать продолжение

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
kiyanyn про Чапман: Девочка без имени. 5 лет моей жизни в джунглях среди обезьян (Биографии и Мемуары)

Ну вот что-то хочется с таким придыханием, как Калугина Новосельцеву - "я вам не верю..."

Нет никаких достоверных документов, что так оно и было, а не просто беспризорница не выдумала интересную историю. А уж по книге - чтобы ребенок в 5 лет был настолько умным и приспособленным к жизни?

В любом случае хлебнуть девочке пришлось по полной...

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
DXBCKT про Белозеров: Эпоха Пятизонья (Боевая фантастика)

Вторая часть (которую я собственно случайно и купил) повествует о продолжении ГГ первой книги (журналиста, чудом попавшего в «зону отчуждения», где эизнь его несколько раз «прожевала и выплюнула» уже в качестве сталкера).

Сразу скажу — несмотря на «уже привычный стиль» (изложения) эта книга «пошла гораздо легче» (чем часть первая). И так же надо сразу сказать — что все описанное (от слова) НИКАК не стыкуется с представлениями о «классической Зоне» (путь даже и в заявленном формате «Пятизонья»). Вообще (как я понял в данном издательстве, несмотря на «общую линейку») нет какого-либо определенного формата. Кто-то пишет «новоделы» в стиле «А.Т.Р.И.У.М.а», кто-то про «Пятизонье», а кто-то и вообще (просто) в жанре «постапокалипсис» (руководствуясь только своими личными представлениями).

Что касается конкретно этой книги — то автора «так несет по мутным волнам, бурных потоков фантазии»... что как-то (более-менее) четко охарактеризовать все происходящее с героем — не представляется возможным. Однако (стоит отметить) что несмотря на подобный подход — (благодаря автору) ГГ становится читателю как-то (уже) знакомым (или родным), и поэтому очередные... хм... его приключения уже не вызывают столь бурных (как ранее) обидных эскапад.

Видимо тут все дело связано как раз с ожиданием «принадлежности к жанру»... а поскольку с этим «определенные» проблемы, то и первой реакцией станеовится именно (читательское) неприятие... Между тем если подойти (ко всему написанному) с позиций многоплановости миров (и разных законов мироздания) в которых возможны ЛЮБЫЕ... Хм... действия... — то все повествование покажется «гораздо логичным», чем на первый (предвзятый) взгляд...

P.S И даже если «отойти» от «путешествий ГГ» по «мирам» — читателю (выдержавшему первую часть) будет просто интересна жизнь ГГ, который уже понял что «то что с ним было» и есть настоящая жизнь... А вот в «обыденной реальности» ему все обрыдло и... пусто. Не знаю как это более точно выразить, но видимо лучше (другого автора пишущего в жанре S.t.a.l.k.e.r) Н.Грошева (из книги «Шепот мертвых», СИ «Велес») это сказать нельзя:

«...Велес покинул отель, чувствуя нечто новое для себя. Ему было противно видеть этих людей. Он чувствовал омерзение от контакта с городом и его обитателями. Он чувствовал себя обманутым – тут все играли в какие-то глупые игры с какими-то глупыми, надуманными, полностью искусственными и противными самой сути человека, правилами. Но ни один их этих игроков никогда не жил. Они все существовали, но никогда не жили. Эти люди были так же мертвы, как и псы из точки: Четыре. Они ходили, говорили, ели и даже имели некоторые чувства, эмоции, но они были мертвы внутри. Они не умели быть стойкими, их можно было ломать и увечить. Они были просто мясом, не способным жить. Тот же Гриша, будь он тогда в деревеньке этой, пришлось бы с ним поступить как с Рубиком. Просто все они спят мёртвым сном: и эта сломавшаяся девочка и тот, кто её сломал – все они спят, все мертвы. Сидят в коробках городов и ни разу они не видели жизни. Они уверены, что их комфортный тёплый сон и есть жизнь, но стоит им проснуться и ужас сминает их разум, делает их визжащими, ни на что не годными существами. Рубик проснулся. Скинул сон и увидел чистую, лишённую любых наслоений жизнь – он впервые увидел её такой и свихнулся от ужаса...»

P.S.S Обобщая «все вышеизложенное» не могу отметить так же образовавшуюся тенденцию... Если про покупку первой части я даже не задумывался), на «второй» — все таки не пожалел потраченных денег... Ну а третью (при наличии) может быть даже и куплю))

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
загрузка...

Свадьбы - не будет! (СИ) (fb2)

- Свадьбы - не будет! (СИ) (а.с. Лукоморские рассказы) 1.49 Мб, 31с. (скачать fb2) - Светлана Анатольевна Багдерина

Настройки текста:



Свадьбы - не будет!

Или все-таки будет?..

Томные сумерки исподволь накрывали землю, пряча в полумраке дороги, луга и леса, а ковер-самолет несся вперед так, словно за ним гнался сам Гаурдак. Его пассажиры - восемь человек - распластались по колючей цветастой спине ковра, прижимая к себе багаж и, наученные горьким опытом [1], молчали.

Все - кроме одного.

Точнее, одной.

- Ну, Масдаюшка, ну миленький, ну быстрее, ну еще быстрей! - то и дело восклицала светловолосая девушка, вцепившаяся одной рукой в край, а другой - в огромный мешок, чтобы не унесло встречным ветром [2]. - Мы обязательно успеем!

- Если я полечу еще быстрей, принцесса, вас посдувает, как перышки, - терпеливо повторил ковер единственный, но неубиваемый аргумент давнишнего спора. - И до Гвентстона мы не успеваем засветло все равно, потому что если верить вашей карте...

- Не надо ей верить! - пылко заверила принцесса.



- Точно, не надо! - глухо поддержал ее менестрель, притулившийся с другой стороны мешка точно в такой же позе, только держась не за подарки родным, а за небольшой ассортимент музыкального магазина. - Там все расстояния меньше раза в два!

- Это почему? - удивленно повернул голову Иван-царевич.

- Специальное издание, - пояснил бард. - Купеческое оптимистическое. Для развития торговли. Чтобы купцы, которые у нас еще не были, думали, что у нас от всего до всего совсем близко, а не тащиться по неделе от деревни до деревни.

Иван задумался, а не стоит ли взять на вооружение подобный прием и Лукоморью, печально известному своими расстояниями, но определиться не успел.

Адалет приподнялся, чтобы что-то сказать - и тут же встречный поток воздуха сорвал с него шляпу и бросил вниз.

- Стой!!! - возмущенно рявкнул маг-хранитель. - Назад!!!

- То стой, то лети, то назад, то вперед - сами не знают, чего хотят, - пробурчал Масдай, но остановился и завис, не снижаясь.

- Не знаю, кто тут не знает, - сердито пропыхтел Адалет, тщетно пытаясь отыскать взглядом пропажу на залитом полумраком лугу. - А я совершенно точно знаю, что хочу! Размять ноги и поужинать как человек, а не на лету и всухомятку! Поэтому Эссельте, девочка, угомонись уже на сегодня. Давайте первый раз за два дня поспим как нормальные люди - в кровати, а не на летящем ковре. Отдохнем, а завтра к обеду будем в столице. Твой Друстан, если уж ждал тебя больше месяца, еще полдня подождет точно.

- Обед и кровать - это хорошо, - признал Олаф, растирая занемевшими руками затекшую поясницу. - А деревня-то тут поблизости есть? Или город? Эссельте, Кириан, чего скажете?

- Н-ну... мы же напрямик летели, не вдоль дорог, и я запуталась... немного, - озадаченно заоглядывалась гвентянка.

Бард задумчиво пожевал губами:

- Если ничего не путаю... или путаю, но не много... не слишком... не больше... Где-то в этих краях должны быть Хайфорд и Лоуфорд. И Блэкмайн.

- Блэкмайн - вообще в другой стороне! - возмутилась принцесса. - Ты сейчас нас всех с толку собьешь!

- Если мы ближе к Блэкмайну, то в другой стороне как раз Лоуфорд и Хайфорд! - обиженно возразил Кириан.

- А Хайфорд от Лоуфорда вообще в половине дня пути!

- А Лоуфорд от Блэкмайна...

- Опрос местного населения ничего не дал, - не дожидаясь окончания географической дискуссии, постановила Серафима - жена Ивана, вытащила из мешка карту и принялась водить пальцем по незнакомым названиям.

- Хайфорд... Лоуфорд... Блэкмайн... Если кто-нибудь мне скажет, где мы находимся...

- Она! Она скажет! - воскликнул Ахмет, калиф Шатт-аль-Шейха, и ткнул унизанным перстнями пальцем куда-то в землю. - Ответствуй нам, о волобокая красавица!

- Это вы мне? - донесся снизу нервный женский голос.

- Тебе, милочка, - ласково заверил калиф, вытягивая шею и опасно склоняясь за край в попытке заглянуть под брюхо ковра.

- Масдай, ну-ка присядь, - скомандовал Агафон - ученик Адалета, но, не дожидаясь указаний, тот уже начал опускаться.

Несколько секунд - и его экипаж оказался лицом к лицу с полнотелой женщиной средних лет в крестьянском платье и чепце.

- А что, дорогуша, есть у вас тут поблизости, где поесть и переночевать усталым путникам? - непроизвольно облизываясь в предвкушении первого пункта, вопросил Адалет.

- Как не быть! - преодолев первое изумление, энергично закивала женщина. - Блэкмайн. Деревня. Вон там, за леском, - она махнула рукой на закат. - И постоялый двор имеется!

- А кормят-то там сносно? - не унимался маг-хранитель.

- Сама не ела, но никто не жаловался, вроде, - пожала плечами крестьянка и спохватилась: - Да если даже и не ахти, то сегодня и завтра там пир горой, и путникам, поди, тоже кусочек сладкий перепадет.

- Что за пир? - деловито уточнила царевна Серафима, к новостям относившаяся не менее трепетно, чем маг-хранитель - к еде.

- Сегодня мальчишник и девичник, а завтра - свадьба. Ханна-молочница замуж выходит, - охотно сообщила толстушка. - Да не за кого попало, а за столичного лекаря, что при дворе короля служил и даже, я слышала, ей-Богу не вру! - с самой принцессой Эссельтой обручен был! А ради Ханны он и помолвку разорвал, и службу бросил, и из Гвентстона уехал!.. Или так любит ее сильно, или совсем дурак, - прервав цепь восклицаний, крестьянка сокрушенно покачала головой, точно это ее родственник натворил дел, не объяснимых никакой логикой. - Но говорят, эрл Бриан его на службу берет.

- Что?!.. - потрясенный выдох девяти голосов заглушил ее последние слова.

- Не, а я чего, я ничего! - женщина испугалась и на всякий случай попятилась. - За что купила, за то продаю! И не так уж у эрла и плохо, наверное! Хоть и не король, конечно, но на чай с конфектами для милки заработать даст, поди?

- Что?.. - тонким, словно чужим голосом пискнула принцесса, отказываясь понимать и верить в услышанное. - Этого не может быть!.. Не может!.. Я...

Друзья оглянулись сочувственно, и белое, словно присыпанное мукой лицо принцессы застыло маской.

- Его воля. Как хочет. Пусть живет, с кем хочет. И где хочет. И подавится своими... конфектами, - бесстрастным голосом отпрыска королевской фамилии в тридцатом колене проговорила Эссельте.


- Не произносите при мне даже имени его!!! Я не хочу ничего слышать об этом мерзавце, этом негодяе, этом подлеце, этом... трусе!!! Не мог даже подождать моего возвращения, чтобы сказать всё в лицо! Сбежал, как... как... как... - не найдя подходящего среди сонма образов, ринувшихся на ум - один другого гаже - принцесса стиснула кулаки и застонала. - А ведь какие слова говорил! Какие стихи складывал!.. Лицемер! Врун! Предатель! А я слушала! И верила! Ду-у-у-ура-а-а-а!!!..

Последнее 'а' сорвалось всхлипом, и Эссельте, не в силах больше сдерживаться и не видя причины, уткнулась в плечо Серафимы, обхватила ее руками и зарыдала - глухо, безысходно, словно десять минут назад на том лугу умерла ее душа, оставив растерянное тело бродить по Белому Свету в вечной муке и недоумении: 'Как же так?..'

Позади шумел лес, впереди темнели терриконы и вышки клетей заброшенной шахты, давшей когда-то название деревне, а прямо над Масдаем словно зависла дождевая туча.

- Селечка, Селя, милая, хорошая, ну же, ну... - Сенька обняла ее, прижала к себе, словно пытаясь забрать хоть капельку горя, выплескивающегося из разбитого сердца, чтобы облегчить страдания подруги, но то был не ручей, а поток сродни горному после ливня. И похоже было, что сезон дождей только начинался.



Мужчины, неловко потупившись, молчали, инстинктивно понимая: кто бы и что сейчас ни сказал - всё будет или банально, или не к месту, или то и другое в квадрате.

Все - кроме Олафа.

- Эссельте... слушай... а хочешь я его убью? - сжимая рукоять топора, пробасил юный конунг. - Или сюда притащу и ты его сама убьешь? Я подержу, ты не волнуйся!

Принцесса отчаянно замотала головой:

- Видеть... не хочу... никогда... ненавижу... презираю... - прорвалось между всхлипами, и царевна Серафима прижала к груди судорожно вздрагивающую подругу.

- Интересно... отчего он так... внезапно?.. - задумчиво проговорил Иванушка. - Ведь такая любовь была... сколько из-за нее претерпели...

- Может, его заставили? - предположил Кириан.

- То есть?.. - забыв на секунду рыдать, замерла принцесса.

- Ну... иногда у мужчины не бывает другого выхода... кроме как... э-э-э... покрыть позор... девушки... свадьбой... - бард, только сейчас сообразив, что он, собственно, сказал, был готов провалиться сквозь Масдая.

- Болван и сын болвана! - яростно прошипел калиф.

Принцесса, медленно осознав сказанное, тихо взвыла и уткнулась в сенькино плечо еще сильнее. Серафима бережно погладила ее по макушке и нахмурилась.

- Она его любит, - царевна встретилась взглядом с друзьями и прошептала почти беззвучно. - Надо что-то делать.

- Убить его? - конунг не хотел так просто отбросить хорошую идею.

- Очернить, опорочить его в ее глазах? - попытался загладить вину менестрель, и пальцы его машинально погладили струны любимой арфы.

- Еще больше? - уточнила царевна.

- Украсть невесту? - предложил Масдай.

- И что мы с ней будем делать? - резонно вопросил Адалет. - И это не вправит мозги молодому паразиту.

- У молодого паразита в этом случае было бы время подумать, - буркнул ковер.

- У него было время подумать. Больше месяца, - угрюмо напомнил Агафон. - Уже надумал.

- А мне кажется, что если бы они встретились и поговорили... - косясь на тихо плачущую Эссельте, прошептал Иван.

- ...она бы его убила! - жизнерадостно закончил Олаф. - А потом и невесту.

- Невесту, наверное, не стоит убивать, - согласный с первой половиной высказывания, усомнился маг-хранитель.

- А что с ней делать? - практично спросил бард. - Девушку, чей жених не дожил до свадьбы, замуж в Гвенте никто не возьмет.

- Никто? - брови калифа взлетели под край куфьи, а щегольские усики встопорщились как у возмущенного кота. - Совсем никто?! Ай, какая черная несправедливость!..



- Да чтоб она... чтоб ее... - прорыдала принцесса, почти заглушая последние слова Ахмета:

- ...неужели придется мне?

- Что?!.. - хор восьми голосов прозвучал едва ли не с большим изумлением, чем полчаса назад.

- Если не будет невесты - не будет и свадьбы, - невинно моргая, развел пухлыми ладошками Ахмет. - А поскольку я считаю убийство невест совмещением порчи полезного и приятного, то мое предложение - единственно приемлемое.

- Но... - озадаченный Агафон задумался в поисках слабого места плана. - Но что, если невеста Друстана не захочет за тебя пойти?

- Ты когда-нибудь встречал девушку, готовую променять несметное богатство, толпы слуг, готовых выполнить каждое ее желание, роскошь, какая ей и не снилась - ну и неотразимого, заботливого, щедрого мужа, конечно - на деревню, грязь, навоз и конфету по праздникам? - приподнял брови Ахмет.

- А... если это любовь? - засомневался и Иванушка.

- На месте разберемся, - сурово насупилась его супруга. - Ну что, летим?

- Я никуда не полечу! - очнулась от ступора Эссельте. - Чтобы я! Оказалась! В одной деревне! Под одной крышей! С этой змеей!..

- Тогда ты остаешься здесь. А мы привезем тебе...

- Видеть его не желаю!!!

- ...поесть, - не моргнув глазом, договорила Сенька. - Вань, останешься с Селей? Враль из тебя все равно никудышный. Вон там домик конторы шахты виднеется. Хоть и заброшенный, но крыша на месте. Ждите нас там. Масдай, вперед! Детали обговорим по дороге. Киря, рассказывай пока про ваши свадебные обычаи - может, чего сгодится!..

Двери трактира при постоялом дворе распахнулись, и новых гостей накрыла волна звуков и запахов деревенского пира. Столы, сдвинутые замысловатой буквой неизвестного науке алфавита, ломились от жареного мяса, рыбы, тушеных овощей, хлеба и алкоголя, расставленных среди перевязанных лентами из мешковины пучков крапивы, пырея и осота - символов мужской свободы и независимости от семейной жизни. Перед женихом и по краям каждого стола стояли ушаты, полные манной каши - никто не помнил, зачем, но традиция требовала. За столами в расслабленных позах успевших неплохо выпить расположились мужчины всех возрастов и степеней трезвости. Стучали кружки, выплескивался сидр, выходила из берегов пивная пена, раскатывалось по углам молодецкое ржание, энергичностью своей указывавшее на то, что шутки отпускались в адрес жениха...

Мальчишник был в самом разгаре, приближался момент похода в деревенский зал собраний, где в это время веселились женщины, и поэтому вновь прибывших заметили не сразу, а только когда на плечо виновника торжества опустилась ладонь размером со среднюю тарелку.

- Ну... это... Поздравить тебя надо, да? - изо всех сил изображая веселье [3], пробасил конунг под ухо жениху.

- Что?.. - вздрогнул Друстан и медленно оглянулся, силясь сфокусировать полупьяный взгляд на лице двухметровой горы металла и мышц. Наконец, ему это удалось, и остатки хмеля вылетели из головы - не исключено, что через вытаращенные глаза. - Олаф?!

- И Олаф тоже! - воскликнула царевна Серафима, сияя, точно более радостного события в ее жизни не было и вряд ли теперь когда-нибудь будет.

- Как мы рады тебя видеть! - Агафон, улыбаясь во весь рот, замолотил лекаря по спине.

Если бы не улыбка, можно было бы решить, что ученик Адалета вознамерился сломать старому приятелю хотя бы пару костей.

- Вы?.. Откуда? Вы вернулись? И где?..

- Друстан, кто это? - обернулся, нетрезво хмурясь, сидевший справа молодой человек в неброской, но дорогой одежде.



- Это... его светлость эрл Бриан, - представил сконфуженный жених.

- Сиххё и подземелья! Я знаю, как зовут  меня! - побагровел вельможа. - Я тебя спрашиваю, кто эти...

- Мы - старые друзья Друстана! - Сенька развела руками, указывая на конунга и мага. - Услышали, что у него тут такое дело, и не смогли пройти мимо!

- Дуся, лапа, выпьем! - ухмыляясь, Агафон поднял со стола тяжелый запотевший кувшин, плеснул на дно пустой кружки сидра и протянул кувшин ошалевшему лекарю, оставив кружку себе. - Пей! За любовь!

- До дна! - бережно взял за шкирку несопротивляющегося юношу Олаф.

- Он больше не пьет! - эрл решительно отвел рукой кувшин от лица Друстана.

- И даже за собственное счастье? - изумленно расширила очи Сенька.

- Чем больше пьешь за счастье, тем меньше его остается, - назидательно проговорил вельможа и хотел добавить еще что-то, не менее поучительное, судя по кислому выражению лица, но тут слева захихикал лысый старичок и попытался встать:

- Эгегей! Пора к девчонкам!

- Пора, пора! - радостно загудели гости и начали подниматься с грохотом падающих стульев и скамеек, а в отдельных случаях - не рассчитавших силы товарищей.

Олаф и Агафон растерянно переглянулись: рано! Надо было срочно их задержать! Но как [4]?..

- Погодите-погодите, а как же гадания?! - вскричала царевна - и гости замерли.

- Гадания?..

- Да, гадания! - истово закивала Сенька. - По нашим лукоморским обычаям на мальчишнике обязательно должны быть гадания! Сколько детей родят, каких, какая жизнь ждет, много ли добра наживут, будут ли изменять друг другу, сколько раз, с кем, узнает ли дражайшая половина - и всё такое прочее!

Заинтересованность моментально выкристаллизовалась в сивушных парах и ароматах деревенской кухни.

- А что делать-то надо? - нетерпеливо потянул ее за рукав старичок слева.

- Ложки у всех есть? Быстро взяли их в руки! - и, подавая пример, Сенька выудила из-под связок сорняков ложку Друстана и щедро зачерпнула кашу. - Делайте как я!

Похмыкивая и похохатывая в ожидании если не чуда прорицания, то внеплановой забавы, гости потянулись ложками в манку.

- Готовы? - хитро зыркнула по сторонам царевна. - А теперь подбрасываем, чтобы прилипла к потолку! Получившиеся фигуры разглядываем и ищем ответ на первый вопрос: красивая ли будет у Друстана... полюбовница!

Под дружный гогот собравшихся заряды тактической баллистической каши взмыли в воздух.

Некоторые даже достигли потолка.

Те, на кого приземлилось остальное, взревели в радостном возмущении и попытались нанести удар возмездия. Который, как это часто бывает с такими ударами, ударил по лицам, не причастным к порче выходного платья никоим образом.

Началась цепная реакция. Самые энергичные - или с самыми большими ложками - уже требовали у трактирщика новых боеприпасов. Самые ответственные - или самые пьяные - медитировали на манные барельефы на потолке, признавая в них то морду кобылы, то бочку водовоза, то старый сапог, то чью-то жену. И в последнем случае каша шла в бой уже не ложками, а горстями - родственники опознанной женщины, только что веселившиеся над односельчанками, в личном вопросе спуску не давали. Даже эрл Бриан втянулся в манное побоище и азартно, ложка за ложкой, метал кашу в толстого бородача поодаль, посмевшего узнать в облике на потолке физиономию самого эрла.

Друстан сидел красный, как перезрелый помидор, растерянно крутя головой и вздрагивая от каждого раската смеха или предположения о его новой любви - и не заметил, как из черного хода за стойкой вынырнул ненадолго пропавший Агафон и шепнул друзьям: 'Масдай освободился, пора!'

Олаф, коротавший время в манной дуэли с пьяным здоровяком за дальним столом, отложил ложку, подмигнул противнику, нежно ухватил Друстана за талию, вытащил из-за стола и положил себе на плечо.

- Пус... - только и успел проговорить жених, прежде чем конунг не менее нежно приложил ему ребром ладони по шее.

Возражения виновника торжества на этом закончились, но на финальный всхрип обернулся Бриан.

- Э-эй! - ошарашенный эрл воздел руки к конунгу - и заряд каши угодил ему в ухо.



- Вы куда? К девчонкам пошли? - с любопытством вытянул шею лысый старичок слева.

- К девчонкам! Пошли к девчонкам! - позабыв про забаву и свой вид после нее, ликующе подхватили гости.

- Обязательно - но только когда мы покажем вам еще один древний лукоморский обычай - похищение и выкуп жениха! - радостно объявила Сенька.

- Это как?

- Это куда?

- Это почем?

- Это зачем? - подозрительно нахмурился эрл и приподнялся.

По аккуратно подстриженной бородке на кружевной воротник медленно сползало полпорции каши, но он, казалось, не замечал.

- Это - всего лишь восстановление жизненной справедливости, хоть и на очень короткий срок, - обезоруживающе улыбнулась Серафима. - Всю жизнь после свадьбы супруг обречен беспокоиться о жене, заботиться о ней, бегать и искать... если того потребуется... и снова беспокоиться... Поэтому его единственный шанс почувствовать, что заботятся о нем - перед свадьбой!

- А насчет выкупа что там было?

- Бегать и искать его, чтобы потом свои же кровные за него отдать? - насупился коренастый бородач.

- Я за него много не дам, хоть он и на моей соседке женится! - выкрикнул рыжеволосый мужик.

- Может, лучше к девчонкам? - не унимался заводной старичок.

- Бегать и искать, чтобы  мы отдали за него свои кровные! - широко улыбнулся Агафон, выудил из кармана кошелек размером с яблоко и подбросил на ладони.

Внимание гостей было обеспечено ему в одно мгновенье.

- Итак, мы выходим на улицу, вы считаете до ста и идете нас искать! Выкуп достается тем, кто найдет нас первыми! - объявила царевна и повернулась к Олафу. - Раз-два-три... Бежим!

Заговорщики выскочили в темноту.

- ...восемь-десять-двадцать-тридцать-пятьдесят-сто! - досчитали гости и шумной толпой ломанулись на улицу в поисках не столько жениха, сколько его стоимости в денежном эквиваленте. Но таинственных друзей столичного лекаря - равно как и его выкупа - и след простыл.


Масдай снизился перед конторой заброшенной шахты, и Олаф, не дожидаясь приземления, соскочил с зажатым подмышкой трофеем и зашагал к двери. Через несколько секунд маг и Серафима скатали ковер, взвалили на плечи и вприпрыжку побежали за конунгом, еще надеясь предотвратить кровопролитие [5].

Торопились они напрасно. Первым, что бросилось им в глаза, было расположение бывших влюбленных - по разным углам заваленной старой мебелью комнаты. Эссельте стояла с неприступным видом, скрестив руки на груди и презрительно оттопырив нижнюю губу - искусанную до крови, заметила Сенька. Холодный взгляд принцессы остановился в загадочной точке в полуметре слева от головы Друстана.

Лекарь, пришедший в себя по дороге, переминался с ноги на ногу под хищным взором Олафа и укоризненным - Ивана, опустив голову и нервно сжимая и разжимая кулаки.

Слов не было.

Царевна, вздохнув, пришла к выводу, что инициативу придется взять в свои руки.

- Итак, подсудимый Друстан, сын Аккобрана, бывший придворный лекарь Конначты, короля Гвента, что ты имеешь сказать в свое оправдание? - проговорила она усталым скучным голосом. - Запомни, что бы ты ни сказал, мы обратим это против тебя... или как там правильно?

Друстан, словно очнувшись ото сна, поднял голову, и глаза его лихорадочно сверкнули.



- Я люблю Ханну! Я не могу без нее жить - и это не просто слова! Когда ее нет рядом, я чувствую, что умираю, что жизнь покидает меня, как вода - дырявый кувшин, по капле, но неотвратимо. Когда она не со мной, я и чувствую себя дырявым кувшином - никому не нужным, заброшенным и бесполезным! Ханна - смысл моего существования! Если бы мне еще две недели назад сказали, что я полюблю кого-то больше, чем Эссельте... простите... то есть, ее высочество... я рассмеялся бы этому болвану в лицо! Но это случилось. И я не понимаю... Я не думал, что такое возможно, что я... я... - впервые за всю свою пламенную речь Друстан смешался, взгляд его метнулся на принцессу, точно в поиске оправдания или прощения - но не нашел ни того, ни другого, и голова его снова опустилась, роняя прямые черные волосы на глаза. - Ваше высочество... я виноват... Я думаю о том, какие страдания причинил вам своим поступком... и у меня разрывается сердце... и душа рыдает... и извинить меня невозможно, я знаю... в такие мгновения я сам себе омерзителен... но... Я не могу растоптать свои чувства. Не больше, чем яблоко, падающее на землю, способно взлететь в небеса...

Мои чувства ты смог растоптать без труда, - голосом, хриплым от скрываемых эмоций - или невыплаканных слез, отрывисто прошептала Эссельте. - Я не хотела тебя видеть. Им не надо было тебя привозить. Ты мне безразличен. Мерзок. Гадок. Отвратителен. Я тебя ненавижу. Ненавижу!!!..

И, не находя больше слов - или контроля над собой - принцесса закрыла лицо руками и выбежала в ночь.

- Селя, постой! - Серафима кинулась за ней.

- Похоже,  это можно убрать на место, - Агафон брезгливо ткнул пальцем во вновь впавшего в ступор лекаря. - Зря тащили.

- Пешком дойдет. Если сможет, - конунг ожег Друстана тяжелым взглядом и демонстративно сжал кулак.

- То есть как - если сможет? - забеспокоился Иван, до сих пор молча стоявший у окна. - То есть, я бы и сам не против... пару раз, не больше!.. но сильно... Но... мы, наверное, должны уважать выбор личности...

- Даже если по этой личности очень хочется ударить сапогом? - недобро щурясь, договорил за него маг.

Царевич прикусил губу.

Ударить сапогом по личности неверного лекаря ему тоже очень хотелось, и удерживать не то, что друзей - а самого себя - от руко- или ногоприкладства он мог лишь с большим трудом. Но что-то неясное, растерянное и недоумевающее, ворочалось в его душе, не давая стрелке морального компаса остановиться на Друстане в однозначном положении 'гад'.

- Слушай... Я не пойму, как это могло случиться, - стиснув зубы и изо всех сил давя жажду съездить бывшему товарищу в ухо, Иванушка подошел к понуро застывшему лекарю. - Где вы с этой... девушкой... познакомились? Когда? Чем она тебя так... пленила?

И снова, едва речь зашла о его невесте, Друстан точно ожил, худое бледное лицо озарилось внутренним светом, а щеки залились румянцем:

- Эрл Бриан познакомил нас в своем доме в столице. Он позвал меня посмотреть его бабушку - у нее ревматизм обострился, но когда я пришел, оказалось, что она уехала с визитом, а в холле сидела Ханна и ее тетушка. Я поначалу не обратил на них внимания и хотел уходить, но эрл настоял, чтобы я остался на обед - и Ханна с тетей тоже. И... я не знаю, как и когда это произошло... но к вечеру я понял, что люблю Ханну без памяти. И когда ее тетя на следующее утро пришла ко мне и спросила, не хочу ли я жениться на ее племяннице... потому что она тоже влюбилась в меня и даже порвала со своим парнем в тот же вечер... Я не смог даже помыслить, чтобы сказать 'нет'. Эта любовь... как снег на голову!..

- Кирпич, скорее, - уточнил Агафон.

- ...словно волшебство какое-то! - восторженно продолжил гвентянин, не замечая поправки. - Или чудо!

- Дурь, - быстро нашел подходящее определение Олаф. - И не знал, что в Гвенте эрлы обедают за одним столом с молочницами.

Друстан раскрыл рот, желая что-то сказать - но не успел.

- Ты там ел... пил... брал... давал... потом?.. - резко прервал его маг, подался вперед и впился взглядом в лицо Друстана.

- Что? - опешив, заморгал лекарь.

- Кабуча! - раздраженный собственным косноязычием, рявкнул Агафон. - Я хочу сказать... Кабуча... конечно ты с ними ел... и кто еду готовил - не видел... и сколько сидели они там до тебя и что делали - тоже... Ты от них что-нибудь получал? И кто такой вообще этот Бриан? Святой - покровитель доярок и старух?

- Эрл Бриан взял меня на службу, когда его величество Конначта прогнал меня, - полный холодного достоинства, гордо выпрямился Друстан. - Эрл Бриан не держит на меня зла, хотя я едва не женился на ее высочестве, чьей руки добивался он сам. Эрл Бриан покинул свой замок, чтобы стать почетным гостем на нашей с Ханной...

- Не женился?.. сам?.. едва?.. - долетел изумленный выдох со стороны двери. Друзья обернулись - и увидели в проеме Серафиму, крепко державшую за локоть принцессу [6]. - Ну ядрена ж кочерыжка, а?! С этого и надо было начинать!

- Извините, ваше высочество, я не поним... - обиженно начал было лекарь, но Сенька его не слушала.

- Агафон, - горящий взор царевны был устремлен на чародея. - Что ты знаешь про...

- Привороты? - закончил он хмуро. - Ничего. Я - боевой маг, а это - бытовые чары. Узкоспециализированная отрасль магии.

- Вы хотите сказать, что Друстана приворожила эта молочная жаба?! - расширились и тут же опасно сощурились глаза Эссельте. - По заказу мерзавца Бриана?!



- Приворожила?.. - потерянно огляделся гвентянин. - Но... я люблю ее по-настоящему!

- Дуся, чья бы корова мычала, - снисходительно похлопал его по спине Агафон. - Вспомни свою отраву, которой ты опоил Ивана с Эссельте!

- Это не я! Они сами по ошибке...

- Я не про детали, а про принцип! И что это у тебя на пальце блестит?

Лекарь испуганно спрятал руки за спину.

- Это мое обручальное кольцо!

- От нее получил? - хищно прищурилась Эссельте.

- Да, - опустил глаза он. - То есть кольца купил эрл Бриан и подарил нам на обручение неделю назад.

- Дай сюда! - вцепился ему в рукав маг.

- Не трогай! - рванулся гвентянин - но только для того, чтобы очутиться в стальной хватке конунга.

- Сейчас дам, - пообещал волшебнику Олаф, разжимая стиснутые пальцы лекаря, как лепестки. - Снимай сам, Агафон, а то я ненароком оторву еще чего-нибудь...

- Нет!!! - яростно дернулся Друстан, но с таким же успехом хомячок мог пытаться вывернуться из медвежьего капкана.

Агафон ухватился за кольцо с россыпью фиолетовых камушков, потянул... потянул еще... и еще... и снова...

Кольцо свободно крутилось на пальце во все стороны - но не более.

- К-кабуча... - сквозь зубы промычал маг.

- Застряло? Оторвать? - деловито поинтересовался конунг.

- Да в том-то и дело, что не застряло! Оно на размер больше, чем палец - и все равно не снимается!

- И что это значит? - принцесса взволнованно прижала руки к груди.

- Ничего хорошего? - мрачно предположил волшебник и ткнул пальцем на стол: - Олаф, положи туда, пожалуйста. Да не всего его полностью! Кисть! И не отрывая!!!

- Так бы сразу и сказал... - разочарованно протянул воин и, не выпуская возмущенного лекаря, прижал его руку к пыльной столешнице. - Так сойдет?

- Угу...

Агафон накрыл кольцо сложенными лодочкой ладонями и сосредоточился. Остальные - включая лекаря - замерли в ожидании.

Ждать пришлось недолго: через полминуты маг поджал губы, зыркнул по сторонам - 'Только скажите чего-нибудь!', вытянул из рукава исписанный кусочек пергамента, буркнул что-то, дождался, пока буквы выстроятся в новые слова, и углубился в чтение.

Через пять минут процесс торжественного наложения рук повторился, но на этот раз - сопровождаемый заклинанием, аккуратно считываемым со шпаргалки. Когда последнее слово слетело с губ чародея, сквозь пальцы пробился тусклый грязно-зеленый свет.

- Ну, что? - с замиранием сердца прошептала принцесса.

- Как я и предполагал. Кольцо подверглось магической обработке, - важно сообщил чародей.

- И что? - не унималась она.

- Ну... - важности слегка поубавилось. - Ничего... А чего?

- Чего?! - возмущенно взвилась Эссельте. - Делать что будем?!

Остатки гордости незаметно испарились.

- А чего тут поделаешь... Узкоспец...

- Ну и что!!! Ты маг!!! Ты обязан что-то сделать!!!

- Почитай в шпаргалке! - сердито поддержал ее Масдай.

Его премудрие с видом 'я вас всех предупреждал' пробурчал над кусочком пергамента запрос и минут пять под благоговейное молчание друзей и негодующее - Друстана изучал рецепты.

- Ну?.. - первой не выдержала Эссельте.

- Ну... - нерешительно проговорил волшебник. - Теоретически, я бы мог его отворожить... но не уверен, как получится... Хорошо бы для проверки кого-нибудь приворожить, чтобы сначала полюбили друг друга...



- Давай нас с Симой! - жертвенно предложил Иван.

- Непродуктивно, - мотнул головой маг. - Вы и так. Эффекта не почувствуем.

- Эссельте и Друстана?

- Эссельте нельзя - состояние психики нестабильное.

- А кого тогда к кому? - Серафима задумчиво оглядела Друстана и Олафа.

Те непроизвольно попятились.

Агафон с видом оскопленной невинности [7] пожал плечами:

- Ну тогда я пас.

- А кольцо? Оно ведь заговоренное? Может, если его снять... - неуверенно проговорил царевич.

- Попробуй, - буркнул маг.

- А можно заклинание... э-э-э... ну... сломать? Или рассеять? Или как это у вас называется? - осенило царевну. - Если вы втроем объединитесь - ты, Адалет и его посох...

- Можно, - кивнул чародей. - Но Друстана это убьет. Симбиоз, понимаешь ли, и реакция...

Серафима не понимала, но страдальчески скривившись, снова задумалась, перебирая в уме один вариант за другим - и отбрасывая. Вот если бы проблему можно было решить мечом, или хитростью, или украв у кого-нибудь что-нибудь, или уговорив, но магия...

- А если палец с кольцом отрубить? - сочувственно предложил свежую идею конунг.

- А поможет? - встрепенулась и практично поинтересовалась Сенька.

- Плотно сидит, зараза, - покачал головой волшебник. - Как бы не вместе с кистью пришлось...

Лекарь рванулся и замер, переводя  потерянный взгляд с Эссельте на друзей.

- Но... это не чары! Я уверен! Я правда люблю... люблю...

- Кого? - напряженно подалась вперед принцесса.

Он опустил голову, и черные спутанные волосы закрыли осунувшееся лицо.

- Ханну, - еле слышно прошептал гвентянин. - И хочу на ней жениться больше всего на свете. Я не понимаю, что со мной происходит... и правда ли то, что она меня околдовала... или опоила зельем... но... Я не могу думать ни о чем другом. Я должен на ней жениться - завтра, самое позднее. Если свадьбы не будет - я умру. Я чувствую это... Хотя нет, не чувствую... Знаю. Как знаю, что умру, если перестану дышать...

- Что с ним? - страдальчески расширились глаза принцессы. - Бредит?

Агафон угрюмо поджал губы.

- Да нет... Похоже, заклинание с заданной точкой разрушения объекта в случае невыполнения какого-то условия. Гадкая штука...

Руки Эссельте метнулись к губам, приглушая вскрик.

- То есть, - качая головой, точно не веря услышанному, медленно проговорил Олаф, - он действительно умрет, если не женится на этой молочнице?

Волшебник молча кивнул.

- А может, Адалет придумает, что делать? - первым нарушил болезненную тишину и высказал носившуюся в воздухе идею Масдай.


- Я - боевой маг, а это - бытовые чары. Узкоспециализированная отрасль магии, - хмуро буркнул старик.

Агафон победно усмехнулся, но под взглядами друзей стушевался и пожал плечами: 'Я же вам говорил...'

Группа захвата и группа обольщения, как они назвали себя в начале операции, а также Эссельте и Иванушка собрались на военный совет на втором этаже деревенского дома собраний в комнате, отведенной почетным гостям - калифу Шатт-аль-Шейха, его придворному магу и менестрелю [8]. Друстан, контрабандой протащенный через окно с Масдая, присутствовал тоже - то ли пленником, то ли приглашенной звездой. Ахмет, взъерошенный и возмущенный, как мартовский кот, облитый водой за свои песни, расхаживал из угла в угол и пылко жестикулировал:

- Это не девушка! Это окаменевшая сосулька! Дочь уснувшей медузы! Племянница пересушенной фиги без масла! После наших с Кирианом усилий я получил тридцать предложений руки и сердца в течение тридцати минут - а она даже не посмотрела в мою сторону как следует! Не улыбнулась ни разу! Сидела как кукла - только глазами хлопала да головой кивала!

- Словно пыльным мешком из-за угла пристукнутая, - подтвердил бард.

- Вы не смеете о ней так говорить, вы, не стоящие и мизинца ее! Ханна - скромная, задумчивая девушка, непревзойденный образец кротости и благонравия, и равной ей на Белом Свете не найти и за сто лет! - взвился Друстан, сжимая кулаки - и конунг едва успел перехватить разбушевавшегося лекаря.

Кириан в ответ презрительно скривился, Эссельте побагровела, а калиф, сердито топорща усы, провещал:

- Если этот ветреный постулат... эскалоп... эскулап... получит ее в жены - так ему и надо!

Расположившаяся на кровати с Масдаем Сенька подалась вперед, задумчиво подперла подбородок ладонью и нахмурилась.

- Сосулька уснувшая? Мать сушеной медузы, говорите?.. А может, ее тоже... того? В смысле, этого? Приворожили?



- А ее-то зачем? - яростно фыркнула Эссельте, искренне не понимая, как можно абсолютно добровольно не хотеть выйти замуж за Друстана.

- Она бросила своего парня в тот вечер, когда познакомилась с Друстаном, - мягко напомнил Иванушка.

- Это естественно, - выдавила гвентянка, и взор ее, в который раз за десять минут, невольно устремился на лекаря.

Он переминался с ноги на ногу ссутулившись, с отсутствующим видом, глядя расфокусированным взглядом куда-то в бесконечность - жалкая тень полного скрытого огня и дерзания поэта, которого она полюбила - и сердце принцессы сжалось в мучительном спазме. Стоять рядом - и не уметь помочь, быть готовой отдать жизнь или идти пешком на край Белого Света чтобы добыть то, не знаю что, где и у кого - и знать, что это бесполезно... Большей пытки она не могла себе представить, даже когда думала, что он действительно ей изменил. Горячие злые слезы ярости, бессилия и нежности навернулись ей на глаза, и Эссельте метнулась за спину отряга, пряча лицо в ладонях.

Друстан проводил ее взглядом, тронутым слабой тревогой, но когда она скрылась из виду, отвернулся и уставился в пол.

- Это не более естественно, чем его внезапная влюбленность! - не унималась тем временем царевна. - Не верю я в такие совпадения - хоть тресни!

Треснуть Серафиму никто не осмелился, если даже и рассматривал такую возможность хоть сколько-нибудь серьезно, но возразить желающие нашлись.

- А если даже она и привороженная, что с того, Сим? - повел плечом отряг. - Как это может нам помочь? Или помешать? Или может?

Он перевел взгляд на волшебников.

Те переглянулись.

- Эвентуальное развитие событийного ряда в парадигме пространственно-временного континуума инвариантно продемонстрирует сравнительную ценность каждой из сингулярных гипотетических тенденций, - Адалет важно облек в слова то, что его ученик не успел высказать как 'А пень его знает'.

- Ну так это... значит... кхм... что с Друстаном, в смысле, делать будем? Что наука скажет, то есть? - первым оправившись от сверхдозы научной лексики, Олаф обвел чародеев почтительным взором.

- Вот если бы кольцо как-то снять... - не дожидаясь решения консилиума, почти безнадежно прошуршал с кровати ковер.

Ахмет экспрессивно развел руками:

- Увы, только в сказках злые чары рассеиваются, если снять заколдованный перстень или разбить проклятую вазу!

- Нет, не только, - вспомнил Иванушка окончание осады Лукоморска.

- Всё зависит от того, как маг запитал своё заклинание, - рассеянно буркнул Адалет.

- Запитал? - калиф недоуменно приподнял брови домиком. - В смысле, закормил? Его надо много кормить?

- Обязательно, - ухмыльнулся маг-хранитель.

- Жертвоприношениями? - испуганно расширил очи Ахмет.

Адалет невольно хохотнул:



- К счастью, нет. Заклинание - особенно долгосрочного действия - можно запитывать от магического поля Белого Света, и тогда оно будет работать, пока существует магия. Можно запитать от артефакта, и оно будет работать, пока тот не потеряет силу, то есть, не будет истощен. А еще накладывающий может запитать заклинание от себя, что зависит от личной силы мага и желания постоянно расставаться с ее частью, иногда немалой.

- А эта запитала его от поля или от артефакта? - спросил Агафон.

- Только не от поля, - покачал головой старый волшебник. - Для ведьм, не имеющих классического образования, как и для студентов с незаконченным классическим, не буду ни в кого тыкать посохом, это слишком сложно, чтобы не сказать, невозможно. Долгосрочное заклинание с запоротым энергетическим модулем не проживет и нескольких часов. Максимум - день-два, если с очень низким энергопотреблением. Обычно дилетанты завязывают заклинания на артефакты или на себя.

- Но они получили кольца только через неделю после того, как решили пожениться, - с сомнением проговорил Олаф.

- Значит, до этого она запитывала его от себя, а потом перевела подпитку на кольца, - пояснил старик.

- То есть, всё это время она должна была быть где-то рядом... - еле слышно пробормотала Сенька.

- Послушайте, я придумал, придумал! - лицо лукоморца озарила идея. - Всё очень просто! Надо найти ведьму и поговорить с ней! Рассказать ей всё и убедить! Она поймёт, обязательно, я уверен!..

Адалет покачал головой.

- Если и найдешь. Если и поймет. Заклинание уже не снять даже ей, потому что подпитка переведена на артефакт.

- А если артефакт вдруг откажет?.. - не скрывая разочарования, но всё еще надеясь отыскать хоть какую-нибудь лазейку в неприступной стене магии, не отступался Иванушка.

- Тогда, чтобы заклинание не рассыпалось, ей придется снова запитать его от себя, пока не заменит на новый. Но это всё из разряда вопросов академических: энергетические артефакты не отказывают. Практически нико...

Договорить Адалет не успел, потому что в этот момент Агафон расширил глаза и выдохнул:

- Энергетический модуль! Его можно разбить?

- Я уже думал об этом, - отмахнулся маг-хранитель. - Разбить его можно, но это убьет парнишку, как если бы мы аннигилировали само заклинание. Теоретически, конечно, модуль можно заблокировать. Временно. Накачать энергией, переполнить емкость, что приведет к свободному протеканию - перед тем, как он взорвется. Если не прекратить атаку, естественно. Но пара минут до критической точки у нас было бы.

- И за это время можно снять кольцо! - загорелись глаза Иванушки.

- Да, - кивнул старый волшебник.

- Ну так чего же мы... то есть, вы?!..

- А того, вьюноша, - маг сурово зыркнул на лукоморца из-под кустистых бровей, - что для этого на модуль нужно воздействовать одновременно тремя отдельными потоками энергии! Тремя!

- Но вы... раз... и Агафон... два... - начал лихорадочно загибать пальцы царевич, точно от этого источников могло стать три - но не становилось. - Агафон... и вы...

- И посох! - радостно воскликнула царевна. - Три!

Друзья просияли, и даже Агафон облегченно хмыкнул - но Адалет поглядел на нее с сожалением и покачал головой:

- Посох может поддерживать наложенное магом заклинание, Сима, но не служить автономным активным источником силы.

- То есть... в смысле... никак?.. - еще надеясь на скрытые между строк 'кроме' и 'если только', умоляюще заглянула ему в глаза Серафима. - Совсем?

- Совсем, - хмуро подтвердил чародей.

Разочарованный выдох друзей бризом пролетел по комнате.

- Можно отрубить это... палец... или руку... немного... кусочек... - несмело пробормотал Олаф, кося на безвольно застывшего в углу лекаря.



- А это уж как Эссельте решит, - пожал плечами Кириан. - Ее жених. Был. Если решит, что жених без руки лучше, чем никакого...

Из-за спины отряга раздался всхлип.

- Язык тебе отрубить надо, вот что, - сердито насупился калиф.

- Послушайте! Можно ведь пока украсть Друстана, а потом найти еще одного мага! - озарило Масдая.

- Нельзя. Заданная точка разрушения, помнишь? - одной короткой фразой зарубил воспрянувшую было надежду Агафон. - И судя по всему, эта точка завтра. То есть, если завтра утром не будет его свадьбы, то в обед будут похороны.

- Мы будем лететь всю ночь, и... и... и может... - шерстяной голос сошел на нет.

- Не надо, - бледная, как полотно, выступила из-за спины отряга Эссельте, и Кириан проворно устремился к ней, подставляя руку, чтобы принцесса могла опереться - то ли из искренней заботы, то ли желая загладить ляп.

- Ваше высочество, счастье стоит риска, - проговорил он. - Особенно ваше.

- Нет, - еле слышно выдавила гвентянка. - Пусть лучше он будет женат на другой, чем мертв. Если ничего невозможно сделать...

- Нет, ну почему ничего... - обиженно пробормотал отряг, поглаживая рукоять топора.

Не замечая никого, кроме подавленно умолкших волшебников, Эссельте зашагала к ним, пытаясь заглянуть в глаза, будто, несмотря ни на что, надеялась прочитать там, что все-таки есть один, последний, невероятный способ исправить чудовищную несправедливость...

Но его не было.

- Извини, Селя, - неотрывно изучая неровные половицы, ставшие вдруг безумно интересными, выдавил Агафон. - Если бы можно было сделать хоть что-то, я бы... мы бы...

- Если бы у нас был третий маг... - виновато развел руками Адалет.

- Или хотя бы ведьма... без высшего образования... - машинально бросил камушек в огород учителя Агафон.

- Ведьма? - вопросительно хмыкнула Сенька и поднялась с кровати. - Ведьма у нас где-то есть.

- Осталось только найти ее и уговорить помочь нам, о Серафима Неизменно Премудрая, - бросил через плечо саркастическую усмешку менестрель.

- Найти-то, мне кажется, не проблема. Шиву в мешке не утаишь, как говорят бхайпурцы, - сосредоточенно закусив губу, проговорила царевна. - А вот насчет помочь...

- Ага, наконец-то ты увидела небольшой изъян своего плана!

- От изъяна слышу, - сообщила музыканту Сенька и продолжила: - Если пораскинуть мозгами... у кого они есть... то, в принципе, можно попробовать...

- Что? - голубые глаза принцессы, полные слез, отчаянно распахнулись, она метнулась к подруге и схватила ее за плечи. - Сима, что, что, что?!..

- Погоди, Сель, сейчас мысли рассортирую, и всё скажу, - царевна ободряюще сжала холодную руку Эссельте и глянула на мага-хранителя: - А послушай, уважаемый Адалет... А сможешь ли ты... потому что нашего не менее уважаемого Агафона я боюсь такие вещи даже спрашивать... памятуя, что он нам рассказывал про свои приключения с Гретой во дворце...

- Что смогу? - цепко прищурился маг-хранитель.

- А вот что...


 Вечер плавно подходил к утру, а девичник - к концу, когда лестница, ведущая со второго этажа, заскрипела под тяжелыми шагами, и на ней показался Ахмет Гийядин Амн-аль Хасс, калиф Шатт-аль-Шейха, и его свита, изрядно выросшая за время уединения именитого гостя.

Важно оглядывая оживившихся женщин, за калифом шествовали его музыкант с арфой, телохранитель с набором топоров, огромный и рыжий, юноша ученого вида - не иначе, секретарь, поддерживающий под локоть старого мудреца с посохом, юноша другой, неопределенных добродетелей и рода занятия, юноша третий, невысокого роста и с невинными, как у младенца, глазами, светловолосая хмурая девушка - и жених Ханны.

При виде последнего радостный шум за столами упал до легкого озабоченного гомона.

- А ты, птица столичная, как туда залетела? - громче всех удивилась одноглазая старуха в белом клетчатом платье. - Жениху невесту на девичнике видеть - примета плохая! А ну-ка, вываливайся отсюда, друг сердешный, пока кочергой не отходили! А ты глаза закрой, ворона! - она обернулась на рыжую девушку слева, не сводившую влюбленного взора с Друстана, едва тот вошел. - А то счастье свое проглазеешь! Всё тебе говорить надо!



- Но тетушка...

- В приметы верить - в лес не ходить, как любил говаривать Шарлемань Семнадцатый! - озорно подмигнул старухе высокий разбитной парень. - Налей-ка нам, мать, лучше чего-нибудь эдакого - так есть хочется, что аж в горле пересохло!

Калиф со свитой остановились между столами и потерянно заоглядывались, словно отыскивая, куда бы примоститься всей компанией.

- Кто поздно пришел - тот корки нашел! - расхохоталась в ответ разбитному румяная женщина в синем.

- Но для тебя, красавчик, поди, сыщем кость недообглоданную! - задорно поддержала ее другая молодушка.

Не найдя достаточно свободных мест подряд, придворные стали расходиться кто куда. Мудрец, секретарь калифа, девушка и разбитной парень остались стоять перед столом невесты - и с ними жених. Глаза Друстана нашли Ханну, и по лицу его расплылась блаженная улыбка. Девушка из свиты закусила губу.

- Мужики не собаки, на кости не бросаются! - лукаво подмигнул молодухе разбитной.

- А это ведь как попросишь! - шаловливо и нетрезво улыбаясь, вступила бабенка из-за другого стола. - Если по-хорошему, то, глядишь, отыщем тебе и чего помягче подержать!

Но не успел его премудрие ответить [9], как двери зала распахнулись, и с улицы, дыша сивухой и туманами, ввалилась толпа деревенских мужиков во главе с эрлом Брианом.

- Вот вы где!!! - возмущенно выкрикнул тощий усатый парень. - А мы вас по всей деревне обыскались!

- И жених тут!

- А-а-а, попался, который убегался!

- Денежку гоните, друзья-приятели!

- Должок?..

- Заём?..

- Залог?..

- Выкуп!

- Точно!!!

- Я ж сразу говорил - пошли к девчонкам! Да кто меня слушал! - радостно напомнил лысый старичок, потирая ручки.

- Молодец! Прав оказался! - загомонил мальчишник.

Улыбаясь и похохатывая, мужская половина предсвадебного торжества втянулась с промозглой улицы в свет, тепло и симфонию головокружительных ароматов.

- Присаживайтесь, присаживайтесь! - защебетал девишник, обретя второе дыхание.

- Женчины, подвигайтесь!

- Тарелки несите еще!

- Кружки!

- Мяса!

- Эля!

- Скамейки!

- Кончились!

- Доски тогда!..

- Да не пихайтесь, мужуки, все уйдемся!

Видя, что дефицитом на глазах становятся не только посуда и угощение, но и посадочные места, Агафон выругался шепотом, оглянулся и, не видя вариантов [10], ловко выдернул ногой табуретку из-под опускавшегося зада белобрысого парня. Посадив Адалета, он встал рядом сам, навалился боком на стол и закрыл глаза, словно уснул.

- Эй ты! - возмущенный блондин воззвал с пола к справедливости.

- Чего? - не замедлила она явиться, но отчего-то не в виде дамы в простыне с мечом и весами, а в виде двухметрового громилы в безрукавке из шкур и с набором топоров. Он склонился над пострадавшим и проникновенно заглянул ему в глаза: - Тебе что-то не нравится?

- А-а-а... э-э-э... в-всё? Н-нравится? М-м-мне? - прозаикался светловолосый, быстро поднялся и нырнул в толпу.

Его светлость эрл Бриан, заготовив холодное выражение лица и несколько горячих слов для незваных друзей лекаря, заставивших его несколько часов носиться по Блэкмайну и его окрестностям как борзую, остановился рядом с женихом.

- Ну что, нагулялся? - негодование и брезгливость были написаны на его правильных чертах красными чернилами большими буквами.

Друстан виновато обернулся. Бриан, демонстративно его игнорируя, скользнул презрительным взором по лицам окружавших его людей... и охнул. Лекарь, озадаченный реакцией своего покровителя, растерянно глянул назад...

- Ты ведь хочешь сказать, как ее любишь? Что она - единственная? Самая красивая? Самая желанная? - не давая гвентянину опомниться, склонился к его уху Иванушка. - И как ты виноват, что встречался с другой? И подойди поближе!

- Да, конечно! - просиял лекарь. - Конечно!

Не раздумывая больше ни секунды, он схватил Эссельте за плечи, лихорадочно притянул ее к себе, и несвязные дрожащие слова любви, радости, отчаяния и прощения полетели с его губ. Пальцы принцессы нежно обхватили пальцы Друстана и прижали к щеке, мокрой от слез.

Эрл смотрел на происходящее, вытаращив глаза и открыв рот - но недолго.

- Это... это... ты... Ты! - пальцы его, скрюченные, точно ощутили горло соперника, сжались в кулак, а пылающий яростью взгляд, лесным пожаром оббежав весь зал, впился во что-то - или в кого-то - метрах в двух от него. - Ты!!!..

Гости удивленно оглядывались, но уловив, куда тыкал светлейший перст, скорее отводили глаза или отворачивались. Меньше знаешь...

Со старухи в белом клетчатом платье можно было лепить скульптуру 'Офигения в Блэкмайне' [11].

Она ахнула, расширила глаза, побледнела, попыталась встать, запуталась в подоле, налетела на кого-то, некстати оказавшегося рядом, хлопнулась на место, впилась сверлящим взором во влюбленную парочку, и пальцы ее вдруг ожили, зашевелились, как лапки паука вокруг неудачливой мухи. Опомнившись, старуха спрятала руки под стол, подалась вперед всем телом и, затаив дыхание, напряглась и замерла, будто силясь пройти сквозь невидимую стену.

Показалось гостям, или и впрямь в сияющем воздухе поплыли эфемерные серебристые искры?..

Но не успели они присмотреться или спросить у соседей, видят ли они то же, что все остальные, не говоря уже о том, чтобы испугаться или удивиться, как всё закончилось. Искры пропали, свет потускнел, а старуха, задыхаясь и хрипя, навалилась грудью на стол, усыпанный ритуальными плодами и овощами, и замерла, точно лишившись сил.

В тот же миг Эссельте вырвалась из объятий Друстана и повернулась к взбешенному эрлу со сладкой улыбкой.

- Милейший Бриан! Как я счастлива тебя видеть - ты просто не можешь представить! Как хорошо найти тебя рядом именно тогда, когда ты нужен мне больше все людей на Белом Свете!

- Я?.. - опешил вельможа от внезапной, как цветочный горшок на голову, сбычи мечт, отступил на шаг, но от влюбленной девушки так просто было не сбежать.

- Ты, кажется, очень хотел получить от меня обручальное кольцо?

- Я...

- Так получи же! - прорычала принцесса, схватила его за руку и с силой, точно забивала гвоздь в крышку гроба врага, надвинула на палец золотое кольцо с россыпью фиолетовых камушков.

Ошарашенный Бриан несколько секунд переводил взгляд с кольца на Эссельте и обратно - и вдруг всё понял.

Издав отчаянный вопль, он вцепился в кольцо, силясь стянуть - но с таким же успехом он мог попытаться оторвать себе палец.

- Ты!.. Вы!.. Ты!.. - разрываясь между страхом, яростью и пиететом, эрл искал и не находил подходящих слов - и вдруг обмяк. Лицо его приняло мечтательное выражение, а взор забегал по лицам гостей в поисках одного-единственного человека, уготованного ему магией. - Где же ты, любовь моя?..

- Я здесь, мой милый! - донеслось из толпы, и навстречу ему, раздвигая локтями огорошенных сельчан, выбежала и бросилась ему на шею старуха в белом клетчатом платье.

В свете масляных ламп на безымянном пальце ее левой руки тускло светилось золотое кольцо с россыпью фиолетовых камней.


 - ...ну а дальше? Что было дальше? - бледное лицо Друстана под встречным ветром горело румянцем, затмевающим краски рассвета, а рука обхватила Эссельте, бережно, но крепко, словно из опасения, что девушка внезапно может вырваться и пропасть. Но ни вырываться, ни тем более, пропадать принцесса не собиралась, и голова ее с растрепавшимися белокурыми волосами мирно покоилась у него на плече, точно ничего другого для счастья в жизни ей было не нужно.

Внизу на деревенской площади остались провожающие: рыжая молочница - снова невеста, но уже счастливого пастуха, и несколько сельчан. Эрла и ведьму они после девичника больше не видели - то ли те увлеклись подготовкой к созданию благополучной семьи, то ли попытками снять заклинание. Как бы то ни было, Эссельте на них зла не держала и желала им успехов в любом из начинаний - хоть и подозревала, что вероятность и того, и другого равна нулю.

- А дальше все было просто. Почти. Потому что я всё-таки боевой маг, а не какой-нибудь придворный чароплёт, который только этим и занимается, - гордо поигрывая пальцами на посохе, продолжил Адалет. - Я настроил посох на тебя и подготовил заклинание иллюзии. Как только настал нужный момент - активировал, и вместо Эссельте ты увидел перед собой Ханну. Но только ты, и никто другой - и не думай, что это было раз плюнуть!

- Но я действительно видел... думал... хоть и не понял, как она вдруг очутилась... - смущенно забормотал гвентянин, и Агафон покровительственно похлопал его по спине:

- Есть много такое, брат Друстан...

Лекарь улыбнулся.

- А после этого ведьма увидела, что я обнимаю Эссельте, решила, будто что-то случилось с артефактом, и в панике принялась делать то, что... ну, это... с этим... как вы, маги, его называете?..

- Не буду утруждать спецификой, - хмыкнул маг-хранитель, - но в результате мы получили одновременное воздействие на энергетический модуль артефакта тремя потоками - что и было нужно, чтобы снять твое кольцо.

- А второе кольцо? Как оно оказалось на пальце старухи? - спохватился лекарь.

- В самом деле, как? - вопросительно запереглядывались друзья.

Царевна Серафима скромно потупила очи:

- Мне стало жалко ведьму. Столько усилий на создание семей для других - а о себе позаботиться некогда. И когда я увидела, как Селя надевает кольцо на палец Бриана, то подумала, что молодой красавчик-муж и собственный замок - достойная награда за труды на поприще бытовой магии длиною в жизнь. А остальное - быстрота и ловкость рук, и никакого мошенничества.


{1}

Примечания

1

С привкусом мух и комаров.

(обратно)

2

Только кого - непонятно

(обратно)

3

 Эффект получился пугающий. Несколько человек даже протрезвели и тут же попытались компенсировать потерю ударной дозой алкоголя.

(обратно)

4

Конечно, для Олафа такого вопроса не существовало. Трудность для него представлял другой: если он встанет с топорами у парадного входа, а мага поставит на задний, то укараулит ли Серафима с одним мечом все окна, или придется дать ей запасной топор?

(обратно)

5

Или успеть к самому интересному.

(обратно)

6

Порванный рукав, грязная юбка и поцарапанная щека показывали, что погоня очень скоро превратилась в спасательную операцию: погруженная во тьму территория заброшенной шахты к долгим преследованиям не располагала.

(обратно)

7

Как сказал бы Шарлемань Семнадцатый.

(обратно)

8

Как сказал бы Шарлемань Семнадцатый.

(обратно)

9

А может, учитывая направление, в котором разговор сворачивал, оно было и к лучшему.

(обратно)

10

И свободной мебели.

(обратно)

11

Так звали девушку, героиню известной гвентянской пьесы, лишенную при рождении способности удивляться, преодолевшую немыслимые испытания и препятствия в поисках чародея-отшельника, который смог вернуть ей этот дар путем невероятных свершений в области магии, и умеревшую от передозировки этого чувства через десять минут после получения, когда он показал ей, какая тыква выросла у него в огороде.

(обратно)

Комментарии

1

Примечание автора: упоминаемые героями события происходили чуть более месяца назад в "Невесте Морхольта"

(обратно)

Оглавление

  • Свадьбы - не будет!