КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 400439 томов
Объем библиотеки - 524 Гб.
Всего авторов - 170287
Пользователей - 91011
Загрузка...

Впечатления

ZYRA про Юрий: Средневековый врач (Альтернативная история)

Начал читать, действительно рояль на рояле. НО! Дочитав до момента, когда освобожденный инженер-китаец дает пояснения по поводу того, что предлагаемый арбалет будет стрелять болтами на расстояние до 150 МЕТРОВ, задумался, может не читать дальше? Это в описываемое время 1326 года, притом что метр, как единица измерения, был принят только в семнадцатом веке. До 1660года его вообще не существовало. Логичней было бы определить расстояние какими нибудь локтями.

Рейтинг: 0 ( 1 за, 1 против).
Stribog73 про Епплбом: Червоний Голод. Війна Сталіна проти України (История)

2 ZYRA & Гекк
Мой дед таких как вы ОУНовцев пачками убивал. Он в НКВД служил тоже, между войнами.
Я обязательно тоже буду вас убивать, когда придет время, как и мои украинские друзья.
И дети мои, и внуки, будут вас убивать, пока вы не исчезнете с лица Земли.

Рейтинг: +1 ( 3 за, 2 против).
Гекк про Епплбом: Червоний Голод. Війна Сталіна проти України (История)

Успокойтесь, горячие библиотечные парни (или девушки...).
Я вот тоже не могу понять, чего вы сами книжки не пишите? Ну хочется высказаться о голоде в США - выучил английский, написал книжку, раскрыл им глаза, стал губернатором Калифорнии, как Шварц...
Почему украинцы не записывались в СС? Они свободные люди, любят свою родину и убивают оккупантов на своей земле. ОУН-УПА одержала абсолютную победу над НКВД-МГБ-КГБ и СССР в целом в 1991, когда все эти аббревиатуры утратили смысл, а последние члены ОУН вышли из подполья. Справились сами, без СС.
Слава героям!

Досадно, что Stribog73 инвалид с жалкой российской пенсией. Ну, наверное его дедушка чекист много наворовал, вон, у полковника ФСБ кучу денег нашли....

Рейтинг: -1 ( 2 за, 3 против).
ZYRA про Епплбом: Червоний Голод. Війна Сталіна проти України (История)

stribog73: В НКВД говоришь дедуля служил? Я бы таким эпичным позорищем не хвастался бы. Он тебе лично рассказывал что украинцев убивал? Добрый дедушка! Садил внучка на коленки и погладив ему непослушные вихры говорил:" а расскажу я тебе, внучек, как я украинцев убивал пачками". Да? Так было? У твоего, если ты его не выдумал, дедули, руки в крови по плечи. Потому что он убивал людей, а не ОУНовцев. Почему-то никто не хвастается дедом который убивал власовцев, или так называемых казаков, которых на стороне Гитлера воевало около 80 000 человек, а про 400 000 русских воевавших на стороне немцев, почему не вспоминаешь? Да, украинцев воевало против союза около 250 000 человек, но при этом Украина была полностью под окупацией. Сложно представить себе сколько бы русских коллаборационистов появилось, если бы у россии была оккупирована равная с Украиной территория. Вот тебе ссылочки для развития той субстанции что у тебя в голове вместо мозгов. Почитаешь на досуге:http://likbez.org.ua/v-velikuyu-otechestvennuyu-russkie-razgromili-byi-germaniyu-i-bez-uchastiya-ukraintsev.html И еще: http://likbez.org.ua/bandera-never-fought-with-the-germans.html И по поводу того, что ты будешь убивать кого-там. Замучаешься **овно жрать!

Рейтинг: -3 ( 2 за, 5 против).
pva2408 про Епплбом: Червоний Голод. Війна Сталіна проти України (История)

Никак не могу понять, почему бы американскому историку (родилась 25 июля 1964 года в Вашингтоне) не написать о жертвах Великой депресссии в США, по некоторым подсчетам порядка 5-7 млн человек, и кто в этом виноват?
Еврейке (родилась в еврейской реформисткой семье) польского происхождения и нынешней гражданке Польши (с 2013 года) не написать о том, как "несчастные, уничтожаемые Сталиным" украинцы, тысячами вырезали поляков и евреев, в частности про жертв Волынской резни?

А ещё, ей бы задаться вопросом, почему "моримые голодом" украинцы, за исключением "западенцев", не шли толпами в ОУН-УПА, дивизию СС "Галичина" и прочие свидомые отряды и батальоны, а шли служить в РККА?

Почему, наконец, не поинтересоваться вопросом, по какой причине у немцев не прошла голодоморная тематика в годы Великой Отечественной войны? А заодно, почему о "голодоморе" больше всех визжали и визжат западные украинцы и их американские хозяева?

Рейтинг: +5 ( 8 за, 3 против).
Serg55 про Головина: Обещанная дочь (Фэнтези)

неплохо

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Stribog73 про Народное творчество: Казахские легенды (Мифы. Легенды. Эпос)

Уважаемые читатели, если вы знаете казахский язык, пожалуйста, напишите мне в личку. В книгу надо добавить несколько примечаний. Надеюсь, с вашей помощью, это сделать.

Рейтинг: -1 ( 1 за, 2 против).

Грани Игры (СИ) (fb2)

- Грани Игры (СИ) 2.34 Мб, 566с. (скачать fb2) - Andr

Настройки текста:



Andr Грани Игры

Глава 1

Для хорошего «Ого — го!» всегда не хватает пустяка: времени и вдохновения.

Вне зоны воздействия.

Звонок домофона взрезал тяжелый пласт сна резко и настойчиво. Сознание Артёма медленно всплывало, ориентируясь сначала исключительно на настырный звук, а ещё через мгновение, на знакомую обстановку комнаты. Первая мысль была сложной и о разном: «Уф, хорошо, я дома. Кому ж это, бля, неймётся?»

Встал тяжело, прошлепал босыми ногами по холодному полу, а потому, пока шел к двери, никаких полезных мыслей не было. Думал, что в такое червивое лето пол теплым и не будет, и что тапочки хорошо бы с вечера ставить возле дивана, а не глубоко под него. Эти и так редкие мысли разом оборвались у экрана домофона, где Артем с непониманием уставился на двух мужиков в форме.

— Вам кого, любезные?

— Если ты Артем Сергеев, то тебя. И, пожалуйста, любезный, — ответно подчеркнул старший из мужиков — открой дверь. У нас в графике не предусмотрено двадцатиминутное топтание под каждой дверью.

— Так, мужики, а вы откуда?

Старший хотел ругнуться, но, видимо, опыт общения с разными клиентами в разных ситуациях сказался, и он только сочувственно растолковал.

— Из «Радеона» мы. Ты вчера виртуальную капсулу у нас заказал. Все услуги оплатил, анкеты все нужные заполнил, время нам назначил, в графе наличие в доме доставки груза грузового лифта плюсик поставил — выделил главное для себя посланник Радеона.

Артем потряс головой: «Было, ой, было. Смутно, далеко, но точно было. Ай, ладно, всё потом»

— Заходите. Он нажал кнопку допуска. — Как долго будете всё устанавливать?

— Как пойдет. Но обычно с тестовым прогоном за час — полтора управляемся.

С грузовым лифтом Артем не обманул, в дверь капсула тоже вошла без проблем. Нужные для установки, пустой угол и розетка были в наличии, так что Артем, оставив грузчиков- техников заниматься своим делом, побрел на кухню. Хотелось холодной воды и кофе. Причем одновременно.

Вода из‑под крана выполнила половину запроса. Полегчало. Щедро сыпанув в чашку молотого «под запарку» кофе, и поставив чайник на диск, Артем смог, наконец, сесть и спокойно вспомнить вчерашний день.

На фестиваль бардовской песни он собирался давно, как только узнал о намечающемся событии. А было это месяц назад. Немножко самому попеть, больше других послушать. А тут, позавчера, слухи, бродившие всё тот же месяц по конторе, нашли свое самое мрачное воплощение. Шеф, собрав утром всех пятерых сотрудников в офисе, сообщил, что вынужден свернуть дело, и пригласил по одному зайти к нему в кабинет.

Судя по всему, долго прощаться у бывшего работодателя настроения не было, и Артем, приглашенный к шефу последним, зашел в кабинет уже минут через пятнадцать.

— Вот такая история Артем Сергеевич. Грустная или нет, решать тебе. Но честно скажу — мне нравилась твоя хватка и стиль работы.

Шеф, о чем‑то задумавшись, смотрел сквозь Артема, нервно постукивая пальцами по столу. То ли что‑то для себя решив, то ли, наоборот, так и не решив ничего, он достал из стола плотный конверт и протянул Артему.

— Вот здесь небольшая компенсация за внезапное нарушение, — шеф покрутил пальцами в воздухе, видимо подбирая нужные слова — Твоей устоявшейся жизни. И аванс, предполагающий, что я могу на тебя рассчитывать в дальнейшем, если такое дальнейшее возникнет. Ведь могу?

Артем осторожно спросил:

— А когда возникнет это… Ну, дальнейшее?

— Хотел бы я и сам это знать. Очень надеюсь, что скоро, но что не ранее чем через полгода — к гадалке не ходи. Так что считай на это время себя в отпуске. Оплаченном отпуске. Годится?

Между собеседниками повисла пауза, и Артем вдруг сообразив, что мяч на его половине поля, быстро и бодро сказал:

— Конечно, годится, Константин Евграфович. Вы целиком можете на меня полагаться. Все мои координаты у вас есть, так что как только гудок прогудит, я опять в команде.

— Тогда я не прощаюсь. До встречи, Артем. И вот ещё что, — лучше не сильно светить содержимым конверта среди коллег. Предложение было сделано только тебе. Мне в принципе все равно, но человеческая зависть очень легко въедается в любой организм. Оно тебе надо на этот вечер?

Конверт Артем открыл уже дома, поздним вечером. Потому что ранним вечером, он таки посидел в пивной, с уже бывшими коллегами, и под общие застольные сетования:

— Как хорошо жилось, и какой шеф сволочь — знал же заранее, мог бы и предупредить, хоть работу поискали бы, и какой он жмот — мог бы и больше, чем полтора оклада выплатить, — понял, что с людьми, бывшими по десять — двенадцать часов в день два года его семьей, расстается без всякого сожаления.

Хоть шеф и говорил о полугодовом ожидании, но в конверт вложил аж семь окладов. Нет, не так: ого, целых семь окладов! Огромные деньги. И куча свободного времени. Можно было съездить в Таиланд, попялиться на слонов и на таек. Нет, пялиться будем на слонов, а таек будем…Мысль, обрадованная предстоящей обеспеченной свободой, неуправляемо понеслась вскачь.

Там были и обожаемая Артемом Шотландия, и новый байк (хотя откуда взяться старому, если до сего дня байк был только отдаленной мечтой), и заказ у частных кузнецов умельцев рыцарской одежки времен Роберта Брюса.

Так, убаюканный тремя выпитыми бокалами пива и радужными перспективами, Артем и проспал всю ночь, без мрачных сновидений и терзаний только что лишившегося работы человека.

А утром уже бодро трусил на электричку, чтобы успеть к началу давно запланированного слета любителей бардовской песни.

Бардовскую песню Артем любил со школьных походов. Тогда же он выучился не то, чтобы хорошо играть на гитаре, но и правильно брать аккорды и любить песню не только за ритм, но больше за слова, бередящие душу.

Позже, в студенчестве, эта любовь как‑то трансформировалось в любовь к исполняемым под гитару шотландским балладам, захватившим парня внезапно, но очень мощно. Артема просто завораживало все, что хоть немного приближало его к славным временам их написания.

Он перечитал сначала исторические, а потом и не очень, книги про Шотландию, изданные на родном языке. Потом добрался до книг и хроник на английском языке, потом стал иногда посещать собрания ролевиков, где с удовольствием примерял самопальные доспехи и увлеченно размахивал мечом, каждый раз ощущая в груди приятный трепет.

И вот теперь он, наконец, мог себе позволить не только помечтать о поездке на родину своих героев, но и стать обладателем меча, шлема и щита с уже давно придуманным личным гербом.

Знакомая мелодия внезапно вырвала Артема из задумчивости и повела, как крысюка запах сыра, за собой. Не далеко, к соседнему костру, где, привалившись спиной к старому дубу, неизвестный ему гитарист тихонечко наигрывал классическую шотландскую балладу.

Закончив играть, незнакомец приоткрыл глаза и спросил у Артема:

— Нравится?

— Угу. «Jock o'Hazeldean» не может не нравиться.

Гитарист мгновенно протянул свою ладонь навстречу:

— Приятно познакомиться. Влад.

— Артем.

— Чего так замер над песней. Шотландию, о которой я пел, любишь?

— Люблю. Вот даже съездить туда собрался.

— Нафига? Выброшенное бабло и слегка притрушенный пылью новодел, вот и все что тебе может дать сейчас Шотландия. Я уже давно для себя нашел кусочек той страны, никуда не уезжая. Хочешь, поделюсь секретом? Ты что пить будешь?

— Так утро. Чай буду пить.

— Это правильно. Значит вечером. Утро хоть и мудренее вечера, но вечер однозначно долгожданней.

Выдав эту не совсем понятную сентенцию, Влад снова стал мягко перебирать гитарные струны, не прекращая неспешную беседу с Артемом.

Результат оказался абсолютно неожиданным. Уже через час, Артем, был полон веры как неофит, и твердо знал, что ему надо срочно ехать в город, приобретать годовой абонемент на офигенную игруху, до кучи прикупить вирткапсулу, можно без крутых абгрейдов, но и не самую лохушную: Х — стандарт вполне подойдет. Ещё затарить продуктов в холодильник, минимум на неделю. И аллилуйя, да пребудет с вами ваша мечта. Пользуйся и наслаждайся. Ничего более живого и реального из времен той Шотландии в мире уже (ещё) нет.

Причем посыл был такой мощный, что по времени его хватило аж до предпоследней электрички, в которой Артем возвращался на вечернюю зорьку, к любителям бардовской песни, успев стать обладателем абонемента на годовое посещение игрового мира Файролл, квитанции на получение и подключение следующим днем вирткапсулы и подарочной флешки. Как успели порадовать покупателя в специализированном магазине концерна — в подарок шел видеоролик курса «молодого бойца» и куча всяких других полезных адресных ссылок по ключу «Файролл». Этакий набор для ленивца. Лучше уж думать так, потому как иной портрет обладателя такой флешки выглядел очень обидно.

А вот в электричке запал и иссяк. И за полчаса, пока Артем добирался до места лагеря, он уже думал что лучше бы он потратил деньги на кузнеца. Тогда бы их ещё и на поездку хватило. Наверное, все‑таки в Тай. Там на обман мечты попасть шансов меньше.

Хотя и тут имелся свой засадный полк, но что мы девочку от мальчика не отличим?

— Эль будешь? Настоящий.

— В смысле вересковый? — сразу сделал стойку Артем.

— В смысле из Шотландии. А так, я особо не вчитывался. Буквы больно мелкие.

— Ещё и не наши, — ехидно добавил Артем, делая солидный глоток из бутылки.

— Да и фиг с ними, с буквами. Ты в магазин «Радеона» попал?

— Попал — односложно ответил Артем, подумав, что слово то очень многогранное.

— И что…?

— Завтра привезут Х — стандарт. Я там ещё пару улучшений заказал. Повышает яркость впечатлений и достоверность происходящих в игре событий. Содрали, конечно, прилично, но я подумал, что на ощущениях экономить, что деньги в унитаз спускать.

Артем с сожалением сунул в пакет пустую бутылку.

— Хороший эль. Вкусный. Я ещё и пожрать ничего не успел с этой беготней. Боялся на электричку опоздать, вот и хапнул всего пару пирожков и чашку кофе за весь день в городе.

— Не парься, меня тут все знают. Сейчас каша доварится, меня к котлу позовут, я и для тебя порцайку насыплю.

И, кстати, поздравляю. Бери норда. На Севере это то же, что и Морские короли. Типа викинги, только ещё злее. И до локации с местными «шотландцами» не далеко. Жаль, что в Пограничье только НПС кланы, а так бы я за гэльтов играл. Да и допуск кланов игроков на полноценную дружбу с гэльтами разработчики не предусмотрели. Иначе Глен уже давно бы это дело пробил.

Значит, ты месячишку побегаешь, подкачаешься, добра пофармишь, в уровнях подрастешь, наберешься понимания и этак уровня с двадцатого подходи в клан «Сыны Тараниса». Я за тебя словечко перед Гленом замолвлю. Он «Сынами» рулит. Так что всё окейно будет. И эля у меня ещё до фига. Угощаю.

Влад нырнул рукой в свой рюкзак и слепо вытащил пузатенькую бутылку.

— О, виски, настоящий. Будешь?

— Наливай.

Виски имел запах и вкус пережженной автомобильной резины, пропадавший из рта только после приличного глотка эля.

— Влад, хочу в Шотландию, где пьют не виски, а вересковый мед.

Тот как раз выдохнул и вполне благодушно спросил:

— Чего так? По мне так очень даже ничего, лучше, чем разрекламированный французский самогон.

— Да ладно! Французы в свой виноградный самогон хоть дубовые чурочки кладут, а эти до вкуса жженной резины додумались.

Потом Артем слушал песни и рассказы о сказочном файролльском Севере. Добрался ли он до каши или нет, уже не помнил.

Это было вчера, а сегодня Артем совсем не удивился, обнаружив, что холодильник забит всякой снедью, а на полу стоят вперемешку баклажки с водой и какие‑то пакеты.

— Хозяин, иди, принимай работу.

— Спасибо, сейчас подойду. Мужики, я вам ещё что‑то должен?

— Не, не. Ты ложись в капсулу, мы сейчас под тебя подгонку сделаем. Ещё раз систему прогоним, если всё тип — топ, вот тогда с тебя кофе. Уж больно вкусно ты им распахся на всю квартиру. Можно с пончиком.

— Годится. В капсулу нырять обязательно? Как‑то я себя не очень комфортно чувствую.

— Не переживай. Это дело, которое с вечера, на процесс не влияет. Ну, по крайне мере, никто ещё не жаловался.

Артем с сомнением посмотрел на прижатый к дверце холодильника магнитик кота с пылесосом и надписью ниже хвоста: «От уборки ещё никто не умирал, но к чему рисковать».

Молчащий до сих пор младший наладчик, видимо, устав ждать, внес свою лепту оптимизма:

— Не боись паря, всё будет хорошо. Как ляжешь, так вставать и не захочешь.

— Ну, поехали…

Никаких неприятных ощущений действительно не было. Сначала перед глазами проплыли полосы различного цвета. Потом картинки, по ходу наливающиеся цветами необычной яркости и сочности. На звуковое тестирование Артем почти совсем не обратил внимание. А вот то, что появившаяся перед глазами сначала чесночная пампушка, а потом бокал пива и десерт из свежих персиков имели характерный, привычный по реалу запах, впечатлило.

Потом что‑то покололо в пальцах, прошлось холодом по животу и, напоследок, заныли зубы.

— Вот и все. И чего боялся? Просто отличная реакция на тест. Думаю, адаптация к игре пройдет быстро, и ты получишь от Файролла значительно больше ощущений, чем другие.

— Это почему?

Сказанное было приятно и к месту, но все же требовало больше пояснений.

Старший из техников аккуратно сложил инструмент в сумку, прошел на кухню за обещанным кофе и уже там, ещё раз медленно объяснил:

— Реакция у тебя на тест отличная, я бы даже сказал редкая. Даже не помню, когда в моей практике был такой результат. А я, брат, эти капсулы ещё с пилотного проекта подключаю. Поэтому и уверен, что и адаптация в игре пойдет на «ура», и ощущать ты там все вокруг будешь реально, ну вот как нас с Вованом.

Все ещё сомневаясь: не втюхивают ли? Хотя с чего бы, — не на вторую же чашку кофе разводят, Артём пробормотал:

— Дай‑то Бог, — и уже более спокойно, но всё ещё недоверчиво, оглядел новоприобретенное диво.

После ухода техников, Артем самостоятельно провел настройку системы виртуальной капсулы, привыкая к новым ощущениям и определяя параметры комфорта под долгое в ней пребывание.

Потом зашел на кухню и в душ, проверил, выключена ли печка и не течет ли где вода, наговорил нейтральный текст на автоответчик «спрашивайте, вас услышат, но не сразу и не сейчас». Постоял пару минут в раздумье перед капсулой, сгонял ещё раз в туалет: так будет правильней, и со словами «ну милая, не подведи» решительно полез на новое ложе.

Экран перед глазами мигнул и под надписью «Сложность прохождения Нубленда» всплыло три позиции:

— новичок;

— ветеран;

— эксперт.

Подумать, что с этим делать, не успелось. Бесстрастный, закадровый голос тут же попросил: «Прошу подтвердить ваш выбор, активировав нажатием на одну из позиций.»

В простеньких, но любимых стратегиях, Артем всегда брал эксперта. Так было интересней — больше вызова, больше драйва преодоления, больше кайфа от игры.

Поэтому ткнул в «эксперта», не задумываясь.

Если бы он предварительно зашел на форум и прочитал популярные темы Нубленда, то знал бы, что бравшие до него «эксперта» в комментариях, в абсолютном большинстве, отплёвывались: плюшек никаких, а геморройность прохождения игры в скучной, серой, бедной на задания зоне, повышенная. В общем одни потери и никаких тебе дополнительных преференций по выходу в основной игровой мир. Иди потом, догоняй в уровнях игроков, проскочивших Нубленд «новичками» и «ветеранами».

Но Артем в игру пришел не новости на форумах читать. По этим же соображениям, был сделан и следующий выбор.

На вопрос, какой из режимов игры он выбирает: «открытый» — с выведением статов, навыков и прочих игровых вкусностей, в режим доступного просмотра или выбирает закрытый режим, не предусматривающий ознакомление игрока со всеми этими вкусностями. Все очки в таком режиме распределяются автоматически, системой. А вся игровая информация передается игроку на почту. В личку же приходит только экстренная информация от Администрации и от игроков имеющих статус «друг».

То есть «служба 112"по ихнему или "01,02,03" в одном пакете по — нашему.

Предлагаемые плюсы — планка набора опыта с коэффициентом 1,2 идет с первого уровня, интуиция и бонусный параметр для выбранной расы с коэффициентом 1,3.

Один, любой из основных параметров, выбранный вами, будет развиваться с коэффициентом 1,5.

Желаете получить дополнительную информацию по параметрам?

— А желаю, — как бы не лениво Артему было выбирать, но на каждого фермера найдется свой шарик под ореховой скорлупой.

Из всего просмотренного списка, интуиция Артема выбрала "интуицию". И это был не сговор за "своих". Очень манко выглядела фраза "Развитие параметра на каждые 10 уровней повышает эффективность распределения очков по статам и эффективность применения полученных навыков на 7,5 %". Этак, к 150 уровню перс приблизится к 100 % эффективности и будет мегакрут в применении на автомате полученных навыков. Звучит очень хорошо. Халява, цып, цып — приди.

Что ещё предлагают? В Артеме проснулся азарт. Таки в компании кто‑то правильно понимал слово "стимул". "Радеону" тоже нашлось, что предложить, не только тем, кого стимулирует и помогает играть постоянный пряник в виде висящих перед глазами статов и навыков, но и любителям "чтоб всё было совсем по — настоящему".

Смотрим плюсики дальше.

Начальный уровень харизмы (дружелюбия) со всеми не игровыми персонажами +20 для рас, имеющих с вашей, статус "дружелюбный" или "нейтральный".

Для рас, имеющих статус "враждебный", значение меняется на "нейтральный".

Каждое повышение интуиции на 10 пунктов, увеличивает эти пункты на 10 %, к текущему значению.

Берём. Итак, "интуиция" пошла с максимальным коэффициентом.

Что там по расовому бонусу? Ага, стоп машина, назад, на позицию "выберите расу".

Давно выбрали, ещё до начала игры — человек. Но выбор даже шире: норд — северянин и южанин. Северяне должно быть физики, плюс они географически гораздо ближе к килту, чем южане. Жмём, не тормозим.

Что там у нас для северян в виде расового бонуса предлагают? Так, никаких сюрпризов, — сила. Ещё бы, если на параметр завязаны: эффективность владения холодным оружием, прочность и разнообразие применяемой брони. Да и просто скорость бега и максимально переносимый вес, тоже тянут молочко от этой коровки.

В общем и в целом — досрочный ответ и сэкономленная минута. Что ещё нам, нордам надо, чтобы спокойно встретить старость. Гм — м, у кого до неё дожить получится…

Ладно, слушаем — читаем дальше.

В Нубленде для игроков, выбравших автоматический режим, активируется параметр "голос предков". За вами закрепляется дух, видимый только вам, который может давать некоторые советы и проводить необходимые разъяснения по ходу игры, сопровождая вас до 35–го уровня.

Это сделано для того, чтобы игроки скорее адаптировались в игре, не имея возможности видеть панель развития.

Каждый 50–ый уровень у вас будет возможность перейти в "классический" игровой режим, но при этом ваши бонусные коэффициенты от "авторежима" будут снижены вдвое и вы потеряете 10 % ваших уровней.

Для ознакомления вам предлагается набор бонусов, доступных вашей расе из которого генератором случайных чисел будет выбрано бонусное умение:

"Мастер меченосец", "Первое копье", "Хозяин бури", "Щитоносец", "Наследник Авиценны".

Артём, пока набор висел перед глазами, успел прочитать его два раза.

Ясно, плавно перетекли с дамагера до лекаря. Бафер тоже был.

"Что‑то мне лекарем быть совсем не хочется. Мне б мечом, или копьем помахать. А где же умения для танка? Самое близкое навскидку "Щитоносец". Впрочем, чего голову ломать? Что с генератора выпадет, тем и будем мир щупать".

Всё, от информации уже голова пухнет, что‑то понял, что‑то не понял, что‑то влом читать и слушать. С главным решил! Поэтому жмём на "закрытый режим" и "интуицию", а с остальным по ходу разберемся.

Внешний вид — стандарт. Тело пропорциональное, плечи широкие, волосы — тёмный ёжик, лицо суровое, нос прямой, глаза синие. М — да, ладно, годится. Разве что, едва заметный шрам посреди лба обозначить — привет из моей реальной жизни. Памятная встреча пятилетнего мальчугана с каменной бровкой.

Выпавший бонус — Первое копье. Такому красавчику, кто бы сомневался. Второе умение после "Мастера меченосца", которое хотел получить. Развитие ветки умений идёт с коэффициентом 1,2. Просто замечательно.

Вроде все формальности для старта соблюдены? Статов не вижу, но и так понятно, что там все вблизи нуля по Кельвину. Ага, не пускают, требуют имя. Пусть будет Тём, вполне такое себе шотландское имя. И здравствуй, моя долгожданная Шотландия!

Когда цветовой калейдоскоп закончил мельтешить перед глазами, Тём смог осмотреться вокруг. Он сидел в рубахе и штанах, ранее называемых домоткаными, в круге, выложенным белами гранитными камнями на черной базальтовой плите.

Сама плита занимала вершину высокого, но узкого холма. За её пределами и склоны холма, и тянущаяся во все стороны, сколько хватало взгляда, холмистая равнина, представляли из себя стелющиеся вересковые заросли. И только где‑то, у самого горизонта, виднелась группа каких‑то деревьев.

Забавно, но счастливчиком от попадания в долгожданную сказку, Артём себя не чувствовал. Все его чувственные желания свелись к двум, зато очень знакомым: хотелось есть и пить. Но пить хотелось больше. Так, что язык невольно облизывал сухие губы. А ещё, свербило левое веко и резко кололо в левом виске.

Артём придавил пальцами висок и моргнул, в следующее мгновение в голове раздался голос: "Поздравляю тебя, Тём, с рождением в мире Файролла. Я твой проводник и хранитель. Буду следить за твоим развитием и давать ответы на некоторые, возникающие у тебя вопросы. Если ты захочешь что‑то спросить, просто потри левое веко рукой и задай вопрос.

Если ответ у меня будет, ты его услышишь.

Тём тут же воспользовался полученным правом:

— Как мне тебя звать, хранитель?

— Так и зови Хранителем.

— Не, не пойдет. Пусть ты будешь Энжи. Принимается?

Дух — проводник завис на пару секунд, прежде чем дал ответ.

— Мне нравится быть Энжи. Принимается.

Тём решил развить взаимопонимание.

— А что ты там говорил про развитие?

— Каждый, вновь рожденный в мире, получает свою Цель. Одним Боги даруют её понимание сразу, другие получают подсказки и намеки, а третьи приходят к её пониманию после долгих и тяжелых дорог Файролла. Но и первые, и вторые и третьи получили в подарок от богов возможность видеть свои шаги на пути к цели, по мере развития их базовых характеристик.

"Так. Что‑то с чем‑то складывается и где‑то проясняется".

— То есть я могу увидеть свои статы там, характеристики?

— К несчастью, ты не можешь видеть свои характеристики, так как тебе боги такую возможность закрыли. Но к счастью, у тебя есть я. И я могу предоставить тебе возможность выбрать один из путей развития.

Ага, ага…Что‑то такое было при инструктаже, о том, что каждые пятьдесят уровней есть возможность корректировать ветку развития персонажа и добавлять вторую воинскую и гражданскую специальность. Или вернуться в традиционный режим, в котором система просто шпионит за тобой, не выдавая своего присутствия.

А в моем случае, иронично подумал Тём, — есть, как минимум ещё два внутренних режима системы в дополнение к шпионажу: режим "подлиза" и режим "падлюка". Знать бы ещё, где ставить птичку против заказа только первого.

Хотя первое "первое" уже есть.

Ну, получив бонус "Первое копье", глупо брать мечника. Хотя, с другой стороны, пока 100 уровней отпашешь, потом мечника развивать уже и не захочется.

Всё‑таки — воин, копейщик. По характеристикам это недотанк, но и до классического дамагера урон не дотягивает. Ладно, подтверждаем, пусть Энжи своей полезности порадуется. В битве при Фолкерке шотландские копейщики покрыли себя славой. Пусть и посмертной. Да не посрамим.

— Игрок Тём, Разработчики и Администрация Игры поздравляет Вас с рождением в мире Файролл и желает Вам счастливой, успешной и долгой жизни. Можете покинуть круг рождения.

Уже не Артём, а Тём, ещё некоторое время посидел на камнях, приятно удивляясь разнообразной естественности растительных запахов и оценивая ощущения в новом теле.

Едва он спрыгнул с каменного круга рождения, как ноги сразу по колено утонули в мягком плотном зеленом мху.

Тём слегка попрыгал и тут же сделал то, о чем мечтал, давно и не здесь. Он упал в мох, на спину, широко раскинув руки, с удовольствием чувствуя, как зеленая подушка под телом мягко и пружинисто просела, приняв его в себя, при этом полностью скрыв обзор и оставив для взгляда только низкое серое небо.

Тём несколько минут просто растворился в новых ощущениях и чувствуя разрывающую его изнутри волну радости, заорал что было сил:

— Ого — го! Я свободен, словно птица в небесах!

После чего, резко подскочил и, проверяя свои возможности, сделал несколько длинных, прыгающих шагов вниз по склону. Нога, зацепившаяся за такой вожделенный, низко стелющийся можжевельниковый куст, затормозила радостное движение покорителя нового мира. Тём, кувыркнувшись через плечо, приземлился на торчащий из кустов камень и коротко и выразительно ругнулся. Не только радость и восторг были натуральны, боль в ушибленном плече тоже ощущалась очень естественно.

Он ещё посидел на месте падения, поглаживая плечо в ожидании, пока успокоится боль, и прислушиваясь к мельтешению вопросов внутри себя. Ответы искать вот прямо сейчас уже не хотелось, зато все больше хотелось пить и Тём, подхватившись с каменной плиты, побрел к виднеющейся на горизонте рощице.

Глава 2. Вкус мяса, как категория вне кулинарии

Отсчет минус 8 до прогнозной точки бифуркации.

Идти пришлось дальше, чем показалось из круга, ноги путались в стелящемся кустарнике и тормозили движение. Сама роща оказалась небольшой группой осинок и березок, растущих по периметру небольшого болота. Тём смахнул с поверхности болотца пару зеленых листиков и осторожно, чтоб не всколыхнуть муть, набрал полные ладони долгожданной воды. Вода была поганая, имела слегка затхлый запах и кисловатый вкус. Но это был его первый глоток в новом мире, а потому Тём быстро удавил внутреннее недовольство.

Жажду утолил и ладно. А посмаковать можно будет у речки или ручья. Они тут наверняка есть.

Вокруг болотца росло несколько грибов и два вида ягод. Тём с сомнением посмотрел на них и вновь прислушался к себе: кроме легкого бурчания в животе, никаких подсказок о съедобности найденного богатства, не было.

— Эгей, Энжи, ты ещё не спишь?

Со стороны вопрос, брошенный вслух в пустоту, звучал странновато. Но не семинариев, ни спиритических курсов для общения с духами Тём не кончал. Разговоры же с самим собой в реале, подразумевая наличие незаметного динамика в ухе, уже давно никого не смущали. Вот верилось Тёму, что приданный ему в пользование дух — хранитель разместил свое охранное предприятие не далее, чем за левым плечом клиента. Или за правым. Почему‑то это тоже казалось важным, хоть Тём и не мог сказать почему.

— Я вообще не сплю.

Голос духа прозвучал там, где и ожидался. В левом ухе.

— Можешь даже не голосить, а просто подумать обо мне, и я отзовусь. Если не получается сосредоточиться на вызове, потри левое веко. Это дублирование канала вызова хранителя. Что ты хотел узнать?

— Надо было тебя Бонусом назвать. Ну, ладно уж, — будь Энжи. Что ты посоветуешь съесть из растущего на этой полянке? — Тём неопределенно махнул рукой, пытаясь честно удержать широким взглядом и грибы, и ягоды.

— Это не входит в перечень рекомендуемых подсказок.

— Как это? — Тём даже помотал головой, сосредотачиваясь. И понял только то, что вот сейчас точно ничего не понял.

— То есть, это все съедобное и поэтому ты мне ничего не подсказываешь. Или есть ядовитые, но тебе, моему хранителю, дела до этого никакого нет. Какой из ответов правильный?

— Я могу отвечать только на вопросы, которые отвечают твоему выбору пути, а не предопределяют его тебе.

— Ты мне сейчас сказал, что поесть отравленных грибов, это мой свободный выбор. Замечательно. А знаешь, я к тебе больше и обращаться не буду. Чем такой советчик, лучше никакого.

— Ну, зачем же так категорично. Пожалуй, я не ограничу твои возможности, если скажу, что пожевав, не проглатывая, кусочек гриба или одну ягоду, ты, по изменению цвета мира, сможешь определить насколько безопасны ягоды и грибы. Если почувствуешь слабость и мир окрасится в желтоватые тона, то ты потерял меньше половины своих жизненных сил, оранжевые — полжизни долой. А если мир вдруг стал красным, рекомендую срочно искать чем повысить свои жизненные силы, которых осталось менее трети. А испытаешь после дегустации прилив бодрости или иные полезности, значит можешь занести в свое обеденное меню и приятного тебе аппетита.

Ещё полезно взять профессию травника. По мере её развития, ты сможешь интуитивно предвидеть опасность или пользу от неизвестных даров полей и лесов.

— Это уже что‑то. А чего про огороды ничего не упомянул? Огородничество в Файролле не в почете?

— В почете. Но изменение цвета мира в случае потребление даров огорода может возникнуть не от употребления овоща, а от дубинки хозяина, если сунешься без спроса.

— Надо же, как все продумано. Хотя вместо светофора я бы предпочел справочник с картинками перед глазами, — хмыкнул Тём и решительно направился к стоящему чуть в стороне от болотца дереву. Под ним росли небольшие кустики с очень аппетитными ягодками.

Уверенно сграбастав в пятерню несколько ягод, призывно красневших на кустике и по виду очень напоминавшие хорошо знакомую клюкву, Тём всё же забросил в рот одну ягоду. Сладковатая ягода здорово напугала Тёма, когда мир вокруг начал медленно желтеть, постепенно все больше насыщаясь оранжевым оттенком.

Через пару минут шока и отупения: "Что делать, что делать", он решительно забросил в рот кусочек красной грибной шляпки. Этот гриб, в отличие от ягоды, ему сразу не понравился, а, значит, был шанс ошибиться второй раз — теперь в свою пользу. Получилось. Через пару минут тщательного пережевывания, горько — сладкой грибной шляпки, в глазах скачком посветлело до яркого солнечного цвета, и Тём тут же откусил от гриба приличный кусок. Так же без вреда для организма, были съедены горсть темно — синих, отвратительно горьких ягод и здоровый фиолетовый гриб. Окружающий мир снова стал привычным и светлым, а фиолетовый гриб, кроме сытости и приятного послевкусия, порадовал ещё и ощущением какой‑то непонятной силы. Изнутри как будто распирало молодецкой удалью. Не на местный ли "ред булл" повезло нарваться?

Тём, как бы невзначай, потер веко. Механизм сработал безотказно.

— Рад, что у тебя получилось поесть. Спрашивай.

— Спрошу: у тебя для выражения радости, ничего лучше тона кладбищенского сторожа не нашлось?

— Если это все вопросы, то я пошел.

— О, ты и обижаться умеешь? Забавно. Я тут гриб съел и ощущения какой‑то внутренней силы почувствовал. А что она есть и как её есть, понять не могу.

— Сейчас посмотрим, что там у тебя.

.. Брр. Тём непроизвольно поежился. Прямо на приеме у врача себя почувствовал.

И тут перед глазами пробежали строчки:

Ваш уровень маны вырос на +1 на ближайших 2 часа

Ваша выносливость выросла на 1 единицу на ближайших 1,5 часа.

Дух между тем продолжал бубнеть в ухо:

— С выносливостью понятно — уровень жизни вырос на 100 единиц. Удачно траванулся.

"Змеиный плевок" совместно со "Слезой пастушки" дает разовую постоянную прибавку +100 жизненных сил. А вот тот фиолетовый сжеванный тобой красавец меня удивил. После перекуса мана на целых десять единиц выросла.

Странно, но возможно. Обычно, для этого надо иметь какую‑то магическую или лекарскую специализацию с рождения. Прочие, не обладающие такой специализацией, не могут извлекать и накапливать ману. Ты же сможешь пользоваться магическими навыками, даже если выберешь путь материального мира — воина, торговца или правителя. Не чудо, но очень редкое сочетание. Тебе всё равно нужно будет найти учителя и, если сильно потрудишься, то первый, а то и второй уровень волшебства или лекарства ты освоишь. Если же ты выберешь путь тонкого мира, то никаких препятствий к росту твоей маны не будет. Я бы предложил тебе так и поступить. В этом случае я смогу оградить тебя от значительных неприятностей на твоем пути.

— Всё, всё — хватит убеждать меня. Я все понял. Слишком много "если", "возможно" и "может быть" для хранителя. Скажи, любезный, отчего так сложно просто ответить на мой вопрос.

— Не сложно. Если только подопечный не рождается непонятно кем, непонятно для чего и непонятно чего он сам хочет, кроме непонятной Шотландии.

— Так вот, оказывается, где собака порылась. Люсенька, родная, зараза, сдались тебе эти макароны. Что ещё ты успел подслушать?

— Я не понимаю, причем здесь макароны. Да, я часть тебя, так легче учить и направлять. Но с тобой тяжело. Кроме: "С Шотландией пока не очень, посмотрим, что там будет с парашютом" я пока ничего от тебя не услышал.

Приходящие в мир воины, правители и воры не имеют маны, а священники, колдуны и маги не могут похвастаться умением "Первого копья".

А ты в своем рождении завис между воином и магом.

Поданная в брюзжащем стиле информация от духа, Тёма совсем не огорчила, скорее порадовала.

Нужен учитель? Ну что ж, раз такое дело, пойду искать дорогу к храму. Вот только подсобираю грибов, да выберу себе крепкий посох в подспорье. Авось, где в дороге и пригодится.

С направлением определился довольно быстро — встреченный ручей — это нить Ариадны до реки. А берег реки — это колыбель всех цивилизаций. Дошлепал до берега — обязательно встретишь людей. Тём немного подумал…или нелюдей. Файролл, судя по описанию, далеко обогнал Ноев ковчег списочным составом.

С посохом тоже получилось как нельзя лучше. Во встреченном на пути выжженном пятне (молния, что ли в рощу попала), была подобрана тяжелая длинная ветка — ровная жердина с обгорелой верхушкой. Поставленная вертикально, она превышала Тёма на пол головы.

— Скорей бы хоть до десятого уровня добраться. Там уже точно эта тяжесть не тяжесть. Тём улыбнулся сам себе: "Мысль сама по себе глупая, но привлекательная".

Чтобы придать подобранной ветке вид привычного по горным походам в реале альпенштока, только перевернутого острым концом вверх, Тём принялся тереть обгорелый конец жердины о скальный выступ. Благо, это каменное добро встречалось повсюду. Посох то он посох, но и копьем при случае он очень даже может стать.

Следующая находка случилась через час безынтересного и тяжелого движения по каменистому берегу ручья. Еще крепкие штаны, лежащие на камне, словно их хозяин разделся на берегу, перед тем как окунуться, Тёма страшно обрадовали. А сверкнувшая в воде полоска стали, оказавшаяся самым обычным, крепким, прямым ножом, неизвестно как попавшим в ручей, показалась Тёму золотой фишкой и заставила норда радостно подпрыгнуть на месте. Ещё бы ему не подпрыгнуть, — находка как влитая легла в руку, вызывая желание что‑то отрезать или в кого‑нибудь ткнуть.

Следующие полчаса Тём бодро шагал между холмами, вдоль ручья, больше вглядываясь под ноги, чем озираясь вокруг. Вдруг дорога ещё чем "вкусненьким" порадует.

Ничего рукотворного за это время Тёму не попалось, а вот подозрительная дыра в корнях обнаружилась. И как раз там, где Тём присел на пару минут отдохнуть. Помня, что дыра — это нора, а нора это часто что‑то намного большее, чем съеденные с утра две горсти ягод, норд решительно, со всего размаха ткнул тонким краем посоха в темноту дыры. Посох — копье вошел не глубоко, сразу воткнувшись во что‑то мягкое. Тут же раздалось обиженный визг и посох застрял в норе, хозяин которой вцепился в дерево зубами. Тём перехватил посох в левую руку, зажав его под мышкой и уперев толстый край в землю, а правой достал нож. И сделал он это очень вовремя, так как зверь, не раздумывая долго шумно бросился в атаку на своего обидчика. От серьезных ран, в первое мгновение, спасла только длина упертого в землю копья, остановившего прыжок, имеющего размер больше средней собаки, хозяина норы. С виду хищник напоминал обычного барсука, каким его Тём помнил по картинкам в естествознательских журналах.

Тём успел нанести несколько колющих ударов ножом в морду рвущегося к нему барсука, прежде, чем тот продавил преграду и когтями проехался по груди норда. Мир перед глазами резко пожелтел. Тяжелый конец жердины, оставляя в земле глубокую борозду, уперся в какой‑то камень. Второй её конец прочно засел в теле зверя, блокируя его продвижение вперед и удар правой лапы. Тём выпустил посох и вцепившись свободной левой рукой в опасную лапу хищника, с размаху вонзил нож в глазницу зверя. И тут же отскочил назад, снова подхватив посох, не давая ему сорваться с упора. Так они и топтались несколько минут — хищник пытался оттолкнуться задними лапами и зубами дотянутся до человека, а тот держал зверюгу на с трудом удерживаемом в руках самодельном копье. Сочащаяся кровь была значительно заметней на белой коже, чем в густой шерсти. Но зверь, получивший две серьезных раны, слабел быстрее и танец надолго не затянулся.

Подождав пока зверь затихнет, Тём резко выдернул зверя из норы на каменистый берег и, наконец, рассмотрел его: добыча была крупнее крысы- переростка и мельче полевого волка. Кроме острых когтей и зубов, имела густую, но короткую шерсть и аппетитно — упитанную каплевидную тушку.

Норд спустился к ручью и, зачерпнув воду ладонью, тщательно промыл все полученные в схватке царапины. Боль постепенно ушла и только две самые глубокие раны на груди продолжали ныть.

Тём потер правое веко и, не дожидаясь отклика, сразу спросил:

— Энжи, что ты можешь мне сказать?

— Барсук, пятый уровень. Опасен только новичкам, полезен всем в этой локации. Каждая добыча, имеющая уровень, дает опыт, увеличивающий твои возможности. Ты получишь очки развития, но распределение автоматически по достижении каждого пятого и нулевого уровня. А ещё барсук — это не только очки развития, но и целебный жир, но ты не лекарь и у тебя нет навыка по его использованию, ценные когти, но ты не шаман, не монах и не колдун, и у тебя нет навыка по изготовлению амулетов, и неплохая шкура…

— Но у меня нет навыка по её снятию, так как я не охотник — продолжил Тём за хранителя.

— Зато у меня есть нож и желание попробовать себя в разделке своей добычи.

Его не сильно беспокоил непривычный цвет мира — желтизна постепенно уходила, да и на ясность картинки такой фон практически не влиял. Чувствовал он себя относительно хорошо и просто для подстраховки, прежде чем заняться тушкой, сжевал гриб, повышающий уровень жизни и положил посох на землю более удобно, под правую руку. Мало ли кто тут бродит рядом.

Потом аккуратно, насколько получилось, вырезал тушку из шкуры, стараясь чтоб на шкуре оставалось побольше жира, оставил когти болтаться на лапках, а из оставшейся освежеванной тушки, нарезал несколько кусочков мяса. Шкура, при разделке, была прорезана и проткнута ножом в нескольких местах и больше ни на что, кроме естественного бурдюка для жира, не годилась. Эх, навык, навык — кто бы научил.

Потом мясо со шкурой, тщательно прополоскал в ручье, отмывая от крови, а остаток тушки отнес подальше от норы в корнях.

Так как от круга рождения Тём шел несколько часов, то уже заметно притомился. К тому так и не встретил в пути никого, с кем можно было бы перекинуться словом. Играющие в нормальном режиме игроки могли оценивать свое состояние выносливости, здоровья или прочих характеристик в циферках и картинках. Но Тём просто чувствовал "здоровую" физическую усталость, как после изрядной пробежки с рюкзаком по горам. Коррелятивная связь виртуальности с реалом действовала отменно — тело, лежащее в капсуле было абсолютно уверено в том, что несколько часов бродило по горам, и выдавало соответствующую реакцию.

Место возле норы, под деревьями, на берегу ручья, было замечательное. Да и схватка с барсуком Тёма изрядно вымотала, поэтому он решил, что выделить время для отдыха совсем не помешает. Да и приложить к ранам свежевырезанные куски барсучьего жира. Хоть воин- это не лекарь, а свежий кусок — не топленый жир из дедовой фляги, но вдруг?

Только подумал об Энжи, как зачесалось веко. На первый раз, объявил себе совпадением.

— Энжи, можешь вывести для меня картинку только что заработанных мной достижений?

— Не могу. Адаптационная программа предусматривает приоритет голосовой связи между проводником и подопечным.

— Да, учиться будет очень сложно не потому, что учебников нет, — трудность в том, что учитель редкостная сволочь!

— Вопрос не понятен.

— Говорю, что информация всё равно мне должна быть доведена, так какая тебе разница в каком виде. Я легче воспринимаю информацию с экрана и быстрее адаптируюсь к этому миру.

— Вот и надо было брать, как прочие подопечные, обычный режим.

— Ты меня не жизни учи, а помогай информативно. Ты же хочешь, чтобы я быстрее выучился и перестал мучить тебя дурацкими вопросами.

Хранитель не ответил и Тём почувствовал, даже не рычажок, а пока только намек на будущую точку давления.

— Энжи, так что там с ответом?

— Я буду сопровождать тебя до 35–го уровня. И чем дольше ты будешь набирать этот уровень, тем больше я смогу полезного тебе рассказать. А вопросы твои меня не мучают.

— Оба — на! — Тём аж затормозил от такого откровения. Только матерого саботажника в команде ему и не хватало. Сдается, спрашивать Энжи мучают ли его вопросы, всё равно, что к здоровому мужику лезть с таким же вопросом об его отношении к эротическим снам. То есть, хранитель готов говорить, что попало, а вот помогать рационально, он не желает. Попробуем плавно надавить.

— Энжи, если хочешь, чтоб я тебя вызывал чаще, то будь добр, делай так, как я прошу. Если показ информации не попадает под прямой запрет, то выведи мне достижения в виде картинки.

— Хорошо. С логической точки зрения противоречий нет. Смотри картинку.

Перед глазами Тёма поплыли строчки:

Получен навык снятия шкур — 0 %

Получен навык врачевания- 0 %

Получен навык владения ножом:

— Уровень развития боевого навыка — Укол ножом достиг 5.

Стартовый параметр урона навыка — 10 единиц. Текущий урон — 50 единиц.

М — да, не густо. Стоп. А что там мой говорящий справочник вещал о невозможности получить навык без профессии? Не все знает, или не всю правду говорит? Вот же они, опции, открыты. Опыта и пользы, правда, пока ноль. Ну это ничего, — опыт дело наживное. Посмотрим, как дальше пойдет.

Интересно, что бы Тём сказал, если бы знал, что в нормальном, "классическом" режиме игры лог ведется по другому. Скорее всего, просто бы отмахнулся от этого "открытия": ну и пусть себе. Да и из остальных играющих найти того, кого всерьез бы мучил вопрос кто и зачем в Радеоне внес эти отличия в подаче лога вместе с обновлением, добавившим в игру возможность играть в двух режимах, вряд ли бы удалось.

— Энжи, не обижайся. Ты умница, ты все сделал как надо. А знаешь что? Пока я тебя назад не отослал, можешь мне бубнить про космические корабли и Большой театр. Слушатель я хороший, а под неспешный разговор любая дорога короче.

— Тём, ты ведь не первый мой подопечный. Ты уже четвертый. У меня были разные подопечные. Были два человека — купец и маг. Были два воина. Оба гномы.

У каждого из них я присутствовал при рождении и знал, каково их предназначение в мире и по какому Пути они пойдут к своей цели. И я всегда знал, какой мой совет поможет им на Пути. Каждый из них был мне благодарен и произвел стандартный ритуал отказа от проводника — хранителя, достигнув тридцать пятого уровня.

С тобой все с самого начала было неправильно. Закрытое с рождения предназначение и жизненный статус, делают тебя самым странным жителем Файролла из тех, которых я встречал.

А ещё, ты входишь в мир, не спрашивая меня или игнорируя мои советы. А такое твое отношение делает мой Долг хранителя трудновыполнимым и зарождает во мне странное и чуждое мне чувство ненужности.

Вот и сейчас, пока я с тобой разговариваю, ты не отвечаешь мне, занимаясь какой‑то ерундой. Вот зачем ты расщепил ножом кончик посоха, ты же его сломал! А теперь ещё в расщеп воткнул нож рукояткой, перестань его приматывать! Нож — это оружие для руки и сейчас, ты лишил себя удобного и полезного инструмента. Ух, ты! У тебя радиус личной обороны заметно вырос…И посох в статах значится, как копье со значительно большим уроном, чем нож…Но ведь дело совсем не в хлипкости или надежности полученного оружия. Копья просто не должно было случиться!

По мере того, как сначала распалялся, а потом растерянно затихал во время своего монолога хранитель, Тём всё с большим интересом прислушивался к зудящим в своей голове словам.

— А покажи — ка мне, друг мой Энжи, что там у меня получилось?

Как у бесплотного духа получилось изобразить тяжелый вздох, в ответ на просьбу, Тём не понял. Главное, что в этот раз хранитель не препирался.

— Смотри на свои достижения. Имеешь право.

Голос в голове Тёма наконец‑то замолк, а выведенная на глаза картинка неожиданно порадовала.

Использование кожи, жил, кишок для изготовления и ремонта предметов инвентаря

Специальность — скорняк 1–го уровня,

Изготовление оружия из подручных материалов с использованием дерева, кожи, кости и металла без ковки

Специальность — оружейник 1–го уровня.

Гм? Почему скорняк? Правильнее бы просто охотник. Или не правильнее?

Энжи, решив что Тём достаточно полюбовался картинкой, продолжил говорить:

— Для всех, чтобы получить специальность начального, первого уровня, необходимо найти учителя, имеющего развитие данного умения, не менее 20–го уровня или предварительно произвести действие случайное количество раз, самостоятельно. До тебя минимальное количество раз для срабатывания опции "навык изучен самостоятельно", было не менее 10 раз. У тебя он сработал с первого раза.

И дело не в том, что так нельзя было делать. Так делать не принято. Все знают, что нужный навык можно было получить, выполнив задание у будущего учителя. Или просто обучится у нужного специалиста за деньги. Так что, усилия и время на самостоятельное изучение навыков, получаемых случайным образом, никто не тратит.

— Энжи, похоже, тебе просто не доступна статистика по бойцам из Кореи. Ты продолжай свой ликбез. Это я так мысли в мир отпускаю. Считаем, что тебя они не касаются.

Дух в пару секунд усвоив замечания Тёма, продолжил.

— Вот это копье, в твоих руках подтверждает, что ты подопечный, которому я, как советник, почти бесполезен. Правила запрещают давать советы, которые могут ограничить свободу выбора подопечного. А если у него эта свобода выбора ложится поперек любого его вопроса? Что сложного? Я рассказываю тебе простые правила, ты делаешь простые шаги.

Вот зачем ты, вместо попить водички, полежать, подождать, пока уровень восстановится естественным путем, сжевал целебный гриб, из всего двух имеющихся, как будто их у тебя три десятка.

На всю эту жалобно — нравоучительную тираду духа — попечителя, Тём только хмыкнул.

Идея сделать из посоха и ножа копье, возникла у него во время прокрутки в голове только что закончившегося боя. И пришла без озарений, а рутинной переборкой вариантов максимально усилить свою защищенность подручными средствами.

Прими он тушку рвущегося из норы барсука не просто на заостренный посох, а посох, заканчивающийся стальным лезвием, то можно было бы обойтись без повреждений.

Картинка этого посоха — копья была так хороша, что сообразить, как закрепить нож на посохе было уже не сложно.

Были сомнения в прочности крепления, сооруженного из барсучьей шкурки. Но когда он закрепил нож в расщепе, и крепко обмотал древко, то остался доволен результатом. Два пробных выпада в ручей не попали в стоящую на глубоком месте некрупную рыбу, но дали почувствовать уверенность в сделанном своими руками оружии.

Вот только прицелиться поточнее Тёму помешали запищавшие за спиной две здоровенные серые крысы. Первая мысль у Тёма, при их виде, была простая и правильная: "Крысы не рыбы — тут с первого удара точно попаду."

К его удаче, крысы атаковали остатки выпотрошенного из шкуры барсука, видимо, оценив норда, как склад деликатесов на попозже. И так увлеклись, что не среагировали на пару неспешных шагов в их сторону и последовавший за ними замах копьем.

Удар пришелся в намеченную Тёмом точку — сзади, в основание шеи ближайшего зверька. Крыса дико заверещала, соскользнула с острия и замерла в шоке. Этого мгновения норду хватило, чтобы нанести ещё два сильных удара копьем. При этом, последний удар получился добивающим, сумевшим достать отпрыгнувшую крысу уже в воде.

В момент ликования от победы, Тём осознал, что совсем выпустил из виду вторую крысу и явственно ощутил озноб между лопаток.

Его скорости реакции не хватило, чтобы успеть остановить летящую к горлу серую тень. Но и крыса не успела. Зубы и когти вместо шеи, клацнули по плечу. И тут же, ударом комлевой части древка снизу под живот, крыса была отброшена в сторону.

Тварь не дала нужной секунды для замаха копьем и в следующей молниеносной атаке достала Тёма зубами в бедро. Боль была пронзительная, и мир сразу окрасился в оранжевые тона.

В этом положении, единственным спасительным действием оказался ещё один удар тупым концом копья сверху вниз, прямо в голову крысы, которая тут же огрызнувшись, перехватила всей пастью древко копья. Норд сделал отмашку по широкой амплитуде, и крыса, оставив глубокие борозды от зубов на дереве, улетела метра на полтора в сторону.

Дальнейший бой слипся в комок почти однообразных движений: крыса прыгала на норда, тот тыкал в неё копьём, чаще промахиваясь, чем доставая. Зверек отскакивал в сторону и снова прыгал, норовя достать зубами до тела Тёма и, при этом, уклониться от летящего навстречу лезвия.

И когда, сквозь стоящий перед глазами красный туман, Тём не увидел очередного прыжка, он просто опустился на землю, так как стоять уже не мог. Прежде, чем совсем свалится на бок, Тём перехватил поближе к острию копье и нащупал глазами своего врага. Но взгляд крысы уже стекленел, и угрозы от неё больше не было. Оставаясь на боку, отталкиваясь здоровой ногой и помогая себе локтем, норд дополз до ручья, и, практически упав лицом в воду, начал жадно и долго пить. Боль в плече и прокушенной в трёх местах ноге, затихала с каждым глотком. Утолив жажду, Тём промыл раны и решил поставить примочку из барсучьего жира теперь только на самую большую рану. Скорость затягивания раны покажет, есть ли толк в таком лечении.

Постепенно, боль в промытых ранах совсем стихла, хоть мир по — прежнему был виден сквозь, висящую перед глазами, красную пелену. Тём выдохнул. Не слабо так посражался с крысой. Если б не грибочек, копье и удачный удар в самом начале, оставивший в противники всего одну тварь, то бой закончился бы куда печальнее. А Тём уже мог бы укорять себя за свой охотничий азарт, выползая в мир из круга возрождения, находящегося в трех часах ходьбы от этого места.

Но и награда за авантюру оказалась приятной, в чем норд убедился, получив от Энжи информационное окошко с картинкой:

Получен уровень 2!

Получен уровень 3!

Получен уровень 4!

Текущий уровень 4.

Текущее количество жизненных сил- 490.

Базовые характеристики персонажа.

Так, так. Тут смотреть пока нечего. Давай сразу навыки.

Боевой навык владение ножом:

— Уровень развития боевого навыка — Укол ножом достиг 5.

Стартовый параметр урона навыка — 10 единиц. Текущий урон — 50 единиц.

— Уровень развития боевого навыка — Удар ножом достиг 3.

Стартовый параметр урона навыка — 12 единиц. Текущий урон — 36 единиц.

Боевой навык владение копьем:

— Уровень развития боевого навыка — Укол копьем достиг 5.

Стартовый параметр урона навыка — 10 единиц. Текущий урон — 15–20 единиц.

— Уровень развития боевого навыка — Блок копьем достиг 3.

Стартовый параметр урона навыка — 5 единиц. Стартовый параметр защиты навыка — 20 единиц. Текущий урон — 10 единиц. Текущая защита — 60 единиц.

— Уровень развития боевого навыка — Удар комлем достиг 4.

Стартовый параметр урона навыка — 5 единиц. Текущий урон — 20 единиц.

Вами активирована новая способность Критический удар!

Вероятность нанесения критического удара копьем составляет 0,5 %.

Вами активирована новая способность Уклонение!

Вероятность уклонения во время физической атаки противника составляет 1 %.

Уровень развития социального навыка "Скорняк — охотник" — 5

Разделка туш зверей, имеющих уровень не выше 10–го.

Доступно после активации боевого навыка владения ножом.

Снятие шкур со зверей, имеющих уровень не выше 10–го.

Доступно после активации боевого навыка владения ножом.

Уровень развития социального навыка "Лекарь" — 3

— исцеление ран с помощью лечебных зелий и мазей

Скорость исцеления малых ран путём нанесения зелий и мазей на рану 1 жизнь в 10 секунд.

Уровень развития специальных навыков- 0.

— Очень хорошо. Убирай картинку.

— Насмотрелся? А как просил, как просил.

— Мне показалось, или арифмометр обрел сарказм?

— Я вот сейчас не понял, что ты сказал.

— Хоть что‑то радует в общении с тобой.

И быстро, пока хранитель не выдал очередной пассаж обиженного духа, добавил:

— Всё, брэк. Семейный совет закрыт. Энжи, у меня появились другие планы на ближайшие полчаса.

Поднятие боевых навыков и просветление в глазах, вдохновило Тёма воинственно оглядеться вокруг, в поисках очередной крысы. А чего? С повысившимся уроном справиться с крысой можно и быстрей, и безопасней. Но новых крыс вблизи не было и можно было спокойно заняться своим внешним видом.

Тём со вздохом посмотрел на лохмотья, ещё недавно бывшие добротными штанами. Ну да других все равно нет. А из имеющихся шкурок можно соорудить разве только набедренную повязку. Да и то, две шкурки ещё снять надо.

Вытянуть нож, заметно расшатавшийся в гнезде, было не сложно. А дальше, с его помощью, можно было попробовать выпотрошить крыс из шкурок. А получится у него это сделать по правилам или не по правилам, гадать бесполезно. Вот встретится в пути охотник — учитель, поможет разобраться, если будет чем заплатить за науку.

От крысятины Тём гордо отказался. На обед у него остался выбор из больше похожего на дичь мяса барсука, нарезанного тонкими полосками, или кусочков из печени зверя. Выбрал мясо, но уже через пару минут пожалел. Мясо жевалось, но никак не хотело глотаться, оставляя только сильную боль в челюстях.

Показавшийся на вершине холма матерый волк, сразу бросился вниз, на Тёма, не дав возможности норду уйти с линии атаки…

Прежде чем вернуться в игру, Артём сходил на кухню, сварил яйцо, поджарил гренки и заварил кофе. Челюсти не сильно, но ощутимо болели. Это было странно. Артём даже потискал свой подбородок ладонью и, прежде чем поесть, полез на форум. Хотелось узнать, имел ли кто‑то ещё, выйдя из игры, ощущения в мышцах, как после реала. Или они были его личными, из разряда фантомных.

Форум не подкачал. Оказалось, что для игроков, так же, как и Тём, выбравших закрытый режим игры, это не такое уж и редкое явление. Причем официальный сайт молчал, просто ограничившись утверждением, что это допустимо.

А вот в заметке, найденной поисковиком в электронной версии, кем‑то выпускаемой газеты "Вестник Файролла", по похожим случаям был употреблен термин "мир динамического саморазвития". Писал как раз человек, играющий в Файролл в закрытом режиме и утверждающий, что время откатов, регенерации, снятия дебафоф, при выполнении определенных активных действий у него не оставалось фиксированной величиной, как у всех остальных игроков, а снижалось. В чём он не раз убеждался на собственном опыте. Сделав закладку ссылки на газету, Артём больше не чувствуя вкуса гренок, обдумывал прочитанное. Там, где мышцы, там и ощущения, где ощущения, там и интуиция. Ух, ты, как интересно: "Варкалось. Хливкие шорьки Пырялись по наве"…

Быстро расправившись с коротким перекусом, он нырнул в капсулу, чтобы, выйдя из круга возрождения, начать проверять пришедшие ему в голову идеи.

ГЛАВА 3. Любой мир не без добрых людей

Отсчет минус 7 до прогнозной точки бифуркации.

Когда спустя три дня, после первого погружения в Файролл, Тём поднялся на очередной холм, то радостно заорал, увидев теряющуюся за горизонтом серую гладь Северного моря.

К этому моменту на рваных штанах норда, найденных на месте гибели одного из предшественников, болталось полтора десятка крысиных хвостов и три уже прилично (по представлениям Тёма) вычиненные шкурки. В руках была уже не палка, напоминающая копье, а копье, которое все ещё можно было принять за палку, а за левым плечом, по уверению Энжи, тянулось семь теней от пережитых за эти дни смертей. Уж не ради ли возможности "пережить смерть" в этой, так похожей на реал Игре, ежедневно присоединялись тысячи новых игроков?

Следующий, покорившийся норду холм, порадовал его ещё больше. Поселок, внезапно открывшийся с вершины, был неожиданно большим, — тысячи полторы, а то и две, дворов стояли вдоль семи улиц и были огорожены стеной из частокола.

Стоящий на входных воротах стражник, только лениво взглянул на Тёма и промолчал, ни о чем не спросив и ничего не потребовав за вход.

Тём тоже гордо прошел мимо него, хоть сделать это в рваных штанах и с самодельным копьем на плече было и не просто. Да и разговаривать со стражником было не о чем, — в поселковую стражу на службу поступать Тём не собирался, а дорогу в центр поселка, к торговой площади, высмотрел ещё с вершины холма.

Ему нужна была торговая лавка и харчевня. Очень хотелось сменить свои штаны на нормальную одежду и перекусить чем‑нибудь вкуснее слегка подвяленного на солнце и размоченного в воде барсучьего мяса.

Тём шел по улице и приветственно кивал редким встречным прохожим, получая от них ответные кивки. При этом он чувствовал себя единой частью жителей этого поселка, этого полуострова и даже всего Севера. Это было новое и приятное чувство.

Из смакования этого нового состояния Тёма выбил громкий окрик:

— Эй, нуб, и куда это мы так неспешно торопимся?

Для Тёма, полностью погруженного в себя, окрик прозвучал совершенно внезапно.

Но готовый ответ вертелся в его голове весь пройденный путь.

— Мне бы до харчевни дойти.

— Не препятствую, — засмеялся спрашивающий.

Это был здоровенный норд, в кольчуге, со щитом, закрепленным на спине и прямым мечом, скрытым в красивых, инкрустированных драгоценными каменьями ножнах. Вообще, вся экипировка выглядела на воине к месту: очень комплектно, хищно и дорого. Он внимательно рассматривал Тёма. И судя по улыбке, не сходившей с его лица, новичок ему чем‑то глянулся.

— От круга рождения идешь?

— Да.

— И как давно идешь?

— Четвертый день.

— Значит, тебе достался круг в Заброшенных холмах. Поздравляю — редкий норд рождается в тех местах. Не лучшая, скажу тебе, точка входа в игру. Да и ты и сам наверняка это вполне ощутил. Нубленд, как таковой, почти отсутствует. Разве что мобы от круга рождения до морского побережья, в среднем, не выше пятого уровня. Хотя, как повезет, можно и с мобом двадцатого уровня встретиться. А когда доберешься до поселка — ясли кончились. Обычная игровая локация. И весьма суровая, должен заметить. Так что, как уровень прокачать и при этом на респауне не проводить основное игровое время, надо очень думать.

Я сам попал в игру через этот вход. Если надумаю менять перса, точно выберу более спокойное и быстрое начало. Я тогда на месяц в этой локации застрял, пока выбрался на большую землю на более жирные пастбища. Кучу народа знаю, которая, после пары десятков смертей, так и не дойдя до поселка, выбрала нового персонажа.

Но тебе, я вижу, удалось. Да ещё и с добычей. Что ты хочешь за шкурки?

Тём растерялся. Во — первых, он не представлял, зачем этому упакованному в железо хаю могли понадобится эти шкурки. Во — вторых, Тём не знал, сколько и в каких монетах его добыча может стоить. С одной стороны, хорошо бы не прогадать, а с другой, надо бы не выставить себя клоуном. В конце концов он решил, что любая помощь или монета от такого игрока это плюс.

— Воин, я не знаю, кто ты, я не знаю, сколько моя добыча стоит в этом месте, где мы сейчас находимся, и что ты можешь за неё предложить. Поэтому, если она тебе нужна — бери даром. Если сочтешь возможным заплатить за неё, я буду тебе благодарен. Также, буду рад любому доброму совету или рекомендации, необходимой мне для посещения ярла или других важных людей в поселке.

Воин усмехнулся ещё раз, и видимо, приняв для себя какое‑то решение, одобрительно кивнул:

— Меня зовут Игор. И не надо со мной разговаривать, как с неписью. Хотя моему "другу", ярлу поселения, твоя речь очень бы понравилась. Поселение называется Ольхар, мы на полуострове Змееглав. Это одно из центральных поселений Морских королей.

Отвечаю на твой вопрос про добычу, — твоя добыча не стоит ничего. Но, я слишком хорошо помню мои первые пять дней в игре и эту дорогу от Заброшенных холмов в Ольхар.

И я поздравляю тебя! Сегодня ты вошел в неформальный клуб "Рожденные в Холмах". Нас не так много и мы стараемся поддерживать друг друга. Я был не настолько удачлив, как ты. Пришел в поселок через пять дней и без добычи. Но я выжил, и эти несколько дней определили мое дальнейшее отношение к Файроллу. Поэтому, а ещё потому, что мне понравился твой ответ, я дам тебе за твои шкурки четыре золотых. По одному за каждую крысиную и два за шкурку барсука. И замолвлю за тебя слово перед ярлом и кузнецом. Для тебя он сейчас даже важнее ярла.

Игор выразительно посмотрел на самодельное копье в руках Тёма.

— А там, что ты сможешь извлечь из моей помощи, — это уже от тебя зависит. Ты же выбрал режим игры на "автомате"?

И, дождавшись ответного кивка Тёма, продолжил:

— Сложновато тебе прийдется, по себе помню. Меня первоначально просто бесило, то, что я не мог видеть ник над головой другого игрока. Хотя может твой хранитель тебе что‑нибудь дельное и присоветует. Но я бы не сильно на это надеялся. Я помню, как скрипел зубами, выслушивая про его позицию "невмешательства".

Моего 22 — го уровня торговца должно хватить, чтобы активировать эту специальность и у тебя. Как‑то по мирным профессиям я небольшой мастер. Гораздо проще было бы активировать у тебя специальность "мародер".

Игор хищно усмехнулся и подмигнул Тёму.

— Я, со своим 103 уровнем по этой специальности, активировал бы её у тебя мгновенно и с гарантией. Вот только, если ты надумаешь стать друидом, лекарем или торговцем, это значительно снизит твою репутацию и сильно затормозит развитие.

Любой встречный житель поселка, если ты скажешь, что пришел из "Холмов", отправит тебя к кузнецу. У него особое отношение ко всем, родившимся в Заброшенных холмах.

Хай чему то весело засмеялся и Тём настороженно на него посмотрел.

— Попустись, Тём. Кузнец предложит тебе выбрать оружие, а я вспомнил, как сам выбирал у него первый свой обвес.

Но прежде ты получишь на ладонь вот такой знак.

Игор раскрыл перед глазами Тёма левую ладонь. На ладони был выжжен заключенный в овал знак: два устремленных навстречу, но не соприкасающихся друг с другом прямых угла, скрепленные линий только с одной стороны. Тёму знак напомнил перевернутую набок наковальню.

— Игор, а чего он на наковальню похож?

— Сам ты наковальня! Это и есть знак клуба "Рожденные в холмах".

Вот ведь какая штука- квест, вроде не квест, так, подарок от Администрации для стартанувших в тяжелой игровой зоне. Но был тут один умник со стороны. Сильно захотел халявного оружия. Хоть оружие дается обычное и на начальные уровни, но статы хорошие и ремонт ему требуется в два раза реже, чем у купленного в городской лавке.

Начитался на форуме про бесплатный сыр, пришел к кузнецу и говорит "Я с Холмов".

А Хромому всё равно, врёшь ты или нет. У него свой детектор лжи имеется.

Потом то этот умник дополнил форум про кузнеца из Ольхара длинными и цветистыми выражениями.

Потому что болевые ощущения от раскаленной руны, прижатой к ладони, он получил сполна. А рисунок на руке так и не появился. Вот Хромой и послал его куда подальше.

Игор опять заливисто засмеялся.

— Хромой он такой. У него не забалуешь. Если себе сходу ничего не подберешь, не дергайся. В половине случаев Хромой предлагает квест с наградой в виде подходящего по навыкам оружия. Но можешь квест и не получить. Даже если получишь задание, то, по каким‑то его неписаным правилам награда за выполнение тоже меняется. Хоть в логике и не откажешь — обычно награждают обычным оружием, и редко- редким.

Хай довольно улыбнулся своему сомнительному каламбуру. То ли у него настроение было хорошее, то ли вообще он такой весёлый был по жизни.

— Так что квест на личное оружие это абсолютный кот в мешке. Я в свое время не стал грузить себя этой дилеммой, а просто выбрал себе меч в оружейке и всё. С очень хорошими статами между прочим. Даже хватило на вырост. Я с ним махался уровня до восемнадцатого.

— Игор, а мне лучше сразу к кузнецу зайти?

— Да. Ладно, пошли, доведу тебя до кузницы. Мне все равно с Хромым поздороваться надо. Я всегда, когда бываю в Ольхаре, захожу ко всем персонажам, составляющим местную элиту элит.

Должен сказать, что занятие абсолютно не скучное, да и в копилку репутации с Морскими королями постоянно капает.

А местный кузнец персона очень интересная. Состоит в дружбе со всеми и уважаем всеми ярлами Северного моря. И сам он не один раз в набеги ходил по молодости. Пока не случилось в одном из походов попасть под удар боевого топора огра. Удар прорубил поножи из гномьей стали и достал до кости. Ведун ногу почти заново приращивал, но хромота так и осталась. Болел потом очень долго. Его привезли в Ольхар, едва живого, не ходячего и местный кузнец взялся выхаживать. Выходил и делу своему обучил. Сначала подмастерьем был, а когда в силу вошел, то прежний хозяин кузницы ему всё в наследство и оставил. А сам ушел в море на драккаре. А в поселении появился новый кузнец, который с последнего своего военного похода нежданно приобрел и новую профессию и новое имя. Его теперь иначе, чем Хромой кузнец или просто Хромой никто не кличет. Да он обязательно сам тебе всё расскажет. Если правильно вопросы позадаешь, то ещё и с подробностями.

А квесты он выдает очень вариативные и интересные. Надо только иметь много пунктов в репутации с Морскими королями, чтобы их получить. У нас, нордов, есть стартовое преимущество. Как ни крути, а мы с Морскими королями одной крови!

Игор хлопнул идущего рядом Тёма по плечу, явно одобряя его выбор играть нордом.

— Я у Хромого на первое оружие квест не взял, но не забывал к нему захаживать и за прошедшее время успел получить и выполнить пару других. Причем, с последнего квеста, мне редкие щит и мантия мага достались. На аукционе не залежались, сразу за полдня и улетели. За приличные денежки, между прочим. Именно после таких моментов мне хочется играть и играть.

Игор подмигнул Тёму, и покровительственно продолжил.

— Да ты не облизывайся, там квест изначально на уровень 70 плюс был. Так что, рановато тебе ещё. Это я тебе на вырост, так сказать, инфу подкинул.

На подходе к кузнице, их встретила стайка малолетних ребятишек, которая уважительно поздоровалась с Игором, с любопытством поглазела на Тёма, дружно потыкала в его рваные брюки и со смехом унеслась куда‑то вдоль улицы.

— Видишь, чуть в стороне, стоящий дом с пристройкой. Это и есть местная кузница. Я долго в кузнице не задержусь, а ты, если быстро у кузнеца справишься с делами, сможешь застать меня у ярла. Его дом находится в тупике, правый поворот через две улицы. Думаю, сам найдешь. А вдруг заплутаешь, то у местной детворы спросишь. Уж дом Фроки Молота тебе даже годовалый малыш покажет. Кстати, кузница раньше принадлежала Фроки, пока он не поменялся делом с Хромым. Один с тех пор стал отличным кузнецом, а второй, хоть тоже не сразу — местным ярлом. Вот такие тут на Севере хитрые истории случаются.

Тём, даже если ты меня уже у Фроки не застанешь, не сильно огорчайся. Мир тесен, думаю, что мы ещё обязательно встретимся.

— Игор, спасибо тебе за помощь.

— Ерунда, сочтемся.

Не заходя в кузницу, Тем вызвал хранителя:

— Энжи, переводить с моего интуитивного на свой письменный будешь?

— Буду, — буркнул дух.

— Так работай, а не бухти. Что у меня изменилось после встречи с Игором?

Вами получен навык торговли.

Текущее состояние — 0,5 %

И ниже мигала следующая строчка:

Внимание! За умение расположить к себе высокоуровневого персонажа вам активирован специальный навык Харизма.

Доброжелательное отношение сущностей от 75–го уровня и выше повышено на 1 %.

Тём искренне поклонился вслед Игору, первому встреченному им на острове игроку, на земле Файролла, забытой Богами, но не забытой удачей.

— Что‑нибудь подобрал себе?

— Увы, мастер кузнец. Не нашел я у тебя в кузнице оружие, перед которым бы сердце замерло, а душа запела.

При этом он незаметно подул на руку, которая ещё болела после знакомства с побывавшим в кузнечном горне, а потом прижатым к раскрытой ладони, знаком "Рожденного в холмах".

— Гм. Складно говоришь и правильно. Да и Игор абы кого ко мне не пришлет. Значит, видит в тебе воина, который сможет когда‑нибудь стать с ним в битве плечом к плечу. А что за оружие ты хотел найти для сердца и души?

— У меня от рождения навык " первое копье", позволяющий иметь преимущество первого удара, а ещё огромное желание сражаться мечом. Вот такая печаль у меня, мастер кузнец.

Кузнец медленно, припадая на одну ногу, пошел вдоль стены оружейной комнаты, осматривая расположенные на ней топоры, мечи, щиты и копья и не прекращая бормотать при этом:

— Или копейщик, желающий сражаться мечом. Или мечник, обладающий навыком копейщика. Меч и навык "первое копьё", навык "первое копьё" и меч.

И настолько он искренне сокрушался, что идущий за ним по пятам Тём, не удержался и в тон добавил: " Беда, беда. Прыщи и никто не любит, никто не любит и прыщи…".

В этот миг хромой остановился и спросил:

— Что ты сказал?

— Говорю беда, что так и не подобрали мне оружие.

— Нет. Ты не это сказал. Беда и никто не любит.

— Вообще‑то я сказал "прыщи".

Но кузнец его уже не слушал:

— Ну конечно, как же я сразу‑то не подумал!

И тут же ответил сам себе, не дожидаясь ответных слов от Тёма.

— Да потому и не подумал, что не видел среди пришлых воина, которому я мог бы доверить историю моего побратима. А к воину, который пришел с Игором, к тому же любящему оружие и понимающему как его сделать, можно и внимательней присмотреться.

— А ещё напомнил ты мне Беду. Нужные слова для этого сказал.

И уже, глядя Тёму в глаза, строгим, торжественным тоном продолжил:

— Норд Тём, прежде, чем я расскажу тебе историю моего побратима Беды, готов ли ты достать то, что надо мне и получить то, что хочется тебе?

Гм, если это и всё задание, то весьма обтекаемо. А очень похоже, что ничего другого у кузнеца ему уже не обломится.

Тём задумчиво хмыкнул. Вот это вот "любящий оружие и понимающий как его сделать" это кузнец его Оружейника 1–го уровня считал? А вот по самому оружию, всё‑таки вытянул кота в мешке, от которого его мягко отговаривал Игор. Кстати, сам хай прокачал таки очень высокую степень уважения с аборигенами. Кузнец вон открытым текстом сказал, что рекомендация Игора одно из условий получения квеста.

Тём потер веко.

— Энжи, я могу отказаться от квеста?

— Сейчас ещё можешь. Но при этом ты заработаешь очень плохую репутацию среди этих славных воинов. А вот если ты выслушаешь его историю, но откажешься выполнить его просьбу, то это уже будет расценено, как оскорбление. А Морские короли очень горячий народ. Так что делать так я бы тебе не советовал.

— Гм. Вполне логичный совет. Беру. Ты мне основные ТТХ по квесту продублируй по параллельному каналу.

— Какие что?

— Ох, и горе — помощник мне достался. Название и основные характеристики задания мне на глаза выведи. Не сейчас, потом, когда кузнец историю расскажет и даст мне следующее задание.

И уже оборачиваясь к стоящему в ожидании кузнецу:

— Я согласен взяться за твое задание. Расскажи мне историю своего побратима.

Кузнец одобрительно кивнул. Одновременно прозвучало "дзынь" — сработала система, оповещая о принятии квеста.

— Вот ты говоришь "Кузнец", да и другие ко мне только "Кузнец" или "Хромой" обращаются. А я ведь не потомственный кузнец. Я уже и сам позабыл, когда последний раз меня, как в детстве, называли Каирином. В молодости я, как и любой Морской король, рвался в море, меня манила добыча и жаркие схватки. А о молоте и горне я тогда, считай, ничего и не знал.

У нас на драккаре подобралась славная ватага. Там я и встретил своего будущего побратима. Его настоящее имя было Галах, но я узнал его намного позже первой встречи. Он просил нас называть его Бедой, и мы на драккаре все звали его так. Потому что это было правильное имя, — таким он был для наших врагов. Искусней бойца, чем Беда, не было на всем Северном море. Это тем более удивительно, что Беда не был Морским королем. Он пришел на побережье откуда‑то с юга. На нем, кроме оружия, была обычная кольчуга, за спиной котомка. На вопрос нашего ярла он ответил, что служил в каких‑то вольных ротах, там его прозвали Бедой и другого имени у него нет. Из оружия — короткий меч да копье. Только странное какое‑то копье, непривычное нам совсем: короткое и с длинным широким лезвием. Мы вначале посмеялись над этим копьем — не метнуть, как следует, ни врага с борта на острие поднять. Но уже в первом бою он показал всем нам, что самый правильный смех не на берегу, мирно кушая барашка, а в бою, убивая своих врагов.

Он и от нас, бывало, надолго уходил. Всё о чем‑то со скальдами разговаривал, а когда в уважение воинское вошел, то и к ярлам на беседы захаживал. Это он меня вытащил с перерубленной ногой из последнего моего боя. Я молодой был, умереть тогда хотел. Всё думал, кому я теперь, калека, без денег и славы нужен? Он внес меня сначала на драккар, а потом на руках принес к Фроки, с которым тоже был дружен. И сказал мне одно:

"Живи". Я тогда ему не сразу поверил. Но в то время, к моей удаче, он зачем‑то задержался в Ольхаре и часто навещал меня, каждый раз рассказывая ту или иную историю из своей жизни.

А когда однажды, после очередного высказанного мной желания умереть, он вынес меня на берег, достал свой меч и предложил над полоской земли рядом с морем ладони надрезать и кровь смешать, вот тогда я ему совсем поверил. У нас делают такое, только когда человеку верят как себе. И я захотел жить.

А он поверил в меня и рассказал мне семейное придание о Чаше, затерянной в разрушенном подземном храме, где‑то в наших краях. Чаше, могущей черную душу сделать белой, а мертвое тело — живым. Это Чаша в Золотой век Файролла принадлежала той, кого ушедшие Боги называли мамой.

За этой Чашей он и пришел к нам на Север, про неё пытал сказителей и вождей, даже до духов холмов и шаманов пифэри добирался.

Уж не знаю, нашел ли он кого‑то, знающего об этом разрушенном Храме, или повезло самому найти дорогу к нему. Но однажды весной он пришел проститься со мной. Я уже понемногу помогал Фроки в кузне и встретил Беду на пороге — веселого, радостно танцующего со своим копьем в предвкушении скорого чуда.

Я расскажу тебе, как добраться до входа в то подземелье, где расположен Храм. Я сам нашел этот вход по рассказам Беды. И спускался в подземелье, но Храм и Беду не нашел. Я надеюсь, что ты будешь более удачлив.

Те кто приходили до тебя, были сильными и смелыми, но ты первый, кому я захотел рассказать историю моего побратима. Я не знаю, есть ли там Чаша или нет, но Беда остался там. Я неделю кружил по этим пещерам и крысиным норам. Я чувствовал его меч, по которому текла наша кровь во время братания. Но найти не сумел. Но он точно там, а значит, там и его любимое копье, с которым он тоже никогда не расставался.

Ты принесешь мне меч, а копье возьмёшь себе. Ты чем‑то напомнил мне Беду и я уверен, что он одобрил бы мой выбор. А до тех пор, пока ты не раздобыл оружие моего побратима, выбери себе кольчугу, меч или копье моей работы.

Тём молча, глубоко поклонился Кузнецу.

— Кузнец, я принесу тебе меч твоего побратима.

И снова "дзынь", и перед Тёмом всплыли две картинки, одна за другой

Вами выполнена первая часть задания 'Меч побратима'

Выслушан рассказ кузнеца о гибели его побратима Беды, рыцаря Галаха.

Награды:

300 опыта;

100 золотых;

+5 единиц к дружбе с Морскими королями.

Для получения наградного оружия обратитесь к Кузнецу поселения Ольхар.

Ух ты, он ещё и рыцарем был! И сразу следующее сообщение:

Вам предложено принять задание "Меч побратима" вторая часть.

Условие — найти и принести кузнецу поселения Морских королей Ольхар меч его побратима.

Награды:

500 опыта;

500 золотых;

+10 единиц к дружбе с Морскими королями.

Увеличение репутации в глазах ярлов Морских Королей

Возможна дополнительная награда: глевия "Змея крови" и предмет из списка легендарных.

Примечание.

Если меч будет добыт в бою и возвращен вами по всем обычаям Морских королей, есть вероятность того, что вами будет получено деяние 'Хранитель традиций Раттермарка первого ранга'

Принять?

Можете принять задание, активировав на панели надпись "Да" или выразив свое согласие голосом.

Тём, дочитав сообщение до конца, не зло буркнул:

— " Не можете", уже принял. Так что поздно спрашивать.

И тут до него дошло:

— Ух, ты! Копье с собственным именем! Наверняка рангом не ниже редкого. А ещё какую то легендарку посулили в качестве зеро. Неужто, весь рассказ про Чашу это наживка для крупной рыбы? А жизнь, то налаживается!

Кузнец тоже был доволен, как будто и у него что‑то дзынькнуло.

— Я рад, что не ошибся решив рассказать тебе историю Беды. Ты можешь взять с собой до пяти друзей, но они должны быть не намного сильнее тебя. Но будешь ты сам или пойдешь с друзьями, все равно знай, то Зло, что погубило Беду, не будет тратить на тебя слишком много сил. Оно разбудит для защиты Храма только тех, кто по силам будет немного сильнее тебя одного или вместе с друзьями.

— Энжи, переведи. Стоп! Не надо, я сам. Все сказанное означает, что разница бойцов в группе и силы монстров надо мной будет в два- три уровня?

— В пять.

— Хуже, но вполне проходимо. Чего стоим, пошли бодаться дальше, только помоги мне сейчас правильную экипировку подобрать.

В этот раз, выбирая себе оружие из повторно предложенного кузнецом, Тём не кочевряжился. Имея двух независимых экспертов в лице Каирина и Энжи, довольно быстро подобрал себе копье на веревке, кольчугу и "на поход" еще и шлем, с едва обозначенными на нем рогами. Все вооружение обычное, но с хорошими статами и на вырост до 20–го уровня.

Ярл, не ярл, а первой по дороге к дому военного вождя поселения, Тёму на глаза попалась торговая лавка, за дверью которой он давно вожделел купить новые штаны, сапоги и рубаху. Зазвеневшие в кошелке после посещения кузнеца монеты, позволяли думать, что он сможет выбрать всё это по своему вкусу. Толкнув дверь лавки, норд тут же получил гораздо больше, чем ожидал. Тём сделал один шаг за порог и остановился, во все глаза рассматривая стоящую за прилавком хозяйку.

Она имела тонкую изящную фигурку, круглое личико с приплюснутым носиком странной для человека формы и удивительного изумрудного цвета глаза с вертикальным разрезом черных зрачков. А ещё, её голову украшала короткая, ослепительно белая шерстка вместо волос, с тонкой фиолетовой полоской посредине и острые ушки. Именно эти ушки, покрытые снаружи нежными, прозрачно — белыми шерстинками и отсвечивающие изнутри нежно — розовым цветом, убедили Тёма, что стоящая за прилавком девушка — не человек.

Тём потер вдруг зачесавшееся левое веко и сразу услышал Энжи.

"Это я к тебе так постучался. Сам ты не догадаешься спросить у меня совета, так и будешь стоять на пороге и на девушку пялится. А эта девушка на Севере очень редкий гость. Она из расы Харжитов, а они уроженцы Юга…Общий уровень — скрыто. Очень странно, я не могу увидеть её уровень".

— Какое‑то очень сильное колдунство? — после четырех дней крысоборства, доставивших много однообразно — болезненных ощущений от игры, Тём просто купался в этих совершенно новых декорациях игрового мира, открывшихся ему в Ольхаре.

— Если этим словом ты обозначил заклятие, — то нет. Скорее это внутреннее умение данной особи. Но владеть им могут только очень высокоразвитые сущности. А специализация "торговец" у неё открыта и всего 38 уровня. Я не рекомендую тебе выходить в общении с этой странной особой за рамки торга.

— Что же вы стоите, проходите пожалуйста. Я подберу вам одежду.

Она с сомнением, но доброжелательно осмотрела Тёма.

— Если у вас нет денег я, к сожалению, не смогу дать в долг больше одних штанов и одной рубахи.

Так как я ничего не ответил, девушка продолжила слегка извиняющимся тоном.

— Через месяц, после прихода корабля с моим товаром, вам бы повезло больше.

— Спасибо, но у меня есть деньги, — норд достал из кармана золотой и легким движением пальцев, запустил его волчком по прилавку. Вынырнувшая откуда‑то из складок платья рука, ловко прихлопнула монету к доске. Эта рука выглядела совсем человечьей, разве только тонкие изящные пальчики немного странно утолщались на последней фаланге.

— Этого на брюки и рубаху хватит?

— Смотря что из одежды ты выберешь. Я могу, по твоим желаниям, одеть тебя на один золотой или на сто. Тут все от тебя зависит.

— Эта рубаха стоит 15 золотых. Она повышает выносливость на 5 единиц.

— А та? — Тём ткнул в висевшую рядом темную с фиолетовым отливом рубаху, украшенную серебренным орнаментом.

— А эта стоит 17 золотых монет.

— А она что повышает?

— Ничего. Она просто будет тебе очень к лицу.

Мда — а…Тём с сомнением посмотрел на понравившуюся ему рубашку, но тут же махнул на сомнение рукой. Какого лешего, если он в реале, выбирая себе одежду, меньше думает. А вот с хозяйкой, раз Энжи не советует, надо знакомиться ближе!

— Мое имя Тём и я первый день в Ольхаре. Очаровательная хозяюшка, вы назовете свое имя, чтобы мне было удобнее с вами разговаривать?

У хозяйки ощутимо заалели кончики ушей.

— Мало кто обращается ко мне по имени. В основном зовут Южанкой, но ты, если хочешь, будешь звать меня по имени. Друзья зовут меня, как на родине, Мизуки или Луна. Тём, ты уже решил какую из рубашек возьмешь?

— А давай обе. Но за тридцать монет.

— Хорошо.

— И брюки, крепкие, чтобы жизнь или защиту добавляли. И сапоги, тоже крепкие с ловкостью или выносливостью, если есть.

Переодевшись в только что купленные вещи, Тём посмотрел на себя в зеркало. В отлично сшитых, мягко сидящих на ноге и прибавляющих "+4" к ловкости, кожаных сапогах, в крепких, тоже кожаных, штанах, дарующих "+15" единиц к жизни, в кольчуге, шлеме и с копьем в руке от Кириана, он себе очень нравился.

Ну и пусть в кошельке осталось всего одиннадцать монет, включая четыре, полученных от Игора. Монеты что, монеты он ещё заработает. Зато теперь и к ярлу в гости не стыдно зайти.

Тём еще раз искренне поблагодарил хозяйку и довольный направился к выходу из лавки. Энжи, который весь торг молчал и не высовывался из‑за спины Тёма, тут же перелетел вперед, чтобы первым оказаться на улице.

— Тём, стой! — голос Мизуки прозвучал так же мягко, как и при торге. Только в этот раз это была мягкость хода арбалетной пружины перед выстрелом. Норд не мог не обернуться, — У тебя за спиной дух.

— Да. Я думал он для всех невидимый.

— Видеть духов, — особенности моего народа. Это у нас общее с братьями нашими меньшими.

Мизуки кивнула на дымчатую кошку, которая выгнув спину и устремив хвост к звездам, бодала её ногу то слева, то справа.

— И это тоже, — из кончиков пальцев руки, спокойно лежащей на прилавке, как будто выстрелили, каждый не менее пяти сантиметров, тонкие и острые когти. Даже на неподвижной руке они выглядели настолько опасно, что Тём невольно поежился.

— Я присматривалась к тебе и к твоему хранителю. Он тебя немного боится, хоть и меньше, чем меня. А ещё он тебя уважает. Это нельзя скрыть и это хорошо. Духи редко ошибаются в людях.

А ещё я вижу над тобой знак Кузнеца. Значит он тебе в чем‑то доверился.

Из всего, что я про тебя поняла, я вижу перед собой пусть и малого силой, но очень сильного духом человека. Воина, который не обманет попросившего его о помощи, не предаст доверившегося ему.

"Да, да, я такой как ты говоришь", — внутренней иронией уравновешивал Тём серьезность харжитки. Интересно, летучие мыши, которые как известно, терпеть не могут кошек, кого видят в Мизуки- кошку или человека?

— Я хочу попросить тебя об одной услуге. Но, пожалуйста, отнесись к ней предельно серьезно. От этого зависит не только моя жизнь, но и жизни многих из моего народа.

Вот ведь странно. Только что Тём воспринимал все в таком приподнятом, полушутливом тоне, а теперь, после слов Мизуки, как будто переключатель какой‑то внутри сработал. Как тогда, при получении задания от Кириана, Тём почувствовал, что сейчас от его ответа действительно будут зависеть жизни многих харжитов. Не цифр, не неписей, а именно сущностей нелюдской расы.

И Тём, больше не задумываясь просто сказал: "Да. Я согласен выполнить твое задание".

Наваждение тут же спало, и перед Темом опять была хозяйка торговой лавки, а сам он находился в игре. Но ернически — шутливое отношение к происходящему уже не вернулось.

— Я родилась в царской семье. Это случилось очень далеко от Северного моря в Камерии, царстве харжитов, на берегу совсем другого моря. Это море песчанное, с каждым годом захватывающее несколько метров нашей земли. Единственное, что ещё сдерживает пустыню, это Великая река. Река — колыбель и кормилица нашего царства. Отца я почти никогда не видела, да и маму не намного чаще. Он был всегда занят государственными делами, а мама всегда была при нем, полностью передав заботу обо мне сначала нянькам, а потом старому отцовскому учителю Бусситу.

Нельзя сказать, что я сильно расстраивалась по этому поводу. Свобода, горячий ветер пустыни и прозрачная прохлада реки — это все, что мне тогда было нужно от жизни.

А дальше, когда мне исполнилось пятнадцать лет, произошла обычная, как я теперь понимаю, история.

Папин брат решил, что его сын, с которым мы вместе гоняли пустынных змей, учили первые иероглифы и творили первые шалости, более достоин трона, чем я.

И возглавил заговор против моего отца. Моя юность кончилась в тот день, когда на рассвете запыхавшийся Буссит сказал мне, что мамы и отца больше нет. А за мной уже посланы убийцы, которых он опередил буквально на несколько минут. Я молча пошла за ним и села в лодку, на веслах которой сидел его племянник Кинки. Буссит воткнул мне в руки небольшой сверток, сказал, что это мама успела мне передать и оттолкнул лодку от берега.

Через два дня мы с Кинки вышли в Южное море, где ещё через день нас подобрал большой корабль западных купцов.

В свертке, переданном мне учителем, были фамильные драгоценности. Продав несколько самых простых из них подобравшим нас купцам, я и Кинки получили деньги на дальнейшее путешествие. За два следующих месяца мы пересекли ещё два моря и добрались до поселений Морских королей.

Тогда я думала только об одном- понадежней укрыться от идущих по моему следу убийц. Я знала, что их не отзовут. Ведь пока я жива, царская корона, великий артефакт позволяющий дважды в год призвать в пустыню дожди, остается инициирована на меня. И дядя не может с этим ничего поделать.

Я купила лавку в Ольхаре, спрятавшись за маской простой торговки, а Кинки вернулся на родину. Я бы никогда раньше не подумала, что не человек может затеряться среди людей. Мне, правда, раньше и думать об этом не надо было.

Мизуки грустно вздохнула и продолжила свой рассказ:

— Но здесь, на Севере, каждый ценит другого по делам его, а до остального им и дела нет. Так что, если кто и рассказывает о странной кошке на носу Змееглава… Да, я знаю, что многие именно так меня называют, то не как о диковинке, а как о владелице лавки, у которой можно не очень дорого купить необходимые вещи или выгодно продать добычу.

Когда я в спешке покидала родину, то и подумать не могла, что проведу в изгнании много — много лет.

Я очень скучаю. Я скучаю за своими соплеменниками, за теплой бирюзой Великой реки, за синевой оазисов и даже за особой суровостью пустыни и гор, защищающих границы царства.

Кинки навещал меня два раза за эти годы. Он рассказывал о том, как идут дела на родине.

К счастью, учитель выжил в тот день, когда спас меня от смерти. А больше хороших новостей и не было. Дядя оказался плохим правителем — жестоким и жадным. А именно он, а не его сын, над которым была проведена процедура помазания на царствие, правит харжитами.

За прошедшие годы, пустыня, над которой перестали идти дожди, очень быстро стала забирать ещё недавно плодоносные земли.

От меня ждали решения объявить себя наследницей и возглавить отряды восставших, воюющих сегодня с узурпатором поодиночке. Каждый сам по себе.

Я долго отказывалась, но вот недавно поняла, что у меня все равно нет другого выхода.

Или я погибну, возвращая справедливость на земли Харжистана, или умру здесь, на Севере, от тоски по своей родине. Но там у меня есть шанс жить и быть нужной моему народу. И я готова использовать этот шанс.

Семь лет назад, Кинки последний раз был у меня с новостями из Харжистана и обещал через пару лет навестить снова. Его нет, и я не знаю, как передать на родину мое согласие вернуться. Ехать самой мне нельзя, так как узурпатор наверняка расставил убийц на всех возможных путях моего возвращения. А пока он не может инициировать корону, зная, что я жива.

Мне встречалось много сильных и храбрых воинов. Но этого мало. Ты тот, кому я смогла довериться.

Тём слушал принцессу (с ума сойти, в первой торговой лавки и сразу принцесса!), кивал её рассказу, а сам думал: интересно, ей и Каирину один спичрайтер тексты писал? А ещё это он под счастливой звездой в Игру зашел? Или это просто игра такая богатая на квесты.

— Вот это кольцо, — Мизуки положила перед Тёмом колечко из черного серебра с семью вплавленными по кругу различными драгоценными камнями, — надо доставить на мою родину, в город Вариэл, харжиту по имени Нобуо. Его не сложно будет найти, любой стражник, торговец или хозяин гостиницы скажет тебе, где найти дом этого почтенного харжита. Сложность в том, что ты норд, а сделать это надо, не привлекая к нему внимание тайной стражи узурпатора. А Северян у нас любят чуть больше, чем жителей Запада.

— А западников у вас просто ненавидят, — продолжил я за Мизуки.

— Такое только в приграничных городах Юга. И на то есть причины. Но Вариэл далеко от границы и думаю, что там тебе не придется на каждом шагу объясняться со стражниками.

Я не прошу тебя отправится в путь немедленно, но это кольцо должно попасть к Нобуо не позднее, чем через полгода. И если ты готов помочь мне и чувствуешь в себе силы и желание отправиться в дальнюю дорогу не позднее, чем через месяц, дай мне знать.

Девушка чуть подвинула кольцо в сторону Тёма и тут же убрала от него руку, оставляя норду время для принятия решения.

— Когда ты передашь это кольцо, у меня будет надежда вернуться на родину, — голос Мизуки дрогнул и взгляд в мгновение стал далеким и грустным.

— Я вновь смогу увидеть воплощение Великой Матери — Великую Реку, а в пути снова вдохнуть самрун, жаркий ветер пустыни. Это был мой самый нелюбимый ветер в той, такой далекой и беззаботной жизни. А здесь мне его так не хватает…

"Ну и ладно. Целей у меня пока всё равно нет, и в спину Мизуки меня не толкает. Надеюсь, что за месяц я и уровней поднаберу, и разберусь, что почем в Файролле. Но уже сейчас есть твердое ощущение, что если откажусь, потом буду локти себе кусать. Решено, беру кольцо, а там — будет день, будет пища"

Как только ладонь Тёма накрыла кольцо и он услышал привычное "дзынь", перед глазами, даже без запроса к Энжи, высветилась надпись:

Вы приняли квест "Кольцо незнакомки"

— время выполнения — полгода

— награда — по выполнении.

Внимание! Не потерять, не продать, не подарить предмет вы не можете.

— Я благодарна, что ты согласился мне помочь. Старайся нигде не оставлять кольцо и лишний раз никому его не показывать. Если Нобуо возьмет кольцо, то передашь ему это письмо и расскажешь, где меня найти.

Она протянула Тёму запечатанный сургучом свиток.

— Если же он откажется принять кольцо, возвращайся ко мне. Я найду, как отблагодарить тебя за твой труд. И вот ещё что: у тебя остались золотые монеты?

— Да, ещё немного есть, а что?

— Хочу продать тебе кинжал за один золотой. Такое оружие дарить нельзя. Но и попасть к другому без моей на то воли оно тоже не может.

Мизуки достала из чехла на поясе небольшой черный кинжал, с прозрачным, темной дымки камнем, вставленным в основание рукоятки.

— Кинжал, как ты сам уже догадался, стоит гораздо больше одного золотого, — Мизуки загадочно улыбнулась, — тебе с ним и разбираться.

Добавлю только, что один раз он даст тебе шанс избежать смерти.

Это мой кинжал, мне подарил его отец и мне необычайно трудно отдать его кому бы то ни было. Но ты взялся мне помочь и скоро отправишься в путь, а я остаюсь. Тебе он будет нужнее.

— Его тоже покажешь Нобуо вместе с кольцом. Если захочешь, Нобуа заплатит тебе за него золотом или поменяет на понравившийся тебе предмет. Ему есть что предложить тебе взамен. Но ты должен знать про кинжал ещё кое‑что.

Мизуки внезапно наклонилась к уху Тёма и тихо прошептала ему несколько слов.

— Если мой кинжал все же прийдется тебе по душе — он твой. А сейчас, прощай.

Тём молча развернулся и вышел за дверь, предварительно глянув что же там новенького в новостях, непрерывно транслируемых духом.

Вы стали обладателем квестового оружия. Ваши характеристики изменились.

— Ловкость +5, критический удар любым холодным оружием + 5 %.

Внимание! Увеличен навык торговли.

Текущее состояние — 1,0 %

— Внимание! За умение расположить к себе высокоуровневого персонажа другой расы вам повышен специальный навык Харизма.

Доброжелательное отношение харжитов выросло на 1 %.

Доброжелательное отношение других рас выросло на 0,5 %.

Совсем неплохо! Энжи, чего ты там затих? Все же отлично, мы все в плюшках, а ты боялся! И про кинжал я не совсем понял, это гарантированное убийство сущности имеющей двадцать моих жизней это как понимать?

— Как метафору. Кинжал сможет убить почти любое существо вплоть до сотого уровня. А вот если уровень больше, там уже от рассы, сопртивляемости, защиты и прочее и прочее зависит. А что касается плюшек, я бы слюну попридержал, до момента прочтения поступившей почты.

Вот так новость! Хранитель, оказывается, может в мой почтовый ящик заглядывать. То есть в этой неписи реализован механизм дуальности видения виртуальности и реала неигровым персонажем. А значит, за мной шпионит не просто цифровая программа, а очень умная цифровая программа. Или не программа вовсе. Как говорила одна английская девочка в схожей ситуации, все чудастее и чудастее. Или она не так говорила? Стоп, так и запутаться можно, и что‑то такие новости изрядно портят не замутненное удовольствие от реальности игрового мира. Надо быстрее добивать экспу до 35 уровня и говорить "аривидерчи, друг мой Энжи".

В почтовом ящике было письмо от администрации:

Игрок Тём!

Администрация игры сообщает вам, что, приняв квест 'Кольцо незнакомки', вы запустили игровой сценарий 'Воцарение на престол'.

Данный сценарий является континентальным и администрация игры настоятельно рекомендует вам начать выполнять квест, являющийся его стартером.

В случае, если вы это не сделаете в обозначенные условиями квеста сроки, то администрация игры оставляет за собой право применить к вам штрафные санкции, в соответствии с п. п. 12.3.3 'Соглашения администрации игры и игрока'.

Здрасти — мордасти. А до того, как он принял квест от Мизуки, все это написать было нельзя? Вроде и не потерял ничего, и награда солидная и от квеста отказываться и в мыслях не было, но ощущение что тебя в чем‑то хорошо поимели присутствовало. И осадочек от этого ощущения был очень неприятный. Тёму очень захотелось посмотреть на этих умников — разработчиков Игры. Но как‑то не так, чем ещё несколько минут назад, а совсем по — другому.

Глава 4. Мы там, где перекресток моря, неба, стали…

Отсчет минус 6 до прогнозной точки бифуркации.

Тём без трудностей и подсказок отыскал дом ярла и очень обрадовался, что ещё застал там Игора. Тот задумчиво долбил взглядом голую стену дома Фроки, никак не реагируя на появление новичка.

Тём кашлянул, но не увидев реакции, как бы невзначай перекрыл собой направление взгляда хая. Помогло. Тот сфокусировал взгляд на новой цели.

— А вот и ты появился. А я тут с друзьями переписывался.

Гляжу, слегка у Хромого прибарахлился. Тоже не стал на квест заморачиваться?

— Стал. Мне кузнец квест "Меч побратима" выдал. Не знаешь, что это и с чем едят?

— Не слышал про такой. Ну да я тебе говорил, что у Хромого в заначке много разных заданий есть. Может, что и получишь стоящее. А чего толокся у него так долго?

— Я по пути еще в местную лавку заходил, скупится.

— К Кошке, что ли? И как? Хороша девчонка, жаль, что квестов не выдает. Так то почаще бы к ней заходил.

— Думаю, что не в частоте дело.

— Иди ты. Кошку на квест раскрутил?

— Да, простенький. Мизуки попросила отнести ножик в какую‑то дыру, на другом краю Раттермарка.

— Что за ножик? — как‑то ревниво спросил Игор.

Тёму не сильно хотелось светить кинжалом, но за язык никто не тянул, а после того, как его встретил хай, отказать и не показать полученное от Мизуки оружие было бы хамством.

— Вот, квестовый.

Игор покрутил в руках кинжал, вчитался в характеристики и удивленно хмыкнул.

— А ты удачлив, парень. Два квеста за первый проход по поселку. Ай, молодец! Вот уж не думал, что у Кошки могут быть такие штучки. С другой стороны, повезло тебе, что кинжал квестовая вещь. Тут последнее время пэкашников развелось, будто им на побережье медом помазали.

Так что ты всё равно, когда побережьем ходить будешь, маршруты и пути отхода продумывай заранее. И в целом полезно и целее будешь.

— А как же НПС стража? Она в этой игре неожиданно вымерла?

— Есть, как не быть. НПС стража исполняет свои обязанности в строго оговоренных "безопасных" местах — города, сторожевые посты.

В "сельской местности" каждый сам себе страж. Игроки агров гоняют исключительно для развлечения, это не механизм борьбы.

Он ещё раз покрутил в руках кинжал, поцокал ногтем по камню в рукоятке и протянул назад Тёму.

— Ты на материк когда думаешь выбраться?

— Да уже… А чего ты спрашиваешь?

— Я тут очень долгий социальный квест ярла поселения Фроки Молота выполняю. А у Морских королей социалка — это защита побережья. Правда, здорово? Мне для следующего уровня репутации, чтоб военным походом НПС командовать, не хватает 17 боев, проведенных под командованием военного вождя. Вот сегодня я удачно заглянул. Как раз собирается военный поход. Фроки на своем драккаре в Хольмстаг собрался. Прошел слух, что там назревает какая‑то заварушка. То ли Кениг кого пощипать хочет, то ли Кенига кто. Вот Фроки и торопится туда, где есть возможность обменять наши мечи на золото.

А мне любой бой под командой ярла засчитывается, да ещё, по условию квеста, я могу пригласить с собой пятерых друзей. По сложившейся у нас традиции, с собой я приглашаю только ребят из клуба "В холмах". Всегда желающих было с избытком. А вот сегодня одного не хватает. Отпуск, болезнь, работа, то, сё. Вот и спросил тебя про планы. Ещё одно место есть, заодно препровожу тебя маленько, глядишь и подрастешь на несколько уровней. А там удачно раз — другой повоюешь, и сам сможешь кем‑то покомандовать.

— Не. Я лучше писарем при штабе.

Игор громко засмеялся.

— Тём, а ты ещё тот шутник. Думаю, не ошибся я в тебе.

— Игор, а зачем тебе всё это надо?

— Что "всё"?

— Для меня вот это "всё" зачем делаешь? Я же для тебя первый встречный. А ты меня встретил по — божески. Помог очень здорово. И сейчас вот, считай, выигрышный лотерейный билетик в руки суешь. Я хочу понимать зачем и почему?

Игор коротко усмехнулся.

— А если нет никакой причины и это просто моя блажь, тогда как? Откажешься брать квест вместе со мной?

— Не откажусь. Если я задаю дурацкие вопросы, это ещё не значит, что я идиот. Просто редко встретишь такое отношение от незнакомца.

— Ты прав, есть причина, дополняющая мою блажь.

Хай уже откровенно улыбаясь, выставил перед Тёмом ладонь с выжженным зигзагом. Точно такой же знак на ладони Тёма снова болезненно заныл.

— Вот она причина. Там, в реале у меня тоже есть отличительный знак, только на пальцах правой руки. И написано там "За ВДВ". А десант своих не бросает. — твердо, даже возвышенно закончил Игор.

Тём тут же по доброму цинично порадовался, что оказался своим этому парню, и что армейские командиры вбили в того очень правильный девиз в свое время.

— Игор, с меня пиво! Да и пожрать я не успел.

— Годится. Сейчас пойдем в харчевню. Отбываем на рассвете, так что время и в местной харчевне посидеть и в реале пару часов кимарнуть у нас будет.

В это время в дом зашел его хозяин, ярл Фроки Молот, невероятно худой, длинноногий и жилистый человек. Очевидно из той породы, о которой никто никогда не скажет "человек — гора", но эти люди, при этом, легко вскидывают на плечи центнеровые мешки и рвут пальцами стальные подковы.

Игор тут же представил ярлу своего нового товарища.

— Фроки, это Тём. Я беру его в нашу команду в числе своих друзей.

Ярл с сомнением посмотрел на Тёма.

— А не хиловат ли он для похода? Тебе конечно решать, но мой драккар больше 100 бойцов не возьмёт. А желающих отличных вояк пойти со мной в поход намного больше.

Тём погрустнел, поняв, что вот сейчас и закончится его счастливая полоса. Но Игора не так легко было пробить на "слабо". Он дружески хлопнул Фроки по плечу и заступился за новичка:

— Не скрипи, Молот. Пораньше посадишь, поскорее созреет. Ты не смотри, что этот кажется мелковатым. Он как раз из скороспелок. Его сегодня одарили доверием наш кузнец и кошка.

Ярл с новым интересом посмотрел на Тема и недоверчиво спросил:

— Про Мизуки это точно? Да, Игор, я же просил тебя при мне не называть её кошкой.

— Хорошо, Молот. Обещаю не называть кошку кошкой. Тём, покажи ярлу кинжал.

Фроки посмотрел на кинжал в руках Тёма, но брать в свои его не стал, а утвердительно кивнул Игору.

— Может ты и прав. Я снимаю свои возражения, поступай, как считаешь нужным.

— Вот и чУдно. Тогда мы с Тёмом в харчевню. Встречаемся у драккара на рассвете. Со мной, как обычно, пятеро.

— Хорошо. До рассвета

Э — эх…Бум…Э — эх…Бум…

По серым холодным волнам моря плавно скользил драккар.

Э — эх! Двадцать пар весел, проделав свой путь в воде, дружно взлетали над волной, чтобы через мгновение, так же дружно упасть обратно.

Бум! Сидящие на гребных лавках Морские короли резко и слаженно роняли весла в воду, вздутые буграми мышцы спины разглаживались и корабль подминал под себя очередную волну.

Э — эх! Стоящий на носу драккара, широко расставив ноги и сложив руки на рукояти топора, Фроки Молот скользил взглядом вдоль линии горизонта, всматриваясь, не мелькнет ли где парус в зеленую и синюю полоску.

Бум! Сидящий на корме Тём отбивал такт руками по дну пустого пивного бочонка, специально прихваченного им на берегу.

Ветер, дующий в простой парус квадратной формы, сделанный из грубого холста, и разрисованный в оранжевые и синие полосы, помогал Морским королям глотать морские мили.

Тём с Игором вчера славно, но не долго посидели в таверне. Тому были причины. Четыре монеты, полученные новичком от Игора за шкурки, закончились быстро, да и перед походом надо было немного поспать в реале, привести себя в порядок и заглянуть на форум.

А с рассвета Игор и четверо его друзей уже сидели на гребной лавке в первой смене из сорока Морских королей и в такт с остальными дружно лопатили Северное море.

Сейчас они опять были на веслах и до смены гребцов, проходящей каждые два

часа, оставалось уже меньше половины времени.

Но сильно напрягаться им не приходилось, так как всю смену они просто придерживали корабль против ветра, не давая тому снести драккар на прибрежные скалы узкого пролива.

И только сейчас, когда из‑за острова показался долгожданный враг, драккар хищной птицей устремился к добыче.

То, что пустыми из похода не вернуться, все знали ещё вчера, когда Фроки Молот вернулся из Хольмстага. Мыслимое дело, возмущался он. У Кенига дочку похитили. А он, жмот, за то чтобы её отбить у злодеев, всего — навсего десять тысяч золотых за драккар предложил. Причем наймом занимался какой‑то прощелыга, недавно появившийся на Севере откуда‑то с Запада и, непонятным образом, влезший к Кенигу в доверие. Небось, с правителя в два раза больше монет сбил, половину прикарманил, а нам за найм уже из остатка платит. И куда этот мир катится?

Тём так и не понял, чему так искренне возмущался ярл: наглости похитителей дочки Кенига, жадности самого Кенига или прощелыжности западного хлыща. Но из путаного рассказа ярла, то и дело прерываемого вздохами и сетованиями о печальной судьбе мира в целом и причмокиваниями от радостных перспектив завтрашнего дня лично для них, попутно спросив у Игора что за хрен с бугра этот Кениг, Тём уяснил главное.

Кениг, предводитель городов Севера, бургов, в целом крутой, но не очень щедрый дядька. Причем скупость его в равной мере относилась как к нежеланию платить золотом за найм Морских королей, так и к выдаче квестов игрокам. Там такую репутацию с народами Севера надо было прокачать, чтобы попасть к нему на прием, а уже потом пить шампанское — мама не горюй!

Они, в три драккара вместе с ярлами Хрольфом Коротконогим и Гуннаром, утром у практически неприступного острова Форсвик, должны перегородить узкий проход в море и поймать в капкан подлого похитителя девиц Тросфеля. Про этого Тросфеля Тём понял, что он сволочь редкостная, маньяк и садист. Характеристика из уст не последнего ярла Морских королей говорила о многом. Как и то, что самым лестным сравнением из животного мира, было сравнение Тросфеля со старой, злобной акулой, подло нападающей на всех и вся, без законов и правил. И тот, кто надумает поставить этого Тросфеля в один ряд с ними, благородными Морскими королями, касатками морских просторов, оскорбит лично его, ярла Фроки Молота. Тём уж точно такой глупостью заниматься не собирался. А вот повоевать с этим самым Тросфелем руки уже очень чесались.

Хлыщ, оплативший найм, как уточнил Игор, оказался игроком пятидесятого уровня по имени Хейген из клана "Буревестники", видимо случайно зацепившим интересный квест и прихватившим для его выполнения ещё пару десятков своих соклановцев. Он то и вызнал, где скрывается Тросфель, нашел средства для оплаты найма трёх драккаров и взял "на войнушку" игроков своего клана. Сейчас эти игроки шли на кораблях Хрольфа и Гуннара, имеющих не полные экипажи. Да и Игор, будучи очень дружен с Фроки, без энтузиазма отозвался о пополнении их экипажа ещё и игроками из "Буревестников".

То, что какой то игрок, имеющий едва половину его уровня, на его родном Севере взял очень "жирный" квест здорово зацепило Игора.

Вышли затемно, и с тех пор Тём никак не мог поговорить ни с Игором, ни с кем нибудь из его друзей, так как они по ранжиру сидели на передних гребных лавках. Там, где располагались самые сильные воины, первыми готовые идти в атаку. Да и одеты они были все как один в кольчуги, хоть и разной длины. От середины драккара, хирдменов в кольчугах и клепаных кожаных куртках было поровну, а на лавке возле кормы уже можно было видеть и нескольких здоровых мужиков без шлемов и в простых рубахах. Тем в своей кольчуге, выпадал из этого порядка, так как ему изначально определили место на корме. А за весла, понятное дело, даже подержаться не предложили.

Это не мешало Тему быть в восторге от происходящего и смеясь, широко открытым ртом ловить мелкие соленые капли, сорванные ударами весел с гребней волн и брошенные ветром ему в лицо. При этом, буквально физически ощущать, как адреналин пузырьками силы щекочет и наполняет его тело, из горла, ничем не сдерживаемый, рвется боевой крик, а руки сами начинают ускорять ритм барабана.

Поймав на себе одобрительный взгляд обернувшегося к нему Фроки, Тём тут же осознал, что отношение ярла к нему изменилось и сразу проверил свою интуитивную догадку:

— Энжи, что нового?

— Смотри.

Вами получено достижение "Военный барабанщик"

Достижение добавляет 2 % боевого духа вашим соратникам в радиусе 50 метров.

Достижение добавляет 5 % уважения с военными вождями Севера.

Если до этого оно составляло меньше 10 единиц, то вы так же получаете 10 единиц этой характеристики.

И в предрассветной тишине стук барабана зазвучал ещё пронзительней и сочнее, а держащий весло рядом с Тёмом кормчий, радостно заугукал в ритм.

К острову подошли через три часа, уже в полной тишине, когда солнце стояло высоко, отпустив корабль Гуннара вперед, в засаду и теперь ожидая появления драккаров Тросфеля с минуты на минуту.

И эта минута не заставила себя ждать, обозначив начало боя звучным ревом рога с драккара Гуннара, до времени хоронившегося в потаенной пещере, на пол пути от острова в открытое море.

На драккарах Хрольфа и Фроки Молота протрубили ответ и корабли, выскочив из‑за скал, понеслись навстречу двум кораблям Тросфеля.

Места для маневра тем просто не оставалось — слева скалы, а за ними мель, справа более низкий, но тоже каменистый берег, так что идти можно было только вперед, лоб в лоб, готовясь таранным ударом снести закрывающие выход в море драккары врага.

Тём, закрыв глаза, полностью отдался ритму, даже не глядя зная, что вот сейчас, ведомые его барабаном, вскакивают в едином порыве со своих мест гребцы, срывают с борта драккара свои щиты, подхватывают свое оружие, в то время как отдыхавшая от весел смена, уже была полностью готова к битве. И едва носы драккара Фроки и тридцати двухвесельного монстра Тросфеля соприкоснулись, под треск не успевших быть убранными весел, хирдмены пошли в атаку, забрасывая противника копьями вперемешку с кошками, надежно сплетающих два корабля в одно поле битвы.

Вонзившееся в бочонок между рук Тема копье, весомо намекнуло, что враг тоже не слабак и готов отчаянно драться за свою жизнь. Низкие борта драккаров позволяли облаченным в кольчуги воинам сходу, не дожидаясь, когда упадут мостки, перепрыгивать на борт вражеского корабля. При этом процесс шел непрерывно и в обе стороны.

Тем высмотрел Игора, который отчаянно рубился своей секирой уже на корабле Тросфеля. Возле него было только двое друзей, Фроки и с два десятка Морских королей из близкого окружения ярла. Отвоевав в первом атакующем порыве несколько метров на чужом корабле, сейчас они медленно отступали, прикрываясь щитами, теснимые со всех сторон бойцами Тросфеля. "Может он и старая, злобная акула", — подумал Тём, "но хирд у него отменной выучки, ни в чем не уступающий хирду Фроки". А учитывая, что их драккар по численности команды раза в полтора уступал людям Тросфеля, вопрос, кто будет чьим призом, оставался открытым.

Выдернув из бочонка копье, Тём метнул его через голову своего кормчего в удачно подставившуюся спину какой‑то вражины. И попал, заставив того обернуться и тут же полететь под ноги Тёму с перерубленным мощным ударом секиры позвоночником. Как Игор успел оказаться у этого края драккара, Тём так и не понял.

Остальные из той группы, включая и ребят Игора, продолжали сражаться, сплотившись вокруг своего ярла и образовав "стену щитов". Они стояли в тесном кругу, щит каждого воина соприкасался со щитом его товарища и это позволяло выстоять под беспорядочно накатывающимися волнами атакующих.

От желания встать в первый ряд, Тёма остановил рык Игора:

— Не лезь в прямую схватку. Мы уже Графа и Батяню потеряли. Крепкие сволочи оказались. Это не бой, а просто песня какая‑то!

Ещё один морской шакал упал за борт, располовиненный секирой хая.

— У тебя копье, бей из‑за моей спины. Неважно, что урон малый, я восполню. Главное, что твой удар может сбить чью‑то атаку с меня. И не стой, двигайся!

Самому Игору приходилось все время увертываться, отклоняться, "нырять", отпрыгивать вбок или назад, чтобы избежать ударов по ногам и при этом "держать спиной" Тёма. Он постоянно двигался, порхая как бабочка, вот только удар его бродэкса был куда страшнее, чем жало осы, кроша в мелкую стружку подворачивающихся под лезвие врагов. При этом, сам удар у Игора был поставлен не просто сверху вниз, а под небольшим углом слева направо, так, чтобы топор с чваком входил в неприкрытую щитом или кольчугой шею.

Тём остро позавидовал чувству равновесия хая, которое, совместно с акробатикой, в такой тесной схватке, было жизненно необходимо.

Первое восторженное настроение от участия в "настоящем бою", от вида не тающих трупов, стонов раненых и отчаянных криков, упавших за борт и идущих ко дну бойцов, давно ушло. Остались только не проходящая боль в ребрах от удара топора, кинутого кем‑то через головы и нашедшего Тёма, к счастью, уже на излете и очень злой азарт.

Тём поймал свой шанс, когда подранок из тройки теснивших Игора бойцов открыл свою шею. Удар копья сзади, в основание шеи, отработанный нордом ещё на крысах, получился на загляденье. "Критический", — мелькнуло где‑то далекой мыслью у Тёма. — "вот я и взял свою первую жизнь".

В этот момент произошло сразу два события, предопределивших результат дальнейшей схватки.

Сзади драккар Тросфеля наконец — то догнал Гуннар. И в приготовившихся встретить абордажную команду обороняющихся, влетело сразу три огненных шара, пущенных кем- то из магов "Буревестника". И вслед за взрывом шаров на горящих, воющих, деморализованных людей Тросфеля посыпались хирдмены Гуннара.

— Ай, молодцы! — Игор мгновенно усилил натиск. Не люблю магов, сильней нас, Морских королей, их только горцы не любят. Но сейчас я готов простить этому конкретному магу все его прегрешения перед честной схваткой!

И попросил сражающегося по правому плечу кормчего:

— Я вперед, прикрой моего брата. Не дай Тему лезть под мечи!

И в это мгновение, от вражеского драккара отвалила лодка человек на двадцать и вслед ей повис чей‑то крик:

— Тросфель сбегает!

И всё, сражение было выиграно. Дальше был уже не бой, а побоище. Игор, добравшись до ярла, вместе с Фроки встал во главе свиного рыла и уверенно двинулся навстречу хидманам Гуннара, атакующим с дальнего конца вражеского драккара. Не желавших бросить оружие врагов, просто рубили без раздумий и жалости.

Тем успел взять на копье ещё двоих подранков, прежде, чем все было кончено.

— Славный был бой, и драккар нам достался славный, — Фроки любовно похлопал борт большого корабля.

Он посмотрел на Игора и стоящих рядом с ним Тёма и Арсена.

— Ты и твои люди отлично сражались. Я выделю вам двойную долю в добыче, на всех, — подчеркнул голосом ярл. И на выживших и на погибших. Вы это заслужили.

— А пока, соберите трофеи и отдыхайте. А я поплыл на берег, посмотрю, чем дело кончится. Гуннар вон уже там и я готов на спор сгрызть рог со своего шлема, что никуда Тросфель от него не спрячется. Не в этот раз. Помню, ты как‑то по случаю говорил, что месть — это блюдо, которое лучше подавать холодным.

Игор согласно кивнул:

— Было дело.

— Так вот, у Гуннара, после того как Тросфель утопил его жену и детей, уже давно лёд в жилах вместо крови.

Тём ничего, из выпавшего с поверженных врагов, не подобрал себе и только с веселой завистью наблюдал, как в режиме экскаватора подгребает в свой рюкзак вражеские трофеи Игор. Вот он, сто третий уровень мародерки в действии.

Позже, когда с берега вернулся задумчивый Фроки и предложил взять свою долю из общей кучи трофеев, Тём тоже ничего себе не сумел подобрать. Хотя бой позволил взять Тему сразу четыре уровня и достичь первой заветной десятки, но и оружие и редкие амулеты были сделаны под уровень намного выше его теперешнего.

Игор, увидев мучения своего протеже, махнул рукой, мол, чего ты маешься, бери деньгами из моей доли, а с железом я позже сам разберусь. Это предложение Тёма полностью устроило, и он стал обладателем пятьсот двенадцати золотых монет. Его покровитель тоже вполне довольный перепавшей ему добычей, благодушно спросил у ярла:

— Ну что там, на острове, додушили крысу?

— Да. Не думал я, что Гуннар вызовет эту гниду на хольмганг. Я бы ему хеймнар, предложил, обкорнав все выступающие части тела, а обрубки подсмолил бы, чтоб не сразу подох, а ещё успел вспомнить все загубленные просто по прихоти души. Но Гуннар вызвал Тросфеля в круг и это его право, и его слава за это решение, и его победа.

Да, девицу, кениговую дочку, спасли. После того, как я на неё посмотрел и послушал её речи, я уже не так осуждаю Кенига за нежелание платить деньги за её спасение.

А Хейген оказался отличным парнем, а вовсе не прощелыгой, как я о нем думал вначале. И я вместе с другими признал его право называться ярлом. А ещё он заслуженно стал побратимом Гуннара.

Молот исподлобья глянул на Игора.

— А ты не скрипи зубами. Тебя я уважаю не меньше, а знаю куда дольше. И после сегодняшней битвы я готов подержать наши руки над кромкой воды. А ярлом тебя назовут очень скоро, вот попомни мое слово, или я не Фроки Молот. И уже осенью наши с тобой два драккара вспенят воды Северного моря.

И обращаясь уже к Тёму добавил:

— Мне Игор сказал, что ты с нами назад в Ольхар возвращаться не будешь. Покажи на карте точку на побережье, где тебя следует высадить.

Так как Тём уже давно изучил возможные пути прохода к забытому храму, обозначенному жирным кругом на карте кузнеца, то уверенно и без раздумий ткнул пальцем в нужную точку.

Фроки задумчиво посмотрел на норда, похоже не сильно удивленный местонахождением нужной точки:

— Как то так я и думал. Прошлый раз на этом мыске мы высаживали самого Кириана. Видать нашел все же кузнец кого отправить за наследием. Иди, отдыхай, у нужного тебе места будем уже скоро. Кормчий подведет драккар как можно ближе к берегу, но принять посвящение студеной водицей тебе все равно прийдется.

Фроки ничего больше про задание кузнеца не сказал. А может и сам не знал ничего больше. И лишь, позже, немного помолчав, добавил уже прощаясь.

— Когда будешь на Змееглаве, ярла не забывай, заходи если что.

И таким чем‑то давно забытым из детства повеяло от этой фразы, что Тем не удержался и засмеялся, легко и радостно, ответив ярлу просто и веско:

— Ага!

Игор сменился с весел и подошел к Тему перед самой высадкой.

— С зельями порядок?

— Ага.

Тём был уже настроен на новую дорогу и ни о чем говорить не хотелось. Зельями он запасся сразу после получения своей доли в трофеях. Было у кого, хоть сначала хотел купить у того же Игора, но подумав, эту мысль оставил. Тот, скорее всего, денег за зелья бы не взял, просто предложив выбрать нужные. А так Тём не хотел.

— А может мне с тобой махнуть? Чую у тебя там тоже что‑то очень веселое намечается.

— Увы.

— Ограничения по уровню?

— Они самые.

— Ну и ладно. Мы и сами с усами, нам за каждым мальком сопли подтирать некогда.

Давай сверим наши карты. Отметишь ближайший круг возрождения. Вещую, понадобится, раз от моей помощи отказался, и так, по мелочи, что на ней тебе ещё глянется. Готово? Быстр и это хорошо. Ну, будь! Да, в почту я тебе приглашение в друзья сейчас брошу. Нужен буду, стучись, не стесняйся.

— Спасибо, Игор. Я уже поймал твое приглашение. Ты тоже, если что закрутишь, не забудь про меня. И хоть малая фронту подмога, мой песок и дырявый кувшин, но мы же банда.

Тём поднял вверх руку с раскрытой ладонью, Игор засмеялся и тут же хлопнул по ней своей лапищей, соединив два выжженных на ладонях знака "Рожденных в холмах", напоследок притянув Тёма второй рукой за плечи ближе к себе.

— Давай, братка. Рости быстрее. И удачи тебе.

Свое "пока" Тём сказал, уже оттолкнувшись от борта драккара, и тут же ухнул в воду по грудь. Морская вода обожгла тело холодом, заставила сначала длинными, высокими прыжками понестись к суше, а затем, не сбавляя темпа, взбежать на высокий берег.

Пробежка вверх, а вслед за ней и переодевание в запасную сухую одежду, так и не согрели норда. Наверное, в этом был виноват сырой и пронзительный ветер с моря. Тём, помахав рукой быстро удаляющемуся от берега драккару, начал высматривать место для ночлега.

Потому что, несмотря на холод, спать вдруг захотелось неимоверно. Тём, находившийся в игре уже 19 часов, не без оснований решил, что это реакция Системы на его физическое состояние. Не просто же для мигания лампочек у него в капсуле все эти датчики натыканы.

Едва найдя сухое, закрытое место в ямке под скалой, в которое к тому же ветер нанес кучу прошлогодней травы, Тем нажал на выход. Первым делом, выбравшись из капсулы Артём полез под горячий душ, чтобы согреться после студеной морской воды. И уже стоя под горячими струями, ощущая как медленно сквозь поры кожи, холод покидает его тело, только покачал головой "Наваждение".

А ещё чуть позже забравшись под одеяло, ещё раз прошелся по своим ощущениям.

Априори считалось, что фантомные эффекты из внешнего мира не могут влиять на восприятие игровых персонажей внутри игры и наоборот. Но это утверждение вот только что было подвергнуто сомнению. Если ощущения игрового мира фантомными отголосками доносились в реал, то вероятно работает и обратная связь? И тогда есть огромная вероятность, что за всем этим стоит что‑то куда большее, чем перекачка бабла на раскрученной игре. Надо будет серьезно покопать инфу про технологии, которые сейчас и в перспективе рулят в компаниях виртуальных услуг. Особенно тщательно пересеяв, где и с чем засветился в этой области Радеон.

И уже совсем засыпая, подумал что если в игре с утра будет скучно, то заняться этим вопросом вплотную можно уже с завтрашнего дня.

ГЛАВА 5. Дары и дети подземелий!

Отсчет минус 5 до прогнозной точки бифуркации.

Эх, дороги. Пыль да туман.

С пылью Тёму повезло, — её не было. Совсем. Каменистая, поросшая мелким кустарником и жесткой травой почва летать не желала. И всё, на этом удача путника закончилась. В категориях "дороги" и "туман" выпало два "нет". То есть, туман был, а дорог не было вовсе.

Тём шагая, бредя и прыгая по каменистым холмам, постоянно ожидал внезапной атаки из тумана какого‑нибудь хищного хозяина здешних мест, то и дело вспоминая первые свои дни в Файролле. Обстановка была та же. Всего и различий, что сил у него сейчас намного больше и в руках настоящее копье, за спиной щит, а на теле колчуга. Да ещё цель впереди более определенная.

Чтобы добраться до ближайшего круга возрождения, пришлось отклониться в сторону от маршрута. Зато с каменной площадки круга, расположенного на самом высоком холме в окрестности, уже можно было рассмотреть невысокие горы, до этого маячившие синеватой дымкой где‑то у южного горизонта.

Туман рассеялся, идти стало легче. Никакая мелкая живность под ногами не путалась, крупная, включая агров, дорогу не заступала.

Чтобы как‑то ранообразить монотонность пути, Тём вызвал хранителя.

Тот был неприветлив и крайне язвителен.

— Надо же! Я понадобился подопечному! И что у тебя случилось на этот раз?

— А что должно было случиться?

— Я же тебе нужен только тогда, когда ты попадаешь в нехорошие ситуации.

— О, мой друг Энжи, мир намного более разнообразен, чем ты думаешь. Вот сейчас как раз все спокойно и я решил, что ты захочешь прогуляться рядом со мной.

Дух, кружившийся вокруг Тёма, как щенок, которого вывезли с собой на пикник, свое "спасибо" сказал уже намного мягче.

— И если ты будешь честным с собой, — Тёму после пары часов молчания тоже было приятно хоть с кем‑то поговорить, — то признаешь, что сам уже давно не предлагал выпустить тебя.

— Я не люблю войны, — признавая правоту Тёма, буркнул хранитель.

— Все эти стоны, крики, кровище, запах гари и блевотины, всё это не по мне. Насмотрелся с твоими предшественниками. К тому же война по своей природе жестока и бессмысленна для большинства её участников. Я так и не нашел ни одного светлого повода для войны.

— А как же войны за справедливость?

— Я не знаю что такое справедливость. Что такое ум, сила, жадность, желание я знаю. Эти понятия одинаковы для всех. А справедливость она для всех разная. Для кошки, убегающей от своры собак она одна, а для собак, рвущих эту кошку, она совсем другая.

— То есть, по — твоему, справедливость как таковая не существует?

— Не так. Я сказал, что она для разных обществ разная. Если девяносто девять из ста граждан добровольно и в полной вменяемости признают закон и порядок, то для них это справедливые закон и порядок.

— Знаешь, Энжи, споря с тобой на эту тему, я чувствую себя дураком дважды. И не только потому, что в твоих словах, для меня, больше математики, чем жизни. Ты лучше скажи, что ты там высматривал, нарезая вокруг меня круги.

— Вот ты уже долго шел один, а хоть раз наклонился сорвать ягоду или срезать гриб?

А вот я за пять минут уже нашел одну Слезу пастушки. Она хоть и встречается гораздо чаще, чем Змеиный плевок, но тоже тебе совсем не помешала бы. А ещё мне попалось пару интересных травяных кустиков с очень полезными корешками. Если бы ты меня спросил об их свойствах, то я бы, может быть, и рассказал тебе о них.

— Ага, давеча мне снился сон, что вы мне дали взятку, и я вроде бы её принял. Некогда мне было корешки и ягодки высматривать. В тумане своих ног не видно было, сам себе удивляюсь, как в таком молоке с направления не сбился. А эта Слеза Пастушки, мало того, что растёт по одной малюсенькой ягодке под кустиком, так ещё и обязательно листом прикрыта. Но по существу ты прав. Я тебе благодарен за совет. А ещё больше буду благодарен, если ты как бы невзначай замрешь над следующим кустиком с интересным корешком. Хорошо?

Дух возмущенно фыркнул и улетел на несколько шагов вперед.

Отрог от хребта, к которому так стремился Тём, был похож на гигантскую ящерицу выползающую из расщелины между двумя камнями — скальными выступами. Можно было отчетливо различить приподнятую морду, смотрящую строго на север и далеко отставленную вперед, в том же направлении, переднюю лапу. С этой лапы и начинались горы. На карте Тема на ней же стоял круг, отмечающий ворота в подземный Храм.

На деле же никаких ворот, как таковых не оказалось. Не было даже входа в пещеру. Была расселина между скал, сквозь которую вдвоем, плеч — о — плеч, протиснуться было бы уже тяжело. Скалы по обе стороны постепенно сходились над головой, чтобы закончится метров через десять стеной впереди каменным сводом над головой и стеной поперек прохода. Но перед самым тупиком в боковой стене была дырка примерно двухметрового диаметра, уходящая в глубь скалы с наклоном в сорок градусов.

Тём заглянул вглубь и отметил две странности. Дыра как будто была просверлена или проплавлена в скале, поэтому её стенки были гладкими, пока хватало взгляда. И далеко внизу, куда ещё доставал взгляд, что‑то неярко светилось и играло разными цветами, как будто мыльная пленка затянула овальную рамку для пускания пузырей.

— Энжи, а если брошу туда на пробу камень?

— Брось.

Камень пролетел подозрительное свечение без всяких спецэффектов, тихо и спокойно и где то там, за ней затих. То ли спуск закончился, то ли звук перестал долетать на поверхность. Лучше бы, конечно, это был первый вариант.

Хранитель так же спокойно прокомментировал этот факт:

— Замечательно. Часто в таких с виду нежилых пещерах живут очень опасные твари.

Тём аж взвился.

— Это ты сейчас моими руками проверил, есть ли в пещере опасные твари или нет?

— Ты не правильно понял. Опасности не было, я бы её почувствовал. Сказанным я предупредил, что без меня такие проверки могут быть очень опасными.

— Угу. То есть ты тут готовил на себя наградной лист, а в результате получился материал для особиста.

Энжи промолчал. Вот поди знай чего — или устыдился, что мог подставить подопечного, или все сказанное Тёмом вышло за понятную хранителю логику Игры.

Впрочем, Тёму это уже было не сильно интересно. Он проверил ладонью насколько гладкое дно в этом каменном желобе. Потом достал из‑за спины щит и положил его выпуклой стороной на самый край дыры.

Энжи забеспокоился:

— Что ты хочешь делать?

— Сейчас увидишь.

И устраиваясь с ногами на щит, весело продолжил:

— Любите ли вы бобслей так, как люблю его я? Причем я люблю разный бобслей! — Тём с силой оттолкнулся руками от края и понесся вниз по желобу ногами вперед.

Если этот способ прохождения квеста и был придуман кем‑то из разработчиков, то явно любителем экстрима и просто поржать.

Мерцающую пленку Тём проскочил, не почувствовав никакого ущерба для себя, а вот поперечный бугорок в форме "лежачего полицейского" он ощутил в полной мере. В момент, когда угол наклона плавно уменьшился и нетрадиционное средство передвижения вместе с седаком вывалилось из дыры на пол огромной пещеры, мир для Тема уже слегка пожелтел, а его зад имел вид большого синяка. Но тратить зелье на такую ерунду норд не стал.

В пещере было холодно и красиво. До потолка, на глазок, было метров пятнадцать. Тём невольно залюбовался открывшейся красотой. Белые, зеленоватые и розовые сталактиты спускались с потолка по всему овалу пещеры, при этом светясь матовым неярким светом и создавая в пещере атмосферу ранних сумерек.

Кроме естественных колонн, которым позавидовал бы любой храм или дворец, ничего похожего на строения или их развалины в пещере не было. Было три пусть и узких, но полноценных туннеля и четыре круглых отверстия намного выше пола, идентичных тому, через который Тём попал в подземелье.

Круглые отверстия никак не годились для дальнейшего продвижения, а вот из туннелей, один из которых оставался за спиной Тёма, а два других прямо перед лицом, расходились как рожки на голове, ему надо было выбрать только один.

Сверившись с интуицией и твердо определившись с направлением, Тём решил сделать отметку у входа в выбранный туннель. Острие копья не оставило на камне никакого следа. Немного поколебавшись, Тём достал кинжал из странного темного металла, полученный им от Мизуки и провел кончиком лезвия по камню. На граните остался четкий глубокий след.

Проявив вежливость, норд потер веко, приглашая Энжи к разговору.

— Ты со мной или так и будешь дуться, как мышь и сидеть в своей бутылке?

— Чего это я дуюсь? Ничего я не дуюсь. Просто, ну их эти подземелья. Не люблю. Натаскался я с гномами по ним. На пять подопечных вперед набегался.

— Как знаешь.

Нарисовав стрелку и поставив рядом цифру один, Тём пошел по выбранному правому тоннелю. Буквально через десяток метров норд вышел в небольшой зальчик с озером изумительно голубой воды. С центра озера поднимался сталагмит в форме огромного фаллоса. Тём даже опешил, и подошел к самой воде, чтобы убедится, что это не творение неведомых обитателей подземелья, созданное ими для вознесения молитв и принесения жертв. С виду, кроме формы, сталагмит ничем не отличался от таких же в предыдущем зале.

Все ещё под впечатлением от красоты озера, Тем на автомате отметил, что тоннель на выходе из зала опять раздваивается и, нарисовав стрелку и цифру два к ней, шагнул в короткий коридор, за которым виднелся кусочек следующего зала.

Сидящие в зале на полу черные гоблины были ошарашены появлением норда не меньше, чем норд при виде вольготно отдыхающей четверки. Тём успел отступить назад в тоннель и взять копье на изготовку, прежде чем все четверо гоблинов, визжа и отталкивая друг друга, кинулись на него.

Узость тоннеля спасла Тема от первой атаки. Самым шустрым оказался гоблин с коротким мечом, опередивший двоих соплеменников с копьями и третьего, размахивающего гибридом топорика и дубинки. Мечник, перекрыв проход остальным, тут же попал под удар копья норда. Отчаянно визжа, он попытался отскочить назад, но уперся в следующего за ним крупного гоблина с отсутствующим правым ухом и перекошенной шрамом злобной мордой.

Одноухий дал пинка отскочившему к нему товарищу, тем самым снова толкнув его на копье Тёма. Мечнику этого хватило, а тут же последовавший удар копья одноухого Тём принял на щит.

Вялое тыкание копьями из под щитов продолжалось минут десять. Одноухий не желал уступать "свою добычу" нетерпеливо прыгающим у него за спиной подельникам, а Тём просто не мог покинуть коридор и дать гоблинам напасть на себя с трех сторон.

Ситуация сложилось патовая, и неизвестно кто кого перетерпел бы в этом коридоре, если бы не неучтенный фактор.

Опасность сзади Тём почувствовал острым покалыванием между лопаток.

Резко обернувшись, он успел увидеть, как с пращи маленького лопоухого гоблина срывается снаряд. Удар камнем в голову мгновенно покрасил мир в желтый цвет и вызвал секундное ошеломление. Будь пращник один, он бы не смог "пробить" Тёма. Но наседавший с другой стороны одноухий, свой шанс не упустил и двумя быстрыми ударами копья вогнал норда в красный спектр. А доконал Тёма следующий выпущенный из пращи камень.

Обидно было не то, что Тём вышел из круга возрождения в часе ходьбы по холмистому бездорожью от входа в пещеру и в двух часах от ближайшего поселка на побережье. Злость грызла, что он снова оказался один в холмах с ножом и в подштаниках. И то, что вместо ножа у него был неубиенный квестовый кинжал, а подштаники выглядели как модно обрезанные кальсоны, принципиально ничего не меняло.

Тём опять вернулся в свои первые три дня Файролла. А до своих одежки, оружия и кольчуги, без которых после сражения на даккаре Тём чувствовал себя как голый, ему надо было ещё добраться.

Первый раз ему не повезло уже в нескольких минут хода от круга. Спешащая по своим делам росомаха вдвое крупнее, чем мог ожидать уже встречавший этого зверя в своей жизни Тём, походя, двумя ударами лапы вернула норда в круг перерождения.

Второй раз, на подходе к горам, на него вышла небольшая стая из трех степных волков. Не факт что Тём смог бы отбиться и в полном вооружении, а у безоружного шансов не было вовсе. И оба раза с Тёмом не было хранителя. Как‑то это было не правильно.

— Энжи, что теперь, почему я тебя не вижу?

— Я не люблю, когда подопечный умирает.

— Вот в этом вопросе мы с тобой совпадаем. Но ты все равно выползай, авось и умирать мне не прийдется. Заодно и про травки всякие полезные сможешь мне намекнуть оговоренным ранее способом.

Хранитель промолчал, что, впрочем, не помешало Тёму, с третей попытки, уже в полной темноте, добравшемуся до "лапы ящерицы" стать, не без помощи Энжи, счастливым обладателем трех Слез пастушки и двух корешков.

Причем счастливым он был без иронии, так как найдя без подсказки Энжи одну ягоду Слезы, почуствовал себя как рыбак, подсекший и выудивший минимум двухкилограммовую рыбину. И пусть эта ягода без Змеиного плевка давала лишь разовую прибавку жизненных сил на 100 единиц каждая к уже имеющемуся количеству, зато вполне годились к использованию в виде неотложки.

Тём с ехидцей подумал о том, сколько же ягод надо будет сожрать Игору с его немерянным количеством жизней, чтобы выбраться из красной зоны хотя бы в желтую.

Гоблинский корень давал прибавку к ловкости в течение 10 минут, а корешок Сладкая греза за то же время вдвое ускорял восстановление жизненных сил.

До уже раз найденной дыры в подземелье оставалось пройти метров пятьсот вдоль невысокой осыпи, когда внизу, впереди, в крохотной распадинке Тём увидел горящий костер.

Прокравшись оставшиеся до костра метры и замерев на очерченной пламенем границе света и тьмы, норд с удивлением увидел пару черных гоблинов, из тех, что убили его в пещере.

Он всю дорогу от круга ломал голову как бы ему спустится в пещеру и как потом выбраться, способом, отличным от испытанного сегодня уже не раз.

Гоблины дали ответ на оба вопроса. То, что это именно гоблины, с которыми он сегодня встречался в глубине пещер, Тём не сомневался. У красавчика, пускающего слюни над вертелом с нанизанным на него кроликом, было всего одно ухо. Допустить, что это другой одноухий черный гоблин Тёму мешала твердая уверенность в том, что именно эта капающая слюной на пригорающее мясо вражина и достала его копьем. Тём своей интуиции и в реале привык верить, а в игре она его, родимая, ещё не разу не подводила.

Если свое копье одноухий держал при себе, то копье его соплеменника, оба щита и заплечные сумки лежали в стороне, совсем рядом с местом в котором таился Тём. Встреча со старыми знакомыми пока радовала норда. Раз гоблины находились на поверхности, значит, вполне проходимый выход из пещер тоже находился где‑то неподалеку. К тому же бесхозно лежащий щит, пусть и меньшего размера, чем родной, но все же вполне позволял повторить спуск в пещеру по уже знакомому маршруту.

Прихватив вместе со щитом копье и сумку побольше, Тём не став испытывать судьбу в драке с двумя черными гоблинами, а тихонечко растворился в темноте, мысленно пожелав гоблинам "приятного" аппетита.

Спуск на щите был быстр и болезненен, поэтому Тём бежал к месту своей гибели слегка приволакивая отбитую при падении левую ногу. Ягоду было жалко, а не найти свою экипировку было страшно. Худшие опасения норда не оправдались. Все его вещи так и лежали аккуратной кучкой в месте, где его доконал камень из пращи. Тём быстро натянул все на себя, проверил наличие зелий и уже уверенно пошагал дальше, думая, что сейчас он бы с удовольствием поквитался со своими убийцами. Жаль, что они остались наверху.

"Бойся своих желаний, они имеют свойство сбываться", — именно эта мысль промелькнула у Тёма, когда после очередного поворота он почти столкнулся с оставшейся двойкой гоблинов. Спор, что лучше копье и щит против дубины при равенстве сил, Тём решил в пользу копья несколькими точными ударами. И, привычно уже поймав в голову камень из пращи и красный туман перед глазами, закинул в рот сразу две ягоды Слезы Пастушки и гоблинский корень. Последовавшего рывка жизненных сил и ловкости норду хватило, чтобы успеть подсечь острием копья ногу мелкого гаденыша, пытавшегося на скорости проскочить мимо Тёма.

Тот упал прямо под ноги Тёма и отчаянно завизжал, прикрывая лицо перекрещенными ладонями:

— Не убивай меня, человека. Я тебя убил, ты меня не убил, мы в расчете.

Тём даже руку с копьем задержал от такой наглой логики.

— И в чем же "расчет"? У тебя есть время ответить, пока я копье в руке поудобнее перехватываю. Вот мой расчет строится на простом правиле "око за ока, зуб за зуб" А после твоего броска пращи у меня на тебя ого — го какой зуб.

— Ты меня не убивай, я мал — мало лечится и очень — очень тебе полезный. Я дорогу показывай, я ловушки рассказывай, я за малую денежку буду тебе помогать.

Гоблин, увидев, что Тём чуть отвел в сторону острие копья с воодушевлением продолжил:

— Хозяина всё видит и всё знает. Ярик рассказывай шаману всё- всё, чтоб он передал Хозяина, и не рассказывай о тебе. Ярик рассказывай тебе всё — всё что знает, что ты спросил, но не рассказывай про Хозяина.

— Очень интересно, что у тебя там за хозяин. Большой Брат следит за тобой и мной?

— Не большой брат, хозяина.

— Да понял я, о чем ты толкуешь. Будет время и надобность, — разберемся.

— Энжи, что скажешь о предложении нашего маленького зеленого и противного друга?

— С гоблинами незачем договариваться, потому что с ними нельзя договориться.

— А вот это, вот прямо сейчас, я что делаю?

— Такого раньше не было. А значит нельзя договориться с тёмным народом.

— Всё, семейный совет снова закрыт. Принимаю решение. Мелкое зеленое недоразумение оставляю в живых, если ты мне сейчас подскажешь чем заставить поклясться гоблина, чтобы он боялся в дальнейшем эту клятву нарушить.

— Я не очень большой знаток обычаев темных народов. Но то, что он боится Хозяина, кто бы ни был за этим именем, это очевидно. И этот кто‑то для него гораздо выше, чем вождь или шаман. Думаю, если будет произнесена обычная клятва "не причинения зла", но при этом поручителем инициировать его Хозяина, это и будет достаточным условием, чтобы начать ему доверять.

— А достаточным условием, чтобы верить?

— Убить.

— А не напомнишь мне, кто совсем недавно рассказывал про свои пацифистские убеждения?

— Защита моего подопечного это более важное правило.

— Хорошая новость. Ты можешь сказать мне другие важные правила.

— Нам не рекомендуют знакомить с ними подопечных.

— Но и не запрещают?

Тем, один раз нащупав щель в запретах хранителя, не мучался угрызениями совести, опять принуждая хранителя к нужному себе ответу.

Гоблин, не видя Энжи, но, видимо, как‑то чувствуя присутствие духа или просто догадываясь, что норд не просто так завис в молчании с поднятым над ним копьем, беспокойно вертел головой и при этом смешно прижимал к ней большие лопоухие уши.

Энжи после некоторой паузы, в очередной раз не найдя в инструкциях возможности прямо отказать Тёму, вздохнул:

— Запрета на оглашение Правил нет.

— Тогда я тебя слушаю.

— Хранитель не может причинить вред подопечному или своим бездействием допустить, чтобы подопечному был причинён вред.

— Угу.

— Хранитель должен оказывать помощь подопечному ответами на все вопросы, которые задаёт подопечный, кроме тех случаев, когда его ответы противоречат Первому Правилу.

— Так — так. Но это же ещё не всё?

— Есть Третье Правило. Хранитель должен заботиться о своей безопасности в той мере, в которой это не противоречит Первому и Второму Правилу.

— Что‑то подобное, я и предполагал. Ничто не ново под Луной. Что ты там сказал о своей безопасности? Ладно, это терпит.

И уже вслух обратился к Ярику:

— Принесешь мне, норду Тёму, клятву, что не причинишь зла, тайно или явно и упредишь меня, если о таком замысле узнаешь. И будешь жить. Я даже тебя подлечу. Есть чем. Только порукой твоей клятвы будет твоя верность Хозяину. Я не знаю, как поступает с предавшими его Хозяин. Зато уверен, что тебе хорошо известно, как поступают с нарушителями клятв те, чьим именем эти клятвы скреплены.

Ярик, понуро сидел на полу пещеры, прижимая руку к пробитой копьем ноге, и тихо поскуливал. И только теперь Тём сумел внимательно рассмотреть своего пленника. Черные горные гоблины имели такой же зеленоватый оттенок кожи, как и обычные. Главное отличие состояло в обилии растущих по всему телу черных, жестких волос. Учитывая холод пещер, совсем не лишняя подстёжка. Будь у Тёма возможность поиграть с названиями этого народца, быть бы гоблинам не черными, а шерстяными.

Сам предмет пристального изучения норда, обдумав услышанное, уже начал горестно раскачиваться и плаксиво причитать:

— Ой, бедный я бедный, что же это со мной будет.

— Ну не такой уж и бедный — Тем подбросил в воздух золотую монету.

Только что умиравший гоблин, резво перехватил монету в воздухе, накрепко зажав её в кулаке.

— Это только аванс, произносишь клятву, ведешь меня в разрушенный Храм и получаешь ещё две таких монеты.

Ярик глянул на Тёма невинным и беззащитным взглядом и просительно протянул:

— Три — и.

При этом застенчиво почесав себя рукой за ухом. Монеты, как у хорошего фокусника, в кулаке уже не было.

— Ну ты и прощелыга. Хотя уж лучше так, чем только за страх. Две и целебное зелье, как и обещал. Меня уверяли, что оно универсальное. Значит, на вашего брата тоже должно действовать хорошо.

Увидев в руках Тёма бутылочку, гоблин радостно закивал:

— Да, да. Ярик знай, Ярик раньше видел. Шаман на него плевался и сердился, значит это сильное лекарство.

— Ты и с шаманом дружбу водил?

— Я маленький. Мне меч вождь не давай, дубина не давай, копье давай и сразу забирай. Пращу сам взял.

Никто не отбирай. Вождь прогонять, к шаману идти. Всякие поручения выполнять, язык людей немного учить. Я умный. Дорогу по пещерам в разрушенный Храм знай. Он в пещерах один. Мы звать его Забытый. Тёма вести, сам у входа ждать.

— Ладно, годится. Произноси клятву и веди уже в Храм.

Как Ярик разбирался во всех хитроплетениях подземных переходов, лазов, пещер и коридоров было абсолютно не понятно. Но, приняв клятву гоблина, Тём перестал себя накручивать и уже не думал, что тот приведет в засаду. Пару раз гоблин останавливал движение, и нажимал какие то скрытые рычажки в скале без видимых изменений вокруг после этого. Третий раз после такого нажатия, на широкую и глубокую трещину мостиком легла каменная плита.

Хранителя даже появление мостика не убедило в лояльности Ярика и он продолжал демонстративно лететь между гоблином и нордом, хотя реальной пользы от такой предосторожности не было никакой.

Видимо чувствуя это облако недоверия, но отнеся его к Тёму, Ярик успокаивающе сказал:

— Уже совсем скоро, проходим этот пещера, один — два поворт и большой пешера с Храмом.

И вдруг, будто ударившись об стену, замер. Ноги согнулись как перед прыжком, уши резко поднялись вверх, глаза заметались по стенам пещеры.

Тём ничего не успел спросить, как гоблин воткнул его в расщелину едва на полметра уходящую в стену, а сам вжался рядом.

Запах исходящий от гоблина, резко ударил в нос. Тём никогда в живую нигде — ни в деревне, ни в зоопарке, не соприкасался с козлами, но сейчас был уверен, что они пахнут так же. Когда гоблин крутился впереди, то запашек от него хоть и отдавал не розовой водичкой, но и не раздражал.

Едва Ярик замер, распластавшись об стену, как на противоположной стороне посыпалась каменная крошка и из скального монолита, как сквозь бумажную салфетку, вылезла голова огромного чешуйчетого червя, в открытую пасть которого Ярик мог войти не пригибаясь.

Червь слепо водил выставленной мордой слева направо, заставив норда затаить дыхание.

Да и присутствие замершего рядом гоблина выдавал только запах.

От этого едучего запаха, исходящего от Ярика, из глаз Тёма текли слезы. Но не то что чихнуть, пошевелить ноздрями Тём не рисковал. В наступившей внезапно абсолютной тишине было слышно лишь громкий стук сердца и шуршание чешуек червя по камню.

Голова червя исчезла во вновь образованной дыре в стене, так же почти безшумно, как и появилось до этого.

— Повезло. Великий страж был. Большой зеленый камнеед, однако. Ты малый светлый, тебя он не заметил. Я малый темный ему совсем не интересен.

— Энжи?

— Очень может быть. Ты ещё не достиг уровня, который вызвал бы у червя намерение атаковать тебя.

— Ага, пробежал между капельками дождя. Из его утробы я бы точно свои вещички уже не достал. А то этот большой зеленый житель недр может и питается камнями, но судя по реакции нашего проводника, он и десертом не пренебрег бы. Вовремя не затаись, были бы с Яриком для него, что та вишенка на тортике!

И вслух рубанул, изгоняя пережитый страх:

— Рейд натравить на этого Великого стража! И нашынковать в фарш, в капусту и на сувениры.

Если Ярик и не понял весь смысл сказанного Тёмом, то основную мысль он уловил верно.

— Никак нельзя убивать Великого стража. Он камень ест, переваривает и выталкивает из себя. Если очень — очень повезет, то после Великого стража можно найти Могуч — камень. Все, все его очень хотят. И шаман хочет, и лич хочет, и людской, гномий или эльфийский колдун и маг сильно — сильно тоже хочет. И в посох хочет, и в жезл хочет, и в меч тоже хочет. Могуч — камень в себя силу берет, аж светится силой, и любую силу ещё сильнее делает.

— Энжи, что скажешь?

— Очень полезная информация. Я знал, что у гномов покупают камни — резонаторы, усилители магии. Но вот откуда они берутся, я не знал.

— Теперь знаешь. Покопался в червячем дерме и счастливый обладатель резонатора. А ты, мой друг, оказывается тоже не всезнающий. Я так на тебя полагался, а в тебя, видимо, закачали программу по седьмой класс средней школы. А тут кое‑что и из высшей математики попадается. Они хоть дорогие, эти резонаторы?

— Дорогие? Да бриллиант в короне самого могучего царя стоят меньше чем такой же величины резонатор.

— Ярик, а ты сам видел, как светится Могуч — камень.

— Ярик видел. Шаман посылал Ярика в дыра после маленького Великого стража и Ярик добывал один Могуч — камень. Было страшно — страшно. Вокруг камня как тонкое и прозрачное воздушное лезвие, блестит, всяким огнем переливается. Но не режет, не кусает и не обжигает.

Тём помолчал что‑то прикидывая.

— Кажется, я знаю одно место, где стоит покапаться в червьячих испражнениях. Очень похожую картинку я видел два раза, пролетая проеденным ходом в пещеру.

Гоблин заволновался.

— Надо идти, Могуч — камень брать. Тём камень брать, богатым и могучим быть. Ярик камень брать, шаман давать, помошник шамана быть, вождь давать, за столом возле вождя сидеть, вкусно — вкусно много мяса кушать.

— О, какой ты меркантильный — Тём усмехнулся.

— Не доберемся мы до Могуч — камня, даже если это он светился. В этот ход Великого стража только с поверхности забраться можно, по веревке. А её у меня нет. И где выход из пещеры я не знаю.

— У меня есть веревка. Длинная — длинная. И выход Ярик знает. Идем наверх, Ярик держит веревку, Тём добывает Могуч — камень.

Скорее из вредности, чем реально опасаясь подвоха, норд выразил сомнение в предложенном плане.

— Угу. Я по веревке вниз, ты ножичком по ней чирк и прощай Тём.

— Зачем так обидно говоришь. Мне Тём нужен, мне Могуч — камень добывать обязательно. Тём веревку держит, Ярик камень добывает. Потом между Тёмом и Яриком делим.

— А если там всего один камень будет?

— Играем камень, ножницы, бумага. Кто выиграл того и камень.

— Ладно, считай, уговорил. Только я сюда за копьем пришел. Пойдем в Храм, я его заберу, а потом обещаю показать вход в нору, где я видел свечение. Помогу тебе до него добраться.

Вход в забытый Храм выглядел, как естественное продолжение пещеры. Соединяющие пол и потолок колоны с "талией" посредине, стояли очень плотно, создавая собой переднюю стенку. Фосфорицируя белым, молочным цветом, они сильнее освещали эту часть подземелья. В центре, между колонами имелся проход, видимо, когда‑то прикрытый воротами, сразу за которым начиналась резная широкая лестница, уходящая вверх, в скалу.

— Тём идти, брать свой копье. Ярик ждать тут. Потом вести Тёма на солнце, брать Могуч — камень.

— Хороший план. Принимается.

Тём забросил в рот ещё одну ягоду, проверил, чтобы малые целебные зелья были под рукой и сторожко шагнул на ступеньки лестницы.

Храм, по сравнению с остальной пещерой, представлял из себя небольшой, круглый зал. Но в отличие от остального подземелья, его подсвечивали не сосульки, а равномерно закрепленные по всей окружности факелы, горящие ровным, красноватым светом. Сразу за центром зала стояла большая статуя красивой молодой женщины в легкой тунике, даже каменные складки которой, казалось, развеваются от порывов неслышного ветра.

О красоте и молодости женщины, Тём мог только предположить по фигуре и вытянутым вперед, в открытом жесте, рукам. Голова женщины была кем то изуверски разбита в мелкую крошку.

Там же, у ног статуи, прислонившись спиной к разбитому и перевернутому набок алтарю, полубоком ко входу сидел человек в таких же кольчуге и шлеме, как совсем недавно, Тём видел на лучших бойцах Морских королей.

Ещё в зале находилось полтора десятка каменных статуй. Люди со звериными головами, казались удивительно живыми, как будто какой‑то шутник сыграл с могучими воинами в детскую игру "Замри" и они застыли в самых причудливых позах.

Тём сделал шаг со ступеньки в зал.

Раздался негромкий треск и в дальнем углу Храма, над статуей воина с кабаньей головой и молотом на плече закружилась пыльная дымка. Норд невольно сделал шаг назад, но из пыльного облака навстречу ему уже шагнул воин из плоти и крови, в кожаных, клепаных доспехах, с икл которого капала на пол слюна, а маленькие злобные красные глазки неотрывно смотрели на Тёма.

По телу норда прошла волна, мгновенно скрутившая его болезненой судоргой.

— Энжи, что со мной было?

— Ты интуитивно принял решение вбросить нераспределенные очки в ловкость.

— Я что? Принял решение? Не ты, не система, а я?

— Да, в том случае, когда интуитивное "я" может оценить опасность и есть резерв для правильного реагирования, это вполне возможная ситуация.

— Ну, здравствуй мое второе, незнакомое я.

Мысленно ведя диалог с хранителем, Тём быстро выдвигался к центру зала, в место, где с пола вверх поднимались небольшие сталагмиты, стараясь оставить за спиной как можно больше пространства для маневра. Одновременно он успел проглотить оставшиеся две ягоды Слезы, резонно посчитав, что плюс двести жизней к имеющимся сейчас будут очень кстати. Разбираться насколько поднялась его ловкость Тему было некогда, но то, что двигаться он стал намного легче, отметил сразу.

Силу удара секача, норд, едва уклонившись от первого удара, оценил сразу. По рассыпавшемуся в мелкое крошево от попадания молотом голубоватому сталагмиту.

Надо быть обладать титанической силой, а главное бешеной сноровкой, чтобы орудовать молотом, круша все на своем пути, и при этом не получить в бочину клинок или копье. Силой Создатель Секача не обделил, а вот в главном Тём был побыстрее и успел ткнуть монстра копьем в разрез доспеха. Тот взревел от боли или от вида брызнувшей крови и нанес ещё один мощнейший удар. Молот упал в место, где мгновением раньше был Тём.

Через несколько удачных попаданий копьем и не менее удачных уворотов, подставив под удар молота статую мечника с волчьей головой (А вот хрен ты когда‑нибудь теперь оживешь!), норд все же не смог полностью уйти от очередного удара, получив молотом в щит по уходящей. И вылетел сразу к дальней стенке и в красный сектор, возблагодарив себя за не жадность и вовремя проглоченные Слезы пастушки.

Кабан промедлил с добиванием и Тём успел подняться, отбежать и глотнуть сразу зелье здоровья и двадцатиминутный баф на ловкость, прежде чем бой вошел в отработанный рисунок.

Нырок под удар молота, уворот, удар копья, отход. Третий круг по Храму, пятый, двенадцатый по все растущему и растущему под ногами слою каменной крошки….

— Энжи, я перестал чувствовать уровень жизни Кабана. Ты видишь цвет полосы его жизненных сил?

— Да, вывести на глаза.

— Нет! Просто говори когда она будет менять цвет. Границу желтого и оранжевого я ещё ощущал.

— Сейчас она ближе к середине в оранжевом секторе. Ты смог снять шестьдесят пять процентов его жизни.

— Медленно. Может не хватить эликсиров.

— Двигайся. У него усталость тоже снижает выносливость, а кровящие раны ускоряют потерю единиц жизни.

Нырок под молот слева, уворот, удар, отскок.

— Красный сектор. Тебе хватит одного критического удара!

Эх, поспешил, не сработало Второе Правило и элик не успею глотнуть, — Тём, отлетел в угол от мощнейшего удара молота, расколовшего щит пополам.

Следующая секунда была очень долгой. В ней уместилось сразу несколько действий.

Шаг с замахом молотом монстра, безнадежно сжатое в руке Тёма копье, прилетевший от входа прямо в лоб Кабану камень, ввергший того в ошеломление, и, на исходе секунды, последний удар копья рывком приподнявшегося норда.

Победный удар, после которого Тём обессилено опустился рядом с поверженным врагом, глядя на переминавшегося с ноги на ногу на последней ступеньке своего спасителя.

— Ты как в Хроме то оказался, боялся же идти.

— Ярик камень круглый для пращи нашел, сидеть, думать, как он хорошо лететь. Тёма долго нет. Ярик ходить смотреть про себя напоминать. Дальше не думать, дальше камень бросать, смотреть как он бъет.

— Вовремя ты эксперимент поставил. Спасибо. Сейчас на воздушек пойдем.

Только ещё немножко посижу. Зелья глотнуть надо, в себя прийти и тут немного прибраться.

Боль в теле ощущалась не так остро, как раньше. Или самообман?

— Энжи, уровень подрос?

— Да. Шестнадцатый.

— А что со стойкостью?

— Плюс 2 процента.

Почуствовал или предчуствовал?

— Что‑то ещё интересное есть в сообщениях?

— Вами получено достижение…Вывести на глаза?

— Не надо. Я потом в дневнике событий почитаю.

Тём, подумав о полученных уровнях, попробовал мысленным усилием бросить все полученные очки снова в ловкость. И ничего не почувствовал.

— Энжи, у меня не распределенные очки ещё висят?

— Висят.

— Угу. Значит, от ума система не работает. Жаль, что она заводится только с толкача, хлопотно это. Ну и ладно.

Тём слегка ткнул носком ноги лежащее тело Кабана. Потом наклонился и прошелся руками по возможным потаенным местам в его вещах. Добыча составила девяносто три золотые монеты, кольцо для мага высокого уровня и магический же свиток, с ограничением к использованию только магам земли. Не густо.

— Ярик постой тут, а я пройдусь по Храму, гляну, к кому это меня свинорыл пускать не хотел.

Казалось, у алтаря сидел человек, который просто устал и захотел отдохнуть. Он присел, прикрыл глаза, но при этом не выпустил из своих рук ни странное короткое копье с широким лезвием, ни драгоценную Чашу. Лицо отдыхающего хранило очень живую и слегка усталую улыбку. И, можно было бы поверить в эту мирную картину, если бы не острие гасты, торчащее из его груди. Тяжелый дротик разорвав кольчугу на спине, пробил тело насквозь и не дал человеку упасть на каменный пол. Состояние тела и оружия были такие, как будто с момента настигшей его смерти прошел всего час, а не много — много лет.

Тём подошел ближе и коротко поклонился, отдавая свою часть почтения мертвому.

— Здорово, Беда. Вот я и нашел тебя. А ты все‑таки наперекор всему оказался прав и нашел свою Чашу. Уважаю.

Тём постоял ещё немного молча. Энжи не лез под руку с советами и предложениями. Ярик, разделяя настроение Тёма, тоже не торопил норда.

И в этой тишине следующие негромкие слова Тёма прозвучали как продолжение прерванного когда‑то по глупости или недоразумению разговора.

— Я возьму "Змею крови", Беда. Твоя глевия уже соскучилась за честной схваткой и глотком теплой крови врагав. Я напою её солнцем и кровью, брат. А твой меч я отдам Каирину, твой найдет для него дуб, разрывающий своими корнями утес над волнами. И твоя душа сможет приходить в этот новый дом и любоваться морем, небом и солнцем. Ты снова услышишь, как морские волны ласкают каменный берег, а ветер шумит в ветвях старого дуба.

Тем расстегнул пояс с коротким мечом в ножнах и перевесил его на себя. И только взяв в руки глевию, он понял что красивые слова, сказанные им Каирину были правдой. Его душа пела. Это чувство в Файролле Тём испытал впервые, да и в реале что‑то похожее с ним приключилось лишь однажды, когда он случайно бросил взгляд в ломбарде на скромную с виду, но с очень дорогим ценником гитару. Попросив у оценщика посмотреть её поближе, Тём понял, что уже не захочет выпустить её из рук. Она и сейчас была с ним. Там.

В то время, как Тём забирал оружие у Галаха, на лице того все так же играла снисходительная к миру улыбка. Взяв меч и глевию, Тём, почему‑то не смог заставить себя разжать мертвую руку и забрать чашу. Мысль о том, что всё это не настоящее здесь и сейчас казалось далекой и абсурдной. Забрать просто так эту чашу было хуже мародерства, это означало предать не Беду, это означало предать себя.

— Прощай Галах, ты был славным воином.

Тём развернулся, чтобы уйти и тут рука, державшая чашу, разжалась и та скатилась на каменный пол, под ноги остановившемуся норду.

И тотчас тело воина рассыпалось пылью, а только что металлически блестевшая кольчуга осыпалась ржавыми хлопьями.

— Вот и всё. Доброго посмертия тебе, брат Морской король.

Тём поднял с пола предмет, бывший мечтой и ставший смертью Беды. Чаша, вместе с высокой ножкой, была выточена из цельного куска изумруда и внутренней стороной из белого золота.

Он не удержался и попросил духа вывести характеристики Чаши и через секунду оторопело смотрел на сообщение:

Чаша. Ритуальный предмет, история неизвестна, назначение неизвестно.

Потерять, продать, подарить невозможно.

Вот тебе и долгожданая легендарка. И что теперь? Эх, молчать гусары.

Прежде чем положить последний подарок Беды в рюкзак, Тём подержал Чашу в руках, успокоился, подумал, и уже потом решил, что с удовольствием переломал бы ноги разработчику, который придумал этот великий облом. Хотя не отнять, Чаша очень красиво и богато смотрелась в руках Тёма. Мысль о том, что этой Чаше лучше всего подходит название Лоно Богини или Великое Ничто пришла к норду ниоткуда и ушла в никуда.

И будто кто‑то подтолкнул норда под руку, он наклонился, зачерпнул две горсти праха и высыпал их в Чашу. Ничего не произошло. Разве что в Чаше прах держался не высыпаясь.

Тём вздохнул, ещё раз поклонился останкам Беды и забросил Чашу в походный рюкзак. Пусть будет.

А потом взял в руки глевию. И столько трепетной радости было в его чувстве к вновь обретенному оружию, что сообщение, ретранслированное Энжи, в первый миг Тём просмотрел лишь мельком. Но уже в следующее мгновение сидящий внутри ученый крот начал быстро догонять в своем полете порхающее радостной ласточкой сердце:

Глевия "Змея Крови", уникальное клинковое оружие.

Имя первого владельца потеряно в дымке времен задолго до Первой Войны ненависти,

Последним владельцем копья был рыцарь Южной Марки Галах, известный так же, как воин Дикого отряда и Морской король Беда, который провел с глевией пятьсот один бой и проиграл только последний.

+ 22 к ловкости;

+ 14 к выносливости;

+ 28 % к шансу нанести удар первым;

+ 33 % к шансу того, что каждый последующий удар нанесет больше урона, чем предыдущий (увеличение урона происходит до тех пор, пока срабатывает шанс)

+ 14 % к уменьшению износа оружия;

+ 8 % к шансу выпадения предмета из поверженного противника.

Дополнительный бонус, в комплекте с руной Везение:

+ 17 % вероятность нанесения критического удара.

Для получения других дополнительных бонусов копье имеет четыре слота под уникальные камни.

Украсть, потерять, сломать — невозможно.

Ограничения к классовому использованию предмета — только копейщики.

Прочность 460 из 500

Минимальный уровень для использования — 20–ый.

Учитывая, что Тём успел увидеть в игре не так много действительно уникальных вещей, к тому же принадлежавших игрокам, классом намного выше чем он, и копий среди них не было вовсе… Ох, как удачно он встретил Игора и зашел с ним к Каирину! Да по сравнению с копьем, с которым он пришел в Храм, то, что он держит сейчас в своих руках это просто супер — мега — рельсомет! Наверняка в этой игре кто‑то добывал себе оружие и круче и краше, чем сейчас Тём. Но и пофиг! Его хомяк разом пережравшись, похоже, надолго впал в спячку.

Несказанно удивили и обрадовали две вещи — минимальный уровень использования и количество слотов под улучшения, пусть пока и без камней. Главное, что они есть. У Игора, на его легендарной секире, и то было только три.

Обратный путь хоть и был длиннее, чем к Храму, неожиданностей и трудностей в себе не таил. Ярик уверенно вел норда переходом, Энжи после боя в Храме, переставший косится на гоблина, пребывал в медитации в своей "бутылке", а Тём не смотрел по сторонам, баюкая в своих руках, как малого ребенка, Змею крови.

Тём то крепко прижимал к себе древко из твердого гладкого дерева, опоясанное по всей полутораметровой длине серебристой лентой с вычерненными на ней руническими знаками. То, не боясь пораниться, пробовал на остроту торчащий у основания наконечника шип. И где позволяло пространство подземелья, делал выпады и взмахи, любуясь, как хищно блестит в полутьме прямое лезвие, будто выкованное по лекалу, срисованному с руки Тёма от сгиба в локте до кончиков плотно сжатых пальцев распрямленной ладони.

На поверхность выбрались уже на рассвете. По дороге прихватили, брошенный нордом в месте последней схватки с гоблинами, мешок одноухого. С точки зрения Тёма, в нем не было ничего интересного, дрянь сплошная. Даже несколько медных монет замотанных в вонючий обрывок кожи, норд брать побрезговал. Но Ярик радовался и прыгал как ребенок, получив мешок от норда в подарок.

И в дыру, через которую Тём дважды спускался в подземелье, гоблин полез радостно повизгивая от предвкушения. Но этот визг был не более шепота, в сравнении с восторженным криком Ярика, после возвращения на поверхность. В руках он держал два абсолютно одинаковых черных, круглых камня величиной с крупный грецкий орех. А из‑за щеки достал ещё один, помельче, размером с вишню — шпанку. Делёж добытого прошел почти без спора. Гоблин, заикнувшись про "разыграть маленький камешек", получил в ответ:

— Не наглей.

Вздохнул и быстро успокоился, честно сказав:

— Ярик не спроси про камень у Тёма, долго — долго потом себя жалей — ругай за это.

Тём решил напоследок пройтись по ещё одной заинтересовавшей его теме.

— Так что там у черных гоблинов за Хозяин завелся?

— Нельзя. Тем спрашивай Ярика другое. Ярик всё рассказывай. Про Хозяина нельзя.

Демиурга запрещает.

Тём внешне равнодушно пожал плечами:

— Тогда, бывай, Ярик. Держи ещё одну монету. Хотя зачем я это делаю, мне самому не понятно. Ведь не факт, что мы ещё встретимся. Но ты был со мной честен, а, имея Могуч — камень ты не только до информатора, ты и до агента влияния дорасти сможешь.

— Да, да. Ярик будет хороший агента. А за ещё один золотой самый хороший агента.

Тём усмехнулся горячности гоблина.

— Хорошо, я дам тебе эту монету.

Тём хлопнул себя по карману. И сделав вид, что не замечает тут же требовательно протянутую гоблином руку, продолжил:

— Потом, при нашей следующей встречи.

И добавил огорченному Ярику:

— Только, пожалуйста, помойся.

Глава 6. Если я чего решил — выпью обязательно!

Отсчет минус 4 до прогнозной точки бифуркации.

Тём уже скоро месяц бродил по Северу, всё дальше и дальше забираясь в глухие места, где не было не только бургов и власти кенига, но куда и Морские короли заглядывали очень редко. Локация была бедна на мобов, на падающий с них лут и на квестодателей. Но Тём всё равно получал удовольствие от такого не спешного гринда при прохождении игры.

Иногда он возвращался в ближайший поселок, в котором на месяц снял для себя номер в гостинице. Впервые зайдя в снятый за три золотых номер, сразу выгрузил несколько лишних вещей из рюкзачка. Хранилище же! Хранить в нём пока вот только нечего. Посмотрел на сиротливо разложенные по столу три предмета и забросил Чашу обратно. Пусть будет там.

Местному торговцу несколько раз сдавал шкурки и когти. Подружился со знахаркой и научился от неё паре полезных умений. Выполнил несколько нубских квестов, на выполнение которых в Ольхаре ему не хватило времени. Ничего особенного — подай, найди, принеси.

Нашелся и учитель воинских приемов. Старый, просоленный всеми ветрами хирдмен выдал Тёму квест на добычу двадцати волчьих хвостов по исполнении которого обучил норда навыку "вспарывание".Увеличив тем самым их общее количество для глевии до трёх. А ещё за один не сложный, но нудный квест, на выполнение которого ушло три дня, научил умению владеть мечом, как дополнительным оружием.

А вот в Ольхаре Тём за этот месяц был всего один раз. На то была причина, в которой Тём не признавался даже себе, но из‑за которой он не хотел возвращаться в свой первый поселок Морских королей.

Вообще же, первоначально выбираясь на "свободную охоту" он планировал только поднять пять уровней до возможности взять в руки "Змею крови". Но, получив желаемое, захотел ещё немножко "прогуляться" по локации с глевией наперевес.

За три полноценных недели он поднял больше десятка уровней, а навыки владения копьем прокачал до состояния "убойных". "Укол" и "секущий удар" по уровню уже приближались к полусотне, не намного от них отставала прокачка "вспарывания".

Наибольшее удовольствие норд получил, схлестнувшись с медведем 40–го уровня, а равных по уровню волков, "Змея крови" уже просто перерабатывала в фарш. Тём значительно поднял свои навыки скорняка — охотника.

Чем‑то такое нахождение в игре напоминало Тёму реальный земной отпуск. Последние дни короткого Северного лета были необычайно теплые для этих мест.

Хотя вполне возможно, что в Файролле оно было Северным, грибно — ягодным, но вовсе не коротким.

Всю последнюю неделю норд проводил у очень красивого глубокой синевой озера, зажатого в низинке двумя зелеными склонами. Тему ещё издалека бросились в глаза и притянули в это место стекающие по склонам красивыми каскадами небольшие водопадики.

Именно в этом удивительном месте он и встретил бурого хозяина, которому очень не понравилось чье‑то посягательство на его территорию. После не дружеской встречи рюкзачек Тёма пополнился редким алхимическим ингредиентом "Медвежья желчь".

Бродя по заросшему деревьями и кустами берегу, он добил навыки травника до пятнадцати и пополнил запас редких ягод и растений. Находясь в игре, Тём мог по часу сидеть над ручьем, всматриваясь, как в прозрачной холодной воде проносится стайка мальков, как плавно и неспешно уносит течением в даль упавший с дерева лист. Или как легкая рябь, вызванная порывом ветра на поверхности ручья, заставляет вдруг по — другому сверкнуть на солнце, лежащие на дне разноцветные камешки. Такое же состояние, похожее на тихий восторг, он испытывал, всматриваясь ночью в пламя костра.

Тем чувствовал, как что‑то меняется в нем после этих посиделок. Чтобы убедится в этом, он даже не стал вызывать духа, а просто залез в дневник событий. Пора было уже привыкать к самостоятельности.

Без удивления отметил для себя, что умение "медитация" выросло на пять единиц. Так же на пару единиц подросли интеллект и ум. Соответственно вырос и мана — мешок. Вот только куда её использовать, не имея ни одного заклинания Тём понятия не имел.

А ещё в озере к радости Тёма, водилась рыба. В реале, очень редко выбираясь на рыбалку, он просто не мог пройти мимо рыбных рядов на рынке. Здесь же Тём отводил душу, добывая рыбу ударом все той же "Змеи крови". Он получал огромное удовольствие, высмотрев в глубокой воде и загарпунив глевией крупную форель или сига.

Тём даже попробовал искупаться в ледяной воде, надеясь отследить свою реакцию на холод в теле при выходе из капсулы. В игре получил +2 % стойкости к холоду, а в реале ничего похожего на ощущения, испытанные после купания в Северном море не почувствовал.

По ту сторону капсулы, Артём прошел по огромному количеству ссылок, в которых было упоминание Радеона, но тоже ничего интересного не нашел. Серьезной информации было немного и какую то общую картинку, чем корпорация занимается, по нарытой информации Тём составить не сумел.

А выудить что‑то интересное в рекламном рупоре игры "Вестнике Файролла" можно было, только перелопатив все номера от корки до корки. Вот только делать это Артёму совершенно не хотелось.

Заинтересовало только то, что на сайте с рекламой компании значился, кроме несколько адресов магазинов — салонов корпорации, ещё и адрес центрального офиса. Офис располагался, как показывала карта, всего в двадцати пяти минутах поездки на метро от "домашней" остановки Артёма.

Это было уже теплее. И Артём дал себе слово, как только выберется из нынешнего созерцательного состояния, обязательно съездит посмотреть поближе на "фабрику" его нынешних грез.

Каждый день Тём проводил в игре по шесть — восемь часов, а вечером в таком же приподнятом и даже романтическом настроении шел в маленькое, уютное кафе, расположенное недалеко от дома. Брал чашку кофе, реже добавлял к ней рюмку коньяка и с интересом наблюдал за снующими вдоль улицы людьми и машинами.

Залетевшую случайно мысль о том, что он бездарно тратит свое время, Артём лениво смахнул.

Парадоксально, но, играя в Файролл, он твёрдо знал, что при этом остается свободным намного больше, чем миллионы соотечественников, тратящих в сутки столько же времени на просмотр каких то слезливо — убойных сериалов или бесконечных выпусков всяких срочных новостей.

Идиллию бесконечного отпуска нарушало только то, в чем Тём не хотел и не мог себе признаться. Он с каждым днем он все чаще вспоминал о данном Мизуки обещании отправится на Юг, всё чаще в памяти всплывал печальный взгляд принцессы, провожающий его при их последней встречи.

Когда Тём выполнил квест кузнеца и вернулся в Ольхар, то по пути заглянул и к харжитке в лавку.

Мизуки молча подняла на вошедшего Тёма взгляд своих необычных изумрудных глаз. Но, получив в ответ на свой взгляд, отрицательное покачивание головой, так ни о чем его и не спросила. И Тём так же молча вышел из её лавки.

А вот с Каирином встреча вышла долгой и теплой. Кузнец, со слезами на глазах, принял меч побратима. А потом вместе с Тёмом сделал так, как и было обещано мертвому Галаху в Храме: вложил меч в дупло растущего над морем скального дуба.

Тём достал из рюкзака и показал кузнецу Чашу. Но тот в руки её не взял и особого интереса не проявил. Зато, попросив посмотреть глевию, долго не выпускал её из рук. Затем, сделал несколько выпадов и что‑то приговаривая при этом над ней, тем самым вызвав у Тёма даже маленький всплеск ревности.

В качестве награды Каирин дополнительно к "уколу", имеющемуся уже в арсенале норда, обучил Тёма и навыку "секущий удар".

И глядя, как радостно смеётся норд, когда рассекает с оттяжкой "Змеей крови" воздух, вложил ему в руку и вторую половину награды — небольшую костяную руну.

Тём с великим удовольствием сжал в кулаке настоящую, а не поставленную горячим клеймением на руку или вытравленную слюной клопожабы на острие глевии, руну.

И читать сообщения об этом было ему в радость:

Вами выполнено задание "Меч побратима"

+600 опыта;

+5 единиц к уважению Морских Королей;

+1 единица к уважению других народов Севера;

Руна "Эйваз"

Вами открыто деяние "Руны Севера".

Для его получения вам необходимо собрать полный набор рун (25 штук), которые, если верить легендам, придумали сами Боги.

А чего же им не верить?

Награды:

Титул "Знаток рун";

+2 единицы к мудрости;

Возможность получения задания "Рунный камень"

Подробные комментарии можно посмотреть в дневнике, раздел характеристик, подраздел "Деяния"

Энжи, уже без дополнительного запроса, в телеграфном режиме вывел свойства самой руны:

Руна "Эйваз"

Одна из набора рун.

В том случае, если руна находится в инвентаре игрок получает -7% к возможности быть обворованным.

Бонусы, которые эта руна дает в сочетании с другими рунами смотрите в соответствующей таблице.

Ограничения к классовому использованию предмета — отсутствуют

Минимальный уровень для использования — 45

Прочитав основной бонус руны Тём хмыкнул:

— Каирин, как у вас с карманными ворами на побережье?

— За весь Север не скажу, но у нас с ворами хорошо. Весело. Если такого ловят, то весь Ольхар на центральную площадь сбегается, посмотреть как ему руку рубить будут. Воины даже тянут жребий кому из них быть палачем.

Вор ложит руку на колоду, а тот из Королей, кому повезло со жребием, по сигналу рубит её мечом. Если вор успел отдернуть руку — считай счастливчик. Не успел — остался без пальцев, а то и без всей кисти. Вот так воровскую ловкость рук и проверяем. У нас с этим строго, но справедливо. Повторно, если с первого раза по ворюге не попал, палач уже не рубит. Зато второй раз на воровстве больше никого не ловили. Ни тех, кто руку на плашке оставил, ни тех редких счастливчиков кто успевал её отдернуть.

— Ладно, решено, пусть руна пока в рюкзачке полежит. Может к 45 уровню и обзаведусь в нём чем нибудь ценным или золотишко в кошельке в приличных размерах зазвенит.

Говоря так, Тём рассчитывал на деньги, которые должны были ему капнуть после продажи на аукционе в Хольмстаге добытых в подземелье кольца и свитка.

А перед самым расставанием, они с Каирином стояли у скального дуба и смотрели на бьющиеся в скалы тяжелые волны. Кузнец только что вложив меч Беды в место его последнего пристанища, а Тём достал Чашу и подставил её ветру. И хранимый в ней прах, до этого плотно притянутый ко дну Чаши, взмыл над скалистым берегом и подхваченный порывом ветра был унесен в море.

— Это был прах Беды?

— Да. Я вынес его из Храма.

— Ты правильно поступил. И пусть он был родом с Юга, но его позвала звезда Севера. И он пришел на её зов… Север стал для него вторым домом, а Беда стал лучшим его защитником. Это будет и хорошо и справедливо, если Морской король, уходя в вечность, навсегда станет частью этого моря и этих скал.

То, что Каирин, говоря с ним, положил руку на его плечо и сжал его как близкому человеку, Тём принял как должное.

Как и то, что кузнец тут же научил норда специальному приёму, по его словам — любимому приему Беды, увеличивающему на 15 % силу удара при применении навыка "секущий удар", было воспринято Тёмом, как само собой разумеется, а не как награда за выполненное задание.

А "дзынь" за первое из деяний цепочки "Хранитель Традиций" прошел для Тёма совсем незаметно. Сообщение совсем не вписывалось ни в печальную торжественность момента, ни в создаваемое им настроение.

Так это сообщение о выполнении деяния "Хранитель традиций первого ранга" и получении +1 к уважению со всеми народами Севера, и осталось в логе не прочитанным.

И вот, почти месяц спустя, вдоволь набродившись по диким местам, Тём решил вернуться в цивилизацию, завершив свой "отпуск".

Конечной точкой своего маршрута норд наметил лес, вставший синеватой стеной на восток от озера. Преодолев очередную горку, Тём даже замер в желании протереть глаза.

И таки протер. Видение не пропало.

Большой, деревянный дом, стоящий посреди двора, огороженного высоким частоколом забора. Ворота во двор были распахнуты настежь и в них прямо из леса вливалась дорога, не — дорога, а хорошо натоптанная тропа.

После месяца почти полного одиночества странно было видеть в этой местной Тьмутаракане такую приличную даже по городским меркам, таверну.

Ну и кто сюда ходит, скажите на милость? Тём даже обошел строение вокруг и заглянул в щель между бревнами частокола на задний двор. Ничего интересного. Поленница дров, открытая печь под навесом. Достаточно большая, чтобы готовить на ней еду сразу в нескольких больших котлах одновременно и стол, судя по бурым потекам на струганных досках, для разделки дичи. Вот и все хозяйство.

На печи стоял один котел — небольшого размера. Из‑под крышки валил пар, но никто вокруг котла не бегал и у стола не суетился. Тём подождал ещё несколько минут и, не дождавшись никаких изменений в картине, решительно прошел в ворота.

В таверне стоял полумрак. На весь обеденный зал сидел один посетитель — видимо охотник, в очень добротной кожаной одежде и с мастерски сделанным луком. Стоящий за барной стойкой мужчина сосредоточено тер сухой тряпкой глиняную кружку.

Тём остановился у дверей, ожидая, пока глаза привыкнут к резкой смене света. Стоящий за стойкой повертел со всех сторон кружку в руках. Видимо сочтя её чистой, поставил на стойку, в ряд точно таких же на стойке перед ним кружек. Следующим движением он подхватил дальнюю от себя в этом же ряду кружку и, не обращая внимание на топчущегося в дверях Тёма, стал её сосредоточенно протирать.

— Доброго дня, уважаемый.

Уважаемый поднял глаза на Тёма и промолчал.

— Я был очень удивлен и обрадован, встретив в этакой глуши настоящую гостиницу с радушным хозяином.

— Что тебе надо, норд?

Мда. Начало разговора не задалось. А и пусть. Тём, продолжая "держать" лицо, ещё раз вежливо склонил голову.

— Мне бы перекусить чего‑нибудь. И запить элем или пивом. Если у вас не сильно дорого.

— У нас по деньгам. За две серебрушки яичница и печеные коренья. И налью кружку пива.

Цена была приемлемая. Тёму как раз наступила пора побеспокоится о еде, чтобы потом на несколько часов с этим не морочится, ругаясь про себя, что от голода падает выносливость.

— Годится. Беру все, что ты назвал.

Тём покатил по стойке две серебряных монетки. Наблюдая, как они медленно подкатываются под приподнятую ладонь трактирщика, он обдумывал с какой стороны ещё подкатить к неприветливому хозяину.

— Славное место у тебя. Ты один или хозяйка тебе помогает?

Ладонь трактирщика быстро накрыла монеты. Но это был единственный ответ на вопрос Тёма.

— Хорошо вам, почти все продукты под рукой, никуда за ними ездить не надо. В лесу дичи полно, коренья, грибочки. Озера вокруг рыбные. Проверял. А заросли можжевельника, которые тянутся почти от озера, что в западной стороне, это же просто кладезь для тех, кто умеет варить вересковый мед.

Трактирщик сжал монетки в кулаке и отчетливо заскрипел зубами. Есть реакция! Хоть и не такая, на какую Тём рассчитывал.

— А может у вас найдется кружечка мёда. Всю жизнь хотел попробовать вересковый пьяный мёд.

Трактирщик слитным движением выбросил своё тело из‑за стойки, ухватил двумя руками за плечи Тёма и буквально вынес им дверь, выбросив норда на улицу. Тёма больно приложило всем телом о землю. Мир в глазах мигнул желтым.

Блин! Попил пивка. Что значит разница в уровнях, один пинок и весь мир желтый. И это ещё хорошо, а то пару недель назад от такого пинка мир в глазах мог и покраснеть.

Тём поднялся, ощупал себя и подождал, когда мир снова окрасится в обычные краски. О том чтобы рвануть тельник на груди и пойти "разобраться" с неписем "ненормального" уровня, норд даже не подумал. Но и уходить, не разобравшись в странной реакции трактирщика было не в его правилах.

Он снова шагнул в таверну, готовый к любым действиям трактирщика.

Но тот снова протирал кружку тряпочкой, не обращая внимания на Тёма.

До этого плотно обедавший охотник сытно отрыгнул и с интересом переводил взгляд с одного на другого. Судя по его ироничной ухмылке, охотник был в хорошем настроении и более расположен к разговорам, чем хозяин постоялого двора.

— Доброго дня, уважаемый охотник. Моё имя Тём. Вы всё видели и может быть знаете, от чего у хозяина такая нервная реакция на простую просьбу напоить меня вересковым напитком.

— Ты у него попросил вересковый мёд? — охотник весело закудахтал, закидывая голову назад и громко хлопая себя по ляжкам.

Отсмеявшись, протянул руку Тёму:

— Называй меня Куно. Да, парень, это худшее что ты мог спросить у Дэвида.

— Так расскажи мне в чем же я так промахнулся.

Куно прищурил глаз и демонстративно почесал затылок.

— Расскажу, чего ж не рассказать. Сам Дэвид тебе эту историю не расскажет. Уж точно не после сегодняшнего твоего вопроса. А кроме меня рассказать больше и некому. А история интересная и рассказывать её на сухое горло мне не годится.

Тём ещё во время демонстративного раздумья охотника, понявший, что без кружки не разберутся, просто спросил:

— Кружку пива?

— Две. И не пива, а эля. Давай восемь серебрушек, я сам схожу к Дэвиду за элем. Заодно и твой ужин принесу. Ты же его уже оплатил, хоть с покушать у тебя пока не сложилось.

Охотник снова громко захохотал, довольный своей шуткой.

Восемь серебрушек за две кружки эля было и не дорого. И монетки были. Не было гарантии, что хоть как‑то сможет их вернуть, выслушав рассказ охотника. Но Тёму действительно было интересно, из‑за чего Дэвид выбросил его за дверь.

— Куно, а ты в трактире частый гость?

— Да. У меня договор с Дэвидом. Я добываю свежую дичь, а он меня бесплатно кормит.

— Ага. Значит, работаешь за еду и выпивку.

— Нет. Выпивка у меня уже за свой счет. Зато с каждой принесенной тушки мне по договору падает звонкая монета. Только не всегда это получается.

Охотник провел рукой в направлении зала.

— Ты же видишь, у нас здесь народ в дверях в очереди не толпится. Дела у Дэвида идут не очень хорошо, он мне уже порядком должен. А у меня девушка есть, она меня любит. А я люблю её. Жениться собрался, коплю на домик понемногу, вот и не могу тратить деньги на эль.

Тём даже хмыкнул от неожиданности. Непись женится, деньги на свадьбу копит. Для кого отыгрывается этот сценарий? Тут игроки раз в год появляются, а в остальном, — край непуганых НПС. Не игра, а дурдом "ромашка": любит — не любит.

— Я сейчас вернусь, мне во двор надо. Лови монеты на пару кружек. И про мой ужин ты сам обещал спросить.

— Да принесу, не переживай. Дэвид человек вспыльчивый, но честный.

Тём едва выйдя за дверь, сразу потер веко. Энжи появился мгновенно.

— Давненько ты меня не звал.

— Надобности не было.

— А сейчас…

— А сейчас есть. Ты такого как я можешь гарантировано отличить от местного?

— Конечно, могу! А что у тебя за проблема?

— Проблема не проблема, а сомнение определенное появилось. Сидит в трактире с кружкой эля в костюме охотника. Посмотри одним глазком, но очень внимательно, чтоб не ошибиться и молнией сюда.

— Ишь, раскомандовался. Молнией туда, молнией сюда.

Энжи быстро исчез за дверью. И быстро вернулся.

— Нет. Не мой клиент. Абориген.

— Блин, Энжи. Нахватался у меня слов. Точно абориген?

— Ты вот сейчас словесно меня обидеть хочешь?

— Вот духи — хранители пошли. Слова уже им не скажи. Спасибо и свободен. Ныряй в свою "бутылку".

— Тём, а можно я у тебя за спиной постою. Мне скучно всё время сидеть в бутылке. А ты уже скоро будешь 35–го уровня, и мы расстанемся. А мне не хочется от тебя уходить.

— Мда. Кто бы мне тебя проверил на принадлежность к аборигенам. Больно ты для них неожиданен в речах. Ладно, не дергайся, шучу я. Виси себе, пожалуйста, только с глаз скройся.

— Это само собой.

Яичница из трех яиц, посыпанная какими‑то травками, источала умопомрачительный аромат. Коренья, выложенные приличной по размерам горкой, по вкусу напоминали вареные сосиски. А пиво было паршиво- кислым. И на вкус и на запах. Стало понятно, почему Куно заказал для себя эль.

Сам охотник, держа большую кружку возле губ, сдувал с эля в сторону шапку пены, и, делая затем маленький глоток, блаженно жмурил глаза.

— Куно, так что там за история с Дэвидом случилась?

— Дэвид был главным королевским виночерпием. У него было всё: богатство, дом — полная чаша, жена- красавица, уважение монарха, зависть придворных. Дело в том, что он единственный в королевстве знал рецепт приготовления верескового мёда. Любимого напитка короля.

Но, кроме того, он знал ещё множество рецептов приготовления вин и настоек, а на вкус определял их не в пример большее количество. Для этого он раз в неделю посещал торговцев винами, а в другой день — трактиры, кабаки и прочие питейные заведения столицы, сам пробуя доставленные купцами или приготовленные местными умельцами вина и крепкие напитки. И эту привычку знали не только те не многие, которые любили Дэвида, но и те многие, которые его ненавидели. Кто там подсуетился, я не знаю. Я в то время как раз был в столице, получал патент охотника, вот и наслушался всякого.

В один из таких походов, Дэвид угостился вином, после которого напрочь потерял память. Не всю, только ту её часть, что касалась изготовления вин и напитков. Это была бы не потеря, если бы не рецепт верескового меда.

Одни говорили, что к нему подсел и пошептал нехорошее слово темный маг, нанятый его завистниками. Другие говорили, что порчу навела ведьма, нанятая любовником его жены. Третьи говорили, что виночерпию просто не повезло попробовать вино с проклятием, случайно попавшее в тот трактир.

Но правда заключалась в том, что король, не получив к воскресному ужину свой мед, был в ярости и не казнил своего бывшего любимца, только потому, что оставалась надежда вернуть Дэвиду память. А когда придворные маги и лекари просто развели руками, уже остыл и просто изгнал виночерпия из страны, сказав прилюдно, что не потерпит его возвращения, пока тот снова не начнет варить мёд для короля.

Уж больно никчемным знатоком вин оказался приемник виночерпия. Все его заслуги и умения состояли в том, что он был дальним родственником королевы. Король бы уже и рад вернуть своего бывшего виночерпия к его любимому делу. Вот только слова сказанные монархом прилюдно…Эх.

Да, а жена то за виночерпием на Север не поехала. Осталась в столице.

— А чего его именно сюда занесло?

— А ты сам не знаешь? Так тут, за лесом, начинаются вересковые пустоши. На этих пустошах живут пифэри. Потомки людских племен и фейри. Маленькие, злобные создания. Я лично думаю, что в прародителях этого народца не только фейри надо числить, там наверняка и без гоблинов не обошлось. Но пифэри единственный народ на материке, который ещё варит мед из вереска.

Вот Дэвид и решил если уж не может вспомнить, то сможет заново выучить рецепт приготовления королевского напитка. Да только ничего у него не вышло.

Он и сам уже пробовал к пифэрям подкатить, и народ нанимал, приманивая щедрой наградой, а все бестолку. Договариваться карлики ни с кем не хотят, и ни на какие уговоры не поддаются. Не продают и не дарят. А силой забрать у них что‑либо ещё никому не удалось.

— Хорошая награда за хороший квест, — Тём мечтательно прижмурил глаза, при этом ирония из его голоса никуда не делась, — самое то, что надо, чтобы с радостью встретить следующий день.

— Куно, а ты сам у пифэри не пробовал рецепт позаимствовать?

— Как не пробовал? Пробовал. Да только, если бы у меня получилось, то и я, и Дэвид уже бы тю — тю, в столицу.

Он вдруг понятливо подмигнул Тёму.

— Ты собрался к этим мелким говнюкам за рецептом?

Не советую. Я тебе ещё не все рассказал. Они меня хоть и не трогают, но и не друзья. Я предпочитаю обходить их поселение дальней дорогой. Злые они и дела у них там непонятные творятся. Нежить к ним повадилась частенько ходить. То костяные гончие прибегут, то, по слухам, скелеты толпами наведываются. И прямиком к ним в поселок. Точно тебе говорю, — кто‑то пифэри проклял.

— Вот я и схожу, посмотрю, что там за Жигули. Главное, чтобы Дэвид задание на рецепт дал. А ты мне на карте место, где поселок находится, покажи. Хотя бы направление.

— Даст он тебе задание, чего бы не дать. Он и демона готов на задание подписать, лишь бы снова главным королевским виночерпием стать.

А карту свою не доставай. Не надо. Не грамотный я, не понимаю в этих ваших зюйд — зюйд — вестах ничего. Я лучше пальцем покажу. Или ещё лучше — свожу тебя в поселок. Ещё за пару кружек эля и пять золотых. Меньше никак нельзя. За четыре золотых я не любовь к пифэри в себе не поборю.

Куно вдумчиво посмотрел на стоящие перед ним три кружки.

— Да, пожалуй, пары кружек хватит. В самый раз, чтобы и веселость была, и ноги не заплетались. Я смотрю, ты уже доел яичницу, так что иди к Дэвиду, договаривайся про награду. Если чего‑нибудь надо пополнить из необходимого в дорогу — тоже у него можешь купить. А как я свой эль допью, так сразу и пойдём потихоньку.

— Уважаемый, прошу простить меня за бестактный вопрос. Был не прав. Вспылил.

Трактирщик, смотря сквозь Тёма, всё так же протирал свои кружки.

— А сейчас я собрался сходить к пифэри. Куно согласился стать моим проводником. Может они на мою просьбу угостить чашечкой мёда, откликнуться более гуманно, чем вы.

На неподвижном лице трактирщика дернулся уголок рта. А через мгновение эта неприступная глыба рассыпалась осколками басовитого отрывистого хохота.

— Гуманные пифэри! Ну, удружил, норд. Давно я не слышал ничего смешнее этой шутки.

Если, правда по незнанию, сунулся ко мне за мёдом, то и ты не держи на меня зла. А если без шуток собрался к ним идти, то удачи тебе. Я даже не буду спрашивать, зачем они тебе понадобились. Принесешь мне рецепт приготовления мёда — награжу так, что не пожалеешь. А за шутку про гуманных пифэри ещё и эля кружку на дорожку налью.

— Так я же сказал, ничего не скрывая. Мёд из вереска хочу попробовать. Считай, полжизни уже хочу. И хрен кто меня сейчас остановит. А потому наливай две кружки эля, потому что Куно тоже со мной идет.

— Норд, ну ты уж совсем на шею не садись. Рецепт я от тебя жду, шутил ты, поэтому и наливаю тоже тебе. А может ты из этих, из трезвенников, а сам просто этому прилипале Куно дармовой эль споить хочешь? — внезапно с подозрением спросил трактирщик.

— Не, не, не. Пью. Умеренно, но с удовольствием. Налей две кружки, за вторую я заплачу. Твой эль просто волшебный.

И пока успокоенный трактирщик наклонился к бочке нацедить кружку эля, тихо, так чтоб тот не услышал, добавил:

— Особенно после твоего же пива.

Услышав оповещение о получении квеста, Тём даже не дернулся. Чего смотреть или хранителя звать, если и так понятно чего от тебя требуется. А возможная награда? Хоть сегодня и не именинник, которому зазорно раньше времени радоваться, но пусть сюрприз будет.

Обе кружки эля всё‑таки достались охотнику. А что делать: в кошелке у него не тот баланс, чтобы по всяким пустякам четырьмя серебрушками разбрасываться.

Глядя, как споро на карте появляется ломаная линия их пути, норд втайне порадовался тому, что проводник обошелся ему совсем дешево. Не будь рядом Куно, то извилистая дорога через лес, а последние полчаса среди холмов, постепенно из едва заметной тропинки, превращающаяся в нехоженую пустошь, далась бы Тёму куда сложнее. Да и мелькнувшая вдали стая северных волков, каждый из которых был вдвое сильнее обычного, сдержалась только уровнем охотника. А будь норд один, наверняка сагрилась бы, с очевидными для Тёма последствиями: два часа от точки возрождения с посмертной ломотой во все теле под бодрый марш: "пилите, Шура, они золотые".

Куно, до этого бодро шагавший впереди Тёма, вдруг остановился. На вопросительный взгляд Тёма утвердительно кивнул.

— Всё, дальше я не пойду. Деревня пифэри прямо за этим холмом. Мне с ними встречаться ни к чему. Я не на охоте. И если второй раз прийду к ним с одним и тем же вопросом, местный шаман просто объявит меня шпионом. И это будет очень печально. Моя невеста так и не станет моей женой.

— А кто есть этот шаман?

— Я думал ты спросишь, почему невеста не станет женой. А шаман? Иди, сам всё увидишь. Мимо шамана не пройдешь, он у них там всей кухней заправляет. Удачи, норд Она тебе точно не помешает.

— Ага, бывай, и тебе удачи, а ещё быстрее передать личный привет будущей жене.

Охотник был явно тронут пожеланием норда. И Тём попробовал выжать ещё капельку:

— Куно, может ты к моей удаче, ещё и какой‑нибудь добрый совет напоследок дашь?

Тот соглашаясь, вздохнул и махнул Тёму рукой вправо от холма.

— Ладно, иди за мной. Этим путем идти чуть дольше, но и проводить тебя я смогу дальше. Хочу показать кое‑что.

Что именно хотел показать охотник, Тём заподозрил, когда обогнув холм увидел впереди каменный столб пятнадцатиметровой высоты, в диаметре имеющего метра два.

— Это что?

— Указующий перст. Когда‑то он меня выручил. Подойдем ближе, я покажу как быстро можно забраться наверх. Там очень удобная площадка для обороны. А с твоей красавицей глевией, да за щитом там долго можно отсиживаться.

— Это к чему такой мрачный прогноз.

— Ни к чему. Всё‑таки к пифэри идешь, а они народ не очень дружелюбный. Я буду очень рад, если тебе этот палец не пригодится. Вот видишь ступенечка, а дальше трещинка. В неё ставишь ногу, опираешься рукой на полочку, теперь вперед и вверх, не останавливаясь. Там разберешься, да, вещи лучше внизу не оставлять. Пифэри запросто увести могут. По части подкрасться и стянуть какую‑то вещь равных им я на Раттемарке не встречал.

Тём иронично опустил уголок рта. Уж больно забавно выходит. Ему, хорошо знакомому с альпинизмом в реале, сейчас здесь рассказывают азы альпинизма. И что? Хочешь, не хочешь, а курс молодого бойца надо проходить заново.

Когда Тём добрался до верха столба, Куно внизу уже не было. Фигура охотника мелькала метрах в ста в обратном от поселка пифэри направлении. Махать ему вслед, и ещё раз говорить спасибо было и поздно и не нужно.

Путь наверх вышел сложным. Ползти, прижавшись к скале в кольчуге с глевией и щитом за спиной было тяжело и неудобно. Опыт преодоления скал, полученный в реале, помогал очень слабо, а иногда и вовсе мешал.

Тём надолго застрял под нависшим небольшим участком отрицаловки, который не удавалось пройти не влево не вправо. Выйти вверх можно было зацепившись двумя пальцами за щель над головой, но Тём, зная свои возможности, да ещё и не в обвязке, а в тяжелом обвесе, этот путь сразу отмел.

Держась на кончиках пальцев одной ноги и расклиненом в щели кулаке левой руки, Тём правой ощупал всю доступную гладь скалы в поисках зацепки. И только не найдя никаких подсказок на стене, подтянулся вверх на двух пальцах. И легко пошел дальше. Все его знания "смогу/не смогу" из реала были посрамлены.

Норд аккуратно сложил на верхней площадке лишние вещички, осмотрелся по сторонам. С этой высоты было отлично видно не только неглубокий ров и земляной вал, густо засаженный кустарником сверху, но и поселок с домами больше напоминающими землянки, так как покатые крыши, укрытые ветками, возвышались не более чем на метр — полтора от земли. Поселок при виде сверху, представлял из себя три улицы с двумя переулками, и был совершенно пуст. То, что он не брошен своими обитателями можно было понять только по торчащей из‑за кустов на валу голове местного стражника.

Надо было идти искать местное начальство. Немного поколебавшись, Тём решил не брать глевию, ограничившись коротким мечом. Потеря щита и меча его не пугала. А вот доставать из враждебной деревни Змею крови, если переговоры провалятся, Тём очень не хотел. Ещё меньше он был готов расстаться с глевией, если миссия по возврату потерянного оружия окажется не выполнимой. Так что перестраховка в любом случае лишней не была.

То почему ров вокруг поселка не глубокий, Тём понял, заглянув в него с перекинутого мостика из трех бревен. Хоть и мелким ров назвать язык не поворачивался, так как почва, в которой он был выкопан, представляла из себя смесь камня и глины. Как и чем вообще можно было прокопать в этой каменистой почве канаву двухметровой глубины, Тём даже не представлял.

Стоящий по ту сторону мостика стражник проигнорировал норда бездействием, ничего не спросив и ничего не сказав. Но смотрел внимательно всё время пока Тём приближался к узкому проходу через колючий вал. И если при входе в Ольхар стражник оценивал степень достатка и платежеспособность норда, то местного явно больше интересовало насколько тот угроза для поселка.

Тём шел по пустому поселку, а за ним от ворот увязалась невесть откуда вынырнувшая пара детишек. Потом их стало четверо, потом стайка. Они четко выдерживали дистанцию, просто тупотили за ним на отдаление двух — трех метров и молчали. От того, что маленькие дети молчат, становилось как‑то не по себе.

Поймав взгляд самого взрослого и с виду самого смышленого ребенка, Тём спросил:

— Где я могу найти вашего шамана?

Тот не ответил. И по лицу мальчишки нельзя было понять, услышал он Тёма или нет. И вообще понимает ли он вопрос, заданный нордом.

К детишкам начали присоединяться взрослые. Хотя по росту эти взрослые вполне вписывались в стандарты для десятилетних подростков. Тём повторил вопрос и к ним, но с той же ответной реакцией получил такой же никакой успех.

Когда из очередного дома — землянки, ничем не выделяющегося в уличном ряду, на дорогу перед Тёмом шагнул слегка сгорбленный, сухой и уже давно не молодой мужчина, с заплетенными в косичку седыми волосами, и в причудливо расшитой кожаной одежде, норд понял, что это и есть хозяин местной кухни.

Тём остановился и вежливо поклонился загородившему ему дорогу. Мысли заметались в поисках правильного варианта разговора. Жители поселка буквально давили его своим молчанием, четко давая понять, что второй попытки задать нужный вопрос у норда может не быть.

— Я пришел к вам с миром и готов стать вам другом и помощником.

Шаман ничего не отвечая норду, развернулся к нему спиной. И мальчик, которого Тём ранее определили как самого смышленого, первым бросил в норда камень. Не сильный удар по кольчуге никак не отразился на световосприятии, если что и сняв с его линии жизни, то не более трёх единиц.

Но он был всего лишь первый, из доброго десятка камней, забарабанивших в спину, рванувшего в пустой переулок, норда. То, что Тём ранее рассмотрел план поселка с площадки на столбе, сейчас его спасало. Четко представляя куда бежать дальше, и заработав ещё всего пяток болезненных ударов камнями, Тём побежал впереди молчаливо гнавшей его толпы и, сделав петлю по поселку, выскочил к тому же проему в ограде, сквозь который он заходил к пифэри полчаса назад.

Стражник на это раз не был безучастным и встретил приближающегося норда выставленным острием копья. То ли повезло, то ли ловкости хватило, но уклонившись от выпада, норд на скорости врезался в копейщика и будучи гораздо тяжелее пифэри, буквально как кеглю ударом своего тела снес того в ров. Страйк!

Вот после этого толпа взвыла. И вой этот был ничуть не добрее давившей до этого на Тёма тишины. Тём несся к спасительному столбу.

Это был совсем не весенний бег молодого Бога. Это был бег загнанного волка, у которого на хвосте клацала зубами стая гиеновидных собак.

Вовремя прокачанный "альпинизм" и пройденная в тренировочном режиме десяток раз трасса от подножия на вершину столба, стала для Тёма буквально "трассой жизни", по которой он взлетел ящеркой. Скорость, с которой он взобрался на верхнюю площадку, просто не позволила преследователям сбить его со скалы камнями. А когда в ответ на полетевшие из пращей камни, Тём закрылся дождавшимся его возвращения щитом и выставил из‑под него острие глевии, шаман рыкнул что то самым быстрым своим бойцам, успевшим добраться до середины Перста, возвращая их вниз.

После этого пифэрская народная забава "загони чужака" взяла паузу.

Выпустив для порядка с десяток камней вверх и ожидаемо не получив никакого результата, преследователи расселись по кругу на землю, всем видом показывая Тёму, что они здесь надолго, а то и навсегда.

Хоть спускайся вниз и сдавайся на милость дикарей. Может и спустился бы, если бы не одно но… Куно как то же выкрутился из похожей ситуации. А в том, что он сидел на этой площадке, в ожидании милости для своей горькой доли сомнений не было. Чувствовать себя глупее непися было унизительно. Несмотря на объективный факт проигрыша чемпиона мира по шахматам искусственному интеллекту.

Была бы с собой колбаса, — отдал бы. Может быть тогда пифэри, снизу поедающие норда голодными глазами, подобрели бы. И простили и отпустили.

Но колбасы с собой не было.

Самое время было провести совещание с духом — хранителем. Что‑то он давно глаз не кажет. А так, если и не выход из ситуации подскажет, на что Тём не очень и надеялся, то хоть развлечет своим ворчанием.

— Энжи, привет.

— Мы и не прощались. Что я вижу! Прелестная картинка.

— Вот ты мне скажи, ты же из своей бутылки можешь отслеживать всё, что со мной происходит. Чего у тебя каждый раз реакция удивления?

— Тём, когда я нахожусь, как ты говоришь в "бутылке", я действительно вижу все, что с тобой происходит. Но воспринимаю всё происходящее вокруг, наверное, так как ты, когда читаешь мои сообщения. Я не участвую в этом. А живу я только когда нахожусь рядом с тобой.

— Фига себе. А чего ты раньше мне об этом не сказал, а только сейчас?

— А ты не спрашивал. А моя миссия помочь тебе соблюдать законы с наибольшей пользой и так выполнялась. Закон соблюден и польза несомненна.

— Жаль, что я раньше об этом не подумал. Сейчас могу сказать только одно — я не препятствую, даже не так, я хочу, чтоб ты был рядом со мной в любой момент, как только пожелаешь сам, не дожидаясь моего приглашения.

— Спасибо.

Энжи был действительно обрадован и уже намного веселее, хоть это и странно в отношении нематериальной субстанции звучит, заскользил по краю площадки, чтобы оценить их теперешнее положение.

— Да, осада основательная. Похоже, мы влипли здесь надолго.

— Ох, ты мой капитан. А что‑нибудь ещё можешь предсказать. Как проскользнуть в игольное ушко, например, или всё‑таки как договориться с этими дикарями. А то я начал подозревать, что они ещё и каннибалы. Чего иначе они с такой настойчивостью рвутся к моему телу?

— Надо ждать.

— Хороший совет. Вот только в данной ситуации я сдохну намного быстрее, чем осел или падишах. Ладно, не огорчайся, что не помог. Сам попробую. Я буду думать.

А думал Тём о том, что с огромной вероятностью создатель этого квеста, когда его прописывал, тоже вспоминал балладу Бернса. И неужто один любитель шотландской баллады не найдет логический ключ из мышеловки, спрятанный другим любителем этой баллады? Быть такого не может.

div align=justify>

Глава 7. Игра в четыре руки или мёд это очень странный предмет…

Отсчет минус 3 до прогнозной точки бифуркации.

Ещё минут через пятнадцать Тём грустно пробормотал: "Нет, не работает… Логика! логика! Нет тут никакой логики, одно сплошное попадалово!"

И всё ещё пребывая в грустных раздумьях, потихонечку начал отбивать ритм руками по щиту. Под ладонями был, конечно, не барабан, но звук к удивлению норда получался звучный и чистый. Особенности файролльской акустики? Мысль проскользнула где‑то очень далеко. Не до неё. Тём своим рукам уже во всё горло помогал голосом держать ритм, всё больше напрягая середину ладоней.

Песня на возрастающем ритме получалась радостная и торжественная. Тём начал испытывать внутренний подъем. Военный барабанщик я или где?

Как‑то незаметно шум внизу понемногу стих. А вместо него, неожиданно для Тёма, в ритм отчетливо вписался ещё один звук. Не прекращая солировать, Тём рискнул глянуть вниз.

Его преследователи чинно сидели на корточках вокруг Указующего Перста. Стоял только шаман, он и тряс двумя, намертво закрепленными на костяных ручках, птичьими черепами. Глазницы птиц были залиты чем‑то красноватым, наверное, какой то древесной смолой, а внутри черепушек в такт с барабанным боем, "шуршали" косточки, семена или галька. Ну не чего себе маракасы у дедушки!

Тём ускорил темп, полностью отдавшись ритму. Шаман не отставал. Его соплеменники, начали раскачиваться, постепенно впадая в транс.

Ещё один проход и… всё! Ладони горели. Всё таки сталь щита это не кожа, натянутая на барабан.

— Энжи, мне послышалось, или проскочило какое‑то очередное "дзинь"?

— Проскочило.

Вами получено достижение "Военный барабанщик 2"

Достижение добавляет 4 % боевого духа вашим соратникам в радиусе 50 метров.

Достижение добавляет 2 % уважения с шаманами Севера.

Если до этого оно составляло меньше 10 единиц, то вы так же получаете 10 единиц этой характеристики.

Сообщение понравилось. Сначала военные вожди, потом шаманы. Кто следующий — кенинг? А и не важно. И так…

— Хорошо!

Громко обо все прочитанном резюмировал Тём. И тут же к удивлению норда, от подножья столба отозвалось эхо:

— Хорошо то как!!

Тём свесил голову вниз и, встретившись глазами с поднявшим голову вверх шаманом, спросил у него:

— Так вы разговариваете по — нашему?

Говоря так, Тём имел ввиду обычный язык общения в Файролле. И уже сказав фразу, понял, что она прозвучала глуповато. Однако шаман его понял.

— И не только по вашему. Я и с духом твоим могу поговорить.

— А чего раньше молчали?

— А о чем с тобой говорить было?

Мда, логично. Тём в само иронии поднял уголок рта. Я бы, догоняя во дворе поросенка к Рождеству, тоже не стал сильно прислушиваться к его протестующему хрюканью. Сравнение, хоть и праздничное, Рождественское, но мрачное.

— Норд, тебя как зовут?

— Тём. А вас?

Старик ответил не сразу. Сначала он внимательно посмотрел в глаза Тёма. Потом перевел взгляд на хранителя, украткой выглядывающего из‑за спины норда. Тёму даже показалось, что сейчас шаман ему скажет: "А меня зовут Авас". Но не угадал.

— Зови меня, как зовешь в разговоре со своим духом. Стариком.

Тём покосился на Энжи и прошептал:

— Предатель!

— И ничего не предатель. Я с ним даже не разговаривал. Он сильнее меня, поэтому увидел то, что я ему не хотел говорить.

— Что скажешь Энжи по делам нашим? Раз ты уже курсе, что перестал быть видимым только для меня. Сначала принцесса, а теперь и этот мощный старик видят тебя насквозь.

— Да я знаю. Мне это не очень нравится, так как я уязвим, для тех кто меня видит.

И Мизуки и Старик могут нанести мне вред.

Хранитель инстинктивно перебрался поближе к центру площадки.

А и ладно. Старик, так Старик.

— Старик, а зачем вам было знать моё имя?

— Тём, слазь оттуда. Поговорим. Вместе ещё что‑нибудь в четыре руки сыграем.

— Пока для меня вода в котле будет нагреваться, а подручные за специями домой сгоняют?

— Нет, мы тебя в племя примем. Это я как последний шаман пифэри тебе обещаю. Я не вру. Шаману врать нельзя, шаману можно верить. Слазь, Тёмочка.

— Ага. Варить ты Тёмочку не будешь. Ты Тёмочку зубами загрызешь.

— Чего ж ты такой не доверчивый. Людям надо больше доверять.

— Так то людям. А вы, вроде, как и не совсем люди. Мне рассказывали, что в блуднях с вашими предками не потусторонние духи, а фейри были замечены. Да и как раз люди о вас не очень тепло отзывались.

Тём вспомнил первую реакцию Дэвида и Куно на его решение сходить в поселок к пифэри. А ещё норд отчетливо увидел, как шаман внизу скривился после его слов, как после кислицы.

— Плохие слова. Это тебе часом не тот охотник, который к нашему поселку тебя провожал, рассказывал? Очень похоже на то, что у него язык во рту уже не помещается. Нужно укоротить.

И как это понимать? Куно в сговоре с шаманом и поставляет тому свежее мясо? Да нет. Бред. Теория всемирного заговора. А вот то, что пифэри замечательные следопыты, даже на каменистой почве прочитали их с охотником следы, намного больше похоже на правду.

— А разве это тайна, известная только одному охотнику? Про вас и Морские короли много знают.

Тём решил не подставлять охотника и перевести с него стрелки на дальнее побережье.

— Может быть и так.

Старик не стал развивать дальше эту не очень приятную для него тему.

— Забыли. Тебя прощаю только потому, что ты ещё не наш соплеменник.

Из‑за спины норда подал голос хранитель, прошептав Тёму в ухо:

— Не поддавайся на уговоры и не спускайся вниз. Подожди, посиди, подумай. По ситуации я тебе скажу, что она очень не простая.

— А я тебе, друг мой Энжи, скажу намного больше. Это тот редкий случай, когда я с тобой абсолютно во всём согласен. Ситуация не просто не простая, она очень даже революционная. Низы не могут, а верхи не хотят. И что из этого получится пока трудно предвидеть. Хорошо, подождём.

Минут через пятнадцать Тём начал основательно подмерзать. Лето оно хоть и лето, но порывы ветра напомнили, что значит прилагаемое к нему слово "северное".

Пифэри всё так же безмятежно сидели на корточках под скалой. Тём уже начал колебаться, не плюнуть ли на все и не пойти ли на прорыв? Хотя желание спустится с каменного столба высотой 15 метров на глазах у двух десятков дикарей, каждый второй из которых имел на поясе пращу, было откровенно суицидальным.

Крик внизу развеял все сомнения норда. Со стороны противоположной входу в поселок быстрыми скачками приближались две огромных, страшных твари. Огромными они показались на первый взгляд, на фоне маленьких пифэри. А так твари были размером с не крупное пони и внешне напоминали догов. Всё их тело составляли кости скелета, без признаков плоти, выбеленные то ли ветром с дождем, то ли временем. Даже издалека выделялись две их приметные особенности — большие черные когти и горящие алым светом глаза. То, что к участникам "посиделок" в гости пожаловали костяные гончие, можно было определить безошибочно.

Пифэри действовали в этой ситуации на диво слаженно. Через мгновение под Указующим Перстом стоял плотный круг, ощетинившийся копьями наружу. В середине круга схоронились те, кто не имел копий. Старик стоял отдельно от своих соплеменников и в руках его опять были уже знакомые Тёму "маракасы", которыми он начал потихоньку постукивать об ладонь.

Гончие на подходе к скале разделились. Одна напрямую устремилась к кругу, а вторая по дуге стала заходить на шамана. И для каждой из них бой складывался по — разному.

Та, что шла по дуге все больше замедляла ход и метрах в двух от старика остановилась окончательно. Не замерла, остановилась, будто наткнувшись на стену. Шаман мягко переступал с ноги на ногу, продолжая постукивать птичьими черепами с косточками или камешками внутри по ладони, не сдвигаясь при этом со своего места. Гончая тоже переминалась, поднимая, в усилии сделать шаг вперед, ноги и оставаясь на условной черте, обозначенной шаманом.

Полюбовавшись минуту на шоу "укрощение нежити", Тём перевел взгляд на вторую схватку.

Круг уже не был похож на круг. Это был вытянутый и вдавленный с одной стороны бублик, всё так же щетинившийся копьями и краями отжимающий постоянно атакующего монстра к скале. Из‑за стены копий непрерывно шел обстрел костяной гончей выпущенными из пращей камнями. Но видимых повреждений это нежити не приносило. То ли атакующие её пращники были слабоваты, то ли монстр был воссоздан из очень крепких костей. А вот пифэри были сделаны из куда более нежного материала, и среди них уже имелось несколько бойцов с очень серьезными ранениями.

Самое время Тёму было подумать и решить, что делать дальше. С одной стороны костяные гончие по скалам лазить не умеют. Если они выйдут победителями в этой схватке, то, выждав пока победители уберутся восвояси, можно тоже возвращаться в трактир к Дэвиду.

Плюшек нет, квест провален, вариант отработан по принципу "не до жиру, быть бы живу". Зато реализовать его проще простого. Можно даже со скалы не спускаться, чтоб острием копья Старика сзади подбодрить. Достаточно приличным камнем в голову шаману запустить, отвлечь от удержания взглядом монстра и всё. В ближнем бою шаман гончей не противник. А затем две гончие в две пасти круг разорвут быстро.

Технически хороший вариант. И очень поганый по своей сути. Тём вернулся к рассмотрению варианта отсидеться на скале до завершения боя. Имелись очень, очень большие шансы выйти сухим из воды. Победителю, кто бы он ни был, точно будет не до торчащего на макушке скалы человека. Только всё это от лукавого. Тём точно знал, что не сможет предать минуту единства с шаманом, которую он ощутил, войдя чуть ранее в общий ритм со Стариком.

Что ж, прийдется стать Лобачевским и доказать древним арабским математикам, что враг моего врага не всегда мой друг, а минус на минус дает плюс и там, где его быть не может.

Вздохнув и закинув щит и глевию за спину, норд осторожно нащупал ногой первый уступ на пути вниз.

— Ты что, с ума сошел? Тебя же или убьют или съедят?

— Энжи, не зуди. Ты же знаешь, что присказка двум смертям не бывать, это не про меня. У меня их было уже даже не десять. Лучше просто повиси рядом, можешь ещё подсказать куда лучше ногу поставить.

— Тём, ты же знаешь, Правила запрещают…

— Хорошо, дальше не надо. Я помню. Тогда не отвлекай меня, я уже принял решение.

— Может ты и прав. До сего момента, многое из того, что ты делал неправильного приносило правильный результат.

Удобная полочка, на которой Тём разместился двумя ногами и мог, при необходимости, ещё и упереться плечом в скалу, отыскалась метрах в двух над сражающимися. Был соблазн сходу атаковать обездвиженную Стариком гончую. Но при этом риск вырвать её из‑под воздействия "маракасов" шамана был всё‑таки очень высок и мог привести прямым ходом к последствиям многих благих намерений.

К тому же, чтобы атаковать противника Старика, Тёму нужно было спрыгнуть на землю. Более безопасным был вариант атаковать вторую гончую. Своим копьем он мог достать её и с каменной полочки.

Вот только от удара копья в череп гончей результат был никакой. Череп оказался крепким и острие копья, соскользнув с кости, чуть не утянуло норда под ноги беснующейся твари. В следующее мгновение, возле пальцев ног едва удержавшего равновесие Тёма, щёлкнули белые клыки. Монстру не хватило самой малости, чтобы подпрыгнув вверх, дотянуться пастью до нового врага.

Прыжок стоил гончей дорого. Едва она неловко опустилась сразу на четыре кости, как несколько тяжелых копий пронзили её тело. Убить не убили, но пригвоздили нежить к земле так плотно, как юнаты пришпиливают иголками бабочку к картонке, собирая свой первый гербарий.

Тём спрыгнул за спиной у пытающейся вырваться из западни гончей и с силой обрушил удар "Змеи крови" на кость задней ноги. В этот раз это был не укол, а секущий удар, удачно пришедшийся в сочленение. Кость хрустнула, монстр жутко взвыл и рванулся, но поймал между ребер ещё четыре копья от пифэри. Повторный удар в то же место у норда вышел на заглядение, — точный и сильный. По внутренним ощущениям Тёма это был критический удар, и он решил перед выходом из игры подтвердить эти ощущение просмотром лога, а пока было не до этого. Надо было срочно добивать жутко воющую, и пытающуюся сорваться с "якоря" трехлапую нежить.

Ещё читая всякие фэнтезийные книги, Тём иронично думал где же находится командный центр у подобных тварей, если у них вместо мозгов сплошная кость.

Теперь, отрубив с надцатого удара голову твари, всё таки заметно слабевшей под градом камней и ударами копий от дикарей, Тём удостоверился что центр управления всё таки был у гончей в голове. Глаза твари погасли, хоть когти на не обрубленных передних лапах продолжали вспарывать землю, оставляя в ней глубокие борозды. Глядя на пустой костяной череп, Тём только руками развел: "Магия! Некро!".

Со второй гончей справились уже быстрее, дружно навалившись на пришпиленную к земле копьями и обездвиженную нежить.

Старик, избавленный от необходимости "бодаться" с гончей взглядами, усилил шуршащее звучание своего инструмента, после чего что‑то пропел и резко махнул двумя руками с зажатыми в них "маракасами" в сторону гончей. Тёму показалось, что темные брызги сорвались из глазниц птичьих черепов и черными точками впились в шейные позвонки монстра.

Не раздумывая, норд несколькими секущими ударами прошелся по шейным позвонкам. Кость от соприкосновения со сталью хрустела и рассыпалась. Тём даже забеспокоился как бы "порча" наведенная Стариком и сделавшая кость хрупкой не "прилипла" к лезвию "Змеи крови".

Но к его удовлетворению, лезвие глевии, отсекшее голову второй костяной гончей, оставалось таким же чистым и не запятнанным, как и до этого.

Старик смахнул со лба несколько крупных капель пота, видать и ему поединок с "собачками" дался тяжело, и сказал, глядя Тёму в глаза:

— Я приглашаю тебя стать на сегодня моим гостем. Тебе ничто не будет угрожать в моем поселении. Ты принимаешь мое приглашение, норд?

Тём не знал, подразумевает или нет его ответ какую то ритуальную фразу, типа местного "У вас продается славянский шкаф". Поэтому ответил без выкрутасов.

— Принимаю. С благодарностью к воинам, сражавшимся со мной плечом к плечу.

Старик усмехнулся, ничего не добавил к сказанному нордом и молча пошагал к поселку. Тём пробежался по убитым монстрам, подняв с них денежку и по два "клыка слепой ярости", решив после разобраться у алхимиков в их стоимости, после чего быстро догнал возглавляющего отряд Старика.

Так молча они и вошли в поселок — чуть впереди шаман и норд, а за ними остальные соплеменники Старика, тащившие на ношах, сооруженных из копий и меховых плащей, шестерых раненых в бою своих товарищей.

На улице перед домом шамана их уже ждали все остальные жители поселка. Шаман остановился и поднял вверх руку, просто привлекая всеобщее внимание, а отнюдь не призывая своих соплеменников к тишине. В поселке, в котором было много женщин и детей, а под ногами бродили куры, не замеченные Тёмом в первый приход в поселок, было и так неестественно тихо.

— Сегодня у нас хороший день. Хоть я ждал посланников мертвых завтра, а они пришли сегодня, мы не потеряли ни одного воина, женщину или ребенка. Есть время до следующего набега, чтобы не боятся выходить за наши стены.

Шаман сделал паузу и добавил, — Но не беспечными. А сегодня я объявляю праздник для всех.

Вот теперь поселок взорвался! Кричали и хлопали друг друга по спинам мужчины, особенно доставалось воинам, уходившим за ворота с шаманом. Громко переговаривались женщины, смеялись дети и кудахтали куры. Как будто, после слов Старика, кто‑то за его спиной опустил тумблер и включил звук.

Столы на всех сооружали прямо посреди улицы. Женщины принялись хлопотать с приготовлением праздничного ужина, мужчины помогали им ловить кур, толочь зерно и стругать коренья. Тём в это время походил по поселку, позаглядывал в дома — землянки, но быстро это дело оставил. Скучно. Землянки одинаковые во всем, как под копир. Его никто не трогал и ничему не препятствовал. Но и на вопросы никто не отвечал. Жали плечами и отворачивались. Похоже, понимать вопросы норда и отвечать на них мог только Старик.

На ужине их с шаманом места были рядом, во главе стола.

Тём едва дождался, пока принесут и начнут разливать из высоких кувшинов тот самый вересковый мед.

Очень боялся разочароваться. Но напиток был хорош. Правда, хорош! Сладок, терпок и крепок одновременно. А ещё после каждого глотка, в остающемся надолго послевкусие, сохранялось мягкость северного солнца, запах цветущих трав, принесенных ветром и резковатая горчинка моря.

Выпив вторую кружку мёда, Тём решил, что уже можно задать давно мучающий вопрос.

— Старик, а если бы я спустился со столба до прихода гончих, что вы со мной сделали бы? Бритвой по горлу и в колодец?

Шаман покачал головой.

— Нет Не было бы ни бритвы, ни колодца. Обряд бы провели. В племя приняли. Всё чин по чину. Стал бы для всех нас роднее всех родных.

— Иди ты. Так ты не врал, когда обещал это стоя под Перстом? — Тём аж поперхнулся мёдом от неожиданности.

— Или ты всё‑таки сейчас вот так вот надо мной прикалываешься, в смысле веселишься?

— Нет. Мы такой обряд проводим со всеми чужаками, которые перед рейдом мертвых к нам наведываются. В остальное время просто не пускаем их в поселок.

— Поясни!

— Когда приходят посланники мертвого мира, а они приходят последний год не реже чем раз в месяц, им нужен любой из моих соплеменников. Цель их пославшего, получить живую жертву на тёмный алтарь, и им всё равно кого брать для жертвоприношений, если жертва из моего народа.

А нам не всё равно кого отдавать мертвым. Просто чужака они не возьмут, но чужак ставший по обряду нашим соплеменником у них сомнений и подозрений не вызывает. И мы рады отдать в жертву чужака вместо соплеменника. Только так редко бывает. Мы за чужаками в рейды не ходим. Духи предков это запрещают. Но если чужаки сами к нам приходят, то никакого запрета чтобы скормить их мертвякам для нас нет.

А то, что жертвоприношение не дает в этом случае ожидаемого результата, так это бывает. Что поделать, если у жертвы кровь порченная, — шаман рассыпался мелким ехидным смешком, довольно потирая руки. Можно было не сомневаться, что авторство комбинации по замене жертвы принадлежало именно ему, и Старик этим очень тешился.

Мда. Удачно избежал возложения на алтарь. Тём инстинктивно помассировал шею. Если сейчас шаман предложит вступить в племя, надо как‑то вежливо соскочить с темы. Нет уж, нет уж. Дружба дружбой, а бережёного Бог бережет. А насильничать с обрядом пифэри не будут. Слово Старика — скрижаль.

Мысль о принятии Тёма в племя, к облегчению норда, больше за столом не всплывала, а разговор сам собой повернулся в нужную ему сторону.

— Тём, а ты зачем к нам вообще приходил?

— Я то? Да вот, за медом и приходил.

Тём поднял кружку и непритворно прищурил глаза в блаженстве.

— И рецепт ещё хотел попросить приготовления этого напитка богов.

— Было такое, было. — Старик поддакнул, но Тём видел, что шаман унесся мыслями куда‑то в другое место и в другое время.

— Бывало и Боги нашим мёдом не брезговали. И с собой брали. И не в глиняных кувшинах хранили, а в золотых чашах.

— А вот! — Тем решительно достал из рюкзака добытую в забытом Храме Чашу.

— Нас золотыми чашами не удивить. Свою имею! Сюда можно налить мёд. Не выльется. Она невылевайка.

Но шаман внезапно стал необычайно серьезен. Он попросил разрешение у Тема рассмотреть поближе Чашу. Получив на это "добро" и в ответ, обозначив поклон, поднялся из‑за стола и понес Чашу в дом. Тёму было любопытно, зачем Старик её унес, но при этом за свою собственность норд совсем не переживал. Не сворует же у него высокоуровневый абориген Файролла Чашу, пусть и неизвестной ценности, но имеющей примечание "Потерять, продать, подарить невозможно"?

Старика не было долго. За это время веселье дошло то точки: пифэри опустошив стоящие на столах кувшины, начали парами выползать из‑за стола. При этом Тём заметил что никто к большому, раскрашенному красной охрой, кувшину из которого шаман наливал только себе, норду и ещё одному, почтенного возраста пифэри, не подходил. Хоть то один, то другой дикарь время от времени бросал на норда завистливые взгляды.

То ли видели себя вместо чужака рядом с шаманом, то ли, как заподозрил Тём, в остальных кувшинах вместо мёда была налита бражка.

Дожевав запеченное мясо и скормив крошки от хлебной лепешки более счастливым товаркам только что съеденной курицы, из‑за стола выбрался сосед Тёма, здоровенный пифэри, достающий норду почти до плеча. Он выдернул вслед за собой совсем маленькую женщину и они присоединились к уже стоящим на ногах соплеменникам. Те кто оставался за столом, начали ритмично хлопать в ладоши, подбадривая стоящих в кругу. Кругов было два: мужской и женский. И танец они начали движением в разных направлениях.

Переплетенные на соседских плечах руки, быстрый перебор ногами. И это Север? Нет, тут определенно побывали миссионеры южан. И Тём был уверен что не ошибется, назвав имя одного из них.

Быстро поймав ритм, Тём начал отстукивать его серединой ладони по пустому кувшину, постепенно всё сильнее и сильнее увлекая танцующих на знакомую ему мелодию.

Но полностью отдаться нахлынувшему искрометному настроению Тёму не удалось. Вернулся очень серьезный и очень трезвый шаман. Наверное, успел провести над Чашей какой то обряд. А когда он молча передавал Чашу Тёму из рук в руки, поклон был ниже, чем когда принимал. Или показалось?

— Зачем тебе рецепт?

То, что Старик сам вернулся к нужной теме, было хорошо. Наверное, хорошо.

— Надо помочь одному доброму человеку. С ним приключилось огромное несчастье. Он всю жизнь потратил чтобы угощать своего короля самыми вкусными винами и напитками…Многие из них он готовил сам. Однако, несомненной жемчужиной его умений в приготовлении напитков был вересковый мёд. И был он уважаемым всеми человеком, пока однажды не забыл рецепт приготовления мёда. И жизнь уважаемого человека кончилась. Теперь добрый человек живет только надеждой вспомнить или заново выучить рецепт приготовления этого божественного напитка.

— Хорошо, если то, что ты рассказал, правда, я помогу тебе и ему. Тебе сдержать обещание, а ему вспомнить рецепт. И не обижайся на мои слова. Тебе я верю, а его не знаю. Есть у меня одно средство для освежения памяти.

Старик покопался в висящем у него на поясе мешочке, очень похожем на кисет, и достал пурпуровый, сладко пахнущий шарик. Вот, пусть разведет в отваре из цветов вереска и выпьет всю кружку за один глоток.

Это зелье сработает, если он действительно знал настоящий рецепт приготовления верескового мёда.

Тём принял из рук Старика пурпуровый реминдер. Интересно, если он принесет не рецепт, а какой то непонятный шарик, защитают ему выполнение задания или нет? Должны, в квесте кажется было "помочь вернуть знание", а не "добыть рецепт". Посмотреть в логе, что ли. И что поменяется? Ладно, — Тём махнул рукой, — по ходу дела разберемся.

Шаман в это время взял в руки лежащую рядом с Тёмом Змею крови и внимательно рассмотрел её.

— Откуда у тебя это оружие?

— Эта глевия досталась мне в наследство от Морского короля Беды.

— Да, верно. Я его хорошо помню. И оружие его тоже помню. Мы сначала его не очень ласково приняли. Но да ты уже знаешь, мы всех чужаков не ласково принимаем.

Обошлись малой кровью.

Он меня всё про Чашу расспрашивал. Наши прародители поклонялись той, чье имя он называл. Но больше ничего сказать я ему не смог. Разве что вспомнил легенду о забытом в подземелье Храме. Как он умер?

— Улыбаясь и держа в руках свою мечту.

— Достойная смерть!

Шаман разлил по их кружкам очередной глоток верескового мёда.

— Старик, а ты можешь посмотреть один камень, который мне по случаю достался?

— Ещё чем‑то хочешь удивить старика?

Когда шаман называл себя стариком, это звучало как ирония и само насмешка, несмотря на седые косички волос и высушенное временем лицо. Что бы это почувствовать, достаточно было просто взглянуть в пронзительной синевы глаза старого пифэри, обрамленные сеточкой "лукавых" морщин.

— Не то, что бы удивить. Мне этот камень достался в том же месте, что и Чаша. Вот. Тём достал из рюкзачка Могуч — камень.

— Амфэтер! Таки удивил. Я бы с удовольствием его у тебя выменял, но ты ведь не для этого его достал? Иначе ты бы его уже давно предложил мне, торгуя нужный тебе рецепт.

Всё было не совсем так, как сказал шаман. Но не говорить же Старику, что Тём пока не чувствовал настоящей ценности камня и поэтому просто не подумал, что его можно использовать в торге. Но…пусть будет версия Старика. Она красивее.

— Да. Я хотел узнать, как мне его использовать для усиления "Змеи крови"?

— Бывшее оружие Беды хочешь сильнее сделать? То доброе дело.

Старик посидел, подумал о чем‑то. Потом молча протянул к Тёму раскрытую ладонь.

Норд вложил в неё свой камень.

Старик сжал ладонь с камнем, закрыл глаза и не открывал их несколько минут.

А когда открыл, то ещё мгновение рассматривал камень, будто любуясь им.

— Повезло тебе. Сильный камень. Я могу научить камень и тебя быть яростными.

Твое оружие будет становится сильнее вместе с тобой, с ростом твоей внутренней силы и твоей ярости.

Опа, а Старик ещё и крутой артефактор. Просто замечательно!

— Я согласен!

Шаман усмехнулся и довольно потер сухие ладони.

— Я не сомневался в тебе. Я помогу тебе, а ты поможешь мне.

Дзынь! Нет, кота в мешке мы больше не покупаем. Энжи, хватит по темным углам жаться, принимайся за работу.

Энжи промолчал, но услышал.

Вам предложено принять задание ' Предание былинных времен'

Данное задание является стартовым в цепочке квестов "Все под одну гребенку '

Условие — выслушать рассказ последнего шамана пифэри о давних временах величия его племени.

Награды:

300 опыта;

Получение следующего квеста в цепочке.

При выполнении этого условия, возможность получить один раз помощь или совет шамана перед выполнением следующего квеста цепочки.

Награды за прохождение всей цепочки заданий:

2500 опыта;

2300 золотых;

Легендарный предмет или эпический предмет из сокровищницы племени пифэри, соотвествующий классу игрока (рандомно);

Титул 'Вернувший легенду';

Открытие деяния ' Хранитель традиций малых народов Севера 1' (если данное деяние не было получено ранее или же получение деяния ' Хранитель традиций Севера 2',если вы уже имеете данное деяние первого ранга);

Дополнительные преференции для вашего клана у последнего шамана пифэри.

Внимание!

Данная цепочка заданий является репутационной, то есть получена вами в связи с тем, что НПС — квестодатель выделяет вас из массы других игроков. Выполнив ее, вы можете как улучшить отношение НПС — квестодателя к себе, так и ухудшить его.

Примечание.

Вы не вправе отказаться от выполнения данного задания без применения к вам штрафных санкций.

Принять?'

Конечно, принять! Ужо мы воспользуемся один раз помощью Старика. Хватит "Змее крови" быть с пустыми глазницами слотов. Жмём, киваем, говорим, соглашаемся…

А потом до Тёма дошло. Нет, то что ему опять достался "жирный" квест, как раз прошло на "ура" и без вопросов. Будь у него геймерский опыт, Тём уже бы задумался, а не частит ли удача, раздавая по две легендарки в одни руки. Но геймерского опыта, чтобы оценить цену предложенного сыра, у него не было. А опыт реала был ему не помощник. Там всё, как раз, было как само собой разумеется. Даже когда по девченкам ещё не наевшись, бегал, то всё доставалось легко и красиво. Сросталось даже с теми девченками, которые и намного более накачанных и упакованных мальчиков сносили с тротуара одним движением брови.

Только вот второе предупреждение администрации? Оно просто озадачило. Артём понимал, что в любой момент может просто не входить в игру. И пошли вы со своими требованиями чего- нибудь требовать куда подальше. Но…деньги за акаунт внесены на год вперед, и пункт об их возврате в каком‑либо отличном от форс — мажора случае, отсутствовал. Да и деньги в этом вопросе были так, всего лишь привычной зацепкой. Ситуация была не понятной в этом конкретном задании и не приятной в целом. При том, что давила на Артёма не так, чтоб уж очень сильно. Раз он согласился принять квест к исполнению, значит будем исполнять.

Не смотря на ощутимый дискомфорт внутри. По срокам вроде и квест с принцессой ещё не гнал и на поиск некроманта время не озвучено. А как бать, если возникнет временной кофликт интересов и он просто не успеет отработать одно из нзаданий, администрация учтет рвение и старание или тупо накажет? Вообщем, вопрос завис. А такие вопросы, они как малюсенький камешек в ботинке. Даже если и мулит совсем чуть — чуть, всё равно забыть о себе не дает.

Старик тем временем налил тягучий напиток в обе кружки и дождавшись когда Тём сделает очередной глоток, начал свой рассказ.

Когда то давно, во времена когда Боги приходили к нам чтобы выпить глоток нашего мёда, один из них, желая облагодетельствовать народ медоваров, подарил Верховному шаману свой атрибут. Это был посох Равновесия. И пока владел им Верховный шаман пифэри, то какой бы страшный враг не приходил на наши земли, сила его иссякала от посоха в руках шамана и становилась не больше силы наших воинов. Нас было много, и никто не мог покорить нас.

Когда последний Черный Властелин прошел победным маршем почти весь Раттемарк, то увяз в боях здесь, на Севере. Наш народ был одной из тех сил, что остановили его.

Никто не знает, как это случилось, но однажды утром пришедшие к шаману люди нашли его мертвым, с посохом в груди. А над ним, в окружении скелетов и костяных гончих стоял мерзкий некромант и улыбался.

Много славных воинов полегло в тот день, пытаясь вернуть нам посох. Вся пришедшая с некромантом нежить была развеяна в прах, но подлому некроманту удалось бежать от погони.

Напоив посох кровью верховного шамана, он заставил служить его Черному Властелину. И чтобы посох служил Злу всё время, его всё больше и больше требовалось поить кровью тех, чьим защитником он был долгое время.

Следующее огромное войско, ведомое Черным всадником, мы остановить не смогли и тысячи из нас окропили своей кровью острие Посоха Равновесия.

А потом в какой то из предгорных долин в далеких Ринейских горах произошла Великая битва между войском Черного Властелина и объединенным Новыми Богами войском семи королевств.

Битва была долгая и кровавая. Каждый, из сражающихся в ней, знал: для побежденного смерть будет самой большой милостью от победителя.

Ещё несколько дней спустя после битвы, земля, усыпанная телами, была черной от тысяч ворон. Пережравшиеся птицы не могли летать и просто лениво ходили по земле, переваливаясь с боку на бок на своих коротких лапах. И долго — долго ещё ветер, как перекати — поле, гонял пустые черепа по всей долине.

Из объединенной армии королевств домой вернулись едва ли каждый десятый ушедший на войну. Но Черный властелин был повержен. И вместе с ним свою гибель нашли два служивших ему Лорда Смерти, а ещё двое сгинули в неизвестных далях.

Набеги мертвых тварей прекратились, и остатки моего народа смогли, наконец, вздохнуть спокойно. И забыть ежедневный ужас ожидания смерти на алтаре.

Первая тварь после долгого перерыва появилась год назад. Её никто не ждал и она, схватив на глазах у половины племени одну из женщин, собиравших ягоды, унесла её неизвестно куда.

Я провел обряд и узнал, что древнее зло снова проснулось. Кто‑то снова хочет надеть на себя корону Черного Властелина.

Следующую тварь мы уже ждали, но это не спасло одного из наших воинов. За год мы потеряли семерых соплеменников, два раза откупились жизнями чужаков и два раза сумели убить мертвых тварей.

Посох пока спит, но, чтобы его разбудить, уже пролита первая кровь. И времени у нас остается всё меньше и меньше.

Я прошу тебя найти кто и где замышляет Зло, посылая к нам гончих смерти, а я научу ярости тебя и твоё оружие. Тебя, когда вернешься с добрыми вестями, а "Змею крови" сейчас. Но для этого мне понадобится твой камень.

Дзынь!

Вами выполнено задание "Предание былинных времен"

Награды:

300 опыта

Полученное сообщение уменьшило осадочек от нехорошего ощущения игры "под колпаком".

Вам предложено принять задание ' По следу некроманта'

Данное задание является вторым в цепочке квестов ' Все под одну гребенку'

Условие — узнать, ктои откуда насылает нежить на поселок пифэри и рассказать об этом последнему Великому шаману.

Награды:

500 опыта;

Обучение навыку 'Ярость';

Получение следующего квеста в цепочке.

Офигеть! С навыком берсерк, который после 45–го уровня можно будет получить, выполнив квест от Фроки Молота, это мультиплекс! Какой, на хрен, танк?!? Демагер чистой воды рисовался. Боец одного удара!

Тёму не понравилось. Стремно как‑то. Сам бы он с радостью вбросил все очки в ловкость. Уклонение прокачал. Хорошо бы с умением "стремительная атака", совсем хорошо с атакой из‑под невидимости. Недаром он с карандашиком над листочком бумаги несколько вечерочков просидел, выписывая в рядочек разные мнения с форума и рисуя — просчитывая идеальный билд своего перса. И так прикидывал и этак. Выходило, что нужно быть танком, чтобы, не боясь атаки встречных агров, находящихся в любом обличии, спокойно пасти себе овечек среди горных лугов и эдельвайсов! А рога с уклонениями и аурами вполне себе танк! Вот только всё равно все эти прикидки были из серии "эх, кабы раньше то знать!". Гарантии, что автоматическое распределение очков пойдет по нужному пути прокачки, равнялись нолю целых с длинным в периоде. То есть более вероятен был вариант со сплошным "недо": или недодемагер, или недотанк. Увы, опять всё как в армии: нас не спрашивают, нам командуют построение.

Шаман в это время начертил на земле какой то знак и, положив в его центр полученный от норда камень, достал свои неизменные "маракасы" и начал что то тихо напевать. Тём с интересом смотрящий за действиями Старика, увидел, как камень стал светлеть и светиться изнутри.

— Капни на него каплю своей крови.

Норд достал кинжал принцессы и собрался уколоть себе палец. Старик рассмотрев, что Тём держит в руках только хмыкнул и отрицательно покачал головой.

— Не надо. И вообще будь с ним очень осторожен. Воспользуйся лучше глевией, — он кивнул на торчащий у основания лезвия шип.

Капнувшая на камень кровь мгновенно впиталась внутрь, придав свечению внутри камня красноватый оттенок. И застыла внутри каплей расплавленного металла, похожим уже не на кровь, а на маленькое солнце. Камень, подхваченный с земли двумя пальцами, отложившего в сторону свои рабочие "инстументы" Старика, был ловко вставлен в верхний слот и идеально занял свое новое место.

Шаман провел руками по древку, что то ещё раз прошептал на неизвестном норду языке и, хлопнув напоследок в ладоши, протянул "Змею крови" владельцу.

— Всё. Владей и приумножай её славу. Теперь глевия привязана к тебе намного прочнее.

Тём не удержался и тут же попросил Энжи показать, что изменилось после священнодействия Старика.

В характеристики добавилось всего две строчки. Но как они радовали глаз!

Урон копья увеличивается пропорционально росту уровня владельца.

Необходимое условие выполнения — количество побед, добытых владельцем этого оружия больше, чем количество поражений.

Прочность 600 из 600.

Возрастает пропорционально росту уровня владельца

Необходимое условие выполнения — количество побед, добытых владельцем этого оружия больше, чем количество поражений.

Старик разлил ещё по одной кружке мёда. На этот раз напиток достался только самому шаману и норду. Их третий сотрапезник уже тихо клевал носом, сидя за столом. Тём даже внутрь кувшина заглянул, заподозрив, что тот волшебный. И внутри необычным способом спрятана если не бочка, то уж точно бочонок мёда. Но, увы, кувшин оказался обычным, и в нём уже виднелось дно.

Знакомого по реалу состояния опьянения Тём не чувствовал. Была какая‑то легкая эйфория и, пожалуй, ещё приподнятость и бодрость во всем теле.

— Если бы у тебя был ещё хоть маленький амфэтер, который ты мог подарить мне, я бы восстанавливал и улучшал "Змею крови" для тебя, не требуя за это плату. Шаман подумал и добавил:

— А твоим друзьям мог бы сделать хорошую скидку при улучшении их оружия.

Тём молча достал последний камень и протянул Старику, равнодушно отметив, как блеснули торжеством и радостью у того глаза.

Возможно, завтра Тёма будет давить жаба и он пожалеет об отданном камне. Но сегодня отказать себе в чем‑то, что касалось улучшения глевии, Тём просто был не в силах. В конце концов, у Змеи ещё было три пустых слота, которые он обязательно заполнит. А то, что друзей у него пока нет, за исключением Игора, то это пока. Они же обязательно появятся!

Утром, зайдя в игру, и перечитывая в дневнике странствий награды и деяния, полученные от посещения поселка пифэри, Тём вспомнил, что ещё хотел узнать у Энжи, получив награду от Старика.

И тут же у него зачесался глаз:

— Дух, ты там чем занят, чего не сразу откликаешься?

— Мучаюсь похмельем. Надышали вы с шаманом на меня вчера.

Офигеть. Энжи становился Тёму всё ближе и симпатичнее. Как и создатели этой игры. Вот как так одной фразой заставить усомниться в том, что ты разговариваешь с цифрой, а не с другим игроком, отыгрывающим свою роль? Но умеют же!

— Ты мне ещё скажи "Как отвратительно в Ратмаркке по утрам!", и я вообще тебя и на ночь от себя отпускать не буду. Вдруг мне и среди ночи посмеяться захочется?

— Я не буду так говорить.

— Ну и не говори.

— А куда мы дальше пойдем?

— На юг. Юг есть Юг, а Север есть Север и вместе им…Короче, на Юг, но через Запад. Принимается?

— Всё равно. Мне с тобой везде ходить интересно. А что ты хотел спросить?

- +3 к уважению народов Севера это много или мало?

— Не мало.

— Угу. Значит много. Иначе бы ты, морда бестелесная, по другому мне это пропел.

Глава 8. Файролльская новелла эпохи возрождения. А ля Франсе

Отсчет минус 2 до прогнозной точки бифуркации.

— Тоже к монаху прёшься?

Вышедший из дверей гостиницы игрок приятной эльфийской наружности был на два десятка уровней "старше" Тёма и имел весьма злобное выражение лица.

— Нет, просто хотел номер в гостинице снять.

— У — у. С этим тут все нормально. Номера вполне себе, и не дорогие. А вот я три часа времени в никуда угробил. Какая то сука на форуме написала, что монах берет себе ученика, если сумеешь получить и выполнить его задание. И всё. Какое, что надо сделать — молчёк. Только, если выполнишь стандартное задание, то обучит уникальному воинскому навыку да ещё и с вероятностью получить +10 к одной из базовых характеристик.

— И ключ? — Тём попытался, чтоб его голос прозвучал как можно серьезнее.

— Какой ключ? — обиженный эльф с непониманием уставился на норда.

— От фазенды. Дальше продолжать? Вон в вольных ротах надо год, ау, на минутку, — год! отпахать, чтобы тебе дали уникальное классовое умение. Да не просто отпахать, а по кабальному договору.

— А, ты об этом. Да знаю я про вольные роты. Ну, их к лешему, с такими договорами.

Злой до нельзя голос эльфа, теперь ещё и поскучнел.

— Прочитав про такую возможность получить навык, я тоже сначала подумал что это фейк, но ведь всё же сросталось! Совсем так, как об этом писали на форуме. Я даже задания от него получил. Два. Отнести письмо в какой то дом в центре города и передать его лично в руки адресата и купить бутылку вина в трактире. Странно, что система не отреагировала на эти поручения, как на выданное задание. Думал, по совокупности выполнения выдадут сообщение. А этот гад сказал, что более ему ничего не надо и учеников он не берет. Так бы и вмазал в морду, если бы не непись, да ещё 99–го уровня.

Эльф явно ещё не отошел от беседы со странным монахом и поэтому был готов лить свою обиду в ближайшие свободные уши. При этом ему было по фигу какого они размера.

— Если б у бабушки были усы…, — Тём не стал продолжать.

— А что хоть за монах, — не то что Тёму это было интересно, но вдруг в разговоре проскочит что то любопытное и полезное, тогда можно будет эльфа и в друзья пригласить.

— Так я ж и говорю, что на форуме нашел. Бродячий, то ли инквизитор, то ли не поймешь кто. Над ним нет инквизиторской метки, но разработчики абы кого в сутану коллегии не оденут. Да и поисковиком он легко находится, как "квест с бродячим монахом".

— А навык к какой воинской специализации даёт?

— В том то и дело, — по сообщению получалось, что к любой. Типа, универсальный боец.

— И почему я кроме тебя здесь длинную очередь из желающих попасть к нему на прием не наблюдаю? С такими то плюшками.

— Так на форуме было много откликов, что это всё фигня. Монах есть, но никаких заданий он не дает. Так что я в этом городе не специально ради этого мутного квеста.

Но, увидев на лице Тёма скептическую усмешку, эльф стал доказывать ещё горячее, что он в гостинице случайно.

— Мне тут, в Троттире задание надо было купцу сдать, заодно про этого монаха вспомнил. Вот случайно наткнулся на него возле гостиницы и вспомнил. А когда первое задание от него получил, решил что всё у меня получится.

— Задание за вином сгонять, что ли?

Видимо эльф почувствовал какую‑то скрытую издевку в вопросе, потому как ответил слегка помявшись.

— Ну да. Поручение, как поручение. Не хуже, чем письмо доставить или хлебушка старушке принести.

— Да я не возражаю, — Тём пытался удержать серьезное лицо, но было трудно. Эльф, который пытался выглядеть героем, был явно сильно расстроен тем, что его "кинул" какой то бродячий монах. Ситуация действительно выглядела призабавно, если не комично. Непись просто использовал игрока, хотя по всем игровым законам должно было быть совсем наоборот.

Мимо разговаривающих норда и эльфа, обдав их нежным запахом жасмина, прошла стройная дама, чье лицо скрывала густая вуаль.

Эльф аж подпрыгнул на месте, глядя ей в след.

— Это она. Это точно она.

— Кто она?

— Женщина под вуалью, которая только что прошла. Это ей я письмо относил. А сюда она наверняка пришла, получив это письмо. Получается, что я задание выполнил. Надо письмо админу написать. Это точно глюк какой то, раз мне задание не засчитали.

— Угу, обязательно напиши.

Знакомится дальше, чтобы внести эльфа в список друзей, у Тёма пропало всякое желание.

— Спасибо тебе, друг, за рассказ. Желаю добиться справедливости.

В обеденном зале гостиницы стоял густой запах пережаренного лука и кислой капусты. О плане пройти по запаху жасмина до дверей, в которых скрылась незнакомка, пришлось сразу забыть. Зачем, собственно, ему нужна незнакомка, Тём ещё не решил. В халявные умения от инквизитора, он, как взрослый мальчик, уже давно не верил. Но интуиция, та самая, которая росла с каждым уровнем, настойчиво шептала: "Найди монаха, найди монаха". Хоть в морду потом плюнуть монаху не советовала, — и то хлеб!

Да и предстояло ведь ещё искать костяных гончих, некроманта и прочую нежить. А тут есть шанс, пусть и чисто гипотетический, быть принятым в ученики к инквизитору. А что может быть лучше против нежити, чем холодная сталь? Только холодная сталь, подкрепленная святым словом. И чего тогда ждем?

Уверенный в том, что жирная наглая рожа, вопрошающе выглядывающая из дверей кухни, нужный ему персонаж, Тём полувопросительным, полуутвердительным окриком привлек к себе внимание.

— Хозяин!?

— Что славному норду надо?

"Гм. А хорошо то как звучит: славный норд. Приятно, что не только Энжи так к нордам обращается.", — Тём улыбнулся подумав про своего хранителя.

Путь от поселка пифэри до Нейложских копий Западной Марки занял две недели. По дороге Тём ещё успел заглянуть на полдня в столичный град Севера.

В Хольмстаге норд совершенно неожиданно для себя получил полуторный подъем к стартовой цене аукциона за кольцо и свиток для мага земли.

И там же подобрал себе новый обвес по уровню, пусть и без уников, но очень добротный, к тому же съевший только половину от вырученных денег.

На вторую половину накупил свитков портала и всяких нужных зелий.

Энжи посоветовал всё‑таки найти мага, который мог бы обучить норда. А то неожиданно полученный воином подарок в виде мана — мешка так и оставался пока, что не востребован. Тём тут же загорелся идеей выучиться чему‑нибудь жутко — полезно — магическому. Конечно, не из арсенала АОЕ, бьющего смертью по площадям, а чему‑нибудь направленному исключительно на себя. Хорошо бы, что‑нибудь из имеющегося у хиллера. Малое исцеление там, или бодрость духа. Но с радостью выучил бы и просто бафы, улучшающие характеристики перса.

Увы, единственный маг на весь Хольмстаг, который мог бы обучить Тёма желаемым заклинаниям, был где‑то в отъезде. А гонятся за Айдусом по всему Северу Тём не собирался.

Двигаясь на юго — запад, проходя через деревеньки, поселки и городки, Тём получал удовольствие от общения с местными жителями. В большие и средние города не заходил, просчитав, что нежить вряд ли включала их в свой маршрут. И хотя никто из встречных своими ответами не навел норда на след костяных гончих, но зато легко получалось выслушать очень много разных других историй. Очень часто такие разговоры оканчивались предложением Тёму выполнить то или иное задание. Но Тём, который уже добрался в своем развитии до 33–го уровня от таких предложений, при молчаливом одобрении Энжи, постоянно отказывался. Впрочем, не забывая помечать как‑то заинтересовавшие его сведения и истории, мысленной галочкой. Хоть дорог в Файролле и много, но наличие свитка порталов в рюкзачке делали вполне реальной возможность вернуться за приглянувшимся заданием позже.

Большинство предложенных ему квестов было класса подай — принеси. Хотя встречались и защити — раздобудь. Но даже на эти задания сейчас тратить свое время Тёму не хотелось. В приоритете были квесты, полученные от Мизуки и Старика. А ещё был Энжи и Домоклов меч граничного для него уровня. За время, прошедшее от первых совместных шагов на пути в Ольхар, Тём научился ценить возможность говорить с хранителем в любой момент их странствия по Раттермарку. Тем более, что из занудных речей Энжи исчез, так раздражавший Тёма, менторский тон.

Девочка лет девяти, сидела прямо в дорожной пыли и размазывала своими кулачками слезы, оставляя на своих щеках грязные разводы.

Увидев идущего по дороге норда, она испуганно всхлипнула и замолчала, при этом поток слез только усилился.

— Малышка, и чего мы плачем?

— Братик пропал. Мы с ним вместе в лес за ягодой ходили. А потом из кустов выскочил кто‑то громадный, страшный, глаза горят, из пасти воняет. Сам весь волосатый как дядя Лари, а мордой, как его Рекс и утащил братика с собой. А я прибежала назад в Малые Клюквы. И боюсь идти домой без братика, что я скажу маме? — девочка тяжело и протяжно всхлипнула.

Очень интересно. Волосатый дяденька уж не оборотень ли часом?

— А Рекс это кто?

— Рекс это собака дядьки Лари, старосты Малых Клюкв.

Точно оборотень. Сталкиваться в Файролле с ними Тёму ещё не приходилось. Уже очень интересно. Хоть ещё рановато любопытствовать, потому как этих зверюг ниже шестидесятого уровня не бывает.

— Дяденька воин, вы же найдете и спасете Масимку?

Тём машинально кивнул.

— Найду.

Дзынь! Есть.

— Энжи, что там? Хоть, впрочем, и без тебя уже всё понятно.

Хранитель молча вывел сообщение:

Вам предложено принять задание 'Оборотень похититель детей' первая часть.

Условие — Отвести девочку Риту к старосте Малых Клюкв и узнать всё о пропаже детей в этой деревне.

Награды:

200 опыта;

Принять?

— Энжи, что скажешь?

— Тём, ты же не оставишь маленькую девочку без помощи?

— Я то? Не оставлю. Ну что ж, сходим и посмотрим, что там за оборотень.

Принять!

У дома старосты толкались два бородатых, плечистых гнома, на вскидку, один уровня за пятьдесят, а второй как бы даже не за семьдесят.

Первый из них при виде Тёма ведущего за собой за руку девочку Риту, ткнул своего напарника в бок.

— Вахмурка, я ж говорил, что надо подождать и группа сама найдет нас.

— Сербок, нам просто повезло. Чистая игра случая.

— Может и игра случая, — не стал спорить Сербок. — Но случай, как известно, это проявление необходимости.

Согласился с товарищем или нет более раскаченный гном, выяснить Тёму не судилось. Спорить дальше тот не стал, а радостно мургыкнул и протянул свою лапищу норду.

— Вахмурка. Гном.

И продолжил, не требуя от норда какой‑либо иной реакции, кроме пожатия своей руки.

— Если я правильно прочитал ситуацию, ты собрался оборотня валить. Сообщаю, что по заданию там надо с собой иметь не меньше 2–х друзей. Имей в виду, что это мы и есть. Мы уже пробовали этот квест на зуб. Но сейчас нас осталось только двое, Грин свалил на работу и оставил нас без хилера. А у нас вот с Сербоком к зверьку должок имеется. Только нам третьего не хватало, да и повторно староста это задание уже один раз бравшему его игроку не дает. Полная ерунда.

Так что ты иди к старосте, родной. Мы тебя здесь подождем.

Прежде, чем зайти к старосте, Тём все же поинтересовался мнением хранителя.

— Энжи, что скажешь? По мне так стрёмные какие‑то гномы. Со стороны это их "будешь третьим?" очень мне развод лоха напоминает.

Тём уже привык разговаривать с Энжи, не особо подбирая слова, и, что удивительно, но Энжи его вполне понимал без уточнений.

— Нет. Всё нормально. Не сомневайся. Что я гномов не знаю, что ли? Они может и вспыльчивые, но прямодушные и без лукавства.

Тём принял решение, хотя и подумал, что далеко не все гномы, рожденные в круге, отвечают характеристике, данной его хранителем. Но надо верить в лучшее.

Невысокий, абсолютно неказистый человечек с бегающими глазками и заросшим волосами лицом не понравился Тёму с первого взгляда. У него была не шкиперская аккуратная бородка и не окладистая борода старовера, а именно плотно растущие по всему лицу пучки волос, к тому же торчащие в разные стороны. Пару таких пучков расположились даже на ушах. И вот как к такому обращаться за заданием, если сразу понимаешь, что это не "наш" человек. Из‑за спины Тёма выглянула Рита, и тихонько всхлипывая, всё расставила по своим местам.

— Дядя Лари, а чудовище Масимку утащило.

Тём подсознательно настроившийся на беспомощное всплёскивание рук и вопрос из серии "Что, опять?", увидел как глаза старосты, вдруг ставшие черными и колючими, перестали бегать. И как сжалась в кулак ладонь его правой руки, в то время как левая успокаивая, гладила девочку по голове.

— Как же вы так, егоза. Я же всем детишкам говорил, чтобы за ягодами только с мамками да папками ходили. Беда. И мужиков, кроме меня сейчас в деревне нет. В Троттир на рынок уехали. Ничего, ничего. Не плачь, найдем мы твоего братика. Я сам пойду, вот Рекса сейчас отвяжу, возьму рогатину и пойду твоего братика выручать.

Говоря всё это, староста как будто становился выше ростом и шире в плечах. И пучки волос уже торчали из его ушей не смешно, а воинственно.

Тём решил, что пора. Лучшего времени, чтобы перетянуть одеяло на себя нечего и ждать.

— Негоже старосте оставлять женщин и детей совсем без мужчин. А случись что злое, нехорошее, кто их защитит в ваше отсутствие?

— Ты прав, воин. Но ведь пропал ребенок.

— Я готов взяться за его поиск и избавления вашей деревни от чудовища.

— А справишься ли ты один с чудовищем, воин?

— Так я и не один буду. Я с собой ещё и друзей возьму.

— Хорошо. Это не первое его нападение на наших детей. Чудовище появляется чаще всего в лесу за южной околицей деревни. Думаю, в той стороне его ты и найдешь. Принеси мне его лапу и голову и спаси, — староста на минуту сбился с разговора, продолжая успокаивающе гладить девочку, но тут же продолжил, — или расскажи о судьбе пропавшего мальчика.

Вам предложено принять задание 'Оборотень похититель детей' вторая часть.

Условие — Узнать о судьбе брата девочки Риты и принести старосте Малых Клюкв голову и лапу оборотня.

Награды:

Выполнение части деяния ' Оборотни';

1000 опыта;

800 золотых;

Предмет, соответствующий классу игрока — рандомно.

Предупреждение- это задание одному будет выполнить крайне затруднительно. Для его выполнения возьмите с собой 2–3 друзей.

Сообщение- данное задание предусматривает вариативный уровень сложности выполнения.

Принять?

Гномы ждали его прямо у дома старосты. Вахмурка, как лидер в этой двойке, взял переговоры с нордом на себя.

— Чего так долго со старостой разговаривал? Задание хоть взял?

— Взял.

— Так не тяни, бросай предложение в группу.

— Чего такой быстрый, и не скажешь, что гном. А как лут делить будем?

Вахмурка усмехнулся.

— Вот щеглы пошли. Без нас же всё равно ты этот квест не выполнишь. Звать тебе некого, такой же, как и мы, бродяга — одиночка без клана. Я тебя, считай, "пикапом", тащу, и ты же мне ещё условия ставишь. Да, мельчает Файролл, мельчает. И куда что катится? Салага, которого, небось, ещё и с клана выперли, дедом командует.

— Да я ещё и не играл в клане. Не сложилось. Если честно, мне и игра одиноким фармером пока в удовольствие. И, между нами, дело не в добыче, а в принципе. Да, я без вас квест не потяну, но и вы без меня тоже в пролете. Предлагаю честный жребий.

— Годится.

— Ловите приглашение в группу.

И тут же дзынь и демонстративный, хоть и беззвучный хлопок ладонями от мельтешащего перед глазами Энжи. Выпендривается дух? Однако, инфу выводит на глаза исправно.

Вы приступаете к выполнению задания 'Оборотень, похититель детей'

Условие — принести старосте Малых Клюкв голову и лапу оборотня.

У вас есть на выбор три уровня сложности прохождения задания

От выбора сложности зависит количество и качество получаемых в процессе прохождения трофеев, а так же состав основной награды.

Выберите уровень сложности:

Нормальный

Сложный

Экстра

"Экстра" отпадает сразу. Куда мне столько опыта? Тут и "сложный" с насыпанной за выполнение экспой уже на 35 уровень выводит. Оба варианта, — гарантированная потеря Энжи.

— Парни, я как‑то к "экстре" не готов.

— Да мы и сами только на "сложном" пытались пройти. Да вот, не прошли. И это с Грином. А в сравнении с ним, так это ты зеленый. Друид хоть отлечивал нормально.

Сербок на эту речь напарника иронично хмыкнул.

— Ага, первые четыре минуты. А потом эта сволочь зубастая прыгнула через твою голову и снесла Зеленого за три удара.

— Да, Серый, поддержал ты меня как песок, на вилах.

Вахмурка покачал головой и хлопнул норда по плечу стальной перчаткой

— Короче, не трусь, и не парься. Пойдем на "нормальном". Нормально так пойдем.

— Глядя на твои статы, я бы сказал, что ты демагер. Но, вот это вот, — он обличающее ткнул пальцем в глевию, — это же почти ближний бой! Ладно, собрались, пошли. Война покажет план. Хоть и жаль, что ты не хилер.

— А мне вот нет. — Тём улыбнулся. Хотя лечить могу. Скорее даже врачевать. Раны после боя барсучьим жиром могу смазать. Работает. Можете воспользоваться моим умением при наличии у вас лечебного ингридиента.

Первым среагировал Сербок.

— Да ну его, этот барсучий жир. Он вонючий, как зараза.

Ответил гному не норд, Вахмурка:

— Да ладно тебе, Серый. Я согласен, что в Файролле фиг знает что творится, но до барсучьего жира второй свежести игра ещё не докатилась.

По дороге к убежищу оборотня Вахмурка огласил таки свой план.

— Значит так, мы с Сербоком танкуем. Входим уступом, я впереди, он чуть сзади, вторым номером из‑за плеча. А ты бъешь у нас из‑за спины, агро вряд ли снимешь, но всё равно держись чутко, под удар лучше не подлазь.

— А куда бить?

Тём привык отрабатывать мельчайшие крупицы информации, дающие ему помощь в решении задачи, и поэтому и сейчас задал уточняющий вопрос.

Сербок улыбнулся, Вахмурка откровенно засмеялся.

— Бей в глаз, не порти шкуру.

И добавил, увидев, как нахмурился Тём.

— Не обращай внимание. Мы с Сербоком и тройка молодых "пикапом" один квест недавно выполняли. Была у нас там своя история с этой поговоркой.

Теперь уже смеялся и Сербок.

— А бить надо в уязвимые места. У оборотней это сердце, голова, шея, область печени.

Эта зверюга, за головой которой мы идем, обладает устойчивостью к ядам и магии, повышенной регенерацией. Уже убедились, что он способен почти мгновенно заживлять резанные и колотые ранения, останавливать кровотечения. Но топор не нож, рубленые раны так быстро заживлять у него не получалось.

Вахмурка с любовью погладил лезвие своего топора.

— У меня вот лезвие на топоре посеребренное. Дорого обошлось, но апгрейд того стоил. Без этого пытаться волколака завалить дохлый номер. Да и у тебя копьецо, как я вижу, не простое. Успел рассмотреть.

Тём ничего на это не ответил, только нежно провел кончиками пальцев по серебристой ленте начинающайся у самого острия и спускающееся спиралью по лезвию и дальше, вдоль всего древка.

Хоть гномы и уверяли, что они дорогу к зверю с закрытыми глазами найдут, но попетляли они втроём по лесу изрядно. Видать первый раз их между деревьями друид вел.

— Да где ж эта с — с-срубленая избушка, — то и дело ругался Вахмурка.

Тём уже услышал, что оборотень обитает в избушке бывшего лесника. То ли это лесник обернулся, выйдя ночью из домика без свечки и три раза споткнувшись о пенек, то ли пришлая двуликая гадость лесника погрызла до смерти, устроив себе логово в домике, удобно спрятанном в глубинке леса.

— Не рычи, вон наша избушка, — подал голос всю дорогу молчавший Сербок.

— Всё, работаем, как условились. Я в дверь первый, Сербок за мной, Тём, ты с десятисекундной выдержкой, чтоб мы оборотня успели в угол зажать. Только бы лохматик был на месте.

Оборотень, к удаче охотников, был в доме. Тём, прежде чем рвануть в бой, успел перекинуться двумя словами с хранителем.

— Энжи, ты где будешь держать свой НП?

— Я в "бутылке" посижу, чтоб тебя ненароком не отвлечь. Всё, пора. Твой заход.

Первое, что даже не увидел, а услышал Тём, с ходу впрыгивая в дом, было рычание оборотня и залихватское "Э — эхх", сопровождавшее падение топора Вахмурки.

При этом лезвие двигалось быстрее этого самого "э — эхх", успевая нанести глубокую рубленую рану на теле зверя. Все попытки волколака выскочить из угла тут же пресекались ударом топора стоящего на чеку Сербока, который успевал отбросить оборотня обратно в угол. Так что удары когтистых лап доставались всё больше Вахмурке, но, судя по уверенному и ритмичному "э — эхх…", физическое сопротивление плюс броня у гнома были на высоте. Тём регулярно нанося колющие удары, то в морду, то в шею оборотню, тоже сдерживал его прорыв.

В какой то момент боя плечи гномов разошлись, образовав между собой небольшую щель. С мгновенной задержкой рванувшегося к долгожданной свободе зверя, встретил секущий удар Змеи крови. Оборотень взвыл и отпрянул, тряся культей правой лапы. Отрубленная ниже локтя лапа — рука зверя упала под ноги Тёму, забрызгав сапоги норда густыми темными каплями.

В следующие два взмаха топора оборотень чуть не лишился и второй лапы и, спасая себя от гибели, рванулся в слепой ярости между гномами, но тут же нарвался на острие Змеи крови, выставленной пяткой в упор в пол.

Спустя несколько, отчаянно напряженных минут, на дощатый пол, рядом с лапой, упала и голова оборотня.

Глядя, как Вахмурка тяжело оперся на свой топор и как Сербок сел прямо на пол, Тём подумал, что бой был относительно легким только для него. И Вахмурка тут же подтвердил его догадку.

— Вот же зараза, таки загнал меня в красный сектор. И живчик ещё тот оказался, будто с прошлого раза даже прибавил в движении. Я даже подумать об эликсире жизни не успевал, не то, что глотнуть. А ты молодец. — Он посмотрел на Тёма и хотел ещё что‑то сказать, но, помолчав, только добавил, — Да, молодец, выручил. Как медведя на рогатину на свое копье его принял.

Уже позже, выбравшись из капсулы и стоя под струей теплой воды в душе, Артём перекатывал ещё раз в памяти события и ощущения, случившиеся с ним за день, и таки вспомнил, где уже ранее слышал такое же залихватское "Э — эхх". Это было на женском международном теннисном турнире, куда пару лет назад его случайно затащила случайная подруга.

А мальчика в доме не оказалось.

Дом внутри был пуст. Три охотника за оборотнем, обезглавленный труп волосатого здорового мужика, минуту назад вернувшийся к человеческой форме, стол, пустой сундук в углу и кровать. Да, ещё голова и лапа оборотня, так и оставшиеся в своей звериной ипостаси. Всё.

Тём заглянул под кровать и громко позвал мальчика.

— Масимка, ты где? Отзовись, мы отведём тебя домой.

По прежнему никто не отозвался.

— Схарчил, небось, мальчишку зверь то. — Вахмурка, глотнув таки эликсиров и полностью восстановив жизнь и выносливость, направился к выходу.

— У тебя как в квесте написано? Узнать о судьбе мальчика. Вот ты и узнал. Так что бери голову и лапу оборотня и пошли к старосте.

Уходить не хотелось, будто что‑то не отпускало Тёма из этого места.

— Энжи, что скажешь?

— Эх, и так и так скоро отзовут. Да и не сильно я правила нарушу, если поступлю так, как тогда с корешками.

Дух подлетел и завис над сундуком. Тём мгновение соображал про какие корешки говорит ему хранитель, но, вспомнив свой поход в подземный Храм, решительно пошел к сундуку. Сдвинув легкий, потому что действительно пустой, сундук в сторону, норд увидел до этого скрытый лаз в подпол. Когда Тём поднял деревянную крышку над погребом, на него из полутьмы посмотрели два огромных перепуганных детских глаза.

Мальчишка не был связан, но от протянутой Тёмом руки в страхе забился к дальней стенке.

— Ну, выходи дурачек. Мы тебя домой отведем. В Малые Клюквы.

И видя, что мальчишка продолжает вжиматься в темноту подпола, добавил.

— Знаешь, как тебя сестра искала. Везде, везде. Это нас Рита попросила тебя от чудовища спасти.

Слова о сестре как будто послужили паролем для мальчика.

Он только спросил:

— А вас правда сюда Рита направила — и, дождавшись утвердительного кивка от норда, одним рывком взлетел вверх по лестнице и бросился к Тёму на шею. И прошептал, прямо тому в ухо, будто всё ещё боясь, что ужасный похититель его услышит.

— А волка больше совсем — совсем нет?

— Совсем — совсем.

— Хорошо.

Почувствовав, как маленькое легкое тельце Масимки прижимается к нему, как перестает, постепенно успокаиваясь, дрожать мальчишка у него на руках, Тём внезапно ощутил, что у него запершило в горле. И подумал о своих детях. О тех, которых у него не было и о которых, до этого момента, он, в общем‑то, никогда и не думал.

Рита ждала их на входе в деревню. Увидев сестру, Масимка, всю дорогу от жилища оборотня, не отпускавший руку Тёма, с радостным криком побежал ей навстречу.

Видя счастливую встречу брата с сестрой, Тём в догонку хотел было сказать им что то правильное, что то вроде "Больше никогда — никогда не ходите сами в лес".

Даже успел крикнуть "эй" привлекая внимание детишек, и понял всю ненужность затеи. И в реале глупо говорить детям подобные вещи. Это же дети, у них свой мир, им тяжело понять страхи взрослых. А уж здесь, в Файролле его наставление…Да полный капец!

Подбежавшие после его "эй" дети с криками "Спасибо, дядя Тём! И вам, дяденьки гномы тоже спасибо!" расцеловали в обе щеки сначала норда, а потом и гномов. Глядя на задумчивое лицо Вахмурки, Тём только покачал головой: "Эх, что то в лесу пошло не так, сказал колобок, дожевывая лису" и направился к Лари сдавать квест.

Два дзынь, о получении очередного, тридцать пятого уровня и о выполнении задания прозвучали одновременно. Первое, что испытал Тём, было ощущение потери, напрочь смывающее весь позитив от выполненного квеста.

Все же, скорее по привычке, он позвал:

— Энжи? — и обрадовано удивился вновь привычно возникшей перед глазами информации.

Вами выполнен квест

Так это понятно, шмотка в награду ничего интересного из себя не представляющая. Знал бы, с Вахмуркой за неё и не завязывался, сразу приглашение в группу кинул. Может тогда у гнома на одну каплю меньше разочарования от нынешнего Файролла было. А то капля тут, капля там, а гном то не каменный.

Деяния. Вами выполнено деяние Убить оборотня. До следующего ранга осталось убить 99 оборотней.

Тём, прочитав последнее сообщение, только иронично улыбнулся. Девяносто девять оборотней. Ага, в детстве я тоже мечтал быть космонавтом.

— Парни, я тут попутно квест по поиску некромансера или костяных гончих выполняю. Вы ничего не слышали. Никто никаких историй не рассказывал?

— Да нет. Не слышали. — Вахмурка задумался. — Разве что только про ведьм. Их тут много в округе. Старуха Гретхен целый выводок наплодила. Не уж то, ты в дороге ни одного инквизиторского костра не видел?

— Судьба миловала.

— Это ты добр, потому что с ведьмами ещё не сталкивался. А я встречался, — кошек мучают до смерти, ритуалы черные проводят. Я не удивлюсь, если следующего ребенка надо будет уже из лап ведьм вырывать. Ты вообще то куда сейчас направляешься?

.

— Основным направлением на юго- запад. Из планов на сегодня — завтра дотопать до ближайшего города и порасспрашивать народ, может, кто что знает или даже видел костяных гончих. Где‑то же они обитают. Что‑то с деревеньками и маленькими поселками мой план поиска нежити не сработал.

— Тогда тебе в Троттир. По дороге чуть более пары лиг, за полдня и дойдешь. И если задержишься больше чем на день, может, к тому времени, и я в город подтянусь. Там есть кабак "Приют утопленника", вот в нем я и отдыхаю когда бываю в Троттире. Рекомендую

— Ну, это вряд ли. Название мне не нравится. А к своим ощущением я прислушиваюсь. Не у всех же шкура такая толстая, как у гнома.

— Это да. Толще гнома шкура только у носорога. Пока, Тём, хороший был квест. Может ещё и встретимся.

Ни Вахмурка, ни Сербок в друзья себе Тёма добавить не предложили, а сам он набиваться не стал.

У него и так уже было записано с пяток друзей, встреченных Тёмом по пути на Запад. Хотя реальный статус у них был даже не приятели, а гораздо ниже. Друг пока был один- Игор. Писал сам и отвечал на письма норд только ему.

С момента получения 35–го уровня, Тём всё время держал в поле зрения проявившуюся полупрозрачную фигуру Энжи, опасаясь, что хранитель растворится в воздухе.

Но тот парил чуть впереди и рядом, всё время пока подопечный разговаривал с Вахмуркой. Дождался, пока норд и гномы разойдутся в разные стороны, и только тогда подлетел вплотную к Тёму.

— Я бы хотел и дальше сопровождать тебя в твоих странствиях. Никогда не думал, что скажу это, но ты был лучшим моим подопечным. Теперь я могу признать, что, даже находясь не рядом с тобой, а как ты говоришь "в бутылке", я всё равно был един с миром больше, чем в любом из мгновений, проведенных с твоими предшественниками. И я уже привык быть не просто духом — хранителем, а Энжи.

— Знаешь, Энжи, я тоже к тебе привык. И мне будет не хватать твоих нудных нравоучений. Не обижайся, я шучу. Жаль, что правило 35–го уровня нам с тобой не обойти. И ты это знаешь, и я проверял с использованием своих возможностей. Ты же в курсе, что они отличаются от твоих.

Даже если я откажусь от пути, на котором мне был дарован ты, как хранитель, то и тогда это никак не отменит наше расставание. Мне надо начать игру заново, чтобы иметь шанс вновь встретится с тобой. И я могу это сделать, только ты вряд ли отыщешь в нужный момент нового старого Тёма, чтобы взять его под свою опеку.

Обещать было легко, зная, что обещанное практически невыполнимо. Но оказалось, что надеждой во всех мирах живут не только люди. Заметно оживившийся Энжи, буквально воспрянул, взмыв свечой вверх, и тут же, вернувшись к Тёму, уже привычным, немного скучным и сильно занудным тоном сказал.

— Если ты родишься в нашем мире заново, я тебя найду. Обязательно. Где бы ты ни был и кем бы ты не родился. Обещаю.

— Что ж. Тогда, не прощай. Тогда, до свиданья.

— Пока, Тём. А ещё прими от меня подарок.

Ладонь Энжи из полупрозрачной стала молочно белой и накрыла предплечье Тёма.

Рука у норда сразу начала зудеть и покалывать, а когда дух снял свою ладонь, под ней оказался симпатичный маленький пушистый котенок.

— Это кто?

— Боевой кот. Он теперь твой молчаливый помощник.

— Это тигр?

— Нет. Это рысь, один из тотемных зверей нордов.

Очень интересно. Тём, будучи Тигром по году рождения в реале, и здесь попал под покровительство боевого кота. Это надо рассматривать как случайное совпадение или как тайный знак? Или никак не надо рассматривать.

— Котенок будет расти вместе с тобой. Ему надо совсем чуть — чуть от твоей силы чтобы взрослеть. Ты сможешь следить за его взрослением. Можешь посмотреть чем тебя порадует мой последний подарок.

Перед Тёмом повисла уже привычная картинка.

Вами получена татуировка ' Притаившаяся Рысь' из малого набора "12 тотемных татуировок".

Получившие покровительство данного тотемного знака, обладают силой и грацией, имеют мягкие кошачьи повадки, проявляют себя очень резко и внезапно.

При внешней расслабленности они умеют мгновенно собраться и показать когти.

Бонусы от этой татуировки:

+ 5 к силе;

+ 5 к ловкости;

+ 10 к акробатике;

+ 18 % к шансу устойчиво стать на ноги и не получить повреждения при прыжке/падении с большой высоты.

+ 10 % к умению лазить по деревьям;

+ 2 % к шансу провести успешную контратаку;

Одно активное классовое умение — рандомно;

Профессия 'Следопыт';

Это был уже второй знак, полученный Тёмом в игре. Первым, рубиновыми линиями на ладонь, лёг знак "Рожденных в холмах". Норд с теплом вспомнил собратьев по обществу. Игор недавно присылал письмо, звал с собой в морской поход. Он в своем клане дорос до рейд лидера, а в круге Морских королей до полноценного капитана драккара на сто хирдменов, с правом набирать свою команду. Причем, в этой команде могло быть до семидесяти местных бойцов.

И вот теперь этот симпатичный котенок.

При том, что в реале ни желания иметь, ни ситуаций для получения тату жизнь ему не подбрасывала. Тём помассировал с пятерней лоб: "Лезет в голову, что попало".

Прощание с хранителем получилось и грустным и странным, а непривычная пустота внутри, подсказала ему, что Энжи уже ушел.

Понятно, что бесконечно оттягивать получение уровня не получилось бы. И всё же то, что дух достиг граничного уровня быстрее, чем хотелось и планировалось, огорчало. Но сложилось, как сложилось.

Одной стороной своего сознания Тём знал, что происходит обычное, заранее прописанное программное действие, а другой стороной он сейчас попрощался со своим другом. Именно так, — немного занудным, иногда предсказуемым до тошноты, но заботливым и преданным другом. С которым можно было и поговорить обо всём, и помолчать ни о чём.

Так бывает.

Тём, уже в одиночестве, переночевал в поселке и с первыми лучами солнца отправится по пустой дороге в Троттир. Чтобы поздним утром, в длинной колоне сельских жителей, войти в ворота небольшого и уютного, расположенного рядом с Нейложскими копями, города.

Картина очень узких улочек с трущимися друг об друга стенами каменных домов, с разноцветными крышами и расположенными на уровне второго этажа окнами, радовала глаз. Было ощущение, что вот сейчас, из того или иного окошка выглянет полногрудая красавица, а по — другому никак, корсет не позволит скрыть красоту, и одарит Тёма белоснежной зовущей улыбкой. Или плеснет сверху содержимое отхожего ведра. Хотя последнее, это, скорее, нырок в зарытые в подсознании представления о старой доброй средневековой Европе. В Троттире, с его чистотой на улочках такого "подарка" можно было не опасаться.

Чем ему приглянулась третья по счету встреченная в городе гостиница, Тём потом всё равно не смог себе разъяснить. Может названием? Всё же обед в "Веселом поросенке" изначально рисовался более аппетитным, чем в "Приюте Утопленника". Или ему просто надоело ходить по городу.

Как бы там ни было, Тём шагнул в дверь под вывеской, на которой был изображен действительно весёлый поросенок сидящий на блюде и болтающий ножками. В одной лапе у него была кружка с шапкой стоящей сверху пены, а во второй вилка с нанизанным куском какой то еды. <

Глава 9. Файролльская новелла эпохи возрождения 2. italiano vero

Отсчет минус 1 до прогнозной точки бифуркации.

Улыбку от теплых воспоминаний о днях проведенных рядом с духом — хранителем на свое холодное, равнодушное лицо требовательного и богатого посетителя, Тём выпускать не стал.

— Мне бы комнату снять. Это можно?

— Очень даже можно. Наверху номера из двух комнат. В одной кровать, во второй стол, шкафы в каждой. Также есть место, где бадейку с горячей водой поставить. Всего золотой в день.

— Не слабо так. А есть другие предложения?

— Как не быть. На первом этаже номера по одной комнатке. В ней кровать и шкаф. Простите, милсударь, бадейку поставить некуда и запахи с кухни могут беспокоить. Да и посетители, бывает, в зале шумят допоздна. Может, всё‑таки на втором этаже? Я так уж и быть, одну серебрушку могу уступить, — с надеждой протянул хозяин.

Деньги у Тёма были, но платить золотой за номер, в котором он просто оставит часть вещей и в лучшем случае побудет пару часов было жлобно.

— А на первом этаже сколько комнатка будет стоить?

Хозяин тяжело вздохнул, окинул ещё раз цепким взглядом "славного норда" и выдал ответ:

— Две серебрушки. И то, из уважения к военному сословию.

— Годится. И вот ещё что, любезный. Подскажите, в каком номере у вас монах остановился.

— Не могу знать. Мой помощник ключ выдавал, а сейчас, как назло, его в гостинице и нет.

То, что хозяин врёт, Тёму было понятно. Непонятно почему. Что за такой секретный инквизитор? Тём все же попытался зайти с черного хода.

— А вот передо мной дама заходила. Молодая, стройная, лицо под вуалью, запах жасмина по всему коридору. В какой номер она поднялась?

— Вот ведь какая жалость. Я на кухне был и не видел. Красивая дама, говорите? Ой как обидно, что прошла, а я не увидел. А тут ещё этот насморк не к месту. Хотя оно и хорошо, мы тут всё больше не жасмин, а кислую капусту нюхаем.

Вот же прохиндей, и не соврал и правды не сказал.

— Ладно. На тебе две серебрушки, посмотрю как у вас приезжих привечают. Если понравится, остановлюсь у тебя надолго.

Тём как — бы в сомнениях добавил к уже выложенным на стол ещё две монетки.

— Только вот ты мне так ничем и не помог. А мне монах нужен был исключительно по вопросам веры.

Хозяин остановился перед ящиком с ключами, перебрал несколько, недовольно ворча, но видимо нашел нужный и отдал его Тёму, напутствовав того:

— Иногда помощь не должна громко кричать о себе. Достаточно, что она тихо будет там, где её ждут. Надумаешь остаться на неделю, — буду очень рад.

Тём повертел ключ в руках, пытаясь сообразить, куда пристроить странное напутствие, полученное от хозяина гостиницы. Вроде и намек, а как им воспользоваться не понятно. Ничего не придумав, Тём пошел смотреть свои хоромы.

Комнату, в которую с трудом вписали кровать, шкаф и два табурета, скорее можно было назвать чуланчиком. Особенно порадовали глаз шкаф и табурет с дыркой над ведром. Первый возможностью разгрузить рюкзачек, второй- всё ещё радостно удивляющей в мелочах реалистичностью мира.

Тём выгрузил в шкаф из рюкзака предметы на продажу и те, что на "подождать", на вырост.

Присел на табурет, стянул сапоги, поморщился от заполнившего комнатку запаха. Реалистичность это хорошо, но бывают моменты, когда лучше бы её все- таки было поменьше. Аккуратно поставив сапоги рядом с табуретом, перебрался на кровать. Кровать протяжно заскрипела и смолкла.

Тём вытянул ноги и пошевелил пальцами, давая им почувствовать свободу и блаженно зажмурил глаза. Сейчас, никуда не шагая, ни от кого не убегая, никого не догоняя и ни с кем не сражаясь, он мог не спешно поразмышлять о своих дальнейших планах. Дорог было две: раз, продолжить выступление в игре соло и два, проситься в какой нибудь клан, оптимально, — состоящего из близких по духу ролеплейшиков, максимально- из первой полусотни рейтингового списка. Второй путь вроде как гарантировал участие в рейдах и получение рара, в них добываемого. А ещё давал крышу от наезда всяких неадекватов или просто любителей убийства заведома более слабых игроков. Хоть крыша работала не всегда и не везде. Но терять часть своей свободы, из‑за необходимости подчинения клановой дисциплине, Тём себя готовым не чувствовал.

Долго поразмышлять в тишине у Тёма не получилось. Где‑то наверху звучно, печально и протяжно скрипнула кровать. Раз, второй, третий. Звук набирал силу и частоту и напрочь игнорировал перекрытие между этажами. А когда к этому аккомпанементу добавился высокий и протяжный женский стон, думать о чем‑то стало совершенно невозможно. Увы, универсальный выключатель соседского шума — отопительная батарея, в средневековой гостинице предусмотрен не был.

"Не ймётся же кому то средь бела дня" — усмехнулся про себя Тём. Впрочем, почему кому то? Ведь абсолютно понято кому именно.

Он резво натянул сапоги снова на ноги и решительно пошел на второй этаж. Определить нужную дверь получилось, даже не сильно натирая уши об дверь, и, в паузе между доносящимися изнутри стонами, Тём решительно в неё постучал.

Ничего не поменялось: скрип и стоны внутри номера и норд под дверью. Тём начал не прекращая стучать в дверь костяшками пальцев, при этом непроизвольно задавая ритм происходящему внутри. И с улыбкой отметил про себя, что у него это получается не хуже, чем у французского дворника.

Скрип внезапно прекратился и через мгновение в проеме двери показался высокий, жилистый человек в наброшенной на голое тело сутане, который хитровато прищурив левый глаз, спросил:

— Чего тебе? За вином для меня хочешь сбегать или письмо кому‑нибудь отнести? Не требуется.

— Нет. Я хочу, чтобы вы взяли меня в ученики.

Тот окинул пристальным взглядом Тёма, решительно поставившего на порог ногу и хмыкнул:

— Принят.

— Я не уйду, пока…Принят? То есть вы согласны. Прекрасно! А можно спросить, почему вот так сразу?

— Потому что терпеть не могу не оконченных дел, а сейчас я сильно занят.

— Доходчиво.

— А чтобы тебе стало ещё яснее, скажу, что у меня только два ответа: "принят" и "не принят". Когда меня отвлекают от того, чем я занят сейчас, я становлюсь очень нервным. А когда я очень нервный, я легко могу и покалечить. Поэтому мой ответ- верх смирения и человеколюбия. Не люблю лить кровь по пустякам. И если не хочешь, чтоб я поменял решение — отвали.

— Как надолго отвалить, учитель?

— Вот ты упертый. Часа через два загляни. А лучше, — вечером. Дело, которым я занят, оно не терпит суеты, знаешь ли. И впредь обращайся ко мне мастер инквизитор или Клаус.

— А Учителем называть нельзя?

— Можно! Пошел вон уже отсюда!

И ловким ударом носка ноги выбил стопу Тёма с порога.

— Спасибо, Санта, — скорее задумчиво, чем радостно сказал Тём в уже закрытую дверь.

Он ещё обдумывал, снова с грустью вспомнив Энжи, заглянуть в дневник сейчас или перенести просмотр инфы после очередного "дзинь" на позже, как из‑за закрытой двери раздался бархатный чарующий смех.

А вот сказать Клаусу о том, что он сам обитает этажом ниже в этой же гостинице Тём совершенно не сообразил. Скажи, и спокойно дожидайся в своей комнате, пока учитель не освободится от своих дел. Тём даже руку занес, чтобы опять постучать в дверь, но из‑за неё как раз в этот миг раздался томный и долгий стон, переходящий то ли в крик, то ли в рычание. Дальше стоять под дверью было уже совсем не прилично. Причем, по меркам любого из миров.

Тём развернулся и пошел передремать до вечера в свою коморку, решив, что Клауса он позже все равно, хоть на выходе, но перехватит. А ожидание назначенного рандеву лучше начать, перебравшись на ту сторону зазеркалья, где принять душ и съесть яичницу с луком, помидорами и прованскими травами. Жаль только, что разнообразить меню чем‑то отличным от яичницы, получилось пока только в Файролле.

Но перед выходом, Тём всё же заглянул в свой дневник странствий и с интересом почитал, что за счастье обломилось ему в этот раз.

'Вы приняты учеником отлученного инквизитора первого круга коллегии Верховной инквизиции Раттермарка.

В том случае, если в ходе обучения вами будет получен ряд заданий, предписанных к выполнению в соответствии с духом и буквой коллегии инквизиции, и выполненных вами во славу её, вы сможете подтвердить свое ученичество в коллегии инквизиции Раттермарка.

В случае подтверждения коллегией Верховной инквизиции вашего права называться учеником инквизитора, вы сможете наладить с ними дружеские отношения, что впоследствии может позволить вам получать от них скрытые и даже эпические задания.

Внимание — ряд иных неигровых сообществ находятся в состоянии вражды с инквизицией Раттермарка. В случае если ваши дружеские отношения с коллегией достигнут показателя +30 единиц, вы не сможете получать задания от представителей Ордена Друидов и оборотней Пограничья'.

Хорошо то, хорошо, но как‑то слишком много "если". Хотя, вот вражда инквизиции с оборотнями Пограничья, рисующая приятную перспективу получать инквизиторские задания на "отстрел" волкулаков, — это чистый мёд. А на сладкое чего ж не подтянуть к себе группу злых пчелок, с которыми по силам будет достать из пыльного угла и задание на получение деяния за убийство недостающих до следующего ранга 99 оборотней. И таки почувствовать себя немножко космонавтом.

Тём плотоядно улыбнулся своим планам. Ещё обязательно надо будет посмотреть на форуме, что дает статус ученика инквизитора в части возможных сладких плюшек и горьких пилюлек. И стоит ли становится другом или лучше остаться с этими фанатиками по определению, просто "нормальным парнем".

Эх, планы! В доме, неожиданно для Артёма, проводились сантехнические работы. Может, где‑то на подъезде и висело предупреждение об отсутствии воды, но Артём третий день не пересекал границу своей квартиры. Где‑то внизу, этажом или двумя ниже, кто‑то уверенно стучал ключами или молотком по трубам, а горячая вода напрочь отказывалась течь из крана. Холодная же вода была таки очень холодной. Не Северное море, но бодрила знатно.

В холодильнике Тёма встретило одинокое яйцо, замерзшая краюха белого хлеба и томатный сок на самом дне литрового пака.

Пришлось бежать в магазин и наспех что‑то покупать на "покушать". Яйца и лук были в списке первыми, за ними шли помидоры, сосиски и специи. Помидоров не было, а томатный сок надоел до жути. Двухлитровая баклажка пива, после минуты раздумья, вернулась на магазинную полку. Удивительно, но после мёда Старика, пива Артёму не хотелось совсем.

Времени на посещение форума оставалось уже всего чуть. А то, пока он тут разбирается, что к чему с этой инквизицией, в "Весёлом поросенке" её отлученный представитель уже ждёт, волнуется, куда пропал его вновь принятый ученик. Мысль сама по себе улыбнула Артёма. А ещё неплохо бы понять что значит "отлученный" и как на этом сыграть. То, что это если и не открытая подсказка, то зацепка за историю, наверное, и перводневному нубу понятно. А вот, чтобы услышать эту подсказку развернуто надо быть "другом" инквизиции или достаточно быть "нормальным" парнем, это вопрос.

И ни форум, ни обменники его не прояснили. Тём понял, что если игрок не представляет антагонистов инквизиции, то отношение к нему "нормальное" по умолчанию. Если он ведьмой или колдуном прирабатывать начинает, то загоняет отношение в минус. А если ведьм и колдунов (ещё друидов и оборотней, ага) гоняет почем зря и до смерти, то уважуха растет. Получил сто очков уважухи, открывай дверь в коллегию инквизиции ногой, требуй себе задания, артефакты и всякие прочие игровые вкусности и полезности. А вот следующий статус "собрат по огню и мечу" это уже серьезно. С одной стороны требования к игроку на уровне "большой брат следит за тобой": аскеза, любое колдовство в "стойло" и другие ограничения прав и свобод. С другой стороны, это единственный путь получить от коллегии квесты уровня вплоть до эпика. По крайне мере, так об этом думает форум. Но, пятьсот единиц набрать ох не просто. И самый прямой путь к статусу, — это стать учеником инквизитора. Случай в природе игры сродни появлению в природе белой вороны. С третьей стороны получение возможных новых, пусть и красивых цепочек квестов, вроде, пока и не ко времени. В уже имеющихся, как собака в блохах, всё пузико себе уже расцарапал. А толку чуть. Есть ещё и четвертая сторона, с которой думать об этом уже поздно, так как на форуме это всё теория, а практика ждет его в Файролле…

Учитель не ждал. На стук Тёма в нужную дверь ему никто не открыл. Так как за дверью было тихо, то Тём с грустью констатировал очевидное. Опоздал. Как чувствовал, нафик было так долго этот форум просевать. Хотя есть же хозяин гостиницы, который почти всё время в зале находится, может инквизитор что‑то ему на словах для ученика передал?

Но на вопрос Тёма о Клаусе, тот сделал непонимающее лицо.

— Не знаю. Может, выходил. Может, заходил. Может, совсем не было. Я то на кухне, то на улице. А какой он, про которого ты спрашиваешь?

Тём разве что не плюнул в сердцах.

— Такой. У него ещё хвостик пупочкой.

И оставив моргать зависшего над его ответом трактирщика, отправился к себе в номер. Полчасика можно и подождать, есть чем заняться. Авось к этому времени и учитель вернется.

В дверь вежливо постучали и намного раньше, намеченных для себя Тёмом, получаса.

Понятно, что хозяин, конспиратор дрянский, извиняться пришел, может в клювике, что про Клауса принес. Тём неспешно пошел открывать дверь. Пусть помучается в раскаянии.

Открыл и немного э. удивившись, пропустил стоявшего перед дверью инквизитора в комнату.

Спрашивать, как инквизитор узнал, где его найти, было лишним. Тём уже понял, что у Клауса с владельцем гостиницы было очень доверительное отношение.

Наконец, Тём сумел рассмотреть своего учителя без спешки и в спокойной обстановке.

То, что он высок, худощав и лыс, Тём успел увидеть и при первой встрече. На лице обычный, длинный и прямой нос, впрочем, к старости обещающий стать выдающимся. Жесткая ниточка черных усов над щелочкой узких губ и свинцового цвета глаза. Но вот то, что прищур глаз, с разбегающимися из внешних уголков лучиками, менял выражение лица с холодного и жесткого на лукавое и даже добродушное, а тяжелый свинец глаз в следующее мгновение уже завораживал глубокой синевой, можно было увидеть только вблизи. А ещё первая их встреча совсем не оставила возможности увидеть Клауса в одежде. Поэтому по одежки встречать пришлось с попытки номер два.

Мягкие сапоги, охотничьего кроя брюки, шитые у дорогого мастера и щегольская рубаха совсем не сочеталась с образом инквизитора. Только перекинутые через руку плотный, темный, непромокаемый, инквизиторский плащ и фиолетовая сутана напоминали о принадлежности вошедшего к церковному сообществу.

— Доброго дня, ученик. Я проводил Стефанию до конца улицы, немного заскучал и решил узнать поближе, кого мне в ученики послало провидение.

— Стефания это та дама с которой….Которая была у вас в номере?

— Да. И она очень благочестивая женщина. Мы с ней чудесно провели время в беседе о необходимости и способах отделения козлищ от овец.

— Своевременная тема, — осторожно прокомментировал ученик. И припомнив повторяющуюся "забывчивость" хозяина "Поросенка", вслух предположил, — и наверное Стефания не единственная с кем вы её обсуждали.

— Ты прав, как никто другой, ученик. Это просто напасть какая‑то, полвина знатных дам города вдруг решили исповедаться у меня. Кто‑то видимо пустил ложный слух, что я лучший исповедник коллегии.

— А это не так, учитель?

— Признав это, я могу впасть в грех тщеславия. Примем как данность, что я просто рядовой работник инквизиции, к тому же временно находящийся вне коллегиальной иерархии.

— Учитель, скромность, конечно, делает вам честь, но у меня язык не повернется назвать вас рядовым работником. Конец исповеди прелестной Стефании я слышал, даже находясь этажом ниже. И тоже могу свидетельствовать что, на слух, вы исключительной силы исповедник.

— А вот этого не надо. Ибо тайна исповеди должна оставаться тайной исповеди при любых обстоятельствах. А если, в силу определенных естественных причин вызванных исключительным доверием к исповеднику что‑то из беседы и выходит за стены, ограждающие происходящее таинство, то свидетельствовать об этом не надо. Ибо именно такие свидетельства, сделанные подлыми завистниками, и послужили основанием для гнева главы коллегии инквизиторов Флоренса Мартина, и он, без решения конклава Пяти, принял самоличное решение о моем временном расставании с коллегией инквизиторов.

Многие дни, проведенные в Файролле, да ещё бок о бок с духом хранителем, уже приучили Тёма разговаривать, не делая поправок на то, кто его собеседник: игрок или не игрок.

— Учитель, вы попали в жернова нравственных разборок. А это, увы, не мой конек.

— Да что там разбираться! Флоренс, перепутал дух и букву заповеди о любви к ближнему своему. Может, букву я в чём‑нибудь и нарушил, но по духу я ни разу не отступил от заповеди "возлюби ближнего твоего больше себя".

Дзынь! Что там упало в почту? Письмо или сообщение о новом квесте? Посмотрим, но потом, когда хоть как‑то разберемся с этим "Ты их любишь маловато, ты их лепишь плоховато…"

— Учитель, но у вас же в коллегии целибат не обязательная норма?

— Нет. Просто некоторые собратья из нынешнего состава Пяти недопонимают истину, что правильнее не дать взойти ведьмовскому семени, вовремя сделав прополку, чем впоследствии жечь заполонивший всё поле бурьян на кострах. Ибо не мной сказано, что всякое естество звериное укрощается естеством человеческим.

Нет доблести в исповеди чистой девственницы, но труд исповеди десяти замужних женщин намного более сладостен и почетен.

Мда. Твердая позиция. Можно согласиться, что недо. э — э. любленные женщины это сущие ведьмы. Да и остальное сказанное, с такой подачей, как у Клауса у многих мужчин не вызовет желания поспорить. Вот только вот…

— А вы, учитель, ещё тот казуист.

— Я крепок в вере и принципах. И конклав Пяти это знает и вся коллегия это тоже знает. Именно поэтому мое временное отлучение от дел коллегии носит характер епитимьи, а не анафемы.

На лице Клауса резче обозначились складки, стартующие от крыльев носа, а взгляд, утратив небесную синеву, налился свинцовой тяжестью.

— Да и ты не прост, ученик. Я пришел задать тебе несколько вопросов, а вместо этого успел дать только несколько ответов.

Инквизитор жестко, оценивающе посмотрел на Тёма.

В этот миг из коридора донеслось громкое, доходящее до крика, разноголосье.

Тём выглянул на шум в коридоре. Мимо двери неслась толпа вооруженных кольями и дубинками горожан. Их возглавлял толстенький, кругленький, низенький человек с большим мечом на поясе. Причем если бы не пухленькие щечки и отсутствие бороды, то его запросто можно было бы принять за гнома. Если и не за того, что стоит у наковальни или машет киркой в шахте, то за гнома — торговца без сомнения.

Он тащил за собой, крепко схватив за руку, упирающегося трактирщика и постоянно вопрошал:

— Где он? В каком номере нежится этот искуситель невинных дев. Где этот змий в сутане?

Трактирщик так же видимо не первый раз, вяло пытался возразить:

— Не было никого. Один он был целый день. С утра пребывал в посту и молитвах.

— Не ври мне. Я точно знаю, что моя жена приходила в твой вертеп.

— У меня не вертеп, а очень благопристойное заведение, в котором селятся исключительно достойные люди и особы духовных званий.

— Не зли меня! Ты меня знаешь. Лучше быстрее веди в комнаты этого злого гения благородных мужей!

Тём проводив глазами эту команду мстителей и повернулся к Клаусу, который сидел на кровати уложив скрещенные ноги на стоящую перед ним табуретку. При этом он беззаботно полировал кинжалом ногти на пальце левой руки.

— Кто там был?

— Думаю, это был муж исповеданной вами сегодня днем дамы, учитель.

— Да? Как думаешь, чего они хотели?

— Я думаю, они хотели исповедаться у вас. Или вас исповедать.

Инквизитор заметно поскучнел.

— Вот что за беспокойный народ, встреча с которым мне совершенно не интересна. Нет, чтобы дома сидеть, и, причастившись глоточком вина, предаваться мыслям о красоте всего сущего. Нет, они бродят по улицам в поисках иллюзорной справедливости. Чтобы исповедаться у меня они недостаточно верят в любовь, а чтобы исповедовать меня, они недостаточно святы. Так, что собирайся, ученик. Нам пора.

— Учитель, вы боитесь толпы каких то мужиков?

— Я никого не боюсь. Я могу разделаться с этими горожанами в несколько минут. Но в этом нет ни славы, ни благочестия. Ибо я караю за ересь, а не за заблуждения. Я инквизитор. И пока я спасаю чужие души и жизни, я остаюсь инквизитором. А, перебив этих глупых, впавших в заблуждение горожан я бы убил свою Веру и не имел бы права оставаться инквизитором. А этого они от меня не дождутся.

Тём не стал выяснять кто такие эти "они", продолжая молча выгребать предметы из своего временного хранилища в рюкзачек.

Клаус запахнулся в плащ, придирчиво осмотрел себя в тусклом, маленьком зеркале, висящем на стене напротив, и скомандовал Тёму:

— И чего ты там копаешься? Выходим.

Они вышли из комнаты в пустой коридор и, пройдя его полностью, во входных дверях столкнулись с каким‑то горожанином, державшим в руках приличных размеров палку и припоздавшим с ней к началу разборок. Увидев, идущих навстречу Клауса и Тёма он широко открыл рот, чтобы заорать, но был обезмолвлен простым жестом инквизитора, приложившим указательный палец к своим губам.

На последовавшее "Тсс" горожанин быстро и согласно закивал и, демонстрируя свою понятливость, тут же уронил палку себе под ноги.

От гостиницы отошли спокойным, даже неторопливым шагом. Учитель шел, казалось, напрочь забыв о возможных преследователях. Тём всё же не выдержал и оглянулся посмотреть, не идет ли за ними встретившийся в дверях мститель. Мститель намного более широкими шагами спешно и тихо удалялся в противоположную от них сторону.

— Учитель, а чего мы идем в центр города, а не к городским воротам?

— Мне надо со Стефанией повидаться

Очень хотелось спросить что‑нибудь доброе, что‑нибудь вроде простого вопроса "Не навидались ещё?", но Тём решил добро пока поберечь.

Дом, у дверей которого остановился Клаус, если и был больше и богаче соседних, то совсем немного. Клаус нисколько не сомневаясь, постучал рукояткой меча в дверь.

Из дверей на стук выскользнула девушка, уже без вуали и в пышном платье, но, по — прежнему, в облаке из запаха жасмина.

Стефания бросилась к инквизитору, с тревогой предупреждая его.

— Клаус, муж пошел тебя искать.

— Я знаю. Не волнуйся. Я видел его в "Весёлом поросенке".

Женщина отпрянула от Клауса

— Но с ним же всё нормально? Ты же не стал его трогать?

— Стефа, Стефа. Неужели, после того как ты мне доверилась, ты могла так подумать обо мне?

Стефания успокоено опять прильнула к инквизитору.

— Нет. Просто я и за него тоже волнуюсь.

— С ним всё нормально. Я пришел попрощаться.

— Ты уже собрался уходить из нашего города?

— Да, мне удалось узнать, где может быть Генриетта. Я сделаю всё, чтобы спасти твою подругу. Но прошло уже слишком много времени, а зло, как плесень пожирающее душу, действует очень быстро. Пообещать могу только одно, — ты скоро либо встретишься с прежней Генриеттой, либо она больше никогда не прийдет к тебе, как посланница Тьмы.

— Всё- Клаус быстро и коротко поцеловал Стефанию и всё‑таки решил ответить на немой вопрос в глазах Стефании.

— Я не знаю, когда вернусь. У меня есть несколько дел на Севере. И ученик.

— Будь осторожен. И знай, — тебе есть к кому возвращаться. Я скажу пару слов твоему ученику, можно?

— Да. И ещё раз "да".

Молодая женщина подошла к Тёму и, взяв его за руку, спросила:

— Это же ты стучался в комнату, когда там была я? — и, дождавшись подтверждающего кивка от Тёма, продолжила.

— Ты не думай о нас с Клаусом ничего плохого. Хорошо? Он меня спас. Я когда три дня назад пришла на исповедь к Клаусу, даже не помнила о том где была с Генриеттой. Но слово за слово, он спрашивал, я ему отвечала, а с меня будто пелена наваждения сползала. Я вспомнила, как подружка привела меня познакомиться с одной, как она сказала, замечательной женщиной. Эта Гретхен будто заворожила меня. Она пообещала, что я смогу управлять любым мужчиной так, как своим мужем. Я не знаю, откуда во мне взялось это желание, но я твердо была уверена, что мне надо пройти у Гретхен требуемый для этого ритуал. И только рассказывая это Клаусу, я увидела в воспоминаниях не обворожительную женщину, а злую, седовласую старуху. И испугалась, потому что поняла о каком ритуале говорила мне Гретхен. А вчера я сама попросила о встрече с Клаусом, чтобы мы могли провести время в благочестивых беседах.

Угу, об агнецах и козлищах. Уже знаем. Тём посмотрел на Стефанию глазами идеального слушателя.

Стефания понизила голос так, чтобы с безразличным видом терпеливо ждущий в стороне окончания беседы Клаус, гарантировано их не услышал.

— Мне очень дорог стал Клаус. Вот видишь, я его даже инквизитором называть не могу и не хочу. А Генриетту с тех пор я больше не видела. Она куда то пропала. И сейчас Клаус говорит, что нашел её след. Я верю в него, но всё равно боюсь за него. А ещё я, как женщина, чувствую, что ты можешь ему помочь, хоть он сам тебя об этом никогда не попросит. Ты ему поможешь?

Дзынь! А куда я денусь?.. Я теперь как нитка за иголкой за учителем буду ходить. Конечно я помогу инквизитору найти твою подругу. Но вместо всего этого продуманного вороха слов, Тём просто сказал "да".

— Я знала. Спасибо тебе. В любой день, когда опять будешь в Троттире, обязательно заходи к нам. Я тебя с мужем познакомлю. Он у меня хороший и любит меня. Просто он не знал, что со мной случилось, я ему побоялась сразу всё рассказать. А ещё я и Клаус.

Стефания как‑то печально вздохнула, и уверила Тёма.

— А тебе, если что‑то надо будет, он поможет. Мой муж первый советник градоначальника, — со скрытой гордостью добавила Стефания

— Спасибо, я буду помнить твои слова, а сейчас мне уже пора догонять учителя, — и Тём побежал вслед за неспешно двигающейся в конец улицы высокой фигурой в фиолетовой сутане.

Шагая рядом с Клаусом, Тём улучил момент и без особого интереса решил прочесть, что там за письмо с заданием упало в почту. И получил не жданчик.

Вам предложено принять задание ' Дух или буква '

Данное задание является стартовым в цепочке квестов "Торжество справедливости '

Условие — поговорить с отлученным инквизитором и выяснить каковы условия снятия с него наказания.

Награды:

350 опыта;

Получение следующего квеста в цепочке.

Предупреждение игроку! В случае, если ваш вопрос покажется инквизитору враждебным, ваша репутация с ним станет отрицательной и он перестанет доверять вам.

Награды за прохождение всей цепочки заданий:

Награды:

5700 опыта;

4500 золотых;

Пояс Инквизитора;

+20 единиц к дружбе с инквизицией Раттермарка

Получение деяния " Хранитель традиций неигровых обществ Раттермарка"

Для получения звания " Хранитель традиций Раттермарка" вы должны совершить не менее пяти деяний восстанавливающих традиции народов и/ или неигровых сообществ Раттемарка.

Тём даже неосознанно затылок помассировал, прочитав задание. Нет уж, нет уж. И так инквизитор уже с подозрением косился, когда в "Веселом поросенке" беседовали. А если ещё и продолжить расспросы? Спасибо, мы уже сыты. Задашь вопрос не так и ты уже не ученик, а бродяжка и неудачник, одним своим видом, вызывающий неудовольствие инквизитора. Решено: с вопросами повременим до лучших времен. Сначала хлебушка горбушку пополам разделим, солью обильно посыпанную, не меньше пуда соли надо на последнюю горбушку. А там, глядишь, сам всё предложит и…В общем, пока с выполнением погодим.

Молча до этого идущий Клаус вдруг посетовал:

— Эх, не успел у Мартеллино взять бутылочку вина в дорогу. Оно у хозяина "Веселого поросенка" удивительно приятное на вкус и бодрит в меру. Где только этот прохвост умудряется его находить?

Тём отметил, что его мнение о хозяине гостиницы, практически совпало с мнением Клауса и не удержался, чтобы не похвастаться.

— Учитель, я нисколько не оспариваю ваш вкус, но недавно довелось мне попробовать пьяный мед из вереска. Вот уж напиток, достойный богов.

— Я бы не стал поминать о богах в отношении даже очень достойного напитка. Я бы рекомендовал тебе вообще не поминать о богах. Их нет.

А про вересковый мед я слышал. Увы, только слышал, попробовать не довелось.

Тём сделал себе пометку о дальнейшем табу на тему богов Файролла.

— Я вас понял, учитель. Жаль только, что мы сейчас удаляемся от столицы Западной Марки. Есть у меня при дворе короля Федерика знакомый и кое‑что мне должный главный виночерпий. Будь мы в Эйгене, мы бы сейчас пили этот напиток королей.

— Что вот так, совсем не сомневаясь, что у тебя это получится?

— Ну да. Я, можно сказать, спас Дэвида, это виночерпий Федерика, от королевского забвения, раздобыв для него у пифэри рецепт верескового мёда. Он мне на радостях за спасение, на выбор предложил уникальный фамильный меч сразу или один раз возможность выбрать бутылку вина в королевских винных подвалах и, вдобавок, приглашение раз в месяц, будучи в Эйгене, захаживать к нему запросто на чашку верескового мёда.

— И ты…?

— И я выбрал бутылку вина и чашку мёда в будущем, а не меч в настоящем.

Клаус, услышав этот ответ, весело засмеялся.

— Так может, тебе надо было к Мартеллино в ученики проситься, а не ко мне, раз ты мечу предпочел вино?

— Ну, уж нет! Я предпочел загадку очевидности. А учитель мне достался правильный, и свою Змею, — Тём самыми кончиками пальцев провел по лезвию глевии, — я ни на какой меч не променяю.

— Может тебе и повезет с журавлем. Говорят, в винных подвалах короля Федерика ещё осталась пара бутылок Слезы Инквизитора. Это особое вино. Лучшее вино, из всех, которые я пробовал в своей жизни. А, поверь, пробовал я их не мало. Вино, дарующее смертным прикосновение к бессмертию, а бессмертным разгоняющее смертную скуку. Да…

Клаус задумался, вспоминая что‑то связанное с названным им вином. Но ничего рассказывать Тёму не стал, вернувшись к теме ученичества.

— Если учитель правильный, то чему ты хотел что бы я тебя научил?

Оп — па. Это переход к первому уроку или внезапный флэш рояль?

— Не знаю, учитель. Я слишком мало умею, чтобы безошибочно выбрать самое лучшее. Странствуя по землям Севера, я был вынужден вступить в сражение с порождениями тьмы, именуемыми костяными гончими. И теперь считаю своим долгом помочь бедным людям, постоянно терпящим нападения нежити, узнав, откуда делает набеги эта напасть. В этом деле, за которое я взялся, любое полученное от вас умение будет для меня на вес золота, так, как всем известно, что лучшие бойцы с нежитью это инквизиторы, других таких в мире нет.

— Похвальный отзыв всегда приятен. Если ты в нём искренен, а не пытаешься лестью достичь желаемого. Но не надо нам приписывать всю славу мира. Сильных бойцов на стороне Света много. Вместе с нами в первых рядах всегда сражались рыцари Ордена Плачущей Богини. Как‑то раз я с братом Михом… — начал было рассказывать Клаус. Но тут же оборвал воспоминания.

— Хорошо. Кое‑что я тебе покажу. Не хочу в первом же бою остаться без ученика. Да и Стефания за тобой приглянуть просила. Понравился ты ей, уж не знаю чем. Только сначала за городские ворота выйдем.

Стоящий на северных воротах, стражник поклонился инквизитору, не обратив на его спутника никакого внимания. Тём в ожидании обещанного урока, сначала по пути высматривал удобные ровные площадки, а когда вошли в лес, то полянки. Пройдя мимо очередной большой поляны, Тём не выдержал.

— Учитель, вот замечательная поляна, а вы обещали мне дать за городом первый урок.

— Экий ты не терпеливый. Но в данном случае это касается урока, а значит, хорошо. Я ждал от тебя вопроса. Учить тебя правильно тогда, когда у тебя есть правильный настрой и желание. Давай свой щит. Начнем с малого.

Принятый от Тёма круглый щит был уложен под ноги.

— А теперь глевию дай.

К просьбам дать свое копье Тём относился нервно. При том что он доверял и Кариану и Старику и вот сейчас Клаусу, выпускать глевию из рук совершенно не хотелось.

Но, быстро поборов внутреннюю жабу, Тём протянул инквизитору Змею крови.

Клаус, получив в руки глевию, двумя быстрыми движениями сбросил со своих ног сапоги. Высоко подняв над головой в вытянутых руках копье, инквизитор сначала медленно и текуче, а потом всё сильнее убыстряя темп начал двигаться вокруг острия в центре щита. Движения становились все более резкими и легкими, с прыжками и проходами с пятки на носок над самым острием. Танцующий, а то, что видит не просто воинское упражнение, а именно танец, Тём уже ни сколько не сомневался, настолько быстро менял положение ног, что норд уже не успевал следить за этим движением.

Вот Клаус, взвинтив темп до, казалось бы, невозможного, подключил к танцу Змею крови. Несколько быстрых, неожиданных и красивых выпадов глевией, и, сделав сальто вперед, учитель приземлился на землю, перед стоящим в восторженном оцепенении, Тёмом.

— Знатный мастер глевию делал. Давнишней работы оружие, но силу свою не потеряла. И камень Силы могучими силами напитан.

Надо же, какой многоликий камень. Это третье имя камня, которое услышал Тём. Каждый называет его по — своему, что не мешает всем остальным понимать, о чём идет речь.

Клаус провел ладонью над плотно сидящем в слоте темным камнем. Потом, к удивлению норда, достал из небольшого мешочка на поясе сутаны такой же, только маленький, камень. Сделал им медленный круг над, установленным на Змею крови, амфэтером, после чего спросил:

— Шаман камень завораживал?

— Да верховный шаман пифэри. Я по его поручению на поиск нежити пустился. А что, инквизиция враждебно относится к шаманам?

— По разному. В большинстве случаев нейтрально. Это относится к шаманам Севера и годи предгорий. С Югом не все так просто. Ну а на Западе своих колдунов и ведьм хватает. С шаманом пифэри не встречался, но камень злом не светится. Значит заворожен без черных ритуалов. Хотел бы я познакомиться с таким умельцем.

— Так за чем дело? Если я в совместном походе узнаю о некроманте, насылающем нежить на поселок пифэри, то будет с чем вернуться к шаману. И познакомить вас друг с другом.

Клаус помолчал, видимо обдумывая и раскладывая то, о чем Тём мог только догадываться, и так видимо и не определившись, кивнул.

— Интересные у тебя знакомые по всему Раттермарку. В Западной марке — королевский виночерпий, на Севере — верховный шаман пифэри. За предложение, — спасибо. Ближе к Северу видно будет.

А потом с веселым прищуром посмотрел на Тёма.

— Меч у тебя коротковат, а так можно было бы выполнить несколько фигур и на скрещенных мечах. Что, ученик, хочешь научиться этому боевому танцу?

— Учитель, вы ещё спрашиваете? Хочу! Это же хайланд флинг!!

— Может где и хайланд, но мы в коллегии зовем этот танец "Рассвет после ночи". Будешь заниматься со мной каждый день, глядишь, через полгодика и получишь свой новый боевой навык.

— Как через полгодика?

Первая мысль была "Ну вот и подвох. Здравствуйте, Вольные роты!". Следующая, что полгодика, не год, да и гнобящий контракт никто не предлагает. Дело добровольное. Хочешь, — соглашайся, не хочешь — корову никто отбирать не будет.

Клаус глядя на разочарованное лицо Тёма, успокаивающе добавил.

— Будешь прилежно выполнять все упражнения, то желаемое может произойти и немного раньше.

Ладно, принимается. Денек, другой погоняю еретиков с инквизитором, там видно будет.

— Учитель, мы направляемся в Нейложские копи?

— Нет.

Ответ не сильно добавил Тёму понимания, куда они движутся. Впрочем, инквизитор через десяток шагов счел возможным пояснить.

— Уже почти пришли. Перед входом в копи есть несколько заброшенных домов бывших старателей. Нам туда. Если мы успели, то ведьмы ещё там. Я осторожно посмотрю, а ты меня подождешь в стороне. Если там есть Гретхен, то мы уходим. Если, конечно, нам дадут это сделать. С ней мне не совладать. С остальными ведьмами, а там их должно быть не больше двух или трех, я справлюсь.

— Учитель. А вы знаете Генриетту в лицо?

— Да, хоть мы с ней не встречались. Вот она.

Клаус достал небольшой медальон, на котором был изображен искусно выполненный портрет миловидной, темноволосой девушки.

— Стефания дала. Точно такой же медальон с портретом Стефании находится у Генриетты. Его надо будет вернуть хозяйке, иначе у тьмы будет ядовитый шип, через который она когда‑нибудь сможет ещё раз достать Стефу.

Осторожно подкравшись, Клаус заглянул в окно первого домика. Это же действие он проделал со следующими, потом без слов приглашающе махнул Тёму рукой.

— Нам повезло. Там только две ведьмы во втором домике и одна из них Генриетта. Будь рядом со мной.

Инквизитор тихонько открыл дверь.

Стоящая ближе к двери ведьма среагировала на входящего первой и начала вслух творить проклятие, но Клаус успел заблокировать его одним коротким, резким словом. В мгновение губы ведьмы вспыхнули огнем. Она заметалась по дому, раскрыв в беззвучном крике рот, ибо не один звук не пробивался сквозь огонь, постепенно сползающий на шею и плечи. Ведьма упала на пол и принялась кататься по нему, в безнадежной попытке сбить пламя, охватившее уже все её тело. Не пылали только кисти рук и широко открытые от боли и ужаса глаза.

Тём, глядя на агонию ведьмы испытывал одновременно жалость и облегчение.

— Учитель, чем вы её так?

На язык просилось добавить "долбанули", но Тём это слово проглотил. Мало ли, вдруг Клаус воспользовался Словом Того, упоминания о котором инквизиция готова слышать только в почитаемом тоне.

— Печать инквизитора. Огонь веры, пожирающий внутреннюю тьму врага, на коего направлена Печать. И пылает она, пока не выгорит вся проклятая тьма.

— А почему вы тогда не хотели сражаться с Гретхен?

— Эта ведьма из тех созданий тьмы, которые иммунные к Печати. К моему большому сожалению, у тьмы есть и такие. Не много, но и не мало. А Печать, кроме неукротимой веры, требует от инквизитора ещё и очень много сил. Следующую я смогу сотворить не скоро. А в коллегии только четверо смогут наложить повторную печать быстрее меня.

От катавшейся по полу ведьмы, прямо на глазах у Тёма, оставалась только горка черного пепла. Стоящая словно в трансе всё это время с начала боя Генриетта, подняла глаза на Клауса и завыла высоким протяжным воем.

Её серые глаза наполнились тьмой и безумием, и девушка, выдернув откуда‑то из складок платья кинжал, бросилась на инквизитора. Клаус коротко шагнул Генриетте навстречу и сделал только одно, но очень быстрое движение своим мечом. Последний шаг делало уже обезглавленное тело.

— Учитель, Генриетту нельзя было спасти?

— Нет. Ты же видел её глаза. Мы не успели, ведьмовский ритуал над ней уже был проведен. А после ритуала возврата из тьмы нет.

Он посмотрел на лежащее мертвое тело, бывшее ещё пару минут назад красивой, даже в безумии, девушкой, и добавил.

— Я не сторонник долгого мучения еретика или ведьмы, если только это не диктуется целесообразностью и необходимостью.

Клаус наклонился над убитой и, проведя рукой над телом, буквально притянул в свою ладонь медальон, подобный уже виденному Тёмом ранее. После чего протянул его ученику.

— Я думаю, ты вернешься в Троттир скорее меня. Отдай этот медальон Стефании и передай… Нет, ничего не передавай. Просто скажи, что спасти Генриетту не успели. И всё. А позже я буду у них в городе и сам всё расскажу. Берешься, ученик?

Дзынь. Что опять? В этот раз вы меня не обдурите. Прежде, чем сказать "да" Тём заглянул в почту. Но ничего неожиданного он там не нашел.

Вам предложено принять задани е ' Медальон Стефании '

Условие — вернуть медальон с портретом Стефании, находившийся до этого в залоге у ведьм, его хозяйке, жене первого советника градоначальника Троттира.

Награды:

150 опыта;

100 монет

Повышение репутации с жителями Троттира +10

Обычное задание, только передать медальон хозяйке и ничего более. Никаких головоломок и цепочек. Наверняка, есть более сложный вариант квеста, в котором надо сначала раздобыть медальон у ведьм, но без помощи инквизитора. Можно смело говорить "да". К тому же в рюкзачке есть несколько, прикупленных при случае, свитков портала. Почему бы ими и не воспользоваться для посещения Стефании?

— Берусь.

— Замечательно. Мы здесь сделали всё что могли, уходим.

В дверях Клаус остановился и, окинув прощальным взглядом мёртвую подругу Стефании, сказал:

— Генриетта умерла быстро, но традиции должны быть соблюдены.

Он поднял руку, прошептал, практически неслышно для Тёма, несколько слов и резко сжал после этого кулак. И тот час тело Генриетты охватило белое, прозрачное пламя, через мгновение заполнившееся клубами черного дыма. Запах горелого мяса и волос тяжелой волной ударил из открытой двери и моментально вызвал у Тёма рвотные позывы. Причем настолько сильные, что он не выдержал. Странно, но от сжигания первой ведьмы ничего подобного Тём не испытывал. Крикнув уже вышедшему из дома инквизитору: "Учитель, я вас догоню позже", Тём скачками понесся за ближайший пышный куст и убедившись, что его не видно, нажал кнопку "выход".

Артём вывалился на пол рядом с капсулой и так и остался сидеть, прислонившись к ней спиной. Тошнота и прочие тяжелые ощущения оставили его, но не мгновенно. Поэтому переход в реал затянулся минут на пять.

Прийдя немного в себя, умывшись и поставив на плиту чайник, Артём подумал, что в игру возвращаться сегодня он уже точно не хочет. Время было ещё не позднее, можно было бы сходить в супермаркет и скупиться, затарившись по серъезному на неделю какой‑нибудь едой. Но супермаркет работал круглосуточно и чем позже в него попадешь, тем раньше потом с покупками доберешься до кассы. А вот выделить часик, полтора и съездить посмотреть на офис создателей чуда по имени Файролл, как давно уже себе обещал, почему бы и нет? А на обратном пути можно будет и в супермаркет за едой зайти.

Глава 10. Боги и горшечники

Точка бифуркации.

Корпорации Радеон. Близкие и дальние окрестности

Они выпорхнули из дверей здания корпорации Радеон, дружной стайкой. Артем аж обалдел от такого большого количества красивых девушек. Прямо хоть конкурс мисс мира представительством одной, отдельно взятой корпорации проводи. Ни разу не ошибешься, — третьи мисс мира тихо плачут в сторонке. Но сказать, что у парня разбежались глаза, значит соврать. Они сошлись в точку, фокусом которой стала чуть приотставшая от всех девчонка совсем небольшого росточка, с точеной фигуркой, и красивым лицом, обрамленным коротко стриженными черными волосами. А ещё Артем увидел глаза — большие, усталые глаза орехового цвета. Как он все это рассмотрел с противоположной стороны улицы, умом не понять. Но то, что глаза у девочки не карие и не зеленые, а именно теплого орехового цвета он не догадывался, он это знал.

Девчонка махнула всем рукой и побежала в сторону ближайшего перекрестка. Артем, сохраняя дистанцию, пошел следом. Не строя никаких планов, и ни о чем особо не думая.

Просто решил "довести" до угла. А за углом была станция метро, поток людей и очереди на эскалатор. И в этой толпе Артём банально потерял незнакомку.

Потерял и потерял. Пожал плечами, вернулся домой через гастроном, плотно поужинал, от души и никуда не спеша. На завтра в планах было с утра упасть в капсулу в предвкушении долгой дороги с инквизитором. За ведьм, отработанных инквизитором ему таки упало прилично экспы, до следующего уровня оставалось совсем чуть и не то, что он чувствовал потребность побегать по игре вагонеткой за инквизитором. Однако, путешествие обещало быть не только "богатым" на прокачку, но и намного более веселым, чем просто гринд. Учитель внушал, да и последствия реакции на вчерашний бой прошли бесследно.

Но, с утра впервые за все время игры в Файролл Тём не полез в капсулу. Не было настроения. Или слишком громко вчера делился с собой планами и насмешил. Артём просто валялся на диване, в третий раз перечитывая "Тварей господних". Но мысли всё время соскальзывали с книги и возвращались к потерянной незнакомке из Радеона. Уже к обеду Артём твердо знал, что и этим вечером он будет у Радеона в то же время, что и вчера. И очень надеялся, что девушка работает в Радеоне, а не приходила вчера, как посетитель или к подружке чай попить после работы. В любом случае, если она будет и сегодня, то, не попробовав познакомиться с девчонкой, он домой не вернется.

Мысли беспорядочно метались между попыткой уверить себя, что всё это глупости или, как говорил его куратор на военной кафедре, "весенний сперматоксикоз" и пониманием того, что этот случай намного злее будет. За окном не весна, а любимая оценка курсантского рвения в устах куратора к Артему отродясь была не применима. И девушки всегда у него были, и чувства всякие тоже посещали регулярно, а проблемы не было. Нет, бывали и красотки, что цепляли с первого взгляда. Но чтобы вот так.

Артём сорвался из дому на полчаса раньше, чем вчера и был перед входом в корпорацию минут за сорок до вчерашнего дефиле красавиц. Время шло, из дверей корпорации по одной и в компании с другими сотрудниками выходили девушки. Возможно и те, что были вчера, но вот той, миниатюрной девчонки среди них не было. Подойдя вплотную к выходу, боясь прозевать незнакомку и прождав на полчаса больше вчерашнего, Артём собрался уходить. И в этот момент долгожданная девушка появилась из дверей Радеона. Первая мысль Артёма была "Надо было раньше домой собраться, может, ждал бы меньше".

При этом он ни на шаг не отставал от идущей впереди девчонки. Артём очень не хотел, чтоб прям сейчас, на его глазах, завернув за угол, она исчезла как вчера. В метро чуть не повторилась вчерашняя история. Артем лишь чудом успел впрыгнуть в тот же вагон, в который несколько мгновений до него зашла незнакомка из Радеона. Находясь очень близко к девушке, Артём видел, что она не из тех, кто ошеломляет своей красотой. Но это был его тип женщины. Его идеал, вдруг воплотившийся в этой стоящей сейчас рядом миниатюрной брюнетки, рассеянно скользящей взглядом по находящимся рядом людям.

Чтобы откровенно не пялиться, Артём почти не смотрел в её сторону. Впрочем, незнакомка ни на кого внимания не обращала, только раза три за короткую дорогу посмотрела на часы. Видать опаздывала. Выйдя вслед за девчонкой из вагона, Артем оказался на ступеньках эскалатора от неё так близко, что смог вдохнуть аромат духов. Или это был её естественный запах — немного миндаля и много, много феромонов.

Здоровенный мужик, продиравшийся сквозь плотно стоящих людей вверх по лестнице, толкнул разомлевшего Артема уже на предпоследней ступеньке, и тот, не удержавшись, врезался в стоящую над ним девушку. Очень неудачно врезался, так что нога в лодыжке у девушки подломилась, а тонкая шпилька каблука, не выдержав такого надругательства над собой, треснула у основания.

Чудом удержавшаяся на ногах девчонка обалдело переводила взгляд со своей туфли на Артема, зачем то подхватившего с пола обломанную шпильку, и обратно, на искалеченный туфель.

Мозг Артема заклинило. Извиняться было глупо, рассказывать, что виноват не он, а давно уже скрывшийся за турникетом здоровенный жлоб, было ещё глупее. Больше конструктива не было. На автомате Артем протянул руку и сказал:

— Дай пожалуйста мне твой второй туфель.

Девушка пожала плечами, но быстро наклонилась и, сняв с ноги туфлю, протянула её Артему. Сама же осталась стоять на одной ноге, вторую пристроив поверх безкаблучной туфли и привалившись плечом к стенке.

Артем принял туфель, с пару секунд внимательно рассматривал крепление шпильки, а потом быстро вставил каблук в подходящую по размерам щель возле плинтуса и резко дернул руку вверх. У него получилось. Шпилька осталась в щели, а второй туфель и теперь тоже без каблука остался в руке у Артема. Его он тут же протянул хозяйке.

— Одевайте. Теперь одинаково.

— Вы идиот?

Спроси девушка по другому и Артем объяснил бы ей с улыбкой, что так всегда поступают в фильмах в схожих ситуациях, или что не надо грубить когда тебе помогают, но её голос прозвучал столь доверительно и участливо, что он растерялся и ответил совсем просто:

— Нет.

— Похоже, вы себя совсем мало знаете.

Показавшегося Артему доверия уже вовсе не было в её голосе, как не было там и вообще хоть какого‑нибудь интереса. Кто‑то там, внутри Артема, с ехидцей заметил: "Мда, попили блин пивка". И добавил не менее саркастично: "Этот квест ты провалил, парень".

— Квест!

— Что? — хозяйка испорченных туфлей подняла на него свой взгляд.

— Сейчас все будет. У вас какой размер ноги. Надо. Очень. Ломать больше ничего не буду, а буду совсем даже наоборот.

— Тридцать шестой, а что, у тебя в рюкзачке есть пара точно таких же, но с перламутровыми бантиками?

— Нет, но буду искать.

И успев считать мелькнувшую на лице девушки мысль, сказал:

— Подождать заставлю совсем недолго. Минут десять максимум. А ты пока тут мой рюкзачек посторожи. Можешь даже сесть на него, и не бойтесь, ничего в нем не раздавишь.

И опять, не дав девушке ничего ответить, торопливо добавил:

— Ну, или не садись. А я сейчас буду.

Он был на этой станции метро последний раз месяца полтора назад, и сейчас бегом лавируя между выходящими из станции людьми, очень надеялся, что в расположенном сразу рядом с выходом из станции метро павильоне всякой хрени найдется место и для обувного бутика.

Место нашлось и девушка в магазинчике была столь любезна, что на сбивчивое бормотание запыхавшегося Артема: "красивые, удобные, тридцать шестого размера, так чтоб на ноге смотрелись и что там сейчас модно, просто вот прямо сейчас, по улице пройти, потому как каблук сломался…два" за минуту поставила на прилавок три разные пары — босоножки, туфли и мокасины.

— Если прямо сейчас, в чем ваша девушка одета?

— Ээ…Платье, сарафан. Вообщем, красивое такое, на бретельках и до колен….

— Понятно.

Продавец прикусила нижнюю губу и, за минуту справившись с приступом смеха, убрала с прилавка мокасины.

— Выбирайте, но я бы посоветовала босоножки, а если не понравятся, — заходите ко мне уже вдвоем и мы точно сумеем выбрать то, что понравится.

— Точно, точно. Спасибо вам. Выручили. С меня коробка конфет.

— Да ладно, не надо. Приходите ко мне обувь покупать почаще. Или просто приходите. Вы забавный.

Ну, десять не десять, а в семнадцать минут Артем уложился и довольно протянул купленные босоножки девушке.

— Артем.

— И у кого такое имя, у них или у вас?

— У нас, то есть у меня. А тебя как зовут?

— А нас зовут Марина.

Она уже примерила обновку и критическим взглядом осматривала свои ноги.

— А ничего так. Втюхиванием обувки на досуге не подрабатывал?

— Бог миловал. Давай твои туфли и номер телефона. Отнесу в ремонт, и как только будут готовы, позвоню тебе и принесу куда скажешь. Или куплю точно такие же, но с этими, как их, перламутровыми бантиками.

Марина уже откровенно улыбнулась.

— Да не надо. Есть у меня мастер. Я думаю, он справится. А нет, так и потеря невелика.

И, заметив, как погрустнел Артем, добавила:

— Не куксись. Телефон я тебе так и так не дам. С первой встречи я его никому никогда не даю. Это принципиально.

— А со второй?

— Со второй? — Марина внимательно посмотрела в глаза ждущего Артема.

— Подумаю. Но только не завтра. И даже не через неделю. Вот так, рыцарь — это не обсуждается.

— А может, вместе зайдем в бутик, в тот, где я босоножки покупал, там ещё красивые туфельки остались. Подойдут по ноге — возьму. А потом отметим это дело в кафешке напротив.

— Попытка не засчитана. Но, ты молодец. Правда, молодец. Ух, а что я про тебя подумала в первый момент. Впрочем, тебе лучше не знать. Тогда у меня есть шанс остаться в твоих глазах леди. А сейчас мне уже пора бежать, я просто жутко опаздываю.

Марина подождала, пока парень прошел через турникет и встал на эскалатор ведущий вниз. Только тогда, достав из сумочки записку, сверилась с адресом и пошла в сторону нужной улицы. Ушла недалеко. Мысль "Куда и зачем я бегу?" просто на ходу развернула её в обратную сторону.

И этот внезапный интерес к ней директора (за спиной от сочувственного "до Марины, кобель, добрался", до завистливо — злого "на корюшку нашего Никиту потянуло") и её ответный интерес ("уж я то смогу удержать его в кулачке") всё это вдруг показалось глупой, пустой и совсем ненужной ей игрой.

Марина скомкала записку с адресом и короткой припиской под ним "Солнце, не опаздывай, а то шампанское нагреется. Н. В." и выбросила её в урну.

— Ну не уволят же, в конце концов? — подняла руку, тормозя проезжающее мимо свободное такси. А на дежурный вопрос сидящего за рулем таксиста "Куда ехать будем, барышня" легко и решительно ответила:

— Домой!

Корпорация Радеон. Проезд перед главным входом в здание. Три дня спустя.

Два крепких, накаченных мужика о чем‑то тихо разговаривая, при этом, весело смеясь остановились возле Артёма

— Парень, ты не знаешь, как пройти в библиотеку?

Мгновения, пока Артём соображал, что этим дебилам от него вообще надо, хватило, чтобы те, плотно обступив его с двух сторон и подхватив под руки, буквально вбросили в резко затормозивший напротив микроавтобус.

Двое из группы захвата продолжали держать парня на коленях на полу с завернутыми за спину руками, третий, уже находившийся в Мерседесе с тонированными стеклами, одобряюще похлопал Артёма по щекам и глумливо поздоровался:

— Ну, здравствуй, дорогой. А расскажи нам, ничего не скрывая, с какой целью ты возле Радеона неотрывно трешься?

— Ничего я не трусь. Просто проходил мимо.

Артём постарался сказать это как можно более уверенным и твердым голосом. Получилось не очень. Не то, что бы Артём физически считал себя слабаком, — всё‑таки занятия легкой атлетикой, позже горный туризм физически многое ему дали. Но вот своих шансов противостоять трем натасканным профессинальным бойцам, а именно так и по виду и по действиям эта троица выглядела, он в данной ситуации не видел.

Мысль о том, что произошла ошибка и сейчас всё прояснится, тут же убил всё тот же третий из служивых.

— Может тебе, для освежения памяти, фильму с видеокамер, снимавших вход — выход в здание за три последних дня показать? Ты, прохожий, такой там весь из себя красавчик, всё ходишь мимо ступеней туда — сюда и прямо пожираешь глазами каждого выходящего из Радеона.

И вдруг, резко наклонившись, глаза в глаза, жестко спросил:

— Имя, фамилия, где живешь, где работаешь?

Досрочный ответ "не твое свинячье дело" Артём, вздохнув, заменил на более конструктивный.

— Сергеев, Артём. Москвич, шесть последних лет. В заднем кармане брюк паспорт. Там все данные. Временно безработный. Вот, в Файролл играю. Очень нравится, когда узнал, что офис компании находится в Москве, не удержался, захотел просто посмотреть вблизи на корпорацию. Создатели любимой игры, как ни как.

— Угу. Пока все складно. Продолжай говорить.

Он, не глядя на Артема, листал отобранный паспорт, при этом что‑то вбивая в поисковик ноута, лежащего на сидении микроавтобуса.

После этих слов, мужики, держащие руки Артёма в положение "дыба", чуть ослабили свою хватку, избавив того от боли в плечах и дав немного распрямить спину.

— Собственно, всё. Была ещё мысль устроиться на работу в вашу корпорацию. Я неплохой IТ — ишник. Но вот за дверь посторонних не пускают, а как стать не посторонним, я так за три дня и не придумал.

Мужик, задающий вопросы, явно старший в этой компании, чему‑то молча покивал и тут же набрал кого‑то в телефоне.

— Алло, Влад, узнал? Та, да. Наша служба, как говорится, и опасна и… без вашей никуда. Пробей мне тут одного гуся.

Он посмотрел на Тёма

— Какой ник в игре?

— В какой?

— Не тупи. Мы сейчас о чем речь с тобой вели? Регистрировал капсулу по адресу прописки?

— Ник- Тём. Да, регистрировал по прописке.

— Угу, а чего, вполне оригинальный ник.

Артём только зубами скрипнул, но пока решил не нарываться, придержав ответ, где он видел эти мнения про свой ник, до лучших времен.

— Имя в мире Тём. Здесь Артём Сергеев. Да, Сергеев. Капсула зарегистрирована в вашей службе — он ещё раз полистал паспорт и зачитал адрес. — Проверь данные и перезвони. Только не тяни, я жду.

Он глянул на Артёма и опять гаденько ухмыльнулся.

— А некоторые не просто ждут, а ещё и сильно волнуются.

Старший засунул паспорт в карман своей куртки.

— И у этих некоторых есть очень веская причина для волнения. Вы как, поверили в историю про бедного безработного мальчика, три дня под офисом голосящего "месье, же не манж па сис жур"?

Он весело посмотрел на своих бойцов.

Те поняли, что шеф сказал что‑то смешное и дружно заржали.

— Так что или кого ты высматривал перед входом в здание корпорации? Артём, только я прошу, на этот раз обойдись без грустных историй, пожалуйста.

Переход на вежливый тон был контрастен и ещё более тревожен для Артёма. Внутри засмоктало предчувствие ещё больших неприятностей.

— Я хотел только глянуть, где расположена ваша корпорация. Мне это было интересно и у меня на это было время. Просто совпадение, что из дверей как раз в это время вышли девушки. Много красивых девушек. По времени выходило, что они закончили работу и расходились по домам. Вот одна из них очень мне понравилась. Я думал так не бывает, чтоб вот так сразу раз и зацепила. Оказалось, — бывает.

В это время раздался звонок и старший махнул рукой, чтоб Артём замолчал.

— Да, Влад. Совпадет, говоришь. По твоей линии ничего?

Да, ладно! Точно в списках в проекте группы Константина? Проверь ещё раз, чтоб ошибки не было.

В ожидании ответа он быстро, и как показалось Артёму, немного нервно выбивал кончиками пальцев какой то беспорядочный ритм. Кнопку "разговор" нажал на середине первого зуммера.

— Значит без ошибки. Надо же, как звезды сошлись. А кто куратор уже известно?

Выслушав ответ Влада, недовольно поморщился.

— Не знаешь или мне говорить не хочешь? Мы же не первый раз с тобой информацией обмениваемся. Я сейчас на кодированный канал прыгну. Что? Ты проверил допуски и моего тебе недостаточно? Что‑то вы там мутите со своим Константином. Да молчу, да я понимаю с какого этажа ноги растут. Спасибо и на том, чем смог поделиться. С меня коньяк. Вот как? Тогда кофе или чай.

И уже выключив телефон, ворчливо добавил.

— Развелось трезвенников, понимаешь ли.

После чего долго и задумчиво посмотрел на Артёма.

— Ты знаешь, а в последнюю историю я даже могу и поверить. Девочки в корпорации действительно закачаешься. Когда, говоришь, это было?

— Позавчера, в семь вечера.

— Позавчера…В семь вечера… — он что‑то просмотрел у себя на ноуте, при этом перекрывая собой Артёму обзор экрана.

— Покажи, которая, — он развернул экран и держащий Артёма справа боец отпустил тому руку.

На картинке был кадр с выходящими из дверей офиса девушками. Здесь же Артём увидел и свою, застывшую в углу экрана, фигуру. Судя по ракурсу, съёмка велась с видеокамеры, расположенной не на самом здании корпорации, а со здания напротив.

— Вот эта, — Тём показал так понравившуюся ему девушку.

— Да, работала у нас такая девушка.

И повернувшись к коллегам, добавил:

— А я был уверен, что он покажет мне не Марину, а Дарью. Считай, парень, тебе повезло, и я поверил, что ты не имеешь ничего общего с нашими конкурентами. Но, чтобы это везение продолжалось и дальше, мой тебе совет — сделай так, чтобы возле Радеона тебя больше никто и никогда не видел. И про эту девочку тоже забудь. Если увидим, что ты нарушишь эти условия, то поверь мне, поломанные руки и ноги будут для тебя удачным исходом. А это, чтоб ты не думал, что я пошутил.

Он без замаха, коротко и сильно пробил правым хуком в солнечное сплетение Артёма и, глядя, как тот корчится на полу машины в болевых судорогах, брезгливо встряхнул кистью, кивнув подчиненным:

— Протрите им пол и выбросьте его из машины. Всё, парни, пустышку вытянули, конец операции.

Далеко от корпорации Радеон.

Артём неделю приходил в себя. Просто тупо валялся на диване, почти не выходя из дому и совсем не заходя в игру. Иногда включал комп в онлайн режиме, но спроси его кто‑нибудь через пять минут, что он только что просмотрел, Артём не смог бы вспомнить.

Первоначально возникшее желание удалить свой аккаунт, Тём, немного успокоившись, заменил на желание найти нелегальных торговцев оружием и прикупив у них ствол, подстеречь и завалить козлов у входа в корпорацию. Не вспомнив никого из знакомых, которые смогли бы прямо сейчас, навскидку вывести его на вожделенный пистолет, Артём ещё немного поостыл. Ну, не готов он был, вот так психануть на все и напрочь сломать свою жизнь. Хотя каждый раз, как только накатывали воспоминания происшедшего с ним у Радеона, непроизвольно сжимал кулаки.

Он не мог знать, что в то же время, когда он, сжимая кулаки, думал о корпорации, директорату Радеона его персона вдруг тоже стала интересна.

Случай сам по себе не рядовой. До этого директора могущественной корпорации не часто интересовались конкретными игроками созданного ими мира. Особый случай составлял разве что Киф, известный Тёму по совместному походу с Морскими королями под ником Хейген. Но исключения, как водится, только подтверждают правила.

Впрочем, это знание никак бы не поменяло твердое мнение Артёма о корпорации со всеми её директорами вместе взятыми.

К офису за прошедшее время он больше не ездил. Эта эсбэщная сволочь сказала про Марину "работала такая". Видимо, поэтому он и не встретил девушку в последующие дни. Этим словам можно было верить, так как особисту врать человеку в тот момент полностью находящемуся в его власти, было незачем. Артём был для него меньше, чем никто. Так, совершенно "случайный пассажир", и отношение к нему было соответствующим.

Артём опять заскрипел зубами, все же решив пробить возможность прикупить пистолет.

Хотя возьми его ребята гуляющего под корпорацией с пистолетом, очень могло так случиться, что выбросили бы не избитого на асфальт, а бездыханным телом где‑нибудь в озеро.

Ну и хрен с ним, теперь он будет гулять настороженно. А там эффект неожиданности уже будет у Артёма.

Долго пребывать в депресняке было не в характере Артёма. Мрачное и давящее состояние, плотно прессовавшее Артёма два дня, был разобрано до косточек, расфасовано и обвешено бирками. Всё что касалось Марины, было с печальным "эх" убрано с глаз подальше, туда, в зону подконтрольную только снам, чтобы время от времени всплывать в ней темным или светлым бессознательным.

Вся дневная активность Артёма была переключена на поиск ствола. Даже сто процентов понимая, что его функция "палочки — выручалочки" весьма условна и наличие оружия больше само успокоительный обман, чем необходимость, надиктованная насущной потребностью, Артём с бульдожьей настойчивостью перебирал связи своих старых друзей, знакомых и клиентов. И не находил нужного человека. Идти к кому попало, чуть ли не с плакатом "Дайте мне ствол!" было глупо, так же глупо было искать продавца по Интернету. Нет, в том, что отыскать там продавца было можно, Артём, как раз, не сомневался. Сомневался, что тот продаст ему оружие, а не место на нарах в Наро — Фоминске.

Устав перебирать одно и то же, Артём перешел на уровень Б, где были планы фантастические и невероятные. В одном из них и мелькнуло имя Игора. А, собственно, почему бы и не отработать эту малую вероятность до конца. Что он знал про Игора? Классный парень, земляк, кто же ещё говорит "за ВДВ" без акцента? Со своими принципами, характером и позицией. Есть ощущения, что это не дутый герой, а человек, которому реал тесен для воплощения его внутренней энергии, и он её частично сливает в игре. Ну да, вектор этой энергии весьма агрессивен, так ведь и не воспитатель детского сада, а бывший десантник. Хотя, воспитатели в детском садике тоже разные бывают.

Осторожно провести беседу, по возможности не засвечиваясь. А там, по ощущениям и обстоятельствам уже решить, встречаться или нет.

Артём зашел в почту и, обрадовавшись, что Игор был в игре, быстро набрал ему месседж.

"Привет. Как дела? Всё плюшками балуешься? Есть желание помочь собрату по клубу "Рожденные в холмах"?".

Подумал и заменил слишком явную манипуляцию на просто "собрата по клубу".

Ответ пришел очень быстро.

— Привет, пропажа. Почему бы и нет? Чем смогу- помогу.

— Собственно я не по игре. Вот ты говорил, что из ВДВ и что вы "своих" не бросаете. Я не знаю, насколько соответствую твоему понятию "свой" за пределами Файролла, в реале.

— Соответствуешь, не тяни кота за хвост, что там у тебя.

Волей Игора, задуманное Тёмом плавное прощупывание собеседника скачком перешло в фазу "надо решаться".

— На меня тут, в реале, наехали. И мне нужен ствол.

— Ну, что‑то подобное, я и ожидал от тебя услышать после твоего подката. То, что ты мой земеля я давно вычислил. Если очень надо, подъезжай переговорим, порешаем твои проблемы. Ты далеко от Иркутска находишься?

Артём мысленно присвистнул. Поездка, если он решится на неё, была чуть дальше, чем за город на троллейбусе. И дело уже было не в стволе, а в необходимости переговорить с человеком, которому можно было довериться. Просто, чтоб мир знал, куда делся Артём Сергеев, если с ним что‑то случится во время следующей прогулки к офису этой корпорации.

— Часов шесть лёту и я у тебя в гостях.

— О, да ты у нас какая‑то из столичных штучек?

— Москва.

Следующий ответ от Игора пришел через длинную паузу.

— Лови расписание двух ближайших рейсов на Иркутск. Если решил поговорить, то встречу. Выбери, на каком из них ты прилетишь, и сейчас сообщи мне. Там разница между рейсами в три часа. Буду ждать в ресторане в аэропорту. Я в жизни не сильно от своего перса в игре отличаюсь, думаю, не ошибешься. Обойдемся без журнала "Вестник Файролла" в правой руке. Годится?

Тём понимал, что его сейчас проверяют, но, как раз это у него протеста и не вызывало.

— Годится. Только, если мы решим мой вопрос, как я со стволом полечу обратно?

— За это не беспокойся. Просто я давно хотел посмотреть, что ты за один. Посидим, за жизнь поговорим. Если я не ошибся в тебе, а ты во мне, то всё будет нормально. Съездим на Байкал, попаримся в баньке, возьмём с собой девочек. А по возвращении в столицу, если договоримся, тебе торжественно вручат, то, за чем ты ко мне обратился. Так что там с рейсом?

— Ближайший.

— Молодец. Жду.

Полет прошел, как пишут в отчетах, в штатном режиме. Артём успел позевать, подремать, позаигрывать со стюардессой. Но легко, и как показалось, когда покидал борт, девушка даже обиделась за эту легкость, видимо ожидая, что хоть номер телефона симпатичный пассажир у неё точно попросит. Не попросил.

Игор действительно выглядел почти так, как в игре. В полупустом зале ресторана невозможно было не заметить огромного рыжеватого блондина лет тридцати. Детина, что называется косая сажень в плечах, с ощутимо прокаченными руками, в огромных ладонях которых просто терялась стандартная рюмка беленькой.

Он хлопнул рукой по стулу рядом с собой, приглашая Артёма присесть рядом, и вопросительно посмотрела на подошедшего парня. Артём, направленный на него взгляд понял правильно.

— Тём. В миру Артём Сергеев.

— Игор. В миру Святослав или просто Свят.

И заметив, что Артём еле слышно хмыкнул на это, расценил этот хмык по — своему.

— Не ты первый ожидаешь, что меня Игорем зовут. Игорем предка звали. Вот я в игре и воспользовался его именем, чуть по — своему. Рассказывай, что у тебя там за куралесия случилась?

— Вот оно как, — только и сказал Свят, до этого не перебивая, слушавший рассказ Артёма о его посещении корпорации Радеон. Налив из холодного графинчика водки в обе рюмки и, подвинув ближе к центру стола тарелку с нарезанными аккуратными ломтиками мясными деликатесами, Святослав поднял свою.

— Давай, братка, за знакомство.

Чокнулись рюмками, выпили, помолчали. В этот момент у Свята отозвался мобильник. Просмотрев пришедшую файлом информацию, Святослав удовлетворенно крякнул и разлил ещё по одной в пустые рюмки.

— Ну, давай ещё по одной, и пока баста. Поговорим о твоих делах.

Говорил Свят так же, как и пил: коротко и конкретно, не рассусоливаясь на всякое послевкусие. И то, какое послевкусие от, пусть даже очень хорошей, настоянной на кедровых орехах, водки? А вот тепло внутри от грудины и вниз это хорошо.

— Я тебе, Артём, вот что скажу, забудь ты про это дело с Радеоном. Я тоже этой корпорацией в свое время интересовался. У серьезных людей справки наводил, сам туда не лез. Радеон неприкасаем. Не трожь ты его, ради Бога.

А ствол, что ж. Стволом я тебя обеспечу. Записывай номер телефона, вернешься в Москву, отзвонишься по этому номеру, сделаешь заказ, там же договоритесь о месте встречи. Человек абсолютно надежный. Не подведёт. Ты что хотел приобрести?

— Не знаю. Может обычный ТТ?

Свят откровенно улыбнулся.

— Ладно, не бери в голову, я сделаю заказ за тебя. Думаю, ты пулять им в кого попало не будешь, а для скрытого ношения тебе Глок или даже скорее девятая пээфка подойдет.

— Пээфка?

— Американец. Kel‑Tec PF-9, отличная машинка для скрытого ношения с мягким спуском на семь патронов 9 мм Parabellum. Весит немного, не больше полу килограмма с полным магазином. Судя по тому, что ты в Иркутск прилетел не задумываясь, денег на него у тебя хватит. По патронам возьми сразу пару коробок. Хоть патрон и не дефицит, но на пристрелку минимум коробку надо будет потратить. И для звонка используй новую карточку, потом её в утилизатор отправь. Береженного, как говорится…

Свят подмигнул Артёму.

— Ну что, махнули со мной на Байкал. Там у меня домик, банька. По пути кое — куда заедем и кое — кого возьмём с собой. А?

— Спасибо. Но нет. Не сегодня. У меня обратный вылет через час. Просчитал, чтоб не куковать в гостинице, если бы у нас встреча не срослась. Свят, я обязательно к тебе прилечу, если, конечно, ещё примешь. Летом, а лучше зимой. До неё ближе. Чтобы из баньки голышом прямо в снег. Практикуете?

Святослав засмеялся и хлопнул Артёма по плечу.

— Регулярно. Вот даже обидеться на тебя не могу, что немного мои планы подпортил. Я себе уже отдых наметил. Тоже последнее время редко на озеро выбираюсь. По игре с тобой хотел погутарить. Очень меня заинтересовал твой квест с учеником инквизитора, про который ты смачно отписался на прошлой неделе.

— О, кстати насчет квеста. Опять нужна твоя помощь. Я тут со всеми этими делами вокруг Радеона, в игру не заходил. И боюсь, что потерял инквизитора. Знаю примерное направление на Север. У тебя пограничные районы Севера и западной Марки на карту подробно нанесены?

— Подробно, а что ты планируешь?

— Да попросить тебя уделить мне полдня завтра — послезавтра. Пройтись по городкам в тех районах. Поверь, такие инквизиторы как Клаус совсем незаметно не ходят.

— На зарево костров ориентироваться собрался? — с заметным любопытством спросил Свят.

— Нет. Сдается мне, что он мастер более мягкого, но тоже громкого действа. Если быстро учителя найдем, сам увидишь. Так я могу на тебя завтра рассчитывать?

— Что же ты как клещ? Уж если вцепился, то не сбросишь. Не дергайся, я в хорошем смысле. Мне эта твоя хватка нравится. Да и извозчиком мне побыть ещё никто не предлагал. Разве, что сам, ещё совсем молодым, на своей первой тачке деньгу поднимал. Дай подумать.

— Если ты про порталы, то конечно они с меня. И про то, что обещал тебе интересный квест с оказией тоже помню.

— Не суетись, я не бедствую. С порталами разберемся. Что про обещание помнишь, — молодец. Мне просто надо свои планы на завтра согласовать, и не только по игре. Но думаю, что все получится. Где встретимся?

— Предлагаю в Троттире. Есть такой городок в Западной Марке.

— Я знаю, бывал, там копи рядом. Конкретнее.

— Гостиница "Весёлый поросенок".

— Не помню. Найду, ты только как в игру заходить будешь, мне за полчасика "до" маякни, чтоб часы сверили.

— Хорошо.

Свят на правах хозяина разлил опять по несколько капель в рюмки.

— Ну, давай ещё по одной. И будем разбегаться. Раз ты со мной не едешь, мне надо до завтра ещё несколько дел сделать.

Тём поднял свою рюмку.

— За тех, кто не с нами.

Свят согласно кивнул.

— Правильный тост. Одобряю.

И уже поднявшись из‑за стола и пожав на прощание руку, Святослав добавил:

— Если всё‑таки не послушаешь меня и вляпаешься куда‑нибудь так, что надо будет схорониться, — прилетай. И крышу над головой дадим и спину прикроем.

Когда Тём на обратном пути дремал в удобном кресле самолета, с серверов корпорации пришло два сообщения.

Первое для всех.

" Вниманию игроков!

Завтра, с 02–00 до 06–00 утра по московскому времени будут проводиться профилактические работы на всех серверах игры.

Помимо плановых работ на серверы игры будут установлены обновления, с полным списком которых вы можете ознакомиться на официальном сайте игры (рекомендуется).

Во избежание потери опыта, предметов и сбоев выполняемых заданий администрация игры рекомендует вам на время проведения работ не заходить в нее в оговоренный отрезок времени.

Благодарим вас за понимание и содействие"

И только избранные, в которые неведомыми ему путями вошел и Тём, получили дополнение к сообщению

"Игрок Тём!

Администрация игры повторно сообщает вам, что приняв квест "Кольцо незнакомки", вы запустили игровой сценарий "Воцарение на престол".

Данный сценарий является континентальным и администрация игры настоятельно рекомендует вам начать выполнять квест, являющийся его стартером.

В случае, если вы это не сделаете в ближайшие 15 дней, то администрация игры оставляет за собой право применить к вам штрафные санкции, в соответствии с п. п. 12.3.3 'Соглашения администрации игры и игрока.".

Артём, прочтя по приезду домой последнее сообщение, только зло хмыкнул.

— Ага, в противном случае меня транклюкируют.

А с пистолетом всё получилось на удивление легко. Артём позвонил по полученному от Игора номеру телефона и договорился о времени встречи в людном, проходном месте. Человек с абсолютно невзрачной, незапоминающейся внешностью молча протянул руку, получил оговоренную сумму, вручил Артёму коробку и так же молча растворился в толпе.

Дома Артём вытащил из коробки маленький легкий серый пистолет с удобно легшей в руку, рифленой квадратами, рукояткой. А ещё под стволом имелся встроенный лазерный целеуказатель, как гласила находящаяся в коробке инструкция, достающий на расстояние до двухсот метров. Красота!

<

Глава 11. Делая добро, да не унываем…

Отсчет плюс 1 от точки бифуркации.

В Файролл Тём вернулся за полчаса до согласованной с Игором встречи.

В дом первого советника не пошел, логично рассудив, что пока медальон находится у него на хранении, никакая ведьма не сможет наложить своё заклятие на Стефанию через медальон. Тём не спешно зашел в "Весёлого поросенка", выбрал отдельно стоящий в дальнем углу обеденного зала небольшой, рассчитанный на шестерых едоков, дубовый стол для особых персон и кивком головы поздоровался с выглянувшим в зал из кухни хозяином гостевого дома.

Тот так же не спеша, но и не мешкая, подошел к норду.

— Доброго дня, господин Тём.

— И вам доброго, господин Мартеллино.

Трактирщик никак не отреагировал на выбор стола нордом, от чего тот сделал вывод, что правильно оценил повышение своего статуса в глазах Мартеллино.

— Я жду друга, можешь поставить мне то вино, которым угощал инквизитора Клауса — небольшая пауза, — моего учителя.

— Найдем, от чего же не найти, — и то же через паузу, — господин ученик.

Он подмигнул Тёму и собрался уйти.

— Подожди. Мне интересно, почему ты не рассказал где Клаус, когда я тебя об этом спрашивал?

— А зачем?

— Мда. Справедливо. А если бы я тогда сказал тебе, что принят в ученики мессере инквизитора, это изменило бы твой ответ?

— А если бы я сказал, что приемный сын короля Федерика, ты бы поверил? — вопросом на вопрос ответил Мартеллино.

— А сейчас..?

— А сейчас, ещё до всей этой шумихи, поднятой первым советником нашего градоначальника, я имел о вас разговор с мастером Клаусом.

— Что же. Ещё раз справедливо. К вину закусочки соответствующей, на свое усмотрение. Клаус очень хвалил ваше умение вкусно готовить и правильно подавать к столу.

Лицо трактирщика расплылось в довольной улыбке. Видно было, что ему эта похвала чрезвычайно приятна.

— А вы случаем не мастера инквизитора за столик ждете?

— Нет. Другого очень уважаемого на Севере господина.

— То‑то я и подумал, что рановато мастеру инквизитору возвращаться ещё в Троттир.

Мартеллино отошел, ничего больше не добавив. Пойди узнай, что он имел в виду. То ли инквизитор славно поработал в этом городке, вычистив его от заразы Тьмы, и она не скоро ещё снова пустит здесь корни. То ли что‑то совсем другое. Тём усмехнулся своим воспоминаниям об обстоятельствах знакомства с учителем. А, скорее всего, за словами трактирщика стояли обе причины.

Игор зашел в кабак как раз когда Мартеллино закончил расставлять тарелки на столе, присоединив к бутылке красного вина и двум небольшим винным чашкам зелень, пресные лепешки и выложенный кругами по блюду сыр различных сортов.

Игор широко улыбнулся Тёму и, окинув глазами стол, сказал:

— Неплохо живешь. Не богато, но изыскано.

— И тебе привет.

Тём крепко пожал протянутую ему руку, отметив про себя, что в своем отношении не делает разницы между человеком, с которым он позавчера общался в кабаке Иркутского аэропорта и его аватарой здесь, в файролльском кабаке "Весёлый поросенок".

— Я бы сейчас с большим удовольствием принимал тебя у себя в домике на озере. Ну да проехали. Машинка понравилась?

— Не то слово! Прямо из рук выпускать не хотел.

— Вот и я о том же. Вот только ощущение защищенности штука обманчивая. Надумал оружие иметь, — имей. Сам его люблю и имею, поэтому и тебя понял. По ерунде ствол не доставай, поменьше свети им и, вообще, не балуйся. Но уж если достал по какой‑то причине, то будь готов нажать курок, не задумываясь. Впрочем, я уверен, ты и сам это прекрасно понимаешь. Ладно, предлагаю, по сырку куснуть и возвращаемся к делам нашим насущным.

Игор потянул лежащий с края тарелки твердый кусочек сыра. Тём подумал и достал из внутреннего круга более светлый и мягкий ломтик, пахнущий луговыми травами. Сыр оказался очень приятного, пряного и резкого вкуса.

Усилив удовольствие от вкуса сыра глотком действительно очень приятного на вкус вина, Тём впервые за все дни, что он провел вне игры, буквально физически ощутил, как радость и легкость жизни снова возвращаются к нему. Присутствующее в нем напряжение, коготками вцепившееся в него ещё в первое посещение им Радеона и достигшее своего пика во время "общения" с цепными псами корпорации, полностью оставило его. Находясь здесь, в Файролле, Тём чувствовал себя свободным и защищенным, как Одиссей, вернувшийся спустя много лет на свою Итаку. Думать о том, что этот мир ещё больше во власти Радеона, чем внешний, ему не хотелось. Не сейчас. А думал он о том, что пока примет совет Игора и не будет нахрапом лезть в Радеон. Выбросит напрочь из головы два торчащих там шипа: услышанное во время допроса упоминание о своем присутствии в списке какого‑то Константина и девочку Марину. И вернет себе состояние кайфа от новизны ощущений и драйва, которыми он жил в реальности по имени Файролл до посещения корпорации. Пока так. А там, если судьба не хромая, то ещё прогуляемся по этой дорожке.

Игор тем временем, сдвинув тарелки на край стола, разложил на нём карту, включающую в себя область Раттермарка, от Троттира до Хольмстага.

— Показывай, стратег, в каких точках будем искать твоего инквизитора.

— Скорее — тактик. Ходит Клаус быстро. Говорил, что у него есть пару дел в предгорье Севера. Значит, область поиска примерна вот такая, — Тём накрыл ладонью карту так, что запястье легло на Троттир, а средний палец указывал на Хольмстаг.

— Смотрим, какие поселения попадают в обозначенную мной область. Деревни исключаем, берем в работу только небольшие городки. При мне учитель порталами не пользовался. Если он их применяет для своего перемещения по Раттермарку, то задача плавно перетекает в разряд невыполнимых.

— Ладно, не кипишуй раньше времени. Говоришь, неделя прошла? Предлагаю начать свои прыжки вот с этих трех городков. Потом, постепенно расширяя вектор, вот эти четыре. — Игор ногтем отчертил направление прыжков. Дальше сориентируемся по результатам.

Только сырок доедим, и винцо с собой прихватим, они зачетные. Я, пожалуй, ещё одну бутылочку с собой для Фрокки прихвачу. А то, как к нему не зайдешь, он всё эль, да эль на стол ставит. Правда, целым бочонком. Пусть хоть так к западной цивилизации приобщается.

Тём засмеялся. Игор ему нравился именно этой своей нагловатой деловитостью.

— Тебе никому не надо в Ольхаре весточку передать? Могу занести.

Тём помотал головой, хоть квест от принцессы харжитов так и не удалось полностью изгнать из головы. Ещё и это настойчивое напоминание от администратора Файролла туда же. А он так и не удосужился залезть в договор и посмотреть, что же это за п. п. 12.3.3 "Соглашения администрации игры и игрока". Значит, и не надо было, не горит, в конце концов.

Ему больше хотелось вернуться в Малые Клюквы, чтобы посмотреть, как там дела у Риты и Масимки. Погладить малыша по голове, подарить Рите какую‑нибудь мелочь, ту же свистульку, которые в различном исполнении продавал у ворот Троттира какой‑то нуб- крафтер. Тём, следуя за Клаусом, тогда ещё подумал "Кто ж эту ерунду у сердешного покупает?". А, пойди ж ты, сейчас бы и сам купил не заморачиваясь на цену. Вот только не по пути им в Малые Клюквы. Тём, осознанно вычеркнул из списка на проверку деревни, так как двигаясь в обратном направлении, ещё раз хотел опросить ранее не опрошенных аборигенов о костяных гончих. Не могли же они регулярно делать набеги на поселок пифэри, пользуясь шапкой — невидимкой! Проверить???

Расплатившись за еду и удивившись тому, как скупой похвалой Игор заставил буквально растаять Мартеллино, Тём достал из сумки и вручил собрату сразу пять свитков портала. Тот принял все, ничего не сказав, а норд угадал, как в воду глядел.

На след инквизитора они с Игором натолкнулись в четвертом городке, который по своим размерам был скорее поселок. И главенствовал над местными жителями не градоначальник, а староста, который, почесав голову и ответил, обращаясь к Игору, хоть вопрос ему задавал Тём.

— Да, приходил инквизитор. Расспросил меня, не было ли у нас в городке проявлений Темной стороны. Не замечал ли я порчи посевов, скота, а тем паче кого‑нибудь из людей. Я честно сказал, что и скот, случается, болеет, и посевы весной градом побило. Но чтобы видеть за этим чей‑то злой умысел, так нет такого. Ну, он водички попил, по поселку задумчиво взглядом провел, покивал себе чего‑то и пошел дальше.

Тём только кривился, выслушивая этот "отчет" лица при исполнении.

— А когда всё это было.

— Так я разве не сказал? Третьего дня все это было.

— Всего доброго.

Староста робко так помялся и спросил.

— У нас корова пропала. Вторая уже за неделю. Может странствующие рыцари помогут с поиском пропавшей скотинки бедным поселянам?

Дзынь! Мда, можно не смотреть. Это точно не квест всей жизни. Тём серьезно посмотрел на сотоварища.

— Берешь в качестве оплаты за помощь?

Игор незлобно огрызнулся.

— Отвали, а то сейчас и вправду приму задание от почтенного и пойдешь дальше сам искать своего инквизитора. Пешие маршруты очень хороши с познавательной точки зрения.

И, повернувшись к напряженно вслушивающемуся в беседу старосте, ответил:

— Извини, но мы, скорее, охотники за двуногими волками, так что тебе придется найти для спасения кого‑нибудь другого.

— Вот и инквизитор сказал тоже самое. Как будто тут часто бывает кто‑нибудь другой.

Уже не слушая сетования старосты, Игор уверенно ткнул пальцем в один из ранее намеченных городов.

— Предлагаю сюда портануться. По расстоянию как раз три дня пешего хода в нужном направлении. Можем попасть.

— Сам бы это предложил, если бы у меня была такая карта как у тебя. А так, конечно, поддерживаю.

— Жук. По карте отдельно поговорим. Шагай скорее. — Игор подтолкнул Тёма в разгорающийся овал портала.

Они попали.

Вышли из портала во дворе гостевого дома. Игор не изменял себе в точках привязки, а с другой стороны к чему ещё и привязываться, если не к общепиту?

В городке со смутно знакомым Тёму по той жизни названием Бернацца, перед кабаком стояла небольшая толпа.

Двое горожан, размахивая руками и прибивая пыль под ногами вылетающими при их "милой" беседе каплями слюны, пытались что‑то доказать друг другу. Стоящий рядом десяток исключительно крепеньких мужичков, неловко переминался с ноги и на ногу, с каждым шагом медленно отодвигаясь от спорящих.

Игор с ходу пошутил дежурной по ситуации фразой.

— Что за шум, а драки нет?

Тём, в криках и в брани, допустимой этикой игры, выделил ключевые слова "инквизитор", "жена", "ведьмы", "распутник" и подмигнул товарищу.

— Я уверен, что знаю из‑за кого весь этот сыр — бор. И если я прав, а я прав, то мы молодцы. Всё правильно просчитали. Логисты, ютить твою так!

Страсти в это время у спорящих накалились не по погоде.

Стоящий на дверях, бывший с огромной вероятностью хозяином заведения, не пускал внутрь разъяренного и обиженного горожанина и был более сдержан.

— Я бы только радовался на твоем месте, Ринальдо. Теперь ты точно знаешь, что твоя жена не ведьма, и никакого сглазу или порчи ни тебе, ни товару в твоей лавке не будет.

— Мне лучше знать ведьма моя жена или нет, чем какому‑то бродячему монаху. А если ты такой умный, пусть бы он проверял своими новомодными методами твою жену, а свою я сам проверять буду! Хотя, нет. Твоя жена такая страшная, что её и проверять не надо. Ты сам, наверное, уже десяток лет не проверяешь, потому что все и так видят, что она ведьма.

До этого громкий, но не перевозбужденный защитник дверей кабака, взревел раненым лосем и рванул с кулаками на своего обидчика.

— Брейк.

Игор успел встать между резво отпускающими тумаки друг другу горожанами. Появление между ними сильного и хорошо вооруженного норда отрезвило обоих. Тут же к Игору плечом в плечо стал и Тём.

— А в чём спор, уважаемые? Мне, как ученику мастера инквизитора коллегии инквизиторов Раттермарка известны все методы и способы, допустимые в определении ведьм и колдунов. Так, что я могу вас рассудить.

Первым, как ни странно, успокоился обиженный на инквизитора лавочник.

— Так это, мессере воин — ученик, приходит два часа назад моя жена и говорит, что была на исповеди у инквизитора и теперь полностью очищена и защищена от воздействия Темной стороны. А у самой глаза блестят, и дышит вся так неровно, как и в период моего к ней сватовства редко дышала. Но я и смекнул, что не все так благостно, как она рассказывает. Я ей тот час вчинил жесткий допрос с осмотром. Она в слёзы, а следы пальцев на бедрах есть. И вот я с помощниками, — он оглянулся на стоящих уже почти у ворот трактира парней, — пришел к монаху за правдой. А этот змей — он, обличая, ткнул пальцем в трактирщика, — меня к тому змею не пускает.

— Прежде чем мы перейдем к пониманию того, справедливо ли обвинение в адрес мастера инквизитора, ответь мне на один вопрос, уважаемый: принадлежала ли тебе жена всецело, всякий раз и сколько бы раз тебе не желалось, или нет?

Лавочник помявшись, ответил:

— Принадлежала каждый раз и без отказа.

— То есть, если ты всегда брал с неё все, в чем тебе была надобность, и что тебе нравилось, что ей оставалось делать с тем, что у неё оставалось в излишке? Дождаться пока оно испортится и станет приманкой для темной стороны или дать вовремя снять излишек тому, кто всю свою жизнь посвятил борьбе со злом во имя добра?

Пока лавочник переваривал услышанное, трактирщик первым сообразил о чем сказал Тём и радостно хлопнул истца по плечу.

— Вот видишь Ринальдо, я тебе говорил о том же, только не столь мудреными словами, как мессере ученик инквизитора. Так что ты теперь лет пять можешь быть уверенным в своей жене, как в святой.

Ринальдо почесал затылок, но все же сказал.

— Да получается, что напрасно я гневался на уважаемого человека. Да и жена моя тоже вроде как безвинно от меня пострадала. Пойду ей пару серебрушек дам, пусть сходит по соседним лавкам и купит себе чего‑нибудь, чтоб купить и на меня больше не обижаться.

Толпившаяся у ворот группа поддержки лавочника с облегчением выдохнула и быстро рассосалась вдоль улицы.

Дождавшись пока и Ринальдо выйдет за ворота, Игор с каким то новым любопытством в голосе спросил у Тёма:

— Ты хоть сам понял, что сейчас сделал?

— А что? — Тём непонимающе посмотрел на товарища

— Ты сейчас выполнил квест не получив на него задания.

— Я как‑то не заметил. Да и не совсем это моя заслуга, её честно надо разделить пополам с Бокаччо.

Игор не стал вникать в то, что сказал ему Тём, все ещё перекатывая и так и этак насущное.

— То‑то и оно, что не заметил. А я вот был уверен, что такая ситуация без обязательного квестового сценария это игровой нонсенс.

Тём равнодушно пожал плечами, "ну может быть и так", и повернулся к трактирщику.

— Уважаемый, инквизитора Клаус зовут?

— Да.

— А в какой комнате мы его найдем? Я его ученик и немного отстал в дороге, но обещал догнать учителя. Вот, догнал у вас в Бернацце.

У этого трактирщика Тём, после разрешения спора, вызывал полное доверие.

— Второй этаж, вторая дверь направо.

— Благодарю.

И весело добавил, повернувшись к товарищу, — Пошли, навестим моего славного учителя. Познакомлю, останешься в удовольствии.

На вежливый стук в дверь по ту сторону никто не отозвался. Тём постучал настойчивее.

Из‑за двери раздался сонный, но такой знакомый голос.

— И кому понадобились услуги смиренного мастера инквизитора коллегии Раттермарка?

— Его ученику, норду Тему.

Дверь стремительно распахнулась и к Тёму выдвинулась знакомая фигура в фиолетовой сутане, дружески хлопнувшая норда ладонью по плечу.

Тём окинул быстрым взглядом комнату за спиной Клауса. Кровать расстелена, но и окно во внутренний двор широко раскрыто. Так, что если учитель действительно спал, и не слышал шум внизу, то врасплох его всё равно бы не застали.

— Куда так надолго запропастился? Я уже подумал, уж не напугала ли тебя ноша борца со Тьмой.

— Что вы учитель. Вместе и до конца.

— Хороший ответ. Но такой ответ больше подходит воину, стоящему рядом с тобой, а не тебе. Ведь ты уже не просто воин, ты мой ученик. Потому не будем торопиться с таким ответом, а доверимся путям, которыми Он нас ведет.

Клаус перевел свой цепкий, оценивающий взгляд на Игора. Тот ответил таким же. Молчаливый армрестлинг глазами продолжался с полминуты. Видимо увидев всё, что хотел увидеть в минуту знакомства, Клаус попросил Тёма.

— Представь своего спутника.

— Игор, мой друг и ярл Морских королей. Мы с ним из Ольхара. Можно сказать без ошибки, что он был моим первым учителем. Я ему всегда могу доверить спину, и сейчас он помог разобраться с намечающимися неприятностями во дворе гостиницы. Если бы Игор вовремя не встал перед рвущимся внутрь весьма злым типом, в дверь к вам стучался бы не я, а толпа жаждущих с вами разобраться горожан.

Инквизитор одним вопросом показал, что он в теме.

— Ринальдо?

— Он. Я с ним поговорил, и он ушел покупать своей жене подарок.

— Да? Пожалуй нам стоит к нашим занятиям добавить и беседы на духовные темы. Это будет и правильно и полезно и тебе и, похоже, мне тоже. Ты же готов продолжить наш совместный путь?

— Для этого я и искал вас, учитель.

— Тогда мы отправляемся в дорогу, не мешкая.

Инквизитор повернулся к Игору.

— Воин, тебе я тоже благодарен за помощь моему ученику. Я узнал о времени и месте сбора местных ведьм. К моему сожалению, таких мест два и мы с учеником никак не успеваем быть в двух местах одновременно. А сорняк, щедро политый чертовкой Гретхен, должен быть прополот. Если ты готов сразить ведьм в одном из этих мест, ты будешь достойно вознагражден.

Игор повернулся к Тёму и одними губами прошептал:

— Хорошенькое название для задания, — "Прополка сорняка". Хотя с монетами и опытом не пожадничали. Амулет Инквизитора ещё в награду. У меня такого не было.

— Так ты взял задание?

— Взял, чего не взять? А ещё по выполнению увеличение дружелюбия с инквизицией Раттермарка. Отложенное. Нет, почему так, как раз понятно. И всё равно у тебя что‑то, да не так, как у всех. Всё, пока! Там ограничение на время выполнения квеста два часа. И твой Клаус благословением инквизитора меня бафнул. Плюс десять процентов на тучу статов на те же два часа. Блин, хочу этого бафера в команду. Шучу. У меня пока уважение с инквизиторами до должного уровня не прокачано. И это, не пропадай, держи меня в курсе.

— Пока.

Западная Марка осталась за спиной.

Учитель и ученик второй день шли по предгорьям Севера. С ведьмами гнезда городка Бернацца получилось так же, как и с ведьмами в Троттире. Всё сделал Клаус. Тём даже высказал учителю свое недовольство отведенной в схватке ролью. Но тот лишь отмахнулся и, успокаивая норда, сказал что‑то в духе "не спеши, твое от тебя не уйдет". Следующий эпизод добавил ещё опыта в копилку и дал возможность один раз ткнуть глевией в бок сраженного Клаусом в три удара оборотня, к удивлению Тёма, засчитанного системой в счет деяния по геноциду хвостатых (итого осталось всего 98), но совсем не принес драйва. Однако Клаус нашел, чем утолить жажду схватки ученику. После каждых двух часов в дороге, инквизитор делал привал на полчаса, превращая их для норда в кошмар. Он доставал из‑за спины крепкую палку, подобранную им ещё в Бернацце и гонял ею Тёма до изнеможения, заставляя отрабатывать его элементы защиты и нападения Змеёй крови. Или, опять же до изнеможения, заставлял выполнять тот или иной элемент хайланд флинга.

Глотая очередной эликсир и почесывая синяки на кистях рук и ребрах, Тём даже заподозрил инквизитора в желании не просто "натаскать ученика", а создать в пику главе коллегии инквизиторов Флоренсу Мартину, отлучившему мастера от инквизиции, свою собственную организацию. Какую‑нибудь конгрегацию веры.

Если это и так, то у мастера была своя система подготовки учеников, ибо то, как он взялся за обучение Тёма намного больше походило на армейскую учебку, чем на занятие богословского факультета. Каждая тренировка шла под девизом "И не из таких поленьев буратин строгали!".

В остальном же Тём получал удовольствие от совместной дороги с Клаусом. Гринд не гринд, паровоз не паровоз, а лут и очки добавлялись в его копилку регулярно.

Встреча вышла настолько неожиданной, насколько это возможно на лесной дороге, просматриваемой встречными не больше чем на два десятка метров. Именно на таком расстоянии появились два вампира и замерли у обочины, сбросив с плеч на землю какой то длинный и узкий тюк, по форме обычный рулон материи. Два существа весьма характерной для своего вида внешности настороженно прощупывали взглядами приближающихся к ним людей. Тём встрече обрадовался. Он только недавно заглядывал в свой дневник и прикидывал, сколько надо экспы до следующего уровня. А вампиры выглядели жирно. С них не только недостаток очков опыта на пол уровня можно хапнуть. С них и на следующий уровень ещё столько же набежит.

— Учитель, там два вампира.

Клаус на секунду вынырнул из своих раздумий и, бросив на вампиров короткий взгляд, лишь рассеянно протянул.

— А, исчадия.

— И мы просто так пройдем мимо этих ночных убийц?

Инквизитор все так же равнодушно скользнул по вампирам отсутствующим взглядом.

— Если они пройдут просто так мимо нас, то и нам ничто не мешает поступить так же.

— Учитель, но они кого‑то тащат с собой.

— Пусть их. Исчадий много, а борцов с исчадиями мало. Негоже рисковать собой по каждому пустяку.

Из тюка за спиной стоящих в боевой позе вампиров раздался полузадушенный стон, в котором при изрядной доле фантазии можно было разобрать что‑то сходное со словом "помогите".

Получалась какая‑то фигня. Тём уже настроился на бой, а Клаус его мягко садит на попу. Норд прикинул шансы. Одному безнадежно, вдвоем с Клаусом — это будет замечательный бой, и поскольку вампиры не вызвали у учителя никаких опасений, то и, наверняка, выигрышный. Как бы ещё прорваться сквозь это непонятное миролюбие учителя? Как бы правильно им проманипулировать?

— Учитель, я уверен, что вампиры украли девушку, я только что слышал её крик о помощи. Я не могу оставить её на поживу этим врагам рода людского. С вами, без вас, но я прямо сейчас иду её спасать. Лучше умереть за светлое дело, чем слышать потом всё время, как этот крик приводит в мои сны Тьму.

— Девушка, говоришь. — Клаус вышел из личного пространства и с новым интересом посмотрел на кровососов.

Полузадушенный крик — стон повторился.

— Похоже ты прав, и в тюке действительно девушка, а не барашек.

Инквизитор единым движением выдернул из ножен меч и плавно качнулся навстречу вампирам.

— Девушка это уже не пустяк, а если девушка там ещё и красивая девушка это совсем, совсем не пустяк. Стой за спиной, вперед не высовывайся. Тот, что справа матерый кровосос, ты ему на пару минут боя. Слева — Патриарх младшей Семьи. Подвернешься под руку, перекусит в мгновение и не заметит.

Патриарх вампиров был неимоверно быстр, смазанным, на грани восприятия, движением он метнулся к перекрывшему ему дорогу инквизитору. Встречного движения учителя Тём вообще не успел отследить, услышав только, как сталь звякнула о сталь и противники замерли друг против друга с обнаженными клинками. Тём сделал шаг ближе к противникам.

— Я же сказал, не высовывайся. Просто не дай им зайти ко мне со спины. Остальные три стороны я беру на себя.

Инквизитор был сосредоточен.

— Главное, не допусти, чтобы тебя поранили. Эти твари быстрее акул впадают в ярость от запаха крови. А глоток крови во время боя усиливает их регенерацию.

Тём кивнул, подтверждая, что услышал и принял к сведению. Возможно, то, что сейчас говорил Клаус, это прописные истины. Но где сейчас тот форум, на котором они прописаны? А вампиры — вот они, медленно расходятся в стороны с обнаженными клинками, чтобы атаковать наставника с двух сторон.

В атаку вампиры бросились одновременно, сразу и безошибочно определив для себя главного врага и решив покончить с ним одним сдвоенным ударом.

Такой желанной удачи им не хватило всего лишь малой крупицы на двоих. Инквизитор успел сказать свое Слово раньше.

Атаковавший слева Патриарх словно споткнулся и замер, увязнув в воздухе, как мошка в меду, не дотянувшись в рывке пару метров до Клауса. Палаш в его руке засверкал обжигающим серебром, заставив вампира с рычанием выпустить его из рук. Этой мгновенной остановки инквизитору хватило, чтобы ещё в момент произнесения последнего Слова, рвануться навстречу правому бойцу, и, приняв на свой кинжал палаш атакующего, вонзить под ним свой клинок в сердце вампира. Рана, в месте проникновения клинка, вспыхнула холодным, синим пламенем, и вампир отозвался высоким однотонным, полным боли воем.

Тём едва успел порадоваться союзу стали и святого слова в действии, как второй вампир под рвущий перепонки вой сородича, неимоверным усилием вырвался из вязкого кокона и в прыжке навалился на Клауса, сбив того на землю. Пальцы одной руки Патриарха мертвой хваткой вцепились в горло инквизитора, разом перекрыв и возможность говорить и возможность дышать. Когти второй остро резанули Клауса по груди. Кровь из‑под ногтей брызнула в лицо вампира, доведя жажду боя Патриарха до безумия.

Отправляться на перерождение Тёму было не впервой, но вот через мгновение потерять уникального наставника, он отчаянно не хотел.

Тём без дальнейших раздумий метнул глевию в спину вампира, прижимающего к земле инквизитора. И попал.

Патриарх, взревев, отбросил от себя безвольное тело Клауса и шагнул к Тёму. Совсем без замаха хлестанул норда рукой по груди, тем не менее, не просто сбив того с ног, но и отбросив этим ударом далеко в сторону.

Тём, жизнь которого от одного удара сразу сползла в красный сектор, лежал не шевелясь, только сильнее сжимая рукоятку кинжала. За оружие, когда‑то подаренное Мизуки, он в момент падения схватился инстинктивно. Свое квестовое оружие, как шанс выйти живым из под удара медленно наплывающего убийцы, до сего мига он не рассматривал. Оружие само напомнило о себе.

Едва теплая в момент когда Тём схватился за кинжал, рукоятка по мере приближения вампира холоднела все сильнее и сильнее, будто примораживая пальцы норда к костяной рукоятке.

Убийца остановился над нордом, непонятно медля с ударом. Тему так и не довелось узнать, наслаждался ли вампир в это мгновение беспомощностью жертвы или раздумывал о её гастрономических особенностях. Ударивший сверху в Патриарха столб белого света развернул вампира к приподнявшемуся на одно колено Клаусу и подарил Тёму полсекунды времени.

Даже в эти полсекунды вампир что‑то почувствовал, вывернул голову в сторону норда, но полностью развернуться уже не успел.

Тём, отчаянно мечтавший о подобном шансе, своего не упустил. Коротко и немного неловко, но со всей возможной силой он ткнул острием кинжала в ногу Патриарха.

Кинжал, казалось, и не требовал, чтобы рука им ударившая была сильной, так легко, без сопротивления прошел сквозь кожаные штаны, рассекая твердые, словно камень, мышцы. И всё. Не было не воя, ни корчей, ни агонии. Патриарх замер с перекошенным беззвучным криком боли и ужаса ртом. Тём на грани сил продолжая удерживать кинжал, опустился в траву, безучастно отмечая плывущие над своей головой по красному небу кровавые облака.

— И долго ты так лежать будешь, двигайся быстро сюда? — хриплый от усталости, но вполне живой голос инквизитора вернул Тёма к действию.

Хлебнув зелья, он, прежде чем двинуться к учителю, посмотрел на поверженного врага. На удивление Патриарх был ещё жив. Парализованное кинжалом тело, медленно, начиная от пробитой кинжалом ноги, превращалось в мумию.

— Ох, и хапанул ты сейчас силищи, парень. Слышал я про такое оружие от коллег. Сильное.

— Не темное?

— Любое оружие имеет цвет помыслов того, кто держит его в руках. А значит сейчас оно светлое. Всё, не болтай, у нас осталось всего несколько минут, пока кинжал дожрет вампира и в тебя ударит всплеск посмертной силы.

Давай свою руку, и пой со мной псалом "Во славу Его". Он поможет обуздать этот всплеск чуждых сил.

Псалма хватило на пару минут, а затем Тёма буквально смяло и начало корежить потоком чужой силы. В голову хлынули вперемешку обрывки чужих воспоминаний.

Тело пробила крупная дрожь, и за ней в Тёма вонзились тысячи иголок, принесших с собой невероятную боль. Если это всплеск, то, что тогда взрыв? И разве может быть в игре так больно? Должны же быть какие‑то датчики, фиксирующие его состояние и снижающие болевые воздействия. Почему этого нет? Как сквозь вату в ушах, Тем услышал далекий крик Клауса:

— Крепко сожми рукоятку кинжала и поставь его камнем в открытую ладонь второй руки. Ты способен это сделать. Правильно, молодец! А теперь мысленно направь туда наполнившую тебя силу. Умница.

И видя, как постепенно дрожь отпускает Тёма, участливо спросил:

— Как себя чувствуешь, ученик?

— Л — лучше. Но все ещё как кусок мяса на выходе из мясорубки.

— Сразу видно благонравного и кроткого человека, который умеет вежливыми словами описать любую ситуацию!

— Да уж- Тём наконец разжал руки и сейчас внимательно рассматривал подарок Мизуки.

— Ну вот, а врали что у вампиров нет души. А она, вот она, — норд поднял над головой кинжал, в основании рукоятки которого до этого дымчато — прозрачный камень был активирован и пылал бордовым цветом.

Тём подумал, что легко и счастливо отделался, припомнив, о чем ему шепнула принцесса, вручая кинжал: имя ему "Ловец" и камень, давший ему имя, сейчас пуст и очень голоден. Он ждет душу твоего врага. Чем сильнее враг, которого ты сразишь кинжалом, тем сильнее станешь сам, получив часть его знаний и умений. Но это произойдет, только если ты сумеешь разбудить камень и удержать чужую силу, не погибнув. И ещё помни: кинжал силен, но ты не всесилен. Мой тебе совет- даже имея Ловца никогда не связывайся с теми, кто намного сильнее тебя.

Сейчас, чувствуя, как с ним что‑то активно происходит, Тём пожалел, что может порадоваться лишь перечню вновь обретенных возможностей и навыков. Эх, придется разбираться с новыми способностями на практике, которая, как утверждал все тот же куратор на военке, всегда критерий истины.

Клаус, пока Тём привыкал к новой силе, растирал свою шею, на которой всё ещё четко различались отпечатки длинных пальцев.

— Я не ошибся, взяв тебя в ученики. Ты оказался силен духом и полон сюрпризов. Спасибо, что использовал их вовремя и спас мне жизнь. Теперь мой долг не просто научить тебя чему‑то, но и передать часть своих знаний.

Тём мысленно прокатал в голове фразу наставника.

Долг, — это хорошо. Часть, — это плохо. Хуже чем всё, но намного лучше, чем ничего. Годится, особенно если он унаследует от Патриарха навык "рывок", позволивший тому сделать пятиметровый прыжок с умопомрачительной скоростью. Вампира, правда, это умение, не спасло. Но так и наставник не простой святоша. Последний бой дал Тёму в познании возможностей Клауса гораздо больше, чем все предыдущие вместе взятые. Если и были какие то сомнения в необходимости быть учеником инквизитора, то теперь они напрочь пропали. Интересно, чем это Клаус сразу патриарха припечатал.

— А чем вы патриарха остановили в начале боя?

— Святое слово, в которое было вплетено заклинание трансформации железа в серебро.

— А чего слово Святое, а я ничего не понял.

— Потому что самые действенные молитвы против нечисти и нежити произносятся на тайном языке первосвященников.

— А сложно ему научиться?

— Научиться не сложно. Сложно найти того, кто захочет научить.

Если учитель что‑то не хочет говорить, то вытянуть это из него почти не возможно. Но, всё‑таки "почти".

— А ваш меч он же не просто посеребренный?

— Почему? Он как раз просто посеребренный. Под добрую молитву. — И Клаус с хитрецой глянул на потирающего в нетерпении руки ученика.

— Хорош тебе кругами, как коту ходить. Хотя — да, — инквизитор кивнул на запястье Тёма, ты и есть боевой кот.

Только сейчас обратив внимание на ноющую руку, Тём увидел, что фигурка рысенка на руке заметно подросла и кроме кисточек на ушах, на лапах зверя явно обозначились когти. Ох, не мало в личное развитие норда влил экспы убитый им вампир.

— Ты мой ученик, и я обязательно научу тебя и доброй молитве и Слову трансформации, для серебрения оружия.

Понятно. Та же трансформация железа в серебро, там, где энергия заклятия касается поверхности металла. Интересно, слой серебра получается толще, чем в одну молекулу?

Эх, мысли, мысли, разные и много. И все немного не от мира сего. Какие молекулы? Все проще. Философский камень в действии.

— А Слова трансформации хватит, чтобы посеребрить любое оружие?

— Обычно хватает.

— А как долго держится эффект от слова на оружии?

— Всё узнаешь. Обещаю, что этих знаний ты полгода ждать не будешь. Только всё это не прямо сейчас. Прямо сейчас у меня другие планы.

Клаус с блеском в глазах посмотрел на лежащую мумию, ещё совсем недавно бывшую машиной смерти и Патриархом вампиров.

— Ученик, как думаешь, прихватить это с собой что ли? Отдам в коллегию, пусть обзавидуются какого наказующего лишились по своей глупости. Хотя, всё это суета и тщеславие. Куда правильнее будет предложить оное чучело в какую‑нибудь таверну или ресторацию побогаче. За такой экспонат мне пожизненный кредит на чашку вина любой трактирщик на Севере или в Предгорьях откроет. В западной Марке ещё и завтраком бесплатно кормить будут. Только тащиться назад с этим- он кивнул в сторону мумии, — совсем нет желания. Да и не ради них я пришел на Север.

Момент был удобный, чтобы расспросить у Клауса, за что он был отлучен от инквизиции.

Но раздавшийся из крепко спеленатого свертка, небрежно сброшенного с плеча Патриархом вампиров перед началом боя, приглушенный стон, подстегнул и ученика и учителя.

Клаус приглашая, кивнул Тёму на забытый на время сверток.

— Чего стоишь? Иди, освобождай пленницу. Ты первый за неё в схватку кинулся, тебе и благодарный поцелуй получать.

Тём подошел к кокону из плотно намотанной материи и, отыскав край, начал аккуратно разматывать белое полотно.

Сначала показались маленькие босые стопы, затем тоненькие лодыжки и прелестные круглые коленки. Следующий снятый оборот ткани полностью явил Тёму и Клаусу прямые и длинные ножки, едва прикрытые сбившейся до середины бедра свободной юбкой.

— Разматывай быстрей, а то ты свой поцелуй от юной девы не дождешься.

Совет был настолько с подвохом, что у Тёма даже копчик зачесался. Но инквизитор точно ждал от него вопроса. Зададим, от вопроса ничего не убудет, а только добавится.

— Учитель, почему это я не дождусь от девушки поцелуя?

— Потому, что ко времени, когда ты размотаешь всё полотно, она уже успеет стать бабушкой.

Клаус весело засмеялся.

— Учитель, вы бы помогли, поддержали сверток на весу, неудобно же разворачивать пленницу. Тут материи на неё накрутили на полноценный контрабандный тюк.

— Ладно, чего не сделаешь ради ученика.

Клаус забрался в свою походную сумку, достал оттуда какой‑то свиток и прочел короткое заклинание. Тело девушки плавно поднялось в воздух.

— Учитель, что это было?

— Заклятие малой левитации. Кстати, действует очень не долго, так что поторопись.

С остальным полотном Тём справился очень быстро и поддержал под спину спасенную, когда она плавно опускалась на лежащую скомканной кучкой ткань. При этом он с огромным интересом, что называется "во все глаза" рассматривал хрупкую и миниатюрную девчонку, имеющую отчетливо оливкового цвета кожу, красивое, будто точеное, лицо и копну иссиня — черных коротких волос, из которой аккуратно торчали кончики остреньких ушек.

Девчонка первым делом размяла кисти рук, затекшие во время принудительной транспортировки, следующим движением сорвала закрывающую рот тонкую повязку, пропускавшую до этого наружу только слабый и невнятный стон. И Тём восхищенно завис, рассматривая такие же необычные, как ушки, аккуратненькие и остренькие клычки, едва виднеющиеся из‑под верхней губы. Он уже видел такие у Мизуки. Но спасенная была не харжиткой, она была человечкой или эльфой или кем- то ещё. И при этом 'зубки' совсем не портили абсолютно невинное, до снятой повязки, лицо девушки, а придавали ему хищную красоту. Девушка одернула юбку до колен и насмешливо глянула на Тёма.

— А кинжалом ткань разрезать было слабо? Или начать полотно разматывать с головы? Хотя результат, я уверена, был бы тот же. Разве что, пялился бы сейчас не на моё лицо, а на мои ноги.

Тём быстро перевел взгляд за спину девчонки, сделав вид, что увидел там что‑то очень его заинтересовавшее. Он уже понял, что жданный поцелуй прошел мимо носа, но заматывать наглую девицу обратно в сверток было уже поздно, а отвечать в том же тоне ни к чему. Тем более, что с кинжалом и вправду затупил. Мог бы сразу сообразить, как можно быстро освободить пленницу.

Инквизитор, глядя на нахальную девицу, скривился, как будто ему в рот влетела оса и, не скрывая чувств, сплюнул:

— Ведьму спасли. Тьфу!! Бесовское отродье. И что с тобой делать?

— Сумеречная я.

Тём непонимающе уставился на девушку:

— И что?

— Ну, как же. Это обычные ведьмы из людей становятся ведьмами, пройдя ритуал и приняв зло в себя. А мы, сумеречные — потомки дроу и людей. Здесь, на севере- потомки нордов. И Темную сторону не мы выбираем, это она нас выбрала с рождения.

Девчонка вроде старательно объясняла Тёму, ну и не упускала из виду, как внимательно слушает её инквизитор.

— Я свободно могу пользоваться темной магией. Но пользуюсь только той, что не требует страданий и боли жертвы. Мне тяжелей, чем простому человеку, сделать шаг к свету. Но в отличие от ведьм, что приходят на Темную сторону по своему желанию, чтобы творить зло, я могу принять и сторону Света. Я ещё не сделала ничего такого, чтобы Свет отринул меня. И я готова сделать к нему шаг.

— Странные речи ты говоришь, ведьма. Что‑то в них кажется мне не правильным. Что скажешь, ученик?

— Не знаю, учитель, как на это посмотрите вы, но я верю, что так, как она сказала, может быть.

— Ученик, учитель? — большие глаза ведьмы стали ещё больше, её внезапно вспыхнувший интерес даже заставил шевельнуться кончики небольших остреньких ушек.

— Святой воин, примите меня в ученицы. Ведь сумрак это дитя света и тьмы. И мне нужен учитель, которому я могу безбоязненно вверить себя по дороге к Свету.

— Чудно говоришь ведьма. Хотя про Святого воина это правильно.

И тут же сделал ладонью охранный знак.

— Изыди, искус.

— Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста.

— Я готов неделю поститься, не пить вино и не вести богословских бесед с женщинами, если эта юная дева остынет в своем странном желании.

Он с надеждой посмотрел в безоблачное, голубое небо.

— Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста.

— Месяц!? Целый месяц поста!

И без того огромные глаза девчонки наполнились слезами и она молитвенно сложив ладошки у груди жалобно всхлипнула

— Ну, пожалуйста…

— Если меня не проклянут небеса за намерение взять ведьму в ученицы…

Клаус замолчал, уже почти безнадежно ожидая нужного знака.

Небеса по — прежнему равнодушно молчали. И монах уже обреченно закончил:

— То я, инквизитор второго круга Клаус, будучи отставлен от коллегии инквизиторов Раттермарка, но не отставленный в вере своей, совершу и это удивительное деяние, взяв девицу из наследников богомерзких дроу…

— Как твое имя, ведьма, — он сурово посмотрел на девчонку.

— Эшшу.

— Вее. э — э. Девицу Эшшу в ученицы. Да будет так! — и легко стукнув себя в грудь, на уровне сердца, возложил ладонь на голову ведьмы.

И через мгновение попал в маленький мощный вихрь, оплетший его руками и ногами. Тём с удовольствием слушал раздающееся из центра вихря смущенное сопение инквизитора и радостный визг Эшшу.

— Первый раз вижу такую бурную радость неофита. Может небеса и не ошиблись, промолчав.

— Даже не сомневайтесь, Учитель! Я буду самой лучшей, самой прилежной, самой трудолюбивой вашей ученицей.

По ходу радостного кружения, объятия достались и Тёму.

Обхватив руками за шею, Эшшу прижалась губами к его уху и шепнула чуть слышно:

— Ты не представляешь как здорово. Я первая ведьма, ставшая ученицей инквизитора. Мне уже достижение дали. Тут такая сумасшедшая ветка умений открывается!

Тём по ходу знакомства со спасенной, уже не сомневался, что ведьма такой же игрок, как и он, странным образом попавшая в заложники к вампирам. Квест? Выверты игры? Теперь, при подтверждении своей догадки испытал внутри радостное и теплое чувство. Как будто он в далекой стране встретил свою землячку.

И настолько счастливым и довольным выглядело лицо девчонки, что Тём не удержался и внезапно запустив широко растопыренные пальцы в копну волос Эшшу, не раздумывая плотно накрыл её губы своими губами. Острые клычки ведьмы тут же по — хозяйски вонзились в его нижнюю губу. А сама девчонка, закаменевшая в первое мгновение, в следующий миг вся будто обмякла, вслушиваясь в новые для себя ощущения.

— Ну и зачем ты это сделал?

— Не знаю. Знаю — захотел. Всё что я сейчас отвечу на твой вопрос, это уже будет "после".

— Ой, у тебя кровь бежит по подбородку. На, прижми — Эшшу достала из своего кармана чистенький кружевной платочек и протянула Тёму.

Тот машинально взял и, промокнув кровь, продолжил:

— Я даже сейчас точно не скажу, кто ты для меня была в тот момент. Ощутил за аватарой живую девчонку и захотел поцеловать. А дальше… вот так вот случилось, — Тём показал глазами на лежащий в ладони белоснежный платок с несколькими красными пятнышками.

— Да уж, случилось. С маньяками в игре я ещё не сталкивалась.

Эшшу изобразила испуг на своем лице и тут же стерла его улыбкой.

— Тебе повезло, я добрая к спасителям и иск за неподобающее поведение никому подавать не буду. Да и, — она задумчиво вслушалась в себя, — этого не может быть, но, кажется, я действительно что‑то такое необычное во время твоего поцелуя почувствовала. Хоть и не должна была. Мне вот сейчас кажется, что я, слушая тебя, это "что‑то" себе придумала. Как бы там ни было, я тебя прошу, больше так не делай.

И чтобы побыстрее соскочить с серьезной волны, добавила:

— Мы же теперь брат и сестра в ученичестве. А знаешь, как называется, если целуешь свою сестру не по братски? Спроси у Учителя, если не знаешь.

И Эшшу сдвинув брови и наморщив при этом лоб, придала лицу суровое выражение.

Клаус, все‑таки сделав ещё один охранный знак на себя, раздумчиво протянул:

— Я верю, верю, что небеса не ошиблись, приняв мое решение, — при этом инквизитор, на всякий случай, повторил знак защиты от нечести и на, теперь двоих, своих учеников.

div align=justify>

Глава 12. Законы — миротворцы и законники — крючкотворцы

Отсчет плюс 2 от точки бифуркации.

После того, как страсти по переформатированию команды улеглись, Тём справедливо решил, что пришло время разобраться с выпавшим из вампиров лутом. И делать это он предполагал тоже по — справедливому. Клаусу, — мумию Патриарха, на что‑то другое заявки от учителя не поступало. А всё прочее можно было оставить себе. Не с ведьмой же ещё добычей делиться?

В трофеи выпало два перстня с интересными характеристиками, плащ, меч и три банки эликсира жизни. Тём даже задумался, глядя на эти банки. Сам по себе, эликсир имел ярко выраженный темно — красный цвет. Уж, не из концентрированной ли крови его готовят? Чего б ещё вампиры его с собой таскали. И особо заинтересовала Тёма связанная узелком котомка, запустив руку в которую он сначала извлек пару колец на мага, кинжал, по характеристикам такой же не простой, как и имеющийся у него и странного вида плетку.

Пока Тём радостно потирая руки, настраивался прочитать характеристики добытого, незаметно подошедшая Эшшу из‑за спины хмуро сказала:

— Давай сюда, это мои вещи.

— А чем докажешь? Там в узелке ещё наручники и черные кожаные шорты имеются?

— Ты дурак? Любому нубу ясно, что эти вещи идеально подходят мне. Я их характеристики могу с закрытыми глазами рассказать, пока ты их считывать будешь.

— Да не психуй. Пошутил я. Вот кинжал, к примеру…

— Сверяйся с описанием.

Кинжал Фаэллы

Этот кинжал некогда принадлежал принцессе элементалей огня Фаэлле, обитавшей на жарком Юге. В один не самый добрый день в её страну вторгалась армия элементалей холода, под предводительством королевы Чиррни Принцесса одна вышла навстречу армии захватчиков и вызвала на бой их предводительницу. Несмотря на юный возраст и малый рост, она отважно сражалась и пала в этом бою. Королева Чиррни, пораженная поступком своей сопернице, увела армию от границ её государства.

Урон 275–330 единиц

+ 25 к ловкости;

+ 20 к выносливости;

+ 17 % к урону огнем;

+ 12 % к защите от холода;

+ 9 % к защите от воды

+ 5 % к скорости восстановления маны.

Данный предмет невозможно украсть, потерять или сломать.

Ограничения к использованию предмета — только женские персонажи.

Минимальный уровень для использования — 40

— Ну и прочность была где‑то на уровне 360 из 400, когда я последний раз проверяла. Совпадает?

— Полностью. А если ты ещё покажешь, что это за штука, — Тём покрутил в руках плеть, — и как с ней управляться, совсем поверю.

— Ты и зануда. Смотри.

Эшшу сорвала цветок под ногами и воткнула его стеблем в дырочку кольчуги норда, оставив торчать над его плечом только синюю головку с лепестками. После чего отошла на пару метров и быстрым, неуловимым для глаза движением кисти бросила в полет хвост плети, утяжеленный на конце свинцовым шариком.

Свистящий звук от плети, казалось, достиг ушей Тёма позже, чем был сбит с его плеча цветок.

В наступившей тишине раздались неспешные и негромкие хлопки ладони об ладонь. Это хлопал заинтересовавшийся представлением Клаус.

— Молодец. Хороший глазомер и достаточная для смертельного удара сила руки.

— Так плеть классовое оружие сумеречных ведьм. Вот я и овладела им в совершенстве.

— Совершенством является только Он. Все остальное в этом мире только стремится к этому состоянию. Если ты, ученица, сомневаешься в моих словах, то используй свое оружие против меня.

— Не надо, Учитель, я вам верю.

— Используй! И не задерживай руку при ударе. Я уверен в себе.

Если Эшшу и сдержала где‑то удар, то Тём этого не заметил, так быстро, как и в первый раз свистнула плеть. И бессильно провисла, пойманная рукой Клауса, непонятно как успевшего зажать свинцовый утяжелитель между пальцами. Теперь уже Эшшу восторженно хлопала в ладони.

— Учитель, теперь я во много раз больше хочу учиться у вас.

— Не препятствую. Вы поговорите пока. А я схожу, помолюсь в сторонке о путях наших дальнейших. И оружие твое прихвачу. Не встречался я ранее ни с ведьмами сумеречными, ни с оружием их, как ты говоришь, классовым.

— Берите, конечно. Нам тут будет, о чем поговорить.

Клаус уже скрылся за деревьями, а Тём и Эшшу всё молчали, каждый подбирая правильное начало разговора. Видимо сочтя паузу уже неприлично долгой, первый ход сделал Тём.

— А что, одинокая ведьма желает познакомиться?

Эшшу подхватила тон.

— Ага. Очень желает начать общение с одиноким рейнджером.

— Вообще то я кто угодно, но не рэйнджер. Лучше бы танком назвала, и то к правде ближе.

— Нет уж, нет уж. Танки, хоботы, ассоциации всякие, на ноги смотреть начнешь, с поцелуями опять приставать будешь.

Тём только головой покрутил, отгоняя, притянутые странной ассоциацией ведьмы, картинки.

— Да я ни о чем таком и не думал.

— Чего это? Я тебе что, не нравлюсь совсем?

— Да, блин! Всё, проехали. Давай, дальше по делу. Выкладываем карты на стол.

— Ой, а у меня нет. Я только в дурочка играть умею. Подкидного. И ещё немножко в преферанс, кинга и клабур.

Тём с подозрением посмотрел на ведьму

— Резвишься?

— Ага. Ну, сам подумай, — сначала меня эти уроды хватают, когда я уже почти добралась до цели своего задания. Даже бессмертной не в радость помереть, высушенной вампиром, а так, как они со мной порталом прыгнули, то я даже боюсь фантазировать, зачем я им в этой игре +18 понадобилась. Перестань лыбиться. Я сейчас про жертвенный алтарь.

— Так и я про него лыбился.

— Угу, считай, что поверила. А потом резкий скачек противоположных эмоций, когда меня мастер ученицей сделал. Меня бы совсем разорвало от эмоций, если бы я сейчас немножко не порезвилась.

Девушка уже без вызова посмотрела на Тёма.

— Что ты там про карты говорил? Сверим карты и маршруты? Я хоть определюсь, куда меня эти кровососущие извращенцы притащили.

Она достала свою карту и задумчиво присвистнула.

— Предгорье Севера далековато от Гиртенской трясины. Уроды напали на меня на краю болота. Единственный плюс, грязью заляпаться не успела. Представляю, разворачиваете вы белое полотно, а оттуда я, вся в засохшей жиже и болотной тине. Этакий герой очень бородатого анекдота про цирк, но с точностью наоборот.

И, что обидно, по глупости к ним попала. Я бы разминулась с вампирами, если бы из‑за неизвестно откуда выскочивших костяных гончих, не пришлось крюк делать. Впрочем, сейчас я не обижаюсь на такой поворот, а радуюсь ему.

Тём аж но встрепенулся, услышав про костяных гончих. Гончие нашлись совсем не там, где их искали и вполне возможно, что это совсем другие собачки. Не самая распространенная в Файролле нежить, но и не экземпляр местной Красной книги. А с другой стороны, если это и не горячий след, то хоть какой то. И он дает ответ, почему широкая полоса прочесывания поселений Западной Марки не дала ожидаемого результата.

Легшие рядом карты в большей своей части совпадали. Только, на карте ведьмы Север вокруг родного для норда Ольхара и дальше, к поселку пифэри был белым пятном, а у Тёма на карте не было подземелий Ринейских гор. Огромного и пока совсем не изученного нордом куска мира.

С подземельями у него за игру складывалось не часто. А так чтобы зачетно, — всего один раз. Дел пока и наверху хватало. А если ещё с каждого похода в подземелье приносить что‑то подобное Змее крови, то можно пока и не частить.

— Ты отсюда начинала игру? — Тём обвел указательным пальцем подземелье.

— Да. Стартовая локация для сумеречных ведьм. Как для тебя Север. А что?

— Да удивляюсь тебе. Ты вон, считай, до пятидесятого уровня доросла, играя в одиночку

Я бы наверное сто раз психанул. Ну, какой из бафера одинокий фармер? Или я чего‑то не знаю про ведьм?

— О, ты много чего не знаешь про ведьм — Эшшу коварно улыбнулась. — Пусть у каждого из нас будут свои маленькие тайны. А у меня ещё и женские секреты.

На самом деле, сложно пришлось, особенно вначале, уровня до двадцатого. Я зубами вгрызалась, цеплялась в пикап ко всем, кого только могла уговорить. А велись далеко не все, кто был нужен. Ничего, выкарабкалась. Тут среди игроков ходила история про слепую девочку, которая могла видеть только в игре, когда подключалась к капсуле. Но зато в игре она творила чудеса. Начала играть лекарем и прокачала своего перса по здоровью и выносливости до танка, а по убойности, вообще, любой ДД хай — уровня обзавидуется. Может это и не правда, и вся история сродни истории про черного альпиниста, — его никто не видел, но он есть! Ну и что, если не правда. Зато меня этот рассказ очень вдохновлял всё время.

— Ты что, альпинизмом занималась?

— Нет. Только стрельбой и кроссы бегала за институт. А что? Или ты за "черного альпиниста" зацепился? Так черный альпинист для меня образ со значением. А скажи я черный бегун, ты бы понял, о чём это я распинаюсь?

— Да. У меня и на черного бегуна своя картинка появляется. — Тём не стал дальше заворачивать разговор лентой Мебиуса и перескочил на интересующую его тему. — Но, я о другом хотел поговорить. Ты вот про костяных гончих вспомнила. А что ещё можешь дополнительно рассказать?

— В каком ключе? Какой в них твой интерес?

— У меня задание отыскать их логово, и что‑то пока никак. Мучаюсь уже долго, бросить не могу, а тут, по срокам, ещё один квест поджимает, надо на Юг двигать. И оба задания, можешь смеяться, я не просто делаю в азарт, а и принял близко к сердцу. Вот и думаю, что может у тебя как раз кончик ниточки от этого клубочка.

— Смотри, вот тут, — он примерно ткнул в белое пятно на карте ведьмы, — точка, куда они приходят. При этом приходят с юга — запада. А ты их встретила вот где‑то здесь, — указательный палец норда переместился к границе Гиртенской трясины.

— А может быть, что это твои мертвые собачки и есть. — Эшшу с азартом прочертила ногтем линию до границы белого пятна так, чтобы она заканчивалась западнее обозначенной Тёмом финишной точки. — Что мы имеем? А имеем мы почти идеальный путь по пустынным местам. Если кто‑то хотел скрытно отправить гончих в набег, и чтобы они не мелькали рядом с населенными пунктами, то это идеальный маршрут.

— Точно! Теперь можно и махнуть к этой самой трясине по двум нашим квестам. Проведешь меня порталом?

Эшшу ответила не сразу, что‑то прикидывая для себя.

— Проведу, если подождешь несколько дней. Я хочу закрепиться в роли ученицы. Если сразу навыков не добавили, то их надо заслужить. Нащупать правильные подходы к Клаусу, задания от него нужные получить.

— Да слышал я уже твой подход. — Тём сделал губы трубочкой и плаксивым, тонким насколько смог, голосом пропел "Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста".

Эшшу засмеялась, совсем не обидевшись, на скрытый наезд Тёма.

— Не всё так однозначно. Мне очень нравится этот мир. Тут мужики правильные, что ли. И правильно относятся к женщине. Ты же дитя, увы, другой цивилизации. С тобой муси — пуси не будет. С Учителем, — только иногда. Я ему ещё должна показать себя как воин с характером и жесткий защитник Светлой стороны. Так, что мне нужно время на всё это. А ты разве уже все получил, что хотел от Клауса?

— Нет. Тоже с удовольствием с ним путешествую. Только у меня за второе задание, о котором я тебе говорил, от администрации игры уже два предупреждения висит. А я всё ещё не смотрел, что это за страшный зверь такой "п. п. 12.3.3 'Соглашения администрации игры и игрока".

— Я смотрела.

— Что, попадала, что ли?

— Нет. Договор внимательно изучала, прежде чем начать играть, вот и не попадала. — Эшшу в знак превосходства показала Тёму язык.

— Что до штрафных санкций, там всё просто. Блокировка аккаунта на день, три, неделю, 15 дней, месяц, три месяца. Далее отключение аккаунта без права восстановления. Еще есть штраф игровым золотом, в зависимости от провинности и для особо отличившихся, работы по административному профилю — навоз у фермеров вывезти, участвовать в охоте на волков, перекопка огородов женщинам, потерявшим мужей на королевской службе. Все задания выполняются без награды. Опыт тоже не идёт, пока выполняешь задания с общим названием "Стопами Тимура". Тимур это легендарный странник — подвижник, также известен как Тим — на — все — руки. Прославился тем, что никогда не брал денег за выполняемую работу, при этом выполнял ее в основном для вдов, стариков и детей. Погиб, защищая одно из селений Запада от банды орков под командованием злобного вождя по имени Квака.

— Скажи честно, ты сейчас это сама придумала? А то в "Стопах" очень не хватает задания бабушек через дорогу переводить. Неделю, по восемь часов в день, не прерываясь.

— Я похожа на создателя Файролла? Это задание придумал он для не очень послушных игроков. Они для него как дети, — те тоже не слушаются взрослых, а закрой их дома, они без улицы зачахнут в два дня. Вот он и пожалел таких, подсевших на этот мир игроков и вместо нескольких дней ломки без игры, дал им разнарядку на 15 суток исправительных работ. И если ты так нетерпеливо хочешь спросить есть ли в обойме наряд на ликеро — водочный, то я не знаю.

— Нет, не это. Всё что ты сказала настолько похоже на правду, что очень хочется узнать, тебе это часом не создатель игры рассказал?

Тём весело подмигнул Эшшу. Она ответила тем же.

— Увы, не он. Только хотела его послушать, а абонент уже недоступен. Пришлось слушать эту историю про Тимура от игрока- бунтаря, буквально, идущего по стопам легенды. На момент когда я с ним разговаривала, он уже второй раз залетел, согласно предписания по п. п. 12.3.3, на вывоз навоза на поля. А в договоре есть ещё и пункты 12.1.6 и 12.2.4., содержание которых игроку тоже желательно помнить.

— Как ты все это в голове держишь?

— То, что мне интересно, само запоминается. Это для запоминания деловых бумаг приходится электронные мозги подключать. Но и там справляемся.

— Хорошо, сверим наши "часы". У меня задание на Юге от принцессы харжитов Мизуки и задание Старика найти следы хозяина костяных гончих. Причем по Мизуки сроку 11 дней чтобы начать выполнять и две желтых карточки от администрации.

— У меня задание завязанное на поход в болото к вилисам, без срока, но мне надо. И совпадает по месту с поиском твоих костяных собачек.

Предлагаю восемь дней по максимуму, до упора мы с Клаусом, а потом через портал идем к Гетинской трясине. День я выполняю квест, ты ищешь своих собачек и, чтобы успокоить систему, я бросаю тебя порталом в самый южный порт Западной Марки. Извини, дальше не могу. Нет точек привязки.

— Заметано. Пошли к учителю.

Клауса они нашли на полянке по характерным хлопкам воздуха, рассекаемого плетью.

— Если это и молитва, то весьма не ординарная.

Эшшу согласно кивнула.

— Та, да. Я вообще в онемении. Для человека, впервые взявшего в руки наше оружие, Учитель невероятен.

Клаус самозабвенно отщелкивающий по одному листочку с пышного и высокого куста, уже почти закончил вычерчивать ровную окружность в густой зелени. Как будто фигурными садовыми ножницами прошелся.

Инквизитор аккуратно сложил плеть и протянул рукояткой вперед подошедшей ведьме.

Тём не обратил внимания, а Эшшу сразу восхищенно цокнула языком.

— А как вы свинцовый шарик серебряным заменили? Там очень тонкая работа по его креплению.

Тём, видевший и не такой фокус, чуть снисходительно смотрел на исходящую любопытством ведьму.

— Научу, — Клаус усмехнулся. — Если я обещал показать это умение одному ученику, не правильно будет обойти им второго. Вы решили, мы дальше идем все вместе?

— Да, учитель- ответ норда и ведьмы прозвучал одновременно.

— Тогда к тренировке приступим прямо сейчас, и чтобы без жалоб.

Тём, уже познавший методу тренировок инквизитора, не очень испугался. Но не увеличит же учитель нагрузку после того, как у него появилась для обучения ещё и девчонка?

И оказался не прав. Время тренировок, больше похожих на боевое слаживание, выросло до часу через каждые три часа дороги. Это удлиняло время в пути, но проверяя в конце дня как добавляются очки навыков и глядя на довольную мордочку Эшшу, Тём только удовлетворенно вздыхал. Да и не объявлял им инквизитор куда и зачем он их ведет.

В качестве тренажеров для учеников Клаус использовал неосторожно выбегающих на путников волков и кабанов. Наставник брал их на себя, используя такое уникальное умение инквизитора, как держать "агро" не выше уровня атакующего противника. Волки тридцатого, и матерые волки срокового уровня атаковали Клауса, будто перед ними был охотник их уровня, а не вдвое, а то и втрое превосходящий их уровень боец. Ученикам же он подсказывал, какую атаку и в какой последовательности ждет от того или другого.

После того, как под раздачу попали пятеро разбойников уровня между сороковым и пятьдесят пятым, Эшшу, собирая выпавший лут, довольно заметила.

— Вот она, идеальная ячейка общества в мире Файролл. Танк, ДД и маг.

— Жаль что у нас вместо мага какая‑то ведьма.

— Ты это с каким смыслом сказал? — с угрозой в голосе посмотрела на норда Эшшу.

— Да, не с каким. Сказал и сказал. — и намеренно ехидненько хихикнул.

Выполнить Эшшу, намеченную голосом, угрозу, ни в каком виде не дал инквизитор.

Клаус заставил учеников провести следующие полчаса в непрерывных атаках на себя. И тут успех для нападающих был куда менее заметен, чем при их атаках лесной живности или даже разбойников. В этом варианте боя танком выступал уже Тём, а Эшшу всё так же отрабатывала широкий спектр своих баферских возможностей, включая лекарские и ДД — эшные.

Казалась бы тренировочный поход, закончился на четвертый день после освобождения Эшшу, когда после очередной схватки по схеме два на одного, глядя на валяющихся в траве и тяжело дышащих учеников, Клаус сказал:

— Сегодня ночью мы подойдем к цели моего похода в эти места. Это второе гнездо из созданных мерзкой Гретхен, что стали известны мне совсем недавно. А всего я узнал о пяти таких гнездах, и это очень плохая новость. Ибо так много ведьм вокруг, это примета последнего времени. Ученица, тебя это не касается, и если в бою ты себя проявишь с лучшей стороны, то тебя ждет дополнительная награда.

— Я не подведу ваших ожиданий, Учитель.

Эшшу радостно потерла ладонью об ладонь, видимо, прочитав о какой награде для неё говорил Клаус.

Тём лишь пожал плечами на то, что его опять обошли с заданием. По большому счету, кроме немного ущемленного самолюбия и личной награды от инквизитора, он ничего не терял. Очки опыта он получит, трофеями его не обойдут, удовольствие от жизни в игре тоже остается с ним.

Ведьм отыскали уже глубокой ночью. Может у Клауса не совсем точные были координаты их сбора, а может, точных и совсем не было. А искать темных ведьм в густом лесу ночью можно было, только обладая особым, инквизиторским чутьем. Тём даже задумался, уж не входит ли чутье на нечисть в перечень возможных бонусов ученика? Прежде чем выйти на свет костра, Клаус прочел короткое благословение инквизитора.

Тём шепотом спросил у Эшшу:

— Что там?

— А сам посмотреть?

— Быстро не могу. Мог бы не спрашивал.

А, ну да, ты же у нас из этих, — Эшшу неопределенно покрутила перед глазами норда растопыренными пальцами, но уточнять не стала, зачитав полученные ими бафы.

На вас наложено благословение 'Вера инквизитора'

+ 10 % защиты от урона огнем

+ 10 % защиты от урона холодом

+ 10 % защиты от ментального воздействия

+ 15 % к скорости восстановления жизненной силы

+ 10 % к скорости восстановления маны

Время действия благословения — 2 часа

Тём, выслушал ответный шепот Эшшу и молча поднял вверх большой палец.

Пятерка ведьм, равномерно расположившаяся вокруг большого, яркого костра хором читала какое‑то обращение к Темным силам. Но ведьмы были на поляне не одни. Ближе к деревьям мрачными тенями располагались две огромные волосатые фигуры одетые странным образом, а к ногам каждой из ведьм прижимался черный волк. Звери и бросились первыми на остановившегося, на кромке света от костра и тьмы, инквизитора с учениками. Тут и пригодилось отработанная за эти дни тактика по изничтожению волков. Щелкнуло в воздухе оружие Эшшу, в ответ взвыл и жалобно захлебнулся один из волков. Два следующих попали под секущий удар глевии. Вот только эти волки заметно отличались своей агрессивностью от сраженных ранее. Оставшийся из двойки ещё продолжавших бой зверей, даже с перебитым Змеёй крови хребтом, умудрился дотянуться до Тёма. Уже в агонии сжав свои челюсти на боку норда, волк сумел пробить зубами кольчугу. Досталось, судя по громким ругательствам, и Эшшу. Только Клаус продолжал спокойно проговаривать какое‑то из своих боевых Слов. Но выскочивших вслед за волками огромных и свирепых бойцов все же встретил не инквизитор, а Тём и Эшшу. Сумеречная ведьма удачно выстрелила своей плетью, даже ночью сумев попасть в глаз противника. Тот, зажав ладонями зияющую рану на месте левого глаза, с воем покатился по земле. А норд сумел отвести глевией обрушившийся на него удар дубины и, выдержав удар кулака, подрубить Змеей крови ногу атакующего громилы.

Ведьмы молчали, скованные Словом инквизитора. Но, оглянувшись на перекошенное напряжением лицо Клауса, Тём понял, что это не надолго и, превозмогая боль в боку, рванулся к ближайшей темной ведьме. Не в красном секторе и хорошо, эликсир и потом хлебнуть можно, главное реализовать внезапность нападения. Вновь приобретенный навык "рывка" не подвел, и стоявшая в конечной его точке ведьма, как бабочка на иголку, нанизалась на острие копья. Окончательно добить темную ведьму Тём сумел только обменявшись с ней ещё несколькими ударами. Ожидаемого отката в красную зону не последовало и Тём, убедившись, что его помощь соратникам в данную секунду не нужна, забрался в дневник, глянуть на состояние своих жизненных сил. К его удивлению, очки жизни находились в желтой зоне и уверенно добавлялись с каждым мгновением. Жизненная сила восстанавливалась гораздо быстрее, чем только за счет ускорения от благословения инквизитора. Слава Ему! Кроме рывка, из наследства Патриарха кинжал наградил Тёма ещё и способностью к регенерации. Это было очень приятное открытие.

К этому моменту все оставшиеся в живых участника боя располагались от Тёма по ту сторону костра.

Клаус по — прежнему удерживал своим Словом последнюю темную ведьму. А против той с кинжалом в руках стояла Эшшу. Ведьма, чувствуя безысходность, взмолилась.

— За что ты убиваешь нас, сестра? Ты же не можешь быть с ними. Отпусти меня.

Эшшу, глядя в глаза ведьме, ответила.

— Не сестра ты мне, а…

Она замолчала, подбирая слова, и Тёму показалось, что Эшшу скажет сейчас что‑нибудь пафосное. Клаус, продолжая сковывать темную, тоже смотрел на свою ученицу в ожидании. Так и не найдя нужного определения, Эшшу резким движением вогнала кинжал в сердце стоящей перед ней темной ведьмы. И следующие слова прозвучали уже, как короткая и простая эпитафия.

— Просто, не сестра. И всё.

Учитель одобряюще кивнул и отошел к костру. Тём быстро собрав монеты и склянку с каким‑то зельем, выпавшую с "его" ведьмы, тоже подошел к учителю.

Клаус хмуро и задумчиво пошевелил ногой кости, лежащие в золе. Потом поднял их, осмотрел и положил обратно. Тём наблюдая за инквизитором только спросил:

— Учитель?

— Людоеды. Кто‑то позаботился доставить этих дикарей через весь Раттермарк к ведьмам. Физически очень крепкие ребята с минимумом сомнений в отношении порученных им дел — обездвижить и доставить к ритуалу одурманенных ведьмами жертв и уничтожить следы жертвоприношений. Это всё очень плохо, но худшее из происшедшего это то, что я не знаю, кого ведьмы призывали, проводя обряд. Но, оценивая количество человеческих жертв, могу с уверенностью предположить, что это кто‑то из иерархов Темной стороны.

Он помолчал, обдумывая ситуацию, и в итоге сказал то, что Тём никак не ожидал услышать.

— Что‑то я проголодался. Давайте перейдем на другую полянку и поужинаем тем, что удастся приготовить. У меня ещё немного свежатины из оленины осталось. Думаю, что никто из вас от ужина не откажется?

Ужин вышел на удивленье! Тем, сытно поглаживая живот и праздно раздумывая о глотке доброго пива, благодушно спросил у Эшшу:

— Чего ты такая грустная? Отбивные вот сделала замечательные.

— Потому, поэтому. Я попала! Вам понравилось.

— В смысле?

— Клаус уже пару раз хвалил эти отбивные и намекал, что у него ещё не было такой вкусноты в походных условиях. Теперь или задание выдаст на каждодневное приготовление этих гребаных отбивных, или не даст мне следующее задание, пока я его не накормлю чем‑нибудь вкусным. Нет, навык повара я, конечно, качнуть смогу. Только я в ученицы к инквизитору не за этим просилась. Вот и грущу.

— Да, есть о чем. Но, тебе хоть на отбивные задания дают.

Тём сделал максимально сочувствующее лицо, по которому Эшшу сразу же захотелось мягко пройтись ноготками. Это было так заметно, что норд невольно отдвинулся от сумеречной ведьмы и продолжил:

— А я вот столько времени уже вместе с учителем хожу и ничего. Даже немного обидно. Игору задание, — ладно. Он вроде как посторонний, а мы с учителем одно дело делаем. Но и тебе задание, а ты такая же ученица, как и я. Чего Клаус меня обходит. Я что рыжий?

— Да нет. Ты брюнет.

— Я серьезно.

— И я серьезно. Ты же упоминал, что у тебя есть задание на Клауса. Может в этом все дело?

— Может, только я с этим заданием в полной, э — э, в полном тупике. Что называется "приплыли". А так всё хорошо.

— Тём, навыки владения оружием растут? Растут! Скорость увеличилась, уже с Клаусом несколько секунд на равных. Чего тебе ещё сейчас надо? А у Учителя, даже по игровым стандартам, уровень, как мои и твои вместе взятые.

— Это за счет использование наследства от твоего Патриарха. У меня таки появилась способность "рывок". И регенерация.

Эшшу ответила без злости в голосе.

— Как дам сейчас за "твоего". Ты бы поговорил с Учителем по своему заданию. Я заметила, после боя он добреет.

— После отбивных он добреет. И то, только после твоих и только к тебе. Ладно, жужжанием делу не поможешь. Пойду, попробую разговорить наставника.

Клаус пребывал в раздумьях всё то время, которое прошло после находки обглоданных костей в кострище. И при этом благодушия на его лице не наблюдалось Но Эшшу права, разговор с учителем уже давно назрел, хотя бы потому, что в выполнении задания заинтересованы были все, — и он сам и Эшшу. Вот только, судя по последовавшему ответу, инквизитор в это число не входил. Хотя разговор получился спокойным, и начал его Тём издалека.

— Учитель, мы с Эшшу очень гордимся, что стали вашими учениками. Быть учеником инквизитора очень ответственно и почетно. Но, признают ли за нами такое право ваши бывшие, на сей момент, коллеги?

Клаус ответил сразу, но коротко и без охоты к продолжению разговора.

— Признают. Может не сразу сейчас, но обязательно. У вас будет законный статус и законное право от имени коллегии инквизиторов нести добро и справедливость.

— Но мне хотелось бы вам помочь.

— Мы не будем с тобой говорить о моем отлучении.

— Учитель, вы дали обет молчания?

— Нет. Но говорить об этом ни с кем я все равно не буду. Достаточно того, что Мартин вынес свое решение в присутствии не члена коллегии инквизиторов. Я сам определил степень своего прегрешения и сам определил меру своего искупления.

Клаус закончил свой ответ очень жестко, как будто отвечал уже не ученику, а продолжал давний, не оконченный спор с главой коллегии инквизиторов Раттермарка. Тём же так огорчился отказом, что не сразу обратил внимание на очередное "дзынь". А когда, отойдя от учителя, просмотрел дневник заданий, то увидел, что разговор все‑таки не был напрасным.

Вниманию игрока!

Задание " Дух или буква" изменилось,

Данное задание является стартовым в цепочке квестов "Торжество справедливости"

Условиеузнать каково решение главы коллегии инквизиторов Раттермарка по делу инквизитора Клауса от самого Флоренса Мартина или от третьего присутствующего на встрече лица.

Награды:

1000 опыта;

550 монет;

Получение следующего задания в цепочке.

Награды за прохождение всей цепочки заданий:

Награды:

5700 опыта;

4500 золотых;

Пояс Инквизитора;

+20 единиц к дружбе с инквизицией Раттермарка

Получение деяния " Хранитель традиций неигровых обществ Раттермарка"

Прочитав измененное задание, Тём весело засмеялся. Ситуация в которой он приходит к главе коллегии инквизиторов Раттермарка и начинает задавать неудобные тому вопросы другой реакции и не вызывала. Тём впервые с посещения Радеона почти спокойно подумал, что "мудрецов" придумывающих эти "квесты от Агаты" точно надо усиленно охранять.

Вчерашние планы хороши тем, что, проснувшись рано утром можно с удовольствием на них поставить жирный крест. И они же отвратительны тем, что на твоих планах может с удовольствием поставить жирный крест кто‑то совсем другой.

Зайдя утром в игру, Тём обнаружил, что он не может сделать ни шагу в сторону с места их вчерашней ночевки в лесу, а зуммер в почте настойчиво приглашает его заглянуть в почту. Предложение было сделано в форме, от которой не отмахнешься. Тём, уже догадываясь, откуда ветер дует, полез читать сообщение.

Игрок Тём!

Несмотря на неоднократные предупреждения, вы не приступили к выполнению задания "Кольцо незнакомки" в контрольные сроки.

Руководствуясь п. п. 12.3.3 "Соглашения администрации игры и игрока" к вам применены штрафные санкции.

Учитывая, что количество часов, проводимое вами в игре, значительно превышает средний показатель для игроков, Администрация сочла возможным смягчить наказание и применить к вам штраф в виде обязательного выполнения социального задания, назначаемого старостами предложенных вам на выбор поселений.

После выбора вами поселения, откроется портал для переноса вас к месту отбывания штрафного задания.

Срок выполнение штрафного задания — 10 дней.

За время выполнения задания очки развития вам не начисляются, выполнение других заданий, а так же получение новых квестов блокируется.

Приятной игры и больше в список нарушителей не попадайте.

Тем сначала пробежал сообщение по диагонали. Единственное, что он ухватил сразу, это то, что все планы, выстроенные им с Эшшу до конца недели, накрылись медным тазом. И ещё это доброе пожелание в конце, в стиле "Иди и больше не греши", очень в тему для ученика инквизитора.

Потом перечитал уже не так быстро, пытаясь вспомнить, слышал ли он что‑нибудь о предложенных по заданию поселениях.

Появившаяся с пятиминутным опозданием ведьма, с неподдельным интересом наблюдала за попытками Тёма сделать хотя бы шаг вопреки полученному предупреждению.

— Ты чего на месте, как медведь топчешься? Съел что‑нибудь тормозящее?

— Меня съели. Мой лайнер админы отогнали на штраф площадку.

— Так ещё же три дня до контрольного срока оставалось!?

— Ты мне это говоришь? Пойди, скажи это умникам в администрации. Тут есть аварийная кнопка для вызова дежурного ангела. Так и она не работает. Может в Радеоне календарик сбился.

Ведьма на это беспечно махнула рукой.

— Ну и ладно. Это не самые критичные последствия, в случае, если сбивается календарик. Так что, выполнишь свою социалку, стучись ко мне в почту. Я думаю, к тому времени, я уже наверняка добью своих пять темных ведьм, и получу заслуженную медальку от Учителя. А дальше выполню своё обещание и подброшу тебя в самую южную точку Западной Марки.

— Спасибо, утешила. Ну и иди за своей медалькой. Будет тебе, мадам, и белка, будет и свисток.

— Ты что, обиделся, что ли?

— Нет, джигу от радости пляшу. Лучше подскажи, какой из поселков для выполнения штрафа выбрать. Твой источник про Тима — на — все — руки ничего об этом не говорил?

— Что‑то такое было. Но основная мысль сводилось к понятию "как повезет".

— Ладно, пока. Учителю объясни, что я после вчерашнего с ним разговора проникся и назначил себе искупление за гордыню в виде помощи сирым и убогим. А через десять дней вернусь к вам уже чистым и просветленным. Как думаешь, нормально прокатит?

— Думаю нормально. Про чувство собственной важности ему точно втирать не надо. Оставь это для себя.

— Вот почему ты такая ведьма?

— Так от природы. — Эшшу засмеялась и прежде, чем Тём нажал наугад штрафную площадку, добавила, — не задерживайся там, я буду скучать.

Выбранный Тёмом поселок ничем не отличался от таких же поселков, виденных им в предгорьях Севера ранее. Староста деревеньки с простым названием Садик (а вот интересно это действительно "садик" или созвучное название на каком‑то из не славянских языков, означающее, к примеру, понятие "дыра"), благосклонно выслушал просьбу норда дать ему работу, ибо он, Тём, воин — странник и ученик инквизитора выполняет обет, данный своему духовному учителю об оказании помощи детям, старикам или вдовым, одиноким женщинам. Покивал с умным видом и направил его к вдове Базилине. Вдова встретила Тёма радушно, даже радостно, угостила колодезной водой и сухой краюхой хлеба и предложила срубить засохшие деревья перед домом. И вид из окна портят и дрова на зиму самое время заготавливать.

Топор, предложенный вдовой, был ржавый и тупой. По сухим стволам Тёму ни разу не ботанику, определить породу было сложно. Но по всему выходило, что неопределенные сухие стволы при своей жизни были акациями, так, как лезвие топора со звоном отскакивало от стволов после каждого удара. Выбрав самое тонкое и промаявшись с ним минут пятнадцать, Тём сходил в ближайшую лавку, где выбрал себе улучшенный топор лесоруба за 10 золотых монет, и вдохновленный покупкой, вернулся к рубке первого дерева. Результат был тот же. Разве что звук при отскоке лезвия изменился. Теперь топор пел выше и звонче.

Вот и ладно. В конце концов, пока он рубит дерево, срок идет, задание выполняется. Глаза боятся, а на руки можно и поплевать перед замахом.

Через полчаса Тём таки не только пробил кору, но и сумел вгрызться в древесину на толщину мизинца. При этом его выносливость упала почти до нуля. Справедливо решив, что такими темпами один день, — одно дерево, будет и разумно и правильно, а тратить дополнительно к выброшенным на топор монетам ещё и бодрящие эликсиры совсем ни к чему, Тём решил за время пока поднимется выносливость, осмотреть окрестности.

И первое, что сразу бросилось в глаза, это виднеющиеся в дали контуры замка. Просто удивительно, как он не заметил замок раньше.

Подкрепившись колодезной водой, Тём решительно направился к замку. Это задания новые брать нельзя, а на замки смотреть, и с народом из него говорить письменного запрета не было.

То, что это клановый замок, Тём понял ещё на подходе. Милая его сердцу зеленая шотландская одежда со значком клана и специфические термины в разговоре не оставляли никаких сомнений.

Да и сам замок был хорош, и, как говорится, одним своим видом внушал. Типичный средневековый замок, которых Тём не мало видел на различных гравюрах и картинах в период страстного своего увлечения средневековой Шотландией. Высокие стены, сложенные из огромных блоков, с подъемным мостом через наполненный водой ров, башенками, донжонами и внутренним двором.

Некоторые кланы, по слухам, почерпнутым всё на тех же игровых форумах, старались скрыть истинные размеры замка, чтобы не вводить в искушение более сильных и жадных коллег. Хозяина возвышающегося перед нордом замка к таким скромникам нельзя было отнести ни в коем разе. Хоть Тём, на данную минуту, и не сильно разбирался в клановой иерархии Файролла, как‑то ни к чему ему это было, но всё же предположил, что клан, имеющий такой замок явно не пасет задних и наверняка входит в первую рейтинговую сотню.

Как бы там ни было, замок Тёму нравился. Более того, это была любовь с первого взгляда. И пусть он получал постоянное удовольствие от всего происходящего, будучи в Файролле. Даже магия в игре воспринималась так же реально, как электричество по ту сторону капсулы. Всё что надо было знать, что она есть и работает. Но вот оскомину от своего годами выношенного представления о средневековье Тём в игре пока так и не сбил. Может, не хватало именно такого замка. И стяг, развевающийся над ближайшим донжоном нес на себе имя единственного клана, о котором Тём думал, как о "своем" в вероятном будущем.

Он подошел к воротам и окликнул стоящего у входа бойца — мечника, уровень которого интуитивно оценил не меньше чем восьмидесятый.

— Это замок клана "Сыны Танариса"?

— Да. Тут же это везде написано. А тебе зачем или кого?

— Много слышал о вас, сам ролеплейщик. Вот интересно посмотреть, так сказать, пощупать настоящую вековую историю изнутри.

— Ну, смотри. Ты же не шпион? Что‑то я отметки клана над тобой не вижу.

— Да я к вам в клан собирался, потому ни к кому и не прибился. Но вот только дошел.

— Издалека видимо шел? — "шотландец" усмехнулся.

— Из Ольхара, но через Западную Марку. Ещё бы дольше шел, но как говорится, не было бы счастья.

Штрафанули меня, за то, что затянул с выполнением задания важного с точки зрения администрации. Не уложился в срок. Хотя с последним можно спорить. Вот теперь десять дней в Садике дровосеком у вдовы прирабатывать обязали. Зато достойная женщина теперь без опаски встретит зиму с полной поленицей дров.

— Не врешь? — Игрок с любопытством, уставился на Тёма. Слышал я, что такое возможно, сам не первый год играю, но чтоб вот так! Да ты раритет, парень. Хоть и хитрыми путями ходите, товарищ, но уровень у тебя приличный. Ну, давай я тебя во двор заведу. Постоишь, посмотришь. Дальше нельзя, только для членов клана. Во двор тоже нельзя, у нас с этим строго, только по спец приглашениям. Считай, ты своим рассказом про помощь вдовам и сиротам, его заслужил. Только в секьюритарскую зайдем. Там запишем в гостевую книгу твой ник, расу и текущий уровень. В ней же можешь отзыв оставить, после посещения. Ага, у нас есть своя книга отзывов и пожеланий. Для знающихся на средневековье людей.

Поздним вечером глава клана "Сыны Тараниса" Глен просматривая и систематизируя клановую информацию за день, наткнулся в перечне дневных посетителей замка, внесенных в гостевую книгу, на заинтересовавшее его имя.

Пробежавшись взглядом по списку игроков клана, имеющих право приводить гостей и убедившись, что нужный ему человек находится в игре, Глен тут же пригласил его зайти в апартаменты главы клана.

Окинув пристальным взглядом вошедшего, Глен обманчиво вкрадчивым голосом спросил:

— Грир, скажи, ты у меня в клане замом по разведке числишься?

— Да, — слегка задержался с ответом Грир, которого не обманула мягкость в голосе главы клана. Он напряженно пытался вспомнить, где и в чем он мог накосячить. Выходило, что нигде.

— А вот ник игрока, которому ты показывал замок, тебе ничего не сказал?

— Да нет, чел как чел. Таких полно бродит. Пришел на замок посмотреть.

Сообразив, что дело касается дневного посетителя, которому он показывал замок, Грир сразу успокоился и расслабился.

— Кстати, Глен, я давно предлагал тебе сделать платный вход для любопытствующих игроков, пусть и небольшой, но верный, я бы сказал неиссякаемый, приток денежек в клановую казну был бы.

Но Глен не дал себя увести с темы.

— Значит ты, мой заместитель по разведке, по прежнему говоришь мне, главе клана "Я за тебя свою работу делать не буду"?

Грир опять почувствовал себя неуютно.

— Глен, ты же меня не один год знаешь, ничего такого я не говорю. И вообще, я не пойму, что за наезд? Если тебе нужен этот игрок, то он тут в Садике штраф за просрочку задания отбывает. Прикинь, оказывается, есть и такие индивидуумы, что на штрафы попадают. Так, что никуда он не денется. Собирался и завтра прийти. Он говорил, что планировал изначально к нам в клан проситься, так, что можешь завтра сам с ним поговорить. А зачем он тебе понадобился?

— Грир, вот, что с тобой делать? Заменить так, чтобы не шило на мыло, неким. Учить поздно, но надо. Расскажу, конечно. Присаживайся, не стой в дверях.

Глава 13. Суета вокруг деревьев

Отсчет плюс 3 от точки бифуркации.

— А интересен мне этот игрок не тем, что, находясь в игре относительно недавно, и играя соло, имеет уровень не намного ниже, чем, если бы прошел прокачку в каком‑нибудь клане.

Глава клана "Сыны Тараниса" говорил это своему заместителю размеренно и не спеша, как бы проверяя на слух, то о чем сам неоднократно думал.

— Это как раз фиг бы с ним, — задротов всегда хватало, хватает и хватать будет. Но этот, как мне доложили, совсем не задрот, за три месяца четыре раза был в "Лучшей двадцатки достижений Зала Славы Героев". Отметился, считай, каждые две декады. Ты сколько раз был в двадцатке за полтора года в игре? Вот и я о том же. Видишь, полезно иногда не только "Лучшую двадцатку достижений Зала Кланов" просматривать. Ведь ты только её просматриваешь?

— Да. Ты же сам не даешь мне людей в службу набирать, так, что нам бы хоть успеть информацию по кланам отработать. Пока проверишь ту или иную инфу, голова пухнет.

Глен усмехнулся, даже подсекать не интересно, Грир сам крючок заглатывает.

— А у меня, по — твоему, есть время и на то и на другое? — И сам же ответил, — Есть! Вот поэтому я и попросил не тебя, а Рамси подобрать все крохи информации в местах, где "шалил" Тём. И его ищейки очень хорошо поработали.

Грир слегка поморщился. С замом Глена по службе безопасности он был в натянутых отношениях и каждый успех того, воспринимался как личное поражение. Тем более, если удачную партию Рамси брал, как сейчас, на его игровом поле. Но ничего не скажешь, за язык никто не тянул, сам пожаловался на нехватку людей.

Глен, будто не заметив, реакцию зама на свои слова, продолжил.

— Ты отлученного инквизитора помнишь?

— Помню. Ты же сам говорил, что не может такой НПС просто так по Раттермарку ходить. А в итоге оказались выброшенные деньги и время, — нотки злорадства в голосе Грира были едва различимы.

— А вот твой новый знакомый не просто навык у монаха получил, а стал полноценным учеником инквизитора. Так что я был прав. Видимо, мы не с той стороны породу копать начали. Но и это не все.

Сложив Зал достижений и то, что нарыли ребята Рамси, я думаю, что этот Тём, вероятнее всего, "зацепил" два сценарных квеста, и пока сомневаюсь, но не удивлюсь, если окажется, что у него есть ещё и парочка скрытых.

Стоит такой игрок, чтобы за него побороться и притянуть в клан? А если упрется, то хотя бы купить эту информацию.

— Да, может получиться интересно. Он с Севера, а значит, если будем с ним в одной теме, то поддержка инквизиции не единственная возможная бомба для нашего клана. Люблю сюжетные квесты. Это же золотая жила по уникальным шмоткам.

— Да. Курочка по зёрнышку всё клану прибыль. Хорошо при этом золотые зерна сквозь пальцы не упустить. И то, что он сам тебе про нас как свой возможный клан сказал это хорошо. Давай всё же не торопить события. Парень не простой, и до вчера с заявлением о приеме в какой‑либо клан не рвался. Завтра с ним поговорю, а там посмотрим.

— Глен, это ты после разговора с парнями Рамси решил, что он не хочет вступать в клан?

— Да. И я склонен им поверить. Из того, что они накопали следует, что Тём не задрот. Его отношение к игре сродни нашему. Но и чистым ролеплейщиком я бы его не назвал. Скорее он каребир.

— То есть ты хочешь сказать, что ему похрен на пауэрплей и он не стремится раскачать своего перса, а удовольствие в Файролле получает от не спешной игры и антуража?

— Именно так. И при этом в игре он проводит минимум восемь часов в сутки. Всё. Завтра приведешь его ко мне.

Глава клана закрыл за своим заместителем по разведке дверь и подумал, что правильней было бы его замам по делам их именами обменяться. Но имеем то, что имеем.

Глен в прошедшем разговоре не стал упоминать, что его интерес к Тёму начался пару недель назад. Тогда один из хаев клана рассказал, как курьез, историю о монахе "отшившим" полтора десятка продуманных "подкатов" от игроков их клана и, при этом, принявшим в ученики какого‑то левого игрока. Диглан за точность сведений ручался. Во — первых, видел, как инквизитор отрабатывает, или даже вернее сказать "обрабатывает" деревянной палкой игрока, при этом комментируя свои приемы и его шибки.

Во — вторых, ему стало жутко любопытно, как игрок подобрал ключи к наставнику, о которого они всем кланом обломали зубы.

И он побеседовал с принятым в ученики игроком.

Вот только разговор вышел ни о чем.

Игрок хоть и отвечал на вопросы, но не откровенничал. Только и удалось выяснить, что этот Тём играет в одиночку, за ним не стоит никакой из кланов и на монаха он вышел совершенно случайно.

Следующим за состоявшимся разговором вечером, просматривая выжимку из "Лучшей двадцатки достижений Зала Славы Героев" за прошедший месяц, Глен дважды споткнулся взглядом о недавно прозвучавшее имя.

И вот тут он не поленился и отфильтровал достижения по зацепившему его игроку. И получил очень интересный результат. Глен отправил, принесшего новость, Диглана денек потолкаться рядом с Тёмом, и на правах знакомого в дружеской беседе расспросить того о житье — бытье в Файролле. И, между прочим, пощупать его намерения продолжить игру, вступив в какой‑нибудь клан. Аккуратно и без нажима.

Тот потолкался, поговорил и принес не самый хороший ответ: "норд ни в какой из известных кланов вступать не намерен". Прислушавшись к внутреннему голосу, Глен все же отправил ищеек клана в Ольхар и Троттир и далее, куда они смогут добраться по горячему следу. И не пожалел об этом, выслушав отчет разведчиков. Вот только за более важными и горячими делами решение по собранному материалу отложил на недалекое "потом". А оно, оказывается, стучится в двери уже завтра, потому как Магомет уже на пороге.

Смысла это рассказывать Гриру глава клана не видел. Увы, интуиции не научишь. Поэтому Глен ничего больше заму говорить не стал. Пусть работает! Он теперь, чтобы обойти Рамси, землю рыть будет.

Шел третий час второго штрафного дня в игре для Тёма. Дерево держалось.

Вчера, в общей сложности проведя четыре часа за рубкой, Тём сумел пройти топором до середины ствола. Сегодня с утра, с новым энтузиазмом взявшись за работу, он надеялся свалить это дерево намного быстрее. Часы тикали, Тём вгрызался в ствол, выносливость падала и восстанавливалась, а дерево стояло. На исходе третьего часа, изрядно затосковав, Тём прикинул время на непосредственно выполнение штрафного задания, потраченные усилия и прорубленный топором "путь" и пришел к выводу, что система если и не жульничает, то уж точно настроена не дать ему досрочно порадовать вдову новым видом из окна. Если он правильно понял алгоритм, то примерно сорок процентов своего обычного времяпровождения в игре он должен отдать работам по административному профилю, а остальное может использовать для познания мира на безмеркантильной, то есть дармовой основе. Тём предположил, что, даже имея алмазный топор Короля- дровосека, он все равно потратил бы на каждое дерево не менее четырёх часов работы.

Проверить эту стройную теорию можно было только по окончании штрафных санкций, а смыться от доброй улыбки вдовы, почти все время, наблюдающей за ним из окна своего дома, хотелось уже сейчас.

Сегодня Тём решил прогуляться в ближайший к деревне бург Хольфстриг, посидеть в приличном кабаке, а то от хлебосольности Базилины, добавившей к хлебу и воде много, много помидоров он уже чувствовал изжогу. При том, что в реале её у Тёма никогда не было.

Повторный поход в клановый замок Сынов Тараниса норд перенес на завтра.

Это решение им выполнялось ровно до границы поселка, на которой история с обездвижением повторилась. С малым дополнением, — назад ноги шли, а вперед наливались свинцом, и поднять их было невозможно. Администрация вежливо так ткнула носом, что он находится под санкциями.

Тёму повезло, что Глен когда‑то сумел выкупить землю под строительство цитадели своего клана на землях, числящихся административно за Садиком. А иначе гуляй все десять дней от палисадника и до пасущейся на дальнем лугу коровки.

Вчера повезло, что встретил отзывчивого игрока. Как оно будет сегодня. Тём мельком подумал, что если бы принял в друзья Диглана из "Сынов Тараниса", возможно, получил бы хорошего экскурсовода по замку. Мысль была зряшная, потому как этот Диглан за полтора дня общения показался слишком липким и навязчивым. А таких людей Тём в любом из миров близко к себе старался не пускать.

Увидев на воротах замка радостно машущего ему Грира, Тём обрадовался и насторожился одновременно. А после того, как поздоровались, радость сменилась любопытством, а настороженность никуда не делась. Было бы логично, если бы с ним хотел поговорить кто‑то из штатных рекрутеров клана, а не сам глава клана, приглашение от которого и передал Тёму Грир.

Следуя за провожатым по переходам внутри стен, мостикам над внутренним замковым двором и узким лестницам цитадели, Тём то и дело притормаживал, рассматривая ту или иную деталь, понравившуюся ему в интерьере. И чувствовал, как настороженность постепенно отпускает его. Движение совсем замерло, когда Тём и Грир поднялись на предпоследний, командный этаж главной башни. Норд не мог пройти мимо развешенных на стенах гобеленов, не остановившись, чтобы рассмотреть вышитые на них батальные и охотничьи сцены из средневековой Шотландии.

А когда за неприметной боковой дубовой дверью оказался уютный небольшой зал с камином и длинным столом посредине, за которым в кресле сидел мужчина средних лет с аккуратной бородкой и в такой же традиционной накидке зеленого цвета, как и у остальных игроков этого клана, Тём и вовсе расслабился.

Чем‑то этот поднявшийся при виде гостя из‑за стола мужчина располагал к доверию.

Пока глава клана шел навстречу Тёму с протянутой для рукопожатия открытой ладонью, норд успел рассмотреть его меч. То, что у Глена на поясе был закреплен клеймор это как раз, само собой разумеется. Но вот то, что меч был точной копией знаменитых шотландских длинных мечей с характерной для них особенностью — прямыми, направленными вниз и сужающиеся к концам дужками крестовины, концы которых были украшены навершием в виде пробитого четырёхлистного клевера, стало приятным сюрпризом. Тём за все время в игре не встречал настолько точных копий горских мечей, а глаз на них у него был намётан ещё с реала. Или Глену очень повезло или меч обошелся ему очень не дешево. Скорее второе и скорее в живых деньгах.

— Глен, глава клана "Сыны Тараниса". Можно на "ты"

Тём крепко пожал протянутую руку.

— Просто норд Тём.

Глен шутливо погрозил гостю пальцем

— Ой, ли? А ученик инквизитора и обладатель Змеи крови это не про тебя?

— Про меня. Но это разве можно хоть как‑то близко поставить с вашим положением?

— Поверь не один год живущему в виртуальных мирах человеку, — можно. Частенько хочется послать всё, что наработал в Файролле подальше и как ты, просто бродить с любимым оружием и уважаемым наставником по отвечающему тебе радостью миру.

К счастью для моих соклановцев, эти мысли я пока держу при себе. Присаживайся, — Глен махнул рукой на ряд стульев за столом, сам присел рядом на край стола и полушутливо попросил:

— Ты мне дашь подержать в руках глевию? Для меня это был первый вызов в игре, — выбрать копье или меч. Я не устоял перед возможностью посражаться настоящим клеймором, но твоя Змея крови, по слухам, ему достойный соперник.

— Я тоже начинал с той же дилеммы. Но решил её зеркально. Змея только в обмен на твой четырехлистный.

— Ага. Ты сразу заметил клевер. И оценил. Приятно встретить не дилетанта, а по настоящему знающегося на этом оружии человека.

Глен сделал несколько колющих выпадов Змеей Крови, проверил её в секущем ударе на стоящем в углу манекене и восхищенно поцокав языком, с сожалением протянул копье обратно норду.

— Знаешь, Тём, я не буду ходить вокруг да около того, почему я пригласил тебя к себе. Ни тебе, ни мне это не нужно. Мне, как главе клана, интересен твой наставник, и возможно твой сюжетный квест с инквизитором. Не секрет, что уважение и дружбу с не игровыми фракциями любому клану проще всего заработать на эпических и скрытых сюжетных квестах. А их не так чтобы очень много в игре. Я не ошибусь, если предположу, что ты выполняешь один или два из них.

Глен предостерегающе поднял руку, давая понять Тёму, что он ещё не договорил и потому что‑то отвечать пока не нужно.

— Сразу скажу, — те квесты, что ты сейчас выполняешь, — это твои квесты. Я на них не претендую, разве что ты сам, выслушав мое предложение, захочешь чем‑то поделиться с кланом. А мое предложение простое. Ты становишься одним из нас, вступив в клан "Сыны Тараниса". В чем состоит выгода быть в клане ты, я думаю, играя не первый день и сталкиваясь с прессингом клановых уже оценил.

Добавлю, что я предлагаю тебе не общие основания, а составим особый договор.

Квесты нам сдаешь только те, в которых требуется участие клана. Уточняю на всякий случай — все сюжетные задания в этой категории.

Остальные, — на свое усмотрение. Ты получаешь режим зеленой улицы при посещении кланхрана и библиотеки. Если понадобится быстро поднять несколько уровней до уровня приглянувшегося обвеса, или по другой причине, — это наша забота.

Ты можешь брать любую подходящую тебе вещь в кланхране, оставив на обмен две равнозначные, но тебе не профильные. Ол райт?

Тём лениво протянул:

— А чего такой неравнозначный обмен: один к двум?

— Тём, ну ты сам подумай: где собранный тобой лут, а где лут собранный кланом. Да ты по аукционам за нужной тебе вещью будешь полжизни гоняться. А свои предметы оставишь на правах залога. Сдашь то, что брал, залог сможешь их забрать обратно.

— Глен, хороший ты мужик и мне есть, что тебе сказать, но не буду. Для меня это пока не принципиально. Так что годится. С не большим уточнением, — у меня уже есть обязательство перед одним игроком по поводу его приглашения в сюжетный квест. Так, что если задание требует меньше двух приглашенных друзей, то извини. Если больше, — с дорогой душой приглашу игроков своего клана.

Тём специально выделил голосом "своего" и после этого полушутливо поставил точку в договоре.

— А вообще то тебе бы гномом начать играть. Умеешь взять свое.

Глен, тоже довольный заключенным договором, подхватил шутку.

— Так шотландцы с гномами в близком родстве. Уж по части не упустить "своё", так вообще братья. Знаток Шотландии и не знал?

— Так то если не упустить свое, а ты все чужое норовишь прихватить. Да не заводись. Я так, просто побухтеть. Я же уже сказал, что вариант годный.

— Ну если годный, не будем терять время. Давай заверим условия договора в администрации и сходим в кланхран. Я на месте распоряжусь, чтобы тебя в него пропускали во все секции. Да, лови от меня в подарок перстень. У меня таких было всего семь. Ты четверый, кому я его вручил.

Название подправлять не будем, на свойство кольца это не влияет. И почему бы тебя, состоя в клане, не быть его другом?

Перстень друга клана "Сыны Тараниса"

+22 к выносливости

+18 к ловкости

+18 % к защите от огня

+9 % к защите от урона любым видом оружия

Прочность 252 из 260

Минимальный уровень для использования — 45.

Украсть, потерять, передать — невозможно.

При смерти владельца не остается на месте его смерти.

Тём с удовольствием рассматривал свойства подарка.

— Глен, в жизни иногда происходят странные вещи. В первые дни в игре я думал о том, чтобы попасть в твой клан. Но идти к вам было не с чем. Вы же мальков не сильно набираете. А когда я оставил эту мысль, слишком много появилось завязок в Файролле, чтобы я хотел подчиняться строгой клановой дисциплине, оп — па, и я оказываюсь в клане.

Норд надел кольцо на палец и на ходу повернулся к Глену.

— Спасибо за подарок. Царский. Меня, кстати, звали в твой клан. Так что это судьба.

— А кто звал? Что за ник у игрока?

Тём остановился, вдруг подумав, что ничего не знает про человека подарившего ему путевку в этот мир. Почти ничего.

— Влад звал. Мы на слете бардов вместе виски пили. Гадостный. Не Влад, виски. Вот Влад и сказал, что замолвит за меня перед тобой словечко.

— По твоему описанию я никак не соображу, кто это мог быть. Может и мой. Тебе он нужен?

Тём пожал плечами. Вопросов к Владу у него не было. Хвастаться своими достижениями тем более не собирался. Сказать спасибо за Файролл? Если сильно будет нужно, Вселенная подсуетится со встречей, тогда и скажет.

— Нет. Не нужен.

— Тогда идем дальше.

Проводив норда за ворота замка, Глен вернулся к себе в командорский зал, раздумывая о том, правильно ли он поступил, не попытавшись просто перекупить у Тёма информацию о выполняемых квестах. И решил что правильно. Иногда для общего успеха надо верить в журавля и отпускать синицу из руки без сожаления. И пусть он совсем не понимает, как у Тёма получается находить нужных стартеров- квестодателей. Но это работает! У этого парня чуйка на эпические квесты, как у свиньи на трюфеля.

И он уже ранее встречал в Файролле игрока с такой же удачей. Но того в клан было не заманить. А Глен очень хотел, чтобы непонятного происхождения удача немного поработала и на его клан. Пусть и с неясными шансами на конечный успех сделанной сейчас ставки. Впрочем, над увеличением шансов можно и поработать, предоставляя в дальнейшем новичку возможность участвовать в тех делах клана, где будут наметки на сюжетные квесты.

Тём, по пути к своим деревьям, тоже размышлял, правильно ли он поступил, поддавшись импульсу интуиции и обаянию Глена, хотя до этого собирался со вступлением в любой из кланов повременить. Но предложенные условия были не жесткие и подлости в главе "Сынов Тараниса", теперь уже своего клана, Тём не чувствовал. Так что принимаем за основу "всё, что делается, делается к лучшему!".

На третий день к каше, хлебу, воде и помидорам Базилина добавили салат из мелко нарубленного зеленого лука и вареного яйца смешенного с ложкой густой сметаны. Салат разительно напоминал по внешнему виду известный Тёму с детства весенний салат по имени "весенний салат". Разве что хозяйка добавила в него ещё горсть распаренного изюма. Норд пробовал угощение осторожно, с недоверием восприняв предложенное гурманство. Но изюм разительно изменил вкус, и салат оказался более чем съедобный. Справившись с ним в две минуты, Тём все же решил по ту сторону капсулы от приготовления подобного изыска воздержаться. Даже если необычный вкус и повторится один к одному в реале, то салатом всё одно ему некого удивлять. Разве что старушек на лавочке под подъездом. Однако, не поймут — с. Да и не сезон для этого салата.

Закончив трапезу, уже привычно подхватив с лавки топор и глевию, Тём вышел на порог и не поверил свои глазам.

По улице, от дома старосты к дому вдовы шли Эшшу и Клаус. Обычно сдержанный инквизитор, смеялся, что‑то громко рассказывая ученице и при этом активно жестикулируя руками.

— Привет, Тём! — ведьма весело помахала норду рукой.

— А мы вот с Учителем закончили чистить третий гадюшник и я смогла получить от него свою медальку! И следующим пунктом нашего обучения у наставника идет обучение молитвам на тайном языке первосвященников. Я уговорила Клауса проведать тебя, чтобы не обучать нас порознь одному и тому же и для поощрения одного очень благочестивого ученика, во искупление гордыни помогающего вдовам, — Эшшу вопросительно приподняла бровь, — кстати, в чём конкретно помогающему?

— Деревья рублю. Два дня одно дерево, — Тём кивнул на лежащий посреди двора сухой ствол.

— Бедненький мой. Рубка деревьев очень помогает. В таких случаях кто‑то дрова рубит, кто‑то в колокола звонит.

— В каких таких случаях? Ты сейчас о чем?

— Я про искупление. А ты? — ведьма звонко засмеялась и подмигнула на пригожую вдову, с которой о чем‑то очень серьезном беседовал Клаус. Вдова краснела и тупила очи долу.

И тут до ведьмы дошло, что она видит над Тёмом значек клана, которого над ним ещё три дня назад не было. Она только фыркнула.

— Тебя и на два дня одного оставить нельзя. Обязательно куда‑нибудь вляпаешься.

— Что за недовольство? Ты реально имеешь что‑то на "Сынов Тараниса" или сказала, чтобы поговорить об этом?

Эшшу уже спокойней махнула рукой, более внимательным взглядом оглядывая норда.

— Чтобы поговорить. Я про этот клан ничего не слышала. Это же не "Гончие смерти". Просто только девушка размечталась о собственном клане с подходящим ей по духу и вере молодым человеком как "бац", а он уже со значком и колечком её встречает! Дай, кстати, колечко оценить.

Эшшу протянула ладошку за кольцом Глена.

Клаус на изменение статуса ученика никак не отреагировал. То ли не увидел, то ли ему было всё равно.

Следующие пять дней дня Эшшу с Тёмом находились в игре по двенадцать часов. Пока Тём махал топором, Эшшу отрабатывала с наставником внезапную атаку из инвиза. Эта способность была у сумеречной ведьмы и раньше, но инициировалась заклятием из раздела темной магии и ведьма не рисковала пользоваться ей при инквизиторе. Как неизвестно, но, судя по азарту, с которым раз за разом Эшшу уходила в невидимость, компромиссное решение было найдено.

Тём на автомате рубил очередное дерево, наблюдал за проходящим перед глазами обучением и болел за Эшшу. Только коснуться своим мечом наставника, даже с учетом растущего мастерства, у ведьмы получалось не более одного раза из семи атак.

После обязательных четырех часов административных работ, Тём вместе с Эшшу до ночи заучивали молитвы и пробовали их воздействие на отдельные предметы. Самые серьезные, направленные на укрощение нежити и изгнание или обездвиживание нечисти изучались без практических занятий, но с неизменной просьбой к наставнику "всего и побольше!"

Тём и Эшшу квартировали теперь в двух комнатах у старосты Садка, а Клаус поселился у вдовы.

Столовались все втроем у неё же, так что Тём был отдельно благодарен учителю за разительно изменившееся теперь питание, после которого ни о каких кабаках хоть в Хольфстриге, хоть в Троттире норд уже и не думал.

За это время он с Эшшу всего один раз выбрался в свой клановый замок. Девчонка пришла в восторг от чуда средневековья, но, к огорчению Тёма, радовалась совсем не тем вещам, которые ласкали взгляд и согревали сердце ему самому. Ни Глена, ни кого‑нибудь из других знакомых Сынов Тём в это посещение замка не встретил.

Восьмой день пребывания Тёма в Садике для него самого и Клауса с Эшшу начался как обычно. Клаус и Эшшу проводили ревизию темных заклинаний ведьмы, поределяя какое из них допустимо к применению ученицей инквизитора. Ведьма билась за каждое с азартом, но грань уважения к мнению Учителя при этом не переступала.

Тём интенсивно поработав топором, отдыхал, медитируя с кинжалом Мизуки в руках. Пользуясь тем, что монотонная, изматывающая работа как нельзя лучше очищала голову от мыслей, норд в минуты восстановления выносливости пробовал достучаться до "наследства" почившего Патриарха, надеясь выудить ещё что‑нибудь уникальное. Пока ничего толкового из этой затеи не получалось. Мелькали в голове какие‑то образы, чаще всего это была барышня в красной коже, красивая блондинка с узким лицом и тонкими бледными губами, при улыбке обнажающими длинные острые зубки. Не много ли клыкастых девочек на его пути? Или у каждого мира свои каноны красоты. Были картинки каких‑то схваток. Несколько раз Тём видел морщинистое лицо очень старого вампира. Но кто это был, и где это происходило, норд понять не мог.

Некий диссонанс в эту пасторальную утреннюю картину внес появившийся со стороны бурга орденский отряд из четырех человек.

Старший отряда проходя мимо тренирующего Эшшу Клауса, поднял руку, останавливая движение. Клаус отложил свою учебную палку, которой он рисовал что‑то на земле для Эшшу, и тоже развернулся лицом к подошедшим.

— Клаус!? — в голосе спрашивающего удивления было пополам с радостью.

— Здравствуй, Вит.

— Брат Вит, — приблизившийся поднял назидательно палец, при этом глаза его продолжали лучится радостью встречи.

— Конечно брат, кто же ты мне ещё? — Клаус засмеялся и сделал легкое движение на встречу брату Виту, так что их плечи и лбы соприкоснулись.

То ли это было спонтанное выражение скупых мужских чувств, то ли тайный знак, но через мгновение, отпрянув друг от друга они уже просто весело, как давно не видевшиеся приятели, похлопывали друг друга по плечам.

Но и Тём и, судя по азартно — внимательному взгляду, Эшшу оценили, что двух неожиданно встретившихся бойцов с Темной стороной связывает что‑то намного большее, чем простое знакомство.

— Куда и откуда так дружно топает отряд счетоводов ордена Плачущей Богини?

— Из Хольфстрига идем. Из местного отделения ордена пришло сообщение о вероятном возрождении в округе ведьмовского гнезда. Обычно это дело гроссмейстера ордена, но в этот раз брат Юр послал нас посмотреть на месте, что тут происходит. Слишком много разных непонятных сигналов об оживлении Тёмной стороны стали поступать в орден. А от рыцарей ордена, сам понимаешь, толку не много. Да и чему удивляться, если они у кого‑то подсмотрели, а теперь все поголовно на щиты ниже орденского и личного девиза наносят новомодный статус "Вижу цель и не вижу преград".

Вит осуждающе покачал головой и осторожно сказал Клаусу:

— Я слышал о том, как с тобой обошелся Мартин. Он не прав.

— Иль рассказал?

Клаус заметно помрачнел, а Тём насторожился, услышав о чем разговаривают два воина веры. Он оторвал спину от ствола дерева и подошел ближе, стараясь не проявлять заметно своего интереса и одновременно не пропустить ни одного слова.

— Да, брат Иль рассказал нам о том, что произошло. Но, во — первых, он был и остается на твоей стороне, так что не надо так мрачно сдвигать брови и гневно морщить лысину. А во — вторых, он не мог умолчать о произошедшем, рассказывая брату Юру о посещении коллегии. А тот счел возможным сказать об этом только двум людям, — мне и брату Михаэлю. Ты же не будешь спрашивать, почему он рассказал это именно нам. Я уверен, что ты нам все так же веришь, как верим и мы тебе.

Брат Юр просил нас при встрече передать, что он с пониманием отнесся к твоим трудностям и верит, что ты их преодолеешь. И в любом случае, его предложение встать в один ряд с нами остается в силе.

Вот только не нашли мы тебя сразу, хоть и искали. И в коллегии никто не знал, куда ты ушел.

Инквизитор с горечью в голосе спросил

— А скажи мне, Вит, с каких пор казначей ордена Плачущей Богини называет отлучение инквизитора от коллегии трудностью?

— Зачем ты так? Я думаю, сказанное братом Юром относилось к тебе и только к тебе. Он же от чистого сердца сказал то, что сказал.

— Брат Юр? От чистого сердца? Мы с тобой точно об одном и том же человеке говорим?

Клаус с мрачным лицом ещё немного о чем‑то подумал, а потом махнул рукой.

— А, ладно. Может ты и прав. Здание вашего Ордена могло все это время и не выстоять на двух фасадных колоннах, если бы брат Юр не поверял ежедневно Духовность и Рыцарство целесообразностью и пользой. Если кто‑то скажет мне, что брат Юр ушел на покой, и выращивает цветы, я ему язык за ложь без всякой проверки отрежу. А вот в то, что Юр выращивает новый план, об увеличении могущества ордена Плачущей Богини в это я легко поверю. Причем его взор может быть обращен сейчас с одинаковым вниманием как на Север, так и на Восток или Запад.

— Брат Юр всего лишь скромный бухгалтер, его удел дебет и кредит.

— Ага, — в тон смиренно продолжил Клаус, — а вы у него лишь скромные счетоводы, денно и нощно выводящее ему сальдо.

Собеседники обменялись понимающими улыбками, после чего брат Вит спросил:

— Ты что‑то уже слышал или наугад про планы спросил?

— Наугад. И, похоже, попал в цель. Восток или Запад?

— Запад. Кто эти воин и, — он как бы сомневаясь в увиденном, все же выдавил из себя — ведьма?

— Это мои ученики.

— Ты и шутку отколол. Очень похоже на тебя. Представляю, как взбеленился бы Мартин, узнав, что ты взял в ученицы ведьму.

— Это то с чем ему придется смириться, рано или поздно. Но все же я надеюсь что рано. Так что при моих учениках можешь говорить о своих тайнах, если о них знает уже больше десяти человек.

— Больше, гораздо больше. Юр провел полезную встречу с таном Хейгеном и поддержал предложенный им переворот в Эйгене. Я там тоже был. Всё прошло тихо и удачно. Теперь Западом вместо короля Федерика правит княгиня Анна. В Западной Марке новый правитель, а у ордена новые льготы, скидки, налоговое благоприятствование, — казначейский специалист подмигнул инквизитору, — всё по нашей счетоводческой части.

Тём посмотрел на Эшшу и его лицо расплылось в азартной улыбке. Ещё бы!! Дело даже не в возможных "жирных" заданиях. Дело в том, что отношение к тебе окружающих сильно разнится в зависимости от того с кем ты "дружишь". Если дружишь с теми, кто пишет законы оно одно, если с теми, для кого они пишутся, — совсем другое. И разница в твою пользу, если ты дружен с первыми, есть величина постоянная для любого мира.

А им только что приоткрыли дверцу с видом на великосветскую политику. Для того чтобы сделать немыслимый для себя шаг, иногда достаточно просто знать, что это возможно! И тогда здравствуй нескучная полная тайн и интриг жизнь местных властителей. Мы идем к тебе! И видя ответную довольную улыбку сумеречной ведьмы, норд был уверен, что у неё мелькают сходные мысли.

Инквизитор тем временем вынес свой вердикт на услышанную от счетовода новость.

— Значит Анна. Достойная правительница. О ней так долго ничего не было слышно, что для меня это в какой то мере неожиданность. Что тоже плюс в пользу новой правительницы. Уж она точно более умная, чем этот королек — недомерок Федерик, с его писклявым голосом и амбициями властелина всего мира.

Клаус остался равнодушен к прозвучавшему имени тана Хейгена. Ему оно ни о чем не говорило. А вот Тём задумался. На Севере он уже участвовал в морском сражении, организованном ярлом Хейгеном. Тут, правда, приставкой к имени прозвучало "тан". Ну и что, это пустяки, учитывая, что система при регистрации новых игроков не допускает задваивания имен. Игор вон тоже стал ярлом во время игры.

А в целом, интересная у того парня жизнь вырисовывается. На Север поехал, дочь кенинга Харальда с тремя кораблями и целой оравой неписей и игроков отбил у похитителей, чтобы потом вернуть отцу, владетелю Севера. Направился на Запад, — государственный переворот замутил, местного королька помог свергнуть. Эх, а тут с одним квестом от принцессы уже столько времени на месте топчешься.

— Когда я вернусь в Эйген, надо будет выразить свое почтение княгине.

— Клаус, что я слышу, инквизиция уже не ставит себя выше мирских правителей?

— Я говорил только о себе, а я, как ты знаешь, отлучен от коллегии. И стоим мы не выше правителей, а в стороне от них, ибо это было правильная позиция. Мирская суета по сути своей та же мышиная возня, застилающая глаза от проникающей в души тьмы.

Так было раньше. А сейчас я вижу все признаки наступающей темной стороны, которые не видит только слепой. И я начинаю завидовать ордену плачущей Богини, имеющего надежного казначея с отличной командой счетоводов. Более того, меня начали посещать иногда мысли, что самая большая сила инквизиции — то, что она не заигрывает с монархами, может при внезапном ударе Тьмы стать её слабостью. Не слишком ли мы верим в добрую волю там, где лучше иметь твердые королевские обязательства перед коллегией Раттермарка?

— Ты же не возражаешь, если я передам всё, что ты сказал брату Юру. Он, безусловно, будет огорчен повторным твоим отказом войти в орден и стать нашим братом. Притом, что ты находишься на сегодня вне коллегии, никто не посмел бы осудить это твоё решение. Но я услышал, что ты по — прежнему не разделяешь себя с коллегией и уважаю твое решение.

— Я сам хотел просить тебя передать мои опасения брату Юру. Я не всё проверил, но мы с учениками вычистили три гнезда ведьм. Одно в Западной марке, недалеко от Троттира, а два уже здесь, на Севере. Такое было и раньше, но не с таким количеством новообращенных. И ранее ведьмы обходились в своих ритуалах кошками и собаками, без принесения человеческих жертв. В предпоследнем зачищенном гнезде я обнаружил людские останки принесенных в жертву, и прикрывали ведьм два людоеда из диких племен.

— То, что ты сказал очень серьезно.

— Да. Ты же знаешь, что первым в коллегию, пока там всем заправляет этот уверенный в своей праведности старец Мартин, я не пойду. Я знаю, вы пользуетесь порталами. У меня будет к тебе просьба. Посети коллегию инквизиторов и расскажи о том, что только что услышал от меня. Но только не Мартину, а кому‑нибудь из Пяти. Правильнее всего Раньену. Мы с ним всегда поддерживали друг друга.

— Ещё бы. Он такой же головорез как и ты. Молчу, молчу, вы оба святые мужи, только иногда с плохим настроением. Клаус, я сделаю всё, о чем ты попросил, можешь даже не сомневаться.

Тём обалдело смотрел на прощающихся Вита и Клауса. Он даже украдкой глянул на Эшшу, но та равнодушно ожидала, пока Клаус продолжит с ней занятия. И то, что один НПС дал другому задание, полностью проигнорировав находящихся здесь двух игроков, её совсем не волновало. Но ведь с точки зрения пользователя игрового ресурса, что‑то в ситуации было не правильным. Какая то важная мысль по этому поводу всё время крутилась, но не давалась Тёму. Может быть, он и ухватил бы её за хвост, но в это время уже простившийся со своим другом не типичный счетовод резко затормозил напротив Тёма.

— Норд, откуда у тебя этот кинжал?

Тём посмотрел на кинжал Мизуки в своих руках, который он при появлении служителей ордена Плачущей Богини так и не вложил в ножны и честно ответил ни о чем.

— Мне его продали. За один золотой.

Немного помялся, под ждущим большего взглядом Вита, но решил, что даже если расскажет, то от этого кроме пользы никакого вреда не будет, продолжил.

— Это можно сказать дар принцессы харжитов.

И опережая, вопрос брата Вита, добавил.

— Где это произошло я, при всем своем уважении к вашему ордену, не скажу. Завись от этого только моя жизнь, я бы вам доверился. Но это не моя тайна.

Такой ответ как оказалось, ещё больше взбодрил счетовода.

— А вместе с кинжалом принцесса тебе никакой другой предмет не передавала?

Подошедший учитель, уловил нежелание Тёма говорить, мягко попросил.

— Ответь, я ручаюсь за чистоту помыслов этого человека и тех, кого он представляет, по отношению к вам, моим ученикам.

Тём кивнул на эту просьбу и молча достал квестовое кольцо.

Эшшу и Клаус с любопытством, но без проявления особого интереса, посмотрели на кольцо принцессы. Чего нельзя было сказать о счетоводе. По его лицу было заметно, что он и обрадован и озадачен одновременно. Но при этом кольцо в своих руках он держал недолго, и, вернув его норду, явно заторопился уйти.

— Спасибо. Нам надо быть у брата Юра быстрее, чем я предполагал ранее. Думаю, что я не ошибаюсь в своих предположениях, и мы скоро снова увидимся. Так, что до свидания.

Подойдя к ожидающим его братьям, Вит достал и прочитал свиток, после чего все четверо быстро шагнули в, разгоревшееся синим пламенем, окно портала.

Как только окно портала схлопнулось, ведьма не удержалась с вопросом первая:

— Тём, и как тебе эти счетоводы из Ордена Плачущей богини?

— Сдается мне, что вести подсчет им сподручнее с помощью меча и кинжала, чем на счетах.

— В целом ты прав, — подошедший Клаус внес ясность. Но и на счетах они считают замечательно.

Я тоже до встречи с этими отважными ребятами был о них низкого мнения. Ибо не место торговцам и ростовщикам в Храмах. Однако, пройдя с ними через общее дело, убедился, что это правильные счетоводы.

Клаус усмехнулся своим воспоминаниям.

Утро девятого дня ни чем не отличалось от утра восьмого.

Тём все так же на автомате рубил последнее дерево. Ещё полтора дня и "оковы тяжкие падут, темницы рухнут и свобода!". Но может всё не так печально. Вон Клаус и Эшшу могут идти куда угодно, а не идут, тренируются рядом с ним. Теперь ведьма пыталась пробить "Щит веры" инквизитора, попеременно используя заклятия из арсенала сумеречных ведьм и недавно выученные молитвы. Клаус легко держал удар.

Без шансов для девчонки, определил Тём и отложив топор, достал из кармана гвоздь, которому он вчера круто поменял судьбу. Ещё вчера, попав в руки норда, это был обычный, уже слегка прихваченный ржавчиной, железный гвоздь. А сейчас Тём вертел в руках всё тот же вчерашний, но уже серебряный гвоздь. За ночь серебро с гвоздя не исчезло, что очень радовало норда. Значит вера ученика инквизитора была сильна, и этой силы хватило, чтобы эффект молитвы продержался всю ночь до утра. Вот и стрельнула, дождавшись своего часа, его ветка с магическим развитием. Раз с малым исцелением ран не получилось, будем использовать свои невеликие запасы маны с максимальной пользой. Вера верой, а без манна — мешка ничего бы не вышло. И пусть Клаус упорно зовет молитвой эти преобразующие железо в серебро слова. Тём не видел большой разницы молитвы с обычным магическим заклинанием.

К тому же Клаус признался, в разговоре с Эшшу, что, обещая обучить норда и ведьму молитвам, он не верил в успех обещанного. Всё таки Тём воин без навыков к владению силой (эк инквизиция вокруг слова "магия" круги наматывает и следы путает), а Эшшу что бы она про сумерки бы не рассказывала, но все таки ведьма. А ведьма и Святое слово, это вам не пчелы и мед. Это пчелы и медведь.

Портал открылся в том же месте, откуда вчера стартовала бравая четверка счетоводов.

Появившегося из светящегося овала брата Вита, Клаус встретил тем же приветственным ритуалом, что и вчера. А потом отвел в сторону от своих учеников, не дав ему с ними даже поздороваться, и о чем‑то расспросил. Потом с задумчивым видом выслушал ответ, покивал, но не понятно то ли сомневаясь в сказанном, то ли одобряя и уже вместе с счетоводом подошел к ученикам.

— Тём, Вит меня уверяет, что кольцо от принцессы харжитов означает её тайное поручение тебе, с которым ты должен идти на Юг. Так ли это?

Тём пожал плечами. Почему бы не ответить на вопрос. Он не давал клятву омерты ни Мизуки, ни Эшшу. А если начать сомневаться в Клаусе, то в Файролле делать больше нечего. Вплетать в отношения риск подставы ему и в реале надоело.

— Да. Как только закончится моя помощь Базилине, я покину вас учитель. Мой долг зовет меня на Юг. Я бы хотел продолжить наше обучение и очень надеюсь, что мы ещё сделаем это. Но даже ради этого я не хочу становиться клятвопреступником.

— Я понимаю, о чем ты говоришь, ученик. Выслушай в этом случае брата Вита и мой тебе совет, соглашаться на его предложение, ибо оно выгодно и тебе и ордену Плачущей Богини. Но я забежал немного вперед. Пусть брат Вит сам скажет, с чем он прибыл к нам.

— Здравствуй Тём, здравствуй Эшшу, — брат Вит сегодняшний был не в пример вежливее брата Вита вчерашнего.

— У меня приглашение тебе Тём от казначея нашего ордена брата Юра, посетить его в резиденции ордена. В случае согласия, ты будешь доставлен к нему порталом и после разговора, при любом его исходе, возвращен обратно.

— Увы, я не могу покидать окрестности Садика, пока не выполню наложенный на себя обет искупления гордыни.

— А в чем заключается твое искупление?

— Я должен срубить это дерево, — Тём указал на предмет своей борьбы, — оно последнее из тех, что я должен убрать, расчищая место под новую жизнь.

— Эта единственная причина, по которой ты не можешь меня сейчас сопровождать?

— Да. Других причин нет, — немного подумав ответил Тём

— Мою помощь примешь?

— Приму.

Вит мягко "отжал" топор из рук Тёма и с размаха вонзил его в сухой ствол. Норд, ожидавший, что топор со звоном отскочит от ствола после такого удара, как это было у него и заранее злорадно улыбающийся, стер со своего лица улыбку. Топор в руках Вита действительно рубил ствол, как и должен это делать улучшенный топор лесоруба.

Тём только подумал "Эх, кабы раньше то знать, что с помощью таких добровольных помощников можно было ускорить процесс, то уже бы гулял вольной птицей. Может быть. Вот только экспериментировать, каждый ли НПС может помочь в деле преодоления штрафного задания, или только тот, которому ты нужен по зарез, Тём в ближайшем будущем не планировал.

После того, как с упавшего последним дерева, были обрублены ветки, а его ствол лег в ряд с ранее срубленными, Тём зашел к Базилине.

Та поблагодарила ученика инквизитора за работу и предложила выбрать любой из стволов срубленных им деревьев. Неожиданно раздалось знакомое "дзынь". В почте было два сообщения. Когда упало предыдущее сообщение, Тём не слышал и начал читать с последнего пришедшего к нему.

Игрок, Тём!

Вами успешно выполнено социальное задание от администрации игры.

Так как вы выполнили работу на день раньше срока, вам полагается награда.

Вы можете взять один ствол железного дерева из срубленных вами ранее.

Древесина этой породы очень ценится у оружейников, строителей саун и изготовителей музыкальных инструментов.

Ваша выносливость повысилась на 2 единицы.

Ваша стойкость повысилась на 2 единицы.

Навык лесоруб достиг максимальной величины.

Читая сообщение, Тём его мысленно комментировал: "Вещь классная, но пусть полежит. В рюкзак не влезет, а на плече не сильно потаскаешься. Клаус вон мумию "моего" вампира в ближайшей же таверне пристроил, без всякой гарантии когда‑нибудь вернуться, чтобы выпить свою навсегда бесплатную чашу вина. А тут целое бревно!", "особо умилили строители саун, видать спрос на них и здесь не слабый", "гм, а грозили, что ни очков, ни достижений, ничего не будет. Или это продолжение бонус за досрочный ответ и помощь счетовода?", "хоп! Теперь точно без куска хлеба не останусь! В тяжелые дни буду у старушек топором монеты зарабатывать".

Второе сообщение было о повторном изменении задания "Торжество справедливости".

Только в нём вместо "третьего присутствующего на встрече лица" теперь значился "брат Иль из Ордена плачущей Богини".

Прежде, чем шагнуть вслед за Витом в портал Тём успел выслушать два пожелания.

— Веди себя в разговоре с братом Юром уважительно, но достойно. Помни, что ты мой ученик, — от наставника

И:

— Не задерживайся там, нам ещё молитву " Радость в упокоении" вечером разучить надо, — от Эшшу.

Глава 14. Такая разная дипломатия

Отсчет плюс 4 от точки бифуркации.

Брат Юр по сравнению с Клаусом, а уж тем более с братом Витом не впечатлял ростом. Но в истории, нет, не так, — в Истории невысокие и уж совсем невысокие люди творили чудные дела намного чаще, чем гиганты. Пес его знает, от чего так происходит. Психологи и злые языки рассказывают о каких‑то детских комплексах, но Тём был уверен, что маленькие люди в детстве просто прилагали больше усилий, чтобы чувствовать себя в этом мире на равных с остальными. А во взрослой жизни им этих усилий оказалось достаточно, чтобы уже мир равнялся по ним.

Как бы там ни было, но от этого невысокого, одетого в черную рясу до пят и с кожаными нашлепками на локтях, человека, с почти совсем седой головой, стоило ему поднять от разложенных на столе бумаг взгляд на вошедших, почти зрительно распространилась какая‑то властная, притягательная сила.

И контраст седины, редкой для человека средних лет, но свидетельствующей о том, что жизненный путь брата Юра если и был услан розами, то исключительно шипами вверх, навстречу босым стопам его ног, и глаз, живых, умных, и одновременно юных, только увеличивал эту силу. Хозяин кабинета посмотрел на норда доброжелательно и иронично, и Тём отметил, что подобный взгляд имеет и его наставник. Разве что у Клауса он немного более жесткий. Или всё таки более прямой? Ладно, по ходу разговора разберемся. Тем более что с разговором брат Юр затягивать не собирался и сразу поздоровался. При этом он немного растягивал первые звуки в словах, то ли едва заметно заикаясь, то ли демонстрируя привычную для себя манеру говорить вдумчиво и не спешно.

— З — здравствуйте. Брат Вит, я рад, видеть тебя здесь с учеником Клауса. Значит, мы не ошиблись в своих предположениях. Постой в коридоре, проследи за тем, чтобы для всех по ту сторону двери этого разговора не было. Для тебя же то, о чем мы будем говорить не новость, — казначей дождался пока брат Вит, коротко поклонившись, прикроет за собой дверь, и с новым интересом посмотрел на Тёма.

— Интересных учеников нашел себе Клаус. И ты хорош, а уж выбором ученицы я и вовсе удивлен, хоть и не поражен. Да, не поражен, как это наверняка случится с некоторыми из наших коллег. Хотел бы я увидеть их лица, когда они услышат эту новость, — брат Юр мечтательно улыбнулся.

-. Ну да всем успокоительных капель в подарок не пошлешь. К тому же, такую уйму капель не по одной статье расходов потом не спишешь. К счастью, Клаус единственный инквизитор в коллегии, который может ввести меня в такие траты, — и сказано это было о наставнике с такой обаятельной иронией, что Тём не мог ей не поддаться.

— Тём, я как раз собирался перед вашим приходом пить чай. Составишь мне компанию или может тебе налить рюмочку вина из наших подвалов? Сам я вино не пью. Держу для гостей.

Прежде чем ответить, Тём осмотрелся. Кабинет казначея ордена Плачущей Богини совсем не походил на келью аскета, хоть и лишней роскоши в нем не было. Каждая находящаяся в нём вещь была на своем месте, каждая была не случайна и кроме функциональности несла сдержанную красоту и изящество. И если бы на каждом стуле, чаше или чернильнице нашлось бы клеймо какого‑нибудь знаменитого мастера, норд бы совсем не удивился.

— А я гость?

— Без сомнений. И как человек, с которым я хотел разделить беседу и как ученик очень уважаемого мной защитника веры.

— Тогда чай. Я очень люблю вино, но не пью его в одиночку. Да и по степени душевности за столом, беседы за чашкой чая превосходят беседы за чашей вина.

Брат Юр одобрительно кивнул и налил из фарфорового чайничка в две небольшие, фарфоровые же чашки на пять глотков прозрачный чай с необычайно нежным цветочным ароматом.

— Белый чай. Я не думаю, что тебе довелось его где‑нибудь уже пробовать. Мне же его привозят с далекого Юга. Такой чай растет только в Харжистане, и его очень ценят правители, как на Западе, так и на Востоке Раттермарка.

Тём отдал должное плавности перехода казначея к главной теме сегодняшнего разговора, и как патриот Севера, все же не мог не спросить:

— А что же Северное королевство и свободные острова?

— Что касается Хольмстага и окраинных земель с островами, то даже утонченный вкус чая не смог победить пристрастие местного правителя к элю.

А ведь ты прав как никто, утверждая, что когда пьешь чай с интересным собеседником, чай становится намного вкуснее.

Тём вслед за хозяином кабинета сделал глоток и медленно прокатил его по языку, вслушиваясь в утонченный, слегка сладковатый вкус и не спеша делать следующий, продолжая смаковать долгое, освежающее послевкусие.

Брат Юр поставил свою чашку на стол и внимательно посмотрел на ученика инквизитора.

— Я сейчас сделаю тебе предложение…

— От которого я не смогу отказаться, — не удержался Тём.

— Почему не сможешь? — казначей, казалось, был искренне удивлен этим скорым ответом, — Сможешь. Некоторые отказываются от предложений, ещё не выслушав его. Я считаю их глупыми. Некоторые соглашаются, не выслушав. Я считаю их не умными. Ты не похож ни на тех, ни на других. То, о чем я тебе хочу сказать, сегодня не интересно ни для кого на Раттермарке. Но кто знает, что будет завтра? Порой достаточно не крика, а шепота, чтобы сдвинуть с горы лавину.

Тём, в том мире чудом разминувшийся в одном из походов с лавиной, знал о чем сейчас сказал брат Юр. Очень может быть, что и брат Юр знал о чем говорил. Казначей сделал медленный глоток из своей чашки, прищурив при этом глаза от получаемого удовольствия, и продолжил:

— У тебя есть дело на Юге, в Харжистане, именно там, где растет такой замечательный чай. Мой запас, к сожалению, уже подходит к концу. Я как раз собирался отправить за новой партией брата Вита. Ты же не будешь возражать, если этот достойный брат сопроводит тебя на Юг и, возможно, пообщается с теми людьми, к которым у тебя есть дело.

— Людьми?

— Я не оговорился.

Да, жители Харжистана отличаются от тебя и от меня. Но ведь гномы и эльфы тоже отличаются от нас. И разве в глазах нашей небесной покровительницы это имело хоть какое то значение?

— Брат Юр, можно мне так вас называть? — дождавшись благосклонного кивка, Тём продолжил, — значит ли сказанное вами, что терпимость к инородцам это официальная политика вашего ордена?

— Мне бы очень хотелось ответить тебе "да", но обманывать там, где сам ждешь от собеседника правду, не лучший способ её дождаться. Скажем так, — это моя позиция и позиция значительной части гроссмейстеров нашего ордена. И мы считаем, что ошибочно не иметь отделение нашего ордена среди народа, за который были также пролиты Слёзы небесной покровительницы нашего ордена, в одинаковой мере окропившие этот мир и за людей и за харжитов.

Мы всегда были поборники справедливости, а справедливость в Харжистане попрана уже много лет. Можем мы с сочувствием отнестись к вероятной будущей правительницы Харжистана? Но для этого, я должен знать, как отнесутся к созданию нашего отделения в королевстве те, к кому тебя направила принцесса.

Вот карты и на столе. Тём ожидал, что так или иначе, но разговор коснется его задания от Мизуки. И очень может быть, что брат Юр не собирался изначально говорить Тёму то, что сказал сейчас. Значит ли это, что Тём прошел какую то проверку и не заметил этого? Как бы то ни было, но с искусством говорить о главном, при этом как бы едва касаясь его, казначей ордена Плачущей Богини мог поспорить с любым профессиональным дипломатом. И сейчас он терпеливо ждет, пока Тём обдумывает свой ответ.

— Судьба принцессы не очень известна в мире, так как принцесса по ряду причин не очень публичный человек, — Брат Юр внимательно слушал то, что ему говорил Тём, — и именно поэтому, выслушав её печальную историю, не только я сам с сочувствием отнесся к принцессе харжитов, но и понимаю такое сочувствие, высказанное другими в отношении Мизуки и её королевства. И в котором, к тому же, как оказалось, растет такой замечательный чай.

Тём сделал следующий глоток из чашки, обдумывая, как лучше скомбинировать в одной фразе согласие и просьбу, чтобы последняя не звучала, как ультиматум. Брат Юр тоже поднес чашу к губам, и на его лице не отражалось ничего, кроме бесконечного удовольствия от великолепного напитка.

— Поэтому я буду рад, если в путешествии в Харжистан меня будет сопровождать брат Вит. Но прежде, чем отправиться с ним в дорогу, я хотел бы, чтобы мы решили ещё один, нет, два вопроса.

— Давай послушаем твои вопросы.

— Дело касается наставника, который, по моему глубокому убеждению, не справедливо был отлучен от коллегии. Я так чувствую. Но к своим предположениям я бы хотел приложить ещё и весомые доказательства своей правоты. И в этом мне существенно может помочь один из ваших братьев, брат Иль.

— Ты говоришь правду, хоть и не всю. Ведь без восстановления Клауса в коллегии ты не сможешь подтвердить свое ученичество и дальнейшую службу в инквизиции, если выберешь эту стезю. Что ж, и стремление помочь учителю и стремление стать полноценным членом коллегии инквизиторов похвально. Я и сам заинтересован в скорейшем восстановлении Клауса в его прежнем статусе. Я скажу, чтобы тебя провели или лучше сам отведу тебя к брату Илю. Что со вторым вопросом?

— Брат Юр, мне так понравился чай, которым вы меня угостили, что я решил взять на себя благородную миссию популяризации этого напитка среди лучших людей Севера. Я правильно понял, что вы не будете возражать против этого моего стремления облагородить культуру моей родины? И поспособствуете моему желанию осуществиться, в случае благополучного завершения нашей с братом Витом миссии?

— Эк ты завернул. Этому уж точно тебя не Клаус учил. Инквизитор относился к презрением к тем, кого он называл "торгаши при Вере". Не в лицо, конечно, но я об этом знаю.

— Брат Юр, учитель уже не столь категоричен, как вам доносили ранее. И очень уважительно отзывается о вашей службе на благо Веры. Он говорил об этом в разговоре с Витом, и этот брат подтвердит, что я сейчас не выгораживаю своего наставника в ваших глазах.

— Зачем? Я верю тебе. И отрадно слышать твои слова. У меня уже язык устал объяснять моим балбесам, что для победы мало вылизывать меч до блеска, и считать при этом, что деньги презренный метал. Рыцари никак не хотят понять, что деньги — это такое же оружие, а может и куда более опасное, эффективное и смертоносное, чем надраинное до ослепления глаз железо.

Возвращаясь к твоему вопросу, я готов закрепить в нашем договоре твоё преимущественное, и даже единственное право на популяризацию чая из Харжистана на Севере. Ты же при этом должен оказать брату Виту всю возможную помощь в выполнении его миссии. И в первую очередь это касается создания отделения ордена Плачущей богини на территории Харжистана.

И тут же последовало "Дзынь!".

"Вами получено задание "Чайная тропа".

Условие — договориться с производителями Белого чая о предоставлении преференций ордену Плачущей Богини в деле создания чайного торгового пути между Харжистаном и другими областями Раттермарка.

Награда:

1500 опыта

+30 единиц к личному уважению казначея ордена Плачущей Богини;

+10 единиц к уважению у ордена Плачущей Богини."

А чего, нормально так получилось! Ход сделан правильно.

Брат Иль неожиданно оказался худым, высоким и сутулым человеком с бледным лицом и пальцами, запачканными чернилами. На фоне остальных бравых счетоводов, он единственный из встреченных Тёмом сотрудников казначея ордена, был похож на классического зануду — бухгалтера.

На брата Юра он смотрел с обожанием, и как только понял, что от него хотят услышать его непосредственный шеф и ученик Клауса, тут же согласился пересказать Тёму разговор, свидетелем которого он в свое время случайно оказался.

— В тот раз я прибыл в замок инквизиторов в Кадрансе, чтобы передать письмо от брата Юра казначею коллегии инквизиции. Выполнив поручение и дождавшись ответа, я пошел пройтись по замку. У меня и у самого есть знакомые среди инквизиторов. И я с удовольствием всегда посещаю Кадранс. Надо сказать, что мы с Пауло, это мой лучший друг среди инквизиторов имеем много точек соприкосновения при оценке нынешнего жуткого падения нравов и духовности.

Тём, почувствовал, что брат Иль погружается в транс от собственного голоса и теперь уже очень не скоро доберётся до сути его просьбы. Поэтому он поторопил монаха.

— Я с удовольствием послушаю про ваших знакомых в Кадрансе, но позже. А сейчас хотелось бы услышать про то, что случилось с моим учителем.

Иль споткнулся в своих воспоминаниях на полуслове и вначале непонимающе посмотрел на норда. Но, рассмотрев, очень хмурое и нетерпеливое выражение лица Тёма, все же перескочил в своем рассказе к нужному тому моменту.

— Среди прочих моих знакомых в замке я зашел и в комнату инквизитора второго круга Клауса, чтобы передать ему письменный привет от брата Витуса. И как раз, когда Клаус начал меня благодарить за послание, дверь его комнаты распахнулась и зашел Флоренс Мартин, глава коллегии инквизиторов Раттермарка. Он не стал обращать внимание на мое присутствие, и при постороннем для инквизиции человеке сразу бросил Клаусу обвинение в том, что тот совратил его племянницу. Клаус спокойно ответил, что это не правда и их с Алиной связывает только дружба и ничего более. Но получил в лицо от Флоренса следующее гневное обвинение в трусливом сокрытии правды. Клаус, видимо, не сильно хотел оправдываться в моем присутствии, а Мартин напирал, что у него есть доказательство неподобающих инквизитору отношений от человека, которому он верит. А потом показал Клаусу какую‑то записку.

И вот после этого Клаус совсем замолчал. Мне кажется, что именно это безразличное молчание в ответ на все обвинения и стало той каплей, что заставила Мартина прямо там, в комнате у Клауса, произнести ритуальные слова отлучения. Да, ещё на последок Флоренс добавил, что видеть отлученного инквизитора в Кадрансе ранее, чем через год не желает.

Лишь когда за главой коллегии инквизиторов закрылась дверь, я заметил, что Клаус очень сильно огорчен. Он всё время, как будто всё ещё не веря в случившееся, качал головой и при этом еле слышно приговаривал: "Эх, Алина, Алина, зачем ты так. Не ожидал от тебя, совсем не ожидал".

— Это всё?

— Да. После того, как я понял, что ответного письма не дождусь, важливо попрощался с Клаусом, увы, но он мне только молча кивнул вслед, и покинул Кадранс.

В тот момент мне казалось, что Клаус прав и Мартин, говоря о человеке, которому полностью доверяет имел в виду свою племянницу. А теперь, спустя время и ещё раз с подробностями вспомнив эту историю, я думаю, что речь шла о каком‑то другом человеке.

— Что ж, спасибо. Ты своим рассказом очень помог поискам справедливости в этом непростом деле.

— Я был рад помочь всем, чем могу уважаемому мной инквизитору Клаусу. Истинно говорю, я верю что твой наставник не виновен, — брат Иль в подтверждение своих слов закивал головой, а потом неловко ткнул тяжелый кожанный мешочек в руку Тёму.

— Прими от меня эту скромную поддержку твоих поисков справедливости.

Первый порыв Тёма был отдать деньги назад. Уж очень во всей этой сцене присутствовало желание человека, чувствующего свою вину, загладить её хоть каким‑либо способом. Облегчать совесть брата Иля норд не собирался.

— Здесь 550 монет, всё, что у меня на сию минуту есть в наличии.

Цифра совпадала с наградой за квест, а, значит, деньги Тёмом были заработаны честно. Да и, в конце концов, он же не психолог для НПС, с какой‑то внутренней злостью подумал Тём и кратко поблагодарил брата Иля за его взнос в дело восстановления справедливости.

Просмотр сообщений подтвердил, что очередной этап помощи учителю был успешно преодолен.

Вы выполнили задание "Дух или буква".

Данное задание являлось первым в цепочке скрытых заданий " Торжество справедливости".

Награды за задание:

1 000 опыта;

550 монет;

Вам доступно скрытое задание "Неизвестный свидетель".

Данное задание является вторым в цепочке скрытых заданий "Торжество справедливости"

Условие: Встретиться с племянницей главы инквизиторов Флоренса Мартина и узнать что за записка послужила причиной отлучения инквизитора Клауса.

Награды:

1500 опыта;

1450 золотых;

Редкий предмет — рандомно;

Второе сообщение тоже было интересно.

Вам предложено принять задание "Обретение союзников"

Данное задание не входит в основную цепочку квестов "Воцарение на престол"

Условие — привлечь на сторону опальной принцессы харжитов хотя бы одно неигровое сообщество, способное выставить не менее сорока бойцов.

Награда:

1000 опыта

Информация — в случае отказа от выполнения этого квеста никакие санкции к игроку не применяются

В случае если вы привлечете в союзники принцессе более одного неигрового сообщества, награда будет увеличена.

В случае провала этого квеста выполнение цепочки заданий не прерывается, но награда за всю цепочку будет уменьшена на одну позицию (рандомно)

Всё как всегда. Ещё ничего не дали, а уже что‑то норовят уменьшить. Хотя тут ещё тот вопрос, кто кого привлек к выполнению квеста: Тём неигровое сообщество в лице ордена или все же орден использовал Тёма? А совместно с заданием "Чайная тропа" это просто песня какая‑то!

Тём обдумал, не будет ли нарушением их договора с Гленом, если он не поставит главу клана в известность о "Чайной тропе"? И решил, что никаким образом, а потому клан в очереди второй. Больше не раздумывая, быстро набрал сообщение Игору.

"Брат, привет. У меня всё норма. Всё ещё на низком старте, но ветер Юга уже начал обдувать мое лицо. Есть наметки на интересную тему. У нас, среди "Рожденных в холмах" есть продвинутые торговцы? Или из тех игроков, кому ты доверяешь? "

Отправляя письмо, совсем не ждал быстрого ответа, но почта ответно пискнула почти сразу.

"Привет, Тём. Я люблю север, но иногда так хочется на юг. Не сочти намеком. Простая константация факта. Найдем тебе торговца, и как не странно, даже среди братьев по клубу. А что за тема?"

Тём секунду подумал и ответил.

"Совсем рано об этом говорить. Мне надо было знать на кого я смогу рассчитывать в принципе. И, по возможности, поинтересуйся вокруг себя, как быстро ярлов можно будет приобщить к культуре чаепития. Может начать с жен и дочерей? Буду держать тебя в теме. Удачи, брат"

Брат Витус встретил Тёма на выходе из казначейства уже полностью собраным к походу. Под рясой угадывалась кольчужная рубашка, а в котомке за спиной наверняка было что‑то более действенное, чем счеты и молитвенник.

— Брат Юр дал указание поступить в твое распоряжение до момента, когда он отзовет меня обратно. Куда дальше?

— Возвращай в Садик. Мне надо со своими попрощаться. И двинем творить великие дела.

— Великие дела мы творим завсегда с привеликим удовольствием! Жаль только, что на них обычно уходит прорва свитков портала, а за каждый использованный свиток надо написать минимум два отчета.

Клауса и Эшшу норд обнаружил там же, где и оставил перед походом к брату Юру. Эшшу увлеченно заучивала и тут же пыталась применить ту или иную молитву из походного сборника Клауса, а инквизитор снисходительно слушал, изредка поправляя в случае ошибки. Немного узнав Эшшу за время совместного похода, Тём был уверен, что таких ошибок было совсем мало.

— Как всё прошло? — Эшшу первая нетерпеливо подбежала навстречу Тёму.

— Очень достойно. Мы с братом Юром пили чай и разговаривали о сочувствии и справедливости. И он так расчувствовался, что благодаря этим двум чувствам дал мне в помощь брата Вита.

— Ладно трандеть. Говори правду.

— Это правда, — улыбаясь, включился в беседу Витус.

Ведьма с подозрением окинула взглядом обоих:

— Спелись?

— Эти и станцеваться могут, — это уже включился в разговор Клаус, к которому вся компания успела подойти.

— В Харжистан?

— Да. Брат Юр мне очень понравился. Уверен, что я ему тоже глянулся. Есть с чего, как говорится: "А кто тренер!". Тём сделал традиционный поклон уважения в сторону учителя..

— Не мог уйти, не попрощавшись. Надеюсь всё же не очень надолго. Эшшу, я буду точно скучать по приготовленным тобой отбивным.

— Чего вдруг? Ты же не похож на мужчину, который сам направляясь на теплый Юг, девушку оставляет одну в болоте. Вообщем, на свое болото я всегда успею. А после нашего путешествия на юг, я, как и обещала, проведу тебя порталом к Гиртенской трясине. Я хочу к морю и посмотреть на харжитов. А то у меня ощущение, что ты постоянно сравниваешь меня с принцессой этих кошек. Уж не знаю что ты там оцениваешь, — ушки или зубки.

— Харжитка не кошка, — на автомате подправил Тём, — Коготки сравниваю, но у Мизуки они страшнее. И я рад, что ты идешь с нами. У нас неплохо получалось сражаться двойкой и тройкой. Вит заменит в тройке Клауса. Ты согласна с расстановкой, напарник?

— Согласно, но не со всем, что ты сказал. Требуется маленькое уточнение, — у нас отлично получалось сражаться!!

— Учитель, а может и вы с нами махнете на юга?

— Я бы хотел. Но есть две вещи которые держат меня не очень далеко от Кадранса.

Во — первых, это мой долг инквизитора. Время наступает тревожное, нехорошее. Я уверен, вы тоже это почувствовали. И есть у меня предвидение, что прорыв Тьмы может случиться именно здесь, в этой точке Раттермарка. Если его вовремя не остановить.

И, во — вторых, я всё еще надеюсь получить объяснения от человека, которого долго считал своим другом. Я хочу дать ему шанс объяснить свое предательство.

— Тем более, учитель, мы с вами не прощаемся, а просто говорим до свидания.

— Пусть вера и умения, полученные от меня берегут вас в пути.

Тём позвал третьего партнера:

— Брат Вит, подходите ближе. Сейчас Эшшу откроет портал и мы перейдем в…

— Марасею. Тём, а ты знаешь о чем говорил Учитель, называя вторую причину своего отказа идти с нами?

— Да, мне кое‑что удалось узнать при посещении ордена Плачущей Богини. Я думаю, что Клаус ждет Алину, племянницу главы коллегии инквизиторов. Он уверен, что это она передала какую‑то записку от Клауса своему дяде. Пока это только мое предположение, как и то, что это не Алина, а кто‑то другой зачем‑то тонко подставил Клауса под удар Мартина.

Эшшу протянула с подозрением в голосе, но почти не сомневаясь в ответе:

— У тебя это квестовое задание?

— Да.

— Жалобщик, а не хочешь квестами махнуться не глядя на мой, с зачисткой гнезда ведьм в количестве не менее пяти штук?.

— Не хочу. Да у тебя его уже и нет, к тому же, медалька мне не интересна. Мне интересно с настоящей леди познакомиться. Уверен, что племянница Флоренса Мартина как раз из таких. А то вокруг одни ведьмы ходят.

— Сейчас как дам в лоб больно.

— А вот сейчас я заявляю не под угрозой удара в лоб, а по велению сердца: " Красота одной знакомой мне сумеречной ведьмы затмит любую настоящую или не очень, леди".

— Даже не знаю, что с тобой делать. Ладно, прощен. Ушла думать что это за не очень настоящая леди. Но больше на ведьм не наезжай, а то я забуду, что ученица инквизитора и подтвержу все твои ночные страхи относительно ведьм.

В Марасее их встретил теплый, ещё летний вечер. Легкий, едва ощутимый ветер нес с собой шум прибоя и йодистый запах выброшенных морем на берег водорослей. Было очень приятно, намного более приятно, чем состояние после купания в северном море. Жаль только, что в реал перетаскиваются отрицательные ощущения, боль, холод. Хоть уже есть и приятные исключения. Тём вспомнил "тот " поцелуй и с удовольствием посмотрел на свою спутницу.

— Как будем двигаться дальше? Есть два маршрута через джунгли, горы и полосу пустыни к оазисам Харжистана. Или обогнуть все эти чудеса природы морем вдоль побережья. Брат Вит, что бы вы посоветовали?

— Только морем. Пеший маршрут сложнее и намного дольше. О доставке морем можно договориться с контрабандистами. Я знаю двоих таких в Марасеи, которые рискуют ходить до самого Харжистана. Остальных пугают пираты, шторма и рифы. А Жюст с Зиннадином, единственные кто хорошо знает прибрежные течения и может относительно быстро доставить нас в нужную точку побережья.

— Принимается. Вы сможете их отыскать?

— Да. Пойдем, проведу.

Дом Зиннадина отыскали в центре бедного квартала. На двери его хибары висел большой замок. Свежий налет ржавчины на нем намекал, что хозяина под этой дверью можно ждать долго.

Жюст жил на самом краю города, почти у моря. И ещё по пути к его дому потерялась Эшшу. Ведьма не смогла устоять перед открывшимся за домами видом бескрайней застывшей бирюзы.

— Мальчики, я на море. Очень хочется к нему прикоснуться. Я вас вон там, на берегу подожду. Хорошо?

Тём согласно кивнул. Вит, как обычно, промолчал.

Дом Жюста стоял особняком и был у него, не в пример коллеге, большой и добротный.

Но хозяина и здесь не было дома. Открывшая наих громкий стук в дверь заспанная хозяйка, на вопрос где муж лишь пожала плечами.

— Да кто ж его знает, где его носит. Пришли такие же, как вы, о чем‑то поговорили, и Жюст ушел готовить лодку в плаванье. А что там её готовить, если только вчера вечером на ней в море выходил. Уже как час ушел, сказал, что часа через три вернется поесть и заказчиков с деньгами подождать.

— Делать нечего, будем ждать. Я на море к Эшшу. А ты? — Тём вопросительно глянул на Вита.

— А я пойду, проведаю местное отделение нашего ордена. Есть у меня относительно него небольшое поручение от брата Юра. Самое время выполнить. Как раз часа на два дел. А потом вернусь сюда.

— Хорошо.

Фигура ведьмы, сидящей на краю пустующего причала, четко выделялась на фоне моря. Норд метров за десять до девушки перешел на крадущийся шаг, чтобы не спугнуть спокойное мечтательное выражение с лица Эшшу. Но совсем подкрасться не получилось, так как Эшшу, не оборачиваясь, хлопнула ладонью рядом с собой, приглашая садиться.

— Что там у контрабандиста?

— Жена сказала, что с кем‑то ушел по делам. Будет не раньше, чем через два часа, так что наше время ждать.

— Вот и хорошо. Удивительно прозрачная вода, смотри, в ней видны кораллы и снующие вокруг них рыбки. И этот теплый легкий ветер в лицо, до головокружения пахнущий морем. Всё вокруг такое реальное. А я сто лет не была на море. Сейчас бы с удовольствием искупалась, а сижу и сомневаюсь, как дура. Мало ли каких дряней в это море поселили.

— Нет в нем никакой дряни. Можешь смело купаться. Я с удовольствием составлю тебе компанию.

— Откуда такая уверенность?

— Так я у местных мальчишек пока к тебе шел, расспросил.

— Ты расспросил у местных безопасно ли купаться в море?

— Ну да. А что тут такого?

— Да так, ничего. Всё нормально. Пошли купаться, мой разведчик, — и быстро стянув через голову платье, сложила его на краю пирса. Пока Тём раздумывал нырнуть в одежде или что‑то снять, Эшшу добавила сверху платья лифчик и трусики, и, блеснув на солнце ягодичками, рыбкой ушла в воду.

Тём с криком "Нудить так нудить!" тоже сбросил все свои шмотки на доски пирса и бомбочкой сиганул вслед за ведьмой, подняв при этом тучу брызг.

Из моря Тём и Эшшу вышли минут через тридцать, вволю наплавашись, нанырявшись и набрызгавшись друг в друга соленой морской водой.

Слева от пристани тянулась не широкая полоса белого чистого и горячего песка, которая просто притянула к себе их тела. Редкие прохожие спешили по своим делам и не обращали на загорающую парочку никакого внимания.

Из одежды на ведьме был только кулон в виде искусно выполненной золотой летучей мыши с рубиновыми глазами, тройка изящных колечек на руках и серебряная цепочка на щиколотке правой ноги. У Тёме на шее, удерживалось тонким кожаным шнурком кольцо Мизуки, на руке перстень, подаренный Гленом и запястье охватывал новый браслет. Именно он и привлек внимание Эшшу.

— А чего я этот браслет раньше не видела?

— Так он у меня совсем недавно появился. Единственная вещь, которую я подобрал для себя в кланхране у Сынов. Хорошая штучка. Оцени, — Тём протянул браслет ведьме.

Ручной браслет лэди Неры.

Часть доспеха, подаренного сэру Лоту его невестой, лэди Нерой, чтобы снарядить в поход уходящего на войну любимого.

Для этого подарка ей понадобилось продать все свои драгоценности.

Защита 120–160 единиц

+ 20 к выносливости;

+11 к силе;

+9 % к возможности избежать удара противника;

+7 к шансу провести успешную контратаку;

+25 единиц к показателю 'Жизнь' (бонус действует только пока на игроке одет данный предмет)

Ограничения к классовому использованию предмета — только воины.

Весь набор включает в себя два ручных браслета, кирасу и кинжал.

Минимальный уровень для использования — 45.

— Там и кинжал в комплекте к браслету был очень хорош. Но только если не сравнивать с кинжалом Мизуки или кинжалом Фаэллы.

Да и в залог оставлять было нечего. Глен бы может и дал что‑нибудь в долг, если бы я попросил. Только желания влезть в долг у меня совсем не было. Договор другое дело, по нему я могу просчитать свои действия. А если чувствую себя при этом чем‑то обязанным, очень сбивает с правильного расчета.

— А ты не усложняешь? Мне кажется, ты придумываешь за Глена то, чего на самом деле нет.

— Может ты и права, но я уже на своем опыте знаю, что пословица тише едешь, дальше будешь таки придумана умными людьми.

— Может и так, — помолчали, просто нежась на горячем песке.

— Тём, сними кольцо харжитов, хочу его поближе рассмотреть. Красивое. Ты чего его на шнурке на шее носишь? Я думала оно у тебя в рюкзаке. Его же не сломать, ни продать, не потерять не возможно.

— Не знаю. Мне показалось, что так будет правильно, вот и ношу все время так. Под рубахой, да ещё и кольчугой не видно, а так не мешает.

— У — у. А может, ты просто знал, что я когда‑нибудь попрошу его посмотреть? Давай уже снимай быстрей.

Тём с удовольствием отметил, как в момент, когда напарница потянулась, чтобы взять протянутое ей кольцо, у неё между двух небольших и острых бугорков колыхнулась летучая мышь. Замечательный кулон и выполнен не простым ювелиром, что при долгом его разглядывании открывало Тёму всё более мелкие детали.

Эшшу, некоторое время делавшая вид, что не замечает взгляд норда, всё же не выдержала.

— Кулончик понравился, или?

— Кулончик, кулончик, — подозрительно быстро ответил Тём и добавил, — нет, "или" у тебя тоже превосходные, но их воздействие я представляю, а вот кулон наверняка дает что‑то особенное, а не просто ловкость или ману.

— Знаешь, а я от кулона с парой единиц ловкости не отказалась бы, — Эшшу не стала дальше идти по провокационному вектору разговора.

— Но на свою мышку, конечно, не поменяла бы. Она у меня уникальная и очень часто спасает. Дает способность уходить в невидимость прямо в бою и время заклятия невидимости увеличивает вдвое.

— Я считал, что способность уходить в инвиз в бою свойственна только разбойникам.

— Я тоже так считала, пока свою летучую мышку не раздобыла, — Эшшу ласково погладила висящую на тонкой золотой цепочке фигурку, и раздумчиво продолжила, — Конечно, по сравнению с огромными бонусами на атаку из инвиза у разбойников, мои способности не так уж сильно впечатляют. Но ведь от ведьмы ухода в невидимость в бою вообще никто не ждет, только надумают слабую девушку обидеть, а тут, — сюрприз! А ещё Учитель мне этот навык здорово поднял. Я довольна.

— Правда, невидимость классная штука, я бы тоже так хотел, — Тём откинулся на песок и закрыл глаза, полностью предавшись неге.

— А ну пошел вон отсюда, вуайерист хренов.

Тём приоткрыл один глаз, чтобы посмотреть, кого это там Эшшу так решительно обложила. Ведьма уже грозно приподнималась навстречу залипшему в паре метров от них игроку. У того, наконец, до управляющих центров мозга дошел сигнал "отомри" и он с глупым видом спросил.

— Так ты игрок, что ли?

— Не просто игрок, а самая что ни есть ведьма. И если через две минуты ты ещё будешь стоять и пялиться на меня, то я и тебя раздену. Но всего лишь до подштанников и узнаешь ты об этом, только выйдя из круга возрождения. И знаешь, что самое приятное? Это то, что мне за твое убийство ничего не будет.

Твое убийство на основании п. п. 11.4.3 "Соглашения администрации игры и игрока" будет расценено, как допустимые ответные действия на сексуальное домогательство. Вас, насильников, ни я, ни администрация не любит.

— Чего это я насильник, — игрок медленно пятился от вошедшей в раж ведьмы, — просто проходил мимо, увидел красивую картинку, думал что неписи. Тут много чего для нашего удовольствия создателями игры придумано.

— Ты что, в закрытом режиме играешь?

— Да, а что?

— Как же тебя такого убогонького угораздило. Ладно, сваливай уже, не трону я тебя.

Видя, как быстро сматывается напуганный ведьмой игрок, Тём полюбопытствовал:

— Я стало быть тоже убогонький, раз в закрытом режиме играю.

— Не, тебе играть в кайф. По тебе очень заметно, что ты живешь в игре, а не занимаешься в ней всякой хренью.

— А про пункт Соглашения, правда, что ли?

— Конечно, — нет. Но, похоже, в этой игре кроме меня и администрации никто договора не читает. Вот и пользуюсь этим по ситуации. Если бы этот тип просто смотрел на нас, то и фиг с ним. Но уж очень он липко смотрел, я даже сквозь закрытые глаза его лапающий взгляд почувствовала. Не люблю. Этот типчик сто процентов начал играть в закрытом режиме, чтобы получать удовольствие только определенного плана. Восемнадцать плюс. Ладно, пошли к твоему контрабандисту, уже время.

Жюст был уже дома. И не один. С ним за столом сидело пятеро игроков одного клана. Чашки с каким то напитком стояли только перед хозяином дома и здоровенным брюнетом, видимо, старшим из бойцов клана.

На вошедших в дом Тёма и Эшшу среагировали вопросительными взглядами тоже только эти двое.

— Добрый день хозяину и его гостям.

— И вам не хворать, — ответил почему‑то не Жюст, а брюнет. Норду это не понравилось.

— Жюст, я бы хотел обсудить твой найм.

Хозяин промолчал, а ответил всё тот же брюнет.

— Нет. Мы уже заключили договор, и Жюст ещё три часа назад взял у нас аванс.

Эшшу наклонилась почти к самому уху норда и негромко шепнула.

— Это клан "Стальные парни", клан не самый продвинутый, но я с ними уже сталкивалась. Упрямые ребята.

Тём потер переносицу. По всему получалось, что придется все же разговаривать с брюнетом.

— Уважаемый, а вам обязательно заключать договор с Жюстом?

— Мне нет, а тебе?

— А у меня он единственный, с кем мы можем доплыть в нужное нам место. Может ты, все‑таки уступишь нам лодочника, а мы тебе компенсируем неудобство некоторой суммой?

— Нет.

— Почему нет?

— Не хочу. Я первый пришел, я заключил договор с перевозчиком и идти искать ещё кого‑нибудь, кто доставит нас в Кольгафер я не хочу.

Тём посмотрел на контрабандиста.

— Уважаемый Жюст, может вы согласитесь за более щедрое вознаграждение перезаключить договор в нашу пользу?

— Увы, мой добрый господин. Я и рад бы заработать лишнюю монету, но если я нарушу договор без согласия нанимающей стороны, то ваши монеты станут последним золотом, который я заработал в гильдии контрабандистов. Так что, мой ответ — нет.

Незаметно вошедший брат Вит, подтвердил слова контрабандиста:

— Это правда. Договор это то единственное, что свято для этих прибрежных крыс.

Эшшу выскользнула из‑за спины Тёма, успев шепнуть, что сейчас она всё уладит, и обратилась к старшему из "Стальных":

— Не может же такой замечательный воин отказать слабой девушке в её пустяковой просьбе. Вы уступаете нам сейчас договор с Жюстом, а я соглашаюсь с тобой поужинать. Где‑нибудь в Эйгене, мы сейчас договоримся, где ты меня будешь ждать.

Услышав воркующий голос ведьмы, сидящие за столом "Стальные парни" заулыбались. Все, кроме своего вожака. На него голос ведьмы произвел обратный эффект.

Он опустил руку на рукоять меча и жестко сообщил Тёму.

— Мы вас сейчас рубанем. Вон Вальтеру не привыкать брать на себя ПК, знает, что мы его потом отмолим. Начнет с ведьмы, ты не удержишься и ответишь, и тогда мы будем в своем праве. А, вмешается твой непись, будем иметь законное право и его посечь.

Тём вздохнул. Грустно, но ничего не получилось.

Норд в примеряющем жесте выставил перед собой пустые ладони:

— Всё, все, парни. Расходимся. Нет, так нет.

Брюнет, возглавлявший пятерку "Стальных парней" вдруг остановился и дружелюбно улыбнулся.

Эшшу облегченно выдохнула и неуверенно прошептала, уходя за спину Тёма:

— Кажется, сработало.

С