КулЛиб электронная библиотека
Всего книг - 591462 томов
Объем библиотеки - 897 Гб.
Всего авторов - 235386
Пользователей - 108137

Впечатления

vovih1 про Кори: Падение Левиафана (Боевая фантастика)

Galina_cool, зачем заливать эти огрызки, на литрес есть полная версия. залейте ее

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Влад и мир про Шарапов: На той стороне (Приключения)

Сюжет в принципе мог быть интересным, но не раскрывается. ГГ движется по течению, ведёт себя очень глупо, особенно в бою. Автор во время остроты ситуации и когда мгновение решает всё, начинает описывать как ГГ требует оплаты, а потом автор только и пишет, там не успеваю, тут не успеваю. В общем глупость ГГ и хаос ситуаций. Например ГГ выгнали силой из города и долго преследовали, чуть не убив и после этого он на полном серьёзе собирается

подробнее ...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Serg55 про Берг: Танкистка (Попаданцы)

похоже на Поселягина произведение, почитаем продолжение про 14 год, когда автор напишет. А так, фантази оно и есть фантази...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Влад и мир про Михайлов: Трещина (Альтернативная история)

Я такие доклады не читаю.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Stribog73 про Гиндикин: Рассказы о физиках и математиках (Физика)

Не ставьте галочку "Добавить в список OCR" если есть слой. Галочка означает "Требуется OCR".

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
lopotun про Гиндикин: Рассказы о физиках и математиках (Физика)

Благодаря советам и помощи Stribog73 заменил кривой OCR-слой в книге на правильный. За это ему огромное спасибо.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
kiyanyn про Ананишнов: Ходоки во времени. Освоение времени. Книга 1 (Научная Фантастика)

Научная фантастика, как написано в аннотации?

Скорее фэнтези с битвами на мечах во времени :) Научностью здесь и не пахнет...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).

Интересно почитать: Как использовать VPN для TikTok?

Мотокросс моей судьбы [Екатерина Васина] (fb2)

Екатерина Васина Мотокросс моей судьбы

Глава первая

Кажется, это был дворец с огромными витражными окнами. Во всяком случае Ника, кружась в танце, краем глаза замечала разноцветные отблески стекла, переплетения золотых и серебряных кружев, один раз даже промелькнул краешек трона. Казалось, все кружилось вместе с ней, в такт упоительной мелодии. Качалось на ее невесомых волнах, отплясывало в едином ритме и взмывало высоко вверх, туда, где музыка рассыпалась сотнями ярких огоньков. Они падали вокруг, но не обжигали, а грели мягкими и пушистыми искрами.

Ника отчаянно пыталась разглядеть лицо того, кто танцевал с ней. Но взгляд все время соскальзывал в сторону, и удалось лишь увидеть цвет глаз партнера по танцу: синие, как небо над волшебной страной.

Девушка очень хотела узнать его имя. Даже рот открывала несколько раз, но слова не хотели произноситься. Мелодичная и чуть диковатая мелодия срывала их с губ и превращала в искры. Но, в конце концов, Нике удалось задать вопрос:

— Ты кто? Что то за место?

Ей показалось, что она смогла заметить улыбку на лице ее таинственного партнера. А потом тот произнес, точнее, проорал что‑то, совершенно неподходящее к лиричной воздушной атмосфере:

— Это Спарта — а-а — а!

Музыка как‑то совсем не волшебно хрюкнула и исчезла. Как и дворец. А Ника обнаружила себя в кровати, в обнимку с одеялом. Рядом продолжал надрываться будильник, орущим мужским басом:

— Это Спарта — а-а — а!

— О — о-о — о-о. — Ника выключила вопли и потянулась. Потом вспомнила и подпрыгнула: сегодня ожидался Важный День. Экзамен по сопромату. Девушка прислушалась к себе: нет ли вчерашнего волнения. Сонный организм подумал и сообщил, что пока не волнуется, но вскоре начнет. После чашки кофе точно станет паниковать.

— Блин. — девушка сползла с кровати, зевая во весь рот. — Бли — и-ин, спокойствие, только спокойствие.

В доме стояла тишина: к счастью, будильник никого не успел разбудить. Семь утра, начало июня. Солнце, еще нежаркое, ласково заглядывало в окна и обещало теплый день. Свежий воздух нес в себе запахи сонного города, умытого ночным дождем.

Ника на цыпочках прокралась в душ, где сначала приняла прохладный душ, от которого остатки сна помахали рукой и исчезли, уступив место бодрости. Проснувшаяся девушка протирала лицо лосьоном и пыталась напеть одну из модных песенок. Получалось так себе, если честно. Природа обделила ее и голосом, и слухом.

— К бою готов? — она сморщила чуть вздернутый нос, потом призналась сама себе. — Нифига не готов!

Отражение с готовностью поморщилось в ответ и покачало головой с копной светло — каштановых кудрявых волос до пояса. Едва не расплющив нос о зеркало, девушка придирчиво разглядывала себя. За ночь ничего не изменилось: все то же слегка загорелое лицо с несколькими веснушками и серебристой капелькой пирсинга в правой брови. Густая масса волос слегка оттягивала голову назад, но Ника не хотела стричься, хотя порой, летом, от них бывало жарковато.

Выйдя из ванной уже подкрашенной и одетой, Ника услышала шум закипающего чайника и поспешила на кухню.

— С днем рождения! — приветствовала ее мама, Мария Максимовна. — Садись, завтрак на столе. Чего так рано встала? У вас вроде бы экзамен в одиннадцать?

— Мозг не спит. — Ника с шумом отодвинула стул и села напротив папы. Дмитрий Николаевич взмахнул журналом, на котором красовался яркий спортивный мотоцикл:

— С днем рождения, Ники. Желаю тебе сегодня сдать экзамен и забыть про универ до осени. А с меня и мамы подарок и тортик.

— С орехами. — облизнулась девушка, вспомнив какие торты делает ее мама. Мария Максимовна работала в одной из кондитерских города.

Но радужные мечты о подарке и торте померкли, едва Ника вспомнила, что ждет ее в ближайшем будущем. Сопромат — ее личный кошмар в этом учебном году, из‑за которого она едва не вылетела из университета. До сих пор Ника с содроганием вспоминала момент, когда она зимой рыдала в деканате, потому что ее не допускали к сессии из‑за несданного зачета по этому проклятому предмету. Лишь на пятой пересдаче все получилось.

А теперь ее ожидает экзамен. И по спине уже ползет липкий страх, а в голове опасная звенящая пустота. Все выученные билеты словно затянуло гигантским мыслесосом.

— Главное не паникуй, все ты знаешь.

— Спасибо, ты меня та — а-ак успокоил!

— Прекрати ныть. — папа подвинул ей сахарницу. — Держи, сладкое помогает думать.

— Тогда ты у нас гений. — не без ехидства парировала дочь, глядя как он кладет себе в кофе три ложки сахара. Папа у нее прикольный. Триста шестьдесят три дня в году он являлся образцом родительской заботы, не доходящей, впрочем, до абсурда. И прилежно трудился начальником отдела снабжения в иностранной фирме с труднопроизносимым названием. Но два дня забирал в свое полное распоряжение. Тогда он выкатывал из гаража блестящий хромированный чоппер, надевал высокие ботинки и косуху, завязывал на голове черную бандану с белыми иероглифами и уезжал на слет байкеров. Мама в эти дни становилась несколько задумчивой, хотя Ника точно знала, она папе доверяет. Но все равно волнуется.

— А возьми меня с собой. — попросила Ника как‑то отца. Тот собирался в очередной раз на встречу байкеров, и с мурлыканием возился возле своего обожаемого мотоцикла. Ника, которой на тот момент исполнилось двенадцать лет, сидела рядом на корточках и разглядывала многочисленные блестящие детали чоппера.

— Нечего там детям делать.

— Я не деть. Я девушка.

— Девушкам тем более. — необдуманно брякнул родитель. Ника тут же ухватилась за фразу и заныла:

— Ага — а-а — а, а вон в прошлый раз я видела, как вы уезжали. У Романа Андреевича девушка сзади ехала.

Дмитрий Николаевич чуть не подавился, а так вовремя появившаяся во дворе жена не без ехидства сказала:

— Ну давай, объясняй ребенку, что там за девушки с твоим Романом Андреевичем катаются.

Теперь то Ника знала, что ни на какой слет байкеров ее в жизни не возьмут. Ну и ладно, теперь и не хотелось.

Завтрак прошел несколько сумбурно, хотя и с налетом праздника: по случаю двадцатилетия старшей дочери, Мария Максимовна испекла блинчики и сделала апельсиновое желе. Десятилетние двойняшки Кира и Вадим, по совместительству младшие брат и сестра Ники, сперва выглядели сонными и ворчали, что их подняли так рано. Но увидев завтрак мигом умылись и теперь доскребали вазочки из‑под желе, одновременно упрашивая папу отвезти их в деревню на мотоцикле.

— Да что вы говорите? — папа ловко уворачивался от настойчивых просьб. — Это как я интересно объясню полицейским, почему у меня на чоппере двое мелких болтаются?

— Пусть меня Ника отвезет. — рискнула влезть с предложением Кира, на что получила мрачный взгляд старшей сестры и пожелание съесть еще желе, а не болтать глупости.

— Хватит выдумывать. — Мария Максимовна поставила точку в споре. — Поедете со мной на машине, я специально отгул взяла на сегодня. Ника, может, приедешь тоже? Вечером. Хоть отметим твое день рождение вместе с бабушкой.

Чуть поджав губы, Ника уставилась в пустую чашку и покачала головой. С недавних пор она не любила отмечать этот праздник. Не собиралась делать этого и теперь.

— Не хочу, мам. Просто вечером посидим с вами, чай попьем с тортом, я Родьку позову. А гулянку делать не хочу. И вообще, мне уже собираться пора.

— Ника, — Кира дернула сестру за футболку, — а можно мне взять твой планшет в деревню? Я буду очень осторожной.

Погруженная в невеселые мысли о сопромате, девушка лишь кивнула и ушла из кухни. Еще с полчаса они просидела в своей комнате, пытаясь лихорадочно повторить все билеты. Знания весело скакали в голове, путались и напоминали самой Нике, смятый шерстяной комок, которым поиграла кошка.

А за окном вовсю разгоралось летнее утро, такое манящее и совсем не располагающее к такой гадкой вещи, как сдача сессии.

В конце концов, Ника сдалась. Понимая, что «перед смертью не надышишься», девушка собрала сумку, нацепила белые «лодочки» и, поправив шелковую блузку, выскочила из дома. Ей казалось, что рядом с одногруппниками будет не так страшно ждать развязки экзамена.

* * *
Возле университета уже вовсю бурлила жизнь. Шла «горячая» пора экзаменов и защит дипломов. Поэтому студента, зубрящего очередную формулу, можно было встретить буквально под каждым кустом. Особо «умные» пытались спрятать очередные навороченные шпаргалки или наушники, в которые им требовалось надиктовать ответ.

Оказывается, не одной Нике пришла идея в голову приехать задолго до начала экзамена. Когда она появилась во дворе первого корпуса, то сразу приметила одногруппников, таких непривычно торжественных, в строгих костюмах и при галстуках.

— Всем привет. — она взглядом отыскала Настю, протолкалась к ней. — Ой, ты спала?

Подруга подняла на Нику взгляд печальных серых глаз, украшенных огромными синяками. Такие появляются если не спать долго и упорно.

— Мой ответ требуется?

— Нет. А чего ты нервничаешь?

Взгляд Насти стал совсем тоскливым, как самый дождливый осенний день. Ника проследила за ним, и тут же разозлилась.

— Чтоб вас! Ты, может быть, уже забьёшь на это чмо? Господи, радовалась бы, что он целых три месяца не будет мелькать у тебя перед глазами. Он и его очередная баба!

— Не будет. — согласилась подруга каким‑то отрешенным голосом.

Нике захотелось тихо зарычать. С Настей они познакомились еще на подготовительных курсах при университете. Сероглазая стройная Анастасия казалась аристократкой, выдернутой откуда‑то из девятнадцатого века. Прямая спина, гордый и одновременно чуть игривый взгляд, тонкие черты лица и удивительного медового цвета волосы, густые и прямые. К тому же далеко не дура, хотя порой Ника начинала в этом сомневаться. С другой стороны, от любви дуреют даже самые умные.

Настя влюбилась еще на первом курсе, в одногруппника. Такого веселого и милого парня по имени Ратмир, любителя бадминтона и плавания. С виду он был даже ничего: сильный, широкоплечий,

черты лица правильные, светлые волосы и неожиданно темные глаза. Нике он показался слишком приторным, а вот Настя влюбилась сразу и крепко. Хотя ни к чему хорошему это не привело. Вначале Ратмир тоже стал симпатизировать статной одногруппнице, они даже встречались несколько месяцев. Пока однажды подруги совершенно случайно не наткнулись на него в парке, летним вечером. Он шел под руку с невысокой рыжей девушкой, периодически останавливаясь, чтобы ее поцеловать. Ошарашенная Настя даже не сразу поняла, что произошло. И потребовала на следующий день объяснений. Ратмир, нимало не смущаясь, пояснил, что девушек он любит, и к ней, к Настасье относится очень хорошо. Но, увы, пока не хочет заводить ни с кем серьезных отношений. И вообще он считает, что им лучше остаться просто друзьями, так как она слишком правильная для него. Это был завуалированный намек на то, что Настя не хотела никак переходить к более тесным отношениям.

И следующие два года девушка продолжала сталкиваться с бывшим теперь парнем на лекциях. Это оказалось весьма мучительным делом: слишком резко оборвались их отношения. Настя по — прежнему любила Ратмира, хотя Ника уверяла, что «такой козел достоин только одного движения ради него — хорошего пинка под зад».

— Ника, он женится.

Ника, достававшая из сумки список билетов и шпаргалки, вздрогнула от неожиданности и едва не выронила ворох бумаг. Покосившись на погрузившихся в повторение одногруппников, она прошептала:

— Серьезно что ли?

— Ты думаешь я могу прикалываться на такую тему.

Ника кивнула: Настя не могла. Она бледнела и становилась похожей на печальную утопленницу, стоило Ратмиру появиться с новой пассией. А тут целая свадьба. Есть от чего приуныть безответно влюбленной.

— Ты уверена?

— Абсолютно. Ты вчера не пришла на консультацию, а я сидела за Ратмиром и Славой. Так вот, они обсуждали, где проводить мальчишник. Свадьба уже через месяц, а на днях состоится помолвка. Ника!

— Тихо! — девушка ухитрилась рявкнуть шепотом. — Успокойся. Приди в себя. Включи адекватность. У нас экзамен на носу, а ты ревностью тут исходишь.

«Как ты можешь думать о таких низменных вещах, — вопрошал взгляд подруги, — когда у меня рушится личная жизнь».

Увы, Ника не проявила должного сочувствия:

— Прекрати изображать Несмеяну в стадии глубокой депрессии. Вот сдашь сопромат и тогда страдай сколько влезет. Хотя я бы на твоем месте плюнула и забыла. Вы два года назад расстались, какого хрена ты все на него смотришь? Ясно же, что у твоего Ратмирчика внезапно глазоньки не откроются. Да тебе ли, дуре, страдать?

Чувствовалось, что Ника еще много чего хотела сказать подруге, но ее отвлек зазвеневший мобильник. Бросив откровенно злобный взгляд на Ратмира, девушка полезла в сумку.

— Слушаю. — из‑за свалившейся новости голос у нее вышел сердитым.

— Господи, мне аж страшно, на тебя так сопромат действует?

— И он тоже. — смягчилась девушка. — Привет, Принц, к защите диплома готов?

— Да, Принцесса, — собеседник с приятным мужским голосом зевнул, — всегда готов. С Днем Рождения, кстати. Учти, я сегодня приду вечером, твоя мама звонила и пригласила меня.

— Приходи. Настя, может, тоже зайдет, если в себя придет. Ладно, — Ника заметила преподавателя по сопромату и заволновалась, — Родька, мне пора, я позвоню. Удачи с дипломом.

* * *
Максу было плохо. Не просто плохо, а мегаплохо. Ему хотелось, чтобы пришел кто‑то добрый, открыл ему черепную коробку и вылил всю боль куда подальше. Шевелиться не хотелось, думать тоже. Парень не выдержал и приоткрыл один глаз, бездумно уставился на белый потолок с тонкой одинокой трещиной каким‑то пятном, подозрительно напоминающим след от раздавленного комара.

«Мля — я-я — я-я!» — одинокая мысль приняла оранжевый оттенок похмельной боли и стрельнула в виски. Макс открыл второй глаз и тихо охнул. В ответ кто‑то тихо выругался. Мозг, тяжелый, как тонна железа, которую рубили гномы, попытался переварить информацию.

— Крис? — вместо голоса из горла вырвалось какое‑то шипение пополам с рыком. Парень осторожно откашлялся и повторил громче:

— Крис, ты?

По не слишком цензурному ответу понял, что неподалеку действительно проснулся Кристиан — его самый близкий друг, который и подбил на вчерашнюю гулянку. Урод! А он, Макс, дважды урод, что согласился.

Надо было встать, хотя отчаянно не хотелось. Собрав всю силу воли, Макс одним рывком сел и тихо взвыл, обхватив голову руками. Внутри взорвалась нейтронная бомба, и явно решила уничтожить его бедный мозг:

— Крис, я тебя урою.

— Сам дебил, — последовал ответ, — Вместе пили, никто не заставлял.

Макс, щурясь, отыскал взглядом тахту, стоявшую возле открытой балконной двери. Там с комфортом разлегся здоровенный лысый парень с аккуратной такой бородкой и шрамом на чуть искривленном носу. На его животе раскинулись, лапы в стороны, два толстых и весьма наглых на вид кота.

Некая мысль родилась на границе сознания, медленно оформилась и заставила поинтересоваться:

— Ты ведь тут?

— Тебе нельзя пить, ты конкретно тупеешь.

— Тогда кто в ванной? — теперь Макс отчетливо слышал приглушенный шум воды из ванной.

— Ооооо, алкогольная амнезия началась? — Кристиан с нежностью снял с себя котиков и сел: парень ростом метр девяносто и весом сто десять килограмм, ни грамма лишнего жира и сплошные мышцы.

Макс, все еще изрядно заторможенный, попытался вспомнить, кто вчера тусовался с ними на квартире. Выходило то пять, то десять человек. Пока думал, шум воды прекратился, щелкнула задвижка и в комнату вошла девушка, внеся с собой запах цитрусового геля. Высокая и худощавая, с резкими движениями, в шортах и свободной футболке. Темно — красные мокрые волосы торчали ежиком, сбоку в носу сверкал пирсинг, на загорелом узком лице выделялись слегка раскосые темные глаза и довольно пухлые губы.

— Привет, алконавты. — девушка бросила полотенцем в Макса, попав по многострадальной голове. — Если вы собираетесь обмывать так каждую новую деталь для мотика, то сопьетесь во цвете лет.

Макс подложил полотенце под несчастную больную голову:

— Не каждую. А ты чего домой не уехала?

Девушка всплеснула руками:

— Офигеть! Ты же сам вчера заявил, что приличные девушки по ночам не ходят!

Крис хохотнул, а Макс припомнил, что такое действительно говорил.

— И который час? — Крис огляделся в поисках своего мобильника, извлек его из‑под кота. — Второй час, нехило мы поспать.

— Второй? — Макс потянулся к футболке и джинсам, вольготно разлегшимся на полу. — Черт, я ж утром обещал аванс за байк перевести.

— Переведи сейчас.

Но после тщательных поисков Макс обнаружил, что карточки нет. Потом вспомнил, что последний раз видел ее в серой ветровке, которая осталась дома.

— Ну и ладно, — девушка все это время сидела с ногами в кресле и ела шоколадку. — Заберешь карточку и сразу в салон поедешь. Никто твой мот не купит.

— Если цену перебьют, то могут и купить. Так что не будь наивной, Эрика.

Темноглазая Эрика чуть приподняла одну бровь и уверила друга, что ее наивность исчезла уже много лет назад.

— Какую модель выбрал то? — Крис пил минералку и понимал, что хочет спать. Хорошо еще, что сегодня ни ему, ни Максу не надо было на работу. Друзья трудились промальпинистами в одной довольно крупной фирме, занимавшейся высотными работами.

— КТМ freeride 250. Вчера вечером знакомый позвонил и предложил приехать забрать или аванс оплатить.

— Но ты был уже никакой, я поняла.

— Ладно. — Макс натянул джинсы с футболкой и встал: высокий, худощавый, но сильный парень с черными растрепанными волосами и темно — синими глазами. Его считали довольно привлекательным, но не мальчишеской, а уже суровой мужской красотой.

— Я поехал.

— На машине? — не без ехидства спросила Эрика. Парень прислушался к себе и покачал все еще гудящей головой: нет, сесть за руль он не рискнет. Можно, конечно, принять ледяной душ, выпить кофе и все же поехать на машине. Но Максу не терпелось добраться до дома. Тем более — тут парень провел рукой по щеке и поморщился — ему надо побриться. И переодеться.

— Позвоню я. — Макс обменялся рукопожатиями с Крисом, махнул Эрике и умчался.

— И мне тоже пора. — девушка скомкала обертку от шоколадки. — Господин Кристиан, вы как, в состоянии воспринимать действительность?

— Я ж не хиляк Макс. Чего тебе?

— Свари кофе, а? — Эрика состроила жалобный взгляд и округлила глаза. — Ты же та — а-акой спец по нему.

— А ты женщина. — не повелся парень. — Ты рождена, чтобы уметь готовить.

— Ну щас! Лично я рождена для мотоцикла, а всякие тарелочки — приправочки с радостью уступлю другим.

— Так мы тебя замуж никогда не спихнем. — Крис поднялся с кушетки и потянулся во весь свой нехилый рост. — Э–э-эх! Ладно, но ты тогда убери тут весь мусор со стола. А то вечно как барагозить, так идем к Крису, а как прибрать за собой так убегаем от Криса.

— Что за банальность: спихнем замуж. Сам то чего не женишься? Хотя, — Эрика замерла перед двоюродным братом и ухмыльнулась, — тебе точно жена нафиг не сдалась: готовишь зашибенно, котиков собираешь, любишь просидеть до утра за просмотром кино, в отпуск уматываешь куда‑нибудь в обнимку с мотиком. Как ты еще его себе под одеяло не затащил!

Глава вторая

Она сдала! Нет, правда, у нее получилось сдать сопромат на четверку! А ведь входя в аудиторию и прижимая сумку к подрагивающим коленкам, Ника надеялась хотя бы на тройку.

— Блин, как‑то не верится. — Ника, вытянув ноги, разглядывала собственные туфли и асфальт. Настя рядом сидела и обмахивалась какой‑то папкой. Она тоже не верила, что все позади. Сопромат ей давался также нелегко. Плюс мысли постоянно пытались соскочить с учебы на Ратмира, а это не способствовало хорошему усвоению знаний.

— Я тут подумала…

— Ммм? — Ника чувствовала, как по телу расползается приятная радость от предвкушения того, что будет дальше. А дальше, товарищи, впереди целое свободное лето и мотоциклы.

Слова подруги слегка пошатнули радужное настроение Ники.

— Вдруг все‑таки до Ратмира дойдет, что я его люблю? Может, сказать ему на тусе в честь закрытия сессии?

— Я тебе руки отгрызу. — мрачно пообещала подруга. — И ноги, и голову. Хватит уже страдать по ушлепку, который забыл давным — давно про ваши отношения. Все! Баста! Впереди все новое. И наверняка встретишь этого, мужчину своей мечты.

Настя покачала головой: пока что в этого мифического мужчину верилось с огромным трудом. Зато все внимание тянулось к окаянному Ратмиру, который стоял неподалеку и что‑то обсуждал с одногруппниками. Скорее всего, предстоящую вечеринку, которую планировали провести в одном из ночных клубов.

Ника тоже посмотрела в сторону Ратмира, но далеко не дружелюбным взглядом. Потом кое‑что вспомнила и потянулась за мобильником.

— Мам, привет, поздравь свою дочь с четверкой по сопромату. Ага! Сейчас папе позвоню, обрадую. А, он рядом. Чего говорит? — тут Ника вскочила со скамейки, уронив на асфальт сумку. — Серьезно???

С кустов сорвались испуганные воробьи, Настя вздрогнула, как и стоявшие поблизости студенты. Но девушка ничего не заметила.

— Дай его! Папа! Ты серьезно? Охренеть! А — а-а — а-а! Я сейчас же еду домой!

— Чего?

Ника перевела взгляд на Настю, в глазах сверкали огоньки изумления и восторга:

— Предки обещали мне сюрприз, но я даже представить не могла. Папа сказал, что даст мне денег на новый мотик! Это…это мегакруто! Настя, я домой, созвонимся!

— Удачи. — только и успела сказать подруга. Ника убежала, едва не теряя на ходу туфли и размахивая сумочкой. В голове билось: «новый мотик, новый мотик, новый мотик!» Ника и не смела надеяться на подобное. Да, ее Suzuki Djebel был нежно любим девушкой, но она не могла не признать: он уже порядком поизносился. Брала то не новый, а за три года еще сильнее «убила» его. Не зря папа периодически осматривал его и качал головой. Но какой сюрприз, а? Ника аж зажмурилась от удовольствия, едва не пропустила свой автобус и запрыгнула в него в последний момент. Там устроилась у окна и начала мечтать.

Во — первых, следовало подумать какую же модель стоит выбрать. В голове кружился хоровод из десятков мотоциклов, и каждый, казалось, шептал: «Меня, меня выбирай».

— Придется поговорить с папой, а то я лопну от желания завести ангар новых мотиков. — прошептала тихо девушка. Автобус, по ее мнению, ехал сегодня возмутительно медленно. И машины на дороге специально устраивали пробки. Вся в мечтах о покупке, Ника вертелась, как на иголках. То и дело лазила в телефон и смотрела фотографии различных мотоциклов. Хотелось всего и сразу, но одновременно девушка понимала, что нереально крутую модель ей не купят, а значит стоит закатать губу и выбирать что‑нибудь попроще.

На своей остановке Ника пулей вылетела из автобуса, едва не упала, но машинально успела схватиться за какого‑то небритого брюнета, стоявшего поблизости. Тот покачнулся, но устоял, и даже придержал неловкую девушку за локоть.

— Извините. Спасибо. — Ника порадовалась, что шпильки не сломались.

— Пожалуйста. — брюнет отпустил Нику и снова завис в своих наушниках. Выглядел он несколько помято, но вполне добродушно. Впрочем, девушка через пару секунд уже забыла о нем. Макс (а это был именно он) тоже не стал заострять внимание на падающих девушках. Голова у него почти прошла, и парень вновь почти полюбил окружающий мир.

Ника же ворвалась в квартиру, едва не сбив маму, которая только что вернулась из деревни, куда отвезла близнецов.

— Папа!

Дмитрий Николаевич выглянул из кухни и поднял вверх руку:

— У меня крутая дочь, одолела таки сопромат.

— Ника, — мама погрозила возбужденной дочери пальцем, — пообедай и поедете. Поздравляю с закрытием сессии! Но учти, папе пришлось долго уговаривать меня на такую покупку.

— Ма — а-ам, я же крайне осторожная. — Ника приплясывала на месте. — Не хочу обедать! Папа, поехали!

— Тихо! — мама обернулась к дочери. — Переоденься, а то за тобой словно стая собак гналась. Хотя бы чай попей, папа все равно обедает.

Поняв, что исполнение мечты временно откладывается и не решаясь спорить с мамой, Ника поплелась в свою комнату. Там глянула на себя в зеркало и мысленно с мамой согласилась: следовало привести себя в порядок. Да и строгий вид уже порядком успел надоесть. В конце концов, лето на дворе, а сессия позади. Поддавшись вдохновению, Ника выдернула из шкафа длинный нежно — зеленый сарафан из тонкой ткани, так подходивший к ее глазам. Потом расчесала волосы, перехватила их резинкой и тщательно смыла макияж. На такой жаре любая косметика начинала медленно, но верно стекать по лицу.

— Я готова! — придерживая край сарафана, Ника заглянула на кухню. — Пап, я не хочу есть, я мороженое слопала. Поехали, а?

Потом не выдержала и с визгом повисла у отца на шее:

— Как вы догадались, что я хочу новый мот?!

— Я догадался. — Дмитрий Николаевич понял, что кофе он не допьет. — Ладно, поехали. Просто твой байк свое отработал, пора пересаживаться на что‑то посерьезнее. А тут один знакомый как раз позвонил, сказал у них в салон новые мотоциклы завезли. Так что посмотрим, вдруг чего найдем.

— Маму долго уламывал?

— Не особо, она уже привыкла. — мужчина отряхнул джинсы и махнул рукой. — Поехали тогда, а то ты ж не успокоишься.

— Погоди только. — девушка уже на ходу достала мобильник, набрала того, кого в разговоре часто называла Принцем.

— Родька, я поехала за новым мотоциклом! — по ту сторону телефона, кажется, изумились. — Это не прикол, это родители так решили поздравить. Куда едем?

— Заводская пятнадцать. — отозвался Дмитрий Николаевич, предугадывая вопрос дочери.

— Заводская пятнадцать. Ага, приезжай, будет клево!

* * *
Мотосалон, куда направлялись Ника с отцом, находился на другом конце города, практически у промзоны. Квадратное здание, похожее на стеклянный, чуть тонированный куб. Оставив машину на стоянке у входа, отец с дочерью вошли в прохладное кондиционированное помещение. Глаза у Ники мигом разбежались в стороны, а душа завопила в экстазе. Здесь, при желании, можно было подобрать полную экипировку: от защиты до мотоцикла. Вдоль помещения выстроились прозрачные стеклянные стойки со шлемами и очками, тут и там висела верхняя одежда, стояли мотоботы.

— Ооооооо, — Ника едва не поперхнулась и с мольбой посмотрела на отца, — Пап, я это…все хочу.

— Верю. — байкер увидел знакомого и помахал рукой. — Но советую аппетит поумерить.

Ника обвела взглядом ряды мотоциклов и вдруг замерла, увидев Его. Бело — оранжевый красавец скромно, но с достоинством устроился в первом ряду седьмым по счету. Он притягивал к себе Нику, как пчелу самый яркий и вкусный цветок. Широко раскрыв глаза, девушка сделала шаг навстречу выбору:

— Папа.

— Ммм? — Дмитрий Николаевич отвлекся от светской беседы со знакомым. — А, Руслан, мы заболтались. Короче, вот, решил дочери подарок сделать в честь дня рождения. Ее Джебель менять пора.

— Так в чем проблема? — короткой стриженный усатый мужчина улыбнулся. — Смотрите, выбирайте.

— Я уже.

— Что ты уже?

— Я уже выбрала. — Ника ткнула пальцем в сторону своего Избранника. Тот, казалось, застенчиво потупился и сверкнул оранжевым боком. Длинноволосая девушка ему тоже пришлась по его металлической душе.

— Эм — м-м, ну выбор хороший. — Руслан задумчиво поскреб указательным пальцем бородку. — Но он вроде как забронирован.

— И аванс перевели? — поинтересовался Дмитрий Николаевич.

— Обещался парень, да что‑то не сделал.

Ника жалобно округлила глаза и понадеялась, что у нее получился проникновенный взгляд:

— А если забронировали, то совсем — совсем нельзя ничего сделать? — нет, она вовсе не считала себя эгоисткой. Просто сердцем чувствовала, что этот Ktm freeride 250 R должен принадлежать ей и только ей.

— Ну, аванс он не перевел. Слушайте, ну посмотрите другие варианты.

Ника замотала головой: другие ее не интересовали:

— Этот. Он для меня.

— Руслан, я тут бессилен. — Дмитрий Николаевич развел руками: чувства Ники он отлично понимал. — Ну давай мы надбавим цену что ли?

Макс, не подозревая ни о чем, быстро принял дома душ, побрился и выпил очень крепкий кофе. Одновременно он пытался дозвониться до человека, с которым договаривался о бронировании мотоцикла. Но почему‑то абонент был недоступен. И вообще сегодня все словно сговорились. Карточка нашлась, но только через полчаса поисков. Потом непонятно куда подевались ключи от дома, хотя Макс отчетливо помнил, что бросил их на столик возле зеркала. Обнаружились они в отцовской тапочке, и парень, в принципе спокойный и неагрессивный, сделал пару кругов по квартире в попытке поймать кота. Именно наглое животное в игривом порыве закинуло ключи туда, куда не следовало. В общем, из дома Макс выскочил позже запланированного и в не самом хорошем настроении. Он уже пожалел, что оставил машину у дома Кристиана, но возвращаться за ней не стал. На автобусе, внутри которого было жарко и душновато, доехал до конечной и выпрыгнул на остановке. Прямо за ней и находилось здание мотосалона.

Первое, что попалось на глаза Максу, когда он оказался на стоянке перед салоном — фургон ярко — оранжевого цвета и веселой рожицей. А возле него нескольких человек, в одном из которых он узнал Руслана — человека, который и забронировал ему мотоцикл.

Руслан тоже увидел Максима и как‑то загрустил. Парень же, напротив, весело помахал рукой и гаркнул:

— День добрый, что у вас с телефоном?

Мужчина вытащил мобильник и загрустил еще сильнее, увидев, что тот с какой‑то стати выключился.

— Привет. — пожав Максу руку, Руслан отошел с ним подальше от фургона.

— Слушай, аванс я забыл перевести. — парень потер все еще слегка гудящий затылок и в сотый раз дал себе зарок не налегать так больше на алкоголь. — Но сумма вся со мной. Мот на месте?

— Кхм, не совсем. — Руслан чувствовал себя неловко. — Понимаешь, я тебя предупреждал, что без аванса я могу мот не удержать. Ну немного ты не успел, перекупили его.

«Долбаный кот». — Макс припомнил как долго искал ключи. Он опять посмотрел на фургон и прищурился:

— Они что ли перекупили?

— Максим, извини, но сам понимаешь. Внес бы аванс — я бы ни слова не сказал, а так без обид, ок? Выбери другой мот, я скидку сделаю…В разумных пределах. Или, если можешь подождать, закажи такой же, я привезу.

— Да ладно, сам виноват. — откликнулся парень. Действительно, незачем было вчера так напиваться и забывать дома карточку. А Руслан он бизнесмен, выгоду упускать не будет. Так что на него злиться бесполезно. К тому же мот не эксклюзив, действительно можно сделать заказ. Или найти в другом салоне, хотя этот считается лучшим.

— Ну как, посмотришь другие модели?

— Ага, — Макс продолжал наблюдать за людьми у фургона, — сейчас приду. Но с тебя скидка.

Руслан кивнул и ушел в сторону здания, а Макс, прищурившись, тихо засвистел мотивчик из «Звездных Войн». Ему стало почему‑то интересно, кто же купил «его» мот.

Людей у фургона было трое: длинноволосая девчонка в зеленом сарафане и на шпильках, мужчина средних лет, с забранными в хвост волосами и парень на мотоцикле.

То, что девушка с парнем — парочка, Макс даже не сомневался: поведение у них было такое, собственническое по отношению друг к другу. И наверняка это красавчик, похожий на светловолосого изящного эльфа, прикупил себе «его» мот.

— Ааааа, все не верю, что он мой! — раздался радостный вопль, и длинноволосая девушка, присев на корточки, обняла переднее колесо мотоцикла.

Брови у Макса шевельнулись в изумлении. Чего? Эта гламурная девочка и мотоцикл? Да ладно!

— Ника, отойди, дай его закатят в фургон. — мягко попросил парень красивым музыкальным голосом. — Дома еще наобнимаешься.

— Он такой классный! Такой новый! Такой оранжевый!

Макс хмыкнул: хорошее описание Ktm freeride 250R: классный и оранжевый.

— Папа, — девушка по имени Ника посмотрела на мужчину, — слушай. У меня проблемы.

— Да ты что? И какие?

— Он белый с оранжевым. — Ника все еще продолжала обнимать колесо мотоцикла. А Макс все сильнее интересовался разговором, чувствуя раздражение и веселье. Даже сделал пару шагов вперед, стараясь услышать все подробности.

— И? — Дмитрий Николаевич подмигнул веселившемуся «эльфу».

— А у меня то форма белая с голубым. И шлем голубой. И мотоботы.

Парень, похожий на сказочного эльфа, весело рассмеялся и хлопнул в ладоши:

— Дмитрий Николаевич, вот сейчас я вам сочувствую. Это же Ника, она даже цвет лака теперь под мот подбирать будет.

— Охо — хо, — мужчина потер подбородок и полез за бумажником, — значит так, Ники, считай, что это тебе подарок и на день рождения, и на Новый Год, и на Восьмое Марта. Иди, выбирай обмундирование, засранка.

Макс хлопнул себя по лбу, изображая «фейспалм». Слов у него просто не было.

Глава третья

Максим ошибался: Ника и Родион никогда не встречались. Их отношения были той самой дружбой между мужчиной и женщиной. Настоящей, крепкой, без малейшего фривольного оттенка.

Знакомство их началось в один прекрасный весенний день, когда Мария Мироновна — мать Ники — гуляла в парке и познакомилась с Еленой Витальевной — мамой двухлетнего Родиона. Женщины как‑то очень быстро нашли общий язык и стали частенько перезваниваться.

Потом родилась Ника, голосистая и пухленькая, с кудрявыми волосами и огромными серо — зелеными глазищами.

— Куколка! Маленькая принцесса! — умилилась Елена Витальевна, когда встретилась с подругой в парке. Ника, в розовом тонком комбинезончике, спала в розовой же коляске, украшенной стразами и веселыми аппликациями в виде зверюшек.

— А вот и принц для принцессы. — рассмеялась мама девочки, когда Родион подбежал и стал заглядывать в коляску. ...

Скачать полную версию книги