КулЛиб - Классная библиотека!
Всего книг в библиотеке - 352044 томов
Объем библиотеки - 410 гигабайт
Всего представлено авторов - 141163
Пользователей - 79203

Впечатления

Любопытная про Бессердечная: Не убежишь (СИ) (Любовная фантастика)

Начала читать сей опус и поняла, что ТАКОЕ читать вредно.
Нет запятых на месте, а встретившиеся фразы просто «убивают», вроде вот этих :
«он взял маленький свёртышек у матери» - хм , что за свертышек хотела бы я знать .. Нет , по смыслу то понятно, но …
«Приятного мне аппетита!- и всунула бекон себе в рот.» - всунула , ну-да, ну-да..
«Мой приём пищи прервал звонок в дверь.» - вообще без комментов…
« но я знаю, что видеться с тобой не можно по правилам,» - надо же , не можно
«а то краска уже слазит.» - хорошо хоть не вылазит ..
Подумала, что «автору» поучиться бы орфографии не помешало и словарь «всунуть» в руки ..
И это только второй краткий абзац.. Короче, полный абзац.. То ли данный «автор» подросток, плохо учащийся в школе, то ли…….
Ну а про перечисление , каких фирм она кроссовки и джинсы одевает , может кому то будет интересно , но не мне..

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
ANSI про Савиных: Записки с мертвой станции (История)

Лучше прочитать эти заметки, чем смотреть наимоднявый фильмец

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).
ANSI про Владко: Аэроторпеды возвращаются назад (Научная литература)

Если книга реально написана в 1934м, то очень неплохо предвидено нападение на СССР

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).
Любопытная про Смирнова: Одуванчик в темном саду (СИ) (Юмористическая фантастика)

Скептически отнеслась к книге , прочитав аннотацию..
Но оказалось зря. Понравилась , даже получила удовольствие- читается легко, хороший слог.
Однако есть и небольшие минусы- одни и те же ситуации от лица разных ГГ . Ну и если совсем честно , первая половина книги читается бодренько, то вторая часть более вялая. Много «воды» и ненужного, такое впечатление, что книга не доработана.
Однако есть чуть юмора, приключений, загадки и интрига, любовь … Словом, самое то прочитать дождливым осенним вечерком.

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).
yavora про Теоли: Сандэр. Убийца шаманов (Фэнтези)

Первая часть еще хоть чем-то была интересна и старался "не спотыкаться" на рассуждения автора. НО вся вторая часть это охота на этакое "нечто". пришли в деревню ..побежали в логово твари а она напала на лагерь, прибежали в деревню посидели в засаде, снова побежали в логово твари которая в этом момент побежала в деревню..Прямо индия какая-то и это содержание всей второй части и нудные описания хижин орков и каждого встречного орка. Как-то уже и не интересны продолжения к тому же пишут что и продолжения в том же духе

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).
kemuro про Вильганов: Маг поневоле (СИ) (Фэнтези)

Как то не очень, читаешь о похождениях дармоеда который кроме как играть ничего не хотел( при условии что типа выгнали из за лени из престижного института) и застрял в игре. Шаблонно, да и начало книги не захватывает.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
kemuro про Печальный: Геймер[СИ] (Фэнтези)

Не могу себя заставить читать, ошибки в тексте, гг в лице автора перед компом сидел, поймал глюк и понеслась.. После начала диалога гг с тем кого не называю:), где общение идет на пацанском языке, чтение приостановил.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).

Чужая Шкурака попытка "number one" (fb2)

- Чужая Шкурака попытка "number one" (а.с. Косплей Сергея Юркина-3) 5876K, 224с. (скачать fb2) - Андрей Геннадьевич Кощиенко

Использовать online-читалку "Книгочей 0.2" (Не работает в Internet Explorer)


Настройки текста:



Косплей Сергея Юркина.

(книга третья)

Попытка «Number one»


ВНИМАНИЕ!


Сие есть черновик, ни разу не вычитанный. Будет дополняться и вычитываться.

Черновик выложен для новых подписчиков, с целью ликвидации «потери куска текста».


http://drive.google.com/file/d/0B9gl8tKWTRDHNmp6STFiVDJyVG8/view?usp=sharing


Попытка первая 

Время действия: середина дня

Место действия: дом мамы ЮнМи. Кафе.

 


В двери кафе "Весёлый цыплёнок" входит пожилой мужчина в отличном костюме из тёмной ткани. Его тёмно-чёрные волосы проблескивает сединой, а лицо покрыто сетью морщин. Но, не смотря на возраст, походка его тверда и уверенна, а глаза внимательны и умны. Переступив через порог, мужчина неспешно осматривается по сторонам. Время обеда уже закончилось и зал пуст. Из-за столика, только что поднялись последние посетители.

- Скажите, - обращается мужчина к официантке, начавшей составлять грязную посуду на поднос, - могу ли я увидеть хозяйку этого заведения, госпожу Пак ДжеМин?

Та, окидывает его внимательным взглядом и поворачивается к окну выдачи заказов.


- ИнХи! - кричит она, - позови хозяйку! Тут к ней господин пришёл!

Выглянув в зал, ИнХи кивает и, тоже оглядев незнакомца, скрывается в недрах кухни. Спустя некоторое время появляется мама ЮнМи. Поверх чистой поварской одежды на ней надет большой жёлтый прорезиненный фартук, а на голове - прозрачный, свето-зелёный пластиковый чепчик.

- Госпожа ДжеМин-сси? - задав вопрос, вежливо кланяется пожилой мужчина.

- Да, господин... - кланяется в ответ мама ЮнМи, делая паузу после последнего слова.

- Господин Пак Сон Бон, - отвечая на повисший в воздухе вопрос, произносит мужчина и, вынув из внутреннего кармана пиджака визитку и, с лёгким поклоном и двумя руками, подаёт её маме, - я адвокат компании "Golden Palace"...

- Адвокат? - почему-то неприятно удивляется мама, принимая карточку, - Что вас привело в мой дом, аджосси?

- Госпожа президент, Ким ХёБин поручила мне защищать интересы сотрудника своей компании, госпожи Пак ЮнМи, вашей дочери...

- Да? - растерявшись, произносит мама, - Но... это, наверное, дорого? Не знаю, СонБон-сси, смогу ли я оплатить ваши услуги...

- Не беспокойтесь, госпожа, - наклоняет голову адвокат, - все расходы берёт на себя компания.

- Вот как? - недоверчиво спрашивает мама, - Я очень благодарна госпоже ХёБин за её заботу, но... Я не понимаю, чем моя дочь заслужила к себе столь хорошее её отношение?

- Её знакомством с одним человеком, - чуть улыбнувшись, туманно поясняет Сон Бон и, бросив взгляд в сторону "греющих уши" двух женщин в окне раздачи, интересуется, - можем ли мы поговорить с вами без свидетелей?

- А, да, конечно! - подхватывается мама, и, выйдя из ступора, в который она впала, пытаясь понять, что это за такое знакомство такое, делает рукою приглашающий жест, - Прошу вас, проходите пожалуйста, СонБон-сси!

Тот благодарно кивает и направляется в указанном направлении.

- Только ЮнМи сейчас нет дома, - сообщает мама, пропуская мужчину вперёд, - Она на работе. Вы, ведь, наверное, хотите поговорить с ней?

- Ничего страшного, - говорит адвокат, - сейчас я просто хочу составить впечатление о семье, в которой она живёт. С ЮнМи-ян я поговорю позже. Ваша старшая дочь ведь дома?

- Да, СунОк дома. Занимается.

- Давайте вместе сядем и поговорим, - предлагает адвокат, - пока без ЮнМи.

- Хорошо, - соглашается мама и вновь приглашает, - пожалуйста, проходите, господин!

- Благодарю вас, госпожа, - вежливо склоняет голову в ответ СонБон.


Время действия: некоторое время спустя 

Место действия: гостиная в доме мамы ЮнМи. На полу стоит столик с чайником, чайными чашками и разными вкусностями к чаю. Вокруг него, на полу, сидят Мама, СунОк и господин СонБон. Рядом с домочадцами лежат друг на друге несколько альбомов с фотографиями, на них, сверху - жёлтого цвета сертификаты ЮнМи. В данный момент СунОк показывает гостю на ноутбуке выступление младшей сестры на проводах ЧжуВона. Адвокат, с удивлением на лице, озадаченно смотрит на экран.


- ЮнМи очень талантливая девочка, - с гордостью произносит мама, когда запись заканчивается, - вся в отца!

- Да, уж, - удивлённо качает головой СонБон, - говорите, сама научилась играть? За два месяца?

- За два с небольшим, господин СонБон-сси, - кивает головой мама, - мы с СунОк тоже не поверили, когда первый раз услышали. Правда, дочка?

- Правда, - кивнув, подтверждает та.

- Невероятно, - качает головой адвокат, - просто невероятно!

- Поэтому, господин адвокат, - говорит СунОк, - то, что говорят, что моя тонсен что-то украла, это неправда. Ей это не нужно! Она собирается стать известной певицей и ей платят большую зарплату. Зачем ей воровать?

Адвокат понимающе склоняет голову.

- А что конкретно говорит об этом твоя сестра, СунОк-сси? - спрашивает он.

- Она сказала, что её подставили!

- Хм.. - адвокат задумывается на несколько мгновений и возражает, - Что бы сделать подобное, нужны немалые деньги, связи и уверенность в себе. Кого могла так сильно обидеть ЮнМи, раз человек решился на такое? Твоя сестра говорила об этом?

СонБон-сси внимательно смотрит на СунОк. Та, в ответ, отрицательно мотает головой.

- Она не сказала - кто, - говорит она, - но сказала, что это очень богатая девушка.

- Откуда она это знает? - чуть прищуривается на неё адвокат.

- Та девушка сама ей сказала, господин.

- Даже так? - слегка удивляется адвокат, - Зачем она так поступила? Это похоже на месть. Торжество победителя. Но, за что же она сражалась с ЮнМи?

- За мужчину.

- Мужчину? - удивляется СонБон, - Но... Разве ЮнМи ещё не школьница? И у неё уже есть мужчина?

Адвокат, вопросительно, с удивлением смотрит сначала на маму, потом на СунОк.

- Нет, - объясняет СунОк, бросив взгляд на недовольно поджавшую губы маму, - У неё нет мужчины. Вообще, у ЮнМи нет в голове никаких мыслей про это. Она хочет сделать карьеру, а не удачно выйти замуж. Просто та девушка, преступница, подумала, что парень, который ей нравится, слишком много внимания обращает на ЮнМи. И ещё, что моя сестра не его уровня. Поэтому, она решила её проучить. Что бы ЮнМи знала своё место. А моя сестра ничего такого не делала! Она вообще ничего не помнит, что было до аварии, поэтому, так себя и ведёт. Она забыла как правильно вести себя в обществе. Понимаете, господин СонБон-сси?

Адвокат задумывается, берёт со столика свою чашку, делает глоток, молча ставит чашку обратно на стол.

- Есть ли у вас этому доказательства? - спрашивает он, обращаясь к маме.

- Нет, - переглянувшись, одновременно произносят мама и СунОк.

- Поэтому, ЮнМи и не говорит, кто эта девушка, - объясняет СунОк, - потому, что не хочет, что бы её назвали лгуньей!

- Моя ЮнМи очень добрая и скромная девочка, - тоже говорит слово за свою дочь мама, - послушная и трудолюбивая. Она никогда бы не сделала то, в чём её обвиняют.

Адвокат осуждающе качает головой.

- Неправильная позиция, - говорит он, - ЮнМи-ян ещё школьница. Ей нужно сказать, что если она не видит доказательств, то это совсем не значит, что их не видят взрослые. Особенно те, кто всю жизнь занимается их поиском. Скажите ей об этом. Если для меня в деле не будет непонятных моментов, мне будет проще выстроить правильную защиту на суде. Вы понимаете?

- Да, Пак СонБон-сси, - наклонят голову мама.

- Я тоже поговорю с ней об этом, - обещает адвокат, - а теперь я расскажу вам, как на сегодняшний момент обстоят наши дела...


....



Время действия: позже. Ближе к вечеру. 

Место действия: маленькая кухня в доме мамы ЮнМи. Присутствует вся семья.


- Я поела. Спасибо, мама, - произносит ЮнМи, отодвигая от себя пустую чашку, - так что сказал господин адвокат?

- Аджжж! - крутит головой СунОк, - после разговора с ним я чувствую себя грязной! Хочется помыться и почистить зубы!

- Сходи с Юной в чимчильбан, - неожиданно предлагает ей мама, - там всё ей и расскажешь. А я буду хозяйством заниматься. Сколько времени уже ничего не делаю!

(чимчильбан - корейская баня. прим. автора) 

- Да? - несколько теряется от её предложения СунОк, - а... как же ты? Я же хотела тебе помочь. Да и ЮнМи… Доктор ведь сказал, что ей нельзя греться?

- Сама справлюсь! - коротко отвечает ей мама, - Руки работают, а голова думает. Хочу спокойно всё обдумать, чтобы никто не отвлекал. Идите, отдохните и поговорите между собой! А про то, что ЮнМи нельзя в чимчильбан, доктор это сказал уже давно. Твоя сестра теперь здорова. Совсем не обязательно сидеть два часа в парной. Всё должно быть в меру. Ты старшая, ты за этим проследишь. Ты меня поняла?

- Да, - озадаченно кивает СунОк, - хорошо, мама...

- ЮнМи! - оборачивается она к младшей, - давай, собирайся! Мы идём в чимчильбан!

- В баню? - тоже, с озадаченным видом переспрашивает ЮнМи и зачем-то уточняет, - В женскую?

- А в какую ты ещё хочешь? – не понимающе вытаращивается на неё её онни, - В мужскую, что ли?

- Эээ... Я не помню, - "проваливает" её вопрос ЮнМи, - поэтому, уточняю...

- А-а, - получив объяснение, кивает СунОк, - я тебе всё покажу. Давай, пошли! Я помогу тебе собраться!

- Пошли... - кивает ЮнМи. На её лице озадаченное выражение.


Время действия: вечер 

Место действия: чимчильбан недалеко от дома ЮнМи


Удобно лежу на спине, на мягком матрасике. Плавно выравниваю температуру между собой и окружающей средой. Неспешно-распарено думаю об устройстве жизни. А именно, задаюсь вопросом - почему полученное всегда выглядит не так, как тогда, когда его хотелось? Не, ну серьёзно, почему? Наверное, это какая-то базовая "штуковина" в мироустройстве. Иначе не объяснить...

В момент, когда поступило предложение - "сходить, помыться", я несколько растерялся. "Так это же женская баня!" - подумал я, - "Как я туда пойду? Я же мужчина! Ну, почти..." - спустя пару секунд внёс я корректировку, вспомнив об "обстоятельствах", - "Снаружи я девочка. Поэтому - бить не станут". Поняв, что всё сойдёт с рук, я стал мыслить в другой плоскости.

"Хм... А почему бы благородному дону не посмотреть на ируканские ковры?" - подумал я, - "А если точнее, то почему бы благородному дону не посмотреть на голеньких корейских девочек? Должны же у меня быть хоть какие-то бонусы за такое попадание!" Сразу представились симпотные няшки, на чудных формах которых мои глаза должны были классно отдохнуть.



Симпотные няшки


Но, как это случается сплошь и рядом, действительность оказалась иной. Не то! Совсем всё не то! Заходишь в помывочную, а там, бац, бабы голые! И... Страшные, блин! Может, не то, что бы страшные, а... несуразные? Наверное, так - несуразные. Смотришь - у одной ноги короткие, у другой - кривые, да настолько, что крандец просто. Третья - просто тумбочка с ногами. Видать, когда родилась, на складе, где талии выдают, учёт был. Поэтому, в мир выкинули так, без талии. Сиськи вниз, сиськи в стороны... Никакой эстетики! А у женщин постарше, так воще, у кого морщины, у кого родинки здоровенные, у кого кожа отвисает... Бррр!

Помню, как-то пили мы с парнями в случайной компании, так один незнакомый мужик рассказывал, как он на нудистский пляж во Франции ходил. Меня тогда весьма удивило, скажем так, его пренебрежительное отношение к этому походу. Особенно поразило резюме рассказа. "Где-то читал", - наливая, сказал он, - "что сексуальность женщины определяется исключительно фантазией мужчины. Совершенно верное наблюдение. Поэтому, парни, чтобы стоял..." Тут он сделал паузу и опрокинул в себя рюмку водки. "Лучше знакомиться в одежде. В ней они... не такие страшные...", - выдохнув и закусив, закончил он свою мысль. "Гомик, наверное" - подумал я тогда про этого мужика, - "...или импотент. На пляжу девки голые, а ему - страшные!". А сейчас смотрю сам и даа-а, действительно, лучше уж в одежде... Оказывается, она дофига сколько корректирует и скрывает! А я и никогда не думал об этом... Век живи, век учись, как говорится...

Не нашёл я, короче, няш, на которых мог бы отдохнуть взор. Может, они в этот момент были в другой бане? Может и так. Хотя, подозреваю, что везде одно и то же. С нами по соседству молодые девчонки мылились. Попялился украдкой, хотя можно было особо и не шифроваться. Ну, что сказать? Ничего стоящего. Ну, голые, ну старшенькие, ну моются. Некоторые, даже в очках... Я, походу, снаружи, такой же красавчеГ...

В общем, никак они меня не задели. Возможно, обстановка не та, не романтическая, а может, просто тело не то? Гормоны, то сё, ё моё. Всё-таки оно женское!

Лучше об этом не думать, дабы не расстраиваться. Об этом можно подумать потом, когда хреново будет, что бы уж совсем усугубить, как говорится, а не сейчас, после бани. Сейчас в теле так хорошоооо... Зачем нам грустные мысли? Не, грустные мысли нам не нужны! Нужно думать в позитивном ключе. Например: Ну и чёрт с ним, что девушки не нравятся! В моих обстоятельствах, главное, что бы мне парни нравится не начали! Хм, а они мне, случаем, не нравятся?

Я задумался, припоминая. Нет! - спустя пару секунд, с облегчением подвёл я итог размышлениям, - все уроды. В том числе и Чжу Вон, хоть он считается у местных красавчиком. Похоже, чтобы местные нравились, нужно здесь родиться. Или соответствующий склад головы иметь. Чего у меня не наблюдается…

По случаю, заценил сиськи СунОк. Мда-аа. Как говориться, "такого слона продать будет непросто"... И задница у неё... Не накаченная. У моих девчонок всё гораздо лучше было. Покруглее, позадорней! Ух! А тут - рыба вялая... Наши - лучше!

Наши-то лучше, но тут - баня хорошая. Я в таких никогда не бывал. Окромя саун ничего не видел, а тут - целый многоэтажный комплекс.



Чимчильбан


Пока добирались, СунОк по дороге рассказала, что в Корее есть два типа бань - чимчильбан и могёктан. Если могёктан, то, как я понял с её слов, это обычная общественная баня со шкафчиками, душевыми, джакузи, парными, массажным кабинетом и парикмахерской. А в в чимчильбан, помимо всего этого, есть ещё кафе, компьютерно-игровой центр, тренажерные залы, комнаты отдыха с широкоэкранными телевизорами, ледовые и соляные комнаты и даже караоке. Короче, чимчильбан - это не баня в привычном понимании, а помывочно-культурно-развлекательный комплекс. Что-то типа римских терм, во времена Римской империи. Там тоже, кроме мытья, полно всего было.

Ещё, онни рассказала, что кореянки очень любят ходить в чимчильбан. Даже народную присказку произнесла, смысл которой, как мне показалось, частично от меня ускользнул, но что-то в общем про то, что типа нигде кореянка не может спокойно уснуть на тёплом полу и наесться досыта, кроме как в чимчильбан. Может, эта присказка про «побег из семьи»? Если вспомнить про здешнее отношение к женщинам, то вполне возможно, что чимчильбан для них - это такая, своеобразная психологическая отдушина. Хоть на пару часов отдохнуть от близких…

Вообще-то, по дорамам, я заочно знаком с корейскими банями, но, лучше, как говорится, один раз увидеть, чем сто раз услышать. Увидел - весьма понравилось. Как положено, на входе, после оплаты, нам с онни выдали "банные костюмы", правда, весьма внезапного для меня цвета созревшей тыква. И вида, явно арестантского. После того, как мы с СунОк переоделись, вид у нас стал откровенно стрёмный, но, в своём нельзя. Либо в робе, либо - мойся дома. Первое, что меня удивило, когда зашли, так это тело, уже в рыжей робе, просто и без затей лежавшее на полу за шкафчиками для вещей. Я сначала подумал, что человеку плохо. Онни же, отреагировала очень даже спокойно. Подошла, присела, прислушалась к дыханию.

- Спит, - констатировала она, поднимаясь на ноги. И тут же объяснила мне, что спать здесь можно в любом месте. Где понравилось, там ложись и спи. Да, слышал, что в Корее можно даже в библиотеке ночевать. Вот, наблюдаю старинные местные обычаи своими глазами. Забавно.




Тело


Сходили с онни в душ, потом поплескались в бассейнах подогреваемой водой. У каждого из них есть электронное табло, показывающее температуру. Тридцать пять мне показалось сильно горячей, а тридцать три - нормально. Можно сидеть. Вот никогда не думал, что способен различить разницу всего в два градуса. Или, это у ЮнМи кожа такая нежная? Слышал, что женщины лучше, чем мужчины различают цвета. Может, и с температурой так же?

Ещё, в общем зале, где народ отдыхает после мытья, есть "каменные юрты", а фактически это сауны, температура в которых от тридцати до семидесяти градусов. Можно притащить матрас туда и тоже там спать. Но онни меня туда пустила только посмотреть.




Каменная юрта


Оказывается, мой врач когда-то сказал маме и онни, что мне нельзя посещать сауну. "Нагреваться" нельзя, как ещё раз повторила СунОк. Почему я не знаю об этом? И сколько ещё я не знаю? Про гормон роста случайно услышал, а то бы деньги на пластику так бы и копил...

Классно тут. Пол везде тёплый. Где из камня сделан, где деревянный. По деревянному вообще классно босиком ходить. Единственно, чего не хватает, так это пива. После бани, холодненького! Но справку не взял, а онни просить купить не стал. Итак, она не в лучшем настроении - зачем возбуждать ещё? Люди опять же кругом. Школьница, прихлёбывающая пиво, вызовет гарантированное осуждение. Тоже, вот... Справку добыл, а особо не попользуешься. "Облико морале", понимаешь... Общественного мнения онни боится сильно. Раз так, то и мне не стоит светиться по пустякам. Всё пиво не выпьешь, а на мой век хватит. Переживу. Буду заказывать в ресторане, за отдельным столиком...

Пообщался с СунОк. Собственно то, ради чего мы сюда и пришли. Если в двух словах, фирма предоставила мне адвоката, и он сегодня приходил посмотреть на царящую в нашей пещере обстановку. А если без юмора, то его интересовало – как живёт и в каких условиях воспитывается его подопечная? Ну, возможно, это разумно. Он адвокатурой занимается профессионально, ему видней. Но не это главное. Самое интересное это то, что он рассказал про текущее состояние дел. Первое - суд будет однозначно. Деяние попадает под уголовную статью и без суда не обойтись. Второе - нет никаких сьёмок с видеокамер. Две камеры, с которых можно было бы их получить, оказались неисправными. Причём, неисправными уже за три дня до происшествия. Им закрасили объективы чёрной краской. Вообще, как рассказал адвокат, по району, за неделю до события, прокатилась волна вандализма. Двадцать с лишним камер были выведены из строя аналогичным способом. Их сняли, взяли в ремонт, но на замену такого количества сразу не нашлось. Поэтому, когда из строя вышли ещё две, их даже трогать не стали. Оставили висеть так, нерабочими. Конечно, потом бы их заменили, пересказала онни слова адвоката, но до того момента улица оказалась "без присмотра"...

Понятное дело, - подумал я, когда она мне это рассказала, - у ЮЧжин деньги есть. Наняла профессионалов, а они уж позаботились о себе, любимых. Камеры повырубали...


Второе, что рассказал адвокат, - на кошельке аджумы, отпечатков моих пальцев не нашли. Всё затёрто, перетёрто, одни пальчики хозяйки. В общем-то, неудивительно, если вспомнить, как она его выхватила у меня из рюкзака, а потом жамкала, прижимая к груди и орошая слезами. Какие там нафиг, отпечатки! Но полицию это не беспокоит. Патрульные написали подробный рапорт, как было дело, и отсутствие отпечатков компенсируется тем, что они своими глазами видели, где лежал кошелёк. Поэтому, по сути, против меня есть только показания этой гнусной тётки, полицейских и аптекарши. Что, впрочем, по словам адвоката, вполне достаточно, что бы судья впаял мне срок.

Адвокат предложил выстроить защиту на моей амнезии. Взять заключение у врача, в котором будет чётко указанно, что могут быть "глюки". Или, по-простому, неконтролируемое поведение. Тогда, как сказал он, возможно принятие судом решения, в котором я объявляюсь недееспособным по состоянию здоровья и передаюсь на поруки родным. Врач ещё должен написать, что госпитализация мне не требуется. И всё.

СунОк сказала, что она рассказала про мои слова, что меня подставили. Но, адвоката, по её впечатлению, это не воодушевило. Он сказал, что даже если это и так, то доказательств этому нет. А заявлять об этом на суде, это значит, привлекать ответчиком ещё одного человека, причём человека с деньгами и связями, раз он смог организовать такую подставу. Да, адвокат готов меня выслушать, чтобы иметь на руках всю картину произошедшего, но, поскольку прямых улик нет, а есть только косвенные, на уровне догадок, которых к делу не пришьёшь, то доказать вину ответчика будет фактически невозможно. Но, если пойти по этому пути, то с опекой тогда не получится. С вероятностью в девяносто пять процентов, сказал адвокат, это будет срок. Скорее всего, судья сделает скидку на возраст и незначительность деяния и срок будет условный но, это всё одно будет срок. И ещё не факт, что условный. А так, объявят меня слегка сумасшедшим и отдадут маме. Потом, это как-нибудь со временем рассосётся и забудется. "ЮнМи выйдет замуж" - сказал адвокат маме, - "и вскоре никто об этом не вспомнит. Тем более, что показания к этому есть. Амнезия и клиническая смерть. Если кто вдруг станет говорить плохое, можно будет показать справки и объяснить, что это последствия несчастного случая, а не дурного воспитания. А уголовное преступление ничем не объяснишь, чего не говори. Ваша дочь вернёт память, доктор напишет заключение, что она здорова и всё будет так, словно ничего и не было. Нужно только немного сейчас потерпеть". Вот, следует решить, что делать. Мама, наверное, сейчас об этом как раз и думает. Лично онни возмущает, что преступники окажутся безнаказанными, а её сестру признают ненормальной.

Ну, в общем-то, звучит не неплохо, - обдумав услышанное, решил я. Если, конечно адвокат не врёт. А то, что он где-то врёт, это сто процентов. Или, умалчивает. Однако, высока вероятность, что всё то, что он сказал, соответствует действительности. ХёБин же не просто так вдруг взялась помогать. Видно, у семьи Чжу Вона есть желание "свернуть дело по-тихому". Ну, во-первых они наверняка не хотят, чтобы рядом с моим именем на суде всплыло имя младшего наследника. А то, что оно всплывёт, это к бабке как говориться, не ходи. Возможны потеря лица и прочие местные заморочки, в которых я не разбираюсь. А во-вторых, ЮЧжин. Чёрт его знает, какие у них на неё виды? Хоть ЧжуВон и брыкается, но на проводах она сидела рядом с ним, как официальная девушка, если я правильно понимаю. Да и потом. Если выяснится, что это она всё провернула, скандал, пожалуй, тоже будет изрядный. И опять, имя ЧжуВона окажется на устах прессы. На месте его родителей, я бы сто раз подумал, прежде чем такого крокодила, как ЮЧжин, в семью брать. Чёрт его знает, чего ему следующий раз взбредёт в голову? Аппетит, как говорится, приходит во время еды... Впрочем, это их проблемы. Хотят себе трудностей, пусть создают и преодолевают. А моя задача - выбраться из этого дерьма с наименьшими потерями.


Понятно, что маме и онни не нравится предложенный адвокатом вариант. Наверняка они думают, что хорошей школы и университета ЮнМи после этого не видать, впрочем, как и удачного замужества. Но меня это всё "не парит" совершенно. Это мне не надо. Могу побыть немножко сумасшедшим. Потом, когда стану известным, напишут, что так проявилась моя неординарность, которая не была понята окружающими. Так и будет. А вот то, что нынешняя звезда, в свою школьную бытность, тырила чужие кошельки... Мда, "встроить" такое в существующую картину мира будет гораздо сложнее...

Мне кажется, что думать тут нечего. Нужно идти к адвокату и сдаваться. Соглашаться на всё. Может, попробовать что-то за это получить? Ну, это вряд ли. Положение моё шаткое, чоболи, походу, используют свой ресурс, чтобы убрать ЧжуВона от этого подальше, а тут ещё я наглеть стану. На моем месте лучше сидеть и не рыпаться, радуясь, что меня тащат вместе с ним и не бросают. Интересно, ЮЧжин такой вариант предвидела? Что-то мне кажется, что нет. Её бы больше устроило, если бы ЮнМи засудили. Но, с агентствами она мне всё равно подсуропила. В их анкетах есть графа - приводы в полицию. И что мне туда писать? Правду? Ага, сразу на дверь укажут. Как не крути, похоже, придётся свою группу делать. Может, это и к лучшему. А то это обучение на айдола, честно говоря, выглядит весьма сомнительно. Сколько придётся времени потратить? Некоторые, читал, и пять лет тренировались в агентствах, и семь, и даже девять лет один ждал своего часа. Интересно, на что он жил эти долгие девять лет?

- Давай, поедим, - предлагает онни, приподнимаясь на локте с соседнего матрасика.

Поедим? Хороша идея! Я - за!


...


(Чуть позже)






СунОк и ЮнМи, расположившись прямо на матрасиках, ужинают, принесёнными из дома продуктами. ЮнМи достаёт из контейнера яйцо и, покрутив его в руке, неожиданно бьёт им в лоб СунОк. Бац! Раздаётся отчётливый хруст.

- Ай! - громко, на весь зал, вскрикивает СунОк, обеими руками хватаясь за лоб, - Ты что делаешь?! С ума сошла?!

- Это шутка, - держа в руке помятое яйцо, объясняет ЮнМи.

- Какая ещё шутка!? - возмущается СунОк, - Кто так шутит?!

- Мда? - озадаченно отвечает ЮнМи, - А разве в бане не положено бить друг друга по лбу яйцами?

- Да откуда ты это взяла?!

- В дораме видела...

- Какой дораме?!

- Ммм... не помню. Больно? Прости, онни, глупо вышло. Давай, я схожу в аптечный киоск, куплю тебе пластырь, чтобы синяка не было...

- Купи И в запас возьми. Смотрю, с тобою рядом, лучше иметь его всегда под рукой!

- Извини. Я не хотела.

- Ладно. Предупреждай только, когда в следующий раз шутить будешь...


Время действия: вечер следующего дня 

Место действия: дом мамы ЮнМи. Комната сестёр. ЮнМи сидит на полу, пред нею раскрытый ноутбук.


Сижу, сосредоточенно изучаю предлагаемую интернетом информацию. Я, конечно, был очень лих, когда пообещал СунОк забацать свою собственную группу. Вот так вот просто взял и сделал, ага. Надежды юношей питают, как говорится. Без связей, без знакомств, даже не зная где тут вообще народ тусуется, который "в теме". Использую вместо всего этого единственно доступный мне способ - интернет. После некоторого целенаправленного "рытья" в корейском сегменте сети нашёл пользующийся популярностью сайт о музыке, где в комментариях народ активно перебрасывается друг с другом видео и картинками своих выступлений. Что-то вроде места сборища местного андеграунда. Своеобразное "дно", можно сказать, корейского музыкального мира, состоящее из тех, кто выступает в парках, на улицах, бюджетных забегаловках и на всяких прочих дешёвых, или вообще не оплачиваемых мероприятиях. В комментах, по ощущениям, в основном, молодёжь. Видимо, из тех, которых никуда не взяли, во всякие там супер-пупер агентства, но жажда творчества не даёт им спокойно спать, сбивая в группы и заставляя самовыражаться уже толпой, ибо толпой всегда легче. Впрочем, наверняка, есть ещё момент, окромя самовыражения, подогревающий их деятельность. Это надежда, что кто-то вдруг возьмёт их, да и заметит, таких классных, а потом - сделает звездой.

Дело понятно, сам таким был, в сказки верил. Фигня это всё конечно, но, как верно подмечено в запомнившейся мне фразе из интернета - "сказки сводят с ума тем, что иногда сбываются". И от этого тоже, не отмахнуться. Но, если подумать, то получается, что я тот самый волшебник, который может превратить в сказку жизнь доколе никому не известной группы. А ведь так и случится, если всё сложится...

Поэтому, ответственно подхожу к вопросу, дабы не облажаться с волшебством и не потратить впустую свою «манну». Тщательно оцениваю уровень потенциальных претендентов, исходя из всего своего понимания вопроса. Найденный ресурс мне интересен особенно тем, что иногда, в его комментариях, мелькают сообщения на замещение вакансий. Типа таких, что начинающая, или уже имеющая опыт, группа исполнителей ищет себе мембера. То танцора, то гитариста, иногда - вокалиста. Но композитора-песенника как-то вот никто не ищет. Второй день уже изучаю имеющиеся и появляющиеся предложения, но ни разу такой запрос не попался. И… и почему? Не надо? Что же они тогда исполняют? Перепевками занимаются? В репертуаре одни каверы?

(Кавер-версия (cover version, от англ. cover -- покрывать) -- авторская музыкальная композиция (часто известная) в исполнении другого музыканта или коллектива. прим. автора)

Ну, в принципе, да. В подписях к видео стабильно мелькает английское слово - cover. Странная идеология подачи себя. У нас, помнится, полным-полно было простых самородков и самобытных самовыродков, хе-хе...

Уровень творчества местных "самовыраженцев" между собой весьма разнится. В основном, в моём понимании – это уровень районного дворца культуры. Порою попадается и откровенный "детский сад" но, иногда, в потоке мелькают и "ни чё так". Как бы мне к "ни чё так" прилепиться? Судя по видео, народ там уже постарше. Не школьники. Наверное, поэтому, уже что-то и умеют. Но, боюсь, что не успею там рот раскрыть, как мне укажут на дверь. Ну а как? Приходит, значит, с улицы, никому не известный школьник... А точнее школьница, что, впрочем, ещё хуже, и заявляет с порога - "я крута, возьмите меня"! Та нафиг кому такое сплющилось, как говориться? Да, если дать им послушать свою композицию, то отношение после этого может стать другим, верю в это и надеюсь, но до этого момента нужно ещё успеть дожить, как говорится. Рот успеть открыть. Помню я, как в туристических агентствах мне сразу на дверь указывали, едва только определялись с моим возрастом. Молча и равнодушно. Казззлллыы....

Ладно, что-нибудь придумаю. Например, можно будет опять поразмахивать своими золотыми сертификатами, для привлечения внимания. Должно сработать. Но, кроме этого, есть ещё одна проблема. А именно - мальчики или девочки? Кого выбрать? "Куда податься, кому отдаться"? Нет тут смешанных групп! Нет, от слова – воооще! Чёткое разделение по половому признаку. Девочки поют с девочками, мальчики танцуют с мальчиками. И как тут быть? Снаружи я девочка. Логичней и правильней грести в их сторону. Но внутри-то я другой! Что я буду делать среди девчонок? Хоть я и тусуюсь уже почти полгода в их шкуре, но всё равно, женщина для меня, по-прежнему, загадка... Я же там "спалюсь" в течение первой же недели! Помню я, как в школу сходил. Как по минному полю погулял, б-ррр! В такой обстановке будет совсем не до творчества. Все силы уйдут на самоконтроль и борьбу со страхом провала. А если пойти к мальчикам, что мне будет гораздо комфортнее душевно, то они меня не возьмут, ибо они мальчики, а я девочка... Снаружи... Пфф… Блин, вот же зараза эта ГуаньИнь, такую свинью подложила! Выкручивайся, теперь. Хорошо бы, конечно, взять и самому «соло запилить». Не нужно будет тогда подстраиваться под кого-то. Однако, петь я пока не умею, а без этого, у меня в одиночку, вряд ли что-то выйдет. Можно, конечно ещё, сидеть на попе ровно, пока голос не появиться, но, во-первых, от скуки помру, а во-вторых, время-то идёт! Недавно проходил мимо стройки торгового центра. Они там уже из котлована вылезли, первый этаж мастрячат. Думаю, месяца за три скелет здания соберут. Подъёмных кранов там у них - дофигища. Так что, "сидеть ровно" - стратегия проигрышная, ведущая к проблемам, которые всё одно решать придётся. Да ещё и неизвестно, сколько потребуется времени - "сидеть". А если года два? Не-е, не пойдёт!

Самое разумное, как мне видится, - написать пару хитов и попробовать предложить их какой-нибудь группе с более-менее вменяемым уровнем. Вылезти с ними наверх, заработать денег и нанять себе преподавателей пения и танцев. Пусть учат конкретно этому и конкретно меня. В агентствах, насколько мне помнится, обучение групповое и, пожалуй, страдающее избыточностью. Направленное на выявление и развитие таланта у учеников. Мне подобное не нужно. Мне бы просто петь научиться… Ну и как-то научиться ещё в такт музыке конечностями своими размахивать, так, что бы народ в зрительном зале не смешить. Уверен, что такой вариант развития событий будет для меня короче всех возможных остальных путей…

Что, за чем и как делать - ясно. Одно только непонятно. К кому идти-то? К мальчикам или девочкам? От этого же будет зависеть и выбор произведения! Как решить? Вроде и так и так, свои резоны есть… О! А не бросить ли мне жребий?! Точно! Монетку кинуть! Так… Монетки у меня … и нигде рядом нет. А что есть?

Покрутив головою по комнате в поисках «чё-нить подходящего», обнаруживаю на столе крем для рук. Круглая низкопрофильная баночка, похожая на очень большую монетку. Беру в руки. На верхней крышке белые корейские иероглифы на синем фоне.

Хм… Малоинформативно…

Переворачиваю баночку. Вижу, что на днище приклеена бумажная этикетка со штрих-кодом.

О! Вполне себе стилизованное изображение группы мальчиков. Значит, так! Если выпадет толпа палок, то иду в boys – группу! А если нет, - то наоборот!

Предварительно пополнее поприжимав пальцами крышку, подкидываю баночку к потолку, стараясь придать ей вращение.

Шмяк!

Покувыркавшись, банка шлёпается на пол ребром и, отскочив, раскрывается, выляпывая на пол жидкий белый крем.

- Млляя-яя!

Выразив вслух свой невообразимый восторг от предстоящей уборки, смотрю на дело рук своих. Дно банки лежит штрих-кодом вверх, а крышка прилипла к полу надписью вниз. Что ж? Будем считать, что жребий выпал, пережеребьёвку делать не стану, нечего крем переводить. Пойду к мальчикам…



Время действия: несколько дней спустя 

Место действия: зал небольшого, но дорогого ресторана. За одним из столиков, под развесистой декоративной пальмой, частично прикрывающей столик от взглядов из зала, сидят дядя ЮнМи в джинсах и легкомысленной выглядящей в этом месте ковбойской рубахе, и мужчина в строгим чёрном костюме. 


- Давно не виделись, ЮнСок, - говорит мужчина, поднимая вверх рюмку с соджу.


- Угу, - подтверждающе кивает в ответ ЮнСок, тоже, поднимая рюмку. Мужчины чокаются и опрокидывают в себя алкоголь.

- Надеюсь, что ты по мне соскучился, - закусывая смачно хрустящей кимчхи, говорит мужчина, - а не потому, что я тебе понадобился...

- Зря надеешься, ДжиХун, - отвечает ЮнСок, - тоже, активно двигая челюстями, - именно понадобился.

- Пфф... - недовольно выдыхает ДжиХун, - Когда ты научишься манерам? Мог бы и приврать...


- Тссс... - насмешливо тсыкает в ответ дядя ЮнМи и ухмыляется, - Зачем мне манеры для друга детства? Если я перестану говорить с тобою на панмаль, когда мы одни, то значит, что-то случилось. Либо это не я, либо, мы уже не друзья.

(панмаль - низшая степень вежливости в корейском языке. Используется по отношению к близким друзьям или по отношению к низшим в социальной иерархии. прим. автора) 

ДжиХун хмыкает, с удовольствием смотря на друга.

- И ты же знаешь, - продолжает ЮнСок, - что я всегда рад тебя видеть. Без всяких слов.


- Знаю, - кивает в ответ его собеседник, - я тоже рад тебя видеть, хён! Сколько мы с тобой не виделись? Уже месяца три?

- Больше, - поправляет его ЮнСок, - месяцев пять. Почти с полгода.

- Как летит время... - качает головой ДжиХун, берясь рукою за бутылку, - Не успеваешь следить...

- Угу, - согласно кивает ЮнСок.

- Где пропал? - интересуется ДжиХун, разливая.

- Предложили расширить бизнес, - с бесстрастным выражением на лице отвечает ЮнСок, следя за процессом.

ДжиХун чуть заметно хмурится.

- Буду верить в то, что ты знаешь, что делаешь... - произносит он, ставя бутылку на стол.

ЮнСок кивает.

- Всё нормально, - говорит он.

- Тогда чем же ты так озабочен? - внимательно смотря на друга, спрашивает ДжиХун, - По тебе не скажешь, что у тебя - "всё нормально".

- С бизнесом я знаю, что делать, - отвечает тот, протягивая руку за рюмкой, - А вот что делать с детьми...

ДжиХун поднимает свою рюмку. Мужчины выпивают, закусывают.

- Рассказывай, - говорит ДжиХун, прожевав и проглотив закуску.

- Ты же знаешь, что после смерти моего брата, у меня остались две его дочери...

ДжиХун кивает.

- Так вот, - дождавшись кивка, продолжает ЮнСок, всё было нормально, но последнее время с младшей из них, с ЮнМи, происходит что-то невероятное. Я уже не знаю, что и думать... (ЮнСок, подробно, с перерывом на несколько рюмок рассказывает другу события, случившиеся в семье не рассказывая об уголовном деле). 

- Если бы кто рассказал, я бы не поверил, - закончив смотреть записанное на телефон выступление ЮнМи, произносит ДжиХун, - но, сертификаты... И эта музыка... Не верить своим глазам нельзя.

ЮнСок кивает, убирая свой телефон, с которого он показывал запись.

- Но, в целом всё выглядит неплохо, - суммируя свои впечатления говорит ДжиХун, - здоровье твоей племянницы не вызывает опасений, а то, что она по-прежнему не помнит свою прошлую жизнь, с лихвой компенсируется успехами в музыке и изучении иностранных языков. Если бы мне кто вдруг предложил такой вариант, не знаю, что бы я выбрал...

- Это не всё, - чуть скривившись, говорит ЮнСок, - да, ЮнМи стала успешной. Но у всякого успеха есть завистники. Слушай, что случилось недавно!

(ЮнСок рассказывает другу об истории с кражей)

- Странная история...- задумчиво крутя в руках рюмку и смотря внутрь её, говорит ДжиХун, - очень странная...

- Ты говорил об этом со своей невесткой? - спрашивает он ЮнСока, поднимая на него глаза, - Что она сказала?

- А! - недовольно взмахивает рукой тот, - Три курицы! Сидят, крылышки сложили, на всё согласны! Видите ли, Кимы дали им адвоката, он всё решит. А у того одна задача - выгородить их сыночка. И плевать, что ЮнМи сумасшедшей объявят!

- Ты с ним разговаривал? - наклонившись к столу и заглядывая другу в лицо, интересуется ДжиХун.

- Конечно. Первым делом к нему и пошёл. Продажен, как и все! - кривиться ЮнСок.

- Не обобщай, - говорит ДжиХун, откидываясь обратно на спинку стула, - Он работает на того, кто ему платит.

ЮнСок дёргает плечом, как бы говоря, что мол, да, понятно. Но всё равно, тварь он. Вслух же он произносит другое.

- От него я узнал, что судьёй будешь ты.

- Я? - удивляется ДжиХун, - Я же уже давно не занимаюсь ювенталкой!

(ювенальным (детским) - называется суд, который в пределах своей компетенции рассматривает уголовные, гражданские и административные дела, по которым одной из сторон является несовершеннолетний. прим. автора.) 

- Адвокат сказал, что ты. Там кто-то у вас подал в отставку, и, пока не назначат нового, дела раздадут другим судьям.

- А он случаем тебе не сам об этом рассказал? - наклонив голову к плечу и с интересом смотря на друга, интересуется ДжиХун, - Ещё до того, как ты спросил?

- Да, - на пару секунд погрузившись в воспоминания, удивлённо подтверждает ЮнСок, - Я жёстко с ним поговорил и он сказал, что многое будет зависеть от нового судьи... И назвал твоё имя!

- Вот хитрожопый... - с насмешкой произносит ДжиХун, качая головой и имея в виду адвоката, - Отправил тебя делать свою работу. Уверен, что он знает, в каких мы с тобой отношениях. Вместо того, что бы попытаться самолично поговорить со мною, отправил тебя, рассчитывая на стопроцентный успех.

ЮнСок задумывается, а потом тоже качает головой, но уже сокрушённо.

- Ничего не меняется, - произносит он, - Что когда мой брат судился, что сейчас... Думаешь, Кимы убрали того судью, что бы дело попало к тебе?

- Вряд ли, - говорит ДжиХун, вновь берясь за бутылку, - Слишком мелкий вопрос, что бы такое затевать. Скорее всего, просто совпало. Судейский корпус сильно постарел за последнее время. Уже и телевиденье об этом репортажи снимали, и министр об этом уже говорил, да никуда ничего не движется, дальше разговоров. Старики сидят до последнего, уходят, когда здоровье совсем уже никакое.... Хотя... Могли ему и денег подбросить, что бы решил уйти именно сейчас. А отправить мне дело совсем не сложно, тем более, что я когда-то этой темой занимался...

ЮнСок понимающе кивает. ДжуХун разливает.

- Ты мне лучше скажи другое, - спрашивает ДжуХун, наполнив рюмки, и держа в чуть в отставленной в сторону руке, бутылку, - твоя племянница... Она могла это сделать, или нет?

Судья, наклонившись вперёд, пристально смотрит в глаза ЮнСоку.

- Да зачем ей это делать?! - начинает горячиться в ответ тот, - Это замечательно воспитанная девочка. Она никогда так бы не поступила! И деньги она зарабатывает. Зачем ей это?

ДжуХун кивает и ставит бутылку на стол.

- Да, ситуация похожа на подставу, - говорит он, подводя для себя итог услышанного, - И то, что причиной была ревность... Допускаю. Женские обиды порою приводят просто к ужасающим результатам. Ещё, могу представить, что кто-то решил расширить границы лично дозволенного, раз твоя племянница сказала, что это девушка из богатой семьи...

- Она не назвала имени, - отрицательно качает головой ЮнСок.

- Не важно, - говорит ДжуХун, - Тут вряд ли удастся что-то доказать. Раз организовали такое, уверен, что все улики они спрятали хорошо. Не дилетанты этим занимались.

ЮнСок согласно кивает головой.

- И всё бы у них получилось, - продолжает ДжуХун, - если бы не вмешалась семья Чжу Вона, и мы бы не дружили с детства... У врача был? Что он говорит? Могла ЮнМи совершить это, находясь в состоянии умопомрачения? Не отдавая отчёт своим действиям?

ЮнСок кривится.

- Он говорит, что такое возможно при тяжёлой форме развития шизофрении. Но у ЮнМи ведь совсем не это заболевание. У неё амнезия!

- Скажи мне, что сказал врач. Коротко.

- Он сказал, что нужно дополнительно обследоваться...

- Понятно, - кивает ДжуХун, - Значит, необходимо медицинское заключение... Хорошо. Я завтра запрошу её дело.

- Спасибо, - говорит ЮнСок, - ты же знаешь, что ЮнМи для меня как дочь. И СунОк, тоже. Всё, что осталось от моего брата...

ЮнСок опускает голову. ДжуХун наклоняется, протягивает руку и ободряюще похлопывает руку другу.

- Всё будет нормально, - обещает он, - отобьёмся. Не первый раз. Как в школе. "Рыбью башку" помнишь?

ЮнСок поднимает голову и ухмыляется.

- Он нас тоже помнит, - говорит он.

- Судя по тому, что я видел, - тоже ухмыльнувшись, говорит ДжуХун, выпрямляясь и вновь берясь за бутылку, - и то, что ты мне рассказал, мне кажется, что у ЮнМи есть неплохой шанс не дать нации забыть о твоём брате...

- Думаешь?

ЮнСок заинтересованно смотрит на друга.

- Считай это судейской интуицией. Нужно ей только помочь. Я помогу. Я до сих пор чувствую себя виноватым, что ничего не смог тогда сделать для твоей семьи.

- Ты тогда только начинал работать, - наклоняясь вперёд и протягивая свою пустую рюмку, возражает ЮнСок, - не вини себя.

- У всех людей есть в прошедшей жизни моменты, за которые стыдно, - говорит ДжуХун, неспешно наливая в подставленную рюмку, - Мне стыдно за то, что я промолчал и не сделал заявление для прессы.

- И где бы ты потом оказался? - хмыкает ЮнСок, - В канаве?

- Может быть... - одним глазом задумчиво смотря сквозь налитую рюмку на друга, говорит ДжуХун, - может быть... Однако, у закона, перед твоей семьёй есть долг, ЮнСок. А долги - нужно отдавать. Как думаешь?

ДжуХун поднимает рюмку вверх, приглашая друга "опрокинуть".

- Пусть отдаёт, - кивнув, соглашается ЮнСок, тоже, поднимая свою рюмку вверх


Время действия: примерно в это же время 

Место действия: улица. Вход в кафе. Дверь, сделанная в стиле американских салунов. Две половинки из дерева, вращающиеся туда-сюда.


Бах!

Дверцы распахиваются с громким звуком и на улицу из кафе вылетает ЮнМи, получившая коленом под зад. Дверцы, выпустив тело, с треском захлопываются. Тут же за ними появляется патлатый парень в зелёной футболке с короткими рукавами, на которой чёрными готическими буквами что-то написано. Вид у него весьма разгневанный.

- И не вздумай тут больше появиться! – потрясая рукой вслед своим словам, обращается он к ЮнМи, - Иди в школу, девчонка! Научись себя сначала вести, потом будешь со старшими разговаривать!

ЮнМи в этот момент разворачивается к оппоненту, скривившись и держась правой рукой за пострадавший зад.

- Поняла, идиотка?! – интересуется парень.

ЮнМи убирает руку от задницы и направляет её в сторону обидчика, поднимая вверх кулак с отставленным средним пальцем, а ещё, через мгновение, хлопает себя левой ладонью по правому бицепсу в районе локтя.

- Кисама! - по-японски произносит она, комментируя свой жест.

(кисама – грубое японское ругательство. прим. автора)

- Ах, ты…! – задыхается от возмущения парень и, тараня собой двери, выскакивает на улицу.

Не став дожидаться нового пинка, ЮнМи стремительно разворачивается к нему спиной и задаёт стрекача.


Время действия: немного позже 

Место действия: сеульское кафе


Дебилы, придурки, олигофрены, дауны! Бездарно просрали единственный шанс в своей никчёмной жизни! Видите ли – не так сидишь, не так свистишь и «ку!» три раза не сделала! Ну и чёрт с вами! Других найду!

Сижу, в себя, после происшествия, прихожу, кофе пью, стараясь переместить вес тела на левую ягодицу. Правая болит. Похоже, синяк там уже знатный, раз так чувствуется. На чём свет стоит костерю про себя идиотов, с которыми пообщался. Это была группа, которую я решил осчастливить хитом мирового уровня. Но, в общении с ними что-то пошло не так. Настолько не так, что выкинули меня на улицу, буквально под зад коленом. Похоже, не стоило сразу переходить на равный разговор. Это было ошибкой, считать, что раз люди творческие, молодые, то главное для них это само творчество, а все эти приседания с «ку!», это вторично. А вот нифига, как говорится! Сначала уважение, а музыка – потом. Тссс… И как теперь мне быть? С этим бесценным полученным опытом? Ехе-хе-хе, грехи мои тяжкие… К девочкам, что ли, придётся подаваться? Подозреваю, что тараканы в их головах могут быть не меньшего размера, чем у мальчиков, а может, даже и большего. Там же ещё «красота» замешана будет! Тогда, что? С одногодками связаться? Так они же ничего не умеют! Почти как я…

Я задумался, неспешно мешая пластиковой палочкой кофе в бумажном стаканчике и, забыв о контроле над своей позой, уселся на стул всей задницей.

Блин!

Сильная боль стрельнула от правой ягодицы по спине вверх, шваркнув куда-то в затылок.

А шоб вас всех черти побрали, патриархи чёртовы! Развели тут конфуцианство, понимаешь! Рта открыть нельзя, без предварительных танцев с бубном! Значит, не хотите впускать своё счастье через двери? Хорошо, тогда оно залезет к вам через окно! Посмотрим, как вы после этого запоёте!

… Итак, мне нужна новая группа и новая легенда…


Время действия: ещё три дня спустя

Место действия: зал суда


Сижу, разглядываю помещение в целом, судью и присутствующих - в частности. Буквально пару минут назад, всех, участвующих в суде, пригласили из предбанника, где мы почти час "накапливались", ожидая начала. Вот, расселись на скамейки, ждём. Судья, не обращая внимания на вошедших, что-то пишет за своим столом, так же, как и мужик, сидящий с ним рядом. Наверное, его помощник, раз за одним столом с ним. Как-то "пролетело мимо меня", состав суда и кто, где из них сидит в зале. Смотрю сейчас на всё это, вспоминая виденные мною раньше всякие кинофильмы и дорамы, пытаюсь создать общую картину происходящего. Мы, с моим адвокатом, находимся с левой стороны, мы - обвиняемые. Напротив нас стол, тоже как у нас, отгороженный от зала с трёх сторон деревянными перилами. Не надо быть гением, чтобы догадаться, что это место для "жертв". Правда, тётку там не видно, сидит какой-то мужик, в костюме, но, по логике, это должно быть место истца. А я - ответчик. Ещё тут должен быть обвинитель и омбудсмен, поскольку ЮнМи несовершеннолетняя...

В зале - мама и онни. Сидят, стараясь делать печальный вид. Но я уже их знаю и вижу, что нифига они не печальны, а очень даже довольные. Интересно, почему? Дядя всё порешал? Позавчера приходил, о чём-то разговаривал с мамой и Сун Ок за закрытыми дверями. Меня они к себе не взяли. Но, после их тайного совещания, я сразу почувствовал перемены в эмоциональном фоне в доме. Старшие расслабились и подобрели. А до этого, ходили злые, хмурые и все в напряжении.

Это уже второй дядин приход по моему вопросу. Первый раз он всем просто выписал люлей. Конкретных, я бы сказал .... Люлей! Впервые наблюдал дядю в гневе. Да-а, взбешённый кореец, «правящий» баб, да ещё усиленный бонусами патриархата... Лично мне очень не понравилось, но вякать поперёк, я, честно говоря, не рискнул. Пусть проорётся сначала... Тогда, дядя ушёл, приказав нам ни на что не соглашаться и говорить со всеми по моему вопросу только после него. Сказал, что позаботится обо всём.

Позавчера, когда он пришёл во второй раз, он меня жёстко проинструктировал, чего мне говорить, а о чём молчать. Вчера, мама и Сун Ок, за день, ещё несколько раз "прогнали" меня по оставленной им инструкции. Дядя что, купил судью? Судя по дорамам, в Корее это сделать можно, но очень непросто. Лучше всего, опять же, по дорамам, это дело идет, когда на судью есть компромат. Дядя так крут? Хмм... Это ж связи какие иметь нужно! Это не чернорабочим на кухню, в отель, девчонку пристроить!

- Прошу внимание!

Перед стоящим на возвышении массивным судейским столом из полированного тёмного дерева, появляется мужчина в форменном костюме голубого цвета. Обвинитель?

- Слушается дело Пак ЮнМи! Всех участвующих в суде прошу занять места. Посторонних, прошу выйти из зала!

Судья перестаёт писать, закрывает папку и, отложив её в строну, окидывает сверху взглядом зал.

А как же - "Встать, суд идёт!"? Впрочем, он не идёт, а уже сидит... Может, это потому, что в этом зале слушаются дела несовершеннолетних? По-быстрому, в конвейерном варианте? Перед нами, тоже, дело какого-то парня рассматривали...

- Ваша честь! - поднимает руку мужик в костюме, сидящий за заборчиком напротив нас, - прошу позволить мне сразу сделать сообщение по ходу процесса!

- Сообщайте, - благосклонно кивает ему судья.

Мужик встаёт со своего места и начинает говорить: В связи с состояньем здоровья моей подзащитной, госпожи Гё ХоЧжу, она не может присутствовать на сегодняшнем заседании. В данный момент, госпожа Гё ХоЧжу, находится на лечении в больнице. Вот справка из лечебного учреждения...

Адвокат Гё Хо Чжу берёт со своего стола лист бумаги и издали демонстрирует его судье.

- Прошу приобщить документ к делу и перенести слушанье на другую дату, Ваша честь...

Закончив говорить, адвокат выходит из-за своего "загончика" и направляется к столу судьи, с целью предъявить тому документ.

- На какой срок вы хотите перенести слушанье дела? - секунд десять спустя, пробежав глазами текст и осмотрев печати на документе, интересуется у адвоката судья.

- Лечащий врач госпожи Гё Хо Чжу прогнозирует её излечение в течении двух недель...

- Значит, три недели, - плюсанув к сроку ещё неделю, подводит итог разговору судья, - хорошо, передайте справку секретарю, для приобщения к делу.

Адвокат кивает и, с бумажкой в руке направляется к девушке, сидящей за столом с компьютером, у стены.

- Внимание! - громко произносит судья, - по причине уважительной неявки одной из сторон, слушанье дела переносится. Точная дата нового заседания суда будет определена позже, исходя из существующего графика заседаний. Все участники процесса будут уведомлены о ней заранее, в срок, определённый законодательством Республики Корея. На этом, сегодняшнее заседание считать закрытым!

Бах!

Судья громко бьёт судейским молотком по деревяшке и кладёт его рядом с ней. Заговорив, немногочисленные люди в зале начинают вставать со своих мест.

И это - ВСЁ?! Блииин... Трёх минут даже не прошло! Столько готовились и нате вам! Пфф...


 Время действия: вечер того же дня.

 Место действия: Дом мамы ЮнМи. Маленькая кухня. Мама с дочкой пьют цветочный отвар.


- Как я сегодня устала! - жалуется СунОк маме и добавляет, - Хорошо, что у нашего папы есть такой брат. Прямо так вовремя вмешался! ЮнМи должна быть ему благодарна до конца своих дней!

Мама молча кивает, явно о чём-то думая.

- Я так волновалась эти дни, - продолжает делиться впечатлениями СунОк, - просто спать не могла.

Мама опять молча кивает.

- Ма, ты чего молчишь? - желая общения, спрашивает её СунОк, - Ты совсем устала? Ты ведь тоже сильно волновалась?

Мама с лёгкой улыбкой отрицательно качает.

- Что, нет? - изумляется СунОк, - Не волновалась? Ты ведь всегда за нас волнуешься, особенно за ЮнМи! А сейчас - нет? Почему?

Мама втягивает в себя губы и плотно их сжимает, показывая этим, что "нет, не скажу"!

- О, не хочешь говорить? - удивляется СунОк, широко распахивая глаза, - почему?

Мама снова молчит, но видно, что она борется с желанием рассказать. Наконец она не выдерживает.

- Нагнись, - командует она дочери, делая жест рукою к себе и тоже нагибаясь к столу, - только никому об этом не говори, поняла?

- Угу, - округляя глаза в ожидании тайны, кивает Сун Ок.

- Когда я ходила к мудан, - наклонив голову к голове дочери, восхищённым шёпотом рассказывает мама, - она мне сказала, что у ЮнМи есть сильный небесный покровитель! Сама Гуань Инь! Именно она помогла ей вернуться оттуда, откуда не возвращаются!

Сказав это, мама отодвигается назад, что бы посмотреть, какое впечатление произвели её слова. СунОк несколько раз ошарашенно моргает.

- Эта мудан - настоящая! Она всё правильно говорит, я уже в этом убедилась. Покровительница не могла бросить нашу ЮнМи в такую трудную минуту. Она должна была помочь! И она послала твоего дядю ЮнСока сделать это!

Мама с удовольствием смотрит на не знающую, что сказать на такое, дочь.

- Поэтому, я и не волновалась! - гордо выпрямляясь, заканчивает рассказывать мама, - Я знала, что всё будет хорошо!

- Ну... - опять не находя слов, мычит СунОк и мямлит, - ну... Я бы не стала так сильно надеяться ... на кого-то... Ты же сама говорила, что всегда нужно сперва надеяться на себя!

- Да, - кивает мама, - правильно! Поэтому, мы сегодня с тобою разбросаем соль! Чтобы злые духи боялись даже к нашему порогу подойти!

- Тсссс… - выдыхает СунОк, - сссс...

 (Раскидывать соль - по корейским верованиям это акт очищения дома от чего-то плохого или грязного. прим. автора).

Время действия: неделю спустя

Место действия: Кафе в подвальном помещении. Немноголюдно. За одним из столиков, в углу, расположилась компания из четырёх парней. Деревянный стол перед ними практически пуст. Лишь зелёные бутылки соджу да закуска к ней из пёстрых пакетов. На лицах парней хмурое выражение.


- Это уже в пятый раз, - говорит один из них, положив руки на стол и окружив ими пустую рюмку.

- Ну и что? - явно хорохорясь, бодро пожимает плечами его сосед напротив, - Не тридцать третий же? Вон, "DestHot" пять лет участвовали в конкурсах, прежде чем их заметили! А мы лишь пятый конкурс провалили...

- Мы до того, как стали на конкурсы ходить, три года играли, - уныло уточняет ещё один парень, сидящий за столом.

- Да ладно вам, парни! - пытается приободрить всех "бодрячок", - что вы сразу руки опускаете? Продюсер из KBS ведь сказал, что мы классно танцуем! Слышали же?

(KBS - крупнейшее развлекательное агентство Кореи. прим. автора)

- Ну да, - возражает ему оппонент, - только толку-то с этого? Мы же даже во вторую десятку не вошли... Был бы он главным продюсером, а так...

Парень делает безнадёжный взмах рукою.

- Но уже хорошо, что хоть он нас заметил! - начинает горячиться "бодрячок", - Вдруг им потребуются новые лица? В KBS такое постоянно случается. Раз, и вспомнит про нас!

- Пффф...- раздаётся в ответ насмешливый выдох и совет: Дорам меньше смотри!

- Я не смогу так дальше, - не поднимая головы, говорит парень с рюмкой, - время идёт, а мы так никуда не продвинулись за эти пять лет...

- Наверное, нужно было начинать с простых конкурсов, а не ходить на самые главные, - подаёт голос ещё один из участников "поминок".

- Нет, наверное, просто нужно быть честными перед собой, - отвечает ему парень с рюмкой, - ничего у нас не выйдет...

Ответом ему служит тягостное молчание.

- Пора думать о будущем, - помолчав, продолжает тот же парень, - О том, на что мы будем жить и чем кормить свои семьи, когда они у нас появятся. Если до начала учебного года ничего не случится, то я... закончу с этим. Лучше приложить больше усилий в последний год учёбы, чем заниматься делом, от которого нет отдачи...

Над столом опять повисает тягостное молчание. В этот момент в дверях кафе, появляется ЮнМи в своём любимом брючном джинсовом костюме и с короткой стрижкой. Оглядев с верхней площадки зал, она спускается по лестнице вниз и, подойдя к стойке, задаёт вопрос бармену. Тот в ответ кивает и показывает рукою в сторону столика парней. ЮнМи благодарит и направляется в указанном направлении.

- Hi guys, how are you?! - подойдя к столу, на английском приветствует она присутствующих, - Are you a group called "2am"?

- Эмм? - озадаченно оборачиваются к ней парни, и с удивлением осматривают её с ног до головы.

- О, excuse me, - извиняется ЮнМи и переходит на корейский, - простите. Я недавно переехала из Америки и, когда волнуюсь, бывает, путаю языки. Прошу, если я что-то сделаю не так, не обижаться на меня. Я плохо знаю real Korean tradition...

ЮнМи на пару мгновений задумывается, подняв глаза к потолку и опустив взор, повторяет уже на корейском: Я плохо знаю корейские традиции. Простите.

Ещё чуть-чуть подумав, ЮнМи кланяется.

- А-а, - приоткрыв рот и с удивлением смотря на представление, издаёт звук парень с рюмкой и, придя в себя, кивает в ответ, - Извини, а мы разве знакомы?

- Вы со мной - нет, - не тушуясь, отвечает ЮнМи, - а я с вами - да!

- Ты - ЫнХёк, - смотря на только что с ней говорившего называет она его имя и перечисляет дальше, переводя взгляд с парня на парня, - Ты - ХёнШи, ты - КванРи, а ты - ХиБом. Я видела запись вашего выступления в интернете. Вы отлично танцуете! А меня зовут Пак ЮнМи!

Парни удивлённо переглядываются.

- Так ты девушка? - доходит, наконец, этот факт до КванРи.

ЮнМи делает полшага назад и, изогнувшись, изображает шутливый поклон, одновременно разводя руками и как бы говоря - "ну, так получилось"!

- Фанатка? - подавшись вперёд и наваливаясь локтями и животом на стол, с живым интересом спрашивает ХёнШи, - Наша фанатка из Америки?

- Нет, - отрицательно крутит головою ЮнМи, - теперь из Кореи. И я не фанатка, а поэт-песенник и композитор. Я написала для вас песню. Пришла показать и договорится о сотрудничестве.

- Ого! - изумлённо округлив глаза и пройдясь взглядом по фигуре девушки сверху вниз и обратно, произносит ХёнШи.

- Песню?! - искренне удивляется ЫнХёк, - Для нас?

- Да. Я посмотрела, у вас одни каверы. С таким репертуаром вы далеко не уедете.

- Хм, - недовольно хмыкает ЫнХёк вновь окидывая собеседницу взглядом, - извини, а сколько тебе лет? Не слишком ли ты молода, что бы сочинять песни?

Парни за столом тоже хмыкают, поддерживая лидера группы.

- Возраст значения не имеет, имеет значение талант. Вот...

ЮнМи снимает со спины рюкзачок и достаёт из него прозрачный файл, в котором видны белые листы бумаги и серебряного цвета CD-диск.

- Текст и музыка, - говорит она, одной рукой протягивая файл с содержимым ЫнХёку. Тот озадаченно берёт его у неё из рук.

- Английский? - удивляется он, достав лист бумаги и пробежав глазами текст.

- Да, - кивнув, подтверждает ЮнМи, - В Корее маленький музыкальный рынок и очень большая конкуренция. Лучше сразу ориентироваться на международный рынок.

- Ты можешь писать стихи на английском? - не верит Хён Ши, округлившимися глазами заглядывая в текст через плечо ЫнХёка.

- Она жила в Америке, - повернув к нему голову, говорит тот, - не тупи.

- Да, но писать стихи… на английском... - возражает Хён Ши, видимо не в силах представить себе такое.

- Я присяду? - скромно спрашивает ЮнМи и, получив молчаливое согласие, присаживается к уголку стола.

Устроившись, она достаёт из рюкзака ещё один прозрачный файлик, но уже с жёлтыми листами.

- Мои сертификаты, - говорит она, вынимая листы и раскладывая их по столу.

- Фига се! - поражается ХёнШи, которому в руки попал сертификат по английскому, - девятьсот девяносто девять баллов! Да-а, вот что значит, жить в Америке! А это что, японский? Девятьсот девяносто один бал? Фффф... Как можно так хорошо знать разные языки?

- Просто у меня есть к этому способности, - спокойно поясняет ЮнМи, - Английский, японский, немецкий, французский. На следующей неделе получу сертификат по итальянскому. Песни могу писать на всех этих языках.

- Офигеть... - изумлённо выдыхает Хи Бом, просмотрев сертификаты, - все оценки выше 990 балов! Слушай, зачем тебе с такими знаниями эстрада?

- Хочу быть знаменитой и богатой, - сразу, без паузы, так, словно она заранее обдумала ответ на такой вопрос, говорит ЮнМи, - хочу быть мировой звездой и жить так, как считаю нужным, а не кланяться всё время начальству, если стану переводчиком.

- Хм... - озадаченно крутит своей шеей Ын Хёк в воротнике рубахи, - а почему ты не хочешь пойти в агентство? Дебютировать там?

- Слышала, что композиторы там не имеют имён. Всё, что они напишут, принадлежит агентству. Что им за это платят, вообще неизвестно. Подозреваю, что не так уж и много, - объясняет своё нежелание ЮнМи, - А для звезды, я не умею петь и танцевать. В агентстве этому могут научить, но, сколько на это потребуется времени? Потом, ещё пишут, что время дебюта, агентство тоже определяет исходя из каких-то своих, ведомых лишь ему, соображений. Я читала, что дебюта можно ждать годами. Мне такое не подходит.

- Понятно, - кивает ЫнХёк, - но, чтобы стать знаменитой, ведь всё равно придётся научиться петь и танцевать?

- Придётся, - согласно кивнув, не спорит ЮнМи, - однако, одно дело учиться, когда ты автор мирового хита и другое дело, когда ты просто трени, которых тысячи. Разница есть.

- А это что, мировой хит? - спрашивает ХиБом забирая из рук ЫнХёка листок с текстом.

- Надеюсь, - отвечает ЮнМи, - если нет, напишу ещё. У меня в голове много разных мелодий… крутится...

- "Bye Bye Bye ", - читает вслух ХиБом название песни и высказывает сомнение по этому поводу, - какое-то простое название для суперхита...

- Чем проще, тем лучше, - парирует "авторша".

ХиБом читает дальше:

"I'm doin' this tonight,

You're probably gonna start a fight.

I know this can't be right.

Hey baby come on!"


Чуть наклонив голову к правому плечу, ЮнМи, с выражением лёгкого скепсиса на лице, слушает его произношение.

- "Hey baby, come on!" Хорошо звучит! - перебив, комментирует понравившуюся фразу ХёнШи, - в этом месте классно будет сделать вот так!

Выставив указательный и большой палец правой руки, он изображает стрельбу из пистолета: Пф! Пф!

- Стрелять бэби прямо в сердце! - комментирует он свой жест для тупых, тех, кто не понял.

- Тут есть где-нибудь рядом караоке? - интересуется ЮнМи, переложив голову на другое плечо и окинув стрелка оценивающим взглядом.

- Зачем? - спрашивает ЫнХёк.

- Я записала звуковой файл в двух вариантах, - объясняет ЮнМи, двумя пальцами поднимая CD-диск за торец, - один в аудио, другой в формате караоке, с наложением текста. Можно послушать музыку, а потом сразу попробовать спеть. Вот варианты очерёдности для каждого из вас. Я сделала разбивку специально под ваши голоса. Если не понравится, можно будет переделать...

ЮнМи кладёт диск обратно, поворачивается к рюкзачку и достаёт из него ещё листы.

- Офигеть... - потрясённо произносит Ын Хёк смотря в первый лист.

- А что за музыка? - спрашивает Хён Ши, - что за стиль?

- Мм...- ненадолго задумывается ЮнМи и решает, - будем считать, что эта музыка в стиле поп!

- Поп? Разве это сейчас модно?

- Хорошие вещи модны всегда! - категорично отвечает ЮнМи и, решив не тратить силы на пустую дискуссию, переспрашивает, - Так есть тут караоке? Лучше один раз услышать самому, чем тебе сто раз напоют.

- Есть, - говорит ЫнХёк, - прямо здесь. Там, по коридору.

- Ну, так пошли? - предлагает ЮнМи, поднимаясь на ноги, - Чего время терять? Время - деньги!

- Oк, - поднимаясь из-за стола, говорит ЫнХёк и командует остальным, - пошли!

- I buy drinks for everybody, - предлагает ЮнМи, и обращается с вопросом к присутствующим, - Пиво? Или, что-то другое? Что пьют в Корее?

- Ээээ... - озадаченно тянет ЫнХёк смотря на школьницу перед собой и на пару мгновений "виснет", осмысливая ситуацию.

- Виски! - перехватив инициативу, вылезет вперёд ХёнШи.

- Окей, - кивает ЮнМи, с интересом глянув на него, и уточняет, - Виски с колой? Окей?

- Окей! - радостно лыбится ХёнШи.

- Закуска? - задаёт следующий короткий вопрос ЮнМи.

- Говядина! - отвечает ХёнШи.

- Окей, - вновь кивнув, соглашается ЮнМи.

Парни довольно переглядываются. Один лишь только ЫнХёк недовольно хмуриться, неодобрительно посмотрев на приятелей.


Время действия: примерно полтора часа спустя

Место действия: то же кафе, небольшая комната с караоке. Стол, с жаровней для мяса, две бутылки виски. Одна пустая, другую допивают. Играет музыка с диска ЮнМи, мигают разноцветные лампочки. Двое парней танцуют на свободном пространстве между телевизором и столом, стараясь привязать свои движения к музыке. ЮнМи в комнате нет, она уже ушла, оставив после себя полупустую банку из-под пива. Композиция заканчивается.


- Эй, Хёк и Ри! - подзывая остановивших танцоров, машет рукой из-за стола ХёнШи, - идите сюда! Хватит вам уже! Тут ещё осталось на один раз! Давайте допьём!

ХёнШи поднимает со стола бутылку за горлышко и покачивает её, показывая, что в ней ещё - "плещется".

Часто дыша, танцоры подходят к столу.

- Уфф! - говорит КванРи, вытирая лицо взятой со стола бумажной салфеткой, - тяжело так танцевать! После виски и мяса. Фух!

- Так нужно было посидеть, - с покровительственными интонациями в голосе говорит ХёнШи, начиная разливать остатки виски по рюмкам, - переварить... Я вам говорил, но вам же не терпелось...

- Зато ты, если тебя не трогать, будешь только есть да пить! - недовольно отвечает ему ЫнХёк, - Зачем ты виски просил?

- Я не просил, - остановив процесс "розлива" поднимает голову ХёнШи, - она спросила, я ответил. По телевизору сказали, что в Корее сейчас модно пить виски...

ХёнШи опускает голову и начинает неспешно наливать следующую рюмку.

- Где сказали? - не понимает ЫнХёк, - Кто сказал?

Хён Ши пожимает плечам.

- Недавно по ТиВи шоу показывали, - отвечает он, ставя опустевшую бутылку на стол, - про ночную жизнь Сеула. Там ведущий и сказал. Сейчас во всех клубах пьют виски. Мода такая.

- Можно было и дешевле, что-то взять, - недовольно говорит ЫнХёк, - потягивая руку за своей рюмкой.

- Что, "бананчик" стало жалко? - скалится в ответ ХёнШи.

("банан" - жаргонное слово, означающее иммигранта. "Жёлтый снаружи, но белый внутри" - так говорят корейцы о вернувшихся соотечественниках. прим. автора)

- Она же ещё школьница, - возмущается ЫнХёк, - а потратила на нас почти двести тысяч вон! Мог бы быть и поскромнее!

- Да ладно тебе! - машет на ЫнХёка левой рукою ХёнШи, берясь правой за рюмку, - Она богачка. Из Америки приехала. Подумай сам. Знать столько языков! Думаешь, она сама их выучила, без репетиторов? А музыке училась играть - тоже сама, без учителей? Боюсь представить, сколько её родители потратили на это денег. Потом, у неё есть синтезатор, компьютер, наконец, программа, на которой она звук обрабатывает. Думаешь, это десять вон всё стоит?! Да для таких как она, двести тысяч вон - ерунда!

- Не считай деньги в чужих карманах, ХёнШи, - держа наполненную рюмку в руках, хмуро советует ЫнХёк.

- А я и не считаю, - отвечает тот, - я просто знаю, что это дорого. У меня таких денег нет. Пусть богатая девочка покормит бедного мальчика говядиной. Что тут такого? Я ещё ей пригожусь. Как я буду учить её танцевать, если у меня не будет сил даже ходить? Если наш лидер группы нас не кормит, так хоть так мяса поесть. Хён, когда ты нас кормил мясом в последний раз?

- ХёнШи, хватит уже чушь нести! - кривится КванРи, - Ты уже напился. Было бы с чего, так ЫнХёк бы нас каждый день угощал!

- Вот я и говорю, про то же, - ничуть не смущаясь, непонятно отвечает ХёнШи, - ладно, давайте ещё раз выпьем за успех. Файтин!

ХёнШи резко опрокидывает в себя рюмку.

- Уу-у, нажрался, - с неодобрением говорит ХиБом смотря на "тамаду", - хоть бы чокнулся со всеми...

Парни выпивают и начинают смачно закусывать соджу кимхчи.

- Ну, - говорит КванРи, хрустя капустой и обращаясь к ЫнХёку, - ты говорил, что если ничего не случиться, то ты уйдёшь. Достаточно сегодня странного случилось?

- Да, странная девчонка, - хрустя капустой, кивает ХиБом и имея в виду ЮнМи.

- Все американские девчонки странные, - охотно подхватывает тему про женский пол ХёнШи и старательно проговаривает непослушным языком, ставшее непростым слово, - рас-кре-по-щённые! Там все школьницы в старших классах пьют пиво и живут с парнями!

- ХёнШи, хватит! - начинает уже злиться ЫнХёк, - Ты что, сексуальный маньяк?! Вечно мысли об одном и том же!

- А что, я виноват, что природа сделала меня таким мачо? - обижается в ответ тот.

- Ты как выпьешь, так мачо, - продолжает ругаться ЫнХёк, - а как трезвый - к девушке боишься подойти!

- Пффф, - презрительно отзывается на это Хён Ши, - это они меня боятся.

- Заткнись! - приказывает ЫнХёк, - Совсем уже напился! Уу-у, маччО!


Время действия: примерно в то же время

Место действия: сеульская улица недалеко от дома ЮнМи


Неторопливо иду домой, подвожу впечатления от вечера. Небо стало уже тёмно-синим, на нём видна пока ещё только одна, яркая звезда, но, думаю, другие звёздочки не заставит себя долго ждать и присоединятся к подруге. На улицах зажглись слегка оранжевого оттенка фонари, ветерок приносит запахи костра, жареного мяса и чего-то цветочно-сладкого, похоже где-то что-то распустилось. Прекрасный вечер для неспешной прогулки!

В общем, подводя итоги моего похода, можно сказать, что всё прошло неплохо. Парни производят впечатления вменяемых. Не знаю, как там будет дальше, но пока всё выглядит так. Посидели, "перетёрли" как заинтересованные в совместном партнёрстве люди, договорились. Уверен, что такой деловой обстановке во многом поспособствовало моё правильное поведение. А именно - решение выдать себя за иммигранта из Америки.

Используя знание о бытующем здесь преклонением перед заграницей, я нашёл беспроигрышный вариант. Шах и мат, как говорится. Сначала, после того, первого, неудачного случая, я, было, подумал выдать себя вновь за парня, благо внешность позволяет, да и опыт уже кой-какой есть. Вспомнил под это дело несколько подходящих дорамных сюжетов на эту тему, типа: "К-ПОП: Выживает сильнейший", "Энджел, ты прекрасен!" ну и конечно, "Первое кафе принц". Во всех этих фильмах главная героиня выдавала себя за мальчишку. Но… Только в дорамах окружающие не замечают очевидных вещей, а в реальной жизни, при близком общении, враз всё откроется. И потом. Если пойти этим путём, то это не убережёт меня от "косяков" в общении. А то, что они будут, это наверняка. Это на работе, понабив шишек, я уже как-то притёрся, а тут - совершенно новая область человеческих отношений. Совместный проект... Лучше без "гендерной интриги" обойтись, но вот как тогда подать себя?

Крутил я в голове всякие варианты и так, и сяк, и внезапно меня осенило. "А не приехать ли мне из Америки?!" - подумал я, - "Восток - дело тонкое! При всём цветущем махровым цветом местном национализме, здесь одновременно прекрасно себя чувствует западное идолопоклонничество. Начиная от "европейских глаз", учёбы в Англии и заканчивая всем остальным. Если я сделаю ЮнМи иммигранткой, это сразу снимет массу вопросов: «косяки» в общении находят объяснения, знания языков и музыки - в Америке образование лучше, все тут это знают, и плюс ещё ко всему этому, как минимум +50 к харизме, а то и все сто, за то, что Америку - "вблизи осязал"!

"А если меня выведут на чистую воду?" - подумал я, прикидывая последствия своего обмана, - "Думаю, что это будет зависеть от момента, когда это произойдёт. Если это случится после дебюта, и он выйдет успешным, то уж договорюсь я как-нибудь! Покаюсь. "Не согрешишь, не покаешься", как в церкви говорят. В тот момент будет не до разборок. В тот момент будет нужен новый хит. А если дебют будет провальным - кому тогда эти выяснения сдадутся? Жил, не жил... "Полимеры будут все уже просраны" и нужно будет искать новое место для "бурения новой скважины". Разбежались, да и всё...

Да и вообще? В любом из этих случаев, можно спокойно утверждать, что я - пострадавшая сторона! Если бы не их махровый патриархат, который они тут развели, мне бы не пришлось врать. Подошёл бы, поговорили бы, как нормальные люди-человеки. Договорились бы. А то они вначале баб считают за второй сорт, а потом, на полном серьёзе, требуют от них, чтобы они ещё и честными были! Пф!

Договорился с парнями я до следующего: слова и музыка мои, исполнение и танцы - их. Попробуем катнуть пробный шар, посмотрим, что из этого выйдет. Минусовка "Bye Bye Bye" особо никого не поразила. Да, минусовки без вокала звучат порою блёкловато. Голос многое добавляет к произведению. А мне, понятное дело, особо спеть не получилось. И им тоже. С английским у них – «вяло». Придётся подтягивать, если хочу, чтобы в Европах не ржали с корейского «проноса»...

 Трудности есть, но преодолимые. Зато посидели хорошо, даже, можно сказать, душевно. Я прямо вспомнил, как со своими, так же вот, сиживал. Говорили, ржали, планы строили... Эх, если подумать, то я тут чертовски одинок! Вокруг все какие-то странные, непонятные. Может, удастся с парнями подружиться? Хоть они тоже - корейцы, но ведь будем одно дело делать! А то прямо и позвонить некому... Пустая записная книжка в телефоне...

Я под это дело проставился. Не стал особо экономить. Пусть это будет инвестицией в будущее. Вложение в хорошие отношения. Да и сам посидел, о прошлом своём, «понастальжировал». Я тоже человек, тоже имею право на отдых. Деньги мои, заработал сам, а с момента моей реинкарнации не могу вспомнить, чтобы я так расслаблялся...

А вот и дом родной... Открываю дверь, захожу. Слышу быстрый топоток лапок по полу - Мульча бежит! Она всегда меня встречает.

- Привет, зверёныш, - приветствую я её, - как дела?

Та, задрав голову, мяукает в ответ. Наклоняюсь, начинаю развязывать шнурки на кроссовках. Краем глаза замечаю, что что-то насыпано у двери. Что-то белое. Порошок?

Приглядываюсь, пытаясь понять, что это такое. Котёнок тоже участвует. Вытянув шею и напряжённо дрожа выпрямленным хвостиком, он осторожно нюхает рассыпанное.

- Мульча, - иронично интересуюсь я, - ты что, "вещества" начала нюхать? Где только столько взяла?

("вещества" - наркотики, жаргонное выражение. прим. автора)

Много понасыпано, прямо небольшая дорожка получилась вдоль всего порога. Но, вроде это не порошок. Кристаллики поблёскивают... Соль? Зачем сыпать соль?

- Аньён! Ты пришла? - выглядывает в коридор Сун Ок.

- Аньён! - отвечаю я на приветствие и спрашиваю, - Онни, а что это у нас просыпано под дверью?

- Не трогай, - предупреждает меня Сун Ок и объясняет, - Это специальная соль от злых духов. Мама насыпала.

Соль против злых духов? Правда? А! Я ж забыл, что в сказке живу! Хорошо, да, это соль против злых духов. Окей. А не пойти ли мне сразу спать?


Фальстарт второй 


Время действия: спустя почти три с лишним недели

Место действия: зал суда


Сижу на скамейке обвиняемых, созерцаю через бордюрчик знакомый зал и людей в нём. Уже почти месяц прошёл, с тех пор как я тут был. И вот я снова здесь… Мд-а… вообще-то, интересная такая штука – время. Иногда даже не замечаешь, как пролетают не то, что дни, недели пролетают незамеченными! А иногда просто физически ощущаешь, как оно замедляется, словно собираясь остановиться совсем. Тянется и тянется, тянется и тянется, вот как последние три недели. Ровным счётом практически ничего не происходит! Когда «сконтачился» с парнями, думал, вот, сейчас «крутиться» начну! Ага, щас! Внезапно, впрочем, думаю, что это лишь для меня одного, неожиданность, в Корее наступил конец учебного года. Бли-иин! Все мои новые знакомые и онни, образно говоря, забили на всё и упёрлись рогом в учёбу, дабы на финальных годовых тестах показать лучший результат. Нет, конечно, всё понятно… По-человечески объяснимо. Родители, рейтинг в коллективе. Но… СКОЛЬКО МОЖНО УЧИТЬСЯ?! Так ни на что времени не хватит! А уж тем более, стать звездой! Вместо того, что бы разучивать слова будущего мирового хита, занимаюсь с парнями тем, что помогаю им готовиться к тестам по английскому… Пфф… Никак не ожидал такого поворота!

С онни то же самое. Идею с ужином и видео отложили. Учимся. Тоже английский. Я тут прямо нарасхват, с этим языком. Нужно было всё же подсуетиться и прозондировать вопрос с оказанием репетиторских услуг. В такой «чёс» можно неплохо заработать… Хотя, говорят, что тут за это сажают… Говорят, что кур доят! Когда я займусь-таки изучением местных законов? Ох и отгребу я как-нибудь за своё безделье! Впрочем, почему безделье? Просто так не сижу, в потолок не гляжу. Закончил работать с композицией Вивальди. По собственным ощущениям, кавер на «Зиму» у меня вышел совсем неплохо. Не хуже первого раза. Со скрипками, как и тогда, было сложно, но я уже знал – как, да и KORG-КОРОЛЬ не подвёл, красава! Как, в прочем, не подвели ни руки, ни память. Я тоже, красавчик. Нравлюсь себе! Себя не похвалишь, никто не похвалит, хе-хе…

Закончил с первой композицией запланированной для показа, перешёл к «допилке» следующей – начатой и брошенной где-то посередине, в ожидании бэк-вокала онни - «I Can`t Stand The Rain», Стеллочки Гетц. Ну и что, что агентство мне теперь вроде бы не светит? Мало ли, как жизнь повернётся? Раз! А у меня есть, я готов! Да даже если и не понадобится, всё равно, «разыгрываться» на чём-то ведь нужно? Почему бы не выполнить намеченное? Выбор композиций, я считаю, сделан мною правильно. Пригодятся! Ещё, я взялся переводить песенку с русского попсового на корейский попсовый. Хочу посмотреть, что из этого выйдет. Уверен, что знаю пару-тройку русских песен достойных к переводу на любой из языков мира. Но, перевод, особенно стихов, дело архисложное, для этого талант нужен. Вот, переведу, дам послушать СунОк, может, ещё парням дам и узнаю, сколько его во мне, таланта этого…

А ещё, я занимаюсь танцами. Точнее, пытаюсь, если честно называть всё своими именами. Хоть у парней и сессия, но время для проекта они стараются находить, что мне нравится. Посмотрели они мои «двигательные» способности. Все были удивлены. Парни – просто, а я – неприятно. Оказываются, у ЮнМи не получаются даже простейшие танцевальные «шаги»! А уж что-то одновременно делать руками и ногами – это вообще из области фантастики. Я-то думал, что может, вместе выступим, клипец, там, какой-нибудь замутим... Но, похоже, в ближайшее время рассчитывать на это не стоит.

- Тебе нужно больше практиковаться, - дипломатично посоветовал мне ХёнШи, главный танцор группы, с лёгкой жалостью смотря на меня, взопревшего, после скаканья перед зеркалом.

Тоже мне, открыл Америку! А то я этого не знаю! И в кого только ЮнМи такая неповоротливая получилась? В папу, что ли, пошла? Сестра у неё вполне себе нормально двигается… Или, может, это действительно, последствия аварии? Я же тогда, в первые дни, на стены, буквально налетал… В общем, как я понимаю, пока облом, с совместным танцевальным выступлением. Ладно, это не смертельный приговор. Будем думать, время есть. Главное, что бы моя композиция у парней «стрельнула». А там появятся деньги, найму учителя… Прорвёмся! Если чё, Коргом прикроемся, за ним постоим, или, на микрофонной стойке, сарделькой повисим. На сцене места много... А пока, ХёнШи показал мне пару простых движений для овладения ими дома. Вот, «овладеваю», когда время есть. Плохо получается...

Зато, когда пришёл черёд парней показывать свои успехи, пришёл черёд сильно удивляться мне, а им – неприятно. Послушав их невероятный Сеульско-английский «пронос» в нескольких вариантах, я им просто запретил продолжать учить текст без моего присутствия. Заучат неправильно, потом дубиной не выбьешь! Будет не песня, а смехопанорама для всей Европы с Америкой вместе…

Ну, ещё за это время я немножко поготовился к сдаче последнего теста на итальянском языке. Решил, что нужно иметь хоть какую-нибудь совесть и не приходить сдавать с бухты-барахты, как я делал все разы до этого, а прийти нормально, как все. Подготовившись. Если меня сегодня судья не посадит, то завтра я сдаю итальянский и с тестами покончено. По-прежнему бегаю по утрам, сделал один перевод на фрилансе…

- Встать, суд идёт! – раздаётся в зале громкий мужской голос.

А вот и судья... Да здравствует наш корейский суд, самый гуманный суд в мире…

Я встаю вместе со всеми и кланяюсь, бросив перед этим взгляд на скамейку напротив.

Чё-то тётки я не вижу… Суд начался, а её опять нет! Она что, решила затягивать дело? Пфф…

- Слушается дело Пак ЮнМи! – объявляет судья и стукает деревянным молотком по подставке, - Всех участвующих в суде прошу занять места. Посторонних, прошу выйти из зала!

- Ваша честь! - сразу поднимает руку адвокат пострадавшей стороны, - Прошу позволить мне сделать сообщение по ходу процесса!

- Делайте, - кивнув, разрешает ему судья.

Где-то это всё я уже видел…

Адвокат встаёт и воспроизводит как с записи: В связи с состояньем здоровья моей подзащитной, госпожи Гё ХоЧжу, она не может присутствовать на сегодняшнем заседании. В данный момент, госпожа Гё ХоЧжу, находится на лечении в больнице. Вот справка из лечебного учреждения...

Адвокат несколько раз взмахивает в воздухе листком бумаги, держа его пальцами за край.

- Прошу приобщить документ к делу и перенести слушанье на другую дату, Ваша честь...

- Господин адвокат, - обращается судья, к дёрнувшемуся было нести к нему справку адвокату, - это уже второй раз, когда вы просите суд о переносе заседания. Я не буду интересоваться у вас подробностями заболевания госпожи Гё ХоЧжу, дабы не нарушать медицинскую тайну и предавать огласке личные данные. Но вы, как адвокат, имеющий несравненно большую, чем я, информацию о вашей подзащитной - вы можете обещать мне, что она будет присутствовать на следующем заседании?

Услышав обращённый к нему вопрос молодой адвокат, останавливается в проходе и неожиданно краснеет.

- Ваша честь, - справившись с волнением, говорит он, - заболевание госпожи Гё ХоЧжу очень непростое и находится в стадии кризиса, как говорят врачи. Точных прогнозов на выздоровление они сейчас дать не могут и поэтому, я не могу гарантировать вам, ваша честь, присутствие моей подзащитной на следующем заседании. Если только вы не назначите суд на какую-то отдалённую дату… Тогда, возможно, к тому моменту, состояние здоровья моей подзащитной улучшится и она сможет присутствовать на суде…

- Хорошо, я понял вас, - кивает судья адвокату, и задумывается. В зале стоит уважительная тишина. Взгляды всех присутствующих обращены на судью.

- По поводу следующей даты заседания… - наконец приняв решение, говорит он, - Чем больше времени проходит с момента происшествия, тем тусклее становятся воспоминания о нём у его очевидцев. Это мешает установлению истины. А главной задачей суда является как раз её установление. Кроме этого, нет сто процентной уверенности в том, что после какого-то определённого промежутка времени госпожа Гё ХоЧжу сможет присутствовать здесь… Ещё, есть установленные департаментом юстиции сроки рассмотрения дел, которые я должен соблюдать… А ещё, есть люди участвующие в суде – свидетели, обвиняемые, потерпевшие, а так же их близкие, находящиеся в этом зале. Если мы с вами, господин адвокат, получаем деньги, за то, что находимся тут, поскольку это наша работа, то все они, как раз денег не получают, поскольку вынуждены пропускать свою работу. Думаю, что скорейшее рассмотрение дела будет положительным решением для всех в этом зале…

Но залу проносится чуть слышный выдох-согласие.

- Поэтому, господин адвокат, - говорит судья, понимающе посмотрев с высоты своего судейского места на присутствующих, - предлагаю вашей подзащитной написать ходатайство о рассмотрении дела в её отсутствии, либо, рассмотреть дело в присутствии её доверенного лица, так, как это разрешено законом. Я переношу заседание ещё на две недели. Если состояние здоровья госпожи Гё ХоЧжу к тому времени позволит ей присутствовать в этом зале, я пожелаю ей доброго здоровья и мы, все вместе, заслушаем дело. Если же здоровье не позволит ей это сделать, тогда я хочу увидеть вместо неё либо ходатайство, либо её доверенное лицо с соответствующим образом оформленной доверенностью. Если не будет ни того ни другого, то я вынесу решение о том, что присутствие потерпевшей стороны на суде не обязательно и рассмотрю дело без вас. Вам всё ясно, господин адвокат?

- Да ваша честь, - кланяется тот.

- Хорошо, - кивает ему судья и берётся правой рукой за ручку судейского молотка.

- Приобщите справку к делу! – приказывает он адвокату.

Тот кивает и направляется к секретарю, держа бумажку в руках.

- Внимание! - громко говорит судья, отворачиваясь от него и обращаясь уже к присутствующим на заседании, - По причине уважительной неявки одной из сторон, слушанье дела переносится. Точная дата нового заседания суда будет определена позже, исходя из существующего графика заседаний. Все участники процесса будут уведомлены о ней заранее, в срок, определённый законодательством Республики Корея. На этом, сегодняшнее заседание считать закрытым!

Бах!

Судья лупит молотком по деревяшке и кладёт его на стол рядом с нею. Заговорив, люди в зале неспешно начинают подниматься со своих мест и направляются к выходу, обмениваясь между собою впечатлениями.

Мм-м, а судья-то, крут! Как он быстро обломал адвоката тётки! Тот даже покраснел! А эта, Гё ХоЧжу? Чем она там болеет таким? Совестью, что ли? Наверное, та её сейчас догрызает… Ну, туда ей и дорога! Ладно, встаём следом за мамой, ползём домой. В тюрьму меня не взяли, значит, завтра идём сдавать итальянский…

…Однако, как интересно устроен мир! Такие внезапные причинно-следственные связи! Коль за решётку не попал, иду сдавать итальянский… Раньше никогда такого со мною не было.


Время действия: два дня спустя

Место действия: отдел кадров отеля. Перед столом начальника отдела стоит ЮнМи, держа руках полупрозрачную пластиковую папку синего цвета.


- Добрый день, господин Ли ХёВон, - вежливо клянясь, здоровается ЮнМи с сидящим за столом мужчиной и делает паузу, ожидая ответа.

- Здравствуй, ЮнМи-сии, - вежливо наклоняя голову, отвечает тот.

- Господин кунчан-ним, я сдала последний тест по иностранному языку, - говорит ЮнМи, - и пришла отчитаться. Я должна была принести вам сертификаты. Вот…

ЮнМи отстёгивает кнопку на папке и вынимает из неё исчезающе-тонкую стопочку листов. Зажав пустую папку под левой подмышкой, она, по всем правилам, с поклоном и, держа листки обеими руками, подаёт их начальнику. Кунчан-ним оценивающе проследив за посетительницей, берёт их у неё одной рукой. ЮнМи выпрямляется и молча стоит, ожидая продолжения.

- Хоу, ТхэкЁн! Ты только посмотри на это! – изумлённо восклицает кунчан-ним, обращаясь к своему заместителю, - Четыре золотых сертификата!

ТхэкЁн вскакивает со своего места и «подрывается» к позвавшему его начальнику, становиться сзади и, вытягивая шею, заглядывает ему через плечо. Весь отдел бросает работу и тоже, вытянув шеи из-за своих загородок, смотрит на происходящее.

- И ни одной оценки ниже 990! – снова громко восхищается кунчан-ним, разложив перед собою на столе рядышком сертификаты и разглядев на них цифры, - Вот это да!

Ли ХёВон и ТхэкЁн, не верящими взглядами упираются в стоящую перед ними ЮнМи.

- Невероятный результат! – искренне говорит кунчан-ним, - У тебя ведь, кажется, ещё и по английскому есть золотой сертификат? Да?

- Да, кунчан-ним, - опустив голову, скромно подтверждает ЮнМи.

- И там тоже, был какой-то очень большой бал…

- Девятьсот девяносто девять, - наклонившись к уху начальника, шёпотом подсказывает ТхэкЁн.

- Точно! – восклицает ХёВон, вскидывая вверх левую руку с отставленным указательным пальцем, - Тысяча без одного! Я запомнил тогда этот результат. Такое редко когда увидишь!

ТхэкЁн подтверждающе молча кивает головой за спиною начальника. Типа да, совершенно верно, не увидишь…

- Пять… золотых… сертификатов… - вдумчиво произнося каждое слово, говорит кунчан-ним, вновь опуская голову к столу, - … Немецкий, французский, японский и итальянский, плюс английский…

Начальник сокрушённо вертит головой, как бы говоря, что не верит своим собственным глазам. Весь офис дружно тянет шеи, стараясь увидеть это чудо.

- Как же тебе это удалось? – перестав смотреть на лежащие перед ним на столе листки золото цвета, кунчан-ним поднимает взгляд на хозяйку сертификатов.

- У меня есть способности, кунчан-ним, - чуть пожав правым плечом, просто объясняет та.

- Да-а, - услышав ответ, глубокомысленно произносит начальник, - талант есть талант…

- Талант не пропьёшь, - неожиданно, словно вспомнив какую-то шутку, говорит ЮнМи и улыбается.

- Э-э, что? – не понимает тот.

- Поговорка есть такая, - говорит ЮнМи и чуть подумав, уточняет, - на немецком...

- И что она значит?

- Ну-у, - задумывается девочка, поднимая подбородок и смотря вверх, - Это что-то типа того, что талант нельзя пропить… Хотя, на самом деле, пропить можно всё. Правильнее сказать, что это ироничная реплика, сопровождающая какое-либо удачное действие сказавшего. Например, при удачном попадании окурком в урну. Где-то так.

Объяснив, ЮнМи и смотрит на начальника и его помощника, ожидая появления на их лицах выражения понимания. Те же, в ответ, озадаченно таращатся на неё.

- Попадание окурком в урну… - наконец с интонацией непонимания в голосе повторяет начальник и удивляется, - Разве это талант?

ЮнМи некоторое время раздумывает над заданным вопросом.

- Вегугины довольно странные, кунчан-ним, - объясняет она, - они думают как-то иначе.

Кунчан-ним согласно кивает головой.

- Если хотите, я попробую узнать более точно, господин, какой смысл они вкладывают в эти слова, - делая поклон, предлагает ЮнМи.

- Будешь поступать в Пусанский университет? – понимающе прищуривается на неё начальник, - Узнаешь там?

(в городе Пусан находится знаменитый на всю Корею институт иностранных языков. прим. автора)

- Я ещё не решила, - уходит от конкретного ответа ЮнМи.

- В Сеуле тоже хорошо преподают иностранные языки, - кивнув, говорит начальник, поняв для себя её слова так, что у неё есть какие-то проблемы с выбором местом учёбы, - не хуже, чем в Пусане.

- Спасибо, кунчан-ним, - кивая, благодарит его ЮнМи.

- Окончишь университет, станешь большой начальницей, - смеётся кунчан-ним, оглядываясь на своего заместителя и предлагая принять участие в веселье, - больше чем я!

Тот начинает смеяться, ЮнМи тоже вежливо улыбается, но её улыбка не совпадает с выражением её глаз. Что-то с ними обоими как-то не так. Видимо уловив этот диссонанс, начальник теряет желание шутить дальше.

- Хорошо, - говорит он, - пойди, сделай ксерокс сертификатов. Копии отдашь мне, а оригиналы заберёшь.

- Да, господин Ли ХёВон, - кланяется ЮнМи.

- Иди! – отпускает её начальник.


( некоторое время спустя, пред обеденным перерывом)


- Нда-а, - говорит Ли ХёВон разглядывая чёрно-белые копии сертификатов ЮнМи, которые, похоже, запали ему в сердце, - хотел бы я, что бы моя дочь имела хоть бы один такой… Наверное, её родители очень гордятся своею дочерью.

- У неё нет отца, только мать и старшая сестра.

- Непросто ей пришлось, - сокрушённо покрутив головою, говорит начальник, - Очень сложно добиться без отца таких результатов. Её мать может гордиться, что воспитала такую дочь.

- Может, - кивает стоящий рядом с его столом ТхэкЁн, - Только вот одно но. Языкам она её научила, а вот вежливо говорить со старшими – нет. Не так уж она хорошо воспитана, эта ЮнМи. А как ни крути, воспитание для девушки о-оочень много значит!

- Это да, - соглашается с ним начальник, - она могла бы быть и полюбезнее со мною.

- Наверное, считает, что раз у неё столько сертификатов, то соблюдать все приличия ей не обязательно, - предполагает заместитель, - что из неё вырастет, если она уже в таком возрасте так себя ведёт?

- Посмотрим, - коротко говорит начальник, собирая лежащие перед ним на столе сертификаты и убирая их в папку.

- Возьми, - говорит он, вставая из-за стола и протягивая папку заместителю, - сделай отчёт и передай в бухгалтерию. И, пойдем, пообедаем. Помнишь, ты говорил, что она подведёт госпожу ХёБин? Ты ошибся. Все сертификаты на отлично. Значит, вечером с тебя выпивка!

Заместитель пожимает плечами и разводит руками, как бы говоря – ну, раз проиграл, значит проиграл…

Время действия: тот же день

Место действия: рабочее место ЮнМи


Пфф… Сижу с умным видом, делаю вид, что работаю. Наконец-то все угомонились. После обеда все как просто с цепи сорвались! Сдохни, но покажи им сертификакты и расскажи, как это удалось? Отдел кадров видать новостью со всеми в обед поделился. Помню, ХёБин приказывала, что бы ей докладывали о результатах каждого моего теста, но как-то до сегодняшнего дня было тихо. Наверное, тот, кто отвечал за доведение информации до госпожи президента, держал язык за зубами. А тут узнали все!

Пфф… В отделе - всем показал, всем своим начальникам - показал, начальнику отдела – показал. Так ведь не только показал, но ещё и рассказал о том, чего не было! Как учился, как готовился… Это было самое сложное. Наврал, наверное, лет на пять себе в аду. Эх, не видать мне исправления кармы как своих ушей… Теперь вот рамки ещё где-то нужно купить… Приказ начальника отдела – сделать цветные копии сертификатов, вставить их в рамки и повесить в своём закутке на стенку. Типа, как вегугины в Америке делают. Вот, чёрт! Это ж теперь всякому любопытному, заглянувшего ко мне, врать придётся. Дома тоже хотели широко отметить последний сданный тест, но мне удалось отговорить народ от этой идеи, сославшись на суд и намекнув, что не время предаваться в такой непростой для резидента момент, гульбищам. Вот оправдают меня, тогда и отметим всё разом. А то, вдруг из соседей или знакомых что-то знает про это дело? Как бы конфуза не вышло по ходу распития спиртных напитков. Спиртное, оно хорошо языки развязывает… Выйдет вместо праздника некрасивый скандал и еще, и переругаются все.

Мама с СунОк переглянулись, подумали и решили последовать моему мудрому совету. Тем более, что онни сейчас учится, не до гулянок, как говориться.

Онни в лёгком шоке от моих сертификатов. Мама – горда и совершенно не заморачивается вопросом – «откуда вдруг всё взялось»? Наверняка, сегодня расскажет половине улице о моём успехе. Эх! Пожалуй, нужно было завалить на экзаменах всё к чёртовой матери, да и не выделываться, чтобы не врать как сейчас, тоннами. Как бы чего с этого вранья нехорошего бы не получилось… Но зато у меня теперь есть документы, позволяющие зарабатывать какую-никакую деньгу, особо при этом не напрягаясь! Вот, как сейчас. Сижу, под видом напряжённой интеллектуальной работы, читаю попавшуюся интересную статейку про Корею. Откуда выросло её экономическое чудо. Компенсирую интересным занятием свои потраченные сегодня нервы…


…В конце сороковых годов Южная Корея была так бедна, что многие корейцы ели кору деревьев, чтобы не умереть с голоду. Сеул лежал в руинах. Ещё в 1961 году Валовой национальный продукт на душу населения составлял около 93 долларов, количество риса измеряли числом рисинок… Но уже к 1980-м годам страна стала одним из основных конкурентов США и Японии в производстве автомобилей, стали, телевизоров, видеомагнитофонов и компьютеров

Поворотным моментом в истории Южной Кореи можно считать 15 октября 1963 года, когда в результате госпереворота (не без помощи США) к власти пришёл сильный политик и классический «тиран» – Пак Чон Хи.

Своё правление Пак начал с репрессий, да каких! Первым делом создал собственное Центральное разведывательное управление, которое занималось арестами и пытками противников режима. Во-вторых, объявил войну коррупции. Стал создавать и развивать оборонную промышленность и армию, которая сегодня считается одной из самых сильных в мире. Ещё, Пак силком сгонял крестьян в города, и деревенская беднота стала работать на частных предприятиях, которые производили на экспорт дешёвые ткани, игрушки и парики..


Хм-м… Весьма похоже на то, что я знаю из учебников о 20х-30х годах СССР. Наверное, законы экономического развития общества не могут сильно отличаться между собою даже в других мирах…


… Вот как описывает деятельность Пак ЧонХи американский журналист: «Пак вызвал на ковёр ведущих бизнесменов страны и сказал им: будем конкурировать с Японией и прочими экономическими монстрами! «Цой, ты чем занимаешься?»

– «Рис и игорный бизнес».

– «Теперь будешь строить суда! Надо утереть нос британцам и норвежцам!» – «Но я не могу!»

– «Я помогу. Государство тебе поможет. Главное – помоги стать Корее великой державой, и мы тебя озолотим. Откажешься – обижусь!.. Ким, а ты будет делать телевизоры и магнитофоны!.. Хван будет делать автомобили!


Ха, а мне нравится! Конкретный чел был этот ЧонХи! Вот если бы у нас так же, заставить всех олигархов сделать Россию великой державой, мы бы, наверное, уже на Марсе сады разводили! А чоболи, походу, как раз появились в Корее с этого момента. Интересно, кто там, у ЧжуВона, на приёме у ЧонХи был?


…Процветание государства стало смыслом жизни всего южнокорейского народа. Люди трудились на износ, некоторые даже умирали на рабочих местах. И к концу 70-х годов ВНП на одного человека в Южной Корее уже поднялся до 6 тысяч долларов. Но всех своих врагов Пак так и не извел – и в 1979 году был застрелен в своем кабинете своим же подчинённым, директором южнокорейского ЦРУ, которого приговорили, потом, к смертной казни через повешенье…

Убили дядечку… Жаль.

…На «тирана» Пака было несколько покушений, в одном из которых была смертельно ранена его жена. Но корейцы до сих пор боготворят Пака как мудрейшего политика, создателя «корейского экономического чуда». Они любят вспоминать, что Пак ЧонХи ходил в штопаных кальсонах и не имел никакой недвижимости. Хотел поднять свою страну с колен – и ему это удалось.


Точно! Всё как у нас было! Помню, бабушка рассказывала, что у Иосифа Виссарионовича, после смерти, в шкафу оказалась всего одна шинель и одни сапоги. И народ, тогда так же не щадил себя, поднимая страну. Тот же Павка Корчагин, к примеру. Оказывается, корейцы очень даже похожи на нас в плане отношения к своей стране. Надо, значит – надо!

… Хм, интересно получается… Выходит, что создать сильное государство без диктатуры нельзя? Точнее, не так. Вытащить страну из руин может только диктатура? Да, конечно, люди тут тоже важны, но нужен тот, кто придаст вектор приложения их сил. Чтобы все били в одну точку, а не так что, кто в лес, кто по дрова. Лопату в руки и вперёд, не смотря на то, что ты пацифист и религия запрещает работать тебе не покладая рук! Да, хреново конечно, когда тебя заставляют, но с точки зрения будущих поколений это, наверное, правильно. Всё равно все умрут. Так хоть что-то осязаемое после тебя останется. Вон, у нас до сих пор так до конца не разворовали, что Советский Союз создал. А ведь, считай уже двадцать лет, над этим работают, не покладая рук! А всё никак. И в Корее, тоже так же. Да, люди голодали, умирали на работе, зато оставили своим детям страну, которой можно гордиться и в которой можно нормально жить...

…Помнится, на философии буробили мы как-то вопрос – «роль личности в истории»… Преподаватель всё выводила на мысль, что в государстве должны быть предпосылки, должна созреть необходимая экономическо-политическая ситуация, чтобы могла появиться личность, которая на этом всем и покажет, мать Кузьмы. Я тогда правильно отвечал, двигаясь к зачёту в рамках ожиданий препода, но в душе испытывал некий дискомфорт. Ну и что, что созрела ситуация? Не будет буйного, как пел Высоцкий, будет анархия, разброд и шатания. Ничего не будет, в какой бы глубокой ж… все бы не находились. Нужен лидер, который всех объединит и поставит всем цель. Тогда и будет результат…

И я был прав, думая, что преподша «пургу гонит» нам гонит, по своей методичке! Историю делают лидеры! Только так и никак по-другому!

…Круто, наверное, быть таким человеком. Принимать решения, вести за собой… И потомки тебя не забудут потом… Как тех копателей канала, которым все сейчас пользуются, но помнят, что он был построен в эпоху Мин… Хм-м… Информация к размышлению… Борман. Борман не Борман, а вот, к примеру, я. Возьмём меня. Я тоже, как всякий мужчина, хотел бы быть лидером, вести за собой, создавать, И тут, бац, ГуаньИнь и попадание! Хм… Это же не просто, взять и пересилить человека из мира в мир? Если было бы просто, то переселенцы бы везде толпами бегали, а такого не наблюдается. Думаю, что это сложно. Но бодхисатва это сделала. Зачем? А если это ж-ж-ж не просто так? Не так как я понял из её объяснения? Может, моя не состоит в исправления своих прежних грехов, типа чревоугодия, а в чём-то более… большем? Большем, вроде того, что сделал Сталин для своей страны, или ЧонХи? Хм, приятно думать о себе в таком ключе… Может, ГуаньИнь действительно притащила меня сюда в надежде, что я совершу тут что-то глобальное? Она богиня, наверняка знает, кто, на что способен из людей. Вот и помогла, потому что знала, что я не просто так, а способен на кое-что большее! Нет, спасение души, это, конечно, повод, отрицать , пожалуй, не стоит, но я всё же больше материалист, чем духовник и как-то не очень понимаю своего убытка, если у меня не получится со спасеньем..

Вот то ли дело…! Дело что? Спасти нацию? От кого? Зомби-апокалипсис? Бред. Да и с зомби я, по фильмам только знаком. Цунами? Тоже мимо. Изобрести вакцину? Я в медицине, как свинья в апельсинах… Как Сара Конар – родить избранного? Пфф… Это сразу вычёркиваем, как лютый бред. Тут есть, кому и без меня рожать. Нашествие машин? До этого тут лет сто пятьсот, я не доживу… Тогда что? Что я могу сделать здесь глобального? А почему здесь? Почему не в России? Мм-м… Если бы в России, то я бы, наверное, туда бы и попал. Думаю, для ГуаньИнь, это бы проблемы не составило, оживить меня в здешней Москве. А я здесь, в Корее. Значит, в этом есть какой-то смысл. Хм… Что я могу тут сделать для людей? По-крупному так, сделать? Заниматься благотворительностью? Дома престарелых и детские приюты? Но таким может заниматься любой человек, у которого есть деньги и время. Разве это может быть «потолком» для попаданца из другого мира? Пожалуй, нет. Должно быть что-то ещё…

Перебирая в голове приходящие на ум варианты, я глубоко задумался.


( в этот момент в «отсек» к ЮнМи заглядывает начальник)

- ЮнМи, чем ты занята? – восклицает он, увидев открытый на экране её монитора текст, и хребтом начальника почувствовав, что его подчинённая занята какой-то фигнёй, а не работой.

- О, кунчан-ним! – искренне обрадовавшись, поворачивается к нему ЮнМи, - Скажите, кунчан-ним, как вы думаете, что можно сделать для нации? Ну, так как Пак ЧонХи?!

У кунчан-нима, от вопроса, самым натуральным образом отпадает челюсть, и выпучиваются глаза.

….

Место действия: Гипермаркет. В отделе с женской бижутерии с задумчивым видом, от стойки к стойке с «фентифлюшками», неспешно перемещается ЮнМи.

Блиии-н… Сколько здесь всего! И что же выбрать? И как выбрать? Как девчонки находят в этих прямо-таки «горно-обогатительных отвалах» им подходящее? Пфф… Даже не представляю… Никогда с таким вопросом не сталкивался. Я думал это просто. Пошёл да купил, тем более, что всего навалом… А вон оно, как оказывается в реальности! Вот уж действительно, дьявол скрывается в мелочах… Купить вот этот браслет из разноцветных стёклышек? Наверное, стекляшки будут греметь при носке… И цепляться… Вполне можно им за клавиши зацепиться… И какой-то он уж больно… девчачий. Наверное, мне нужно что-то более строгое. Более тёмное… Вот, есть из тёмно-тёмно-синего стекла. Хм… Не слишком ли мрачно? Пфф… Это начинает уже доставать! Вот, зарплату получил, решил купить что-то ЮнМи, а купить-то и нечего! Точнее – есть чего, только вот выбрать ничего не получается! Первое попавшееся брать не хочу, хочу выбрать с душою, хочу сделать приятное ЮнМи. Хочу подойти ответственно….

Ответственно… О! Нужно использовать научный подход! Идти при выборе от одного к другому. Там, эти, программисты, схемы такие… рисуют. Если это, то по стрелке сюда, а если нет, то идём сюда… Это должно быть просто. Первое, что нужно определить, это - цель покупки. Итак, цель покупки… Сделать ЮнМи красивее! Точно! Красивее. Дальше. Покупка этого браслета сделает ЮнМи красивее? Да/нет? …. А что значит – КРАСИВЕЕ? Красивее чем … что? Красивей чем было? Или, красивее чем кто? Красивей чем другие девушки? А что это вообще такое – КРАСИВЕЕ?

Пфф… Не, Серёга, сдаётся мне - ты фигнёй маешься. Ухватился за решение вопроса, который, как помнится, философы всех времён и народов до сих пор не решили. А ты собрался утереть им нос, решив его на раз, два, три в отделе бижутерии. Думаю, эта ноша нам неподъёмна…

Что же тогда делать? Сменить цель покупки? На… сделать статуснее? Статуснее – это дорого. И на кой ЮнМи этот статус? Где она с золотой цепью на шее будет ходить? Сексуальнее? Это вооще ей не нужно!

Чёрт! Зачем ещё девушки покупают украшения? Ммм… да вроде бы все варианты я уже перебрал… А! Есть ещё один! Потому, что понравилось! А как узнать, что ЮнМи - понравилось? Ведь она, это как бы я. Хм! Может… обратиться к подсознанию? В осознанных сновидениях есть ментальная практика, под названием – «Остановить мыследробилку». Нужно остановить свой внутренний диалог, ни о чём не думать и прислушиваться к своим ощущениям. В таком состоянии внутренней тишины, можно получить информацию из подсознания. Если рассматривать наш симбиоз с ЮнМи, то она, стопудово, подсознание, а я – активное сознание. И если я постараюсь «приглушить» себя, то тогда, возможно, смогу услышать чувства ЮнМи. Значит, что делаю? Хожу по магазину, ни о чём не думаю, внутренне молчу и просто смотрю на украшения. Как только что-то понравится – беру!

Пробуем!


( Некоторое время спустя. Уже на другом этаже магазина, в стеклянной витрине одного из отделов, ЮнМи с удовольствием разглядывает своё отражение )


Доволен, как слон! Купил! Купил заколку для волос! Длинная, из белого блестящего металла и на одном её конце какая-то мордочка сделана. Вроде, дракона. И даже в волосы себе пристроил! Сам! Мне кажется, что ЮнМи идёт. Дорогая, но и чёрт с ним. Главное, что ЮнМи нравится. Прямо такое удовольствие в организме от покупки этой финтифлюшки. Кто бы мог подумать?!

Место действия: Тот же гипермаркет. Отдел продуктов. У полукруглой стеклянной витрины-холодильника стоит ЮнМи.

Ва-ау! Кол-баска… Красненькая такая. С жиринками! Сразу видно, что не местная, сладкая, из сои верченая. Откуда ты здесь, залётная? Что там, на ценнике написано? Пррр… Россия. Пыр Россия?! Фига се! Каким же ветром тебя сюда занесло? Впрочем, раз мир другой, то и с колбасой здесь может быть всё иначе… А стоит-то сколько! Натурально, золотая колбаса! Несвежая, наверно… Далеко везли, небось, осклизла уже малость. Не стоит такую покупать! А-а-а! Хочу колбасу! Нашу, русскую колбасу! И ничего она не порченная! Несвежее тут не продают. С продуктами в магазинах тут нормально! Ни разу ещё не налетал! Яичницу сделаю! С колбасой! Мммм… Сколько брать? Кило или два? Столько за раз не сожру. Пропадёт. И цена у неё действительно – «золотая»! Эх, нет в жизни счастья! Возьму… грамм триста. Если не хватит, ещё сбегаю!

Время действия: тот же день, ближе к вечеру

Место действия: дом мамы ЮнМи. На маленькой кухне СунОк читает учебник. На кухню, с пластиковым пакетом в руках входит ЮнМи.


- Аннён! – войдя, приветствует ЮнМи старшую сестру и направляется к столу.

- Аннён… - задумчиво произносит онни и, оторвавшись от книги, бросает взгляд на свою тонсен.

- Что это у тебя такое? – удивляется она.

- Где?

- В волосах?

- А! Это я заколку купила! – довольно отвечает ЮнМи и, чуть повернув голову, видно для того, что бы было виднее, спрашивает, - Нормально?

- Разве это не заколка невесты? – чуть прищурившись на блестящую вещицу, спрашивает СунОк.

- Невесты?!

Округлив глаза ЮнМи замирает с приоткрытым ртом и с забавным выражением на лице.

- Ты выходишь замуж? – с серьёзным видом спрашивает СунОк, - Приглашения уже разослала?

- Да не… Я не знала, что это для невесты… - говорит ЮнМи и, недовольно надув губы, стягивает заколку со своих волос.

- А я-то думаю, - говорит она, - почему женщина в метро улыбалась, глядя на меня…

- Ах-ха-ха! – взрывается хохотом СунОк, - Ах-ха-ха! Поверила, поверила! Это не заколка для невесты! Я пошутила! Ах-ха-ха!

- Странные шутки, - надувшись, бурчит ЮнМи, - почему тогда женщина улыбались?

- Наверное, потому, что у тебя смешной вид. Ты такая… Важная и довольная! Вот!

- Важная и довольная?

- Ага.

- Пфф… а причём тут тогда невеста?

- Не знаю. Почему-то в голову пришло. Наверное, из-за заколки. Она блестящая и большая, похожа на чопчи.

- …э?

- Чопчи, это заколка, которую могут использовать для своих причёсок женщины, принадлежащие императорской семье. Но императора уже нет, поэтому, теперь этими заколками пользуются девушки в день своего бракосочетания. Невеста отдаёт этим дань традициям и показывает, что она в этот день самая главная…

- Дай посмотреть, - протягивает СунОк руку к ЮнМи.

Та делает к ней пару шагов и отдаёт ей заколку.

- Красивая, - делает заключение СунОк, рассмотрев покупку сестры, - а она и сделана, под стилизацию с чопчи, поэтому я и подумала про невесту. Только у чопчи на конце фигурка лягушки, а тут какой-то… дракон. Такие заколки покупают старшеклассницы или студентки, которые хотят показать, что у неё есть парень и отношения у них очень серьёзные. Вот-вот будет свадьба.

- Мда? – упавшим голосом говорит ЮнМи, - А мне она понравилась…

- Носи, - возвращая заколку, разрешает СунОк, - только будь готова, что люди будут улыбаться, смотря на тебя. Слишком у тебя молодой вид для такой вещи. Кстати, ты хорошо выглядишь!

- Спасибо, - благодарит ЮнМи, задумчиво смотря на лежащую в ладони заколку.

- Волосы такие …блестящие! И лицо тоже, какое-то … светлое. Ты так косметикой и не пользуешься?

- Уку, - отрицательно мотает головою ЮнМи.

- Непонятно, тогда с чего так, - говорит СунОк, критическим взглядом смотря на сестру.

- Наверное, от свежего воздуха, - делает предположение та, и чтобы «спрыгнуть с темы» поднимает вверх другую руку с пакетом, который она принесла с собою.

- Я колбасу купила.

Слово «колбасу» ЮнМи произносит по-русски, видимо, желая сделать акцент на том, что это не корейская колбаса, а совсем иной, другой продукт. Поэтому, СунОк её не понимает.

- Ко..бай..сай? – коверкая слово, удивлённо переспрашивает она, - Что это?

- Вот! – гордо доставая из пакета покупку и кладя её на стол.

Пока ЮнМи отворачивается, чтобы не бросать пакет на пол, а положить на положенное место в шкафчик, СунОк разглядывает ценник, прилепленный на замотанный в целлофан кусок колбасы. Глаза у неё удивлённо расширяются.

- Это стоит тридцать девять тысяч вон? – спрашивает она возвратившуюся к столу ЮнМи, - триста грамм?

- Я получила зарплату, - напоминает ЮнМи.

СунОк с недовольным выражением лица осуждающе качает головой.

- Это колбаса, - опять по-русски, с нотками благоговенья в голосе говорит ЮнМи, начиная бережно её распаковывать.

- Тссс, - всё так же недовольно выдыхает СунОк, похоже, думая, что ЮнМи ведёт себя странно.

- Аа-а, - полузакрыв глаза и нюхая распакованный объект вожделения, произносит ЮнМи, - «Московская»…

- Понюхай! – открыв глаза, предлагает она онни и протягивает ей кусок.

Онни, осторожно принюхивается.

- Острый запах, - поводив носом над объектом исследования, выносит вердикт она, - Странный запах дыма, мяса и … специй. Это уже можно есть, или нужно ещё готовить?

- Можно есть, - кивает ЮнМи, похоже, уже пуская слюни, - И ещё как можно! Я сегодня угощу вас с мамой настоящей русской яичницей! У нас сладкий перчик дома найдётся?

- Наверное, - пожимает плечами СунОк, с некой опаской смотря на то, что она будет есть, - Разве нужно было тратить на это такие деньги? Это похоже на сундя…

(сундя – корейская кровяная колбаса. прим.автора)

- Это не сундя, - на корейском, веско, со значением в голосе произносит ЮнМи и, по-русски произнося слово, добавляет, - это кол-ба-са, СунОк! Попробуешь – пальчики оближешь! Можешь использовать рецепт в своём шоу. Вся страна спасибо скажет!

- Когда оно будет, моё шоу… - вздыхает СунОк, глядя на стопку тетрадей с конспектами, лежащих на краю стола, - мне кажется, эта учёба меня убьёт…

- Тебе кажется, - успокаивает её ЮнМи, и изрекает философски, - всё когда-то кончается. Ладно, пойду, посмотрю, всё ли есть на кухне для яичницы. А то так есть хочется, что даже переночевать негде…

ЮнМи уходит. СунОк озадаченно смотрит ей вслед, пытаясь понять смысл сказанной ей фразы.

(чуть позже. На маленькой кухне вся семья, сидя за столом, пробует приготовленную ЮнМи яичницу)

- Ну как? – спрашивает ЮнМи у СунОк жуя с довольным видом.

Онни, обмакнув палочки в желток и непораженный белок поднимает их над тарелкой, с выражением брезгливости смотря, как за ними тянется прозрачная «сопля».

- Фу! – произносит она.

- В это надо макать хлеб, - объясняет ЮнМи и показывает как, кусочком от специально купленного хлеба.

- Пфф, - говорит СунОк, проследив за тем, как младшая сестра его помакала и отправила в рот.

- Никогда не готовь больше яшню! – категорическим тоном приказывает она, кладя свои палочки для еды рядом с тарелкой, - Дорого и невкусно. Кобсай солёная и пахнет дымом. А яйца – сырые. Это не еда.

ЮнМи озадачено смотрит на сестру. На лице у неё смесь выражения непонимания и огорчения.


Время действия: первый день июня

Место действия: прямоугольная комната без окон, лампы дневного света на потолке. Одна из длинных стен комнаты, от потолка до пола сделана из зеркал. Часть комнаты, ближе к выходу, устроен склад. Друг на друге, стопками, стоят картонные коробки и деревянные ящики. У стены без зеркал стоят обтянутые тёмно-красным кожзамом скамейки из железных трубок. Кое-где на них лежит небрежно брошенная одежда, на полу валяется несколько пар старых, крепко поношенных кроссовок. Ещё, в одном углу, есть небольшая свалка, образовавшаяся из пакетов чипсов, пустых пластиковых бутылок и банок газированных напитков. В воздухе ощущается лёгкий запах картонной упаковки, лежалых использованных пищевых упаковок и ношенных носков. Дверь в комнату открывается и в неё, вместе с парнями группы «2am» входит ЮнМи.

- А почему у вас всё валяется? – окинув взглядом помещение и неодобрительно смотря на разбросанное, задаёт она вопрос.

- Где? – удивлённо спрашивает ХёнШи, округляя глаза.

- Вон, на полу, - делая движение подбородком и вытягивая шею, указывает ЮнМи.

- А, это… – успокаивается ХёнШи и идёт вперёд.

- Гравитация, - коротко поясняет он, проходя мимо ЮнМи.

- В смысле? – не понимает та, - При чём тут гравитация?

- Всё просто, - пожимает в ответ плечами ХёнШи, - если бы её не было бы, то всё висело бы в воздухе. А так, всё на полу. Гравитация.

Услышав объяснение, ЮнМи ошарашенно останавливается с приоткрытым ртом, видно не зная, что на это сказать. Парни за её спиной насмешливо хмыкают.

- Закон природы, - поясняет по-другому ХёнШи, явно довольный реакцией девушки.

- Я про то, что всё разбросано! – возмущается ЮнМи, поняв, что её «тролят», - А не про то, почему всё не летает?

- А-а, - говорит ХёнШи, - ты про это… Творческий процесс.

- Мусорка в углу – творческий процесс?

ХёнШи оценивающе окидывает взглядом свалку.

- В какой-то мере да, - говорит он, - возможно, какому-нибудь дизайнеру понравится сочетания цветов и целостность форм этой созданной за долгое время композиции.

- Так ведь пахнет! – вновь возмущается ЮнМи и сарказмом спрашивает, - Или, может, какому-нибудь шеф-повару понравится сочетания запахов столь долго создаваемого букета?

Парни за спиною ЮнМи уже громко смеются.

- Если тебе не нравится - можешь убрать, - снова пожав плечами, разрешает ХёнШи.

- Ага, - иронично кивает ЮнМи, - это ведь наиболее естественный вид деятельности для женщины, да? Щас! Разбежалась! Сами накидали, сами и убирайте! Я на помойку ходить не буду. В следующий раз тогда ищите для занятий другое место!

Парни переглядываются.

- С девушками всегда непросто, - говорит ЫнХёк вопрошающе смотрящим на него друзьям, - они помешаны на чистоте. Ладно, к следующему разу, уберём. А то, в самом деле, что-то мусорка стала по комнате расползаться…

- Сегодня будем петь? – спрашивает он, обращаясь уже к ЮнМи.

- А почему убрать не сейчас? – не ответив на его вопрос, продолжает «мусорную» тему ЮнМи, - Мы же будем всем этим дышать. Зачем это нужно? Да и порядок можно было навести. Дело ведь двух минут.

Парни задумчиво смотрят на источник претензий, видимо решая – не слишком ли он далеко зашёл в своей наглости?

- Тебя раздражает беспорядок? – удивляется ХёнШи, - Ты такая нервная?

ЮнМи на пару секунд задумывается.

- Просто я занималась музыкой, - уверенным голосом объясняет она, - и иностранными языками. В этом всегда нужно соблюдать порядок. Одно за другим и всё на своих местах. Тогда будет результат. А если всё делать как…

ЮнМи делает неопределённый, волнообразный жест правою рукою.

- …Как захочется, - продолжает она, - результата не будет. Беспорядок отвлекает. Не получается полностью сосредоточиться.

Парни вопросительно переглядываются друг с другом. Мол, как тебе это? Потом, подумав над аргументом, кивают.

- Хорошо, - говорит за всех ЫнХёк, - сейчас уберём.


(чуть позже, там же)

- Не так! – недовольно произносит ЮнМи, - Не так!

- А как?! – тоже, недовольным голосом вопрошает ЫнХёк.

- Нужно выше и быстрее! Вот тут!

ЮнМи тычет пальчиком в листок с нотной записью.

- Вот, видишь? – спрашивает она.

- Вижу. Очень красивые закорючки, - смотря в указанное место, говорит ЫнХёк.

- Ты не знаешь ноты? - удивлённо подняв на него глаза, спрашивает ЮнМи.

- Нет, - тоном, как это само собой разумеющееся отвечает ЫнХёк.

- Хмм…- озадачивается ЮнМи и вопрошает, - а зачем я тогда их распечатывала?

ЫнХёк пожимает правым плечом, типа, кто тебя знает…

- А тут кто-нибудь, вообще, знает ноты? – задаёт ЮнМи правильный вопрос сразу всем, после пары секунд размышления.

- Это сакральные знания, доступные лишь избранным, - отвечает за всех ХёнШи и добавляет, - Вроде девочек из Америки.

- Пфф! - шумно выдыхает ЮнМи, опуская руку с зажатой в ней листом..

- Как вообще можно знать, как нужно петь по этим значкам? - спрашивает её ХёнШи, подойдя к ней и забрав его у ЮнМи.

- Там же всё написано, - удивляется та.

- Ты же не умеешь петь, - говорит ХёнШи и пытается объяснить, что его удивляет, - Откуда тебе знать, как правильно? Может, ЫнХёк всё верно делает? Просто ты этого не понимаешь?

ЮнМи вытаращивается на него, как на нечто невероятное, вылезшее неизвестно откуда и не должное существовать в принципе.

- Песня, она вот здесь, - говорит она, собравшись с мыслями и прикасаясь указательным пальцем к своему правому виску, - Музыка, песня, голос, всё тут. На бумаге записано как это должно быть. Если бы ты знал ноты, у тебя даже такого вопроса бы не возникло.

- Ну, извини, - разводит руками ХёнШин, - мы в Америках не обучались!

- Причём тут Америка? – не понимает ЮнМи и задумывается, опуская голову и смотря вниз.

На некоторое время устанавливается тишина. ЮнМи думает, парни ждут.

- Мне нужен синтезатор! - видимо найдя решение, поднимает голову ЮнМи.

- У нас нет, - переглянувшись с группой, говорит ЫнХёк.

- У меня есть. Мне нужен мой KingKorg. У него должна быть функция «электронный голос». Я могу попробовать заменить им вокал. Тогда сразу будет понятно, как нужно петь.

- А если её нет, этой функции? – спрашивает ХёнШин, - Что тогда?

- Это не единственный синтезатор на планете, - отвечает ЮнМи, - найду другой, в котором она есть.

- А разве музыкант не должен знать, что есть в его инструменте? Как он тогда играет, если им не владеет?

ЮнМи пристально смотрит на него взглядом – «заколебал ты!».

- Знаешь сколько там настроек и возможностей? – спрашивает она у ХёнШина, - Не упомнишь! А «электронным голосом» я никогда не пользовалась, он мне был не нужен… До сегодняшнего дня!

ЮнМи недовольно поджимает губы.

- Ок, - говорит ХёнШин, - я понимаю, тебе нужно время? Тогда, теперь, мы тебя учим? Потанцуем?

Выражение лица ЮнМи становится неуверенным.

- А второй куплет? – спрашивает она, - Когда мы будем ставить его произношение?

- Я думаю, - говорит КванРи, - ХёнШин прав. Лучше сейчас заняться танцевальной практикой. Пока мы не поймём, как нужно петь, ставить произношение дальше смысла нет. Вдруг, мы не сможем это петь так, как ты хочешь? Если получиться, тогда перейдём ко второму куплету. Если нет - будем думать. Зачем сейчас время тратить? И так сегодня на первый куплет столько времени ушло! Лучше потренироваться. Давай, посмотрим, как ты делала домашнее задание!

Подумав, ЮнМи соглашается с аргументом, кивает и вяло направляется к середине комнаты. Парни переглядываются. Во взглядах, которыми они обменялись, небольшое, но легко замечаемое выражение злорадства.


Время действия: вечер этого же дня

Место действия: небольшая палатка корейского уличного общепита. За одним из столиков перекусывают лапшой и жаренными свиными шкурками ХёнШин и КванРи.

- Жизнь посылает знаки, - смачно жуя шкурку, философствует за столиком ХёнШи, - Всегда. Нужно только их замечать и делать выводы. Это умение гораздо ценнее любого высшего образования…

Проглотив прожёванное, ХёнШи прерывается и тянется палочками за следующим кусочком.

- Ты умеешь? – воспользовавшись тем, что он замолчал, спрашивает КванРи.

- Пока только учусь, - макнув в соус выбранный кусок, ХёнШи кидает его в рот и, начав жевать, пускается в дальнейшие рассуждения.

- Понимаешь, хён, приходится до многого доходить самому, - говорит он, с видом человека занимающегося тяжёлым трудом, в котором он может рассчитывать только на себя, - литературы практически нет, а та, что есть, не всегда написана понятно. Как я понял, такие книги, это попытка изложить на бумаге личный опыт автора. Другому человеку это сложно понять…

ХёнШи задумывается и, продолжая жевать, смотрит куда-то вдаль, сквозь пластиковую стену палатки, сощурив и без того свои узкие глаза.

- Непонятно, - говорит КванРи, поддерживая разговор, - зачем писать такие книги, раз они непонятны? Такой автор, всё равно, что негодный учитель, который объясняет своим ученикам науку так, что они становятся только глупее…

- Дело в том, что в этом деле всё основано на контроле эмоций, - возвращается ХёнШи из своего «далёка» за новой порцией свинины, - нужно стараться меньше думать о постороннем и больше сосредотачиваться на своих чувствах. Тогда, иногда, ты будешь подмечать нечто странное и как-то реагировать на это. Удивляться, радоваться, злиться и так далее. Нужно фиксировать такие моменты, останавливаться и пытаться понять, почему тебе вдруг стало не так? Это как раз те знаки, которые посылает нам жизнь.

- И как, хён, часто удаётся тебе заметить? – любопытствует КванРи.

- Сегодня был знак, - со значением в голосе произносит ХёнШи.

- Какой? – с интересом спрашивает КванРи.

- Знаешь, я раньше думал, - задумчиво говорит ХёнШи, зажав между пальцами правой руки палочки, словно сигару, - что умная девушка, это хорошо. И что моя девушка, будет умной. Но сегодня… Сегодня я понял, что это ошибка. Жизнь показала мне.

- И как это было?

- ЮнМи.

- ЮнМи?!

- Хён, она раздражает.

- Раздражает? Чем?

- Тем, что говорит таким тоном, что будто стопроцентно права. Будто знает всё лучше всех.

- Но она, кажется, действительно знает то, о чём говорит, хён! И умеет много.

- Вот это-то и бесит. Девушка не должна быть умнее парня!

- Почему? – удивлённо смотрит на друга КванРи.

- Сам подумай! Что это тогда будут за отношения? Если жена умнее, значит и образование у неё будет лучше, и зарабатывать она будет больше. Зачем тогда мужчина нужен? А?

- Ммм… - задумывается КванРи, - Ну да, пожалуй ты прав. Трудно будет сохранить такую семью.

- Вот! – назидательно поднимает вверх левый указательный палец ХёнШи, - Об этом-то я и говорю, хён! Девушка должна быть умной, но не слишком. Тогда отношения в паре будут гармоничными. А от таких, как ЮнМи - все парни разбегутся. Кто такую терпеть будет?

- Ну-у… - задумывается КванРи, - мне кажется, что ты слишком категоричен, ХёнШи. Мир большой, людей в нём много. Неужели не найдётся в нём парня, который окажется умнее её?

- Но я-то не умнее! - видимо особо не подумав, что он говорит, с досадой произносит ХёнШи.

КванРи с удивлением смотрит на собеседника.

- Так ты что, просто завидуешь? – с удивлением от открывшегося, вопрошает он, - И всё что ты тут сказал, это просто… обоснование этому?

- Ничего я не завидую! Просто она много воображает о себе, – опять с досадой, но уже по другому поводу произносит ХёнШи и, желая показать, что разговор окончен, наклоняется над своей миской, начав агрессивно шуровать в ней палочками, перемешивая лапшу с соусом.

- Постой, - секунды три посмотрев за ним, медленно произносит КванРи, - а случаем, она тебе …не нравится? А?

Палочки ХёнШи замирают.

- С ума сошёл? – спрашивает он, поднимая лицо и стараясь выглядеть натурально удивлённо-возмущённым, - С каких это пор меня интересуют школьницы?

- Она не простая школьница, - всё так же, неспешно произнося слова, отвечает КванРи при этом, внимательно смотря на лицо ХёнШи и, видимо оценивая его театральные возможности, - В Америке училась. Трудно будет тебе её заинтересовать…

- Да не хочу я её заинтересовывать! С чего ты взял?! - возмущается ХёнШи, - Просто слушать такое смешно!

- Если хочешь, могу дать совет, - не отреагировав на столь бурное проявление чувств, предлагает КванРи.

- Какой? – сразу перестав возмущаться с интересом спрашивает ХёнШи чуть подаваясь вперёд.

- Если ты собрался нести эти носилки, то ты ухватился не за ту сторону, - с нотками мудрого старца в голосе, произносит КванРи, - вряд ли у тебя получится произвести впечатление своими знаниями. Почему бы тебе не воспользоваться тем, чем ты умеешь? Ты же лучший танцор в группе. Это у тебя получается лучше всего. А она совсем не умеет танцевать. Зря ты её сегодня так отчитывал. Девочка совсем огорчилась. Видно, что она хочет научиться, а ты её ругаешь, вместо-того, что бы помочь.

- Да я не ругал, - озадаченно говорит ХёнШи, видно, вспоминая, что там и как было на репетиции, - просто она совсем не занималась дома. Всего по часу в день! Разве можно научиться танцевать за такое время?

- Хён, она «банан», - напоминает КванРи, с сочувствием в голосе объясняя очевидные всем, но, только, видимо, не ХёнШи, вещи, - она из Америки. Там всё по-другому. Там столько не работают, как у нас. И думают не так. И разговаривают по-другому. Ты что, сам не видишь, что она только внешне похожа на кореянку?

- Мм-м, - задумчиво мычит ХёнШи, обдумывая слова.

- Почему бы тебе не стать её сонбе? – предлагает КванРи, - Она с уважением смотрит на тебя, когда ты танцуешь. Даже с завистью, я бы сказал.

- Да? – переспрашивает внезапно повеселевший ХёнШи.

- Ну да. Если ты научишь её танцевать, от этого будет польза всем. И группе, и ей, и тебе.

- На это время нужно будет тратить… - задумчиво произносит ХёнШи, похоже, уже прикидывая, как это организовать.

КванРи пожимает плечами, как бы говоря – «ну а ты как хотел?» и говорит: ЮнМи девочка не очень красивая, но, необычная. С такими талантами как у неё, она может стать очень известной. Не хочешь стать первым учителем танцев у будущей «звезды»? Может, она о тебе когда-нибудь, вспомнит…

- Ужином угостит… - спустя пару секунд ехидно добавляет КванРи, глядя на впавшего в задумчивость друга, - рамён купит…

Время действия: вечер этого же дня

Место действия: дом мамы ЮнМи. Большая гостиная. Семья в полном составе пьёт чай перед телевизором.

Сижу, пью облепиховый отвар, он мне больше всего по вкусу, вместе со всеми смотрю телевизор. По телеку показывают итоги недели, идёт репортаж о поднятии затонувшего военного корвета. В данный момент, эксперт, на которого сделали «включение» из студии, подробно, с использованием схем, рассказывает, что, как и что за чем, будет происходить. Показали видео, как под дном судна прокладывали каналы с помощью насосов. Видео получилось коротким. Как только насосы включили, вся картинка сразу пропала, превратившись в непроглядное облако бело-зелёной мути. Дно в этом месте оказалось илистым, и пока думали что да как, корпус судна успел к нему «присосаться», если говорить по-простому. Короче говоря, просверлили потоком воды под днищем дырки, протащили в них стальные тросы, закрепили на судне ещё пару огромных баков с водой, подготовили всё к подъёму. Когда начнут поднимать, воду из баков выгонят сжатым воздухом. Они начнут всплывать, начнут тянуть за собою вверх. В этот момент, два плавучих крана, привезённых на место катастрофы, начнут тянуть за продетые под нищем тросы. В итоге, общего приложенного усилия должно хватить, что бы оторвать корвет от грунта…

Сижу, смотрю, вспоминаю, как наш Курск поднимали. Грустно всё это… Грустно и печально…

Сюжет заканчивается, и ведущие начинают рассказывать, как в стране обстоит дело с посевной. СунОк хмуро отворачивается от телевизора и придвигается на попе по полу к столику, видно собираясь налить себе ещё. Я, молча на неё смотрю. Два дня с ней не разговариваю. Она достала уже своей тупостью. Позавчера, онни принесли на носилках. Не, она не попала в автомобильную катастрофу, нет. Она была на очередной вечеринке. Помнится, в одной из дорам был сюжет, как хитрая главная героиня решила прикинуться пьяной, в расчёте на то, что парень, на которого она положила глаз, потащит её на спине домой, как в Корее принято. Но не тут-то было, как говорится! Её начальник, который руководил пьянкой, был супер-организатором в этом вопросе, плюс, отягощён нехилым опытом. Короче говоря, для таких случаев, у него были припасены носилки. И вот, вместо спины главного героя, перехитрившая в итоге саму себя, героиня поехала на носилках в больничку. На промывание желудка.

Честно говоря, я думал это смешная придумка сценариста той дорамы. Но, нет. Вчера на микро фургончике, на таких же оранжевых носилках, как в той дораме показывали, привезли онни. Кроме неё, в фургончике ещё было четыре мужских тела. Но они лежали на полу так, в навал, без всяких носилок, на синей плёнке. Носилки, как я понял, благородно уступили даме. Водила «маршрутки», вместе с сопровождающим вытащили СунОк, на носилках занесли в дом, выгрузили, куда им сказали…

Как у них с пьянкой тут всё классно организованно! У нас упор в этом деле больше делается на подготовку, а тут всё комплексно продумано. И до и после, как говориться. Предусмотрительные они, эти корейцы…

Онни прибыла в полнейшей «отключке». Глянул, что с ней. Я не специалист по приведеню в чувство, но на вид, вроде, отравления особого нет. С мамой положили, накрыли, проследил. Ночь прошла спокойно. К обеду следующего дня очухалась. Сразу за бок свой схватилась, идиотка. Не, я точно, как-нибудь под настроение, до ихнего ректора дойду! Сущее безобразие, как говориться, а не учёба!

Онни наливает чай, косясь на меня. Пфф… Надо говорить. Тем более, что мама рядом.

- Ты когда к врачу пойдёшь?

СунОк замирает с чайничком в руках.

- Ты обещала.

Онни так до врача и не дошла. Чжувоновские тряпки я сдал в магазин, зарплату получил, так что, деньги есть. Есть порекомендованный моим психиатром специалист. Всё есть. Нет желания дойти до него. Всё что-то мешает. То учёба, то очередной хвесик…

- Наверное, нужно подождать, чтобы в боку всё успокоилось, - отвечает онни, - что бы анализы вышли точными…

Что за хрень она говорит? Она, что…?

- Ты что, боишься?!

- Почему, боюсь? Ничего я не боюсь… - пряча глаза, бормочет онни и начинает суетиться с посудой.

Я сморю, как она тычит и никак не поставит на место чайник между мисочек и до меня неожиданно доходит. Дорамы, ну, конечно же! Мельче рака там ведь ничем не болеют! Господи, ну что за идиотизм? Взрослая ведь уже девушка!

- Ты что, думаешь у тебя рак? – спрашиваю я её прямо в лоб.

- Что ты такое говоришь, ЮнМи? – испуганно ахает рядом мама, - Разве можно так говорить?

- У тебя не рак, у тебя всё гораздо хуже! – не обращая внимания на маму, «наезжаю» я на испуганно замершую СунОк, - У тебя прогрессирующее выпрямление мозговых извилин! Идиотизм в хронической форме, вот что у тебя там! Ещё пару месяцев и ты в законченную идиотку превратишься!

- Юна! Как ты разговариваешь со своей сестрой?! – возмущается мама, - Сейчас же извинись!

- Да? Извиниться? А то, что она насмотрелась дорам, понапридумывала себе всяких ужасов и поэтому не хочет идти к врачу, это как? Итак, уже, месяц прошел, как идти собирались! Сколько ещё ждать? Всё ведь в хроническую форму переходит, если не лечить!

Мама ничего на это не возражает. Смотрит на СунОк. Та сидит, опустив голову и молчит.

- Значит так, - веско говорю я СунОк, - завтра я узнаю, когда врач принимает, и иду, веду тебя за ручку к нему. Понятно?!

- Ты чего сегодня такая агрессивная? – поднимает она голову и вопросительно смотрит на меня.

- Устала, - подумав, отвечаю я.

Честно говоря, да. Весь день прошёл в суете. Вроде бы движений сделано много, а «выхлопа» - ноль. Всё идёт не так быстро, как хочется. Парни тормозят с песней. То произношение страдало, сейчас как-то приблизились к допустимому варианту с первым куплетом и припевом, теперь поют не так. Сегодня сходил к ним «в берлогу», посмотрел. Уже когда припёрся почти к дверям, вспомнил, что теперь я девушка и меня могут изнасиловать. Ну, не идиот ли я? Подумал, плюнул, решив, что уже поздно разворачивать оглобли прямо перед дверьми, а парни - нормальные. Не похожи они на тех, кто по первому удобному случаю насилует школьниц.

Место для тренировок потребовалось потому, что настала фаза репетиции вокала и лишние слушатели до дебюта, ну совершенно не нужны. Посмотрел предложенный вариант. Оказалось, что помещение принадлежит семье ЫнХёк. У них там склад какой-то магазинной мелочёвки. ЫнХёк с парнями заделали одну из его стен зеркалами и организовали танцкласс. Не фонтан конечно, но, как говорится, за неимением гербовой, пишу на простой. Вентиляция нормальная, скамейки, освещение. Правда, пришлось настоять, что бы они убрали свинарник, который они там развели. Нет, я действительно не люблю, когда всё раскидано. И я им правду сказал, что порядку меня научила музыка. Ну ещё и моя мама, хе-хе… Но, натурально ведь воняло же! Они что, не чувствуют? Как можно заниматься в таких условиях?

Парни, понятное дело, поупирались, но на принцип идти не стали. Сами ж видели, что у них помойка из угла на середину комнаты выезжает. Животворящего пендаля на битву с ней им только не хватало…

Однако, потом ХёнШи на мне на танцах отыгрался. Всё ему не так было. Тоже мне… специалист… Хотя, танцует он реально классно. Как у него так получается? Не понимаю…

Вообще, этот ХёнШи ко мне цепляется. Подловил меня с синтезатором, что я не знаю, что там в нём есть. А я действительно, не помню, есть «электронный голос» в этом Корге, или нет? В домашнем был, тут тоже, вроде, должен быть... Кстати, я так и это не посмотрел. Нужно инструкцию глянуть. Вот, не было печали, теперь ещё вокал изображать. Опять время тратить…

Я вздыхаю. Ладно. Дорогу осилит идущий…

- Пойду, гляну, что там, в интернете творится, - говорю я своим, - может, кто перевести чего хочет?

- Сходи, дочка, - кивнув, разрешает мама, - сходи.

Пойду…

Ох, грехи мои тяжкие… - думаю я, поднимаясь на ноги и чувствуя, что отсидел правую ногу, - знать бы ещё, какие…


Время действия: следующий день

Место действия: дом семьи ЧжуВона. Бабушка и начальник охраны.

- Я прочитала твой доклад, СанУ, - недовольным голосом говорит бабушка, смотря на собеседника поверх очков.

- Прошу прощения, госпожа, - с сокрушённым видом отвечает тот, - но иногда бывает, что расследования идут не с той скоростью, с которой бы хотелось… Но это вопрос времени. Так или иначе, но мы получим интересующую вас информацию.

- Ты уже месяц её       получаешь, - сварливо говорит бабушка и спрашивает, - что, эта Гё ХоЧжу, настолько тверда, что вы не нашли к ней ключи?

- Всё, что её интересует, это её здоровье, госпожа, - отвечает СанУ, - похоже, человек, для которого она это сделала, долгое время поддерживал её деньгами, на которые она лечилась. Отсюда такая преданность.

Бабушка качает головой.

- Да, - говорит она, - лейкоз крови это серьёзно…

СанУ тактично молчит.

- Хорошо, - говорит бабушка, - то, что ты написал про знакомство дяди девочки и судьи, это верно?

- Да, госпожа, - почтительно наклоняет голову начальник охраны, - они знакомы со школы. Вместе учились. Он встречался с ним. Думаю, что вероятность оправдательного приговора очень высока.

- Хм, - задумывается бабушка и решает, - ладно. Тогда, если это случится, поиски организатора этого всего, можешь прекратить. Ни к чему это уже будет. Что ещё тобой сделано, СанУ?

- Достигнута договорённость с рядом крупных интернет-компаниями. В течение года они будут заниматься модерацией информации, касающейся господина ЧжуВона. А именно – удалением видеозаписей с его проводов в армию под предлогом нарушения авторских прав и сообщений в чатах ряда сайтов определённой направленности под предлогом нарушения правил оставления комментариев. Это мы начали делать буквально с первого дня. Ситуацию удаётся держать под контролем и информация особо никуда не расходится.

- Почему только на год? – интересуется бабушка.

- Специалисты сделали заключение, что больше этого срока заниматься этим, смысла нет. Через год, как они сказали, это утонет в недрах интернета. Архивы лент комментариев будут потёрты в нужных местах, видео, со всех сайтов раздачи – удалено. Конечно, что-то где-то всё равно останется, но для его поиска придётся приложить значительные усилия. А если будет вынесен оправдательный приговор, то это уже не будет иметь особого смысла. Поэтому, модерация будет год, госпожа. Итак, не дёшево вышло.

- Да уж, - чуть морщится бабушка, видимо вспомнив сумму в отчёте.

- Но это всё равно меньше чем было запланировано потратить, с учётом коррекции баз данных МВД, госпожа. Ещё пришлось заплатить телевизионным агентствами. Почти все они вырезали выступление ЮнМи из своих новостных репортажей.

- Хорошо, СанУ, - кивает бабушка, - ты неплохо поработал. Как только будет решение суда, сообщи мне об этом.

- Да госпожа, - кланяется начальник охраны.


Время действия: на следующий день

Место действия: дом мамы ЮнМи, зал для посетителей в их ресторанчике. СунОк с молотком в руках вбивает небольшие, ярко-жёлтые гвоздики в стену. Мама, отойдя подальше, руководит правильностью проведения работ. За одним из столиков сидит ЮнМи и, подперев голову рукою, индифферентно наблюдает за происходящим.

Сижу, наблюдаю за дурдомом. Чёрт меня дёрнул за язык сказать своим про задание, данное мне на работе – повесить в рамках на стену свои сертификаты. Мама, как услышала… Короче, нам тоже надо! В итоге, онни сделала два комплекта цветных сканов и купила два комплекта рамок. Теперь онни вешает сертификаты в золотых рамках на стену, а мама следит, что бы было ровно. Место для размещения композиции выбрано так, что любой посетитель кафе не сможет уйти, не заметив этой выставки. Смотрю на происходящее и меня, как говорится, терзают смутные сомнения… Чё б мне было не промолчать тогда про свои знания? Как-то неудобно, теперь. Вроде, как хвастаюсь. Пфф…

Всё, последний гвоздь вбит, началось «повешенье». Первой, мама вешает на гвоздик большую фотографию ЮнМи. Рамка по размерам такая же, как и остальные. Внизу, написаны мои фамилия и имя, чтобы было понятно, что я дочь владелицы этого кафе. Ниже фото, в рядок, располагаются сертификаты. Отойдя назад, мама зовёт меня и СунОк к себе, что бы вместе посмотреть, что получилось.

Встаю, подхожу, встаю слева, онни встала от мамы справа. Смотрю. М-дааа, иконостас, однако…

- Вот, - обнимая нас руками и прижимая к себе, с гордостью произносит мама, - пусть все знают, какие у меня дочери!

Дочери? Там ведь вроде я один висю… Или вишу… Мама целует нас в макушки. Сначала меня, потом СунОк. В этот момент у меня звонит телефон, нарушая сакральность момента. Выкручиваюсь из-под маминой руки, отхожу в сторону, доставая из кармана свою «раскладушку». Номер незнакомый… Кто это?

- Да, - говорю я в телефон, установив соединение.

- Добрый день, - вежливо отзывается знакомый голос в трубке, - это Пак ЮнМи?

- Да, это я, - отвечаю я, замечая, что онни и мама с интересом смотрят на меня.

Поворачиваюсь к ним спиною.

- Привет, это ХёнШи.

- А, привет. Слушаю тебя.

- Тут такое дело. Я поговорил с парнями, и мы решили, что если ты будешь так мало заниматься танцами, то у нас ничего не получится. Тебе нужно больше практиковаться.

Да знаю я, знаю! Кто б ещё учил, а то делаешь, делаешь, а потом оказывается, что делал всё неправильно… А к чему этот разговор?

- Я буду твоим сонбе по танцам, - неожиданно предлагает ХёнШи, - буду тебя учить. Ты согласна?

- Конечно, согласна! – не задумываясь, сразу соглашаюсь я.

- Хорошо. Значит, договорились. Сегодня ты сможешь?

- Прямо сегодня? А где? Там, где мы были?

- Нет. Для такой привереды как ты, там не комфортно. Я помогаю проводить танцевальные занятия в одной из школ, там хороший зал, душевые и раздевалки. Попробую оформить тебе на месяц гостевую карту, но, если не получится, может, придётся немного заплатить. Устроит?

- Вполне, - говорю я, - а где это?

- Скину тебе адрес СМСкой. Сегодня в шесть, окей?

- Окей, сегодня в шесть вечера. Договорились.

- Тогда – пока.

- Пока.

Отключаюсь, закрываю «раскладушку», оборачиваюсь. Мама и онни очень заинтересованно смотрят на меня.

- Тебя пригласили на свидание? – с интересом спрашивает мама.

- С чего вдруг такой вывод? – удивляюсь я.

- Просто у тебя очень довольный вид.

Довольный вид? У меня? Почему? Хмм… А! Довольный вид, это наверное от того, что парни, похоже, согласны работать со мною. До этого было как-то вроде да, как-то вроде нет. Фифти-фифти. А теперь они решили, что я буду с ними. Ну, раз ХёнШи будет меня учить? Значит, меня приняли в коллектив! Приятно, что тут говорить!

- Да нет, мама, - улыбаясь, говорю я, - просто появилась возможность попрактиковаться в танцах. Хорошее место и преподают хорошо. И вроде, даже месяц бесплатно можно будет заниматься. По гостевой карте.

Онни недоверчиво смотрит на меня с выражением – «что-то тут нечисто»!


Фальстарт третий


Как называется, когда лежишь, но хочется лежать ещё сильнее? Вот у меня как раз такое состояние. Недавно приполз с тренировки. Жир болит во всём теле. ХёнШи реально танцевальный монстр, дэнс машина, как про таких говорят. После двух с половиной часов интенсивных занятий, когда от усталости на простых «шагах» у меня начали проседать в коленях ноги и стало закручивать вкруг себя, он, посмотрев на меня с явным сожалением, сказал, что на сегодня всё и велел идти домой, а сам остался «скакать» дальше. ХёнШи оказывается помощником сонбе начинающей группы. В зале жуть, что творится! Битком! Занятия расписаны до часу ночи. Вот каким бизнесом нужно тут заниматься! Подготовкой к чему-либо. К сдаче каких-нибудь экзаменов, зачётов, получению аттестатов, к прослушиванию в агентствах… Похоже, в этой бизнес-нише в Корее никогда не будет отбоя от желающих.

Пришёл домой после занятий. «Упал», чуть ли не в прямом значении этого слова. Ни на что более не годен. Чёрт, ещё анекдот со мною приключился. Ноги натёр… Трусами. Внутреннюю поверхность бёдер. Аж печёт… Помазать бы, каким-нибудь кремом… Холодным. Но это ж вставать нужно, у СунОк искать… Сил нет. Похоже, завтра, я буду полный «разволюшен». Зато теперь понятно, почему фраза - «один час занятий в день», вызывает столь сильное удивление у окружающих…

Лежу. Ничем осмысленным заниматься нет желания. Подтащил к себе по полу свой ноут, вылез через него в интернет, решив почитать что-нибудь о к-поп. Что б хоть какое-нибудь представление иметь, кто тут ху из ху, как говорится…

Наткнулся на «горячую тему». Народ в комментах обсуждает новость о том, что спустя три года после дебюта, девушкам из гёрлз-группы AOA впервые заплатили, о чём официально заявило их агентство - FNC Ent….

(история реальная, спасибо bushido приславшему информацию. Поскольку книга пишется с целью познакомить читателей с Кореей, то я решил, где это возможно и не принципиально для сюжета, использовать оригинальные названия существующих групп и их участников, в надежде, что вдруг кто-то из читателей захочет посмотреть клип и заинтересуется их творчеством. Например, группа АОА (сокращённо от Ace of Angels)

http://www.youtube.com/watch?v=3fDnj6zD4gE Прим. автора)

Мда-а… Походу, агентство FNC Ent живёт, не чуя земли под собою. Как это так, три года не платить денег?! Группа у них что, в рабстве, что то ли? Работают только за еду?

Посмотрел клип АОА про кошек (http://www.youtube.com/watch?v=yV0h5A9VcHw), потом про сердечную атаку. (http://www.youtube.com/watch?v=brUyoeiEha4)

Девчонки симпатичные, впечатления, что их голодом морят, не производят. Клипы тоже, не из палок и верёвок сделаны. Костюмы не из тряпья. Ощущение, что всё стоит немалых денег. Но, три года сидеть без гроша? В чём смысл? Что, агентство все средства вбухало в клипы, а на мемберов уже не хватило? Грохнуло всё в попытке раскрутить группу, а бабло решило стричь потом? Допускаю, что такое вполне возможно… Любой предприниматель имеет право вести свои деда следуя рисковым финансовым стратегиям. Вот только я бы, на такого предпринимателя, больше трёх месяцев не проработал бы. Да ещё бы перед этим сто раз подумал, с таким «резким парнем» связываться… Интересно, а девчонки, чего сидели? Наверное, контракт у них с адской неустойкой… Вот! Ещё одна монетка в бесценную копилку опыта – думать и смотреть, чего подписываешь! Думать и смотреть!

Читаю ленту комментариев. Интересно, а что местные корейцы думают по этому поводу?

(интернет)

{ } - Им три года приходилось плясать во всяких колледжах и университетах в одних трусах, чтобы вы, спонсоры, могли попивать пивко и отдыхать от души. Так что теперь платите им нормально! 


{ } - Их успех на 70% состоит из достижений Сольхён и ЧоА!


 { } - Сольхён сказала, что хочет в этом году подзаработать, как можно больше! Представьте, какого это: три года пахать, как проклятый, за бесплатно!


{ } - Им впервые за три года заплатили. Вау, круто...


{ } - Просто они должны были сначала окупить все свои уроки, клипы, одежду, услуги композиторов и т.д....


{ } - "Очень редко гёрлз-бендам начинают платить всего через три года после дебюта!" - вот как пиарятся FNC. 


{ } - FNC реально думают, что это нормально, когда тебе начинают платить аж через три года?


{ } - Не помешало бы FNC пройти проверку... Я слышала, что это незаконно - заставлять трейни работать бесплатно для того, чтобы окупить вложенные в них деньги...


{ } - EXID начали платить через год.


{ } - FNC ещё говорят, что это 'быстро'... Снимаю шляпу перед пиаром FNC.


{ } - Они что, не могли брать всего часть денег из заработка девочек, дабы окупить всё? Они забирали все их деньги целых три года? Вау... Я слышала, что FT ни копейки не платили целых пять лет... Это агентство просто ужасно относится к своим артистам.


{ } - Теперь понятно, почему SM, YG, JYP и FAN - Большая четвёрка. Они не жалеют вкладывать денег в своё будущее и не заставляют своих артистов потом им всё возвращать. Распределение доходов между артистами и агентством в большой четвёрке такое: Как только их артисты начинают работать - им сразу же начинают платить.


{ } - FT не платили целых пять лет, так что пусть фанаты AOA не надеяться, что девочкам вдруг заплатят колоссальные суммы. 


{ } - Я помню, как-то давно, КонМинзи, на TV, рассказывала, что ей начали платить спустя год после дебюта, и тогда же она купила своим родителям дом. Да, они хоть и были мега-популярны тогда, но FNC беса гонят, когда говорят, что это нормально - ничего не платить людям целых три года!


{ } - Их директор – чмо! Он и его семья продают и покупают акции налево и направо, когда как его артисты годами работают бесплатно!


{ } - Им заплатили только лишь благодаря тому, что люди начали плохо говорить об агентстве за то, что оно не платит девочкам. Я сомневаюсь, что им платят. У Сольхён несколько рекламных контрактов и она постоянно ходит на мероприятия... И она одна сейчас зарабатывает деньги. AOA тренировали далеко не так долго, как артистов YG или SM, как же они могли влезть в такие долги?


{ } - FNC сначала нужно научиться платить своим артистам, а потом уже мечтать попасть в Большую четвёрку. Даже GOT7 начали платить спустя месяц после дебюта. Три года, мать вашу... Не удивительно теперь, почему многие айдолы в депрессии. Они тяжело работают и ничего за это не получают!


{ } - Технически, агентство может сказать, что платит девушкам, даже если эта сумма равняется 50 вонам...


Да-а… Дела… Представляю себе: приходишь такой довольный, потирая ладошки за деньгами, а там тебе пятьдесят вон начислили… Бери и ни в чём себе не отказывай, дорогой… (как это может выглядеть в действительности, можно посмотреть тут:

( http://drive.google.com/open?id=0B9gl8tKWTRDHRmI5UGRwQ29NS3M пр. автора)

Что ж? Как видим, в подвалах красивых здешних замков, как и везде - черти водятся... Не знаю, кто такие КонМинзи и FT, но, похоже, проблемы с вознаграждением мучают не только мемберов FNC Ent… А здешние корейские фаны, похоже на тех, что в дорамах показывают. Готовы вступиться за своих кумиров, как только решат, что пора…

- ЮнМи! - заглядывает в комнату СунОк, - Ты чего лежишь?

- Устала, - трагическим голосом отвечаю я, поворачивая голову в её сторону, - на тренировку ходила…

- А-а… Ясно. Давай, вставай! Тебя мама зовёт.

- Зачем?

- Хочет показать тебя соседкам. Там две аджумы пришли, с дальнего конца улицы. Ты их наверняка не помнишь…

- Зачем меня показывать соседкам? – не понимаю я.

- Ну, мама же повесила твои сертификаты в зале? Теперь многие её знакомые захотят увидеть тебя ещё раз.

Ух, ё-моё, японский городовой! И как часто меня будут теперь «показывать»? Я что, мартышка, что ли, из зоопарка? И ещё как вовремя, с показом-то угадали… Как раз, когда еле лежу. Самое время!

- Слушай, онни, у тебя случаем крема нет? – спрашиваю я, - Какого-нибудь увлажняюще-охлаждающего, а? Очень нужно.

- Зачем? – не понимая, немного хмурит брови СунОк.

- Да понимаешь, ноги растёрла… на этой тренировке…

- Мозоль? – не врубается в проблему онни, - Крем от мозолей не поможет.

- Да не, - объясняю я, - трусами. Швы на них почему-то грубыми оказались…

Онни озадачено смотрит на меня.

- Покажи! – требует она и приседает рядом со мною.

Показываю.

- Вот и вот…

- Какое всё красное! – удивляется СунОк и качает головой, - Сильно натёрла! Так растёрла ноги, но всё равно занималась, хотя тебе было больно! Какая ты упорная!

СунОк с уважением во взгляде смотрит на меня.

Упорный? Я? Это ХёнШи упёртый, а не я, упорный! Если бы я не стал падать на пол от изнеможения, так бы, наверное, и танцевал бы там ещё, до часа ночи… И чёрт меня дёрнул одеть эти новые трусы! Подумал - ну, вроде в спортзал иду, переодеваться буду… Кто ж знал, что так выйдет? Когда на своей Земле занимался спортом, тоже, бывало, натирал кожу. Однако, это были места на ладонях и ступнях. Гриф там, штанги, потягаешь, побегаешь… Но вот так что бы там? Не помню такого! Не было такого, однозначно! А сейчас так получилось, наверное, из-за того, что ЮнМи девушка. А кожа в этом месте у девушек очень нежная, знаю. Вспотел, да и понеслось… Хм, вот же незадача какая! Придётся, значит, специально подбирать нижнее бельё для занятий. Смотреть, что бы на нём было как можно меньше швов, а лучше, что бы их совсем не было…

О! А это идея! Помню, у нас как-то одно время агрессивно рекламировали подобное! Именно без швов и именно для женщин. Наверняка и тут такое же есть. Нужно будет найти, где оно продаётся и купить. Иначе я буду возвращаться домой после каждой тренировки полуприсяду и в раскоряку, как сегодня… Словно не танцами занимался, а ни пойми чем…

- Онни, дай крем, если есть, - прошу я, стараясь делать это пожалостливей, - а маме скажи, что я занимаюсь, не могу сейчас. Ты ведь на моей стороне, онни? Хочешь, займёмся твоим проектом?!

Всё полезнее, чем незнакомых аджум развлекать…

Чуть слышно вздохнув, онни поднимается на ноги и направляется к своему шкафу. У неё там есть выдвижной ящик, в котором полно всякой косметики.

- Знаешь, - говорит она, выдвинув его и начав в нём копаться, позвякивая содержимым, - я вот всё думаю, про то, что ты предложила… Про «Ужин с СунОк»…

Перестав позвякивать перебираемыми банками, онни достаёт одну из них и принимается читать про себя её этикетку.

- И что? – спрашиваю я, - Что надумала?

- Мне кажется, - отвечает она, поворачиваясь ко мне, - что у меня не получится…

- Почему? – честно удивляюсь я, - Ты же даже не попробовала!

- Понимаешь, я читала советы профессионалов молодым артистам. Тем, которые первый раз выступают на сцене. Профессионалы говорят, что для того, чтобы на тебя обратили внимание, нужно сделать первое выступление как можно более ярким и запоминающимся. Тогда есть шанс, что зрители тебя запомнят. Я думала, как это сделать и ничего придумать не смогла. Что я могу рассказать людям? Как я хожу в институт? Как учусь? Разве это интересно?

- Можно устроить взрыв на кухне, - не секунды не раздумывая предлагаю я, - снимаем, как ты готовишь блюдо, потом БАХ! Ты вся такая в макаронах и соусе, с невозмутимым видом говоришь, что это очень вкусно и предлагаешь всем попробовать повторить!

- Да ну тебя! – обижается СунОк, - я серьёзно говорю, а ты смеёшься! Почему у тебя всё просто? Взяли и сделали, хотя никогда раньше этим не занимались?

- Зачем усложнять жизнь? – отвечаю я, - Берёшь и делаешь. Что-то получится, потом получившееся исправишь и сделаешь второй раз лучше. Было бы желание. А думать, как оно будет, можно вечно.

- Всё равно, - не сдаётся онни, - всё равно нужно хотя бы представлять, как это будешь делать. Нужно людей спросить, которые уже делали, хотя бы что-то похожее. Послушать их советы. Ты думаешь, что это неправильно когда говорят, что первое выступление должно быть ярким?

- У нас не экшен, - говорю я, - у нас вечер историй. Как его сделать ярким? Костюмы одеть? Маски? Рассказать историю разными голосами? Это всё потребует уменья и денежных затрат. А мы хотели обойтись с тобою по-минимуму, если помнишь.

- Значит, нужно рассказать очень интересную историю. Чтобы люди её сразу запомнили. А не про то, как я езжу на метро…

Я задумчиво смотрю на онни. Хм… Что-то вот есть в том, что она сказала. То, что первое выступление для зрителей должно быть как атомный взрыв, это она стопроцентно права. Но вот как сотворить такое в литературном жанре? На сцене можно использовать пиротехнику, видеоэффекты, мощный звук… А в истории… Есть только сама история. Значит, она должна быть суперской! Чё я такой тупой тормоз? Просто нужно попробовать вспомнить что-то из бестселлеров моей Земли и дать его озвучить онни. Что-нибудь не длинное. А потом этот шедевр можно будет оттащить в издательство! И получить за это денежку! Ессс!

«Властелин колец»? «Хроники Амбера»? Или, «Игры престолов»? Не, наглеть не стоит. Для начала нужно выяснить, смогу ли я вообще хоть что-то вспомнить из книг. Так сказать, в принципе. Лучше попробовать что-нибудь простое, короткое. Где-то так на полчаса. И то, что с гарантией может понравиться корейцам, потому, что история будет для них. Хм… Помниться мне, что в моей Корее, большой популярностью пользовалась сказка Экзюпери «Маленький принц»… Объясняли это тем, что философский посыл этого произведения созвучен конфуцианским идеям и поэтому понятен корейцам. По-моему это неплохой вариант «на попробовать». Эта сказка и во всём мире была популярной. Можно будет потом перевести её на английский… Хотя, собственно, на английском я её и читал… Пфф… Похоже, это будет перевод с английского на корейский… Ладно! Ничего страшного. Дорогу осилит идущий. Главное – вспомнить всё!

- Знаешь, онни, - быстро прокрутив это в голове, говорю я, - а давай, я попробую написать интересную сказку. И ты её будешь читать несколько вечеров. Сказку запомнят, а вместе с ней и тебя. Как идея?

- Сказку? – вытаращивается на меня онни, зажав баночку с кремом в руке, - Ты? Ты напишешь сказку?!

- Я попробую, - обещаю я, - время ещё есть. Если через неделю получаться ничего не будет, начнём придумывать что-то другое. Устроит?

- Ты же хотела стать айдолом?– удивлённо спрашивает СунОк.

- И что? – не улавливаю я сути её вопроса.

- Что бы стать писателем, для этого нужно много работать. И что бы быть айдолом, тоже нужно много времени. Не получится сразу быть писателем и айдолом. Ты не успеешь.

- Писателями рождаются, а не становятся, – уверенно говорю я, – тут талант нужен, а не работа.

Если бы хорошим писателем можно было стать, просто работая, то их бы было вокруг как собак нерезаных. Тоже самое, касается и хороших композиторов…

- С чего ты решила, что у тебя он есть? Ты же ещё ни одной книжки не написала?

- Да, я ещё даже не пробовала, - соглашаюсь я, - Но, может, я как раз, родилась писателем? Вот попробую и узнаю. Файтин!

Я делаю жест рукою.

- На, вот, файтин, попробуй этим намазать, - покачав головою, говорит онни.

Подходит ко мне и протягивает баночку: - Он очень хорошо увлажняет и смягчает кожу…

- Спасибо, СунОк, - благодарно киваю я, беря крем.

Ща намажусь, буду жить!


Время действия: следующий день

Место действия: ЮнМи на своём рабочем месте что-то быстро набирает на клавиатуре с использованием английской раскладки.

« ..- Да, да, я люблю тебя, - услышал он. - Моя вина, что ты этого не

знал. Да это и не важно. Но ты был такой же глупый, как и я. Постарайся

быть счастливым... Оставь колпак, он мне больше не нужен.

- Но ветер...

- Не так уж я простужена... Ночная свежесть пойдет мне на пользу.

Ведь я - цветок.

- Но звери, насекомые...

- Должна же я стерпеть двух-трех гусениц, если хочу познакомиться с

бабочками. Они, должно быть, прелестны. А то кто же станет меня

навещать? Ты ведь будешь далеко. А больших зверей я не боюсь. У меня

тоже есть когти.

И она в простоте душевной показала свои четыре шипа…»


Кто там?! Начальник что ли бродит?

Постаравшись принять вид человека занятого усиленной умственной деятельностью, неспешно поворачиваю голову вбок, вроде, как бы, размышляя. Кажись, никого… Встаю, делаю пару шагов из моего загончика в проход и назад, так, словно разминаясь. Никого! Показалось… Кунчан-ним сидит у себя, остальные тоже, по своим рабочим метам, работают. Я же, сегодня, вместо работы, фигачу на английском «Маленького принца». Пришедшую прошлым вечером в голову идею, удалось попробовать осуществить только сегодня. Вчера всё же пришлось пойти поразвлекать пришедших к маме подруг. Ну, мама просила… Хотя, сидеть в обществе незнакомых людей и пытаться вести себя так, как они ожидают, а не так, как хотелось, было сложно. Сложно и скучно. После посиделок стало уже поздно. Ещё нужно было сделать тест, что врач прислал, потом, после того как сделал, силы окончательно кончились. В общем, завалился я спать. А утром с трудом встал, позже, чем собирался. Бегать не пошёл. Куда тут бегать, в таком состоянии? До работы добрался, уже счастье. Ноги за ночь поджили, но всё равно, напоминают о вчерашнем танцевальном безумстве. А на работе… Никак не мог сосредоточиться на том, что нужно компании. Плюнул, решил сделать себе умственный перерыв и попробовать вспомнить и записать сказку. Поначалу дело шло плохо. Вспоминал, вспоминал… Один общий сюжет в голове крутится. Огорчился, сходил на перерыве за кофе для местных, тоже выпил и после этого у меня внезапно попёрло! Наверное, так хотел вспомнить, что пока ходил туда-сюда, мозг встряхнулся, очнулся и нашёл в своих закромах искомое. Пишу, как с листа! Просто фантастика!

«… И она в простоте душевной показала свои четыре шипа…»

Then she added:"Don't linger like this.You have decided to go away.Now go!"


For she did not want him to see her crying. She was such a proud flower…»


А сказка действительно хорошая! Помню, когда её читал, как-то не задела меня она, хотя все хвалили. А сейчас - даже интересно! И сюжет есть, и мысли, над которыми задумываешься… Почему так? Наверное, когда я тогда читал, больше внимания уделял переводу, чем книге как книге. Правилам, значению слов. Сейчас же я её читаю просто как сказку. А может, я постарел? Говорят, с каждым прожитым годом, отношение человека к прошлому меняется… Да, скорее всего я постарел. Год, с небольшим, пожалуй прошёл с той поры, хе-хе… Так, что там было дальше?

« — Она была такой гордый цветок…»…

Пожалуй, в переводе, это будет лучше звучать так:

« — Это был очень гордый цветок…»


Бззз! Бззз! Бззз!

Телефон ползёт по столу, вибрируя от входящего вызова.

А чтоб тебя! Поработать не дадут! Кто там? ХёнШи? Что ещё случилось?

- Да, алло, - говорю я, отвечая на звонок.

- Аннён!

- Аннён.

- Что делаешь?

- Работаю. Текст перевожу… - недовольным тоном человека оторванного от важного дела, конкретизирую я своё занятие.

- А-а, а я думал, что ты так сказала, что работаешь…

- Что значит – «так»? – не понял я, прижимая телефон плечом к уху и протягивая руки к клавиатуре.

- Придумала. Ты же ещё в школе учишься. Кто возьмёт тебя на работу без диплома? Вот ты так и сказала, что бы выглядеть старше...

- Делать мне больше нечего, как придумывать, - насмешливо хмыкаю я, вновь начиная набирать колотящийся внутри черепушки и требующего выхода текст, - зачем звонишь? Что случилось?

- Хотел сказать, что сегодня занятия в танцзале начинаются в шесть, а не в семь. Я вчера тебе не сказал, потому что ты ушла раньше.

- Я сегодня не приду.

- Почему?

- Ноги натёрла.

- Кроссовками?

- Трусами.

…….(длинная пауза)

- Алло! ХёнШи! Алло!

Куда он делся? Разъединило, что ли?

- ЮнМи, а что, девушки в Америке… Они… Все такие? – осторожно спрашивает ХёнШи.

- Какие, такие? - не понимаю я, смотря на экран.

- Непосредственные.

Это он к чему? Я что-то неправильно сказал? «Отматываем» назад. Мммм… Так! Про трусы это я, пожалуй, зря. Я же теперь как бы девушка. Им подобное не принято говорить. Парень знакомому парню может так сказать, а девушка нет. Ох уж эти условности! А то можно подумать, что парни не знают, что девчонки в трусах ходят! Что за бред?

- Извини, ХёнШи, возможно мне не стоило говорить так. Просто я сейчас занята и пытаюсь одновременно говорить с тобой и работать. Поэтому, так вышло.

- Да нет, ничего. Приходи на занятия. Уверен, что после вчерашних у тебя всё болит. Нужно сегодня сделать лёгкую растяжку, дать телу небольшую нагрузку. Увидишь, тебе станет легче.

- Слушай, я сегодня с трудом до работы дошла! Какие мне танцы?!

- Заниматься нужно каждый день. Иначе результата не будет.

- Пока я себе нижнее бельё не куплю, заниматься я не буду!

- Гм!

- Слушай, ХёнШи, мне сейчас не до соблюдения условностей! Извини, но я действительно очень занята! Сегодня я не приду. Что-нибудь ещё?

- Ты на мосту Бонпо уже была?

- Нет. А что, нужно было?

- Хорошо. Я позвоню. Пока.

Пфф…

Отставив в сторону руку с телефоном, озадаченно смотрю на него. Почему он так быстро «отрубился»? Обиделся? Вот, блин… Эх! Как всё не просто. Ладно, следующий раз, когда увижу, извинюсь. Куплю ему говядины. Он пожрать любит… Как и я. Помиримся…

Так, возвращаемся к нашим баранам. На чём я остановился?


«…- А, вот и подданный! - воскликнул король, увидав Маленького принца…»


Время действия: вечер, несколько дней спустя. Ещё не поздно, но уже темно.

Место действия: набережная реки Ханган. На берегу, на одной из многочисленных лавочек, сидят ЮнМи и ХёнШи. Рядом с каждым из них лежит сумка со спортивной одежной. Молодые люди, повернув головы к реке, смотрят световое шоу.


Красиво! Мост Бонпо, это мост-фонтан, туристическая достопримечательность Сеула. Сделан специально для вегугинов. Насосы, установленные на мосту, качают воду из реки и сбрасывают её обратно вниз через трубы разного диаметра. Концы труб расположены на высоте моста, а внизу, под ним, поставлены разноцветные фонари. Вся система управляется из одного центра. Просто, но в темноте смотрится очень даже хорошо. Можно даже сказать - впечатляюще. Меняющиеся цвета отражаются ещё в воде реки и иногда действительно, получается настоящий мост-радуга, как его называют.

Когда я занимался своим «нелегальным» бизнесом, я видел в списке туристических точек это место, но вот как-то так получилось, что побывать здесь вышло только теперь. Живьём тут гораздо красивее, чем на буклете. Бумага не передаёт запаха воды, запаха зелени и запаха жарящегося где-то мясца… Вечер, начало лета, река, лепота!

Сюда меня привёл ХёнШи. Оказывается, от танцзала до моста, совсем не далеко. Нужно просто знать дорогу.

Я вообще-то не хотел идти, но он сказал, что мне нужно посмотреть. В Америке такого нет, сказал он. Ну, раз в Америке нет… Решил поддержать свою «заграничную легенду», сходить. По идее, американке должно быть интересно такое увидеть. Вот, сижу, смотрю. Красиво.


Бонпо. Мост-фонтан.

- Хочешь пить? – оборачивается ко мне ХёнШи.

- Можно, - киваю я, отрываясь от созерцания разноцветных водопадов.

Я поворачиваюсь и берусь за свою сумку, собираясь расстегнуть молнию, что бы достать бутылку с водой.

- Подожди! – останавливает меня ХёнШи, - Вот, возьми.

Он протягивает мне баночку светло-серебристого цвета. Такую, в каких обычно продают газировку.

- Что это? - спрашиваю я, вопросительно смотря на неё.

- Я купил тебе апельсиновый сок. Натуральный. Американцы все пьют натуральный апельсиновый сок. Возьми.

- А-а, - понимающе киваю я.

Ну, раз все американцы пьют апельсиновый сок, тогда и мне нужно его пить. Не стоит выбиваться из общего ряда и привлекать к себе внимание. Нужно брать!

- Спасибо, - благодарю я, беря баночку.

- Расскажи мне про Америку, - неожиданно просит ХёнШи.

Про Америку? Что я могу рассказать про страну, в которой ни разу не был? Плюс, к тому же, эта страна вооще из другого мира. Непростой вопрос, я бы так сказал…

- Почему ты спрашиваешь? – задаю я вопрос, желая потянуть время и собраться с мыслями.

- Просто интересно, - говорит ХёнШи, смотря в сторону, на мост, - хочу уехать отсюда. Говорят, Америка – страна больших возможностей. Люди могут там делать, что хотят.

- А здесь разве не так?

ХёнШи насмешливо хмыкает.

- Ты ещё не слышала, как тут молодёжь называет эту страну?

- Нет, - отрицательно кручу я головой.

- Ад Чосон, - с гордостью произносит ХёнШи, - добро пожаловать в ад, ЮнМи!

- Ад? – не понимаю я, - почему - ад?

- Много почему, - говорит ХёнШи, - сразу всё не расскажешь. А расскажешь – не поймёшь. Нужно здесь пожить, что бы увидеть самому.

- Ясно, - киваю я, - ну, а если коротко, лично тебя что больше всего не устраивает?

- Меня?

- Тебя.

- Пожалуй, то, что тут всё заранее определено, - наклонив голову, говорит ХёнШи.

Лицо его, освещённое разноцветным цветом фонарей с моста, неожиданно приобретает суровые черты.

- Например? – подталкиваю его я к заинтересовавшему меня разговору.

- Ну, как бы тебе попроще объяснить… Если ты, к примеру, пошёл в один детский сад, то после, ты сможешь пойти только в определённую школу. Школу, в которой учатся те, кто ходили в такие же детские сады. А после школы, ты сможешь пойти только в определённый университет. В котором все такого же уровня, что и в школе…

- А я слышала, что в Корее очень высокий уровень образования, - возражаю я, - и экзамены проводятся очень честно. Кто на сколько сдал, тот в такой университет и поступил.

- Экзамены, - поводит плечом ХёнШи, - вот именно… Экзамены! Все учатся как сумасшедшие, а что потом? Одна ошибка и ты третьесортный человек. И всех интересует лишь название твоего университета, а не то, на кого и как ты учился. На хорошую работу берут людей из хороших университетов. Зачастую, даже если специальность не совпадает, всё равно берут. У тебя должно быть столько-то балов тут, столько-то балов там, и тогда твоя жизнь удалась. Тебя принимают везде. А если нет, тогда всё. Тебе ничего не светит.

- Везде так, - успокаивающе говорю я, не до конца понимая сути высказываемых претензий.

- Не везде, - не соглашаясь, мотает головою ХёнШи, - Вот ты! Ты приехала из Америки. Ты ведь совсем другая. Ведёшь себя по-другому, говоришь по-другому и думаешь, видно, не так как принято. Ты совсем другой человек. Не такой, как я.

Так, похоже, разговор ступил на тонкий лёд. Нужно перемещаться поближе к берегу…

- Если у нас такое хорошее образование, - начинает горячиться ХёнШи, - почему тогда на должностях креативных директоров, в том же Самсунге, полно европейцев или американцев? Сколько талантов находят у нас каждый год на всяких музыкальных конкурсах и шоу? Куда они все исчезают? Почему в мировых музыкальных топах их нет? Почему там только белые?

Ну, вообще-то да, вопрос интересный…

- И куда они исчезают? – спрашиваю я.

- Есть такая штука – традиции, - вздохнув, говорит ХёнШи, - нужно делать так, как принято. Если делать как-то иначе, то это не хорошо. За это будут осуждать, понимаешь? А если делать так, как принято, то, что тогда можно создать нового? Тогда можно лишь за кем-то повторять. Поэтому и нет наших групп в музыкальных топах. И не будет...

Хм… Взгляд на традиции как на тормоз креативности созидания? Ну, возможно в этом что-то есть, раз ХёнШи так возмущается. Неспроста же он так завёлся? Он тут жил, ему виднее...

- Традиции, это с одной стороны хорошо, а с другой стороны – не очень, - чуть сбавив накал страсти в голосе, говорит ХёнШи, - А есть ещё третья сторона. Там где совсем плохо. Мне кажется, что ты почти не знаешь традиций. Если не сумеешь поставить себя в школе, узнаешь, что это такое. Узнаешь про третью сторону.

Да уж, могу себе это представить! Поэтому, я туда и не пойду. Видели корейские дорамы про школьную жизнь, знаем! А ХёнШи, оказывается-то, местный анархист! Или, бунтарь. Не знаю я подробностей идей батьки Махно, может они к ХёнШи и не подходят.

- Меня это не волнует, - отвечаю я, - я буду супер-звездой! Пусть в школе учатся те, кто понимает в математике и физике. А я уж как-нибудь обойдусь без этого горя.

- А ты их не понимаешь?! – удивляется ХёнШи.

- Не-а, - говорю я, отрицательно мотая головой, - у меня мозги под другое заточены.

- Ну, ты даёшь! – изумляется ХёнШи, - Что, правда не пойдёшь в школу?

- Не пойду, - мотая головой, говорю я.

- А родители?

- Тут всё зависит от вас, - отвечаю я, имея в виду парней, - сделаете до начала учебного года хит, какая тогда учёба? Деньги нужно будет зарабатывать, а не за партой сидеть.

- Айдолы и в агентствах учатся, - говорит ХёнШи.

- А кто тут из агентства? У нас будет самостоятельная группа. Сами всё сделаем.

- Нет! – отрицательно крутит головою ХёнШи, - Не получится. Так не делается.

- Традиции? – спрашиваю я.

- Что? Да, традиции… Ах-ха-ха-ха, традиции! Ну, ты меня поймала, ЮнМи! Традиции! Ах-ха-ха-ха!

- Всё получится, - говорю я, - Нужно делать и всё получится.


Время действия: несколько недель спустя

Место действия: дом мамы ЮнМи


Сижу, смотрю со своими дораму. Мульча тоже участвует. Пока на телеке крутят рекламу, мысленно считаю дни на пальцах. Жду, когда, наконец, закончится это безвременье и начнётся «движуха». Безвременье - это ожидание конца учебного года. Разузнал информацию об особенностях учебного процесса в Корее. Учебный год здесь разбит на две части. Два семестра. И в школе и в университетах. Одинаково. Учёба у всех начинается на первой неделе марта и заканчивается на 3 неделе июля. Каникулы до третьей недели августа. Затем начинается второй семестр, который длится с 3 недели августа до 3 недели декабря. Потом каникулы, длительностью где-то с месяц. После - экзамены на первой неделе февраля. А с первой недели марта обратно на учёбу. Так что, терпеть осталось мне недолго – дело движется уже к середине июня. Месяц с хвостиком стался. Как я понимаю, сейчас у всей молодёжи Кореи – «мёртвый сезон», все учатся. Не до плясок, как говорится. Пытаться замутить что-то где-то ещё на стороне, резону нет. Скорее всего, там тоже, так же будут тупо учиться, как и здесь. Лучше сейчас неспешно вкладываться в подготовку, что бы на каникулах рвануть на «третьей световой». Тем более, что на следующей неделе у меня суд. Хотелось бы пережить, покончить с этим и со спокойной душой дальше заниматься своими делами. Хоть я и верю во всемогущество дяди, но червячок сомнения не спит. Грызёт помаленьку. Вдруг, вместо свободы окажусь на нарах? Вот это будет номер…

Пока, в режиме неспешного ленивца, занимаюсь с парнями английским, шлифуем произношение. К моему удовольствию, дело, пусть медленно, но движется. Парни оказались не безнадёжны в плане языка. Потихоньку начинаю думать над вопросом – где записываться-то будем? Запись нужна качественная, чтобы потом было не стыдно её людям давать. Не, записаться-то запишемся, проблем со студиями тут наверняка нет. А вот как бы сделать это бюджетно, что бы не грохнуть в это дело все имеющиеся деньги… Вот это вопрос. Наличие средств «на кармане» как-то придаёт уверенности в завтрашнем дне, и даёт «пространство для манёвров» в осуществлении проекта. Клип бы ещё снять… Но, это тысяч пятнадцать вечно зелёных нужно, что бы сделать что-то самое простенькое. У меня такой суммы нет. Хоть и говорят, что легко заработанные деньги легко тратить, но почему только я один должен нести бремя расходов? Думаю, к этому следует подключить и парней. Поговорить с ними о финансах. Раз они верят в себя, то пусть подкрепят свою веру деньгами. Вера, она без хорошего меча и кольчуги, слаба. А доспех и оружие стоят дорого, хе-хе…

…В Сеуле началась ЖАРА. Хотел увидеть корейское лето. Увидел! Ей-ей, лучше бы я навечно в зиме остался! Там оделся по погоде и ноу проблем. А от жары спасенья нет. Кожу с себя не снимешь... Плюс ещё здешней жаре добавляется влажность. Море рядом, с него испаряется, сюда доходит, здесь конденсируется. По мне, влажность тут процентов эдак за двести. Говорят, что максимальная температура в первый месяц лета может достигать в Сеуле плюс тридцати восьми градусов по Цельсию. Пока, слава богу, днём около тридцати. Но и этого хватает. Дороги и здания за день конкретно прогреваются солнцем. Идёшь вечером по улице, а от них словно от духовки «пышет». Начинают учащаться дожди. Но облегчения от них особого нет. Даже наоборот. После дождя, когда всё испаряется, кажется, что воздух можно просто выжимать.

Кто бы мне сказал в прошлой жизни, что я с удовольствием буду носить юбку, я бы его за идиота посчитал. А вот теперь, нате вам, как говорится! С удовольствием таскаю вместо штанов всякие лёгкие юбчонки. Когда снизу в жару поддувает, это, оказывается, такая благодать! Но, просто так ничего не бывает. В жизни обязательно должны быть трудности. И лучше всего, если ты их устроил себе сам! Оказывается, кореянки обязательно носят под юбками шортики. Без них – никак! Трусы, шорты и юбка – вот стандартный комплект нижней части одежды приличной корейской девушки, выходящей летом на жаркую улицу. И ещё нужно прикрываться сумочкой, что бы эти шорты никто не увидел, когда идёшь по лестнице. И прижиматься к стене. О, боже мой, как говорится! Кто там чего не видел? Нет, вот нужно делать так и не иначе! Кстати, сумочки тут у девушек как чемоданы, которые в детстве болели и до конца не выросли. Чемоданы-недомерки, но никак не сумочки, в моём понимании каких размеров они должны быть.



Чёрт с ними, с прикрываниями, пережить можно, но шорты-то зачем?! Жарко ведь! Жарко до одурения! А вот традиции тут такие, япона-мать! Сдохни, но носи! Конечно, это не паранджа, уверен, в ней бы я сразу спёкся и умер, но тут всё же республика?! Республика Корея, как её называют в новостях. Какая же это республика, если без шорт под юбкой на улицу не выйти? Это какое-то безобразие, а не республика. Какие-то эмираты…

Реклама на телеке закончилась. Весёлые танцующие таблетки запрыгнули обратно в коробку и, блеснув на прощание золотой надписью на ней, исчезли. Дорама поползла дальше по своему сюжету. А в сюжете у нас два молодых парня весело нажирающихся за столиком в уличном кафе. Баррикада из пустых зелёных бутылок из-под соджу перед ними и разорванный пакетик чипсов на закусь. Один, на всю эту гору. Пфф… То же мне, повелители зелёного змия!



Что, режиссёр, который это снимает, хочет уверить зрителей, что они выпили всё под этот пакетик? Ага… Аж три раза! Скорее компания, продающая соджу, нехило за Product Placement проплатила… А у производителей чипсов - денег нет… Иначе, всё на столике было бы наоборот!

(Product Placement – скрытая реклама в фильмах и музыкальных клипах. прим. автора)

Вот так народ насмотрится таких сценок, потом пытается повторить, а потом бежит к врачам: «Ай-я-яй, спасите меня!». И те спасают… За деньги, естесссственно... Начинаешь думать об этом - прямо мафия какая-то! Может, действительно, они тут в сговоре? Самогонщики с эскулапами? Уж больно белые халаты как-то спокойно к этому относятся… Ну выпил, ну пьяный, да фигня! Вот вам рецептик на таблеточки… Попейте. А касса у нас на первом этаже!

Довёл я таки онни до врача. Пришлось чуть ли не за ручку вести. Если бы не настоял, так бы до сих пор, пожалуй, и шла. Ну, что? Гастрит у неё. Алкогольный. На стадии перехода в хроническую форму, как сказал врач. Все в шоке. Онни в шоке, мама в шоке и мой кошелёк, тоже в шоке. Штука с лишним баксов улетела на все эти анализы, томографию, по которой рак искали, консультации онколога для успокоения мозга СунОк и покупку медикаментов. Чёрт, как же дорого здесь лечиться! По моему разумению не так уж много эскулапы и сделали, а, поди ж ты! Содрали денег – мама не горюй! Эх, как говорится, хорошо быть здоровым и богатым… Что бы врачам не платить… Сдаётся мне, что мой психиатр, включив меня в госпрограмму поддержки несовершеннолетних, сэкономил мне кучу денег. Нужно бы его как-нибудь отблагодарить…

… Задружился с ХёнШи. Ничего парень. С ним поговорить можно. Правда, он, поначалу, всё пытался услышать от меня рассказы о жизни в Америке, что, понятное дело, меня напрягало, но, потом, слегка подумав, я догадался, как от этого избавиться. Сказал ему, что я оставил там всю свою прежнюю жизнь, очень переживаю по этому поводу и хоть стараюсь не подавать вида, но такие рассказы меня травмируют. Ну, должна же девчонка переживать переезд или нет? ХёнШи неожиданно оказался тактичным человеком, хотя снаружи он выглядит приличным разгильдяем. Подумал над моими словами, кивнул и сказал - «понимаю». И нормально стало! Больше про Америку он меня не пытает. Так, иногда, что-то по забывчивости спросит, а потом извиняется, вспомнив, что я «страдаю». Мне из-за этого стыдно и карма минус десять наверняка, но, другого выхода у меня не было. В качестве компенсации своей лжи, стараюсь его прикармливать в уличных кафе. Он покушать любит. Взялся показывать мне город. Ну, я так немного знаю его уже, но всё равно, мест, куда не ступала моя нога, тут гораздо больше, чем тех, где я уже был…

… В кино с ним сходили. На американский фильм. Боевик. Мне было интересно заценить качество спецэффектов в этом мире. Оценил. Примерно наш уровень начала века. И сюжет был не плох. Хороший фильм. Мне понравился.

… Записал целиком «Маленького принца». На английском. Сдуру показал СунОк, спросив, правильно ли звучат некоторые фразы в переводе на корейский. Онни смотрела на меня с испугом и жалостью. Видно, подумала, что с головой у меня совсем - того. Но, забрала почитать, пообещав помочь. Интересно, что она там начитает с её знанием английского. Посмотрим. Вскрытие покажет, как говориться… Теперь я думаю, что Экзюпери, это был явно «перебор». Ухватился за первое, что пришло в голову. Ура, я помню, погнали! Пфф… Нужно быть серьёзнее. Последствия просчитывать, а не следовать первой пришедшей в голову мысли… «Волшебник страны Оз» для вечерних посиделок бы был более уместен, чем «Маленький принц». Уж больно «Принц» глубок и философичен. Совсем не уровень автора возраста школьницы… Мда, дела… Но, не выкидывать же его теперь? Ведь ВЕЩЬ, однозначно! Людям в этом мире совсем не помешает иметь такую книгу у себя на полке. Может, издать её под псевдонимом, как я и собирался? Например – Экзюпери. Антуан Экзюпери. А деньги, тоже, как собирался, пустить на благотворительность. И имя автора прозвучало, и отличная история появилась в мире, и кто-то ещё помощь получит с этого… По-моему, всё хорошо. Никто не обидится, если что…

- Даже сквозь трещины может проникнуть ветер, сметающий все вокруг… - мечтательно повторяет онни услышанные слова из телевизора, - как красиво…

Дорама закончилась, и по телевизору опять погнали рекламу. Онни, на которую только что закончившаяся серия, похоже произвела сильное впечатление, делится им с окружающими.

- Я бы хотела быть таким ветром, - говорит она, поднимая руки и разводя их в стороны, похоже, показывая каким большим должен быть этот ветер, - что бы вот так… вуу-ух! И всё во все стороны полетело!

Онни размахивает руками, видно изображая сильный ветер.

- Ю, ты хотела бы быть ветром? – прекратив создавать бурю, оборачивается она ко мне.

Я задумаюсь на пару мгновений.

- Нет, наверное, - пожимаю плечами я, - наверху холодно и пусто. Что там делать?

- Ю-ю, нельзя быть такой скучной! – надувает губы СунОк и опускает поднятые руки, - А путешествия? А новые страны? Это ведь интересно!

- Путешествовать можно и на самолёте, - говорю я, - там тепло, уютно. Можно поспать пока летишь. Разбудят, покормят, плед дадут, спи дальше…

- Говоришь так, словно летала на самолёте! – говорит онни, строго смотря на меня, - Откуда тебе об этом знать?

А что, разве ЮнМи не летала на самолёте? Вот, блин! Опять брякнул не то… Ладно, ща совру.

- По телевизору видела, - делая честное лицо, говорю я, - представляла себе.

- А-а, - поверив, кивает онни.

К карме минус один… или два. Эх!


Время действия: день, время ближе к полудню

Место действия: зал суда. На скамье обвиняемых, рядом со своим адвокатом, сидит ЮнМи. По её лицу видно, что она волнуется, хотя старается этого не показывать. Одета она согласно рекомендациям адвоката – светло-синий короткий пиджак, белая блузка под ним, на шее – тёмно-красный шейный платочек, светло-синяя плиссированная юбка, заканчивающаяся выше колен, белые гольфы и чёрные, блестящие «новьём» открытые ботиночки. Короче, «образ школьницы» для создания соответствующего отношения суда и присутствующих в зале.

- Заседание суда считаю открытым! – бахает судья молотком по подставке и кладёт его рядом на стол, - начнём с проверки присутствующих…

- Господин адвокат, - обращается он к стороне истца, - я вновь не вижу вашей подзащитной.

- Господин судья! – вскакивает адвокат, к которому тот обратился, - моя подзащитная, госпожа Гё ХоЧжу, не может присутствовать на заседании, из-за состояния своего здоровья. Но она назначила меня своим доверенным лицом для представления её интересов в суде. Вот, нотариально заверенный документ!

Адвокат поднимает в вытянутой руке белый листок. Судья огорчённо качает головой.

- Госпожа Гё ХоЧжу так и не выздоровела? - констатирует он, - Это печально. Передайте ей мои самые наилучшие пожелания, когда увидите.

Адвокат кивает: Да ваша светлость. Обязательно. Спасибо.

- Приобщите справку к делу, - говорит судья адвокату и обращается к обвинителю, - Господин обвинитель, мы слушаем вас.

Адвокат с доверенностью направляется к секретарю, а обвинитель встаёт и, раскрыв папку с документами, начинает монотонным голосом читать обвинение: В результате проведённых по данному делу следственных действий, установлено, что обвиняемая Пак ЮнМи, находясь на…

Судья, подперев левой рукою подбородок, внимательно слушает обвинителя.

- …Таким образом, - спустя две минуты заканчивает читать короткое обвинение обвинитель, - исходя из выше сказанного, прошу суд признать Пак ЮнМи виновной в краже и назначить ей наказание в виде двух лет лишения свободы…

Мама и СунОк находящиеся в зале, меняются в лице.

- У меня всё, ваша честь, - говорит обвинитель, закрывая папку.

- Хорошо, - говорит судья и кивает ему, - спасибо.

- Обвиняемая Пак ЮнМи, - обращается судья к ЮнМи, - признаёте ли вы себя виновной?

- Нет, не признаю, господин судья, - встав, взволнованно отвечает ЮнМи.

- Можете отвечать сидя, - говорит судья, - говорите в микрофон, чтобы всем было слышно. Тогда как вы объясните факт обнаружения кошелька госпожи Гё ХоЧжу в вашем рюкзаке?

- Затрудняюсь объяснить это, ваша честь. Думаю, мне его подкинули.

- Подкинули? Вы знаете, кто это мог сделать? И почему?

- Я не знаю, ваша честь. Возможно, это просто… чья-то глупая шутка!

- Есть ли у вас враги?

- Ммм… - задумывается на мгновение ЮнМи и неуверенно отвечает, - Кажется, нет, ваша честь…

- Хорошо, - говорит судья, поудобнее усаживаясь в кресле, - слово предоставляется адвокату обвиняемой…

- Ваша честь, - встав и прокашляв горло, начинает свою речь адвокат ЮнМи, - моя подзащитная, ещё не успела закончить школу, но уже успела достигнуть выдающихся результатов…

Адвокат неторопливо, не спеша, начинает рассказывать судье и присутствующим в зале, какая ЮнМи хорошая и замечательная девочка. На божий свет извлекаются и предъявляются суду золотые сертификаты с объявлением баллов, полученных за каждый. Зал, чуть слышно, изумлённо гудит, оборачиваясь на гордо выпрямивших спину маму и СунОк. Адвокат анонсирует предъявление рекомендации с места работы ЮнМи. Зал опять изумляется, не понимая, как без диплома можно работать в такой хорошей компании? Судья благосклонно кивает. Адвокат, сделав паузу, что бы название «Sea group corporation» гарантированно достигло и уложилось в мозгу каждого из присутствующих в зале, начинает читать рекомендацию, в которой его подзащитная характеризуется со всех сторон положительно, отдельной интонацией выделяя фрагмент, в котором говорится о работе ЮнМи на острове Чоджу в качестве переводчика – полиглота. Народ уже во все глаза смотрит на сидящую со скромным видом ЮнМи. В конце своей речи, на сладкое, адвокат предъявляет справку из бухгалтерии «Golden Palace» c заработком «воровки» за последний месяц.

- … Таким образом, ваша честь, - говорит адвокат, - на основании этих документов, вы видите, что моя подзащитная имеет выдающиеся знания, хорошо оплачиваемую профессию и стабильное финансовое положение. Заниматься воровством у неё нет никакой необходимости. Я присоединяюсь к её ранее сказанной версии о том, что это происшествие – чья-то грязная шутка, на которую человека толкнула зависть, вызванная быстрым карьерным ростом моей подзащитной и её талантами. У меня всё, ваша честь.

Адвокат почтительно склоняет голову в сторону судьи, и садиться на своё место. Люди в зале начинают активно общаться, обмениваясь мнениями: Да, да, зависть. Зачем ей воровать при такой зарплате? Бедняжка, как ей не повезло! Кто мог такое сделать?

- Адвокат истца, - говорит судья, - вам слово.

- Ваша честь, - встаёт адвокат Гё ХоЧжу, - все, что сказал мой коллега, это замечательно, но он не сообщил о некоторых вещах…

Адвокат делает театральную паузу, подогревая интерес к своим словам. Судья с интересом, но терпеливо смотрит на него, ожидая продолжения.

- Обвиняемая Пак ЮнМи должна была закончить в этом году школу, - говорит адвокат, - но она этого не сделала. Как мне известно, она была отчислена незадолго до экзаменов. Поводом для её отчисления стала драка, устроенная обвиняемой в стенах учебного заведения…

- Уу-у, - выдыхает зал, смотря на ЮнМи уже другими глазами.

Судья неплохо изображает удивление на лице, вроде он только что об этом узнал.

- Протестую, ваша честь! – вскакивает со своего места адвокат ЮнМи, - Это вторжение в личную жизнь моей подзащитной!

- Это не может быть классифицировано вторжением в личную жизнь, - парирует адвокат истца, - поскольку речь идёт о результатах общественной жизни подозреваемой!

- Согласно пункту один один два, закона о защите информации персональных данных, разглашение результатов тестов гражданина без его на это согласия, являются незаконным деянием!

- Поведение ребёнка в школе не попадает под действие закона о защите информации!

- Попадает, поскольку дисциплинарное поведение каждого учащегося оценивается в балах, а такое деяние как их разглашение как раз и относится к случаю нарушения закона о защите информации персональных данных!

- Господа адвокаты, позвольте вмешаться, - произносит судья, мгновенно останавливая вспыхнувшую дискуссию, и обращается к адвокату пострадавшей стороны, - господин адвокат, откуда у вас данные об инциденте в школе Пак ЮнМи?

- Я беседовал с учителями и учениками школы, - отвечает тот.

- Есть ли у вас какие-либо документы, подтверждающие факт драки?

- Нет, господин судья.

- То есть, ваше заявление не имеет под собой документальной основы?

- Это совершенно точные данные, ваша честь.

- Но к делу приобщить у вас нечего. Адвокат обвиняемой, есть ли у вас, что сказать по этому вопросу?

- Да, господин судья! У меня есть решение из женской школы Bu Pyeong, в которой учится пак ЮнМи…

Адвокат наклоняется к столу и, быстро переложив несколько документов, находит нужный.

- Вот, - говорит он, показав его, издали судье, - подписано директором школы и имеет печать образовательного учреждения. В нём говорится о том, что в связи с состоянием здоровья учащейся Пак ЮнМи, обучение её переносится на следующий учебный год. Так же, решение подписано опекуном Пак ЮнМи, её мамой…

Адвокат смотрит на судью, ожидая его реакции.

- Предъявите документ суду, - требует судья.

Адвокат относит ему решение, судья читает, закончив читать, поднимает взгляд на адвоката стороны истца.

- У вас есть какие-нибудь документы от пострадавших в этой драке? – спрашивает он его, - Может, вы можете представить видеозаписи школьных камер, справки из лечебных заведений о нанесённых побоях, или что-то ещё?

- Нет, ваша честь, - отрицательно качает головой тот.

- Приобщите решение к материалам дела, - приказывает судья адвокату ЮнМи и выносит вердикт: Поскольку сообщение о драке стороной истца не подтверждено задокументированными свидетельствами, то этот вопрос судом не рассматривается. Дальше, что у вас есть ещё?

- Пак ЮнМи избила мужчину, нанеся ему увечья средней тяжести! У меня есть официальный документ из департамента полиции, в котором зарегистрирован этот случай.

- О-о! – изумляется зал, не веряще смотря на кротко выглядящую девочку на скамье обвиняемых.

Судья тоже как бы удивлён.

- В это трудно поверить, - говорит он и просит адвоката, - расскажите об этом поподробнее.

Адвокат рассказывает о случае с маньяком.

- Таким образом, - говорит адвокат истца, закончив и подводя итог сказанному, - этот случай показывает, что Пак ЮнМи способна совершать насильственные действия в отношении граждан, что так же подтверждает драка в её школе.

- Драку суд не рассматривает, - напоминает ему судья и продолжает, - а по этому случаю…

- Адвокат пак ЮнМи, что вы можете сказать?

- Ваша честь, этот случай никак нельзя рассматривать как насильственные действия в отношении граждан! Был нанесён всего один удар ногой. Не было никакого последующего избиения лежащего человека ногами или посторонними предметами. Учитывая весовые категории моей подзащитной и этого мужчины, а так же их разницу в возрасте, это была однозначно квалифицируемая самооборона. Кроме этого, обращаю внимание суда на тот факт, что пострадавший занимался возле женской школы противоправными действиями, за что был задержан полицией, его вина была доказана, и он был осуждён судом республики Корея. Если суд пожелает, я могу запросить и представить ему материалы этого дела, ваша честь.

Не ответив, судья спрашивает, смотря на адвоката истца: Вы согласны с этим?

- Всё так, ваша честь, но я хотел обратить ваше внимание на тот факт, что обвиняемая легко прибегает к физическому насилию. Тем самым, это указывает на её низкие моральные принципы и способность к противоправным действиям…

- Ваш вывод, сделанный на основании единственного удара, сильно притянут, - говорит судья, - очевидно, что испугавшись, девочка действовала в состоянии аффекта. О каких-то заранее спланированных противоправных действиях тут речи быть не может. Ваше замечание судом отвергается. Что у вас есть ещё, господин адвокат?

- Это всё, ваша честь, - прижимает тот свой подбородок к груди.

Фф-ф, - в целом недовольно выдыхает зал, наблюдая за слабо выступившим адвокатом.

- Хорошо, садитесь, - говорит адвокату истца судья и обращается к обвинению, - господин обвинитель, у меня есть к вам вопросы. Обнаружены ли отпечатки пальцев обвиняемой на украденном кошельке?

- Нет, ваша честь. По заключению экспертизы, материал, из которого сделан кошелёк, плохо сохраняет потожировые следы.

Уу-у, вот как? - удивлённо реагируют присутствующие.

- Понятно. Сколько в нём было денег?

- По описи к протоколу… двести пятьдесят три тысячи вон, - сообщает обвинитель, заглянув к себе в бумаги.

- Как вы можете объяснить факт того, что подозреваемая, имея постоянную работу и документированный доход в шесть миллионов вон, решила украсть столь небольшую сумму?

- Видите ли, господин судья, согласно сделанному нами запросу в лечебные учреждения, подозреваемая Пак ЮнМи в данный момент проходит лечение у врача-психиатра…

- Протестую, ваша честь! – вскакивает со своего места адвокат ЮнМи, - Это вторжение в личную жизнь моей подзащитной! Это разглашение врачебной тайны!

- Подождите, господин адвокат, - останавливает его судья и обращается к обвинению, - господин обвинитель, вы что, хотите сказать, что поступок подозреваемой является следствием её болезни?

- Да, господин судья!

- Протестую!

- Подождите. Господин обвинитель, то есть, вы знали, что подсудимая больна, но не сообщили об этом суду?

- Пока не успел, ваша честь.

Судья с острым неудовольствием смотрит на обвинителя.

- У вас есть медицинские документы, подтверждающие ваши слова?

- Да, ваша честь!

- Предъявите их суду.

- Я возражаю, ваша честь!

- Господин адвокат, я понимаю ваше стремление защитить вашу подзащитную, но если она больна, то дело должно рассматриваться совсем иначе. Я ещё вас спрошу, почему вы тоже утаили эту информацию.

В этот момент обвинитель доходит до стола судьи и предоставляет документ.

- Как я понимаю, на основании этого вы хотите сказать, что подозреваемая способна совершать неконтролируемые поступки из-за своего заболевания? - внимательно прочитав переданное ему, поднимает глаза на обвинителя судья, - Но в предъявленном вами документе об этом ничего не говориться.

- Но, господин судья, - возражает обвинитель, - тут написано, что она потеряла память. Вполне возможно, что она просто не помнит о краже.

- Я протестую! – кричит адвокат ЮнМи.

- Это только ваше предположение, господин обвинитель, или заключение медицинских специалистов? – спокойно спрашивает судья, оставив очередной вопль адвоката без внимания.

- Но если она не помнит, то значит, может забыть… - выдаёт пёрл логики обвинитель.

- То есть, значит, ваше, - перебивая, констатирует судья.

- М-м, да, моё.

- Хорошо, - говорит судья, откидываясь на спинку своего судейского стула, - господин адвокат обвиняемой, слушаю теперь вас. Что вы можете сказать по этому вопросу?

Адвокат ЮнМи эмоционально рассказывает об аварии и её последствиях для ЮнМи.

- Поэтому, она не смогла сдать экзамены в школе, ваша честь, - говорит адвокат, - и осталась на второй год. Исходя из сказанного мною …

Уу-у, - сочувственно реагирует зал, смотря на ЮнМи.

- Как она не смогла сдать экзамены, если не помнит, а потом получить пять золотых сертификатов по иностранным языкам? - перебивает адвоката обвинитель.

Адвокат в ответ молчит, видимо стараясь дать этому объяснение, но, не находя подходящих аргументов.

- Ваша честь, - довольный, что «срезал» адвоката, обращается к судье обвинитель, - этому нет объяснения. Очевидно, что Пак ЮнМи была отчислена из школы за драку, о которой говорил адвокат истца, но, для «сохранения лица», администрация учреждения, оформила это как по болезни. Обычное дело в таких случаях.

- У вас есть подтверждающие это документы? - чуть наклоняясь к столу, впивается взглядом в обвинителя судья, сразу переводя разговор в «бумажную плоскость».

- Нет, ваша честь, - чуть вздыхает тот, - но это очевидно любому, занимающемуся судебной практикой.

Судья офигевает от такого выпада в свою сторону и задумывается, смотря на обвинителя, видимо прикидывая, как ответить так, чтобы раз и навсегда поставить на место этого зарвавшегося обвинителя.

- У меня есть документы, - влезает в напряжённую паузу запасливый адвокат ЮнМи, беря из своей папки листки очередной бумаги, - у меня есть три заключения, трёх независимых врачей специализирующихся в психиатрии, сделанные ими на основании диагноза заболевания Пак ЮнМи. Все эти врачи утверждают, что ретроградная амнезия не вызывает у больного неконтролируемых им действий. В чём каждый из них подписался и поставил свою личную печать на заключение. Прошу суд рассмотреть эти документы и приобщить их к делу.

- Предъявляйте, - отвечает судья, перестав зомбировать взглядом обвинителя и смотря на адвоката.

- Приобщите к делу, - приказывает он, пробежав глазами предъявленные ему документы, и вновь обращается к обвинителю.

- Господин обвинитель, не кажется ли вам, что вы противоречите самому себе? А именно. Сначала вы утверждаете, что подозреваемая совершила преступление, полностью отдавая отчёт своим действиям, и просите ей два года тюрьмы. Потом вы утверждаете, что подозреваемая больна и совершает неконтролируемые поступки. Но раз она больна, то её нужно лечить, а не сажать в тюрьму, не так ли? Теперь вы говорите, что она отчислена из школы просто за драку, безосновательно обвиняя руководство школы в подлоге. Это опять противоречит сказанному вами ранее. Так всё-таки, какова окончательная версия у обвинения? Прошу вас, объясните свою позицию суду ещё раз, а то я уже путаться начинаю.

Обвинитель задумывается, вспоминая, что он говорил, и явно затрудняясь с ответом, потом произносит: Версия согласно зачитанному мною обвинению.

- Понятно, - кивает судья, - значит, считаем подозреваемую полностью дееспособной и рассматриваем дело в обычном порядке. Зачем тогда вы подняли медицинский вопрос?

Обвинитель затрудняется с ответом.

- Господин обвинитель, - не дождавшись ответа, говорит судья, с удовольствием смотря на замявшегося обвинителя, - суд выносит решение, руководствуясь в своей работе задокументированными фактами, а не гипотетическими предположениями. Дело находится сейчас не на том этапе, чтобы строить версии. Строить версии, это начало работы, это работа следователя, а не судебного обвинителя. Вы меня понимаете?

- Да, господин судья, - покраснев, с трудом выдавливает из себя фразу обвинитель.

- Хорошо, - опять же, с удовлетворением говорит судья, - продолжим.

- Почему вы сразу не сообщили о факте амнезии суду? – спрашивает он, обращаясь к адвокату ЮнМи.

- Я действовал в интересах моего клиента, - расправив плечи и гордо подняв голову, отвечает тот, - сохранял медицинскую тайну.

По залу проносится шепоток одобрения.

- Но вы же знаете, что если человек болен, то процедура рассмотрения дела должна проходить иначе?

- Господин судья, моя подзащитная – здоровый человек, что подтверждается предоставленными мною врачебными заключениями и полностью отдаёт отчёт своим действиям. У ЮнМи-ян отсутствуют воспоминания до момента аварии. После этого момента она всё прекрасно помнит. Помнит и то, что не совершала того, в чём её обвиняют. Кошелёк был ей подброшен.

- Хорошо, - кивнув, говорит судья, - давайте перейдём к опросу свидетелей…

Первой опрашивают продавщицу аптеки. В ходе ряда уточняющих вопросов выясняется, что она толком ничего сказать не может. Да, аджума купила у неё лекарство, потом вышла, столкнулась с девочкой. Подробностей столкновения она не видела, потому что была за прилавком и смотрела через витрину. Госпожа вернулась в аптеку, разволновавшись, хотела купить успокоительного, а кошелька-то нету! Ну, вот, в общем-то, и всё, что она знает.

Потом опросили патрульных, задержавших ЮнМи. Выяснили для начала, как они там оказались. Оказалось, они каждый день обедают в одно и то же время и в одном месте.

- Когда вы поняли, что что-то происходит? – задаёт им вопрос адвокат ЮнМи.

- По улице бежала госпожа и громко кричала, - переглянувшись, отвечает один из патрульных.

- Что именно она кричала? Вы можете повторить её слова?

- Помогите, помогите и украли.

- А что делала в этот момент ЮнМи?

- … М-м, она шла.

- Просто шла? Не бежала, не убегала, а просто шла?

- Да, просто шла.

- Не обращая внимания на крики?

- Да, господин адвокат.

- ЮнМи-ян, - обращается адвокат к своей подзащитной, - почему ты не обратила внимания на крики? Ты не слышала?

- У меня были наушники в ушах, - хлопая ресницами, отвечает та, - я музыку слушала…

- Ваша честь, - обращается адвокат к судье, - прошу обратить ваше внимание на тот факт, что после так называемой кражи, подозреваемая демонстрирует совсем не типичное для преступников поведение. Она неспешно идёт по улице и слушает музыку, как человек, который знает, что ничего не совершил предосудительного. Этот факт признан вызванными свидетелями.

Судья благосклонно кивает и, выяснив, что свидетелей по делу больше нет, переходит к следующему вопросу – требует результатов просмотра с уличных камер. Выясняется, что записей нет. Всплывает странная история с уличным вандализмом. Судья удачно изображает озадаченный вид, словно он об этом только что узнал. Присутствующие в зале, следуя за его эмоциями, тоже удивляются.

- Господин обвинитель, - спрашивает судья, - вы как-то можете объяснить это происшествие? И нет ли в этом связи с рассматриваемым нами делом? Раз подозреваемая заявляет о подлоге, вполне возможно, камеры были выведены из строя, чтобы скрыть момент его совершения и внешности того, кто его совершил. Что вы думаете?

- Господин судья, - отвечает тот, - объяснений этому может быть множество. Например, кто-то из преступного мира готовил какое-то серьёзное преступление. Для этого они вывели из строя камеры наблюдения. Но, что-то у них не получилось, что-то пошло не так, и они отложили свои преступные замыслы. В результате мы имеем гору испорченной техники и никаких последствий после этого. А может, это какой-то психически неуравновешенный человек боролся с вторжением в свою личную жизнь. Сейчас очень многие люди озабочены этим вопросом. Но кризис у него прошёл, или он начал принимать успокоительные и всё прекратилось. Я думаю, ваша честь, что никакой взаимосвязи с нашим делом и вандализмом в отношении камер, нет. Просто случайное совпадение.

Судя наклоняет голову к плечу, делая движение как бы говоря которым, «ну да, с вашей-то фантазией мне трудно спорить» и обращается к адвокату истца.

- Скажите, господин адвокат, госпожа Гё ХоЧжу, что она делала в этой аптеке? Ведь она, судя по документам, живёт в совсем другом районе?

- Видите ли, господин судья, госпожа Гё ХоЧжу – очень больной человек. Ей еженедельно требуется приём определённых лекарственных препаратов, согласно назначенному циклу лечения. Препараты эти достаточно дороги, а моя подзащитная не имеет достаточно средств, что бы покупать их не глядя на цену. Госпожа вынуждена искать места, где их можно купить подешевле. Цены в аптеках могут различаться, ваша честь. В тот день, она как раз приехала издалека, чтобы купить себе лекарство…

Судья понимающе кивает адвокату, показывая, что вопрос снят.

- У кого-то есть еще, что сказать по существу рассматриваемого дела? – спрашивает судья, обращаясь ко всем присутствующим.

В ответ – молчание.

- Хорошо, - удовлетворённо кивает судья и сообщает: Суд приступает к выработке решения. Прошу соблюдать в зале тишину и порядок!

Он закрывает и откладывает в сторону папку, лежавшую перед ним на столе, кладёт на её место лист бумаги, и, склонившись над ним, начинает в нём что-то писать ручкой, периодически ненадолго задумываясь и иногда что-то подчёркивая. Присутствующие в зале в уважительной тишине наблюдает за ним. Спустя минуты две, судья откладывает ручку в сторону, берёт в руки лист бумаги и сообщает: Внимание! Оглашается решение суда по делу несовершеннолетней Пак ЮнМи. Рассмотрев предъявленные сторонами документы и заслушав показания свидетелей, суд установил. Первое. Финансовое состояние подозреваемой стабильно, подозреваемая дееспособна. Мотивы для совершения подозреваемой преступления, отсутствует. Второе. Подозреваемая по месту работы и учёбы характеризуется положительно, в связях с людьми, имеющими преступное прошлое или ведущими асоциальный образ жизни – не замечена. Третье. Все доказательства вины подозреваемой, представленные суду, являются косвенными. Отпечатки пальцев подозреваемой на объекте кражи - отсутствуют. Прямых свидетелей преступления нет. Подозреваемая свою вину отрицает.

Рассмотрев всю совокупность предоставленных фактов и заслушав показания свидетелей, а так же, учитывая успехи Пак ЮнМи в учёбе, способные принести в будущем несомненную пользу нации, суд постановляет: Первое. Признать Пак ЮнМи невиновной. Второе. В связи с медицинскими показаниями обязать комиссию по делам несовершеннолетних установить надзор за Пак ЮнМи с целью оказания ей адаптивной помощи и защиты. Надзор установить сроком не менее чем на год. По истечении этого срока прекращение или продление надзора определить комиссии самостоятельно, по результатам наблюдения за поднадзорной и результатам медицинских показаний. На этом заседание считать закрытым. Решение суда может быть опротестовано в сроки и в порядке, установленными законодательством.

Бах!

Судья трахает молотком по деревяшке и, положив его на стол, встаёт со своего места, показывая, что всё, контора закрыта. Разом заговорив, люди в зале, следом за ним, поднимаются со своих мест, обсуждая увиденное и услышанное.


(фрагмент телефонного разговора вечером того же дня. Разговаривают дядя ЮнМи ЮнСок и судья ДжиХун)


….

(ДжиХун) – Как ты просил, я поставил твою племянницу на учёт в комиссию несовершеннолетних. Хоть знаю, мне кажется, что это ты зря, с армией. Музыка, это тоже, хорошая вещь.

(ЮнСок) – Если бы она ничего больше не умела, кроме танцев, то да, я бы согласился. Но, с её талантом к языкам, это детская блажь. В жизни нужно твёрдо стоять на ногах, а эстрада – слишком переменчива. СунОк удачно навела меня на мысль о военной карьере для ЮнМи. Я вспомнил, что у меня есть связи в нашем разведуправлении. Теперь, когда её оправдали, я поговорю там, кое с кем. Ни одно агентство не возьмёт себе трени, стоящую на учёте в комиссии, а для армии, это не страшно. Я знаю.

(ДжиХун, смеясь в трубку) – Хочешь сделать из неё разведчицу?

(ЮнСок, шутливо пугаясь в ответ) – Её мать меня за это убьёт!

(ДжиХун) – Так откуда она узнает? Об этом ей никто не скажет.

(ЮнСок) – Да нет, это всё шутки. Пусть работает переводчиком. За её знания ей будут хорошо платить. А потом, армия, это уважение, льготы и надёжность. То, что нужно для женщины. И там сейчас по закону берут на работу обратно, после родов. Сам знаешь.

(ДжиХун) – Возможно, ты прав. Буду надеяться, что знаешь, что делаешь.

(ЮнСок) – Спасибо тебе большое, хён. Прямо не знаю, как тебя отблагодарить за ЮнМи.

(ДжиХун) – Очень просто. Помни, что у тебя есть друг. Не пропадай на полгода. Жизнь, сам знаешь, коротка и хорошего в ней, не так уж много. А встреча со старым другом – это очень хорошо, ЮнСок.

(ЮнСок) – Прости, ДжиХун…


Фальстарт четвёртый


Не, бигуди онни, точно не нужно. Возможно, это нынче модно, но ходить по улицам с такой штукой на голове, это чересчур…

Сижу за столиком с ХёнШи в кафе, ожидая заказанное, разглядываю рекламу. «Купите программу для мобильного шоппинга!» - призывает яркий плакат на стене. На нём симпатичная девушка в розовом пальто, показывает заставку этой программки на экране своего телефончика. А на голове у неё, в волосах, закручена здоровенная «бигудёвина». Это что? Это теперь мода такая, что ли? Официально признанная, раз в рекламе уже показывают? И что сие должно означать? Мило? Красиво? Возможно. Но непонятно, почему вдруг бигуди стали украшением? Или, может, это что-то вроде – «домашняя милашка прособиралась на работу и забыла привести причёску в порядок»? Хм… Странные корейцы люди… А ещё страньше, если они к тому же девушки... А розовое пальтишко ничего на ней так… Цвет здоровский. ЮнМи, пожалуй, пошло бы такое…


Два дня назад был суд. Меня оправдали, всё отлично, гора с плеч. Дома успели это дело хорошенько отметить, я - пивом, полезным моему организму, мама и онни – корейским самогоном, соджу. Всё хорошо, только вот непонятно, почему судья решил повесить на меня «обремененье» в виде надзора комиссии несовершеннолетних? Если бы не это, то, в общем-то, можно было бы и в агентство сунуться. Мол, смотрите, я «чист», а то, что было, это просто какая-то ненормальная меня преследует. Может, судья не мог по-другому? Какие-то судебные заморочки? Дядю, что ли, об этом спросить? Нужно ли? Судья вряд ли изменит решение, приговор вынесен, а так я покажу дяде, что знаю, что у него есть связи… Да и нужно ли мне это агентство нынче? И так обойдусь!

Сегодня с ХёнШи гуляем в старом городе. Вчера мама мне деликатно напомнила, что у СунОк скоро день рожденья. Это на тот случай, если я забыл. Вот, озаботился поиском подарка. Даже и не знаю, что ей подарить. Одежду, косметику, обувь? Помню, она хотела съездить за границу. Но на это у меня пока денег нет. Поделился проблемой с ХёнШи. Мол, нужен подарок для девушки. Что можно купить девушке? И где?

- Что за девушка? – спросил он в ответ.

- Моя старшая сестра, - ответил я.

- У тебя есть онни? – удивился ХёнШи и тут же удивился ещё раз, - Ты не знаешь, что подарить своей онни?

Ну-у, вообще-то это действительно странно, подумал я в ответ на его удивление. Жить рядом и не знать? Что же это за семья тогда?

- Если бы я жила, где жила раньше, - ответил я,- то я бы знала. Но сейчас мы в Корее. Думаю, что будет правильно купить что-то корейское, наше. А я не знаю, что и где.

Мысль надавить на чувство патриотизма оказалось совершенно верной. ХёнШи сразу перестал удивляться и полностью одобрил идею купить что-нибудь «своё, отечественное».

- Если шоппинг - это район Мёндон, сувениры и украшения - это Инсандон, - сказал он, и спросил, - Ты была на Инсандон?

- Один раз и очень быстро, - ответил я, - можно сказать, что нет.

- Думаю, твоей сестре нужно купить украшение сделанное корейскими мастерами, - сказал ХёнШи, - в Америке таких нет. Поедем, я покажу тебе Инсандон. Там сохранился старый дух Кореи и там много всяких лавочек, продающих украшения. Недорого.

Ну, Инсандон так Инсандон, - подумал я, - почему бы и нет? Вот, гуляем, глазею. Ну, что сказать? Старый район, он и есть - старый район. Но, поскольку архитектура для меня непривычная, всё смотрится весьма экзотично. И контрастно. Например, частный дом на возвышенности, со своим, буйно зеленеющим огородом, а ниже, на другом берегу реки – современные, блестящие стеклом, современные здания. Стык эпох! Не меньше.



Помнится, в дорамах про «золушек», частенько показывают подобные домики. Как несчастная главная героиня живёт в подобной развалюхе, выходя вечерами на крышу, чтобы посмотреть на город в огнях и помечтать о будущем, ну и о принце, когда он у неё появляется. И вся она страдает, живя в ТАКОМ. А я б, пожил. Отремонтировал бы всё, да и жил бы себе. Свежий воздух, зелень, почти центр Сеула, вид на реку. Что ещё нужно? Может, действительно, прикупить тут какую-нибудь развалюшку, да и жить? Один дом будет у моря, второй у реки. Чем плохо? Деньги появятся, нужно будет подумать…

Улочки чистенькие, ухоженные. Действительно, много всяких магазинчиков. Какие-то цветы и зелень в горшках, продаются так, без участия продавца. Товар на столике, или прямо на крыльце, выставлен на улицу, цена подписана. Рядом, на стуле, коробка для денег, куда нужно положить требуемую сумму и откуда можно взять сдачу.



Честно говоря, сильно удивился, увидев такую «самопродажу» товара, порадовав этим ХёнШи.

- В Америке такого нет? – обрадовался он, поняв, что тут Корея утёрла нос мировому гегемону.

Ну да, нет, - покивав, признал я. Не видел там такого. Да я такого, если что, и в России не видел …

Кроме самопродающихся цветов, полно лавочек, продающих ювелирку. Но это уже не на улице, а внутри домов, никаких «самопродаж». Это меня слегка порадовало. Есть, значит, предел честности и у корейцев. А то уж, что-то вообще, моя Москва начинает мрачно выглядеть. По этому случаю вспомнилась мне фраза Маргадона из «Формулы любви»: «Варварские обычаи: ключи раздают, а замков нет!». Я тут как Маргадон в России…

Походили с ХёнШи по лавкам. Небольшие помещения, заставленные стеклянными витринами. Некоторые продавцы так прямо и живут в своём магазине. В одном магазине, из торгового зала была видна обычная кухня. Эдакий дом-магазин.



Когда я увидел содержимое витрин, у меня просто глаза разбежались. Никогда не думал, что столько сразу красоты бывает! Всё блестящее, красивое, с разноцветными камушками. Сразу видно, что ручная работа, а не какая-то там, штамповка. И это бы купил и то, и то! И не дорого! Десять-двадцать тысяч вон, для авторской работы, я считаю, это совершенно не дорого. Почему я раньше не обращал внимания на украшения?



Купил ЮнМи брошку. Красивая, ей идёт. Приколол к левому вороту рубашки, теперь с удовольствием поглядываю на своё отражение в попадающихся стёклах. Нравится. СунОк пока ещё ничего не купил. Нужно обдумать, что именно ей подойдёт. Тут столько всего, что даже и не знаю, что будет лучшим.

- Тебе идёт, красивая брошка, - говорит ХёнШи, смотря на меня.

Улыбаюсь в ответ. Ну да, я знаю, что покупать. Мама всегда говорила, что у меня есть вкус.

- Твоя сестра такая же красивая, как и ты? – неожиданно спрашивает ХёнШи.

…Э? Что? В смысле? Не понял…

Удивлённо смотрю на собеседника. У того какой-то решительный вид. Словно что-то сделал такое… отважное.

- Я, красивая? – растеряно переспрашиваю я, не придумав ничего умнее.

- Да, ты очень красивая, ЮнМи-ян! – пылко повторяет ХёнШи.

Чёрт, так это ж… что, комплимент, что ли?! Комплимент мне? И что я теперь должен делать? Ээээ…

- Ой, ЮнМи-ян, ты так мило покраснела!

Я покраснел?

Прикасаюсь ладонями к своим щекам. Да вроде нет…

- Ты такая милая, когда смущаешься, - говорит ХёнШи, - тебе кто-нибудь из парней уже такое говорил?

- Нет, - категорически говорю я, отрицательно мотая головой, - такого мне никто из парней не говорил!

- Значит, я буду первым! – с глупым выражением на лице радуется ХёнШи, - ЮнМи, хочешь, я буду твоим оппой, а?

Пфф… приплыли… Что я должен на это сказать? Вот ж, чёрт!


Место действия: дом мамы ЮнМи. Первый этаж, прихожая. ЮнМи перед большим зеркалом на стене разглядывает себя с разных ракурсов. Мульча тоже участвует


- И что, я действительно сильно изменилась? – спрашиваю я котенка, не отрывая взгляда от своего отражения.

Прервав процесс самосозерцания, бросаю на неё быстрый взгляд. Мульча, наклонив вбок голову, смотрит в зеркало. Задумчиво.

- Вот и мне кажется, что нет, - вздыхаю я, вновь смотря в зеркало.

Обещанная красота явно где-то задержалась, поэтому совершенно непонятно, - с чего это ХёнШи вдруг «торкнуло»? На что кинулся? Сисек нет, задницы, тоже… Общая пухлость тела, моими стараниями, несколько спала, появился некий намёк на талию… Но, этого явно мало, что бы «кидаться». Может, он извращенец, этот ХёнШи? Педофил? Да вроде не похож… Мне кажется, поведение у педофилов должно быть иное. ХёнШи скорее относится ко мне как… Как? Как он ко мне относится? Ммм… Ну, наверное, как к младшей сестре. Я понимаю, что я полный профан в танцах, но когда он меня учит, он адски терпелив. По сто раз показывает без всякого проявления неудовольствия. Мне-то с ЮнМи трудно, а ему-то как с нами, обоими? Хм, а может его терпение как раз и обусловлено сексуальным влечением? Окажись на моём месте девушка которая ему не нравится, может, он бы уже десять раз послал бы её куда подальше, а так - терпит… А я-то, чудак, даже не задумывался над происходящим. Наивно думал, что эти парные походы по киношкам и красивым местам – это просто так, приятельские прогулки. Мда-с, как говорится, догулялся. Теперь нужно придумать, как отказать. Да ещё так, чтобы не обидеть, ведь видеться мы будем часто, может быть, каждый день. По себе знаю, когда девчонка, которая нравится, отказывает, обидно, блин! Даже если просто не хочет сходить куда-то вместе. Пфф… И что придумать? Из идей в голове лишь пошлый анекдот: Девушка спрашивает: Как отказать парню, чтобы он не обиделся? Ответ: Скажите ему, что у него очень большой член!

Но это явно не мой случай. Не тот возраст, для такой голимой пошлятины. Тогда… что? Что тогда? Что ему сказать? Хм…

Пим-бам! – блямкает телефон, сигнализируя о полученном смс. Достаю, смотрю, кто там. Супербанк предлагает суперкредит? Не-а, эсэмэска от ХёнШи… И что ему нужно, я же вроде взял тайм-аут на решение по его «офигтельному» предложению? Открываю сообщение, читаю: Только что видел плакат с Ли СиЁн. Она такая милая и ты очень похожа на неё. Когда в девушке есть что-то от ребёнка, это так мило.

Пфф… Это типа что, корейский комплимент, что ли? И кто такая эта Ли СиЁн? Травести-актриса? Нд-а… Похоже, хён, ты всё же педофил… Нравятся тебе ребятёнки? Окей, сейчас отвечу. Нужно использовать слово – «мило». Его здесь любят…

Быстро набираю текст: Как мило! Я как раз только что обкакалась!

Отправляю сообщение.

Ну-с, маньяк, что ты ответишь? Наверное, офигеешь от такой простоты и больше приставать с глупостями не станешь...

- Мне очень жаль. Тебе нужно внимательнее относиться к своему здоровью. Наверное, это из-за того, что корейская пища отличается от американской. Прими лекарство. Не расстраивайся.

(ㅋ ㅡ "кх-кх-кх" - звук смеха при общении через смс. прим. автора)

Что? - ошарашенно смотрю на экран телефона, - Он что, ненормальный? Ненормальный педофил? А? Это как?

В этот момент слышу, как меня зовут.


….


- ЮнМи! – кричит мама из большой кухни в коридор, - ЮнМи, дочка, ты где? А ну, иди скорее сюда!

ЮнМи прячет в кармашек джинсового комбинезона телефон и бежит на зов. Прибежав, она обнаруживает маму, сидящую за одним из столиков её кафе в компании незнакомой молодой женщины.

- Дочка, скорее иди сюда! – командует мама, увидев её, - это репортёр из газеты, госпожа Ли ХинДжу. Она хочет написать о тебе репортаж! Госпожа, это моя дочь, ЮнМи.

ЮнМи кланяется, репортёр благосклонно кивает, с неподдельным интересом её разглядывая.

- Здравствуй, ЮнМи, - ласково произносит она, - я узнала, что в Сеуле есть очень необычная девочка, которая имеет пять золотых сертификатов по иностранным языкам и задержала возле своей школы маньяка. И эта девочка – ты. Хочу написать про тебя репортаж, что бы другие люди о тебе тоже узнали. Как ты смотришь на то, чтобы дать мне интервью? Твоё первое интервью для газеты?

Журналистка и мама с улыбкой смотрят на ЮнМи, уверенные, что та сейчас находится на седьмом небе от счастья.

- Нет! – категорическим голосом неожиданно отказывается ЮнМи, - Я не дам вам интервью и прошу ничего про меня не писать.

У женщин натуральным образом вытягиваются лица.

- Почему? – изумляется Ли ХинДжу, когда с неё спадает оторопь, - Это ведь сделает тебя известной на всю страну!

- Именно поэтому я и прошу вас ничего про меня не писать, - кивает головой ЮнМи, показывая, что прекрасно всё понимает, - это может нарушить мои планы.

- А что у тебя за планы? – задаёт вопрос журналистка, видимо по интонации, с которой были сказаны эти слова, «хребтом почуяв», что тут может быть ещё что-то интересное. Скажем, ещё на один репортаж. А может быть даже и на два!

- На данный момент это разглашению не подлежит, - категорически отказывается отвечать ЮнМи, и прощается, показывая, что аудиенция закончена, - Спасибо за ваш визит. Сожалею, что не смогла ответить на ваши вопросы. Как-нибудь в другой раз, госпожа Ли ХинДжу. До свидания!

ЮнМи кланяется, госпожа, округлив удивлённо глаза, кивает в ответ, ЮнМи кланяется маме и уходит.

- Пфуу, - проводив её взглядом, выдыхает воздух репортёр, сложив колечком губы и, поворачивается к маме, видимо, решив не сдаваться, - Какая у вас… уверенная в себе девочка, госпожа! Она такой родилась или вы её так воспитали?

- Ну-у, - растеряно мычит мама, приходя в себя и собираясь с мыслями, - ЮнМи всегда была у меня очень трудолюбивой девочкой…



Пим-бам! – булькает телефон у ЮнМи. Та вынимает его из кармана, открывает, читает новое сообщение от ХёнШи: Как ты покакала? Всё хорошо? Ты приняла лекарство? Я беспокоюсь о тебе.

- Блиииин, - вслух произносит она, - Что за …? С кем я связалась? Это, что, нормально, что ли? Что за страна такая, странная?


….


Двигаюсь как по минному полю, тщательно выбирая слова, общаюсь с коренным корейцем. С ХёнШи общаюсь. Два раза я уже «подорвался». Первый - с вопросом кишечника. Когда отправил провокационную эсмэску, то думал, что ХёнШи это как-то… ну, отодвинет его от меня, что ли, на некую, скажем так, дистанцию. Что-то типа такого ожидалось в ответной реакции. Что он решит, что ЮнМи это не совсем та, с кем ему хотелось бы общаться. Но, куда там, мне, везучему! Всё оказалось с точностью до наоборот. Ожидаемый минус оказался здоровенным и жирным плюсом! ХёнШи просто пробило на заботу обо мне. После долгих расспросов о моём самочувствии при моей озадаченности столь подробным изучением столь личностного вопроса, он пообещал, что будет следить за тем, что я ем. Ну, по крайней мере, будет стараться это делать. Оказалось, что бездумно разбрасываясь эсэмэсками, я забыл о том, что корейцы не стесняются рассказать о своих проблемах с пищеварением. Для них, что естественно, то не безобразно. Корейский парень вполне может поделиться со своей девушкой печалью насчёт того, что у него случилась диарея. И я об этом не вспомнил, решив пошутить с ХёнШи, хотя в дорамах мне попадалось полно моментов, скажем так, туалетного юмора. Да я и так читал, без дорам, что тут есть музеи посвящённые какашкам и туалетам. Эта тема здесь совершенно не запретна, даже можно сказать – популярна и сопережевательна. Для корейца, опоздание на работу или в университет потому, что случилось расстройство желудка, вполне себе уважительная причина. Никто не будет смеяться, наоборот — посочувствуют. Вот, ХёнШи мне и посочувствовал. И не только посочувствовал, а решил уделять мне больше внимания, что мне, понятное дело, ну совершенно не нужно!


Один из «странных» корейских ресторанчиков с подушками в форме какашек


А второй «подрыв» у меня случился, когда я счёл ХёнШи педофилом, из-за его странных комплиментов. А вот нифига, как говорится! В Корее, дети – это ангелы, которым позволено всё, до тех пор, пока они не пойдут в школу и на них не обрушится груз обязанностей и правил. Взрослые, зная на своей собственной шкуре «почём фунт лиха» балуют и «залюбливают» родных кровинок, как только могут. Корейцы не просто любят детей, они их обожают. Поэтому, когда ХёнШи говорил, что ЮнМи похожа на маленькую девочку, он имел в виду, что она для него как самое ценное в корейской семье – маленький ребёнок. Которому можно всё и его при этом его всё равно будут любить, лелеять и баловать. И ничего иного, не то, о чём я подумал своими европейскими мозгами. Вот уж этот другой, азиатский мир…

В данный момент у меня последний «акт Марлезонского балета». Помня о своих бездарных проколах, осторожно выстраиваю слова, пытаясь «отбояриться» от предложения, не обидев того, кто его сделал.

Объяснил, что кроме него, в группе ещё есть участники. И если заниматься «отношениями» то могут возникнуть проблемы уже в отношениях с ними. Привёл пример возможной ситуации: вот, например, сейчас, я ставлю всем английское произношение. Если я скажу, что у тебя с этим – ок, другие могут подумать, что я говорю так, потому, что даю тебе поблажки, поскольку мы в отношениях и обидятся. Это не приведёт к росту психологической устойчивости группы, а ведь мы собираемся быть на сцене долго, зарабатывая хорошие деньги. Историй о разругавшихся вдрызг исполнителей – полно. Такие группы распались! А ведь было потрачено столько сил, нервов, денег. Стоит ли подводить под созданное таким трудом «мину»? Не лучше ли быть просто деловыми партнёрами в проекте?

Говорю не спеша, делая между предложениями паузы, чтобы лучше в голове у ХёнШи укладывалось. Делаю акцент на совместную работу и заработок.

- It is better to have a permanent income than to be fascinating! – в заключении говорю я и перевожу в вольной форме, - По мне так лучше иметь постоянный доход, чем быть очаровательной…

На этом заканчиваю, внимательно смотрю на ХёнШи. Тот стоит с недовольным лицом и думает. Завершив мыслительный процесс, он неожиданно делает шаг, подходя вплотную, и смотрит на меня сверху вниз.



Чего он? Надеюсь, он не собирается устроить тут поцелуйки? Если да, то он получит по роже и с дальнейшей совместной работой будут проблемы. Причём, большие. Чёрт, наверное, зря я с парнями связался. О таком аспекте как-то не подумал. С девчонками такого бы не было бы… Чё он на меня вытаращился? Здоровый такой, нависает… Неприятно.

- Чё? – набычившись, спрашиваю я.

- Ты такая американка, - говорит ХёнШи, смотря мне в глаза.

- В смысле? – не улавливаю я информационного посыла его фразы.

- У американцев на первом месте успех и деньги.

- Что в этом плохого?

- В жизни есть не только это.

- В жизни вообще много чего есть.

- Вот вырастешь, поймёшь.

- Вырасту, пойму.

- Не обижайся. Пожалуй, то, что ты сказала, правильно, но …

Молча смотрю на него, ожидая продолжения. Явно он ещё что-то должен сказать, судя по незаконченности фразы и выражению его лица.

- И что ты предлагаешь? - спрашивает ХёнШи, не став продолжать своё «но».

Я? Да я вроде бы всё сказал… До него не дошло?

- Я предлагаю вернуться к деловым отношениям, которые были.

- Просто деловые отношения? – нахмурившись, уточняет ХёнШи.

- Просто деловые отношения, - кивнув, подтверждаю я.

ХёнШи секунды три молчит.

- Ладно, тогда я пошёл. Пока, - говорит он.

- Пока.

Смотрю вслед уходящему ХёнШи.

Человек явно обиделся. Блин! Совершенно непонятно как разруливать такие ситуации. Наверное, нужно было какие-нибудь другие слова сказать. Или те же, но расставить их по-другому… А как, по-другому?! Можно подумать, что я знаю! Вот, чёрт…


Место действия: дом мамы ЮнМи. На маленькой кухне мама и СунОк ругаются с ЮнМи, пытаясь переубедить твердолобую младшенькую.


- Что я там забыла? – упирается ЮнМи, - Армия - это не место для нормального человека.

- Да как ты такое можешь говорить?! – СунОк, уже доведённая до точки кипения, аж подпрыгивает на стуле от возмущения, - Эти люди защищают тебя, даже когда ты спишь, а ты говоришь про них такие ужасные вещи!

- От кого защищают?! – упорствуя в отрицании очевидного и продолжая идти путём эскалации, спрашивает ЮнМи.

- От северян! Если бы не наша армия, знаешь, что бы они с нами сделали?! Всех бы нас уже давно закопали!

- Да ладно, - не верит ей ЮнМи, - если бы правительство ерундой не занималось, никакой армии не понадобилось бы. Ну, или не такой большой.

- Ерундой?! – восклицает СунОк, - Какой ещё такой ерундой?!

- Обыкновенной, - говорит ЮнМи и поясняет, - С соседями нужно договариваться. Не понимаю, откуда к ним столько ненависти? Они же тоже корейцы. Ну, будь они нам чужие, китайцы там, или японцы, которые тут не весть что творили… Тогда бы было ещё как-то понятно. Но с японцами мы дружим, а своих, корейцев – ненавидим. Не понимаю.

ЮнМи пожимает плечами. Онемев, онни смотрит на сестру, вытаращив глаза. Та же, воспользовавшись наступившей тишиной, продолжает делиться с родными своими взглядами на геополитику.

- Торговать нужно, - уверенно говорит она, - Когда северяне увидят, что у нас есть жвачка и джинсы, они сами у себя всё развалят и к нам сбегут. Проверено. Наше же правительство, загоняя их в угол и пугая оружием, добьётся лишь того, что они вместо нас сбегут в Китай. Будет у китайцев ещё одна провинция, а в КНДР, я читала, есть много ценных месторождений…

Бац! – оглушительно хлопает всей ладонью по столу, прерывает политинформацию пришедшая в себя мама.

- А ну, цыть! – неожиданно зло командует она, и, выставив на младшую дочь указательный палец, продолжает, - Слушай меня, ЮнМи и крепко запомни мои слова! Если я ещё раз от тебя услышу что-то подобное, я тебя – выпорю! Не справлюсь сама, позову на помощь СунОк! И под замок посажу! Улица носа твоего не увидит! Ты меня поняла?!

- Эээ… да, - растеряно отвечает ЮнМи, озадаченно смотря на выставленный мамин палец.

- Не смей, - категорически требует мама, - не смей что-то говорить о политике! Никогда! Ты меня поняла?!

- Поняла, - поджимая губы, опуская голову и смотря исподлобья, говорит ЮнМи.

- И ты завтра пойдёшь в академию, как тебе сказал дядя! И сдашь все тесты до одного! И сдашь их хорошо! Не смей меня позорить перед деверем, который для тебя и для всех нас, столько сделал! Ты меня поняла?!

- Да, мама, - глубоко вздохнув, отвечает ЮнМи.


Время действия: следующий день


Скромно сижу на скамеечке в коридоре, жду, когда пригласят. Пока нечего делать, перебираю в голове последние случившиеся события. Поговорил с ХёнШи. Итог – разжопились, говоря по-простому. А точнее – он со мною разжопился. Обиделся. Интересная, вообще-то ситуация. Он сам это всё, значит, затеял, хотя всё было нормально и без того, получил в ответ – нет, теперь он, значит, обижается. Не звонит и на занятиях танцами подходит так, для проформы, для галочки. Интересно, он что, надеется, что я мириться приползу? Ага, щас, три раза даром, за амбаром! На обиженных воду возят. Вот пусть и работает, водовозом, коль нравится…

В общем, какая-та непруха пошла. Журналистка прибегала, предлагала рассказать всей Корее обо мне. Раньше не могла прийти? Парням как раз нужно узнать, что я такая же американка, как они балетные примы Большого театра. Особенно ХёнШи это сейчас нужно узнать. Дядя тут тоже, похоже, рамёна переел… С чего его вдруг торкнуло отправить меня пройти тесты в военную академию, непонятно. Дядя конечно, имба, но, блин, это моя жизнь, в конце-то концов, а не его! Не хочу я в армию, никогда она мне не нравилась! Уважаю всех военных, совершивших подвиги и боровшихся с врагом до последней капли крови. Уважаю как смелых людей и настоящих мужиков, но, сама армия, как организация… Мне просто не нравится. Чисто как студенту, привыкшему к свободной жизни, а не потому, что меня постоянно запугивали – «попадёшь в армию, попадёшь в армию, в армию попадёшь, учись!» Не, совсем не по этому. Просто там нужно соблюдать приказы, подчиняться старшему по званию, даже если старшой – дуб ветвистый, многолетний…. Это не для меня. Мне нравится свободная жизнь. Не быть обязанным и опутанным с головы до ног правилами и долгом. Я считаю, что в жизни нужно иметь возможность выбора - делать или не делать, уйти или остаться. А в армии такого нет. Ну, мне так каа-аажется…

Однако, чтобы иметь возможность выбора, нужно кем-то для этого быть. Ну, хотя бы, для начала, хотя бы миллионером, что жизнь в который раз и продемонстрировала. Вчера, дома, по поводу свободы выбора, был грандиозный скандал, на котором мама порвала все мои претензии на самостийность как Тузик грелку. Пришлось заткнуться и не вякать поперёк, в итоге пообещав не опозорить семью и дядю. Ну, в принципе, ничего плохого они мне не сделали, можно и сходить, проявить уважение к их просьбам. Онни, потом, в шоке от обнаруженных у меня волюнтаристических взглядов на проводимую правительством политику, весь вечер, допоздна объясняла, что тут и как устроено.

Та-дам!! В Республике Корея, совсем не республиканские порядки! Заотносительно свободы слова в отношении Северной Кореи. Оказывается, тут ничего про неё нельзя говорить! Точнее – говорить хорошего, ругать можно сколько угодно. А за хорошее – тюрьма. За прослушивание радио КНДР, за чтение книг и газет КНДР, за просмотр телевизионных программ КНДР… За всё - тюрьма! Понятно, почему мама на меня так наорала. С перепугу, видно представив ЮнМи за решёткой, куда она угодила по глупости за свой длинный язык. Ну и ладно. В каждой избушке свои погремушки. Раз тут так, не буду ничего про север говорить. Оно мне надо? Совсем не надо. Людоедский режим и всё.

Сегодня дядя самолично привёл меня «в академию поступать», сдав с рук на руки знакомому ему майору в какой-то подозрительной конторе. Подозрительной она мне кажется потому, что я помню, как сам поступал в институт. Должна быть приёмная комиссия, должен быть большой зал со стендами вдоль стен, рассказывающими вчерашним школьникам как тут классно и какими они станут крутыми, если, конечно, хе-хе, доживут до конца учёбы. Должны быть толпы испуганно-восторженных абитуриентов, наконец! Ничего всего этого тут нет, а есть длинные коридоры со множеством дверей, есть я и майор, который водит меня полдня по каким-то специалистам в военной форме. Я уже успел сделать короткие тесты на уровень знаний английского, японского и немецкого. Потом ещё один длинный компьютерный тест непонятно на что. Потом сказали подождать. Вот, сижу, жду. Наверное, результатов.

На противоположной стене коридора – плакат не плакат, скорее, стенгазета. Как я понимаю, на фотографиях – дети сотрудников этого учреждения, проводящие выходной или каникулы в военном лагере на острове Даэбу в Ансане. Ну, по крайней мере, есть фразы – «Привет из Ансана» и «остров Даэбу». Где это, я совершенно без понятия, но, судя ещё по одной надписи сбоку, это место, где «тренируют будущих солдат». Могу ошибаться, в местной военной форме я не Копенгаген, но с виду смахивает на форму морпехов. В Голубые драконы, что ли готовят? Вполне возможно. На фотографиях дети ползают в грязи, в ней же делают физические упражнения,а потом их отмывают водой из пожарных шлангов.



Ну да, самое нужное занятие для будущей элиты армии – в грязи возиться… На наших ВДВшников тоже, посмотришь, когда они о свою голову кирпичи ломают да бутылки бьют – такое впечатление, что людям в армии голова нужна исключительно для того, чтобы в неё есть. Ну и ещё – для крепления глаз. А так, для всего остального, мозг им не нужен. Отбить его, да и дело с концом…

Ещё на одной фотке – толпа, состоящая уже преимущественно из лиц мужского пола, держит в руках толстые брёвна. Зачем они их держат, тяжело ведь? У всех открыты рты, видимо, что-то кричат. От натуги, что ли? Вот тот пухлячок, третий слева во втором ряду, судя по его лицу, явно изнемогает. Да и первый, в этом же ряду и стой же стороны, тоже, похоже, богу молится. От страданий избавить просит, бедолага…



Холод, физические страдания… Прикасаться голыми руками ко всяким грязным и грубым вещам? Мозоли, занозы, грязь под ногтями? Фи! И, главное, для чего всё? Не понимаю. Не, армия, это не моё…

- Нравится? – внезапно спрашивает майор, незаметно для меня выйдя из кабинета, - Это школьный лагерь в Ансан.

Вздрогнув от неожиданности, я выпадаю из задумчивости и оборачиваюсь на него.

- Детям очень нравится, - продолжает говорить майор, рассказывая о лагере, - Они выполняют разработанные специально для их возраста различные упражнения, получают представление о работе в команде, укрепляют физическое состояние и моральный дух…

Забалтывает, - думаю я о майоре, - контакт со мною укрепляет…

-… Ты была в таком лагере, ЮнМи-ян? – интересуется собеседник.

- Нет, - отрицательно качаю я головой.

- Хочешь побывать? Они есть для разных возрастных групп. Если хочешь, мы можем это обсудить.

Пфф! Вот ещё этого мне не хватало!

- Господин майор… - отвечаю я.

Отвечаю вежливо, тоном чопорной английской леди, которой, не подумав о её статусе, предложили какую-то абсолютнейшую фугню: Думаю, что мой возраст и пол исключают развлечения вроде ползания в грязи и обливания холодной водой из шлангов. А так же - перетаскивания брёвен.

- Да-а? – искренне удивляется майор, услышав отказ.

Ага! А ты думал что, что я зубами и руками вцеплюсь в эту уникальную возможность?

- И тебе не интересно будет посоревноваться в команде сверстников?

- Я сама себя прекрасно развлекаю.

- Ага, - мотнув головою, глубокомысленно произносит майор, похоже, мысленно ставя где-то галочку в моих характеристиках, и манит меня рукою за собой, - Пойдём, со мною, ЮнМи-ян.

Вздохнув, встаю с насиженной скамеечки и без всякого удовольствия чапаю за ним следом.

Может, ноги поволочить и поохать? Как положено корейской девочке? Настроение - подходящее…


(вечерний телефонный разговор. Беседуют дядя ЮнМи ЮнСок и майор МинГи)


….

(МинГи) – ЮнСок, мои поздравления. Твоя племянница меня удивила. Замечательная девочка.

(ЮнСок) – МинГи, твои слава радуют моё сердце. Значит, ей есть смысл готовиться к поступлению?

(МинГи) – Да, смысл есть. Великолепное знание языков, великолепная память. Логика оценена на высокий бал. Всё отлично.

(ЮнСок) – Спасибо, МинГи! Я так рад!

(МинГи) – ЮнСок, но есть кое-какие вопросы…

(ЮнСок) – Какие?

(МинГи) – Твоя племянница. Поведением она мало похожа на кореянку. Сразу так это не видно, но когда больше с ней общаешься, это становиться заметно. Она словно долго жила заграницей. Причём в Европе или Америке.

(ЮнСок) – Аджжж, МинГи, это всё последствия той аварии, а которой я тебе говорил! Она никак не вспомнит все, что было до неё. Но, врачи говорят, что она полностью здорова.

(МинГи) – Да, да, я знаю. Просто тут приходит в голову очевидный вывод о том, что у неё не будет проблем в общении с иностранцами. Глупо будет использовать такой талант как обычного переводчика. Думаю, здесь нужно думать об особенных заданиях для такого человека…

(ЮнСок, ошарашено) – МинГи…

(МинГи) – Но это только пока мысли. Сам понимаешь, для этого потребуются дополнительные тесты, учёба и проверки на профпригодность. Ничего обещать не могу сейчас.

(ЮнСок) – Ты меня озадачил, МинГи… Не знаю, хорошо ли это или плохо? Что у неё будет за жизнь тогда?

(МинГи) – Мне кажется, что жизнь, которую ты хочешь для неё, её тоже не устроит. Очень уверенная в себе девочка. Сказала, что учиться в академии не желает, армия, как организация, ей тоже не нравится, и пришла она сюда только из уважения к твоей просьбе.

(ЮнСок) – Что, правда? Ну, упрямая девчонка!

(МинГи) – Сказала, что решила стать мировой звездой эстрады. Всё остальное её не интересует.

(ЮнСок) – МинГи, прошу меня простить. Я извиняюсь за слова моей племянницы и…

(МинГи) – Погоди, ЮнСок, не спеши извиняться. Девочка демонстрирует хорошие качества лидера - постановка цели и уверенность в её достижении. Плюс, психологическую устойчивость при внешнем давлении. Такие люди нам нужны. Ну, а насчёт мировой звезды… Если выйдет, то это открывает очень интересные возможности. Увеличение поля доступа к информации, воздействие на общественное мнение и конкретные персоналии. Я решил подать рапорт руководству с рекомендацией поставить твою племянницу на контроль, как перспективного сотрудника.

(ЮнСок) – Нн-да?

(МинГи) – Только ты заставь её школу закончить. Она сказала, что в неё больше не пойдёт и учиться больше не будет. А как её тогда в академию принять?

(ЮнСок) – Аджж! Ну что за дети нынче пошли! Тут ночами не спишь, думаешь, как жизнь ей устроить, а она в школу ходить не хочет!

(МинГи смеётся в трубку)

(ЮнСок) – Не беспокойся, МинГи. Школу она закончит. Я тебе обещаю.


Время действия: несколько дней спустя

Место действия: танцзал. На одной из длинных низких скамеек у стены, сидит с закрытыми глазами ЮнМи, устало привалившись спиною к стене.


Сижу, в себя прихожу. Похоже, танцы это тоже - «не моё». Точнее, не ЮнМи. Результаты после месяца «скаканья» - практически никакие. Похудел только, вот и все результаты. Полоса препятствий, выставленных жизнью, продолжается. Сегодня меня выперли с работы. Буднично так. Пригласили в отдел кадров и поставили в известность, что в моих услугах больше не нуждаются. Не, ну ожидаемо, конечно, было, однако, всё же неприятно… Дома ещё не говорил, после работы пошёл сразу на тренировку, приду, скажу. Чувствую, восторга будет по этому поводу… До небес.

Да ладно, с этим скорбным прозябанием в отделе переводчиков давно уже пора было заканчивать. Нужно заниматься главным, а не бессмысленно коптить небо. Однако, там давали деньги, а жизнь, почему-то, большей частью состоит из ожидания. Две недели до окончания учебного года в Корее. Ещё две недели, после чего всё должно начаться. Чёрт с ним, с деньгами, хоть я и прилично уже потратился на лечение онни, но всё равно, оставшаяся сумма позволяет с оптимизмом смотреть в ближайшее будущее. По моим прикидкам, денег на старт группы должно хватить. Главное, чтобы он не оказался пустым пшиком. Чтобы парни не подвели. А то смотрю я на то, как дело движется у нас с песней и начинают меня терзать смутные сомнения. А тому ли я дала, как говорится? Ладно, две недели, переживём. Дольше ждал.

Пока занимаюсь всякой фигнёй, считая её закладкой блоков в фундамент будущего успеха. Закончил переводить «Маленького принца» на корейский. Частично, с помощью онни. Книга, кстати, у неё вызвала неоднозначное суждение. Говорит, понравилась, но… Что «но», внятно объяснить не может. Взялся, пока время есть, за «Волшебник Изумрудного города». Несколько глав уже написал. Там выяснилась такая засада, что я не читал эту книгу в оригинале, на английском, а читал только русское издание.

Поэтому, перевожу русского Волкова на корейский. Просто самому интересно, как переводчику, что из этого выйдет? Онни пока не показывал, ей некогда, учится.

Что ещё случилось за это время? Звонил дядя. Пообещал, что если я не пойду в этом году школу, он не знает ещё, что со мною сделает, но это будет что-то очень и очень нехорошее. Ему там наговорили странного, в этой подозрительной академии, вот он икру и взялся метать. Я там специально постарался испортить там мнение о себе, а он сказал, что там все просто в восторге от результатов моего тестирования и меня ждёт блестящая карьера военного переводчика, но, нужно закончить школу. И не абы как закончить, поскольку конкурс в военную академию очень высок. Онни, услышав распоряжение нашего главнокомандующего, взяла под козырёк и торжественно поклялась, что лично займётся со мною изучением курса школы, как только сдаст сессию. На этом и порешили. Меня, естественно, не спросили. В известность поставили, что всё лето я буду вкалывать как папа Карло и всё. Как я понимаю, по местным меркам это уже хорошо, что заранее сказали. Дали время вздохнуть-выдохнуть и морально подготовиться. По-человечески обошлись. Ладно, вскрытие, как говорится, покажет. Если парни не обделаются, то я потом скажу, где именно я эту школу и в каких именно тапочках, видал. Потом скажу. А пока – внимаю. Внимаю всему сказанному с положенным выражением на лице, которому на работе научился. Родственники, это, безусловно, хорошо, но они перебарщивают с заботой…

Неожиданно кто-то подходит и садится рядом на скамейку. Открываю глаза и наклоняю голову вбок, что бы посмотреть, кто там. ХёнШи! Держит в каждой руке по алюминиевой баночке с соком, одну протягивает мне.

- Возьми, - предлагает он и рекламирует, - натуральный, апельсиновый. Такой, как ты любишь.

Нн-да? Вообще-то я предпочитаю томатный, а из сладких - яблочный с мякотью, ну да ладно, не будем возвращаться к обсуждению клише, что все американцы любят апельсиновый сок. Не будем портить себе имидж.

- Спасибо, - говорю я, принимая подношение.

Открываю, делаю глоток. ХёнШи тоже прихлёбывает из своей баночки. Сидим, молчим. Жду продолжения. Ну не просто же он подсел?

- Устала? – участливо спрашивает ХёнШи.

- Да, - отвечаю я и чтобы не выглядеть невежливо, отвечая односложными фразами, добавляю, - ничего не получается.

- И не должно, - говорит ХёнШи.

- В смысле?! – разворачиваюсь я к нему, - Почему не должно?

- Если ты никогда раньше не танцевала, то месяц занятий, это очень мало. Тело только начинает привыкать к движениям. Если бы у тебя был талант… Но его у тебя нет. Тебе нужно очень много работать, чтобы что-то стало получаться. Года три, минимум. Извини.

- Да нет, - говорю я, - всё нормально. Я сама вижу.

- Думаю, нам в группе нужно обсудить, как быть дальше, - говорит ХёнШи, - мы не сможем вместе выступать. Если бы ты хотя бы умела петь… То ты бы могла стоять, а мы бы двигались. А так…

Киваю, показывая, что понимаю.

- Я долго думал над этим, - несколько обрадовавшись видимо моей разумной реакции, говорит ХёнШи, а затем печалится, - но, ничего так и не придумал…

- Мда, - говорю я, - одни сплошные проблемы… У меня с танцами, у вас с английским. Так ничего и не выйдет.

- Может, - помолчав, предлагает ХёнШи, - Может нам начать с корейской песни, а?

- Мы же это уже обсуждали. И про размер музыкального рынка в Корее и про конкуренцию, - напоминаю я, - забыл?

- Помню, - кивнув, отвечает ХёнШи, - просто всё равно потом будет нужна такая песня. Не станем же мы выступать только на английском? Фанаты нас не поймут…

Ну да, - думаю я, - фанаты вашего английского могут и не понять. Да и для вас всё время на английском будет сложно. Чёрт, может действительно, зря я с ними связался? Когда задумывалось, всё выглядело как-то иначе.

- Сможешь написать? – в лоб спрашивает меня ХёнШи.

За две недели? Песню? Пфф… Ну барин, у вас и задачки! Впрочем, проблем не вижу.

- Какого плана? – уточняю я, - Лирическое, танцевальное или в стиле хард-рок?

- А ты… Это всё можешь? – удивляется ХёнШи.

Не могЁм, а мОгем, как говорил Маэстро, но если действовать в этом разрезе, то поступать нужно по-другому.

- Будем действовать исходя из имеющегося, - прилагаю я, - У вас ведь есть ещё несколько композиций, так? Я пишу новую музыку и слова под одну из них. Стиль выберу исходя из танца. Быстро, дёшево и сурово. Ибо, время – деньги, а денег мало. Меня вот, сегодня с работы выгнали…

- Что, правда?! – поражается ХёнШи, - За что? Почему?

- Мордой не вышла.

- А что, там такой строгий фейс-контроль? - не понимает шутки ХёнШи.

- Ладно, забудь, - делаю я в его сторону жест рукою, - с голода не умру. Но если мы провалимся, мне придётся пойти в школу. Вот это я переживу с трудом.

- Тссс, - выдыхает воздух сквозь зубы ХёнШи, с удивлением смотря на меня.

- Ты такая странная, - говорит он и меняет тему, - знаешь, наш тот разговор…

Ну, опять начинается, - думаю я.

- Я тут подумал… В общем, я оказывал на тебя давление…

Чего?

- Ты не совсем кореянка, в смысле кореянка, но не совсем…

Чего он там несёт?

С интересом смотрю на взволнованного ХёнШи, с трудом подбирающего слова. Смотрю и словно вижу себя, мекающего и бекающего перед Таней. Тогда я пытался объяснить, что она не так всё поняла. Это я сейчас знаю, что в такой ситуации нужно сразу всё посылать в лес и всё, а тогда… Тогда, в первый раз, тоже было много трудных слов и перехватываемого горла. А вот как, оказывается, это выглядит с другой стороны. Холодно и оценивающе. Забавно.

- В общем, я думал, что ты скажешь, что мы хотя бы друзья, - выдыхает ХёнШи видимо с облегчением от того, что добрался наконец до самого главного.

Так вот на что он обиделся! Я так и знал, что мне нужно было не те слова использовать!

- Но потом подумал, что в Америке, может, всё по-другому…

Ладно, ХёнШи, не мучайся. Не унижайся перед девчонкой.

- Дружба? – перебивая его, вопросительно спрашиваю я, протягивая ему правую руку с открытой ладонью.

- Эээ, - выставившись на неё, на мгновение зависает ХёнШи, и, посмотрев мне в глаза, осторожно пожимает её.

- Окей, - говорит он, - хорошо, ЮнМи. Спасибо!

- Только дружба, - закрепляю я договор, поскольку он не спешит выпускать мою ладонь.

- Да, договорились, - улыбается собеседник, выпуская, наконец, мою руку.

- Раз инцидент исчерпан, - говорю я, - тогда я поехала домой.

- Давай, я тебя провожу? – вскидывается ХёнШи.

Я отрицательно мотаю головой.

- По дороге домой я буду думать о неприятном, - говорю я, - как рассказать семье о том, что меня уволили. Этот скорбный путь лучше проделать в одиночку, без спутников. Понимаешь?

ХёнШи, подумав, кивает.

- Я бы, в такой ситуации, был бы не прочь, если бы меня отвлекали от грустных мыслей, - говорит он, - но ты хочешь справиться сама. Это путь сильного человека. Хорошо ЮнМи-ян. Тогда до встречи и удачи тебе! Файтин!

- Файтин! – делаю я ответный жест.


Время действия: две недели спустя

Место действия: дом мамы ЮнМи.


Тадам! Тятя, тятя, наши сети, притащили мертвеца! Тело мертвецки пьяной СунОк доставлено и отгружено сопровождающими по описи: Дура полная одна, пьяная. Не, я, конечно, понимаю, конец учебного года. Не отметить - грех, особенно, если всё сдано. Но, блин, какого, спрашивается, я деньги тратил на её лечение?! Чёрт, просто бесит такое отношение! Ладно, проспится, я ей с утра «вставлю». Промою мОзги, чтоб знала! Одно утешает: наконец-то тягомотное ожидание закончилось и завтра начнётся работа по завоеванию мирового музыкального Олимпа! Юххе! А то я уже звереть от безделья начинаю.

Накатал по просьбе ХёнШи парням две песни на корейском. Перебирая в голове известные мне композиции, неожиданно обнаружил, что мальчикового я знаю не так уж и много. Гораздо меньше девчачьего. Ну, в принципе, объяснимо. Девочки мне нравятся больше, а манера парней из к-пор выходить на сцену с накрашенными глазами и губами, плюс порою непонятно в чём, как-то вот тормозила меня в углублённом изучении их творчества. Нет, понятно, образ сценический у них такой, но для меня, это как-то… странно, короче говоря. В общем, прокрутив в голове немногочисленные варианты, забацал не одну, а сразу две песни, на выбор. Композицию «Growl» группы EXO (http://www.youtube.com/watch?v=I3dezFzsNss) и «Sorry, Sorry» коллектива Super Junior (http://www.youtube.com/watch?v=x6QA3m58DQw). В первой, я помню, был достаточно простой клип, снятый в одном помещении, который, как мне кажется, можно будет легко повторить, а в Super Junior – там музыка, на мой взгляд, получше. Поритмичнее. Сделал к каждой версию с электронным голосом, и как раз перед окончанием учебного года отдал офигевшим от такого поворота парням, на рассмотрение. Композиции в моём мире известные, наградами отмеченные, пусть думают. А теперь всё, время думать вышло, будем с завтрашнего дня ваять. Юххе!


Время действия: неделя спустя. Вечер.

Место действия: большая кухня, дом мамы ЮнМи. ЮнМи стоит у плиты, следит, как в стоящим на ней в небольшом железном ковшике закипает вода.


Стою, жду, когда закипит. Кисель варю. Пробило меня на творожную запеканку с киселём. Что-то вот так захотелось, что просто спасу нет! Наверное, организм растёт, костям кальций нужен, вот и захотелось. Творог сделал сам. Тут только творог-тофу продают, а он вонючий – фу! Поэтому, разыскал в интернете рецепт самопального творога, заквасил молоко. Со второго раза вышло то, чего хотелось. Манной крупы тут тоже нет, заменил кукурузной мукой. Запеканка остывает, вот, варю к ней кисель. Мама всегда варила к запеканке кисель… Вишнёвый… Эх!

- ЮнМи! Смотри, смотри! – влетает в кухню с ноутбуком в руках СунОк, - ещё два человека подписались! Уже девять человек есть!

Вчера мы с онни, наконец, записали и выложили в сеть первую серию из цикла «Вечер с СунОк». Сегодня она целый день в перерывах между работой на маминой кухне, сторожит подписчиков и ждёт, кто ей что напишет. Бегает, проверяет.

- И новый комментарий написали! - гордо сообщает СунОк, - Пишут, что я очень милая!

- Сколько всего комментариев-то? – интересуюсь я.

- Уже четыре!

Не густо…- констатирую я про себя.

- Что, думаешь – мало? – спрашивает меня онни, видимо «сосчитав» мои мысли с моего лица.

Я философски пожимаю плечами.

- Это только начало, - говорю я, - сутки даже ещё не прошли. Подождём. Рано делать выводы. Станешь известным блогером, с миллионами подписчиков, будешь со смехом вспоминать свои первые четыре комментария.

- Думаешь?

- Угу, - уверенно киваю я, следя за появившимися в закипающей воде пузырьками и декламирую на корейском вольный перевод Александра Сергеевича:


Слух обо мне пройдёт по всей земле великой,

И назовёт меня, всяк сущий в ней язык!


Ну, про калмыков и тунгусов дальше не будем. Я сам, про последних, даже точно не знаю, кто такие…

- Да ну тебя! - взмахивает на меня зажатым в руках ноутбуком онни. Хотя глазки блестят и раскраснелась, видно, что озвученная мною перспектива ей нравится.

- А что ты делаешь? – спрашивает она меня.

- Кисель варю. Хочешь, новый рецепт в твою передачу? Запеканка с киселём?

- А можно?! – азартно подаётся вперёд онни, хищно раздувая ноздри.

Эк, тебя «приплющило»! - думаю я, глядя на неё, - Какой энтузиазм!

- Почему нет? – вновь пожав плечами, отвечаю я, - Научу. Будешь делать по рецепту, а я – сниму.

- А получится?! Света хватит?

Нда-а, камера в ноуте оставляет желать лучшего. Пришлось несколько раз переснимать, пока как-то наловчился. О! Я знаю, что подарить онни на её день рождения! Камеру!

Я всегда с собой беру, видеокамеру!

Вещь полезная, всегда может пригодиться.


Время действия: середина июля, около полуночи

Место действия: студия звукозаписи


- Всё. Готово! – провозглашает звукорежиссёр и смотрит на меня, типа, возражения есть?

- Ага, - киваю ему я, подавляя зевок, - готово.

- Слава богам! – отвечает он, поднимая руки вверх и задирая голову.

Что, рад, кровопивец? Я тоже рад, что больше тебя не увижу. Записались. Пишемся уже четвёртый день в третьесортной студии по вечерам и допоздна, потому что в это время дешевле. Дома рассказываю, что записался на курсы математики, даже прикупил пару книжек для маскировки. Домашние верят. Интересно, когда я вычерпаю до дна лимит их доверия? Стыдно, а что делать?

Студия считается третьесортной, но кто сказал, что из говна нельзя сделать конфетку? Делаю, доводя звукорежиссёра до бешенства. Первое, что пришлось мне сделать, это пресечь его попытки игнорировать меня «уцелом», как малолетнюю соплюшку. Второе, потребовались усилия объяснить, что главный тут – я и платить за работу буду тоже я, поскольку парни наскребли денег всего на треть от нужной суммы. Затем, между нами была схватка на тему, кто лучше из нас двоих знает, как не как лучше, а как надо. Потом, пресечение акта саботажа и попытка халтуры с его стороны. Последние два дня он не выделывается, делает, как ему скажут. Видать наконец дошло, что чем быстрее я свалю из его операторской, тем ему лучше будет. Вообще, есть у меня такое подозрение, что пишемся мы по ночам потому, что это происходит втайне от владельца студии. И что все деньги, которые мы заплатим звукорежиссёру, попадут исключительно в его карман. Но, не знаю как там на самом деле, ибо договаривался не я, а официальный лидер группы – ЫнХёк. По штуке баксов за каждую песню, это действительно самое дешёвое, что тут можно найти. А оборудование – нормальное. Если не крутить регуляторы на пульте во все стороны, добиваясь наилучшего звучания, то можно быстро и качественно сделать запись того, что нужно. Что, в общем-то, и показали последние два дня работы.

Парни, глядя на всё это, похоже, офигевают, но молчат, свалив на меня все организационные вопросы. После того, как выяснилось, что танцевать я с ними на сцене не смогу, как и сниматься в клипах, решили следующее: я выступаю пока в роли композитора и менеджера группы. Распределение дохода – шестьдесят процентов прибыли мне, сорок им. Они вроде бы попытались возмутиться такой делёжкой, но я им напомнил, что песни и музыка – мои, идеи мои, а также я вкладываюсь финансово и работой. Сотоварищи покочевряжились, но в итоге согласились на десять процентов каждому. Такое ощущение, что они бы и на пять процентов согласились, ибо в душе уже не верят, что они там что-то сделают...

- Если всё, тогда поехали, скорее, домой, - предлагает КванРи, - я так спать хочу!

- Кто тут спать не хочет, - ворчливо отзывается ХиБом и советует, - привыкай! Станем известными, будет не до сна.

- Так значит нужно хоть сейчас поспать! – влезает в разговор ХёнШи.

- Завтра вечером примерка, - напоминаю всем я, - не забудьте!

- Какая ещё примерка? – ужасается ХёнШи, решив, что у него ещё одна бессонная ночь.

- Костюмов. Для клипа, – говорю я.

- Так ж ты сказала вроде денег нет? – удивляется он, - Проблемы…

- Проблемы были, - кивнув, признаю я, - но они самоликвидировались. Я все решила.

- А, ну тогда ладно, - говорит он, - скажи ещё раз, когда собираемся.

Проблемы действительно были. Денег на клип не было от слова – совсем. Конечно, можно было действовать, как принято во всём мире, думать о кредите, но, уж лучше я буду с голым задом, но без долгов. На трусы я потом как-нибудь уж заработаю. Отец мне чётко объяснил, что долги – это зло. Вместо того, что бы метаться по банкам, доказывая, что ты такой хороший и тебе можно дать в долг, я решил поискать альтернативные пути решения проблемы. Рассматривая идею краудфандинга и понимая, что это чёрт знает как долго и непредсказуемо, неожиданно подумал, что специалисты-то, в общем-то, есть. Причём дешёвые. Я говорю о студентах старших курсов всяких институтов. Которым уже как бы пора показывать себя работодателям, но ничего серьёзного предъявить они не могут, ибо ничего серьёзного им делать не дают, поскольку они, грубо говоря, пока – никто. Помозговал внезапно пришедшую в голову идею, нашёл подходящие ресурсы в сети, порылся, кинул клич. Основной упор в предложении о сотрудничестве сделал на приобретение соискателем практического опыта в реальном проекте, обязательного указания имени и фамилии участника в титрах, возможность завести новые профессиональные знакомства и хорошо провести время. Ну и заодно поучаствовать в сьёмках клипа с будущей мировой известностью...

В итоге, после бесконечного числа переговоров по телефону и в чатах, мне удалось сколотить команду энтузиастов, готовую собраться на один день и запилить мега-клип. Основная проблема была в том, что меня зачастую не воспринимали серьёзно, особенно парни. Но как-то, с божьей помощью и большой долей пофигизма на этот факт, и эту проблему преодолел. По деньгам, всё обошлось в аренду профессиональной камеры, тележки и рельсов, по которым она катается, а так же софитов. Плюс транспорт. Ещё - покормить всю команду днём, а в конце работы - забанкетить будущий успех.

Думаю, это лучший вариант из возможных. Если отталкиваться от работ соискателей, представленных для ознакомления, результат может быть вполне себе ничего…

- А что с композицией? - интересуется ХиБом, сдвинув на шею наушники, через которые он слушал финальный вариант записи, - Будем, кому показывать до клипа, или нет?

Вот ещё один чудак из космоса прилетевший! Всё же давно решили. Он же вроде был, когда это обсуждали?

- Завтра я отправлю всё на радиостанции, - обещаю я, - список я подготовила, осталось только отправить. Проснусь завтра – сделаю.

- Давай сегодня!? – предлагает ХёнШи, - проснёшься, а Фристайл уже знаменит!

«FreeStyle» - это новое название группы, которое я предложил вместо старого. Ну, уж, коль собрались на мировую сцену, то и название должно быть соответствующее, понятное европейцу или американцу.

- Завтра, - говорю я, - проснусь и отправлю. А то ещё что-то напутаю. Глупо получится.

- Ладно, - соглашается ХёнШи, - проснусь и буду ждать, когда мне позвонят из KBS и попросят дать интервью!

Парни заржали. Я присоединился. Настроение бодрое, это хорошо. На позитиве можно много дел сделать. Или, натворить, хе-хе…


….


Три дня спустя, утро. По коридору, держа перед собою в руках раскрытый ноутбук, бежит ХёнШи. Добежав до нужной двери, он разворачивается и, толкнув задом, открывает её, не выпуская из рук ноут.


- Парни!! – что есть сил орёт он, ворвавшись в комнату, - Парни вы только посмотрите на ЭТО!! Только посмотрите!!

- На что? - озадаченно спрашивает ЫнХёк отрываясь от ноута.

- Наша музыка! На радиостанции! В Америке!

- Где?! Где?!

- Вот!

ХёнШи торжественно водружает принесённый с собою ноутбук на стол и гордостью говорит: Смотрите!

Головы парней склоняются над девайсом. На экране – список прозвучавших композиций в виде таблицы. На одной из её строчек значится: "Bye Bye Bye", группа «FreeStyle».

- Фууу, - выдыхает воздух через сложенные трубочкой губы КванРи, - с ума сойти. Это мы, что ли? Точно?

Вместо ответа ХёнШи тыкает в ссылку и из ноутбука раздаётся надоевшая всем мелодия "Bye Bye Bye".

Замерев, парни слушают, с внимательнейшим выражением на лицах, так, словно они слышат самый лучший шедевр в своей жизни и намерены запомнить навсегда каждую его ноту. В это время в комнату входит ЮнМи. Недоумённо смотрит на представшую перед её глазами композицию.

- Аннён! – приветствуя всех, произносит она, - А вы что делаете?

- О, ЮнМи, иди скорее сюда! – подзывает её, гребя к себе перевёрнутой ладонью вниз, ХёнШи, - Смотри, нашу композицию на радиостанциях крутят! В Америке! Вот!!

Он разворачивает к ней экраном ноутбук. ЮнМи подходит, смотрит. Реакция у неё на удивление спокойная.

- Если бы это был Ноt 100 Billboard, - говорит она, - можно было ликовать. А так...

Она пожимает плечами.

- Ещё неизвестно, из каких соображений они нас в ротацию воткнули. Может, у них там план на «экзотику»?

- Да ты чего! – возмущается ХёнШи, - Это же радиостанция! В Америке! Ты что, не понимаешь, что ли? В Аме-ри-ке!

ХёнШи недоумённо смотрит на ЮнМи.

- Ой, да ладно, - кривиться та и спрашивает, - И как часто нас на ней «крутят»? А на других радиостанциях что? Мы на них тоже есть, или как?

- Не знаю, - озадачивается вопросом ХёнШи.

- Узнай, - кинув, отдаёт приказание девушка, - тогда будет понятно, что к чему. А лучше, чтобы зря время не тратить, смотри сразу рейтинги. Дневные или недельные. Если туда попадём – это успех, который можно предъявить. А пару раз, «поставили» на радиостанции – это несерьёзно. Может, ведущий спьяну не ту композицию воткнул…

В комнате на некоторое время устанавливается тишина.

- А почему у вас опять всё валяется? - интересуется ЮнМи, наклонив голову и разглядывая лежащее на полу, - Что, опять, гравитация?

- Где? – спрашивает ХёнШи, прослеживает её взгляд и, после секундной заминки, со значением в голосе отвечает: Это фэн-шуй, женщина.

ЮнМи приподнимает брови, показывая удивление.

- Носок, он что… Распределяет энергетические потоки идущие от двери? Равномерно по всем по углам, так, что ли?

- ЮнМи, ты чего злая такая сегодня, - миролюбиво интересуется ХёнШи, - не выспалась?

- У меня опять эти дурацкие месячные, - подумав, недовольным голосом отвечает ЮнМи и, смотря на замерших от неожиданности парней, добавляет, - И очень жарко. Меня всё просто бесит! Хочется кого-нибудь убить.

Парни молчат, не зная, что на это сказать, а «несчастная» между тем продолжает.

- Пора ехать на репетицию клипа, а у вас всё раскидано!

- Какое отношение это имеет к сьёмкам? – удивляется, не понимая, КванРи.

- Потому, что беспорядок в одном, причина беспорядка в другом! – агрессивно разворачивается к нему ЮнМи.

- Тс-с, - дёргает за рукав КванРи ЫнХёк, - не спрашивай. Давай, лучше собираться на репетицию…

- Не, ну а чего …? - начинает было возмущаться КванРи.

- Пошли! – громко хлопаете его ладонью по плечу ЫнХёк, - Я тебе потом всё объясню. Пошли!

ЮнМи с явным неудовольствием смотрит на него, видимо, тоже имея желание «прояснить ситуацию» до конца.



(Ещё три дня спустя, среда, день. Заброшенное здание, используемое в качестве съёмочной площадки)


Зажмурясь, стою под яркими лампами, работаю в качестве манекена. По мне экспозицию выставляют. Смотрят, короче говоря, сколько попадает в камеру отражённого от меня света идущего от «источников». Стал общаться со съёмочной братией, начал хватать от них термины и жаргонизмы. Теперь я знаю, что треноги, на которых стоят лампы – это стойки, а лампы на них – «источники» или «приборы». Всё вместе – это «свет». Второй человек, который сидит с оператором на тележке, рядом с камерой, называется – «фокусник». Фокусник не потому, что он из шляпы голубей достаёт, а потому, что его задача - контролировать фокус снимаемой камерой картинки, по-простому – резкость. Как мне объяснил оператор, профессиональные камеры со сменными объективами даже не имеют приспособлений для фокусировки, вот такая это машинка. Сам режиссёр сидит за столом в стороне от «сцены» и смотрит «картинку» на мониторах, которая идёт на них по кабелю прямо с камеры. Кажется, что «сцена», на которой происходит основное действо, его как-бы особо и не волнует.

Сделали один пробный прогон. Режиссёр забраковал костюм КванРи, сказав, что тот сливается с фоном. Подумав, задний фон «контрастировать» не стали, а отправили хёна переодеваться, благо, есть во что. Остальных парней, чтобы они не потели под мощными лампами, пока отправили к гримёрам, править макияж, а меня сейчас используют в качестве манекена, двигая по площадке и смотря как я «свечусь», хотя до этого «свет» почти час с лишним «отстраивали». Вот, стою с зажмуренными глазами, жду, когда у осветителей, которые двигают «свет», пропадёт «пересвет правого края».

В итоге, по составу, съемочная группа получилась довольно небольшая: режиссёр, оператор, грип-оператор, он же фокусник, два гримёра, двое осветителей, костюмер-кладовщик передвижного склада с костюмами. В правильном подборе коллектива мне сильно помог режиссёр. Поняв, что я «ни ухом, ни рылом» в вопросе, он сказал, без кого не обойтись, а кто – может и подождать, когда у меня станет денег. В итоге, многие в съёмочной группе делают несколько дел. Например, осветители – катают тележку, гримёры смотрят за гримом во время сьёмки и таскают сменные объективы от стола режиссёра к камере и обратно, там на нём стоит чемоданчик с ним. Я - работаю манекеном и «сижу на звуке» вместо звукооператора. Моя задача – включать по команде требуемые музыкальные фрагменты. Чтобы не крутить всю композицию в поисках нужного места, а сразу раз – и пошла фанера! Потом, по "пикам" музыки на графическом изображении звуковой дорожки, будет сводиться многодорожечная заготовка под монтаж. Это мне понятно. Непонятно, что такое «баланс белого», «правильный видеомаппинг» и «съёмочный кадр»… Узнаю. Мне это может пригодиться. Я же тоже собираюсь сниматься?

- Стоп! – кричит оператор, - Так оставляем! Можно снимать!

Я на радостях, что мои мучения под яркими софитами окончились, открываю глаза и тут же слепну. Прожектор светит мне прямо в лицо.

- Группа готова?! – кажется, на всё здание вопрошает режиссёр.

- Готова! - кричит издали, судя по голосу, один из гримёров.

- Звук?!– раздаётся следующий требовательный вопрос.

- Готова! – рапортую я.

Опустив голову и шаркая ногами, я ухожу с площадки, попутно наблюдая, как на моей сетчатке зажмуренных глаз гаснут «солнца».

Неожиданно внизу что-то звякает и, похоже, куда-то катится, издавая металлический звук. Чуть приоткрыв слезящиеся глаза, вижу откатывающийся от меня по бетонному полу какой-то чёрный… шарик?

Что это? Болт, что ли? Нужно убрать, парни во время танца наступят, ещё ногу подвернут…

Делаю шаг за «шариком» вбок, наклоняюсь, подбираю. Хм, и совсем не болт, а… кольцо! Откуда тут оно? Всё же выметали и убирали перед сьёмками?

- Кто кольцо потерял? – громко спрашиваю я, подняв находку вверх в вытянутой руке.

- ЧТО ТАМ? – интересуется в мегафон режиссёр.

- Кольцо нашла. Кто-то потерял!

- КТО ПОТЕРЯЛ КОЛЬЦО?! – громогласно вопрошает режиссёр.

Пауза. Народ молчит.

- НИКТО НЕ ПОТЕРЯЛ, - всё так же в мегафон делает вывод режиссёр и командует, - ВСЕМ ЗАНЯТЬ СВОИ МЕСТА, ГОТОВИМСЯ К СЬЁМКАМ!

Быстро добредаю до своего места, сажусь. С глазами стало получше и пока парни выходят и выстраиваются на площадке, а режиссёр ещё раз смотрит свет, разглядываю найденное кольцо. А точнее – печатку из тёмного металла. Похоже, она валялась на полу, я её зацепил ногой, она и покатилась... Интересно, что за металл? Титан? А может, платина? Уж больно гладкая. Кто это здесь разбрасывается печатками из платины? И где хозяин? Выпал из колечка? Голлум, ау! В этих развалинах для него самое подходящее место…

- ЗВКУООПЕРАТОР, ПЕРВЫЙ ФРАГМЕНТ.

- Да! – подскакиваю я.

Секунду соображаю, куда деть мешающееся в руках кольцо. Сначала решаю убрать в карман, но тут же приходит мысль, что оно из него выпадет. А на пальце – там его может заметить хозяин, я ему тогда и отдам…

Одеваю печатку на свой правый безымянный палец. Садится, как влитая.

- ЭКШЕН! – командует режиссёр.


(Тот же день, среда, вечер)


Уф! Кажется, последнее крылышко было лишним…

Праздничный «жорник» по поводу окончания сьёмок клипа подходит к концу. Наконец-то, этот дурдом закончился! Сняли! Сняли в сопровождении месячных, жары и постоянных «накладок» в процессе. Меня, за эти дни, порою буквальным образом трясло от бешенства. То с костюмами проблемы, то лампочка у осветителей сгорела, а запасная, неизвестно где лежит. То грим на жаре потёк. Косметика не той системы, оказалась, дешёвая… Плюс пробки на дорогах, никто вовремя не приехал, окромя режиссёра. Студенты, блин…

Ладно, всё когда-то кончается. И это кончилось. Сидим, вот, отмечаем. Народ веселится, празднуя завершение работы, у меня же, отчасти, поминки. Прощание с деньгами. За всё заплатил, со всеми рассчитался. Денег осталось только на подарок онни. Мда-а, печалька… Грусть-тоску заедаю куриными крылышками, жареными на гриле (они тут самые съедобные среди всякой корейщины) и потихоньку запиваю съеденное пивом. Оно тут ничё так, мне нравится. Народ за столами на меня, начал, было, косился, когда я из банки прихлёбывал, но мне на то было плевать. Я устал – имею право! Заметив такое дело, ХёнШи, молча, ничего не говоря, притащил откуда-то высокий стакан из тёмно-зелёного стекла, перелил в него всё моё пиво, поставил стакан мне под руку, а пустую банку отставил от меня подальше. Типа, не моё. И всё стало хорошо. Сидит девочка, компот пьёт, всем улыбается…

…Зачем я столько сожрал? Как же моё похудание? Ну не сидеть же мне с пустой тарелкой, когда все едят? И вкусно, блин! Ещё бы съел, но, пожалуй, не стоит. По ощущениям, последнее крылышко стоит где-то в горле и не спешит опускаться в желудок. Пфф, ну я и напоролся…

Да и ладно! У меняя растущий организм, раз такой аппетит, значит - ему надо! А завтра опять придётся бегать. Нужно будет смонтировать отснятое, наложить звук… Похудею, цапаясь с монтажёром и пытаясь сделать лучше, чем могу.

- Холь!! – неожиданно громко восклицает сидящий рядом со мною ХёнШи и, повторив свой вопль, начинает, смеясь, хлопать в ладоши, - Холь!

Вздрогнув от неожиданности поворачиваюсь. Перед ХёнШи на столе стоит открытый ноут.

- Ты чего? – недоумённо спрашивает его ЫнХёк, - Чего орёшь?!

- Господа, минуточку внимания! – громким, на всё кафе, голосом вещает ХёнШи, - Хочу сообщить вам, всем, принимавшим участие в сьёмках клипа, а так же его исполнителям, что сегодня, вы сняли клип на песню с мировым рейтингом!

ХёнШи делает театральную паузу. Пьяный народ смотрит на него, в мозговом усилии пытаясь понять, о чём идёт спич.

- … Ибо, как только что стало известно, американский журнал Billboard включил её в свой список, присудив композиции "Bye Bye Bye" группы «FreeStyle» сорок седьмое место! Мы попали в Ноt 100 Billboard!! А-а-аа!!

Спустя секунду, до меня доходит, и я тоже, что есть сил, кричу – ааааа!!


(пять часов спустя. Ночь)


Сижу, караулю пол. Пол просто пипец, какой хитрый. Стоит мне отвлечься и перестать следить за ним, как он тут же поднимается и бьёт меня по лбу. Два раза он уже это сделал, но теперь я начеку и ему не удаётся застать меня врасплох. Я тоже могу быть хитрым! Ха-ха, да я не то, что хитрый, я просто чертовски умён! Сорок седьмое место в Billboard! Это ого-го! И это ещё только начало! Завтра я ещё не то сделаю! В завтрашний день, не все могут правильно смотреть. Вернее смотреть могут не только лишь все, мало кто может это делать… Пфф… О чём это я? Зачем я так нажрался?

Отмечаем. Какая-то квартира… Чья она? У кого мы? Где я? Сначала было весело. Смеялись, говорили, представляли, как всё будет дальше, хвалили друг друга, и пили экзотические напитки за успех и моё здоровье. Ром, текилу… Но сейчас все устали. Лежат, не встают. Даже говорить могут с трудом. А сколько время? Наверное, надо домой позвонить. Там ещё не знают…



Диван, на котором я лежу, тошнотворно качается и сознание куда-то ускользает под последнюю мысль, что нужно встать и промыть себе желудок...


( совсем поздняя ночь. Комната, стол с подзасохшими в тарелках закусками и недопитыми «напитками» в бутылках, рюмках и стаканах.. Вокруг стола, буквой П – стоят кожаные диваны. Кое-где на них, а кое-где прямо на полу, лежат тела участников группы «FreeStyle». Все спят. У кого-то требовательно вибрирует телефон. Разбуженный его звуком ХёнШи просыпается и с усилим садится на полу. Очумело помотав чугунной головой, он встаёт на четыре точки и так, на карачках, доползает до дивана, на котором лежит ЮнМи. Сделав ещё одно героическое усилие, ХёнШи залезает на диван. Прижавшись к ЮнМи, он внимательно смотрит ей в лицо долгим взглядом. Видно, что он конкретно пьян и плохо соображает. )


( Утро следующего дня. Недавно открывшаяся небольшая аптека. Пустой зал. Покупателей ещё нет, сонно, тихо, за стеклянной витриной у кассы, стоя, додрёмывает молодая девушка-аптекарша.

Бах! Шарах!

С грохотом пушечного ядра распахивается стеклянная входная дверь, впечатываясь в ограничитель и отлетая обратно. В аптеку вихрем врывается ЮнМи. Мгновение – и она рядом с аптекаршей.

- Помогите! – громким шёпотом сипит она, видно из-за сведённых спазмом голосовых связок. На лице у неё выражение неописуемого ужаса.

- Помогите! - вновь пищит она, пытаясь кричать, - Я беременная! Продайте мне какое-нибудь лекарство! Скорее!!

Замерев, девушка-аптекарша с испугом смотрит на посетительницу. И тут ЮнМи скручивает спазм рвоты. Вонючая струя полупереваренной пищи фонтаном обдаёт чистое стекло витрины.

- Ох, ты ж божечки-кошечки! - отшатываясь, ошарашенно восклицает «отмеревшая» аптекарша, глядя на согнувшуюся пополам ЮнМи заблёвывающую ей пол, - Ну ничего себе! )


Фальшстарт пятый


Сука… сука… сука… сука…

Сердце бешено молотит в грудной клетке, болезненно отдаваясь толчками в висках, в правом боку колет от недостатка воздуха, но я продолжаю упорно бежать.

Скорее! Скорей! Сейчас доберусь и убью… гада… нафиг! Сволочь такая! Как вчера было классно! Сьёмки закончили, в Billboard попали, потом отметили … И как утром стало паршиво! Просыпаюсь, во рту, кошки, как говорится, нагадили, голова разламывается и что-то давит на меня, дышать нечем. Глаза открыл, смотрю, а это ХёнШи, привалился рядом и дрыхнет беспробудным сном. Я его давай отпихивать и вдруг чувствую, по ногам как-то не так. Прохладно как-то. Кое-как отпихнув ХёнШи, с трудом сел на этом диване. Смотрю, а ноги у меня – голые!! Ни юбки, ни трусов – ничего нет! И у этой твари, ХёнШи, тоже самое, тоже – НИЧЕГО!

Секунды три я пялился на четыре голые ноги, пытаясь сообразить, что это значит? А потом меня как громом шарахнуло! Он меня… Я БЕРЕМЕННЫЙ!!!

За всю свою жизнь я не испытал и доли того ужаса, который охватил меня после того как я это понял. Уже и время прошло, а всё ещё не отпустило. До сих пор кишки внутри живота стягиваются в ледяной узел.

Поняв, что всё пропало, я пулей соскочил с дивана, нацепил юбку и трусы и, завывая внутри от страха, помчался в аптеку, за «противородовым». Знаю, что есть такие таблетки, которые если сразу принять, то ничего не будет.

Вихрем долетел до первой аптеки, но там мне не повезло. То ли от нервов, то ли от того, что я вчера конкретно поизлишенствовал, у меня неожиданно скрутило внутренности и всё, что не смог за ночь переварить желудок, я выблевал в этой аптеке на пол. После чего я решил оттуда свалить, рассудив, что изгаженный пол будет серьёзным препятствием в общении с аптекаршей. Убежав оттуда я помчался искать другие аптеки. Нашёл ещё две, но там меня ждал облом Возраст сексуального согласия в Южной Корее – тринадцать лет, своими глазами читал об этом, но вот препараты по прерыванию беременности продают только по рецепту врача!! Маразм какой-то! Помня квадратные глаза первой аптекарши и изумлённое выражение её лица, я не стал больше кричать, что я беременный, а стал покупать таблетки – «для сестры». Но поскольку я не знал, как они называются, а мой внешний вид, похоже, безумен, никто мне ничего не продал без рецепта, как я не старался «уболтать» продавщиц. А в последней аптеке я обнаружил, что я ещё и без денег, поскольку я не взял свой рюкзачок, а деньги в нём.

Мчусь обратно за деньгами. Убью эту тварь ХёнШи, возьму деньги и придумаю, как купить таблетки. Иначе, для меня всё будет кончено!

….


( а в это время, в квартире, откуда убежала ЮнМи, парни, разбуженные хлопнувшей за нею дверью, проснулись и начали «собирать мозги в кучку», приходя в себя после попойки. Объектом общих шуток стал ХёнШи, бродящий в трусах и заторможено разыскивающий свои штаны. Внезапно хлопает входная дверь и, спустя секунду, в комнату влетает ЮнМи. )


- Сволочь! – кричит она, отыскав глазами ХёнШина и бросается на него с кулаками.

Подскочив к парню, она бьёт его в живот. Не ожидавший такого к себе отношения, ХёнШи громко хекает и сгибается пополам, продолжая получать кулачками от ЮнМи.


- Сволочь, сволочь, сволочь! – сбивая дыхание, уже со слышимыми слезами в голосе повторяет ЮнМи, похоже, видя, что её удары не приносят видимого ущерба.

- ЮнМи, ты что делаешь?! – восклицает КванРи и, подскочив к ней, начинает хватать её за руки, - Стой! Да погоди ты! Что случилось?!

- Вы, все… ! Все вы! – прекратив размахивать кулаками, кричит, ничего не объясняя ЮнМи и, оттолкнув от себя КванРи, бросается за своим рюкзачком.

Схватив его, она выбегает из комнаты, провожаемая изумлёнными взглядами ошалевших парней. В глазах её – слёзы.

-Что это с ней? – озадаченно спрашивает КванРи, проводив её взглядом и оборачиваясь к присутствующим, - ХёнШи, за что она тебя?

- Не знаю, - морщится тот, прижимая правую ладонь к животу и переводя дыхание.

ЫнХёк, прищурясь, смотрит на него.

- Но ведь почему-то она это сделала? - говорит он.

- Не знаю, хён, - мотает головой ХёнШи, - правда.

- Если это то, что я думаю, - медленно говорит ЫнХёк, смотря на голые ноги ХёнШи, - то я просто не знаю, что тогда с тобою сделаю…


( звонок из агентства FAN Entertainment)


- ГёнХо…

- Добрый день, господин президент СанХён! Внимательно вас слушаю.

- Здравствуй, ГёнХо. ГёнХо, ты слышал про группу «FreeStyle»?

- … Ммм, прошу прощения, господин президент. Боюсь, что нет.

- Плохо, ГенХо, очень плохо. Первая корейская группа, попавшая в Billboard сразу на сорок седьмое место, а ты не знаешь…

- Billboard?! Не может этого быть, господин президент! Вы говорите мне невероятные вещи! Чьё это агентство?

- Я навёл справки, ГенХо, никто про них ничего не знает. Но это не значит, что мой начальник отдела по поиску талантов тоже должен ничего не знать. Ты меня понимаешь?

- О, простите меня господин президент! Простите! Виноват!

- Удивительно, но, похоже, эти парни не имеют агентства, и попали в рейтинг самостоятельно. Найди мне их, ГенХо! Найди мне этих везунчиков, и я подумаю о повышении твоей зарплаты!

- О-оо, господин президент, вы так щедры! Я сейчас же приступаю к поискам! Считайте, они уже начались.

- Помни, что ищешь их не только ты один. Скоро вся Корея приступит к розыску. К тому моменту, когда телевидение будет мечтать об интервью с ними, они должны быть членами дружной семьи FAN Entertainment. Найди их первым и привези ко мне. Тебе понятно?

- Будет исполнено, господин президент!

- Действуй, ГенХо, действуй!



Сижу под радостно-зелёным деревцем на скамеечке, периодически размазываю ладонями по щекам слёзы. Плачу. Ну как, плачу? Вроде не собираюсь этого делать, однако слезинки из глаз всё катятся и катятся и никак не останавливаются. Это ЮнМи плачет. А у меня на душе паскудно и тоскливо. Обидно. Просто обидно. Ну, вот как так? Что такого сделал, чтобы так вышло? Только ж хорошее ведь делал! Что за жизнь у женщин? Совсем не сладкая. В любой момент можно попасть туда, куда совсем не собирался попадать. И главное – без всяких на то причин. Просто потому, что ты женщина… В кишках до сих пор ледяной комок. Блин, почему я должен жить такой жизнью? Чёртова ГуаньИнь! Такую свинью подложить… За что? Не, ну за что?!

О! Телефон звонит! Кто? ЫнХёк… …

Задумчиво смотрю на экран телефона.

Отвечать? Мммм… Не, ну вас нафиг, ребят! Это была ошибка, связаться с boys-группой. Большая ошибка. Теперь всё, отныне с парнями – никаких дел. Только один или только с девчонками. И никаких пьянок отныне! Не нажрись я бы так вчера, может, ничего бы и не было бы. Впрочем, стопроцентно, не сейчас, так в другой раз, по иному бы случаю, всё одно, случилось бы… По-другому быть не может, нечего себя обманывать. Сейчас я вас всех внесу в блок-лист… Ууууу! Сколько вызовов от мамы и от СунОк!! Чёёёёрт! Совсем забыл, что меня дома ждут! Как вчера на сьёмках звонок отключил, так он и болтается, в этом положении… Щас ещё дома получу…

Ну почему так всё хреново закончилось?! Вот уж воистину – благими намерениями выстлана дорога в ад! Организовал собственными руками себе собственный персональный ад…

Так, ладно, хватит ныть! Пока жив, нужно жить. Первое – еду домой, получаю по башке. Второе – узнаю название лекарства. Третье – ищу способ его купить. Нулевое – отправлю-ка я домой, для начала, эсэмесочку… Сразу звонить - страшно…


(Тот же день, вторая половина дня. Храм ГуаньИнь. В одном из помещений, на скамеечке, в ожидании сидит ЮнМи. )


Хорошо тут, прохладно… Стены, пол, потолок, каменные, за зиму остыли и кондиционеров не нужно. Сижу, жду. Давно жду.

То, что было дома, когда я заявился, даже вспоминать не хочется. Всё было – и слёзы, и ругань. На крови поклялся больше так не делать. А что я ещё мог? Итак, опять врать пришлось. Решил правду не говорить, дабы маму не убить…

Залез в интернет, узнал, как называется нужная мне чудо – таблетка. Мифолиан, вот как она называется. Использовать в течение 72 часов после контакта.

Семьдесят два часа, это трое суток. Время есть, – облегчённо подумал я тогда, прочитав инструкцию к применению. Вот только рано я радовался. Купить эту штуку для меня оказалось весьма проблематично. Отпуск – только по рецепту врача! Где взять рецепт? Не к врачу же идти, в самом деле? Семья этого может и не пережить…

Задавив накатившую было вновь панику, что всё пропало, мыслью о том, что у меня есть ещё целых три дня, я принялся рассуждать логически. Мне нужна помощь? Нужна! Где её взять? Мама, СунОк, дядя – это самый крайний случай. В таком деле нужна анонимность. А где взять анонимность? Телефон доверия! Точно.

Обрадовавшись, я усвистал из дома, не смотря на запрет. Наменял жетонов и взялся звонить из телефон-автомата по найденным в сети номерам спасения. А я ещё гадал, глядя на красные телефонные будки на улицах Сеула – на кой они нужны, когда у каждого есть телефон? Теперь думаю, что держат их исправными специально вот для таких случаев. Для анонимных звонков. И в цвет такой специальный выкрашены – цвет тревоги.

Дозвонился. Но и тут меня ждал облом. Операторы-психологи на другом конце провода были готовы отговорить меня от самоубийства, однако купить мифолиан они были совершенно не готовы. Все эти бла-бла-бла разговоры, оказалось исключительно виртуальным. Как дело доходило до конкретики, это, извольте, к врачу. Поняв, что на помощь здесь рассчитывать не стоит, я стал думать дальше, что я ещё могу предпринять и вспомнил приглашение настоятельницы из храма ГуаньИнь. Её рассказ про то, что при храме у них живут женщины, которым нужно укрыться от мира и которым не задают лишних вопросов. И ещё, вспомнил про её личное мне приглашение – заходи, если что. Деваться было больше некуда, поэтому я, недолго думая поймал такси и поехал в храм. Хорошо, что Корея маленькая страна. Меньше чем за час, я добрался. Ну, к настоятельнице меня сразу не пустили, пришлось ждать, пока она закончит службу или молиться, я не очень понял. Предал через монахинь, что ЮЧжин просит о помощи, напомнил моменты, когда тут был, чтобы настоятельница меня вспомнила. Наверняка, у неё много людей за день перед ней проходит, может и забыть, подумал я. Не забыла, пригласила, проводили.

Рассказал ей всё без утайки, мол, так и так, попал в ситуацию, помогите, больше некому.

- Расскажи мне про этого парня, - просит настоятельница.

Рассказываю про группу. Про Billboard и сорок седьмое место. Что это очень хороший результат для новичков. Про то, что я пишу музыку и слова, и что эту композицию дала парням я.

Выслушав, настоятельница задумалась, внимательно смотря мне в глаза.

- Я знаю, что ГуаньИнь покровительствует детям и матерям, - не отводя взгляда и нарушая молчание, сказал я, - но это ещё не факт, что я рожу. И будет вам два трупа. А если рожу, то не знаю, кто тут от этого станет счастливым. Уж точно не я и не моя семья.

- Ты будешь знаменитой? – спросила она меня.

- Да, - без тени сомнения в голосе ответил я.

- Каждый идёт своею дорогой, - кивнув, непонятно ответила мне настоятельница и добавила, -

Хорошо, ты знаешь, что сказала ГуаньИнь, для стремящихся вверх?

Видно поняв по выражению моего лица, что я первый раз в жизни слышу об этом, она мне её процитировала.

-

Вверх стоит

подниматься совсем не для того, чтобы плевать на всех свысока,

- наставительно произнесла она, -

а для того, чтобы увидеть как можно больше тех, кто нуждается в помощи

. Так сказала ГуаньИнь.

Ну да, согласно кивнув на это, - подумал я, - звучит красиво.

- Я возьму на себя ответственность и помогу тебе, - внимательно глядя на меня, сказала настоятельница, - Но и ты не забудь о словах Владычицы, ЮЧжин.

Я пообещал крепко помнить.

- Подожди за дверью, - кивнув на моё обещание, приказала настоятельница, - Я пришлю за тобой.

Вот, сижу, жду…


(три дня спустя. Группа «FreeStyle»)


- Не понимаю, почему нам никто не звонит? – удивляется ХиБом, вертя в руках свой телефон, - два дня уже прошло. Я думал, что следующим утром тут будет очередь из агентств, а телефоны – молчат… Странно…

- Это потому, что нас никто не видел, - отвечает ему ЫнХёк, - мы же нигде не указали свои контакты. И смонтированный клип мы ещё только завтра получим. Все слышали пока только наши голоса. Вот выложим клип в сеть, тогда и начнутся звонки. Меня сейчас больше волнует то, что ЮнМи мне не звонит и трубку не берёт. Может, она кому-нибудь из вас звонила?

ЫнХёк вопросительно смотрит на парней. Те переглядываются и отрицательно вертят головами в ответ.

- Ёксоль! – взмахнув рукой, нецензурно высказывается по этому поводу лидер группы, - И адреса так никто и не знает?!

- Она никому ему не говорила, - снова крутит головою КванРи.

ЫнХёк произносит ещё одно крепкое корейское ругательство.

- Хён, может, нам самим позвонить в какое-нибудь агентство? – предлагает КванРи, - В JYP, например, или… может в SM?!

ЫнХёк отрицательно качает головой.

- Даже хорошо, что нам никто не звонит, - говорит он, - Вы что, не понимаете, что если какое-нибудь агентство захочет заключить с нами контракт, то без ЮнМи мы будем… Как трусы без резинки будем! А вдруг она вообще не захочет, чтобы мы исполняли её песни?! Зачем мы агентству без нашего хита?! ХёнШи, придурок, а ну, признавайся, что ты сделал, идиот?!

ЫнХёк подскакивает к ХёнШи и грозно нависает над ним.

- Не знаю, - бубнит тот, втягивая голову в плечи, - я же уже говорил, что ничего не помню... Правда…

- Ай… (матерное выражение) … - взмахивает на него правой рукою ЫнХёк, - что бы тебя кумихо сожрала, мичинном! После стольких лет, я подумал, что у меня, наконец, получилось, а ты убил цветок моей мечты, когда он был готов вот-вот распуститься! А-аа, адово проклятье! Ещё раз увижу бутылку в твоих руках, разобью её о твою голову, понял, кэсэкки?!

(кумихо – девятихвостая лисица-оборотень, пожирающая печень у мужчин, мичинном и кэсэкки – ругательства, прим. автора.)

ХёнШи совсем втягивает голову в плечи и подавлено молчит.

- Хён, - примирительным тоном говорит ХиБом, обращаясь к ЫнХёку, - ругаться бесполезно. Что сделано, то сделано. Давайте лучше её искать. Мы знаем, как её зовут, мы знаем, что она приехала недавно из Америки, и у неё есть пять золотых сертификатов по иностранным языкам. И ещё у нас есть номер её телефона. Неужели мы не сможем найти в Сеуле девушку, имея на руках такую информацию?

- Да, - резко выдохнув, соглашается с ним ЫнХёк, перестав материться и проводя растопыренными пальцы правой руки по своей шевелюре, - я надеялся, что она сама позвонит, но этот придурок… (он снова оборачивается к ХёнШи) … видно натворил такое, что она нас видеть не хочет! Давайте займёмся поисками, пока я не прибил его!

(в этот момент у КванРи звонит телефон. Парни разом поворачивают головы на звук. КванРи торопливо достаёт аппарат из кармана и, шлёпнув пальцем по его экрану, быстро подносит к уху.)

- Да… Добрый день… - начинает он общаться с позвонившим собеседником, потом делает «страшные глаза», раскрывает рот и, оскалившись, правым указательным пальцем начинает тыкать в сторону телефона, привлекая внимание присутствующих, которое и так всё обращено к нему.

- FAN Entertainment! – торопливо шепчет он парням, отставив подальше край телефона с микрофоном от себя.

Группа переглядывается.

- Да… Это мы… Да, это наша композиция в Billboard … - возвращается к разговору КванРи, - Хорошо, господин менеджер Пак ЛиХон… Мне нужно посоветоваться с остальными… Да, господин ЛиХон, я обязательно перезвоню и сообщу… Обещаю, что пока я с вами не переговорю, мы никому ничего обещать не будем… Да, менеджер ЛиХон-сии… Благодарю вас. Обязательно. Всего доброго!

- FAN Entertainment хотят обсудить с нами сотрудничество! – громким шёпотом сообщает всем КванРи, держа в руке отставленный от уха телефон и широко распахнув глаза, - Они хотят прислать за нами машину! Нас ждёт начальник отдела FAN Entertainment по поиску талантов господин Ким ГенХо!

Секундная пауза, народ переваривает в головах услышанное.

- Ахха! – в восторге подкидывает вверх телефон КванРи, - Свершилось! Нам позвонили из супер-агентства и пригласили подписать контракт! Ахха!

ЫнХёк громко выражает своё отношение к ситуации коротким нецензурным словом.


Время действия: тот же день, вечер.

Место действия: дом мамы ЮнМи, гостиная на втором этаже. Семья ужинает перед телевизором.


Сидим, ужинаем под новости. Рассказывают про выдающийся успех корейской науки, случившийся на южнокорейском термоядерном реакторе KSTAR. Разогретый до 50 миллионов градусов Цельсия водород, что, по словам симпатичной дикторши на экране, в три раза горячее температуры в ядре Солнца, удалось удержать в реакторе в течение целых 70 секунд. Научная общественность и политический истеблишмент ликует, рассказывая о прорыве и о том, что Корея впереди планеты всей.


Мама и СунОк все в телевизоре, гордятся, но мне до этой круглой железяки, что показывают в репортаже, как-то безразлично. У нас, в России, и покруче есть. О! Тем более, что говорят, что реактор разработан при участии российских специалистов. Больше чем KSTAR меня сейчас занимает симпатичная ведущая, которая мило улыбаясь, рассказывает стране о случившимся за день. Смотрю на неё, красотку, и думаю – наверняка у неё есть мужик. Вот интересно, а она не боится заниматься сексом? Это же - забеременеть можно! Как она живёт с этим?

Пфф… Что я несу?! Похоже, у меня паранойя на нервной почве развивается, раз такие мысли в голову приходят! Она же женщина! А они – ничего не боятся! Не боятся, в смысле этого – такого, чего мужчины боятся. Мужчины не боятся другого, а этого – такого, пугаются… Я вот тоже, как мужчина, сейчас натуральным образом «на измене сижу». Купил пачку тестов на беременность, благо без рецептов продают, три раза в день проверяю. Достаточно и одного раза, но три, оно мне как-то спокойнее… Лекарство мне купили «по знакомству» - без врача и обследования. Я его тут же употребил и вот меня что-то второй день мутит, при виде еды… Может, это беременность? Тесты дают отрицательный результат, усиленно верю им и считаю это побочным эффектом приёма препарата. В инструкции к нему – как на братской могиле фамилий, этих побочных эффектов, понаписано. Как можно такое для людей выпускать? Это же отрава, самая натуральная…

- А теперь о новостях культуры, - так же мило улыбаясь, говорит дикторша с экрана телевизора, продолжая продвигаться к концу передачи.

Про новости науки рассказали, дальше, как обычно – новости культуры и спорт. Мама и СунОк довольно переглядываются, как бы говоря друг другу - Во какой у нас в стране реактор есть! Патриотки… Бли-иин, как дети малые… Мне бы их заботы…

- Эта неделя запомнится не только людям, следящим за развитием корейской науки, - говорит между тем дикторша, - но и, несомненно, всем поклонникам корейской эстрады. В историю Халлю вписана новая яркая страница. Корейская группа впервые добилась выдающегося результата на мировой музыкальной арене, попав в рейтинг Billboard. Рейтинг Ноt 100 является списком лучших ста песен, имеющих наибольшую популярность на территории Америки и Европы. Ещё ни одному корейскому исполнителю до этого не удавалось попасть в этот список. Группа «FreeStyle» сломала существовавшую традицию, попав сразу на сорок седьмое место в чарте. Но на этом группа не остановилась. По результатам последнего подсчёта мест, композиция группы «FreeStyle» - "Bye Bye Bye" потеряла двадцать позиций к началу списка и теперь занимает двадцать седьмое место, войдя в список тридцати самых популярных песен в мире!

Фига-се! – с отвисшей челюстью думаю я, пялясь в телек и слушая знакомую мелодию, раздающуюся из его динамиков, - Вот это поворот! Двадцать седьмое место в мировом чарте! Вот это попадание!

- Как стало известно средствам массовой, группа «FreeStyle» только что подписала контракт с компанией FAN Entertainment. Теперь продвижением творчества талантливых корейских исполнителей…

(картинка на телевизоре меняется, и я вижу фото четырёх знакомых физиономий рядом с каким-то скалящимся корейцем старшего возраста)

- …займётся лично президент компании FAN Entertainment - господин Ли СанХён, тоже, несомненно талантливый предприниматель, зажёгший немало ярких звёзд на небосводе к-поп...

Пфф! Они уже контракт подмахнули! А я? Почему мне никто не сказал? Не спросили? Что за…?

- Юна, смотри! - поворачивается ко мне онни и, указывая рукой на телевизор, - Мы попали в мировой чарт!

- Ха! – презрительно отзываюсь на это я, обиженный тем, что меня бросили в кювете хайвея ведущего в светлое завтра, как пустую банку из-под пива. Да эти танцоры вооще охренели! Мы же договаривались, что будем сами, без всяких агентств!

- ЮнМи, нехорошо так, - нравоучительно произносит СунОк, услышав мою интонацию и осуждающе смотря на меня,- если люди добились успеха, то нужно радоваться за них, а не завидовать. Завидовать не хорошо. Нужно смотреть на успешных людей как на пример того, что если много работать, так же как они, то тоже можно добиться успеха в своей мечте…

Наклонив голову к правому плечу, смотрю на сестру глубоким, философским взглядом. Если бы не знал, что ты ничего не понимаешь, подумал бы, – издеваешься…

- Может, ты сама хотела первой попасть мировой рейтинг? - делает «гениальную» догадку СунОк, - но, ничего уже тут не поделаешь, первые - они. Нужно было спешить.

Мда-а, как говорится, кто не успел, тот опоздал. Интересно, что скажет онни, когда узнает правду? И как мне потом ей и всем, объяснится, почему я не хочу работать с этой супер-группой? Что-то опять нужно будет врать… Чёрт, я просто тону во вранье! А как же карма? И ведь может быть ситуация, когда ХёнШи скажет что-то не то. Не по моей версии. И что тогда делать? Эх, грехи мои тяжкие… Может, никому ничего не объяснять? Сказать просто – не хочу, мол, и всё! Вести себя как капризная девчонка. В жизни – полно таких особ и все окружающие, почему-то с ними носятся, вместо того, что бы сразу послать далеко и надолго…

Правда, чтобы выделываться, нужно кем-то быть… А я как раз автор мирового хита! Вот. Всё отлично и совпало. Наверняка сейчас агентство выйдет на меня, начнёт склонять к сотрудничеству. Самое время «покапризулить». Можно будет и от участия в группе отказаться, и из агентства попробовать побольше выжать плюшек всяких. Решено! Непременно так и сделаю!

- … господин Ли СанХён пообещал поклонникам собравшимся у здания FAN Entertainment, что они смогут увидеть выступление и клип своих кумиров в самое ближайшее время…

Картинка на телевизоре сменяется. Камера показывает внушительную толпу девочек примерно школьного возраста толпящихся у какой-то решётчатой ограды. Камера снимает откуда-то сверху.

Фига се! Поклонниц у них уже сколько!

Чёт как-то быстро.

То

льк

о

ведь

вроде бы контракт подписали

?

И такая толпа?

Непонятно.

Прямо как иллюстрация к хохме

«в

друг, откуда не возьмись, ниоткуда не взялось

!». Но если уж вспоминать о хохмах, то к этой ситуации лучше подойдут слегка изменённые слова Семён Семёныча Горбункова – «На их месте должен был быть я»! Не, ну гады блин, натуральные! Сами славу, значит, стригут, а обо мне даже и не вспоминают! Ладно, никуда вы не денетесь. Мне бы вот дожить до месячных, чтобы быть спокойным, тогда мы разберёмся, ху из ху…

-У тебя телефон звонит, - говорит СунОк.

Да, тоже слышу жужжание вибровызова моего телефончика. Я ведь на телефоне звук отрубил, чтобы не докучали всякие посторонние, не до того. Оставил только вибрацию, чтобы не пропустить звонок от мамы или онни. Все незнакомые номера – лесом!

Беру телефон, открываю, смотрю кто. Снова - незнакомый номер. Хм, отвечать, не отвечать? Может, кто из «танцоров»? А может, звонок из агентства? Наверняка парни все мои контакты, что у них были, ему слили. Вот оттуда и названивают. Танцоров у них много, а успешных композиторов, как я понимаю, нету. Или, мало… Причём исчезающе. Хмм… Ладно, отвечу. Всё равно когда-то придётся разговаривать, точки над и, расставить. Быстрее сядешь, быстрее выйдешь…


(чуть позже. ЮнМи разговаривает с кем-то по телефону. Мама и СунОк с удивлением на лицах заинтересованно прислушиваются, пытаясь понять по услышанным фразам, о чём идёт речь.)


… - Да, господин Ким ГенХо, это моя песня… - И эти две тоже… - Я почти не умею ни петь и танцевать… - Вашим мембером? М-мм, даже не знаю, Ким ГенХо-сии. Мне нужно готовиться к школе. Моя семья хочет, чтобы я была - как все. Училась. Вы же знаете, ГенХо-сии, как это важно иметь надёжное образование в наше непростое время … - Трени? У вас? А у вас хорошие условия для занятий? … - Мне нужно будет посмотреть. … - Нет, со старшими говорить пока не нужно. Может, мы друг другу не понравимся, ГенХо-сии? Зачем их попусту беспокоить? … - Завтра? Ну-у, не знаю… У меня на завтра были кое-какие планы... – Я вам перезвоню. Это же номер вашего сотового телефона, господин ГенХо-сии? Я обязательно перезвоню. Да, ГенХо-сии, все бумаги, подтверждающие моё авторство произведений, у меня есть. Заверенные нотариусом, всё как положено. Я вам привезу ксерокопии. До свидания, ГенХо-сии!

ЮнМи убирает свой телефончик от уха и, глянув на экран, нажимает кнопку отбоя. С хлопком закрывает крышку.

- Кто это был, дочка? – наклонившись вперёд и вытягивая шею, чтобы заглянуть ЮнМи в лицо, спрашивает.

- Из FAN Entertainment звонили, - с бесстрастным выражением на лице отвечает ЮнМи, кладя телефон рядом с собою на пол и протягивая руку к чайнику с цветочным отваром, - предлагают приехать, обсудить сотрудничество…

Секундная пауза. Мама и онни осмысливают информацию. Юна же, пока наливает себе ещё одну чашечку.

- FAN Entertainment? – удивлённо переспрашивает мама, - Это про которую сейчас по телевизору говорили?

- Да, - кивает ЮнМи, - они.

Тут приходит черёд удивляться СунОк.

- Зачем тебе им звонить? – собрав лоб в морщины, не понимает она.

- Хотят, что бы я у них работала, - объясняет, ничего толком не объясняя, ЮнМи, совсем по театральному повышая напряжение у публики, перед тем как ошеломить.

- Как - хотят? – продолжает не понимать СунОк, - Ты что, не сказав нам, тайком ходила на прослушивание? Они хотят тебя взять трейни?

- Нет, качает головой ЮнМи, - я не ходила на прослушивание.

- Тогда - почему?! Или ты выдумываешь? Шутка такая?

- Онни, всё просто, - хладнокровно произносит ЮнМи, поднося к своим губам чайную чашку, - я написала песню.

- Песню?

- Да, - кивает ЮнМи, - "Bye Bye Bye". Сорок седьмое, а теперь двадцать седьмое место в Billboard. Вот агентства и засуетились. Как я понимаю, в Корее больше нет никого, чьи песни попадают в мировые чарты…

Ошеломительнейшая пауза.

- … кроме меня, - заканчивает ЮнМи незаконченное предложение и со стуком ставит чашку на столик.

- Но… но… но… - никак не может собраться с мыслями и найти нужных слов СунОк, - но как же это у тебя могло получиться?!

- Удачно всё сложилось, - пожимает плечами ЮнМи, - лёгкое везение на фоне тяжёлого таланта.

- А почему ты тогда не с ними? – спрашивает СунОк и, имея в виду группу «FreeStyle», - почему они подписали контракт с агентством, а ты – нет?

- Я решила сменить концепцию, - напустив на себя умный вид, объясняет ЮнМи, - решила выступать одна, сольно.

- А деньги? – интересуется мама, - Тебе за песню заплатят?

- А куда они денутся? – отвечает ЮнМИ, - Все ноты, диск с композицией и тексты опечатаны нотариусом и находятся на хранении в нотариальном депозитарии за пятнадцать долларов в год. Это гораздо дешевле, чем регистрировать права в копирайт-офисе. Правда, при таком варианте будет сложнее доказывать свои права за рубежом, но у меня сейчас и денег нет, чтобы где-то судиться за рубежом. А для Кореи - нотариуса достаточно. Я всё узнала и сделала. Если хотите, могу показать копии бумаг.

- Покажи! – прямо-таки подпрыгивает на месте СунОк.

- Сейчас принесу, - говорит ЮнМи, поднимаясь на ноги.


Время действия: следующий день, около десяти часов утра

Место действия: небольшое помещение в здании FAN Entertainment. Комната, вдоль трёх стен которой стоят чёрные кожаные диваны. На двух из них расположились члены группы «FreeStyle».


- Как, не американка? – озадаченно спрашивает ХёнШи, заглядывая в лист бумаги, который держит в руках ЫнХёк, - А кто тогда?

- Простая корейская школьница, - отвечает ему ХиБом, смотря в тот же листок, но только с другой стороны, - вон же всё написано, читай. Адрес, школа. Всё есть.

- Так она нам всё наврала?! – не хочет верить в очевидное ХёнШи.

- Похоже, да, - с печалью в голосе говорит КванРи.

- А как же – сертификаты? Они фальшивые?

- С сертификатами – непонятно, - нахмурившись, говорит ЫнХёк, - агентство ещё не получило подтверждения их подлинности. Но мне кажется, что хотя бы по английскому – сертификат должен быть настоящим. Как же тогда она нас учила произношению и песню написала, если бы не знала языка?

- Холь! – произносит ХиБом, - А с песней – всё в порядке? Мне вдруг в голову пришло, что если она нас обманывала, то может и с песней тоже? Вдруг, она чья-то? Разве может простая школьница, взять и написать песню на английском?

Группа впадает в невесёлую задумчивость, прикидывая возможные последствия.

- Да нет, - не очень уверенно говорит ЫнХёк, - FAN Entertainment должны знать, чья это песня и кто её написал.

- Песня только что прозвучала, - указывает на очевидное ХиБом, - а её автор, теперь непонятно кто. Вот как подадут на нас в суд, чем платить будем? У меня денег нет. Я ещё и воны не заработал.

- А почему к нам претензии? - спрашивает ХёнШи, - Пусть к агентству предъявляют претензии. У него юристы, пусть судятся.

- Песня прозвучала до того, как мы подписали контракт с агентством, - отвечает ЫнХёк, - оно тут не причём.

- Тогда пусть подают в суд на ЮнМи. Она ведь себя за автора выдавала, а не мы! Мы только исполняли.

- ХёнШи, в судебной практике есть такое понятие – пользаизвлекатель. Это тот, кто конкретно получает выгоду от мошенничества. Пользу от обмана получали мы. Мы стали известными, мы заключили контракты с агентством, мы должны получать прибыль от исполнения композиции. Возможно, мы сможем доказать в суде, что нас тоже ввели в заблуждение, но платить всё равно придётся. Хотя-бы просто потому, что деньги будут только у нас. У ЮнМи ничего нет. Что с неё взять?

- Нда-а, - озадаченно чешет в затылке КванРи, - как-то всё не так идёт. Когда я не был айдолом, спокойнее было. Денег, как и сейчас – не было, но и в суд попасть, шансов тоже было меньше.

- Будем ждать ЮнМи, - подводит итог разговору ЫнХёк, - послушаем, что она скажет. Может, мы зря волнуемся и песню действительно написала она.

- А она придёт? – оживляется ХёнШи.

- Кунчан-ним ГенХо-сии сказал, что обещала. Правда, когда – не сказала.

- Эти женщины, - осуждающе произносит ХёнШи, качая головой, - никогда ничего определённого.

- А тебе, зачем она? - повышает голос на него ЫнХёк, - Хочешь что-то вспомнить?

- Поговорить с ней хочу, - отвечает ХёнШи.

- Нечего тебе с ней говорить! – категорически возражает лидер группы, - У девушек психика слабая, ты с ЮнМи запросто поругаешься. Потом она или психанёт, или совсем обидится, и что мы потом делать станем? Молчи и извиняйся, что бы она не говорила. Понял?!

- Понял, - недовольно буркает ХёнШи.


Время действия: этот же день, ближе к обеду

Место действия: здание FAN Entertainment. В той же комнате, что и раньше, общаются ЮнМи и группа «FreeStyle». В воздухе ощущается разлитая в нём нервозность.

Кроме перечисленных лиц присутствует начальник отдела по поиску талантов Ким ГенХо, внимательно наблюдающий за происходящим и, особенно, за поведением ЮнМи. ЮнМи полностью игнорирует ХёнШи. Не разговаривает и даже не смотрит на него.


- Ты нас обманула! – с возмущением говорит КванРи.

- Когда и в чём? – спокойно интересуется ЮнМи.

- Сказала, что приехала из Америки, а сама – простая корейская школьница!

- Кто-то от этого умер? – так же спокойно вопрошает Юна и делает ремарку, - И я не простая корейская школьница. Я – особенная! И вы это уже видели.

- Но всё равно, - сбавив тон, упорствует КванРи, - ты начала отношения со лжи. Это недопустимо!

- Я уже была честной, - пожимает плечами ЮнМи, - до того как я пришла к вам, я ходила ещё в одну группу. Всё рассказала как есть. Что я корейская школьница, написала песню…

ЮнМи делает короткую паузу. Все присутствующие внимательно смотрят на неё, ожидая продолжения.

-… Они просто дали мне пинка и выкинули на улицу, - продолжает она, - поэтому, я стала «американкой». Кто ж вам виноват, что вы женщин за людей не считаете? Не жалуйтесь потом, что им приходится приспосабливаться.

На несколько секунд в комнате возникает сцена из русского театра – «к нам приехал ревизор»! Вытаращив глаза, всё присутствующее мужское население смотрит на сидящую с независимым видом ЮнМи. Некоторые даже рты пооткрывали.

- Ну, ты это зря, ЮнМи… Говоришь, что за людей не считаем, - первым собирается с мыслями ЫнХёк, - очень даже считаем.

- Что-то я этого особо не замечала. Впрочем, это уже не важно. Я работать с вами больше не буду.

- Почему?! – восклицает КванРи.

- Вы меня кинули. Мы ведь договаривались быть отдельной группой. А вы подписали контракты с агентством ничего мне не сказав. По факту – подписали за моей спиной.

- Но, ЮнМи, - возражает ЫнХёк, ты ведь не отвечала на звонки. А с предложением от такого крупного агентства как FAN Entertainment нужно всё решать быстро. Мы пять лет мечтали стать айдолами, а ты – телефон не берёшь. Может, ты в Америку, обратно, уехала? Сколько нам нужно было тебя ждать? Ты тут сама виновата. Могла бы и позвонить.

ЫнХёк отрицательно крутит головой, отвергая обвинения. ЮнМи с недовольной гримаской на лице поджимает губы, видимо признавая, что тут она да, не права.

- Всё равно, - по-девчачьи упорствует в своей обиде ЮнМи, - я решила, что буду теперь работать одна. Верните мне мой синтезатор, и мы расстанемся. Пусть теперь агентство вам песни пишет!

- Да в чём дело, женщина?! – возмущается ХёнШи, - Мы согласны с тобою работать, агентство тоже готово подписать с тобою контракт! Чего ты упрямишься?!

ЮнМи поворачивает к нему голову и впервые за сегодня сморит на него.

- Рот закрой, - тяжело произносит она, - пока я тебя не убила.

Тссс… - разом выдыхают сквозь зубы остальные парни.

В комнате устанавливается неприятная тишина. ЮнМи, со злым выражением на лице смотрит на ХёнШи.

- Стоп-стоп-стоп-стоп! – выставив вперёд раскрытые ладони, вмешивается в ситуацию Ким ГенХо, - Предлагаю сделать перерыв! ЮнМи-ян, пойдём, я тебе покажу FAN Entertainment, думаю, тебе будет это интересно. У группы далее запланированы мероприятия, а мы с тобой, после экскурсии обсудим условия твоего контракта. Ты же вчера этого хотела.

- Пойдём! – приглашает девушку ГенХо, поднимаясь со своего места.

ЮнМи, перестав сверлить глазами дырку в ХёнШи и кинув недобрый взгляд на остальных парней, тоже поднимается вслед за ним на ноги.


Место действия: здание FAN Entertainment. По его коридорам и комнатам, бродит Ким ГенХо в сопровождении ЮнМи. Господин ГенХо весел и оживлён. Размахивая руками и улыбаясь, он много рассказывает ЮнМи о компании, о том, чем занимаются в данный момент конкретные люди, в чём состоят их обязанности. Знакомит ЮнМи с попавшимися по дороге знаменитостями агентства, вызывая у людей удивлённые и не понимающие взгляды. Две женщины, стоящие у ксерокса, проводив парочку оценивающими взглядами, приступают к обсуждению увиденного.


- А что это с нашим ГенХо сегодня такое? Его прямо не узнать. Просто лучиться радостью.

- Я слышала, что он получил большое поощрение от президента за то, что первым нашёл «FreeStyle». Президент был очень доволен, что утёр нос всем остальным агентствам.

- Ах, вот оно в чём дело... Тогда понятно, почему он так весел. А кто эта девочка, которая с ним ходит?

- Не знаю. Может, ещё одна найденная «звезда»?

- Хмм… Я бы не сказала, что её внешность соответствует стандартам. И вид у неё такой, словно не очень-то она и рада, что пришла сюда.

- Да, я тоже это заметила. Когда ГенХо-сии знакомил её с СыХоном, она смотрела на него так, как будто в первый раз в жизни его видит.

- Божечки, в какой только деревне ГенХо её нашёл? Страшно представить, сколько потребуется сил, что бы что-то вылепить из этой деревенщины.

- А она точно, из деревни?

- Ну, если она не знает СыХона, то точно – из деревни. Причём, в которой нет ни одного телевизора!

- Хи-хи-хи…

- Хи-хи-хи… И двигается она, как кальмар. Зачем он её только привёл?

- Ему виднее. Он же у нас начальник отдела по поиску талантов. А у нас – другая работа.

- Да, ему видней. У нас есть своя работа.


Место действия: здание FAN Entertainment. Кабинет Ким ГенХо. За столом сидит хозяин кабинета, на диванчике у стены – гостья, ЮнМи. Она держит в руках листки бумаги, читает. ГенХо терпеливо ждёт.


Вот, взял у начальника отдела «типовой контракт». Сижу, читаю, стараясь вникать в суть написанного, ибо написано юридическим языком и приходится по три раза перечитывать абзацы, чтобы понять, о чём идёт речь.

Пообщался с парнями. Ну, в общем-то всё, как я предполагал. Парни осуществили свою корейскую мечту – подписали договор с агентством и больше им ничего не надо. Теперь агентство возьмёт на себя все заботы о них, а они будут в нём работать. Узко мыслят… Представить, что весь мир может быть у их ног, они не в состоянии. Ну и ладно. Всё равно мне с ними не по пути. ХёнШи конкретно выбесил. Голос он на меня ещё повышать будет! Меня тут тошнит, от этой таблетки, под ложечкой страх шевелится, что не обойдётся, да и вообще, я никогда в жизни ещё так не пугался, как сейчас. А он мной ещё командовать будет! Щщщщ… Убил бы!

Прошёлся по знанию агентства, оценил. Ну, да, вроде бы ничего у них так, база. Прилично. Чистенько, новенько и светленько. Кондишины, опять же, работают, от жары спасают. На улице – натуральное пекло.

Пока ходили, смотрели, успел… ну не опарфуниться, но… В общем, вызвал удивление, скажем так. Попалась тут на встречу местная «звезда». Парень. Я спокойно прошёл мимо него и почапал дальше, пока ГенХо не ухватил меня сзади за одежду и не завернул обратно – «знакомиться», буквально ткнув носом в знаменитость. Ох и глаза же были у этой «звезды»! Словами не передать, это нужно было видеть! Видать, он до этого и не подозревал, что может запросто «сливаться со стенкой». Впрочем, «глаза» были у всех, кто это видел. Тест на реакцию встречи корейской девочки с айдолом был провален мною с треском. Но я – то, откуда, как говорится? Странный парень, с волосами, выкрашенными на кончиках в тёмно-красный цвет, на каждом пальце – по кольцу, на шее какие-то блестящие цепи, серьга в ухе, стиль одежды – унисекс. Ещё и глаза подведены! Короче говоря, абсолютно метросексуальной внешности тип. Но, звезда ж, поди ты! Они что, всё время в «боевом прикиде» тут шляндают? В агентстве-то, наверное, можно было бы и расслабиться…

Так, ладно. Посторонние мысли - прочь! Внимательно читаем типовой контракт! Это сейчас важнее всего.


… Срок начала действия контракта определяется с момента его подписания (или Даты последнего подписания) и заканчивается спустя 7(семь) лет после дебюта 'Исполнителя'…


- Пуджан-ним, семь лет, не слишком ли это большой срок для контракта? – интересуюсь я.

(пуджан-ним – начальник отдела. прим. автора)

- Раньше было пятнадцать, - кивнув, отвечает мне ГенХо, - но теперь по решению комиссии по защите прав артистов, срок приказано сократить. Поэтому, теперь семь лет.

Пятнадцать лет?! В царской России, помню, в солдатчину забирали на двадцать пять. Сурово тут, со сроками…


… В случае если 'Исполнитель’ не в состоянии выполнять обязанности по личным причинам, контракт будет продлен на тот период времени, который был потрачен...


- Что тут имеется в виду, пуджан-ним?

- Если ты, допустим, сломаешь ногу и не сможешь выходить на сцену, то время, потраченное на твоё лечение, будет приплюсовано ко времени действия контракта. То есть, он будет продлён.

Блин, прямо звериный оскал капитализма всю его пасть!

- А если я захочу расторгнуть контракт досрочно?

- Об этом будет в конце. Но если коротко, то ты должна будешь возместить FAN Entertainment всю сумму расходов, потраченную на твоё обучение и оказание помощи в продвижении в эстрадной деятельности, плюс выплатить неустойку, которая рассчитывается как планируемый доход от твоей деятельности за год, умноженный на количество лет, до окончания твоего контракта.

Ни чё себе! Как я понимаю, из этого рабства выкупиться не получится. Никогда и никак. Выжмут всё, до последней копейки. Что значит – планируемый доход? Он же может быть каким угодно. Мало ли кто там, чего напланирует?

… 'АГЕНТСТВО' имеет все права на закрепление за собой всех появлений на ТВ и выступлений ‘Исполнитель’.

...Угу… Интересно, Исполнитель пишут маленькими буквами, агентство – большими…

… В течение периода контракта ‘Исполнитель’ должен усердно выполнять все задачи поставленный перед ним 'АГЕНТСТВОМ', ‘Исполнитель’ не разрешается выполнять какие-либо действия без согласия 'АГЕНТСТВА' в течение срока контракта, и если этот пункт нарушен, последуют соответствующие меры, как указано в Пункте 11, подпункты 1, 2 и 3….

…Усердно. Что значит – усердно? Кто и как будет определять, усердно или нет?

… Все появления на ТВ и права на ‘Исполнитель’ принадлежат ‘АГЕНТСТВУ’ .

...Угу…

… 'АГЕНТСТВО' имеет права на все альбомы и записанные песни (включая невыпущенные), которые были записаны в период контракта. Вся прибыль после окончания срока контрактов определена эксклюзивным контрактом.

…. 'Исполнитель' передаёт ‘АГЕНТСТВУ’ права, как: право выпускать товары, авторское право, право выпускать альбомы, права на распространение, вещание (трансляцию), выступления, караоке, право создавать второстепенные товары на основе композиций, аранжировок и текстов, созданных 'Исполнителем'.

….. ‘АГЕНТСТВУ’ разрешено использовать песни, записанные и созданные в период контракта в любой форме.

… В случае, если 'Исполнитель' хочет отдать третьей стороне, кроме 'АГЕНТСТВА', тексты, композиции или аранжировки, то 'Исполнитель' должен заранее получить разрешение от 'АГЕНТСТВА'.

…Охренеть… Просто нет слов… Все права на песни и музыку им …

… Менеджер для 'Исполнителя' выбирается 'АГЕНСТВОМ' и должен усердно работать для выполнения графика деятельности ‘Исполнителя’.

…Даже личного надсмотрщика себе не выбрать!

… ‘АГЕНТСТВУ’ разрешено использовать любые тексты, музыку и аранжировки, сделанные ‘'Исполнителем' в любом альбоме, которые 'АГЕНТСТВО' создает, помимо альбомов ‘Исполнителя’

Не, нам такой хоккей не нужен! Это значит, допустим, написал я песню, а агентство присылает ко мне человечка, он берёт у меня мой листочек с текстом, берёт партитуру, скидывает себе на флешку демо-версии, кланяется и… сваливает в закат. И всё! Кому агентство потом её отдаст, мою песню, это меня не должно волновать по условиям контракта. Ну пипец, они тут понаписали!

…Все, что подпадает под права 'АГЕНТСТВА' перечисленного выше и применимого для всей внутренней (домашней) и заграничной деятельности, ‘АГЕНТСТВУ’ разрешено перенести и использовать права из данного контракта и отдать их другой компании…

Вау! Насколько я понимаю, это юридическая фиксация крепостного права! То есть мой контракт, по этому пункту, могут без всяких затей передать другой компании вместе со мною в придачу и со всеми моими обязательствами, прописанными в нём. А если я не хочу работать в другом агентстве? Тогда как? Я даже уточнять этого не стану. Понятно, что проблемы индейцев шерифа не волнуют…


Пункт 6 (Обязанности 'Исполнителя')


1. 'Исполнителю' не разрешается публично раскрывать содержание контракта или внутренние дела 'Агентства'.

2. 'Исполнитель' должен придерживаться всех назначенных TV появлений или выступлений, назначенных 'Агентством' или менеджером.

3. Если отмена во время появления или выступления происходит по личным причинам, 'Исполнитель' должен сообщить 'Агентству' или менеджеру об этом заранее и если для отмены не было особой причины, 'Исполнитель' должен взять на себя ответственность.

4. Между сроками истечения контрактов и за 6 месяцев до сего истечения, 'Исполнитель' должен выпустить 1 новый альбом (записанный), который 'Агентство' запрашивает, и провести PR мероприятия для данного альбома (6 месяцев).

5. 'Исполнитель' должен, когда 'Агентство' желает, производить 2 полных альбома в год, и выполнять все записи и выступления, работать усердно во всех областях. ('Агентство' выбирает срок, предоставляемый для создания альбома, и 'Исполнитель' должен следовать этому.)

А луну с неба оно не желает, агентство?! Два альбома в год! Да это же охренеть сколько работы! Как я знаю, у нас стар-топы по альбому в год делают и то, считается, что тяжело трудятся. Это маньяк-трудоголик, Дитер Болен, по два альбома в год клепал, и то, долго не протянул в таком режиме, стал – как все. Просто охренеть, а не контракт! Желает! Ага, щас…

…(Обязанности 'Агентства')

1. Поддерживать популярность 'Исполнителя'.

2. Своевременно сообщать о графике 'Исполнителю'.

И всё?! Вот эти два предложения и есть ВСЕ их обязанности?! А где тут про мою зарплату? А где про гарантированные выходные? А социальное страхование мне полагается? А где хоть какая-нибудь ссылка на хоть какое-нибудь трудовое законодательство? Это как вообще называется? Не, ну они конкретные беспредельщики!

У! Мои права дальше!

…Права 'Исполнителя'

…Если 'Агентство' требует что-то, что не входит в обязанности 'Исполнителя', то 'Исполнитель' в праве от этого отказаться…

Хм, тоже всего одна строка… Значит, от сексуального домогательства, съёмок в порнографии (хотя, если так подумать, это ведь тоже TV-деятельность), распространения наркотиков и контрабанды среди своих фанатов я могу отказаться. Спасибо, агентство. Ты такое щедрое!

Но где же тут про деньги? Что я получу за всё это?

Ааа, вот оно! Вознаграждение!


Распределение Прибыли – Альбомы


Классификация

Распределение доходов (Исполнитель). В случае группы делится по кол-ву её членов


Домашние альбом и предлагающиеся товары. Доходы только от полных альбомов. Компилированные товары (лайф альбомы, лучшие альбомы, сборники) не входят

50-100 тысяч

2% от продаж


100 - 200 тысяч

3% от продаж


более 200 тысяч

5% от продаж


Цифровые загрузки (альбомы, песни). В случае бесплатных загрузок, когда прибыль была получена от рекламы

10% от прибыли


Онлайн музыка, включая все виды цифровых файлов

10% от прибыли


Ах-ха-ха! Пять процентов от продаж! Всего пять процентов, Карл, пять процентов! Добровольное рабство за два, тире, пять процентов! Да где ж они таких идиотов найдут, чтобы такое «подмахнуть»?! Я решительно закрываю сброшюрованную папочку, хотя там остались ещё не просмотренные листы.

- Спасибо, пуджан-ним, - говорю я, кладя папочку на стеклянный столик рядом с диваном, - я поняла, что условия, изложенные в этом контракте, меня не устраивают.

- Какие именно? – удивлённо смотря на меня, спрашивает он.

- Да собственно, все, - говорю я, вставая с дивана и уточняю, - господин пуджан-ним у вас на выходе меня так выпустят, или нужно будет у кого-то отметиться?

- А твои знакомые, - говорит он, видно имея в виду парней, - подписали контракт без всяких замечаний.

- Значит, они идиоты, - говорю я, - раз такое подписали…

А что ещё тут можно сказать?! Если только матом…


(несколько позже)


- Отказалась!? – спрашивает СунОк.

- Отказалась, - кивнув, спокойно отвечает ЮнМи.

- Отказалась от контракта с FAN Entertainment?! – не верит СунОк.

- Это не контракт, а какое-то самопродажа в рабство. Меня интересует богатая и свободна жизнь, а не работа за три воны на чужого дядю.

- А я думала, что айдолы очень хорошо зарабатывают…

- Я тоже думала, пока контракт не почитала. Больше посудомойкой заработаешь, чем в к-поп агентстве айдолом...

- Видишь, ЮнМи, как мы были правы, когда говорили, что тебе нужно учиться! А ты не верила! Теперь ты убедилась в это сама. Переводчиком ты больше заработаешь. Хорошо, что дядя позаботился о тебе. Военная академия – это отличная карьера для девушки! Работа там строго по закону, хорошая зарплата, льготы и много молодых мужчин. Можно будет найти себе хорошую партию.

- Ю, ты чего так скривилась?

- Да так, о будущем подумала…

- Не надо бояться будущего. Будущее зависит от тебя!

- Ну да… Несомненно…

Время действия: на следующий день

Место действия: здание FAN Entertainment. Кабинет президента компании.


Сижу, рассматриваю владельца FAN Entertainment господина президента - Ли СанХён. Он рассматривает меня, я рассматриваю его. Сидим мы в его кабинете. Ничего так кабинетик. Мне нравится. Мебель из тёмного дерева. И видно, что из натурального дерева, а не «им-ммитаця».

Вчера вечером, когда я, побывав в компании, отказался иметь с ними какие-либо дела, маме позвонили. Позвонил заместитель президента и попросил её отпустить меня на встречу с евойным президентом. Ошарашенная мама, явно не успевающая за скоростью происходящих событий, дала «добро». Прислали за мной шикарный чёрный лимузин, приехал, сидя на его заднем сидении. Нравятся мне такие штуки, когда за тобою машину присылают…

Онни было рвалась тоже со мною поехать, но я ей сказал - нет. Пригласили только меня, а если что-то подписывать, то без твоей и маминой подписи не обойтись, так что не волнуйся. Разговор сейчас пойдёт пока только о музыке, так что ты будешь там явно лишняя. Отбился, в общем. Хорошо ещё дядя где-то опять в командировке, а то бы и он захотел поучаствовать…

Вот, поздоровались, сидим, смотрим друг на друга.

- Спасибо, что приехала, - начинает разговор Ли СанХён, закончив меня изучать.

Он сидит за столом, положив перед собою сплетённые в пальцах руки. Сижу возле, за столом, приставленным к президентскому длинной палкой «Т».

- У нас с тобою есть два вопроса, которые нам нужно обсудить, - неспешно говорит СанХён, - первый, это ситуация с композицией «Bye Bye Bye». Второй, наше дальнейшее сотрудничество. Начну с первого, поскольку оно требует быстрейшего разрешения…

Я согласно киваю.

- ЮнМи-ян, я в курсе того, что у тебя произошёл конфликт с группой «FreeStyle»…

Киваю.

- По опыту своей работы, я знаю, что в творческих коллективах ссоры неизбежны, но они не должны мешать движению денег. На данный момент я не могу заниматься продуцированием композиции «Bye Bye Bye», поскольку у меня нет на то разрешения от автора, то есть тебя. Я посмотрел заверенные нотариусом бумаги, которые ты принесла и скажу, что оформлены они правильно и судиться против них бессмысленно. Тебе кто-то подсказал так сделать?

- Нет, СанХён-сии, я нашла информацию об этом в интернете сама.

- Что ж, у тебя правильный подход к делу. Что ты хочешь за «Bye Bye Bye»?

- Восемьдесят процентов.

- Восемьдесят процентов чего?

- От продаж.

- Ого. Что же тогда останется мне? С чего я тогда оплачу налоги, зарплату и все расходы, которых, поверь, у меня просто невероятно много.

- Хм… Ваше предложение, господин президент?

- Три процента от прибыли.

- Ну… Это несерьёзно, господин президент. Мало того, что это очень мало, так что есть такое эта прибыль? Увеличите расходы, и от прибыли ничего не останется.

- Знаешь что такое прибыль?

- Интересовалась, господин президент.

- Хм, странные у тебя интересы для девочки твоего возраста. Впрочем, лучше начинать раньше, чем когда уже поздно. Вижу, что ты мне не доверяешь.

- Я вижу вас первый раз в жизни, СанХён-сии, - указываю я на очевидную вещь и, как бы намекая, с чего бы это мне вдруг сразу так вот и доверять?

- Понятно, - кивает собеседник, - и то, что я старше, для тебя это тоже, ничего не значит?

- Почему же? Я с уважением отношусь к вашему возрасту, но стараюсь оценивать человека по делам. У меня с вами никаких дел не было, поэтому, я проявляю осторожность СанХён-сии.

- Ты разумная девочка. Тогда, раз между нами есть недоверие, я предлагаю вариант разовой выплаты. Я куплю у тебя права на песню. Скажем, за три миллиона вон?

- Три тысячи долларов за песню, которая на двадцать седьмом месте в мировом чарте? Не мало ли, господин президент?

- Видишь ли, ЮнМи, двадцать седьмое место, это всего лишь потенциал. Для того, что бы его превратить в деньги, придётся ещё немало поработать и понести множество затрат. Например, нужно будет организовать сбор поступлений в Европе и Америке. Не покривлю душой, если скажу, что в Корее ни у кого такого опыта нет. Есть налаженный процесс с Японией, а там – нет. Страшно просто подумать, сколько всяких бумаг потребуется оформить. Причём, заметь, в разных странах. Это затраты. А деньги сразу не пойдут. Потом, отчисления делаются периодически, и до того момента, когда первые выплаты поступят мне на счёт, мне нужно будет заниматься промоушеном группы, платить им за жильё, еду, одежду. А потом парни захотят получить свои проценты. И не говоря уже про персонал, который будет их обслуживать. Ему тоже нужно регулярно платить. Все расходы буду нести один я, имея риск не получить в итоге вообще ничего. Музыкальный рынок, очень переменчив. Есть случаи, когда мелодия буквально в считанные дни взлетает вверх и буквально за пару недель навсегда вылетает из чарта. Такие случаи не так уж и часты, но бывают. Совсем не хочется угадить в такое. Ты меня понимаешь?

- Да, - киваю я, - я понимаю ваши трудности, но они есть не только у вас. Рядом с нашим домом строят большой торговый центр, и есть вероятность, что бизнес моей мамы придёт в упадок, а живём мы только с него. У нас есть кредиты, по которым следует регулярно платить, ещё нужно оплачивать учёбу старшей сестры. Поэтому я никак не могу раздавать свои песни даром, господин президент. Уж она точно стоит больше трёх тысяч долларов.

Сидим, молчим. Каждый о своём.

- Почему ты считаешь в долларах? Ты же и вправду, не из Америки?

- Ммм… наверное, излишне вжилась в роль, господин СанХён-сии. Я планирую сниматься в кино, пробую перевоплощаться.

- Угу. Как ты смотришь на то, чтобы поесть? Пока будем это делать, ещё раз обсудим вопрос. Что скажешь?

- Хорошо, господин президент, давайте поедим.

- Я угощаю. Что ты хочешь на обед?

- Что-нибудь из европейской кухни, если можно.

- Ого, даже так? Может, морепродукты?

- Только не морепродукты!

- Почему?

- Они… шевелятся…

- Хех, хорошо, я отвезу тебя в ресторан, где готовят европейские блюда.

- Отвезёте? Мама мне запрещает садиться в машину к незнакомым мужчинам.

- Пфф… Присутствие шофёра тебя успокоит?

- Это будет двое незнакомых мужчин в машине.

- Тогда пойдём пешком по улице. Но это будет жарко и корейская кухня. Согласна?

- Ладно, господин СанХён-сии, уговорили. Поедем с шофёром в ваш европейский ресторан!

Чего он на меня вытаращился? ЮнМи девушка приличная и сразу на всё соглашаться не должна…


Фальстарт шестой 


Вот это поворот! Я снова в "Golden Palace"! Тут оказывается совсем недалеко от штаб-квартиры FAN Entertainment. На машине недалеко. Вжик, вжик, вжик! По трёхуровневой развязке - вжик, с неё на мост - вжик, через мост - вжик, прямо по улице - вжик, потом направо - вжик и, здравствуй, Золотой Сарай!

В первый момент я, честно говоря, не понял, где это я, ибо заезжали с одной стороны, а я смотрел в это время в боковое окно в другую, думая о деньгах, а потом, когда машина остановилась перед главным входом, говорить что-то против этого места стало уже поздно. Капризничать тоже нужно в меру. Отказаться прямо перед дверьми ресторана, - это уже чересчур. Да и perché no? (почему бы нет?- итал. прим. автора). Марко весьма себе недурно готовит, и просто интересно посмотреть – изменилось ли тут что за прошедшее время? Короче, не став возникать, я, со спокойным видом проследовал через холл до входа в ресторан. Уже в конце, заметил внимательный взгляд, брошенный на меня господином СанХён-сии. Пока шли до столика, думал - что он может значить? Уже когда уселись, до меня вроде дошло. Наверное, шефу была любопытна моя реакция на фешенебельный отель. Но, похоже, я опять не так себя повёл, как ожидалось. А как я должен был вести? Рот открыть и голову задрать? Или, упасть на колени и пол поцеловать в благоговении? Он что, думает, что раз ЮнМи из небогатой семьи, то ничего в жизни и не видела? Пфф… Это он зря.

Официантка подошла сразу и, пока господин СанХён послушно открыл и листал поданное ею с улыбкой меню, я сразу, на память, не открывая список блюд, перечислил ей то, чего хочу. А именно: итальянский салат «Карпезе» из жареных томатов, пенне с лисичками в сливочно-грибном соусе, «Жёлтый суп», Медальоны из говядины с зерновой горчицей в коньячном соусе, апельсиновый сок и кофе.

Официантка только и успевала записывать, а господин Ли СанХён-сии, бросив листать меню в поисках чего бы ему вкусного там найти, выставился на меня в изумлении.

- Господин Ли СанХён-сии, - предложил я ему, - позвольте я помогу вам с выбором блюд? Если вы желаете отведать итальянскую кухню, то могу вам посоветовать выбрать из списка шеф-повара, из французских блюд тут вкусно готовят киш, луковый суп и касуле. Касуле, правда, долго готовится, но очень вкусно. Великолепны так же немецкий баварский пивной суп с копчёными колбасками, рулет из бюргерской кухни, рулька по-Мюнхенски и ещё тут пекут очень вкусные немецкие булочки.

Очень уж мне хотелось быстрее приступить к решению финансового вопроса. Ответом мне послужил ошарашенный взгляд президента и вопрос: Откуда ты это знаешь?!

Хм, действительно, откуда? А он что, не знаком с моим послужным списком? Странно…

- Я работала в этом ресторане, господин Ли СанХён-сии, – секунду подумав, отвечаю я.

- А, вот оно что, - облегчённо выдыхает он, – а то я удивился, решив, что ты знаток европейской кухни. А где ты здесь работала?

- …На кухне…

- А кем?

- …Мусор выносила…

- …. Понятно…

Что ему – понятно? Стоп! А он случайно не подумал о том, что я разбираюсь в импортной еде потому, что объедки за посетителями доедал?!

Внезапно чувствую, как к моим щекам приливает кровь и понимаю, что краснею.

Вот чёрт, опять я вляпался на пустом месте! Ну, кто меня за язык тянул, а? Сидел бы себе тихо! Нет, влез! Так, молчать нельзя.

- Если вы думаете, что я доедала за кем-то объедки, то вы ошибаетесь, СанХён-сии, - как можно более холодно произношу я.

- Ну что ты! - разуверил меня он, - Совершенно не думал подобного!

Но, по мелькнувшему в его глазах, я понял, что именно об этом он и подумал. Как же глупо я себя подставил!

- Я просто слышала, как люди, иностранцы отзываются о приготовленных здесь блюдах, - решил я всё же расставить все точки над i до конца, - а некоторыми меня Марко сам угощал.

- Марко, это…? – вопросительно приподнял брови СанХён.

- Марко Бендетто – шеф-повар этого ресторана, - объяснил я, и для придания большей убедительности добавил, - итальянец.

- Ты лично знакома с шеф-поваром? – удивился мой собеседник, и уточнил, - С итальянцем?

- Ну да, - и, сообразив, что опять сболтнув лишнего и между шеф-поваром иностранцем и уборщиком мусора, по корейским понятиям, лежит пропасть размером в расстояние от Земли до Марса, я выдал жалко прозвучавшую «отмазку».

- Знаете, господин Ли СанХён-сии, - сказал я, - когда люди работают вместе, то между ними волей-неволей устанавливаются отношения. Даже если эти люди разного уровня. Понимаете?

- Да, понимаю, - кивнув, ответил тот и переключился на меню.

Похоже, не очень-то он мне и поверил. Ну и ладно, переживу. Серёга, хватит болтать!

Ли СанХён сделал заказ, выбрав несколько блюд тоже из фирменного списка шеф-повара, и, отпустив, наконец, с немалым любопытством поглядывающую на меня молодую девушку-официантку, обратился ко мне.

- Давай поговорим о тебе, - предложил он.

- Перейдём ко второму вопросу? – удивился я, - А как же первый?

- Помнишь начало нашего разговора? Это хорошо. Первый вопрос мы обсудим за десертом. А пока поговорим о тебе. Скажи, ты никогда не жила за границей?

- Нет, не жила, - отрицательно покачал я головою и спросил, - а почему вы задали такой вопрос господин Ли СанХён-сии?

- Твоё поведение. Оно отличается от корейских девушек, - ответил СанХён и добавил, - можешь обращаться ко мне – сабоним.

(сабоним - президент, председатель, первое лицо в компании. прим. автора)

- Спасибо господин президент, - сделал я поклон, не вставая с кресла, и уточнил, - Чем же оно отличается, сабоним?

- Ты похожа на иностранку, - ответил он, - в тебе много… какой-то уверенности.

- Это хорошо или плохо?

- По-разному, - уклончиво ответил г-н президент, - в одних случаях это хорошо, в других, плохо…

- Будущее покажет, - поддакнул я и философски добавил, - у всего есть свои плюсы и минусы, сабоним.

СанХён согласно кивнул и продолжил.

- Я пока немного знаю о тебе, - сказал он, - поэтому и хочу поговорить с тобою, чтобы узнать больше. Мой заместитель рассказал, что ты смотрела у него контракт с исполнителем. Что ты хотела узнать?

- Я решила стать звездой мировой эстрады, - спокойно отвечаю я, - И просто хотела узнать, какие расценки в отрасли, условия контракта и стоит ли связываться с агентством.

- Расценки в отрасли? – переспрашивает СанХен, по-видимому, удивлённый построением фразы.

- Ну да, - соображаю я, что девочка возраста ЮнМи, вряд ли бы стала говорить языком с канцелярским уклоном, и перефразирую, - хотела оценить размер заработка звёзд, сабоним.

- И что? – любопытствует сонбе-ним, - Какие ты сделала выводы?

- Выводы простые. Соваться в корейские агентства никак нельзя.

- В корейские? А в некорейские – можно?

- Не знаю. Я пока ещё их контракты не видела. Но у них всё лучше будет.

- Чем же, лучше?

- У них рынок больше, а не как у нас, сорок миллионов населения, пожалуй, только треть, из которого готово платить за музыку. И вот за деньги этих жалких тринадцати миллионов людей бьются насмерть сотня, с лишним, агентств, выпуская по две новые группы каждый месяц. Это просто безумие какое-то.

- Если ты думаешь, что в Европе или Америке конкуренция меньше, то ты сильно ошибаешься.

- Думаю, что не меньше, - согласно киваю я ему, - но там исполнителям хоть понятно за что они борются. А тут можно рассчитывать максимум на пять процентов при абсолютно рабских условиях работы. Это просто самопродажа в рабство какое-то, а не контракт. У меня совершенно нет никакого желания оказаться в ситуации, в которой сейчас находится группа «АОА».

- «АОА»? – удивляется сабоним, - А что у них за ситуация?

Коротко пересказываю ему вычитанную в интернете историю о том, как их агентство поставило себе в заслугу впервые за три года выплаченную им зарплату.

- ЮнМи, ты делаешь быстрые выводы, не владея информацией, - немного помолчав, произносит СанХён, - насколько известно мне, «АОА» получили свою первую награду на музыкальном шоу только через полтора года после своего дебюта. А до этого времени им похвастать было нечем. Агентство FNC Entertainment достаточно известное, но с деньгами у них не очень. Однако, все эти трудные полтора года они верили в своих мемберов, оплачивали им тренинги, еду, тратили деньги на костюмы и участия их в шоу. Это совсем не маленькие расходы, а ведь группа ничего не зарабатывала. После первого успеха «АОА», наконец, заметили, они начали подниматься в рейтингах. Доходы их стали расти, и группа стала окупаться. Наконец, настал момент, когда FNC с гордостью объявили, что их девушки получили свои первые крупные доходы. Три года кропотливого труда и вложений в проект, который всё-таки достиг цели. Есть повод для гордости. К сожалению, как это обычно бывает, хейтеры облили грязью FNC, даже не сделав попытки разобраться в ситуации…

(хейтер – антифанат, прим. автора)

СанХён внимательно смотрит на меня, видимо ожидая моей реакции. Неудобно, блин! Опять я глупо выгляжу. Что-то с самого начала этот разговор для меня не заладился. Постоянно выставляю себя не с лучшей стороны. Ну да, три года верить в успех, это не просто… Могли бы через год разогнать, да набрать себе новых девчонок, а они старых вытянули. Мда-с… Молодцы, что тут скажешь?

В этот момент я замечаю краем глазом движение чего-то белого. Поворачиваю голову – Марко Бенндетто! В белом поварском прикиде с колпаком на голове и двумя девушками-официантками, почтительно следующими за ним сзади с подносами на руках, величественно, словно необъятный линкор с двумя тощими миноносками сопровождения, Марко движется в нашу сторону.

Бли-иин, ну а его-то чего сюда принесло? Что он тут забыл? Как всё вовремя…

СанХён поворачивает голову в ту же сторону, что и я. Вместе наблюдаем пришествие Бендетто. Оказывается, итальянец направлялся именно к нашему столику. Подойдя, он раскланивается с СанХён и, вежливо, на английском языке, благодарит за то, что выбрали итальянскую кухню, оказав ему большую честь, позволив приготовить лучшие блюда его родины.

СанХён благодарит в ответ, говоря, что с большим удовольствием попробует эти яства, приготовленные руками искусного повара.

Мужики раскланиваются, один сидя, другой стоя, потом Марко поворачивает голову ко мне, видно собираясь сказать уже что-то мне, поворачивает и замирает. Моргает раз, другой.

- Сеньорита ЮнМи?! – по-итальянски темпераментно громко восклицает он, взмахнув руками.

Узнал. А чего так долго приглядывался? Встаю из-за стола и, отступив на шаг в сторону, кланяюсь по всем правилам, подумав, что это весьма подходящий момент для того, что бы показать СанХён свои хорошие манеры.

- Сеньорита ЮнМи! – на итальянском снова восклицает Марко, - Вас просто не узнать! Вы дивно похорошели с последнего раза, как я вас видел!

- Грациас, синьор, - благодарно делаю я лёгкий полупоклон в ответ и тоже, перейдя на итальянский, говорю: Я тоже рада вас видеть, маэстро Бендетто. А вот вы совсем не изменились. Вы всё такой же пышущий жизнью и вкусно пахнущий.

- Вкусно пахнущий? Ха-ха-ха! – уперев руки в бока, громко хохочет Марко, став при этом чем-то похожим на Санта-Клауса, и, просмеявшись, говорит, - Это хороший комплимент для повара.

Повернувшись к СанХёну, прибывающему, похоже, в некотором напряжении от размеров Бендето и производимого им уровня шума, он говорит ему на английском: Это девушка умеет говорить комплименты. Один раз она уговорила меня приготовить простые сосиски, использовав своё умение.

Мне кажется, что у СанХён-сии, малость округляются глаза. Подумал, глядя на него, что раз уж «пошла такая пьянка», то можно попробовать выправить не очень хорошее впечатление о себе у сабонима, познакомив его с Бендетто. Решив, что это нормальная идея, приступаю к действию.

- Господин Ли СанХён, это Марко Бендетто, шеф-повар ресторана "Golden Palace", имеющий множество сертификатов и призов различных конкурсов мирового уровня. Он из Италии, мы знакомы, - на английском языке представляю я шеф-повара.

- Господин Марко Бендетто, - это господин Ли СанХён, президент известного в Корее музыкального агентства FAN Entertainment. Его компания занимает больше, чем двадцать пять процентов корейского рынка музыки.

СанХён-сии, отодвинув стул, встаёт из-за стола и мужчины ещё раз кланяются друг другу, говоря, что им очень приятно.

- Господин СанХён-сии и я, - поясняю я Марко, - обсуждаем сейчас вопрос взаимного сотрудничества.

- О-о! Так у вас тут деловые переговоры? – соображает Марко и принялся извиняться, - Прошу прощения, что нарушил вашу приватную беседу, но я не мог не засвидетельствовать уважение людям, проявившим интерес к моей родине. Когда находишься вдали от неё, хочется благодарить за каждое упоминание о ней.

СанХён-сии говорит, что прекрасно понимает чувство Марко. Марко ещё раз благодарит его в ответ и сообщает, что пришёл не только сказать спасибо, но ещё хотел уточнить у таких тонких ценителей кухни как мы, какую приправу они желают, чтобы он положил в соус. Возможны четыре варианта. Минуты две, я, с Марко и СанХёном, на итальяно-корейском, пытались определить, на какие корейские травы похожи эти итальянские травки для соуса, поняли с СанХёном, что первый раз слышим о существовании таких растений, плюнули и попросили Марко сделать «классический вариант», подразумевая под этим, что что он туда насыплет, то то мы и съедим.

- Это хорошая девочка, - имея в виду меня, сказал на прощание Марко СанХёну, порешав с нами все свои вопросы и, направляясь к себе на кухню, творить, - она не боится ответственности и умеет решать проблемы. Думаю, вы не пожалеете, господин Ли СанХён, если будете с ней работать.

- Ну надо же, - покачал головою СанХён, когда Марко ушёл, - я бы не поверил, если бы не видел собственными глазами и не слышал своими ушами…

Я, потягивая апельсиновый сок, довольно про себя решил, что Марко даже очень удачно пришёл. Воистину не знаешь, где найдёшь, где потеряешь!

- Ты прекрасно владеешь иностранными языками, - сказал мне СанХён и поинтересовался, - и я знаю, что у тебя есть золотые сертификаты. Где ты этому научилась?

- Господин СанХён- сабоним, - ожидавший этого вопроса, отвечаю я, - я думаю, что я могу вам рассказать… Об одном происшествии, случившемся со мною. Раз мы собираемся работать вместе, то вы должны знать, что бы для вас впоследствии это не стало неожиданностью. Только я убедительно прошу вас, эту информацию не распространять…

Коротко я рассказываю о своей амнезии.

- Ничего не помнишь? – не верит мне СанХён,

- Все, что было до аварии – ничего, - отрицательно качаю я головой, - вот почему я себя порою неправильно веду, сонбе. Я только приступила к изучению правил, которые мои сверстники уже давно знают. А способность к языкам появилась у меня после аварии. Врачи предполагают, что часть моего мозга освободилась от информации и сейчас она как у ребёнка – всё в ней очень быстро запоминается и учится. Дети ведь быстро учатся, сонбе.

- Вот оно что, - озадаченно произнёс сонбе, глядя на меня, - а я-то гадаю, почему ты такая…

- Странная? – пришёл я ему на помощь, видя, что сонбе затруднился с последним словом, - Я не странная, я – особенная!

Показав кивком, что соглашается с этим, сонбе спросил: А что это за история с сосисками, которые варил Марко по твоей просьбе?

Я, немного подумав, решил рассказать ему историю отеля «Лесной приют». Никто мне её не запрещал рассказывать, а то, что я молчал до этого, это была исключительно моя инициатива. А выгляжу я в ней крутым организатором, что может добавить плюсов в мою пользу. Тут как раз принесли салат и под него я её и поведал, но, правда, тоже, попросив на всякий случай – «не распространяться».

- И что потом? - очень заинтересованно спросил СанХён, когда история подошла к концу вместе с салатом.

- А потом меня выгнали из "Golden Palace", - сказал я, деловито отставляя в сторону пустую салатную миску.

- Выгнали? – искренне удивился сабоним, - Почему выгнали?

- Сказали - слишком умная, - ответил я, - если бы сидела на попе ровно, то руководству не пришлось бы доказывать свою компетентность и отбиваться от жаждущих их крови журналистов.

- На попе ровно… Хех! Забавно. А потом?

- А потом меня взяли обратно, я немного поработала переводчиком-полиглотом на конференции, что была на острове Чеджу, потом посидела в офисе, переводя всякие скучные бумажки, а потом меня опять выгнали.

- А на этот раз – почему? - уже улыбаясь, спросил СанХён.

- Управляющая и владелица сетью отелей "Golden Palace", госпожа Ким ХёБин, хотела, чтобы я работала у неё, а пред этим поехала на учёбу в Европу или Америку. Я три раза отказалась, госпожа сильно огорчилась, что я такая дура, и выгнала меня во второй раз.

- Ха-ха-ха! – засмеялся СанХён, запрокидывая голову назад, - Не верю! Отказаться от учёбы за границей и работы в "Golden Palace"? Не верю!

- Я решила заняться музыкой, - не став убеждать, что это правда, пояснил я свой отказ, - написала песню, нашла группу, организовала всё и вот, двадцать седьмое место в Ноt 100 Billboard.

Тут принесли суп.

- А вот с этого места – поподробнее, - попросил сабоним, берясь за ложку, - про то, как ты написала и организовала.

Под вкуснющий суп я рассказал короткую историю группы «FreeStyle». Выслушав её, СанХён опять недоверчиво, с сомнением на лице покачал головой, но ничего не сказал и задумался, оценивающе смотря на меня. Принесли горячие.

- Вкусно, - попробовав, и задумчиво пожевав, сказал СанХён, - но мне кажется, что на гарнир тут лучше была бы кимхчи…. ЮнМи, скажи мне, а как ты сама видишь своё будущее на эстраде?

- Я хочу стать известной во всём мире исполнительницей, буду исполнять свои песни и музыку.

- Ммм… ты умеешь петь?

- Нет.

- Танцевать?

- Я сейчас умею сочинять тексты и музыку на разных языках, исполнять её на синтезаторе KingKorg и занимать места в Billboard. Петь и танцевать я планирую научиться, сонбе.

- Один раз, ещё не означает, что ты умеешь… А ты не хочешь стать композитором? Знаешь, людей способных петь и танцевать – много, а вот тех, кто может написать хит – мало. Ты сможешь зарабатывать очень неплохие деньги, создавая музыку.

- Я хочу стать известной, сонбе. Композитор хитов – человек известный, но известность исполнителя хитов гораздо больше.

- Понятно. Значит, хочешь славы. Ты до этого вообще не занималась танцами и пением?

- Вообще не занималась.

- Видишь ли, конкуренция в индустрии постоянно растёт, а вместе с ней и требования к претендентам. Сейчас родители отправляют своих детей учиться танцам и пению уже с восьми-десяти лет. Тебе семнадцать и ты никогда этим не занималась. Тебе будет очень трудно соперничать с теми, у кого уже есть семи-восьми летний опыт…

- Сабоним, я не обычная девочка с улицы, мечтающая попасть в агентство, - напоминаю я о текущем состоянии дел, - я композитор с хитом, уверенно движущимся в направлении первого места мирового хит-парада и права на который я сейчас могу продать, кому захочу. А на вырученные от продажи деньги - нанять себе в индивидуальное обучение учителей танца и пения. Так что, думаю, мне не стоит особо бояться конкуренции от молодёжи, сонбе.

Сабоним выпятил челюсть и подвигал ею туда-сюда, став слегка похожим на размышляющего мультяшного ослика.

- Тем более, что мелодия и текст – это главное. Дрыганье ногами денег много не приносит. С музыкой же у меня проблем не будет никогда.

Президент развлекательной компании осуждающе покачал головой, услышав такое смелое заявление.

- Ты так уверена, что сможешь постоянно писать хиты? Творчество – тонкая материя.

- Я написала для «FreeStyle» ещё две композиции. Вы их слушали?

- Да, хорошая работа.

- У меня есть ещё песни.

- Не откажусь послушать.

- Давайте для начала решим наши денежные вопросы, сабоним. Как понимаю, проблема в том, что никто из нас не хочет прогадать. Поэтому, предлагаю вам оплату по факту. Вы же подаёте в налоговую информацию о том, сколько и чего именно было продано? Вот. Я хочу с каждой своей проданной композиции получать фиксированную сумму. Скажем, девяносто центов? А я вам за это передам права на сбор денег, сабоним, а?

Услышав сумму, сабоним хекнул.

- Максимум - пол цента, - откидываясь на спинку стула и кладя на стол руки ладонями вниз, сказал он.

- Это не серьёзно, - в который раз уже повторяю я и напоминаю, - сонбе, я не хочу выкручивать вам руки, поскольку считаю, что сотрудничество с такой крупной и известной компанией, как ваша, будет для меня весьма полезным. Однако и работать бесплатно не собираюсь. В данный момент вы сейчас имеете группу, автором исполняемого хита которой являюсь я. Если мы с вами не договоримся, то думаю, что вы окажетесь в весьма сложном положении, сонбе.

- Уверен, что мы договоримся, - кивнув, обещает сонбе, - Пять центов.

- Десять, - предлагаю я.

- Три.

- Десять.

- Четыре, - добавляет цент сабоним.

- Десять, - настаиваю я.

- Пять, - ещё накидывает сабоним.

- Десять.

- Четыре, - откатывает назад мой собеседник.

- Ну, хорошо, пусть будет шесть, - решаю скинуть я цену.

- Пять., - не уступает сабоним.

- Ладно, пять, - вздохнув, уступаю вместо него я.

- Договорились! Пять центов за композицию «Bye Bye Bye» проданную в любых форматах. Видео, диски, сборники, реклама…

- Согласна!

- Но, только учти. Деньги появятся не завтра. Скорее всего, первые выплаты можно ожидать через несколько месяцев.

- Тоже согласна.

- Что с двумя песнями?

- Раз деньги появятся с задержкой, давайте я обменяю их на моё обучение? Чтобы не терять время даром, вы подберёте мне преподавателей, а я передам вам права на песни. Вы же наверняка знаете всех лучших специалистов в Сеуле.

- Можно поступить проще. Давай заключим трени-контракт между тобой и моей компанией? Уверяю тебя, что преподаватели в FAN Entertainment – одни из лучших в Корее. Будешь учиться прямо в компании, а потом и дебютируешь у меня.

- Прошу прощения, господин СанХён, но я отказываюсь.

- Почему?

- Я читала в интернете о том, что программы обучения трени очень жёсткие. Много работы, мало сна и там требуют полного подчинения. Мне кажется, такое не для меня. Мне больше подойдёт обучение в европейском стиле. Потом, это обучение ещё очень дорогое. А если ещё и дебютировать в агентстве, то это автоматически означает контракт на пять процентов. Меня это не устраивает, спасибо, я лучше сама.

Сабоним озадаченно смотрит на меня некоторое время, потом говорит: ЮнМи-ян, ты опять делаешь выводы, не зная истинного положения вещей. Я тебе сейчас расскажу, как есть на самом деле, а не какие-то там выдумки, которые ты где-то прочитала. Во-первых, в Корее, в агентствах, никто не держит платных трени. Конечно, исключения бывают, но они очень редки и никто не даёт гарантий, что занимающийся платно когда-либо дебютирует. Настоящие агентства заботятся о своей репутации, поэтому, берут к себе только действительно перспективных молодых людей, которые подходят для их целей. Например - для новой группы или на замену кого-то из уже популярных, которые захотели уйти по каким-либо причинам. Иногда берут и совсем детей, так сказать "на вырост", если ребёнок очень талантливый. Если брать только за деньги, то в конце-концов это приведёт к банкротству компании, поскольку люди приходят смотреть на талантливого исполнителя, а не на деньги.

В агентстве у каждого трени есть персональный менеджер, который следит за соблюдением им распорядка дня, его усердием на занятиях, за получаемыми результатами. По мере продвижения процесса учёбы, трени набирают балы по изучаемым предметам и формируют о себе мнение у учителей, которые с ними занимаются. Совокупность оценки результатов обучения и мнения преподавателей решает – готов ли исполнитель к дебюту, либо нет? Если готов, то трени передают продюсеру, для определения концепта, в котором он будет работать.

Концепт – это то, что будет петь исполнитель, его повседневный и сценический стиль одежды, его поведение на сцене и даже то, что он будет должен говорить журналистам. Когда это всё определено и подготовлено, наступает момент дебюта. Вот именно в этот момент и подписывается контракт, который ты читала. Контракт между агентством и трени, становящимся айдолом. И именно с этого момента начинаются денежные расчёты между ними. До дебюта, обучение для трени - бесплатное. Поэтому, агентства и ищут таланты, чтобы потом наверняка вернуть свои деньги, вложенные в их обучение. В зависимости от того, сколько денег ушло на подготовку трейни, на его дебют и промоушен, столько времени айдол и будет находиться на положении бедного родственника, отрабатывая потраченные на него средства. Как только средства возвращаются, актёр начинает получать прибыль. Поэтому, никто, ни агентство, ни исполнитель, не заинтересованы в затягивании срока обучения. Чем ты талантливее, чем быстрее ты дебютируешь, тем меньше тебе нужно возвращать денег, тем быстрее ты начинаешь зарабатывать вместе с агентством. Это понятно?

- Понятно, сабоним, - киваю я, - но, согласитесь, трудно что-то ощутимое заработать, имея всего пять процентов отчислений…

- ЮнМи, кроме музыкальной деятельности, популярный айдол имеет ещё рекламные контракты, доходы от участия в шоу и телепередачах, а так же может быть приглашён на сьёмки в дорамах или кинофильмах. Всё это в итоге складывается в очень неплохие суммы и размеры отчислений там уже оговариваются отдельно. А ты хочешь всего и сразу! Так не бывает. Ты ещё никто, чтобы тебе платили по восемьдесят процентов. Вот станешь кем-то, пересмотрим контракт…

Мм-да? Ну, где-то в чём-то он и прав… Я пока только подаю надежды… Которые хорошо было бы подтвердить делами. Одна песня вполне может быть случайностью в его глазах. Президент осторожничает, и я вполне могу понять его светлое чувство – не просадить впустую свои деньги. Но, если вспомнить про сумму доходов IU, то, вполне себе может быть так, как он только что рассказал…

- И почему ты всё время говоришь о пяти процентах? – спрашивает меня СанХён, - При зарубежной деятельности артиста прибыль распределяется иначе.

Зарубежная деятельность? Мммм.. Чёт не помню такого…

- ЮнМи, - с подозрением смотря на меня, интересуется сабоним, - скажи мне правду. Ты вообще, до конца контракт – дочитала?

- Видите ли, сабоним, - делаю я «длинный заход» на ответ, чтобы сообразить, что говорить, - я дочитала до параграфа распределения прибыли. Он мне не понравился, и я не стала читать дальше. Но там были ещё листы, сабоним …

- Ах ЮнМи-ян, - качает головою СанХён, - ты ещё такая девочка, а берёшься читать контракты. Может быть этим лучше заняться твоей маме?

Сижу, чувствую, что краснею. Вот, блин, опять я сам себя идиотом выставил…

- От зарубежной деятельности исполнитель получает от семидесяти до восьмидесяти процентов дохода, - нравоучительно произносит СанХён.

- И что, агентство готово… платить такие проценты? – не верю я.

- Да, - кивает СанХён, - причина тут проста. Потому, что этой зарубежной деятельности по большому счёту, пока ни у кого и нет. Всё, в основном, сводится к разовым выступлениям…

Нд-а? Правда?! Тогда это совсем другое дело!

- Эти проценты, они как бы для мотивации исполнителей, - продолжает объяснять мне СанХён, - но ты ведь… говорила, что пишешь песни на разных языках? Так? Тогда тебя это должно устроить.

Медленно киваю, показывая, что да, такое меня устраивает. Пусть не восемьдесят, пусть семьдесят процентов отчислений с продаж дисков за границей, плюс доход от рекламы, может, в кино сниматься начну… Проживу! И плюс работа с солидным агентством…

- Устраивает! - решительно киваю я и спрашиваю, - Сабоним, вы случаем не захватили с собою контракт? Хочу его ещё раз перечитать.

Сабоним довольно смеётся.

- Нет - говорит, - не захватил. Сейчас поедим, поедем в офис, и ты там его ещё раз перечитаешь. Заодно я тебе дам контракт трени, отвезёшь домой, покажешь маме. И мы его с тобою подпишем.

- Контракт трени? Но, я хотела сама…

- ЮнМи, - со вздохом произносит СанХён, - хватит говорить глупости. Ты должна его подписать, потому что, во-первых: Я заинтересовался тобою как перспективным и талантливым исполнителем и композитором, и не хочу, что бы тебя переманило другое агентство, пока ты будешь чудить со своим обучением. Во-вторых, хочу лично контролировать твой творческий рост. Ну и последнее. Школа трени тяжела, но она нужна и тебе и мне для определения твоих физических и психологических возможностей. Эстрада это не только тяжёлый физический труд, но и жизнь в постоянном состоянии стресса. Думаю, что ни ты, ни я, не будем рады, если на третий месяц после твоего дебюта ты сядешь на пол, вытянешь ножки и скажешь – «всё, я больше не могу, отвезите меня к маме!». Лучше ещё до этого понять, что ты можешь, а что нет, чем потом ломать голову, думая, что же делать со срываемыми контрактами? Ты понимаешь, о чём я говорю?

- Понимаю, - вздохнув, говорю я.

Ну да, дядечка прав, подходя исключительно прагматично к вопросу. А может и действительно – я не потяну? СанХён, допустим, не знает и не узнает никогда, но я-то в курсе о проблеме моей души в совмещении с нервной системой ЮнМи. Были ведь пару раз уже «звоночки»? Были! А ну как «звонить» под нагрузкой начнёт постоянно?! Что я тогда стану делать? С персональными учителями подобного теста в плане эмоций не получишь…

- Я подумаю, - обещаю я.

- Нечего тут думать, - говорит СанХён, - нужно делать. Подписывай, и начнём работать. И ещё. Не знаю, что именно там приключилось у тебя с парнями, но я бы хотел, чтобы вы помирились. Подумай, что для этого нужно.

- Мммм… - без всякого оптимизма мычу я на это.

- Ты же не откажешься поучаствовать в тв-шоу вместе с группой «FreeStyle»? Как композитор и автор песни. Известность, слава и деньги за участие. Ты собираешься зарабатывать или нет?

- Хорошо, - говорю я, - тогда отдайте мне их на один вечер, сабоним.

- Зачем?

- Моя старшая сестра ведёт интернет-блог - «Ужин с СунОк». У её скоро день рождения, хочу сделать ей подарок. Пусть к ней «на ужин» придёт группа «FreeStyle».

- А что у вас за условия для сьёмки? – подумав и внимательно смотря на меня, интересуется СанХён.

- Да собственно, никаких, - честно признаюсь я, - вот, камеру ей в подарок купить хотела…

- Понятно, - кивает головою сонбе, - хорошо. После премьеры «FreeStyle», снимем для твоей онни «вечер». В павильоне, с нормальным светом и профессиональными камерами. А ты миришься с парнями. Договорились?

- Договорились, - вздыхаю я.

- Что-то ещё?

- У меня клип есть, - говорю я, - первый клип «FreeStyle»…

- Ерунда, - отмахивается СанХён, - что вы там могли снять? Уже идёт подготовка к сьёмкам. За два дня отснимем. Забудь.

- Я там людям обещала показать их в титрах, тех, кто участвовал… Это было одним из условий работы съёмочной группы. И я деньги на клип потратила…

- Деньги, как я понимаю, вы тратили по совместному уговору с группой? Вот с ними этот вопрос и решай. Ещё один хороший повод наладить отношения. А титры… Я подумаю. Можно будет потом снять фильм-историю о том, как всё начиналось, туда этот клип и вставить. Кстати, тебе там будет роль, в этом фильме, имей в виду. Или можно будет выложить этот клип позже, после дебюта, как фанкам… Нужно подумать. Но до дебюта группы ничего выкладывать не смей, поняла?

- Да, сабоним …

(«фанкам» – съёмка видео с концерта, которую делает зритель, буквально - «фанатская камера» прим. автора)

- И ещё. Что это у тебя за кольцо на правой руке? Ты случаем не помолвлена?

Отставляю правую кисть в сторону, растопырив пальцы, смотрю на печатку. Так её хозяин и не нашёлся, хоть я потом ещё раз сообщил присутствующим о находке, взяв у режиссёра мегафон. А писать объявление с номером своего телефона для связи или именем почтового ящика, и вешать его в неиспользуемом здании, я посчитал лишним. Так и ношу печатку с тех пор, как нашёл. А интересную мысль сабоним подкинул… Вообще очень странно, откуда, на ярко освещённой и тщательно выметенной площадке, взялось кольцо? Мистическое что-то в этом есть. Если я буду звездой-легендой всех времён и народов, то у меня должны быть в загашнике труднообъяснимые и таинственные истории. Сами собою они вряд ли откуда возьмутся, поэтому, наверное, стоит их придумать самому, что бы потом чем проезжать по ушам поклонникам на каком-либо шоу. И потом, помолвка – это ведь никаких больше женихов, не так ли?

- Да сабоним, - отвечаю я, любуясь тусклыми отсветами света на печатке, - я помолвлена. Со сценой. Я нашла это кольцо когда снимала первый клип. Нашла на ярко освещённой, тщательно выметенной съёмочной площадке, на которой до этого потоптались с не один десяток людей. Думаю, что это знак свыше, сабоним.

Сабоним на меня вытаращился как нечто непонятное.

- И вам же лучше, сабоним. Мужики посмотрят на руку, увидят – место занято, и приставать не будут. Я слышала, что постоянно беременеющие исполнительницы – бич современной развлекательной индустрии! А тут – защита.

Президент на две секунды подвис, обдумывая услышанное, а потом зашёлся в приступе смеха.

- Вряд ли она сработает, - отсмеявшись, сказал он, вытирая указательным пальцем правый заслезившийся глаз, - поверь мне, это очень слабая защита. Лучшая защита – это неустойка размером в один миллион долларов, записанная в контракте!

- Да хоть десять! – щедро предложил я.

- Хорошо, десять, - согласился сабоним и скривился.

Чего это он?

СанХён полез во внутренний карман пиджака и достал оттуда громыхнувшую чем-то твёрдым и рассыпным внутри себя бутылочку. Открыл крышку, достал белую пилюлю, оказалось – пластиковый бутылёк с таблетками.

- Изжога, - коротко ответил он на мой молчаливый вопрос, после того как закинул в рот таблетку и запил её водой.

А что тут странного? Постоянно есть такую острую пищу и не иметь проблем с желудком? Это из серии невероятного.

- Хорошо, - посидев и подождав пока у него пройдут болевые ощущения, сказал СанХён, - раз мы всё решили, давай быстро заканчивать есть и поехали в офис, оформлять бумаги. Упущенное время – это упущенная возможность заработать.

- Да, время – деньги, - поддакнул я, заработав удивлённый взгляд, видимо столь лаконичной формулировкой.


Время действия: вечер этого дня

Место действия: дом мамы ЮнМи, большая гостиная. Вечерний просмотр телевизора.


- У тебя завтра день рожденья, - говорю я, с удовольствием кладя на пол рядом с онни, токую полупрозрачную пластиковую папку с белыми листами бумаги внутри, - это мой подарок.

- Что это? - удивлённо спрашивает СунОк, забавно округляя глаза.

- Посмотри, - предлагаю ей я и протягиваю другую папку маме, - а это маме.

Мама и онни достают бумаги и приступают к чтению.

- Что это? – повторяясь, снова спрашивает онни, поднимая голову от листа, - это что, шутка такая?

- Почему шутка? – спрашиваю я с деланно-удивлённым видом, - компания FAN Entertainment прослышала о твоей замечательной программе и настолько была восхищена идеей и ей воплощением, что решила направить известнейшую в Корее группу «FreeStyle», поужинать с тобою в съёмочном павильоне компании. Это предварительный контракт. Там нет пока конкретной даты сьёмок. Но они будут, это стопроцентно.

- Но, но, но как же так? Я и FAN Entertainment? Откуда они обо мне узнали?

- Я рассказала, - улыбаюсь в ответ я.

- Ты-ыы?

- Я же написала им песню, - и спрашиваю, - забыла?

- Нет, я помню, но мне казалось, что это всё так… - СунОк делает неопределённый жест правой рукой, держа при этом договор в левой, - как-то так…

- Несерьёзно? – спрашиваю я, переводя язык жеста в слова.

- Что-то вроде этого, - встряхивает головою онни.

- Ну вот, - говорю я, - виртуальное превращается в реальное. Пока только в листки бумаги с контрактами и договорами, затем контракты и договора превратятся в деньги, а деньги – в хорошую жизнь. Всё, как задумывалось.

Онни озадаченно смотрит на меня, зажав в руке договор и видно силясь представить, как это будет.

- Я раздумываю над сотрудничеством с FAN Entertainment, - с удовольствием смотря на слегка встревоженную новостями сестру, говорю я, - они хотят, что бы я стала их трени, а после обучения – их айдолом. Я принесла вам показать контракт с их условиями, он сейчас у мамы.

- Ты же говорила, что в агентстве платят маленький процент? – удивляется онни.

Мама, услышав про деньги, прерывает чтение и поднимает голову. Читает она не так быстро, как СунОк и ещё ей пришлось надевать очки, поэтому, как я понимаю, от начала текста она далеко не удалилась.

- Там выяснились нюансы, - говорю я онни и, имея в виду условия сотрудничества, - от деятельности за рубежом исполнитель получает до восьмидесяти процентов дохода. Если я буду работать на зарубежный рынок, то заработок будет неплохим.

- А как же военная академия? – спрашивает СунОк.

- Забудь, - говорю я, - я никогда не буду служить в армии. Музыка принесёт в разы больше денег и свободы.

- Дядя будет очень недоволен, - покачав головой, предупреждает онни.

- Это моя жизнь, а не его, - чуть пожимая плечами, говорю я и обещаю, - я поговорю с ним. Сама. А ты пока лучше подумай над сценарием своего ужина с «FreeStyle». Сколько у тебя сейчас подписчиков на канале?

- Триста семьдесят пять…

- А после будет – за тридцать тысяч.

Онни вытаращивает на меня глаза.

- Магия популярности, - говорю я ей, - сможешь начать зарабатывать на рекламе. И завтра мы с тобою едем в FAN Entertainment. Завтра у нас с тобою пробы.

- Пробы?!

- Да. Продюсер должен знать, насколько мы ужасно будем выглядеть на экране и что нужно сделать, что бы это исправить.

- Ужасно?!

- Это шутка. Просто сделают пробную сьёмку и нащёлкают фотографий, чтобы понять, насколько мы фотогеничны. Ничего страшного.

- А, так бы и сказала. Шутки у тебя, странные…

Мама, так ничего и, не сказав, возвращается к чтению условий контракта.


Время действия: утро

Место действия: компания FAN Entertainment. Небольшой коридор с высокими зелёными растениями в квадратных ящиках с листьями вида а-ля пальма. У стены стоит длинный диван из светлой искусственной кожи. В коридорчике, с задумчивым видом неспешно прогуливается туда-сюда ЮнМи ожидая ушедшую в туалет СунОк. Внезапно в коридоре появляется ХёнШи.


- ЮнМи! – обращается он к девушке, - Нам нужно поговорить!

ЮнМи возвращается из своих мыслей и вытаращивается на парня так, словно пытаясь понять – откуда он взялся?

- Нам нужно поговорить о том вечере, - торопливо говорит ХёнШи, видно опасаясь, что разговор может закончиться, не успев начаться, - понимаешь, я ничего не помню…

Выражение глаз ЮнМи меняется. Чуть наклонив голову к плечу, она смотрит на парня взглядом опытного вивисектора так, словно прикидывая с чего ей начать.

- Подожди, ЮнМи, не спеши, - выставив вперёд руки с открытыми ладонями, просит ХёнШи, правильно поняв обращённый на него взгляд, - давай поговорим как взрослые люди. Понимаешь, я тогда сильно напился. Правда, сильно. И ничего не помню.

Потемневшими глазами ЮнМи смотрит ему прямо в глаза, ничего не говоря.

- Правда, не помню, - говорит ХёнШи, не пряча взгляд, - честно. Мамой клянусь…

У ЮнМи по лицу мелькает какая-то непонятная гримаса, и выражение её глаз несколько смягчается.

- Скажи, - просит ХёнШи, - за что ты меня била? Что я сделал?

ЮнМи в ответ молчит, чуть прикусив зубами нижнюю губу и смотря на парня слегка из-под бровей.

Пауза.

- ЮнМи, - явно волнуясь, произносит ХёнШи, нарушая тишину, - ты мне очень нравишься… как девушка. И совсем не хотел сделать что-то такое… неправильное. Просто я сильно напился. Не нужно было мне этого делать. ЮнМи, не беспокойся, я возьму на себя всю ответственность и позабочусь о тебе.

- Что ты имеешь в виду? – удивлённо раскрывая глаза, спрашивает ЮнМи у парня.

- Если что, то я возьму тебя замуж! – твёрдым голосом произносит ХёнШи, - И буду заботиться о тебе и о нашем ребёнке!

- ЧЕГО?! - искренне и неподдельно изумляется ЮнМи.

Бац! – что есть силы, она пинает парня по правой ноге ниже колена.

- Уйй! – взвывает тот, сгибаясь и хватаясь обеими руками за повреждённое место, - больно же!

- А мне как было, когда я тут бегала как ненормальная?! Ещё прикидывается, что ничего не помнит, скотина такая!

- Да что ещё может случиться между парнем и девушкой когда они вместе напиваются до бесчувствия? Дура, что ли?! – кричит в ответ снизу согнувшийся ХёнШи.

В этот момент в коридорчике появляется СунОк, выйдя из-за угла. Появляется и видит, как ЮнМи, закусив губу, старательно, с выражением непередаваемого удовольствия на лице пинает стоящего перед ней на одной ноге незнакомого парня. Тот, взвыв, валится на диван, задирая в потолок ноги.

- ЮнМи, что ты делаешь?! – ахнув, подлетает СунОк к сестре и хватая её за руку.

- Ничего, ему полезно, - отвечает та, со злорадством глядя на несколько театрально стонущего ХёнШи, - будет знать…

- Он что, приставал к тебе? Он – извращенец?

- Хуже, – отвечает ЮнМи, – он придурок.


(чуть позже)


- Голову чуть правей… Подбородок ниже… Выше! Стоп! Стой так…

Чик, чик, чик, чик…

Замерев, слушаю, как быстро щёлкает фотокамера. Моя первая фотосессия. Сзади белый экран, впереди – слепящий свет, но глаза закрывать нельзя. Думаю о будущем, вспоминаю фотографии фотомоделей со своей Земли, пытаюсь представить ЮнМи в чём-то подобном из одежды как у них и в таких же позах. Как-то вот с трудом, представляется. Но, придётся всё же как-то представить. Представить – в смысле, научиться сниматься. Рекламные контракты – это жирный кусок для бедного «исполнителя». Хоть я пытаюсь сосредоточиться на сьёмке, но мысли всё уползают то на ХёнШи, то на FAN Entertainment. После того как я немного попинал этого придурка настроение резко пошло вверх. Анализируя всплеск положительных эмоций, неожиданно понял, что имеется в нём некий, скажем так, дуализм. Я по-прежнему чертовски зол на этого придурка но, вместе с тем… Мне понравилось то, что он мне сказал!

Поняв этот момент, я, грубо говоря – охренел.

Как так может быть? – подумал я, - Да он вощщще @@@@@@(нехороший человек)! Убить его мало! Но, вместе с тем… что за тёплое чувство благодарности? Я что, ненормальный? Или у меня Стокгольмский синдром?

Короче говоря, прокрутив в голове возможные варианты, я нашёл среди них один, разом объясняющий всё. ЮнМи! Это ей понравилось - и про замуж, и про детей. Чисто женское-бессознательное, зуб даю! Она его уже, похоже, даже простила. Уу-ууу! Как же я жить буду со всем этим? Я же свихнусь! Вот чёрта с два, я ему это забуду! Буду гнобить этого ХёнШи, до гробовой доски! То же мне, порядочный тут выискался! Он всё возьмёт на себя, видите ли! Бог тебе подаст, юродивый! Не унесёшь…

Думать о своей «двойственности» и понимать, что у тебя лёгкая шизофрения – не то, что неприятно, а даже страшновато, я бы так сказал. Страшновато от того, что понимаешь, что никто тебе не поможет, ибо нужно будет рассказать всё, а это невозможно. Значит, придётся как-то решать эту проблему самостоятельно. А КАК?? Никогда я с подобным не сталкивался! Ладно, для начала можно книжек умных купить … Почитаю, может и полегчает…

С господином СанХёном касательно группы «FreeStyle» мы договорились. Делегировал ему права на распространение и сбор денег за "Bye Bye Bye", а сам буду получать теперь по пять центов с каждой проданной композиции.

- Всего пятьдесят вон? – неприятно удивилась СунОк, когда услышала размер отчислений.

- Магия больших чисел, - ответил я ей на это и предложил, - посмотри, какими тиражами продаются альбомы звёзд. Сотни тысяч. За несколько лет может продаться миллион альбомов. Миллион умножить на пятьдесят вон – это пятьдесят миллионов вон, или, пятьдесят тысяч долларов. Кроме альбомов, композиция ещё будет продаваться через телевиденье, интернет, радиостанции. Можно смело прибавить ещё три раза по пятьдесят, хотя я думаю, что там число продаж будет больше. Но даже если и так, то всё вместе получается - двести тысяч долларов. Пусть это сумма будет собрана, скажем, за четыре года. Двести тысяч делим на четыре, получаем пятьдесят тысяч в год, или, на корейские, это четыре миллиона вон в месяц. Да, возможно это не так уж и много, но пять миллионов получают люди, получившие высшее образование и проработавшие не меньше пятнадцати лет на предприятии. А я получать буду их так, ничего для этого не делая. Понимаешь?

- Но это же не правильно! – возмутилась онни, проведя за мною расчёты и даже использовав в них свои пальцы, настолько она была растеряна размером цифр, - Получать деньги ничего не делая, это не правильно!

- Почему, ничего не делая? – удивился я, - Я буду в это время писать другую песню. Она тоже станет хитом, но отчислений за неё я потребую уже больше. Скажем, семь центов. Сейчас я пока просто удачливый новичок, а написав несколько хитов – стану успешно-стабильным композитором, который может требовать более высокой оплаты твоего труда. Ещё один хит – это ещё плюс минимум четыре тысячи долларов в месяц к уже имеющимся. Сама говорила, что на пять миллионов вон в Сеуле можно хорошо жить, а это будет не пять, а восемь миллионов! Значит, жить можно будет уже не хорошо, а очень хорошо. Потом ещё один хит и можно будет подумать о своём жилье…

- Но всё равно, - упёрлась онни, принявшись отрицать очевидное, - ты же ничего не будешь делать! Просто будешь получать деньги и всё. Это неправильно!

- Онни, - сказал ей я, то, что думаю, - я, честно говоря, удивляюсь тому, чему вас там, студентов, учат в этих ваших институтах! Как это я - ничего не буду делать? Я буду давать людям работу. Ди-джеи, звукооператоры, режиссёры, механики, электрики и вообще, много всякого неизвестного мне народа, будут получать зарплату, в которой будет частичка денег от продаж моих песен. Даже энергетики в этом поучаствуют, продавая электричество теле и радиостанциям. Им же всем платят от дохода с продаж? Так? А хиты продаются лучше всего, это самый ходовой товар. Люди принесут домой зарплату, купят детям одежду и еду, заплатят за их учёбу. Как это я ничего не делаю? Очень даже много чего делаю…

- У тебя какая-то извращённая логика, - ответила мне онни, подумав, но не найдя аргументов, что бы возразить.

Я с неё, порой, дурею, если говорить по-простому. Живёт при капитализме, а в голове какая-то смесь из него и марксизма с социализмом. Может, даже махновщины есть чуток. Вот как такое может быть? Впрочем, откуда-то же брались на земле коммунисты, хотя до этого кругом был один сплошной капитализм? Наверное, это устройство головы такое…

- Так, повернись ко мне правым боком! – командует мне фотограф.

Послушно поворачиваюсь, отмечая, что тело затекло. Тяжело, оказывается, неподвижно стоять…

- Подбородок выше… Ещё… ещё… Правей… Стой так!

Видно решив, что будет быстрее, фотограф подходит ко мне и разворачивает меня в нужное ему положение, двигая при этом меня так, словно я манекен.

Эх, дерево я дерево, - думаю я, послушно замирая, - посидеть бы… Когда ж это кончится?


Время действия: следующий день

Место действия: компания FAN Entertainment. Группа «FreeStyle» расположившись на диванах вокруг невысокого стола со стеклянной столешницей, слушает переводимую ЮнМи трансляцию из радиоприёмника, стоящего на нём. По радио два ди-джея, весело болтая между собой на английском, представляют радиослушателям музыкальные новинки Billboard.


- Вау, Джон, что ты знаешь про Корею?

- Стив, ты же знаешь, что я провожу свой отпуск на Мальдивах.! Корея, где это?

- Джо, это в Азии,

- Азия? Я про неё знаю. Они там все ходят с большими кривыми мечами. Стив, ты не поверишь, но я даже знаю, как они называются – катаны, вот!

- Джо, ты опять всё перепутал! Это Япония, там, где катаны.

- Да? А где же тогда Корея?

- Придётся тебе расширить свою географию, дружище! Похоже, эти парни из «FreeStyle» настроены решительно. Всего третья неделя как их композиция появилась в чарте, а они уже добрались до первой пятёрки! Итак, наше сегодняшнее пятое место – композиция "Bye Bye Bye" группы «FreeStyle»! Юхххе!

- Юххее! – орут парни, вскакивая с мест и торжествующе вытягивая руки вверх.

- Юххее! – присоединяется к ним ЮнМи.

Дверь в комнату открывается и в комнату входит президент компании FAN Entertainment, господин СанХён, в сопровождении менеджера. Парни встречают его ликующими криками и поклонами, сообщая, что они на пятом месте.

- Так, парни, - произносит СанХён, кивнув и окинув всех довольным взглядом, - слушайте меня внимательно. Пятое место – это несомненный успех. Завтра - генеральная репетиция. Послезавтра – шоу, на котором вас увидит вся Корея и весь мир. Обещаю, что после этого вы долго-долго не увидите никаких праздников, будете работать у меня круглые сутки!

- Да, господин СанХён! – радостно орут парни.

- Поэтому, сегодняшний вечер я объявляю вашим последним выходным днём в FAN Entertainment! Поезжайте в город и хорошенько там оттянитесь перед работой. Это последний раз, когда вы сможете быть никем не узнанными. Послезавтра вас будут преследовать толпы поклонниц. Поезжайте. Я дал менеджеру Хо представительскую карточку FAN Entertainment. Он заплатит с неё за всё и за всем проследит.

Парни разражаются ликующими криками. СанХён стоит, довольно улыбаясь.

- ЮнМи! – восклицает ХёнШи, обращаясь к девушке, - поедем с нами?! У нас теперь есть своя машина! Настоящий «звёздный» фургончик, в котором ездят настоящие звёзды! Посмотришь, как там здорово внутри!

- Нет, спасибо, - вежливо отказывается ЮнМи, - мне нужно домой.

- Да ладно тебе! Ты же тоже из «FreeStyle»! Поехали!

- Что я там буду делать? – возражает девушка, начиная сердится, - Вы же не в молочный бар с коктейлями едете? Сначала меня на входе не пропустят, поскольку я несовершеннолетняя, потом вы напьётесь, и вас потащит смотреть стриптиз, я что, должна буду вместе с вами смотреть эту развлекательную программу?

- ЮнМи, - ошарашено говорит ХёнШи, - Какой стриптиз, ты чего?

- А то я не знаю, по какому маршруты передвигаются выпившие мужики! – огрызается на него ЮнМи.

- ХёнШи, - хлопает друга по плечу КванРи, - слушай мудрую ЮнМи, и всё будет хорошо. Правильно она говорит. Ночные бары это не место для школьниц. Мы потом с ней отдельно в молочный бар съездим на своём фургончике. И про стриптиз – очень правильная мысль. Ты же слышал, что сказал господин президент – потом будет не до этого.

КванРи вопросительно смотрит на президента СанХёна. Тот молча кивает ему в ответ, мол, разрешаю.

- Давайте, тогда поедем, - предлагает друзьям КванРи, - время на праздниках быстро идёт.

- Тогда – прощаемся, - говорит ЮнМи, - До завтра!

- Не будем прощаться! - взмахнув рукой, возражает излучающий энергию КванРи, - это будет один длинный день – сегодняшнее завтра, быстрее переходящее в послезавтрашнее будущее!

- Ну, ты и сказал, хён, - качает головой ХиБом и соглашается, поняв мысль друга, - ладно, пусть будет один день до нашего триумфа, а не два.

- Хорошо, - говорит ЮнМи, и сообщает, - я тогда приду вчера.

Секунды две подумав, парни громко смеются над её шуткой.


Время действия: следующий день, утро.

Место действия: дом мамы ЮнМи.


Стою, чищу зубы, думая о начавшемся дне, о делах, которые предстоит сегодня сделать. Завтра у парней дебют. Интересно, в каком они состоянии будут сегодня на генеральной репетиции? Впрочем, она запланирована на три часа, уж очухаются к этому времени-то? Менеджер, надеюсь, следил за ними? Не дал дойти до состояния свинячьего визга…

Внезапно дверь распахивается и в ванную врывается СунОк с перепуганным видом.

- ЮнМи, смотри! – кричит она, - «FreeStyle»…

Онни разворачивает ко мне экран раскрытого ноутбука, который она принесла с собой. Вглядываюсь.

«Трагедия на переезде в Ахон-донг! Известная во всём мире группа «FreeStyle» погибла, попав под поезд!»

Зубная щётка выпадает из моей руки, по подбородку течёт зубная паста из открытого рта. Стою, окаменев, смотрю на фотографии улыбающихся парней под заголовком, а в голове никак не может уместиться вопрос:

КАК ЖЕ ТАК, ПАРНИ? НУ КАК ЖЕ ВЫ ТАК?!


Фальстарт седьмой


Время действия: около полудня

Место действия: компания FAN Entertainment


Сижу, стараюсь не плакать, но ресницы упорно слипаются от слёз и не желают расклеиваться. Офис FAN Entertainment уже в трауре. Венки с жёлтыми лентами у входа, внутри – портреты парней в обрамлении цветов и траурных лент, зажжённые свечи. Все разговаривают тихо, чуть ли не шёпотом. Люди откровенно ошарашены несчастьем и хоть погибших тут мало кто знал, мне кажется, что все по-настоящему сопереживают.

Я поначалу искренне надеялся на то, что журналисты, как у них это обычно бывает, раздули из мухи слона и на самом деле из всего, чего они понаписали, в действительности есть только помятый бампер. Но нет, чуда не случилось, сказка не пришла. После первых сообщений пошли подробности. Оказывается, машина пробила ограждение эстакады и с высоты трёх с лишним метров упала на железнодорожные пути, прямо перед скоростным электропоездом. Как объяснили в одном из новостных репортажей, машинист затормозил, но на таких поездах система экстренного торможения – хитрая. Там нет такого, что все колёса разом блокируются и поезд идёт юзом, стачивая их до осей, а рельсы – до шпал. Главной задачей при внезапном торможении «скоростняка» считается удержание состава на рельсах, чтобы потом из опрокинувшихся на скорости в двести с лишним километров в час вагонов, пассажиров лопатами не выгребать… Система тормозит, но тормозной путь у неё – почти четыре километра. Поэтому, упавшую перед поездом машину с парнями, просто разметало. На фотографиях сделанных издалека и выложенных в сеть – то ли листы металла от корпуса машины у рельсов валяются, то ли какие-то тряпки, то ли ещё, что…

Непонятно, как такое могло получиться? На эстакаде есть ограждение, оно должно предотвращать подобные случаи. Если только оно там чисто декоративно не было закреплено, на соплях и божьем слове. Но, в Корее, вроде бы хорошо строят... Причиной произошедшего пока считают мокрую дорогу, ночью дождь был, и превышение скорости водителем. Всего в машине погибли шестеро. Парни, плюс водитель и менеджер.

Водителя и менеджера я не знал, а вот парней жалко до боли в сердце и перехватывания горла. Всех уже простил. И за то, что без меня контракт подписали и за то, что дураки, влезли добровольно в кабалу к агентству. Были бы сейчас живы, пришёл бы, поклонился и прощения попросил. У всех и у каждого в отдельности, даже у ХёнШи. Вот только… Только назад ничего уже не вернуть!

Стою, смотрю на портреты парней, стараясь не плакать, плачу. Сквозь слёзы, вижу, что ко мне подходит президент СанХён.

- ЮнМи, - говорит он, - иди домой, отдохни. Всё уже, ничего тут не изменить.

- У парней завтра должно быть шоу, - поборов удушье в горле, задаю я ему вопрос, - без них, его - отменят, сабоним?

Сабоним отрицательно качает головой.

- Никто не отменит шоу, - говорит он, - шоу нельзя отменять, таковы правила. Если бы «FreeStyle» были единственными исполнителями, а так…

Сабоним отворачивается от меня и смотрит на портреты.

- Ну да, - с горечью говорю я, понимая, что задал дурацкий вопрос, - show must go on…

- Что? – поворачивает ко мне голову сабоним.

- Шоу должно продолжаться, - перевожу я, перед этим ещё раз повторив английскую фразу.

- Да, - задумчиво соглашается он, - что-то вроде этого.

- ЮнМи, - говорит он опять, - иди домой. Впереди ещё похороны. Тебе потребуются силы.

Я упрямо молчу в ответ смотря на портреты в траурных лентах.

- Жизнь на этом не заканчивается, - мягко говорит СанХён, - те, кто ушли, уже ушли, а те, кто остались – должны жить дальше, помня об ушедших. Давай, проводим парней, придём в себя после трагедии и потом встретимся. Поговорим, решим, что нам делать дальше. Хорошо? Давай, иди. Копания взяла на себя похороны и проведения траура. Мне нужно позаботиться о том, что бы всё сделали правильно. Иди.

- Хорошо, сабоним, - опустив голову, шмыгаю я носом, - иду.


Время действия: два дня после похорон «FreeStyle»

Место действия: компания FAN Entertainment. Присутствует президент СанХён и его подчинённые.


… - В общем, можно сказать, что негативного отношения в обществе, по отношению к компании, нет, - докладывает один из присутствующих президенту, - несомненно, положительную роль сыграло решение взять на себя все расходы и провести двенадцатидневный траур по погибшим…

- Мы не могли поступить иначе, - говорит президент СанХён, сплетая перед собою на столе пальцы рук и, вздохнув, спрашивает, - какова ситуация с родственниками «FreeStyle»?

- Переговоры об окончательной сумме выплат ещё не завершены, но пока никто из них не собирается подавать в суд. По вашему указанию, кроме страховых выплат, им обещан процент сборов от продаж композиции и все деньги, полученные от «Концерта памяти». Концерт сейчас интересует их больше чем вопрос денег. Родители хотят, чтобы об их детях знала вся страна…

СанХён понимающе кивает и спрашивает: Что сейчас происходит с композицией?

- "Bye Bye Bye" поднялась на второе место мирового хит-парада, сабоним.

Сабоним снова кивает.

- Хорошо бы нам выпустить к концерту ещё «диск памяти», сабоним, - предлагают президенту, - только вот, каким материалом его наполнить? Насколько я знаю, с группой работала девушка, которая и написала эту песню. Может, у неё есть ещё какие-то композиции или пробные записи, которые могут исполнить айдолы нашей компании? Тогда у нас будет, чем заполнить диск.

Президент СанХён некоторое время думает, а потом, так ничего не сказав по поступившему предложению, говорит: Перейдём к другому вопросу. Эта девочка, Пак ЮнМи, которая здесь проходила прослушивание. Я так до сих пор не знаю его результатов. Трагедия заставила отодвинуть планы, но жизнь возвращается в свою колею. Итак, начнём с плохого. Кто может сказать мне о ней плохое?

- Можно мне, господин президент? – поднимает руку один из присутствующих.

- Говори, - кивнув, разрешает СанХён.

- По поводу хореографии… Господин президент, честно говоря, я давно не видел такой… бездарности. Или, безнадёжности, если нужно говорить более мягко. Совершенное отсутствие танцевальных навыков и, похоже, в совокупности с этим, совершенное отсутствие способностей к танцу как таковому.

- Просто ты привык, что к тебе приходят дети, имеющие минимум по пять лет танцевальной школы за спиной, - недовольно отзывается СанХён, обращаясь к подчинённому, - а те, кто вообще не занимались, тебя уже пугают.

- У меня предчувствие, господин президент, - отвечает тот, - что потребуются годы упорного труда на то, что бы её хоть чему-нибудь научить.

- Хорошо, - говорит СанХён, - я тебя понял. Танцевать она не умеет. У кого ещё - «плохо»?

- Господин сабоним, - поднимает руку ещё один из сидящих за столом, - её голос. По-моему впечатлению у девочки сейчас происходит мутация голоса.

- Ей семнадцать лет, - возражает сабоним и удивлённо спрашивает, - разве у девочек она не происходит раньше?

- Да, - соглашается с ним собеседник, - но бывают исключения, связанные с особенностями конкретного организма. Трудно однозначно сказать, увидев её всего лишь раз, тут лучше показать её врачу. Но, в данный момент, я не рекомендую её как вокалистку. Голос слабый и звуковой окрас его не представляет ничего особенного. Люди такой голос слушать не захотят.

- Понятно, - снова недовольно говорит СанХён, - петь она тоже не умеет. Что ещё плохого?

Посмотрев, что никто больше не хочет высказаться, президент переходит к следующему вопросу: Тогда, расскажите, что у неё хорошего?

- У девочки великолепный музыкальный слух, - тут же сообщают ему из-за стола, - может, даже и идеальный, но это нужно тщательнее проверить, чтобы убедиться. Прекрасная техника игры на рояле. Её вполне можно готовить для участия в конкурсах исполнителей классической музыки. Думаю, победы будут.

СанХён довольно хмыкает.

- Что ещё? – спрашивает он.

- Владеет нотной грамотой, Говорит, что умеет работать с компьютерными программами редактирования звука. Этого пока не проверяли.

- Отлично, - подводит итог президент, - кто ещё хорошего скажет?

- Фотогенична, - подаёт голос ещё один человек, - и на фото, и на видео. Вот, у меня есть с собой её фотографии. С косметикой и без. Взгляните, господин президент.

- Хмм… - задумчиво произносит СанХён, рассматривая переданные ему снимки, - да, что-то определённо есть... Хоть я бы не сказал, что линии лица у неё чётко очерчены…

- Глаза, - говорит президенту человек, передавший снимки, - обратите внимание на их выражение, господин президент. Взгляд глубокий и наполненный. И кожа. Посмотрите на чёрно-белые снимки, где её лицо снято крупным планом. На них она без макияжа и фотографии никак не обрабатывались, сделаны – как есть. Ровная и чистая от природы кожа. Такое сейчас большая редкость. Думаю, из неё может получиться фотомодель, сабоним. Конечно, если с ней будут заниматься и сделать ей пластику.

- Итог, - говорит СанХён, неспешно разложив перед собою снимки ЮнМи и уперевшись локтями в стол, - петь – не может, танцевать – не может, зато прекрасно умеет играть на рояле, умеет сочинять музыку и стихи на иностранном языке, а так же, имеет потенциал фотомодели обладающей «природной красотой». Да! Если кто до сих пор вдруг не знает, песню "Bye Bye Bye" написала она, а так же организовала её запись на студии и сьёмки клипа, наняв людей. И группу нашла и подготовила тоже она.

Встаёт вопрос - что же с ней делать?


Время действия: на следующий день

Место действия: компания FAN Entertainment. Кабинет президента СанХёна. Присутствуют – его хозяин и аккуратно сложив руки на колени, сидящая на дальнем краешке стола ЮнМи.


Поздоровались, сижу, жду, что мне директор скажет. Сегодня третий день после похорон парней. Как-то сильно по мне это ударило. Просто сам не свой все эти дни ходил. И родителей вспоминал, думал, как они там, без меня? И как сам умер… И нет ли моей вины в том, что случилось с парнями? Вскрытие показало наличие алкоголя в крови водителя, но если бы я не затеял всё это, то все бы были живы. Пусть остались бы безвестными, но живыми… Трудно мне эти дни дались, короче.

Проводить парней в последний путь пришло неожиданно для меня много народа. Оказывается, за эти дни, пока они были живы, у парней появился фан-клуб с численностью почти в две тысячи человек. Думаю, что после дебюта в него вступило бы ещё раз в сто больше фанатов, но, дебюта не случилось…

Девчонки-фанатки плакали, я был им за это благодарен. Сам старался не поддаваться их примеру, но всё равно, из глаз у меня постоянно текло, и я ничего с этим не мог поделать. Всё-таки связь моей души с телом ЮнМи установлена наперекосяк. Мои сильные эмоции вызывают у неё практически неконтролируемые ответные реакции.

На похоронах я старался вперёд не лезть, так, сзади, за спинами. На родителей парней смотреть просто не было сил. Сразу вспоминал своих, представлял, что с ними было, когда они меня хоронили…. В общем-то, как-то держался, но СанХён меня добил, говоря прощальные слова, и буквально разорвав ими мне душу.

- Когда умирают родители, их хоронят в земле. Когда умирают дети - их хоронят в сердце, - сказал он.

После этого мне конкретно поплохело. Хорошо со мною рядом была СунОк, поймала, не дав мне грохнутся. В общем, похороны прошли жутко…

- Я ознакомился с результатами твоего прослушивания, - внимательно смотря на меня через стол, говорит мне СанХён, - посмотрел твои фотографии, выслушал мнения специалистов и принял окончательное решение: компания FAN Entertainment в моём лице предлагает тебе стать её стажёром.

Я отрицательно качаю головой.

- Мне нужно зарабатывать деньги, сабоним, - говорю я, - я же вам рассказывала о финансовом состоянии моей семьи.

- Как ты собираешься это делать? – прищуривается на меня кореец и от этого у него вид становится хитрым-прехитрым.

- Пока не думала, - пожав плечами, честно признаю я тот факт, что с похоронами, я о будущем вообще это время не думал, - может, попробую ещё раз собрать группу… Процесс уже понятен…

- Где возьмёшь на это деньги?

- У меня есть успешный проект, сабоним. Найду того, кто даст кредит под будущий успех.

СанХён недовольно морщится.

- Почему не у меня? – спрашивает он.

- Может и у вас, - отвечаю я, - просто я об этом ещё не думала, сабоним. Честно.

Сабоним внимательно смотрит на меня.

- Если ты решила стать звездой, то тебе нужно учиться, - убеждённо говорит он, - тебе семнадцать лет, и ты вообще до этого не занималась пением и танцами. Считай, что моё предложение – это твой последний шанс стать айдолом. На возню с добычей денег и раскруткой группы ты потратишь минимум два года. А через два года никто не возьмётся заниматься с тобой. Время будет упущено. Ты будешь уже слишком старая, для того, чтобы можно было рассчитывать на результат.

Ещё два года и – старая? Пфф… Быстро времечко бежит…

- Но если ты хочешь просто зарабатывать деньги, то мы можем подписать с тобою контракт о сотрудничестве. Будешь штатным или нештатным композитором FAN Entertainment. Как тебе такое предложение?

- Видите ли, господин СанХён, - медленно говорю я, - у меня есть проблема… С семьёй. Семья хочет, чтобы я получила образование. Через неделю я должна пойти в школу, а потом, успешно её закончив, поступить в военную академию…

- Военную академию? – искренне удивляется СанХён, - Зачем это?

- Дядя считает, что как переводчик со знанием нескольких языков я сделаю там стабильную карьеру.

- А! - доходит до сабонима и он кивает, - Понятно.

- До начала учебного года осталась неделя, - продолжаю уныло рассказывать я свои унылые перспективы, - мама и онни уже покупают мне всё для школы… Если бы я зарабатывала деньги, то можно было бы хоть как-то возразить. А так…

Я пожимаю плечами и поясняю дальше существующую у меня ситуацию.

- Стажёрство в FAN Entertainment это круто, но это ведь не образование, - говорю я, - диплом- то вы мне не дадите. А если я после школы буду ещё на занятия к вам ездить, то у меня вообще не будет никаких шансов куда-то вылезти и заработать денег. Будет одна сплошная учёба.

СанХён задумчиво смотрит на меня.

- А то, что ты написала хит, который вышел в мировые лидеры? Как твоя семья отреагировала на этот факт?

- Удивились, но считают это случайностью, тем более, что денег пока с этого нет. Путь, школа – институт – работа, привычен и понятен, сабоним. А ловить успех – это риск, при котором можно легко остаться ни с чем. Мама не хочет рисковать судьбой своего ребёнка, сабоним….

-… Поэтому, - продолжаю я, видя, что СанХён молчит, - в данной ситуации мне оптимальней действовать так, как я уже сказала. Ходить в школу, а после школы пытаться что-то делать по музыке…

- Если ты думаешь, что в выпускном классе у тебя будет время на что-то ещё, кроме учёбы, то ты сильно заблуждаешься, - насмешливо хмыкает мой собеседник и уточняет, - значит, тебе нужен диплом?

- Да, сабоним, - кивком подтверждаю я, - хоть какой-нибудь…

- Зачем какой-нибудь? Айдолу нужен отличный диплом. Например, школы Кирин. Что скажешь?

- Это какая-то крутая школа? – уточняю я.

Помню, что в дораме «Окрылённые мечтой» была такая школа. Но разве она не придумана сценаристом?

- Не знаешь про знаменитую школу Кирин? – неподдельно изумляется СанХён, округляя на меня глаза.

- У меня амнезия, сабоним, - напоминаю я.

- А, ну да, - вспомнив, кивает он, - если коротко, то в Сеуле, а вернее, в Корее, есть две знаменитые школы – Кирин и Сонхва. Знамениты они количеством айдолов, вышедших из их стен. В Сеуле есть ещё школы, в которых готовят профессиональных танцоров и певцов, но в Кирин и Сонхва учат, как я считаю, главному для айдолов – как правильно преподносить себя и свой образ аудитории. Кирин – это школа-пансион. Будешь сразу жить там и учиться. Закончив старший класс школы в Кирин, ты можешь продолжить обучение там же на высших ступенях обучения. Кирин - это одна из лучших школ искусств Кореи. Так же она входит в пятёрку лучших школ искусств мира и считается элитной. Думаю, что твоя семья не будет против, если ты получишь диплом о её окончании.

Хмм… Звучит неплохо, но это же не бесплатно?

- Но это, наверное, дорого, учиться в такой школе, сабоним?

- Насколько я знаю, плата за обучение там начинается от суммы в пятнадцати миллионов вон в год.

- Ого! Где я возьму такие деньги?

- Почему – ты? Мы ведь с тобой договорились, что за две твои песни я нахожу тебе преподавателей. Поэтому, за школу заплачу я. Мне всё равно, так или иначе нужно будет платить за твоё обучение, а услуги профессионалов стоят везде примерно одинаково. А в этом случае никто не сможет обвинить меня в нарушении условий нашего договора. В Кирин – лучшие преподаватели, а её диплом будет тебе очень кстати как будущей звезде. И ещё, ты получишь образование, как этого хочет твоя семья.

- … Мммм… А если что-то пойдёт не так в наших отношениях, сабоним? Вы точно не потребуете потом, что бы я вернула эти деньги вместе с какой-нибудь неустойкой?

- ЮнМи, ты разве ещё не поняла, что моя работа состоит из постоянного риска? Сначала я вкладываю и, если не ошибся, то получаю назад свои деньги с прибылью. Если ошибся – ничего не получаю. Пока моё чутьё меня особо не подводило. Когда я смотрю на тебя, то у меня есть ощущение, что я верну все вложенные в тебя деньги. Поняла?

- Да, господин СанХён, - вздыхаю я, думая, что в чутье ему не откажешь.

- Потом, я собираюсь продолжать с тобою деловые отношения, - добавляет мёду в мои уши сабоним, - наверное, тебе будет не очень трудно написать ещё несколько песен для FAN Entertainment? Если они будут удачными, я за них заплачу.

С потрохами покупает! Но… почему бы и нет? Мне действительно это будет сделать не трудно. Заодно докажу, что "Bye Bye Bye" не была случайностью. Опять же деньги. Возможно, не такие уж большие, как сразу бы хотелось, но, как говорится - курочка по зёрнышку клюёт, а весь двор, засран… В принципе, идея с Кирин выглядит неплохо. Учиться у лучших преподавателей, в школе, входящей в мировой топ пять… Для самолюбия весьма пользительный факт, а оно у меня есть… И семья ЮнМи от меня отстанет. Всё-таки элитная школа, такое им и не снилось, как говорится. Единственное но, во всём этом…

- Сабоним, - говорю я, - а не поздно ли уже для школы Кирин? Неделя до начала учёбы осталась. Наверное, документы туда следовало подавать заранее? Может, и экзамены какие-то нужно было сдать?

- М-мм…- задумывается СанХён смотря в сторону и, забарабанив пальцами правой руки по столу, произносит, - а ведь, действительно, вступительный конкурс уже давно закончился… Хм…

- Впрочем, - перестав стучать по столешнице, он переводит взгляд на меня, - ты бы всё равно бы его не прошла, с твоей амнезией. Пойдёшь без конкурса.

- Это как? – уточняю я, уже зная, что за нарушение правил в таком щепетильном деле как равные условия для всех претендентов при приёме в учебное заведение, в Корее может очень нехило «прилететь в обратку».

- У совета попечителей школы есть право принимать одарённых детей вне конкурса, - отвечает СанХён, берясь за лежащий на столе свой сотовый телефон, - решение принимается на заседании и для этого всегда бронируется несколько мест. Остаётся только убедить совет. Но у меня там есть кое-какие связи да и у тебя есть впечатляющий результат… Позвоню-ка я для начала директору школы…

Держа в левой руке телефон, СанХён подмигивает мне. Наверное, от того, что у меня озадаченный вид.

- Мои айдолы – их слава, - не совсем понятно говорит он и тут же поясняет, - некоторые айдолы FAN Entertainment учились в Кирин…

Ага, - соображаю я, смотря при этом на СанХёна и слушая, как он приветствует незнакомого мне собеседника, - те, в Кирин, значит, учат, эти, в агентстве - выученных пользуют… Симбиоз. Симбиоз и реклама. Чем больше из школы возьмут в агентства, тем выше школа может задрать плату за обучение. Всё просто.

- Что значит – нет? – неподдельно изумляется в этот момент СанХён, - У вас же всегда был резерв?

- Да? – недовольно говорит в телефон СанХён, послушав, что ему сказали в ответ, - Ну ладно, раз уже распределили. Слушай, СокГю, мне нужно, чтобы ты взял одну девочку. От меня. … Я тебя хоть раз подводил? … Вот видишь… Очень хорошая девочка, ты не пожалеешь… Убедить? Очень просто. Скажи им, что она написала "Bye Bye Bye" по которой сейчас весь мир с ума сходит … Да, она. Она уже готовый композитор-песенник. Хочу, чтобы вы её «огранили». … Когда? Сейчас? Хорошо, через полчаса я у тебя. Хей, до встречи!

- Вставай, - приказывает СанХён, разрывая соединение и убирая телефон в карман пиджака, - директор школы Кирин, господин Хан СокГю хочет на тебя посмотреть. Твои золотые сертификаты у тебя с собой?

- Нет, - отрицательно кручу я головой в разные стороны озадаченный скоростью развития событий, - дома.

- Ладно, зайдём к секретарю, возьмём копии. Обойдёмся ими. Пошли!

- Сабоним, - спрашиваю я, вылезая из-за стола вслед за ним, - а ничего, что у меня амнезия?

- ЮнМи, Кирин - это школа, полная творческих личностей, - отвечает он, направляясь к двери, - думаю, что ты не слишком там будешь выделяться на общем фоне…

Там что, все такие же «странные» как и я? Но, вообще-то, я о другом спрашивал…

- Сабоним, - устремляясь следом за шефом, переспрашиваю я, - я вообще-то другое имела в виду. Как я буду учиться, если я ничего не помню?

- Но ты же как-то собиралась учиться в обычной школе? – удивлённо оборачивается он ко мне через плечо, - Так же и в Кирин будешь учиться. Старайся. Ты же хочешь стать звездой?

- Хочу, - вздыхаю я, поняв, что спасение утопающих, дело рук самих утопающих.


Время действия: несколько позже

Место действия: школа Кирин. Недалеко от входа в главный корпус, у кадки с буйно зеленеющим растением, ЮнМи, нахмурив лоб, читает лист бумаги, который держит в руках. Вид у неё недовольный.


Чёрт, ещё и врачей обходить… вот не было печали… И быстро, причём нужно, времени нет… Что я люблю, так это медосмотры, люблю в кавычках, разумеется. Интересно, а может, можно будет подсунуть свои старые результаты из больницы? Чего добру пропадать? И платить, наверное, нужно меньше будет… Так, кто тут меня желает видеть? …Хирург, лор, офтальмолог, ларинголог, гинеколог, невропатолог… Кто?? ГИНЕКОЛОГ?! Блииин! Вот, жжж!! Мне – и к гинекологу?! И что делать? Тсссс… Пшшш…. Ффффф…

Что делать, что делать?! Сухари сушить! Идти придётся, справка-то нужна! Всё равно когда-нибудь бы пришлось идти. Буду считать, что прохожу техосмотр. Не, не так, а то ещё обидится кто… Буду считать, что забочусь о своей девушке, о ЮнМи! Свожу её к врачу! Вот.

… И что, меня взаправду можно считать нормальным, после всего этого?


Время действия: вечер

Место действия: дом мамы ЮнМи


- Восемнадцать миллионов вон в год! – ахает СунОк, и, отставив в сторону контракт, который она держит в руках, вытаращивается на меня.

Я в ответ пожимаю плечом, как бы говоря – а что ты хотела от такой школы? Сначала она ахала по поводу того, что Кирин, теперь добралась до суммы расплаты за понты. Ну да, сабоним сказал, что пятнадцать, но, как оказалось, он отстал от жизни, и в действительности нынче берут восемнадцать. Видать хорошую рекламу FAN Entertainment школе делает. Нажористую…

- Но ведь это больше половины всех наших долгов! – пугается СунОк.

- Это элитная школа, - говорю я, гладя в это время котёнка, - входит в мировой топ пять подобных учебных заведений. Там по умолчанию оплата маленькой быть не может.

- Но такая сумма, - растеряно говорит СунОк, - где мы её возьмём?

- Платит FAN Entertainment, согласно этому контракту, - отвечаю я, - Если что, то у меня есть ещё отчисления за песню "Bye Bye Bye". Денег там за год наберётся достаточно, чтобы и суд оплатить и всю мою учёбу, если вдруг это потребуется. Ещё и остаться должно, я же считала при тебе, сколько может получиться.

- Но ведь они же… умерли, - тихо говорит СунОк, смотря на меня, - разве деньги можно будет получать?

Я хмурюсь от напоминания о неприятном.

- Онни, - говорю я, - авторские права на песню остались за мной. Пока песня будет в ротации, с каждого её воспроизведения я должна получать авторские отчисления. Если я умру, то их будете получать вы. Такой закон.

Мама шлёпает ладонью по полу, выказывая своё недовольство прозвучавшими словами о смерти.

- А если это будут маленькие отчисления? – спрашивает онни, - Если их не хватит? Что тогда?

- Хватит, - уверенно обещаю я, - а если вдруг не хватит, тогда продамся в рабство к FAN Entertainment… Хотя, это шутка. Президент СанХён предложил написать ему ещё несколько композиций. Понятно, что не за даром. Пока учусь этот год, буду писать ему песни. Так что средства будут. Это просто запасной вариант, если с первым что-то пойдёт не так.

СунОк озадаченно рассматривает меня некоторое время, потом задаёт мне вопрос.

- А не жалко тратить такие большие деньги? – спрашивает она, - Может, пусть FAN Entertainment их лучше тебе заплатит? Их же можно как-нибудь по-другому… использовать?

- Деньги для того и нужны, чтобы их тратить, - отвечаю я, - а потрачены они будут не на ерунду, а на образование. То есть, будут потрачены с умом. Можно даже сказать – инвестированы в будущее. Мама хотела, что бы у меня было образование. Вот, я делаю так, как хочет она. Собираюсь получить диплом в одной из элитных школ Кореи. Семья сможет гордиться мной.

Сказав это, я замолкаю и смотрю на маму, ожидая её решения. СунОк тоже смотрит на неё, ждёт, что она скажет.

Мама молчит. Думает. Ожидание затягивается.

- Дочка, это всё хорошо, - вздохнув, наконец, говорит мама, - но я не уверенна. Всё это выглядит… непонятно. Вот ты закончишь учиться, и сколько денег ты будешь потом получать? В армии будут платить каждый месяц, а в к-поп, я слышала, часто бывают провалы. Люди разоряются так, что не могут потом даже рис купить семье. А если вдруг что-то подобное случится и с тобой? Ведь всё не будет зависить только от тебя. Плохой сценарий, глупая роль или, вдруг новая музыка просто не понравится людям? Что ты будешь делать тогда? Всё это как-то зыбко, ЮнМи. Мне не нравится. Думаю, что стабильная работа лучше, чем известность. Может, лучше всё же пойдёшь в академию? Это надёжнее.

Что ж, вопросы хорошие и опасения понятны. Я бы и сам сто раз подумал, выбирая, если бы не знал подробностей. Ладно, будем убеждать…


Время действия: день

Место действия: медицинский центр. Из кабинета с надписью «Гинеколог», с выражением лёгкой брезгливости на лице выходит ЮнМи, держа в правой руке несколько бумажных листков.

Беееее… Какая же это гадость, ваша заливная рыба… Пф! Чёрт бы тебя побрал, ГуаньИнь, за твои шуточки! За то, что мужику приходится ходить по таким кабинетам! Ладно, я жив и собираюсь жить дальше… Маме с онни, результаты обследования, понятное дело, не показываю, иначе крика будет... В FAN Entertainment если начнут что-то вякать по этому поводу, пошлю их сразу в лес, пусть там себе девственниц ищут, раз так хочется. Здорова? Здорова! Чё ещё надо? А вообще, что мне тут понаписали?

Смотрю в лист результатов осмотра.

Тыр… пыр… быр... ничего непонятно… virgo intacta… Virgo intacta? Девственница?! Какая ещё - девственница?!

ЮнМи – девственница? Пфф…. Ничего не понимаю! А как же тогда… ХёнШи?! Выходит, ничего не было? А что было? Зачем он тогда меня раздевал? Не получилось? Или, может, он и не собирался? Может, он имел в виду что-то иное? Например, решил, что мне – жарко? Или ему стало жарко, разделся сам и меня до кучи, раздел за компанию. А что? В пьяный мозг запросто приходят гениальные идеи, которые потом совершенно не объяснимы «по трезвяку». Однозначно – пьянство зло! Значит, ХёнШи можно было особо не гнобить? И не психовать до потери пульса? Бууу… Ну и дела. Таблетки тоже можно было не пить, организм не уродовать… И позориться перед людьми не нужно было бы… Но кто ж знал?

Озадаченно двигаюсь по коридору к выходу, пытаясь разом осмыслить ситуацию в целом.

Вот опять латынь пригодилась, - совершенно не к месту приходит в мою голову мысль, - тогда, когда в отеле дедушку откачивали и вот сейчас. Не зря у нас в институте ею полгода мозги всем первокурсникам сушили. А я всё думал – на кой она мне?

Да, дела…


Продолжение следует, книга четыре рассылается по подписке…