КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 412129 томов
Объем библиотеки - 550 Гб.
Всего авторов - 151053
Пользователей - 93947

Впечатления

кирилл789 про Зайцева: Последние из легенды (СИ) (Любовная фантастика)

всё-таки приятно читать писателя.)

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
кирилл789 про Зайцева: Трикветр (СИ) (Любовная фантастика)

заглянул на страничку автора и растерялся: домоводство, юриспруденция, сделай сам и прочее. читать начал с осторожностью, а оказалось, что автору есть, что рассказать! есть жизненный опыт, есть выруливание из ситуаций, есть и сами ситуации. жизненные, реальные, интересные, красиво уложенные в канву фэнтази-сюжета.
никаких глупостей: шла, споткнулась, упала, встала, шагнула, упала, и так раз семьсот подряд.
или: позавтракала, вышла за дверь, купила корзинку пирожков, пока шла по улице сожрала, а, увидев кофейню - зашла перекусить.
прелесть что за вещица!
мадам зайцева и мадам богатикова сделали мою прошлую неделю. спасибо вам, дамы!

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
кирилл789 про Богатикова: В темном-темном лесу (СИ) (Любовная фантастика)

очень приятная вещь. и делом люди заняты, и любовных отношений в меру, и разбираются именно так, как полагается: взрослые люди по взрослому. бальзам души какой-то.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
кирилл789 про Богатикова: Ведьмина деревня (Любовная фантастика)

идеализированная деревенская жизнь, которая никогда такой не бывает. осилил половину. скучно.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
кирилл789 про Богатикова: На Калиновом мосту над рекой Смородинкой (СИ) (Любовная фантастика)

очень душе-слёзо-выжимательно. девушки рыдают и сморкаются в платочки: "вот она какая, настоящая любофф". в общем, читать и плакать для женского сословия.)

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
DXBCKT про Шегало: Меньше, чем смерть (Боевая фантастика)

Вторая часть (как ни странно) оказалось гораздо лучше части первой, толи в силу «наличия знакомства» с героиней, то ли от того, что все события первой книги (большей частью) происходили «на заштатной планетке», а тут «всякие новые миры и многочисленные интриги»...

Конечно и тут я «нашел ложку с дегтем», однако (справедливости ради) я сначала попытался сформировать у себя причину... этой некой неприязни к героине. Итак смотрите что у меня собственно получилось:

- да в условиях когда «все хотят кусочка от твоего тела» (в буквальном смысле) ты стремишься к тому, чтобы обеспечить как минимум то — чтобы твои новые друзья обошлись «искомым кусочком», а не захотели бы (к примеру) в добавок произвести и вскрытие... И да — тут все правильно! Таких друзей, собственно и друзьями назвать трудно и не грех «кинуть» их при первом удобном случае... но...

- бог с ним с мужем (который вроде и был «нелюбимым», несмотря на все искренние попытки защитить жизнь героини... Хотя я лично ему при жизни поставил бы памятник за его бесконечное терпение — доведись мне испытывать подобные муки, я бы давно или пристрелил героиню или усыпил как-то... что бы ее «очередная хотелка» не стоила кому-нибудь жизни). Ну бог с ним! Умер и ладно... Но героиня идет тут же фактически спасать его убийцу (который-то собственно и сказал только пару слов в оправданье... мол... ну да! Было... типа автоматика сработала а мы не хотели...)... Но сам злодей так чертовски обаятелен... что...

- в общем, тема «суперзлодеев» и их «офигенной привлекательности» эксплуатируется уже давно, но вот не совсем понятно что (как, и для чего) делает героиня в ходе всего (этого) второго тома... Сначала она пытается что-то доказать главе Ордена, потом игнорирует его прямые приказы, потом «тупо кладет на них», и в конце... вообще перебегает на другую сторону!)) Блин! Большое спасибо за то что автор показал яркий образец женской логики, который... впрочем не понятен от слова совсем))

- И да! Я понимаю «что тонкости игры» заставляют нас порой объединяться с теми..., для того что бы решать тактические задачи и одержать победу в схватке стратегической... Все это понятно! И все эти союзы, симпатии напоказ, дружба навеки и прочее — призваны лищь создать иллюзию... для того бы в один прекрасный момент всадить (кинжал, пулю... и тп) туда, куда изначально и планировалась. Все так — но вся проблема в том что я просто не увидел здесь такую «цельную личность» (навроде уже упоминавшейся мной героини Антона Орлова «Тина Хэдис» и «Лиргисо»). И как мне показалось (возможно субъективно) здесь идет лишь о вполне заурядном человеке (пусть и обладающем некими сверхспособностями), который всем и всякому (а в первую очередь наверное самому себе), что он способен на Это и То... Допустим способен... Ну и что? Куда ты это все направишь? На очередное (извиняюсь) сиюминутное женское желание? На спасение диктатора который заслужил смерть (хотя бы тем что он косвенно виноват в смерти мужа героини). Но нет — диктатор вдруг оказывается «белым и пушистым»! Ему-то свой народ спасать надо! И свои активы тоже... «а так-то он человек хороший... и добрый местами»... Не хочу проводить никаких параллелей — но дядя Адя «с такого боку», тоже вроде бы как «был бы не совсем плохим парнем»: и немцев спасал «от жестоких коммуняк», и раритеты всякие вывозил с оккупированных территорий... (на ответственное хранение никак иначе). А то что это там в крематориях сожгли толпу народа — так это не со зла... Так что ли? Или здесь сокрыт более глубокий (и не доступный) мне смысл?

В общем я лично увидел здесь очередного героя, который считает что вокруг него «должен вертеться мир», иначе (по мнению самого героя) это «не совсем справедливо и так быть не должно».

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).
Serg55 про Тур: Она написала любовь (Фэнтези)

душевно написано

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).

Том 1 (fb2)

- Том 1 (пер. Мария Адольфовна Колпакчи, ...) (а.с. Уэллс, Герберт. Собрание сочинений в 15 томах (fb2)-1) (и.с. Библиотека «Огонек») 2.77 Мб, 500с. (скачать fb2) - Герберт Джордж Уэллс

Настройки текста:




Герберт Уэллс Собрание сочинений в 15 томах Том 1


Герберт Уэллс (1866–1946)

Знакомясь с писателем по критической статье, читатель обычно прежде всего узнает его биографию. Иначе обстоит дело, когда в руки ему попадают только что вышедшие книги его вчера еще неизвестного современника. О человеческом облике писателя на первых порах приходится судить по его произведениям. Именно так судили о молодом Уэллсе — он слишком быстро приобрел всемирную славу.

Русский читатель тоже познакомился с Уэллсом-художником прежде, чем с Уэллсом-человеком. Его произведения начали переводить на русский язык почти сразу после их появления в Англии. «Борьба миров» вышла у нас в том же году, что и на родине писателя, а впоследствии, когда наладились связи Уэллса с русскими литераторами, многие романы Уэллса выходили в России и в Англии почти одновременно. Уже в 1901 году издательство Пантелеева предприняло попытку издать собрание сочинений Уэллса. Правда, по каким-то причинам вышли в свет только самые первые тома, но в 1909 году в петербургском издательстве «Шиповник» было начато и в последующие годы почти доведено до конца относительно полное по тем временам собрание сочинений Уэллса. Это собрание сочинений было первым не только в России, но и во всем мире. Редактировал его известный народоволец, крупный этнограф, языковед и писатель Владимир Германович Тан-Богораз. Он же написал большую вступительную статью.

В двадцатых годах под редакцией писателя Евгения Замятина начало издаваться новое собрание сочинений Уэллса. Закончить его не удалось, многие произведения шли в сокращенных переводах, но круг наших представлений о творчестве Уэллса все же расширился. Третье собрание сочинений — в него вошли только фантастические романы, но зато все, написанные к этому времени, — было издано в 1930 году Под редакцией М. Зенкевича. Предисловие к нему написал А. В. Луначарский. Три собрания сочинений за двадцать лет, не говоря уже о бесчисленных сборниках и отдельных изданиях! Не многие иностранные писатели удостаивались у нас подобного интереса.

В 1909 году Уэллс черпал сведения о России оттуда же, откуда в России черпали сведения о нем, — из книг. «Когда я думаю о России, я представляю себе то, что я читал у Тургенева… — писал он в предисловии к русскому собранию сочинений 1909 года. — Я представляю себе страну, где зимы так долги, а лето знойно и ярко; где тянутся вширь и вдаль пространства небрежно возделанных полей; где деревенские улицы широки и грязны, а деревянные дома раскрашены пестрыми красками, где много мужиков, беззаботных и набожных, веселых и терпеливых, где много икон и бородатых попов, где плохие, пустынные дороги тянутся по бесконечным равнинам и по темным сосновым лесам. Не знаю, может быть, все это и не так; хотел бы я знать, так ли это». Россия 1909 года по Тургеневу? Россия, «где много мужиков, беззаботных и набожных, веселых и терпеливых», после революционной бури 1905 года? Конечно, Уэллс здесь сказал не все, что знал о России. Его письма и статьи той поры полны упоминаний о русских писателях — Льве Толстом, Достоевском, Мережковском, Горьком. С Горьким он был уже знаком — они познакомились в Нью-Йорке в апреле 1906 года, когда озверевшие мещане травили Горького, — и не без гордости называл его своим другом. С Толстым он в том же 1906 году обменялся письмами. И все же, надо думать, в России вернее судили об Уэллсе, чем он представлял себе нашу страну. Его знали как интересного фантаста, как писателя, стремящегося к широчайшему охвату действительности, как человека, задумывающегося над самыми кардинальными проблемами современности. А потом и лично с ним познакомились.

В Россию Уэллс впервые приехал в январе 1914 года. Его тепло встречали, чествовали, «Всероссийское литературное общество» преподнесло ему адрес, который потом лежал на видном месте в его кабинете, где, между прочим, висели русские лубочные картинки, изображавшие Троице-Сергиевскую лавру. Соловецкий монастырь и монашескую трапезу… Уэллс ходил по Невскому, наблюдая оживленную жизнь города, завязывал знакомства, чуть не до утра беседовал и спорил с людьми, набирался впечатлений и примечал мелкие черты быта, которые так умеет ценить писатель.

Его тоже рассматривали и изучали. Не без удивления. «Помню, как тогда его несколько прозаическая наружность меня поразила своим несоответствием с тем представлением, которое естественно создается об авторе стольких замечательных книг, то блещущих фантазией, то изумляющих глубиной мысли, яркими мгновенными вспышками страсти, чередованием сарказма и лиризма, — писал два года спустя В. Д. Набоков, близкий в те годы ко многим передовым русским писателям. — Поневоле ждешь чего-то необыкновенного, — думаешь увидеть человека, которого отличишь среди тысячи. А вместо того — как будто самый заурядный английский