КулЛиб электронная библиотека
Всего книг - 591706 томов
Объем библиотеки - 897 Гб.
Всего авторов - 235468
Пользователей - 108187

Впечатления

Serg55 про Минин: Камень. Книга Девятая (Городское фэнтези)

понравилось, ГГ растет... Автору респект...

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Serg55 про Бушков: Нежный взгляд волчицы. Мир без теней. (Героическая фантастика)

непонятно, одна и та же книга, а идет под разными номерами?

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
pva2408 про Велтистов: Рэсси - неуловимый друг (Социальная фантастика)

Ох и нравилась мне серия про Электроника, когда детенышем мелким был. Несколько раз перечитывал.

Рейтинг: +4 ( 4 за, 0 против).
vovih1 про Бутырская: Сага о Кае Эрлингссоне. Трилогия (Самиздат, сетевая литература)

Будем ждать пока напишут 4 том, а может и более

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
vovih1 про Кори: Падение Левиафана (Боевая фантастика)

Galina_cool, зачем заливать эти огрызки, на литрес есть полная версия. залейте ее

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Влад и мир про Шарапов: На той стороне (Приключения)

Сюжет в принципе мог быть интересным, но не раскрывается. ГГ движется по течению, ведёт себя очень глупо, особенно в бою. Автор во время остроты ситуации и когда мгновение решает всё, начинает описывать как ГГ требует оплаты, а потом автор только и пишет, там не успеваю, тут не успеваю. В общем глупость ГГ и хаос ситуаций. Например ГГ выгнали силой из города и долго преследовали, чуть не убив и после этого он на полном серьёзе собирается

подробнее ...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Serg55 про Берг: Танкистка (Попаданцы)

похоже на Поселягина произведение, почитаем продолжение про 14 год, когда автор напишет. А так, фантази оно и есть фантази...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).

Интересно почитать: Как использовать VPN для TikTok?

Колючая роза [Николай Хайтов] (fb2) читать постранично

- Колючая роза (пер. Мария Ефимовна Михелевич, ...) 2.39 Мб, 387с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) (скачать исправленную) - Николай Хайтов

Настройки текста:




Колючая роза

С ВЕРОЙ В ЧЕЛОВЕКА

«Ложь — это чума литературы».

«Если писатель не оптимист, он — мертв. Он вообще не может быть писателем. Писатель должен верить в человека, в мир — даже, если это необходимо, вопреки своему жизненному и мировому историческому опыту».

«Из процессов, сопровождающих урбанизацию, наиболее сильное впечатление производят на меня психологические изменения, вызванные тем, что человек отдалился от физического труда».

«Не люблю копаться в грязи жизни, в помойных ямах. Предпочитаю заниматься тем, что меня приподнимает, очищает и наполняет душу — героическим, романтическим. Отсюда и мое «верую»: «Описывай только то, что делает человека более человеком».

Николай Хайтов.
Из бесед с журналистами.
Есть в Болгарии такое место — Родопы. Горный район. Горы не очень-то высоки, не встретишь шатрообразных вершин, сияющих вечными снегами, бездонных пропастей и мрачных ущелий. Но склоны, покрытые густыми лесами, но светлые реки, бурлящие по камням, с серебряной форелью в их ледяных и чистейших струях, но живописные жилища и целые деревни, но перезвон колокольчиков на зеленых, просторных пастбищах, но многочисленные водолеи (чешмы) на витиеватых горных дорогах и тропинках, но некоторая все-таки обособленность этого географического горного района делают Родопы неповторимыми, самобытными и прекрасными.

Стоит упомянуть тут про один исторический курьез. Часть родопского населения во время османского владычества была омусульманена. Эти болгары-мусульмане называются помаками. От турок они были обособлены тем, что — болгары, а от братьев-болгар тем, что — мусульмане. Так вот, из-за этой двойной обособленности именно помаки сохранили в наибольшей чистоте как свой антропологический тип (они по преимуществу голубоглазы и светловолосы), так и исконный болгарский язык, а вместе с тем песни, обряды, обычаи, этнографию.

В условиях непосредственного соприкосновения двух религий (а если хотите, и двух цивилизаций), поскольку именно в Родопах нащупывается этот шов соприкосновения, вырабатываются наиболее яркие и сильные характеры, личности.

В этих-то Родопах и родился в 1919 году замечательный болгарский писатель Николай Хайтов.

История литературы всех времен и народов знает немало примеров, когда у писателя существовала первая, предваряющая профессия: врача, мореплавателя, артиста, офицера, агронома, педагога, дипломата, ученого… Все это в конце концов шло на пользу литературе, ибо очень важно, чтобы человек приходил в нее обогащенный опытом жизни, познавший действительность глубоко и в подробностях.

Если перебирать эти предваряющие, как мы их назвали, профессии и смотреть на них с точки зрения их благоприятствования будущему писательскому делу, то трудно найти профессию более благоприятную, нежели та, которой владел Николай Хайтов.

Он сначала, в тех же Родопских горах, был лесничим, лесоводом. Наиполнейшее и притом активное слияние с родной природой, ощущение ее прошлого, настоящего и будущего, ее не только ведь географической судьбы, ибо от состояния природы во многом зависит и жизнь людей, самого народа — где найдешь ценнее тот основной, первоначальный багаж, с которым человек постучался бы в двери литературы?

Николаю Хайтову было 25 лет, когда Болгария, в результате победы СССР во второй мировой войне, из государства монархического (царь Борис) превратилась в государство социалистическое, или, скажем так, — встала на путь строительства социализма, стала Народной Республикой Болгарией. Дата известна — 9 сентября 1944 года. Так что Николай Хайтов, становясь писателем, прекрасно помнил, как было «до», и не менее прекрасно знал, как стало «после».

Эти три важнейших момента: рождение в Родопах как в крае наиболее своеобразном и обособленном с точки зрения жизненного уклада и этнографии, активное соприкосновение с родной природой в должности лесовода и социальный, революционный перелом в стране, происшедший уже в зрелые годы будущего писателя, определяют все главные особенности, весь колорит, всю философию, весь публицистический пафос творчества Николая Хайтова.

Надо считать бесспорным, что граждански активный писатель, особенно в наше время, не может не существовать одновременно в трех ипостасях, создающих тем не менее единство, как металлы в сложном и прочном сплаве или как мифическая православно-церковная троица. Эти ипостаси: художник, очеркист, публицист.

И действительно, все три эти сферы, потока, элемента, составные части (назовите их, как хотите) мы находим у Николая Хайтова.

Его яркие, колоритные рассказы (настолько яркие, что один из главных своих сборников Николай Хайтов назвал «Дикие рассказы») прежде всего