КулЛиб - Классная библиотека!
Всего книг - 389458 томов
Объем библиотеки - 496 Гб.
Всего авторов - 163599
Пользователей - 88382
Загрузка...

Впечатления

time123 про Аратои: Новобранец (Фэнтези)

фуета

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Stribog73 про Иган: Рассказы (Научная Фантастика)

Добавлено еще три рассказа.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Чукк про Curtin: Gray Snow (Триллер)

Тяжелая книга, без хэппи-енда. Отец семейства, приготовившись к апокалипсису, неожиданно оказывается в ситуации, когда надо кормить нелюбимого родственника и парня дочери.
Книга на английском.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
monahwar про Марков: Герцог (Космическая фантастика)

начало было интересно.середина скомкана а эта книга вааще отстой...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Чукк про Sparkman: After the Fall (Вестерн)

Вестерн в антураже пост-апокалипсиса. Джон Трент борется за порядок в своём понимании этого слова, и оказывается назначен первым судебным исполнителем после долгого перерыва работы закона.
На английском.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Чукк про Рыбак и Артель: Волчий гребень, часть первая (Ужасы)

Читать произведение невозможно, повествование ведется не пойми от кого, переизбыток действующих лиц, главы по несколько параграфов.

Два психа разговаривают в дурдоме:
- Как Вам понравился роман, который я написал и дал Вам почитать на прошлой неделе?
- Ой, Вы знаете, сильная вещь, сильная... У меня только два замечания:
слишком много действующих лиц и сюжет немного размытый... А так...Сильная вещь, ничего не скажешь.
Тут в палату врывается врач:
- Так, психи, и кто же спер мою телефонную книгу?

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Михаил Самороков про Старухин: Лесовик 4 (Киберпанк)

Прочитал. Не скажу, что восторг. Не скажу, что стошнило. Понял для себя несколько вещей. Я по-прежнему ненавижу магию, эльфов, гномов, луки-стрелы, и прочую дрочь. И ЛитРПГ тоже начинаю ненавидеть. Именно за то, что перечисления всех достоинств главного героя, приобретённых в игре, могут занять страницу. Прям, как ТТХ оружия у Круза)))
Твёрдая тройка. Продолжение, если будет, дочитаю чисто из любви к искусству...но если будет больше одной книги - брошу.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
загрузка...

Flowers in your lungs (СИ) (fb2)

- Flowers in your lungs (СИ) 293K, 23с. (скачать fb2) - (Ocellina)

Использовать online-читалку "Книгочей 0.2" (Не работает в Internet Explorer)


Настройки текста:



Когда Нейтан в очередной раз проходится костяшками сбитых в кровь пальцев по шершавой стене, он шепчет слова, пожалуй, непонятные даже ему самому. Он воет, хрипит до пустоты в желудке и царапает собственное горло, стремясь в безудержном порыве выгрести из легких имя, отравившее ему жизнь. Но не может, буквально не может сделать этого, чувствуя как внутри прорываются органы.

В первый раз это произошло, когда он увидел из окна собственной спальни темную макушку взлохмаченных волос. Он как раз недавно проблевался от излишка алкоголя в крови и вытирал губы тыльной стороной ладони. Неосознанно, он пугающе быстро перегнулся через подоконник, провожая взглядом смеющуюся девушку, рядом с которой семенил ботаник из его класса математики. Пару секунд размышлений хватило, чтобы вспомнить, как заторможенный учитель говорил классу днем о прибывшей новенькой. Она была совершенно бесформенной, с неровно обстриженными волосами, которые, похоже, стригла сама и одета в сплошное старье, то есть, читайте — даже не стоила взгляда Прескотта.

И всё же Нейтан несколько секунд тупо пялился в спину двум, похоже, совершенно счастливым людям, а когда заметил, что какой-то первокурсник со двора испуганно уставился на него, то смачно выругался, рывком запирая окно и чувствуя в груди странное покалывание. Взгляд упал на начатую упаковку с метадоном и по его обкусанным губам растеклась кривая ухмылка, которая вымела из головы все дурные мысли о тупых соседях напротив и плоских новеньких.

Они серьезно верят, что я соблюдаю дозировку. Придурки

Пять таблеток сразу, вместо прописанных двух в день и чтобы сразу подействовало на уже набитый, измотанный организм, усталый выдох сквозь зубы и парень может откинутся на диване, расслабленно касаясь кончиком языка зубов.

Нейтан не боится темноты. Нейтан любит прикрывать веки, шторы, двери, погружаясь с головой в спасительную тьму от внешнего мира.

Нейтан не боится насмешек. Нейтан любит в компании преданного, как шавки, Вортекса унижать других людей, которые гораздо слабее его.

Нейтан не боится смерти. Потому что Нейтану совсем нечего терять в этом насквозь прогнившем трупном мире. Ему совершенно наплевать даже на себя. Алкоголь с таблетками, таблетки с алкоголем. Может, повезет?

Дни сменяют друг друга, а Прескотт проводит дни октября в своем темном коконе, изредка вставая с кровати переключить фильмы, которые вгоняют в тоску, да закинуть что-нибудь съедобное в желудок раз в три дня. Он редко посещает занятия, прекрасно зная, что ему ничего не будет за это, потому что тут решают деньги. А ему ими только не подтираться. Но всему привычному когда-то приходит конец, и закупленные наркотики заканчиваются, вынуждая Нейтана злобно шипеть, когда он закидывает последнюю дозу внутрь.

Приходится собирать одежду, вставая с кровати и искать заначку отцовских денег где-то под матрасом, потому что он знает, что папаша не переведет наличку еще минимум неделю. Он нащупывает пальцами сверток, мысленно прося Бауренса быть на пляже, а не умотать куда-нибудь в Сан-Франциско. Чистой одежды почти не остается, поэтому ему приходится надевать на исхудавший торс черную футболку, а на ноги черные джинсы.

Черный, совсем как его внутренности. Внутри тебя нет ничего светлого, Прескотт.

Нейтан даже не смотрит в зеркало, потому что зеркала нет на стене. Оно осколками валяется под ногами, разбитое в порыве вспышки ярости своего хозяина. Он запускает ледяные пальцы в волосы, отводя их назад, замирает на секунду, а потом зашнуровывает кроссовки, в спешке натягивая бомбер. За окном темнеет, а это самый любимый момент в сутках парня и он спешит выбежать на улицу, толкая плечом кого-то нерадивого в коридоре.

Вечерний воздух немного успокаивает расшатанные нервы, но он все равно бежит к парковке, сжимая бренчащие ключи. Садится в кабину, жадно вдыхая знакомый запах, заводит машину и резко трогается с места, поднимая пыль и птиц в воздух.

Всю дорогу он только и делает, что шепчет под нос просьбы быть Фрэнка на месте и изредка матерится, когда на мгновение теряет управление, заезжая на обочину. Нервы без наркотика рвутся быстрее, выводя парня из себя и буквально взрывая его изнутри. Когда он пересекает открытые ворота и вылетает на песок, оглашая ревом двигателя округу, то почти, почти что готов бросить руль и въехать в синие волны, задохнутся под их напором и весом.

Фургона Фрэнка нет на месте.

Нейтан останавливает машину на месте стоянки обычно стоявшего здесь наркоторговца и вылезает из кабины, хлопая дверью. Прикрывает слезящиеся глаза, считая до десяти, сжимает и разжимает кулаки. Чувствительным слухом слышит размеренные набеги волн на берег и далекую песню ночной птицы. Вытянутые в струнку нервы начинают сдавать назад, медленно ослабляясь. Парень только облокачивается на капот, грея сбитым дыханием замершие пальцы. Он открывает глаза, готовый бесконечно вглядываться в бесконечную вселенную над ним, считая все горевшие звезды.

Он не знает сколько прошло времени, но его ноги точно занемели. Непослушные пальцы едва сжимаются, а шея норовит сломаться, уронив его голову на холодный песок. Он качнулся от того, что почувствовал на плече чью-то ладонь. Сердце сделало сальто, ударив по ребрам. Нейтан мгновенно развернулся, хватая незнакомую руку.

Какого было его изумление, смешанное с гневом когда он разглядывал ту самую новенькую, которую он видел пару недель назад под своим окном. Её глаза, неразличимые цветом ночью, были пропитаны испугом, на что он только слабо ухмыльнулся, разжав её запястье.

— Какого хуя тут забыла? — голос хриплый от долгого молчания, Нейтан совсем не любит говорить. — Тоже за наркотиками?

На этих словах её глаза только больше округлились и девушка сделал опасливый шаг назад, потирая руку.

— Нет, — её голос дрожал. От холода или от страха? — Просто… я просто хотела послушать море.

Нейтан медленно поднял глаза на неё, словно проверяя последние услышанные слова, пропуская их через себя. Его полным вниманием завладели её широко открытые, раскосые глаза. Теперь он мог видеть, что они были глубокого голубо-синего цвета, и казалось, он рассмотрел в их глубине мерно опадавшие волны океана. В груди неожиданно что-то заворочилось, неприятными тычками укалывая в грудь. Дышать на пару мгновений стало настолько тяжело, что он испугался, хоть и думал, что смерти не боится, но тут же все выровнялось, придя в стабильную норму.

Зачем ей нужно море, если оно у неё постоянно с собой?

Он резко потряс головой, приводя мысли в порядок.

Ты ненормальный, Нейтан.

— Ну так слушай свое море, хера меня-то трогать? Проблем хочешь? — Прескотт даже говорил неосознанно, не преследуя цель нагрубить. Просто так было легче.

— Ты… ты показался мне чем-то расстроенным… и я, — она замерла, словно раздумывая дальнейшие слова. -… и я хотела помочь.

Нейтан снова уставился на дрожащую девушку, на которой была лишь легкая ветровка. Поводил взглядом её тощую фигурку и едва слышно вздохнул.

— Мне никто не поможет. А теперь будь добра — отъебись.

Не дожидаясь еще каких-нибудь смазливых слов или, не дай бог, утешений от этого недоразумения, он быстро сел в машину и через минуту скрылся в темноте, оставив недоумевающую, все еще чуть встревоженную девушку стоять на песке. По дороге в общежитие он вдруг вспомнил, как её зовут. Макс Колфилд.

Парень громко хмыкнул. Совершенно не похожая на персонажа книги. Точно, сплошное недоразумение.

Ложась в заправленную кровать, в голове были нечеткие мысли о завтрашнем дне. Он успел прокрутить в голове сцену с новенькой, которая пыталась что-то сказать ему, когда он садился в машину. Её глаза все еще стояли перед его внутренним взором, когда он устало уронил голову на подушку. Её глаза были похожи на глаза сирены.

Молодец, Нейтан, еще один бессмысленный день прожит.

Но он не мог знать, что завтра его размеренной, идущей ко дну жизни настанет полный пиздец в буквальном смысле. Утром его разбудил надсадный кашель, раздирающий легкие. Он задыхался, сидя на кровати, слепо загребая пальцами пустоту. Когда наконец удушающий кашель остановился, оставив надсадную боль в горле, Нейтан нащупал лампу на столе и щелкнул выключателем. В комнате было темно, потому что тяжелые шторы всегда, всегда закрыты. Парень едва смог подавить вскрик непонимания, увидив перед собой на покрывале горстку красных лепестков. Запах дал понять ему, что видимо это была роза.

Но какого…

Он встал на дрожащие ноги, проводя рукой по волосам, пытаясь успокоиться. Пальцы не слушались, то все же он смог ухватить и кинуть в рот таблетку успокоительного, прописанного врачом, которое он трепетно ненавидел, но выхода не было. В следующие несколько минут он убирал невесть взявшиеся лепестки, выкидывая их в переполненную урну.

И тут его горло осадил новый приступ кашля. Схватившись за стол до белых костяшек, он с ужасом чувствовал, как внутри продвигается что-то шершавое, мягкое и через секунду на подставленную ладонь вылетело пару алых лепестков.

Сердце успело умереть и восстать несколько раз, когда Нейтан не мог вымолвить не единого слова или мысли. Он медленно потянулся к руке, чтобы с силой зажать кожу в пальцах и зашипел маты от неожиданной боли. Приступы кашля двигались постепенными набегами, как вчерашние волны на берегу, и он сплевывал все не кончавшиеся лепестки, похожие на отхаркивание крови в туалете клуба после слишком сильных тусовок.

Когда все закончилось, а он не знал, на какое время, Нейтан привалился взмокшей спиной к стене, сползая на пол и покачиваясь в такт тикающим часам. Он точно не тронулся. А может, все-таки тронулся?

Но мокроватые лепестки зажатые в ладони и болевшие легкие утверждали об обратном.

Неожиданно в голове появилась четкая мысль, не затменная ничем другим. Он почему-то был почти что болезненно уверен, что в этом как-то замешана та Колфилд, с которой они встретились вчерашней ночью. И он был полон переполненной жажды увидеть её. Непривычно быстро для себя, он даже не переодеваясь, схватил неизменный бомбер и с отвращением тряся рукой, отчего прилипшие лепестки разлетались по комнате, вылетел в коридор, громко захлопывая дверь.

Где-то наверху, ему, тихо посмеиваясь, отписали шесть дней.

========== отвержение ==========

Комментарий к отвержение

тепло приветствую вас

если вам нравится это произведение, оценивайте его, пожалуйста, для меня это важно

меланхолия царит тут, поэтому нужна эта музыка: Carl Espen – Silent Storm

На улице только начало робко выглядывать солнце, протянувшееся вдоль горизонта, а Нейтан, поводя желваками и шагая, судорожно пытался унять рвущий горло кашель. На него итак сейчас пялилось не менее двух придурков, около ворот, а если он цветами начнет отхаркиваться, то их глуповатые лица разорвутся от изумления.

На эти мысли парень только зло морщился, испытывая досаду от невозможности указать им свое место в иерархии.

Но как только он встретит тупую Колфилд, то все образумится. Он не понимал этой уверенности, но она помогала ему идти дальше. Пересеча школьный двор и лишь подойдя к двери Академии, Нейтан позволил себя грубо выругаться, тут же заходясь сухим хрипом, с неприязнью сплевывая на пол мокрый, красный ком. Все это действительно жутко напоминало дурной сон.

Ему пришлось проходить по округам Блэквелла еще около сорока минут, потому что он не смотрел на время, когда спешно выбегал из общежития. Все это время он старательно избегал чужих скользких взглядов, и пару раз в кустах позволил себе прочистить, пусть и ненадолго, легкие.

До начала занятий оставалось десять минут и Нейтан, напряженно сидевший на знававшей виды скамейки, наконец заприметил вдалеке знакомую макушку и серую толстовку. В голове вдруг вспыхнул пожар, вызывая сумасшедшую тревогу из воздуха и что-то очень неприятное всколыхнулось в глубинах памяти, приглушенной постоянным опьянением. Но стоило Нейтану закрыть глаза, оборвав контакт с зевающей Колфилд, как бушующее внутри пламя сковало шуршащим льдом.

Это настоящий пиздец, Нейтан.

Ноги почему-то слабо слушались хозяина, когда он с готовностью встал, одергивая край бомбера вниз. Качнувшись под ветром, он сориентировался и быстро зашагал в здание, за скрывшейся из виду девушкой. Оглушительный звонок на начало пар чуть не вывел парня из себя: у организма без привычной дозы начиналась одна из жестких ломок, и Прескотт с неприязнью думал о её последствиях.

Это еще повезло, что успокоительное он не выбросил в окно, с трудом оставив у себя, иначе его нервам без чего-нибудь вспомогательного настал бы конец. Он ведь не хочет в порыве дикой злости по случайности застрелить кого-то? Он хоть и ебнутый, но не настолько, а значит, он должен пытаться контролировать себя.

За размышлениями и изредким покашливанием, он добрел до темных дверей кабинета фотографии. Часы точно тыкали носом в его опоздание, но парень, не стучась, с ноги открыл дверь, не обращая внимание на не предвещающий ничего хорошего взгляд мистера Джефферсона. Игнорируя упрек с его стороны и изучающие взгляды однокурсников, он лениво прошел к последней парте и плюхнулся на заскрипевший стул.

Мазнул взглядом по классу и подавил стон отчаянного недовольства. Колфилд не наблюдалось, а это значит, что ему придется просидеть весь урок, прослушивая монотонный голос Джефферсона.

Нейтан даже подумывал достать наушники, демонстративно воткнуть их в уши и расслабиться, но счел это слишком большим нахальством, вот чего-чего, а чтобы ректор по жалобе учителя позвонил отцу, ему до тошноты не хотелось. Часы двигались максимально медленно и парню ужасно хотелось спать. Лекция о стилях совершенно не впечатляла его и ни капли не заинтересовала, поэтому веки начинали тяжелеть, заставляя его непроизвольно хмуриться.

Неожиданно, перед внутренней стороной век, в темноте возникло очертание фигуры Колфилд. Она робко потирая руку, тепло улыбалась, растягивала губы ему и Нейтан даже слегла опешил от этого зрелища, которое подсознание услужливо подбросило Прескотту. Макс никуда не исчезала, грозясь остаться на коже выжженным именем, а Нейтан не желал открыть глаза, растворяя картинку.

Но грозный окрик Марка вывел парня из полудрема, отчего он только поморщился. В горле вновь запершило, но на его счастье в кабинете прозвенел звонок, отпускающий измотанных учеников на спасительный перерыв.

Нейтан, вставая с места, клялся себе в ближайшие несколько недель ногой не ступать в это помещение. Заметив сбоку, как Виктория двигается в его сторону, он мысленно взвыл от досады, но всё же остановился. Чейз его единственный человек, который до сих пор старается поддерживать отношения и он, даже если и не говорил этого, сильно ценил её.

Перебросившись парами фраз, обещающий дословно увидеться попозже, он в окно позади девушки, заметил так сильно знакомое лицо. Макс разговаривала с академическим дворником, неловко поправляя волосы, другой рукой прикрывая рот. Приглядевшись, он рассмотрел, как её плечи содрогнулись несколько раз: похоже, она мучительно кашлянула. Холодноватый пот прошелся по спине. Глазами он проследил, как дворник участливо положил ей ладонь на плечо и почувствовал странное жжение в груди, когда Макс улыбнулась старому дураку.

Хер ли ты лыбишься, Колфилд? Тебе придется объяснить мне всё самой, или я найду способ узнать ответы.

Сжав руки до неприятного хруста, он щелкнул языком, на секунду наклоняясь к кулаку. Сплюнул пару кровяных лепестков, благо в классе уже никого не было, и вытерев губы, направился в школьный двор. Он мог поклясться, что шел сюда буквально две минуты, но когда он жмурился от слепящего солнечного света, оглядывая территорию, то Макс буквально испарилась.

— Вот же блять… — тихий шепот сквозь губы и он принужденно направился к подметающему опавшие листья Сэмуэлю. — Эй!

Сэмуэль, ничуть не удивленный таким тоном, поправил очки и поднял взгляд от красочных листьев, спокойно смотря разгоряченному Нейтану в лицо, оперевшись об крепкую метлу.

— Я могу чем-то помочь юноше? — его голос был как всегда тих и кроток: бушующая злость Нейтана немного улеглась в песок. Легкие стянуло сетью и он отхаркнулся привычным красным, отливающим металлом, листком, отворачивая лицо от мужчины.

— Ты… Вы разговаривали с девушкой пару минут назад, куда она пошла? — морщинистое лицо Самуэля стало гораздо внимательнее и парень почувствовал себя не в своей тарелке.

— Ммм, — протянул задумчиво мужчина, лицо которого было необычно сосредоточенно. Секунда, другая прошла и оно разгладилось. — Извини, я не знаю, куда ведут пути Макс, — его глаза странно блеснули в свете полуденного солнца.

— Понятно… — шипение, и злость вновь накрыла большим цунами его сердце. Он не понимал, почему именно злиться на эту новенькую, ведь он едва обмолвился с ней тремя словами, но она жутко выводила его, а покалывание в груди только усугубляло ситуацию. А еще эти херовы лепестки и ноющие легкие: он даже не знал, что такое бывает.

Развернувшись от дворника в противоположную сторону, он медленно направился прочь с солнечного пекла, твердо решив не возвращаться на занятия. Руки начинали неприятно трястись, напоминая о ломке, а Нейтан решил пойти к парковке, взять машину, врубить музыку на полную и поехать подальше от этого места. К горлу подступила желчь.

Красное ауди Прескотта с шумом заехало на пустынную парковку, когда сумерки почти что исчезли с небосвода над головами. Далекая дымка была окрашена в розовый, а первые звезды, медленно, словно пробуя вкус, выползали на черное полотно неба, загораясь холодным безразличным светом. Парень заглушил двигатель, откидываясь на сидение. Усталый, царапающий легкие, выдох и зажигалка на миг осветила его лицо, выхватывая из тьмы неровные очертание его серо-голубых глаз. Они точно напоминали мокрый асфальт после сильного ливня.

Серый дым разбавлял алый салон, под ногами валялись алые листки, в темноте алым тлел огонек.

Черный и красный, красный и черный, Нейтан. В тебе есть цвета.

В мужском общежитие было очень тихо, время на часах перевалило за полночь. Прескотт с трудом поднимался по лестнице, спотыкаясь и смазано думая о сегодняшнем дне. Тихая усмешка скривила губы. У него давно пропала привычка думать о прожитых днях. Но сегодняшней ночью все было иначе. Нейтан всерьез думал, что если Колфилд не даст ему ответ на эту творящуюся херню, он поедет к врачу. Теперь его отношение к смерти, пожалуй, изменилось. И это было до пробирающих мурашек странно.

Парень завернул за поворот коридора, к комнате сто одиннадцать и замер на месте, покачиваясь. Из-под его дверей тянулась полоска желтоватого света, хотя он четко помнил, что все выключал, когда утром уходил в Блэквелл. Страх на пару секунд сковал сердце и тут же Нейтан тихо рыкнул. Если это какой-нибудь прикол в честь приближающегося Хеллоуина, то он размажет идиотов об стену, не замарав руки. Но когда он распахнул дверь, отчего она ударилась об стену, немного покрошив её, то вновь замер в изумлении.

На его диване, подтянув колени к груди, сидела, прикрыв веки, неуловимая Колфилд, которую он тщетно пытался выловить все утро. Её грудь мерно вздымалась и опадала в такт тихому дыханию, а рот был чуть приоткрыт, из-за чего она слабо сопела.

Она сама пришла ко мне в комнату? Как она вообще зашла сюда?

Он, полный раздирающих чувств, медленно подошел к спящей девушке, рассматривая её. Грудь с силой кольнуло, да так, что он чуть не вскрикнул, схватившись пальцами за ткань футболки. Через несколько секунд его отпустило и он смог разогнутся. Глаза скользнули по обивке дивана, замечая несколько белых пятен. Присмотревшись, он разглядел белые, чуть потрепанные лепестки. Сердце в нерешительности замерло, не зная, как работать дальше. Приглушенные чувства вновь ударились о дно и с силой всколыхнули его сердце.

— Колфилд! — он выбросил руку вперед, ухватывая девушку за худое плечо и начал яростно трясти его. — Вставай, твою мать.

Макс, до резкого прихода парня, тихо задремавшая, испуганно открыла глаза, уставившись на Нейтана. Его скулы ходили ходуном, глаза горели болезненным блеском. Он все еще крепко держал её плечо, отчего она морщилась, ощущая сильный дискомфорт. В её правой руке был зажат лист с какими-то надписями. И хотя она была напугана таким появлением, её глаза просияли.

— Прости, что пришла без предупреждения, но, Нейтан, мне нужно спросить у тебя кое-что важное!

— Нет, дура, это я буду задавать вопросы, понятно? — он сжал ее плечо еще сильнее, чем вызвал едва слышный писк. — Какого хрена творится со мной, а? — он вновь начал трясти ее, на краю сознания почему-то ощущая себя идиотом.

Собрав возможный воздух, он с силой кашлянул, чувствуя как расцарапанные легкие горят огнем. Алые лепестки розы вылетели из его рта, приземляясь рядом с будто оглушенной Макс. Она только моргала, следя мутными глазами за полетом листьев и шепча что-то.

— Отвечай мне! — его голос был ужасно сиплым из-за постоянного надрывного кашля и прокуренных крепких сигарет.

— Нейтан, это… — темноволосая замерла, переводя взгляд на его перекошенное лицо. Моргнула, кинув взгляд на листок, сиротливо оставшейся лежать на темном диване. -… это… Нейтан, мы… предназначенные.

В его памяти вновь что-то мучительно всколыхнулось, ударяя по затылку. Перед глазами вспышками пролетали воспоминания из далекого детства, когда и помнить что-то не полагается. Четырехлетняя девочка весело смеется, иногда кашляя, из-за чего из её приоткрытого рта вылетают сиреневые, блестящие лепестки и задорно смотрит на него, будто бы гордясь чем-то. А он хмурится, складывая руки на груди и цепляясь за мамину юбку, кричит, что никогда не полюбит такую, как она. Девочка замирает с широко открытыми глазами, а потом падает на землю, ударяясь головой об острый камень. Маленький Нейтан, испуганно замолчавший, смотрит, как струйка темной крови вытекает из-под русых волос, слышит дикий крик матери, и видит как желтую блузу рассекают длинные стебли. За считанные секунды тело обвивает лоза, вперемешку с цветами и они сплетаются между собой, погребая девочку. Тело не смогли сдвинуть с места ни на дюйм, и она так и осталась лежать там, рядом с городским парком, под цветочным гробом.

Толчок в грудь изнутри приводит Прескотта в настоящую ярость, под которой скрывается безумный страх. Он несколько секунд жадно смотрит в глаза Макс, ждущую от него какого-либо ответа, после чего сильным рывком поднимает её с места, толкая к все еще открытой двери.

— Убирайся, — он шипит, плюется, отфыркивается этой яростью, а перед воспаленными глазами илюззия. — Убирайся из моей комнаты.

— Нейтан… — Макс пытается коснутся его руки, но он одергивает её, словно ошпаренную и силой ведет ту к двери.

— Убирайся! — голос срывается на хриплый крик, когда он с силой захлопывает дверь перед носом сильно встревоженной Колфилд.

Он слышит, как та стучит с обратной стороны двери, испытывая надежду попасть внутрь, но парень только хватается ледяными пальцами за волосы, сползая по косяку двери на пол. Он ведь всю свою жизнь думал, что это был всего лишь детский ночной кошмар, ужастики, а оказалось, что это всё реально. И Колфилд, колотящая в дверь, тоже реальна, вместе со всеми этими гребанными цветами. Глаза горели и жгли, отчего он зажмуривался, тщетно пытаясь успокоиться. Сейчас ему до крика не хватало успокаивающих заветных таблеток. Макс вскоре утихла, оставив попытки докричаться до парня, и перебудив добрую половину общежития, убралась восвояси. Грудь, с того момента, как он выгнал девушку, сдавило и не отпускало, отчего он чувствовал тупую боль: дышать стало вдвое тяжелее.

Неуверенные теплые лучи рассветного солнца заглядывали сквозь прорехи в шторах, земля продолжала вращаться, ночь сменялась утром, а совершенно потерянный Нейтан, так и сидевший в оцепенении на холодном полу, остекленевшими глазами смотрел в потолок.

========== переплетены ==========

Комментарий к переплетены

Ротт. - прозвище Нейтана в записной книжке Фрэнка

~

ну, я наконец дописала это. я серьезно счастлива

~

песня для чтения, если захотите: Lisa Hannigan – Song Of The Sea

не получился ли конец слишком оос-ным? немного волнуюсь за этот счет

спасибо теплое, за то, что читали и оценивали сие произведение, я правда вас люблю

~

ошибки/опечатки пожалуйста, в пб

желаю всем будоражащего лета♡( ◡‿◡ )

Весь последующий день, который на удивление студентов, выдался чересчур теплым, Нейтан провел в своей комнате, не желая никого видеть. Пару раз к запертой двери подходила Чейз, тихо стучала, немного ждала и вновь уходила, не рискуя раздражать вспыльчивого друга. В последний свой приход она просунула узкий тетрадный лист, сложенный пополам под маленький проем. Парень пялился на него минут двадцать, точно намереваясь прожечь дыру, а после только с трудом выдохнул, поворачивая лицо к стене.

Настроение было действительно самое паршивое. Даже после самых жестких отходняков парень не мог чувствовать себя настолько дерьмово, задыхаясь ужасным кашлем: порой просто казалось, что в следующую секунду он умрет прямо в своей кровати, в прокуренной комнате. От этих мыслей руки начинали подрагивать, а глаза неприятно мутнели. Свое мнение о смерти Прескотт, похоже, изменил окончательно. О, да, это вызывает оглушительный издевательский смех над своей же бесхребетностью.

После рассвета он нашел в себе немногие силы, справляясь с неутихающей ломкой и постоянным отхаркиваем, перебраться на кровать. После этого он, возможно, совсем ненадолго погрузился в беспокойный сон.

Утром его почти севший телефон пиликнул, оповещая хозяина о новом сообщение с неизвестного номера. Нейтан, перебравшийся с ногами в угол дивана, вздрогнул, выныривая из мыслей. Несколько секунд сомневался, а потом пальцами подцепил смартфон, снимая блокировку. В последующую секунду телефон грозился быть разбитым вдребезги об твердый пол, а парень едва сдержал мучительный стон умирающего, судорожно мотая головой.

+1 сообщение

Нейтан, это Макс. Ты не можешь избегать меня, у нас действительно мало времени. Я была в библиотеке и кое-что нашла… мне кажется, что это началось с тебя

Руки парня тряслись всё сильнее, а сам он, крепко зажмурив глаза, старался вдолбить себе в голову, что всё это просто чья-то дурацкая шутка или розыгрыш. Истерический смех слился с еще одним оповещением: на светящийся экран лениво вылез безучастный текст. Прескотт злобно зашипел, не выдерживая и не начиная читать, размахнулся и отправил дорогой телефон в стену с громким треском. На пол посыпались осколки, экран выпал кусками, а сам смартфон залетел под шкаф, возмущенно ухнув напоследок. Толстые стены поглотили еле слышные обрывочные всхлипы.

За треснутым окном на землю спускалась ночь, а в темной комнате был полный, что ни на есть, хаос. Стена в некоторых местах был залита кровью, плакаты разорваны в клочья, проектор, завалившись набок, слабо мигал белесным цветом. Сигаретный дым давно потерявший счет выкуренного косяка рассекал воздух, поднимаясь к потолку.

Нейтан, прикрыв опухшие глаза, держал в подрагивающих пальцах самокрученную сигарету, самозабвенно выпуская из изувеченных легких отравляющий дым. Стрелки на часах зашли за отметку в десять, а парень не желал думать не о чем, отдавшись расслабляющим чувствам. И плевать, что дым лишь усугублял проблему с кашлем: Прескотт

порой буквально сгибался пополам, мучительно раздирая ногтями горло.

— Я ненавижу всё это дерьмо, — хриплые слова поглотило в себя это окружение, навсегда скрыв под собой.

Он грязно сплюнул вязкую слюну, которая мгновенно растеклась мутным пятном по полу и зарычал, вбирая в ладони волосы. Потушенный косяк полетел в сторону таких же выкуренных до основания. Нейтан совершенно четко отказывался принимать тот отвратительный факт, что события из прошлого, которые он считал воображаемые, повторяются с ним снова.

Рядом, на мятой простыни, стоял включенный ноутбук, едва слышно работая охлаждающими вентиляторами, он грел поверхность под собой. Нейтан успел пожалеть, что вновь не сдержал порыв безудержной ярости: отсутствие под рукой привычного гаджета немного угнетало.

На экране была открыта социальная сеть, которая отсвечивала синим, резко бросаясь в прищуренные глаза. Страница Макс Колфилд была совершенно невыразительной, с какими-то редкими цитатами из tumblr и, конечно, полароидными фотографиями самой хозяйки. Трудно сказать, что именно притягивало взгляд Прескотта в этих фотографиях, но он уже битый час тупо разглядывал их, наверное, даже не осознавая счета времени.

Невероятно, это даже вызвало громкий издевательский смешок над самим собой, но он успел сосчитать количество веснушек на её бледных щеках. Чем дольше он рассматривал фотографии Макс, тем сильнее ему хотелось просто наконец отхаркать все свои внутренности, до зияющей пустоты внутри: этот кашель ему просто до тошноты опротивел.

После того, как Нейтан все-таки бросил взгляд покрасневших глаз на время, он с фырканьем закрыл вкладку со страницей, выводя поисковую строку. Уставший мозг почти отказывался соображать, то упрямый парень, затянувшийся последней самокруткой и выпустив дым сквозь приоткрытые губы, быстро начал печатать.

По его запросам выходило настолько мало информации, что он был готов взорваться. И всё же, спустя некоторое время, перелистав, наверное, сотню всевозможных сайтов, он отыскал то, что хотел, но радости ему это не на йоту не прибавило. Он успел пролистать все связанное с мифологией, преданиями и легендами и теперь, раздраженно оттолкнув ноутбук в сторону, быстро растирал веки, тихо проклиная весь мир.

— Блять… — он медленно откинулся на стену, прикрывая напряженные веки.

Мысли в воспаленном мозгу кипели лавой, наваливаясь друг на друга, погребая предыдущие под собой, боролись за главнейшее место перед глазами парня, но ему никак не удавалось ухватится за кончик самой важной. Организм настолько вымотался, что через пару минут борьбы над собой мозг просто вырубился, повергнув хозяина в беспокойный, дерганный сон.

Нейтану весь остаток ночи снилось его детство, та самая девочка из давнейших воспоминаний, его мать, которая ласково приглаживала ему волосы, отпечаток чьей-то руки на белоснежной стене, отчетливый образ Колфилд, к которому он со всем усилием пытался дотянутся сквозь мучительную тьму и пронзительные крики. Он проснулся от внутреннего толчка, испуганно оглядываясь, хватая пальцами дрожащие плечи и всхлипывая.

На самом деле ты слаб, Нейтан. Ты ведь знаешь это?

Парень застыл, продолжая держать вертикальное положение тела. Рука привычно потянулась к тумбочке, дотрагиваясь и обхватывая тонкую сигарету. Пару секунд неловких движений пальцами и внутри все наполняется заглушающим туманом. Нейтан выдыхает, обхватывает голову другой ладонью и едва слышно стонет.

На включенный с ночи ноутбук, стоящий поодаль, приходит входящее сообщение, выводя Прескотта из своеобразного транса. Он морщится, когда пепел прожигает ему кожу на руке и тянется к клавиатуре.

Фрэнк Б. — Щенок, я вновь в Аркадии.

Прескотт испытывает что-то непонятное внутри, не успевая написать ответ.

Фрэнк Б. — Я заметил следы твоих шин на побережье. Подваливай сейчас, если хочешь свежую дозу.

Нейтан почти что улыбается на подкол Бауэренса и мысленно посылает его подальше.

Ротт. — Я скучал, Фрэнки. В течение получаса буду.

Щелчок по кнопке выключения и он облегченно матерится вслух. Парень заходится рваным, счастливым смехом и совсем не понимает его причину. Мысли о Колфилд, о странном кашле и всей мистической херне если не исчезли, то точно отправились в глубины сознания и парень с приподнятым настроением пропустил шевелюру сквозь пальцы, поправил рубашку, не решив переодеваться, захватил ключи от машины и направился на стоянку.

Через каких-то двадцать минут он уже топтался у привычно грязноватого фургона, обмениваясь репликами с наркоторговцем. Так как последние отцовские деньги Прескотт спустил на недавние сигареты, то он просто договорился с Фрэнком о долге, чуть было не словив смачный подзатыльник. Получив то, за чем его руки дрожали уже не один день, он развернулся в противоположную от машины сторону и зашагал в сторону взволнованного сегодня моря, на ходу закатывая рукав.

Место под темными, мокроватыми от соленых брызг скалами идеально подходят для скрытия от чужих взглядов. Парень, дрожа, усаживается на прохладный песок, подставляя обветренное лицо в сторону синей воды.

— Почему все дороги приводят меня к сранному морю?

Вопрос скорее в никуда, чем осмысленный и вот уже пальцы умело вскрывают ампулы, вводят в шприц прозрачную жидкость и с легким шипением Нейтан вводит в побледневшую вздувшуюся вену желанную жижу. Наркотик отравляюще растекается по сети вен, артерий, сильно действуя на предельно работающий мозг и медленно расслабляет его.

Прескотт, приятно покачиваясь, не с первой попытке вставил в уши наушники и щурясь, всё же включил любимые песни для таких спокойных в его жизни мест. В голову нарастающее отдавали глубокие тоны самых больших животных морских глубин, а парень, окончательно расслабившись, мутноватыми глазами лениво следил за поднимавшимися волнами. В бессознательном уме возникали образы той же ненавистной ему Макс, а он совершенно наплевал на все прочитанные легенды.

Незаметно прошло несколько часов, прежде чем Нейтан вдруг очнулся от сладкой дремы, подняв голову. В ушах все еще играли затяжные песни китов, которые он про себя называл скорее мольбой, а в горле, про которое он успел позабыть, вновь с силой запершило. Парень только раздраженно выдохнул, поднимаясь на некрепкие ноги и чувствуя вновь нарастающую пустоту внутри.

Действие приятного наркотика подходило к концу.

Еще укол в вену и напряженное ожидание спокойствия не прошло. Нейтан перепутал успокоительную жидкость с эфедроном. Мелькнула поздняя мысль: не вколоть ли вдобавок то, что он хотел изначально? Но он тут же отмел её, явно беспокоясь. Амфетамин уже достиг головного мозга, и теперь в теле парня чувствовался явный подъем сил. Не смотря на то, что ему это совершенно было не нужно, Прескотт только коротко хмыкнул, пряча остальные сокровища для организма в карман.

Раз так получилось, надо ведь таким воспользоваться, да? Он, криво ухмыляясь, завел машину и с шумом выехал на трассу. Руки уверенно сжимали обитый кожей руль, занося авто на поворотах. Пальцы потянулись к переключателю и вскоре оглушительная музыка кислотой въелась под бледную кожу взвинченного парня.

Переключить скорость, дернуть вверх.

Быстрее, жестче.

Нейтан гнал по безлюдным дорогам Аркадии, не заботясь о себе. Наркотик затуманивал инстинкты самосохранения, заставляя выжимать педаль газа до упора. Сердце отбивало сто семьдесят ударов в минуту, но Нейтану казалось, что все триста. Ему серьезно казалось: быстрее скорость и все проблемы улетят позади. Он уверенно вывернул руль, чуть было не вылетев за ограждения и хрипло расхохотался, минуя опасный участок.

Ты точно свихнулся.

Нейтан вернулся в маленький прибрежный город почти на следующем рассвете. Успешно переночевал в кабине машины около соседнего крупного города, вновь уже специально укололся будоражующим кровь эфедроном, разминая затекшие кости.

Он влетел на стоянку, заглушая двигатель. Хлопнул дверцей как можно сильнее, наслаждаясь дребезжанием стекол. В желудке было пусто третий день, отчего он натянулся тетивой, но обманутый мозг глушил рецепторы. Нейтан захлопнул дверь комнаты с завидным упорством и собирался позвонить Чейз, как внезапно знакомо согнулся пополам.

Прескотт беззастенчего много думал о Колфилд, забывая о табу.

Незаметно забыв о своей проблеме, он упустил из виду количество отпущенного ему времени.

Он не знал точно об этом, но из прочитанного накануне догадывался, что того самого времени у него осталось совсем мало. Парень схватился рукой за косяк двери, содрогаясь в приступе очередного кашля, мысленно умоляя небо, чтобы это закончилось. На вновь подставленную ладонь густо брызнули, помимо привычных лепестков, темные капли крови. Парень в ужасе уставился на окровавленную руку, слабо соображая.

Измученные, выпотрошенные легкие горели адским огнем, а не на шутку напуганный Нейтан быстро выбежал из мужского крыла, вытирая рукавом бомбера окровавленные губы. В голове горела теперь единственная, казавшаяся верная мысль, которая невероятным образом воздействовала на мозг.

Добраться до Колфилд

Дверь женского общежития оказалась крепко заперта. Хватило беглого взгляда на наручные часы, чтобы понять: дверь откроют не менее чем через час. Целый час. У него же элементарно нет столько времени.

Теперь руки Нейтана дрожали не от ломки, а от желания вцепится в Макс и не отпускать её хрупкое тело, пока всё это не закончится.

Когда ты перестал её ненавидеть?

Он не знал. Он правда не знал этого, но этот твердый факт был пугающе резким. Резким, как сам парень. Может, так и должно быть? Может, он это заслужил? Нейтан судорожно заозирался, бегая глазами по окнам кирпичного здания.

Бинго.

Окно в комнату главного хипстера было слегка приоткрыто. Дерево, много лет растущее рядом, существенно облегчило парню нелегкую задачу. Сбросив тянущий вниз красный бомбер в сторону, он подтянулся на ветке, закидывая ногу. Несколько телодвижений и Нейтан уже вглядывается в темноту окна. Неуверенно прикоснувшись к раме, он одернул себя и сильным рывком распахнул окно. Из комнаты не раздалось оглушающего крика, что было хорошим знаком.

Теперь Нейтан твердо стоял на ворсовом ковре, никак не ориентируясь без включенного света. Он шагнул, неожиданно почувствовав под ногами что-то липкое и мокрое. Сердце сделало переворот в груди, задев ребра. Парень нащупал на стене выключатель и щелкнул, на секунду зажмуриваясь от хлынущего света. И через секунду с трудом вытолкнул из легких выдох, полный ужаса.

На кровати, слабо вздымая грудь, полулежала шатенка, также щурясь от света и прикрывая ладонью, испачканной в чем-то темном, рот. Заметив наконец стоявшего в ступоре парня, она попыталась улыбнутся, тут же заходясь в надрывном кашле.

— Ты пришел, ха, — она мучительно зажала рот, после отводя руку назад. Ладонь была испачкана в крови. — Я поняла, что ты не хочешь ничего иметь со мной, — она с трудом скользнула взглядом по его напряженному лицу. — Можешь не стараться, я не боюсь умереть.

В груди Нейтана оглушительно громко билось сердце, в легких он действительно чувствовал, как цветы начинают прорывать мягкие ткани. Он подошел чуть ближе, не удержавшись падая на колени. Глаза Макс, так сильно напоминавшие ему сейчас бездонные глаза океана, покраснели и заполнились нежеланными слезами. Прескотт неуверенно протянул руку вперед, застывая на месте.

— Макс…

Его голос разорвал давящую тишину на тысячи осколков, Кофлилд медленно моргнула, стараясь совладать с раздирающей болью в груди. Её щека была перепачкана темной кровью: Нейтан дрожащими пальцами мазнул по ней, стирая потеки и задевая её нос.

В ту секунду, когда он прикоснулся к ней, в его груди стремительно быстро наросла отрезвляющая боль, он отпрянул от уже некрепко сидевшей Колфилд, задыхаясь.

Это конец, правда, Нейтан?

Единственное, что он успел увидеть угасающем сознанием, это такие большие, испуганные и красивые глаза Макс. Нейтан вдруг понял, что совершенно точно не хочет видеть их в последний раз.

Он не понимал, сколько времени находился в этой всепоглощающей темноте. Но когда он распахнул веки, тут же тихо зашипев от яркого солнечного света, то услышал чей-то мелодичный смех. С трудом повернув голову набок, он с удивлением рассмотрел сидящую около себя Макс. Она, прикрыв чистой ладонью рот, смеялась, посматривая на него. Нейтан на миг хотел поддаться порыву нелепой злости, но ту же почувствовал, что на его грудь больше ничего не давит. Легкие были чисты, и только горло немного побаливало. Он помотал головой, вновь поворачивая ее к уже молчавшей Колфилд.

— Привет, - её голос был теперь не хриплым, как тогда, когда он только пришел сюда, а совершенно нормальным. - Всё вышло, представляешь? Смотри, что получилось из нас, - она вновь широко улыбнулась, махнув рукой в сторону, Прескотт скосил глаза, заметив на подоконнике, освещенном солнцем резную цветочную вазу: в ней буйно разрастившись тянулись вверх колючая роза и нежные ромашки, так ужасно нелепо сплетаясь вместе.

Нейтан перевел осмысленный взгляд на веселящуюся девушку, несколько секунд еще внимательно смотрел на неё, а после за мгновением встал, делая стремительные шаги к Колфилд. Она замерла на полувыдохе, не зная чего ожидать от только что очнувшегося парня. Прескотт, сильно закусив губу, вытянул руки вперед, не на что серьезно не надеясь взамен от шатенки.

И тут же покачнулся от врезавшегося в него тела: Макс крепко обвила парня руками, уткнувшись ему в плечо и шумно выдохнула. На его лицо почему-то заползла идиотская улыбка, которую он мгновенно спрятал глубоко внутри, странно согреваясь от неё и глубоко вдыхая мятный запах взъерошенных волос Макс.

В голове птицей мелькнула совершенно дурацкая мысль.

Наркотики не обязательно покупать, да, Нейтан?



загрузка...