КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 400275 томов
Объем библиотеки - 523 Гб.
Всего авторов - 170219
Пользователей - 90972
Загрузка...

Впечатления

Serg55 про Головина: Обещанная дочь (Фэнтези)

неплохо

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Stribog73 про Народное творчество: Казахские легенды (Мифы. Легенды. Эпос)

Уважаемые читатели, если вы знаете казахский язык, пожалуйста, напишите мне в личку. В книгу надо добавить несколько примечаний. Надеюсь, с вашей помощью, это сделать.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
ZYRA про Галушка: У кігтях двоглавих орлів. Творення модерної нації.Україна під скіпетрами Романових і Габсбургів (История)

Корсун:вероятно для того, чтобы ты своей блевотой подавился.

Рейтинг: 0 ( 3 за, 3 против).
PhilippS про Андреев: Главное - воля! (Альтернативная история)

Wikipedia Ctrl+C Ctrl+V (V в большем количестве).
Ипатьевский дом.. Ипатьевский дом... А Ходынку не предотвратила.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Serg55 про Бушков: Чудовища в янтаре-2. Улица моя тесна (Фэнтези)

да, ГГ допрыгался...
разведка подвела, либо предатели-сотрудники. и про пророчество забыл и про оружие

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
PhilippS про Юрий: Средневековый врач (Альтернативная история)

Рояльненко. Явно не закончено. Бум ждать.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
ZYRA про серию Подъем с глубины

Это не альтернативная история! Это справочник по всяческой стрелковке. Уж на что я любитель всякого заклепочничества, но книжку больше пролистывал нежели читал.

Рейтинг: 0 ( 1 за, 1 против).
загрузка...

Человек в красном (СИ) (fb2)

- Человек в красном (СИ) 455 Кб, 71с. (скачать fb2) - (ComradFelix)

Настройки текста:




Знакомый вкус обжигающего, сладкого кофе с молоком — редкий напиток. Он никогда мне не нравился, но я пью его изо дня в день, уже и сам забыл зачем, словно это была какая-то традиция, какой-то обряд.

В этом кафе никогда не бывает народа, за редким исключением сюда может наведаться местный пролетариат или колхозники, но и то случается очень редко. Я тут словно дома, все официанты и повара знают меня в лицо.

Я, конечно, атеист, но Господи, как же мне надоел этот горелый запах, разносившийся по всему залу!

Я сидел за одним из столиков, облокотившись на подоконник, и бегал глазами по сводкам в газете. Естественно, я всё это знал, некоторые происшествия ещё и в деталях. Служба в КГБ лишает тебя возможности удивляться новостям.

Вообще поразительно, как меня взяли на службу госбезопасности, ведь мой отец был ярой контрой и даже помогал Деникину во времена гражданской войны. Но я был не такой.

Примерный октябрёнок, честный пионер и идейный комсомолец. Я почитал труды Маркса и Ленина, пел «Интернационал», верил в светлое коммунистическое будущее. Родителей же это ввергало в шок. Мать и вовсе хотела отказаться от меня, но время шло, отец умер, и мы остались одни.

Я поступил на службу в НКВД и добросовестно исполнял обязанности блюстителя порядка. Множество наград, премий, грамот, — я был образцом для коллег. И вот, в один прекрасный день ко мне в гости наведываются товарищи в штатной одежде, но с внушающим удостоверением Комитета государственной безопасности, с заманчивым предложением поработать на них.

Впереди открывалась прекрасная карьера, подъём по службе, большая зарплата. Мать была в ужасе, но, по своей натуре, от больших денег она не отказалась.

А дальше всё пошло кувырком. Благодаря моему рвению меня начали эксплуатировать: отправлять на самые сложные дела, задерживать для работы с бумагами и отчётами, а до повышения было словно до Пика Коммунизма.

И вот, ещё один из таких суматошных дней закончен. У меня нет ни жены, ни детей, ни даже какого бы то ни было друга. Лишь моя работа и туманные перспективы на будущее.

Я отложил газету, достал из внутреннего кармана своей шинели портмоне и выложил на стол рубль и десять копеек.

— Александр Евгеньевич, — послышался голос из-за кассы. — Да вы шо же такое делаете, це за счёт заведения!

Милая девушка, лет двадцати, завсегдатая кассирша в этой забегаловке. Большие карие глаза и длинные каштановые волосы, которые она заплетала в две косы, сочетались с украинским говором. Добрая девчушка.

— Не по-советски это, — я покачал головой. — Социалистическую собственность расхищать.

— Так от кружки кофе що, убуде? — Она махнула рукой. — Теж мени, кража столетия!

— Нет, Аська, — я завертел головой. — Не положено так!

— Ну, як знаете. — она ухмыльнулась. — Жениться вам треба, диточок завести.

— Эх, Аська-Аська, — я поморщился. — Какие диточки, какая свадьба!

Я махнул рукой и вышел из здания. Вечер опустился на небольшой райцентр, купающийся в лучах заходящего весеннего солнца. Я натянул фуражку на голову и медленным шагом отправился к новостройке, которая ныне являлась моим пристанищем.

***

Мать спит на своём полюбившемся кресле-качалке, в руках она держит книгу — Бродский. Давно я хочу сжечь всю эту контрреволюционную писанину, но не могу противиться матери, как бы того не хотел.

Наша книжная полка - вообще, тот ещё экспонат. В левом углу стоят сборники стихов Маяковского, Горького, сочинения Ленина, «Капитал», а справа расположился Бродский, Солженицын, Библия и всяческие мемуары белоэмигрантов.

Напротив книжного шкафа висел портрет отца — грузный мужчина с лысеющей головой и пышными усами, на портрете он улыбался и ехидно подмигивал. На самом же деле, отец был сварлив, жесток и не в меру агрессивен.

Он до последнего противился новой власти. Не знаю, как ему удалось избежать лагерей или расстрела. В отличие от матери, к отцу я не испытывал никакого уважения — этот человек видел во мне лишь будущего наследника, но никак не сына.

Я медленными шагами прошёл в свою комнату. Узкая односпальная кровать у окна, тёмный дубовый стол со стоящей на нём лампой и завалами бумаг разного толка. Я тяжело осел на хлипкий старенький стул и достал из своего дипломата папку с разнообразными досье.

В стране чекистов боялись, шептались за нашими спинами и считали чуть ли не машинами для убийств. Конечно, это было не так. Да, нам приходится выполнять грязную, иногда жестокую работу. Но, когда начинаешь служить в такой структуре, как КГБ, понимаешь, что в нашей стране всё отнюдь не так гармонично, как пишут в газетах.

Я убивал. Много убивал. Диссиденты, иностранные разведчики, террористы, коррупционеры — все эти люди были отправлены на тот свет не за просто так. И, несмотря на это, в глазах юных пионеров или простых работяг с завода, я — демон в погонах.

Отложив папку к другим досье, я стянул с себя форму и завалился на


загрузка...