КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 393314 томов
Объем библиотеки - 510 Гб.
Всего авторов - 165312
Пользователей - 89421
Загрузка...

Впечатления

ZYRA про Юм: ОСКОЛ. Особая Комендатура Ленинграда (Боевая фантастика)

Понравилось. Живой язык, осязаемый ГГ. Переплетение "чертовщины" и ВОВ, да ещё и во время блокады Ленинграда, в общем, книгу я прочел не отрываясь. Отлично.

Рейтинг: +1 ( 2 за, 1 против).
irina.lu@mail.ru про Шатохина: Княжна (СИ) (Любовная фантастика)

Все произведения автора, которые я прочитала, очень ярко эмоционально окрашены, вызывают ответную реакцию, заставляют сопереживать героям. спасибо за такие истории!

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
АРАХНА про серию Косплей Сергея Юркина

КНИГИ КЛАСС ПРОЧИЛ 1 ДЫХАНИЕ ВСЕМ СОВЕТУЮ--- НАРОД КТО ЗНАЕТ
а будить продолжение книги Косплей Сергея Юркина Айдол-ян (часть вторая) 5--6--7-трек или новая книга .А то я дочитал 5 трек
Президент СанХён будет ругаться. - говорит БоРам Продолжение следует...подскажите кто знает заранее СПАСИБО

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
DXBCKT про Резанова: Золотая голова (Фэнтези)

Как уже было (наверное) понятно по моим предыдущим восторгам (по поводу открытия данного автора и данной СИ) я специально «докупил» эту часть в варианте «давно угаснувшего издательства» времен конца 90-х...

Единственное о чем я жалею — так это о том, что я читал их «не по порядку» (первым у меня пошел «Открытый путь»). Но в целом, я все же рад что удалось собрать и эти части...
Во «главе угла» тут (как и в другой известной мне книге «Открытый путь») два героя (мужского и женского пола)). И как всегда автор буквально с первых 2-3 страниц «заводит сюжет с полпинка» и эти два персонажа (хотя «героиня» конечно больше) обретают жизнь. У других же (коллег автора) на это порой уходит до полу-книги...

Сам сюжет — с одной стороны прост, но не так однозначен: некая преступница (по совместительству «бывшая дворянка угаснувшего рода») отправляется на плаху и... нежданно обретает не только жизнь, но и «некую миссию» по возврату долгов. Далее: дворцовые интриги, сражения по пути «туда и обратно» и некие предопределенные тайны «обретающие плоть» по мере повествования романа. Конечно кто-то наверняка сочтет этот роман «бабским», однако при всех схожих условиях (данного жанра) я б лично его таким не назвал. По своему содержанию он напомнил мне творения Дяченко («Ритуал» и «Магам можно все») где все тоже «не так просто» и однозначно (как кажется)...

Концовка данного романа так же неоднозначна. Впрочем это же касается и другой (не связанной) повести в данной книге.
P.S Данная книга куплена мной "на бумаге".

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
DXBCKT про Свержин: Трехглавый орел (Альтернативная история)

Честно говоря читать эту книгу я начал только ввиду того, что у меня в библиотеке накопилось уже 5 книг данной СИ (разных издательств) — и если уж читать, то в соответствии с хронологией.

Вся проблема — в том что собрать «всю линейку данной СИ» не удалось даже у меня (хотя я честно старался)... Плюс к этому не все «тома на руках» идут друг за другом (некоторые «в разнобой»), вот я и решил — начать читать в online (недостающие тома) и не ждать больше случая их докупить...

Сразу скажу некоторые части данной Си я читал давным-давно... В целом сюжет данной СИ мне был понятен: некая структура (типа НИИ) занимается изучением «узлов бифуркации» и засылает во всякие «интересные места и времена» своих сотрудников, дабы они что-то узнали, вынюхали или просто «подшурупили правильную нить истории». Разумеется данный процесс сопровождается «массовыми приключениями», поскольку события «имеют место» (как правило) во времена «былинные» (средневековья там всякие и тп).

Вообще-то это не совсем мой любимый жанр (непонятно: то ли «попаданцы», то ли АИ, то ли просто «приключения дяди Васи в Корнуолле»)... Но поскольку книги куплены и ожидают своей очереди на прочтение (некоторые уже лет 5-6) то и … надо соответствовать!
Конкретно эта часть (как ни странно) была написана гораздо позже имеющихся у меня частей («Власть Единорога», «Ищущие битву», «Колесничие фортуны» и других) — но по хронологии значится первой! Хм... Ну допустим...

Далее (собственно при самом чтении) становится понятно что эта часть (призванная расставить все по местам), только вконец запутывает читателя... Так настроившись на более-менее серьезное чтиво (в рамках «прошлых чтений») Вы возможно удивитесь тому что «тут разговор пойдет» в очень легкомысленном тоне: ГГ предстоит встретиться не только с интригами «большого двора» (Екатерины и пр), но и принять некое участие «в расколдовывании» своих спутниц, встретиться с Бабой Ягой и прочими фольклорными персонажами...

В общем данный сюжет «постепенно скатывается» на юмористический... плюс «лучшие традиции» изд. «В вихре времен», где «устоявшаяся история» меняется как перчатка, и где Емельян Пугачев с казаками отправляется «освобождать» (по просьбе английских товарищей) Американскую Ново... (пардон) Малороссию)) и тут же заявляют о своем полном неподчинении Британской империи...

Далее «каша» иных последствий (такого изменения истории), первый съезд «мирового пролетариата» и... собственно не совсем понятно что собственно хотел сказать (автор). Если конечно ничего и это лишь «развлекательное чтиво»... то претензий собственно и нет.

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).
Symbolic про Фролов: Цивилизация страуса (Социальная фантастика)

Прочтите обязательно эту книгу, если вы россиянин по духу и вас ещё не воротит от всего нашего русского дурдома. Если автор старался показать нам русский дурдом в недалёком будущем, то у него это получилось. Честное слово, такого поворота в истории представить было невозможно, даже если одурманить мозги какой-нибудь дрянью. А вот у Виталия Фролова эта безумная смена приоритетов в России получилась и выглядит вполне реально.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
DXBCKT про Резанова: Последняя крепость (Фэнтези)

Вроде бы короткий рассказ, и опять «вечные герои» (мужчина и женщина), но... Если (у иных авторов) герой (из книги в книгу, из одного СИ, в другой) «один и тот же», то у данного автора «ощущения дежа вю» все же не возникает. Несмотря на кажущуюся «схожесть элементов», каждый раз это «новый герой» и этот новый герой, прописан так «явно» буквально с первых же страниц, так что... просто диву даешься!

Кто-то спросит — а зачем собственно читать «древнюю СИ» изданную еще в 90-х, если вокруг «полным полно» более «современных представителей» данной темы (фэнтези). Отвечаю (субъективное мнение) потому «что раньше» авторы тщательно «создавали свои миры и персонажей», чего их более «актуальным коллегам» порой не удается (даже в принципе)... Не сочтите за «старческое брюзжание», но я специально стараюсь докупать книги из уже закрытых серий (издательств), поскольку там хоть и полно всяких «наивностей и шаблонов», но порой попадаются (гораздо чаще чем в современных) и «неограненные бриллианты». Так я собственно и «узнал автора», до этого не имея ни малейшего представления о нем.

Но … теперь собственно о данном (небольшом) фрагменте из купленной мной книги: если судить «совсем уж строго», то это «очередной рассказ ни о чем»... Ну решили отомстить... ну похитили и вывезли «в степь» (прям как в суровые 90-е) и... (далее повели себя вконец нелогично), мол... и чего уж тут?

Не знаю «как Вам», а мне - понравилось... и очередным «погружением» в своеобразный мир автора» (где привычная нам античность соседствует с магией и «неведомыми странами») и просто повествованием сюжета. И хоть эта часть (видимо оторвана) от самой СИ (книги) и не найдет свое продолжение — советую читать ее как очередной бесконечный рассказ (типа хроник и саг о Конане и Соне).

P.S Данная книга куплена мной "на бумаге".

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
загрузка...

The Magic in our veins (СИ) (fb2)

- The Magic in our veins (СИ) 267 Кб, 15с. (скачать fb2) - (S Lila)

Использовать online-читалку "Книгочей 0.2" (Не работает в Internet Explorer)


Настройки текста:



========== End of the Affair ==========

Пора бы уже смириться с тем, что эта женщина ему больше не принадлежит. Она больше ему не жена, и он не смеет подойти близко-близко, чтобы коснуться невесомо хотя бы её ладони, сжать её в своих руках и запечатлеть невыносимо сладостный поцелуй на нежной коже, который отзовётся ноющей болью в израненном до кровавых ошметков сердце. Вот только сказать гораздо проще, чем сделать. Смириться попросту невозможно, потому что каждая клеточка тела всё ещё тянется к ней. Даже несмотря на то, что она отняла его жизнь и отправила навстречу вечным страданиям. Каждая — даже самая тёмная — часть него готова до сих пор на всё что угодно, лишь бы она просто удостоила его той самой, мягкой и светлой улыбкой, назвав трепетно его имя и увидев в нём его человеческую сторону, уже свободную от оков Хозяина.

Вот только их больше нет. Существуют они теперь лишь по отдельности. И если Фиби старается строить свою жизнь, вновь и вновь борясь с демонами, листая потрепанные страницы семейной книги, и встречаясь всё с новыми людьми, то он ощущает что будто бы застыл во времени, которое утекает безвозвратно сквозь узловатые пальцы. И злится на себя всё сильнее и сильнее, предпочитая глушить боль в алкоголе и следуя за ней попятам, попросту желая сберечь её для неё самой же, для её сестёр, для кого-то другого, кто удостоится её тёплого взгляда.

Она не может не привлекать внимательные и заинтересованные мужские взгляды, которых становится с каждым днём всё больше больше. Потому что в её карих глазах угасает затаенная печаль, и взгляд начинает проясняться, приобретать столь притягательные кокетливые нотки, что заставили его когда-то потонуть в них и ослушаться прямого приказа. Коулу кажется, что он в силах ощутить каждый посторонний взгляд, брошенный на неё, и от этого он хмурится ещё сильнее, сжимается всем телом и борется с порывом схватить её и увести куда-нибудь подальше от излишнего внимания, чтобы скрыть от новой боли, готовящейся настигнуть её. Потому что никто из них не смотрит глубже. Никто из них не видит насколько она потрясающая, сильная и какая притягательная тьма, переплетённая с невероятно добрым и хрупким сердцем, скрыта в ней. И никто из них не сможет полюбить её столь же сильно, как любит он.

Это конец их отношений, но едва ли такое можно сказать об их любви, что всё ещё прочно связывает, заставляет тут же найти друг друга взглядом в толпе и потянуться неосознанно навстречу, ощутив всю тяжесть этого мира и давящего на них прошлого.

Фиби могла часами листать страницы семейной книги в поисках заклятий; она могла раз за разом искать ответы в картах Таро и своём подсознании, будто бы в хрустальном шаре. Но она видела вновь и вновь эти чертовы нити, что связывали их, и всё ещё ощущала его в своём сердце. Оставшаяся крупица той величайшей любви, которая никогда не исчезнет и не отступит, лишь приглушит своё сияние ненадолго, дав ей сделать жалкий вздох и попытаться найти что-то, что способно потеснить эти чувства, но уж никак не вытравить их.

Присоединившийся к ней коллега с работы кажется совсем неплохим парнем, абсолютно добродушным и немного робким, являя собой полную противоположность тому, кто сидит в углу бара и продолжает прожигать её тяжелым взглядом, таящем уязвлённые чувства. И потому Фиби раз за разом говорит и смеётся невпопад, кидая вновь виноватый взгляд на собеседника и уже понимая, что скорее всего ничего с ним у них не выйдет. А ведь в такого можно запросто было бы влюбиться… вот только что-то не позволяет, вынуждает её бросать взгляд через плечо, а затем снова наиграно недовольно хмуриться от его присутствия.

А Коул лишь продолжает смотреть на то, как она живёт дальше, позволяя ей испытывать все эти чувства, и готовится мысленно к тому что однажды она влюбится, окончательно разбив ему сердце и превратив его лишь в жалкий, никому не нужный, прах.

Жизнь без неё теряет смысл и замедляет время, которого у него в избытке. Просто время, абсолютно одинокая вечность. И осознание этого заставляет его задыхаться от разрывающей грудную клетку боли, а стакан с крепким алкоголем тут же крошится в его ладони, и он совсем не чувствует боли от впившихся в кожу острых осколков. Фиби в ответ на это инстинктивно дёргается, желая прийти на помощь, а затем, будто бы опомнившись, вновь отворачивается от него, спрашивая себя, какого чёрта она творит. Какого чёрта? Ведь всё это должно остаться в прошлом. Конец их романа настал. Они ведь поставили точку. Вот только одна ли это была точка?

========== The Girl with cold heart ==========

Солёные воды своенравного океана ласкали мягко её кожу, вызывая мимолётную улыбку на бледно-розовых губах, скрывающих заострённые опасно белоснежные зубы. И мягкий шум волн, доносящий до острого слуха гул чаек, давно уже стал неотъемлемой частью её жизни, вызывая прелестное чувство безмятежности в теле. Далёкие образы прежнего мира стремительно улетучивались всё больше и больше с каждым днём, проведённым в этих водах, что она нарекла своим домом на долгие века бессмертной жизни.

Ведь сердце в груди, некогда трепетно бьющееся и гоняющее горячую кровь по венам, уже охладело, став совсем как морская вода. И она ощущала, как с каждым днём ей становится легче, едва помня уже собственное имя, так и играющее на языке последними аккордами, готовясь раствориться в морской пене.

В каждом отзвуке вод был слышен голос её свободы. Свободы от оков, что пронзают сердце, крепко-накрепко привязывая к другому человеку нерушимыми толстыми цепями, принося в итоге лишь удушливую боль и вынуждая терять самого себя под конец очередной печальной истории, горькие песни о которых она слышала каждый день из-под толщи соленой воды. Эти слова были слышны в гулких ударах их сердец, в которые хотелось с силами вцепиться пальцами, разодрав плоть острыми зубами до крови, чтобы освободить ещё одного страдальца от мук губительной любви. Такова ведь участь русалки.

И кровь оказалась на вкус куда более приятной, чем она могла прежде воображать. А последний вздох, касающийся её губ вместе со сладостью солёной воды, имел привкус пьянящей свободы. Они ведь были свободны отныне, убаюканные ласковыми объятиями нежного океана, утягивающего с собой на шелковистое дно. Боль уходила совсем быстро, стоило только погрузиться в него, позволить окутать волнам и унести далеко-далеко…

Ласкающее касание морской воды заставило её вздрогнуть внезапно и беспокойно оглянуться по сторонам, скользнув внимательным взглядом карих глаз, ставших на несколько оттенков темнее сейчас. Вот только не видно было ничего кроме цветастых ракушек, что усеяли песчаное дно, и грубых булыжников, давно покрытых толстым слоем болотно-зеленой тины. Всё было совсем привычным, кроме того, как пели ей на ушко волны, зовя её по почти забытому имени и касаясь неторопливо блестящей чешуи.

«Фиби» — мужской голос раздавался так ласково и нежно, почти так же, как и волна, касающаяся песчаного берега в полный штиль.

Голос этот ей показался смутно знакомым, доносившимся будто бы из прошлой жизни. Вот только понять, кому он принадлежит она так и не смогла, стараясь изо всех сил вспомнить и понимая запоздало, что отвечать на зов не стоит.

И всё же, повинуясь странным порывам, спустя несколько минут метаний двинулась нерешительно за ним, позволяя водам вести себя, ощущая странное покалывание в области груди, где совсем не билось охладевшее сердце. Голос же этот всё звал и звал её, с каждым разом называя имя с ещё большим отчаянием, вызывающим отчего-то горечь и вынуждая сердце в груди невольно издать едва заметный удар, принесший с собой вспышку позабытых за томительные годы образов.

Фиби совсем не знала, сколько времени она провела в океане. Быть может, слишком долго, и ей теперь не увидеть сестёр?

Осознание этого заставило её разозлено шлепнуть хвостом по морской глади, создав всплеск солёных брызг, сверкнувших в лучах заходящего солнца. А сердце в груди мгновенно отозвалось на эту едкую вспышку боли, вновь стремительно холодея и унося с собой её боль на далёкие мили, растворяя её в небольших волнах.

Позволила тут же соленым каплям коснуться её языка, силясь приглушить воспоминания и запрятать их глубоко-глубоко, на самое дно бескрайнего океана; туда, куда даже солнечные лучи не в силах достать. И вслушиваясь в этот хрипловатый голос вновь, она уловила нотки куда большей горечи, чем прежде доводилось ей слышать. Именно так и звучит кровоточащее сердце, что медленно погибает изнутри, моля освободить его от той боли, что заставляет сгибаться пополам и жадно вдыхать ртом кислород.

Фиби видела мужскую фигурку, стоящую на скалистом берегу, и с осторожностью наблюдала за ним из-под толщи воды, ласкающе рассекая водную гладь пальцами. Слушала музыку его сердца, слышала его зов всё громче и громче, подчиняясь сильнейшему инстинкту его спасти.

И вынырнув на поверхность, она подплыла осторожно ближе, смотря на него снизу вверх с лёгким прищуром холодных карих глаз, совсем не узнавая, запрещая попросту сердцу постараться узнать. Не видела страха на его лице, лишь лёгкую улыбку, коснувшуюся мужских губ, с которой он приблизился к ней ближе, присаживаясь перед ней и позволяя себе скользнуть взглядом по её фигурке.

В последний раз у него не вышло помочь ей, не смог достучаться ведь до неё и избавить от боли, что была им вызвана. Она лишь сбежала от него тогда, скрываясь поспешно под толщей зелено-голубой воды, оставляя за собой брызги от мощного удара массивного хвоста и страдания израненного сердца, окутанные неподдельным страхом потери.

— Фиби, — произнёс он с осторожностью, видя недоумение блеснувшее во взгляде карих глаз, породившее в его сердце вспышку острой боли.

Неужели она успела уже всё позабыть? Неужели эти несколько лет, что он пытался к ней добраться, стёрли начисто всю прежнюю жизнь и всё то, что было между ними? Неужели уже и правда поздно?

— Кто ты? — слегка охрипшим от долгого молчания голосом ответила она, коснувшись нерешительно пальцами скалистого камня и чуть подтянувшись, с ещё большим любопытством всматриваясь в лицо странного незнакомца.

И был ли этот незнакомец так уж ей незнаком? Откуда ему известно её имя? Кем он был для неё? Что их связывало? Что они сделали друг с другом?

Фиби нахмурилась, потупив взгляд, а затем подтянулась ещё чуть выше, следуя за зовом его сердца, что жаждало освободиться от накопившейся боли. И она могла дать его сердцу свободу. Нужно лишь коснуться пальцами его кожи, обхватив его лицо ладонями, а затем прошептать несколько слов прямо в губы, прежде чем утянуть безвольное существо в водную гладь, что смоет с него все печали и тревоги.

И стоило только её мокрым пальцам коснуться кожи его щеки, как Коул прикрыл на миг глаза, делая тяжкий вздох, ощущая, как всё тело отзывается на это невесомое и давно позабытое касание, оживляющее стремительно всё внутри и вдыхающее попросту в него жизнь.

— Коул… — совсем неуверенно проговорила она, тут же убирая руку от его лица и отталкиваясь ладонями от грубых камней, желая уплыть отсюда подальше, вновь ощущая биение своего сердца, приносящего сейчас лишь сплошную боль от которой так старательно бежала.

Вот только стальная хватка на её запястьях не дала ей это сделать вновь. И как бы она не противилась, сколько бы сил не прикладывала, Коул был сильнее неё. Так было всегда.

— В этот раз я не позволю тебе сбежать от самой себя, Фиби, — сказал он спустя несколько секунд томительного молчания, потянув её с силой из воды и пресекая все её отчаянные сопротивления.

И на суше, сидя на грубом камне, она ощущала себя такой одинокой. Она больше не касалась ладонями воды и не слышала шёпот океана. Здесь Фиби была чужой. Её место было там, в буйных волнах. Она была уверенна в этом… или, быть может, просто хотела бы быть уверенной.

— Ты нужна здесь, Фиби. Если люди, которые скучают по тебе… — он замолчал на миг, отведя от неё серьёзный взгляд, — …любят тебя. Так сильно.

— Я не хочу, — она покачала отрицательно головой из стороны в сторону, касаясь невольно груди, где билось едва тёплое сердце, вновь открывающее ей всю боль, запрятанную всё ещё там. — Там мне легче, Коул.

— Ты лишь обманываешь себя, Фиби. Рано или поздно все чувства вернутся, вот только будет слишком поздно. Твоих сестёр и твоего прежнего мира не станет.

Она вновь отвела от него взгляд, осматривая внимательно блестящую в свете солнца чешую, касаясь её неторопливо пальцами и понимая, что он прав. Отвратительный, злой, алчный и расчетливый Коул Тернер прав. Он всегда был прав, когда дело касалось её сердца, не было смысла это отрицать. Он был воплощением тьмы, и всё же, любил её больше, чем хотели все демоны; больше, чем были способны понять её сёстры. Любил её так сильно, как и она его…

Нерешительно вновь взглянув на него, она ощутила, как неприятно щиплет в носу, а слёзы подступают к глазам, застилая взор. Позволила былым страданиям затопить в ту же секунду сознание и вновь обнажить раны на сердце, отчего-то почувствовав от этого лишь облегчение, вместе с которым ощутила, как вся чешуя, покрывающая её кожу, исчезает, отпуская дитя океана на сушу.

Прохладный ветер коснулся тут же её кожи, растрепав влажные пряди каштановых волос и вынудив Фиби вздрогнуть от приступа давно позабытого холода. Снова стала самой собой — ведьмой, одной из зачарованных, что видит будущее в туманных видениях и даёт людям советы. Вот только не могла себе дать совет и заставить себя понять, что ей делать дальше, разрываясь попросту на части между всей той болью, что Коул ей причинил, и любовью, что согрела сегодня её сердце. И ощутив тёплую ткань пиджака на хрупких плечах, донёсшего до неё знакомый мужской запах, она прикрыла на миг глаза, поддаваясь к Коулу чуть ближе, тут же ощущая прикосновение горячих ладоней на предплечьях и мягкое касание губ в области виска, с которым он прижал её к себе бережно ближе. Так не желал её отпускать, наконец сумев отыскать, а она в этот миг поняла, что уходить ей вовсе и не хочется.

========== Do not fear the reaper ==========

Комментарий к Do not fear the reaper

Драббл написан на: Do not fear the reaper — Blue Oyster Cult

В день, когда границы между мирами исчезают и мёртвые ступают по земле вновь, в старинном особняке, где мебель давно покрылась толстым слоем пыли, а на стенах по углам серебрится в свете луны паутина, зажигается одинокая свеча, что тусклым светом озаряет их прошлое, настоящее и будущее. Потому что всё неизменно начинается отсюда год за годом, а затем, пройдя свой порочный круг, заканчивается, исчезая, подобно последним всполохам огня от догоревшего фитиля восковой свечи, оставляющей след на потрескавшемся от времени кофейном столике.

Лишь ушедшие в вечность, могут быть навеки соединены нерушимыми узами. Ушедшие в вечность рука об руку неразлучны, они ступают на землю вместе, стоит только настать часу великой тьмы, что вызывает улыбку и первый облегчённый вздох, наполненный затхлостью некогда их дома. Фиби всегда неизменно касается кончиками пальцев жемчужной нити на шее сперва, морщась от надоевшего ей уже одеяния, в котором она вынуждена год за годом оказываться. Коул же, хмуро осматривает следы от пуль, что порвали ткань её светло-бежевого платья, и сжимает пальцы в кулаки, вспоминая с жёсткой усмешкой на пухлых губах вкус отмщения, что они обрушили на головы своих убийц в свою первую ночь Самайна, обагрив руки в крови и поняв, что это не способно их успокоить.

Лишь вернув свои жизни, что у них должны были бы быть, они смогли бы отпустить от себя груз прерванной жизни и шагнуть вперёд — вот о чём они думали тогда, обвиняя весь мир вокруг в несправедливости. Понимали, конечно же, с горечью, что это уже невозможно, этому и впрямь не бывать. И им остаётся лишь наслаждаться подаренным днём, что они проводят вместе, понимая всегда под конец, что времени этого не достаточно. Даже близко. Их снова разлучит беспросветная тьма и бестелесность, что отделит друг от друга ещё на год. Вот только по происшествии лет научились ценить этот день, проживая его так, как положено, и отбрасывая глупые мысли подальше, приберегая их напоследок.

Грусти они оставляли лишь несколько первых секунд, когда Коул притягивал её к себе и целовал невесомо бледную кожу её ладони, до сих пор помня нежный аромат лаванды, а она смотрела на него пристально-пристально снизу вверх, прежде чем погладить тыльной стороной ладони по щеке. Грусть отступала покорно пред ними с первым соприкосновением их губ, что превращалось в жадный и поистине голодный поцелуй, вызывающий в теле дрожь и дающий вновь ощутить себя живым.

Такова их неизменная традиция, после которой они покидают особняк, ступая по узким улочкам, и находят другую одежду, что не хранит на себе свинцовый запах и следы застывшей навечно багровой крови уродливыми пятнами. С каждым годом подмечают изменения этого мира, всё больше и больше отдаляющие начало прошлого столетия, что было их временем всецело когда-то. И они даже успевают привыкнуть к музыке и новым технологиям, с интересом пробуя коктейли и свет стробоскопов кожей, что вызывал задорный смех у Фиби первое время.

— Ещё один год, любовь моя, — Коул притянул её к себе властно ближе, оглядывая неизменно с восхищением каждый сантиметр её лица и скользя подушечкой большого пальца по уголку её губ, что окрашены были алой помадой сегодня.

Она же, прижалась к нему ещё ближе, расплываясь в довольной улыбке, и коснулась ладонями его груди сквозь ткань неизменно строгой рубашки, ощущая манящую твёрдость мышц под ней. Время у них ещё будет, чтобы насладиться друг другом, но чуть позже, когда пальцы будут хранить на себе чужую кровь, что подобно нектару ощущается на языке томным послевкусием.

— Кто-то приглянулся? — вздёрнув вопросительно бровь, поинтересовалась она, неспешно оглядывая погружённое в полутьму помещение и находя десятки парочек вокруг.

— Твой черёд выбирать, — прошептал он в ответ хрипловато, проводя ладонью по плавному изгибу её спины, вынуждая её на миг прикрыть глаза и пробормотать что-то неразборчиво, но так ласково.

Широкая улыбка тут же тронула его губы, стоило ему лишь увидеть восторг в карих глазах, что заставлял их гореть ярче, подобно звёздам на ночном полотне. С особой внимательностью всматривалась в лица людей теперь, ища подходящий вариант и отсеивая от простого желания куда более искренние чувства, так желая помочь им освободиться и принять самих себя.

— Вон те, — кивком головы наконец указав на один из столиков, произнесла уверенно Фиби, чуть нахмурив носик и встретив с улыбкой его одобрение в тёплом взгляде.

Выбор жертвам своим они давали простой — умереть вместе или же принести в жертву того, кого именуешь второй половинкой своего сердца, подтвердив там самым, что брошено громогласное заявление было не зря. И как же порой они удивляли, доказывая раз за разом, что не всегда то, что мы испытываем к другому человеку, — да еще и думаем, что этот человек испытывает в ответ, — называя любовью, на деле ею и является.

— Ну же, — Фиби повела нетерпеливо плечами, переводя взгляд с невысокой блондинки на шатена, что завёл её за свою спину, в предупреждающем жесте выставив ладонь вперёд, что подрагивала от приступа страха, который он старательно прятал.

В их глазах он не видел выхода из этого проулка, понимая с ужасом, что кинжал в её руке был смертельным приговором для обоих или, по крайней мере, для одного из них.

— У нас есть деньги… — нерешительно рискнул произнести всё же он, слыша в ответ лишь заливистый женский смех, потонувший в грубоватом мужском смешке.

— Что-то они зачастили с этими словами, — признал Коул с улыбкой, досадливо качая головой из стороны в сторону, — Что с вами, люди?

Фиби перевела вдруг взгляд карих глаз на ясное ночное небо, чувствуя в воздухе утекающие драгоценные часы от них и ощущая кожей подступающий холод, утягивающий назад, и прижалась спиной плотнее к груди мужа.

— Отпущенное нам время приближается к концу, — прошептала она едва слышно, и Коул тут же ласково прикоснулся губами к её щеке, одаривая частичкой своего тепла. — Не стоит бояться смерти, — переведя вновь на них взгляд, мягко произнесла Фиби, — Ну же, решайтесь. Нужно просто взять мою руку. Представьте просто… — она на миг замолчала, взглянув в глаза юноши и вновь улыбнувшись беззаботно, — Вместе в вечности.

— Убейте его! — всхлипнув, пронзительно прокричала вдруг светловолосая девушка за его спиной, не видя уже боль, застывшую в его взгляде, которую он принял с лёгким кивком, шагнув не сомневаясь вперёд и посмотрев на острый кинжал в руке незнакомки.

— Любовь двоих едина, — прошептала Фиби ласково и немного сочувствующие, проведя пальцами по прядям его каштановых волос в утешающем жесте, прежде чем полоснуть лезвием по его горлу, а затем прикрыть глаза, ощущая лишь густую и алую кровь, что хлынула на её ладони и ткань угольно-чёрного платья, пропитывая её своим запахом и теплом.

Ладонями, что сцеплены были в замок на её животе всё это время, Коул провёл плавно по изгибам её талии, ощущая, как горячая кровь согревает кончики его пальцев, а затем оставил влажный поцелуй на коже её шеи, слыша отчаянный всхлип белокурой девушки, на душе которой повис груз убийства, обрекающий её на вечные муки ада после смерти. Но этот крик был для них музыкой, пусть и омраченной отзвуками предательства.

Коул ответил улыбкой на раздавшийся в ночи беззаботный смех Фиби, слетевший с её губ, и прижал к себе покрепче, уводя прочь из узкого проулка, чуть крепче сжимая её ладонь в своей и ощущая жар застывшей на них крови. Настало ведь их время теперь, где уже были не слышны лишние слова и посторонний гул. Остались лишь яростные касания губ и хаотичные движения, которыми стаскивали настойчиво с тел друг друга одежду, не оставляя и вовсе преград между ними более. Остались лишь скоротечные минуты пред тьмой. Ведь время стремительно подступало к концу, это уже ощущалось в воздухе, и потому Фиби коснулась невесомо губами разгоряченной кожи его груди, ощущая каким холодом повеяло, привнося с собой восковой запах свечи, что потухла спустя пару секунд с тихим шипением. Они встретятся вновь в следующем году, когда в очередной раз настанет отведённое мёртвым время.

========== Devil in your eyes ==========

Комментарий к Devil in your eyes

Коул встречает прошлую жизни Фиби из 2.14.

В карих глазах Фиби всегда горит мягкое пламя, будто бы от восковой свечи, сверкая теплотой, обращённой на него в последнее время всё реже и реже и ускользающей от него, вынуждая недовольно скалится и давая Хозяину внутри него долю свободы. Но сил у Тёрнера больше. Стоит лишь вспомнить, что чётко очерченные губы Фиби изгибаются лишь в искренней улыбке, а прикосновение аккуратных ладоней приносит приятное тепло, и тогда Хозяин отступает, признавая своё поражение. Вот только не намеревается сдаваться, нашёптывая и сея сомнение в мыслях, которые Коул гонит прочь. Все, кроме одной-единственной: как склонить всё же на тёмную сторону ту, кто больше всех подвержена тьме, но умеет ей сопротивляться лучше других?

В глазах девушки на другом конце гостиной он видит, как горит бесконтрольный огонь, ядовитыми всполохами отражаясь и на ухмылке, в которой изогнуты ярко-алые губы. И смотрит она на всех с изрядной долей презрения, чуть морщась и отпивая шампанское из высокого бокала, поглаживая неторопливо пальчиками мутный темно-красный кристалл на шее, вызывая очередной ворох вопросов в голове демона, ощущающего исходящую от предмета силу. И наравне с этим он задается другими, куда более важными вопросами…

Как возможны такие кардинальные изменения? Как возможно то, что в прошлой жизни Фиби была такой завораживающе опасной, как то пламя с которым играла она на кончиках тонких пальцев сейчас, не страшась совсем реакции смертных? И как посмели только отобрать у неё столь разрушительную силу? Впрочем, Коул мог ведь даровать ей этот огонь вновь.

Нерешительность была ему совсем несвойственна, и всё же, он так и не решился к ней подойти, наблюдая издалека, в какой-то миг окончательно потеряв её из виду в толпе танцующих. И лишь жар дыхания, опаливший его шею пару секунд спустя, вынудил растянуть губы в облегчённой улыбке.

— Что тебе нужно, демон? — недовольно прошипела она, скользнув указательным пальчиком по его щеке, задевая мочку уха слегка острым ноготком. — Ты выбрал неудачный день для нападения.

Даже голос её был другим. Под чистой сталью различались капризные хрипловатые нотки, ласкающие слух и говорящие сразу о том, сколь скверен характер его обладательницы, в чьём взгляде тёмных карих глаз танцует сам дьявол.

— Я здесь не за этим, — он полностью повернулся к ней, вставая напротив и рассматривая по привычке сверху вниз, отмечая разницу и в цвете волос.

У Фиби волосы тёплого шоколадного оттенка, струящиеся лёгкими прядями по плечам, а у этой девушки они черны, словно ночь, уложенные в пружинистые тугие кудри.

— Тогда зачем же? — вопросительно вздёрнув бровь, она шагнула к нему чуть ближе, касаясь ладонью его грудной клетки, срываясь на шумный вздох и прикрывая на миг глаза, прежде чем обратить ошарашенный взгляд на него, — Столько силы, — пробормотала она неразборчиво, впрочем, не отступая ни на дюйм.

Коул сам себе не мог ответить на заданный ею вопрос. Чего и впрямь он хотел этим добиться? Фиби, которой принадлежит его сердце, здесь нет. Лишь прошлая её жизнь, которая отличается столь многим. Вот только не тем, как смотрит на него из-под ресниц, изучая пристально и с осторожностью, не теряя при этом уверенности.

— Я слышал, что ты могущественная ведьма, — слова с губ Коула слетели чуть хрипловато от напряжения, что он испытывал в этот миг, вспоминая невольно, что сегодня день её смерти и помешать этому не вправе.

— Самая могущественная, — вздёрнув подбородок, весьма самоуверенно поправила его она, — Меня зовут Перл. А кто же ты такой? Я не ощущала ещё такой силы прежде.

Коул едва подавил улыбку, маскируя её под беспечной усмешкой, а затем скользнул, не удержавшись, пальцами по её тонкой шее, мигом чувствуя напряжение, охватившее её тело, замечая и отблеск разгорающегося пламени во взгляде, что готово было его испепелить.

— Даже из этого кулона? — поинтересовался Тёрнер, постучав указательным пальчиком по кристаллу, видя удивление, выбившее её на миг из колеи.

Перл лишь кивнула согласно, слегка прищурившись. Стоящий напротив неё мужчина никак не хотел раскрывать карты. И сколько она ни старалась заглянуть в будущее, понять, кто он такой и что ему нужно, она натыкалась лишь на мутные и совсем неразборчивые образы, не говорящие ей абсолютно ничего.

— Кулон — это посмешище в сравнении с твоими силами, пусть это и подарок могущественного демона.

Удивление в глазах Коула было очевидным, и она приняла это тихим смешком, беспечно пожав плечами. А в глазах всё разгоралось пламя, говорящее ему о том, что она хочет большего. Ей нужно больше сил, куда больше власти, которые она так жаждет заполучить в огненные объятия своей тьмы. И он бы вручил ей всё это с радостью, будь она не кровавой жемчужиной, а его женщиной, которая научила его любить; которая носит теперь его фамилию и улыбается ему редко, но искреннее. И он вручит ей всё, чего бы она не пожелала. Остается лишь ждать, пока она сама этого попросит, ведь любовь к демону уже прежде утягивала её во мрак.



загрузка...