КулЛиб - Классная библиотека!
Всего книг - 374993 томов
Объем библиотеки - 456 Гб.
Всего авторов - 159603
Пользователей - 84192
Загрузка...

Впечатления

Foggycat про Шкляр: Елементал (Классический детектив)

Проглотил за вечер...чудесный язык...обложка книги никудышняя

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
beria про Мухин: Патриотизм Путина. Как это понимать (Политика)

Тьфу. Прикладная либерастия и русофобия с явным душком от идейного врага России и троцкиста. Такую хрень можно только за гранты печатать и бесплатно раздавать. Я то думал что-то умное, а тут весь набор политологических штампов. Хорошо что в последний момент не купил.

Рейтинг: -2 ( 0 за, 2 против).
beria про Бобров: Я дрался в Новороссии! (О войне)

Когда-нибудь в будущем, все это будет проходится даже в школе как честная военная проза и наверняка не раз экранизироваться... А пока надо до очередной победы нам надо дожить. Правдиво и без глупого пафоса.

Рейтинг: -2 ( 0 за, 2 против).
beria про Байков: Инквизитор. Дилогия [СИ] (Фэнтези)

Самое обычное подростковое стандартное фентези с большинством штампов. При этом полностью читаемо и глаза не режет. Так что литературный уровень автора на фоне штабелей совсем вырвиглазной писанины, вполне нормальный, могу отметить. Другое дело что забывается сразу после прочтения ибо все это уже было и весь этот вымученный пафос был тоже....

Рейтинг: 0 ( 2 за, 2 против).
beria про Санфиров: Вторая жизнь (Альтернативная история)

Хорошая книга, кстати недавно бумажную купил. Только троцкистам, власовцам, педерастам и прочим врагам СССР, радующимся от её развала, не читать категорически.....

Рейтинг: 0 ( 2 за, 2 против).
IT3 про Гулевич: Легионер Тур (СИ) (Альтернативная история)

"пацан к успеху шел" - если очень кратко о книге.писалось,очевидно человеком
старшего возраста,не сильно
образованым,события происходят в
государствах уровень развития которых 70-80 гг прошлого столетия,посему в космишные
империи верится слабо...
фантастики здесь самый минимум,так антураж.незамысловатое чтиво,типа голливудской интерпретации суровой службы
во французком иностранном легионе(сразу "самоволка"с ван Даммом вспомнилась)
орфография,отдельная тема,она на сишном уровне - т.е.практически нет ее.
хотя читать можно,если не напрягать извилину.

Рейтинг: +4 ( 4 за, 0 против).
Гекк про Санфиров: Вторая жизнь (Альтернативная история)

Стал молодым и пошел в бармены в валютный кабак. А потом еще и КПСС вступил и в КГБ стукачком-добровольцем устроился. Ну, жизнь удалась... С третьей попытки станет педерастом?

Рейтинг: +2 ( 3 за, 1 против).

Выйти замуж за итальянца (СИ) (fb2)

файл не оценён - Выйти замуж за итальянца (СИ) 142K, 31с. (скачать fb2) - Риша Киник

Использовать online-читалку "Книгочей 0.2" (Не работает в Internet Explorer)


Настройки текста:



Annotation

Cтарик и Джулия - союз хотя и странный, но интересный...


Киник Риша

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5


Киник Риша



Выйти замуж за итальянца





Глава 1



Поздним майским вечером на автовокзал уютного провинциального городка прибыл междугородний автобус. Среди выходящих из его салона пассажиров бросалась в глаза странная пара - неказистый старик лет около семидесяти крепко держал за руку и вёл за собой симпатичную шатенку лет на двадцать с гаком моложе себя.

Поведение обоих путников отдавало напряжённостью и неестественностью. В особенно тревожном состоянии пребывал старик. Время от времени, приподняв кончик массивного носа кверху, он начинал подслеповато озираться по сторонам, словно проверяя, не следит ли кто за ними. Не забывая при этом покоситься на спутницу, дабы лишний раз убедиться, что она не скрылась и по-прежнему готова его сопровождать.

Старик забрал чемодан из багажного отсека автобуса и суетливой походкой поспешил покинуть автовокзал. Нещадно громыхающие по булыжнику колёсики чемодана при встрече с препятствиями подпрыгивали так, что порой чемодан начинал опасно раскачиваться, норовя перевернуться. Однако старику каждый раз удавалось удерживать чемодан, а потому он и не думал замедлять шаг. Запыхавшаяся женщина едва поспевала за ним, волосы её растрепались, но она продолжала идти быстро, стараясь ближе держаться к старику из боязни потерять его из виду.

Тем временем солнце скрылось за верхушками окрестных гор, небо уже потемнело, на город тихо опускались сумерки. На обезлюдевших улицах тут и там зажигались фонари. Ночь спешила вступить в свои права.

Спутники благополучно миновали городскую площадь и зашагали по извилистым улочкам. Вдруг старик резко остановился, и, повернувшись к женщине, подал ей знак замереть и не шевелиться. Встав как вкопанная, женщина в недоумении уставилась на старика, пытаясь понять, что происходит. Но старик её не замечал - внимание его было приковано к идущей по другой стороне улицы пожилой паре, что-то оживлённо обсуждавшей между собой.

Когда увлечённая беседой чета скрылась за углом, старик облегчённо вздохнул и продолжил путь. Женщина немедленно направилась за ним: она уже почти привыкла к быстрой ходьбе и даже была готова к неожиданностям, которые ещё могли подстерегать их в дороге. Она безропотно следовала за стариком, опустив голову и не оглядываясь по сторонам; от женщины веяло спокойствием, обильно перемешанным с обречённостью, а также безразличием к этому чужому для неё городу.

За всё то время, что старик с женщиной покинули автобус, они не проронили ни слова. В чём дело?! Может, они глухонемые? Однако не было видно, чтобы они общались между собой на языке жестов глухонемых. А что, если они не разговаривают из-за неприязни или потому, что мало знакомы друг с другом?! Тогда что же, в конце концов, объединяет этих двух разных, совсем не подходящих друг другу людей, и какая таинственная сила влечёт, удерживает их вместе?!

Вскоре они пришли к старику в его квартиру на третьем этаже старинного дома. Очутившись на кухне и заметив гору грязной посуды в раковине, женщина принялась мыть посуду. По взгляду вошедшего на кухню старика она догадалась, что ему по вкусу пришлась идея в первую очередь разобраться с накопившейся посудой.

После того, как она перемыла посуду, старик подвёл женщину к платяному шкафу в гостиной и показал, где ей следует хранить свои вещи. Затем он выделил женщине комплект постельного белья и рукой указал на кровать в углу за стеллажом.

В глазах женщины промелькнул испуг: бросив взгляд на показанную ей кровать лишь мельком, она тотчас занялась пристальным изучением гостиной. И почти сразу же обнаружила вторую кровать в противоположном углу комнаты. Она заметно обрадовалась и даже немного повеселела; не оставалось сомнений в том, что находка подействовала на неё успокаивающе.

Минутой позже старик жестами показал женщине, что уже поздно и пора спать. Она благодарно кивнула ему в ответ и принялась торопливо стелить постель. Только приглядевшись внимательно, можно было заметить, что женщина очень устала, перенервничала и из глаз её одна за другой катятся слезы.



Глава 2



Старика, что привёл к себе в дом женщину, звали Антонио. Родился он в затерявшейся среди живописных Апеннинских гор деревушке спустя месяц после вступления Королевства Италии во Вторую мировую войну. Жители деревни из-за её отдалённости никак не ощущали на себе дыхание войны. Только чтобы добраться до деревни на машине из ближайшего городка, приходилось более часа трястись по каменистым дорогам, петлять по горным серпантинам, преодолевать многочисленные подъёмы и спуски.

Тото был младшенький, четвёртый ребёнок в семье. Отец трудился на ответственной должности в правлении коммуны, а мама занималась домашним хозяйством, заботилась о муже, рожала и воспитывала детей.

Семья не бедствовала: зарабатываемое отцом и имеющиеся сбережения, а также получаемые проценты от ценных акций и вкладов в банках давали возможность жить, не задумываясь о пропитании, растить детей и давать им достойное образование. Источником семейного благополучия служил чудесным образом заработанный дедом в начале двадцатого века на нефтяных промыслах в США, а впоследствии благополучно перемещённый им на родину солидный капитал.

Особую гордость у родителей вызывал старший сын Марио, блестяще учившийся в закрытом лицее и подававший большие надежды. Но случилось несчастье - он заболел и умер от гнойного менингита. Семья тяжело переживала утрату, Марио только исполнилось семнадцать лет.

На семейном совете было решено, что юный Тото продолжит эстафету и поступит учиться в лицей, где обучался его брат. Однако и это не смогло облегчить безмерного горя отца, скончавшегося ровно через год после смерти Марио. Будучи женщиной суровой и немногословной, мама после смерти мужа замкнулась в себе ещё больше, что, однако, не помешало ей продолжить воспитание оставшихся на её попечении троих несовершеннолетних детей в строгости ещё большей, чем прежде.

Антонио хорошо сдал экзамены и сумел поступить в закрытый лицей, где так и не успел завершить учёбу его брат. В этом привилегированном лицее Тото добросовестно постигал многочисленные науки, обучался хорошим манерам, языкам, умению следить за собой и красиво танцевать. Полученные знания, навыки потом ему очень пригодятся во взрослой жизни - и во время учёбы на филологическом факультете университета в Неаполе, работы в Генуе по окончании учёбы, а также прохождении многочисленных языковых стажировок в Лондоне, Испании и Германии.

У Антонио имелись две сестры. Старшая сестра Карла выучилась на врача в Неаполе и там же осталась жить. Карла долго была одинока и впервые вышла замуж, когда ей уже минуло сорок пять лет. Притом вышла замуж за мужчину моложе её по возрасту на пятнадцать лет. Надо было видеть удивлённые глаза жениха, когда при регистрации брака в документах невесты он узрел её настоящий возраст!

Но Карла была опытная и умела находить общий язык с мужчинами, а потому ей не составило труда быстро погасить пожар недовольства в душе новоиспечённого мужа Фабио - да ещё таким образом, что он внезапно перестал и больше уже никогда не огорчался по поводу возраста жены.

Через год Карла родила замечательного мальчугана. Отец семейства был на седьмом небе от счастья, и почти всё свободное время проводил с сынишкой. Абсолютное большинство итальянских родителей без ума от своих детей, безмерно их обожают, балуют и частенько захваливают. Даже на этот счёт в Италии водится соответствующая пословица "Ogni scarofone e bello a mamma so ja", буквально переводящаяся как "каждая букашка мила своей маме". Вот только к величайшему сожалению, счастье супругов оказалось недолгим: на десятом году супружеской жизни Карла заболела раком и умерла, оставив Фабио одного с малолетним сыном.

Другая сестра София также постоянно проживала в Неаполе, где долгие годы учительствовала в одной из средних школ. София была счастлива в браке, родила и вырастила четырёх девочек. Среди дочерей чрезмерной своей активностью выделялась младшая дочь Джованна, о которой ещё будет сказано ниже. Дочери выросли, повыходили замуж и нарожали кучу детишек. София ощущала себя счастливой женой, мамой, бабушкой и прабабушкой, благополучно прожила восемьдесят лет и скончалась недавно у себя дома в кругу многочисленных родственников.


Если по части получения образования и последующего трудоустройства у Антонио всё проистекало, можно сказать, стабильно и по заданной программе, то для его личной жизни были характерны неопределённость и непредсказуемость. В детстве Тото оказался дезориентирован относительно своего пола по причине того, что воспитывался с сёстрами, часто игравшими в куклы и наряжавшими его словно девочку. Тото ощущал себя такой же девочкой, как и сёстры до той самой поры, пока однажды не заметил, что кое-чем отличается от них. Будучи заинтригованным, чем вызваны эти различия, Антонио тайком стащил у сестры, обучавшейся на врача, учебник по акушерству и гинекологии и, спрятавшись под кровать, с головой углубился в тайны полов.

После прочтения выдержек из пространного научного талмуда ему доподлинно стало известно, что являют собой мальчики и что такого необычного в девочках, как зарождается жизнь в целом, и какова его миссия как мужчины в частности. Словно в подкрепление полученных из учебника знаний на практике, Тото тогда же пережил пылкую любовь к Марте с познанием физиологических тонкостей соития двух любящих молодых людей. Он на всю жизнь сохранил своё тёплое отношение к Марте и чувство благодарности к ней за первый полученный сексуальный опыт.

С вожделением относясь к женщинам, Антонио стремился удовлетворять их желания в полном объёме. Он был галантным кавалером, изощрённо ухаживал за дамами, и даже порой доходило до того, что он исполнял девушкам серенады под их окнами. Да-да, он не чурался этого позабытого ныне способа ухаживания за девушкой. Между прочим, славная традиция в Неаполе жива и по сей день: влюблённые поют под окнами возлюбленных, как из поколения в поколение делали это их достопочтенные, одержимые любовью, предки.

Тото чувствовал себя уютно в статусе холостяка и, пожалуй, он ещё долго пребывал бы в качестве такового, однако в тридцать семь лет ему пришлось вынужденно жениться на своей подруге Беатрис. Она приходилась ему ровесницей и уже преподавала в университете Неаполя, когда он только пришёл туда работать. Некрасивая, но активная дама быстро взяла Антонио в оборот, была она сексуальна и всячески ублажала его, упреждала и угадывала любое желание. Беатрис обманывала Антонио, когда говорила ему, что предохраняется от нежелательной беременности. Через несколько месяцев с начала их встреч к величайшей радости Беатрис она забеременела. Суровая мама Антонио поразмыслила над сложившейся пикантной ситуацией и немедленно вынесла свой вердикт. Она твёрдо заявила сыну, что он должен жениться.

Церемония свадьбы вылилась для Антонио в тягостную муку. Он неохотно перебрался жить в дом Беатрис. День за днём тоскливо потянулась их унылая супружеская жизнь. Праздник для Тото случился, когда родилась дочь. Он души в ней не чаял, подолгу возился, играл с девочкой. Однако вдоволь насладиться приятным отцовским бременем ему не довелось - любимая дочь скончалась у него на руках от опухоли мозга; было ей всего четыре годика. Смерть дочери потрясла его, явилась сильнейшим шоком, Антонио тосковал и часто плакал. Его печаль по ушедшей дочери была столь сильна, что он метался, не находил себе места, и никак не мог смириться с потерей любимой дочурки. Близкие, как могли, пытались его успокоить, однако Антонио был безутешен.

Находясь в глубокой депрессии, он пристрастился к спиртному. Поначалу пил мало: возвращался вечером домой с работы и принимал рюмку-другую. Но доза неуклонно возрастала, и со временем дошло до того, что он стал приходить на работу в состоянии жуткого похмелья. На работе, конечно же, это заметило руководство, которое не преминуло сделать внушение Антонио, временно отстранить его от преподавательской работы и пригрозить увольнением из университета в случае, если он не прекратит злоупотреблять спиртным.

Видя, что дело приняло нешуточный оборот, Тото огромным усилием воли попытался взять себя в руки; он мучительно и долго отвыкал от спиртного, ходил сам не свой, а однажды решился и направился на курсы анонимных алкоголиков. Принятые меры вкупе с медикаментозным лечением вскоре дали свои плоды: Антонио перестал пить, научился контролировать себя и удерживаться от соблазна выпить. Руководство отметило положительные перемены в Антонио и великодушно разрешило ему продолжить преподавание в университете.

Наряду с этой радостной вестью Тото порадовал себя и тем, что бросил курить. Этот подвиг дался ему сравнительно легко - сыграла на руку имевшаяся у него хроническая обструктивная болезнь лёгких. Однажды болезнь прихватила его так сильно, что он стал задыхаться, как рыба на льду, а лицо его почернело от нехватки кислорода. Антонио взглянул на себя в зеркало, ужаснулся внешнему виду и почему-то подумал о своей скорой смерти именно из-за недостатка воздуха. Навалившихся на него всех этих страхов оказалось достаточно, чтобы Тото - поняв истинную цену глотку воздуха, а стало быть, и жизни - решительно отказался от курения.

Антонио обожал свою работу и не сомневался в том, что его истинное призвание - обучать студентов. Будучи молодым преподавателем, он быстро находил общий язык со студентами, поскольку понимал, чем те живут и что их волнует. Но с возрастом он всё больше отдалялся от студентов, меньше общался с ними, не устраивал как раньше интересных дискуссий и обсуждений. Постарев, Антонио обратился в строгого, капризного и брюзжащего преподавателя, с пристрастием относящегося к студентам, не делающим им никаких поблажек. Порой случались конфликты из-за его принципиальности. Однажды студенты не удержались и даже побили его, когда он вечером шёл с работы домой: вначале сильно ударили по голове неизвестным предметом, а затем уже упавшего пинали ногами по туловищу.

По-прежнему не ладилась у Антонио семейная жизнь. После смерти дочери его отношения с Беатрис ухудшились ещё больше, но они продолжали жить вместе в одной квартире. Так пролетело двадцать лет их совместной жизни. Пожалуй, они продолжили бы такое мирное сосуществование и дальше, вплоть до глубокой старости, да случилась трагедия - большая любительница проехаться с ветерком на автомобиле, Беатрис насмерть разбилась в горах.

Проведённой автотехнической экспертизой было установлено, что причиной смертельного дорожно-транспортного происшествия явился отказ тормозов машины из-за поломки тормозной помпы и, как следствие этого, отсутствия давления во всей тормозной системе. А ведь ещё за пару дней до аварии датчик на панели автомашины мигал и указывал не неисправность тормозной системы. Несмотря на просьбу жены загнать машину в автомастерскую для устранения поломки, Антонио так и не нашёл на это время, о чём жалеет до сих пор. Как тут не переживать - ведь из-за его лени, равнодушия, игнорирования просьбы о ремонте тормозов погибла жена!

Потому и живет он с чувством глубокой вины за случившееся. Иногда Антонио начинает казаться, что окружающие подозревают его в преднамеренном убийстве - мол, специально не ремонтировал машину, чтобы поскорее избавиться от опостылевшей жены. Оттого и неуютно на сердце у Тото, так и висит на нём с тех пор не искупаемый, неизбывный грех.

После того, как Антонио овдовел, разительно изменился его образ жизни. Он вдруг стал активным, куда-то исчезли одолевавшие его ранее вялость и апатия. Теперь Тото постоянно жил с ощущением скорых перемен, ему казалось, что вот-вот, жизнь его круто поменяется, и он проследует по ней уверенной поступью, наполненный счастьем и присутствием любимой женщины.

Антонио по-прежнему нравился женщинам, некоторые из них находили привлекательным его статус вдовца. Много поклонниц имелось и среди его коллег. Наслышанные о любвеобильности и неплохих мужских достоинствах Антонио, женщины - будь то вчерашние выпускницы или же солидные замужние матроны - словно эстафету передавали его от одной другой. Тото эти манипуляции с ним переносил спокойно, коллег он рассматривал в качестве объектов, нужных ему для оправления присущей мужчинам физиологической потребности. В душе же его не покидала надежда повстречать свою единственную и такую долгожданную женщину.

Почему-то в качестве таковой ему представлялась именно женщина-иностранка. Он не мог объяснить себе, почему питает слабость именно к чужестранкам и отчего равнодушен к итальянкам-соплеменницам. Тото ничего не мог поделать с собой, такая страсть к иностранкам водилась за ним давно: в своё время он чуть было даже не женился на немке, свадьба тогда расстроилась лишь в самый последний момент, и то по вине невесты.

Для себя Антонио твёрдо решил, что если женится вновь, то женой у него будет обязательно иностранка. Притом это будет такая женщина, которую он будет любить всю свою жизнь. Хотя Тото и не мог это объяснить, но у него было стойкое предчувствие, что уже совсем скоро, его ждёт большая любовь.

Возможно, что Бог, прослышав про сокровенное сердечное желание Тото, решил откликнуться и потому послал ему Юлию из далёкой России. Антонио очень уж хотелось верить, что она и есть та самая женщина, которую он разыскивает долго и безуспешно. Пребывая в необычайно взволнованном состоянии, он рано утром поспешил в Неаполь, чтобы встретиться там с Юлией и привезти её к себе в дом.



Глава 3



К весне личная жизнь Юлии вконец расстроилась, и она оказалась в отчаянном положении. Муж Алексей беспробудным пьянством и избиениями допёк её настолько, что она решилась расстаться с ним окончательно и бесповоротно. Однако город, в котором проживала Юлия с семьей, был маленьким - и ей ничего не оставалось делать, как уехать куда подальше и начать новую жизнь в другом городе. Поступить именно так не раз предлагал ей и сын Олег, видя мамины страдания. За себя Олег просил маму не волноваться: человек он уже взрослый, как-никак в армии отслужил. Останется и будет жить с папой - они оба мужики и между собой разберутся, как дальше будут жить вместе.

Надо признать, судьба вовсе не баловала Юлию и не раз испытывала на прочность. Родилась она в небольшом городке Скопино, расположенном в долине у подножия Уральских гор. Папа её работал водителем грузовика, мама штукатуром-маляром в строительной организации. У Юлии были две старшие сестры - Галина и Светлана.

Из детства ей больше всего запомнилось, как родители часто собирали гостей, в доме всегда было шумно, вкусно пахло едой, звучали песни, играла гармонь. Сёстрам нравилось такая обстановка, ведь можно было поесть что-нибудь вкусненькое из приготовленной для гостей пищи, а порой даже станцевать под звон летящих от гостей им под ноги монеток. Иногда гости угощали их принесёнными с собой конфетами, а однажды в качестве гостинца толстая тётя, работавшая продавцом, принесла большой жестяной бочонок с халвой. Сестрички тогда закатили пир на весь мир - и самим хватило объесться халвы, да и ребят со своего двора угостить.

Но по мере того, как сёстры подрастали, их стала тяготить любовь родителей к застольям. Взрослеющие девочки понимали, что большая часть семейного бюджета уходит на приём гостей. А ведь так хотелось как новых обновок, платьев, обуви, так и любви, заботы родителей - всего того, чего им так остро не доставало всегда. Однако ничего в поведении родителей и не думало меняться.

Наверное, потому у Джулии стали развиваться комплексы, главным из которых были сложности в общении с людьми. Ей не довелось - и она была рада этому - посещать ясли и детский сад. В школе она чувствовала себя неуютно, всё время держалась особняком. Всячески старалась избегать общения со сверстниками, не ходила в кружки и секции, не ездила отдыхать в пионерские лагеря. Юлия считала себя ужасно некрасивой и плакала, глядясь в зеркало, разглядывая высыпавшие на лице прыщи и кажущимися ей оттопыренными уши и слишком массивный нос.

А сколько она переживала и по поводу своей фигуры, искренне полагая, что она нестройная и неуклюжая, и ко всему прочему имеющая маленькую грудь и слишком большие ступни! Если вдруг на неё обращали внимание мальчики, становилась агрессивной и начинала ожидать от них подвоха. Когда мальчики начинали к ней приставать - начинала отбиваться от них руками, ногами, портфелем. Одноклассники находили поведение Юлии странным и на всякий случай держались от неё подальше.

Ко всем неприятностям нескладной школьной жизни в седьмом классе добавилось и большое горе - у Юлии умерла мама. Ушла из жизни быстро, вмиг сгорела: поздно выявили рак, метастазы зашли слишком далеко. Папа горевал недолго, а потом принялся активно налаживать свою личную жизнь, перманентно перемежая процесс поиска женщин с пьянством.

По окончании восьми классов Юлия поспешила как можно скорее расстаться с ненавистными городом, школой и деградирующим папой с его нетрезвыми тётями. Она поступила учиться в строительный техникум, находившийся в крупном промышленном городе в сотне километров от её родного городка Скопино.

В незнакомом огромном городе Юлии пришлось столкнуться с трудностями, связанными, прежде всего, с адаптацией к новому месту проживания, кругу общения, учёбе в техникуме. Но самое трудное, о чём Юлия не могла даже подумать, находясь в эйфории от обретённой свободы - это как умудриться жить, когда у тебя нет денег.

Случилось так, что папа отказался её материально помогать, ссылаясь на то, что Юлия всё равно отцовы деньги неразумно потратит, не сможет правильно ими распорядиться. Небольшой же стипендии на жизнь Юлии не хватало. Поэтому она стала активно искать работу, но безрезультатно. Так и продолжала бы маяться, если бы вдруг не упала в техникуме в голодный обморок. Комендант общежития пожалела Юлию и пристроила её работать уборщицей в учебный корпус техникума. Помощь пришлась очень кстати, Юлия дорожила своей работой, держалась за неё и мыла полы до самого окончания учёбы и получения диплома.

Учиться Юлии нравилось. Она без труда осваивала, вникала в суть учебных предметов, любила черчение, на практике жадно постигала премудрости профессии строителя. В свободное время просиживала у себя в комнате общежития, что-нибудь читала или же смотрела телевизор. Ходить же на танцы, в кино или театр не могла, так как не имела молодого человека. Ведь она по-прежнему продолжала избегать общения с противоположным полом и страшно терялась, когда вдруг ей приходилось общаться с парнями.

Комфортно Юлия себя чувствовала лишь тогда, когда покидала шумный, суетный город и приезжала в деревню к родственникам. Она считала, что деревенские жители разительно отличаются от городских хотя бы уже тем, что они простые и искренние в общении, и им можно доверять.

Именно с таким человеком по имени Алексей ей и посчастливилось познакомиться в деревне. Этот лихой парень-гуляка, драчун и балагур с непокорным вихрем черных как смоль волос и большими карими глазами нравился всем деревенским девчонкам. Не миновала чаша сия и Юлию, она влюбилась в него с первого взгляда.

Алёша заприметил приехавшую из города скромную девушку и после танцев в клубе позвал её прогуляться к речке. Был он уже порядком выпивший, но Юлия не обращала на это никакого внимания. Ей очень льстило внимание первого деревенского красавца. Июльская теплая ночь и яркие звёзды на небе располагали к общению с приятным молодым человеком. Она буквально таяла от его внимания и не могла отказать Алексею в просьбе составить компанию при распитии бутылки вина после того, как они уютно расположились у стога сена на берегу речки.

Конечно, ей было страшно - ведь ей ещё не доводилось пить спиртное. Но слишком уж обходителен был с ней милый Алёшенька, как тут устоишь! Она и не заметила, как опьянела, чем не замедлил воспользоваться ловелас Лёша. Обратившись вмиг из галантного ухажёра в похотливого самца, он грубо овладел Юлией. Так она впервые и так близко познала свою первую любовь; ей и Алексею на то время было по семнадцать лет.

Больше Юлия не видела Алёшу, она перестала ездить в деревню. Не поехала даже тогда, когда осенью следующего года деревня провожала Алексея в армию. Может, и поехала бы, если честно - да вот только испугалась, что он как всегда напьётся и по пьяни что-нибудь учудит.

После памятного происшествия в стогу сена разочарованная Юлия решила на всякий случай держаться от мужчин подальше. Но её хватило ненадолго. Стоило молодому специалисту Юлии поехать в свой первый отпуск на море в Адлер, как там её внезапно настигла любовное увлечение в лице Максима Анатольевича. Это был представительный и уверенный в себе мужчина, на десяток лет старше её. Он-то и помог в отыскании и раскрытии глубоко затаившейся в Юлии женской сущности. Она теперь знала, что такое настоящий секс, поскольку Максим Анатольевич трудился в постели вдохновенно, щедро делился с неискушённой Юлией секретами улётного секса, и наглядно демонстрировал на практике, что являет собой искусство любви. Практические занятия произвели на Юлию неизгладимое впечатление; тогда же она и поняла, что ей симпатичны мужчины крупного телосложения и старше её по возрасту.

Учитывая, что это был всего лишь курортный роман, Юлия по прибытии домой поспешила поскорее забыть Максима Анатольевича. Во многом этому поспособствовал нежданно настигший её служебный роман с Виктором, работавшим вместе с ней в производственно-техническом отделе строительного управления. Юлия работала в этом отделе с самого первого дня, как прибыла в управление по распределению по окончании техникума.

Виктор ухаживал красиво, а после того, как они стали близки, и вовсе потерял голову, стал звать замуж. Юлия тянула с ответом на его предложение - она не любила инженера, хотя ей и были приятны его внимание и забота. Она, конечно же, не сомневалась, что в замужестве за таким правильным парнем, её ожидает стабильная, спокойная и сытая жизнь. Потому постепенно стала склоняться к тому, чтобы принять его предложение руки и сердца. Дело медленно и верно шло к свадьбе.

Но... в один из ночей ей приснился Алексей. В шинели, с автоматом за плечом. Он был караульным, нёс службу на посту, насквозь промок под дождём. По суровому лицу Алексея стекали капли дождя, он с досадой посмотрел на неё, укоризненно покачал головой и погрозил ей пальцем. Затем поёжился, уткнулся подбородком в мокрый ворот шинели и уныло побрёл вдоль длинного забора из колючей проволоки.

Юлия решила, что сон этот вещий и верный для неё знак не выходить замуж за Виктора, а дожидаться из армии Алексея. Ей стоило больших трудов убедить Виктора, что свадьба невозможна, так как она любит лишь Алексея и ждёт его возвращения из армии. Виктор переживал недолго, уже совсем скоро он познакомился и благополучно женился на хорошей девушке с местной швейной фабрики.

Юлия с нетерпением ожидала возвращения Алексея из армии, очень по нему скучала. Демобилизовавшись, Алексей не стал заезжать в свою деревню, а прямиком направился к ней в Светлогорск. Поехал не один, а прихватил с собой армейского дружка.

Встреча получилась скомканной - Алексей с другом были пьяны и толком ничего не соображали. Юлия привела их к себе в комнату. Вахтёр и комендант общежития стали возмущаться, что она собирает у себя пьяных молодых людей. Юлии пришлось порядком помучиться, чтобы избавиться от армейского дружка, который уехал лишь после того, как выклянчил у неё деньги на дорогу до дома в Костроме, а также на еду и выпивку в пути.

Из уважения к Юлии, как к ценному работнику, дирекция треста выделила ей с Алексеем большую комнату в том же рабочем общежитии. Алексея она пристроила работать слесарем в ЖЭК, где он быстро сошёлся с тамошними слесарями и стал с ними частенько выпивать.

А вскоре Алексей впервые побил её - упрекая в том, что он не первый у неё мужчина и что она имеет большой сексуальный опыт, что сразу видно по её поведению в постели. Конечно, частично вина в этом была на самой Юлии. Ведь соскучившись по Алексею и желая доставить ему удовольствие во время секса, она, забывшись, стала проделывать те вещи, чему когда-то учил её незабвенный Максим Анатольевич.

Неоднократно Юлия порывалась расстаться с Алексеем, но каждый раз её останавливало то, что она беременна. Расписались в местном ЗАГСе, когда у неё уже заметно выступал живот. На регистрации брака помимо свидетелей никого не было. Родственники Алексея жили в далёком Узбекистане и потому на свадьбу не приехали, отсутствовали на церемонии и сёстры Юлии. После регистрации брака устроили застолье в комнате общежития. Алексей напился и сильно избил Джулию, продолжая упрекать её в том, что она досталась ему не девушкой.

Скоро родился сын, очень похожий на папу: те же чёрные как смоль волосы, и те же красивые глаза. Юлии с учётом пополнения семьи по месту работы выделили двухкомнатную квартиру. И пошла-поехала жизнь семейная в новой квартире, с маленьким сыном. Год шёл за годом, уже минуло пятнадцать лет, но в жизни её семьи ничего не менялось к лучшему. Алексей по-прежнему крепко выпивал, время от времени колотил жену. Материально жили скромно, постоянно не хватало денег. До Юлии однажды дошло, что живёт она неправильно, и что если и дальше так будет продолжится, то она вконец закиснет. А потому, не колеблясь ни секунды, она решила резко изменить свою жизнь.

Ссылаясь на то, что её замучила ностальгия, Юлия уговорила мужа перебраться жить в её родной город. Алексей не возражал, ему по большому счёту было всё равно, где жить и где пить. Они продали квартиру и гараж, с вырученными от их продажи деньгами, а также имеющимися накоплениями Юлия поехала одна в Скопино, где остановилась у сестры Светланы.

Там она приняла участие в аукционе, на котором ей посчастливилось выгодно купить новую трёхкомнатную квартиру. Светлана помогла ей с ремонтом этой квартиры, а затем позвала Юлию на работу к себе в бригаду, занимавшуюся ремонтом квартир горожан. Вместе они проработали около года, пока между ними не случился грандиозный скандал. Дело в том, что Юлия дала сестре взаймы десять тысяч долларов и когда попросила у Светланы вернуть ей эти деньги, сестра категорически отказалась, ссылаясь на то, что денег взаймы у Юлии она никогда не брала.

От такой неслыханной наглости самочувствие Юлии резко ухудшилось, и она три дня проболела, пребывая в каком-то странном полузабытьи. Когда же пришла в себя, то решила отыграть всё назад и вернуться в Светлогорск. Муж опять не возражал, сын был только рад предстоящей встрече со старыми друзьями, одноклассниками. Таким образом, семья вновь оказалась в Светлогорске. Удачно проданная квартира в Скопино помогла им быстрее обосноваться, встать на ноги на новом месте. Муж вновь подался в сантехники, а Юлия стала искать новую работу.

Возвращаться обратно на работу в стройуправление, где она проработала уже пятнадцать лет, ей не хотелось. Она никак не ожидала, что найти работу в Светлогорске будет очень сложно. В поисках ей не повезло, искать работу пришлось очень долго. Однажды, находясь в диком отчаянии, она дала объявление о поиске работы в местную газету. И надо такому случиться, на объявление откликнулись уже на следующий день! Потенциальным работодателем оказалась Марина Владимировна, всю жизнь проработавшая на руководящих должностях в торговле. С её легкой руки Юлия была принята кладовщиком на продуктовый склад. Новая работа ей нравилась, Юля быстро вошла во вкус и стала нарабатывать опыт.

После двух лет работы на складе, Юлия решилась попробовать себя в бизнесе. Она арендовала помещение в торговом центре и стала торговать обувью. Где только она не закупала обувь! Особенно часто ездила за обувью в Москву, на известный Черкизовский рынок. Первое время добирались до Москвы поездом, позже стали ездить на специально нанятом автобусе.

Всего она проработала челноком восемь лет. Возможно, работала бы и дальше, да начались проблемы со здоровьем: то грыжа даст знать, то почки. Юлия стала задумываться о том, чтобы сменить работу. Вдобавок ещё к этому Алексея как будто прорвало: без продыха пьёт, вечно пьяный, что ни день, то напивается до безобразия. Совсем не осталось у Юлии сил и дальше терпеть его бесконечные выпивки, пьяные выходки и рукоприкладство.

И вот в этот драматичный момент, когда уже Юлия отчаялась совсем и в растерянности не знала, как жить дальше - объявилась сестра Светлана. Будучи в курсе навалившихся на Юлию семейных неурядиц, и желая помочь сестре, она предложила Юлии поехать в Италию поработать сиделкой.

Благо, сейчас для этого самый подходящий момент: знакомому итальянцу с больным сердцем требуется медицинская сестра для ухода за собой, любимым. Вот где как раз и пригодится удостоверение Юлии об окончании ею в своё время курсов медицинских сестёр.



Глава 4



Юлия была ошарашена, и это вполне понятно. У неё никогда и мысли даже не возникало, чтобы поехать жить и работать за границу. Сестра, проработавшая сиделкой в Италии больше пяти лет, успокоила Юлию и пообещала, что будет всячески помогать ей на чужбине, сама встретит в Неаполе и сведёт с работодателем - пожилым итальянцем по имени Антонио.

Слова родной сестры возымели действие: Юлия успокоилась и с настроением засобиралась в дальнюю дорогу, время от времени теребя сестру расспросами об особенностях итальянской жизни.

Светлана терпеливо учила Юлию, с чем той придётся столкнуться в Италии и как следует вести себя в той или иной ситуации. Рассказывая, какую линию поведения следует избрать по отношению к Антонио, сестра заметила, что помимо ухода за пожилым итальянцем, Юлии предстоит также стать и его "кампанией". Причём слово это Светлана произнесла с ударением на предпоследнем слоге.

На вопрос Юлии, что означает загадочное слово, Светлана пустилась в длинные рассуждения. Из выданной сестрой тирады Юлия с ужасом для себя поняла, что под указанным мудрёным словцом подразумевается не что иное, как самое что ни на есть банальное сожительство.

Вот это да! Это что же такое - она обязана не только присматривать за стариком, но и должна принимать его ухаживания, делить с ним постель?! От сестры Юлия уже знала, что Антонио недавно исполнилось шестьдесят шесть лет. Получается, разница в возрасте между ней и стариком составляет ни много, ни мало, аж целых двадцать один год!

Ужаснувшись самой мысли о близости с таким старцем, Юлия тут же высказала в лицо Светлане, что ей противна сама идея секса с престарелым человеком. А посему она категорически отказывается от поездки в Италию.

Сестра молча выслушала Юлию, выдержала театральную паузу, а затем почему-то официально, но с весьма мудрым видом изрекла следующее. Во-первых, не факт, что Антонио в силу своего почтенного возраста и имеющихся у него серьёзных проблем со здоровьем сохранил до настоящего времени кондиции полноценного мужчины. А во-вторых, никто и не думает принуждать Юлию спать со стариком, поскольку интимная связь возможна лишь по обоюдному согласию сторон. Это закон, и так принято в Италии.

И вообще, если уж на то пошло - чем чёрт не шутит: вот возьмёт Юлия, да и влюбится в почтенного, достойного во всех отношениях дедушку Тото?! И пусть сестрёнка не смеётся - такое случается между итальянскими работодателями и их сиделками; притом, союзы эти не такая уж и редкость.

Слова сестры не только охладили Юлию, но и даже в какой-то мере убедили её в том, что действующий в Италии институт "компании" не такой уж и страшный, как это может показаться на первый взгляд. Сказать по правде, Юлия и сама считала маловероятным, что её будет домогаться порядком изношенный, утомлённый жизнью мужчина с больным сердцем. А потому, она очень надеялась, секса между ними не будет, что никак не помешает ей уважительно относиться к старику, составлять ему компанию для походов в кино, театр, в поездках по стране, а также всячески поддерживать морально. После этих рассуждений Юлия успокоилась и болезненную тему секса со стариком закрыла для себя окончательно.

Юлия продолжила сборы в дорогу. Она обратилась в одну из московских фирм за помощью в оформлении загранпаспорта и Шенгенской визы. В назначенный день явилась в офис за вожделенными документами, однако миловидная сотрудница огорошила Юлию известием, что ей отказано в визе. Поэтому придётся заново собирать пакет документов на визу и платить государственную пошлину. Так Юлии пришлось оплачивать услуги дважды: она не знала, что в фирме подобный фокус неизменно проделывали, и весьма успешно, с впервые обратившимися к ним за услугой гражданами.

Томительно тянулись дни - наконец Юлии выдали визу сроком на тридцать дней для отдыха в Греции. На бумаге маршрут её поездки выглядел так: на автобусе она едет из Москвы в Неаполь, а оттуда уже до Брендези - морского порта на юге Италии, где пересаживается на теплоход и следует на нём в Грецию, до конечного пункта Салоники.

На самом деле Юлии предстояло добраться до Неаполя, там её должна будет встретить сестра. В это же время в Неаполь приедет и Антонио, который заберёт Юлию и вернётся вместе с ней в свой город Сандрию. В этом славном городишке Юлия будет нелегально жить и работать в доме у Антонио - уповая на то, что в один прекрасный день ей, наконец, улыбнётся счастье, и она успешно легализуется в солнечной и гостеприимной Италии.


Когда автобус выехал из Москвы и взял курс на далёкий Неаполь, Юлия первым делом оглядела попутчиков и заметила, что среди пассажиров нет ни одного мужчины. Данное обстоятельство Юлию нисколько не удивило: уж она-то хорошо знала, что в России кормильцами семей, зарабатывающими деньги за границей, в абсолютном своём большинстве являются женщины. Поработав долгие годы "челноком", она прекрасно помнила, как с другими женщинами ездили за рубеж за товаром, опасаясь за сохранность спрятанных на теле поясов-кошельков, как закупали там вещи и затем охраняли, как перетаскивали тяжёлые тюки на себе и перевозили их на разных видах транспорта. Вся эта тяжёлая работа ложилась исключительно на плечи женщин, среди "челноков" мужчин было считанные единицы.

Несмотря на то, что всем предстояло ехать вместе три дня, никто из пассажирок не спешил познакомиться или поговорить друг с другом, чтобы скоротать время в пути. Женщины всё время молчали и перекидывались короткими фразами лишь при необходимости. Установившаяся в автобусе тишина действовала на нервы угнетающе, напрягала и выбивала из колеи пассажирок, кто послабее духом. А тут ещё по салону слушок прошёл, что вскоре они прибудут к пограничному посту, где пассажиров досматривают особенно тщательно и изымают находящиеся у них продукты, как запрещённые к ввозу в страну. Что тут началось: часть женщин стала извлекать из своих сумок продукты и спешно их поедать, а также угощать соседок.

Юлия решила не поддаваться панике, трезво рассудив, что им ещё ехать долго и надо будет в дороге чем-то питаться. Если же случится, что у неё пограничники изымут съестное - ну и шут с ним, пусть забирают. Она не пропадёт, будет в таком случае кушать в придорожных кафе, их много вдоль дороги встречается.

Действительно, пограничники на ожидаемом пропускном пункте оказались особенно строгими. Скомандовали всем пассажирам автобуса выйти со всеми вещами и выстроиться в ряд около автобуса. После проведённой переклички и проверки документов предложили женщинам предъявить имеющиеся у них вещи к досмотру.

Пограничники пошли вдоль раскрытых чемоданов и сумок, иногда сами рылись в них, а порой требовали у пассажиров раскрыть, развернуть и показать те или иные вещи. В их глазах читалось плохо скрываемое пренебрежение к стоящим перед ними бедным женщинам, рискнувшим отправиться в далёкую страну в поисках лучшей жизни. Закончилось тем, что пограничники из продуктов ничего не изъяли.

Сразу стало жалко тех женщин, кто перед встречей с пограничниками поспешил избавиться от имевшихся с собой продуктов. Эти бедняжки потом ещё не раз пожалеют о том, что подались панике, а также с удивлением будут отмечать, что не все соседки, с которыми они недавно делились едой, спешат ответить им взаимностью.

Надо ли говорить, какой стресс у женщин вызывали тягостная обстановка в автобусе, долгая утомительная дорога и неоднократные проверки пограничников. Но больше всего их пугала неизвестность, они не могли знать, что ждёт их впереди, насколько удачно сложится их жизнь в незнакомой стране, в условиях незнания иностранного языка. Все эти едущие в автобусе женщины решились сыграть с судьбой в лотерею, в которой, естественно, кому-то повезёт и он, возможно, даже выиграет джек-пот, а кто-то бесславно вернётся домой, так и не сумев приспособиться к чужой стране и заработать там вожделенных денег.


Они прибыли в Неаполь ближе к полуночи, с опозданием от графика на восемь часов. Юлию встретила сестра со своим итальянским другом. Сразу же отправились ночевать в квартиру к бабушке, за которой в то время ухаживала сестра. Проснулись поздно, не спеша позавтракали и стали ожидать приезда Антонио.

Юлия увидела обычного, ничем не примечательного, пожилого мужчину в белом поло и мешковатых брюках, обутого в поношенные туфли типа мокасин. Старик был невысокого роста и жилистый, на его большом носу расположились очки в большой роговой оправе, из-за которых близоруко взирали на мир потускневшие с возрастом голубые глаза.

Юлия обратила внимание, что мужчина очень волнуется: он явно чувствовал себя не в своей тарелке, переминался с ноги на ногу. Она успела заметить нервный тик у старика, а также сильный тремор правой руки. "Эка, трясёт-то тебя как, старик - прошептала она. - Можно подумать, что никогда женщину в глаза не видел".

Внешне старик Юлии не понравился. А вот судя по его реакции, старик был от Юлии в восторге. Мужчина улыбнулся ей и, смущённо отведя глаза в сторону, глухо произнёс "Buongiorno", переводящееся на русский язык как "Добрый день!". Затем, после секундного замешательства, он слегка склонил голову вперёд и манерно представился, назвавшись Антонио.

Старика переполняли незнакомые прежде эмоции; никогда ещё он так не волновался, видя перед собой русскую женщину. Он и не заметил, как заговорил не то со вторым своим "я", не то с невидимым, посторонним собеседником: "О, Санта Мария! Вот и долгожданная встреча! А руки-то как трясутся, как их успокоить?! Ох, не по себе мне. Волнуюсь, наверное, слишком. Что со мной происходит?! Неужели она так на меня действует?! Какая же она хорошенькая! Намного лучше, чем ожидал увидеть! А какая у неё кожа! Явно, гладкая и упругая. Как же хочется её! Стоп, а почему это она так смотрит на меня?! Явно изучает, вот и приглядывается, рассматривает пристально?! О, Святой Валентин! Помоги понравиться ей! Итальянец я, в конце концов, или пень безмозглый какой?! Ты же знаешь, как важно произвести впечатление - fara la bella figura - вот и действуй, очаровывай барышню! Ну и пусть, что я ниже её ростом! Это не самое главное в отношениях между мужчиной и женщиной, ведь так? Зато я буду любить её, и заботиться, как никто другой. А какое у неё интересное имя! Почти как итальянское имя Джулия. А что, если я буду так её называть? Интересно, будет она возражать? Так что же я, как истукан: ну-ка, поздоровайся с ней! О, боги, какой же у неё милый голос! Приветствие на русском языке неплохо для уха звучит. Ой, совсем растерялся - забыл представиться! Давай, склони грациозно голову вперёд, очаровательная синьора перед тобой как-никак стоит. Вот и отлично! Теперь улыбнись как можно милее, а затем сексуальным голосом назови своё имя...".


Итак, волею судьбы воссоединились и оказались вместе - возможно, надолго, а может, навсегда - итальянец Антонио и россиянка Юлия. На автобусе они направились из Неаполя на северо-восток, в противоположную сторону полуострова, почти к самому побережью Адриатического моря. Им предстояло проехать около трехсот километров. Перед отъездом Антонио через сестру предупредил Юлию, чтобы об обстоятельствах их знакомства в его городке Сандрии никто не знал. Всем любопытным надо будет отвечать, что познакомились они друг с другом на пляже в Римини, куда Юлия приехала отдохнуть в свой отпуск из России.

Антонио не мог сдержаться, и все время поглядывал влюбленно на Юлию. Она угадывала по его глазам и жестам, как сильно ему хочется пообщаться с ней. Однако этому мешал языковой барьер. Удивительное дело: он забылся и машинально задал Юлии вопрос на итальянском языке, а Юлия поняла, что он интересуется её самочувствием. Видимо из-за того, что сказанное старик подкрепил соответствующими мимикой и интонацией. Юлия жестами показала ему, что её тошнит, болит голова. Он лишь сочувственно развел руками.

Конечно, тут кого угодно затошнит от всех этих дорог, пройденных Юлией. Три дня тряслась в автобусе, проехала тысячи километров и вот опять предстоит проехать на автобусе почти триста километров, притом по горной дороге, через горную гряду Альпины, с её многочисленными поворотами, подъемами и спусками. Ладно бы, была бы просто дорога - так нет, эта дорога скоростная: мчатся все, как угорелые. Успевай только глядеть в оба, как бы чего не случилось!

К тому же, поездка затянулась из-за того, что автобус дважды сворачивал в сторону с основной магистрали и заезжал в расположенные по пути городки: кто-то из пассажиров высаживался там, кто-то наоборот садился в автобус.

Благодаря заботам старика Юлию не вырвало, хотя и временами её изрядно подташнивало. Антонио оказался практичным человеком: предвидя, что Юлии может стать плохо от езды по горным серпантинам, он специально прихватил с собой солёные сушки "Скалдателли". Он смущенно протянул сушки Юлии и жестом показал, чтобы она их ела. Юлия так и сделала, ей стало заметно лучше.

Юлия не смотрела по сторонам в окна автобуса, и потому не поняла, что они уже добрались до конечного пункта. На автовокзале они торопливо вышли из автобуса; Антонио с чемоданом пошёл впереди, Юлия поспешила за ним.



Глава 5



Наконец-то, утомительная дорога позади, и они в центре милого городка, расположенного в чудной долине у самого подножия красивых гор. Вот здесь и предстоит Юлии обживаться в чужой для неё стране, в одном доме с чужим человеком. Хозяин Антонио почти всегда находится рядом с ней. Юлия решила называть его про себя дедом. Она обожала это слово. Наверное, из-за того, что хотя и не помнила своих дедушек, но с самого детства страстно мечтала, чтобы у неё, как и у многих сверстников, был бы свой дедушка.

Жизнь Юлии потихоньку налаживалась, хотя, конечно, была ужасно скучной и размеренной. Она убиралась по дому, готовила, а Антонио ходил в магазины, покупал продукты и всё необходимое для дома. В первый же день дед знаками объяснил Юлии, что ведро с мусором будет выносить он и что делать ей это запрещается. Юлия тогда ещё удивилась, что за пиетет такой у старика перед мусором, фетиш какой-то мусорный, да и только...

Иногда они гуляли по парку, дед старался водить её каждый раз по новой тропе. Вечером смотрели телевизор и учили итальянский язык. Спали каждый на своей кровати. На удивление Юлии дед не храпел совсем, спал тихо, как мышонок, а также не вставал ночью, чтобы сходить в туалет или попить воды. Такой вот удобный дед, комфортный и без проблем.

Жаль, что с ним невозможно было общаться. Эх, если бы только она знала и могла заранее предвидеть, каким жутким препятствием в деле освоения ею Италии станет языковой барьер - она стала бы учить итальянский язык ещё в России! Сейчас же доля её такова, что оказалась она наедине с человеком, далёким как от России в целом, так и русского языка в частности. Нос к носу столкнулись два человека, ни слова не понимающих из того, что они хотели бы сказать друг другу! Никто из них ни дня не учил язык, на котором им хотелось бы общаться друг с другом здесь и сейчас. Да это та ещё проблема, настоящая драма, когда ты совсем не владеешь языком, и при этом поблизости нет ни души, кто мог бы перевести хотя бы минимум того, что хотел сказать, донести твой визави.

Но не всё так ужасно в этом мире! Не стоит забывать, что Антонио выучился в университете на филолога и всю жизнь преподавал языки, знал специфику и особенности преподавания языка студентам, для которых изучаемый язык был не родным. Более того, он разработал и активно использовал в своей работе авторские методики обучения иностранному языку. Недолго думая, дед стал применять на Юлии все эти методики, а также другие новейшие разработки.

Начал он с того, что стал обучать Юлию примитивным разговорным фразам. Затем, гуляя с ней в парке - на примере тамошней природы, инфраструктуры учил Юлию отдельным словам. Так, он указывал пальцем на скамейку и громко называл слово на итальянском языке. Юлия повторяла за ним это слово. Потом она указывала рукой на какой-нибудь предмет и ждала, когда Тото произнесёт название предмета на итальянском языке, чтобы повторить сказанное им слово. Надо ли говорить, как Юлии после нудной учебы в душной квартире нравилось гулять по аллеям паркам, между делом осваивая язык её опытного педагога и работодателя в одном лице.

В первые дни обучения Юлия активно пользовалась разговорниками. Поначалу это был маленький словарик для туристов, затем на смену ему пришёл более сложный "Итальянский язык за тридцать дней". Антонио был строгим и требовательным преподавателем. Так, он заставил Юлию дважды пройтись по всему разговорнику. Он настаивал и на третьем прочтении, но Юлия категорически отказалась, дело даже дошло до слёз. Так она вымоталась с уроками, все её силы пожирала без остатка постоянная зубрёжка языка.

Наряду с интенсивным обучением языку, особые меры предосторожности приходилось принимать в связи с тем, что Юлия находилась в стране нелегально. Первое время она всегда передвигалась по городу вместе с Антонио. Он привил ей любовь к прогулкам по парку. Расположенный в центре города большой парк идеально подходил для долгих прогулок подальше от людей, патрулей карабинеров. Антонио показал ей парк и строго предупредил, чтобы она гуляла только здесь и нигде больше, в противном случае её задержат и депортируют в Россию.

Юлии не нравился запрет деда, она привыкла чувствовать себя вольной кошкой и гулять, где ей хочется. Но страх быть депортированной в Россию заставил её слушаться деда и не выходить за обозначенные им границы. Ещё бы ей не бояться - стоит лишь вспомнить, сколько ей пришлось приложить усилий для того, чтобы въехать и остаться в Италии.

Антонио предупредил, что если их остановят карабинеры, то с ними будет разговаривать он один, Юлии же надо будет стоять и молчать. И надо же такому случиться - однажды их остановили два карабинера и поинтересовались статусом Юлии. Дед вмиг разволновался необычайно и стал настолько эмоционально разговаривать с ними, что уже собиравшиеся увести Юлию в участок карабинеры махнули рукой, и отпустили её с Антонио восвояси. После того случая, дед строго-настрого запретил ей бывать в том районе, где их остановили патруль. Очень жаль, слишком место интересное для Юлии - ведь там находится рынок, где можно недорого купить разные и такие нужные в быту вещицы.

Юлии приходилось почти всегда находиться дома, что её очень угнетало. Она задыхалась словно птичка в клетке, душа рвалась на улицу, на свежий воздух, к солнцу! Она скучала по Родине, сыну, сёстрам. Как-то раз она не выдержала и уговорила деда отпустить её навестить сестру в Неаполь. Антонио, видя, как тоскует Юлия, согласился. Так Юлия впервые совершила в одиночку самостоятельное путешествие по стране.

Вскоре её поездки в Неаполь стали делом обычным, дед с пониманием относился к желанию Юлии периодически видеться с сестрой, соплеменницами и общаться с ними. Всего Юлия за то время, что находилась на нелегальном положении, съездила в Неаполь раз двадцать. И её ни разу не останавливали, не задерживали за нарушение миграционных правил - везучая Юлия, как это ещё объяснить.

Наконец, спустя три года после пребывания Юлии в Италии, правительство после многолетнего перерыва объявило прощение всем нелегально находящимся в Италии сиделкам и домработницам. Надо было видеть, как обрадовалась Юлия хорошей вести! Она тотчас поспешила легализоваться в качестве домработницы. Отныне она могла спокойно жить и работать в Италии, а также ничего не боясь путешествовать по всей стране.

Юлия заметила, что за эти три года, что прошли после приезда в страну, она успела привыкнуть и даже полюбить Италию. Несмотря на то, что ей пришлось пережить здесь немало трудностей, подолгу находиться дома, скучать по семье и дому.

Она мало-мальски освоилась в чужой стране, с помощью деда выучила итальянский язык. Нелегальный статус и повседневные суровые будни не давали ей, конечно, возможности спокойно разъезжать по стране, ближе знакомиться со страной и её достопримечательностями. Теперь же, после легализации, у неё такая возможность, наконец, появилась, ура!

Как был рад Антонио! Ведь теперь Джулия - а Юлия не возражала, чтобы он её так называл - успокоится, и больше не будет опасаться депортации. Следовательно, сможет сопровождать его повсюду, пускаться с ним в разные путешествия. А он тот ещё бродяга - хлебом не корми, дай поездить по миру. В особенности же его, как и Джулию, манили горы.

Впервые в том, что она обожает горы, Тото убедился во время первого с Джулией восхождения на гору, который они предприняли спустя всего месяц после её приезда в Италию. Он сразу обратил внимание, как она стойко переносит физические нагрузки, легко карабкается по горам.

Джулия призналась, что всегда была влюблена в горы, во время каникул в деревне любила взбираться на вершину горы и подолгу разглядывать оттуда раскинувшиеся внизу окрестности.

Первая гора, которую штурмовали Тото с Джулией, была высокой и отвесной, и им пришлось добираться до вершины по спирали, что значительно удлиняло расстояние и увеличивало время восхождения. Но, оказавшись на вершине горы, они были с лихвой вознаграждены открывшимся чудесным видом на Адриатическое море и окутанную голубоватой дымкой, тянущуюся далеко за горизонт, гряду зелёных гор.

Они стояли так близко друг к другу, как никогда не стояли ранее, и любовались чудным бирюзовым морем, лениво перекатывающимися волнами, сказочной красоты заливом. От великолепного вида и исходящих от разгорячённых тел запахов они необычайно возбудились, и между ними внезапно случился первый секс! Да-да, в тех самых условиях, когда над головами с гулом пролетают самолёты, на море корабли бороздят водную гладь, а холодный разум назойливо шепчет, что сейчас самое время любоваться неземными красотами вокруг, одновременно потешая свой червячок тщеславия обретённым званием покорителя горных вершин.

Что же это за сила такая, что переборола желание любоваться прекрасными видами и побудила эту необычную пару немедленно заняться странным и неуместным сексом, этим рутинным физиологическим процессом соития в абсолютно неподходящей обстановке, и, несмотря на это, только подзадоривавшая любовников сливаться воедино вновь и вновь?! Они любили повсюду: и на большом валуне и на траве, и на каменной россыпи поблизости; они ничего не соображали - словно сошли с ума, никак не могли успокоиться и вдоволь насладиться друг другом.

Потом они будут часто вспоминать этот случай и называть его между собой "наш безумный секс на горе", пытаясь каждый раз придать сакральный смысл произошедшему между ними на горной вершине высотой более двух тысяч метров над уровнем моря.