КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 402620 томов
Объем библиотеки - 529 Гб.
Всего авторов - 171335
Пользователей - 91546
Загрузка...

Впечатления

Stribog73 про Елютин: Барыня (Партитуры)

У меня имеется довольно неплохая коллекция нот Елютина, но их надо набирать в Music Score, как я сделал с этой обработкой. Не знаю когда будет на это время.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
nnd31 про Горн: Дух трудолюбия (Альтернативная история)

Пока читал бездумно - все было в порядке. Но дернул же меня черт где-то на середине книги начать думать... Попытался представить себе дирижабль с ПРОТИВОСНАРЯДНЫМ бронированием. Да еще способный вести МАНЕВРЕННЫЙ воздушный бой. (Хорошо гуманитариям, они такими вопросами не заморачиваются). Сломал мозг.
Кто-нибудь умеет создавать свитки с заклинанием малого исцеления ? Пришлите два. А то мне еще вот над этим фрагментом думать:
Под ними стояла прялка-колесо, на которою была перекинута незаконченная мастерицей ткань.
Так хочется понять - как они там, в паралельной реальности, мудряются на ПРЯЛКЕ получать не пряжу, а сразу ткань. Но боюсь

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
kiyanyn про Макгваер: Звёздные Врата СССР (Космическая фантастика)

"Все, о чем писал поэт - это бред!" (с)

Безграмотно - как в смысле грамматики, так и физики, психологии и т.д....

После "безопасный уровень радиации 130 миллирентген в час" читать эту... это... ну, в общем, не смог.

Нафиг, нафиг из читалки...

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
Serg55 про Маришин: Звоночек 4 (Альтернативная история)

ГГ, конечно, крут неимоверно. Жукова учит воевать, Берию посылает, и даже ИС игнорирует временами. много, как уже писали, технических деталей... тем не менее жду продолжения

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
Stribog73 про Ларичев: Самоучитель игры на шестиструнной гитаре (Руководства)

В самоучителе не хватает последней страницы, перед "Содержанием".

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
Stribog73 про Орехов: Полное собрание сочинений для семиструнной гитары (Партитуры)

Несколько замечаний по поводу этого сборника:
1. Это "Полное собрание сочинений" далеко не полное;
2. Борис Ким ругался с Украинцем по поводу этого сборника, утверждая, что в нем представлены черновые, не отредактированные, его (Бориса Кима) съемы обработок Орехова;
3. Аппликатуры нет. Даже в тех произведениях, которые были официально изданы еще при жизни Орехова, с его аппликатурой. А у Орехова, как это знает каждый семиструнник, была специфическая аппликатура.
4. В одной из обработок я обнаружил отсутствие нескольких тактов. Не помню в какой, кажется в "Гори, гори моя звезда". Но не буду врать - не помню точно.

P.S. Уважаемые гитаристы, если у кого есть "Полное собрание сочинений" Сихры и Высотского, изданные Украинцем, выложите их, пожалуйста, на сайт.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
Stribog73 про Ларичев: Степь да степь кругом (Партитуры)

Играл в детстве. Технически не сложная, но довольно красивая обработка. Хотя у В. Сазонова для семиструнки - лучше. Хотя у Сазонова обработка коротенькая, насколько я помню - тема и две вариации - тремоло и арпеджио. Но вариации красивые. Не зря Сазонова ценил сам Орехов и исполнял на концертах его "Тонкую рябину" и "Метелицу".
По поводу "Тонкой рябины" был курьезный случай. Орехов исполнил ее на концерте. После концерта к нему подошел Сазонов и спросил:
- Чья это обработка?
- Так ведь ваша же!

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
загрузка...

Чёрный кофе (fb2)

- Чёрный кофе 257 Кб, 10с. (скачать fb2) - Владимир Сергеевич Березин

Настройки текста:




Владимир Березин ЧЕРНЫЙ КОФЕ

— Будете кофе? — официантка наклонилась к самому уху старика.

Он поднял на нее белые выцветшие глаза и вздрогнул. Официантка ненавидела его в этот момент — придется потратить полчаса, чтобы понять, чего он хочет — и она повторила еще раз:

— Кофе?


Кофе он попробовал лет сорок назад.

Бронетранспортер фыркнул, дернулся и рванул по проспекту, набирая скорость. Двадцать горошин бились в железном стручке, двадцать голов в сферических шлемах качались из стороны в сторону.

Рашида взяли на задание в первый раз. Все смотрят на тебя как на чужака, все глядят на тебя как на недомерка, ты ничей и никчемен — это было через месяц после натурализации, поэтому лучше умереть, чем совершить ошибку.

Грохотал двигатель — тогда на технике стояли еще дизельные движки, электричество было дорого — и Рашид слушал рев, обнимал штурмовую винтовку как девушку, стучал своей головой в каске о броню.

— Сейчас, сейчас, — сержант положил ему руку на плечо. — Сейчас, готовься. Не дрейфь, парень.

Бронетранспортер ссыпал на углу двух загонщиков, еще двое побежали к другому концу улицы. Слева — переулок, справа — забор, впереди — одноэтажный шалман. Машина взревела, окуталась сладким дымом и ударила острым носом в стальную неприметную дверь. Отъехала и снова ударила.

Дверь прогнулась и выпала из косяка — туда в пыль прыгнули первые бойцы социального обеспечения. Вскипел и оборвался женский крик. Ударили два выстрела. Рашид бежал со всеми, стараясь не споткнуться — опаздывать нельзя, он молод, он самый младший, и он только что натурализован.

Ему нельзя опоздать.

Коридор был пуст — только два охранника, скорчившись и прижав колени к груди, лежали около развороченного проема.

В ухо тяжело дышал сержант, резал плечо ремень винтовки.

Группа вышибала двери, проверяла комнаты и, наконец, уткнулась в новую стальную преграду. Скатали пластиковую колбаску, подожгли — и эта дверь, вынесенная взрывом, рухнула внутрь.

Сопротивления уже не было. Трое в комнате подняли руки, четвертая — женщина — билась в истерике на полу.

На столе перед ними было то, за чем пришли бойцы. Ради этого несколько месяцев плели паутину капитаны и майоры, ради этого сержант мучил Рашида весь этот месяц.

В аккуратных пластиковых пакетах лежал коричневый порошок. Сержант наколол один из пакетов штык-ножом.

— Запомни, парень, — это и есть настоящий кофе. Лизни давай.

Рашид послушно лизнул — на языке осталась горечь.

— Противный вкус.

— Ну, так без воды его никто не принимает.

И горький вкус остался на языке Рашида навсегда.


Прошло много лет.

Он видел много кофейных притонов — он видел, как в развалинах на юге города нищие наркоманы кипятят кофейный порошок на перевернутом утюге. Он видел, как изнеженные юнцы в дорогих клубах удаляются в туалет, чтобы в специальном окошке получить от дилера стакан кофе.

Потом картинка менялась: юнцы сначала хамили, потом сдавали причастных и непричастных приятелей, оптом и в розницу торгуя их фамилиями. После чего за ними приезжал длинный как такса электрокар с тонированными стеклами. Дело закрывали, а менее хамоватые и менее благородные посетители клубов отправлялись на кабельные работы.

Нищие кофеманы обычно молчали — терять им было нечего.

Коричневая смерть — вот что ненавидел Рашид Ахмет-хан. Тогда его еще звали так, еще год — и он сменит имя, он станет полноправным гражданином города. И никто не попрекнет его происхождением.

А происхождение мешало, особенно на службе в Министерстве социального обеспечения. Кофе давно звали мусульманским вином.

Это был яд, который приходил с юга — там, на тайных плантациях, зрели зерна. Там кофе сортировали, жарили и мололи.

На подпольных заводах стояли рядами кофемолки, перетирая кофе в коричневую пыль и удваивая его стоимость.

С юга текли коричневые контрабандные ручьи — пакованные вакуумным способом брикеты кофе перекидывали через границу с помощью примитивных катапульт, переправляли управляемыми воздушными шарами.

И каждый метр на этом пути все более увеличивал стоимость коричневой смерти. Смерть двигалась к северу, запаянная в целлофан, будто в саван.

Человек не мог пройти через границу — умные мины без взрыва превращали курьера в перетертое мясо. Но поток с юга, казалось, не нуждался в людях. Люди появлялись потом, когда появлялись потребители, когда перекупщики сменялись покупателями.

Банды кофейников с окраин собирались на сходки, назначали своих смотрящих, выставляли дозоры. На любое