КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 415447 томов
Объем библиотеки - 558 Гб.
Всего авторов - 153590
Пользователей - 94626

Последние комментарии

Впечатления

кирилл789 про Орлова: Перепиши меня начисто (Любовные детективы)

есть одна скучная вещь, которую стоило бы усвоить женскому полу.
читать душераздирающие истории про то "как он меня взял, а потом полюбил" может и можно, конечно, хоть для меня и не понятно - зачем.
но, девушки-читательницы, если мужчина относится к вам, как "захотел - взял, захотел - изнасиловал", никакого - влюбится-женится в вашей жизни не будет.
ты - тряпка, вещь, понадобилось - использовал, не нужна - задвинул в угол. держите это в голове, девушки, когда вот подобное вам будет попадаться в чтиво. крупными буквами держите. чтобы никогда в жизни вот такое понаписанное "знание" не повторять.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
ABell про Марахович: Отпетые отшельники (Альтернативная история)

Автору конечно обязательно нужно было высказаться об его отрицательном отношении к нынешней власти...

Рейтинг: 0 ( 1 за, 1 против).
argon про Ангелов: Налево от дома. Книжная серия «Азбука 18+». (Фэнтези)

Вот как, как Ангелов с этими "энцклопедическими" творениями, изложенными в стиле Луркморья, попал в раздел "Фентези"? Юмор, может циничный и чёрный, стёб и троллинг, но никак не фентези!

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
Serg55 про Осинская: Хорошо забытое старое. Книга 3 (Космическая фантастика)

хорошая трилогия

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Serg55 про Калинин: Начало (СИ) (Боевая фантастика)

как-то много роялей даже для альтернативки

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Любопытная про Гале: Наложница для рига (Любовные детективы)

Предупреждение 18+ стоит , но ради интереса просто пролистнула после пяти страниц чтива, все остальное. Жесткое насилие над гг и остальными девами…... Это наверное , для мазохисток……Тебя насилуют во все места, да не один мужик, а много, а ты потом его и полюбишь. Ну по крайней мере обложка со страстным поцелуем наверное к этому предполагает.
Похоже аффторши таких «шедевров» заблокированных мечтают , что ли , чтобы их поимели во все места, куда имеют гг, а потом будет большая и чистая любофф. Гадость какая то .Удалила всю папку и довольна.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Любопытная про Гале: Подарки для блондинки. Свекровь для блондинки (Фэнтези)

Начав читать не эротику этого к слову сказаь аффтора, поняла . что читать про тупую блондинку с чуть менее тупым магом просто не в состоянии из-за непроходимой тупизны гг. Скушно , тоскливо и совершенно неинтересно.
Удалила всю папку с этими «шедеврами». И хорошо, что ЭТО заблокировано.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).

Своя среди чужих, чужая для своих. Или пересказанная история одной волчицы (СИ) (fb2)

- Своя среди чужих, чужая для своих. Или пересказанная история одной волчицы (СИ) 4.12 Мб, 1218с. (скачать fb2) - (April Fox)

Настройки текста:



====== Пролог. ======

Мерный стук копыт, ржание лошадей, скрип колес — всё сливалось в одну какофонию звуков. Армия двигалась на юг. На юг, вслед за основными силами Ланнистеров направлялись обозы с провиантом, пленные, шлюхи и случайный сброд, примкнувший к ним в надежде на лёгкую военную добычу. Лорды, знаменосцы, конные и пешие солдаты во главе с Тайвином Ланнистером ушли далеко вперёд. Только пыль, клубившаяся на юго-востоке, указывала, куда направились основные силы львов. На юг. В Королевскую Гавань.

Как и облако пыли, мысли Арьи роились в голове, путались и не давали покоя. Сутки прошли после выхода из Харренхолла, а она так ещё и не поняла, как следует относиться к происходящему. С каждым шагом армия Ланнистеров удалялась от армии Робба. На сегодня у лорда Тайвина другая цель, другой противник. Открытого сражения львов и волков не будет. Хорошо это? Плохо? Арья не знала. Она не сомневалась только в одном. Если удар не нанесён сейчас, на поле боя, значит, будет иной — тот, который наверняка достигнет цели. «Он молод, и не боится поражения в бою, ибо не знает, что это такое… мы недооценили Робба Старка — он выигрывает и не стоит ждать от него неудач, если мы не поможем… » — слова Тайвина Ланнистера всплывали в мозгу вопреки её воле, вселяя страх, перехватывая дыхание.

Кто-то из солдат затянул «Рейны из Кастамере». Слова песни созвучно вплелись в её мысли, напоминая о деяниях Льва, когда он был ещё молод. Её воображение живо нарисовало руины замка, где «лишь дождь по лорду слёзы льёт». «Разве я был бы тем, кто я есть, если бы проиграл хоть одну войну?» — жёсткий и одновременно мягкий, проникающий в душу и парализующий разум голос звучал в ушах Арьи. Исход войны может решить одна битва. Или одна смерть. «Умереть может каждый….» — она сама так ответила лорду Тайвину, глядя в почти прозрачные, внимательные глаза. Она тогда думала о нём, о Льве. Убить его не получилось. Да если признаться честно, она и не пыталась. Почему? Она не знала. Хотя у неё была возможность — имя, одно из трёх. Она назвала два. Третье осталось. Скажи она — «Тайвин Ланнистер» и, возможно, всё было бы уже кончено. Но она этого не сделала. Почему? Она пыталась найти ответ на этот вопрос и не находила.

В первые минуты, когда она увидела лорда Тайвина, он напомнил ей отца. Ощущение силы и уверенности, исходившие от него, так же явственно чувствовались, как и в присутствии Неда Старка. Только в отличие от отца он был лордом, а не пытался казаться им, как иногда подшучивала леди Кейтилин над мужем. Тайвин Ланнистер был Истинным Лордом. Надменным, холодным, заставлявших всех чувствовать себя никчёмными рядом с собой.

Для Эддарда Старка честь была превыше всего. Честь и верность. А ещё он был отцом в семье и за её пределами — для своих вассалов, крестьян, солдат. Так однажды сказал кому-то Робб. Кому именно, Арья уже не помнила, но всё было именно так. Эддарда Старка любили и уважали. Тайвина Ланнистера — боялись. «Для каждого орудия найдётся свое дело, а для дела — орудие», — ответил он одному из своих знаменосцев, попытавшемуся ему что-то сказать во время одного из многочисленных военных советов, что бесконечно, сменяя один за другим, тянулись в Харренхолле. Арья тогда сразу поняла, что именно лорд Тайвин имел в виду. Его люди и были его орудием в его деле войны. А посему требовали рачительного отношения, никак не вязавшегося с бессмысленными казнями, устроенными Щекотуном.

Лорд Тайвин вселял страх одним своим видом. Нет, вовсе не потому, что он был страшен или уродлив. Даже наоборот — всегда подтянутый, статный, с жёсткими чертами лица, он заставлял обращать на себя внимание везде, где бы не появился. А если хоть раз кто-то встречался с ним взглядом, то точно запоминал этот момент навсегда. Мало кто мог спокойно дышать, когда пара прозрачных, зелёных глаз смотрела на тебя в упор. Казалось, Хранитель Запада видел всех и вся насквозь. От него не ускользала ни одна деталь. Его боялись все. И Арья в том числе. Но иногда были моменты, когда она забывалась, позволяя себе открыто вступать с ним в беседу. И виноват в этом был сам Тайвин Ланнистер, обращаясь к ней с неожиданными вопросами. Именно так он узнал, что «умереть может каждый», а ещё что «Робб Старк скачет в бой на лютоволке» и «большинство девочек дуры». Последнее её откровение рассмешило самого замкнутого человека Семи Королевств — короткое «ха» было верхом выражения эмоций за то время, что Арья пробыла подле него.

Лорд Тайвин выделял её, отмечая сообразительность своей чашницы. «Умно» — первое, что она услышала от него, когда он понял, что она девочка, а не мальчик, и одета она так потому что «так — безопаснее». От особой близости, что установилась между ними, было и страшно и волнительно одновременно. Ещё бы! В то время, как сидевший за одним столом с лордом Тайвином сир Амори Лорх проявил удивительную безграмотность, то она, Арья, оказалась на высоте. И ей было предложено составить план военной кампании — в шутку, конечно!

Мог ли лорд Тайвин узнать кто она? Вряд ли. Но тогда почему она чувствовала, что находится под более бдительным присмотром, чем следовало охранять прислугу? К ней не был приставлен личный страж, но при малейшей попытке отойти от обоза кто-то оказывался рядом и возвращал её обратно. Она не шла пешком — ей дали лошадь. У неё были еда и питьё. И куча свободного времени, чтобы глазеть по сторонам и слушать, что говорят остальные.

Дневной переход подходил к концу. Прозвучал сигнал к привалу. Солнце быстро катилось по небу, клонясь за горизонт. В сгущавшихся сумерках алые всполохи заката становились всё ярче, словно кто-то размазал по небу кровь, которая вот-вот должна была пролиться.

Всё вокруг дышало предстоящим где-то там, вдали боем. Тревога и напряжение лагеря передались и Арье. Попытки уснуть, несмотря на усталость, были тщетными. Внезапно в голову пришла мысль: «А где будет лорд Тайвин во время битвы?». Наверняка на холме, в отдалении, как и положено военачальнику. На белом коне, в алом плаще, перекинутом через правое плечо и перехваченном ремнем. И уж точно не как Робб — в самой гуще. Как бы ей хотелось посмотреть на настоящее сражение! Она ещё никогда не видела битвы. Стычка в лесу, когда их взяли в плен, была не в счёт.

Немногочисленные солдаты, вынужденные тащиться вместе с женщинами и повозками, переругивались, проклиная судьбу, не позволившую им уйти с основными силами. Долетавшие до Арьи слова рисовали в её воображении картины отчаянной схватки не на жизнь, а на смерть.

В сгустившейся темноте далёкими светлячками мерцали звёзды. Внезапно одна из них оторвалась от горизонта и устремилась вверх. Затем ещё и ещё. Яркие, зелёные, за которыми тянулся шлейф невероятного пламени. Всполохи изумрудного света расцветили небо новыми красками. Глаза Арьи расширились. В её памяти всплыли рассказы о диком огне. Битва началась...

====== Часть I. Бороться и искать, найти и не сдаваться. Глава 1.1. ======

Предрассветный туман стелился над землёй, скрывая следы ночного боя. Влага оседала на одежде, делала мокрыми и липкими волосы. Казалось, что это низкие, лохматые тучи спустились зачем-то с небес, да позабыли вернуться обратно. В сплошном серо-белом мареве не было видно ни последних звёзд, ни первых солнечных лучей.

Удушливый, едкий запах, висевший в воздухе, раздирал ноздри и горло.

От всего этого на душе становилось ещё муторноее, тоскливее и ... от чего-то страшнее.

Ледяными пальцами Арья сжимала поводья, стараясь чтобы её волнение и дрожь, бившая изнутри, не передались лошади. Осторожно переступая копытами, Ласточка продвигалось между трупами. Люди, кони, разрубленные и обожжённые, с торчавшими из их спин стрелами, и с зияющими несовместимыми с жизнью дырами. С проломленными головами и вспоротыми животами. Всё смешалось на поле боя. А сверху, над этим морем смерти, безмолвно возвышался Королевский Замок. Его стены, казалось, стали ещё более красными, словно впитали в себя кровь, пролитую минувшей ночью.

Не так Арья представляла себе сражение. Совсем не так. От вида мародёров, без стеснения шаривших по трупам, её передёрнуло. Они были хуже стервятников, что кружили в вышине. Наверное, это были именно стервятники. Кто же ещё слетается, чтобы поживиться за счёт чьей-то смерти? Чтобы ничего этого не видеть, она вздёрнула повыше подбородок, сосредоточившись на том, что уже можно было рассмотреть вдали.

Кроваво-красный диск, медленно выкатывавшийся из-за горизонта, осветил стены и башни Королевской Гавани. Они словно вырастали из тумана, всё ещё клубившегося над землёй.

Чем выше поднималось солнце, тем всё более знакомые очертания приобретал ненавистный для Арьи город, приближаясь с каждой минутой. Вот уже стали различимы огромные ворота, в которые медленно вползала голова обоза. Показались первые дома, трактиры, гостиницы. Везде было шумно и многолюдно.

На улицах было не протолкнуться. Солдаты, горожане, торговцы — кого здесь только не было. Отвсюду звучал смех , громкоголосый говор, раздавались сальные шуточки в адрес едва одетых девиц, высунувшихся из окон, чтобы приветствовать победителей.

Ещё вчера вечером мало кто надеялся, что встретит это утро живым. Столица готовилась к самому страшному, что несёт с собой война. Но с первыми рассветными лучами стало понятно, что угроза миновала. На смену ужасу и отчаянию пришло нечто, что было трудно описать. Радость, ликование, восторг. Что-то неуловимое и пьянещее витало в воздухе, передавалось от человека к человеку, вырывалось наружу в виде смеха, брани и хвалебных рассказов о собственной доблести и трусости врага. И смешивалось со скорбью по тем, кого уже не вернуть.

Арья на своей кобыле едва плелась за перегруженными телегами. Она была чужой на этом празднике жизни. Ей дела не было до того, что пережили горожане этой ночью. Она видела перед собой всего лишь толпу, под улюлюканье которой свершилось королевское правосудие Джоффри.

Чавканье грязи сменилось цоканьем копыт по мостовой, зловоние улиц осталось позади. Ветер донес ароматы королевских садов. На смену зажиточности мелких торговцев вперемешку с нищетой простолюдинов пришла роскошь знати. Красный Замок был на том же месте. Не исчез, не провалился до самого седьмого пекла, как хотелось бы Арье. Как и вся Королевская Гавань, его обитатели от конюхов до высокородных леди, радовались победе над Станнисом. Среди многоголосого говора до неё доносилось — «... отвага лорда...», «... храбрость сира...», «...доблесть короля Джоффри...».

Чувствуя, как при имени ублюдка в её душе закипает чёрная муть, Арья склонила голову, уставившись в гриву Ласточки. Чёрные пряди размеренно колыхались, «цок, цок, цок » — в такт им цокали копыта, заглушая людскую речь.

От обоза осталась всего пара телег да человек десять конных, когда они оказались во внутреннем дворике.

Их встретил мелкий юркий человек со смешным именем Скопио. Обшарив взглядом Арью, стоявшую в общей группе вновь прибывших, он приступил к распоряжениям.

 — Нет, нет, девочка. Ты пойдешь со мной, — сказал Скопио Арье, двинувшейся было на кухню, вслед за остальными.

Они шли освещенными коридорами, где сквозь открытые галереи лились лучи южного солнца, оставляя на стенах яркие блики. Этими же коридорами она шла с отцом и сестрой ровно год назад. Тогда всё было ясно и понятно. У неё была семья. Отца ждали долг и служба. Сансу — свадьба с принцем. Тогда она была дочерью Десницы. А сейчас? Кто она — виночерпий Десницы? Кто-то другой? Зачем она здесь? Для чего лорд Тайвин велел взять её в столицу? Одно было неизменно. Она — по-прежнему Старк! А значит, она сделает всё чтобы помочь Роббу! Сбежать ей не удалось. И уж если она вновь оказалась среди врагов, это нужно обернуть на пользу.

Ещё не зная как, но в сердце Арьи с каждым ударом крепло решение помочь Семье, помочь брату в этой войне. Она сможет! Она сильная и смелая! Ну и Санса… Сестра… Думать о ней не хотелось.

Арья и её спутник миновали внутренний двор и галерею, остановившись у очередной арки. Скопио жестом подозвал стоявшего в проёме солдата в алом плаще. Сказав подошедшему мужчине пару слов, маленький человечек тихо удалился.

Гвардеец, к которому обратились «Дерек», смотрел на Арью сверху вниз, похоже, не особо радуясь тому, что видели его глаза. Ей так и хотелось съязвить — к чему её так рассматривать, ведь не жениться же на ней ему поручили? Но она сдержалась.

Переминаясь с ноги на ногу, Арья ждала, когда Дерек соизволит с ней заговорить. Но гвардеец молчал, продолжая недовольно разглядывал объект данного ему поручения.

Всё-таки не выдержав, она поинтересовалась:

 — В чём дело?

Поразмыслив мгновение, мужчина ответил:

— Его Величество награждает победителей. Церемония скоро начнется.

«Похоже, это и впрямь большое событие, раз уж гвардеец львов заговорил с пленницей. И ему очень обидно такое пропустить!» — мелькнуло в голове у Арьи.

— А куда Вы меня ведёте? — сощурив глаза, спросила она, постаравшись выглядеть как можно дружелюбней. — Может туда можно попасть, пройдя мимо места, где будет эта церемония?

Смерив её взглядом, словно прицениваясь к ней, гвардеец медленно ответил:

— Мы пройдем мимо. Только держись подальше от людей. Уж больно ты воняешь! Это Арью вполне устраивало. Её список оставался неизменным — Джоффри, Серсея, Илен Пейн… На какое-то мгновение она почувствовала себя волчицей, выдвинувшейся на охоту. Несколько запаздало она вспомнила про Сансу. Сестра конечно же тоже будет там — где же ещё быть королевской невесте?

Тронный зал был освящен огнём огромных факелов-чаш и светом, льющимся из-под потолка. Набившихся в него людей было столько, что яблоку было негде упасть. Гудя, как растревоженный улей, собравшиеся о чём-то переговаривались и перешёптывались.

Галерея, на которую Арью привёл её страж, была на самом верху. Здесь, в основном, толпились горожане — те, кому посчастливилось лицезреть награждение героев. От глупого восторга, прилепившегося к их лицам, Арье стало тошно.

Стараясь не привлекать к себе внимание, Арья перегнулась через перила.

Прямо под ней колыхалось людское море, переливаясь всеми цветами радуги. Как и раньше, вдоль прохода полыхал алый цвет — гвардейцы Ланнистеров выстроились в шеренги, разделяя благородную толпу собравшихся на две части. А вот голубовато-зелёных цветов дома Тиреллов было гораздо больше, чем год назад. «Львы и Розы — как поэтично», — фыркнула про себя Арья. Кого здесь только не было! Но среди знакомых и незнакомых ей лиц она не видела Сансу — её глаза безуспешно искали сестру и не находили.

По волне оживления, прокатившейся по залу, и появлению белых плащей, Арья поняла, что прибыли король и королева-регент.

Джоффри нисколько не изменился за последний год. И, к сожалению, был жив и здоров. А ведь как бы было здорово, если бы его поразила серая хворь! Но ничего, Арья до него ещё доберётся!

Стиснув зубы, она уставилась на «первого имени своего», восседавшего на Железном троне. Неужели кто-то всерьез думает, что этот разряженный петух действительно участвовал в сражении? В его «доблесть» на поле брани она никогда не поверит, кто бы что вокруг неё не говорил! Знали бы все, кто сейчас воздаёт Джоффри хвалебные речи, как она, Арья, когда-то едва не утопила его в лесной речушке!

При воспоминании о конфузе тогдашнего принца, уступившего ей в поединке, губы Арьи сложились в усмешку. Ничего не подозревавший о «неподобающих» мыслях в свой адрес, государь самодовольно рассматривал толпу верноподданных, кривя рот в повелительно-снисходительной улыбке. И как все эти люди, таращищие на него глаза, могут видеть в нём короля? Король должен быть не таким! Он должен быть сильным и могучим, как Роберт. Хотя, пожалуй, не таким толстым. И он должен быть справедливым, как ... отец. И мудрым. А Джоффри никогда таким не был и не будет!

А вот Серсея, восседавшая по правую руку от Джоффри, больше чем когда-либо походила на королеву. Она всегда была красивой, уверенной в себе, но сегодня — особенно. Как бы Арья её не ненавидела, не признать этого она не могла.

Внезапно всё погрузилось в тишину, нарушаемую цокотом подков по каменному полу — по проходу двигался лорд Тайвин Ланнистер. Восседая на белом коне, он въехал в Тронный зал. «Это моя последняя война, по которой меня запомнят», — вспомнились Арье слова, сказанные им в Харренхолле. Вчера он выиграл битву, став ещё на один шаг ближе к победе. Непонятно откуда у неё в голове всплыла фраза — «можно называться королем и не быть им. Истинному же властителю не нужно представляться — все и так понимают, кто пред ними». В Тронный зал на белом коне въехал Истинный Властитель Семи Королевств. В том, что именно таким и должен быть король, Арья не сомневалась.

В тишине прозвучали слова Джоффри, сказанные звонким, визгливым голосом, провозгласившие Тайвина Ланнистера Спасителем Королевской Гавани и Десницей короля. Оставаясь в седле, лорд Тайвин принял причитающийся ему знак власти, поднесенный на красной подушечке. Легким наклоном головы он выразил почтение внуку. Прозвучавшие скупые слова благодарности были вовсе не тем, что ожидали от него дочь и внук. С чувством тайного удовлетворения, Арья отметила, как лицо Джоффри стало похожим на обиженного хорька. Даже с галереи было видно, что Серсее большого труда стоило сдержать удивление — красивые брови взметнулись вверх, глаза изумленно раскрылись. Но королева вовремя совладала с собой. А лорд Тайвин, словно и не заметив разочарования их величеств, развернув коня, покинул Тронный зал, так и не спешившись.

Спектакль под названием «справедливый и щедрый король Джоффри» продолжался. Награды находили своих героев. Известие о расторжении помолвки сестры не стало для Арьи сюрпризом. Всё имеет свою цену — победа, благодаря которой Ланнистеры сохранили для себя трон должна быть щедро оплачена. А они всегда платят свои долги. Кровью, золотом или местом рядом с королем, которое так легко освободить для другой. Бедная Санса! Что теперь с ней будет? Оставалось надеяться на то, что ценными заложниками не разбрасываются.

— Идём! — раздался над ухом голос её стража. Спускаясь с галереи, Арья заметила знакомый силуэт. Слившись с колонной, она в испуге замерла. Санса! Это была она! Внутри Арьи боролись страх быть разоблаченной и вдруг накатившее желание подбежать и обнять сестру.

Прижавшись щекой к холодному камню, Арья не отводила от Сансы взгляд.Она выглядела уставшей и потерянной. Глаза блестели от еле сдерживаемых слёз, а руки нервно теребили подол платья. Неуверенно ступая, Санса словно не чувствовала опору под ногами.

— Леди Санса! — совсем рядом позвал вкрадчивый голос. Слившись с колонной, Арья забыла как дышать — Мизинец! Его масляные глаза мягко и все-понимающе смотрели на сестру: — Вам надо уехать. Вы не будете королевой, но это не означает, что Вы не нужны королю, — Лорд Бейлиш пристально вглядывался в лицо Сансы, всем своим видом излучая заботу. Ответом ему был напряженно-непонимающий взгляд синих глаз и испуганно сжавшиеся плечи: — Вы повзрослели. Теперь Вас можно использовать по-другому. Он не отпустит Вас. Джоффри не из тех, кто отдаёт свои игрушки.

— Почему Вы хотите помочь мне, милорд?

— Леди Кейтилин …

Санса и Мизинец прошли мимо колонны, за которой пряталась Арья. Её поразил вид сестры — столь явная беззащитность, растерянность. И такая доверчивость... Арье никогда не нравился Мизинец. И сейчас она ему не верила. Не верила в его желание помочь сестре. Она помнила, кто приехал в Харренхолл с известием о том, что войско Тиреллов, так же как и Маргери, свободны от обязательств перед Ренли. Человек, одной рукой протягивающей розу льву, а другой пытающийся приласкать волка — не заслуживает доверия.

====== Глава 1.2. ======

Проснувшись, Арья обнаружила, что кто-то заходил в каморку, пока она спала. На столике стояли тарелка с тушеными овощами, хлеб и вода. Её одежда, почищенная от грязи, лежала на сундуке.

В том, что она ничего не слышала, не было ничего удивительного — добравшись до кровати, она рухнула на неё не раздеваясь. Столько всего случилось, что сил у неё осталось только на то, чтобы стянуть сапоги. Провалившись в сон, она проспала до самого утра. Наверное, до утра. Во всяком случае, солнце светило ярко, и явно была уже не ночь.

Вчера, от стремления одновременно оставаться неузнанной и выяснить, как можно больше, у Арьи голова шла кругом. В Красном Замке стояла страшная толчея. Следуя за солдатом, который позволил ей посмотреть на церемонию в Тронном Зале, она то и дело вынуждена была останавливаться то кого-то пропуская, то кому-то уступая дорогу. Невозможно было и шагу ступить, чтобы не уткнуться в алый или зелёный плащ. А ещё были слуги, горожане, которым было дозволено присутствовать на чествовании победителей, благородные лорды и леди, которых в этой толпе пихали так же, как и какого-то менялу, «удостоившегося чести лицезреть короля Джоффри в день его первой победы, и о чём он будет рассказывать детям, внукам и правнукам».

Конечно же все обсуждали осаду. У каждого была своя история, которую он норовил рассказать всем. Те, кто были в замке, вещали о «жути, что натерпелись, пока несметные полчища шли на город». Те, кто вышел за ворота и сразился с врагом — о том скольких он убил самолично и как сам чуть не погиб в бою. Гвардейцы Ланнистеров хвастались боевыми подвигами и восхваляли лорда Тайвина. Люди Тиррелов — славили Рыцаря Цветов. Так, особо не стараясь, Арья услышала, что битва началась ещё до прибытия Ланнистеров и Тиреллов. Оборону возглавил конечно же король Джоффри. Как это ни странно, карлик Тирион тоже участвовал. И, говорят, даже был ранен. Дикий огонь уничтожил флот Станниса. Но если бы не основные силы львов и Тиреллов, Королевская Гавань не выстояла. Лорас Тирелл был в самой гуще сражения. А лорд Тайвин лично возглавил переправу с правым флангом через Черноводную. Это было неожиданным для Арьи. Она то думала, что Тайвину Ланнистеру больше по душе роль полководца, руководящего боем, а не лично возглавляющего атаку. Подмеченные ею доспехи Льва, в руках одного из оруженосцев, были местами продавлены, со следами ударов мечом. Алый плащ запятнан кровью. Лорд Тайвин действительно участвовал в битве!

Вспоминая вчерашний день, Арья натянула сапоги, думая о том, как все эти события могут помочь Роббу. Но дальше того, что почти все Ланнистеры во главе с лордом Тайвином здесь, а её брат где-то там, в Речных Землях, размышления её не продвинулись.

Постепенно мысли потекли в другом направлении. Как ей себя вести? Но для этого надо было понять — кто она здесь? Ей дали еду, выделили крошечную комнатку, не будили и не давали поручений. Для прислуги слишком много. Для леди-заложницы с севера — слишком мало. Лорд Тайвин подозревал, что она лишь выдает себя за простолюдинку. Но кем он считал её? Вопросы, вопросы, вопросы… Ответы на которые мог дать только он — Лев.

Доедая то, что ей принесли, Арья поглядывала по сторонам. Узкая комнатка с узкой кроватью, узким столом и кривоватым стулом. В отличие от Харрехолла здесь было тепло и сухо, а в маленькое оконце было видно синее небо. Тут же захотелось узнать, что там — снаружи.

Небо и впрямь было синим, без единого облачка. А солнце висело ровно посередине, оповещая всем, что уже полдень. Вдалеке виднелся сплошной ковёр из зелени. Королевские сады — поняла Арья. Смыкаясь, макушки деревьев скрывали кустарники, клумбы и дорожки. Значит, её поселили выше, чём ей вчера показалось.

Высунувшись из окна, Арья посмотрела вниз. Во внутреннем дворе сновала прислуга, стояла пара гвардейцев в алом, что-то оживлённо обсуждая. Завидев служанку, спешившую куда-то с корзинкой, оба, как по команде, повернулись в её сторону и, судя по всему, что-то сказали. Девице, похоже, это не понравилось — ускорив шаг, она взбежала по лестнице. До Арьи донёсся смех — один гвардеец хлопнул по плечу другого.

Раздраженно Арья оторвалась от окна — все вели себя так, словно не было никакой войны. В Харренхолле всё было совсем по другому. И даже небо было совсем другим. И солнце, которое никогда не появлялось из-за туч. А здесь всё было ... неправильным. Фальшивым. Ненастящим.

В дверь постучали. На пороге возник вчерашний знакомый — Скопио.

— Идём.

— Куда Вы меня ведёте?

Ответа не последовало.

Они шли все теми же освещёнными коридорами, что и вчера, поднимались по лестницам. Красный Замок сегодня показался Арье пустынным. Исчезли гвардейцы в зелёном. Не было горожан, с благоговением таращащихся на всё, что их окружает. Редкие лорды и леди вновь стали похожи на самих себя. Праздно прогуливаясь по галереям, они больше не напоминали испуганных куриц, чудом не угодивших в суп.

На самом верху Башни Десницы стражники распахнули перед ними двери в покои, обставленные с роскошью и комфортом. Кованые львы на декоративных решетках. Свечи в канделябрах. Зал, предназначенный для заседаний. В отдалении виднелся рабочий стол, за которым сидел Тайвин Ланнистер. Скопио подвел Арью к Деснице и с поклоном удалился.

Арья не знала, что ей делать. Под немигающим взглядом прозрачных зеленых глаз она чувствовала себя, как никогда неуютно. Пришло осознание того, что она в логове Льва и надеяться ей не на что.

Время шло, а лорд Тайвин всё ещё не проронил ни слова, продолжая что-то писать. Скрип его пера отчего-то казался Арье жутким скрежетом, а её собственное сердце бухало где-то в груди, так словно она пробежала пару лиг. Ей вновь вспомнился Харренхолл и трупы повешенных, что раскачивались на ветру. Лорд Тайвин не прощает измен. Лорд Тайвин не прощает предательство. И не жалует шпионов. И Арье стало страшно...

Тайвин молча смотрел на стоявшую пред ним девочку. Было видно, что она напугана. Пытается быть храброй, но страх и безысходность, прячущиеся в глубине серых глаз, прорывались наружу. Однако, держалась она неплохо! Ничуть не хуже, чем в Харренхолле. Только там у неё были шансы выдать себя за другую. А здесь? Она уже должна была понять — по приказу Десницы простого виночерпия не тащат в армейском обозе через воюющую страну. В королевском замке нет проблем с прислугой. Должны быть хоть какие-то основания, чтобы взять её с собой. А основания у него были. Забавный острый клинок, игрушка в руках одного из его людей. И разговор двух солдат, услышанный его кузеном — «...Военный трофей?» «Почти. Должно быть, какой-то лорд подарил своему отпрыску, а тот парень его спёр!.. » «Какой парень? Жирный?.. » «Не-а-а, Арри! Тот, что оказался девчонкой!» «Так его Арри зовут? Или её?» «А я по чем знаю? К ней так обращались, пока девкой не стала… ». В Красном Замке без труда нашлись люди, знавшие младшую дочь Эддарда. Её тайно показали им, пока девочка смотрела на церемонию в Тронном зале. Всё верно — это Арья Старк...

— Как вы добрались, леди Арья?

Тайвин встал. Подойдя ближе, он рассматривал вдруг ставшее таким растерянным лицо, серые глаза, похожие на грозовое небо. Казалось, ещё немного — и он увидит в них слёзы. Перед ним стоял ребёнок — испуганный, растерянный ребёнок.

Нервно закусив губу, его вчерашняя чашница на мгновение отвела глаза, а потом, упрямо вскинула голову:

— Что со мной будет? — голос её всё-таки дрогнул, хотя девочка отчаянно пыталась казаться храбрецом. И ей это почти удалось. Почти удалось. Тайвин видел голубоватую жилку на цеплячей шее, ходившей ходуном от судорожно сдерживаемого дыхания. Наверное её сердечко вот-вот выскочит из груди.

— Вы здесь — гостья, — выдержав паузу, ответил Тайвин продолжая снисходительно смотреть на неё сверху вниз.

— Гостья? И как надолго? Пока не вернётся из гостей сир Джейме? Или пока мой брат лично не приедет за мной? — ещё больше вздёрнув подбородок, девочка продолжала задавать вопросы.

«Ощипанный воробей, или… волчица?.. выпустил коготки!» — усмехнулся про себя Тайвин. А вслух ответил:

— Возможно, так оно и будет. А возможно и нет.

Рассматривая стоявшую в шаге от него сестру Робба Старка, он словно мысленно взвешивал все «за» и «против» принятого им решения. Год войны показал, что сын Неда Старка не намерен идти на прямой обмен ценными пленниками. Но Тайвин и не спешил слать к нему ворона или парламентёра. Он видел в дочерях Эддарда возможность более долгосрочной перспективы влияния на Север.

Его бывшая чашница явно не понимала о чём речь. Вскинув голову, она смотрела на него со странным блеском в глазах, за которыми читались злость и нежелание идти на уступки. От былой растерянности не осталось и следа. Заданный ею вопрос прозвучал безо всякого почтения:

— Что это значит?

— Иногда, когда противостояние двух Домов позади, юные члены проигравшей Семьи пользуются гостеприимством победителей, дабы ни у кого не было соблазнов обнажить клинки вновь! — назидательно изрек Тайвин, внимательно глядя на притихшую девочку. Похоже, она поняла, что он имел в виду.

Тайвин видел, как потускнели глаза Арьи Старк. «Какой же она ещё ребёнок!» —  пронеслось у него в голове. Он молча разглядывал вновь ставшую похожей на растрёпанного воробья северянку. Непокорная чёлка свисала на лоб. Одежда топорщилась, местами сквозь прорехи выглядывала нательная рубашка.

Решив, что на сегодня общения со своей воспитанницей достаточно, он кивнул в сторону двери, за которой скрылся его помощник:

— Скопио проводит тебя, можешь идти.

— Милорд!

— Да?

— Могу я увидеть сестру? — похоже, девочка совладала с собой. Голос её звучал уже гораздо увереннее, да и губы перестали подрагивать, выдовая волнение. Тем лучше. Тайвин терпеть не мог эмоциональных барышень.

— Разумеется. Вы обе гостьи короля и моей семьи, — милостиво согласился он. Глядя как его бывшая чашница направилась к выходу, он отметил, как она распрямила плечи и вскинула голову. Вот и хорошо! Дочь Хранителя Севера, хоть и ныне покойного, должна вести себя и выглядеть соответственно. Начало положено, а об остальном позаботится Скопио.

«Гостьи короля! Гостеприимство Его Величества — не то, о чём следует мечтать!» — с горечью подумала Арья, покидая кабинет лорда Тайвина.

Ну, что же, всё встало на свои места. Больше нет необходимости притворяться простолюдинкой. Хотя, будь у неё выбор, она лучше бы оставалась Арри, чем служила тайным планам Тайвина Ланнистера.

Не так уж и редко, после дети поподали на воспитание в другие семьи. Иногда это были дети врагов. Так, в Винтерфелле долгое время жил Теон Грэйджой. Он почти что стал её названным братом. А иногда просто, чтобы усилить своё влияние, как это должно было стать с сыном Лизы Аррен, которого намеревались отправить в Утёсе Кастерли. А Арью, выходит, лорд Тайвин Ланнистер, оставлял здесь, среди ненавистных ей Ланнистеров. Отныне её собственная жизнь и жизнь её сестры в руках этого человека с холодными глазами, от воспоминания о котором у неё вновь начинали подгибаться коленки. Но выбора у них нет. И раз всё так сложилось, она, Арья, должна сделать всё чтобы помочь Роббу. А пока что надо найти Сансу.

Подойдя к ожидавшему её помощнику Льва, она потребовала:

— Я хочу видеть леди Сансу!

— Как угодно, леди Арья! — последовал ответ Скопио. Кивнув, он пригласил её следовать за собой.

Санса занимала свои прежние покои. Гостеприимство короля Джоффри включало в себя постоянную личную охрану, или стражу — кому как угодно думать. Два солдата Ланнистеров стояли у знакомых дверей.

Войдя в комнату, Арья замерла в нерешительности. Когда они виделись в последний раз, Санса сказала очередную глупость, о чём Арья незамедлительно ей сообщила и всё закончилось ссорой. Она хорошо помнила, как сестра не хотела уезжать и спорила с отцом. Знали бы они чем всё это закончится.

Обернувшаяся на звук открывающейся двери, Санса замерла, забыв про рукоделие, которое держала в руках. Осунувшаяся, с кругами под глазами, она выглядела такой ... несчастной, что на мгновение Арье стало совестно за свои мысли.

Подавшись вперёд, Санса, казалось не узнавала её, а потом, вскочив со стула, бросилась к Арье:

— Ты?! Это, ты!!! Арья!!!

Тонкие руки сестры то прижимали её к груди, то отпускали. Полные слёз глаза снова и снова вглядывались в её лицо, словно чтобы удостовериться, что она обнимает действительно её, Арью.

Уткнувшись в плечо Сансы, Арья судорожно дышала. Её сестра... От накативших чувств в горле встал ком, а в глазах защипало. Она никогда не думала, что их встреча будет такой...

— Где ты была? Как ты сбежала? Почему вернулась? Что с твоей одеждой? Волосами? — вопросы Сансы сыпались один за другим. Изменившись внешне, она осталась прежней Сансой, какой её помнила Арья. «Почему вернулась?» Можно подумать по своей воле! И далась ей эта одежда! Словно нет ничего важнее внешнего вида!

Санса непримянула заметить, как Арья изменилась — стала выше и старше:

— Ты так выросла — тебя не узнать,— улыбнулась она и прошлась рукой по волосам, в попытке пригладить непокорную чёлку. Отчего-то Арье показалось, что «не узнать» относилось вовсе не к её «взрослению». Раздраженно тряхнув головой, она вновь взъерошила волосы — кому не нравится, пусть не смотрит! Ведь это её голова, и она сама вправе решать, какой ей быть!

Отстранившись, Арья прошлась по комнате:

— А тут ничего не изменилось.

— Да, ничего. Всё как и раньше, — сникнув, ответила Санса.

«Вот только отца с нами нет», — подумалось Арье, и на душе сразу стало тоскливо. Подойдя к балкончику, она уставилась вниз. И этот замок, и этот сад, и это синее небо, и вся Королевская Гавань — всё казалось ей насмешкой. Всё было таким же, как и год назад. Красивым. Гостеприимным. Безопасным. Но всё это было обманом — уж это Арья точно знала.

— Где ты была всё время?

— А? — обернувшись, Арья посмотрела на сестру. Санса сидела в ожидании ответа, сложив руки на коленях.

Сев напротив, Арья принялась отвечать на бесконечные вопросы. Оживившись, Санса расспрашивала её обо всём: как и с кем она сбежала, куда направлялась и как попала в Харренхолл. Похоже, сестра не особо верила ей. Ну и пусть. История, изобиловавшая убийствами и насилием, испугала её. Хорошо хоть Арья не рассказала об Якине и трёх именах! И про свою службу Льву она упомянула лишь вскользь. Почему-то ей ни с кем не хотелось обсуждать лорда Тайвина.

— Так ты была виночерпием самого Тайвина Ланнистера?! Он такой ужасный! Как ты вообще могла дышать в его присутствии?! — длинные ресницы Сансы испуганно затрепетали, а голос дрогнул.

«Ещё как могла. Не только дышать, но и говорить! Про драконов! А ещё он рассказал мне, как учил читать своего сына Джейме… », — про себя усмехнулась Арья.

— Но как ты оказалась здесь? Он знает, кто ты?

— Знает. И поэтому я здесь. Мы обе здесь. В гостях у короля.

При упоминании о короле Санса напряглась, её плечи сжались, глаза испуганно расширились. Арья подозрительно сощурилась. Ей вспомнилось — «Вы повзрослели. Теперь Вас можно использовать по-другому. Он не отпустит Вас. Джоффри не из тех, кто отдает свои игрушки».

— А как ты здесь жила? Как гостеприимство короля Джоффри? — прищурившись, Арья ждала ответ.

— Он — чудовище! — единственное, что ей удалось вытянуть из Сансы. Отвернувшись, сестра усиленно делала вид, что в этот момент для неё нет ничего интереснее рукоделия. Уткнувшись в корзинку, она принялась пребирать мотки. Разозлившись, Арья схватила её за руку и попыталась заглянуть ей в глаза. От резкого движения платье соскользнуло с плеч и оголило белую кожу, покрытую синяками и ссадинами.

— Он бил тебя! — отшатнулась Арья.

— Нет… Как можно поднять руку на свою невесту? Можно только отдать приказ…

До Арьи стал доходить смысл слов, сказанных Мизинцем. «А теперь ты не его невеста… » — пронеслось у неё в голове. Но глядя на сестру, озвучить свои мысли она не смогла.

— Мы должны уехать, — прошептала Санса, потянувшись за пяльцами. Иголка в её руках дрожжала, оставляя после себя кривые стежки.

— Уехать? — переспросила Арья. Её робкая сестра замыслила побег? Глядя на то, какой кривой выходит башня, норовя испортить безупречный замок возвышавшийся над безупречным озерцом, она сильно сомневалась, что у Сансы хватит духу сделать то, о чём она говорила.

— Нам могут помочь друзья нашей матери. Лорд Бейлиш, например.

«Нет, соглашаться с лордом Бейлишем мы торопиться не будем» — внутренне напряглась Арья. Жалостливо-снисходительно она смотрела на сестру, судорожно пытавшуюся распутать узелок, прилепившейся к зубцу башни. Сейчас из них двоих она казалась себе гораздо старше, чем Санса. Ободряюще улыбнувшись, она потрепала сестру по руке, совсем как это делал Джон, когда хотел её успокоить:

— Конечно. Хорошо, что есть кому нам помочь. Но сейчас это может быть слишком опасно. Не забывай про лорда Тайвина. Он знает, что один раз я уже сбежала. Если мы поторопимся, то рискуем навлечь беду на лорда Бейлиша.

— Да, ты права. Что же нам делать? — растерянно закивала Санса, соглашаясь с ней.

— Ждать лучшего момента. А если лорд Бейлиш будет спрашивать, скажи что боишься. Что тебя слишком хорошо охраняют.

Простившись с сестрой, Арья направилась к себе. Скопио по-прежнему сопровождал её.

— Куда мы идём? — уже второй раз за день поинтересовалась она у этого юркого человечка с хитрыми внимательными глазами. Они не спускались вниз, как должны были, а обогнули коридор и поднялись на один виток лестницы вверх.

— В Ваши покои, леди Арья.

Её покои оказались этажом выше жилища Сансы и практически под апартаментами Десницы. Просторные, с террасой выходившей на море, с обстановкой, дарившей ощущение комфорта и уюта. Кровать с балдахином, столик с цветами и фруктами, софа для отдыха. Самым дорогим и невероятным было большое зеркало, отражавшее её во весь рост. Вещь неслыханно редкая, которую мало кто мог себе позволить. На севере таких не было. Сквозь зеркальную дымку на Арью смотрел мальчик-девочка в рваной одежде не по размеру и стоптанных сапогах. Действительно — «Что с твоей одеждой!» Раздосадовано отвернувшись, Арья наткнулась взглядом на письменный стол. Вот это точно была самая большая неожиданность! Стопка бумаги, перо, чернильница, песок. И ещё книга. Толстая книга с массивными заклёпками, украшенная изображением драконов — «Жизнь Эйгона Таргариена. Завоевание Вестероса.» Сердце Арьи учащенно забилось. Память вернула её в Харренхолл — «… пока Эйгон Таргариен не изменил правила» «Эйгон и его сестры!» «Что?» «Эйгон и его сестры. Его сестры тоже летали на драконах. Весения…» Её пальцы скользили по бархатистой коже обложки. Губы её сами собой сложились в улыбку. Тихое покашливание вернуло её обратно в реальность. Рядом со Скопио стояла молоденькая девушка с темными волосами в простой одежде служанки.

— Это Тайла. Она будет прислуживать Вам.

— Мне не нужна прислуга! — огрызнулась Арья, окинув оценивающим взглядом эту доносчицу, чья задача — сообщать о каждом её шаге.

— Она будет делать только то, что Вы ей скажете. И ничего кроме этого. И если Вы сами захотите застелить себе постель, причесаться или вынести ночной горшок — она не пошевелит и пальцем.

Арья поняла, что тут она проиграла.

— А это ещё кто? — недовольно произнесла она, при виде вошедших женщин со свёртками в руках.

— Они должны снять с Вас мерки. А Вы укажите ткани, которые Вам больше всего понравятся.

— Это лишнее!

Со вздохом Скопио посмотрел на своенравную девчонку и перевёл взгляд в сторону зеркала. Арья поняла, что её знакомство с собственным внешним видом не осталось незамеченным. И тут проиграла. Ну да ладно. Мальчик Арри, простолюдинка и чашница — все они в прошлом. Арья Старк вернулась, и если они так хотят, то она выберет себе одежду и ткани, подобающие её происхождению. И те, что ей понравятся.

====== Глава 1.3. ======

— Леди Арья довольна своими покоями?

— Да, милорд.

— И прислугой?

— Да, милорд.

— Скопио, ты сообщаешь мне поистине удивительные вещи! — усмехнулся Тайвин.

— Отведенные покои просторны и ничем не стеснят юную леди. Что же касается служанки — аргументы в её необходимости были достаточно убедительны, — мягко ответил его помощник.

Слегка наклонив голову вперед, Тайвин ждал пояснений.

— Леди Арья оценила знак Вашего внимания. Книга вызвала у неё интерес. Против снятия мерок она не возражала. Среди предложенных тканей выбрала серые.

— Серые? Цвета Старк? — усмехнулся Тайвин: — Сообщи леди Арье, что мы сегодня обедаем вместе. Распорядись на кухне, чтобы подали после полудня сюда — на террасу.

— Будет исполнено, милорд. Портные трудились не покладая рук. Думаю, леди Арья сможет продемонстрировать Вам свой новый образ.

И она продемонстрировала.

Тайвин молча рассматривал свою подопечную, не говоря ни слова.

Примерка, которая состоялась накануне, не предвещала никаких сюрпризов. Портнихи, не сомкнувшие глаз день и ночь были довольны результатами своих трудов. Строгое серое платье с закрытым лифом и длинным рукавом прекрасно сидело на юной леди. Весьма неожиданным оказалось её желание одеть под юбку облегающие штаны, сшитые из более темного серого сукна. Как и обговаривалось, они предназначались для верховой езды. Но никак не должны были носиться одновременно с платьем. Зашнуровав штаны на талии, девочка, своими повадками больше напоминавшая мальчика, покрутилась перед зеркалом, и … мгновенно оказавшееся в её руке орудие труда портних, разрезало спереди серую атласную ткань почти на всю длину юбки. Мгновение — и изменилась длина самого платья и рукавов.

Спустя сутки Тайвин созерцал результат совместных творческих усилий его воспитанницы и мастериц замка. Новая одежда делала Арью старше. То, что осталось от традиционного платья, сейчас облегало едва наметившуюся грудь и талию девочки, спускаясь свободными полотнищами чуть ниже колен. Высокие разрезы спереди и сзади не стесняли движений. Открывающиеся при каждом шаге облегающие штаны и сапоги подчеркивали стройность ног. Рукав заканчивался на ладонь выше запястья. Тоже с разрезом по наружному шву — он выглядел весьма необычно. Да, девочке удалось удивить Тайвина. Подобные наряды были в чести у женщин-воительниц Востока. Наверное, именно так выглядела несколько сотен лет назад Весения Таргариен, когда садилась верхом на своего дракона. Он не мог сказать, что выбор воспитанницы его порадовал. Но, лучше так, чем то, что он привык лицезреть на ней в Харренхолле. Будь она его дочерью, несомненно, он сразу бы пресёк подобные вольности. Но она была дочерью покойного Неда Старка и его гораздо больше интересовало, что было у неё внутри, в голове, а не то, как она выглядела снаружи. Если у него получится то, что он задумал, то девочка сможет ему послужить гораздо лучше, нежели будучи просто заложницей. А ради этого можно проявить немного снисхождения в не самых принципиальных вопросах. К тому же, её нетерпимость ко всему тому, что должно наполнять жизнь леди — не что иное, как ребячество. Тайвин был уверен, что с возрастом это обязательно пройдёт.

Арья с замиранием сердца ждала оценки лорда Тайвина. Почему-то ей захотелось узнать, что он думает о её преображении. Все всегда от неё хотели, чтобы она и одевалась, и вела себя, как девочка — мать, сестра, септа Модрейн. Но ей самой этого не хотелось! Нет, сидеть за столом в юбке — на это Арья ещё могла согласиться. Но жизнь не проходит только в одних застольных беседах, уж это она точно знала. И если вдруг ей улыбнётся удача, нужно быть готовой ко всему. В длинном платье далеко не убежишь. А убежать от сюда куда подальше, ей очень хотелось!

Лорд Тайвин не выказал никаких пожеланий, прислав к ней портних, повидимому посчитав это излишним. Решив не злить Льва, Арья не стала с ними спорить, требуя штаны и дублет, а согласилась на платье. То, что получилось, было пригодным, как для верховой езды, так и для фехтования и самой ей очень нравилось. А вот что думает о нём лорд Тайвин, понять было невозможно — он молча смотрел на неё, не говоря ни слова.

Оказавшись рядом с ним, Арья от чего-то растерялась. Там, в Харренхолле всё было просто и понятно. Он был лордом, она — виночерпием. У неё были обязанности, и она знала, что следует делать и как себя вести. А чего он ждал от неё сейчас? Всё это так странно, так непонятно.

Тайком поглядывая по сторонам, Арья рассматривала террасу, на которую привёл её Скопио. Витые колонны переходили в ажурные арки, обнимавшие синее небо. Цветная плитка, устилавшая пол, упиралась в ограждение, за которым виднелись макушки деревьев и море. Стол, стоявший посередине, был накрыт к обеду. Давно Арья не видела столько еды: тарелки и тарелочки с рыбой, перепёлками, хлебом и всевозможными сладостями. Чуть поодаль стоял столик с вином. Сине-красная мозайка столешницы была точно такой же, как и рисунок на полу. Вдоль стен выстроились вазы с цветами.

— Леди, Арья, прошу! — жестом лорд Тайвин указал ей на место за столом. Усевшись напротив, Арья с удовольствием принялась за овощи и рыбу. Взяв вилку и нож, она уверенно расправилась с первым блюдом.

По террасе гулял свежий морской бриз, внизу на ветру качали кронами деревья, где-то вдалеке шумел прибой. Постепенно тревога и волнение покинули Арью, и она смогла выдохнуть. Сейчас она ничего не могла изменить. Да и кто сказал, что она должна отказать себе в удовольствии съесть рыбу, овощи, персик, а ещё виноград и пирожное? Так у неё будет больше сил на поиски решений спасти себя и Сансу — от голодного волка толку мало.

Посматривая на сидевшую напротив него девочку, Тайвин отмечал произошедшие в ней перемены. Вместе с тряпьём простолюдинки Арья избавилась от напускной неловкости и грубости. Сейчас, когда не было видно её штанов и сапог, она уже больше походила на юную леди. В строгом сером платье, позволявшем видеть тонкие запястья, шею и хрупкие ключицы, его подопечная казалась непривычно трогательной и беззащитной. Глядя на нож в её руке, Тайвин вспомнил про клинок, который попал ему в руки в Харренхолле. Девочка полна сюрпризов!

Размеренно отправляя себе в рот кусок за куском отменно приготовленной форели, он наблюдал как девочка с поистине волчьим аппетитом накинулась на еду. «Я много ем, но не расту…», — почему-то вспомнилось ему. Конечно же она голодала, но гордость не позволяла ей в этом признаться. Ловко управляясь со столовыми приборами, Арья нет-нет, да допускала некие вольности с застольным этикетом — не самое страшное преступление, по мнению Тайвина. Да, младшая дочь Эддарда Старка мало была похожа на известных ему юных леди. Впрочем, ни одна из известных ему леди не продержалась бы и дня, окажись на её месте.

Покончив с основным блюдом, Арья потянулась за десертом. Всё было необыкновенно вкусно. Она и забыла, когда в последний раз так ела.

— Как прошла Ваша встреча с сестрой? — неожиданно спросил лорд Тайвин.

— Хорошо. Мы поговорили.

— Вы были дружны?

Арья растерялась. К чему эти вопросы? Светская беседа? Между ней и десницей? Или шпионы уже донесли об их планах и предложении Мизинца?

— Не особенно. Но это не значит, что нам не о чем разговаривать! — резко ответила Арья, тут же прикусив язык. Она должна быть осторожнее и не злить Льва! — Санса пережила осаду, — уже спокойнее продолжила она.

— Да, как и вся Королевская Гавань.

— Я видела зелёное пламя в ночи. Это был дикий огонь?

— Да, — подтвердил её догадку лорд Тайвин.

— Но как можно было поджечь целый флот? Ведь у Станниса было намного больше кораблей? — задала вопрос Арья, который волновал её со вчерашнего дня. Все говорили, что флот Станниса сгубило зелёное пламя, но никто не говорил — как.

— Защитникам гавани было достаточно одного корабля с диким огнем. Он наподобие брандера подошел к флоту, разливая зеленую смерть по водам залива. Пущенная с берега стрела подожгла его.

— Брандера?

— Корабля, начинённого горючим материалом. Его подводят к судну и поджигают. Так можно вывести из строя гораздо больший военный корабль. А если повезёт, то и несколько.

— И целый флот, — удовлетворённо кивнула Арья, наконец-то получив ответ на мучившие её вопросы. Этот обед, на который, если признаться честно, она побаивалась идти, оказался вовсе не страшным. А беседа напоминала те, которые лорд Тайвин затевал с ней в Харренхолле. Только сейчас ей не надо было лгать и притворяться. Да и сама терраса Башни Десницы была нечета мрачным развалинам обители лорда Харрена.

Потянув огромную виноградину, призывно смотревшую на неё, Арья продолжила расспрос:

— Это придумал Ваш сын? Лорд Тирион?

Вопрос Арьи неприятно удивил Тайвина. В его окружении о его младшем сыне говорили либо плохо, либо … никак. Первое, что он услышал в этот раз от Серсеи — был рассказ о его неизменном пьянстве и шлюхах. Остальные не слишком спешили опровергнуть её слова. Нельзя сказать, что Тайвин не подозревал, что Тирион был не совсем бесполезен на посту десницы. Будь он вечно пьян, вряд ли смог подготовить город к осаде и навести подобие порядка в малом совете. Но Тайвин не собирался рассуждать об этом. Он прекрасно знал свою дочь и её нелюбовь к младшему брату, но, тем не менее, предпочитал верить её словам, не желая разбираться — повинен в том или ином проступке Тирион или нет. В его глазах совершенных им преступлений было и так слишком много. Одним больше, одним меньше — не имело значения.

Повисшая пауза заставила Арью почувствовать себя неловко. Она слышала, что Тирион, не самый любимый сын лорда Тайвина, но сейчас она не сказала ничего такого. Она помнила карлика, когда тот приехал с королем Робертом в Винтерфелл. Он показался ей смешным и был гораздо лучше всех остальных напыщенных Ланнистеров вместе взятых! Правда, кое-какие любопытные привычки у него были. Утром его нашли спящим в хлеву. Поговаривали, что туда он попал, весело проведя время в борделе. Неудивительно, что Тайвин Ланнистер был недоволен сыном, но ведь он спас город! Разве это не повод гордиться Тирионом?! Молчание лорда Тайвина было ей непонятно.

— Да, это была идея Тириона, — наконец прервал затянувшуюся паузу десница.

— Как его здоровье? Я слышала — он ранен.

— Идёт на поправку.

— В Винтерфелле мама распорядилась приготовить в его комнате много свечей. Она говорила, что лорд Тирион любит читать. Это правда?

— Да. Он получил прекрасное образование, — последовал сухой ответ. Арья сдержалась, и не стала упоминать об истории с хлевом. Ей показалось, что отношения между отцом и сыном были гораздо сложнее, чем виделось на первый взгляд. И рассказ о хмельном сне Тириона в обнимку с овцами их явно не укрепит.

— Это тоже Ваша заслуга? — видя непонимающий взгляд, Арья пояснила, — Вы рассказывали, как учили сира Джейме читать, когда мейстер от него отказался.

— Нет, с Тирионом не было подобных проблем, — удивленно ответил Тайвин. Он и не думал, что девочка это запомнила. А ведь, действительно, он рассказывал ей в Харренхолле о своих уроках со старшим сыном. — А тебя тоже учил читать отец, который вовсе не каменщик? — не удержался он. И тут же пожалел, увидев, как померкли глаза его подопечной.

— Да, ... отец... И септа... А ещё брат Джон, — от тихо накотивших воспоминаний в горле встал ком. Они все словно стояли перед ней — двоё мертвых и один живой. Наверное, живой — о судьбе Джона она ничего не знала.

Уставившись в тарелку, Арья закусила губу. На какой-то миг она позабыла обо всём. Кто она. Зачем она здесь. Странно, но сидевший напротив неё человек, хоть и был главным Ланнистером, не вызывал у неё такой ненависти, как Серсея и Джоффри. Может от того, что тот день его не было на ступенях Септы Бейлора?

— Жизнь жестока с нами. Она не спрашивает, чего мы хотим. Она просто берёт своё. И как бы тяжела не была потеря, надо её принять и идти дальше, — подняв голову, Арья наткнулась на внимательный взгляд зеленых глаз. Она не увидела в них привычной холодности и отстраненности. Нет, не сочувствие или теплота — ей казалось, что Лев просто не знал подобных эмоций, а что-то совсем иное, напоминающее поддержку, почудилось ей в его взгляде. — Найти в себе силы подняться после удара судьбы, каким бы страшным он ни был, и идти дальше.

Поддавшись внезапному порыву, Арья произнесла:

— Милорд, я совсем ничего не знаю о Джоне. Он отправился на Стену, и с тех пор я о нем ничего не слышала… Могу я Вас попросить…

— Конечно, — кивнул лорд Тайвин, — ты к нему сильно привязана?

— Да, я его очень люблю! Он учил меня стрелять из лука, читал со мной истории про рыцарей. Я любила смотреть, как он дерется на мечах.

Тайвин увидел, как оживилась его воспитанница при воспоминании о брате. «Уж не он ли подарил ей тот клинок?» — промелькнула мысль, но спрашивать не стал. Поинтересовался о другом:

— Ты любишь читать?

— Да! Я не поблагодарила Вас за подарок. Истории про Эйгона Завоевателя — мои самые любимые, — впервые за последние пол часа улыбнулась девочка.

— Я рад!

Откинувшись на стуле, Тайвин удовлетворённо кивнул то ли словам своей подопечной, то ли собственным мыслям. Между ним и его бывшей чашницей устанавливались отношения, которые трудно было назвать доверительными, но они оба уже мало напоминали двух врагов. Тогда, в Харренолле её неумелая ложь забавляла его. Подлавливая её на ошибках, он всё гадал — кто же на самом деле его виночерпий? Она была северянкой, это он понял сразу. А вот остальное... Иногда он чувствовал себя крайне неуютно под взглядом серых глаз, блестевших из-под неряшливой чёлки. Сделав вывод, что её семья сражается на стороне Старков, он долгое время считал её дочкой межевого рыцаря или мелкого вассала. И уж точно не каменьщика. То, что она оказалась сестрой Робба Старка превзошло все его ожидания.

Тайвину нравилось разговаривать с ней. Иногда она чем-то напоминала ему Серсею. Та тоже считала, что «большинтсво девочек дуры» и когда-то мечтала об оружии, злясь, что ей не разрешают тренироваться вместе с Джейме.

Сегодняшним обедом он остался доволен, в очередной раз утвердившись в правильности своего решения сделать девочку своей воспитанницей.

====== Глава 1.4. ======

— Арья Старк принята в семью Ланнистер, как воспитанница.

— Что ж, ещё один Старк среди нас, — Тирион первым прервал тишину, повисшую после слов Десницы. — Девочка будет отправлена в Кастерли Рок или останется здесь?

— Арья Старк останется здесь. Она моя воспитанница, — пресёк Тайвин зарождавшуюся дискуссию. От него не укрылось, какое впечатление произвели его слова на собравшихся. Петир Бейлиш, потенциальный жених тётки его подопечной, услужливо смотрел на главу совета. Варис задумчиво ждал, что последует дальше. Мучительное желание угодить деду и матери юного короля одновременно, сделало ещё более жалким Великого мейстера Пицеля. «Непосильная задача», — усмехнулся про себя Тайвин. Относительно Арьи у него с дочерью были диаметрально противоположные намерения. Он видел, каких усилий стоила Серсее её королевская сдержанность. Тирион, казалось, забавлялся сложившейся ситуацией и, особенно, реакцией сестры.

Отпустив всех, Тайвин задержал своих детей.

— Отец, не следует ли нам обменять девочек на Джейме, раз уж теперь они обе у нас? — нетерпеливо произнесла Серсея.

— А разве Робб Старк не считал все это время, что у нас обе его сестры? — Тирион развел в стороны маленькие ручки и наигранно удивленно посмотрел на сестру. Серсея даже не удосужившись скрыть раздражение, оглянулась на брата, напомнившего о её промахе — побеге девочки, который она скрыла от собственного отца.

— Робб Старк отверг переговоры по обмену пленными. Арья останется здесь, — Тайвин по очереди окинул взглядом своих детей. Разодившееся в его душе раздражение, продолжало наростать. Его дети вели себя как обычно — каждый думал только о себе, не пытаясь взглянуть на ситуацию с точки зрения Семьи. Серсея злилась. Тирион откровенно развлекался. Для дочери Арья Старк была помехой в её королевской жизни — досадным напоминанием её собственных промашек и ребёнком унизившего её человека. Тирион пользовался ситуацией, чтобы досадить сестре. И никто из них не думал о будущем. Будущем, которое наступит после окончания войны, когда придет время восстанавливать контроль над мятежными территориями.

— Теон Грейджой убил младших Старков. Санса и Арья станут прямыми наследницами Винтерфелла, — сдерживая гнев, медленно проговорил Тайвин. — И им должно быть оказано соответствующее уважение. Они будут жить в Красном замке столько, сколько потребуется.

Тирион молча слушал отца. Всё, что тот говорил, было логично и разумно. Только вот… — насколько необходимо объявлять Арью Старк личной воспитанницей Десницы? Обычно на воспитание отдавали мальчиков. Правда, его племянница оказалась в Дорне, но там ситуация была совсем иной и Мирцелла была обещана в жены принцу Тристану. Возможно, у отца были более определенные планы на Арью Старк, чем он им рассказал. И оставляя её при себе, он просто опасался, что она опять сбежит, если её отправить в Кастерли Рок.

— Ну что же, семью Ланнистер можно поздравить с пополнением? — философски изрек Тирион. — Как и положено, девочка появилась под нашей крышей благодаря отцу. Хотя и несколько иным способом. Мне всегда хотелось иметь младшего брата или сестру! Спасибо! — «невинно» произнес он.

У Тайвина появилось желание ударить сына. По лицу Серсеи он видел, что дочь с ним солидарна.

— Не думаю, что девочка рассчитывает обрести здесь любовь, — раздраженно высказала она своё предположение.

— Я рассчитываю, что она здесь обретет безопасность и отношение, достойное воспитанницы семьи Ланнистер, — жестко произнес Тайвин, едва сдерживая раздражение. Дочь, нервно покусывая губы, молча смотрела в сторону. Сын, напротив, нагловато пялился, не отводя взгляд.

Тирион откровенно изучал как скрививилось обычно бесстрастное лицо отца на слова сестры. Что-то во всём происходящем смущало его и он не мог понять, что именно. Всё таки ситуация была не столь неординарной и поступок лорда Тайвина был вполне политически оправдан. Реакция Серсеи, да и его собственная так же были предсказуемы, а вот реакция отца… Разговор с семьей дался Тайвину Ланнистеру явно не легко. Так в чём причина? В семье? Или в его новой «сестре» — Арье Старк? И чем больше Тирион об этом думал, тем больше ему хотелось её увидеть.

И он её увидел – на следующий день после семейного совета. С момента их последней встречи прошло два года. Маленькая девочка с него ростом и со смешными косичками, непослушно торчавшими в разные стороны, осталась в далеком прошлом. На него сверху вниз смотрело слегка угловатое юное создание. Короткие волосы, настороженные глаза, непривычная одежда, которой, казалось, не хватало меча на ремне и кинжала в складках полу-платья. Да, отец совершенно прав, оставляя её под надежной охраной Красного замка — девочка, не задумываясь, сбежит при первой возможности.

— Леди Арья, мы вроде как, теперь одна семья…

Арья молча разглядывала карлика. Он не показался ей таким же весёлым и беззаботным, как в Винтерфелле. В глазах, с дружелюбием взиравших на неё, сквозила грусть. Почему-то она не испытывала к нему неприязни, хотя война началась именно из-за него. Если бы Кейтилин Старк не пленила его в таверне на Королевском Тракте, возможно, всё сейчас было бы совсем по другому. Арья никак не могла понять, каким образом её мать пришла к выводу, что Тирион виновен в покушении на Брана? Сейчас же ей было его откровенно жаль — такого маленького, с изуродованным шрамом лицом, так не похожего на своего брата, которым все восхищались.

— Скорее, мы вынуждены жить в одной семье, — улыбнувшись, ответила Арья.

— Ну, тогда, мне вряд ли стоит называть Вас сестрёнкой! — в ответ улыбнулся маленький Ланнистер.

— Если Вы хотите…

— Всегда хотел иметь сестрёнку или братишку! — улыбка карлика стала ещё шире: — Но, похоже, мне повезло — у очаровательной юной леди отважное сердце и хватка настоящего бойца!

— Вы считаете, что женщина может быть воином? — живо поинтересовалась Арья.

— Мне кажется, в Вашей семье такие уже были!

— Моя тетя Лианна умела сражаться, — мечтательно произнесла она.

— А где Ваша Игла?

— Что-о-о?!

— Ваш брат Джон, сказал, что сделал Вам подарок перед отъездом, Вы назвали его Иглой.

— У меня её отняли… Вы ведь ездили на Стену? Расскажите, как там? Как Джон? Вы что-нибудь знаете про него? — вопросы сыпались один за другим. Тирион поначалу даже растерялся. Она была похожа на Джона Сноу — такая же искренность во взгляде, привязанность к брату. Впрочем, этим отличались все Старки, не то, что его семья.

Рассказывая о своей поездке, Тирион не переставал удивляться. Арья Старк была какой-то... живой, яркой и явно не глупой. Чем больше Тирион смотрел на неё, тем больше ему хотелось докопаться до сути — что именно побудило отца приблизить к себе эту юную особу. Был ли это только политический расчёт или нечто большее. Тирион не мог не признать, что ему доставила удовольствие эта беседа. Арья словно не замечала, кто перед ним. Что он — карлик, что у него шрам в пол лица, и что он презираемый всеми младший сын всемогущего Тайвина Ланнистера. Она шутила и сама смеялась над его шутками, слушая забавные истории, которых у него было великое множество. А Тирион, поглядывая на Арью, не мог отделаться от мысли — так зачем она на самом деле понадобилась отцу? Ему было известно, что уже несколько раз после приезда они обедали вместе. А до этого, в Харренхолле, девочка была его виночерпием. Тирион видел насколько она молода, совсем ещё ребёнок, чтобы думать о чём-то ещё, что могло бы вызвать интерес лорда Тайвина. Сейчас отец обратил внимание на её находчивость и остроумие, а что будет, когда она подрастёт? Единственное, что однозначно не вызывало сомнений — только близость к Тайвину Ланнистеру и его открыто заявленный интерес к сёстрам, могли их уберечь от Джоффри и Серсеи.

Арье понравилось болтать с карликом. Тирион был смешным и, главное, хорошо отзывался о её семье. Пожалуй, он был вторым, после лорда Тайвина, с кем ей было интересно. Попрощавшись, она направилась к своему покровителю.

Десница, как уже было заведено за краткие дни пребывания Арьи в Красном Замке, ждал её к обеду. Она сама не заметила, как втянулась в эту её новую жизнь. Первую половину дня она гуляла по саду, стараясь не пропустить ни одного уголка, ни одного перехода. Арья смотрела во все глаза, пытаясь запомнить где стояли караульные, где любили прогуливаться лорды и леди, а где было дозволено ходить прислуге, дабы никому не мешать. Она была уверена, что когда-нибудь ей всё это пригодится, и она сбежит. Но, помятуя то, как она в прошлый раз исчезла из столицы, лорд Тайвин предпринял все меры для её охраны. Её передвижения никто не ограничивал, но и одна она не оставалась ни на мгновение. Чтобы всякий раз по-пусту не злиться, ей пришлось научится не замечать своих вечных спутников — солдат Ланнистеров. Тенистые аллеи, с дорожками, посыпанными песком, могли привести её куда угодно — хоть в рощу, наполненную светом, хоть к фонтану с весело перекликавшимися струями воды, хоть к морю. Неожиданно для себя Арья пришла к выводу, что гораздо приятнее пытаться что-то выяснить, когда вокруг тепло и солнечно. И что нет ничего плохого в том, что на клумбах распускаются цветы, а в садах поют птицы. А ещё она полюбила море. Огромное, синее утром и с оранжевой дорожкой на закате, оно всегда было разным. Как и корабли, спешившие в порт. Арья любила приходить на пирс и глазеть на разноцветные паруса, раздуваемые ветром, и крикливых чаек, вспарывавших небесную синеву.

В садах было много укромных, заброшенных уголков, в которые мало кто заходил. Ныряя под очередную арку, так легко было представить, как сотни лет назад, здесь прогуливались герои прошлого. Стоило закрыть глаза, как ей виделись те, о которых она прочла в очередной книге, принесённой для неё Скопио. Это могли быть прославившееся своей жестокостью Мейгор Таргариен, возвёдший Красный Замок и Эйгон II, скормивший дракону родную сестру. Или Дейрон, прозванный Юным Драконом, улетевший покорять Дорн, да так и не вернувшийся из бескрайних пустынь. Казалось, каждое дерево помнило серебряноволосых королей и королев, столько лет гулявших по этим тропинкам. А ещё отважных рыцарей, облачённых в белые плащи, таких, как Барристан Селми. Но сейчас по тенистым аллеям ступали совсем другие «герои».

Прислушиваясь к разговорам, долетавшим до неё, Арья надеялась услышать хоть что-то полезное для себя. Узнать что-нибудь, что могло помочь Роббу. И узнать, как обстояли дела у самого Робба. Но, похоже, война здесь никого не интересовала. Все обсуждали новую невесту короля Джоффри, самого Джоффри и его героизм, проявленный при осаде. Язвили по поводу Тириона и его нового шрама. Перешёптывались об амурных делах леди такой-то и лорда такого-то. Сколько Арья ни старалась, а известно ей было не больше чем в первый день её приезда. Зато теперь она была в курсе, что в Королевской Гавани процветают заведения Мизинца и какой-то Катайи — чем они занимаются, представить было нетрудно. Что из Простора постоянно везут пшеницу и всякое зерно. Что лучшие шелка — из Кварта, а жемчуг — с Летних островов. И что какая-то леди с совершенно незапоминаемым именем не умеет носить платье, и что оно сидит на ней, как на корове седло. Да, в Харренхолле ей везло гораздо больше. Но ничего в этом удивительного и не было. Разговоры там были совсем не те, и там она была прислугой, здесь —дочерью врага. Заложницей. И, что самое главное, воспитанницей самого Тайвина Ланнистера. При её появлении лица благородных леди и лордов становились нарочито дружелюбными, а глаза обшаривали её так, словно она была неведомой зверушкой. Впрочем, как думалось Арье, она для них ею и была. По отголоскам доносившихся до неё фраз, она поняла, что все были шокированы тем местом, которое она заняла в семье Ланнистер. Обсуждали её побег, её возвращение, её одежду, не особо заботясь, что «милое дитя» и «бедняжка» может их услышать. Что о ней говорили, Арье было всё равно, пока она не слышала «дочери предателя».  Ей тут же хотелось вонзить им в горло Иглу, или чтобы все эти говоруны провалились сквозь землю, до самого пекла. Но Иглы она лишилась и, увы, никто из них никуда не проваливался, а продолжал складывать губы в улыбку глядя ей в лицо и злословить у неё за спиной.

Нагулявшись вдоволь и «насладившись обществом», Арья возвращалась к себе, где с гораздо большим удовольствием читала книги, которые ей приносил либо Скопио, либо давал сам лорд Тайвин. И они были гораздо интереснее дворцовых сплетен. Время в ожидании обеда проходило за изучением манускриптов с жизнеописанием подвигов рыцарей, морских походов, обычаев и традиций дальних земель. Когда Десница не приглашал её к себе, она обедала с сестрой. Но это было крайне редко. Сейчас, сидя напротив него, ей не терпелось заговорить о том, что давно не давало ей покоя, но она опасалась испортить доверительные отношения, установившиеся между ними. Наконец она решилась:

— Милорд, что Вы думаете о женщинах-рыцарях?

— Женщина-рыцарь — понятие нелепое. Рыцарь — это рыцарь, мужчина в броне. Женщина — это женщина, чьё предназначение вовсе не размахивать мечом.

Тайвин уже давно ждал этой темы. Клинок, обнаруженный в Харренхолле, должен был напомнить о себе. И вот, это произошло. Разговор забавлял его. Много лет назад Серсея тоже пыталась отстоять свое право на оружие, недоумевая, почему Джейме всё можно, а ей нет. Сейчас ситуация повторялась — перед ним сидела девочка, его волею ставшая ему фактически дочерью и обиженно смотрела в тарелку.

— Но женщина имеет право на защиту, — тихо произнесла Арья, пытаясь скрыть разочарование. Отчего-то ей казалось, что лорд Тайвин не похож на большинство известных ей лордов. Что он не считает, что место женщины только за столиком с рукоделием. Вяло подцепив воздушный десерт, Арья отправила его себе в рот, почти не чувствуя лимонный вкус. Она так надеялась, что ей позволят хотя бы пострелять из лука!

— Рядом с леди есть мужчина, семья, охрана, чей долг защищать её жизнь и честь, — поучительным тоном изрёк лорд Тайвин.

— А если рядом нет никого кроме врагов? — возразила Арья, мысленно уже попращавшись и с луком, и с мечом.

Налив себя ещё вина, Тайвин посмотрел на притихшую воспитанницу. Она явно расстроилась — воодушевление на её лице сменилось разочарованием. Нервно покусываемая губа, поникшие плечи и гоняемый по тарелке десерт — похоже леди Арья Старк всерьёз настроилась постигать воинское искусство! Тайвин вспомнил о некоем Сирио Фореле, обучавшем, по словам Скопио, младшую дочь Неда Старка владению мечом. Тайвин был против такого рода забав и в своё время пресёк поползновения Серсеи тренироваться наровне с братом. Но кое в чём сидевшая напротив него девочка была права — ещё совсем недавно кроме как на себя рассчитывать ей было не на кого. Ему вовсе не хотелось, чтобы его воспитанница уподобилась тем несчастным, кого боги обделили женственностью и заставили отвоёвывать место под солнцем с мечом в руке и на боевом коне. Он видел этих «женщин-рыцарей» — с обветренным и потемневшим от пребывания на солнце лицом, натруженными руками, широкими плечами, привычными носить тяжести. Воин Вестероса — человек, одетый в броню, держащий меч — слишком суровое испытание для непредназначенных для этого хрупких созданий. Но Арья права — защитить себя должен уметь каждый, вне зависимости от пола. Никто не знает, что ждет их всех впереди.

— Право на защиту имеет каждый. Но не каждый способен им воспользоваться. И вовсе не обязательно для этого становиться рыцарем, — потягивая вино, наконец ответил Тайвин.

— Но как же тогда отразить нападение? — тут же оживилась Арья.

— Уклониться. А затем нанести ответный удар.

— Удар, чем? — в голосе его подопечной прозвучала ирония.

— Всем. Если ты говоришь о праве на защиту как женщина, значит и защищаться должна как женщина.

— Вцепиться ногтями в лицо и искусать?! — фыркнула Арья.

— Ха! Я сказал как женщина, а не как волчица! — оба рассмеялись, представив поверженного и искусанного ею врага. Вернее, рассмеялась Арья — задорно и от души. Десница издал лишь короткий смешок, а в его глазах заплясали сотни золотистых искорок.

— Так, что тогда? — хитро прищурившись, спросила Арья.

— В традициях многих народов есть женщины-войны. Особенно на Востоке. Вместе с Таргариенами в Вестерос пришла слава о воительницах с мечом в руке.

— Весения!

— Да, Весения. Но все-таки сложно быть и девушкой и рыцарем одновременно. Наше военное искусство слишком тяжело для женщин физически. Однако это не значит, что женщина и оружие — вещь не совместимая. Выпущенная из лука стрела и ловко примененный кинжал в случае опасности могут сохранить жизнь.

Покидая лорда Тайвина, Арья прокручивала в голове всё им сказанное. Похоже, ей всё-таки позволят возобновить тренировки! Но с кем и какие именно? Наймут ли ей нового учителя фехтования? Или, быть может, она будет стрелять из лука по мишеням?

Задумавшись, она чуть не налетела на мастера над шептунами, спешившего на Малый совет. Уступив дорогу воспитаннице Десницы, Варис посмотрел ей в след. Он впервые видел дочь Неда Старка после её возвращения. Румяные щеки и пухлые губки шаловливого ребенка остались в прошлом. Вытянутое лицо принадлежало девочке-подростку, ещё не готовой вступить во взрослую жизнь, но уже оставившей детство где-то там, далеко позади. И глаза. Серые, бездонные. Они не имели возраста. Такие глаза были у тех, кто был вынужден резко повзрослеть. У тех, кто видел смерть. И, возможно, кто убивал сам. Зачем она Тайвину Ланнистеру? Кто она для него? И кто он для неё? Пока не получены ответы на эти вопросы, нельзя быть уверенным, что новая обитательница Красного Замка не представляет угрозы. Маленький волчонок, которого никто не воспринимает всерьез — всем интересно только её фамильное имя. Но мастер над шептунами знает особую ценность тех, кого обычно не замечают. Его пташки — мальчики и девочки разлетались далеко за пределы Вестероса. Кто лучше ребёнка незаметно для всех услышит, увидит и расскажет всё своему старшему другу и наставнику? Он платил им кровом, едой и звонкой монетой. А чем платил Тайвин Ланнистер своей девочке? Кого он в ней видел? Определённо, он будет ещё ни раз беседовать со своей воспитанницей. Что услышит от неё Десница? Что захочет она рассказать своему наставнику? Наставнику, обладающему притягательностью власти, огромного богатства и опыта, и столь вовремя появившемуся в жизни ребенка, потерявшего отца и поддержку семьи. К чему приведет их общение? Девочка скоро повзрослеет. Превратится в девушку. Всем известен аскетичный образ жизни лорда Тайвина. Но кто знает, кто знает… Короля определяет свита. И отчего-то именно Арью Старк меньше всего ему хотелось бы видеть рядом с человеком, правящим Семью Королевствами.

====== Глава 1.5. ======

Маленькая, избалованная северная леди, презрительно относящаяся ко всему, что отличает женщину от мужчины и считающая себя истинным воином и храбрецом — Зара Сент отстраненно изучала свою подопечную. Девочка, кидая изподлобья яростные взгляды, явно рассчитывала увидеть здесь кого-то другого.

Арья чувствовала себя неуютно рядом с высокой, стройной южанкой. Несколько минут назад Скопио привел её в закрытый внутренний дворик и оставил наедине с новым учителем. Дорнийка не имела ничего общего с Сирио Форелем. Во первых,  она была женщиной. И очень красивой. Во вторых, она ей не понравилась. Точнее, они обе не понравились друг другу.

— Начнём, — безо всяких вступлений её наставница сделала едва заметное движение и Арья оказалась лежащей на земле с ножом у горла.

— Эй, какого..! — запротестовала она, пытаясь подняться.

— А что, девочку обычно предупреждают заранее о нападении?

— Нет, но ведь это урок!

— Да урок. Но жизнь может преподнести свой урок раньше, чем думает девочка. И поэтому у неё нет времени на любезности.

— Жизнь уже преподнесла мне достаточно уроков! — в Арье закипала злость, на эту холеную красотку, пытающуюся её наставлять.

— О да, девочку обидели. У девочки отняли отца.

 Не помня себя от ярости, Арья накинулась на женщину, и, пролетев мимо, упала на траву.

— У девочки отняли братьев.

 Арья вскочила и попыталась ухватить обидчицу за руку и снова оказалась на траве.

— Её мать далеко и не может поцеловать её перед сном, — и снова карие глаза Зары Сент насмешливо смотрели на ученицу, когда та, барахтаясь после очередного падения, пыталась подняться.

— Вы, кажется, должны меня учить, а не валять по траве, — зло произнесла Арья.

— А это, что — не урок? — насмешливо ответила дорнийка.

— Я знаю, как выглядит урок! Я занималась с Сирио Форелем!

— О, первый меч Браавоса!

— Да, он самый!

— По видимому, у нас с ним разные подходы к обучению.

— Да! Мы сражались на мечах, а не занимались пустяками!

— Правда? Сражались на мечах? Ну, а на мой взгляд, нужно начинать с самого главного противника.

— И с какого же? — презрительно фыркнула Арья.

— Уж явно не с того, кто стоит напротив тебя с мечом в руке, заняв позицию для удара.

— Тот, у кого в руке меч и есть самый главный противник, — не унималась Арья.

— Возможно. Но чтобы победить его, сначала надо победить себя!

— Как это?

— Кто-то слишком вспыльчив, кто-то излишне самоуверен, — Зара насмешливо окинула взглядом свою подопечную.— Кто-то труслив. Здраво оценивать себя и свои силы — первый шаг к победе.

— И какой же второй? — недоверчиво прищурилась её ученица.

— Второй? — сверкнув темными глазами, дорнийка тихо ответила. — Ну, и что ты будешь делать против воина? Кто мы против него? Он сильный, высокий, в тяжёлой броне! И в этом его слабость. А мы? Мы маленькие, ловкие — и в этом наша сила. Чтобы победить, нужно для начала выжить. Надо знать себя. Уметь контролировать себя. Видеть и читать того, кто против тебя, как открытую книгу. И тогда у тебя будет шанс. А иначе… Иначе ты просто маленькая северная леди, стоящая напротив человека, который хочет тебя убить.

Время до полудня пролетело незаметно. Арья пыталась повторить движения Зары, уклоняясь от учебного кинжала и меча, но ей было далеко до кошачьей грации дорнийки. Всё, чему она научилась — видеть только явные намерения наставницы.

Наспех поправив свою одежду, Арья направилась к себе. Две тихие тени в алых плащах привычно следовали на отдалении. Поднимаясь по ступеням, ведущим в жилую часть Красного замка, она заметила суету на площадке перед анфиладой. Присутствие белых плащей указывало на то, что там был король. Неприятная встреча, которой до этого времени удавалось ей избегать, неотвратимо приближалась.

— Неужели это Арья Старк! — визгливый ломкий голос юного правителя сообщил всем, что он её заметил. Подойдя, Джоффри остановился в шаге от неё.

Арья замерла, не в силах пошевелиться. Как она ненавидела его! Если бы силой мысли можно было убить, то он уже давно валялся бы в пыли у её ног... Но такой способ убийства ей был не знаком. И потому он был жив! Жив и радовался солнцу, ветру, поклонению глупцов, считавших его истинным королем и спасителем города! А её отец был мёртв!Мёртв!!!

Арье стало трудно дышать. Хотелось сделать шаг и... и... И ничего. Если бы у неё была её Игла. Или кинжал. Да хоть столовый нож. Но у неё не было ничего, кроме её собственных рук. Но одними руками до ненавистной ей шеи коронованного ублюдка не дотянешься. Хотя, будь они наедине, она неприменно бы это сделала. А пока она стояла и молча смотрела на «первого имени своего», мысленно повторяя: «Джоффри, Серсея, Илен Пейн… Джоффри…»

— Леди, да Вы подросли! Вас не узнать! Хотя, о чем я говорю, — сам себя поправил король, приближаясь к Арье. Его лицо скривилось, в предвкушении мерзкой шутки. — Кто ещё кроме младшей дочери предателя, может в таком виде появляться на людях! — и, словно приглашая всех посмеяться, он показал на её растрепанную одежду, со следами травы: — У Вас всегда были странные привычки и странные друзья! Хотя, может, это и обычное дело для северян — жить среди волков и спать с ними в грязи!

— Что совершенно недопустимо для юной леди, — спокойный голос королевы-регент и её снисходительно-внимательный взгляд, казалось, были призваны добить Арью. Царственная и красивая Серсея одарила её легкой монаршей улыбкой: — Боюсь, именно поэтому, Вашему дедушке пришлось заняться её воспитанием. Как выяснилось, не все девицы Старк обладают врожденным вкусом и манерами! Идёмте, Ваша Милость — более достойные Вашего внимания ждут нас! — подхватив сына под руку, королева-регент увлекла его в сторону сада. Процессия придворных потянулась за ними, тут же позабыв о девочке.

Арья не помнила, как дошла до своих покоев. Перед её глазами стояли лица отца и всех тех, кого она знала с детства. Всех людей, казненных по приказу Джоффри и Серсеи.

Её служанка, не говоря ни слова, наполнила ванну и помогла снять испачканную одежду. Расслабившись в теплой воде, Арья начала успокаиваться. Она отомстит! Придёт время и она отомстит! Хорошо, что лорд Тайвин не ждал её к обеду — спокойно сидеть напротив деда и отца своих главных врагов сегодня вряд ли удалось бы. А злить Льва в её планы не входило. Лучше она проведёт время с Сансой.

Тайла подала ей чистую одежду. Платье, сшитое наподобие первого, было более открытым. Серый, замысловато переплетенный атлас почти полностью оголял руки, частично плечи и спину, на уровне ключиц удерживался узкой серебряной пластиной со строгим геометрическим узором. Свободно свисавшие, ни чем не сцепленные внизу полотнища юбки были асимметрично скошены, заходили друг на друга заканчиваясь, справа чуть ниже колена, слева на уровне середины икры. Новое творение портних понравилось Арье ещё больше. Оно было удобным. Не было дурацких воротников и розочек, что так любила Санса. А ткань была мягкой и приятной. Она холодила кожу, струясь и обтекая тело подобно воде в жаркий день. Так же гардероб Арьи пополнился легкими штанами и сапожками из тонкой кожи, прекрасно сочетавшимися с платьем.

Солнце светило в зените, когда Арья постучалась в комнату Сансы. Та больше не заговаривала о побеге, и это немного смущало Арью. Если у Мизинца были относительно неё планы, то он все равно постарается их осуществить. Правда, сейчас это стало сложнее. Идеальное время было упущено.

Пообедав, сёстры переместились в сад. Разговор не клеился. Как обычно, Сансу интересовали наряды и романтические истории, имевшие мало общего с реальностью. А всё сказанное Арьей, воспринималось как глупость и нелепость. Новое платье, по мнению Сансы, было слишком странным и вызывающим. Но ткань ей определенно понравилась — легкая и плотная, она прекрасно подходила для юга. Это было единственное, заслужившее одобрение старшей Старк. Замечание, что Тирион неплохой человек, несмотря на то, что он Ланнистер, вызвало у сестры искреннее недоумение:

— Но, он — карлик! Он — урод!

— Да карлик, но вовсе не урод! Он умный и у него всё в порядке с чувством юмора! — разозлилась Арья.

— Ты ещё скажи, что у Тайвина Ланнистера все в порядке с чувством юмора!

— Ещё как в порядке — мы вчера здорово повеселились, обсуждая боевые искусства! — конечно слово «повеселились» мало подходило к описанию реакции лорда Тайвина на её слова, но один вид Сансы с открытым ртом, стоил её маленького вранья.

— Повеселились?! Обсуждали боевые искусства?!

— Именно! А сегодня я уже тренировалась с Зарой Сент!

— … Тренировалась?! С какой Зарой Сент?!

— Это мой новый учитель. Она из Дорна. Там не считают зазорным, если женщина владеет оружием.

— Все женщины, кто владеют оружием, похожи на мужчин. Вряд ли кто-либо обратит на них внимание и уж точно никто не возьмёт замуж!

Нет, воистину мир мог рушиться, города сгорать в огне, но жизнь Сансы Старк была сосредоточена вокруг одного — замужество!

— Ты просто не видела Зару. Она очень красива и, уверена, мужчины за ней толпами ходят! — ехидно заметила Арья.

— За кем мужчины ходят толпами? — показалось, что Маргери Тирелл выскочила из кустов — настолько внезапно она появилась. Большие глаза лани, густые русые волосы и чистая кожа новоявленной невесты короля Джоффри делали её очень привлекательной. — Санса, дорогая, это твоя сестра? Наконец-то мы познакомились! Я столько о тебе слышала. Вы совсем не похожи! Какой удивительный у тебя наряд! Мне говорили, что ты приехала в костюме мальчика! И ещё, что ты любишь оружие и готова сама сражаться на мечах, — Маргери щебетала без остановки, мило улыбаясь сёстрам. Но Арье почему-то было неуютно рядом с ней. Ей казалось, что карие глаза неустанно ощупывают её, ища брешь в её броне. Дружелюбие будущей королевы казалось ей наигранным.

— Леди Маргери, представляете, моя сестра утверждает, что её новый учитель боевых искусств — очень красивая женщина! — со снисходительной улыбкой молвила Санса, призывая более взрослую Тирелл в союзницы, дабы урезонить сестрёнку-хвастунишку.

— Учитель боевых искусств? Женщина? В войсках Ренли была одна женщина — она победила Лораса на турнире. Но назвать её красивой мог только слепой! Её рост, о боги — она была выше всех мужчин! Не знаю, правда, куда она делась! — округлив глаза, продолжая щебетать, Маргери подхватила Сансу под руку. — Арья,  так ты учишься драться на мечах? Как необычно!

Разговаривая, они дошли до стены, где под сенью деревьев расположилась Королева Шипов. Пожилая женщина издали наблюдала за приближающейся к ней компанией.

От пристального взгляда, которым её обшарила бабушка будущей королевы, Арье стало не по себе. Она уже привыкла, что все на неё пялились. Но леди Оленна изучала её ни сколько не стесняясь. Арья не удивилась бы, если бы она захотела её потрогать. Переводя взгляд с Арьи на Сансу, Тирелл словно сравнивала их между собой. Уже жалея, что она решила провести этот день с Сансой, а в итоге оказалась в этом ... «розарии», Арья тоскливо поглядывала по сторонам.

Оленна Тирелл с приветливой улыбкой ждала когда Маргери и её спутницы подойдут поближе. Сансу она уже видела и не раз беседовала с ней, получив от неё нужную информацию о женихе своей внучки. А вот младшую Старк приходилось лицезреть впервые. Ей говорили, что девочка своевольна, но при этом непосредственна и очаровательна. Пожалуй, Арья несколько угловата и дика — настоящий голенастый волчонок! Коротко остриженные волосы, непокорная челка, закрывающая глаза, худенькие ручки. А до чего же странно она одета! Странно, но вместе с тем элегантно. Хоть сейчас верхом на лошадь или в бой с мечом в руке — истинная воинствующая принцесса! А какие ткани, кожа и отделка! Да, Тайвин Ланнистер не экономит на своей подопечной! По сравнению с ней, её сестра выглядит, как бедная северная родственница. Да и держится Санса не столь вызывающе. Оленну раздирало любопытство — почему Десница лично занялся воспитанием младшей Старк? Логичнее было бы поручить её семье Кивана или Дженне.

— Бабушка! Я привела к Вам Сансу и её сестру — Арью, — Маргери мило улыбнулась.

— Садитесь, мои дорогие! Я рада видеть вас обеих! — глубоко-посаженые глаза старой Тирелл лучились теплотой и заботой. — Как тебе живется в Красном замке после возвращения? — обратилась королева Шипов к Арье. — Мы все были шокированы твоей историей! Скитаться, притворяясь мальчиком! Изображать прислугу! И, в итоге, оказаться воспитанницей десницы! Надеюсь, он тебя не обижает? — леди Оленна участливо наклонила голову.

— Нет, миледи. Лорд Тайвин добр ко мне, — сдержанно произнесла Арья.

— Ты можешь быть с нами откровенной, здесь тебе нечего бояться! — продолжала Оленна Тирелл.

— А я ничего и не скрываю! — удивленно возразила девочка. — Лорд Тайвин ни в чем не ограничивает меня!

— Действительно, ей даже выделили учителя боевых искусств! — мило улыбаясь, произнесла Маргери.

— Вот как! Это очень необычно, — удивилась леди Оленна. По выражению лица Арьи она поняла, что откровенности о лорде-деснице здесь ждать не приходится. Это не Санса, рассказавшая о чудовищных поступках Джоффри, стоило ей только посочувствовать.

Арья молча ждала продолжения допроса. Санса права — Маргери и Оленна Тирелл очень милые леди и всегда окажут поддержку … друг-другу и членам своей Семьи. Но не кому-то другому. Здесь каждый сам за себя. И просто так никто ничего не делает. Очередной желающий помочь бедняжкам-сестричкам, попавшим в беду и преследующий при этом свои интересы! Мизинец был первым, Тиреллы — вторые. Кто третий?

====== Глава 1.6. ======

Арья увернулась от острия меча, но воспользоваться кинжалом не успела.

—Намного лучше! — похвала от Зары была редкостью. Однако, ей хотелось большего. Теперь была её очередь нападать. Сжав рукоять тренировочного меча, она не раздумывая сделала выпад. Дорнийка неуловимо отклонилась, её рука крутанула кинжал, захватив его непривычным способом, и … всё было в очередной раз кончено — затупленный кончик щекотал ребра Арьи. Снова и снова она то нападала, то пыталась защититься. Оружие, по виду напоминавшее игрушку, по очереди пряталось в складках одежды – её и дорнийки. Уклониться, выхватить кинжал, движение рукой, удар. Всё это напоминало танец. Но вовсе не танец воды, которому учил её Сирио Форель. Это был танец смерти в исполнении женщины.

Арья больше не злилась на своего учителя. Всё в их общении было удивительным и необычным: и непривычное «ты», звучавшее скорее сближающе, чем панибратски, и то, чему её учила дорнийка. Как и сама женщина. По просьбе Арьи, Зара больше не называла её девочкой — уж больно их общение в первый день напомнило Якена. Неожиданно для себя Арья поняла, что дорнийка ей нравится. Как и то, чему она её, Арью учила. Оружие в руках женщины было не менее опасным, чем у самого прославленного рыцаря. Она прекрасно владела и алебардой, и мечом, и кинжалом. И при этом она всегда была красивой и какой-то ... необыкновенной. Никого похожего на неё Арья не знала. Наверное именно такой и была легендарная Нимерия. И Висения.

В перерывах между тренировками, дорнийка рассказывала ей о своем детстве, о родине. Зара Сент была бастардом, плодом любви знатного мужчины и простолюдинки. Отец, забрав дочь из дома, ни в чем её не ограничивал. Она много путешествовала, говорила на разных языках, была остроумной и весёлой. Когда–то судьба свела её с корабелом, строившим самые быстроходные суда. По приглашению Хранителя Запада, он прибыл в Ланниспорт, а вместе с ним и Зара Сент. После его смерти, женщина готова была вернуться в Дорн, но поступило предложение от Десницы, показавшееся ей заманчивым. И вот она здесь, обучает владению кинжалом и мечом его воспитанницу, Арью Старк.

Помимо Зары Сент, лорд Тайвин приставил к Арье еще одного учителя — старого Иларио, родом из Волантиса. Худощавый южанин приходил к Арье каждый день после полудня. Расположившись на террасе её покоев, они обсуждали прочитанное ею накануне. За их беседой оживали как далёкие страны, так и с детства знакомые ей места. Говоря об истории Миэрина, Дорна, Речных и Западных земель, Иларио незаметно вплетал в своей рассказ торговые связи, особенности земледелия, приграничные споры. Рассуждения, почему развязалась та или иная война, подкреплялись данными о сильных и слабых сторонах противников, возможных экономических и политических союзах. Разбор битв и сражений сопровождался математическими подсчетами людских потерь с обеих сторон и тем уроном, что нанесло кровопролитие. Ненавязчиво, на примере одной семьи, Иларио заставлял Арью анализировать сложившуюся ситуацию — сколько людей направить сражаться, сколько оставить на защиту собственных земель, сколько средств выделить на войну, а сколько на домашние нужды. В отличие от уроков септы, с её нудными наставлениями, такое практическое изучение ведения хозяйства нравилось ей гораздо больше.

А ещё она увлеклась валирийским. Вдохновленная примером Зары, Арья сама попросила об этом Иларио. Теперь вечерами она сидела с книгой в руках или за письменным столом, тщательно выводя на пергаменте витиеватый узор древнего языка. Кидая взгляд на ажурные колонны террасы, она видела отблески света, долетавшего из окон кабинета лорда Тайвина. Мысль о том, что она, как и десница занята изучением и написанием документов, вызывала у неё улыбку.

Со своим покровителем она виделась почти каждый день, и нередко, темы, затронутые в уроках с Иларио, обсуждались и с лордом Тайвином. Больше всего ей нравилось всё, что было связано с битвами и сражениями. Вот и сегодня разговор коснулся ведения войны.

— И как нужно воевать? — слегка наклонив голову вперёд, её наставник ждал ответа.

— По законам чести! — ни секунды не раздумывая, выпалила Арья.

— Значит, для победы — главное следовать законам чести?

— Главное — выигрывать сражения, — важно изрекла Арья, и ей самой стало смешно.

— А потом?

— Что, потом?

— Юная леди ведёт войска в бой, побеждает в сражении и, что дальше?

— Дальше? А, что может быть дальше? — Арья не знала.

Тайвин, внимательно смотрел на свою воспитанницу. Их спор, в очередной раз родившийся из обсуждения уроков истории, доставлял ему удовольствие. Идея пригласить Иларио, уже не казалась такой уж безумной, как в начале. Обычно за обучение девочек в знатных семьях отвечали септы. Они занимались с ними рукоделием, домоводством, правилами этикета. Гораздо реже в процессе участвовал мейстер. Они готовились к замужеству, и это считалось достаточным. Но, попав в могущественную Семью, юная леди могла оказаться сопричастной к куда большим делам, чем ведение домашнего хозяйства. Женщина, сначала как жена, а затем, как мать наследников могла сыграть не последнюю роль в политике. Ни для кого не секрет, что Хайгарденом на самом деле управляла Оленна Тирелл, а вовсе не её сын. От Лизы Аррен напрямую зависела судьба Долины. К сожалению, Серсея, по видимому, не слишком прислушивалась к наставлениям отца, а уроков септы и мейстера было явно недостаточно. В браке с королём она повела себя не лучшим образом, а рождённый ею наследник престола был, мягко говоря, не готов управлять страной. С Арьей он подобных ошибок не повторит. В его планах было не просто формальное влияние на Север через сестёр, а попытка воспитать союзника, чья преданность будет держаться на осознании необходимости крепкого совместного сосуществования всех территорий Вестероса — как южных, так и северных. Ну что же, возможно это ему и удастся. Войны рано или поздно заканчиваются, а бывшие враги продолжают жить в новых условиях, ценя хрупкий мир больше чем когда-либо до этого.

— Дальше нужно решать, что делать с пленными, с ранеными. Как пополнить запасы провианта, избежать недовольства в войсках: — продолжил лорд Тайвин, слегка наклонив голову вперёд и внимательно глядя на Арью. Она больше не боялась этого взгляда. Он никогда не был одинаковым, во всяком случае, для неё. Он мог быть холодным и задумчивым, ироничным и одобряющим, иногда с сотнями золотистых искр, подобных маленьким смешинкам. Времена, когда она могла лишь трепетать от страха в его присутствии, постепенно становились далёким прошлым. Вместо этого приходило чувство тайного удовлетворения, в котором ей и самой себе стыдно было признаться. Близость к человеку, державшему в своих руках Семь Королевств, порождала ощущение избранности.

— Ты говоришь, что главное — поступать по чести и побеждать в бою. А, что велит честь, если провианта на всех не хватает?

— Надо уменьшить его выдачу.

— Голодный солдат сражаться не будет.

— Надо его где-то взять.

— Где?

— … Конфисковать? — несколько растерянно произнесла Арья, понимая, что этот ответ ей совсем не нравится. Тут же в памяти всплыли земли, разорённые Горой. Но ничто другое в голову не приходило.

— Хм, в мирное время это называется «ограбить», — кивнул Тайвин, насмешливо глядя на свою воспитанницу. Мучительный поиск решения отражался на её лице. Арью ставили в тупик эти практические жизненные вопросы. Для неё никогда не вызывали сомнений такие понятия, как честь, долг, война. Если в руках оружие — надо действовать! Оказывается, всё было не так просто. Внезапно взгляд её прояснился:

— Нужно заключить союз и получить подмогу — войска и всё, что необходимо!

— Хорошее решение, — согласился Тайвин. — Надёжные и сильные союзники — половина успеха в войне, если не больше. Но проблема провианта — не единственные сложности, с которыми можно столкнуться.

— Да? — Арья с удивлением смотрела на своего покровителя, ожидая вопроса или подсказки. Но он вовсе не спешил помогать ей. Откинувшись на спинку стула, Десница с явным удовольствием потягивал вино и ждал, пока она сама сообразит, что именно он имел в виду. Покусывая губу, она пыталась вспомнить, что именно они обсуждали вчера с Иларио. Внезапно пришло озарение:

— Нужно оружие! А ещё доспехи — ведь их можно повредить в бою! И раненые. Ещё есть раненые, которым понадобиться помощь! И много чего ещё! — её губы сложились в радостную улыбку, когда Арья поняла, что она угадала. Всё это напоминало игру. Игру не менее увлекательную, чем тренировка с Зарой. Утром она сражалась один на один с вооружённым противником, а сейчас — решала задачу, как противостоять целой армии. И она не могла сказать, что именно ей нравилось больше.

— Да, всё это может стать проблемой, — удовлетворённо кивнул лорд Тайвин. — На войне не бывает мелочей. Нужно учитывать всё. Даже то, что лошадь может лишиться подковы. И что делать?

— Надо грамотно использовать то, что есть.

— Каким образом?

— Как Вы, в Харренхолле! — Арья с азартом смотрела на наставника: — Вы отменили казни и отправили пленных на работы. Среди них оказались кузнецы, мастеровые и просто сильные мужчины, — она была довольна собой.

— Хорошо! Рационально использовать пленных, а не тащить их за собой — неплохая стратегия. Ну, а как ты поступишь с недовольными?

— С недовольными?

— Да, с недовольными. Почему это важно?

..., — Арья несколько растерянно вертела в руках персик. Этот вопрос поставил её в тупик, и она никак не могла найти ответ.

— Недовольство среди солдат подрывает дисциплину, а ответственность за это всегда лежит на их командире, — слегка подавшись вперёд, назидательно изрёк лорд Тайвин.

— Да.., — тихо протянула Арья. Возможно, она ещё не могла точно сформулировать, что именно пытался донести до неё наставник, но начинала понимать, о чём шла речь.

— Всегда найдётся парочка командиров, считающих, что правы они, а не ты. А ещё, несколько десятков солдат, мечтающих вернуться домой, в тёплые постели. Так как с ними быть? — потягивая вино, лорд Тайвин продолжал задавать вопросы. Обед уже закончился, и они просто беседовали, расположившись на террасе. Десница сидел в расслабленной позе в ожидании решения своей воспитанницы. Но на этот раз вопрос был слишком сложным для Арьи. Она не хотела произносить слово «казнить», но другого выбора не видела, а потому продолжала молчать. Налив себе ещё вина, лорд Тайвин ответил за неё:

— Решать проблему недовольных нужно всегда по-разному. Наказание одного-двух солдат может сдержать остальных. Если дело касается знаменосцев — всё не так просто. За знаменосцами стоят их Семьи. Необдуманный поступок может привести к большим потерям, чем проигранное сражение. Здесь нужно взвесить все за и против и иногда пойти на компромисс.

— То есть, лордов казнить нельзя?! — недоверчиво воскликнула Арья. Уж этого она точно не ожидала ото Льва.

— Можно. А иногда даже нужно. Для каждого поступка есть своё время и место. Излишняя принципиальность и следование правилам не всегда верно, если дело касается людей, за которыми стоят другие люди. Сколь бы тяжким и очевидным не был проступок, лишить жизни лорда и лишить жизни солдата — не одно и то же. В первом случае можно потерять поддержку целого Дома, во втором — поддержать дисциплину. Ни что так не сдерживает других, как известие о чьей-то смерти. И ни что не сможет так подтолкнуть других на ещё более не обдуманные поступки, — зелёные прозрачные глаза, казалось, заглянули Арье прямо в душу. «…И дождь в пустынный зал по лорду слёзы льёт…» вспомнилось ей.

— А разве можно все просчитать наперед? — тихо произнесла она. — Вы отдаете приказ, кто-то гибнет…

— А кто-то остаётся. Его семья. Неизвестные тебе сподвижники, которые могут оказаться ближе, чем ты думаешь. Удар может прийти от куда угодно, — всё так же пристально глядя в её глаза тихо продолжал Тайвин Ланнистер.

 — Тогда надо быть готовым ко всему. Усилить охрану, — так же тихо в ответ произнесла Арья. Губы и язык отказывались повиноваться. Внутри всё сжалось. «… Его семья… удар может прийти от куда угодно…». Семья казненного его внуком человека вела против него войну. И она, Арья — часть этой Семьи, чтобы он не делал! Неужели Льву известны её планы — помочь Роббу в борьбе против него? Но, что она может?! Взять кинжал и вонзить между рёбер, как учила Зара? Да, ей это проще сделать, чем кому-либо другому, ведь Лев так близко подпустил её! Ближе самого близкого друга!

Словно читая её мысли, лорд Тайвин продолжил:

— Охрана защитит от врагов, но не от друзей.

====== Глава 1.7. ======

Слова лорда Тайвина не давали Арье покоя. Что это было — скрытая угроза-предупреждение не делать глупостей? Очередное наставление своей воспитанницы? А, может, ему стало известно о предложении Мизинца? Или она чем-то выдала свои намерения помочь семье? Но она ничего не сделала. Всё что она могла — это смотреть во все глаза и слушать. Красный замок — не Харренхолл, и она больше не прислуживает Тайвину Ланнистеру. Шанса увидеть важный документ, как это случилось, когда Арья была виночерпием — у неё нет. Дальше террасы, примыкавшей к залу Малого совета, она не проходила. В кабинете Десницы она была лишь раз. Да и придумай она повод явиться туда снова, вряд ли лорд Тайвин оставил бы её одну. Размышляя о том, почему у неё ничего не выходит, Арья всякий раз злилась на саму себя — всё это лишь глупые отговорки. Если она намерена помочь Роббу, то надо действовать. Но, кроме надежды на то, что рано или поздно, удача ей улыбнётся ей, пока рассчитывать не приходилось. И, наконец, этот же день настал — удача ей улыбнулась.

Арья была у себя, когда Скопио пришел сообщить, что планы Десницы изменились, и их совместный обед отменяется. Уже почти закрыв за ним дверь, она услышала шаги — лорд Тайвин прошел мимо в сопровождении охраны. Выглянув, Арья заметила, что на неё никто не смотрит — её личная охрана провожала взглядом Десницу.

Выскользнув из комнаты, она направилась по коридору. У входа в зал Малого совета стояли двое гвардейцев. Всё как всегда. Ничего не выйдет. Но, определённо, боги сегодня были на её стороне. Боги и кошки.

Пошарив по полу, Арья нашла камешек. Дремавший на подоконнике кот, никак не ожидал нападения. Вырванный из сладких снов камнем, угодившим прямо в рыжий бок, он, с возмущенным воплем, подскочил, смахнув на пол горшок с цветами, горшок, падая, задел большую напольную вазу, ваза задела… — что там задела ваза было уже не важно. Грохот, разносившийся по башне Десницы и за её пределами, заставил Арью буквально слиться с холодной стеной ниши.

Несчастный кот умудрился свалиться прямо в падающую вазу. Возмущенное мяуканье превратилось в жуткий утробный вой, переполошивший весь замок. Топот спешивших со всех ног солдат наполнил коридор. Раздраженно поругиваясь, они не заметили, как тяжёлые, резные двери, ведущие в зал Малого совета и кабинет Десницы, бесшумно закрылась вслед за проскользнувшей в них тенью.

Замерев, Арья прислушалась к тишине, стоявшей в покоях. Никого. Она здесь одна. Да и кто мог рискнуть пробраться ко Льву, когда его нет дома? Только Волк.

Осмотрешись для пущей уверенности, Арья направилась в сторону кабинета лорда Тайвина. Сердце бухало где-то в горле, а дыхание сбивалось. Было и страшно, и волнительно одновременно. Обычно, она сразу шла на крытую террасу, где был сервирован к обеду стол, свисали цветы из напольных ваз, подставляя свои лепестки свежему морскому бризу. Сейчас, впервые с того памятного дня, когда лорд Тайвин сообщил о решении сделать её своей воспитанницей она прошла дальше.

Яркое солнце освящало зал Малого совета. Светлые блики перескакивали с высоких спинок стульев, скользили по длинной полированной поверхности столешницы и терялись в глубине комнаты. Оскалившиеся кованые хищники, замершие на решётках, лениво провожали взглядом непрошеную гостью. Выхваченные лучами солнца резные фигурки львов и волков, прервав свою схватку на карте Вестероса, в недоумении повернули головы в её сторону.

Подавив внутреннюю дрожь, Арья подошла к письменному столу. Именно здесь Тайвин Ланнистер проводил большую часть своего времени. Здесь подписывались изданные им указы. Отсюда разлетались вороны с тайными посланиями. Здесь вершились судьбы государств и отдельных людей. Арья почувствовала, как у неё подгибаются колени. Она не просто в логове Льва. Она преступила все мыслимые и немыслимые законы. Если её обнаружат, сказать ей в свое оправдание будет нечего.

Выдохнув, она сделала шаг к рабочему столу лорда Тайвина. Чернильница, перо, песок и бумаги, бумаги, бумаги … свёрнутые в свитки, разложенные в стопки, с пометками и без. Арья растерялась. В Харренхолле документов было гораздо меньше. Ее рука потянулась за первым свитком. Нет, так дело не пойдет. Если она будет за каждым документом наклоняться через чернильницу, то рано или поздно её опрокинет. Решительно обойдя стол, она уселась в кресло Десницы короля.

Ощущение было странным. Сквозь свет, лившийся из окон и с террасы, она видела перед собой весь зал малого совета. По её правую руку было перо, подписавшее ни один указ, по левую — бумага, ожидавшая новых изьявлений воли короля. Кожаная обивка кресла и отполированный до блеска стол — всё, казалось, было пропитано властью.

Прикрыв глаза, правой рукой Арья потянулась к перу, левой — взяла лист бумаги из стопки. Хищно улыбаясь, она мысленно выводила слова — «Джоффри из дома Баратеонов, первого имени своего, признать узурпатором и приговорить к смертной казни за все совершённые им преступления…». Пальцы всё сильнее сжимали перо, его кончик уже почти коснулся лежащей перед ней бумаги...

Внезапный порыв ветра донёс с террасы знакомые ароматы цветов, смешался с вином, стоявшим на столике. Откуда-то появилось ощущение незримого присутствия лорда Тайвина. Может, виновата пьянящая смесь, принесённая ветром? Или его стол и кресло хранили память о своем хозяине и не хотели принимать чужака? «…Ты мне нравишься, девочка… будь осторожней … », — всплыли слова, сказанные им ещё в Харренхолле.

Арья судорожно отбросила перо. Дура! Она здесь не затем, чтобы играть во власть!

Выдохнув, Арья положила письменные принадлежности на место и принялась изучать документы. Увы, ничего, что касалось бы Робба она не нашла. Планы по строительству дорог, возведению мостов, восстановлению разрушенных городов. Ожидаемые налоговые сборы. Расчёты запасов зерна на предстоящую зиму. Заметки, относительно торговых отношений с Пентосом, Волантисом и Браавосом.

Обшарив шкафы, Арья и здесь ничего не обнаружила. Часть из них была заперта. Ключей нигде не было. Ну не взламывать же их! А ведь у неё даже плана толком не было, как передать Роббу, найди она что-либо. Так же, как и не было плана, как выйти от сюда незамеченной.

Кабинет был соединен с личными покоями Десницы и ещё с несколькими помещениями, в которых стояли сундуки и шкафы. Ничего интересного для себя она в них не нашла, но зато обнаружила небольшое окно, как раз над выступом — узкой полоски кирпичей, опоясывавшей всю башню. Не раздумывая, Арья протиснулась сквозь приём и села на подоконник, свесив ноги вниз...

Вцепившись руками в неровный камень, Арья боялась пошевелиться —один шаг и её бездыханное тело найдут у главного входа, который был прямо под ней. Но отступать было не куда. Обратно забраться в окно она уже не сможет.

Осторожно перебирая, ногами Арья продвигалась по каменной полоске. Тщательно ощупывая холодную шершавую поверхность, её пальцы с трудом находили места, за которые можно было зацепиться. Кирпич под ногами был неровным, а местами и вовсе отсутствовал — было похоже, что когда-то на этом месте был балкон или терраса, а это лишь остатки снесённого сооружения.

Но всё же сегодня боги были на её стороне! Арья добралась до окна, освещавшего лестницу, которой обычно пользовалась прислуга. Попав внутрь, она перевела дух. После яркого солнца, что светило снаружи, башня показалась ей темной и мрачной. Постояв, пока глаза не привыкли к полумраку, Арья сделала пару шагов. Этот проход был ей хорошо знаком ещё по жизни в Красном замке вместе с отцом, когда она свободно ходила, где хотела. Здесь не было цветов, каменный пол и ступени были более грубыми, а сами коридоры — узкими.

И тут Арье тоже повезло — на встречу ей не попалось ни души, только на первом этаже привычно несли службу двое солдат. Пришлось спуститься ещё ниже — в подвалы башни, соединявшие между собой весь Красный замок.

Там было было сыро и промозгло. Тусклый свет, проникавший из-под потолка, освещал старую кладку. Кое-где горели факелы. А гнетущая тишина резко отличалась от привычной, шумной суеты Красного замка.

Пытаясь понять, где она находится, Арья представила расположение основных башен наверху. Скорее всего, она рядом с Твердыней Мейгора. Если ей повезет, то она найдет выход в сад, который когда-то сама и обнаружила.

Осторожно ступая по неровным камням, она двинулась, как ей показалось, в нужном направлении, когда поняла, что она здесь уже не одна. Отступив в один из многочисленных коридоров, Арья затаилась.

Звук шагов и факельные блики на стенах становились все ближе. Вынырнувшие из мрака белые плащи королевских гвардейцев, словно зловещее предзнаменование появились и исчезли за поворотом. Один из мужчин нёс что-то тяжелое, завернутое в покрывало. В тусклом свете колыхнулись рыжие волосы, свисавшие почти до земли… И тонкая белая рука, с которой капала кровь… В ужасе Арья вышла из укрытия. Страшные призраки подземелья Красного замка давно исчезли, а перед её глазами всё ещё стояла картина — колышущиеся в такт шагам рыжие волосы и белая женская рука…

Ноги сами понесли Арью туда, где скрылись за поворотом белые плащи. Алый след на каменных плитах указывал ей путь.

Коридор. Поворот. Ступени. Алые капли…

Со всего размаху, словно взявшая след волчица, она толкнула преградившую ей путь дверь. Безо всякого сопротивления дверь распахнулась, впустив в темные коридоры снопы солнечного света, бьющего сквозь листву. Не удержавшись, Арья вывалилась наружу, ломая на своем пути тонкие ветки кустарника. Дико озираясь, ослеплённая светом, она не могла понять, что произошло — кровавый след, стелившийся по плитам подземелий, исчез. Вокруг неё шумели кронами деревья, пели птицы, благоухали цветы. Обострённым, неизвестно кому принадлежавшим чувством, то ли волку, то ли человеку, Арья уловила движение слева. Повернувшись, она увидела, как белые плащи удаляются по едва заметной тропинке, унося жертву деяния, только что свершившегося в Красном замке. С немым криком, шедшим откуда-то из самой глубины, она бросилась следом: «Не-е-ет!!! Не-е-ет!!! Санса!!! Не-е-ет!!!»

Стараясь не упускать из виду две фигуры, Арья вынырнула из аллеи, со всего разбегу налетев на кого-то, оказавшегося у неё на пути. Больно ударившись о мужскую грудь, затянутую в черную мягкую кожу, она сама не заметила, как вцепилась в чьи-то руки словно это было единственное спасение, посланное ей на исходе сил.

Сердце бешено колотилось, дыхание сбивалось, губы беззвучно шептали: «Санса… Санса…», ноги отказывались стоять на земле… только глаза всё видели и замечали: рыжие волосы, свесившиеся из чего-то, похожего на огромный сверток и ставшая алой белая рука… И двое гвардейцев со своей ношей скрывшихся в проёме стены …

Трудно сказать, что удивило Тайвина больше — внезапно выскочившая из-за поворота в каком-то диком прыжке его воспитанница или то, как она, налетев на него, вцепилась в его камзол. Так хватаются утопающие за последнюю соломинку. Инстинктивно он поддержал её, прижав к груди. Маленькое сердечко бешено колотилось, судорожное дыхание было больше похоже на всхлипывание, губы беззвучно шевелились. Огромные серые глаза неотрывно смотрели в сторону стены королевского сада, видя что-то, чего не видел. Что-то ужасное, от чего, во взгляде девочки не осталось ничего, кроме отчаяния и безисходности.

Всё ещё обнимая девочку, Тайвин ждал, пока она заговорит, подмечая растрепанный наряд своей воспитанницы. Что с ней случилось? А она только всё сильнее льнула к нему, словно пытаясь обрести внезапно потерянную опору...

Весь мир рушился вокруг Арьи. «Санса… Санса…» Силы покинули её окончательно. Ноги отказывались повиноваться… Реальность стала возвращаться к ней вместе с чёрным камзолом, пахнувшим так знакомо вином и корицей, сильными руками, мягко и одновременно уверенно поддерживающими её и не дающими упасть. Ощущение биения сердца под искусно выделанной кожей успокаивало, дарило ощущение безопасности. Приподняв голову, она увидела знак Десницы.

— Милорд..., — слова застряли у неё в горле. Повернув голову в сторону дорожки, Арья увидела…

====== Глава 1.8. ======

Повернув голову Санса увидела Арью… Да, это несомненно была её младшая сестра, уткнувшаяся в грудь Тайвина Ланнистера. Руки Десницы обнимали хрупкие плечи и талию девочки. Она, замерев, прижималась к нему, словно в этом не было ничего необычного. Стоявшие поодаль солдаты в алых плащах, с безразличным видом охраняли покой этой странной пары, укрытой тенью деревьев от посторонних глаза.

Парализованная нереальностью представшего перед ней видения, Санса наблюдала, как её сестра подняла голову, повернув к ней лицо. Серые глаза удивленно распахнулись, руки по-прежнему лежали на груди у Десницы. Словно сквозь туман, она увидела, как Арья медленно отстранилась от обнимавшего её мужчины. Он что-то произнес. Девочка что-то ответила. Полная смятенья и растерянности, Санса провожала взглядом уходящую в противоположном направлении младшую сестру и её покровителя. «Что это было? Что, Арья?!»

«Что это было?» — вопрос о тайне подземелий Красного замка назойливо крутился у Арьи в голове. «Забавы короля Джоффри — вот что», — тут же возникал ответ.

Лежа на огромном тёплом валуне посреди богорощи, она, сквозь сомкнутые ресницы, погружалась в бездонную синеву неба. Лениво проплывающие облака, казались ей то львом, то волком. Оскалившись, один хищник безуспешно пытался поглотить другого. Наконец, устав от бесконечной погони, волк отпустил своего противника. Тот, тряхнув гривой, упрямо отвернулся, показывая всем своим видом  — основная битва еще впереди. Это лишь передышка.

Солнце, на мгновение зависнув над столицей, скользнуло лучом по одинокой волчице, затерявшейся средь львиного прайда, и устремилось дальше на запад. Полуденный зной уступал место вечерней прохладе. В окружавшей тишине, лишь деревья перешёптывались между собой, да морские волны с шумом набегали на далекий, невидимый берег. Мир Королевской Гавани и Красного замка казался отсюда надуманным и нереальным.

Арья не могла сказать точно, сколько времени прошло с того момента, как лорд Тайвин отпустил её в сопровождении охраны в богорощу. Помнится, как она ему что-то сказала. Он что-то ответил. Вежливый ответ на её вежливое извинение — «простите, я споткнулась… Я бы хотела посетить богорощу». «Хорошо». Всё было, как в тумане. Её мир разбился на тысячи осколков и у неё никак не получалось собрать их воедино. Разбился, когда она поняла, что она видит на руках гвардейцев. Разбился, когда она поняла, что ошиблась. И когда она поняла, что то, что ещё не случилось — может произойти. «…Джоффри не из тех, кто отдает свои игрушки…». Санса жива. Но женщина с рыжими волосами и белой кожей северянки мертва. Ещё одна игрушка короля. Или копия любимой игрушки?

Чёрная, отвратительная муть поднялась из глубины души и вытеснила облегчение и всю ту огромную, ни с чем не сравнимую радость, захлестнувшую её волной при виде живой Сансы. Ещё утром всё было ясно и понятно. Она знала, как ей следует поступить. А сейчас её мир разбился на тысячи осколков и что теперь делать дальше? Жизнь сестры в обмен на очередную попытку помочь брату?

Горькая усмешка скользнула по губам Арьи. Все её усилия превращаются в ничто. Она всего лишь девочка, заложница в играх сильных мира сего. И всё, что она может — только смиренно сидеть и ждать милостей Льва. Только он один способен обуздать юного безумного короля.

«Юный безумный король» — с горечью и отвращением подумалось Тайвину.

Скопио на секунду прервал свой отчет, взглянув на полуприкрытые глаза Десницы.

— Девушка, проследовавшая в Мейгоновы Палаты, покоев Его Величества не покидала. Король направился на прогулку и не возвращался.

— Королевские гвардейцы?

— Все на своих постах, кроме двух. Сира Ренклина и сира Бэлтовара, нёсших утром службу у королевских покоев, в замке нет.

— Они выполняют поручение в Гавани?

— Они не выходили из Красного замка в город.

— И в замке их нет?

— Нет.

— Или они вышли из замка тайно? — скривившись, уточнил Десница.

— Вероятно, да.

Слегка наклонив голову вперед, Тайвин исподлобья посмотрел на помощника. Очевидные вещи не требовали пояснений. Кивком он согласился с сидевшим напротив маленьким, верным ему уже на протяжении многих лет, человеком. И снова обратился с вопросом:

— Что за девушка?

— Одна из подопечных лорда Бейлиша. Приехала в столицу больше года назад. С севера.

— С севера? — резко переспросил Тайвин.

— С севера. Из Винтерфелла, — Скопио спокойно смотрел в ставшие в миг ещё более холодными и непроницаемыми зелёные глаза. Он слишком хорошо знал этот взгляд, не суливший ничего доброго, тому, кому он был адресован. Увы, сейчас этот взгляд предназначался отсутствовавшему здесь юному внуку Тайвина Ланнистера. Десница молча ждал продолжения.

 — Белокожая рыжеволосая северянка …

Откинувшись на спинку кресла, Тайвин на секунду прикрыл глаза. Ему ровным счётом не было дела до смерти одной из шлюх Мизинца. Ему было всё равно, родилась она на севере или на юге. Но его внук! Его плоть и кровь! Ланнистер искал наслаждение в столь мерзком пороке! Отвращение и брезгливость горькой волной поднимались в его груди. Как такое возможно?! Как?! Внук его и Джоанны! Горечь чувств деда смешалась с холодным рассчетом человека, ответственного за судьбу Семи Королевств и породила одну простую, очевидную мысль — властитель, так начинающий своё правление, закончит, как и безумный король только, по-видимому, гораздо раньше.

Открыв глаза, Тайвин вновь посмотрел на помощника:

— Что леди Арья? Как она оказалась одна в саду?

— Судя по всему, в сад леди Арья попала из подземелий замка, выйдя через Ласточкину дверь, — чуть помедлив, Скопио продолжил. — Она прошла на Малую аллею. Примерно в это время через Ласточкину дверь на Тихую тропу прошли двое. Один нёс что-то тяжелое. И был ранен. Или нёс… раненого… или убитого.

— Кровь?

— Да, милорд. Следы крови от дверей покоев Его Величества, через подземелья, Тихую тропу сада. Обрываются на побережье у обрыва Истрикс.

Губы Тайвина сжались в тонкую полоску. Можно было не уточнять, что от обрыва песчаная дорожка заботливо сохранила всё те же следы, но в обратном направлении. И одни из них вдруг стали менее глубокими, когда их хозяин избавился от тяжёлого груза. И без обратного кровавого следа. А кому именно они принадлежали: сиру Ренклину или сиру Бэлтовару — уже не важно. Что ж, остался последний невыясненный момент:

— Каким образом леди Арья осталась без сопровождения?

— Это неизвестно. Никто не видел, чтобы она покидала покои.

Лорд Тайвин встал из-за стола и размеренно прошёлся по кабинету. Остановившись у столика с кувшином и бокалами, он налил себе вина. Сделал пару глотков и вернулсяся на место. По его жёсткому, цепкому взгляду Скопио понял, что краткий миг эмоций закончен — пришло время действий:

— Удвоить охрану. Выставить дополнительные посты. Взять под наблюдение подземелья и все тайные выходы. Сира Ренклина и сира Бэлтовара отправить с поручением в Браавос.

— В Браавос? Что мне сказать, если лорд-командующий поинтересуется — надолго ли?

— Скажи, что тебе ничего не известно… Время на организацию их возвращения можешь не тратить. Личную охрану леди Арьи замени. Этих направь в войска. В авангард. Новых лично проинструктируй. Пришли ко мне Иларио и Зару.

— Сейчас?

— Сейчас пошли за королевой. Они — после. Со служанкой леди Арьи поговоришь сам, — отпустив помощника кивком головы, Тайвин взялся за перо. Переключившись на рутину, он попытался избавиться от ощущения горечи, переполнявшей его. Увы, поступок внука и беспомощность Серсеи не стали для него чем-то неожиданным. Ещё более неприятный осадок всему случившемуся придавал тот факт, что всё это коснулось его воспитанницы. Как ни горько ему было это осознавать, но к дочери своего врага он испытывал гораздо больше уважения и привязанности, чем к собственному внуку. Он надеялся, что оставленная им в богороще, Арья уже успокоилась.

Спрятавшаяся ото всех в богороще Арья, медленно поднялась и села на камень, прослуживший ей ложем почти весь день. Солнце медленно подкрадывалось к кромке воды, словно пытаясь взглянуть на своё отражение. Тени вокруг заметно удлиннились. На востоке синева неба сгустилась, выпуская на свои просторы первые звёзды.

И увядающей красы дневной томленья

В ночную мглу бросает свет,

И искр закатных вдохновенья,

Тоскуя, жаждует поэт, — продекламировал знакомый голос.

— Лорд Тирион!

— Сестрёнка! Я считал, что Ваше вдохновенье — стальной клинок, а вовсе не романтика морского заката! — присаживаясь рядом, изрёк Тирион. С любопытством поглядывая на Арью, он отмечал, что девочка явно чем-то расстроена. Увы, догадаться чем — было не сложно. Вероятнее всего, дело в его племяннике. Только, что на этот раз? Обычно его грубость мало трогала младшую Старк. До рукоприкладства с ней, слава богам, не доходило! Может дело в старшей сестре? Санса сегодня тоже показалась ему чем-то расстроенной.

— Закат красив, — согласилась Арья. Она была рада появлению карлика. И от этого ей вдруг стало грустно. Какая ирония судьбы! Одна из Старков, чья семья ведет войну с Ланнистерами, вынуждена искать защиты для себя и сестры у главного Льва и его сына. Причем, как показал сегодняшний день, буквально кидаясь на грудь одному из них. Горькая усмешка тронула её губы. Неожиданно она почувствовала, как маленькая теплая ладонь коснулась её руки, тихонько сжав пальцы:

 — Закат означает конец дня. Но за закатом всегда придет рассвет и принесёт новый день. Новое небо. Новые облака. Новое солнце.

— Новое солнце… облака… небо… Лорд Тирион, там, в плену у моей тети Лизы, среди облаков небесной камеры, на что Вы надеялись? На новый день?

— На новый день! — без промедления ответил карлик. — Новый день, который обязательно принесёт выход из любой ситуации! Нужно лишь не ошибиться с выбором в нужный момент!

— С выбором? И каким? Какой ещё выход есть из небесной камеры? Дверь ведь только одна!

— Дверь одна. Выхода два. Нужно сделать правильный выбор — держаться подальше от края пропасти и дождаться следующего дня, а если нужно и следующего… когда дверь откроется. Обязательно откроется! — внимательные глаза участливо смотрели на Арью. Маленькая ладонь дарила ощущение надежды и поддержки.

«…Дождаться следующего дня… и следующего».

Солнце вставало на востоке и ложилось на западе. Облака бежали по небу, обгоняя друг друга. Всё так же пели птицы, благоухали цветы, морские волны разбивались о причал. С каждым новым днём пронизывающий холод подземелий Красного замка становился всё дальше и дальше. Но Арью не покидало ощущение, что она заперта в своей собственной небесной камере, в шаге от края пропасти. А дверь всё никак не открывалась и не открывалась.

Неделя прошла с момента её последней встречи со Львом. Неделя после того, как она обшарила его кабинет, а потом бросилась ему на шею, ища спасения в ужасном горе, которое, казалось, обрушилось на неё. Ничего не изменилось: она так же тренировалась с Зарой, так же занималась с Иларио. Её свободу ни в чем не ограничили. Но вот только приглашений на обед больше не было. Да и дорнийка перестала выбирать на тренировках кинжал. Теперь они упражнялись на мечах. И её охраняли новые, незнакомые ей гвардейцы. А ещё, Арья с удивлением поняла, что Санса её сторонится. После того как она увидела её с лордом Тайвином, сёстры ещё больше отдалились друг от друга. Санса не поверила её объяснению — «я споткнулась, а лорд Тайвин поддержал меня». Не могла же она всё ей рассказать! Но зато старшая Старк ещё больше сблизилась с Маргери Тирелл.

За эту неделю, Арья пару раз столкнулась с королевой-регент. Серсея была как и всегда царственна, снисходительно улыбалась, интересуясь, как продвигается её обучение. Арья понимала, что для неё она только пыль под ногами — не более того. С ужасом вспоминая увиденное в подвалах замка, она вежливо ей отвечала, едва сдерживая бешеное биение сердца. Между королём Джоффри и Сансой стояли только его мать и дед. И если она чем-то вызовет их гнев… Нет, злить сейчас лорда Тайвина было равноценно смертному приговору сестре.

А он все молчал. Не приглашал разделить с ним обед. Их традиционные беседы прекратились.

Арья в очередной раз повернулась в постели — вместо сна в голове крутились тревожные мысли. Выйдя на террасу, она вдохнула свежий воздух. Южная ночь была наполнена ароматом цветов, стрекотом цикад, шёпотом прибоя. Огромная луна пробивалась сквозь тучи. Она была совсем не такой, как на далеком севере — намного больше и загадочней. Арья смотрела, как серебристый свет льётся на кроны деревьев, крыши домов, скользит по волнам, собирается в мерцающую дорожку. Сейчас, где-то далеко, точно так же лунный свет рассеивает ночную мглу вокруг близких ей людей: мамы, Робба, Джона… Сердце защемило, глаза предательски увлажнились… Она здесь — чужая… Свои так далеко…

Повернув голову, Арья оглянулась. Из окон верхнего этажа башни падал свет — лорд Тайвин, несмотря на поздний час, работал.

Тайвин, несмотря на поздний час, работал. Поместив донесения лазутчиков в ячейку шкафа, он защёлкнул секретную пружину — последние данные о состоянии войск северян скрылись за дубовой панелью. Впереди легли стопки бумаг с торговыми соглашениями. Усевшись за стол, он разложил перед собой очередные документы. Но привычной стройности мыслей не было. Прошла неделя, а поступок Арьи всё ещё не давал ему покоя.

Он сразу заметил, что в кабинете кто-то побывал. Вставая из-за стола, он никогда не придвигал стул. В тот день, когда его воспитанница оказалась одна в коридорах Красного замка, без охраны, кто-то проник в его кабинет, тщательно изучил бумаги за его рабочим столом и аккуратно поставил стул, чего сам он никогда не делал. Пожалуй, это было единственное, что выдавало визитёра. Если бы не его встреча с Арьей, он возможно на неё и не подумал бы! Слишком рискованно даже для его бывшей чашницы, пытавшейся когда-то водить его за нос! Ясно, что она искала здесь — всё, что касается военной кампании против Севера. Но что она собиралась делать, найди хоть что-то? Как хотела передать информацию брату? Сама? Или у неё есть сообщники? Всё это было крайне неприятно и вызывало раздражение. Девочка ему нравилась. Он приблизил её к себе, больше чем следовало. А теперь, получается, что все это время она притворялась, изображая интерес к их совместным беседам. Или не притворялась? Её немой призыв, когда она приняла убитую шлюху за сестру был более чем искренним. Так не смотрят на врага. В тот момент он был для неё даже не наставником, а скорее отцом — близким человеком, от которого ждут защиты и поддержки. Если бы не воспоминание о вцепившихся в него руках и бешено колотящемся сердечке, он поступил бы с ней гораздо жёстче. Но что-то его остановило, несмотря на очевидные выводы проведенного Скопио расследования. И сейчас Тайвин сидел в раздумьях. Что ж, она предана своей Семье — в чём-то это хорошо. Если ему удастся зародить в юной Волчице мысль, что у Севера и Юга общие интересы и общие враги, то её преданность можно будет направить в другое русло. «Как-никак, зима близко», – усмехнулся он, и пережить её разоренному войной Северу без южной поддержки ох, как не просто. Сейчас самое главное — выяснить действовала она одна, или у девочки есть сообщники?

====== Глава 1.9. ======

— Лорд Тайвин ждёт Вас.

Сухая фраза, переданная через охрану, заставила сердце Арьи забиться чаще. Был уже вечер, и она не ждала приглашения. Быстро поправив одежду, она вышла из своих покоев.

Коридор, багряно-красный, в лучах заходящего солнца, показался ей зловещим предзнаменованием. А алые плащи гвардейцев — плащами палачей, пропитанные кровью. Недвижимые, словно статуи, они даже не повернули головы, чтобы посмотреть на воспитанницу Десницы.

Чувствуя, как у неё подгибаются колени, Арья мысленно себя успокаивала. Заподозри её кто-то в том, что она шарилась на столе Десницы короля, её давно бы уже передали Илину Пейну. Тайвин Ланнистер не из тех, кто будет церемониться со шпионами — это она усвоила ещё по Харренхоллу.

По мере приближения к знакомой двери, страх Арьи немного поутих, а вот волнение осталось. Зачем лорд Тайвин позвал её так поздно? Чем было вызвано его столь длительное молчание? Был занят? Или ему всё-таки стало известно о набеге на его кабинет? Вопросы, вопросы, вопросы…

Десница сидел за рабочим столом, занимаясь очередным документом.

Арья поёжилась от нахлынувших воспоминаний — несколько дней назад она сама сжимала в пальцах тоже самое перо, что было сейчас в его руке, и предавалась глупым фантазиям.

Кивнув в знак приветствия, лорд Тайвин указал ей на стул напротив себя. Лежавшая перед ним бумага была наполовину исписана чётким, ровным почерком. Перо, то и дело ныряя в чёрную жидкость, заполнявшую замысловатый сосуд с выгравированным на нём львом, неторопливо выводило буквы, вязью сплетавшиеся в слова. Если бы она была чуть ближе, то без труда смогла бы прочесть если не всё, то хотя бы часть письма.

Тайком поглядывая из-под ресниц то на письмо, то на Десницу, Арья не замечала ничего, что могло говорить о том, что лорд Тайвин недоволен ею. Он выглядел так же, как и всегда. Спокойный. Уверенный. Только занятый своим делом, которое он должен закончить прежде, чем обсуждать то, ради чего позвал к себе свою воспитанницу.

Перехватив её взгляд, брошенный на бумагу, лорд Тайвин, не сказав ни слова, продолжил писать.

Закусив губу, Арья отвела глаза. Появилось ощущение, что её поймали с поличным.

Погрузившись в изучения деталей стоявшей у неё под носом чернильницы, Арья боролась с чувством неловкости, никак не покидавшей её. Она ни секунды не сомневалась что всё сделала правильно. Что она должна была попасть в зал Малого совета и найти хоть что-то. Будь у неё ещё шанс, она повторила бы попытку. Но почему ей тогда… стыдно… за взлом кабинета своего покровителя? Почему? Ведь он — Лев, главный враг семьи! И дело вовсе даже не в страхе за сестру. Здесь нечто совсем другое, чему она, Арья Старк, ещё не готова найти объяснение.

Продолжая писать, Тайвин поглядывал на девочку. Его воспитанница выглядела напряженной. Судя по всему, неизвестность пугала её. Ну что ж, пусть это послужит ей уроком и в следующий раз она хорошенько подумает, прежде чем совать нос в его бумаги. От него не укрылось смущение, и то, как Арья старалась лишний раз не смотреть на его стол и разложенные документы. Да, она повела себя, как враг, устроив обыск у него в кабинете, но сейчас она больше напоминала провинившегося ребёнка, пытающегося скрыть свои мысли. Эта была уже не та девочка, что он заприметил в Харренхолле — затаившийся зверёк, всегда готовый отразить нападение или напасть сам. Месяцы, проведенные в Королевской Гавани, не пропали даром — Арья перестала видеть в нём только врага. И смущение, которое она сейчас испытывала — явное тому доказательство.

Дописав письмо, Тайвин отложил перо, взял один из свитков, лежавших горкой справа от него и подал его Арье:

— Это для тебя, —  свёрнутый кусок пергамента с явно незнакомой ей печатью черного цвета лёг на ладонь девочки. Видя её недоумение, Тайвин пояснил: — Сегодня из Черного замка доставили послания.

— Это от Джона?! — изумление и восторг, отразившиеся на лице его воспитанницы, были лишним подтвеждением того, что бастарда она любила больше всех. Во всяком случае, больше сестры.

— Если лорд-командующий не врёт, то — да, — кивнул Тайвин, продолжая наблюдать за своей подопечной.

Нетерпеливо взломав печать, Арья впилась глазами в строки письма. «Арья! Ничто не могло порадовать меня больше, чем известие о том, что ты жива. Я верю, что у тебя хватит сил стойко принять все выпавшие на твою долю испытания. Как бы не были мы далеко — мы одна семья. Ты всегда можешь рассчитывать на мою поддержку. Любящий тебя, брат Джон.» Арья чувствовала, как цепкие коготки вонзаются в её сердце, и тоска накатывает всё сильнее и сильнее.

Пытаясь скрыть предательски увлажнившиеся глаза, она сосредоточенно вертела в руках свиток, изучая осколки сургуча.

Восприняв её интерес к печати по-своему, лорд Тайвин произнёс:

— Лорд-командующий сообщил, что это личное послание от брата Ночного дозора своей сестре Арье Старк.

— Вас не обманули! Это личное письмо от Джона! — яростно сверкнув глазами, Арья протянула наставнику письмо.

— Я верю тебе. И доверяю. А ты?

— …

Арья не знала, что ответить на этот вопрос, заданный человеком, на чьём столе она устроила обыск и, который передал ей письмо от её брата в целости и сохранности, с нетронутой печатью. Доверяет ли она ему? Верит ли? Конечно, нет — ведь он же враг её Семьи! Или же — да..? Верит..?

Тайвин молча смотрел, как на лице его подопечной отражались сомнения, внутренняя борьба, смятение… Пожалуй, на сегодня достаточно жизненных уроков. Поднявшись из-за стола, он поманил девочку за собой.

Не зная, что и думать, Арья последовала за лордом Тайвином. Всё сжимая в руках свиток, она едва не подпрыгивала от счастья. Джон! Он жив! И он написал ей! Глядя в спину впереди идущего человека, она против своей воли чувствовала огромную, ни с чем не сравнимую благодарность — если бы не он, не держала бы она в руках это письмо!

Ускорив шаг, Арья догнала лорда Тайвина. Миновав зал малого совета, они вместе вышли через резные двери, бесшумно закрывшиеся за ними. Следуя за своим покровителем, Арья безуспешно пыталась представить, куда они направлялись. От былого страха не осталось и следа. Лишь любопытство и нетерпение поскорее всё узнать.

Встречавшиеся им на пути люди молча расступались перед Тайвином Ланнистером, приветствуя деда короля и его воспитанницу, шедшую следом.

От вида поджавших хвосты, словно нашкодившие коты, придворных, губы Арьи дёрнулись в усмешке. Когда-то всех их веселил Джоффри, издевающийся над Сансой, а сейчас они дрожжали от страха, представляя, что именно может она, Арья, рассказать про них Деснице. Ничего она про них рассказывать не собиралась, тем более их глупые секреты вряд-ли интересны лорду Тайвину. Но, всё равно — пусть боятся!

Поймав очередной заискивающийся взгляд, Арья надменно вздернула подбородок и демонстративно приблизилась к Деснице. Пусть только попробуют навредить ей и Сансе! На войне все средства хороши и главное — найти нужного союзника!

Лорд Тайвин, словно угадав её мысли, чуть замедлил шаг, позволив ей поравняться с собой. Дальше они шли рядом, сопрождаемые его охраной, следовавшей за ними по пятам.

Миновав крытую галерею, часть сада и внутренний дворик, они оказались рядом с конюшнями. Основательные, как и всё в Красном замке, конюшни тоже чем-то напоминали замок. Замок для самых замечательных лошадей, которых можно было только сыскать в Вестеросе и Эссосе. Здесь были и красавцы-миэринцы, и кони, выращенные на Западе и песчаные скакуны — самые быстрые и выносливые, из тех, что могли скакать по пустыням сутки на пролёт. Возможно, даже жеребцы и кобылицы из Дотракийских пустынь — те, которых почитали могучие кхаллы больше, чем человека.

Крутя головой, Арья терялась в догадках, зачем она здесь. Появившийся из под навеса конюх, направился прямо к ним, ведя под уздцы гнедую лошадь. Арья в недоумении подняла глаза на своего покровителя. Глядя на неё сверху вниз, лорд Тайвин мягко произнёс:

— Познакомься — это Искра. Она — твоя.

— Моя? — прошептала Арья. Её глаза распахнулись от восторга и удивления. Она стояла и верила, и не верила в происходящее. Лошадь?! Ей подарили лошадь?!

Появившийся следом за конюхом мальчик, протянул Арье корзинку, в которой лежали яблоки. Взяв одно, она шагнула к Искре.

Рассматривая тонкие ноги, тёмные, миндалевидные глаза, заострёные уши, Арья находила характерные черты песчаного скакуна, о которых она не раз слышала от Зары, и читала в книге про историю Дорна и Нимерию. Неужели и у неё будет такая же лошадь, как и у королевы Нимерии?!

Пофыркивая, кобыла нервно пританцовывала. Ей явно не нравилось повышенное внимание к своей персоне. Но яблоко с ладони своей новой хозяйки она приняла. Как и позволила потрепать себя по шёлковой гриве.

Арья гладила золисто-рыжую морду с белой звездочкой посередине, заглядывала в умные тёмные глаза, всё ещё не веря глазам собственным. О таком подарке она не могла и мечтать.

Вообще, сегодняшний день преподнес ей много сюрпризов и уроков, которые ей еще стоило понять и осмыслить. После недели напряжённого ожидания наказания за свой поступок, она получает письмо от Джона и лошадь. Вместо кары, на неё пролился дождь из самых невероятных милостей. Что это? Откуда такая неожиданная щедрость со стороны её покровителя?

Вокруг Арьи и её лошади суетились конюхи и мастеровые, подгоняя седло и сбрую под наездницу. Сидя на Искре, она чувствовала, что её ноги уже намного надёжнее упираются в стремена, а поводья уверенно контролируют каждый порыв кобылы. Огненная трёхлетка всем своим поведением выдавала нетерпение. И она, и Арья засиделись в стенах замка — они обе рвались на волю. Уже представляя, как они вдвоем будут мчать навстречу ветру, Арья мечтала о том, что будет совсем скоро. О тенистых лесах, бескрайних лугах, убегающей вдаль дороге... Ведь не мог лорд Тайвин быть так жесток с ней — подарить ей лошадь и запретить выезжать на ней?!

Когда пришло время прощаться, Арья с сожалением ещё раз погладила Искру, и подошла ко всё ещё стоявшему у забора лорду-деснице:

— Спасибо, милорд! — Арья благодарно улыбнулась наставнику. Судя по всему, сейчас состоялось их окончательное примирение. Слегка склонившись, он глядел на неё своими зелёными прозрачными глазами. Уголки тонких губ дрогнули, изображая улыбку — высшее проявление чувств, на которое Лев был способен.

— Я рад, что она тебе понравилась. Да и ты ей тоже.

Оперевшись на изгородь, Тайвин сверху вниз смотрел на свою подопечную. Все это время восторг и счастье на ее лице сменялись озадаченностью и непониманием. Девочка не глупа и ей есть над чем поразмыслить. Ну что ж, он даёт ей ещё один шанс. Если она сумеет сделать правильные выводы, то у неё будет многое из того, что она захочет пожелать. И даже обожаемый ею Север. Но это всё будет потом. Потом... А сейчас, раскрасневшаяся, со счастливыми блестящими глазами, она, как никогда была похожа на шаловливого ребенка. Ребёнка, способного доставить ему столько проблем…

— Ну, что же, а сейчас нам всем нужно хорошенько выспаться. Если ты, конечно, хочешь присоединиться ко мне на завтрашней охоте.

— На охоте?! Завтра мы едем на охоту?!

В какую-то долю секунды Тайвину показалось, что его подопечная перепрыгнет через забор и бросится ему на шею. Но она сдержалась. Распахнув глаза, Арья явно совсем забыла, что надо было что-то ответить. Про себя усмехнувшись столь наивной детской радости своей воспитанницы, Тайвин кивком головы указал ей в сторону башни:

— Идём. Завтра рано выезжать.

====== Глава 1.10. ======

На рассвете небольшая группа всадников покинула Красный замок. Королевская Гавань ещё и не думала просыпаться, когда цокот подков о мостовую потревожил сладкий сон горожан. Спали холмы Висеньи и Рейнис. Спала Великая Септа Бейлора. Спали богатые кварталы. И даже Блошиный Конец, затихший под самое утро. Мрачными руинами вдалеке карёжилось Драконье Логово. Редкие струйки дыма, тянувшиеся вверх, выдавали виллы и дворцы, где уже разжигались печи дабы пробудившись, лорды и леди могли полакомиться свежеиспеченными хлебом и булочками.

Арья с удивлением смотрела на Королевскую Гавань, узнавая и не узнавая её. Без извечной толчеи и многоголосого гомона, она была совсем другой. Странной. Непривычной. Прямая, как стрела, улица Сестёр была удивительно пустынна и не похожа на саму себя. Также, как и разбегавшиеся от неё улочки поменьше. Лишь кое-где редкий горемыка, вынужденный куда-то нести свои ноги в столь ранний час, тянул шею в сторону всадников в алых плащах, пытаясь разглядеть, кто это скачет по сонному городу.

Оставшийся за спиной у всадников Красный Замок был окутан предрассветной дымкой. А впереди росла, приближаясь, высокая и надёжная городская стена.

Почти никого не встретив, их отряд добрался до Королевских ворот.

Городская стража, суетливо забегала, разгоняя остатки сна  — лорд-десница ждать не будет пока они проснутся! С тяжёлым вздохом поддались запоры, заскрипели дверные петли. Распахнувшиеся тяжёлые деревянные створки выпустили охотников, чтобы затем вновь сомкнуться и открыться в строго предписанный час.

Черневший вдали Королевский Лес манил, обещая приключения.

Пришпорив Искру, Арья двинулась за лордом Тайвином, ехавшим перед ней. Быстро оставив позади главную дорогу, отряд свернул на едва приметную тропу. Запахи и звуки леса обступили их со всех сторон. Под копытами лошадей то и дело похрустывали ветки, свежий ветер бил в лицо, утренняя заря, пробивавшаяся сквозь ветви деревьев, раскрасила в розоватые цвета небо, заставляя искрится капли росы на траве.

Чувствуя, что её лицо не покидает улыбка, Арья была счастлива, как никогда. Счастлива с тех самых пор, как они выехали за пределы Королевской Гавани.

Она знала почти всех в их маленьком отряде: сир Арно, сир Джеймс — дальние родственники лорда Тайвина и семь человек его личной охраны. Никого лишнего. Только самые доверенные люди. Казалось, их не удивляло присутствие Арьи. Да и она чувствовала себя своей среди этих приближённых Десницы.

Поправив на себе пояс, Арья в очередной раз с удовольствием окинула взглядом свой наряд.

Вернувшись накануне вечером в свои покои, Арья обнаружила ещё один подарок — мужской костюм, как нельзя больше подходивший для охоты. Тонкая серая кожа камзола, застёжки, напоминавшие когти дикого зверя, чёрная нательная рубаха и тёмные штаны с сапогами сидели на ней как влитые. Но больше всего ей понравился кожаный пояс винного цвета — точная копия ремня лорда Тайвина. Он был такого же оттенка, как и внутренняя отделка камзола. В таком наряде её легко можно было принять за богатого отпрыска одного из могущественных домов Вестероса.

Миновав опушку леса, маленький отряд остановился. Появившийся из-за дерева человек, что-то сообщил следовавшим первыми сиру Арно и сиру Джеймсу. По азарту, охватившему мужчин, Арья поняла, что зверь рядом. Судорожно вздохнув, она поймала на себе взгляд лорда Тайвина и адресованный ей ободряющий кивок.

Волнение, захватившее всех, передалось и Арье. Охота началась! Всё было таким новым и необычным: томительное ожидание в засаде, погоня и вот он — зверь, поверженный стрелой, лежит у её ног!

— Им займутся. Идём, — рука лорда Тайвина легла на плечо Арьи, увлекая в сторону от мужчин, приступавших к разделке кабана.

Спустившись к ручью, Десница зачерпнул ладонями воды и освежил лицо. Стряхнув капли с рук, он присел на камень, вытянув перед собой ноги. Арья последовала его примеру.

От студеной воды пахло мокрой травой, ягодами, лесом… В кронах деревьев шумел ветер, пели птицы, совсем рядом переговаривались мужчины, занимавшиеся сегодняшней добычей. Повеяло дымом разведённого костра. Всё происходящее казалось таким… мирным… родным… Словно никогда не было ни войны, ни убийств, ни интриг… И все эти люди, которых она знала не первый день, были частью её жизни — жизни, в которой она сама была не Арьей Старк из Винтерфелла, а кем-то иным. С иными мыслями, желаниями… Странное ощущение, будто в ней существуют два разных человека родилось и уже не покидало её. Одна из них любила долгие беседы с Десницей, их совместные обеды и споры, занятия с Иларио и Зарой. Другая — Волчица, рождённая среди северных снегов…

Поймав на себе взгляд лорда Тайвина, Арья слегка улыбнулась ему. Расположившийся на берегу ручья, он был непривычно расслабленным и каким-то… домашним. Без обычного, облегавшего его словно кожа змеи, камзола он утратил свойственную ему жёсткость. Сидя на камне с вытянутыми перед собой ногами в излюбленных ботфортах, кожаном жилете и нательной рубашке с закатанными рукавами он покусывал сорванную травинку. Обычно цепкий, гипнотизирующий взгляд, сейчас рассеянно следил за бурлящим потоком. Окажись здесь случайный прохожий, он вряд-ли бы поверил, что перед ним десница короля — Тайвин Ланнистер. Богатый лорд, отдыхающий после охоты со своей дочерью — не более того.

— Леди Арья, — склонившийся к ней, сир Арно протягивал пригоршню спелых лесных ягод на огромном лопухе. — Вы, наверное, проголодались?

Приняв столь неожиданный подарок, Арья поблагодарила мужчину, получив в ответ искреннюю улыбку и насмешливо-одобрительный взгляд фамильных ланнистеровских зелёных глаз.

— Не возражаешь? — лорд Тайвин взял пару ягод. — Вкусно. Я уже почти забыл, что такое лесные ягоды... Тебе понравилась сегодняшняя охота?

— Да, очень!

Слегка улыбнувшись одними уголками губ, лорд Тайвин, соглашаясь, кивнул. Ещё никогда Арья и её покровитель не были так близки, как сейчас, сидя на берегу ручья и поочередно потягивая ягоды с огромного лопуха.

— Вы любите землянику? Тогда почему почти забыли? — с наслаждением отправляя в рот очередную ягоду, поинтересовалась она.

— Люблю. Особенно, если они только что сорваны… Но сейчас на лес и охоту нет времени.

— А раньше Вы часто охотились?

— Да, когда жил в Кастерли. И потом, когда, снова туда вернулся.

— Вы уехали в Королевскую Гавань служить?

— Да. Это было очень давно.

— Пажом? Оруженосцем? А потом Вас посвятили в рыцари?

— Да. Всё, как и положено.

— А потом Вы стали Десницей, — не отрываясь от ягод, Арья кивком головы констатировала факт очередного продвижения по службе своего наставника.

— Да, Десницей, — Тайвин, слегка прищурившись, наблюдал за девочкой, сосредоточенно отмечавшей вехи его жизненного пути. Этот разговор забавлял его. Взяв ещё одну землянику, он ждал следующего вопроса. И тот последовал незамедлительно, в духе его воспитанницы:

— Так Вам больше нравиться командовать, чем сражаться самому?

— Почему ты так решила?

— Но, Вы ведь не остались рыцарем?

— А разве одно исключает другое?

— Как можно отдавать приказы, если ты сам в этот момент сражаешься? Для этого надо знать, что происходит. А если ты с кем-то бьёшся в бою, то видишь только своего противника и людей рядом.

— Верно.

— Поэтому нельзя быть просто рыцарем и командиром одновременно.

— Да, тут уж надо выбирать, — усмехнулся Тайвин. И откуда в этой девочке такая страсть размахивать мечом?

— Плохо, — тяжко вздохнула Арья.

— Ничего не поделаешь — нельзя сидеть на двух стульях одновременно.

До Тайвина донёсся ещё один вздох. Опущенные углы рта и взгляд полный разочарования показались ему забавными. Неужели его воспитаннице понравились игры в стратегию и тактику? Ей уже мало, просто убить врага — ей надо его разгромить? Сжалившись над будущей лихой воительницей, он произнёс:

— Становясь полководцем, никто не должен забывать своих прошлых боевых побед. Бывает, что необходим личный пример командира. Ничто так не вдохновляет войска, как возглавленная им атака.

От Тайвина не укрылось, как сверкнули глаза девочки. Ну, конечно! Её брат Робб, идущий первым в бой на лютоволке! Как он мог забыть!

Поджав губы, его воспитанница сосредоточенно изучала сорванную травинку. Что он сам только что сказал? Нельзя сидеть одновременно на двух стульях? Она — Старк. И вот, теперь его, Тайвина, волею, Арья — часть семьи Ланнистер. Никто не обещал ему лёгкой победы в этой забавной битве с маленькой волчицей. Её Семья будет постоянно напоминать о себе. Но игра начата. Стоит ли ему продолжать её или просто передать Арью Дженне, выбрать будущего мужа и закрыть тему? Ближайшие дни это покажут.

Ещё раз взглянув на притихшую девочку, он возобновил разговор:

— То есть, я могу сделать вывод, что юной леди больше по душе вояки, размахивающие мечами, чем те, кто ими командует?

— Почему Вы так решили? — в серых глазах было столько изумления, что Тайвину захотелось рассмеяться. Впервые за долгие годы. От былой задумчивости его воспитанницы не осталось и следа.

— Исходя из твоих слов.

— Нет! — возмущение было столь искренним, что, казалось, его подопечная готова вскочить с места в подтверждении своих слов.

Вернувшись к поеданию земляники, Тайвин с удовлетворением отметил, что его воспитанница снова стала похожей на саму себя. Щёки раскраснелись, глаза блестели, выдавая интерес к беседе и собеседнику. Что ж, похоже, его успехи на службе не повредили ему в глазах девочки — он вновь в милости!

— Вам нравится?

— Что? — не понял Тайвин.

— Вам нравится быть Десницей? Принимать решения, командовать?

— Всё не так просто.

— Понятно, — сосредоточенно кивнула Арья.

— Должность даёт множество возможностей. Но и накладывает много ограничений.

— Каких ограничений?

— Ты в меньшей степени принадлежишь себе, чем хотелось бы.

— Как это?

— Десница не так волен в своих поступках, как можно было бы себе представить. Кое-что, увы, невозможно.

— Например?

— Вряд ли я ещё когда-нибудь увижу Утёс Кастерли.

— Поэтому Вы отказались от должности в прошлый раз? Чтобы вернуться домой?

— … Не совсем, — после паузы ответил Тайвин. — Дело было в другом.

— А в чём?

Серые глаза смотрели на него внимательно и без тени смущения. Девочка была серьёзна и сосредоточена.

— В доверии.

— В доверии?

— Да, в доверии. Сложно быть рядом с тем, кто тебе не доверяет. И кому вынужден не доверять ты.

«Сложно быть рядом с тем, кто тебе не доверяет. И кому вынужден не доверять ты» — слова лорда Тайвина эхом отдавались в голове Арьи. Она не могла отделаться от ощущения, что фраза относилась к ней и её поступку, а вовсе не к давним делам Безумного короля и его Десницы. Сосредоточившись, она смотрела на воду, бурлящую у её ног, не в силах взглянуть на наставника. Она всё сделала правильно. Он — враг! Он — лев, она — волчица! Тогда откуда эти сомнения?! То, что он лично не причастен к смерти её отца, не делает его другом их Семьи! И как она может забыть, что именно его внук отдал тот приказ?! Но почему тогда ей так тяжело?! Почему?!

От бесконечных вопросов стало тоскливо на душе. Мужчина, сидевший рядом с ней на берегу ручья, казалось, не замечал повисшей паузы. Он, как и она, смотрел на блики на воде. Ветер шевелил светлые волосы, обычно гладко зачесанные, а сейчас столь непривычные в своей лёгкой небрежности. Как и руки, лишь отчасти прикрытые закатанными рукавами, с чётко очерченной линией загара, прерывавшейся на уровне запястья — там, где солнечные лучи редко касались кожи. Арье вдруг вспомнился тот день, когда она налетела на него в королевском саду. Когда лорд Тайвин обнял и поддержал её. И то чувство защищённости и безопасности, исходившее от него.

Появление сира Джеймса отвлекло Арью от невесёлых мыслей. Все было готово и их уже ждали у костра. На расставленном походном столе источало дурманящий аромат только что приготовленное мясо. Рядом с основным блюдом красовались два штофа. Один был наполнен любимым вином Десницы, другой — водой с лимоном, которая так нравилась Арье. В маленькой корзинке лежали испеченные ночью специально к охоте ржаные булочки. Тут же стояли такие же корзинки с фруктами и сладостями. Столовые приборы, льняные салфетки — ничто не было забыто. Можно было подумать, что их сопровождал штат прислуги, настолько ловко все было сервировано!

Смакуя аппетитные куски мяса, Арья прислушивалась к разговору мужчин. Лорд Тайвин перебрасывался ничего не значившими фразами со своими родственниками. Сидевшая на отдалении охрана с другими участниками охоты, присоединившимися к ним уже в лесу, обсуждала оружие, лошадей, женщин. Обычные мужские разговоры, такие же, как и везде — что на севере, что на юге. А может быть всё это сон? И ещё немного и она проснётся? Проснётся дома, среди своих. Или прежняя её жизнь была сном, а этот, новый для неё мир — и есть реальность?

Внезапно налетевший ветер растрепал её волосы, подхватил и закружил вихрем нежные лепестки цветов, запутался в кронах деревьев… Напомнил о других лесах, шумевших далеко на севере, других ручьях, несущих ледяную воду в могучие реки… других людях, окружавших Арью большую часть её жизни…

Глубоко в душе вновь пробудились личные демоны Арьи:

«Как я могу сидеть здесь и наслаждаться жизнью, в то время…»

«Но я ведь никого не предаю, сидя здесь! Что плохого в моих занятиях с Иларио и Зарой, беседах с лордом Тайвином? Ведь это просто беседы!»

«Беседы с дедом убийцы моего отца! Человеком, ведущим войну с моей Семьей!»

«Но что я могу? Я всего лишь заложница, девочка оказавшаяся одна среди чужих…»

«Я — Старк! Надо действовать! Старки не сдаются!»

«Я уже один раз попыталась… »

«Значит, надо повторить попытку…»

«Одна неосторожность — и Санса будет мертва!»

«Мы обе будем мертвы, когда перестанем быть нужны им… Нужно бороться, используя каждую возможность!»

«Но риск…»

«Это трусость!!!»

«Нет… Осторожность… Благоразумие… Одна ошибка и Лев разочаруется… Его защита и покровительство будут потеряны… »

«Вот именно, его!.. защита и покровительство!.. Не приплетай сюда Сансу… Дело вовсе не в ней…»...

В Королевскую Гавань охотники вернулись уже под вечер. Столица вновь стала тем городом, который знала и помнила Арья. Шумный, грязный, суетливый.

Сновавшие по улицам люди расступались перед всадниками, одетыми в цвета Ланнистеров.

Какой-то замешкавшийся крестьянин с рукой на перевязи, медленно продвигавшийся сквозь толчею вместе с наёмником и человеком, похожим на мейстера, едва не угодил под лошадь сира Арно. С удивлением Арья увидела, как побледнел её наставник, пристально вглядываясь в лицо чуть не погибшего мужчины. Она тоже знала его. Конечно, не так хорошо, как лорд Тайвин собственного сына, чтобы с первого взгляда понять, что этот калека-оборванец — сир Джейме Ланнистер.

====== Глава 1.11. ======

Белой громадой впереди возвышалась септа Бейлора. Величественное здание, возведённое во славу богов, казалось Арье весьма далёким от веры. Это был, скорее, огромный дворец, хозяин которого хотел показать всем сколь он богат и могущественнен, чем храм где следовало смиренно «предаваться размышлениям о том, как следовать по пути предначертанному всем Матерью и Девой», как когда-то заунывно вещала септа Мордейн.

— Арья, ты идёшь? — недовольный голос Сансы прервал её размышления. Ставший уже привычным холодный взгляд сестры выказывал явное неудовольствие всему, что та видела: одежде, слишком коротким, по мнению Сансы, волосам, да и самой Арье со всеми её мыслями и поступками.

Отчуждение, возникшее между ними с того памятного дня в саду, продолжало нарастать. Чтобы Арья не делала, стена между ними становилась всё выше и выше. Зато отношения Сансы и Маргери Тирелл стали намного теплее. Вот и сейчас, шагая рядом с ними, Арья не могла отделаться от мысли, что она здесь лишняя. И Санса и Роза Хайгардена были на своем месте — благородные леди при дворе, в то время, как она, Арья самой себе казалась дурной актрисой в захудалом театре. Как она ни старалась играть свою роль, выходило всё одно — «Арья-лошадка» с «руками, как у кузнеца». Гораздо лучше у неё получалось орудовать мечом и кинжалом, пытаясь достать Зару, чем с «достоинством истинной леди» сопровождать будущую королеву. Вот её сестра — другое дело. Она всё делала утончённо и изящно, как и подобает истинной леди. Вышивала, пела, играла, разговаривала. Даже ходила. И платье ей нисколько не мешало. А подол Арьиного платья вечно за что-то цеплялся и путался между ногами. Но сегодня Арья добровольно согласилась на эту пытку и, поэтому, приходилось терпеть.

В этот солнечный день дорога и ступени, ведущие к септе Бейлора, были наполнены людьми. Отовсюду раздавались приветственные крики — толпа обожала свою будущую королеву. А та, шествуя рядом с Арьей и Сансой, благосклонно улыбалась ей, излучая уверенность в своем будущем и настоящем, подкрепляемую многочисленными обозами с хлебом, регулярно пребывавшими в столицу.

Несмотря на все проявления щедрости и любви к ближнему, Арья не могла отделаться от ощущения фальши, во всём, что окружало Розу Хайгардена, начиная от её внезапно вспыхнувших чувств к Джоффри и, заканчивая, раздачей игрушек детям-сиротам. Она собиралась стать женой кровожадного ублюдка и этим было всё сказано. Все они — и леди Оллена, и её сын, и её внучка играли в одну игру — игру в королеву милостивую, справедливую и любимую народом. А зачем им это было нужно — догадаться не трудно — все, ради того, чтобы один из Тиреллов оказался на Железном троне. Вот и сейчас, поднимаясь по ступеням септы под восторженные крики толпы, Арью преследовала мысль, что она стала частью спектакля, призванного продемонстрировать всем святость и благочестие леди Маргери Тирелл.

То и дело сверкая белозубой улыбкой, Маргери, приветствовала всех, начиная от лордов и заканчивая простолюдинами и при этом, со здоровым дружелюбием акулы, изучала идущую рядом Арью. Именно так, по мнению Арьи, и должны выглядеть акулы, высматривающие сардин. И о тех, и о других она прочитала в очередной книге, принесённой Иларио.

Не забывая улыбаться всем во круг, Маргери с любопытством рассматривала сестру Сансы. За время, проведенное в столице, девочка изменилась. Она уже больше не напоминала изголодавшегося, затравленного, готового в любой момент напасть волчонка. В её взгляде появилась уверенность. Лицо посвежело, на щеках играл здоровый румянец. Руки были более ухоженными, ссадины и синяки зажили. Да и волосы, хоть и коротковатые, но уже аккуратно подстриженные, уже не торчали во все стороны. И одета сегодня она была как леди. Но, не смотря на все произошедшие внешние перемены, младшая Старк отличалась от старшей, как небо и земля. По сравнению со своей красивой и сдержанной леди-сестрой, Арья казалась ей настоящей разбойницей, способной на любой самый неожиданный поступок. Разбойницей, которой покровительствовал сам Тайвин Ланнистер.

Не смотря на все усилия семьи Тирелл, маленькая северянка отвергала любые проявления дружбы со стороны Маргери и её бабушки. Вот и сейчас, приняв приглашение вместе посетить службу в септе Бейлора, девочка с трудом скрывала рвущееся наружу недовольство. К тому же, Маргери не могла не заметить напряжение в отношениях между сёстрами, возникшее в последнее время. Попытки что-то выяснить ни к чему не привели. В этот раз, не склонная к скрытности Санса, не спешила поделиться с Маргери тем, что происходит...

Наконец, последние ступени оказались позади и будущая королева Семи Королевств, сопровождаемая сёстрами Старк, прошествовала под своды Септы Бейлора.

Взметнувшиеся ввысь колонны с парящим над ними потолком и витражами невероятное красоты внушали трепет, благоговение. Торжественное убранство храма, белые одежды Верховного Септона и его помощников были под стать цветам, перевитым лентами, протянувшимся меж перекладин, подставок и постаментов. Сам посредник между богами и людьми был преисполнен достоинства, с которым он выполнял свой великий долг. Свет, струившийся сквозь разноцветные стекла, словно подтверждал благословение высших сил всему, что происходило под сводами грандиозного творения Бейлора.

Собравшиеся в септе с благоговением внемли тому, что произносилось с верхних ступеней, не забывая, при этом, смаковать последние сплетни. Маргери Тирелл и сёстры Старк были в центре всеобщего внимания. Будущая королева, в излюбленном ею открытом платье, едва прикрывавшем спину и плечи, вдохновенно ловила каждое слово септона. Стоявшая рядом Санса Старк, казалась погруженной в свои мысли. Её скромный глухой наряд и покорность на бледном лице, как нельзя больше подходили дочери предателя, чего нельзя было сказать о младшей Старк. Дерзко сверкавшие глаза, коротковатые волосы, необычное серое шёлковое платье расшитое серебром, частично оголявшее руки и доходившее почти до пят, делало её похожей на принцессу из сказки.

Её появление вызвало интерес и жадное любопытство жителей столицы. Королевская Гавань уже давно жила слухами о воспитаннице Десницы. Те, кто был вхож в Красный замок, с удовольствием рассказывали невероятные вещи об Арье Старк. Ей приписывали странные увлечения, любовь к оружию и дерзким нарядам. Город был переполнен сплетнями об её истинной роли в семье Ланнистер. Опасаясь озвучить их вслух, все кому не лень строили догадки и предположения, о том, какое именно место она занимала в жизни Десницы короля.

Ощущая на себе многочисленные взгляды, Арья чувствовала себя как никогда неуютно. Всё вызывало в ней раздражение: церемония, окружающие её люди, платье, надетое ради Сансы. С тоской, она понимала, что и эта попытка сблизиться с сестрой провалилась. Зря она нацепила на себя очередное творение портних замка и притащилась в нём в септу. Из её появления в новом, самом красивом наряде, Санса сделала понятный только ей вывод, поинтересовавшись, не подарок ли это Десницы.

Чувствуя, что ещё немного, и она разозлится на весь мир, Арья сцепила пальцы и опустила глаза, стараясь не видеть окружавших её сплетников. Вся эта толпа вдруг показалась ей стадом овец, блеявших и повторявших друг за другом одни и те же глупости. Явственно представив перед собой баранов, одетых в пышные одежды, она еле сдержалась, чтобы не рассмеяться. «Раз баран, два баран.., — едва шевеля губами, шептала Арья, уставившись на затейливый узор каменных плит пола, — … сорок три барана…».

Стоя между Маргери Тирелл и сестрой, Санса отстранённо вслушивалась в слова септона, не вникая в их суть.

Предложение будущей королевы взять с собой Арью не вызвало у неё особой радости. Она надеялась, что, мягко говоря, не слишком религиозная сестра, отклонит приглашение. Но Арья пришла. Даже потрудилась выглядеть как леди, отдав предпочтение платью, а не, ставшими уже привычными, странным и агрессивным нарядам. Настороженная и не слишком разговорчивая по пути в септу, за последние минуты она изменилась, став какой-то одуховотрённой… возвышенной… Внезапный благочестивый порыв Арьи удивил и обескуражил Сансу. Молитвенно сложенные руки, опущенные глаза, едва заметное движение губ — и это её младшая сестра? Сестра, никогда не отличавшаяся особым почитанием богов, сейчас самозабвенно обращалась к ним с какой-то одной ей известной молитвой? О чем она просила их, эта совсем незнакомая ей Арья в дорогом, расшитым серебром платье — очередном подарке Десницы. Десницы, которого она обнимала в Королевском саду!

Всё это время сестра упорно пыталась сблизиться с ней, но Санса ничего не могла с собой поделать — картина, увиденная ею, преследовала её. Она знала о занятиях Арьи с учителями, о том, что она регулярно бывает у Десницы, даже охотится с ним! Лорд Тайвин явно баловал её младшую сестру, подарив лошадь, позволяя тренироваться с дорнийкой, одеваться, как ей хочется. Уже не раз ей, Сансе, приходилось слышать смешки и шёпот за своей спиной, что по сравнению с Арьей, она выглядит как её бедная родственница. И вот, сейчас она стояла рядом с ней, моля о чем-то богов… Или вымаливая прощение за одной ей известные грехи..?

На трехсотом баране Арья поняла, что её пытка закончилась. Верховный Септон произнёс последние слова, распуская собравшихся. Отделавшись от назойливой Маргери Тирелл и сестры, так и не соизволившей сделать шаг ей навстречу, она покинула септу.

Столица жила своей собственной жизнью, не обращая внимания на сплетни и интриги знати. Дорога, спускавшаяся в город от подножия септы шумела и бурлила под напором обычных земных страстей, весьма далёких от промысла Семерых. Улицы были полны людей. На перекрёстках и вдоль дорог шла бойкая торговля. Горожане спешили по своим делам, торговцы зазывали покупателей, расхваливая свой товар. При виде знатной девочки в сопровождении охраны, одетой в цвета Ланнистеров, люди расступались, тут же смыкаясь за её спиной в плотную толпу, не проявлявшую ни малейшего интереса к очередной богатой леди.

Мелькнувший впереди силуэт показался Арье знакомым. Так и есть — Бронн, приятель и наёмник Тириона. Мужчина со знанием дела рассматривал лук и стрелы, предлагаемые торговцем оружием.

— Благородный господин может не сомневаться — это лучший лук во всём Вестеросе! Гибкий и податливый, словно стан младой девы! А стрелы! Где ещё Вы найдете такие стрелы?  — не унимался хозяин лавки.

Всем своим видом выказывая сомнения, Бронн изучал товар, оценивая столь нахваливаемые гибкость и прочность. Стаявший рядом Тирион Ланнистер скептически переводил взгляд с торговца на своего приятеля-наёмника:

— Ну, как можно сравнивать саму жизнь, любовь, красоту и наслаждение с тем, что отнимает эту жизнь?!

— Вы не любите оружие? — звонкий голос Арьи Старк ворвался в разговор.

Дружно повернувшись, мужчины увидели стоявшую рядом девочку. Разрумянившаяся, с задорно блестевшими глазами, она явно бросала вызов обоим спорщикам.

Воспитанница отца в очередной раз удивила Тириона. Он никак не ожидал увидеть её здесь, рядом с лавкой оружейника. Ему было известно, что сегодня она пошла в септу вместе с сестрой и Маргери Тирелл. Судя по всему, этим и был определен выбор её наряда — столь непривычное для неё платье. И вот, одетая в шелка, юная леди готова спорить с авантюристом и наёмником, убившим едва ли не сотню человек, о достоинствах и недостатках оружия!

— Я ничего не имею против оружия, но арбалетом мне пользоваться не приходилось. Впрочем, как и луком — тоже! — осторожно ответил Тирион, с опаской поглядывая на воспитанницу отца. Похоже, с неё станется опробовать товар прямо здесь.

— Совсем? — удивилась Арья.

— Нет, ну в руках арбалет-то я держал и, в случае чего, выстрелить смогу! Но вот поразить далекую цель — боюсь, я не самый лучший стрелок!

— Ну, в двух шагах кто угодно не промахнется! — фыркнула девочка с изрядной долей презрения.

— Лорд Тирион неплохо управляется секирой, миледи! — поспешил встать на его защиту Бронн. «Миледи», которой, явно не нравилось подобное обращение, недоверчиво посмотрела на Тириона:

— Правда..?

— А Вы, значит, любите арбалет? — Тирион не стал углубляться в своё боевое прошлое, предпочтя разговор о стрелах и болтах.

— Вовсе нет! Я люблю меч и кинжал! А стрелять предпочитаю из лука!

— Почему из лука?

— Он ... лучше! — не удосужившись привести ни одного довода, Арья Старк, тряхнув коротковатыми волосами упрямо вскинула голову.

Возвращая товар купцу, уже было понадевшемуся на хороший барыш, Бронн несколько удивлённо возразил девочке, смотревшей на него запрокив голову:

— Но у арбалета есть свои преимущества!

— И какие, позвольте спросить? — прищурившись поинтересовалась Старк.

— Он позволяет лучше прицелиться.

— Меткий стрелок всегда выберет лук! — фыркнула Старк. — А тот, кто мажет — его никакой арбалет не спасет!

Так, ничего и не выбрав, они, под недовольным взглядом торговца, покинули лавку. Но, спор про оружие, продолжился. Несмотря на то, что они уже почти дошли до Красного Замка, дискуссия по поводу преимуществ лука и арбалета не утихала. Не смея открыто отделаться от воспитанницы Десницы короля, Бронн с недовольной физиономией пытался ей возражать. Едва достающий ему до груди «знаток» оружия стоял на своём. Посмеиваясь над пикантностью ситуации, Тирион вышагивал рядом. Каким-то образом, сам не поняв как, слово за слово и он, Тирион, уже был втянут в пари.

Оказавшись в одном из внутренних дворов замка, спорщики приступили к выбору мишени. Арья улыбаясь, во всю подшучивая над смущавшимся Бронном. Его приятель явно чувствовал себя, мягко говоря, всё более и более неуютно в столь странной компании. А юная благородная леди тем временем уверенно примерялась к выбранному луку. Ни сколько не смущаясь, она взяла оружие и протянула его мужчине:

— Уступаю Вам право первого выстрела!

— И что на кону? — поинтересовался Бронн.

— Ни за что не поверю, что это Ваше первое пари и Вы не знаете, на что обычно спорят! — фыркнула Арья. — Впрочем, если у Вас нет денег, думаю, лорд Тирион Вам одолжит!

— А у самой-то юной леди они есть?

— Мне они не понадобятся! Впрочем…, —  улыбнувшись, Арья повернулась к Тириону.

— Как это мило! — развел руками карлик. — Кто-бы не выиграл, я, в любом случае, в проигрыше!

Арья рассмеялась. Бронн смешно поджав губы, виновато кивнул и встал на позицию.

Пущенная им стрела достигла почти что центра мишени — до сердца красного круга ей не хватило совсем чуть-чуть. Снисходительно взглянув на соперницу, Бронн отошёл в сторону.

Уверенно захватив лук левой рукой, правой Арья натянула тетиву. Слившись воедино с лёгким и гибким оружием, она почувствовала, как завибрировало тонкое древко с насаженным острым наконечником, просвистел воздух, рассекаемый почти невесомым оперением — пущенная стрела достигла цели, точно по центру мишени. Тряхнув волосами, Арья победно посмотрела на Бронна и Тириона. Увесистый кошель, извлеченный карликом из недр его камзола, лёг в её протянутую ладонь.

— И на что Вы потратите свой выигрыш? — поинтересовался поверженный Бронн.

Рассмеявшись, Арья изобразила книксен и попрощалась с мужчинами.

Оставшись одна, она рассеяно улыбалась собственным мыслям, теребя спрятанный в складках платья тяжёлый кошель. Как бы не сложилась её судьба, деньги никогда не будут лишними.

Легко перепрыгивая через ступени, она спустилась в сад. Прогуливавшиеся лорды и леди, уступая ей дорогу, тут же начинали увлечённо перешёптываться за её спиной. Обсуждали её визит в септу? Богатое платье, расшитое серебром? Или состязание с Бронном в стрельбе из лука? Здесь, где, казалось, даже кусты обладали способностью доносить друг на друга, нельзя было быть уверенной ни в чём. А уж в том, что все передвижения и забавы воспитанницы Десницы короля тут же передавались из уст в уста, можно было даже не сомневаться!

— Миледи!

Обернувшись, Арья увидела отделившуюся от огромного дерева фигуру Тартской Девы. Женщина-рыцарь показалась ей ещё более высокой, чем при их первой встрече.

Приблизившись, Бриенна сверху вниз смотрела на дочь леди Кейтилин. Девочка вовсе не выглядела несчастной, запертой среди каменных стен заложницей. Весьма уверенная в себе юная леди, разгуливающая по саду в наряде, свидетельствовавшем, что её дела вовсе не так уж и плохи. Следовавшие на отдалении гвардейцы в алых плащах, были единственным признаком того, что Арья может быть пленницей. Серые напряжённые глаза, смотревшие настороженно и несколько недоверчиво, коротковатые растрёпанные волосы, шевелящиеся под дуновением ветра — девочка ни чем не напоминала свою леди-мать.

— Леди Арья. Я здесь по просьбе леди Кейтилин Старк. Я поклялась, что доставлю Вас и леди Сансу к ней, — тихо произнесла Бриенна, не отрывая взгляда от лица младшей Старк. Недоверие никуда не исчезло из глаз северянки. Даже, казалось, наоборот — взгляд стал ещё более напряжённым и ледяным.

«Ещё один благодетель из числа друзей моей матери! — промелькнуло в голове у Арьи. — И как они нас делить будут? Уж не подрались бы! А то разрубит леди Бриенна лорда Бейлиша на куски! Если тот раньше не отравит её…».

Глядя на спасительницу Джейме Ланнистера, она размышляла, как лучше ей поступить:

— Я поняла. У Вас есть план?

— Пока нет, но сир Джейме…

— Хорошо, — перебила Арья свою очередную благодетельницу. Ей только не хватало сына Десницы во все разростающемся и разростающемся списке спасителей! — Я почти каждый день гуляю в саду. Ждите моего ответа. С Сансой я сама поговорю.

— Я начну приготовления, — кивнула Тартская Дева.

Внезапно Арье стало её жаль. Бриенна показалась ей честной и открытой — такой, какой и должен был быть истинный рыцарь. Она явно всё ещё верила в людское благородство и вряд ли понимала куда попала.

Шагнув к ней, Арья тихо произнесла:

— Не забывайте, где Вы — в месте, где доносить друг на друга считается правилом хорошего тона.

Развернувшись, Арья пошла прочь — приближалось время обеда, и в конце аллеи она уже заприметила фигуру Скопио, спешившего к ней с посланием от лорда Тайвина.

После возвращения сира Джейме она второй раз была у Десницы. Арья чувствовала, что он тяжело переживал увечье сына. Внешне, как всегда холодный и сдержанный, лорд Тайвин не столь охотно откликался на её шутки. Куда-то исчезли золотистые искорки из зелёных глаз, которые раньше так часто вспыхивали при очередном колком замечании Арьи. Злясь на своё желание хоть как-то поддержать наставника, она ничего не могла с собой поделать. Несмотря на то, что человек, потерявший руку — враг её Семьи, а отец, к которому вернулся сын-калека, продолжал вести против Старков войну, она не могла отделаться от ощущения, что с каждым днём они становились ей всё ближе и ближе. Она искренне привязалась к Тириону и ничего не имела против Джейме. Ей было жаль, что так глупо и нелепо Вестерос потерял одного из своих самых прославленных воинов. Всё, что касалось лорда Тайвина, было намного сложнее. Он давно уже перестал ей быть просто врагом. Но, вот кем он стал для неё? Однозначно ответить на этот вопрос она не могла. Только отношение к Джоффри и Серсее оставалось неизменным — желание увидеть на пике голову этого малолетнего ублюдка и его мамаши, всячески потакавшей его извращениям, росло с каждым днём.

Приступая к обеду, лорд Тайвин поинтересовался:

— Ты сегодня посетила септу? Не знал, что ты так веришь в богов!

«Верю в богов! — горько усмехнулась Арья. — Их могущество и щедрость известны, вот только почему-то они не торопятся воскрешать мёртвых… Да и возвращать отрубленные руки — тоже…».

— А Вы, Вы верите в богов? — вскинув голову, спросила она. По какому-то… тусклому взгляду Арья поняла, что её покровителю приходят на ум те же мысли, что и ей.

— Вера вещь весьма полезная, — оставив её вопрос без прямого ответа, произнёс лорд Тайвин. Горькая складка у его губ проступила ещё чётче.

— Полезная? Каким образом?

— Она может быть прекрасным инструментом в управлении государством, а может и разрушить его.

— Но ведь король сам по себе, а септоны сами по себе, разве не так?

— Отчасти так. Религия и власть не должны смешиваться. Но должны опираться друг на друга. Одно без другого существовать не может. Государь, чтя обеты Семерых — показывает всем пример, укрепляя веру. Септоны, поддерживая решения правителя — сеют уверенность в умах людей, что это угодно богам.

— Как верховный Септон одобрил расторжение помолвки Сансы и Джоффри ради Маргери Тирелл!

— Именно, — кивнул лорд Тайвин, — вера в Семерых позволяет жить и радоваться жизни, не требуя ничего особенного от жителей Вестероса.

— И прекрасно удовлетворяя требования власти! — презрительно фыркнула Арья.

Уголки губ лорда Тайвина дрогнули в едва заметной улыбке. Но возражать он не стал:

— Иногда бывает иначе.

— Иначе?

— Сомневаюсь, что костры, которые в угоду богу Света пылают на Драконьем Камне принесут Станнису удачу. Его последние поражения, голод и разруха рано или поздно породят вопрос — а столь ли необходимы все эти жертвы? Чего на самом деле хочет Р’Глор? И чем больше людей бросит в костры Станнис Баратеон, тем больше вопросов уже к самому Станнису возникнет у его вассалов.

— Значит, нам всем повезло, что о воле богов мы узнаём от септонов, а не от красных жриц!

— Гм, повезло… А что ты делала сегодня в септе? Говорят, что твоё обращение к богам было весьма… вдохновлённым! — Арья с удовольствием и смущением отметила, знакомые искорки в зелёных глазах. Судя по всему, лорда Тайвина вряд ли шокирует её признание об истинной природе религиозности его воспитанницы.

— Считала баранов.

— Что-о-о?! Ха! — нечто похожее на смешок, вырвалось у её покровителя, и уже более чем определённая улыбка смягчила вечно суровые черты лица.

— Всё так затянулось… И…

— И стоя рядом с благочестивыми Маргери и Сансой, ты не знала чем занять себя, не показавшись при этом слишком невоспитанной!

Судорожно вздохнув, Арья кивнула:

— Я понимаю, что не следовало так себя вести, ведь вера и религия очень важны, — изобразив раскаяние, она потупила взор, при этом искоса поглядывая на своего наставника.

Потянувшись к бокалу с вином, лорд Тайвин слегка наклонил голову вперёд. Взгляд и выражение его лица вновь стали серьёзными и жёсткими:

— Вера! Она туманит разум и дарит иллюзии! То, что не сделаешь во имя короля, сделаешь во славу богов! Религия — маковое молоко для народа!

====== Глава 1.12. ======

Ещё один день сменил ещё одно утро затянувшегося пребывания Арьи в Королевской Гавани. Очередной день не принёсший с собой ничего нового. Всё чаще и чаще её посещала мысль, что она так никогда ничего и не узнает, что могло бы быть полезным Роббу. А если и узнает, то что она с этим будет делать? Вот если бы ей удалось сбежать! Сбежать и оказаться далеко-далеко от сюда!

Глядя на бирюзовые воды залива, она представляла таинственные берега, ждавшие её по ту сторону Узкого моря. Было бы здорово, если бы солнечные блики, скользившие по волнам, могли чудесным образом превратиться в мост, достающий до самого Эссоса! А ветер, игравший белоснежным парусом, оживил пересмешника, пристроившегося точно по его центру. И тот, превратившись в дракона, унёс бы её в дальние страны!

Но это были всё глупые мечты и сказки. А Арья в сказки не верила. Интересно, а Санса — верила ли Санса в те сказки, что нашептывал ей сейчас Мизинец? Силуэты сестры и склонившегося к ней мужчины тёмным пятном выделялись на фоне голубого неба. Губы Петира Бейлиша почти касались уха Сансы. Одна его рука была согнута в локте и предупредительно предложена сестре. Вторая, то и дело мимолетно касалась её ладони, демонстрируя заботу и опеку.

Арья чувствовала, что её терпение на исходе. Ещё раз пройдясь по пирсу, она нетерпеливо отбивала носком сапога дробь. Им с сестрой во чтобы-то ни стало надо поговорить! Поговорить, пока одна из них не наделала глупостей!

Размышляя над предложением Бриенны Тарт, Арья всё больше и больше склонялась к мысли, что её помощью, в случае чего, можно будет воспользоваться. Только её. Но никак не Мизинца и не семейства Тирелл. Но определённые сомнения всё ещё оставались. В себе Арья была уверена. Но Санса… Её слишком изнеженная сестра и побег — вещи мало совместимые. Да и холодок, сквозивший в их отношениях в последнее время, только всё усложнял.

Наконец-то Санса и Мизинец расстались. Поравнявшись с сестрой, Арья невинно поинтересовалась:

— О чём вы разговаривали?

— Ни о чём. О всяких пустяках.

По её лицу Арья поняла, что та врёт. Зачем? Что такого предложил ей Мизинец, что следовало от неё скрывать?

— Он по-прежнему хочет помочь нам сбежать? — резко спросила она Сансу.

 — …

Смятение и растерянность, отразившиеся на бледном лице, подсказали Арье, что, возможно, именно об этом они и говорили. Вот только, почему-то, поделиться с ней этим сестра не желала.

— А ты, Санса, ты всё ещё хочешь сбежать?

Ответное напряжённое молчание ещё больше не понравилось Арье. Вспомнилось как когда-то сестра мечтала стать королевой и отказывалась уезжать из столицы. Потом всё изменилось, но, похоже, не надолго. Пусть, королевой ей уже не быть, но она может стать ближайшей подругой королевы. Почти сестрой. Арья не смогла не заметить, что, в последнее время, сблизившись с Маргери, Санса стала чувствовать себя намного увереннее в Королевской Гавани. Какие планы были у Тиреллов на одну из Старк? И в чём они уже сумели её убедить?

— Что ты молчишь?! — не выдержав, вспылила Арья. — Или ты всё ещё на что-то надеешься? Королевой будет другая! Джоффри — чудовище и никогда тебе не сидеть подле трона короля, сколько бы ты об этом не мечтала, сколько бы не говорила вслух!

— Может я об этом и мечтала, и говорила вслух, но я никто — просто дочь предателя, в то время как ты сидишь рядом с человеком, правящим от имени короля!

Сверкавшие, увлажнившиеся глаза Сансы с обидой и горечью смотрели на Арью. Неужели всё так… просто? И причина их размолвки обычная зависть? Но, чему? Покровительству лорда-десницы, вознёсшему её на недосягаемую для многих высоту? Но, ведь она, Арья, к этому не стремилась! Её нарядам? Но, ведь это не более чем тряпки! Всё это было так ... глупо, так ... нелепо.

Разозлившись на сестру ещё больше, Арья отрезала:

— Я этого не хотела!

— А чего ты хотела?!

— Вернуться к маме и Роббу!!!

— Так, так, так! Какой дивный диалог дочерей предателя! Так вот о чём мечтает леди Арья Старк! Пора вам обеим знать своё место! — полные злорадства слова Джоффри словно ушат холодной воды обрушились на Арью и Сансу. В горячке спора обе не заметили, как оказались рядом с тенистыми садами, так не вовремя скрывшими приближавшуюся к ним процессию во главе с королём.

«Первый имени своего» переводил взгляд с одной на другую в предвкушении очередной забавы. И даже не пытался скрыть свою радость. Обычно преисполненный скуки государь оживился в ожидании развлечения. Арья словно услышала его мысли: «Дочери предателя готовят заговор! Они пойманы с поличным!»  Глядя на них с Сансой, он явно представлял всё, что с ними сделает.

Видя как сестра с затравленным блуждающим взглядом, присела в реверансе, Арья чувствовала, как внутри неё всё закипает. Вздёрнув подбородок, она с вызовом посмотрела на Джоффри, даже и не думая изображать почтение. Пусть придворные лизоблюды раскланиваются перед коронованым ублюбком! Она этого делать не будет никогда!

Явно не ожидавший от «дочери предателя» такого непочтения, Джоффри буквально задохнулся от «праведного» гнева — тыча в неё пальцем, он никак не мог подобрать нужные ему слова:

— ... Ты, дочь предателя!..Ты забыла кто перед тобой?!!

Побледневшее лицо, расширенные зрачки, судорожно подрагивавшая рука, вскинутая с указующим перстом, направленным на них... Видеть это было невыносимо! «Ублюдок!!! Мерзкий ублюдок и убийца!!!» — появилось стойкое желание вцепиться ему в горло, и, забыв обо всём, Арья выкрикнула прямо в искажённое злобой лицо:

— Наш отец не был предателем!!! А Вы убили его!!! Убили потому что боялись!!! Вы — трус!!! Подлый…

Санса, схватив Арью за руку, с силой прижала её к себе. Еле стоя на ногах, она залепетала:

— Ваша Милость, Арья сама не знает что говорит! Она сильно расстроена… Она… Она… вспомнила…

— Что… вспомнила? — яростно дрожащий подбородок и налитые кровью глаза правителя не предвещали ничего хорошего.

— … Отца… Сегодня именины отца! И все переживания… Простите её дерзость! Она не со зла!!! Всем известно, что Вы милосердны и справедливы! Наш отец признал, что ошибался! Я сама слышала! Арьи ведь не было здесь в то время! Я ей всё расскажу, она поймёт… Простите!!!

Дыша как загнанная лошадь, Арья пыталась высвободиться из цепких объятий сестры. Но Санса слишком крепко держала её, чуть ли не затыкая ей рот собственным платьем. Как это всё было мерзко и противно!!! Унизительные извинения перед коронованным ублюдком, ложь, попытка приписать ей чуть ли не безумие на почве воспоминаний об отце! Она была там!!! Она всё видела!!! Она никогда не забудет!!!

— Его Величество и так проявил верх милосердия, позволив вам обеим жить под одной с ним крышей! — в гнетущей тишине прозвучал голос Серсеи, наполненный не меньшей яростью, чем голос её сына. Сверкнув глазами, королева кивнула охране: — Проводите сестёр в их покои.

— В… их… покои!!! — правитель Семи Королевств сорвался на фальцет.

— Мейстер осмотрит леди Арью и решит, что с её здоровьем.

— Она… назвала… меня…

— Так, как мог назвать только безумец, — мягко проговорила Серсея, взяв сына за руку. — Несомненно, переживания вылились в болезнь. Жалость, только жалость — единственное, что приходит на ум глядя на них. Жалкие создания! — полный презрения и ненависти взгляд скользнул по обнявшимся сёстрам.

Наконец-то высвободившись из цепких объятий Сансы, Арья смотрела вслед уходившим Серсее и Джоффри. Что теперь с ними будет? В тревожном предчувствии, она уже сама обняла сестру...

Через пару часов, сидя напротив своего покровителя, Арья пыталась совладать с гнетущими мыслями.

Их встреча состоялась в рабочем кабинете Десницы. Суровое лицо лорда Тайвина не предвещало ничего хорошего. И сейчас, как и некоторое время назад, её мучали тревога и… страх. Гнев Тайвина Ланнистера мог быть разрушителен. А он всё молчал, молчал. В гнетущей кабинетной тишине был слышен только скрип пера, выводящего слова на бумаге. Сидя на жёстком стуле, напротив своего покровителя, Арья чувствовала себя как никогда неуютно.

— Юная леди не хочет мне ничего сказать? — наконец-то оторвавшись от письма, поинтересовался Десница. В стальных нотках Арье послышалось рычание льва — «Услышь мой рёв!». Сегодня она посягнула на честь его Клана, его Семьи, обвинив в трусости и лжи одного из львов.

Расправив плечи, Арья с вызовом ответила:

— Джоффри оскорбил память моего отца!

— Его Величество король Джоффри Барратеон! Не забывай этого!— ярость. Едва сдерживаемые ярость и гнев явственно звучали в голосе и отражались на лице её покровителя.

— Я — Старк! И я никогда и ничего не забываю!

— В таком случае, позволь тебе напомнить, что Эддард Старк признал ошибочность своих суждений!

— Он это сделал ради Семьи!

— Тем более, тогда ты должна уважать и принять его выбор! Если ты действительно Старк и тебе важны интересы Семьи!

— Я — Старк! И интересы Семьи для меня превыше всего!

Встав из-за стола, лорд Тайвин приблизился к неподвижно замершей Арье. Опершись о спинку её стула, Десница наклонился к своей воспитаннице — зелёные глаза в упор смотрели в серые.

— Тогда помни об этом, всякий раз поддаваясь своим эмоциям. Твоя личная обида — это твоя личная обида. Никогда ни один Дом не одержит победу, если будет ставить интересы отдельных его отпрысков выше интересов Семьи.

Арья напряжённо слушала наставника. Его вновь ставший тихим низкий голос гипнотизировал, пристальный взгляд завораживал. Никогда он ещё не был столь безапелляционно суров с ней.

— Помни об этом, девочка. Помни сейчас. Помни потом, когда закончится эта война. Нам суждено было родиться теми, кому дано определять судьбу Королевства. Мы в ответе за то, что наше по праву. Отец, мать, брат, сестра — такие-же отдельные члены Семьи как и мы сами. Вправе ли мы ставить их интересы превыше всего? Превыше всего того, что дано тебе по праву рождения? Придёт время и нас никого не станет. Ни меня. Ни тебя. Ни моих детей. Ни твоих братьев и сестры. Останется только наше наследие — то, что мы передадим нашим потомкам. Останется Север, Запад, Вестерос…

Арья молчала, хотя ей хотелось крикнуть в ответ: «Но Вы сами начали войну из-за Тириона! Значит, угроза Вашему сыну имеет значение, а честь моего отца — нет!». Но она не стала этого делать. И без того у неё было ощущение внезапного помилованного осуждённого, над чьей головой уже был занесён топор.

Подойдя к отдельно стоявшему столику, Тайвин налил себе вина. Раздражение на Арью не отпускало его. Он давно уже ожидал нечто подобное. Даже удивительно, как долго она продержалась! Джоффри и Серсея тоже хороши — повестись на слова какой-то девчонки! Если каждый раз король будет так реагировать на дерзости в свой адрес, то грош ему цена! Воистину, Вестеросу в последнее время не везёт с правителями: безумный, пьяница и, увы, судя по всему, вспыльчивый глупец! Впрочем, его дочь сегодня неплохо выкрутилась — нервное расстройство Арьи Старк, надо-же! И Санса тоже хороша. Придумать про именины отца!

Отпустив воспитанницу, Тайвин вернулся к делам. Но брошенные ею слова никак не шли у него из головы — «Я — Старк! И я никогда и ничего не забываю!». Может быть всё бесполезно? Разве кому-то под силу приручить волка? А тем более, льву. Как могут ужиться вместе два хищника?..

Оставшись одна, Арья дала волю чувствам. Бросившись на кровать, она зарылась в подушку. Лица, лица, лица… Они мелькали перед ней, сменяя друг друга… Отец, мама, Робб, Санса, Джон, Джоффри, Тайвин Ланнистер… Мёртвые и живые… Те, кому она уже ни чем не сможет помочь и те кто, любит её и ждёт её возвращения… Те, к кому она успела привязаться… Те, кого она ненавидела… Вновь появилось ощущение, что она в тюрьме. В тюрьме, где стены и решётки были не из камня и железа, а воздвигнуты из её собственных мыслей и рождены её же поступками. Внезапно всплыли слова Тириона — «придёт день и двери откроются…». Нет, она не из тех, кто будет сидеть сложа руки! Она должна вырваться отсюда любой ценой!

То, что сегодня произошло, если не примирило их с сестрой, то хотя бы дало трещину в стене, выросшей между ними. Ещё недавно они были совсем одни, но сейчас в столице Бриенна. Почему-то Арье очень хотелось верить женщине-рыцарю. И ещё есть её маленькая заначка, спрятанная в тайнике письменного стола, столь вовремя обнаруженном накануне пари с Броном. Отложенная половина денег дожидалась своего часа. Вторая, оставаясь в кошеле Тириона, лежала в сундуке с одеждой, дабы не вызывать подозрений излишней скрытостью. Арья нисколько не сомневалась, что и о пари, и об её выигрыше знали все шпионы столицы и их хозяева.

Поразмыслив, Арья пришла к выводу, что ничего страшного не случилось. Будь всё плохо — лорд Тайвин не отпустил бы её просто так. А значит, хватит валяться в постели! И тут же позвала Тайлу.

Сидя в ванной, Арья словно пыталась смыть с себя мерзость воспоминаний о Джоффри. Позже, она устроилась с книгой, погрузившись в истории о Весеньи.

Незаметно наступил вечер. А за ним и ночь. И вновь дни побежали сменяя друг друга. Солнце вставало на востоке и ложилось на западе. Арья всё так же тренировалась с Зарой, занималась с Иларио. Лорд Тайвин, по-прежнему, приглашал её разделить с ним трапезу, словно ничего и не было. В часы, когда Королевскую Гавань заливали потоки солнечных лучей, она сидела на террасе, наслаждаясь вкуснейшими блюдами. Из садов долетали ароматы роз и жасмина. С моря дул свежий бриз, тая в себе воспоминания о дальних странствиях и невероятных приключениях. Сидевший напротив неё мужчина, с цепким пронзительным взглядом зелёных глаз, казалось, понимал её с полуслова и отвечал на любые вопросы, готовые сорваться с её губ. Все, кроме тех, которые касались её Семьи. Ни что не могло заставить её забыть о том, что в этом мире есть Робб, мама, Санса и … Джоффри. Она по-прежнему мечтала о побеге. Но её выходка в саду стоила ей их с сестрой иллюзорной свободы — охрана не отходила от неё ни на шаг. Тоже самое было и с Сансой. Они обе находились под бдительным контролем круглые сутки. Приблизиться к Бриенне стало не просто рискованно, а невозможно. Любые слова, сказанные кому-либо одной из Старк, тут же становились известны многочисленным шпионам.

Сцена в саду возымела ещё одни последствия, которые Арья осознала не сразу. Весть о почти семейной склоке львов и их воспитанницы разнеслась со скоростью пожара по всей столице. Все ждали наказания дочерей предателя. Но его не последовало. Вместо этого и Арья и Санса пользовались всё той же свободой, что и раньше. Это был знак, указавший всем, что отныне с Арьей Старк необходимо считаться. Находясь под покровительством Тайвина Ланнистера, она оказалась не по зубам ни королеве-регент, ни её сыну. Отныне заискивающиеся взгляды и притворное дружелюбие со стороны придворных стали её постоянными спутниками.

С Серсеей и Джоффри она старалась видеться как можно реже. И это ей вполне удавалось. Редкие встречи с королевой не сулили ничего хорошего — она кожей чувствовала, что та ей ещё припомнит слова, брошенные Арьей в адрес её сына и то, что ей за это ничего не было. Игнорирование отцом её требования наказать сестёр, Серсею явно привело в бешенство. Да и покровительство Десницы ей было, мягко говоря, не по вкусу. Чего нельзя было сказать о Джейме. Удивление. Да, именно удивление и озадаченность, отразились на его лице при новости, преподнесенной Тирионом при их повторном знакомстве, что Арья теперь часть семьи Ланнистер. Если верить словам Бриенны, то Цареубийца, так же, как и она, поклялся вернуть дочерей Кейтилин домой. Но, к счастью, в слух он этого не говорил и свою помощь не предлагал. Держась на отдалении, он лишь вежливо приветствовал Арью. Так же, как и Сансу.

Отношения с сестрой если не наладились, то стали заметно теплее. Но ощущение, что она по какой-то причине продолжает не доверять ей, так и не покинуло Арью.

Дни летели, сменяя друг друга. Складывались в недели. Недели — в месяцы. Жизнь Арьи Старк в Королевской Гавани вернулась в привычное русло. Как-то незаметно для себя она привыкла к окружающей её роскоши. Привыкла к Тайле, помогавшей ей одеваться и раздеваться. Ей уже не казалось глупым иметь множество нарядов. Те, что были для неё сшиты по приезде в Королевскую Гавань, стали малы. На их смену пришли новые. Её гардероб пополнился костюмами для тренировок и верховой езды — как вызывающе-дерзкими, так и более сдержанными. Было и несколько традиционных строгих платьев. Её волосы потихоньку отрастали. Да и сама Арья стала чуть выше — она уже не казалась такой маленькой, прогуливаясь рядом с сестрой. Переодеваясь, она бросала взгляды в зеркало, отмечая изменения, которые её делали всё меньше и меньше похожей на ту девочку, что когда-то покинула Винтерфелл. Но нет-нет, да воспоминания об «Арье -лошадином лице» всплывали в её памяти. И, почему-то, именно сейчас обидное детское прозвище воспринималось особенно болезненно. Раздражённо отворачиваясь от Арьи, смотрящей на неё сквозь зеркальную дымку, Арья настоящая думала, что в семье Старк две сестры — одна красивая, а вторая — младшая. Проснувшись однажды утром, она обнаружила на простынях кровь. Тихонько подсевшая на кровать Тайла, приобняла её за плечи и без всякого пиетета поцеловала в лоб: «Вы взрослеете, моя северная госпожа…».

В отличае от Арьи и её жизни, в которой всё менялось, столица и весь Вестерос, казалось, застыли в одной временной точке. Ланнистеры и Тиреллы никак не могли договориться о королевской свадьбе. На театре боевых действий наступило затишье. Львы замерли в ожидании. Волки тоже. Поговаривали, что Робб Старк отчаянно ищет союзников и никак не может найти. Ни его тётя — Лиза Аррен, ни его несостоявшийся тесть — Уолдер Фрей не спешили к нему присоединиться. Впрочем, об этом Арья узнавала лишь по отголоскам слухов. Обсуждать подобные темы с ней боялись — слишком страшна была тень Тайвина Ланнистера, которая, казалось, сопровождала её повсюду. Даже природа погрузилась то ли в томительное ожидание, то ли в спячку, всё продлевая и продлевая долгое лето. И «зима близко» звучало уже не столь грозно. Среди благоухающих садов никому не верилось в то, что когда-нибудь небо заволокёт тучами и пойдёт снег.

Встречая очередное солнечное утро, Арья по-прежнему спешила на тренировку с Зарой, а после, не менее увлечённо, впитывала всё, чему её учил Иларио, всё, что слышала от лорда Тайвина. Дни сменялись за днями и, неожиданно для себя, она поняла, что чаще обеденное время проводит с сестрой, а не с лордом-десницей. Наставника она теперь видела гораздо реже, чем раньше. Похоже, день, когда Маргери Тирелл станет королевой, всё-таки должен был наступить — львы и розы медленно, но верно утрясали все свои спорные вопросы. Приготовления к королевской свадьбе всё явственнее ощущались в столице и за её пределами. В Королевскую Гавань начали стекаться лорды и леди со всех концов Вестероса, представители вольных городов и совсем отдалённых государств. Помимо обычной рутины Десницы, дни Тайвина Ланнистера теперь были заполнены встречами и переговорами. Со временем, Арья начала скучать по их совместным обедам. Ей не хватало его внимательного взгляда, низкого голоса, его интереса к событиям в её скромной жизни. По вечерам, занимаясь переводом или трудясь над очередным заданием Иларио, Арья тоскливо поглядывала на отблески света из окон кабинета Десницы. Ей хотелось подняться к нему, задать кучу вопрсов — важных и не очень. Рассказать о том, как прошёл её день. Поинтересоваться, что ему удалось сделать из тех планов, которыми он с ней когда-то делился, а что — нет. Но она не смела. Раскрывая очередную книгу или берясь за перо, она лишь представляла, как в нескольких шагах от неё лорд Тайвин делал тоже самое.

Жизнь вокруг начинала оживляться, в то время как теперь уже в жизни самой Арьи наступило затишье. Приготовления к королевской свадьбе, всё больше захватывавшие столицу, её совсем не касались, пока в один из вечеров Скопио не сообщил ей о предстоящем приёме, устраиваемом правящей династией, на котором Десница хотел видеть сестёр Старк.

====== Глава 1.13. ======

Из зеркала на Арью смотрела незнакомка. Серое платье облегало тонкую талию, лиф подчеркивал грудь, делая ее больше. Вырез, оголявший ключицы и плечи был более откровенным, чем те, к которым она привыкла. Слегка расширявшиеся рукава, как и подол юбки, были с разрезами, сквозь которые клиньями выступал рубиново-винный шелк. Рубины окаймляли серую ткань и переходили на контрастную ей багряную, оттеняя благородство и насыщенность оттенков. А каждое движение рождало причудливую игру красок.

Тайла протянула ей плоский футляр. На бархате искрились самоцветы и лютоволк…

Кровь ударила Арье в голову. Лютоволк! Как он смеет?! Как?! Дарить ей знак её Дома! Вся кипя от возмущения, она резко выставила вперёд руку, словно желая отгородиться от подарка. Не ожидавшая этого Тайла, выронила футляр. Серебряный зверь с глухим звуком упал на каменный пол. Опомнившись, Арья подняла медальон. Она не может позволить валяться символу её Дома в грязи, пусть это и дар врага! Лютоволк будет там, где ему и место — у её сердца!

Тайла молча наблюдала за замершей хозяйкой. Взяв из рук Арьи украшение, она аккуратно надела его ей на шею, застегнув миниатюрный замочек. Усадив свою госпожу перед зеркалом, служанка продолжила готовить её к предстоящему торжественному ужину, устраиваемому Десницей. С помощью щипцов, она слегка приподняла тёмные волосы. Получившаяся легкая волна зрительно удлиняла шею, открывала лицо, делая его более взрослым. Подобрав отброшенный Арьей зажим, она заколола часть волос у левого виска. В тёмных прядях засверкали бриллианты. Такие же обвили её левое запястье. Почти невидимая тонкая серебряная нить создавала иллюзию упавших звезд, случайно запутавшихся в кудрях, задержавшихся на её руке.

— Ты ни на кого не похожа, — тихо произнесла Зара, появившаяся секунду назад в покоях Арьи. Одобрительно она смотрела на свою подопечную леди-дикарку. Сегодня Арья впервые выглядела как настоящая женщина. Юная, ни на кого не похожая девушка. Алые шелка платья говорили о Юге, серые тона и затаившийся лютоволк — о Севере, коротковатые волосы и уверенный взгляд напоминали женщин-воительниц Дорна.

Шагнув, Арья одела туфли на небольшом каблуке и стала ещё чуть выше.

— Позволь? — слегка улыбнувшись, Зара развернула принесенный ею сверток.

Арья почувствовала, как легкие пальцы коснулись её губ, оставив на них что-то нежное и приятное на вкус.

— Закрой глаза, — Зара держала в руках тонкую палочку. Пара уверенных движений и Арья неуловимо изменилась. Губы стали чуть более яркими, глаза большими. Незнакомка в зеркале стала еще более загадочной и… красивой. С удивлением она рассматривала эту новую для себя Арью, пытаясь понять, нравится ей происходящие перемены или нет. Вместе с новым образом старые обидные слова из далёкого детства про лошадиное лицо таяли и исчезали словно мираж.

— И, последнее, — прошептала Зара. На кожу запястий, шеи и в ложбинку груди упало несколько капель. Воздух вокруг неё наполнился волнующим терпким ароматом юга, внезапно сменившейся прохладой и свежестью севера. Зара тихо рассмеялась удивлению Арьи:— Ты думаешь, если женщина Дорна берет в руки оружие, то она становится мужчиной? Нет, моя дорогая! Женщина — всегда женщина. И ничто нам не мешает наслаждаться жизнью!

Всё ещё посмеиваясь, Зара подтолкнула её к двери.

Не переставая удивляться себе самой, Арья спустилась этажём ниже — ей ещё предстояло зайти за Сансой.

Зал, убранный к ужину, встретил сестёр множеством свечей, освещавших благородных лордов, поспешивших принять приглашение Десницы на приём, который должен был стать первым в череде предсвадебных пиршеств. Собравшихся нисколько не смущало, что сам виновник торжества и его мать отсутствовали. Государь воздержался от публичного появления, не полностью оправившись после неудачного падения на охоте. Королеву-регент внезапно сразил приступ головной боли, вызванной переживанием по поводу случившегося. Хотя, некоторые сплетники поговаривали, что внук в очередной раз разгневал всемогущего деда и был награжден особым зельем от мейстера, дабы успокоить взволнованный юный разум. Помимо целебного отвара от политически необдуманных поступков предстоящего вечера, Джоффри должна была удержать и его мать, охранявшая монарший сон в королевских покоях.

О том, что их не будет, Арье сообщил Скопио, за что та была ему очень благодарна. Если бы, не ставшая уже привычной, замкнутость сестры, вечер мог стать вполне сносным. Когда Арья возникла у неё на пороге, Санса лишь сдержанно поздоровалась. «Тебе уже дарят бриллианты?» — это была, пожалуй, единственная фраза, которую Арья услышала от неё. Да за кого она её принимает?! Опять она за своё! А Арья ещё надеялась, что они наконец-то помирятся! Но её сестра никак не хотела видеть чуть дальше собственного носа! Вернее, нарядов Арьи и её мнимого благополучия. Не хотела понять, что тряпки и украшения — это всего лишь то, что на поверхности. Настоящая Арья — по-прежнему Старк! И ни что и никто не заставит её измениться внутри, чтобы она не надела на себя сверху!

Едва оказавшись среди гостей, Санса тут же нашла повод оставить Арью одну. Переминаясь с ноги на ногу у стены, Арья поглядывала по сторонам.

Среди приглашенных было много не знакомых ей лиц. Те, кто появлялись сквозь распахнутые двери, спешили засвидетельствовать своё почтение Ланнистерам и Тиреллам. Постепенно всё вокруг заполнялось гулом голосов, среди которого прорывался жеманный смех благородных девиц и более сдержанный мужской говор. Сверху, на галерее, играли музыканты. Весёлая мелодия от чего-то навевала на Арью тоску. С каждым мгновением настроение становилось всё хуже и хуже. От нечего делать, она принялась разглядывать зал.

Хорошо ей знакомый, он сегодня выглядел совсем по-другому. На расставленных столах дожидались своего часа запеченые куропатки и перепела, горками возвышались пирожки, красовались пирожные, раскидистые гроздья винограда радовали глаз зелёными, розоватыми и фиолетовыми оттенками. Сновавшие слуги подносили новые угощения и вино, переливавшееся кровавым блеском в прозрачных кувшинах.

Помимо множества свечей столы украшали цветы. Цветы были и в напольных вазах, расставленных вдоль стен. В большинстве своём это конечно же были розы. От роз в Королевской Гавани сейчас было не спрятаться, не скрыться. Помимо роз в букетах, они были на дублете Рыцаря Цветов, поясе Мейса Тирелла и леди Оллены. Ну и конечно же на Маргери. Поймав на себе взгляд будущей королевы и её бабушки, Арья отвернулась. Особого желания пускаться с ними в светские беседы у неё не было.

— Надо же! Мне кажется, или младшая за один день повзрослела года на три? — саркастически проговорила Оленна Тирелл. — Она может быть похожа на девушку?

— Бабушка, Арья очаровательна! — промурлыкала Маргери. — Её платье удивительно красиво! И ей так идёт! Серый и винный оттенки — у неё есть вкус!

— У Тайвина Ланнистера есть вкус! — фыркнула леди Оленна. — Цвета Старков и Ланнистеров на маленькой волчице, изображающей львицу. Или львицу в волчьей шкуре? Во всяком случае, теперь никто не сомневается, что основные наследницы Севера — часть дома Ланнистер!

— Бабушка!

— Что? Старки всегда правили Севером. Младшие Старки мертвы. Робб рано или поздно лишится головы. Они единственные, кто останется в живых из детей Эддарда. Единственные — и под покровительством Ланнистеров. Ланнистеров, которые выберут им нужных мужей и укрепятся на Севере. — С минуту помолчав, леди Оленна обратилась к подошедшему внуку: — Лорас, поздоровайся с леди Арьей и леди Сансой. Девочки так одиноки в этом ужасном замке. Надо поддержать их.

Тиреллы были не единственными, кто обсуждал сестёр. Беседуя, лорд Тарли и лорд Стаффорд, посматривали в их сторону:

— Воистину, удивительно милосердие короля Джоффри, сохранившего жизнь детям предателя! — долетели до Арьи слова, брошенные лордом Стаффордом. Резко обернувшись, она не сдержалась:

— Воистину, удивительна смелость высокочтимых лордов, дерзнувших судить о поступках милосердного короля Джоффри в его отсутствии! Смею всем напомнить, что мой отец — лорд Эддард Старк, не побоялся говорить с королем прилюдно! — вздёрнув подбородок, она с вызовом окинула взглядом собравшихся. Все, кто находился рядом, притихли.

«Что она творит?» — сердце Сансы испуганно колотилось, она была на грани обморока.

Лорд Стаффорд и лорд Тарли напряженно молчали.

Тирион, издали наблюдавший за разыгравшейся сценой, подошел поближе. Девчонка его отца буквально скользила по краю пропасти. Ещё немного и у неё вырвутся слова, не допустимые, даже для воспитанницы лорда-десницы. Неужели прошлый раз ничему не научил её?!

Низкий властный голос развеял повисшую тишину:

 — Уверен, леди Арья, что лорд Стаффорд ни коим образом не хотел оскорбить Вас и леди Сансу. Он всего лишь высказал восхищение мудростью Его Величества, справедливо рассудившего, что дети не в ответе за деяния своих отцов. Смелость же Эддарда Старка, к счастью для его семьи, не ограничилась личной беседой с королем. Признать свои ошибки и не совершить новых, иногда гораздо сложнее.

Почему-то Арье показалось, что последнее сказанное Тайвином Ланнистером предназначалось только ей. Его завораживающий, пристальный взгляд остановился на ней лишь на мгновение, но и того хватило, чтобы отрезвить её мысли. «… Не совершить новых…» — она только что чуть не совершила ошибку. Одну и ту же! Дура! Надо быть более сдержанной, нельзя расслабляться ни на секунду! Здесь, вокруг — только враги, и никого кроме врагов! Если она и дальше будет давать волю языку, когда-нибудь это плохо кончится!

Набрав в грудь воздуха, она сделала вдох. Потом выдох.

— Арья! — обернувшись на знакомый голос, она увидела кузину Маргери Тирелл, имени которой она не помнила.— Тебе нравится вечер?

— Д-да.., — протянула Арья, усиленно пытаясь придумать повод, чтобы избавиться от Маргери и её подруг, приближающихся к ней.

Тайвин внимательно наблюдал за воспитанницей. Он сразу заметил её появление. Арья удивила его своим преображением. Он опасался, что она проигнорирует подарок. Но юная Старк не смогла отказаться от лютоволка. И от остальных украшений тоже. Скопио точно уловил все его пожелания — образ Арьи в цветах дома Старк всем напомнил о её происхождении. Но и мелкие детали в виде рубинового шелка и таких же камней, сверкавших при каждом её движении, не позволяли забыть, что она теперь часть дома Ланнистер. Искрящаяся россыпь бриллиантов легла на волосы и тонкие запястья, словно иней севера, давая понять, что она не заложница, а именно воспитанница, фактически член самой богатой и могущественной семьи Вестероса. Но что за вспыльчивость на людях! Ей нужно учиться быть более сдержанней, держать удар в стычках, подобных этой. Прилюдная дерзость и прямолинейность превращает всё происходящее в балаган, что недопустимо для представительницы древнего рода! Хвала богам, похоже Арья услышала его слова. Он с удовлетворением наблюдал, как она успокоилась и сейчас мирно беседует Маргери Тирелл. Исчезала агрессия и ярость загнанного в ловушку волка. Появилась холодность и сдержанность истинной северной леди.

Арья изнывала от скуки, улыбаясь и поддерживая болтовню будущей королевы и её кузин. Она поймала себя на мысли, насколько интересны были её беседы с лордом Тайвином, по сравнению с этим светским разговором! Тихонько отодвинувшись от девушек, она спряталась за колонной.

— Мои поздравления, сестрёнка! — прозвучал снизу знакомый голос.

Да что, за невезенье! Ей так хотелось побыть одной! Впрочем, компании «братца-Тириона» она была рада. Судя по всему, приветливо улыбающийся «родственничек» тоже был не против с ней поболтать. Карлик, с неизменным кубком в руке уверенно стоял на маленьких коротеньких ножках, не особо торопясь вернуться к обществу, как и она.

— Вы преподали хороший урок лорду Стаффорду! Он теперь надолго запомнит, о чём можно говорить при дворе, а о чём — нет. Да и не он один. И главное — что нужно вовремя остановиться, — маленький Ланнистер, запрокинув голову, внимательно смотрел ей прямо в глаза. Казалось, он хотел удостовериться, поняла ли Арья его предупреждение. Его взгляд опустился ниже, скользнул по украшениям, платью.

Тирион удивленно созерцал результат произошедшей метаморфозы — гусеница превратилась в бабочку. Воспитанница его отца перестала быть ребёнком. Она стала молодой девушкой — привлекательной, с особой свежестью и непосредственностью. Перед ним стояла ни на кого не похожая юная леди. Её необычные увлечения и острый ум придавали ей особую пикантность. Терпкий аромат духов будоражил и возбуждал. Тирион не мог не отметить бриллианты в волосах и на запястье. Что это? Демонстрация Десницей своих прав на одну из Старк и практически введение её в семью Ланнистер в качестве дочери? Или в каком-то другом качестве, пока ещё не объявленном официально? Кто она для него?

Почувствовав некую неловкость в присутствии Тириона, Арья поспешила покинуть его. Нет, определенно этот вечер не принесёт ничего хорошего! Обида Сансы, косые взгляды лордов, перешептывания у неё за спиной, да ещё Тирион, вдруг ставший каким-то отстранённым и совсем незнакомым чужим человеком. А ведь он, пожалуй, единственный в Королевской Гавани, кому она симпатизировала. Арье захотелось спрятаться от всех куда подальше.

Переступив порог террасы, она с удовольствием вдохнула свежий морской воздух. Стоя в полном одиночестве, она, наконец-то, расслабилась. С тоской поглядывая на сады, что расстилались внизу, Арья подумала, что с гораздо большим удовольствием она провела бы время там, нежели здесь, где все только и делали, что пялились на неё. Но вряд ли ей удасться уйти — лорд Тайвин этого не позволит.

Прерывистый женский стон, полный неги и наслаждения, прервал поток её мыслей. Осторожно перегнувшись через балюстраду, она увидела мужчину, держащего в объятиях женщину. Руки женщины безостановочно скользили по мужским плечам, погружались в светлые волосы, опускались ниже, обвивая талию. Тонкие и хрупкие, они словно совершали танец, изучали и впитывали в себя силу мужчины, дарили страсть. Голова мужчины склонилась ниже. Его волосы переплелись с черными волосами незнакомки. Каким-то неведомым чувством Арья уловила скольжение мужских губ по женской шее, прикосновения языка к ключицам, груди. Её собственное сердце бешено колотилось, по телу разливался жар. Её дыхание участилось, с губ готов был сорваться стон в унисон стону незнакомки.

Расширившимися зрачками она ловила каждое движение пары. Страсть захлестнувшая любовников перекинулась и на неё. В нескольких шагах от неё женщина безудержно дарила всю себя неизвестному мужчине. Она обнимала его руками, ногами. Её лицо зарывалось в его волосы, её губы скользили по его шее. Движения мужчины стали прерывистыми. Резкими толчками он словно вдавливал незнакомку в стену, а она отчаянно цеплялась за него, принимала с каждым движением всю силу его страсти, растворяясь в ней и возвращая её ему...

Стараясь унять бешено колотящееся сердце, Арья отпрянула от балюстрады. Её тело отказывалось повиноваться. Непослушными ногами она сделала несколько шагов в сторону края террасы. Прохлада, веявшая с моря, остудила лицо, но не смогла притупить жар, разгоревшийся у неё внутри...

— Леди Арья! Вы сегодня особенно хороши!

От неожиданности она едва не подскочила. Сир Лорас! Да откуда он только взялся?! После подсмотренной бури страстей, его светский тон казался пресным.

Рыцарь Цветов протянул ей руку. Арья отшатнулась, словно испугавшись, что через прикосновение он сможет почувствовать бушевавшее в ней пламя. Удивленно взглянув на неё, Лорас Тирелл произнес:

— Что-то не так?

— Я хочу пить.

— Я провожу Вас...

Переступая непослушными ногами, Арья позволила сопроводить себя до её места и даже помочь сесть на любезно выдвинутый стул.

Тайвин заметил, как его воспитанница возвращается в зал в сопровождении молодого Тирелла. Румянец на щеках и прерывисто вздымавшаяся грудь выдавали несвойственное ей волнение. Усевшись за стол, Арья отпила вина. Он знал, что до этого вечера она никогда не пила вино. Тонкая девичья рука поднесла кубок ко рту. Рубиновая жидкость переливаясь за прозрачными стенками, коснулась юных алых губ. Он физически почувствовал вкус вина на её устах, языке. Его рука сама потянулась к собственному кубку. Терпкая жидкость оказалась у него во рту, растеклась волной, согревая всё внутри. Его глаза отмечали малейшее шевеление алых губ, движение горла, сопровождавшего каждый её глоток. Их кубки пустели одновременно.

Арья жадно пила и не могла напиться. Неведомые доселе ощущения вспыхнули в ней с новой силой. Не стоило пить вино! Солнце и ветер дорнийского юга, жившие в каждой капле рубиновой жидкости проникали в её кровь, будили дремавшие чувства и желания. Сердце бешено колотилось. Кожа, хранившая следы духов Зары, источала сводящий с ума аромат. Невидящим взглядом, Арья смотрела на огонь свечей. В неровном пламени ей виделись порывистый танец женских рук на мужском теле, нервные пальцы, судорожно погружавшиеся в светлые волосы. Затаенная страсть огня жаром долетала до неё, как и страсть мужчины и женщины минуты назад. Страсть — животная и чувственная одновременно, не имеющая ничего общего с романтическими бреднями Сансы и глупыми стихами, воспевающими куртуазную любовь...

Пальцы Арьи сжимали кубок. Рукав платья соскользнул по руке, обнажив изящное запястье. Свет свечей, отразившись в бриллиантах, расплескался по нежной белой коже. Лютоволк, притаившийся в ямке между хрупкими ключицами, вздымался и опускался в такт дыханию. Концы серебряной цепочки, удерживающей медальон, свободно опускались в вырез платья, дерзко указывая на прикрытую лифом девичью грудь. Тайвину казалось, что его глаза обманывают его. Ещё никогда его воспитанница не была столь женственна, столь хрупка, столь… желанна… Он скользнул взглядом по её лицу, улавливая трепетное движение ресниц и губ, остановился на её шее, руках…

Подняв голову, Арья увидела лорда Тайвина. Зелёные глаза парализовали её, как когда-то, в Харренхолле. Её сердце забилось ещё чаще — на мгновение показалось, что он проник в её мысли, увидел то, что увидела она, почувствовал то, что почувствовала она. Его рука удерживала кубок с рубиновым вином. Арья судорожно сжала свой бокал, прикоснулась губами к хрупкому холодному стеклу. В её рот проникла обжигающая жидкость. Его губы шевельнулись — он сделал глоток вина. Глоток за глотком их кубки пустели. По её телу разливался жар, руки и ноги тяжелели, голова кружилась. Мысли и чувства растворялись в вине, наполняя её всю словно сосуд неведомой ранее истомой.

До Арьи как сквозь туман доносился гул голосов. Вдоль столов сновали слуги. Собравшаяся знать наслаждалась ощущением избранности, позволившей им прикоснуться ко власть предержащим. Сквозь опущенные ресницы она тайком наблюдала за лордом Тайвином. По обыкновению сдержанный, он неспешно пил вино, поддерживая беседу с незнакомым ей лордом. Безупречно сидевший камзол подчеркивал его стать. Легкий наклон головы в сторону собеседника, внимательный взгляд, аристократические руки, привыкшие держать кубок, меч и перо. Второй раз за вечер она не могла оторвать взгляд от мужчины. И второй раз переживала странные, новые для себя ощущения. Страсть первого и холодность второго будили в ней такие разные и такие схожие чувства. И от этого было так тревожно и так сладко. И сердце билось всё чаще…

====== Глава 1.14. ======

Под ногами поскрипывал песок. На ветру перешёптывались деревья. Издали доносился шум прибоя. Голос Сансы тихо журчал, переплетаясь со звуками, наполнявшими королевские сады.

Погружённая в собственные мысли, Арья почти не слушала её. Странный вечер. Странная ночь, наполненная странными воспоминаниями и снами. Стоило закрыть глаза, и тут же в памяти всплывала сцена, подсмотренная ею на террасе. От выпитого вина её мучила жажда, кружилась голова. Или не от вина? Вода не приносила облегчение. Кубок в руке, холод стекла и влага на губах рождали новые воспоминания. В отблесках свечей всю ночь её преследовал гипноз зелёных глаз лорда Тайвина. Ужин давно закончился, но ощущение его присутствия осталось. Как и смущение от того, что он мог разгадать её мысли. От этого её бросало то в жар, то в холод. Сердце бешено колотилось...

— Арья, ты меня не слушаешь! — возмущенный голос Сансы ворвался в водоворот её тревожных мыслей. — Как ты находишь сира Лораса?

— Сира Лораса? Да я его совсем не знаю!

— Не знаешь? А о чём вы беседовали вчера на террасе?

— Беседовали?

— Ну, конечно! Или Вы просто любовались звёздами? — язвительно спросила Санса, уставившись на неё так, словно хотела уличить во лжи.

— Ничего подобного! Я наблюдала… за закатом!.. А он просто поздоровался со мной! — чувствая, как заалели её щеки, Арья отвела глаза, злясь на сестру и учиненный ею допрос. Мало того, что она, Арья, не знала, как избавиться от преследовавших её мыслей, так ещё и глупости Сансы! И при чём здесь сир Лорас?!

Заминка Арьи не осталась незамеченной. Сузив глаза, Санса подозрительно смотрела на неё. О чём сестра не захотела рассказать ей? Сир Лорас — такой утонченный, такой галантный рыцарь! Она с трепетом вспоминала о подаренной им розе на турнире, устроенном королём Робертом в честь своего друга и Десницы. Любая девушка была бы счастлива принять от него знак внимания! Но тогда он подарил розу именно ей — Сансе Старк! И сейчас, встречая её на тенистых тропинках садов, он был учтив и предупредителен, как никто другой! Будучи наследником Тиреллов, он должен выбрать себе в супруги леди, достойную стать хозяйкой Хайгардена. Если бы раньше кто-то сказал ей, что этой леди может оказаться её маленькая дикая сестрёнка, она бы только посмеялась! Но вчера Арья предстала перед ней в совсем ином свете. И дело было даже не в одежде, которая так неожиданно сделала её более взрослой. Поначалу, выказав привычную для неё дерзость, Арья неожиданно изменилась. Словно опомнившись, остаток вечера она демонстрировала воспитанность, которой за ней никогда раньше не водилось. Ни у кого из присутствующих не осталось сомнений, что перед ними Старк — одна из тех, о которых «Север помнит!». Дочь лорда Эддарда, волею Тайвина Ланнистера не несущая ответственности за предательство своего отца и находящаяся под покровительством десницы короля. Будучи урождённой Старк и ставшая воспитанницей Ланнистеров, она могла подарить будущему супругу одновременно и Север, и союз с теми, кто сидел на Железном троне.

Сначала Санса удивилась, краем уха услышав подобное. Что за глупость! Ведь есть Робб! И, потом, она — старшая из сестёр! Но чем больше она смотрела по сторонам, чем больше прислушивалась, новая картина мира всё явственнее и явственнее вырисовывалась перед её глазами. Приехав два года назад в Королевскую Гавань как невеста короля, она стала никем — всего лишь дочерью предателя кто бы, что не говорил. Появившаяся здесь год назад Арья, из виночерпия превратилась в воспитанницу Десницы короля. Их брат — бунтовщик. И уже мало кто верит в его победу. И когда война закончится, никто и не вспомнит, что на свете есть Санса — старшая из Старков. Останется только Арья — названная дочь Тайвина Ланнистера.

Как-то неожиданно, во всей «красе» заинтересованных взглядов, устремлённых на её младшую сестру, перед Сансой предстало будущее. Будущее, где ей, как и сейчас, придётся играть вторые роли. И уступать всё: Север, Винтрефелл и … внимание рыцарей.

Весь вечер, продолжая улыбаться шуткам Маргери, она следила взглядом за Арьей, прохоживающейся по залу. Вот она что-то ответила незнакомой леди. Та, кивнув, жестом указала на миловидного юношу, стоявшего рядом с ней. Её сын, не иначе, сделала вывод Санса. И эта леди намерена его представить Арье Старк, что, собственно, она и сделала. А вот ей, Сансе, никто никого не представил. Она, как пришла, так и оставалась стоять в окружении кузин Маргери. Даже сир Лорас, который всё это время был рядом, куда-то делся.

Не упуская из виду Арью, Санса не могла не заметить её отсутствия и возвращение с сиром Лорасом. И то, какой она вернулась. Разрумяневшейся, нервно покусывающей губы. Как уселась за стол и тут же потянулась к вину.

Чувствуя, как что-то ядовитыми коготками впивается в её сердце, заставляя совсем по-другому взглянуть на младшую сестру, Санса не могла выкинуть из головы вчерашний вечер. Тем более, когда сейчас Арья так неумело лгала ей.

Появление Лораса Тирелла в конце дорожки посеяло ещё большее напряжение между сёстрами. Арья судорожно подыскивала нужные слова, боясь сказать лишнее. Сомнения и неуверенность, мелькавшие в её глазах мгновенно подмечались обострившимися чувствами Сансы.

— Леди Арья! Леди Санса! — церемонно поклонившись обеим, Лорас неуверенно вертел в руке розу. Седьмое пекло! Ну вот, что ему сейчас делать?!.. «Подари ей розу, окажи внимание!». «Кому ей, Маргери?». «Да, неважно! Любая девушка будет рада презенту от рыцаря Цветов! Санса или Арья — сейчас не имеет значения! Нужно поддержать обеих. Ведь это так естественно — дарить цветы! Тем более одна из них ещё дитя!». Вот и дарила бы сама, раз неважно кому! Лорас злился на Маргери за неловкую ситуацию, в которой он оказался. А сёстры Старк выжидательно смотрели на него. Пауза затягивалась. «Совсем ещё дитя» почему-то вовсе не по-детски сверлила его серым волчьим взглядом, от которого хотелось убежать. Её сестра, по-странному подозрительно рассматривала цветок в его руках.

— Сир Лорас! Прекрасный цветок для не менее прекрасных цветов в королевском саду! — низкий, знакомый голос прозвучал в двух шагах от благородной компании. Никто из них не заметил появление лорда Тайвина.

«Седьмое пекло! Маргери! Цветок для цветов! Какого… Ланнистеру здесь нужно?! Решил прогуляться?! И именно сейчас!..»

«О боги, как же Арья может с ним разговаривать?!.. »

«…»

Мысли стоявшей троицы были такими разными. Раздражение у одного. Страх у другой. И только Арья не смогла бы сказать, что именно она почувствовала при виде своего покровителя. Душа её словно перевернулась, сердце замерло, сбилось с ритма и лихорадочно заколотилось вновь. Со вчерашнего вечера она не видела лорда Тайвина. Впрочем нет… видела… во сне… И ей тоже стало страшно, как и Сансе. Страшно и волнительно одновременно...

Тайвин заметил сестёр Старк ещё издали. Устав от напряженной работы, он решил пройтись перед обедом. Встреча со своей воспитанницей и её сестрой не входила в его планы, но появление на горизонте Лораса Тирелла их резко изменило.

Вчерашний вечер породил массу незнакомых, а может, просто позабытых им чувств. Арья удивила его. Он уже давно разглядел в ней особое очарование, но не ожидал, что оно может быть столь очевидным, если придать ему нужное обрамление. Очевидным, не только для него. Он понял это по откровенным мужским и завистливым женским взглядам. А как она преобразилась, стоило ей утратить холодность и сдержанность! Страсть, он готов был поклясться, что именно страсть бушевала в глазах его воспитанницы, когда она вернулась с террасы в сопровождении Лораса! Семь преисподних! Она ведь ещё ребёнок! Нет, уже не ребёнок… Какого… она делала с Лорасом на террасе?! Что её так взволновало? Что нужно этому мужеложцу от его девочки? Или что-то нужно Оленне Тирелл? Королева Шипов строит планы влияния на Север через дочь Эддарда Старка?

Подойдя ближе, Тайвин остановился. Наследник Хайгардена, явно пребывая не в своей тарелке, вертел в руках розу, неуверенно поглядывая по сторонам. Ни Арья, смотревшая куда-то вниз и в сторону, ни Санса, напряженно уставившаяся себе под ноги, не выказывали романтических настроений. Усмехнувшись про себя, Тайвин, подумал, что, похоже, Королева Шипов не снабдила внука должными инструкциями, кому и как следует преподнести цветок — попытка куртуазного общения сира Лораса с сёстрами Старк потерпела крах.

— Добрый день, лорд Тайвин… А вот и моя припозднившаяся кузина Сесилия! Прошу меня извинить, — с явным облегчением сир Лорас Тирелл, похоже увидел спасительницу, которая позволит ему наконец-то избавиться от цветка! Лучезарно улыбнувшись своей дальней родственнице, он поспешил ей навстречу.

Как и следовало ожидать, девушка, столь неожиданно осчастливленная церемонией преподнесения розы, опешила от внимания со стороны наследника Хайгардена. Наблюдая, как Тирелл со своей новой дамой сердца удаляется по тенистой аллее, Тайвин обратился к сёстрами:

— Леди Санса, леди Арья! Боюсь, мне сложно будет восполнить потерю, столь неожиданно покинувшего нас доблестного рыцаря. И все-таки я могу предложить вам прогулку по саду?

— Д-да, разумеется, лорд-десница, — едва ли не заикаясь, пролепетала Санса.

— Конечно, милорд, — ответила Арья.

Постыдное отступление Рыцаря Цветов неожиданным образом разрядило обстановку. Тайвин с удовольствием наблюдал, как в серых глазах его воспитанницы заплясали искорки, губы растянулись в насмешливой улыбке, еле сдерживая смех. Ему сразу захотелось избавиться от стоявшей рядом Сансы, чей испуганный вид порядком его раздражал.

— Леди Санса, если не ошибаюсь, именно к Вам спешит та молодая особа? Она крайне решительно настроена.

— Д-да, это Шая, моя служанка. Наверное, мне следует узнать, что привело её в сад? — закивав и бросив быстрый взгляд на сестру, Санса с явным облегчением поспешила их оставить.

С уходом сестры, Арья погрузилась в несвойственное ей молчание. Вышагивая рядом с Тайвином, она старательно рассматривала песчаную дорожку под ногами, словно надеясь найти там нечто удивительное.

Посматривая сверху вниз на свою притихшую воспитанницу, он видел испуганно-виноватый взгляд, стыдливый румянец, выступивший на щеках, неровное прерывистое дыхание. Она вновь превратилась в ребёнка. Нашкодившего и боявшегося быть пойманным ребенка. Её более привычные сапоги и одежда без какого-либо намёка на женственность вернули ему его юную подопечную. Так что же произошло между ней и сиром Лорасом? И к кому притащился этот болван с розой? К ней или к Сансе? Его девочка совсем не привыкла к знакам внимания со стороны мужчин. А они, несомненно, сейчас будут. Затеянный им ужин прошёл весьма удачно. Приглашённым ясно дали понять, что решение принять сторону Ланнистеров будет вознаграждено должным образом. Львы умеют ценить союзы. И даже самое жёсткое предательство, не отразится на близких человека, его совершившего. Тиреллы отреклись от памяти Ренли, не поддержали Станниса — и одна из них станет королевой. Эддард Старк раскаялся прилюдно — и наказание коснулось только его. Его дочери живы, не заключены в темницу. Сёстры Старк вскоре станут единственными наследницами Севера. Их младшие братья мертвы. Поражение Робба — вопрос времени. Нет, заполучить их в свои семьи захотят многие.

Глядя на свою воспитанницу, Тайвин понимал, что без матери, ей трудно будет узнать о многих вещах, о которых могла бы рассказать взрослеющей девушке только женщина. Санса явно не в счет. Надо будет поручить это Заре. Не стоит дожидаться, когда она выяснит на личном опыте, как развиваются отношения между мужчиной и женщиной, и что бывает в итоге. В его памяти всплыл вчерашний образ Арьи и ощущения, которые он породил. Переведя взгляд на тихо шагающую рядом девочку, ему вдруг стало неловко за свои мысли и чувства. Усилием воли, загнав их глубоко в недра памяти, он обратился к воспитаннице:

— Тебе понравился приём? — увидев, как она вздрогнула, Тайвин понял, что вопрос вызвал совсем не ту реакцию, на которые он рассчитывал. Да что же там произошло, что Арья сама на себя не похожа? Неужели дело в Лорасе?! Впрочем, странный и крайне не своевременный интерес молодого Тирелла к девочке было не единственным, что, мягко говоря, не понравилось Тайвину: — Ты держалась достойно. Достойно воспитанницы Десницы и представительницы древнего рода!

— Вы находите? — явно облегченно выдохнула Арья.

— Да. Хотя были некоторые моменты. В самом начале, — слегка склонив голову, Тайвин пристально посмотрел на её вмиг посерьёзневшее лицо. Вчерашняя несдержанность подопечной его раздражала. Она должна понимать, что свобода поведения имеет свои рамки. Ему нравилась её непосредственность, открытость. Но это допустимо лишь в очень близком кругу и неприемлемо на людях. Она должна осознавать роль, которую даёт ей право рождения и, к которой, он её готовит.

Вчерашняя сцена, почти позабытая за всем произошедшим после, встала перед глазами Арьи. «Ну, разумеется, дочь предателя чуть было не подвела своего благодетеля!» — воспоминание о начале вечера больно резануло Арью. Её вопрос прозвучал неожиданно даже для неё:

— Смерть отца — насколько она была необходима?

— …

Казалось, лорд Тайвин колебался с ответом. Замерев от напряжения, Арья ждала, он ей скажет. А ёё наставник всё молчал. Можно подумать, он осуждал внука! Чувствуя, как её переполняет горечь, Арья вглядывалась в спокойные, невозмутимые черты лица, пытаясь понять о чём он думает. Впрочем, она и так знала ответ — Лев запросто скажет ей, что угодно, лишь бы волчонок ел с руки!

От заданного ею вопроса на душе стало тоскливо и муторно. Как же ей надоели эти бесконечные метания между преданностью семье и странным чувством защищенности, всякий раз возникавшим в присутствии лорда Тайвина! И никто в этом не виноват, кроме неё самой! Она —  Старк, он — Ланнистер. Так о чём тут можно рассуждать. Они — враги! И вообще, лорд Тайвин виноват во всех её бедах. И в том, что ей так нравиться проводить время с ним, в то время, как она должна его ненавидеть — тоже! Ведь его семья убила её отца, и то, что его самого рядом не было ещё ничего не значит!

Злясь ещё больше, Арья продолжила задавать вопросы:

— Он бросил Вам вызов, обвинил Вашу дочь в измене. Стал врагом! Как Вы поступаете с врагами?

— Когда твои враги бросают тебе вызов, ты должен встречать их сталью и огнем, но когда они преклоняют колени — протяни им руку и помоги встать. Иначе никто больше не упадет перед тобой на колени.

— Значит…

— Значит, жизнь не заканчивается после одной битвы или вынесенного приговора. Приходит время и каждый пожинает последствия совершённых поступков. Чем выше ты стоишь, тем больше судеб затрагивают эти последствия. Деяния крестьянина могут изменить судьбу лишь его семьи. Деяния лорда — его семьи и тех, кто служит ему. Деяния правителя не проходят бесследно для всего королевства.

— Значит, если бы мой отец не был бы казнен, то Робб не пошел бы войной и тогда…

— Сейчас об этом можно только гадать и делать выводы. Жизнь даёт нам уроки, которые надо уметь принимать. Умные люди учатся на чужих ошибках. Дураки — на своих.

— Мой отец не совершал ошибок!

— Разумеется, ведь это твой отец. И никто не вправе тебя упрекнуть, что ты его защищаешь. Но в одной своей ошибке он признался. А раз так, то и ты должна признать её.

— Он признался под давлением! Он хотел спасти нас — Сансу и меня!

— Да, хотел спасти. Но изначально, так ли уж разумен был его поступок?

— Он изобличил ложь ради чести друга!

— После его смерти. Когда опозоренный Роберт уже не мог ничего сделать, дабы очистить свою честь. Муж, узнав о неверности жены, берётся за меч и убивает прелюбодеев или клеветника. А что делать, если он мертв? Если все это правда, то его наследием будут распоряжаться изменница и бастарды. Если нет — его дети и супруга обречены на вечный позор и осуждение. И кем он запомнится — рогоносцем, без малейшего шанса очистить своё имя?

— Отец рассказал бы всё Роберту, но тот умер! Отец просто не успел!

— Не успел. Друг не успел рассказать другу о своих подозрениях. Но когда его друг — король, разоблачение приобретает королевский размах.

— Им двигала честь!

— И его честь повергла страну в хаос, дав повод сомневаться в законности любого из претендентов на престол. При таком раскладе война может растянуться на века! Вопрос – «кто должен править» будет подниматься вновь и вновь. Твой отец поддержал Станниса. Но насколько Станнис будет законным правителем? Малейшее недовольство и все вспомнят о завещании, в котором Роберт указал Джоффри наследником. А ведь был ещё и Ренли — брат Роберта. Его притязания на трон легко было сделать обоснованными, подкрепив аргументы золотом и сталью.

— Но Станнис — был старшим из Барратеонов после Роберта! И он пользуется поддержкой. Он храбрый солдат! Так говорил отец, — продолжала упорствовать Арья.

— Верно. Но что рождает поддержку?

— Честь и вера в короля! — без промедления ответила Арья.

— Вера… Честь… Честь хороша на ристалище, когда рыцари бьются один на один во славу прекрасной дамы.

— Разве на войне честь не имеет значения?

— Конечно, имеет. Но кроме чести есть ещё кое-что. На турнире рыцарь рискует только своей жизнью. За полководцем в бой идут его вассалы, знаменосцы и исход сражения определит не только его судьбу, но судьбу его Дома и людей последовавших за ним. Так как же быть?

— Нужно действовать в интересах Семьи!

— Верно, — кивнул лорд Тайвин. — Интересы Клана — вот что важно. Лорды поддержат того, кто обеспечит стабильность и процветание их Дому. А что рождает поддержку народа? То же самое. Землепашец хочет иметь крышу над головой, возделывать землю и собирать урожай, который он потом продаст. Так ради чего ему, рискуя жизнью, бросать всё это? Ради короля из Дома Баратеонов? Из Дома Таргариенов? Ему всё равно, кто сидит на троне. Но не всё равно, что будет есть его семья.

— Но лорды не простолюдины! Они знают, кто достоин править, а кто — нет! — упрямо вскинув голову, Арья смотрела прямо в светло-зелёные глаза.

— Да знают. А ещё они знают, что войны поглощают много жизней и золота. Пока мужчины сражаются, а благородные леди и их отпрыски сидят в замках — вокруг процветает голод. Некому выходить в поля, ловить рыбу. Защищать от мародёров. Голод порождает недовольство, недовольство порождает бунты. Тот, кто это понимает, не спешит вступать в войну, не имея на то существенных оснований.

— Но что, тогда кроме верности сюзерену может заставить сражаться? — недоуменно пожав плечами, поинтересовалась Арья.

— Причин не так уж и много. Могущественный Дом может попытаться сам взять власть — как это сделали Таргариены. Могут деяния самого короля подорвать веру в него и спровоцировать восстание — как это было при Безумном. Кого-то привлечет выгодный брачный союз или обещание более значимых титулов и земель.

— Как это было с Тиреллами! — усмехнулась Арья.

— Да, как это было с Тиреллами. Они хотят власть, нам нужна их поддержка. Взаимная выгода, — улыбнулся Тайвин. Его воспитанница была полностью поглощена беседой. Лицо оживилось, глаза заблестели. Она стала такой, какой он любил её видеть. Она понимала его. Задавала отнюдь не глупые вопросы. Нет, определённо, остановив свой выбор именно на Арье, а не на Сансе, он не ошибся. Ей бы ещё немного сдержанности и умения контролировать себя! Ну ничего, со временем это всё придёт! Вчерашний вечер верное тому подтверждение. Смогла же она, в итоге, совладать со своими эмоциями и держаться ничуть не хуже старшей сестры.

Арья окончательно успокоилась. Беседа, перетёкшая в более нейтральное русло, отвлекла её от противоречивых мыслей и воспоминаний. Обсуждение роли Тиреллов и Простора в жизни Вестероса, их помощь столице, увело собеседников далеко от болезненной для неё темы смерти отца. И уже ничто не мешало ей с привычным интересом слушать наставника, задавать вопросы, странным образом рождавшиеся у неё в голове и ловить его удивлённо-насмешливые взгляды. Его низкий, со стальными нотками голос вновь, как и всегда, окутывал её с ног до головы, даря чувство защищённости. Уверенности, что всё будет хорошо. Что она не одинока. Что она кому-то нужна.

Беседуя, они дошли до моря и остановились у самой кромки воды. Волны бились о каменный берег. Солёные брызги долетали до лица Арьи, оседали на камзоле лорда Тайвина. Десница и его воспитанница стояли рядом. Ланнистер и Старк. Лев и Волчица.

====== Глава 1.15. ======

— Ну, всё — прервёмся! — скомандовала Зара, помогая Арье подняться после очередного пропущенного удара. Её ученица делала успехи, но до дорнийских змеек ей было ещё далеко.

Отложив оружие Зара легла на лужайку. Арья пристроилась рядом. Высокая каменная кладка и стоявшие по ту сторону от стены воины Ланнистеров надежно защищали воспитанницу лорда-десницы и её наставницу от любопытных глаз и ушей. Вытянувшись на мягкой траве, обе смотрели на проплывающие мимо корабли. Большие и маленькие. Ленивые, словно утки на пруду и шустрые, подобно воробьям. С белоснежными парусами и разноцветными флагами. Кто-то из них направлялся в порт, тая в трюмах сокровища, доставленные из Мира, Волантиса, Миерина, Летних островов. А кто-то, наоборот, стремился покинуть залив Черноводной.

— Как он спешит, однако!.. — усмехнувшись, пробормотала Зара.

— Кто — он?

— Тарбер — капитан «Счастливой чайки».

— Ты его знаешь? И почему ты решила, что он спешит?

— Еще вчера он никуда не собирался.

— Возможно, изменились обстоятельства.

— Обстоятельства изменились давно. Да вот узнал он об этом только сегодня. Похоже, Лиззи ему всё рассказала, — усмехнулась Зара.

— Что за обстоятельства, и кто такая Лиззи? — Арья была заинтригована. В последнее время у неё установились дружественные отношения с наставницей. Они обсуждали путешествия и насыщенную событиями жизнь Зары. Арья рассказывала ей о своих скитаниях, о севере. Но никогда ещё предметом их разговора не были люди, тем более незнакомые. По-видимому, этот капитан сильно разозлил дорнийку, раз она о нём заговорила.

— Обстоятельства, которыми чреваты безрассудства. Не следует забывать о них ни мужчинам, ни женщинам. Если только они не муж и жена.

— О чём ты говоришь? — затронутая тема вызвала непонятное волнение в груди Арьи.

— О весьма приятных вещах.., а иногда и неприятных.

— Это как?

— А что, юные леди на севере не секретничают о том, что происходит между женихом и невестой, после того как они оказываются на брачном ложе?

— Что в этом особенного! — фыркнула Арья. — Брак должен быть осуществлён, иначе не будет наследников, а значит — Дома породнились зря.

— Осуществлён!.. Н-да-а-а… Осуществлён.., — Зара с любопытством повернулась к ученице. Блестящие глаза Арьи и её сбившееся дыхание выдавали большую осведомленность о затронутой теме, чем та хотела показать. Ну что ж, тем легче выполнить поручение Десницы. — Действительно, в итоге должны появиться наследники. А иногда появляются бастарды. В Дорне у меня тысячи братьев и сестёр. Все Сенты рождены по велению страсти. Дети, носящие другие фамилии, рождены по велению долга. А иногда и страсти тоже, — запустив пальцы в траву, Зара с видимым наслаждением играла шелковистой зеленью. Арья завороженно следила за ней. В памяти всплывали движения рук незнакомки с террасы.

— Иногда страсть может захватить настолько, что теряешь остатки разума. Знаешь, кто наш самый главный враг? — не дождавшись ответа, дорнийка продолжила. — Мы сами. Победить себя, собственные желания порой гораздо труднее, чем самого прославленного воина. Последствия такого поражения иногда разрушают судьбы людей.

— И что же делать? — прошептала Арья. Ей вдруг стало страшно за незнакомку с памятного вечера. Её страсть была такой неподдельной, такой искренней! А мужчина! В его чувствах тоже не приходилось сомневаться.

— Не поддаваться! — усмехнулась Зара. — Иной путь слишком опасен. Мы, женщины, всегда расплачиваемся за содеянное. И наши рождённые вне брака дети тоже. Как бы не любили нас отцы, мы — бастарды. Ну, а если, кому-то из нас удаётся уклониться от прямого предназначения женщины, то Дева, Старица, да и любой другой из Семерых могут жестоко покарать.

— Уклониться, как?

— Ну, если бы каждая ночь заканчивалась зачатием, то бордели давно бы разорились! Неужели ты не слышала о лунном чае?

Арья нехотя кивнула. Иногда она становилась свидетельницей перешёптывания молоденьких служанок, но никогда не придавала этому значения.

— Хороший мейстер может продать хорошее снадобье… А плохой мейстер — плохое. И потом ещё одно, когда первое не сработает. А вот после второго, за которое он запросит гораздо дороже, несчастная может расстаться не только с ещё не родившимся дитя, но и с жизнью.

— Это несправедливо! — отчаянно воскликнула Арья.

— А ты хочешь совершать проступки и не нести за них ответственность? Жизнь вообще несправедливая штука! Но если боги будут милостивы, то в мужья, моя северная леди, ты получишь храброго рыцаря, который будет не слишком груб в первую вашу ночь и потом подарит тебе сотни сладких безумств и кучу лордов-волчат!

«Не нужен мне храбрый рыцарь! Мне нужен!.. О, боги… » — внезапный мысленный протест против замужества с неизвестным ей человеком родил в голове фразу, которой Арья по-настоящему испугалась. Резко вскочив, она пошла прочь с берега залива, оставив свою наставницу лежать на траве.

В голове были сумбур и растерянность. Хотелось убежать, спрятаться от всех, и в первую очередь, от собственных мыслей.

Обгоняя придворных, Арья миновала сады, галерею и взбежала по крутым ступеньками Башни Десницы. Оказавшись у себя в покоях, она велела Тайле приготовить ванну. Расслабившись в теплой воде, Арья попыталась успокоиться, но всё было бесполезно. В голове была странная пустота, а на душе было тревожно.

Служанка, вернувшаяся с чистой одеждой и стопкой полотенец, что-то говорила, но Арья её почти не слушала. Вода давно уже остыла. Подчинившись настойчивым просьбам Тайлы, повторённым должно быть раз пять, прежде чем она их услышала, Арья выбралась из холодной ванны, и позволила закутать себя в мягкую ткань. Сев к зеркалу и проведя гребнем по волосам, Арья бездумно уставилась в собственное отражение, словно видела его впервые. Хлопотавшая вокруг неё девушка как-то странно на неё посматривала. Или Арье это только показалось? Ну не могла же она залезть ей в голову?!

«Нет! Это невыносимо!» — мысленно повторяла Арья, ожесточенно расчёсывая волосы. С некоторых пор всё пошло наперекосяк и она совершенно запуталась в собственных мыслях и чувствах. Ей необходимо срочно чем-то себя занять, иначе она сойдёт с ума!

Отослав Тайлу, она так и не решила, что будет делать дальше. Тренировка сейчас была бы в самый раз. Но если Зара продолжит беседу… Приближался полдень, а значит лорд Тайвин мог позвать разделить с ним обед. Уж этого точно следовало избежать любым способом! Сейчас она явно не готова ко встрече со своим покровителем. Всё было так странно, так непонятно и неожиданно. Арья прекрасно знала о том, что происходит между мужчиной и женщиной и то, что она видела на террасе, не стало для неё открытием. А вот всё, что было потом, было совершенно необъяснимо. Может всё-таки во всём виновато вино? В том волнении, что охватило её в тот вечер. Иначе как объяснить то, как она тогда пялилась на лорда Тайвина и мысли, рождавшиеся в её голове? Как и его присутствие в её снах. Но сегодня-то она не пила, когда они болтали с Зарой о всяких глупостях! Тогда откуда взялся его образ, внезапно всплывший при упоминании о том, что когда-нибудь у неё будет муж? Нет, пока она окончательно в себе не разобралась, с лордом Тайвином встречаться она не будет!

Приняв решение, Арья быстро оделась и направилась в королевские сады. Оказавшись среди буйной растительности, фонтанов и клумб, она облегченно выдохнула. Здесь было, где затаиться. Ровно час, который обычно её покровитель отводил на совместный обед, можно запросто провести «прогуливаясь» в тени деревьев. А потом она ему вряд ли понадобится — Десница всегда много работал. Свет из его башни был виден и после полуночи.

Задумавшись, Арья обогнула фонтан, едва не налетев на королеву Шипов.

— Леди Арья! Какой приятный сюрприз! — Оллена окинула девочку любопытным взглядом. Юная Старк сегодня была не столь эффектна, как на ужине, но, по-прежнему, производила неизгладимое впечатление. Стремительная, легкая, с разлетающимися на ветру коротковатыми волосами, она напоминала птицу в полете. Платье Арьи, любимого ею серого цвета было более сдержанным, рукава не такими широкими, как это принято в Вестеросе. Слегка укороченное спереди, оно не стесняло движений. Талия была перехвачена винного цвета кожаным поясом. Оленна про себя отметила, что при внешней простоте, наряд воспитанницы Тайвина Ланнистера был весьма дорогим. Её сестра одевалась гораздо скромнее.

— Леди Оленна! — поздоровалась Арья. Уж её-то точно она не хотела встретить сегодня! Ей никогда не нравилась мать главы дома Тирелл. Умная и язвительная, она всех видела насквозь. Для Арьи всегда оставалось загадкой, как можно отдавать собственную внучку за такое чудовище, как Джоффри? То, что Оленна Тирелл прекрасно знала, что из себя представляет король, Арья нисколько не сомневалась. Тиреллы были не менее богаты, чем Ланнистеры и очень влиятельны. Чего же ещё не хватало Королеве Шипов? Власти?

— Не думала, что встречу Вас здесь, — тем временем продолжила леди Оленна. — Мне говорили, что Вы проводите время либо с оружием в руках, либо за изучением книг. Впрочем, я рада, что меня неверно информировали. И я могу насладиться Вашим обществом.

«Интересно, кто её информировал?» — зло подумала Арья, в очередной раз возненавидев этот город — цитадель доносчиков и шпионов.

— Скоро время обеда. Вы составите мне компанию?

— Я… Почту за честь, миледи, — вынуждена была согласиться Арья.

— О, да это же лорд Тайвин!

Резко обернувшись, Арья увидела своего покровителя, направлявшегося к ним. Ну, как такое возможно?! Казалось, все от кого она бежала, настигли её одновременно! Она чувствовала себя так, словно её загнали в угол. Замерев, Арья не знала, что ей делать. Судорожно вздохнув, она смотрела как лорд Тайвин, уверенной походкой хозяина всего окружающего, неотвратимо приближался к ней. Её покровитель был ещё далеко, а от чего-то ей казалось, что он совсем рядом. Высокий, статный, с посеребрёнными светлыми волосами — его образ был знаком ей до мельчайших деталей. Закрыв глаза, она могла воспроизвести каждую морщинку, вокруг зелёных с золотистыми искорками глаз. Его упрямо сжатые, никогда не улыбавшиеся тонкие губы, короткую щетину на щеках и подбородке. Непонятно почему, но она знала каждую деталь любого из его камзолов. Помнила ремень, винного цвета, точную копию её пояса и высокие ботфорты, которым он не изменял со времен Харренхолла...

— Леди Оленна! Леди Арья! — Десница приветствовал обеих легким поклоном.

— Лорд Тайвин! Не рассчитывала встретить Вас. Я собираюсь пообедать. Ваша воспитанница согласилась составить мне компанию. Может быть, и Вы присоединитесь к нам?

— Нет, благодарю. У меня назначена встреча. Желаю приятно провести время!

За всю эту краткую беседу Арья не произнесла ни слова. От низкого голоса лорда Тайвина по её спине побежали мурашки. Боясь выдать себя, она уставилась на его руки. Но от этого стало еще хуже. Знакомые тонкие сильные пальцы рождали в её голове безумные фантазии… Терраса, незнакомка, мужчина… Его страсть… И холодность Льва… Всегда ли он такой? И знакома ли ему та буря чувств, что она подсмотрела?..

— Пойдёмте, дорогая! Время обеда, — леди Оленна подхватив Арью под руку вырвала её из оцепенения и увлекла в сторону замка.

Накрытый на террасе стол изобиловал всякого рода тарелочками, вазочками и чашами, наполнеными фруктами и сладостями. Порхавшие служанки, словно стайка птиц, подносила, расставляя всё новые и новые блюда.

Усевшись, Арья с любопытством рассматривала стоявшую перед ней тарелку с розой. Розы были повсюду: на скатерти, посуде, салфетках и, конечно же, на самой Королеве Шипов.

Не заметив никого похожего на кузин Маргери Тирелл, ни самой Маргери и её брата, Арья поинтересовалась:

— А кто ещё будет? — Мои внуки слишком заняты своими важными делами! — иронично сообщила леди Оллена, поджав губы и качнув головой, словно ставя под сомнение возможность наличия подобных дел у Маргери и Лораса.— Так что мы будем с тобой вдвоем! Ты этому не рада?

— Рада, — вяло ответила Арья. Дождавшись, пока служанка поставит перед ней рыбу и уйдёт она принялась рассеянно ковыряться вилкой в тарелке, пытаясь безуспешно изобразить удовольствие от обеда.

С любопытством поглядывая на сидевшую перед ней молодую особу, Оленна тоже приступила к форели.

Перемену, произошедшую с северянкой, при появлении лорда Тайвина, она уловила сразу. Арья явно была смущена, взволнована. И смотрела на него вовсе не как воспитанница на наставника. Может быть, она и не совсем понимала, свои чувства, но Оленна была готова поклясться, что в глазах Арьи светилась отнюдь не детская привязанность. Оставалось вопросом только одно — это всё её фантазии или уже свершившийся факт? Так что же связывает Тайвина Ланнистера и Арью Старк? Кто она для него — воспитанница, или нечто большее? Затягивать с поиском ответа не стоило. На карту был поставлен Север. Надо было решать безотлагательно, кто из сестёр Старк должен был стать ключом к Северу в руках Лораса. Санса — старшая. Но Арья принята в семью Ланнистер. Через неё они будут укреплять свои позиции. И не факт, что вторая по рождению, она не окажется первой среди претенденток на право повелевать Севером. Если выбрать не ту сестру, то о всех своих планах можно забыть. Но если Арья нужна лично лорду Тайвину, игра может быть слишком опасной. Ошибка могла стать роковой.

— Дорогая, ты уже так давно в Королевской Гавани, а мы даже толком и не разговаривали, — дружелюбно взглянув на Арью, начала Королева Шипов. — Это так сложно, оказаться вдали от семьи. На вашу с Сансой долю выпали тяжкие испытания. Я искренне соболезную вашей утрате, — помолчав, леди Оленна продолжила: — Я плохо знала твоего отца. Говорят, ты была его любимицей?

— Отец любил всех нас, — сдавленным голосом ответила Арья. Ей не нравился этот разговор. Ей не нравилась эта пожилая леди. Ей решительно не нравилось её внезапное «ты», подчеркивавшие их несуществующие близость и доверие.

— Это правда, что отец разрешал тебе фехтовать? — нисколько не смутившись, продолжила леди Оленна. — Это так необычно, когда родной отец позволяет дочери заниматься подобными вещами. Нет, не подумай, я ничего не имею против оружия в руках женщины! Наш мир слишком жесток и нужно уметь постоять за себя. После такого понимающего и чуткого отца трудно будет найти достойного мужа! Все мужчины будут меркнуть по сравнению с ним! Мужественный, справедливый, всё понимающий, защитник — да, таких рыцарей не сыскать! Помнится, раньше, когда я смотрела на своих сверстников, все мне они казались прыщавыми глупцами, по сравнению с моим отцом! Боги, это было вечность назад! Признаться, я даже была немного влюблена в него и ревновала ко всем женщинам, даже к матери. Какая глупость! Наверное, это было слишком очевидно — как-то раз септа заловила меня и долго и нудно рассказывала, что многие девочки моего возраста путают привязанность к отцу с привязанностью к мужчине...

Голос леди Тирелл журчал, как вода в ручье. Арье хотелось вскочить и убежать. Но Королева Шипов не Зара, с ней подобным образом не поступишь.

Махнув рукой, Оленна велела унести основные блюда и принялась за десерт. Смакуя легкий мусс, она наблюдала за своей собеседницей. Тема была ей явно неприятна. Но, сказать, что именно её вывело из равновесия — упоминание о покойном Эддарде Старке или рассуждения о детской влюбленности дочерей в отцов, было не ясно.

— Помнится, я тогда сильно озадачила септу своим вопросом, — продолжила она: — «Так что именно плохо, — спросила я, — то, что мне нравится мужчина гораздо старше меня или то, что он — мой отец? А если бы он был моим отчимом? Если бы моим воспитанием занимался человек, чужой со мной крови, влюбленность в него была бы тоже преступна?»

Оленна подцепила очередную порцию мусса, с любопытством рассматривая сливочно-лимонную пену на серебряной ложке. Повернувшись, она жестом приказала подать ещё десерта. Ей не нужно было смотреть на Арью, чтобы уловить её реакцию. По сбившемуся прерывистому дыханию последней, она поняла, что «случайные» встречи её внука с младшей Старк ни к чему хорошему не приведут. Значит — остаётся Санса. И кто сказал, что этот выбор окончательный? Подарки от влюбленного молодого рыцаря не всегда приводят к свадьбе. Может быть, всё ещё не раз переменится!

Приняв решение, Оленна Тирелл направила разговор в другое, явно более интересное Арье русло. Последняя фраза и тема запоминаются лучше всего, и если лорд Тайвин спросит свою воспитанницу, о чём они беседовали за обедом, та ответит — о турнире, на котором Рейгар Таргариен преподнёс зимние розы Лианне Старк.

====== Глава 1.16. ======

Дни сменяли друг друга, обещая скорое приближение зимы. Но здесь, на юге, лето вовсе и не собиралось сдавать своих позиций: солнце палило так же нещадно, распускались новые цветы, расцветали новые чувства. Арья всё чаще и чаще видела свою сестру в компании Лораса Тирелла. Краснея и смущаясь, Санса ничего толком ей не рассказывала, несмотря на все её расспросы. Радовало хотя-бы то, что, судя по всему, история с памятного обеим сёстрам приёма была ими забыта. Или обе делали вид, что забыта. Санса больше не упрекала младшую Старк в её несуществующей интрижке с рыцарем Цветов. А Арья всячески избегала тем, связанных с торжественным ужином. Казалось, ей нечего было и вспоминать, но это было не так. Новые, неизвестные ранее чувства, ворвавшиеся в её жизнь, пугали её. Боясь и не понимая того, что с ней происходило, она заполняла все свои дни занятиями и тренировками. Наставника она видела крайне редко — он был постоянно занят. В их краткие встречи лорд Тайвин, как правило, ограничивался непродолжительной беседой, либо вовсе только интересовался, как у неё дела. Они уже давно не обедали вместе, чему Арья не могла не радоваться. Она сама старалась избегать Льва, особенно быть с ним наедине. Вот и сейчас, заприметив своего покровителя, она свернула с тенистой дорожки, спрятавшись за кустом барбариса. Вездесущая охрана, увидев приближение Десницы, замерла на почтительном отдалении, не заметив манёвр Арьи. Лорд Тайвин тоже её не увидел. Остановившись возле раскидистого куста, он продолжил разговор со Скопио:

— Отправь не ворона, а гонца. В Близнецах он должен быть до свадьбы.

— Он выедет сегодня на закате.

— Хорошо. Север должен узнать, что значит восставать против Юга.

— Красная свадьба, милорд.

— Пожалуй, точнее не скажешь. Потрудись, чтобы лорд Болтон вовремя получил письмо.

Удаляясь, голоса звучали всё тише и тише. Но и так всё было ясно. С трясущимися коленями Арья вышла из своего укрытия. Десница и его верный помощник уже ушли. «Свадьба в Близнецах… Красная свадьба… Север должен узнать, что значит восставать против Юга…». Когда-то весь Вестерос узнал, что значит идти против Тайвина Ланнистера. И с тех пор «… дождь сквозь крышу слёзы льет…» по Рейнам из Кастамере. У Льва был свой метод обучения не особо понятливых лордов — метод эффектный и эффективный, позволяющий усваивать уроки всем и сразу. И надолго отбивающий желание идти против его воли. Недаром говорили, что с тех пор как Тайвин Ланнистер дорос до войны, Утёс Кастерли не прощает измен.

Что же ей делать? Арья затравлено озиралась по сторонам. Ответ пришёл в лице Бриенны Тарт. Появившаяся со стороны замка женщина-рыцарь, шла ей навстречу. Поравнявшись с ней, Арья приветливо поздоровалась, едва слышно добавив:

— Сегодня, на закате, у водных ступеней…

Озадаченная Бриенна молча кивнула в ответ.

Быстро миновав сады, Арья поднялась к сестре. В покоях её не оказалось. Отправившись вместе с Маргери по делам благотворительности, она еще не возвращалась.

Весь оставшийся день и часть вечера прошли в напряженном ожидании. Стараясь ничем не выдать себя, Арья, как обычно погрузилась в занятия с Иларио и очередной перевод с валирийского. Предприняв ещё одну попытку найти сестру, она поняла, что вряд ли добьется успеха. На этот раз ей сообщили, что она приглашена на ужин к Оленне Тирелл.

Чем меньше оставалось времени, тем большее волнение охватывало Арью. Она нисколько не сомневалась в принятом решении. Даже мысль, что Санса остаётся в заложницах не в состоянии была остановить её. На карту была поставлена жизнь её родных. Именно жизнь — она в этом нисколько не сомневалась. Что ещё кроме смерти, может отучить Север восставать против Юга? Однажды смерть уже отучила должников дома Ланнистер игнорировать требования львов. И то была не просто смерть. О том, что случилось с Рейнами из Кастамере знает каждый младенец в Вестеросе. Сейчас будет тоже самое. Красная свадьба — что уж тут непонятного!

Страх за родных и азарт предстоящего побега вытеснили все остальные эмоции. О том, что её поступок навсегда разлучит с людьми, к которым она успела привязаться, Арья старалась не думать. В Королевской Гавани оставались Зара, Иларио, Тайла, Тирион и … её покровитель. Покровитель, внезапно ставший тем, кем он и был всегда — Главным Врагом Семьи.

Солнце клонилось к закату, неумолимо приближая назначенный час побега. Арья капризно отодвинула кубок с лимонным напитком:

— Тайла, не могу понять — слишком сладко? Попробуй и приготовь мне новый. И положи побольше лимона!

Служанка послушно отпила из бокала. С замиранием сердца, Арья следила, как движения девушки стали менее размеренными, речь — смазанной. Маковое молоко действовало безотказно. Через пару мгновений служанка погрузилась в глубокий сон.

Стараясь не шуметь, Арья перетащила обмякшую Тайлу за кровать, чтобы ту не было видно со стороны двери. Связав руки и ноги разорванной простынёй, она также соорудила что-то похожее на кляп. Теперь можно было быть уверенной, что даже проснувшись раньше времени, девушка не сможет позвать на помощь. Да и ей самой, это послужит оправданием, когда придётся отвечать, куда делась её госпожа. Испытывая угрызения совести, Арья для верности бросила рядом кубок с остатками макового молока.

Взяв накидку Тайлы, Арья укрылась ею с головой. Хвала богам, её служанка, проведя долгие годы гораздо южнее Королевской Гавани, считала местный климат ужасно холодным и все уже привыкли, что по вечерам, она куталась в лёгкий плащ.

Ни у стражников, ни у встретившихся ей по пути редких лордов и леди вид спешащей по поручению своей госпожи девушки не вызвал подозрений. Да и кто обратит внимание на прислугу? Высокомерие господ Вестероса вкупе с осторожностью самой Арьи позволило ей благополучно добраться до выхода из королевских садов. Ступени, спускавшиеся прямо в воду залива и тянувшаяся полоса каменистого пляжа в этот час были пустынны. Оглядевшись, она заметила Бриенну.

— Почему Вы без леди Сансы? И что Вы собираетесь делать? — Тартской Деве явно не понравилась ни спешка, ни отсутствие одной из сестёр Старк.

— Санса была слишком занята. Я должна попасть в Близнецы до свадьбы, это вопрос жизни и смерти!

— Я дала слово…

— Знаю! Но либо Вы его сдержите лишь частично, либо я справлюсь без Вас!

— Послушайте…

— У нас нет времени! Мы должны идти!

— Бежать сегодня?! Это безумие! У нас нет лошадей, почти нет денег! Как Вы намерены попасть в Близнецы? И неужели нельзя отложить всё на день или два?

— Деньги есть. Лошади будут. Если мы задержимся, то не сможем опередить гонца лорда Тайвина.

— Но если только дело в гонце, я сама могу поехать и сообщить всё что надо Вашему брату. Так будет гораздо быстрее.

— Либо мы едем вдвоём, либо я одна, — этот спор начал выводить Арью из себя. — Неужели Вы думаете, что человеку, с помощью которого сбежал Цареубийца, кто-то поверит?

Вынужденная согласиться, Бриенна молча последовала за Арьей. Оголившаяся во время отлива полоска суши выпустила беглянок за пределы Красного замка и столицы. Добравшись до Королевского тракта, они направились в сторону одиноко стоявшего строения. За сто серебряных оленей фермер уступил двух лошадей молоденькой девушке, закутанной в лёгкий плащ. Уже оказавшись в седле, Арья избавилась от порядком ей надоевшего атрибута женской одежды. В своём мужском костюме, предназначенном для охоты, она чувствовала себя гораздо увереннее. Им предстояло преодолеть как можно больше лиг за эту ночь, пока их никто не хватился. Не стоило питать иллюзий, что у кого-то будут сомнения — куда направилась сбежавшая Арья Старк. Как и в молчании фермера — он сдаст их при первой возможности, сообщив о двух лошадях, понадобившихся какой-то девице на ночь глядя.

Через несколько часов бешеной скачки путники устроили привал. Расположившись в тенистой чаще, они занялись кроликом, пойманным Тартской Девой. По суровому лицу женщины не трудно было догадаться, что та не одобряет поступок младшей Старк, бросившей свою сестру в логове врага. Арья долго старалась не обращать внимания на упорное молчание Бриенны, но, наконец, не выдержала:

— Я должна была, понимаете — должна! Уехать именно сегодня, а иначе было бы поздно!

— Я только надеюсь, что всё это не напрасно. Что мы успеем, и леди Сансе Ваш побег не навредит.

Да, это был самый трудный вопрос. Но, Арья почему-то была уверена, что лорд Тайвин слишком ценит возможность влияния на Север через сестёр Старк, чтобы позволить причинить вред одной из них. Тем более, когда второй у него уже нет.

— Расскажите, как Вы стали рыцарем? — Арье захотелось сменить тему и поговорить о чём-то, более ей интересном. Сдержанно улыбнувшись, Бриенна ответила:

— В этом нет ничего особенного.

— Как?! Вы — сражались, Вы — рыцарь! Это безумно интересно!

— Да.., конечно интересно…

По некоторому замешательству женщины, Арья предположила, что всё не так просто как кажется, и догадаться в чём дело — было не трудно. Легко быть леди таким как Маргери и Санса. А вот каково было Бриенне с её-то ростом! Арья её в чём-то понимала. По сравнению с сестрой, она всегда была гадким утёнком, над которым все смеялись и пытались переделать, начиная от матери и сестры и, заканчивая, Джейн Пуль. «Арья-лошадиное лицо» — не самое лучшее прозвище для девочки. Хоть Арья и пыталась себя убедить, что ей было всё равно, но лучше бы её называли как-нибудь по-другому.

Бриенну всё-таки удалось разговорить. Её истории местами были забавными, местами — грустными. С удивлением Арья выслушала рассказ о тени, убившей Ренли. Уже второй человек, ко мнению которого она прислушивалась, отзывался не лучшим образом о Станнисе Баратеоне. Неужели её отец мог ошибаться, считая его лучшим претендентом на престол?

А вот про их совместное путешествие с Джейме Бриенна так почти ничего и не рассказала. Ни то, как они оказались в плену. Ни то, как он лишился руки. Но то, что освободил его Русе Болтон, скрывать не стала.

Глядя на алеющие, словно маки, щёки Тартской Девы, Арья про себя усмехнулась — похоже, леди Бриенна с острова Тарт, не ровно дышала к сиру Джейме Ланнистеру.

Когда кролик был доеден, а последняя история рассказана, пришло время устраиваться на ночлег.

Спать они решили по очереди. Сменив напарницу, Арья тихо сидела у потушенного костра, охраняя лошадей и сон Бриенны. Обхватив руками колени, она погрузилась в свои мысли. Усталость отступила, и всё то, что её беспокоило и мучило стало подкрадываться вновь. Неизвестно почему, но больше всего её волновало, как воспримет её побег лорд Тайвин. Сейчас, наедине с собой, она не могла не признать, что за время, проведённое рядом с ним, она перестала видеть в своём наставнике только врага. И вот, случилось то, что рано или поздно должно было случиться. О, как она ненавидела его!!! И… как ей было тоскливо от того, что они никогда больше не увидятся… Как он мог?!! Как он посмел оказаться тем, … кем и был всегда… Как?!! Она ему поверила! Поверила в него! А он предал… А разве он ей что-то обещал?.. Дал повод думать, что его отношение к Роббу переменилось?.. Нет, он всегда был тем, кем был  — Десницей короля и дедом человека, против которого её семья ведёт войну. Тогда откуда это ощущение, что он обманул её? Обманул её надежды.., её мечты.., её веру в него… Было больно, горько и обидно…

Запах костра и звуки леса, окружавшие Арью, напомнили об охоте и о том, как они вместе ели землянику. Краткий рассказ о Станнисе вызвал ассоциации об их беседах о судьбе Королевства и многом другом. Вслед за одними воспоминаниями пришли другие.., совсем другие и непонятные. Те, от которых она старательно бежала в последние дни… Уже не слова наставника всплывали в её памяти, а его образ, образ который хотелось, завыв по волчьи, выкинуть из головы.., из сердца...

Тряхнув волосами, Арья решительно вынесла себе вердикт: «Возьми себя в руки, тряпка! Ты — Старк! Ты едешь домой! Всё, что было в Красном замке — в прошлом и уже не имеет к тебе никакого отношения!»...

Было ещё темно, когда они вновь тронулись в путь. Теперь им приходилось избегать оживлённых дорог, следуя едва приметными тропами вдоль Королевского тракта. Времени прошло достаточно, чтобы их побег был обнаружен. Да и по мере удаления от столицы шанс повстречаться с мародёрами и разбойниками возрастал. Обходя селения стороной, они издали видели следы войны — пепел пожарищ и царящую кругом разруху. Легкомысленная притягательность юга осталась далеко позади. На смену брызжущим светом лесам пришла густая торжественная растительность: могучие деревья, поросшие мхом, раскидистые папоротники. Ночи стали более промозглыми, а ветра — холодными. Ветра, наполненные запахами севера и приближающейся зимы, казалось, выдували всю горечь и тяжкие мысли, переполнявшие Арью. По мере того, как росло расстояние между ними и Королевской Гаванью, она чувствовала, что её душа словно избавляется от тяжкого груза. В бешеной скачке таяли все тревоги и переживания последних дней. Впереди её ждала встреча с Роббом и мамой. Лошадь, пущенная в галоп, выбивала ритм, в котором непрерывно слышалось одно слово — «до-мой, до-мой, до-мой»! Волчица возвращалась домой, в свою семью! В свою стаю!

«Где она..?» — невесёлые мысли никак не отпускали Тайвина Ланнистера. На смену бешенству и разочарованию пришли тревога и беспокойство за судьбу воспитанницы. Несмотря на усиленные меры по её охране девочка всё-таки сбежала. Сбежала, опоив и связав служанку, вместе с этим кошмаром с острова Тарт, притащившимся в столицу с его сыном. Почему она так поступила?

Допрос охраны ничего не дал, кроме одного момента — оба стражника уверяли, что он сам с ней разговаривал в день побега. Они утверждали, что девочка подошла к нему в саду. Значит, вероятность того, что она могла подслушать его разговор со Скопио, была весьма высока. Тогда она точно направилась в Близнецы.

Злость и раздражение вновь поднялись в душе Тайвина с прежней силой. Девчонка, на которую он потратил столько времени, оказалась глупой, неблагодарной особой! Но.., она, возможно, услышала о том, что жизни её родных угрожает опасность.

Давно уже его мозг не посещало столько противоречивых, неоднозначных мыслей. Седьмое пекло, девочка ему нравилась! Она гораздо лучше понимала его, чем собственные дети, которые только и могли, что думать о себе! Серсея, ходила с самодовольным видом, всячески демонстрируя отцу, что она была изначально права, не доверяя Арье Старк. Джейме, хвала богам, хватило ума лишний раз не высказываться, чувствуя свою вину, за привезённую в Королевскую Гавань эту дылду Тарт! И Тирион, с его мнимой дружбой с Арьей, не сумевший разглядеть готовившийся побег! Но, нет… — он не позволит разрушить свои планы какой-то девчонке, не будь он Тайвином Ланнистером!

Наблюдая, как в горниле печи плавится Лёд — фамильный меч Старков, Тайвин улыбался одними уголками губ собственным мыслям. Блики огня отражались на чёрной коже камзола и знаке Десницы, перстне-печатке на его руке...

Валирийская сталь закипела в ковше и полилась двумя тонкими струйками, заполняя новые формы. Точно так же, как меч Эддарда, те Старки, которых «Север помнит» скоро исчезнут из этого мира, став чем-то совсем иным. Тем, что нужно ему, Тайвину Ланнистеру. Ему и его наследию. И взамен не надо создавать ничего нового. Нужно перековать то, что у него есть. Вернее то, что было ещё вчера. Перековать из материала, который подобно валирийской стали способен держать удар, закаляться и становиться прочнее с каждым новым испытанием. Ему нужна Арья Старк. И он её вернёт. А пока, стоит подстраховаться и использовать Сансу, в его борьбе за Север.

Одобрив кивком головы работу кузнеца, Тайвин вернулся к себе. Вызвав Скопио, он поручил ему письма, одинаковые по содержанию. Одно письмо, гораздо более длинное он написал сам. Вскоре ворота Красного замка выпустили трех всадников. Вороны, выпорхнув из-под крыши, разлетелись по всем направлениям. Через час, а кто-то через день получит приказ десницы. На западе, юге и севере верные ему и его золоту люди пустятся в путь, возьмутся за оружие, либо, наоборот, спрячут его в ножны, в ожидании дальнейших распоряжений. Сила воли, неограниченные средства, знание жизни и человеческой природы — у Тайвина было всё, чтобы рассчитать и реализовать любую, задуманную им комбинации. И только одного ему могло не хватить — времени...

Время, неумолимо бежало, играя против беглянки и её спутницы. Зарядили дожди, превратив лесные тропы в непролазную грязь, а мелкие ручьи — в полноводные реки. Продвигаться вперёд становилось всё тяжелее и тяжелее. Замерев перед очередным бурным потоком, Арья с отчаянием искала признаки переправы. Бриенна делала то же самое чуть поодаль.

Обозначившаяся в стороне фигура всадника, показала, что они не единственные, кто пытается перебраться через реку. Что-то ей показалось знакомым… Так и есть! Седьмое пекло, этого мужчину она не раз видела в Харренхолле! Лорд Тайвин использовал его для особо важных поручений. И сейчас он был впереди них! Его вороной конь уже был в воде — ещё немного и всадник окажется на противоположном берегу!

Выхватив лук и стрелу, Арья послала её в спину гонцу. Лошадь под мужчиной дёрнулась и заржала — то ли от боли, то ли под напором воды. Она так и не поняла, попала она в цель или нет. Судорожно цепляющийся за сбрую гонец и его конь, то погружались в воду, то выныривали на поверхность, быстро смещаясь вниз по течению.

Переправившись в том же месте, Арья и Бриенна немного проехали вдоль реки — мужчины нигде не было видно. Решив не тратить время, они пустили лошадей в галоп. Им оставалась всего пара лиг. Вскоре на горизонте показались две башни, возвышавшиеся по обеим берегам огромной реки. Сердце Арьи учащенно забилось. У неё, волчицы, словно выросли крылья. И вот, ворота Близнецов уже позади. Во дворе суетились солдаты. Торговцы разгружали телеги с мясом и вином. Прислуга и крестьяне сновали между замком и дворовыми постройками. И среди них…

— Мама!!! Робб!!!

====== Глава 1.17. ======

Уткнувшись в плечо леди Кейтилин, Арья Старк не видела встречу Робба Старка и Бриенны Тарт. А Русе Болтон видел. Видел, как возмущенно вскинула голову женщина-рыцарь. Как что-то произнес ей в ответ король Севера. Как сомкнулось вокруг неё кольцо солдат и Тартскую Деву повели в сторону темницы. Русе Болтон смотрел, как принципиальность Робба Старка спасала его самого, Русе от разоблачения. Воистину, боги посмеялись над Молодым Волком! Он был в шаге от возможности узнать, кто его предал. И упустил её.

Продолжая осматривать новую сбрую на своём Андале, он поглядывал в сторону Робба Старка и его семьи. Наконец-то леди Кейтилин приобняв дочь, повела её внутрь замка. Её сын, кивнув Русе, направился в его сторону. А Русе, слегка склонив голову в ответном приветствии, молча ждал своего короля. А ещё, он ждал вестей от Тайвина Ланнистера. Ему сообщили, что скоро он их получит.

Поравнявшись с Русе, Робб Старк обратился к нему, не скрывая своей радости:

— Лорд Болтон! Вскоре состоится ужин в честь воссоединения моей семьи и знакомства молодых. Вы будете?

— Благодарю за честь, но следует проследить за порядком в войсках. Обозы слишком растянулись. Много раненых и пленных, — пояснил Русе, видя недоумение в глазах Робба Старка. Он не собирался лишний раз показываться на глаза его сестре. Она приехала сюда вместе с Бриенной и о чём-то ведь они разговаривали в пути! Явно не о погоде! Ей может быть известно о его роли в возвращении Цареубийцы домой. Остаётся надеяться, что под впечатлением от встречи с родными девица не сразу вспомнит о похождениях Джейме Ланнистера. Ему нужны лишь сутки. Завтра свадьба. По словам Уолдера Фрея, эта свадьба может стать чем-то особенным — Тайвин Ланнистер позаботится. Оба ждали его указаний. А пока лучше провести оставшиеся часы в окружении верных людей и подальше от семьи Старк.

Указания от лорда Тайвина прибыли к вечеру. Русе раздосадовано держал в руках послание — « … никто… прольётся кровь… Лишится… королева Севера. Ланнистеры всегда платят свои долги.» Вода смыла все фразы, кроме последней. Липкие пальцы страха сжали горло. Тайвин Ланнистер не прощает промашек. И разбираться, кто виноват не будет. Русе, казалось, уже в сотый раз пробежал глазами по тому, что когда-то было письмом. Убить их всех и оставить королеву Севера? Нет, это ничего не даст. Убить только её? Бред! А может никого и не надо убивать? Может письмо предназначено не для передачи указаний, а для изобличения предателя? Лишить Робба ещё одного знаменосца, вслед за Карстарками? И прямое незашифрованное упоминание королевы Севера вкупе с Ланнистерами верное тому доказательство? И вернувшаяся Арья Старк в этот момент уже сообщает брату интересные подробности обстоятельств отъезда Цареубийцы из Харренхолла?

А в этот момент, вернувшаяся Арья Старк забыв обо всём, сидела напротив матери и брата не в силах сдержать радости, переполнявшей её. Она забыла про Бриенну, про лорда Болтона, про гонца, унесённого бурным потоком. Где-то там, далеко, остались все мысли, переживания, всё, чем она жила последние несколько месяцев. Она смотрела на мать, слушала слова брата и не мог поверить в то, что снова видит их!

Они изменились. Оба. Робб стал выше. Шире в плечах. И обращались все к нему не иначе чем «Ваше Величество». И брату, похоже, это нравилось.

А вот мать как-то ... постарела. У неё поприбавилось морщин. И появились первые седые волосы...

Как-то незаметно пролетело время и наступил вечер. Толком поговорить Старкам так и не удалось. То Король Севера неожиданно понадобился своим подданным, то присутствие леди Кейтилин было необходимо на встрече Талли с их дальними родственниками. Арью представили Талиссе, познакомили с Чёрной Рыбой, ещё кем-то, чьих имён она не запомнила. А потом сообщили, что пришло время присоединиться ко всем в чертоге. Направляясь в след за братом и его женой, она вдруг поняла, что за ничего не значащими разговорами, она упустила главное — то, ради чего она столь стремительно покинула столицу, бросив Сансу.

Приглашённые на ужин занимали свои места. По залу разносились шуточки и смех. Уже лилось рекой вино. Кое-кто уже тянулся к колбасам и сырам. Кто-то одобрительными возгласами встретил молочного поросёнка, которого двое слуг водрузили в центре стола.

Поглядывая по сторонам, Арья удивлялась тому, что видели её глаза. В освещённом факелами и множеством свечей чертоге замка, который показался ей мрачным и совсем не похожим на залы Винтерфелла, собралось около сотни человек. И это всего лишь предсвадебный ужин?! Что же будет завтра на свадьбе?

Арья крутила головой, выискивая знакомые лица. Были Старки, были Талли и бесконечные Фреи. А вот лорда-пиявки среди них не было. Она хорошо помнила, как выглядит хозяин Дредфорда, не раз бывавший в Винтерфелле. Никого, похожего на него, она не видела.

Наверху надрывались музыканты. По залу летела развеселая мелодия. Гул голосов становился всё громче и громче.

Уолдер Фрей, восседая за главным столом, с довольным видом разглядывал собравшихся. Выслушав приветственно-извинительную речь Робба, обращенную к нему и его дочерям, старый лорд, не сильно стесняясь в выражениях, отсыпал смачные «комплименты» Талиссе:

— Любовь! Вы так это называете? По мне, так то, что прячется под платьем, имеет другое название! Уж я понимаю в этом толк!

— Я нарушил данную Вам клятву — и мне нет прощения вдвойне! Мужчина и король, должен держать данное обещание! — Робб старался подбирать фразы, дабы они звучали менее оскорбительно для отца отвергнутой дочери. Но выходило всё одно — он не сдержал данное им слово.

Арья кожей чувствовала всю неловкость ситуации. Ей было обидно, что брату приходилось извиняться. Она никогда не любила слезливые истории про Джонквиль, и безумные поступки во имя любви её мало волновали. Робб поставил под угрозу благополучный для северян исход войны, чего делать было никак нельзя. И всё же, ей хотелось видеть его счастливым. Таким же счастливым, каким был их отец в браке с их матерью.

Уолдер Фрей поднялся и медленно приблизился к стоявшим Старкам. Переводя взгляд с Робба и Кейтилин на Арью, он поинтересовался:

— И Вы тоже, юная леди, считаете, что Ваши собственные желания превыше интересов семьи и данного слова?

— Я понимаю свой долг перед Семьей!

— Это хорошо, что хоть кто-то понимает! — несколько снисходительно проворчал лорд Переправы.

— Поэтому я здесь, — гордо вскинув голову, сказала Арья.

— Значит, в Вашем случае мы можем рассчитывать, что клятвы, данные Вашей матушкой, будут выполнены?

— Лорд Фрей! Я заверяю Вас, что мой сын сделает всё, чтобы укрепить союз Фреев и Старков! — мягко и уверенно произнесла леди Кейтилин.

— Это хорошо, хорошо! Вы вовремя появились, моя дорогая леди! — вновь обратился Уолдер Фрей к Арье. — Пойдёмте, пора познакомиться с наречённым. Придёт время, и вы с ним дадите обеты пред ликами Семерых.

— Что? — не поняла Арья. О чём они говорят? Почему мама так нежно и грустно смотрит на неё? А Робб почему отводит взгляд в сторону? О чём они все думают? И о чём говорит старый Фрей? Она пересекла страну, чтобы сообщить брату о коварных планах Тайвина Ланнистера! Вот в чём её долг перед Семьей! А вовсе не в превращении в товар, за который можно получить несколько тысяч солдат!

— Робб! — вскинув голову, Арья сделала шаг к брату. — Мы должны поговорить!

— Арья, после ужина у нас будет время…

— Нет, сейчас! — Арья стояла на своём.

Робб невольно нахмурился, услышав знакомое упрямство. Он весь день и весь вечер смотрел на свою сестру узнавая и не узнавая её в этой девочке-подростке, почти что девушке. Вытянувшаяся, с коротковатыми волосами, в мужской одежде, сшитой столичными портными, она казалась гостьей из чуждого ему мира. Мира его врагов. Но это была она! Она, его младшая сестра! Сестра, которой пришлось столько пережить, прежде чем она добралась до них! И вот, именно сейчас она вновь стала прежней Арьей — упрямый взгляд, слегка согнутые в локтях руки, маленькие кулочки. Его сестра ни сколько не изменилась. Арья никогда не отличалась покорностью и, как и раньше, намеревалась спорить с ним.

Челюсти Робба нервно сжались. Люди за его спиной тихонько начинали посмеиваться. В королевской стае случилась размолвка между молодым Волком и его сестрицей-волчонком!

Арья видела, что брат недоволен, но отступать было поздно. Она и так слишком затянула со своим рассказом.

— Робб! Я должна сказать тебе! Предательство…

— Тише, родная! Никто тебя ни в чем не обвиняет! — руки матери нежно легли ей на плечи, прервав на полуслове. Глаза смотрели ласково и тревожно.

— Но, мама, Я…

— Всё хорошо, — остановила её леди Кейтилин, — Ты не по своей воле жила у Ланнистеров. Никто тебя ни в чем не обвиняет!

Обвиняет?! Да кто хоть в чём-то может её обвинять!!! Она лгала ради них! Она готова была убить ради них! Она бросила безвольную, наивную Сансу в логове врага и проехала пол королевства, чтобы рассказать о предательстве лорда Болтона! Вокруг бушевала война, люди погибали сотнями и только в их семье ничего не изменилось! Никто не воспринимал её всерьёз! Все знали, что будет лучше для неё, для Арьи Старк! А её никто не хотел слушать! Для Робба и матери она как была, так и осталась маленькой девочкой!

Не пожелавший дожидаться, когда Старки разберутся между собой, лорд Переправы легко и, одновременно, цепко взял Арью за локоть. Увлекаемая Фреем, она подошла к столу, за которым сидело всё его семейство.

Десятки глаз с любопытством рассматривали неожиданное развлечение, ворвавшееся в их монотонную серую повседневность. Все знали, что в Близнецы пожаловала сестра короля Севера и воспитанница Тайвина Ланнистера в одном лице. Для Арьи не нашлось подходящей женской одежды, и она стояла перед ними в том, в чём покинула столицу. По сравнению с безликими платьями и дублетами, почти одинаковыми у всех Фреев, её камзол с винной отделкой казался ей самой ярким пятном на фоне всеобщей серости. На неё пялились будто она была мартышкой на ярморочной площади. Неожиданно у Арьи появилось дурацкое желание залезть под стол. Или провалиться сквозь землю. А ещё лучше, чтобы до самого седьмого пекла провалился лорд Уолдер со всеми своими отпрысками вместе взятыми.

Арья переводила взгляд с одного лица на другое, не особенно различая кто перед ней. Они все казались ей одинаковыми, так же как и самому главе семейства, запутавшемуся в начале ужина в дочерях и внучках. Интуитивно, она чувствовала, что навязываемая ей родня не принимает её. Внезапно, словно сквозь пустоту до неё донесся голос старика Фрея:

— Уолдерн — мой сын! Прошу любить и жаловать!

На неё смотрело такое же безвольное лицо, как и у большинства представителей семейства Фреев. Челюсти на лице медленно шевелились, пережевывая очередной кусок баранины, отправленный в рот. На глаза свисали светлые, требующие мытья волосы. Получив от отца подзатыльник, Уолдерн приветственно поднялся. Его рука, только что сжимавшая баранью ногу, потянулась к руке «наречённой» с намерением поднести её к губам. Арья отшатнулась от этого проявления галантности со стороны «жениха».

— Ну, вы тут пообщайтесь, а я пойду — перекинусь словечком с Его Величеством! — со смешком произнес лорд Уолдер.

Арья молча смотрела на возвышавшегося над ней худого подростка. У неё было ощущение словно её кинули меж жерновов мельницы, перемололи и из того, что получилось пытаются получить новую представительницу рода Старк. Зачем они так?! За что?! Мама, Робб, зачем.., почему… Почему брату можно самому выбирать свою судьбу, а ей нет?! Почему именно она должна расплачиваться за счастье Робба?..

— Как поживаете, леди? — изобразил любезность Уолдерн.

Арья чувствовала на себе десятки любопытных, оценивающих взглядов. Словно лошадь выставленная на торги! Вскинув подбородок, она выдавила из себя ответ:

— Благодарю, хорошо.

— Почему Вы не переоделись к ужину? Благородной леди не следует носить мужскую одежду! — капризно скривил губы подросток. За столом Фреев послышалось глупое хихиканье.

— Я так спешила познакомиться с Вами, что не успела принять подобающий вид! — съязвила Арья.

— Хорошо, что Вы осознаете, что Ваш вид неподобающий! — самодовольно изрек её «будущий супруг», приняв слова «невесты» за чистую монету.

Не зная что ещё сказать, Арья тоскливо смотрела на «суженого» и его многочисленных родственников.

— Добрый вечер, леди Арья! Милорды, миледи! — мягкий женский голос развеял повисшую напряженную тишину.

Обернувшись, Арья наткнулась на внимательный взгляд, зелёных глаз, которые явственно напоминали ей кого-то. Гордая осанка, светлые волосы, повелительные манеры — всё это было ей знакомо.

— Добрый вечер, — осторожно ответила Арья, не зная, как обращаться к незнакомке.

— Поскольку, никто не догадался меня представить, сделаю это сама — Дженна Фрей.

Дженна задумчиво рассматривала стоявшую перед ней юную особу. Она столько о ней слышала, и вот они встретились. Встретились при столь странных обстоятельствах — воспитанница её брата знакомится со своими будущими родственниками, а он об этом даже не подозревает.

Когда Дженна узнала, что в семье Ланнистер появилась воспитанница, она не придала этому большого значения. Девочка была из Старков, шла война. Какая там воспитанница! Заложница — так следовало называть сестру Робба Старка. Какое-то время она ждала, что Арью переправят к ней, на Запад. Но время шло, а она оставалась в столице. Поначалу Дженна рассудила, что так оно вернее — держать дочь врага в Красном Замке. Но потом она узнала нечто невероятное — Тайвин лично занялся её воспитанием! Сказать, что Дженна была удивлена, значит, ничего не сказать. Она слишком хорошо знала своего брата — гораздо лучше многих. Она помнила, каким он был, когда была жива Джоанна. И каким он стал после её смерти. Помнила его рядом с Джейме и Серсеей. Он любил своих детей. Гордился ими. Но видели они его редко. Но то собственные дети, а здесь — воспитанница! И Дженна совсем не представляла, что Тайвин будет делать с совершенно посторонним ему человеком! Если речь шла только об обучении, так с этим справились бы септы. Но, нет — ей было известно, что брат уделял ей личное время. Баловал её. Брал с собой на охоту. Дозволял многое, в чём когда-то отказывал Серсее! У Дженны не было недостатка в кузинах и племянниках, с радостью посвящавших её в подробности столичной жизни. И чем больше ей рассказывали, тем больше ей хотелось увидеть странную прихоть своего брата.

Арья была именно такой, какой её описывали — порывистая, с дерзким взглядом, острая на язык. Говорят, что у неё много общего с Лианной Старк, вскружившей голову принцу Рейгару. Кто знает, на что будут готовы мужчины ради этой Волчицы? Что сподвигло Тайвина приблизить её к себе? Только интересы Дома? Или было что-то ещё?

Где-то очень глубоко зародилась тревожная мысль и на память пришла ещё одна заложница, когда-то появившаяся в семействе Ланнистер  — Дорна. Когда Киван привёз её, она была маленькой, испуганной девочкой. И никто предположить не мог, что пройдут годы, и она станет его женой.

Дженна не хотела ни о чём таком думать, но не думать не могла. После смерти Джоанны многие хотели занять её место подле Тайвина. Но всё было зря. И вот сейчас, самым неожиданным образом, рядом с ним появилась Арья. Сейчас она не более чем настороженный подросток, но недалёк тот час, когда она превратится в очаровательную девушку. И то, что её брат был отнюдь не молод, ещё ни о чём не говорило. Свёкру Дженны было уже девяносто, когда он в очередной раз женился. Разница в возрасте ещё никого не остановила в Вестеросе...

Сидя рядом с Роббом, Кейтилин почти не слышала о чём он говорил с Талиссой. Как-то всё сегодня получилось ... неправильно. В спешке. Арья... Кэт до сих пор не могла прийти в себя от событий сегодняшнего дня. Ни с чем не сравнимая радость переполняла её. Эта самая радость и подвела Кейтилин, сыграв злую шутку. Она не успела сообщить дочери о самом главном. А вот Уолдер Фрей ждать не стал. Кэт была зла и на него и на саму себя. А сейчас ей ничего не оставалось, как с тоской в душе смотреть на муки дочери, отражавшиеся на её лице.

Помимо её воли мысли Кэт возвращались к месяцам, что провела Арья вдали от дома. Что пришлось пережить её ребёнку? Они едва успели поговорить. Арья рассказала ей, что после побега попалась в лапы Тайвина Ланнистера и уже почти год жила в Королевской Гавани. Кейтилин и Роббу было известно о том, что Лев удерживает при себе обеих дочерей Эддарда, объявив младшую своей воспитанницей. Каждый раз, вспоминая сухие строки, полученного от него письма, сердце Кейтилин сжималось от боли. Когда она увидела свою девочку, повзрослевший вид дочери поразил её. Под одеждой угадывались женственные округлости юного тела. Во взгляде вместо озорства появилась настороженность волка, всегда готового отразить нападение. Да и сама Арья стала более сдержанной в словах и поступках. Как же ей жилось в окружении врагов? Что пришлось испытать, скитаясь дорогами войны? Что её связывало с Тайвином Ланнистером? Этот самый болезненный и трудный для материнского сердца вопрос ещё предстояло задать. И почему она заговорила о предательстве? А тут ещё Уолдер Фрей со своими притязаниями! Как же ей хотелось оградить свою девочку от всех этих разговоров! Обнять, заставить до конца почувствовать, что она среди своих!

Перед Кейтилин одно блюдо сменялось за другим, а ей кусок в горло не лез. Со всё возрастающим беспокойством она смотрела на дочь. В подошедшей к ней статной светловолосой женщине Кэт узнала Дженну Фрей, урождённую Ланнистер. Что здесь делала сестра Тайвина Ланнистера? Несмотря на формальную принадлежность к семье Фреев все знали, что она и её муж полностью находились под влиянием Утёса Кастерли. Дженна и Эммон приехали только что, в сопровождении небольшой охраны. Поводом, разумеется, послужила предстоящая свадьба. Но что привело их в Близнецы на самом деле?

====== Глава 1.18. ======

Ужин давно закончился и все разошлись. Завтра предстояло самое главное событие — свадьба, которая должна была скрепить союз Фреев, Талли и Старков. И виновники торжества, и их гости разбрелись по своим комнатам, собираясь хорошенько отдохнуть. Огромные квадратные башни погрузились в сон. Лишь кое-где пламя горящей свечи выдавало самых стойких, ещё державшихся на ногах после выпитого вина. Не спал и король Севера со своей королевой. Склонившись над столом, Робб Старк машинально просматривал донесения. Ему нужно было решить, что делать дальше, когда их ряды пополнятся людьми Уолдера. И ему хотелось всё ещё раз обсудить с матерью.

Талисса тихо сидела перед камином, наслаждаясь теплом огня и комфортом кресла со множеством подушек. Беременность давала о себе знать — последний переход был особенно тяжел. Глядя на мужа, она предпочитала молчать. Было видно, что Робб чем-то озабочен. И, вероятно, это связано с Арьей. Несмотря на радость от воссоединения Старков, Талисса чувствовала напряжение, витавшее в воздухе. Ей было сложно понять, в чём дело, ведь она видела сестру мужа впервые. Но, в одном она была уверена точно — возвращаясь домой, никто не должен в первые же часы узнать, что это не надолго. С известием о предстоящем замужестве можно было и повременить. Тем более, при таком выборе жениха. Юный Фрей вызывал у неё чувство брезгливости, и она никак не могла представить рядом с ним смелую, отчаянную и такую живую Арью Старк.

Поймав взгляд мужа, Талисса тепло улыбнулась в ответ. И ей ещё больше стало жаль его сестру. Она ни чуть не меньше заслуживает счастья, чем она — Талисса… Старк...

Время шло, а за дверью не раздовалось ни звука. Леди Кейтлин и Арья задержались...

Леди Кейтилин и Арья задержались в зале, после того как все разошлись. Здесь же была и Дженна Фрей. Лорд Уолдер, неспешно потягивая вино, находил всё новые и новые вопросы для матери короля Севера, явно не желая её отпускать. Та же, отвечая на них, то и дело бросая взгляды на дочь, что-то увлечённо обсуждавшую с Дженной Фрей. Набежавшее на лицо леди Старк лёгкая тень, неудовольствия было единственным, что выдовало её отношение к оживленной беседе, протекавшей в паре столов от них.

Дженна, присев на жёсткий стул, рассеяно крутила в руках бокал с дорнийским. Напиток был неплох, что было удивительно. Обычно отец её мужа более скуп и на стол выставляет что по-проще. Но не сегодня. Интересно, союз со Старками и Талли так же дорог его сердцу, как и с Ланнистерами? И за чей счёт весь этот пир?

Не торопясь покинуть непривычно гостеприимный чертог Близнецов, Дженна с любопытством посматривала по сторонам, стараясь не упустить нить разговора.

В собеседницы в столь поздний час ей досталась Арья Старк. Воспитанница брата старалась держаться вежливо и соблюдать приличия. И это ей почти удавалось. То и дело бросая косые взгляды на свою мать, подопечная Тайвина всем своим видом выдавала нетерпение и плохо скрытое неудовольствие. Догадаться в чём дело, было не трудно. От Эммона Дженна знала, что Кейтилин Старк пообщала руку Арьи одному из сыновей Уолдера. Как же ей, Дженне это было знакомо! Может от того она почувствовала симпатию к ней? Или причина была в том, что в словах Арьи, в её взгляде сквозил тщательно скрываемый интерес к ней, Дженне? Впрочем, как и её самой.

С первых мгновений их знакомства, Дженну не покидало любопытство и желание узнать побольше о воспитаннице брата. Боясь её спугнуть, она осторожно поддерживала беседу.

Поинтересовавшись у Арьи чем живёт столица, она ограничилась рамками приличий, поняв, что та не расположена разговаривать о короле и его матери. В словах, сказанных Арьей в адрес Томмена, и, что самое странное, Тириона, ей послышались нотки симпатии. А когда речь зашла об её непосредственном покровителе, в голосе её собеседницы появилось едва уловимое напряжение:

— Лорд Тайвин был добр ко мне и ни в чём меня не ограничивал.

— И как Вам живётся под его покровительством? — не сдержав любопытства, спросила Дженна. С удивлением она выслушала рассказ об обучении разным наукам, тренировкам, о совместных обедах и беседах этой юной особы с Тайвином. Несмотря на то, что Арья пыталась отвечать сдержанно, было видно, что она привязалась к своим учителям. А к своему покровителю? Старк выдала как само собой разумеющееся, что они часто виделись с братом, не подозревая насколько это было для него не характерно. Да и для методов воспитания благородных отпрысков, принятых в Вестеросе тоже. Тайвин не баловал вниманием своих детей. За исключением Джейме. Но он был его старшим сыном и наследником. Весьма сомнительно, что с Серсеей, так же как с Арьей обсуждались вопросы политики, экономики и религии. Так что это? Попытка взрастить союзника среди северян? Или нечто совсем другое?

Арья в очередной раз заёрзала на стуле. Её разговор с леди Дженной затянулся. Впрочем, как и разговор Уолдера Фрея с её матерью. Так что, просто так встать и уйти, она не могла. Да ей и не хотелось. Ей нравилась эта женщина. Нравилась её сдержанность и то, что та не стала лезть к ней с расспросами о семье Ланнистер. От её едва уловимого сходства с лордом Тайвином тихо щемило сердце.

Глядя на стоявшую рядом урождённую львицу, Арья подумала, что ведь когда-то леди Дженна была Ланнистер, а стала — Фрей. Не удержавшись, она спросила:

— Каково это, стать леди Фрей?

— … Странно. И непривычно. Но в этих вопросах мы бессильны. Решает семья, — с легкой грустью ответила Дженна, погрузившись в воспоминания. — Отец объявил о моей предстоящей свадьбе на пиру. Все восприняли новость благосклонно.

Арья живо представила себе эту «благосклонность» — перешёптывания и смех. В отличие от Ланнистеров, всегда считавшихся богатейшей семьей королевства, Фреи никогда не относились к влиятельным Домам. И вот, дочь Хранителя Запада обручается с лордом Эммоном, который не был даже старшим сыном и наследником.

— Тайвин — единственный, кто выступил против этого брака, — с теплотой и гордостью продолжила леди Дженна. — Ему было всего десять лет! Но уже тогда, он твердо стоял на ногах.

— Вы любили его? — вырвалось у Арьи.

— Почему любила? — искренне удивилась сестра лорда Тайвина. — Я его и сейчас люблю. Тайвин всегда меня поддерживал. Был на моей стороне. Люди упрекают его в избыточной жестокости. Но он таков, каким сделал его этот мир. Лев, как и волк должен уметь защищать то, что его по праву.., — помолчав, она продолжила. — А Тайвину, помимо интересов Семьи, пришлось взвалить на плечи и интересы государства. А это, отнюдь не самая легкая ноша. Теперь мало кто вспомнит, что за те двадцать лет, что он был Десницей при Эйрисе, в Семи Королевствах царили мир и благополучие. Если бы не безумие короля…

Арья, затаив дыхание, слушала сестру своего покровителя. Невольно, перед её глазами всплывали воспоминая: лорд Тайвин на белом коне подле Железного трона, его кабинет, зал малого совета и ощущение власти, рождавшееся везде, где бы он не появлялся.

— А ведь когда-то они были друзьями — Тайвин и Эйерис Таргариен. Мой брат даже посвятил его в рыцари

— Что?! Не может быть?!

— Именно так, — улыбнулась леди Дженна, — после моей помолвки отец сильно разозлился на Тайвина и отправил его служить пажом в Королевскую Гавань. Там он познакомился с принцем. К началу войны Девятигрошевых королей брат уже был рыцарем и на поле боя посвятил в рыцари будущего короля… Все считают, что Тайвин жёсткий и жестокий человек. Что он не способен радоваться. Это не так. Он радовался рождению своих детей, любил их мать. И он самый лучший брат! А когда-то был и лучшим другом своего короля… Пока обстоятельства не изменились.

— Какие обстоятельства?

— … Так было угодно богам, — скользнув взглядом по Арье, Дженна промолчала о роли Джоанны Ланнистер в судьбе Эйриса и Тайвина. Кто знает, не увлекись король будущей женой своего Десницы, как сложилась бы судьба Семи Королевств? Чувства к женщине и зависть к мужчине, ею обладающим — не лучшие советчики, когда безумие уже на пороге. Да, боги сыграли злую шутку с её братом — одарив столь щедро в начале его жизненного пути, вмиг отняли любимую жену и надежду на достойное будущее его детей. Старший сын был призван в королевскую гвардию без права на брак и наследование титулов и земель. Младший, словно в наказание, обладая умом отца и добротой матери был карликом — вечным источником насмешек в адрес гордого Хранителя Запада. Серсея была отвергнута как невеста принца Рейгара — «Ты хороший слуга Тайвин, но мы не женимся на слугах». Для Дженны не было секретом, что события последних лет не сильно радовали брата. Её племянница оказалось некудышной королевой, допустив скандал, вылившийся в войну. Джоффри уже успел прославиться не лучшим образом, а корона погрязла долгах. С какой стороны не посмотри, при внешнем благополучии мир Тайвина Ланнистера был не столь радужным. И вот в этом мире появился некто новый — ни на кого не похожая Арья Старк. Что ждать от их встречи?

Ещё раз взглянув на собеседницу, Дженна отметила блеск в глазах и раскрасневшееся лицо, выдававшие её интерес к затронутой теме. Да, эта особа ещё способна преподнести кучу сюрпризов! Дженну всё это время мучал вопрос — «чего хочет Тайвин Ланнистер?» Впервые она подумала: «А чего хочет Арья Старк?»

— Арья! Леди Дженна, боюсь мы с дочерью должны оставить Вас! — холодный голос леди Кейтилин прервал раздумья Дженны.

Предельно вежливо попрощавшись друг с другом, волчицы и львица покинули пустой зал.

Проходя мрачными коридорами, Арья кожей чувствовала недовольство матери. Что по её мнению она должна была сделать?! С гордым видом сообщить леди Дженне, что Старки не водят дружбу с представителями семьи врагов и отойти в сторону? А раз она этого не сделала — она не Старк? Как так вышло, что радость от воссоединения с близкими постепенно обрастала непониманием и отчужденностью, которые росли как снежный ком?

Миновав очередной тёмный виток лестницы, они оказались в покоях, отведенных Старкам.

При виде Робба, у Арьи заныло в груди и стало совсем тоскливо  — седьмое пекло, она среди своих! И всё совсем не так, как она себе представляла. Всё пошло наперекосяк. Но ведь они одна семья! Одна стая! Стая, в которой теперь была и Талисса...

При первой встрече, Арья не придала большого значения её появлению в жизни брата. Всё идет своим чередом. Он мужчина, глава рода и выбирает себе жену на своё усмотрение. Но сейчас всё изменилось. Что скрывать, она была чертовски зла на брата! Когда-то он позабыл о своём обещании Фрею, решив, что сможет обойтись без него. А сейчас вдруг вспомнил. И она, Арья, должна теперь скрепить чуть было не распавшийся союз с лордом Переправы. Это было вдвойне обидно, когда перед её глазами был Робб с Талиссой — живым доказательством того, как её брат сдержал собственное слово.

Похоже, почувствовав недовольство Арьи, молодая женщина, сидевшая у камина, сделала попытку уйти, но была остановлена Роббом.

— Матушка! Арья! Вы изрядно задержались, — в словах брата прозвучал укор.

— Лорд Уолдер никак не хотел отпускать нас, — сдержанно произнесла Кейтилин. Ей не хотелось сейчас поднимать тему присутствия леди Дженны и Ланнистеров. Уже была почти ночь. Все устали. Ничего хорошего этот разговор не принесёт. Она покосилась на Арью. Та напряжённо молчала, не сводя с неё глаз. Упрямая, как всегда! Её девочка! Завтра, завтра после свадьбы они наговорятся. Она не будет на неё давить. Она поможет ей понять и принять всё то, против чего сейчас протестует её бунтарский дух. А сейчас необходимо чтобы она почувствовала как она дорога им! Как они любят её!

Арья не сводила напряженных глаз с матери. Её раздражало желание леди Кейтилин обойти острые углы. Той так хотелось сделать вид, что всё хорошо! Но ведь — не хорошо! За неё, Арью решили, кем ей дальше быть, даже не спросив, а хочет ли она этого! И ещё обвиняют её в чём-то! Хотелось выяснить всё сейчас и немедленно! Она ни в чем не виновата! Никто не приглашал её в Королевскую Гавань. Её привезли туда под конвоем. Объявили воспитанницей Ланнистеров. Одели в красивые тряпки, выделили прислугу, учителей. Даровали жизнь и свободу в золотой клетке. Сделали символом милосердно-рационального отношения Львов к своим врагам — переходите на нашу сторону, и простятся Вам грехи Ваши и воздастся Вам по заслугам Вашим! Если бы не Санса, она не была бы столь покорной! Нет, она не может больше молчать! Довольно недомолвок!

— Мама беседовала с лордом Уолдером, а я с леди Дженной. Поэтому мы и задержались, — с вызовом произнесла Арья.

— И о чём это вы беседовали, позволь спросить? — сжав руку в кулак, проскрежетал зубами Робб. Он не узнавал свою сестру. Куда делась маленькая, отзывчивая шкодливая девочка?! Ему в глаза смотрела чужачка с юга, явившаяся в сопровождении беглянки Бриенны Тарт и смеющая прилюдно перечить ему! Робб никогда не хотел верить слухам, доходившим из Королевской Гавани. Ему рассказывали, что его сёстры свободно разгуливают по Красному Замку. Старшая живёт в нём в качестве гостьи. Младшая — чуть ли не член семьи Ланнистер, которые озаботились её воспитанием и обучением. Тайвин Ланнистер принимает её, как родную дочь: они вместе обедают, охотятся, их часто видят вдвоём в саду. А на одном из торжественных приёмов она появилась в бриллиантах! И это на глазах у многочисленных гостей! Тут же поползли слухи, обрастая новыми подробностями, но суть их не менялась: Эддард Старк совершил ошибку, но вовремя осознал её и потому его дочери чисты перед законом. Королевское правосудие карает только виновного. И дарует жизнь и прощение всем сбившимся с пути и решившим вернуться. Милостью Десницы и короля будет принято раскаяние каждого заблудшего лорда. Робб буквально чувствовал, как множество глупцов уже вдохновленно повернули головы в сторону Королевской Гавани. Сторонников, готовых примкнуть к нему становилось всё меньше и меньше. В Север он верил, а вот другие… Другие либо заняли выжидательную позицию, либо открыто поддерживали Ланнистеров.

Когда Арья только появилась во дворе Близнецов, он так рад был её видеть. Но, прошло не так уж и много времени — каких-то несколько часов, и он понял, что Арья изменилась. Она перестала быть той Арьей, для которой не было ничего важнее её семьи. И вот сейчас она стоит перед ними и дерзит, как и несколько часов назад, выставив на посмешище перед его знаменосцами.

— Так о чём вы беседовали с леди Дженной, сестра? — повторил он свой вопрос.

— О том, как Дженна Ланнистер стала Дженной Фрей, — вскинув голову, чётко выговаривая слова ответила Арья на его вопрос. От звука имени врага в устах родной сестры Робб вздрогнул.

Кейтилин с тревогой переводила взгляд с дочери на сына. Её девочка всё так же несдержанна и прямолинейна. А Робб уже явно отвык от выходок Арьи. Они должны остановиться, пока не наговорили друг другу лишнего.

Подавшись вперёд, Кейтилин хотела вмешаться, но была остановлена повелительным жестом собственного сына и короля Севера.

— И как же? — ледяной тон дался Роббу с трудом. Внутри у него всё кипело.

— По воле её Семьи, но против воли собственной!

— Дорогая, послушай.., — начала леди Кейтилин.

— Что, мама?! Послушать — что?! Что все уже решено?! И вам всем до меня нет дела!!!

— Ты не можешь ставить свои интересы выше интересов Семьи! — прорычал Робб.

— Я — нет!!! А ты — можешь?!! — кивком головы, Арья указала на сжавшуюся в кресле женщину.

Робб напряженно молчал. Уже в который раз его попрекали его любовью к Талиссе. Мать, Чёрная Рыба, знаменосцы. Да, его женитьба дорого ему обошлась. Но эти слова были самыми болезненными, самыми тяжёлыми.

— Сестра, послушай…

— Нет, это ты меня послушай, — перебила Арья. — Вы все меня послушайте! Я не выбирала дорогу в Красный Замок. И наша жизнь с Сансой там была вовсе не такой радужной, как всем казалось. И я никогда… ни разу… ни на мгновение не перестала быть Старк!

— Арья.., — дрогнувший голос Робба на секунду прервался, — мы… знаем.., мы тебя ни в чем не обвиняем.., — на мгновние ему показалось что в серых глазах мелькнули слёзы. Или, не показалось?

О боги, до чего они докатились! Они, Старки — семья, в которой уважение и любовь друг к другу были превыше всего, сейчас готовы перегрызть друг другу глотки, словно они шакалы, а не гордая стая волков. К ним вернулась их Арья, а он пытается её в чём-то обвинять! Ему стало горько и тяжко за свои мысли и подозрения в адрес сестры.

— Робб, — судорожно вздохнув, тем временем произнесла Арья, — я ведь не просто так сбежала. Я торопилась…

— Конечно, торопилась…

— Подожди, Робб! Я узнала, что готовится заговор. В твоих войсках есть предатель. Он ждёт указаний от Тайвина Ланнистера.

— Предатель? Кто?

— Лорд Болтон.

— Этого не может быть! Русе с нами с первого дня! Его сын отбил Винтерфелл у железнорождённых! — Робб даже слегка улыбнулся, настолько нелепым показалось ему это обвинение.

— Но это так. Я слышала, как лорд Тайвин велел отправить к нему гонца! — настаивала Арья.

— Гонца? — озабоченно нахмурившись, Робб перевёл взгляд на мать и жену. На их лицах отражались такие же недоумение и сомнения, какие вызвали и у него эти новости. Ещё раз посмотрев на Арью, он сдержанно произнёс: — Я с этим немедленно разберусь, — и вышел из комнаты.

После ухода короля Севера в комнате воцарилась тишина. Леди Кейтелин подошла к Арье и обняла её за плечи. Арья тут же уткнулась ей в грудь.

— Как же тебе было тяжело, — прошептала мать, гладя её по волосам.

Устыдившись своего «праведного» гнева и несколько «сгущённых красок» её столичных страданий, выплеснувшихся на головы родных, Арья попыталась смягчить слова, сказанные минуту назад:

— На самом деле всё было не так уж и плохо. Мы ни в чем не нуждались. У меня были учителя. И постоянная охрана… В Красном Замке даже была парочка приятных людей! Лорд Тирион, например.

— Лорд Тирион? Человек, покушавшийся на жизнь твоего брата?

— Почему ты в этом так уверена? — живо возразила Арья. Она никак не могла поверить, что тот Тирион, которого она знала, мог отдать приказ убить маленького мальчика!

— У меня достаточно оснований так считать, — сухо ответила Кейтилин. От неё не укрылось, с каким жаром её дочь бросилась на защиту Беса. — Доказательства я получила в Королевской Гавани.

— Какие доказательства? Кто тебе их предоставил? — не унималась Арья.

— Довольно веские доказательства.

— Но это не в духе лорда Тириона! Люди не совершают несвойственные им поступки!

— Какие умозаключения! — улыбнулась Кейтилин внезапно пустившейся в рассуждения дочери. — И кто тебя этому научил?

— Так говорит.., — на имени «лорд Тайвин», Арья осеклась. Упоминание её покровителя способно было разрушить тот хрупкий мир, который воцарился в комнате.

По внезапно возникшей паузе, Кейтилин, поняла чьё имя утаила её дочь. Уже сама не сдержавшись, она уточнила:

— Тайвин Ланнистер, хотела ты сказать?

Арья молча кивнула. По её внезапно напрягшимся плечам и побледневшему лицу, Кейтилин поняла, что она по непонятным ей причинам избегает разговоров об этом человеке. Да кто же он такой, что даже за сотни лиг не отпускает её дочь?! От одной лишь мысли о нём между ними вырастает преграда! Как посмел он вторгнуться в их жизнь?! Мало ему, что мёртв её муж и младшие сыновья, кругом полыхает война, так он ещё смеет отбирать её дочерей!

Видя настрой матери, Арья попыталась смягчить ситуацию:

— Мы часто разговаривали… обо всём…

— …

— Обсуждали историю, сражения…

— Обсуждали, значит, — сдерживаясь из последних сил, Кейтилин решила прекратить этот мучительный разговор. Она была совершенно права, избегая его сегодня — все устали, измотаны, нервы на пределе. Потом, после свадьбы, у них будет время всё обсудить. А сейчас её слишком переполняли эмоции, она боялась сказать лишнее. Эти беседы Тайвина Ланнистера с её дочерью выглядели более чем подозрительно. Что он о себе возомнил?! Попытался заменить казненного его собственным внуком отца Арьи?! Или того хуже?!

— Ступай спать, — слишком сухо, как ей показалось, произнесла Кейтилин. — И не переживай по поводу объявленной помолвки, всё будет хорошо, — добавила она, попытавшись смягчить свои слова.

Поймав взгляды, которыми обменялись её мать и Талисса, Арья почувствовала себя так, словно уже стала леди Фрей. Молча кивнув, она вышла из комнаты.

Войдя к себе, Арья прижалось спиной к двери. Несколько дюймов дубовых досок отделили её от семьи и от их рассуждений и подозрений. Вовсе не так представляла она возвращение домой. Да, она не командовала войсками, не вела отряд в бой, не побеждала врага в открытом бою. Но это она и только она разрушила коварные планы Льва! И никто не знает, кто внёс больший вклад в победу Севера — она или Робб!

Устало опустившись на жёсткую кровать, Арья хмуро переводила взгляд из угла в угол, ничего не замечая вокруг. В конце концов решив, что лучшее, что она может сделать — это лечь спать, она стянула сапоги, сняла камзол и вытянулась поверх одеяла...

Мысли, мысли, мысли — они роились у неё в голове, не давая покоя. Не давая возможности воспалённому мозгу получить передышку. Лежа в постели, Арья безуспешно пыталась уснуть. Но всё было напрасно. Огромная луна выныривая и вновь скрываясь за облаками, будто насмехалась над страданиями северной волчицы. Её умиротворяющий свет вытаскивал на поверхность самые потаенные, самые сокровенные мысли Арьи, причиняя боль и беспокойство, сея тревогу и напряжение… Боль и беспокойство… и даже сон не обещал облегчение… … даже сон …

— Ты счастлива, девочка? — вопрошал далёкий, завораживающий, со стальными нотками голос.

— Почему Вы спрашиваете?

— Ты счастлива?

— …

— Ты рядом с матерью, братом…

— Это плохо?

— Разве плохо, когда те, кого любишь — рядом? — несвойственная ему грусть, звучала в голосе лорда Тайвина. Она передалась Арье, когтями впилась в сердце, стало трудно дышать.

Она попыталась повернуть голову, увидеть, того, кто обращался к ней. Но все было бесполезно. Её тело не слушалось её. Она хотела сказать, что всё оказалось так сложно! Что она запуталась! Что ей нужен совет! Но губы не повиновались ей. Язык налился свинцом. Что же ей делать? Что? Как поступить?! Кто ей поможет?!

— Арья, девочка моя! Доченька! — тепло домашнего очага, уют и покой казалось, утраченные навеки, переполняли голос леди Кейтилин. Как же Арье этого не хватало! Дом! Все что, когда-то было в Винтерфелле, можно было вложить в это слово!

— Мама! Мама!!! Почему все так!!! Я ведь хочу помочь! Я — Старк!!!

— Конечно — Старк! Ты — дочь своего отца. Девочка моя, все будет хорошо. Теперь ты здесь, с нами. Мы о тебе позаботимся. А когда придет время, твой муж…

 — Но, мама!

— Так нужно. Наступает время, и каждая из нас покидает отчий дом. Так было со мной. С твоей тётей Лизой. Так будет и с тобой. Мужчины рождены, дабы править. Охранять интересы Дома. А мы — их верная опора и поддержка.

— Но, мама…

— Арья, так было, есть и будет… … …

Судорожно вздохнув, Арья вынырнула из забытья.Подушка была мокрой от слёз. Ей не хватало воздуха. Стены давили, словно хотели лишить последних сил.

Огромная луна, показавшись из облаков, заглянула в комнату, в которой она металась в плену собственных мыслей и снов. Серебристый диск, зависший над Близнецами, притягивал к себе и манил. Величественная река, лес, луга и петляющая меж ними дорога в его холодном свете казались частью волшебного, совсем иного мира.

Подчиняясь внезапному порыву, Арья соскользнула с постели. Одевшись, она выбралась через окно наружу. Свежий ночной воздух успокаивал. Ещё немного, ещё чуть-чуть и она вернётся обратно!

Пробираясь по высокой траве, Арья раскинула руки — бескрайнее живое море колыхалось вокруг неё. Роса оседала на одежде и оголённой коже, ветер обдувал разгорячённое тело, унося прочь тягостные мысли. Хотелось жить! Просто жить и ни о чем не думать!

Вдали заухала сова. Звонко рассмеявшись, Арья побежала по полю, словно пытаясь взлететь над всеми заботами и печалями.

Впереди темнела полоса леса. Ветви деревьев, казалось, радостно приветствовали своего старинного друга. Северная волчица возвращалась домой! Арья прижалась щекой к прохладной коре дуба, словно впитывая силу окружающего мира. Домой! Она на пути в Винтерфелл! И это главное!

Скрип колёс и чья-то брань вернули её в реальность. Притаившись за деревом, Арья увидела мужской силуэт, направлявшийся в её сторону. Остановившись в двух шагах от неё, мужчина явно собирался облегчиться. Выглянувшая из-за облаков луна осветила знакомое лицо. Джендри! Удивленно выдохнув, Арья сделала шаг на встречу.

— Смотри, какие пташки обитают в здешних лесах! — грубый голос и острая сталь у её горла развеяли волшебство лунной ночи...

====== Глава 1.19. ======

Робб всё не возвращался. Его мать и сестра уже давно ушли, а напряжение от их тяжёлого разговора, казалось, навечно поселилось в этих стенах.

Комната постепенно погружалась во мрак. Огонь в камине почти догорел. Остались лишь едва мерцавшие кровавыми отблесками угли. Заглядывавшая в окна луна освещала серебристым светом стол, ковёр на полу, оставляя тёмными дальние углы. Всё вокруг казалось нереальным и пугающим.

Вслушиваясь в тишину, Талисса ждала мужа. А он всё не шёл. Не шёл. Не выдержав, она отложила рукоделие и вышла из покоев.

Скупое пламя редких факелов едва освещало коридор. На его стенах плясали зловещие тени. Сквозь щели завывал ветер.

Сделав пару шагов, Талисса остановилась. Ей показалось, что рядом кто-то есть. Липкие пальцы страха сжали горло.

От стены отделилась фигура и стала медленно приближаться. Лунный свет, пробивавшийся сквозь узкий оконный проём-бойницу, выхватил из темноты тонкие женские черты лица. В безжизненных глазах призрака застыли обречённость и безумие. Белая рука сжимала меч, светившийся в лунном сиянии. Все звуки отступили. Мертвая тишина окутала Талиссу. Её ноги приросла к полу. Время остановилось...

С ощущением чужого дыхания на своем лице окружающий мир стал приобретать реальные черты. Мир, со стоящей напротив неё реальной женщиной, полной ненависти и безумия и с реальным оружием в руках. Рванувшись назад, Талисса в отчаянии поняла, что слишком поздно…

Холодная, но всё же живая рука живого человека схватила её за запястье… Тонкая ткань разошлась под напором клинка. Стальной холод коснулся кожи, проник глубже, ещё глубже… Она не чувствовала боли… ничего… только осознание того, что до встречи с мечом, той жизни, что она так и не успеет подарить, остаются считанные мгновенья её собственной жизни, утекающей на каменный пол с каждой каплей её крови… Считанные дюймы её, пока ещё живой, плоти… Сквозь пелену уплывающего сознания, до неё донёсся дикий крик, переходящий в вой и топот ног, бегущих по коридору…

Расталкивая столпившихся людей, Робб пробивался к своим покоям. На отдалении за ним следовал Русе Болтон. Казалось, всё самое страшное, что могло постигнуть его в этой жизни, уже произошло. До того момента, как он увидел, представшую перед его взором картину… Талисса…

Русе Болтон невозмутимо наблюдал за происходящим. Его король склонился над убитой женой. Существо, замершее рядом на коленях, когда-то было молодой девушкой, пока безумие и месть не исказили прекрасные черты. Леди Карла Вайнтерс. Дочь и сестра погибших в первом же бою Локсвуда и Тэлбота Вайнтерсов. Невеста убитого Джейме Ланнистером Торрхена Корстарка. Несостоявшаяся невестка, нашедшая кров и утешение в доме казнённого Роббом Рикарда Корстарка. А рядом с ней лежал обагренный кровью меч её жениха.

Прикрыв глаза, Русе мысленно вернулся к строкам размытого письма: «… королева Севера…». И вот, Талисса Старк мертва. Главное, что он здесь не при чём. А захватила ли жажда мести несчастную душу под влиянием чьих-то слов или нет — уже не важно.

Оглядевшись, он увидел леди Кейтелин, её дядю и Эдмура Талли, старого Уолдера с сыновьями. Была даже Дженна Фрей, с которой ему так и не пришлось поговорить. Арья Старк не пришла. И это было более чем странно...

Всё это более чем странно. Теребя в руках перо, Дженна обдумывала письмо брату. Повинуясь его внезапной просьбе-приказу, она приехала в Близнецы. Старику Уолдеру пришлось смириться с её появлением. И с переданными новыми распоряжениями. Дженна не знала, что именно изначально задумал брат. Ясно было одно — прошло слишком много времени, и люди начали забывать историю Рейнов из Кастемеры. Особенно на Севере. Следовало всем напомнить, каково это — восставать против Юга. Но побег его воспитанницы всё изменил. И сейчас она тоже сбежала. Или её похитили? Дженна этого не знала.

Ночные события внесли свою лепту в противостояние Севера и Юга. И дело было даже не в смерти королевы Севера. Убийца не пытался скрыться или оправдаться — всё было слишком очевидным. Исчезновение Арьи Старк — вот, что оказалось самой большой загадкой и вылилось в неожиданно большие проблемы для Робба Старка и его матери. Лорд Уолдер заявил, что не намерен верить очередным лживым обещаниям о свадьбе детей Фреев и Старков — второго предательства он не простит. Если Робб по прежнему хочет союза, то невеста его сына должна поселиться в Близнецах и пойти к алтарю, как только это станет возможным. И никак иначе. Лорд Болтон объявил, что не может отныне служить Старкам, коль его честь запятнана ложными обвинениями, а сам обвинитель скрылся в неизвестном направлении. Утром знамена с ободранным человеком покинули лагерь. Так король Севера разом лишился значительной части своего войска и союзника...

Стоя у окна, Робб молча вглядывался в даль.

У стен Близнецов расположились остатки когда-то огромного войска. Люди попрятались в палатках, лошади жались друг к другу, пытаясь укрыться от пронизывающего ветра.

Всё вокруг было серо и безлико, так же, как и у него на душе. Нависшие лохматые тучи, зацепившись за квадратные башни замка, не желали уходить. Накрапывавший дождь изливался слезами по тем, кого уже не вернёшь.

Его жизнь вновь изменилась в одночасье. Могучая река несла свои воды, разделяя правый и левый берега. Так и его жизнь вновь оказалась разделенной на два берега, которые невозможно было соединить никаким мостом. На одном из них стояли его отец, братья, Талисса, а на другом — он...

На его плечи легли мягкие руки матери. Обняв его, она замерла вместе с ним.

За окном тихо шелестел дождь. Вода, падая с небес смывала пыль и грязь с листьев деревьев, стекала по стенам и крышам замка. Только боль и тоску по умершим ничто было стереть не в силах. Да они к этому и не стремились, сколько бы времени не прошло...

Наконец, отстранившись, леди Кейтилин произнесла:

— Надо принять решение…

Робб это понимал. Законы войны не оставляют времени для скорби. Он в ответе за людей, которые доверились ему. И он — король Севера. Ещё вчера он был уверен, что его путь лежит на Запад. Ещё вчера...

— Я не могу взять Утёс Кастерли теми силами, что у нас остались, — с горечью произнёс Робб, глядя на мать.

— Но что мы можем ещё? Как иначе наказать Тайвина Ланнистра?

— Ты настаиваешь? — удивлённо произнёс Робб. Обычно мать отличалась рассудительностью и осторожностью. Они уже обсуждали поход в Западные Земли, и леди Кейтилин высказывала определённые сомнения. Но тогда с ними были Болтоны, и они в серьёз рассчитывали на Фреев. Сейчас же соваться на Запад было полным безумием.

Прищурившись, он внимательно посмотрел на мать. За те краткие сутки, что прошли с момента появления Арьи и её исчезновения, казалось, она ещё больше возненавидела деда короля. Сжатые губы, брови, сведеные к переносице, решительный взгляд — всё выдовало желание отобрать у Тайвина Ланнистера то, что ему было дороже всего — его родной дом.

— Я могу вновь обратиться к Лизе, — после краткого раздумья, предложила леди Кейтилин.

— Однажды она тебе уже отказала.

— Мы поедем вместе с дядей. Она любит его. Робин тоже. Да и лорды Долины прислушаются к Чёрной Рыбе.

— Хорошо, — согласился Робб. — Но на Запад мы выдвинемся, только когда они к нам присоединятся.

Удовлетворённо кивнув, мать положила руку ему на локоть, словно смягчая прозвучавший вопрос:

— Что известно об Арье?

— … Её не нашли. Прочесали лес. Ночью там проходил отряд из десяти конных и одной повозки. Их преследуют, — ответы Робба были сухими и скупыми. Он не хотел ничего слышать о своей сестре. Её появление, сулившее только хорошее, внезапно обернулось одними проблемами. Уолдер Фрей окончательно перестал им доверять. Русе Болтон ушёл. Каких-либо веских доказательств его вины, Робб так и не получил. Да и сама Арья стала для него разочарованием. Чужая, строптивая, не желающая понять очевидное, променявшая за ужином общество семьи на сестру Тайвина Ланнистера.

— Робб, многие вещи не столь просты, как кажутся, — голос матери был тих и непонятно было, кого она убеждает — его или себя. — Арье было трудно. Она потеряла отца. Её окружали чужие люди, в то время как нужна была поддержка семьи. Поверь мне, у неё сейчас такой сложный возраст, а наша девочка всегда была бунтаркой.

— Боюсь, уже не наша девочка…

— Робб!!!

— Мама, она появилась, поговорила с сестрой Тайвина Ланнистера, обвинила моего знаменосца в измене и уехала с дожидавшимся её отрядом!

— Робб!!! — гневно одёрнула его мать. — Не говори того, чего на самом деле не думаешь! Твоя сестра не может быть человеком Ланнистеров!

— Прости, ты, конечно же, права. Не может. Но не отрицай, что это уже не та Арья, какой мы её знали… И она сбежала! Когда её найдут, я уже не смогу доверять ей как прежде.., — и, отстранившись, Робб покинул покои, не желая продолжать разговор.

Кейтилин посмотрела вслед вышедшему сыну. Нет, она не отрицала — это была уже не та Арья, какой она её помнила. Она не сомневалась в любви и преданности своей дочери. Но она изменилась. И виноват в этом был один человек — Тайвин Ланнистер.

С каждой минутой в её душе крепло желание, покарать того, кто отнимал у неё последнее, что у неё осталось — её детей. Она поможет сыну. У них будет новое войско, ещё больше прежнего. И не только за счет лордов Долины. Недавняя краткая беседа с Уолдером Фреем вселяла надежду, что, несмотря на его категоричное высказывание, относительно побега Арьи, всё не так уж плохо. Внезапное вдовство Робба вновь сделало возможным укрепление союз Старков и Фреев. Лорд Уолдер дал понять, что в будущем он, вероятно, согласится обсудить условия свадьбы своей дочери и короля Севера...

Сидя у себя, Уолдер Фрей тихо потягивал вино. Несмотря на некоторые опасения, как отреагирует лорд Тайвин, на то, что Робб и Кейтилин Старк живы, он был доволен. Нет, он не испытывал бы больших угрызений совести, воплотись в жизнь изначальный план. Да и второй тоже. Всё складывалось наилучшим образом, в соответствии с пожеланиями лорда Тайвина.

Сначала прилетел ворон с приказом — ждать и тянуть время. А потом приехала его сестра с новыми инструкциями: «Ни у кого не должно быть и тени сомнения, что Робб Старк сам себе вырыл могилу. Используйте его промахи. » Как нельзя вовремя появившаяся Карла Вайнтерс, желавшая «посмотреть в глаза короля Севера», была лучшим символом тех самых промахов. Никто бы не сомневался, что казнь собственных знаменосцев стала началом конца славного правления Молодого Волка. И то, что обезумевшая от горя наречённая Торрхена Карстарка пощадила Арью Старк ни у кого не вызвало бы вопросов — ведь в отличае от Робба, его жены и матери, девчонки не было в Риверране, когда обезглавили старого Карстарка.

Да, план был хорош. Ланнистеру не в чем было его упрекнуть — всё было подготовлено. Дверные петли покоев короля Севера смазаны, люди для столь щекотливого поручения — выбраны, маковое молоко и вино ждали своего часа. А вот безумная невеста ждать не стала. Что случилось, и почему леди Карла оказалась за пределами своей комнаты до свадьбы, а не после, ночью, когда уставшие и захмелевшие Кейтилин и Робб Старк со своей супругой отбудут в свои покои — было непонятно. Но, что случилось, то случилось. И Дженна Фрей тому свидетель. Уолдер ей весьма чётко «намекнул», что эта несчастная леди знала Русе, а не его, Уолдера, и появилась в Близнецах благодаря Болтону. Лорду Тайвину сложно будет его упрекнуть в том, что убита одна Талисса.

Сегодняшний вариант развития событий Уолдера вполне устраивал. Все получили наглядное доказательство, что Робб Старк глуп и скоро сам выроет себе могилу. Он не в состоянии контролировать ни своих знаменосцев, ни членов собственной семьи. За пару месяцев он лишился поддержки Корстарков, Болтонов и Фреев. При этом Север не сомневался в его, Уолдера, верности. Напротив, в глазах всех он вновь оказался жертвой бесчестного поведения со стороны Старков — на этот раз сбежавшей Арьи. Да и вдовство Робба давало ему надежду на возможность возобновления брачных переговоров, но, одновременно, он мог и не торопиться — приличия позволяли выдержать паузу. А благодаря исчезновению Арьи он был избавлен от второго пункта требований Десницы — возвращения его воспитанницы. Весьма щекотливого пункта, даже несмотря на присутствие сестры лорда Тайвина. А так, всё сложилось наилучшим образом, и он мог спокойно ждать новых указаний из Королевской Гавани...

Тайвин Ланнистер откинулся на спинку стула. Красная свадьба не состоялась — эта новость пришла накануне. Седьмое пекло! Робб Старк жив. Что-то пошло не так. Сначала ему пришлось оказаться от первоначальных планов — побег Арьи внёс свои коррективы. Больше всего на свете его раздражали дураки, а особенно услужливые дураки. Желая угодить ему, Фрей запросто мог перестараться, устроив резню. Но пролитые реки крови могли поглотить и его воспитанницу, а Тайвин этого допустить не мог. В его планы никак не вписывалась ни её смерть, ни её возвращение в Королевскую Гавань переполенной ненавистью к Ланнистерам.

Чем дольше Тайвин размышлял о послевоенных перспективах, тем больше убеждался в том, что реальных возможностей контроля Севера у него нет. А Арья вполне могла стать тем ключом, который позволит ему подобраться к самым отдалённым территориям. Но для этого она была нужна ему живая и невредимая, готовая, как и раньше, доверять ему. Готовая претворять в жизнь его планы, а не планы её Семьи. О том, что его пугала сама мысль, что его девочка могла быть убита или подвергнута насилию признаваться не хотелось даже самому себе. Но, тем не менее, это было так. И Тайвин с облегчением узнал, что с ней ничего страшного не произошло. Так же, как ничего не случилось ни с Роббом Старком, ни с его матерью. А план был хорош — показать необдуманность и глупость решений короля Севера, приведших к кровавой мести со стороны своих же союзников. И то, что в итоге предложил Фрей, было не так и плохо. Безумная невестка казнённого им знаменосца — чем не сюжет для Красной свадьбы!

Сегодняшний день порадовал Тайвина гораздо больше. Из лежавших перед ним донесений вырисовывалась весьма благоприятная картина — северяне теряли союзников. Железнорожденные, беззастенчиво хозяйничая на прибрежных территориях, оттягивали на себя силы противника. Надвигавшаяся зима вносила коррективы в планы Робба — в войсках возникли проблемы с провиантом и лошадьми. Союз Старков с Фреями на грани распада. Русе Болтон покинул ряды короля Севера. Арья Старк исчезла…

Седьмое пекло! Это было единственное, что выбивалось из палитры хороших вестей. Как такое могло произойти?

Ещё раз перечитав письмо сестры, он убедился, что его подозрения относительно намерений Арьи оправдались. Девочка, действительно, каким-то образом узнала о гонце в Близнецы и поспешила предупредить брата. Тайвин не мог не признать, что отвага и упорство, проявленные его воспитанницей ради семьи, вызывали уважение. Но… Седьмое пекло, как родня умудрилась так её принять?! Что, Кейтилин совсем не знает свою дочь? Лаконичный отчёт Дженны не смог скрыть напряжения, возникшего между волками. Через час после встречи сообщить Арье Старк, что она помолвлена! Судя по всему, глупость Кейтилин и Робба стоила им Арьи. Да и ему тоже. Вряд ли побег из Близнецов был спланированным поступком — идти ей некуда. Скорее всего, взбунтовавшись, она сорвалась куда глаза глядят, а вот вернуться уже не смогла. Нетрудно догадаться, что за препятствие могло возникнуть у неё на пути — в военное время дороги кишат подонками всех мастей. Тревога за судьбу Арьи не отпускала Тайвина. Нужно во что бы то ни стало найти её и вернуть.

====== Глава 1.20. ======

Очередная волна с яростью ударилась о борт, пытаясь опрокинуть утлое суденышко. Шквалистый ветер рвал снасти, сбивал с ног. Мачты стонали и скрипели под напором стихии. Вода заливала трюм.

Забившись в угол, Арья не замечала промокшей насквозь одежды, пронизывающего холода и безумной качки. Маленький корабль всё дальше и дальше увозил её от родных. Давно скрывшийся за горизонтом берег стал для неё столь же недосягаем, как брат и мать. В её душе боролись обида на Робба, леди Кейтилин, себя, Фреев, Талиссу и весь мир. Как могло получиться, что едва обретя семью, она снова потеряла их? И, что самое горькое, между ними встало не только расстояние в сотни лиг, но и их слова и поступки. Почему всё пошло не так? Что она сделала не так?

Арья чувствовала, что многое, из того что она говорила, вызывало непонимание и отторжение со стороны брата и матери. Возможно, ей не стоило вообще упоминать Ланнистеров, Тириона. Для них они были и останутся врагами. Для неё — тоже. Но живя среди них, она привыкла видеть за образами львов — людей. Людей противоречивых, с их слабостями и пороками, способных как на дурное, так и на хорошее. За то время, что она провела в Королевской Гавани, желание насадить на пики головы Джоффри и Серсеи отнюдь не померкло, чего нельзя было сказать об остальных. И она была совершенно искренна с матерью, заявляя, что Тирион вовсе не такой плохой человек, каким все его считают. Карлик ей нравился. И гораздо больше многих её знакомых. И уж точно больше Тиреллов.

Пожалуй, главной её ошибкой было упоминание Тайвина Ланнистера. Вряд ли кто в состоянии понять её неоднозначную привязанность к нему. И она сама в первую очередь.

Всё это время Арья не позволяла себе думать о наставнике. Но встреча с его сестрой, всколыхнула что-то, что было спрятано очень глубоко. Как он воспринял её побег? Сможет ли когда-либо понять и простить её? Увидятся ли они когда-нибудь ещё? И рад ли он будет их встрече?..

Посреди бушующего моря на Арью нахлынули воспоминания, наполненные запахами корицы и вина, шёпотом прибоя, оттеняющего низкий, завораживающий голос... На душе стало тяжело и тоскливо. Если бы лорд Тайвин был рядом, он помог бы ей разобраться. Выслушал, нашёл бы нужные слова. Никто и никогда не слушал её так, как он… Только её отец…

Лицо было мокрым и солёным от брызг. Или не только от брызг?.. Почему?! Ну почему всё так сложно?! Сначала она потеряла отца и, казалось, что хуже уже быть не может. Потом, как-то уж совсем неожиданно в её жизни появился другой человек. Человек, рядом с которым было так легко. Так хорошо, просто и спокойно. Безопасно... Человек, ведущий беспощадную войну с её братом... Если бы этой войны не было вовсе или она вдруг закончилась самым волшебным образом! Но война идёт. И она, Арья, должна быть со своей семьёй, а не с теми, кто желает им смерти. Но, как же так получилась, что её родные радостно приняв её, оказались для неё совсем чужими?! Они не слушали, или не хотели слушать её. Они лишь твердили об её долге, как будто она не знала — в чем её долг. И вот теперь, она снова от них далеко. И не знает, как ей вернуться...

Море постепенно успокоилось. Качка за бортом теперь лишь отдалённо напоминала ту стихию, что бросала корабль словно щепку, все эти долгие дни. Звук падающей якорной цепи оповестил, что судно стало на рейде.

Берег, представший перед глазами Арьи, был тоскливым и мрачным — голые скалы, торчавшие из воды, переходили в горы, топившиеся в серых густых облаках. Мокрый песок, вперемешку с галькой, косой уходил в такое же серое, неспокойное море. Прицепившийся к скалам замок, казался продолжением серого камня, выросшего и оформившегося в угловатые, агрессивные стены. На негостеприимных берегах не было ничего хоть отдалённо напоминавшего буйство зелени Королевской Гавани или сдержанные изумрудные леса и равнины Вестероса. Только камень. Со странными кучами булыжников и торчавших из них столбов на берегу моря. Унылую картину дополнял заливавший всё мелкий холодный дождь.

На серый мрачный камень был похож и король этого странного королевства. Вытянутые черты лица, сухопарая фигура, размеренные движения. Усталые глаза в обрамлении скупых морщинок и плотно сжатый тонкогубый рот. Арья внимательно разглядывала хозяина Драконьего Камня. Ещё одного из королей Вестероса. Истинного короля, по мнению её отца. Не самого лучшего короля, по мнению её наставника.

Рядом со Станнисом Баратеоном была женщина, привёзшая их сюда. Только теперь Арья поняла, кто она такая. До этого она не встречала красных жриц. Она представляла её совсем иной. Красивая и уверенная в своей правоте, Мелисандра держалась на равных рядом со своим королём. Несмотря на заявляемую во всеуслышание её принадлежность свету, Арье показалось, что от женщины веет могильным холодом и тленом.

— Арья Старк — сестра узурпатора Робба Старка и воспитанница деда узурпатора Джоффри, — холодно произнес повелитель Драконьего Камня, едва разжимая губы.

В груди у Арьи всколыхнулась ярость, но она сдержалась. Присутствие красной женщины, почему-то держало её в напряжении.

— Леди Арья устала, — выступил вперёд невысокий человек с обрубленными пальцами. — Она ещё ребенок.

— Об этом ребёнке говорит весь Вестерос, — усмехнувшись, произнёс Станнис.

«Что он имеет в виду?» — подумала Арья. Но продолжила хранить молчанье.

— Она может быть нам полезна, — обратилась Мелисандра к своему королю. Арья отметила, как напрягся человек, вставший на её защиту:

— Она — ребёнок!

— Ну, конечно, ребёнок. И ей надо отдохнуть, — неожиданно согласилась красная женщина.

Идя в сопровождении солдата по мрачному, продуваемому всеми ветрами коридору, Арья размышляла над её словами. Как они хотели её использовать? Как заложницу — потребовать что-то в замен у Робба или Тайвина Ланнистера? Что ж, в Королевской Гавани она была пленницей в золотой клетке. Сейчас она стала пленницей в каменной клетке, окружённой лигами морской воды. Когда-то Тирион сказал ей: «Придёт день, и дверь твоей тюрьмы откроется, надо только подождать». Ей не оставалось ничего, другого. Только ждать, что принесет новый день. Ждать, когда кто-то откроет дверь её новой тюрьмы.

Холодные каменные стены, украшенные тусклыми выцветшими гобеленами, узкая кровать с балдахином, стоящий на отдалении столик с кувшином и тазом для умывания — убранство её новой тюрьмы было столь же серым и унылым, как и весь Драконий Камень. Скупое пламя свечей едва освещало комнату. Не смотря на огонь в камине, было холодно и промозгло.

Обернувшись на скрип открываемой двери, Арья увидела девочку лет двенадцати с наполовину обезображенным лицом.

— Меня зовут Ширен, — просто представилась она. Улыбнувшись, дочь Станниса протянула Арье тёплый плащ. — У меня нет ничего подходящего. Но, ты можешь завернуться в него, пока высохнет твоя одежда.

Это было вовремя. Промокшие камзол, штаны и рубаха прилипли к телу, не давая согреться.

Всё это время Ширен с любопытством рассматривала гостью Драконьего Камня. Словно спохватившись, она извинилась:

— Простите, что я обращаюсь к Вам на «ты». Гости в наших краях так редки. Я не хотела Вас обидеть.

— Ничего страшного, мы можем разговаривать и так, — улыбнулась Арья.

Она впервые видела Ширен Баратеон. Тайком, она поглядывала на её покрытую коростой щеку. В Вестеросе не было людей, выживших от серой хвори. Все погибали, либо ссылались в Валирию. Человек с подобным шрамом, был такой же редкостью, как и говорящая лошадь.

— Хорошо! — оживилась девочка. Ей явно было здесь одиноко и хотелось хоть с кем-то поговорить. — Как тебе у нас? Ты впервые на Драконьем Камне?

— Да, впервые. Здесь… необычно.

— Тоска жуткая — ты это хотела сказать?

— Нет… Но, весёлого мало.

— Здесь в последнее время разучились веселиться, — взгляд Ширен потух. — Расскажи, где ещё ты побывала? Ведь ты жила в Королевской Гавани? Я никогда не была на юге. А север? На что похож север?

— Север?.. Он как здешнее море — бескрайний, суровый и красивый. Он — самое лучшее, что есть в Вестеросе!

— А юг?

— На юге тепло. И море там другое, не такое как здесь. Оно синее-синее, местами зелёное. А иногда, вечером, когда садится солнце — золотое. Королевская Гавань — жуткий город. Тесный и грязный. Лучшее, что там есть — это сады в Красном Замке…

Вопросы Ширен всколыхнули воспоминания. Перед глазами Арьи, сменяя друг друга пронеслись величественные стены Винтерфелла, тенистые колдовские леса севера, зной и буйство красок юга… Как так смогло случиться, что в одночасье она потеряла и то и другое? У неё больше никогда не будет наставника. Нелепость разлучила её с семьей. Почему боги так жестоки к ней? Как ей вернуться домой, к родным? Кто ей теперь поможет? Ширен?..

А девочка тем временем продолжала задавать вопросы:

— Сир Давос сказал, что тебе покровительствует лорд-десница. Это правда? Говорят, он ужасный человек и никогда не улыбается!

— Вовсе не ужасный! — горячо возразила Арья. Ей надоело, что её все считали несчастной заблудшей овечкой в лапах льва. — Он всегда был справедлив ко мне. Позволил учиться. Защищал меня и сестру перед королём. И он улыбается. Правда, очень редко. И далеко не всем.

— Да-а, — протянула Ширен. Казалось, она была разочарована — нарисованное в её воображении чудовище полулев, получеловек, оказалось вполне обычным лордом. — Так он тебе понравился? Тебе было хорошо жить у него?

Арья растерялась — так просто и открыто о Тайвине Ланнистере её ещё никто не спрашивал. Седьмое пекло! Да, ей нравилось жить под его покровительством, учиться разным наукам, нравились его подарки, его снисходительность к просьбам Арьи, её увлечению оружием… его внимательность и терпеливость в вопросах, касавшихся её семьи… их совместные беседы и прогулки… И она всего этого лишилась, без малейшего шанса вернуть обратно! Перед глазами Арьи вновь всплыл образ лорда Тайвина — с посеребрёнными годами волосами и строгим лицом, сейчас немного грустным и укоризненным …

Резко встряхнув головой, словно отгоняя тоскливые мысли, Арья уклончиво ответила:

— Если бы не Джоффри и его мать, жизнь в Красном замке была бы гораздо лучше! Они оба — чудовища!

— Мой отец называет его узурпатором. Говорит, что он — бастард дяди Роберта. Ведь это твой отец выяснил?

— И за это его убили.

— Прости. Мне жаль, — сочувственно произнесла Ширен. — А, Бес? Неужели он тоже не такой ужасный, как о нём говорят?

— Он вовсе не Бес! Лорд Тирион очень добр. У него много смешных историй. Тому, кому он станет другом, очень повезёт! — возмутилась Арья.

— Так твоей сестре повезло, что он стал её мужем?

— Что-о-о?!

— Ты не знала? Твоя сестра вышла замуж за Тириона Ланнистера, — Ширен удивленно смотрела на Арью, сложившуюся пополам от хохота.

«Санса!.. Жена!.. Тириона!.. Вот повезло, так повезло!.. Да она не в состоянии и сотой доли его ума оценить! Ей лишь бы муж рыцарем был, а она — его леди! Ну что, сестричка, боги посмеялись над тобой? Ты была готова терпеть своего златовласого принца, в упор не замечая все его мерзости. Будешь ли ты терпеть уродство Тириона, в упор не замечая его достоинства?..» — от накатившего истерического смеха Арье стало трудно дышать. Первая реакция, на новость сменилась угрызениями совести — как-никак сестру выдали замуж насильно. Не по любви же она вышла за карлика? Впрочем, если бы у неё, у Арьи, был выбор — она сотню раз предпочла бы стать женой Тириона, чем Уолдерна Фрея. Что ж, хотя бы за безопасность сестры не стоит теперь беспокоиться. Тирион не допустит ничего плохого. Да и что может случиться с тёткой короля по фамилии Ланнистер!

Появившийся на пороге комнаты, отведённой Арье Старк, сир Давос с удивлением смотрел на приступ её веселья. Успокоившись, Арья пояснила:

— Простите, я.., просто, эта новость…

С сочувствием глядя на гостью Драконьего Камня, Десница Станниса Баратеона не знал, как приступить к разговору, а потому решил не тянуть:

— Вот. Получили с вороном.

Арье на ладонь лёг маленький свёрнутый листок. Ничего не понимая, она развернула письмо. Строки, написанные мелким убористым почерком, сообщали о смерти Талиссы Старк и неудачах постигших короля Севера — покинувшего его Русе Болтона и отказавшегося предоставить людей Уолдера Фрея. И… побеге Арьи Старк.

«Но.., я не сбежала. Я…». Подняв глаза на сира Давоса, Арья увидела грусть и сочувствие на его лице. До неё стал доходить смысл письма. Кто-то очень скурпулёзно и безо всяких эмоций описал всё, что было в Близнецах. Из столицы приехала воспитанница Тайвина Ланнистера. Одновременно с его сестрой. В эту же ночь была убита жена Робба Старка. Русе Болтон почему-то решил покинуть ряды северян. Арья Старк исчезла, поставив под угрозу союз Фреев и Старков. Обиженный лорд Уолдер, несмотря на всё-таки заключённый брак между Эдмуром Талли и его дочерью, не оправдал ожиданий короля Севера, отказавшись выделить ему людей.

Арье вспомнилась та настороженность на грани недоверия, с которой её встретили родные. То, как смотрела на неё мать, когда она разговаривала с сестрой лорда Тайвина. Словно она предатель и преступница! А она, наивная, ещё пыталась что-то сказать в защиту Ланнистеров! В защиту Тириона. Конечно, она не могла и думать, что всё так обернётся. Что у неё не будет возможности поговорить, обьяниться с матерью и братом. Но всё вышло именно так, как вышло. И вот она здесь, на Драконьем Камне, а её родные там — на бескрайних просторах Вестероса. И она уже не может ничего не сказать, не обьяснить. Раз Русе Болтон свободно покинул Близнецы, да ещё и увёл своих людей, доказательств его предательства найдено не было. Выходит, все считают, что она его просто оклеветала? А потом сбежала. Именно сбежала, потому что свидетелей её встречи с людьми красной женщины не было. Сбежала, расстроив союз Фреев и Старков! А перед этим все видели, как она разговаривала с сестрой Тайвина Ланнистера. Да и сама она приехала не откуда-то, а из столицы. Теперь понятно, что имел в виду Станнис, когда сказал, что о ней говорит весь Вестерос! Понятно, в каком свете всем видятся произошедшие события. Сможет ли она хоть когда-нибудь доказать Роббу и матери, что она не сделала ничего плохого?! Ещё недавно у неё была семья, в которую она безоговорочно верила. Был наставник, которму она доверяла. А сейчас? Что осталось у неё сейчас? Пожалуй, только Джендри — единственный друг и близкий человек на сотни лиг вокруг. Повернувшись к сиру Давосу и Ширен, Арья спросила:

— Со мной вместе приехал парень, Джендри. Вы не знаете, где он?

— Он в угловых покоях.

— Я смогу его увидеть?

— Конечно! — Ширен была рада помочь отважной чужестранке. Сир Давос не возражал. Выйдя из комнаты, леди Баратеон кивнула охране:

— Мы скоро вернёмся. Дождитесь здесь.

Оказывается, Джендри разместили совсем рядом. Тихонько постучав, Арья потянула на себя тяжёлую дверь. В первой комнате никого не было. Сквозь занавес прорисовывались пляшущие тени на стене. На секунду, ей показалось, что идёт борьба. Рванувшись вперёд, она замерла перед полупрозрачной тканью. Перед её глазами предстали Джендри, лежащий на кровати и склонившаяся над ним Мелисандра. Они были абсолютно нагими. Движения Красной женщины, её разметавшиеся волосы, белоснежные руки, скользящие по телу Джендри — в этом не было ничего общего с той страстью, что подсмотрела когда-то Арья на террасе Красного замка. Там была любовь… А здесь… Здесь что-то низменное, нечеловеческое — похоть совокупления самки и самца…

Арья с отвращением вышла из покоев. Очередной итог очередного дня — у неё нет семьи, нет наставника, а теперь она потеряла и друга.

====== Глава 1.21. ======

Ночь Арья провела в кошмарах. Её преследовали полуголые люди, не имеющие лиц. И Джендри, напрочь лишённый одежды. Она тонула в кораблекрушении. И металась между дверьми, за каждой из которых её поджидала Мелисандра: «У меня на тебя планы.., планы…».

Утро началось с головной боли. Умывшись, она попыталась выйти, но дверь была заперта. Вот так новость! Ещё никто не помещал её под замок! Или красной жрице донесли, что она навещала Джендри в неурочный час? Возможно, она решила, что увиденное Арьей сильно не понравится Станнису. Не поклонением же пламени Мелисандра держит на коротком поводке этого горе-короля! Непонятно, почему все им так восхищаются?! Непревзойдённый вояка при Черноводной был остановлен карликом! Это уже потом подоспели основные силы Ланнистеров и Тиреллы.

Воспоминания о Тирионе вернули её ко вчерашней новости. Её сестра теперь Санса Ланнистер. Арье стало совестно за свою вспышку веселья. Этот брак для сестры явно стал наказанием. Из всех существующих грехов, пожалуй, только глупость была присуща Сансе. Да и разве это грех? Во всяком случае, поверхность суждений ещё никогда не была причиной для кары. Почему же боги так жестоки с ней? А Тирион? Полумуж заслужил женщину, способную оценить его. Но это явно не про Сансу. Ещё не известно, кого этот брак сделает более несчастным.

За воспоминаниями о сестре тут же потянулись мысли о Роббе. Она была зла на него. Зла и обижена. Но, она не желала ему ничего плохого — ведь из-за того, что он сделал, они не перестали быть семьёй. Всё равно, они когда-нибудь увидятся, и она скажет ему всё, что она о нём думает. Впрочем, боги и так уже наказали его за собственную глупость. Ей вспомнился давний разговор с наставником — «… убить лорда и солдата — вовсе не одно и тоже…». Её брат совершал ошибку за ошибкой. Он не должен был брать в жёны Талиссу, дав обещание другой. И он не должен был так опрометчиво следовать правилам, казня знаменосца за нарушение приказа. Первая его ошибка стоила ему поддержки Уолдера Фрея, вторая —жизни любимой женщины. Лорд Тайвин, в очередной раз оказался прав. Лорд Тайвин… Жёсткий циник, играющий судьбами людей словно всё вокруг — всего лишь партия в кайвассу. Решающий, кому жить, а кому умирать, не считаясь ни с кем. Человек, который никогда и ни в чём не ошибается. И не проигравший ни одной войны, иначе «он не был бы тем, кем стал»…

Со злостью Арья пнула ножку кровати — мысли о покровителе посещали её по несколько раз на дню. И каждый раз он являлся ей в новом свете. Лев мог казаться ей исчадьем всех Семи преисподен, воплощением хитрости и коварства, преследующим её семью. И тут же, словно издеваясь над ней, её память услужливо подсовывала ей совсем иные воспоминания, в которых лорд Тайвин со смешинкой в глазах выслушивает её рассуждения о том, как выиграть сражение, что такое облака и зачем на небе луна. А вот они вдвоем на поляне у ручья едят землянику. Или он поддерживает её, когда она в страхе за Сансу бежит по тропинкам королевских садов и буквально падает ему на руки. Или позже, когда уже и сам всемогущий лорд за внешней холодностью скрывает переживания увечья старшего сына. Но она-то видит и знает, что ему так же тяжело, как любому простому смертному из блошиного конца. И уже ей самой хочется протянуть ему руку…

Скрипнув зубами, Арья зажмурилась изо всех сил, словно пытаясь прогнать назойливый образ. Нет, надо срочно занять себя чем-то, иначе от всех этих мыслей она сойдёт с ума! Порывшись на каминной полке, она нашла книгу про драконов. Страница за страницей, перед её глазами пролетали минуты славы Таргириенов, пока до её слуха не стали доноситься странные звуки. Кто-то кричал. Всё громче и громче. Многоголосый хор перешёл в жуткий вой боли и страданий. В ужасе, Арья отбросила книгу и забарабанила в дверь. Ей никто не открыл. А из окна было видно только серое неспокойное море.

Дикая какофония, казалось, продолжалась бесконечно. Постепенно все звуки стихли, и установилась мёртвая тишина. Сгущавшиеся за окном сумерки проникли в комнату, окрасив всё в багровые тона. Поджав ноги, Арья сидела на кровати. В коридоре послышались шаги. Звякнул ключ в замке. На пороге возник её вчерашний знакомый — сир Давос. Окинув взглядом покои, он тихо произнёс:

— Леди Арья, нам нужно поспешить. Времени мало.

Спорить с ним совсем не хотелось. Поднявшись, Арья направилась вслед за мужчиной в пустой коридор. Они шли едва освещенными переходами, спускались вниз и поднимались вверх, пока не оказались за пределами замка. По пути им никто не встретился. Оглядевшись, она увидела поразивший её вчера берег. Странные каменные кучи были на месте. Только сегодня они светились изнутри жутким красным светом. Внезапно до Арьи дошло — светились угли! А на столбах были привязаны люди. Или, вернее, то, что от них осталось. Приступ тошноты подкатил к горлу.

Уставившись под ноги, Арья шла за своим спутником. Она старалась не смотреть по сторонам и не дышать — в нос лез отвратительный запах гари и того, о чём не хотелось думать…

— Ну, вот и всё, — тихо произнёс сир Давос. — Держите курс на вон ту звезду и вскоре вы будете в Королевской Гавани.

Услышав, где она будет, Арья встрепенулась и подняла глаза. У самого берега была привязана лодка, а в ней — Джендри. Отшатнувшись, словно от удара, она какое-то мгновение не могла сделать и шага в сторону вчерашнего героя-любовника.

— В чём дело? — резко поинтересовался сир Давос.

— Я-я-я… сейчас… мне нужно., — пробормотала Арья, затравлено озираясь. Тошнота ещё сильнее подступила к горлу, живот скрутило.

— Одна нога здесь, другая — там! — угрожающе прошептал их спаситель. Арья согласно кивнула. Быстро проскочив за валун, она мысленно проклинала себя — расклеилась как маленькая девчонка! Услышав шаги, она отодвинулась дальше за выступ скалы — бдительность сира Давоса переходила все границы!

— Какой чудесный закат! — совершенно незнакомый голос произнёс буквально над ухом. Арья в ужасе вжалась в камень. Седьмое пекло!!! Во что ещё она вляпалась?!

— Полностью согласен! — второй голос показался ей знакомым, но она не могла вспомнить, откуда именно. Двое мужчин продолжали восхищаться красотами природы:

— И никто кроме нас этого не видит…

— Никто, совершенно никто. Мы одни на берегу.

— Вы уверены?

— Увы, счастливы лишь мы, созерцая увядание дня в волнах морских! — последовавший за этим отрывок из поэмы на валирийском был хорошо знаком Арье. Какого…их…принесло?.. Из-за этих любителей природы она теряет время!!! Внезапно в древнем произведении оказался новый текст, не предусмотренный автором:

— …Вы уверены, что львы и волки всё ещё способны драться?

— Разумеется. Лев … Волчонок ищет…

— Это нам на руку… Чем больше война истощит Вестерос, тем легче его будет взять.

— А как наши силы?

— Крепнут. … … у нас времени, тем лучше. Если страсти львов и волков поутихнут, надо будет их подбодрить…

— … с хорошими … и костёр пылает ярче, и война… Может нам следует заготовить пару вестей, дабы подпитать взаимную любовь …

— Не перестарайтесь! Главный Лев опасен, слишком опасен. Придёт время, и его устранение станет первоочередной задачей.

— Не могу не согласиться. И всё же, как прекрасен закат! Это дивное солнце…

С облегчением, Арья поняла, что любители местных красот уходят — путь свободен. Выскользнув из укрытия, она бросилась на берег. Игнорируя недовольные взгляды Джендри и сира Давоса, она забралась в лодку и уставилась на знаменитый уже закат. Отвернувшись от своего спутника, пытавшегося заговорить с ней, Арья погрузилась в свои мысли.

Она вспомнила, где слышала второй голос. Как только эти двое заговорили про львов и волков в её памяти всплыли подземелья Красного замка, где хранились черепа всех драконов Таргариенов, и она, ловящая кошек. «…Когда Волк и Лев вцепятся друг в друга…». О чём же тогда ещё шла речь? Она помнила слова, что новый Десница нечета старому. А потом… случилось то, что случилось. А ещё, чуть раньше Джон Аррен узнал о том, что дети Серсеи — бастарды и умер. Затем узнал её отец — и сообщил всем. И началась война, которая никак не может закончиться. Неведомые кукловоды дёргали за ниточки и великие лорды Вестероса находили всё новые и новые поводы убивать друг друга. Как ни горько это осознавать, но её отец оказался лишь марионеткой в чужой игре. Игре, призванной разжечь пожар войны, ослабить Вестерос и расчистить путь к Железному трону кому-то, о ком она не знала. «Захватить Вестерос… собираем силы…» Кто-то, находясь в тени, стравливал друг с другом львов и волков. И уже давно. А они, словно слепые щенки и котята проглатывали одну наживку за другой и вгрызались друг другу в глотки.

Арья до боли стиснула кулаки. Как же так?! Они здесь убивают друг друга лишь для того, чтобы кому-то проще было прийти и сесть на трон? Тому, кто ради этой груды оплавленного железа готов утопить в крови их всех?! Нет! Так не должно быть! Этого таинственно врага нужно остановить! Арья, как никто другой, хотела, чтобы война закончилась. Но что она может?

Ответ пришёл неожиданно и сам собой. Ни Робб, ни леди Кейтилин, никто в Вестеросе не в состоянии распутать этот клубок. Никто кроме человека, который сам всю свою жизнь играет судьбами других людей. Ей нужен Тайвин Ланнистер. Он разберётся и примет нужное решение.

Свернувшись на корме, Арья смотрела как небо меняет цвет, становясь иссиня черным. Лодка тихо покачивалась на волнах. Джендри довольно-таки успешно справлялся с задачей гребца, держа курс на указанную сиром Давасом звезду. Если повезёт, и их не настигнет шторм, они вскоре попадут в Королевскую Гавань. Ей очень не хотелось, чтобы их путешествие затянулось.

Джендри недоуменно поглядывал на лежавшую перед ним Арью. За всё время она не проронила ни слова. Не выдержав, он спросил:

— В чём дело? Что случилось?

Арья недовольно подняла голову. Ещё мгновение назад, ей казалось, что последние события вытеснили всё, что было связано со вчерашней ночью. Но, как выяснилось, она ошибалась.

— Мы так давно знаем друг друга… Столько пережили, — не унимался Джендри. — Я понимаю, если бы сейчас здесь был кто-то другой…

— Кто-то другой?! — внезапно вскочив, Арья чуть не перевернула лодку. — Мелисандра, например?!

— При чем здесь леди Мелисандра? — предательски покраснев, спросил парень.

— При чём? Вам ведь вчера так хорошо было вдвоём!

— Всё совсем не так…

— А как?! Я всё видела собственными глазами! Как ты мог?! Она сжигает людей на кострах!

— Ах, видела?!! А это ты видела?!! — Джендри рванул рубаху на груди, демонстрируя непонятные следы на коже — то ли порезы, то ли укусы.

— У всех свои пристрастия, — презрительно фыркнула Арья. — Кому что нравится!

— Она применила магию!

— Ну да, это теперь так называется?! Да любой мужчина в своё оправдание скажет, что его околдовала ведьма!

— Нет, магия была потом… Арья, пойми.., ведь я.., я.., — Джендри силился что-то сказать, но не мог. Как объяснить сидевшей перед ним девушке, что произошло между ним, неопытным парнем из блошиного конца и женщиной в красном. А она ждала объяснений, зло сверкая глазами.

 — Это было выше моих сил… Я потерял голову.., — единственное, что он смог выдавить из себя.

Поджав губы, Арья отвернулась. Разговор был окончен. Незаметно она задремала. Проснувшись, она обнаружила, что лодка не двигается — Джендри мирно спал, закрепив вёсла. Бескрайняя водная гладь лениво шевелилась, повинуясь дуновению ветра. Опустив ладонь за борт, Арья ощутила бодрящую прохладу, разогнавшую остатки сна. Порывшись в мешке, вручённом ей сиром Давосом, она обнаружила лепёшки, с десяток яблок и воду. Устроившись поудобнее, она надломила хлеб. Хорошо пропечёная горбушка показалась ей самой вкусной из того, что она когда-либо ела. Тишина и мерное покачивание лодки убаюкивало. На душе было легко и спокойно. У неё снова была цель и она знала, что нужно делать.

Вскоре забрезжил рассвет. Пока на западе последние звёзды растворялись в светлеющем небе, на востоке уже показался диск солнца. Первые лучи веером разлетелись среди облаков и окунулись в просыпающееся море. В зелёных волнах заплясали золотые искры. Бесконечная глубина манила к себе, завораживая причудливой игрой света и красок, напоминая что-то до боли знакомое… Или кого-то… Губы Арьи сложились в улыбку…

Дневное светило поднималось всё выше и выше, согревая всех своим теплом. Лёгкий попутный ветерок подгонял лодку и лениво проплывавшие над ней облака. Потянувшись всем телом, Арья подалась вперёд, пытаясь поймать в ладонь кусочек отражавшегося в воде неба и солнечный зайчик, весело скакавший по волнам. Мелькнувший в дали косяк рыб, сверкнул чешуёй, словно море улыбнулось ей и подмигнуло, подарив надежду на лучшее…

Внезапно лодку качнуло — длинная, стремительная тень описала круг и ушла на глубину, оставляя за собой пенный след, будто и не было ни зелёной глади, ни золотых переливов. Едва не вывалившись за борт, Арья вцепилась в укрючину весла. Плеск растревоженных волн сложился в зловещий шёпот — «…Главный Лев опасен, слишком опасен. Придёт время, и его устранение станет первоочередной задачей… ». Откуда-то повеяло холодом, внутри всё сжалось, стало трудно дышать. С усилием разлепив вмиг заиндевевшие пальцы, Арья взялась за вёсла. У неё нет времени на раздумья. Она не может опоздать. Не может…

Проснувшись, Джендри увидел странную картину — леди Арья Старк, сжав зубы сосредоточенно гребла. Именно гребла. Но, похоже, уже из последних сил. Уступив ему место, она пристроилась на носу, демонстрируя полное отсутствие желания разговаривать.

Уже ближе к вечеру на горизонте показалась полоска земли. Синевато-голубой излом постепенно рос, превращаясь в знакомые очертания берега. Опершись о борт, Арья вглядывалась в появляющийся, словно мираж, город. Он больше не пугал её. Не казался чужим и негостеприимным. За долгие месяцы она научилась жить по его правилам. У неё появились друзья, один из которых по иронии судьбы стал её родственником — братец Тирион, муж Сансы. В предвкушении встречи с Зарой, Иларио, да и с сестрой, она замерла на носу лодки. О встрече с лордом Тайвином она думать не хотела. Чем ближе был этот миг, тем сильнее била её дрожь. Даже в тот раз, когда она ехала к нему в качестве виночерпия, ей было не так страшно. Как он встретит её? Обрадуется? Или все ещё зол за её побег? Простит? Сочтёт ли принесенные ею новости стоящими его внимания? Или ему уже и так всё известно?

Изнывая от палящего зноя и напряжения во всех мышцах, Джендри поглядывал на притихшую Арью. Она так больше с ним и не заговорила. Сидела и молчала, уставившись на море. Что она будет делать в Королевской Гавани? Денег, что дал сир Давос, должно хватить на пару лошадей, чтобы уехать прочь. Но его попытка обсудить их дальнейший путь, была пресечена словами: «Поступай как знаешь, у меня — свои планы».

Берег неумолимо приближался. Красный замок, подобно великану, подпирал купол неба всеми своими башнями. В заливе стояли корабли. Один из них, маневрируя, шёл в открытое море. На его парусе, собрав перья, красовался пересмешник — герб Петира Бейлиша. Арья молча проводила его взглядом. «Интересно, а сам Мизинец на борту? Или его таинственное путешествие, которое будет весьма полезно для сестёр Старк, вновь отложилось?» — мелькнула и исчезла мысль, разбившаяся на осколки под ударом набата. Колокольный звон ворвался в вечернюю идиллию юга. Он разносился над Королевскими садами, плутал по улицам и тупикам портового города, вплетался в бьющиеся о лодку волны. От монотонных ударов становилось жутко и страшно…

====== Глава 1.22. ======

— Тирион ни в чем не виноват! — резкие слова, разорвавшие тишину, были чем угодно, но только не тем, что рассчитывал услышать Тайвин от беглянки. Откинувшись на спинку кресла, он молча смотрел на свою воспитанницу. В его душе боролись бешенство за её выходку и облегчение от того, что Арья не пострадала из-за собственной глупости.

Отложив перо, Тайвин ждал продолжения и объяснений по поводу столь громкого заявления. Но пауза затягивалась. Арья, сделав пару решительных шагов, замерла рядом с его письменным столом, упрямо вздёрнув подбородок.

Да, неожиданность, так неожиданность! «Блудная дочь» вернулась! И способ появления выбрала весьма эффектный. Впрочем, у неё всегда был особый талант, удивлять его. Усмехнувшись про себя тому напору, с которым Арья ворвалась в его кабинет, Тайвин всё так же молча продолжал рассматривать её. На какое-то мгновение ему показалось, что под своды Красного Замка вернулся отчаянный, расхрабрившийся воробей из Харренхолла. Всё, как и прежде: серые глаза, непослушные волосы, потрёпанная одежда. Разве что, когда-то неоперившийся птенец, подававший ему еду и питьё, стал несколько старше.

В людях Тайвину всегда нравились смелость и желание бороться до конца. Сейчас, не смотря на напускную браваду Арьи, он видел, что ей страшно. Но держалась она весьма стойко.

«Вот ведь, — усмехнулся Тайвин. — Набросилась словно настоящая волчица!» Именно так и нужно бороться за своих! Не радовало то, что всё это было ради его непутевого сына. И то, что вместо извинений перед ним, её наставником, Арья предпочла затеять дискуссию, посвященную дальнейшей судьбе Тириона, вызывало в Тайвине раздражение.

А ведь он уже и не надеялся её увидеть. Но она вновь его удивила. Явилась сама с высоко поднятой головой, уверенная в неоспоримой правоте своих поступков. Если раньше у него было только одно желание — бросить её в темницу, или, на худой конец, просто посадить под замок, когда она будет поймана, то её внезапное возвращение спутало все планы. И вот как теперь ему с ней быть?!

— Думаю, леди, Вам необходимо отдохнуть с дороги. Привести себя в порядок, — сухо произнес Тайвин. И тут же пожалел об этом. Глаза его девочки мгновенно потухли, плечи и голова опустились… Словно и не было вспышки праведного гнева. Перед ним стояла испуганная, уставшая странница, переминавшаяся с ноги на ногу и сосредоточенно изучавшая собственные сапоги.

Встав из-за стола, он сделал шаг в сторону Арьи. Слегка коснувшись её подбородка, заглянул в серые, вмиг погрустневшие глаза. «Словно небо заволокло тучами, — пронеслось у него в голове, — и вот-вот пойдет дождь».

— Уже поздно. Ты устала. Выспись хорошенько. Завтра за обедом всё мне расскажешь, — гораздо мягче произнёс Тайвин. Длинные чёрные ресницы встрепенулись, разгоняя мрачные тучи. Вспыхнувшие весёлые искорки, словно лучи солнца прогнали тоску из глаз его воспитанницы.

Радостно кивнув, Арья вышла. Быстро миновав коридор, она спустилась в свои покои. Всё это время улыбка не покидала её лица.

Некоторое время назад, подходя к апартаментам Десницы, Арья еле сдерживала дрожь в коленях.

С момента их прибытия в Королевскую Гавань прошло от силы два часа. Расставшись с Джендри, она направилась в сторону Красного Замка. Для неё уже не было тайной, о чём оповещал набат. Джоффри мёртв. Умер на собственной свадьбе. Новость огорошила и обрадовала её. Ничего она так не желала, как его смерти. Он был первым в её списке. Через какое-то время пришло осознание того, что её покровитель лишился внука. Внука, которого, как он знал, Арья ненавидела, как никого в этой жизни. С каждым шагом её путь в сторону замка делался всё мучительнее и мучительнее. Что её теперь ждёт? Это было известно только богам. Но она приняла решение, и отступать некуда. Она должна вновь встретиться с Тайвином Ланнистером.

И вот, стоя перед ним, Арья еле сдержалась, чтобы не броситься к нему, как когда-то, в королевских садах. Встань он из-за стола, она бы так и поступила. Но он молча сидел, никак не реагируя на её появление. В руках неизменное перо, напротив — лист бумаги с очередным указом. Пламя свечей поблёскивало на застежках камзола, знаке Десницы. Он казался уставшим: черты лица заострились, морщинки вокруг глаз и складки у углов рта обозначились чётче, чем обычно. Только зелёные глаза всё так же цепко смотрели, не упуская ни одной детали. Сколько они не виделись? Арья никак не могла сообразить. Казалось, только вчера, она словно вор проникла в его кабинет, а после с трепетом ждала наказания. Всё вокруг было таким знакомым, чуть ли не родным. Она стояла, и не знала, что сказать. С чего начать. Вот и выпалила, первое, что пришло ей голову: «Тирион не виновен!». Но она действительно так считала. И в свете недавних событий, вероятность вмешательства кого-то третьего была вполне возможной. Реакция лорда Тайвина её напугала. Как он был сух с ней. Холоден. Неужели всё кончено? Неужели она безвозвратно разрушила те доверительные отношения, что установились между ними? Захотелось плакать от тоски…

От ощущения, что она ошиблась, у неё до сих пор кружилась голова. Её кожа всё ещё хранила воспоминания прикосновения руки наставника — тёплой и уверенной. Оно было столь мимолётным, и таким… таким… Арья не могла подобрать слов, чтобы передать свои ощущения. Наверное, именно так себя чувствует путник в пустыне, наконец-то добравшийся до долгожданного источника. Она прощена! Прощена!! Прощена!!! Завтра, как обычно, её ждет обед с покровителем и она всё ему расскажет, всё-всё-всё… Ну, не совсем всё, конечно…

В её покоях ничего не изменилось. По-прежнему, в них хозяйничали морской бриз и последние лучи закатного солнца. Казалось, она отсутствовала всего лишь мгновение. Одежда, сложенная в шкафу и сундуке, дожидалась своего часа. На письменном столе лежали книги и свитки. Заботливо приготовленная Тайлой ванна, испускала пар. Отдавшись в руки своей служанки, Арья позволила роскошной жизни вновь поглотить себя.

Горничная радостно щебетала, делясь последними сплетнями. Было видно, что она переживала за свою госпожу, простив ей все обстоятельства её побега.

Отмытая от пыли и грязи, Арья запуталась в заботливо поданную мягкую ткань, и, не медля ни минуты, принялась за тёплый салат с дичью, фруктами и лёгкое, разбавленное водой вино. Проскользнувшая в комнату Зара, составила ей компанию. Они болтали о всякой ерунде. Дорнийка не лезла с назойливыми расспросами и она была ей за это благодарна. От неё Арья узнала о Сансе: её свадьбе, отвратительной выходке Джоффри во время церемонии и пьянстве Тириона на пиру. Во истину, монарх заслужил свою участь! «Братца» она почему-то не осуждала. А вот Сансу стало, действительно, жаль. Никто не знал где она. И это пугало. Её безвольная сестра явно не способна на то, в чём её обвиняют. Не говоря уже о совместном заговоре с Тирионом. Тогда где она? Почему сбежала? Испугалась? Вполне вероятно. Гнев Серсеи мог быть смертельным, как никогда.

Быстро захмелев от лёгкого вина, Арья попрощалась с Зарой и упала на кровать. В эту ночь ей впервые за долгое время ничего не снилось. Когда она проснулась, Тайла уже ждала её, подготовив всё для умывания. Пора было собираться к лорду Тайвину. «Н-да! Для кого-то это будет завтрак, а для кого-то — уже обед!», — хмыкнула Арья. Так, в приподнятом настроении, она и отправилась к наставнику.

Тайвин с удовольствием смотрел, как его девочка с аппетитом поглощает любимые ею овощи и рыбу. Ему сообщили, что она никуда не выходила — проспала до обеда. Устала. Что-же ей пришлось пережить? Куда её занесло после Близнецов?

Сегодня Арья выглядела намного лучше. На щёки вернулся румянец, а на губы — непринуждённая улыбка. За то время, что они не виделись, её волосы ещё больше отросли, а потому были уложены в причёску. Она отказалась от своих воинствующих нарядов и пришла в более традиционном лёгком платье и туфлях. Всё происходящее сейчас на террасе напоминало скорее обед отца с дочерью, вернувшейся из путешествия, чем водворение на место сбежавшей заложницы.

Разговор за столом плавно перетекал с одной темы на другую, словно ничего и не случилось. Между ними вновь царили мир и взаимопонимание. Про побег пока что не было сказано ни слова. Но бесконечно, это продолжаться не могло. Взявшись за бокал вина, Тайвин медленно произнес:

— Надеюсь, все твои планы успешно осуществились?

— .., — судорожно сглотнув, Арья не нашла что ответить.

— И что же послужило причиной твоего возвращения?

— Милорд, почему началась эта война? — серые глаза пристально смотрели в зелёные.

— Почему? Уж от тебя я не ожидал подобного вопроса!

— Ну да, все знают про обвинения, выдвинутые моим отцом, пленение лорда Тириона и всё, что было дальше.., — слова давались Арье мучительно тяжело. Но она должна довести дело до конца! И только сидящей перед ней человек мог ей помочь во всём разобраться. — Но я говорю не о том, что знают все. Я говорю о том, о чём никому не известно.

— А именно?

— Может ли существовать третья сторона, кому выгодна эта война? — Чётко и без лишних эмоций Арья изложила события, последовавшие после того как она покинула Близнецы.

Тайвин спокойно слушал её, не перебивая. Он нисколько не сомневался в словах своей подопечной. Понять, кто третий игрок было не так уж и сложно. Те, у кого хватило сил и средств перевозить с места на место последних из Таргариенов, мог параллельно планировать и их возвращение в Вестерос. И отнюдь не случайно у Дейенерис появился муж-дикарь со своей ордой и драконьи яйца.

Глядя на воспитанницу, он удовлетворённо размышлял, что с этой новостью Арья предпочла прийти к нему, а не к брату. Значит, его усилия не пропали даром. Она начала осознавать себя частью всего Вестероса, а не только Севера. Что вслед за войной наступит мир и им всем придётся сесть за стол переговоров и искать точки соприкосновения. И не важно, каким образом этот мир будет достигнут — путём уничтожения врага либо его капитуляции.

Арья чувствовала, как напряжение отпускает её. Вот и всё — всё случилось именно так, как она того и хотела. Лорд Тайвин выслушал её. Он примет нужное решение. На мгновение ей показалось, что она увидела одобрение, мелькнувшее в его глазах. Значит, она всё сделала правильно!

 — Умница, девочка! — как когда-то в Харренхолле, одобрительно кивнул Лев. — Ты верно поступила вернувшись… Как получилось, что ты покинула Близнецы?

— Я.., — Арья не знала, что отвечать. Ведь не могла же она рассказать о том, что причиной её размолвки с семьей было её отношение к Ланнистерам. Ну и потенциальный жених, конечно… — Я вышла подышать.

— Одна, ночью?

— …

— Как до этого ты вышла прогуляться из Красного Замка? Надеюсь, впредь ты воздержишься от спонтанных ночных прогулок! — в словах наставника Арье послышалось грозное рычание льва. Впервые за всё это время он выказал свое отношение к её побегу. Неожиданно для себя она разозлилась — он что, и в самом деле считал её домашней собачкой? Решил, что приручил волка? Она вернулась только с одной целью — остановить бессмысленное кровопролитие, подпитываемое игрой неведомых третьих сил!

— Я нисколько не сожалею о своём поступке! — разозлившись, Арья ринулась в бой. — Я Старк, и всегда ею останусь! И если у меня будет хоть малейший шанс помочь Семье, я вновь поступлю так же!

— А сейчас, судя по всему, ты переадресуешь именно мне честь помочь твоей Семье, а заодно и всему Вестеросу? — лорд Тайвин вопросительно прищурил глаза.

— … Вы хотели навредить брату! — не найдя что ответить на последний вопрос, Арья сочла лучшей защитой нападение.

— Позвольте напомнить, юная леди, что Ваш брат ведет войну против короны, и, следовательно, он — бунтовщик. И моя обязанность, как Десницы, подавить мятеж. А уж каким образом это будет сделано — решать мне. И если Вы не возражаете, я и впредь не буду с Вами согласовывать свои действия! — от ироничной тирады веяло холодом. Пристальный взгляд, играющие желваки — за внешней сдержанностью наставника кипела ярость. Арья внутренне сжалась — такого Льва она ещё не видела. Всё-таки её побег сильно его разозлил. Гораздо сильнее, чем она думала. И до этого спокойный тон их беседы был всего лишь иллюзией. Он ни разу не спросил её о событиях в Близнецах. Ничего удивительного — наверняка получил полный отчет от своей сестры. С крайним неудовольствием выслушал часть рассказа Арьи о встрече в лесу. Она, разумеется, ни словом не обмолвилась о Джендри, но и без этого ясно было, что её беспечность сильно рассердила Льва. Ужас, полыхающий в кострах Драконьего камня вызвал у него досаду — «…какая глупость, глупость и безумие…». И вот сейчас, наконец, он проявил своё недовольство.

Откинувшись на спинку стула, Тайвин потянулся за вином. Он слишком устал за последние дни. Ему требовался отдых. Столько событий. И, главное, смерть Джоффри… его внука… Возвращение Арьи было единственным, что его радовало. Но, всё-таки, под конец, она вывела его из себя. Он сдерживался сколько мог, памятуя печальный итог попытки родных Арьи навязать ей свою волю. Они совершили ошибку, вынудив её искать помощи у него, Тайвина. И он намерен был извлечь из этого выгоду. Тайвин не собирался требовать от неё объяснений и извинений. Всё и так было очевидно. Наказывать тоже не хотел, но разве только несколько ограничить её свободу. Ему не нужна была Арья, вынужденная жить с ним под одной крышей под страхом смерти. Нет, ему нужен был союзник, которого он, похоже, наконец-то смог заполучить. Теперь ему предстояло закрепить успех.

Покусывая губу, Арья злилась на себя, лорда Тайвина, Робба, Фреев, мать. И на весь мир. Каких-то пара фраз и она сама почувствовала себя предательницей! Нет! Она вовсе и не собиралась идти на примирение. Упрямо вздёрнув подбородок, Арья уверенно взглянула в холодные надменные глаза:

— Я сожалею только об одном — что я вновь в дали от семьи. Я очень рада была их видеть!

— Конечно. Ведь они — твоя семья, — спокойно согласился лорд Тайвин.

— Да, моя семья, — от воспоминания о родных на душе стало тяжело. Она снова здесь, в столице. А они так далеко. И на этот раз это её осознанный выбор... Поймут ли они её хоть когда-нибудь?.. Подняв голову, Арьч спросила. — Что-нибудь известно о Сансе?

— Как будут новости, я тебе сообщу.

— Она не виновата. Вы это знаете. И Ваш сын тоже.

Арья подметила скорбную складку губ её покровителя, стоило лишь упоминуть о Тирионе. Её привязанность к карлику по-прежнему злила лорда Тайвина. Ну, что ж, ему придётся с этим смириться! В конце концов, он сам сделал их родственниками, так пусть теперь не жалуется, что она озабочена судьбой свояка!

— И еще.., мне очень понравилась Ваша сестра — леди Дженна. Она скучает по Вам и сиру Кивану… И по Томмену.., и по лорду Тириону… Я могу его навестить? — едва сдерживая злорадную усмешку, Арья спокойно смотрела, как он ещё больше помрачнел.

«Пекло!» — Тайвину хотелось выругаться. Его воспитанница всегда была остра на язык, а сейчас ещё и вздумала играть с ним, используя его собственную семью! Этот её последний «удар» был мастерским и Тайвину ничего не оставалось, как молча кивнуть в знак согласия. Он всегда с теплотой относился к своей младшей сестре, хотя может и не особо показывал это. Так, значит, Дженна понравилась его девочке? Впорочем, как и сама Арья Дженне. Это было хорошо...

====== Глава 1.23. ======

Обхватив колени, Арья уселась на низенький табурет. Она ждала чего-то более мрачного от подземелий Красного Замка, но всё оказалось не так уж и плохо. Не так уж и плохо для человека, который пришёл и вскоре собирался уходить. Но не для того, кто должен был остаться.

Сухо. Светло. И никаких крыс. В Харренхолле было много крыс. Почему-то Арья решила, что здешняя тюрьма будет похожа на Харренхолл. Но нет. Камеры Красного Замка были гораздо менее мрачными, чем полуразрушенные, сырые комнаты в древней обители лорда Харрена, павшей в огне драконов. А, может, Тириону просто «повезло», и здесь где-то ещё есть по-настоящему страшные подземелья.

Тирион молча смотрел на воспитанницу отца. Её он меньше всего ожидал увидеть. Все знали, что она сбежала. А вот теперь вернулась. Говорит, что сама, безо всякого принуждения. Как ни невероятно это не звучало, он склонен был ей верить. Арья не выглядела человеком, с которым происходило что-либо против её воли. Спокойная, уверенная в себе, в платье и открытых туфлях, а не в более традиционной для неё воинствующей одежде, это, несомненно, была она — Арья Старк, воспитанница его отца, сестра его жены. Казалось, она стала ещё старше с их последней встречи. И именно она пришла навестить его, а вовсе не кровные родственнички… Почему она вернулась?

— Почему ты вернулась?

— Мне нужно было увидеть лорда Тайвина, — Арья не собиралась скрывать от Тириона правду. Маленький человечек вызывал у неё искреннюю жалость. Всегда опрятная одежда требовала чистки и, мягко говоря, попахивала не лучшим образом, небритое лицо, взлохмаченные волосы…

— Зачем?!

— Я.., — внезапно за дверью Арье послышался какой-то шорох. Их подслушивают? — … Мне трудно объяснить…

Внимательно взглянув на гостью, Тирион истолковал её слова по-своему.

— Послушай… Все мы, бывает, ошибаемся в людях. Я знаю своего отца не первый год. С самого моего рождения, — грустно усмехнулся карлик. — Он вовсе не такой, каким тебе кажется.

— Он такой, каким его сделала жизнь, — возразила Арья словами Дженны Фрей.

— Да, конечно. Но, в каждом человеке нас что-то притягивает или отталкивает. И что тебя притягивает в Тайвине Ланнистере? Он сам или то, что он способен дать тебе? Чувство защищенности, безопасности? Да, он способен защитить тебя. Но ему это не трудно — у него в руках власть. Защищать, ещё не значит быть семьей. Ты чувствуешь себя уверенной рядом с ним. Он всё понимает. Даёт советы. Ведёт себя как отец. Но он не твой отец! Он не может быть им. Он не твоя семья. Твоя семья далеко. Твои братья, мать, сестра. Они любят тебя. Тайвин Ланнистер не способен на любовь. Он любит только своё наследие и сделает всё, чтобы защитить его. Ты нужна ему, и он оберегает тебя. А потом использует так, как сочтёт нужным — выберёт нужного мужа и укрепит позиции клана.

— Моя семья уже это сделала за него — выбрала мне мужа для укрепления позиций клана! — резко бросила Арья. — Да, лорд Тайвин не идеал. Мы все не идеальны. Но ты ошибаешься, он способен любить. Ведь он любил Вашу мать? И детей своих любит. Даже Вас, я в это верю. И уж если речь пошла о браке, то я считаю, что его решение соединить Вас с Сансой было политически оправданным. И уж, если быть совсем честной, то предоставь мне моя семья выбор, я бы предпочла Вас, а не Уолдерна Фрея!

Чуть приоткрыв рот, Тирион оторопело смотрел на раскрасневшуюся Арью. На его памяти впервые кто-то так защищал его отца. Она, что искренне считает, что он его любит?! Человек, всю жизнь, обвинявший его в смерти матери, дававший самые жестокие уроки, апофеозом которых была история с Тишей? Что происходит?! Почему эта молодая особа с яростью… львицы?!…отстаивает интересы Тайвина Ланнистера?

— Я хочу верить во все то, что ты мне говоришь. Но, боюсь, у меня это не получится. — Встав с каменного пола, карлик сделал шаг навстречу Арье. Маленькие пальцы коснулись её руки. — Обещай мне, что ты будешь слушать своё сердце, а не то, что говорят тебе другие. Ты так молода. Юна. Наслаждайся жизнью. Оглянись вокруг. Мир наполнен не одними Уолдернами Фреями.

Тихо сжимая девичью ладонь, Тирион умолял богов, чтобы сидящая перед ним девушка услышала его призыв и обратила внимание на молодых юношей и меньше искала поводов для восхищения Тайвином Ланнистером.

Арья подняла на него недовольные глаза, словно не согласная с его мнением, но возражать не стала. Вместо этого она спросила:

— Расскажите мне про Сансу. Куда она могла деться?

— Я не знаю. Клянусь, я её не обижал! — отстранившись, Тирион прошёлся по камере.

— Я верю, — улыбнулась Арья, впервые с момента их встречи.

— Увы, но моё хорошее отношение, это вовсе не то, что нужно молодой девушке для счастья, — вздохнул карлик, разведя руками.

— Вы хороший друг! И … брат, — тихо произнесла Арья.

— … спасибо…

— Вы её не обижали, а она сбежала, — задумчиво повторила Арья. Она слишком хорошо знала сестру. Ей кто-то помогал. Кто-то, кто готов был рискнуть пойти против Десницы в тот момент, когда Санса превратилась из заложницы в заговорщицу, сообщницу убийцы короля. И кого-то не остановил этот огромный риск. Неужели Мизинца? Или она не сбежала? Может, её похители? И исчезновение Сансы лишь способ навредить Тириону?

— Её появление, поможет мне оправдать себя, — подтвердил догадку Арьи карлик.

— Ваш отец обещал, сообщить, как будет что-то известно, — кивнула она.

Тирион уже больше не мог слышать о благодетельном Тайвине Ланнистере, любящем своих детей! Седьмое пекло! Отойдя от своей собеседницы, он оперся плечом о стену:

— Расскажи-ка мне лучше про свои героические странствия! Я тут, понимаешь ли, умираю от скуки и одиночества и никто не хочет меня развеселить! — Тирион смешно изогнул бровь и развёл руки. — Я весь внимание!

Усевшись поудобнее, Арья принялась выполнять просьбу «братца». Подхватив его смешной тон, она поведала о совместном путешествии с Бриенной, повеселила его историей о том, как старый Фрей запутался в своих многочисленных отпрысках. Вскользь коснулась событий на Драконьем Камне. Про Джендри она решила умолчать.

— Так, значит, Станнис совсем обезумел, позволяя сжигать своих людей во имя неведомого бога, — задумчиво произнес Тирион.

— Да, это так, — кивнула Арья. — Если бы он не был остановлен на Черноводной, сложно сказать, чтобы стало с Вестеросом.

— У нас был бы второй Безумный король! Когда-то всё это уже происходило с Семью Королевствами — костры и пламя, уносившее неугодных…

— Только сейчас это стало бы не наказанием, а наградой — путь к свету!

Помолчав, Тирион осторожно спросил:

— А как твоя семья? Твой брат?

— Робб? Прекрасно, — фыркнула Арья. И тут же пожалела. Узнав о нелепой смерти Талиссы, ей стало неловко за своё отношение к ней. И жаль брата. Обида постепенно отступила. — Он и мама были рады видеть меня.

— Какие у него планы? Нет, нет! Я не хочу знать, про сражения и прочее, — поспешно сказал Тирион, увидев напряжение на лице собеседницы. — Он действительно намерен завоевать трон?

— Нет.

— Нет? Но почему тогда война всё ещё идет? Ему уже наверняка известно о смерти Джоффри. Мстить за отца больше некому. Ну не ради же Серсеи вести на погибель людей!

Арья не знала что ответить. Ей самой хотелось бы знать, почему после известия о том, что случилось на королевской свадьбе война всё ещё продолжалась. Раньше ей и в голову не пришло бы пускаться в подобные рассуждения. Но сейчас такие мысли отчего-то стали посещать её голову. Она задала прямой вопрос Роббу — «Что ты будешь делать, когда придешь в столицу и покараешь Джоффри?», на который вразумительного ответа не получила. Её брат не собирался становиться королем и править. Но он вел войска, чтобы свергнуть повелителя, не имея при этом дальнейших планов занять престол. А на Драконьем Камне сидел другой человек, в не меньшей степени жаждущий свержения короля, но уже с более чем определёнными планами. Что было бы, займи Станнис Железный трон, ей только что живо обрисовал Тирион. В то время как Железный трон ждал сейчас совсем другого короля. Не жестокого и не безумного. Доброго, милого, юного Томмена. А правил за него его дед. Единственный на сегодняшний день человек, умеющий это делать. Лев, «который слишком опасен и, которого рано или поздно придётся устранить»…

Тирион молча наблюдал за погрузившейся в свои мысли Арьей. Он так и не понял, зачем она вернулась. Вернулась и защищает его отца. Вернулась и почти сразу навестила его в темнице. Это была совсем не та девчонка, которая когда-то приехала в Королевскую Гавань. Куда-то делись мальчишеские повадки и угловатость подростка. Перед ним сидела совсем юная, привлекательная девушка. Её рассуждения приобрели определённую зрелость и сдержанность. Пожалуй, ему ещё не приходилось встречаться со столь неоднозначной особой женского пола. И не стоит обманываться насчет её возраста. То, что она пережила, заставило её слишком рано повзрослеть. А то, как ловко она выпутывается из всех передряг, говорит о том, что она умеет делать правильные выводы, что дано не многим. Да, похоже, Десница короля не ошибся с выбором воспитанницы. И если так пойдет и дальше, то в скором времени в Вестеросе появится женщина, с которой придется всем считаться. И всё-таки, хотелось бы знать, какие именно относительно неё планы у Тайвина Ланнистера?

Решив прервать, затянувшееся молчание, Тирион поинтересовался:

— Как здоровье леди Кейтилин? Твоя матушка вызывает у меня глубокое восхищение, несмотря на сложность наших с ней взаимоотношений!

— Прекрасно! Но Вами она почему-то не восхищается! — неожиданно резко ответила Арья, — Интересно, почему бы это?

— Как я могу знать?

— Может быть, считает Вас кое в чём виноватым?

— В мире много чего происходит: войны, убийства детей и королей, но почему во всем этом должен быть виноват именно я?! — Тирион вопросительно уставился на собеседницу.

«Или кто-то, о ком мы пока не знаем … », — подумала она. «Когда лев и волк вцепятся друг в друга…» — в очередной раз всплыли подслушанные слова.

— Почему моя мать решила, что Вы приказали убить Брана? — по прежнему резко спросила Арья.

— Этот вопрос лучше задать ей! — развел руками карлик.

— Но я спрашиваю Вас!

От пристального взгляда Арьи Тириону стало не по себе. «Действительно, почему?». Ему предъявили нож. Он его узнал. Кто-то тоже узнал в нём нож Ланнистеров и сказал, что принадлежит он младшему из сыновей Тайвина. Возможно, потому, что всё ещё находящегося в тот момент на севере Беса легче было связать с покушением. Неважно имя, важна его фамилия — фамильное имя убийцы, которое услышала Кейтилин Старк в Королевской Гавани…

«Мама узнала о вине Тириона в Королевской Гавани…»

«Но Кейтилин Старк никого не знала в столице, кроме собственного мужа…»

«Но мама никого здесь не знала, кроме отца… »

«И Мизинца…»

«И Мизинца…»...

...Петир Бейлиш, более известный как Мизинец, согнулся пополам в тесной каюте. Очередной приступ тошноты готов был вывернуть его внутренности наизнанку. Он не мог сказать точно, сколько прошло времени после выхода из Королевской Гавани. Шторм, настигший их почти сразу, превратил путешествие, обещавшее стать легкой прогулкой в весьма утомительное предприятие. Ни он, ни Санса Старк практически не покидали своих кают. Да и в этом не было смысла — находиться на палубе было просто опасно. Огромные волны то и дело переваливались через борт, сметая всё на своем пути. Постоянно хлеставший дождь и свинцовые тучи, затянувшие небо, сливались с разбушевавшимся морем, превращая окружающий мир в сплошное царство мрака, в котором невозможно было отличить день от ночи.

Мучения Сансы были, отнюдь, не легче. Потянувшись, она села на кровати. От морской болезни, подкосившей путешественников, мало что помогало. Выданная капитаном микстура лишь немного сглаживала ужасные приступы тошноты и головокружения. От неё сильно клонило в сон. Против последнего она нисколько не возражала. Проведённые в полудреме дни или… недели?.. позволяли ей не думать о том, что произошло. И том, что ещё произойдет. Туманное будущее пугало её не меньше, чем воспоминания прошлого.

Наконец море стало успокаиваться. Уже можно было выходить на палубу, не боясь быть смытым за борт очередной волной. Тяжело передвигаясь, как после длительной болезни, Санса приблизилась к Петиру Бейлишу. Тёмные круги под глазами и желтоватый цвет его лица свидетельствовали о том, что и ему это путешествие далось нелегко.

По серому, сливавшемуся с морским горизонтом небу, ползли рваные тучи. Разбушевавшаяся стихия медленно, но верно сдавала свои позиции. Порывы ветра становились тише. Волны уже не столь свирепо бились о борт.

Тоскливо озираясь, Санса искала глазами солнце и не находило его. Всё вокруг было серым и унылым.

— Да, не припомню я такого шторма! — подошедший капитан со знанием дела всматривался в морскую даль.

— Он нас задержал? Мы отклонились от курса? — устало поинтересовалась Санса. Если их путешествие затянется, она просто этого не выдержит!

— Боюсь, что так, — кивнул моряк. Проводив взглядом направившуюся к себе девушку, он повернулся к Мизинцу и с предельно вежливой улыбкой предложил ему спуститься в каюту, чтобы «волной не смыло за борт». От нехорошего предчувствия у Петира похолодело внутри. Один вид вставших по обе стороны от него матросов отбил всякое желание спорить.

— А леди Стоун? — единственное, что спросил он.

— О миледи не беспокойтесь. Ей передадут, что Вам не здоровится.

Болезнь лорда Бейлиша не вызвала у Сансы больших вопросов. Она и сама себя чувствовала не лучшим образом. К счастью, судя по всему, шторм окончательно стих и ночью впервые появились звезды. Днём же по-прежнему всё было затянуто серой мглой. Стараясь лишний раз не выходить из каюты и не привлекать внимания мужчин, Санса коротала время за чтением книг, которые ей любезно дал капитан. На её вопросы, сколько ещё продлится их бесконечное путешествие, всякий раз она слышала весьма уклончивое объяснение — «мы отклонились от курса». Однажды утром её разбудил топот ног по палубе и крики: «Земля! Земля!». Быстро одевшись, она вышла из каюты.

Кристально прозрачный воздух, казалось, звенел, играя белоснежным парусом. На ярком голубом небе сияло солнце. Синее море убегало вдаль до самого горизонта, где встречалось с узкой сероватой полоской, стремительно приближавшейся с каждой минутой. Уже стали видны высокие горы, зелень лесов, белая кромка прибоя у прибрежных скал. И на одной из них — замок, взметнувшийся, казалось, до самых облаков. Санса ещё никогда не видела ничего подобного. Неприступный и сказочно-прекрасный, он, словно мираж, парил над окружающим миром. Оглянувшись на наконец-то появившегося Петира Бейлиша, девушка увидела в его глазах непонимание, удивление, злость и… страх.

— Что-то не так?

«Не так?! Всё — не так!!!». Петир в бешенстве смотрел на солнце, светившее не с той стороны, берег, приближающийся не от туда, от куда нужно, следуй они намеченным курсом. Вот только, судя по всему, намеченным курсом они не следовали. И дело было вовсе не в шторме. И их странная затяжная морская болезнь выглядела уже не столь странной. И всё, что последовало за его «выздоровлением». Иначе как объяснить, что они оказались… на западе? Ощущение захлопнувшейся мышеловки неотвратимо надвигалось по мере того как в бескрайней небесной синеве рос и приближался величественный замок — Утёс Кастерли, твердыня Ланнистеров...

====== Глава 1.24. ======

— Седьмое пекло! — платье в очередной раз зацепилось за куст. Если так пойдёт и дальше, то на ужин к Тиреллам явится не воспитанница Десницы, а оборванка в лохмотьях! Когда Арья говорила портнихам, что этот наряд следует сделать по длиннее, она не имела в виду, что они должны смастерить ей хвост, который будет жить собственной жизнью!

Разозлившись, она резко дёрнула раздражавший её шлейф, поддев при этом локтём вазу с цветами. Громоздкое произведение флористов, покачнулось на своём постаменте и с глухим стоном упало ей прямо на ногу.

— Да, что б ... ! — вырвалось у неё уже совсем неподобающее ругательство. Ещё немного, и воспитанница Тайвина Ланнистера превратится в калеку-оборванку! Ха! Вот уж все повеселятся!

Подхватив вазу рукой, она со злостью послала её прямо в стену. Со скорбным звуком осколки керамики разлетелись по ступеням террасы и соседним кустам. Судя по вскрику, изданному жасмином, ему так же не понравилась ваза, как и Арье. Или тому, кто за ним прятался. Отступив на шаг, Арья пожалела, что её охрана осталась у подножья лестницы. До апартаментов, отведённых Тиреллам, оставалось совсем чуть-чуть. А она тут совсем одна, в этом дурацком платье!

Кусты зашевелились, выпуская на волю вскинутые вверх загорелые мужские руки. Жасмин заговорил приятным низковатым голосом:

— Прекрасная незнакомка, простите мне мою дерзость! Я вовсе не хотел Вас оскорбить или обидеть!

— Кто там? Выйдите немедленно!

— Слушаю и повинуюсь! — из-за куста появилась курчавая голова, а затем и крепкий торс, обтянутый жёлтым, странного кроя камзолом. Мужчина был молод, строен и … красив.

— Прекрасная леди! Восхищение вашей красотой и отвагой, проявленной в неравной схватке с коварным кустом, заставили меня остолбенеть! Поверьте, если бы моё тело могло мне повиноваться, я тут же поспешил бы на помощь в Вашей неравной борьбе! Молю, будьте милосердны! Впрочем, из Ваших прекрасных рук, я готов принять любое наказание, даже более грозное, чем ваза, пущенная в мою несчастную повинную голову!

В чёрных, как ночь, глазах плясали черти, на губах блуждала дразнящая улыбка. Да он просто смеётся над ней!

— Я вовсе не целилась в Вас! — презрительно бросила Арья, злясь на нелепость ситуации.

— Ах вот как? Так это тоже была схватка с врагом? Вазой, посмевшей встать на Вашем пути?

— Да как Вы смеете?!

— Тоже становиться на Вашем пути? — прищурившись, поинтересовался незнакомец, приближаясь к ней. — Ну что Вы. Ведь это так опасно! Я видел, как Вы поступаете с теми, кто преграждает Вам дорогу: топчете ногами, разбиваете на куски! Но я люблю опасность! Люблю риск! И я готов многое отдать, чтобы оказаться тем кустом, за который зацепится Ваше одеяние! И пусть за это Вы безжалостно растопчете меня своей хорошенькой ножкой, а сердце моё будет разбито подобно этой вазе — я готов рискнуть!

Тёмные глаза бесстыдно ощупывали Арью, предлагая ей игру, к которой она не была готова. Задохнувшись от волнения и смущения, она обошла наглеца и устремилась вверх по лестнице.

— Так, где? Скажите где, будет пролегать Ваш путь завтра вечером? На какой из троп этого дивного сада мне превратиться в благоухающий жасмин в ожидании, быть безжалостно Вами растоптанным?! — неслись дерзкие слова ей во след.

Отдышавшись на верхней ступени, Арья с дежурной улыбкой вошла в распахнутые двери.

Небольшой уютный зал, с окнами, распахнутыми в сад, весь утопал в цветах. Розы были повсюду. В вазах — больших и маленьких, на шёлковых одеждах юных леди, даже солидных дамах и мужах. Казалось, Арья должна была привыкнуть к этому ... «розарию». Но всякий раз очередная розочка на очередном Тирелле ввергала её в ступор. Сегодня особо выделялись лорд Мэйс и его сын Лорас. Оба они походили на разряженных петухов. Не то что лорд Тайвин. Ему и в голову не пришло бы украшать свою одежду вышивкой из цветов, даже если б они были у него на гербе. Арья помнила всего лишь один камзол, где золотой нитью шёл узор по вороту. И всё.

Поздоровавшись со всеми, Арья извинилась за опоздание и уселась за стол, где вновь наткнулась конечно же на розу, горделиво распустившуюся на тарелке.

Приглашённых на ужин в узком кругу едва ли насчитывалось человек десять. В основном это были родственники хозяев: Хайтауэры и Редвины. Ни лорда Тайвина, ни Серсеи Баратеон с сыном Томменом не было. Десница, как всегда, был слишком занят, а его дочь, сославшись на мигрень, отклонила приглашение. «Так что, сиру Лорасу придётся поскучать без своей невесты», — злорадно подумала Арья.

— Леди Арья! Мы так рады, что Вы пришли! — Мейс Тирелл был переполнен дружелюбием. Наполнив бокал вином, будущий свёкр будущего короля провозгласил тост: — За нашу прекрасную гостью!

Соглашаясь с сыном, Оленна Тирелл кивала головой. Гостья и впрямь была хороша. Юная, с румянцем на щеках, сверкающими глазами, она притягивала взоры своей свежестью и очарованием. Прошло уже несколько месяцев с её возвращения. И это уже была не та девочка-дикарка, которая когда-то приехала в обозе Ланнистеров в Королевскую Гавань. Более сдержанная на слова и эмоции, она стала намного взрослее. И, несомненно, красивее. Всё чаще отдавая предпочтение платьям, северянка выглядела более женственной, по-прежнему оставаясь яркой и непринуждённой. Словно решив заменить свою исчезнувшую сестру, она стала принимать приглашения на приёмы, подобные этим. Не отказывалась от предложений Маргери и её кузин посещать септу. Даже пару раз участвовала в делах благотворительности. И, как и все Ланнистеры, полюбила роскошные и красивые вещи. Только двор успел привыкнуть к умопомрачительным воинственным нарядам Арьи Старк, как у неё появилась страсть к шелкам и самоцветам из Эсосса, жемчугам с дальних островов и ещё много чему, что в избытке привозилось в столицу со всех концов света. Если в Красный Замок спешил очередной торговец со своим товаром, можно было «голову дать на отсечение», что он нёс ткани, украшения и редкие книги в надежде, что они понравятся воспитаннице лорда Тайвина. А Десница, судя по всему, ни в чём ей не отказывал.

Арья нервно поёрзала, чувствуя себя крайне неуютно под любопытными взглядами. Но она готова терпеть всех этих Тиреллов, Хайтауэров и прочих Тарли и иже с ними, лишь бы хоть что-нибудь узнать. Узнать про таинственных врагов, играющих против всех в этой войне.

Ещё на пути в Королевскую Гавань у неё созрел план. Она нисколько не сомневалась, что лорд Тайвин сделает всё возможное, чтобы разоблачить заговорщиков. Но кто сказал, что она должна сидеть сложа руки?! Имеющий уши, да услышит! Ведь уже дважды ей повезло! Кто, знает, может ей удастся узнать по голосу одного из таинственных собеседников с Драконьего Камня? И пусть сегодня она не встретила никого похожего — это вовсе не повод опускать руки! Зато она узнала, что вскоре в Королевскую Гавань пожалует редкий гость — корабль из Кварта, далёкого таинственного города, находящегося рядом с проливом, который соединяет Летнее море с Нефритовым. Несчастный торговец из Пентоса, наверное, до сих пор кусает локти, что расхваливая свой товар, он столь опрометчиво проговорился о своих конкурентах. Бедняга так и не понял, почему поначалу приглянувшиеся воспитаннице Десницы ткани, были столь безжалостно ею забракованы, стоило Арье услышать о том, что вскоре в столицу привезут шелка из далёкого оазиса. Может быть с судном из Кварта ей повезёт и она, наконец, услышит тот голос, что до сих пор звучал у неё в ушах? Конечно, было бы лучше, если бы лорд Тайвин позволил ей выйти в город, увидеть все эти корабли из дальних стран… Капитанов и их гостей... Но об этом можно было только мечтать. Наставник был непреклонен — благородной леди не место среди черни! Даже на её совместные «походы» с Маргери и раздачу печенья и игрушек детям бедняков он смотрел крайне неодобрительно. А о том, чтобы в этот момент к ней мог кто-то приблизиться помимо попечительниц приюта — не стоило и говорить. Охрана воспитанницы Десницы была посерьёзнее королевской.

Оглядевшись по сторонам, Арья отметила про себя пару новых лиц. Похоже, прибыли долгожданные кузины Маргери из Староместа. Седьмое пекло! И опять никого, кто мог бы хоть чем-то походить на тех, кого она ищет!

— Как продвигаются Ваши упражнения с мечом? — тем временем поинтересовалась леди Оленна.

— Замечательно! — тряхнув волосами, рассмеялась Арья. Порой она сама себе удивлялась, как легко ей стали даваться непринуждённые светские беседы. Может быть потом, когда всё закончится ей податься в актрисы? От бредовой мысли ей самой стало смешно.

— И Вы способны отразить любой удар?! — шутливо-недоверчиво воскликнул Мейс Тирелл.

— Конечно же — нет! Я думаю это под силу лишь рыцарю Цветов!

В ответ Арье вернулась натянутая неловкая улыбка. И как Санса могла верить в искренность его чувств, если он не в состоянии даже толком улыбнуться девушке?! Не то, что её сегодняшний незнакомец! ... Кто он? И как понимать всё им сказанное? Никто ещё не был с ней так дерзок, так … так … Она не могла подобрать слов…

— Милая, Вы с нами? — поинтересовалась Маргери у витавшей в облаках северянки. Эта новая Арья ставила её в тупик. Раньше она никогда столь охотно не принимала приглашения на обеды и ужины, не одевалась как леди, не вела себя, как леди. Всё это настолько было не похоже на дикую сестрёнку Сансы, что казалось какой-то игрой — какой именно ни Маргери, ни её бабушка так ещё и не поняли. Не дождавшись ответа, она ещё раз окликнула погруженную в свои мысли девушку. — Милая, Вы с нами?!

— Ну, разумеется! — встрепенулась Арья.

— О чём Вы задумались?

— Ни о чём!

— О любви, дорогая, конечно о любви! О чём ещё может думать юность в столь прекрасный вечер! — изрекла Оленна Тирелл под одобрительный гул собравшихся.

— Ах! Любовь! — мечтательно промурлыкала Маргери, демонстрируя романтический взгляд и трогательное смущение. Ни для кого не было секретом, что она всё равно будет следующей королевой. Её всё чаще и чаще видели с Томменом.

— Как продвигается подготовка к свадьбе? — поинтересовалась одна из кузин Розы Хайгардена.

— Гораздо проще, чем в прошлый раз! — сварливо ответила Королева Шипов. Она никак не могла простить Ланнистерам затраты, в которые когда-то львы втянули Тиреллов.

Неспешная беседа перетекала с одной темы на другую. Блюда, сменяя друг-друга, появлялись и исчезали на столе. В воздухе витали праздность и умиротворённость. Арья чувствовала, что ещё немного и её улыбка, с непривычки, превратится в оскал. Увы, это был очередной, бездарно потраченный вечер, который ни на шаг не приблизил её к разгадке тайны.

Ужин закончился довольно поздно. Вернувшись к себе, она с удовольствием отдалась в руки Тайлы. Нет, чтобы не говорили, проще выдержать многочасовую тренировку с Зарой, чем один вечер на каблуках и в платье, в котором толком-то и расслабиться нельзя!

— Как прошёл приём? — поинтересовалась служанка, помогая ей раздеться.

После возвращения Арьи, между ними, вопреки всему, установились чуть ли не дружеские взаимоотношения. Тайла обладала удивительным даром — способностью проявлять искреннее участие ко всему, что происходило с её госпожой, при этом соблюдать тактичность, не приставая с дурацкими вопросами.

— Ужасно! — с облегчением избавляясь от надоевшего ей наряда, выдохнула Арья. — Как можно столько времени разговаривать ни о чём?!

— Но такова жизнь всех благородных леди!

— Да, но я так не хочу!

— А чего Вы хотите?

Чего она хотела? Арья толком и сама не знала. Конечно, окончания войны. А потом? Упрекнув когда-то Робба в отсутствии чётких планов на будущее, она сама оказалась в ловушке собственных слов. Хотела ли она как раньше стать рыцарем? Путешествие с Бриенной поколебало её уверенность — мир войны и сражений, оказался вовсе не таким, каким виделся ей в её детских мечтах. Жизнь благородной леди, подобно Маргери Тирелл? Явно нет. От светских бесед её тошнило. Судьба сродни той, что была в своё время уготована Кейтилин и Лизе Талли, как и большинству благородных девушек? Спасибо, она уже заглянула в будущее, задуманное для неё семьёй — поселиться в замке с одним из Фреев или с кем-то им подобным и бесконечно рожать всё новых и новых наследников! Это не для неё! Тогда что для неё? Не хотелось в этом признаваться, но больше всего ей нравилась та жизнь, которая была у неё сейчас. После возвращения в Королевскую Гавань возобновились её занятия с Иларио, Зарой. Лорд Тайвин по-прежнему обсуждал с ней моменты истории и даже дела государства. Каждый день был наполнен чем-то новым. И променять всё это на скучные светские обеды, вышивание и на зануду-мужа, который ни в грош её ставить не будет?!

— К церемонии всё готово? — вместо ответа поинтересовалась Арья.

Рассматривая разложенный служанкой наряд, она про себя усмехнулась: «Если кто ещё сомневается, то пусть знает — зима близко!» Вот только усмешка отдавала горечью… Теперь ей оставалось разве, что тряпками доказывать свою верность Северу. Все давно уже вычеркнули её из списка северян. Да, пожалуй и Старков…

Для назначенной на завтра коронации Томмена она заказала тёмно-синее, почти чёрное атласное платье с серебряными нитями, проступавшими словно иней от мороза. Длинное, со слегка расширяющимися рукавами, совсем небольшим вырезом декольте оно получилось больше похожим на строгие северные наряды, создаваемые чтобы защищать от холода и вьюг, нежели на призывные «раздевающие» платья южанок. Образ дополнял мех чёрно-бурой лисы, пущенный по верху. Интересно, мама бы одобрила? Ведь это именно то, что она всегда хотела от неё — чтобы её дочь выглядела как леди. Северная леди. Сансе уж точно бы понравилось...

Что ж, завтра состоится чествование нового короля и лорд Тайвин велел ей быть там, стоять рядом с ним. И она будет. Арья поклянётся в верности новому монарху. Именно она — Арья Старк. И она сделает всё, чтобы доказать Роббу и матери, что у них нет поводов продолжать войну. Что их вражда впустую раздута и утратила всякий смысл со смертью Джоффри.

Подняв голову, она обратилась к служанке:

— Где кулон с лютоволком?

Подав украшение, Тайла молча замерла рядом со своей госпожой. Арья Старк повзрослела. Она изменилась как внешне, так и внутренне. Девушка расцветала на глазах, меняясь с каждым днём. Стала выше, фигура обрела женственность, волосы отросли. Только глаза остались прежними — серые, яркие, искрящиеся. Она стала интересоваться жизнью Королевской Гавани — знатными лордами, купцами, путешественниками, стекавшимися со всех концов света в столицу. Порой Тайле казалось, что её интерес был порождён какой-то определённой целью, но какой именно — понять было невозможно. Она словно кого-то искала. Может быть, в этом был замешан какой-то юноша, которого Арья повстречала во время своих странствий? Тогда понятно, откуда взялись её женские привычки и пробудившаяся любовь к жемчугам, самоцветам и всяким диковинкам, что поставляли торговцы со всех концов света.

Порой её госпожа становилась задумчивой, погружённой в одной ей известные мысли. Вечерами она выходила на террасу и подолгу глядела на небо и рассыпанные по нему звёзды. Затем, словно очнувшись, она с тоской в глазах, бралась за книги, будто пытаясь вытеснить из головы всё то, что порождало её боль. Было ли это связано с её семьей или с чем-то другим — Тайла не знала. Но интуиция ей подсказывала, что без мужчины здесь не обошлось.

— Неужели сегодня вечером не произошло ничего интересного? — разочарованно вздохнув, возобновила разговор Тайла, подавая ночную рубашку.

— Нет.

— И, что кроме старого лорда Тирелла и его сына на ужине не было ни одного рыцаря?

— Увы! — усмехнулась Арья, забираясь под одеяло. Зато некто был перед ужином. При воспоминании о незнакомце она вновь ощутила волну негодования и любопытства. Так всё же — кто он? Была ли их встреча случайна? Или, быть может, именно так проявили себя третьи, неизвестные ей игроки этой войны? Если так, то они ещё непременно увидятся, и она обязательно всё узнает!

Засыпая, Арья улыбалась посетившим её мыслям. Впервые после своего возвращения, она не вспомнила про своего наставника. Не вышла на террасу, чтобы увидеть свет из его окна. Не попыталась представить, чем он сейчас занят…

====== Глава 1.25. ======

— И правит он долго!

— И правит он долго! — подхватила Арья вместе со всеми слова Верховного Септона. Искренне приветствуя нового короля, она точно не могла сказать, что именно ожидала от Томмена Баратеона, первого имени своего. Но уж точно знала, чего не ожидала — жестокости и бездушия Джоффри. И его глупости. Стоявший рядом с ней человек не позволит ему этого. Лорд Тайвин Ланнистер будет по-прежнему править Семью Королевствами. Только теперь никто не будет ему мешать.

Арья редко бывала в тронном зале. Дела государства и проблемы лордов, с которыми они являлись к правителю её интересовали мало. То, что кто-то кому-то что-то там должен, или кто-то нарушил границу и вторгся в чужие владения не имело ни малейшего отношения к её планам. Раньше она всеми силами стремилась помочь Роббу. Сейчас — разоблачить шпионов. И это меняло дело. Арья понимала, что коронация и свадьба, которая рано или поздно состоится, не могли пройти мимо заговорщиков. Кто знает, а вдруг они окажутся рядом? Пока что она могла делать только одно — раскрыть глаза и прислушиваться к разговорам.

Замерев по левую руку от своего покровителя, Арья кожей чувствовала нацеленные на неё взгляды.

По тронному залу, словно дуновение ветра, гулял шёпот. Лорды и леди без устали восхищались новым государем. Желали ему справедливого и долгого правления. И столь же охотно обсуждали его семью — семью Ланнистер. О том, что Томмен был Баратеоном, похоже, помнил лишь септон, возвещая всем — кто именно взошёл на престол. То и дело сквозь гул голосов до Арьи доносилось её имя. В том, что все с упоением перемывали ей кости, она даже не сомневалась.

Поведя плечом, Арья словно отогнала назойливые чужие мысли. Её сегодняшнее появление рядом с Тайвином Ланнистером и Серсеей Баратеон вызвало множество пересудов. Но разве волка может интересовать мнение овец?

По другую сторону от прохода разместились Тиреллы. То и дело поглядывая на будущих родственников, леди Оленна предавалась каким-то ей одной известным рассуждениям.

— Девочка лорда Тайвина замёрзла? — неуместный вопрос, родившийся в голове Мейса Тирелла, был тут же пресечён его матерью.

— Думай что говоришь! Особенно о воспитаннице Десницы!

Впрочем, сегодня только слепой не обратил внимания на наряд Арьи Старк. Толкаясь на верхних ярусах галереи, те кто не мог, или по какой-то причине не захотел оказаться внизу, с не меньшим интересом поглядывали на дочь Эддарда Старка, нежели на короля. А кое-кто и с большим.

Опершись о перила, Оберин Мартелл переводил взгляд с нового монарха то на его мать, то на деда, то на «тётушку». Не обращая внимания на не замолкавших ни на миг придворных, он со всё возрастающим удивлением рассматривал воспитанницу старого Льва. В первом ряду стоял сам Север, не иначе. В тёмном атласе серебрился иней. Чёрный с белым мех, окутавший широкой полосой хрупкие плечи и спину, контрастировал с бледной кожей. Заколотые зажимом волосы были аккуратно собраны в причёску, полностью оголяя шею. Блестевший в тёмных завитках бриллиант напоминал яркую северную звезду на полночном небе. Она казалась сказочной гостьей, вырвавшаяся из плена вечных снегов и чудом попавшая на юг.

Заметив, что Арья Старк привлекла не только его внимание, Оберин насмешливо поинтересовался у племянника:

— Любуешься принцессой-хищницей?

Рамон с явной неохотой отвёл взгляд от родственников короля:

— Я бы сказал — королевой!

— Королева — та, что рядом. А она — принцесса, сестра короля Севера.

— Так это и есть — Волчица Арья Старк?

— Волчица, воспитанная Львом! — усмехнулся Оберин.

У него ещё не было возможности поближе познакомиться с дочерью Эддарда Старка. Но слышал он о ней немало. Начиная с историй об её увлечении оружием и заканчивая сплетнями об их отношениях с Тайвином Ланнистером. Одни уверяли, что она заложница и предмет торга с её братом, вторые — что чуть ли не плод тайной любви леди Кейтилин и лорда Тайвина, третьи — что Арья и есть та самая тайная любовь Десницы, согревающая его постель по ночам. Что касается её привычек, то для Дорна искусство владения оружием среди женщин не считалось чем-то возмутительным. Относительно второго, он склонен был думать, что северянка не более чем заложница. До сегодняшнего дня. Сейчас его впервые посетили сомнения. Рядом с Десницей стоял отнюдь не ребёнок, а юная девушка. Весь её внешний облик говорил о том, что она созрела для любви, а уж в этом он знал толк. Может быть не столь далеки были от истины, сплетники, приписывающие Деснице связь со своей воспитанницей? Сколько же ей лет? Шестнадцать? Во всяком случае, выглядела она отнюдь не моложе. И если она ещё не достигла брачного возраста, то этот момент уже близок. И кто знает, может скоро в Вестеросе появится ещё один союз, самый невероятный из всех возможных — тот, который навеки отдаст Север в руки Ланнистеров.

— Она полна страсти! — не отрывая взгляда от Арьи Старк, констатировал сын его погибшего кузена.

— По мне так — льда!

— О нет, ты ошибаешься!

— Так вы знакомы?

— И да, и нет! Ты должен меня представить!

— Осторожнее, Рамон! Откуда такой интерес? Ты рискуешь быть проглоченным!

— Волчицей, которая, по твоему, создана изо льда?

— Львом, что вот уже ни один год вскармливает эту волчицу!

— Для себя?

— Этого никто не может утверждать наверняка.

— Не переживай! Я люблю риск! И когда это Мартеллы пасовали перед Ланнистерами?! Или став членом малого совета, ты оброс осторожностью, словно мхом покрылся? — поддел его племянник. В ответ Оберин лишь недобро усмехнулся:

— Никому не советую это проверять.

Церемония подходила к концу. Оторвавшись от перил, Оберин направился к лестнице. Рамон последовал за ним. Они были не единственными, кто решил, что пришло время лично засвидетельствовать почтение новому королю. В толчее, возникшей на ступенях, можно было запросто свернуть себе шею. Но стоило кому-то узнать принца Дорнийского и его племянника, как люди перед ними расступились, пропуская вперёд.

Поглядывая в сторону трона, Оберин, следил взглядом за Тайвином Ланнистером, отмечая, как к нему подошли сначала Оллена и Мэйс Тиреллы, Варис, великий мейстер Пицель, Рендил Тарли, только вчера прибывший в столицу. Григора Клигана по прежнему не было. Рамон, шедший рядом, всё это время не отрывал глаз от воспитанницы Десницы. Вот она, оказавшись рядом с королём присела в риверансе, что-то сказав «племяннику». Юноша, расплывшись в счастливой улыбке, что-то ей ответил. На что, стоявшая рядом Серсея скривилась так, словно лимон проглотила, но быстро совладав с собой, пресекла обмен любезности сына и «сестры». Похоже, в отличие от Томмена, она воспитанницу собственного отца не особо жаловала. И та, судя по всему не особо переживала по этому поводу. С невозмутимым видом Арья Старк перебросилась парой слов с Десницей и направилась по главному проходу в сторону выхода. Заметив, что Рамон тут же устремился за ней, Оберин, выругавшись про себя, пошёл следом за ним.

Поздравив нового короля одной из первых, Арья продвигалась сквозь толпу придворных, с лёгкой полуулыбкой отвечая на приветствия. Все старались засвидетельствовать своё почтение той, которой покровительствовал лорд-десница. Уже на середине зала её остановили очередные родственники Тиреллов.

— Дорогая, какое чудесное платье! — восторженно прощебетала кузина Маргери.

«Седьмое пекло! Как они все похожи. Так приторно и притворно милы. Ещё месяц такой жизни и я тоже превращусь в одну из них — слащавую, сахарную розу», — тоскливо подумала Арья, касаясь губами щеки в ответном поцелуе её вчерашней знакомой по ужину.

Алисия Хайтауэр старалась не слишком явно рассматривать Арью, но у неё это плохо получалось. Впрочем, как и у её сестры Эллен. Обе буквально впились в неё глазами. Особенно их привлекла черно-бурая лиса. Если на севере меха носили все, то здесь, на юге, о них почти не вспоминали. А ещё их удивил лютоволк.

— Это же волк! — изумилась Эллен, коснувшись рукой кулона на груди у Арьи. — И как лорд Тайвин относится к тому, что Вы носите знак дома Старк?

— Это лютоволк! Лорд Тайвин сам мне его подарил. И я фамилию не меняла, если Вы помните. Я по-прежнему — Старк! — и от самого вопроса, и от тона, каким он был задан, Арье захотелось придушить родственницу Маргери Тирелл.

— И правда, очаровательное платье. Как и Ваш лютоволк. Не знала, что это подарок отца! — последние слова, незаметно подошедшая Серсея, буквально прошипела в ухо Арье, больно сжав её локоть. Сёстры Хайтауэр присели в глубоком реверансе. Отстранившись, Серсея обдала Арью холодным, оценивающим взглядом, не предвещавшим ничего хорошего, и удалилась царственной походкой.

— Леди позвольте Вам представить — принц Оберин и его племянник Рамон Мартелл! — неожиданно раздался голос у них за спиной. Обернувшись, Арья встретилась взглядом со своим вчерашним незнакомцем. Церемонно поклонившись, мужчина смотрел на неё сверху вниз. Всё те же наглые тёмные глаза дерзко изучали её. Задохнувшись от возмущения, она постаралась взять себя в руки, возвращая дорнийцу ледяной взгляд северянки.

— Рад встрече с Вами, леди Арья! — нисколько не смущаясь, её старый-новый знакомый продолжал лучезарно улыбаться.

— Взаимно, — получилось не особо вежливо, но она оказалась не готова к встрече со вчерашним ... наглецом. А тем более, что он окажется племянником принца Дорнийского. Не зная, что ещё сказать, Арья переминалась с ноги на ногу. Хотелось поскорее уйти. Убежать подальше от сюда. И больше никогда его не видеть.

— Сир Рамон, Вы давно в Королевской Гавани? Почему мы с Вами не встречались раньше? — заметно оживившись, томно промурлыкала Эллен Хайтауэр.

— Я приехал недавно. И уже многое успел осмотреть. Но, как видно, самые прекрасные сокровища до сих пор были укрыты от моих глаз!— переключившись на сестёр, ответил Рамон. Теперь его улыбка и изучающий взгляд были адресованы Эллен и Алисии. Рассмеявшись, они подхватили предложенную им игру.

— Вы непременно должны побывать в королевских садах замка!

— Там чудесно! — Алисия весьма ловко изображала восторг и смущение, поглядывая на родственника принца Дорнийского.

— Господину Рамону хорошо знакомы красоты садов замка! — резко вставила Арья, тут же пожалев об этом. Слова прозвучали излишне грубо. Искусство флирта ей было совсем не знакомо. Она с трудом сдерживала раздражение, растущее с каждой минутой. Этот наглец посмел подойти к ней, заговорить и сразу же переключился на девиц Хайтауэр!

— Действительно, я уже имел счастье прогуляться в королевских садах, — согласился Рамон.

От его обжигающего взгляда у Арьи подкосились ноги. Она не знала, что делать. На щеках стал выступать предательский румянец. Хвала богам, Оберин Мартелл напомнил своему племяннику зачем они здесь:

— Мы ещё не поздравили Его Величество. Так что, юные леди, прошу нас извинить!

Выдохнув, Арья кивнула, прощаясь с принцем и его родственником. Отделавшись от буравивших её любопытными взглядами сестёр, она поспешила прочь из тронного зала. Из-за церемонии привычный ей распорядок дня нарушился. Сейчас её ждал Иларио, а затем Зара.

Сегодня они обсуждали Браавос, Железный банк и сложные взаимоотношения, завязанные на кредитах и займах. Никогда ещё тема занятия не была для Арьи столь сложна. Но, сжав зубы, приходилось терпеть. В том, что именно наставник был автором этого урока, она не сомневалась. На прошлой неделе, во время очередного обеда, она поинтересовалась почему всех так волнует Железный банк, проявив удручающую некомпетентность. И вот, теперь, ей буквально разжёвывали хитросплетения финансовой паутины Вестероса и вольных городов, созданные пауками из Браавоса. Сложные термины, непривычная тема — всё это отвлекло её от событий прошлого вечера и сегодняшнего утра. За время урока любопытство и злость, порождённые её новым знакомым, улетучились. Зато в полной мере они вернулись после тренировки, когда они вместе с Зарой уселись в тени раскидистого дерева.

— Ты знаешь Рамона Мартелла? — сразу же поинтересовалась Арья.

— В Дорне все знают представителей семьи Мартелл, — искоса взглянув на неё, ответила Зара.

— Расскажи мне о нём! — безапелляционно потребовала Арья.

Так она узнала, что её вчерашний незнакомец — сын кузена Оберина Мартелла, погибшего несколько лет назад. Он, как и Красный Змей, был известен в Дорне и за его пределами, как искусный воин и любитель всего прекрасного: поэзии, вина, женщин. Ему приписывали множество громких побед над известными красавицами Пентоса, Волантиса и всех городов, где он побывал. А побывал он много где. Даже на развалинах Валирии и крайних восточных территориях, населённых дотракийцами. Объездил едва ли не весь Вестерос. В Цитадели изучал точные науки, был неплохим капитаном. Хорошо знал боевые традиции Семи Королевств. Даже участвовал в рыцарских турнирах, выиграв несколько из них. Сейчас уже никто толком не мог сказать, откуда пошло его прозвище — Огненный Змей, но в Дорне и за его пределами его звали именно так.

Рассказ Зары нисколько не противоречил образу, сложившемуся у Арьи — авантюрист и искатель приключений, привыкший к лёгким победам у женщин.

Рассеянно покусывая травинку, Арья размышляла насколько их встреча была случайной, не замечая странного взгляда дорнийки.

====== Глава 1.26. ======

Привстав на стременах, Арья слегка подалась вперёд, слившись с Искрой в единое целое. Легко оторвавшись от земли, они преодолели поваленный ствол дерева. Пустив лошадь в галоп, Арья стремительно уходила в отрыв. Копыта чётко выбивали ритм, деревья мелькали по обе стороны от дороги, сливаясь в единую зелёную полосу, наполненную солнечным светом. Свежий ветер бил в лицо, трепал волосы, одежду. Оглянувшись, Арья счастливо рассмеялась — её соперники безнадёжно отстали.

Она давно уговаривала Зару на эту прогулку в лесу. И, наконец, дорнийка согласилась, правда, при условии, что с ними будет кто-нибудь ещё, одобренный Десницей. Лорд Тайвин не возражал. И теперь на лесной дороге состязались в скачках Арья Старк, сир Арно Ланнистер и Зара Сент.

Добравшись до условного финиша, Арья натянула поводья. Её преследователи появились через пару мгновений.

— Вы выиграли, юная леди! — весело рассмеялся кузен лорда Тайвина.

Арья, сверкнув улыбкой, не стала отрицать очевидное. Азарт всё ещё переполнял её:

— Готова дать Вам фору, сир Арно! Спорим, я всё равно приду первой!

— У Вас прекрасная лошадь, леди! Но, боюсь, Вы слишком переоцениваете свои силы!

— А я не возражаю! — со смешком, поддержала Арью Зара.

Едва ли не пританцовывая сидя в седле, Арья уже предвкушала очередную победу. Она была счастлива. Счастлива от того, что она вновь была в Королевском Лесу, что с ней была её Искра, что она состязалась в скачках, а не сидела рядом с Маргери на очередном дурацком приёме в дурацком платье. Да и платье у неё сегодня было особенное. Вдохновившись историями о завоевателях и их спутницах, Арья отвоевала у портних очередной умопомрачительный наряд. На этот раз, весь сшитый из кожи, он напоминал короткое платье и накидку поверх штанов одновременно. Длинные полотнища имитировали юбку — ниспадая, они не стесняли движений. А за голенище сапога она засунула кинжал. В таком виде запросто можно было представить себя королевой Нимерией.

Ещё раз глянув на своих спутников, она скомандовала:

— Ну, что? Вперёд! Я считаю до десяти!

Её соперники сорвались с места, поднимая клубы пыли. Подождав, она бросилась в погоню.

Искра улавливала малейшее движение Арьи, мгновенно повинуясь ей. От скорости и мощи благородного животного захватывало дух. Входя в поворот, Арья подалась вперёд, слегка сдерживая лошадь. Ещё немного, и покажутся сир Арно и Зара. Но вместо них с развилки на неё на полном скаку вылетел всадник на вороном жеребце, едва не выбив её из седла. Выругавшись сквозь зубы, Арья натянула поводья. Седьмое пекло! Ещё немного и она свернула бы себе шею!

Оглядевшись, в поисках идиота, который не смотрит куда скачет, Арья никого не заметила. Только из кустов раздавалось ржание лошади и характерный треск. Подъехав поближе, она увидела курчавую голову и жёлтый камзол, которые определённо ей были знакомы. С ухмылкой она наблюдала как Рамон Мартелл пытается выбраться из-под коня. Наконец-то его попытки увенчались успехом.

— Судя по всему, Вы крайне неравнодушны к кустам Королевской Гавани! — насмешливо произнесла Арья. — Они Вас так и притягивают!

— И я тоже рад Вас видеть, леди Арья Старк! — продираясь сквозь густую растительность, менторским тоном изрёк племянник принца дорнийского. Он что, намерен преподнести ей урок вежливости?!

— Ах, прошу простить меня, за приветствие не по этикету! Но это так сложно сделать сидя в седле! — Арья выразительно повела глазами в сторону сломанных веток, откровенно намекая на падение наглеца.

— Я с радостью помогу Вам спуститься!

— О нет, благодарю! Боюсь, что вынуждена с Вами распрощаться — меня ждут!

— Как?! Вы покидаете меня столь быстро?! После того, как мне стоило стольких усилий разыскать Вас?

Приближающийся стук копыт прервал велеречивого дорнийца. На поляне появились его соотечественница и Арно Ланнистер.

— Леди Арья, с Вами всё в порядке? — поинтересовался сир Арно, окинув взглядом поломанные ветки, спешенного южного гостя столицы и раскрасневшуюся воспитанницу Десницы.

— Да, благодарю за заботу! Господин Мартелл столь неравнодушен к местной флоре, что в очередной раз не смог удержаться вдали от прекрасных цветов, распустившихся на этом кусту. Что, судя по всему, не очень понравилось его лошади! Поскольку ни он, ни его конь не пострадали, мы можем оставить его продолжить и дальше наслаждаться природой! — ехидно ответила Арья.

— Будьте осторожнее! Дикая природа бывает обманчива в своей красоте — у кустов есть шипы! — со сдержанной угрозой проговорил кузен Десницы.

— Я в этом не сомневаюсь! — не стал спорить Рамон, скользнув взглядом по наезднице, словно вырвавшейся из Дотракийских пустынь. Девушка была чудо, как хороша! Дикая, необузданная, как та кобылица, что в нетерпении гарцевала под ней! Какой к чертям север?! Зной и жар юга — настоящего юга, а не этого, рафинированного столичного лоска — вот что скрывалось под вызывающим кожаным одеянием! Что у неё может быть общего с Ланнистерами, и в, особенности, с этим стариком, жаждущим власти над всем миром?! Такая женщина не для местных лордов, в чьих жилах течёт ледяная кровь!

Приблизившись к всаднице, он тихо, едва слышно, произнёс:

— Нет ничего краше дикого цветка! И свои шипы прекрасные творения богов сохраняют, даже попав в пышные королевские сады! Но сколько бы ни старался садовник, они никогда не станут частью клумбы — слишком сильна в них любовь к свободе и их родному лесу! — отвесив поклон, Рамон, сверкнул улыбкой. — Леди Арья, господа! Благодарю за заботу обо мне! Не смею вас задерживать!

— Всего доброго, господин Мартелл! — также отвесив прощальный поклон, сир Арно и обе его спутницы вернулись на дорогу...

Королевская Гавань встретила их шумом и запахами большого города. Арья с тоской вспоминала о свежести леса и азарте скачки, так безнадёжно испорченной наглым племянником Дорнийского принца. И Зара, и сир Арно были безапелляционны — их прогулка закончилась. Вернее, соревнований больше не будет, они могли просто проехаться по лесу в сопровождении дожидавшейся охраны. Но кому это интересно!

Не рассчитывавшая вернуться так рано, Арья не знала чем себя занять. Урок с Иларио она отменила ещё вчера. На её предложение потренироваться, дорнийка не выказала энтузиазма. Лорд Тайвин был занят. Отправиться к Маргери? Уж точно — нет! Никого из окружения будущей королевы видеть не хотелось. В голове были хаос и полная неразбериха.

Снимая с себя свой воинственный наряд, Арья приняла решение — она пойдёт к морю.

В укромной бухте, окружённой стенами Красного замка и скалами, никого не было. Только прибой целовал морскую гальку, да волны перешёптывались меж собой.

Пройдясь вдоль берега, Арья с раздражением поняла, что назойливый образ дорнийского наглеца не оставляет её и здесь. В памяти постоянно всплывали смеющиеся чёрные глаза, белозубая улыбка, плавные движения, исполненные затаённой силы и грации хищника, готовящегося к прыжку. Её не покидало ощущение, что змей в жёлтых одеждах выбрал её своей жертвой и не намерен сдаваться. Как-бы не так! Не на ту напал!

Схватив камень, Арья со злостью швырнула его далеко в море. Удовлетворённо вглядываясь в поднятой ею фонтан воды, она силой воли заставила себя думать о другом. О том, что вынудило её вернуться в Королевскую Гавань.

Устроившись на валуне, она сняла туфли, погрузив ноги в воду. Прохлада, окутавшая ступни, постепенно забирала усталость, накопленную за несколько часов, проведённых в новых, ещё не разношенных сапогах. Мысли потекли в нужном ей направлении. Упершись руками в тёплый камень, она откинулась назад, подставляя лицо ласковому вечернему солнцу. Благословенную тишину нарушал лишь шелест волн. Расслабившись, она полностью отдалась своим ощущениям, нисколько не опасаясь, что кто-то посмеет нарушить покой воспитанницы Десницы, охраняемый гвардейцами в алых плащах.

Блики на воде складывались в замысловатый узор. Тени от стен Красного Замка становились всё длиннее и длиннее. Вечер вступал в свою силу. На небе появились багряные оттенки, напомнив памятный закат на Драконьем Камне.

За месяцы, проведённые после своего возвращения в столицу, Арья ни на шаг не приблизилась к разгадке, интересовавшей её тайны.

Потянувшись, она взяла плоскую гальку, взвесив её на руке. Мир в Семи Королевствах держался на уважении и страхе перед королём Робертом. Положив гальку рядом с собой, Арья взяла камень, ничуть не уступающий первому по размерам. Что ещё нужно, чтобы править?

Водя пальцами, по шершавым бокам, сточенным морской водой , она вспоминала всё, чему её учил Иларио, о чём она разговаривала с наставником, что слышала от Тириона, отца, Джона, Робба, случайных людей. Деньги — на золото строились города, оплачивались услуги шпионов и содержались армии. Вторая галька легла рядом с первой — деньги королю Роберту давал лорд Тайвин. Наставника она об этом никогда не спрашивала, но не раз слышала от других.

Взяв ещё несколько камней, Арья примерилась к ним, словно оценивая надёжность в деле возведения фундамента государства. Ещё один большой камень лёг, накрыв собой первые два — Десница. При сильном короле сам по себе он ничего не решает, но от него зависит многое. Но если нет денег, то и он мало что в состоянии сделать. Четвёртый камень — мастер над монетой. Фигура важная, распоряжается деньгами. Но если деньги идут из семьи жены короля, то насколько она важна? Или всё не так просто? Что там говорили лорд Тайвин и Иларио про Железный банк? Не случайно они оба придавали ему такое значение. Возможно, государство должно не только семье Ланнистер, но и банку Браавоса. Или нет? Что ещё имеет значение? Знания? Кто владеет чужими тайнами, тот владеет миром? Тогда, может, более важная фигура вовсе не мастер над монетой, а тот, кто держит под контролем всё, о чём следует знать, королю — мастер над шептунами?

Поочерёдно примерив оба камня на получавшуюся у неё пирамиду, Арья осталась недовольна собой. Шаткая конструкция была неустойчива и моментально разваливалась. Непоколебимы были только первые два камня и стоявший на них третий — Десница короля. Не важно, кто более значим в управлении государством — без главной опоры оно — ничто. Для того, чтобы развалилось всё, нужно было разрушить первый ряд. И пошатнуть второй камень. Но в её сооружении Ланнистеры и Роберт Баратеон были равны. Равны, как и в жизни, пока не прозвучали подозрения в измене королевы.

Тряхнув головой, Арья вспоминала, как все, кто окружал её, говорили, что львы хотят захватить власть. Абсурд! Они и так её захватили! Захватили, купили и удерживали на протяжении семнадцати лет для того, чтобы после смерти Роберта, один из них наследовал трон! Прокручивая в голове всё, что ей было известно, Арья всё больше и больше убеждалась, что следы таинственных третьих игроков надо искать у основания её так и не сложившейся пирамиды. Кто-то, достаточно близкий Деснице Аррену, зародил сомнения в чистоте крови принцев. Это не могли быть случайные люди. И этот кто-то так же знал её отца. Слова, услышанные несколько лет назад в подземельях замка были более чем определёнными — «этот Десница не чета прежнему… ». А ещё было решение матери схватить Тириона, родившееся по приезде в столицу. Кукловода, дёргавшего за ниточки, следовало искать на самом верху, возможно, даже в малом совете…

— Обычно на берегу моря строят замки из песка, но ты, как всегда, делаешь всё по своему! — низкий голос лорда Тайвина вернул Арью в реальность. Она не видела, как он подошёл, и вот теперь стоял, возвышаясь над ней, с искорками в глазах изучая её архитектурный шедевр.

Арья весело рассмеялась:

— Без Вас у меня ничего не получается!

— Предлагаешь тебе помочь? — кивнув на развалившуюся груду камней, улыбнулся Тайвин.

Арью, сидевшую у кромки воды, он заметил давно. Его девочка была сосредоточена на возведении странного сооружения из морской гальки, не замечая ничего и никого вокруг себя.

Тайвину было известно об инциденте в лесу. Племянник Оберина Мартелла стал, мягко говоря, назойлив. Его повышенное внимание к Арье раздражало. Известный дамский угодник — не лучшая компания для его воспитанницы, каких бы благородных кровей он не был!

Внимательно взглянув на радостно улыбавшуюся ему Арью, Тайвин подал ей руку, помогая слезть с её каменного трона.

Как же Арья была рада видеть своего покровителя! Пытаясь ото всех убежать и остаться наедине со своими мыслями, она в конец запуталась. Её дело никак не продвигалось — все её рассуждения рассыпались подобно шаткой пирамиде из гальки. Казалось, ей не хватало чего-то самого главного — того, что было в избытке у лорда Тайвина. И вот, когда он был ей так нужен — он появился, и стоит рядом поддерживая её, не давая упасть пока она слезала с валуна и надевала туфли. Она и сама справилась бы в два счёта. Но ощущение уверенности, силы и защищенности, исходившие от её покровителя были столь сильны, что хотелось их продлить как можно дольше и не отпускать его руку…

— И в чём причина? Почему твой дворец рушится? — кивнул лорд Тайвин на кучу камней, отступив от Арьи и разглядывая её творение со стороны.

— Ему не хватает главного, — с глубоко затаённым сожалением и вдруг возникшей пустоты, появившейся взамен тепла руки наставника, ответила Арья.

— Чего же?

— Стены воздвигают из кирпича, который удерживает глина.

— И стеной какого здания, должна была стать эта, гм… конструкция?

— Государства.

— Государства? И какая же глина должна быть, чтобы удержать такое здание?

— Знания… Мне не хватает знаний… Тот, кто знает, как устроено государство способен его построить… И разрушить тоже…

Тайвин с удивлением и ... гордостью смотрел на свою воспитанницу. Это было именно то, что он хотел услышать от своих детей, а затем и внуков. А услышал от Арьи Старк.

— Тебе не даёт покоя тот разговор на Драконьем Камне?

— Я хочу всё выяснить!

— Выяснить?

Арья, прикусила язык — о своём расследовании она ни разу не говорила. Это было её тайной:

— Мне интересно — кто играет против всех!

— Это очевидно — тот, кто хочет захватить Семь Королевств. Тот, кто считает, что у него есть на это права.

— Дочь Безумного короля?

— Вряд ли кто-то ещё.

— И кто ей помогает?

— Тот, кто помогал детям Таргариенов всё это время. Прятал их. Перевозил с места на место.

— Они ведь жили в вольных городах. В Пентосе?

— И там тоже.

— То есть, их сторонники на юго-востоке, — изрекла Арья.

— Думаю, есть и здесь, — слегка наклонив голову, Тайвин поглядывал на воспитанницу. Его девочка о чём-то напряжённо размышляла. Неторопливо отмеряя шагами прибрежную полосу, он ждал продолжения разговора. Арья в задумчивости шла рядом. На небе появились первые звёзды. Диск солнца задел краем горизонт, и стал медленно погружаться в бесконечную гладь, готовясь ко сну. Море и небо вокруг него сначала стали оранжево-золотистыми, постепенно темнея, словно кто-то смешивал краски, неустанно подливая синюю. Искрящаяся дорожка, бежавшая по волнам, постепенно меркла, пока от неё не остались лишь редкие блики.

Они уже дошли до южной оконечности бухты, когда, тряхнув волосами, Арья повернулась и, глядя на него в упор, заявила:

— Семья лорда Бейлиша и лорд Варис с юга!

— …?! — Тайвин удивлённо поднял брови.

— Они могут быть предателями?

— Предательство определяется не местом рождения, а интересами человека либо его слабостями.

— Но место рождения определяет связи и знакомства. Тем, кто ищет союзников, проще найти их среди своих. И сделать им предложение, которое будет соответствовать его слабостям и интересам!

— Продолжай, — внимательнее взглянув на воспитанницу, произнёс Тайвин.

— У них нет семей. Они наёмники, пусть и на самом высоком посту. О Варисе вообще никто ничего не знает. Может, у него есть какие-то обязательства на востоке, которые его держат сильнее чем долг перед Семьей, которой у него нет. Как и у лорда Бейлиша, — рассуждая, Арья сомневалась, рассказать или нет о её подозрениях относительно роли Мизинца в обвинении Тириона в покушении на Брана.

— Обвинять членов Малого совета — для этого должны быть веские основания.

— Я всего-лишь высказываю предположения. Те люди, из подземелий замка, они говорили о Деснице, как о человеке, с которым они знакомы сами, либо у них был выход на такого человека! Они обсуждали Джона Арена и моего отца. А кто кроме членов Малого совета мог знать их обоих?! — Арья смотрела на лорда Тайвина. Не дождавшись ответа, она выложила последний козырь: — Моя мать именно в столице узнала, что Тирион покушался на Брана. Я не верю, что он виноват. Кто-то сказал ей это. Ей или моему отцу. Таких людей не так уж и много.

— Лорд Бейлиш, ты хочешь сказать? — наклонив голову, несколько раздражённо произнёс Тайвин. Опять Арья защищает Тириона! Седьмое пекло, да когда это прекратится! Казалось, недомерок уже испробовал в этой жизни все способы, чтобы досадить собственному отцу, и вот, пожалуйста! Даже не прилагая ни малейших усилий, он снова портит ему настроение, выступая в качестве аргумента Арьи Старк! Какого… его девочка так упорно отстаивает интересы этого …!

Судя по тону, лорд Тайвин разозлился. Арья никак не могла понять отчего их неприязнь с Тирионом столь сильна. Взаимная неприязнь...

Почти стемнело. Диск солнца уже полностью скрылся за кромкой воды. Прохладный воздух успокаивал разгорячённую кожу. Море несколько отступило — начинался отлив. Арье совсем не хотелось спорить. Испортившееся настроение лорда Тайвина, при упоминании о его сыне передалось и ей. Было ужасно обидно — похоже, она упустила верный шанс, вытянуть из своего покровителя что-нибудь интересное. Впрочем, существовал ещё один момент, который ей хотелось прояснить. Не зная толком почему, но этой темы она внутренне опасалась. Ей не хотелось обсуждать это именно с лордом Тайвином. Но.., раз уж она решила выяснить всё до конца, отступать она не намерена!

— А Дорн может быть заинтересован в возвращении Таргариенов?

— … Мы сделали всё, чтобы, этого не случилось. Мирцелла — невеста Тристана Мартелла. Оберин Мартелл введён в Малый совет, — искоса взглянув на воспитанницу, после паузы ответил Тайвин. Его девочка, казалось, не слышала его слов. Устремив взгляд в небеса, она улыбалась глядя на луну. Одним богам было известно, что за мысли витали у неё в голове. Седьмое пекло! Ведь не думает же она, что племянник Оберина — шпион Дейенерис?! Кем бы он ни был на самом деле, ей лучше держаться подальше от представителя семьи, где так ловко умеют делать бастардов!

Лорд Тайвин не был с ней до конца откровенен. Арья была в этом уверена. Да она на это и не рассчитывала. Рассматривая серебристый диск, она кожей чувствовала его недовольство. Значит, всё не так просто. Её губы раздвинулись в лёгкой улыбке: «Ну что же, лорд Тайвин Ланнистер, если Вы предпочитаете молчать, то мы найдём более разговорчивого собеседника. И начнём с Вашего сына — Тириона!».

====== Глава 1.27. ======

Постелив салфетку, Арья начала раскладывать нарезанные фрукты, сыр, ветчину, свежеиспечённый хлеб. Последним из корзины она достала кувшин вина.

— Прошу! — улыбнувшись, она жестом пригласила «братца» к трапезе.

Тирион настороженно взирал на выставленное перед ним изобилие. Воспитанница отца чаще всех навещала его. И только её пропускали с едой, питьём и книгами. Остальные либо не приносили ничего, либо жалкие крохи по сравнению с дарами «сестрицы». В этот раз она превзошла саму себя. Пир богов — не иначе! Хитро блестевшие глаза выдавали Арью Старк с головой — она что-то задумала.

Устроившись напротив неё на низенький табурет, Тирион поинтересовался:

— А что, нож и вилку отобрали? Боятся, что я сделаю подкоп?

— Увы! — вздохнула Арья. Разломив хлеб, она отправила себе в рот ароматный кусочек. «Братец», первым делом, потянулся за вином. «Прекрасно — хмель развяжет ему язык, будет более разговорчивым!» — промелькнуло в голове у Арьи.

Жуя горбушку, она наблюдала за своим приобретённым родственником. Его одежда сильно истрепалась. Волосы отросли. Борода изменила лицо до неузнаваемости. «И кем же надо быть, — в очередной раз возмутилась она, — чтобы так обращаться с собственным сыном?! »

Потягивая вино, Тирион ждал начала разговора. Он хорошо разбирался в людях, чтобы не понять, что Арью сюда привёл какой-то определённый интерес. Уж слишком она была выверена в своих словах и поступках! Обычно подопечная его отца вела себя более непосредственно. Её визиты стали для него настоящей отдушиной. Она вполне искренне сочувствовала ему и верила в его невиновность. И.., по прежнему, верила всему, что ей говорил Тайвин Ланнистер. Тирион никак не мог разобраться в природе их странных взаимоотношений. С одной стороны матёрый Лев, с другой — молоденькая заложница из враждующего клана, лишившаяся отца по вине внука своего тюремщика. И они были вместе. Вместе не смотря, ни на что. Она сбегала. Потом зачем-то вернулась. До хрипоты в горле отстаивала его интересы. И одновременно защищала его сына-карлика, что уж точно никак не могло нравиться Тайвину Ланнистеру. Появившаяся в Королевской Гавани два года назад в качестве его виночерпия, тогда она была девочкой-подростком. Порой угловатым, порой нескладным, но всегда живым, весёлым, отзывчивым. Прошло время, и она превратилась в красивую девушку, порой задумчивую, порой агрессивную, но всё такую же непосредственную и яркую. Так, что же их соединило — его отца, который собственным детям уделял гораздо меньше внимания, чем дочери врага и эту, сидящую перед ним северянку, по долгу крови, просто обязанную его ненавидеть?!

— Расскажи мне о Мартеллах! — глядя на него сквозь дырку в сыре, потребовала Арья Старк. Тирион поперхнулся колбасой. Седьмое пекло! Только этого ему не хватало! Вчера Джейме со смехом поведал, что, похоже, молодой Мартелл решил приударить за их «сестрицей». Опасное намерение! Оно возымело успех?!

— Что ты хочешь знать?

— Как они относились к Таргариенам?

Весьма неожиданно! Тирион с удивлением посмотрел на Арью. Девушка, изучая дырки в сыре, ждала ответа.

— Сестра Оберина Мартелла была женой Рейгара Таргариена.., — осторожно начал он.

Вздрогнув, девушка подняла вмиг сузившиеся глаза. Плотно сжатые в полоску губы, напряжённый взгляд — такой Тирион её не помнил…

Арья, замерла, поражённая тем, что услышала. Боги, как всё просто! Как просто ... Элия Мартелл, убитая при штурме Королевской Гавани. Элия и её дети. Завёрнутые в алые плащи у ног Роберта Баратеона. Как она могла забыть… У кого, как не у её братьев и племянника могло родиться желание отомстить? Отомстить, вернув трон членам убитой династии, с которой они когда-то породнились. Отомстить тем, кто начал войну, приведшую к падению Таргариенов, занял трон, который должен был быть наследован сначала мужем их сестры, а потом кем-то из её сыновей. Отомстить тому, кто отдал приказ убить её и её детей…

Тирион сидел и ждал следующих вопросов. А они будут, непременно будут — он в этом не сомневался. Наконец, вынырнув из своей задучивости, Арья вспомнила, что она здесь не одна.

— Вы ведь виделись с принцем, когда он только приехал? Что он тебе сказал? — вопрос прозвучал как приказ. Серые глаза, не мигая смотрели на Тириона. В волчьем взгляде, не было ничего человеческого — только инстинкты зверя, рвавшиеся наружу из-под хрупкой девичьей оболочки. «Вот тебе и ответ на вопрос — что их соединило. Они хищники — Лев и Волчица. Они в большей степени одной крови и одного духа, чем любой из его детей. Готовы уничтожить каждого, кто встанет у них на пути», — Тириону стало неуютно под гипнозом серых глаз Арьи Старк. Встряхнув головой, он отогнал наваждение. Призрак волка исчез. Ощущение его присутствия — осталось. Девушка выжидательно застыла, вытянувшись в струну на низком табурете. Пройдясь по тесной камере, Тирион осторожно подбирая слова ответил:

— Он не слишком любит нашу семью. И это не секрет. Но, принц Тристан женится на принцессе Мерцелле. И сам Оберин теперь член малого совета. Так, что любовь и нелюбовь вынуждены подвинуться под гнётом династических браков и политических обстоятельств! — разведя руками, он с облегчением отмечал, как расслабилась Арья. Напряжение и тревога постепенно сошли с её лица. Выдохнув, она спросила:

— А Рамон Мартелл, что ты о нём знаешь?

Седьмое пекло! Воистину пришла беда — отворяй ворота! Стоило подумать, что воспитанница отца больше не намерена вырыть топор войны и поубивать всех Дорнийских принцев и их родичей, так она тут же начинает ими интересоваться уже совсем с иной целью! О том, с какой целью Арья Старк интересуется племянником Оберина, было и дураку понятно — её щёки покрылись густым румянцем, глаза старательно изучали всё тот же многострадальный сыр с дырками, ресницы трепетали в ожидании его слов. Ну что он мог ей сказать? Что предмет её интереса перепробовал всех шлюх от западного побережья до восточного? Что, когда отцы дочерей в вольных городах узнавали, что пришвартовался корабль Рамона Мартелла, все двери тут же запирались на засов? Что в пьяных драках и поединках был убит ни один, ни два и даже не десять его соперников ради благосклонности признанных красавиц севера и юга?

С нехорошим предчувствием, Тирион понимал, что Арья выбрала не тот объект для своей первой любви. И, исходя из того, что ему рассказал вчера Джейме, она и сама не осталась незамеченной. Такого рода увлечения никогда не проходят бесследно. Тем более, когда оба столь азартны и жизнелюбивы. А в роли отца выступает Тайвин Ланнистер. Да и отца ли? В любом случае, десница не из тех, кто позволит кому-то забавляться с его любимой игрушкой. Всё это может плохо кончиться… Очень плохо… Для всех…

За спиной Арьи прогремел засов, запирающий высокородного узника в темнице Красного замка. Идя мрачными подземельями, она в очередной раз поклялась сделать всё, чтобы переубедить лорда Тайвина относительно сына. Несмотря ни на что, она хотела верить, что заточение Тириона, всего лишь хитрость, и на самом деле всё не так плохо.

Её сегодняшний визит можно было считать удавшимся. Тирион не сказал ничего нового, но у неё почему-то появилась убеждённость, что дорнийский след в заговоре против Вестероса искать бессмысленно. Мартеллы были не из тех, кто запросто откажется от кровной мести. Но, и Тирион, и его отец говорили о династическом браке и о введении принца Оберина в малый совет. Для Дорна это было выгодно. Арья не могла сказать точно почему, но она была абсолютно уверена, что они выбрали бы открытый способ мести, пролив кровь виновных в смерти Элии и её детей. Закулисные интриги и сложные ходы плохо вязались с Мартеллами.

Выбравшись из мрачных подземелий, она направилась на поиски Зары. Дорнийка была следующей в её списке собеседников. Но тут Арью постигло разочарование. Она явно не хотела делиться подробностями жизни своих соотечественников. Её ответы были скупы и односложны. А предложенный темп тренировки выматывал, отбирая все силы. Под конец, едва держась на ногах, Арья запросила о пощаде:

— Всё.., прервёмся!

— Как скажешь, — косо взглянув на ученицу, согласилась Зара. Прислонившись к стене, она смотрела, как Арья жадно пьёт воду, пытаясь прийти в себя. Вытерев губы, девушка пошла в наступление:

— И всё же, что ты думаешь о семье Мартелл? Зачем они оба здесь?

— Принц Оберин приехал на королевскую свадьбу. Сейчас он в совете. А его племяннику не требуется особое приглашение, чтобы навестить дядю.

— Ты говорила, что он много путешествовал. Где именно? — не унималась Арья Старк.

— Много где… Пентос, Миерин, Браавос… Да и Вестерос он хорошо знает. Впрочем, как и его хорошо знают в тех местах, где он побывал.

— Как хорошего воина?

Зара с неудовольствием отметила появившийся румянец и заблестевшие глаза девушки.

— И не только. Боюсь, счастливые обладатели красивых дочерей и жён не особо радовались его приезду в их города, — сухо ответила она, не торопясь пояснять свою мысль.

Похоже, всё услышанное не очень понравилось юной ученице. Яростно сверкнув глазами, Арья вскочила на ноги — её усталость, как рукой сняло. Усмехнувшись, Зара тоже поднялась на ноги. Дальше тренировка продолжалась молча. Судя по всему, подозрения, зародившиеся при виде лесной встречи Рамона Мартелла и Арьи Старк, были вовсе не беспочвенны. Как и подозрения и озабоченность лорда Тайвина, с которым она имела беседу сегодня утром...

Тайвин сверху вниз смотрел на своего сына Тириона. В грязной одежде, пропахший тюрьмой, с небритым лицом — он вызывал ещё большую неприязнь, чем когда-либо. С каким удовольствием он и дальше бы использовал повод не видеть его! Но седьмое пекло, он — Тайвин Ланнистер, и он не может себе позволить такое малодушие. Упрямо сжав челюсти, он молча смотрел на карлика, чувствуя, что в его душе уже привычно растёт немотивированный гнев и раздражение, вызванные тем, что он, человек повелевающий Семью Королевствами, вынужден стоять здесь, в застенках, пропитанных болью и зловонием и разговаривать с собственным сыном. Как была бы проста жизнь, если бы его не было! Не было с самого начала… Но он был… жил… Седьмое пекло!!! И он, Тайвин Ланнистер, не мог ничего с этим поделать...

Отец впервые пришёл к нему. Вскоре после Арьи. Пришёл и молча стоял, рассматривая то, к чему привели принятые им решения. Тирион чувствовал неприязнь, исходившую от него. Чувствовал и не хотел начинать разговор. Он просто ждал.

Лорд Тайвин прошёлся по камере, подойдя к маленькому оконцу под потолком, выходившему в колодец. Повернув голову, он посмотрел на остатки еды, принесённой Арьей:

— Ты, я вижу, неплохо устроился.

— Есть чему завидовать?

— Для того, кого обвиняют в убийстве короля, здесь слишком хорошо.

— Ну да. Особенно я ценю вид из окна. Может ты мне про него расскажешь?

— Не иронизируй. Такая камера — роскошь для человека в твоём положении.

— Человека, который ни в чём не виноват, смею напомнить. И тебе это известно.

— В своё время у Эддарда Старка не было и этого.

— Тебе Варис рассказал? Или Серсея? Какая славная традиция — бывшие десницы отправляются в застенок по велению одного из Ланнистеров! Мне повезло, что для меня камеру выбирал родной отец, а не сестра! Уж она точно позаботилась-бы о соответствующих условиях.

— Если эта тебя не устраивает…

— Нет, нет! — развёл руками Тирион, с иронией глядя на отца, — Но уж если речь зашла о просьбах, мне бы хотелось прервать традицию, заложенную моей семьёй — отправиться отсюда на плаху, как это было с предыдущим десницей!

— Будет суд! А пока идёт расследование. И ты это знаешь.

— Так ты это пришёл мне напомнить?

Помолчав, лорд Тайвин вновь посмотрел на оставленную Арьей корзину:

— Зачем приходила Арья Старк?

Неожиданно! События развивались всё чудесатее и чудесатее! Девчонка бывала здесь чаще остальных, но именно сегодняшний визит заставил его всемогущего отца снизойти до посещения собственного сына! Впрочем, почему-то Тирион этому не особенно удивился.

— Почему ты не спросишь у неё?

— Я спрашиваю у тебя!!!

Забавно. Интересный поворот сюжета. Что же такого натворила Волчица, что Лев рычит, словно угодил в капкан?

Подумав, Тирион решил, что отцу следует знать о проявленном Арьей интересе к Мартеллам. Всё это могло слишком плохо кончиться. И кто-то должен оградить девушку от грядущих неприятностей.

Сделав круг по тесной камере, Тайвин обдумывал рассказанное Тирионом. Он мог не сомневаться в его словах. Сын был искренне привязан к девочке и прекрасно понимал, чем может обернуться проявленный к ней интерес со стороны Рамона Мартелла. Седьмое пекло! Он не для того растил её как родную дочь, чтобы какая-то дорнийская обезьяна, пусть и королевских кровей, вздумала забавляться с ней!

— Ты больше ничего не хочешь мне сказать? — с горечью произнёс Тирион. — Ты только за этим и приходил? Узнать о том, кто волочится за твоей приёмной дочерью? Не наделала ли она уже глупостей? Твои собственные дети перестали тебя интересовать? Действительно, что с нас возьмёшь! Разве мы можем отвечать высоким требованиям Тайвина Ланнистера?! Как он может доверить столь любимое им наследие уроду, калеке и матери уже покойного безумца? И ты решил, что тебе нужен кто-то новый, более достойный, чтобы претворять твои великие идеи в жизнь? Неужели ты действительно думаешь, что Арья Старк пойдёт за тобой до конца? Забудет кто она, кто её Семья? Ты ей — не отец. И никогда им не будешь. А что ты станешь делать, когда придёт время решать судьбу Робба Старка? Пока он жив — он всегда будет для тебя угрозой. Его смерть Арья тебе не простит… Так, что, отец, — ты и правда считаешь, что Арья Старк пойдёт с тобой до конца? Ты в этом так уверен?

— Уверен! — сухо бросил Тайвин и, повернувшись к сыну спиной, вышел из тюремной камеры.

====== Глава 1.28. ======

От напряжения у Арьи разболелась голова. Но Иларио был неумолим. Вот уже больше недели она занималась переводом трудов Экхариса, известного путешественника и философа древней Валирии. Его истории были столь же невероятно интересными, сколь и сложными. Повествование, изобиловавшее множеством незнакомых ей слов, рассказывало про жизнь и обычаи жителей Вестероса, описанные глазами иноземца. Многое из прочитанного Арья хорошо знала. С какими-то выводами она соглашалась, какие-то — вызывали в ней бурный протест. Самым удивительным из всего, что она прочла, были истории про Стену и иных.

С каждой новой переведённой страницей у неё появлялись новые вопросы, которые она задавала Иларио. А в ответ она получала новое задание. И продолжалось это бесконечно. После утренней тренировки она сразу же спешила на урок, в конце которого её ждал новый текст для перевода, над которым Арья трудилась до самого вечера. Времени на что-либо ещё катастрофически не хватало. Она уже и не помнила, когда последний раз гуляла в саду или на берегу.

Закончив сегодня пораньше, Арья удовлетворённо выдохнула. Если и дальше так пойдёт, то она скоро забудет, как выглядят небо и море! Нет, сегодня она заслужила прогулку! Поднявшись, она вышла из покоев.

День уже давно закончился. Наступил вечер. В сгущавшихся сумерках предметы приобрели причудливые очертания. Перед глазами Арьи оживали невероятные истории с только что переведённых страниц. Замершие в проёмах ниш гвардейцы в алых плащах казались грозными сказочными героями. Блики от факелов складывались в фантастических животных. Перепрыгнув с одной каменной стены на другую, в её сторону бесшумно двигалось огромное чудовище — полу-лев, полу-волк. Оно выгибало спину, переступало лапами, подбираясь всё ближе и ближе…

— Правда, необычно? — прямо у неё над ухом раздался мягкий голос Томмена.

— А? — вздрогнув, Арья обернулась. За её спиной стоял король, глядя, как и она, на стену. Чудный зверь, скользнув по каменным плитам, вмиг оказался всего лишь тенью пушистого кота, прыгнувшего прямо на руки государю.

— Да это Сир Царапка! — воскликнула Арья, погладив любимца Томмена.

— Он! И вовсе не такой страшный, как его тень!

— А разве тени бывают страшными? Это всего лишь тень, чего её бояться!

— Бриенна говорила, что тень с лицом Станниса убила Ренли! — вмешалась в разговор, подошедшая Маргери.

— Надо бояться не теней, а того кто их породил! — отрезала Арья. Ко всему, что она не могла объяснить или не видела сама, она привыкла относиться скептически. Хотя и допускала, возможность существования магии. Ведь были же раньше драконы!

— Почему тебя нигде не видно? — её резкость Маргери пропустила мимо ушей.

— Я много занимаюсь у себя.

— Зачем? Это лорд Тайвин посадил тебя под замок? — удивлённо распахнула глаза невеста короля. — Томмен, дорогой, вели деснице освободить Арью! Ей нельзя тратить лучшие годы на книги!

— Д-да… Конечно, я поговорю с дедушкой, — тут же согласился повелитель Вестероса.

— О, благодарю! — промурлыкала Маргери, подхватив Томмена под руку и прижавшись к нему несколько сильнее, чем позволяли приличия. Раскрасневшийся юноша смущенно опустил глаза.

С усмешкой наблюдая за парочкой, Арья попыталась себе представить Томмена, отдающего приказы Тайвину Ланнистеру и с трудом сдержалась, чтобы не рассмеяться. Но, на её счастье, появился сир Джейме:

— Что привлекло сюда столь прекрасную компанию?

— Театр теней, милорд! — улыбнувшись, ответила Арья. Старший сын лорда Тайвина всегда был вежлив и внимателен к ней. Иногда в его отношении проскальзывало нечто, похожее на заботу. А иногда она ловила на себе его удивлённый и несколько озадаченный взгляд, словно он хотел спросить её о чём-то, но что-то его останавливало. Может быть это было связано с обещанием, которое он дал её матери? А может и с чем-то другим. Но, определённо, в его словах не было ненависти, исходившей от Серсеи. Арья тоже не испытывала к нему никакой неприязни. Можно сказать, что он ей даже нравился.

— Театр теней?! И кто же в нём главный актёр? – удивился сир Джейме.

— Сир Царапка! — рассмеялся Томмен.

Обсуждая таланты сира Царапки, они неспешно покинули коридоры Красного Замка и оказались в саду.

В темнеющем небе стали появляться первые звёзды. На землю спустилась ночная прохлада. Поскрипывающий под ногами гуляющих песок, перекликался со стрекотом цикад. Вдали шумел прибой. Романтически настроенная парочка ушла далеко вперёд. Арья и сир Джейме тихо следовали за ними. Разговор про тени и смерть Ренли подогрел её любопытство, и она спросила лорда-командующего, что он про это думает. Сын Тайвина Ланнистера относился к магии более чем скептически, почти как и его отец, считая, что если что-то кому-то непонятно, проще всего свалить на демонов, но, при этом, он не сомневался в искренности Бриенны.

Покосившись на мужчину, Арья с неким сомнением подумала, что он чересчур хорошо отзывается о женщине-рыцаре. Вряд ли она была в его вкусе. Но, его отношение к её недавней спутнице прибавило симпатии молодому Льву в её глазах.

Дорожка вывела всех к морю. Белый диск луны завис над волнами, словно любуясь своим отражением. Ветер, дувший с востока, щедро делился воспоминаниями о дальних берегах, неизведанных приключениях. Арью переполняло ощущение, словно она на пороге чего-то огромного, неведомого, что вот-вот должно произойти...

Молча постояв у кромки воды, она и лорд-командующий двинулись назад, в сторону замка.

Романтика ночи была безжалостно растоптана появившейся на горизонте бывшей королевой-регент. Не нужно было лишних слов, чтобы понять, что она думает о Маргери, вцепившейся мёртвой хваткой в Томмена, и Арье, шагающей рядом с сиром Джейме.

Серсея заметила их ещё из далека. Этих двух… сучек, пытающихся украсть у неё, тех, на кого имеет права только она! Её сына и её отца! И её брат ещё смеет защищать их обеих! Да и что, эта … делает рядом с ним?!

С притворной любезностью, королева бывшая оттеснила королеву будущую, подхватив Томмена под руку:

— Дорогой, уже поздно, а нам нужно кое-что обсудить..! — бросив уничижающий взгляд на брата, она, словно на аркане потащила сына за собой.

Прислонившись к тёплому шершавому стволу, Арья наблюдала, как король безвольно передвигал ноги в след за матерью. Шествие замыкал сир Джейме и его люди.

Внезапно Арья поняла, что осталась совсем одна. Вездесущей охраны, следовавшей за ней день и ночь, рядом не было. Солдаты Ланнистеров, уступив право сопровождать воспитанницу Десницы белым плащам — извечным спутникам короля, остались на главной аллее сада.

От тихого голоса, раздавшегося рядом с ней, Арья вздрогнула.

— Неужели тюремщики оставили прекрасную пленницу одну? — появившей с другой стороны кипариса Рамон Мартелл, поеградил ей путь.

— Я вовсе не пленница!

— Разве?

Не успев опомниться, Арья оказалась прижатой к мощному стволу дерева. Сильная рука крепко сжала её запястье, мужская грудь, видневшаяся в полурасстёгнутом камзоле, оказалась в опасной близости от её лица… Арью бросило в жар. Дёрнувшись, она поняла, что ей не вырваться. От ощущения тепла, исходившего от мужчины, внутри неё всё переворачивалось, сердце билось где-то в районе горла…

— Ты не создана для этой жизни, — прошептал в самое ухо дорниец, едва ли не касаясь губами её волос. — Ты рождена свободной. Золотая клетка не для тебя. Ты любишь жизнь, ветер, простор…

От него пахло морем, солнцем и песком… дальними странами и приключениями… Его близость рождала дикие, необузданные ощущения, от которых подкашивались ноги... Дёрнувшись, Арья попыталась освободиться, но оказалась ещё сильнее зажатой между шершавым стволом и мужским телом, едва прикрытым жёлтыми одеждами.

Уворачиваясь от жаркого дыхания, обжигавшего её кожу, она собрала остатки воли в кулак и ледяным тоном произнесла:

— Что Вам от меня надо?

— Что надо..? — слегка ослабив хватку, выдохнул мужчина, скользнув взглядом по её лицу, шее, ключицам и тому, что было прекрасно видно с высоты его роста в вырезе декольте…

Задохнувшись от его откровенного взгляда и недосказанности фразы, Арья изо всех сил рванулась в сторону. На этот раз ей удалось высвободиться. Отскочив на безопасное расстояние, она отчаянно выкрикнула, яростно сверкая глазами:

— Зачем вы меня преследуете?! Зачем Вы приехали?! Вы и Ваш дядя?! Что вам надо?

— А при чём здесь мой дядя? — искренне удивился дорниец.

Тяжело дыша, Арья сделала ещё один шаг назад. Злость, отчаяние и гнев на весь мир переполняли её. Виноваты были все: Иларио, из-за которого она просидела взаперти столько дней, Томмен и Маргери, затащившие её в этот сад, Серсея, забравшая с собой сына, охрана, которая не отставала от неё ни на шаг, а сейчас, когда была нужна ей больше всего, оказалась чёрт знает где! Рамон, столь нагло ворвавшийся в её жизнь... Задохнувшись от злости на собственную слабость, она выкрикнула, глядя в странно блестевшие тёмные глаза:

— Не смейте приближаться ко мне!

Резко повернувшись, Арья бросилась по дорожке в сторону замка.

Опершись о ствол кипариса, где только что он поймал свою жертву, Рамон с блуждающей улыбкой смотрел ей в след.

Выскочив на основную аллею, Арья стремительно направилась в сторону замка. Появившаяся охрана поспешила за ней. Крайне вовремя! Шторм, разыгравшийся в её голове, никак не утихал. Не разбирая дороги, она шла только с одним желанием — оказаться в тишине своей комнаты, за дверью, отделившей бы её от всех дорнийцев вместе взятых! Но, похоже, сегодня её мечтам не суждено было сбыться. Решительно шагнув под арку сада, она вновь уткнулась носом в жёлтую ткань дорнийского мужского костюма, на этот раз принадлежавшую принцу Оберину Мартеллу. Отскочив, Арья в замешательстве замерла.

Приветственно поклонившись, Оберин с удивлением рассматривал воспитанницу Десницы, которая чуть не сбила его с ног. Растрёпанные волосы, яростно сверкавшие подозрительно влажные глаза, лихорадочный румянец, густо покрывавший лицо и шею. И, в придачу ко всему, надорванный рукав… Недоброе подозрение шевельнулось в его душе:

— Могу я Вам чем-то помочь? — осторожно поинтересовался он.

— Нет, — невежливо отрезала Арья. — Всего доброго!

Сверкнув глазами, девушка обогнула его и исчезала так же внезапно, как и появилась.

Влетев к себе, Арья со всей силы хлопнула дверью. Кинувшись на постель, она зарылась лицом в подушку. У неё появилось ощущение, что она угодила в капкан. Если бы она только могла запросто выкинуть Рамона Мартелла из головы! Но дорнийский нахал прочно застрял в её мыслях, подобно занозе и вовсе не собирался их покидать.

Перевернувшись на спину, Арья уставилась в потолок. Столько раз смеяться над Сансой и, в итоге, самой попасть в ловушку, расставленную мужчиной! Сев, и обхватив руками колени, она в тоске закрыла глаза. Если бы Рамон исчез, всё стало бы намного проще. Но, интуиция ей подсказывала, что он никуда не денется, а продолжит осложнять ей жизнь. Что же делать? Кто может ей помочь? Зара, Тайла, Маргери? Первая упорно отказывалась обсуждать с ней своих соотечественников, идея с Тирелл — просто смешна. Раньше с ней была хотя бы Санса! Но где она теперь? Вслед за воспоминаниями о сестре, перед её глазами предстал образ Кейтелин и Робба. Слишком долго она запрещала себе думать о семье… И вот сегодня накатило всё разом и никак не отпускало… На душе стало так горько, так тяжело… От отчаяния хотелось завыть на луну! Где они? Что с ними? ...

...Леди Кейтилин Старк резко поставила кубок на стол.

— Ты меня слышишь?

— Разумеется. И не стоит повышать голос, — холодно ответила её сестра.

— Лиза, Робб ждёт ответа.

— Ничего страшного. Ведь сейчас всё спокойно. Подождёт ещё.

— Да, но зима близко! И чем дальше, тем сложнее будет воевать!

— Я не готова дать ответ.

— А когда, наконец, ты будешь готова?! — взорвавшись, Кейтилин, встала из-за стола. Вот уже четыре месяца она гостила у своей сестры в ожидании её решения. Она не сказала «да». Но и не сказала «нет». В то время как Робб ждал подкрепления из Долины, теряя драгоценное время, Лиза Аррен мучилась какими-то сомнениями, не решаясь принять или отвергнуть просьбу-призыв своего племянника.

— Что ты от меня хочешь? Чтобы я потеряла своего сына, так же как ты теряешь своих детей, одного за другим? У тебя их было пятеро! И сколько осталось? Только один! А у меня всего один сын! — раздражённо бросила Лиза Аррен.

— Как ты жестока! — прошептала Кейтелин. — Но ты ошибаешься, у меня есть сын и две дочери!

— Две дочери? Какие дочери? Одна вышла замуж за Ланнистера, вторая стала приёмной дочерью Ланнистеров!

— Не по своей воле, и ты знаешь — как всё было!

— Весь Вестерос знает, как всё было! Твоя дочь появилась на свадьбе, поговорила с сестрой Тайвина Ланнистера и исчезла. На следующий день твой сын стал вдовцом, Болтоны ушли, а Арья вновь объявилась в Королевской Гавани!

— Не смей так говорить о моей дочери!

— Что, я в чём-то ошиблась? Ну, так поправь меня!

Кейтелин с тяжёлым сердцем склонила голову. Всё что сказала её сестра, было и правдой, и ложью одновременно. Её девочка вернулась к ним и неприятности посыпались одна за другой. Но она ни в чём не виновата! Виноват только один человек, и имя ему — Тайвин Ланнистер. Она вернёт своих девочек и накажет того, кто стал источником всех их бед. И ради этого она готова сидеть за этим столом и слушать истеричные вопли сестры, пытаясь её переубедить и призвать воинов Долины под знамёна Севера.

— Ну, а где твоя старшая дочь?! Где жена Беса?! — принимая молчание Кейтелин за согласие, с плохо скрываемым удовлетворением продолжила Лиза

«Действительно, где же Санса?» — тоска и тревога, порождаемые неизвестностью сжали сердце Кейтелин в тиски...

...Отложив вышивание, Санса Ланнистер поднялась навстречу леди Дженне Фрей.

— Дорогая, как я соскучилась! — приобняв, сестра Тайвина Ланнистера похлопала её по плечу.

— Вы так редко приезжаете! — упрекнула её Санса.

— Я замужняя женщина с кучей хлопот, — рассмеявшись, ответила тётка её мужа. — А разве у тебя есть время скучать? Любому замку нужна хозяйка, а особенно такому, как Утёс Кастерли!

— Но я здесь не хозяйка!

— А кто же ты? — удивилась леди Дженна.

— Гостья.

— Ха! Гостья! Дорогая, ты жена одного из сыновей лорда Западных Земель. Сейчас лорд Кастерли Рок — мой брат Тайвин. Но его старший сын — гвардеец, и не мне тебе объяснять, что это значит.

— Лорд Тайвин никогда не отдаст родовой замок Тириону!

— Ты так уверена? Утёс Кастерли был есть и будет твердыней Ланнистеров. Его наследует только Ланнистер. Джейме не может жениться и иметь детей. А Тирион женат. А кто его жена? Кто может родить наследника львам?

— Да, но.., — Санса стыдливо опустила глаза. О её неконсумированном браке знали лорд Тайвин, Тирион, Серсея… Для того, чтобы брак состоялся и появились наследники, нужна всего-лишь одна малость — присутствие мужа. А её муж, как всем было известно, пребывал в тюрьме Красного замка.

— Впрочем, не исключён ещё один вариант событий, — промолвила сестра лорда Тайвина, прохаживаясь по просторной комнате Сансы.

— Какой?

— Мой брат сам не надумал жениться? —  зелёные глаза пристально смотрели в синие, пытаясь уловить малейшую тень смущения, интриги или игры. Но сестра Арьи Старк совершенно бесхитростно с удивлением взирала на тётку мужа.

— Жениться? — свадьба и Тайвин Ланнистер казались Сансе вещами несовместимыми и абсурдными. Разве такого холодного человека, у которого, казалось, и сердца-то нет, могут интересовать женщины? Идея Дженны Фрей показалась ей настолько абсурдной, что она чуть не рассмеялась. Лорд Тайвин представлялся ей неким бездушным существом, созданным лишь для выполнения государственного долга.

— Нет! Я ничего подобного не слышала! —  Санса отмела подозрения Дженны. Помолчав, она спросила, грустно вздохнув: — Вы знаете, что будет с Тирионом?

— Не знаю. Но я надеюсь, что всё будет хорошо.

— Я тоже на это надеюсь.

— Письма из столицы приходят так редко. Но плохие вести обычно не запаздывают. Так что, я думаю там всё по прежнему.

— А Арья, о ней что-то известно?

— Если Тайвин мне что-нибудь сообщит, я обязательно тебе скажу. Ты можешь сама написать ему и спросить всё, что хочешь,  — внимательно посмотрев на Сансу, произнесла Дженна. Жена Тириона вновь, как и всегда при подобном разговоре уставилась в пол, судорожно теребя подол платья. Дженна не привыкла обсуждать решения брата, хотя многие из них не понимала, во всяком случае, не сразу. Вот уже три месяца она поддерживала жену Тириона, прибывшую из столицы. Вместе с ней ждала решения Тайвина относительно судьбы его младшего сына и молчала про Арью. Как и было велено, она мягко и ненавязчиво советовала ей самой взяться за перо. Санса, столь же мягко и несколько пугливо, словно боясь сделать лишний шаг, отказывалась написать своему свёкру.

Сойдя с корабля, Санса Ланнистер была встречена родственниками мужа и препровождена в его родовой замок, как будто так и было надо. Её спутник, скорее всего, тоже был где-то в Кастерли. Но Санса предпочитала об этом не спрашивать, получив однажды ответ — «С ним всё в порядке. У вас ещё будет возможность увидеться». Именно эта возможность и страшила её больше всего. Её не посадили под замок. Но при этом она общалась лишь с ограниченным кругом обитателей Кастрели Рок. Все относились к ней как госпоже, хозяйке дома. Прислуга беспрекословно ей подчинялась. Леди Дженна вместе с мужем периодически наезжала с визитами, прихватив пару — тройку друзей, как это было и сегодня. Но никто не говорил, что будет дальше. Что происходит в столице. Что с Тирионом. Что с её сестрой. Где лорд Бейлиш. О том, что на полях сражений наступило относительное затишье, она узнавала из светских бесед, ведущихся во время визитов, подобным сегодняшнему. Ей оставалось только смириться и ждать своей участи.

Улыбнувшись, Санса вышла проверить последние приготовления к ужину. Отдавая распоряжения прислуге, она не упустила ни одной мелочи. Обеденный зал был роскошен, как и всё в этом царственном логове львов. Стол был сервирован с подобающей случаю изысканностью. В столовом серебре отражались блики свечей. Блюда не уступали тем, что подавали в столице.

Дженна Фрей, её супруг, и ещё шесть человек чувствовали себя желанными гостями. Маленькая хозяйка большого замка прекрасно справлялась со своей ролью. За столом велась оживлённая светская беседа. Поглядывая на жену племянника, Дженна не могла отделаться от тревожных мыслей. Санса Старк была рождена для такой жизни — жизни истинной леди. Но не для того мужа, которому она досталась. Впрочем, таков удел всех женщин Вестероса — Семья решает всё. И Тайвин Ланнистер решил, что Тирион должен быть женат на Сансе Старк. А что он решил относительно второй сестры Старк — Арьи?

Какие же они разные, эти сёстры! Одна бунтарка, готовая биться до последней капли крови за то, что считает своим по праву. Вторая — изящная, хрупкая, истинная леди. Казалось, подуй ветер — и она тут же прогнётся под его порывом, не устоит. Но так ли это? Она несла свой крест, будучи невестой Джоффри, а это не самое простое испытание. Сейчас ей навязали в мужья человека, достоинства которого она вряд ли способна оценить. Живя в полном неведении о своей дальнейшей судьбе, она подстроилась под обстоятельства и подобно смятой траве, распрямилась и ожила. Дженна видела с каким удовольствием она примеряла на себя роль хозяйки Утёса Кастерли. Как изумилась и, словно внутренне согласилась, со словами, что она вполне может стать полновластной законной леди Кастерли Рок. Эта слабая на вид девушка, была вовсе не так проста!

Пожелав спокойной ночи каждому из гостей, Санса с удовлетворением окинула взглядом зал. Ужин прошёл хорошо, впрочем, как и всегда. Ну почему всё это не может быть по настоящему?! Ей бы так хотелось, чтобы сказка стала реальностью. Чтобы она не была пленницей в невероятно роскошном замке собственного мужа, а стала здесь полновластной хозяйкой! Да и чтоб муж был настоящим, а не карликом. Чтобы никогда не было войны. Глупые мечты! Шла война. Ну, а всё остальное могло быть именно так, как она мечтала, если бы она стала женой Лораса Тирелла и поселилась в Хайгардене. Но рыцарь Цветов достанется Серсее. А она навеки жена урода. Пусть доброго, но урода. И их семьи — враги. Нет, об этом думать нельзя! Иначе сойдёшь с ума!

— Миледи! Миледи!

Оглянувшись, Санса увидела незнакомую служанку, с опаской приближаюся к ней.

— Да?

— Я, от леди Арьи.

— …?!

Озираясь по сторонам, девушка продолжила:

— Простите меня, она письмо написала Вам, а я не уберегла. Наш корабль затонул. Вот.

— «Стремительный»? — Санса слышала о кораблекрушении, случившемся на прошлой неделе.

— Да миледи. Моя сестра прислуживает в Красном замке. Вот. А я, это, вернулась в Ланниспорт. У меня тут жених. И Сесели, моя сестра, просила передать письмо Вам от сестры. Она, Ваша сестра, миледи, она Вам написала. А я вот, простите меня…

Прервав сбивчивый и подробный рассказ, Санса спросила:

— Где Арья? Она снова в Королевской Гавани?

— Да, миледи! Она Вам написала. А я…

— Да, да я поняла! Как она?

— Хорошо, миледи!

— Она не в тюрьме?

— Что, Вы — нет! Моя сестра сказала, что я могу передать Ваш ответ. Вот я и пришла. Я могу передать. Наш брат, он на «Счастливой Бетти» плавает. Он моряк, миледи, очень хороший.

— Да, да! — вновь прервала девушку Санса. — Так ты точно сможешь передать письмо?

— Да миледи! Точно могу! «Счастливая Бетти» через три дня уходит в Королевскую Гавань. Сестра сказала, что для молодой госпожи она всё сделает. И ответ Ваш ей там передаст.

— Хорошо! Хорошо! Жди меня в западном крыле на балконе с цветами. Я вскоре буду.

— Да, миледи!

Добравшись до комнаты, Санса взялась за перо. Арья! Арья жива и невредима! В волнении, она выводила строки, которые её сестра прочтёт благодаря помощи неожиданных друзей...

====== Глава 1.29. ======

— Да здравствует король! Да здравствует королева!

— Слава молодым!

Под звучавшие со всех сторон приветствия и поздравления, жених и невеста подняли свои кубки. Маргери была как всегда прелестна, вновь демонстрируя счастье новобрачной. Томмен смущенно улыбался и слегка краснел, всякий раз с готовностью сжимая пальцы супруги, то и дело замиравшие в мимолётном касании подле его руки.

Все отмечали, что эта королевская свадьба была намного скромнее предыдущей. Зал, украшенный цветами, и расставленные столы не предполагали театральных представлений и шутовских поединков. Только музыканты, развлекавшие гостей. Да и гостей было гораздо меньше.

— Какая чудесная пара! — леди Алантия Хайтауэр счастливо улыбалась. Наконец-то она при дворе! Увы, ей пришлось пропустить первую свадьбу своей племянницы, о чём она сильно сожалела. Она всё ещё не могла простить мужу, что из-за его упёртости отсутствовала на столь грандиозном праздновании и не видела все события с ним связанные. Смерть короля, конечно, ужасное, но крайне интригующее происшествие. К счастью, в королевской семье нашёлся ещё один жених для Маргери и, вот, все её родственники собрались уже на второй свадьбе. Леди Хайтауэр благосклонно раздавая улыбки направо и налево на правах тётки новой королевы, цепко подмечала новые, незнакомые ей лица.

— Эллен, дорогая, что это за люди за крайним столом? — Алантия слегка повела глазами в сторону мужчин в тёмных, непривычного кроя камзолах и женщины в бордовом платье с рубиновым кулоном на груди. Их одежда и то, что они общались исключительно между собой, выдавало в них иноземных гостей. Впрочем, как и ещё нескольких человек, сидевших в разных концах зала. Яркие, с загорелыми лицами, они почти ни с кем не разговаривали. Только лишь с Тайвином Ланнистером, подошедшим к ним сразу после церемонии в септе.

— Я их никогда раньше не видела, — покачала головой Эллен.

— Похоже, никто не видел, — разочарованно протянула её мать. — Кроме лорда Тайвина.

— Тогда надо спросить у Арьи — она может знать.

— Арьи Старк?

— Ну да, воспитанницы лорда-десницы.

Почуяв интригу, Алантия повернула голову в сторону объекта их разговора. Арья Старк сидела за одним столом с Ланнистерами, рядом с племянником своего покровителя — Ланселем Ланнистером, странным молодым человеком, которого, казалось, ничто происходящее не интересовало. Ещё в септе Алантия отметила девушку, одетую весьма дорого и экстравагантно. Но поглощенная церемонией, она упустила момент и не спросила кто это. Оказалось — Арья Старк. Впрочем, она и сама могла догадаться, кто эта прелестница с ладной фигуркой, в серых и лиловых шелках! От всего её облика ощутимо исходил запах богатства, а уж его ни с чем не перепутаешь! От одного вида ожерелья из аметистов и рубинов у Алантии засосало под ложечкой.

— Так это правда — всё, что о них говорят? — кончик носа леди Хайтауэр заходил ходуном, втягивая запах столичных сплетен.

— Матушка, о чём Вы?

— Ты прекрасно знаешь о чём! — прошептала она на ухо дочери.

— Матушка! — изображая укор, Эллен покосилась в сторону подруги своей коронованной кузины. И зачем она вообще упомянула Арью! — Нельзя верить всему, что говорят! И тем, более повторять! Особенно здесь!

— Я ничего не повторяю! И потом, от людей ничего не утаишь! Поверь мне! — назидательно изрекла Алантия.

— Да, но это глупо! У лорда Тайвина внук — ровесник Арьи!

— Который, сегодня женится, — прищурившись леди Хайтауэр стояла на своём. — Если ты намекаешь на разницу в возрасте, так Уолдер Фрей, между прочим, женился в девяносто лет, а его невесте было пятнадцать!

— Мама! — яростно прошипела на ухо разошедшейся матери Эллен. Зачем повторять, то, о чём все и так знают?! Она, что не понимает где она? И про кого сплетничает?!

— А лорд Тайвин, между прочим, на сорок лет его моложе! Вот так-то! — победоносно продолжила Алантия. Переведя взгляд на Десницу, она тут же склонилась к уху дочери. — И он не чета старику Фрею! Он мужчина хоть куда! Да и будь он столетним стариком, деньги и власть омолаживают лучше любого эликсира! Жаль, что мы раньше не знали о его вкусах, — с сожалением выдохнула леди Алантия, взглянув на своих дочерей, которые были не намного старше Арьи.

— Мама! — раздражённо прошептала Эллен. — Она — его воспитанница! Они просто обедают вместе, разговаривают, иногда охотятся… И уж если ты так уверена в своей правоте, то не о чём больше говорить — место занято!!!

— Ну да.., ну да.., разговаривают за обедом и ужином, охотятся, — скептически посмотрев на дочь, повторила Алантия. Где это видано, чтобы таким образом воспитывали юных леди?! Особенно, если эти леди являются не родными дочерьми, а заложницами. Заложницами! Да стоит хоть раз взглянуть на Арью Старк, чтобы понять — какая она заложница! Может Тайвин Ланнистер и гадит золотом, но не настолько, чтобы детей своих врагов осыпать такими драгоценностями!

Ещё раз покосившись на дочь покойного Неда Старка, которая, увы, похоже и не подозревала, что родственники новой королевы хотят с ней познакомиться, Алантия переключилась на других гостей.

Ковыряясь вилкой в пироге, Арья с тоской ждала окончания торжества. Ещё никогда благородное общество не было ей столь невыносимо. Укрывшись от всех невидимой бронёй холодности и высокомерия, которую она ловко научилась на себя напускать при необходимости, она снисходила лишь на вежливые ответы и приветствия. Пожалуй, сегодня она, как никогда, была рада своей принадлежности королевской семье — без приглашения никто не приближался к столу, за которым она сидела. А сама она лишний раз и не вставала, боясь встретиться с Рамоном Мартеллом, чей постоянный обжигающий взгляд она ощущала сначала в септе, а потом и в зале.

— Милая, рада тебя видеть! — появившаяся за её спиной Оленна Тирелл, как всегда излучала дружелюбие. Приобняв Арью, она продолжила: — Мы ведь в какой-то степени теперь родственники. Ты — воспитанница Ланнистеров. Твоя сестра замужем за дядей моего зятя. Хотя всё так сложно… О Сансе что-то известно?

— Нет, — грустно покачала головой Арья.

— Всё будет хорошо, не отчаивайся! На свадьбе надо веселиться! — потрепав её по руке, Королева Шипов проследовала дальше.

Настроение Арьи испортилось ещё больше. Какое тут веселье! Прошлая свадьба закончилась трупом и исчезновением Сансы! Хотелось верить, что второй королевской смерти не случится. Что Десница этого не допустит. Арья повернула голову в сторону своего покровителя. Он о чём-то разговаривал в другом конце зала с незнакомыми ей людьми, судя по всему, прибывшими издалека. Словно почувствовав взгляд своей воспитанницы, мужчина обернулся. Лёгкий, адресованный только ей наклон головы, золотистые искорки в зелёных глазах — и Арья ощутила, что жизнь налаживается. К ней вернулась, покинувшая было её, уверенность. Магия наставника оказалась вновь сильнее всех неприятностей и переживаний. Потянувшись к пирогу, она вдруг поняла, что ужасно голодна. Быстро расправившись с ароматной корочкой и грибной начинкой, она принялась за витую косичку, оставленную напоследок.

— Вижу, пир удался! — прозвучал знакомый низкий голос прямо у неё над ухом.

— Ага, — кивнула Арья лорду Тайвину. Вернувшись за стол, он сел рядом с ней и сиром Киваном.

— Беседовал с гостями? — поинтересовался Киван Ланнистер у брата.

— Кто они? — Арья посмотрела в сторону стола, за которым сидели незнакомые ей люди.

— Это Бартоломео Ческини и Альваро Ортега, — ответил лорд Тайвин, налив себе вина.

— Банкиры? Но чем они могут быть нам интересны? — удивилась Арья.

— Железный Банк основной финансовый игрок, но не стоит пренебрегать и остальными. В иных делах они могут быть более полезны, чем колосс из Браавоса.

Не заметив удивления, промелькнувшего в глазах Кивана Ланнистера, Арья продолжала расспрашивать про гостей.

Потягивая вино, Тайвин одобрительно кивал, соглашаясь со словами своей воспитанницы. «Умница, девочка!» — так и хотелось ему сказать. Она понимала его с полуслова. И это её «нам» не могло его не радовать. Но, вместо похвалы, он произнёс совсем другое, слегка коснувшись рукой браслета на хрупком запястье:

— Тебе нравится? Я рад.

От неожиданности Арья чуть не поперхнулась пирогом. Смутившись, она потянулась за лимонной водой.

Лорд Тайвин принимал её новые привычки за чистую монету. Ей стало стыдно и неловко за своё поведение. Но ведь не могла она сказать, что её увлечённость шелками и самоцветами ни что иное, как притворство! Ей нужен был повод для встреч с купцами и торговцами. И с Маргери она сдружилась только ради того, чтобы хоть иногда выходить в город. А на самом деле она всё та же Арья, считающая, что «большинство её сверстниц — дуры». И когда она получила на именины в подарок ожерелье из камней, интерес к которым она так старательно изображала, то готова была провалиться сквозь землю.

Тайвин знал, что Арья кое-что присмотрела у торговца из Норвоса. По словам Скопио, она долго мучила беднягу всякого рода расспросами, так и не решив, в итоге, на каких камнях остановиться. Заезжий купец, в надежде выгодно продать свой товар, рассказывал истории про добычу самоцветов, известных разбойниках, охотящихся за сокровищами, и тех, кто их ловит, подобно его знаменитому соотечественнику Арео Хотаху, который ныне был главой стражи Дорана Мартелла. Сполна удовлетворив своё любопытство, Арья в конец разочаровала заморского гостя, не выбрав ничего. Позже, уже сам рассматривая камни, Тайвин про себя усмехнулся — у его девочки есть вкус, несмотря на то, что подобными вещами она стала интересоваться совсем недавно. Аметисты и рубины были достойны королевы. Купив их, Тайвин передал самоцветы ювелирам, обрисовав что, именно он хотел видеть на своей воспитаннице. Он до сих пор помнит её смущение и румянец, когда она получила свой подарок на шестнадцатилетие. Что ж, ей пора привыкать быть частью самой богатой и могущественной семьи королевства. Воспитанница Десницы и наследница Севера не может выглядеть и вести себя как дочь мелкого вассала, заигравшаяся в лесную разбойницу. Похоже она и сама это наконец поняла. Но кое-что его смущало. Очень сильно смущало. Глядя на Арью, он размышлял над её новыми привычками. Нет, то как она вела себя в последнее время, его вполне устраивало. Но перемены, происходившие с ней, были столь стремительны, что порой ставили его в тупик. Его воспитанница, не бросая тренировок с Зарой и уроков с Иларио, сблизилась с Маргери, стала проявлять интерес к придворной жизни и благотворительности. Слишком явный интерес, по мнению Тайвина. А ещё ему казалось странным, что не склонная к романтике и «всяким Джонквилям», Арья вдруг воспылала страстью к украшениям и нарядам. Но ничего конкретного, кроме этой странности он ей предъявить не мог. Может он слишком строг и подозрителен к ней? Разве ему самому не хотелось, чтобы она оставила свои мальчишеские замашки и больше походила на девушку? Может быть, просто пришло время повзрослеть и оставить детские забавы? Когда-то Серсея тоже хотела подражать Джейме, стремясь ни в чём не отставать от него. Но Тайвин ей этого не позволил и дочь вскоре позабыла о своих обидах и желании учиться военному делу вместе с братом. Вот и Арья, по началу отвергавшая всё, что обычно нравится девочкам, начала интересоваться чисто женскими вещами. А ведь они так похожи — его дочь и воспитанница. Обе своенравны, жизнелюбивы, не признают никаких авторитетов. И, в тоже время, они такие разные…

Не дождавшись от неё ответа, Тайвин тихо произнёс:

— Аметисты тебе идут.

Выровняв дыхание, Арья глотнула лимонной воды. Идут? Он действительно так считает? Ну, если уж быть совсем честной, камни действительно были очень красивы… Но она привыкла, что такие вещи существовали сами по себе, а она сама по себе. И слышать подобное от наставника было так по-странному… приятно. Взглянув на лорда Тайвина, Арья уловила в его взгляде что-то, что она не могла ни назвать, ни описать… Что-то так похожее на… нежность и… теплоту… И ей самой вдруг захотелось сделать для него что-нибудь хорошее. По настоящему хорошее. И уж никак не врать ему прямо в глаза… Смутившись ещё больше, она уставилась в тарелку, чувствуя, что краснеет как рак…

Видя её растерянность, Тайвин решил больше не акцентироваться на своём подарке — всё-таки она не Серсея. Его дочь привыкла быть в центре внимания и комплиментом её в краску не вгонишь. Арья, по сравнению с ней, ещё сущий ребёнок. Ребёнок, который сегодня сам на себя не похож! Она весь вечер просидела не вставая с места. Что на неё так повлияло? Неужели присутствие этого дорнийца? Он продолжает преследовать её? Давно уже у Тайвина не было столь явного желания избавиться от кого-то! Ещё раз взглянув на притихшую воспитанницу, он вернулся к разговору о банкирах. Арья с явным облегчением подхватила тему, не замечая никого и ничего вокруг. Как и того, что она вновь привлекла внимание столичной гостьи — очередной родственницы Маргери, пожаловавшей на свадьбу...

— Вот видишь! — победно произнесла леди Алантия Хайтауэр.

— Что, матушка? — устало выдохнула Эллен. И зачем только отец привёз её в Королевскую Гавань?

— Ты ничего не заметила?! — возмущению Алантии не было предела. Ну как можно быть такой слепой?! Вот она сразу увидела, как оживилась Арья Старк, стоило Деснице сесть рядом с ней! О, а когда он положил свою руку на её… Бедняжка так смутилась, так потупила взор! Эта чертовка явно знает, как привлечь и удержать мужчину не то что её глупые дочери! Жаль, право жаль, что она раньше и не подозревала, что Тайвин Ланнистер так тяготеет к молодости...

Увлёкшись беседой, Арья окончательно забыла всё, что её беспокоило. Воспоминания о Рамоне растворились в том, что было ей более интересно. Вечер продолжался и она поднялась, с намерением пройтись. Лавируя между гостей, Арья отвечала на приветствия, постепенно приближаясь к чужестранцам. Нет, ни уже известные ей банкиры, ни другие мужчины и женщины, которых она раньше не видела, ни чем не напоминали ей незнакомцев с Драконьего Камня. Те голоса были слишком узнаваемы — здесь они не прозвучали. Сегодня она их не услышала. Как и вчера. Как и все эти месяцы, что пронеслись с момента её возвращения. А может всё это зря? И её расследование и поиски шпионов — просто большая глупость? Может ей следовало тогда уехать с Джендри к Роббу? Вернуться к своим?

Размышляя, Арья вышла на балкон. Уже ставший привычным, пейзаж радовал глаз. Прямо у её ног раскинулось зелёное море садов. Кроны деревьев, переплетаясь друг с другом, нависали над песчаными дорожками и пёстрыми клумбами. За широкой стеной, надёжно оберегавшей покой обитателей королевского замка, наползали друг на друга крыши домов, петляли узкие улочки. И сад, и город, раскинувшиеся перед Арьей, ловили последние лучи вечернего солнца, готовясь ко сну. А за её спиной шумным растревоженным ульем гудела свадьба. Звуки музыки смешивались с хвалебными речами, заздравными тостами, смехом и порой громкими голосами, разгорячённых хмельными напитками столичных гостей. Если бы кто-то два года назад сказал ей, что она сама выберет такую жизнь, добровольно вернувшись в Красный замок, то этот человек не прожил бы и мгновения! Но всё было именно так. Боги посмеялись над ней. И не раз… Как ей хотелось оказаться дома! Но она не знала, как это сделать. И что её там ждёт. Но она по-прежнему Старк! Она вернётся к своим! Вернётся, во чтобы-то ни стало! А пока… — «… Чем больше у нас времени, тем лучше. Если страсти львов и волков поутихнут, надо будет их подбодрить… ». Кто-то очень хочет, чтобы война продолжалась. Но она, Арья, этого не хочет. И у неё есть план. План, который, увы, пока не принёс никаких плодов…

— Леди Арья!

Обернувшись, она увидела принца Оберина. Её мнение относительно Дорна менялось по десять раз на дню. И дело было даже не в её поклоннике. Доводы, приведённые лордом Тайвином и Тирионом, были вполне разумны. Но местью руководит не разум! А в том, что Мартеллы ничего не забыли, она была уверена. Достаточно было посмотреть принцу в глаза. Он напоминал ей коршуна, следящего за своей жертвой. Рамон тоже всегда пристально смотрел на неё. Но с ним всё было иначе. Она его не боялась. С некоторых пор она стала бояться рядом с ним саму себя. Их встреча под деревом испугала её. И она не хотела её повторения. А вот Красный Змей сам вселял в неё страх. От него исходило явное, ни чем не прикрытое ощущение угрозы. Вот и сейчас, под его оценивающим взглядом Арье стало неуютно.

От Оберина не укрылась ни роскошь наряда и украшений, ни холодное, а порой надменное поведение воспитанницы Десницы, делавшее её похожей на своего покровителя. Коснувшись рукой рубинов на запястье и винного шёлка, выглядывавшего в прорезь рукавов, он задумчиво произнёс:

— Не знал, что северяне любят всё алое. Всегда считал, что это цвета Ланнистеров. Вы стали забывать Север, леди Арья Старк?

— Я никогда ничего не забываю! Ни людей, ни событий! И, тем более, Дом!

— Правда? Рад это слышать.

— А Вы, принц Оберин, Вы всё помните?

— Что Вы имеете в виду?

— В этом замке убили Вашу сестру и племянников!

— Это невозможно забыть. И того, кто за этим стоял.

— Только одного человека?

— Я Вас не понимаю.

— Обычно у всего плохого несколько отцов.

— Возможно. Но в этот раз фамилия у всех одна.

— Разве? И так думают все в Дорне?

— О чём Вы?

— Если бы Рейгар Таргариен не предпочёл мою тётю Лианну вашей сестре, войны бы вовсе не было! Старки, Баратеоны, Арены, Талли — всё началось с нас, а закончилось Ланнистерами. Львы и волки — одни историю начали, а другие — закончили!

— … Я так не думаю.

— Хочу в это верить. Всего доброго, Ваше Высочество, — изобразив книксен, Волчица покинула Красного Змея, задумчиво смотревшего ей во след.

— И о чём Вы беседовали? — незаметно подошедший Рамон, подпёр витую колонну встав рядом с дядей.

— О прошлом и будущем.

— Ну, прошлое нам известно. А вот каково будущее? К какому выводу вы пришли?

— У каждого — своё. И я настоятельно тебе рекомендую покинуть столицу, — Оберин не отрываясь смотрел в глаза племяннику.

— Ну, разумеется, я её покину! Я вовсе не хочу здесь жить!

— Один. Без Арьи Старк.

— Это мы ещё посмотрим! — разозлился Рамон.

Когда Арья вернулась в зал, пир был в самом разгаре. Ещё побродив некоторое время среди гостей, она решила, что с неё достаточно. Таинственных незнакомцев с Драконьего Камня среди них всё-таки не было. На сегодня спектакль под названием «воспитанница десницы» можно считать законченным. Она старательно изображала леди, но это ничего не дало — не узнала ничего нового, и никто ею не заинтересовался. Хотя могли бы. Дочь Эддарда Старка и воспитанница Ланнистеров — разве не хорошая наживка для любителя интриг? Но кроме Мартеллов никто не проявил к ней повышенного внимания. А может она не там ищет? Кто сказал, что собеседники с Драконьего Камня были вхожи в высшее общество и лично знали десницу? Это могли быть просто посредники. И искать надо не только среди купцов, торговцев, но и среди мореходов и вольных наёмников? Но как это сделать? Воспитанница десницы может не вызывая подозрений сколько угодно общаться со знатью, но путь в порт и город ей заказан!

Намереваясь уйти, Арья направилась к выходу, но ей это не удалось. Словно из воздуха, рядом с ней материализовалась кузина новой королевы.

— Арья! Какое очаровательное платье! — Алисия Хайтауэр весьма ловко скрывая зависть, излучала дружелюбие. Вернув ей улыбку, Арья заученно ответила:

— Алисия, чудесно выглядишь!

— Дорогая, меня кто-нибудь представит леди Арье?!

С ужасом оглянувшись, Арья увидела надвигающийся кошмар в образе тучной леди, весь сотканный из любопытства и жажды сплетен. Родственница Оленны Тирелл, перегородив ей дорогу, явно не собиралась отпускать свою жертву, пока полностью не натешит своё самолюбие и не узнает всё, что хочет.

Эллен с самообладанием, приобретённым годами дрессировки, выполнила просьбу матери. Маленькие глазки леди Алантии пробежали по Арье сверху вниз и вернулись обратно к лицу.

«Как лошадь на торгах! Осталось только зубы показать!» — взбесилась Арья. Ещё одно такое знакомство и её весьма хрупкий светский лоск не выдержит!

— Ах, какой чудесный вечер, Вы не находите? Я так рада, что наконец-то оказалась при дворе! Какая прекрасная церемония! Я и мои дочери так счастливы! — леди Алантия трещала без остановки.

— Тётушка! — выпорхнувшая из-за стола Маргери, присоединилась к своим родственникам, окруживших Арью плотным кольцом. — Я так рада, что Вам нравится!

— Ваше Величество!

— Ну, что Вы, тётя! — кокетливо заулыбалась Мергери. — Я навсегда останусь Вашей любимой племянницей!

— Рада это слышать, дорогая! — расчувствовавшаяся толстушка готова была пустить слезу. От приторности и слащавости сцены, Арью начало подташнивать. Седьмое пекло! Как же ей от них избавиться?!

— Мы одна семья — Тиреллы! — продолжила Маргери, победоносно окинув взглядом собравшихся.

«Кто-то в этом сомневается!» — фыркнула про себя Арья.

— Да, да! У нас дружная семья! А наши славные традиции! — леди Алантия растроганно коснулась протянутой молодой королевой руки. — Наши праздники! Турниры!

— Ах, турниры! — дружно выдохнули Алисия и Эллен.

— Да, турниры! — внезапно, словно озарённая какой-то идеей, Маргери повернулась к супругу:

— Ваше Величество! В Хайгардене всегда в конце лета, перед долгой зимой устраивали турнир! Было бы так чудесно, если бы и в Королевской Гавани появилась такая традиция!

— Турнир.., — неуверенно произнёс Томмен, машинально ища взглядом мать или деда. Маргери, не дав ему опомниться, тут же взяла бразды управления юным королём в свои руки:

— Да, турнир! Люди устали от войны и хотели бы видеть своих героев! А впереди зима. Всем нужен праздник! Он поднимет настроение, позволит отвлечься от забот! — сияющие глаза Маргери Баратеон, из дома Тирелл, смотрели прямо в испуганные глаза супруга, постепенно обретавшего уверенность. — О, прошу Вас, Ваша Милость!

— Да, да! Конечно! Турнир это замечательно! Мы должны узнать, что скажет десница! И моя матушка! — радостно закивал юный правитель.

«Турнир? Турнир… Турнир!» — слово троекратно отозвалось в мозгу Арьи, оформившись в идею. Это то, что нужно! Во время турнира люди съезжаются отовсюду. Если ты хочешь затеряться в толпе не вызывая подозрений, приезжай во время праздника, а ещё лучше — турнира! Это время, когда благородные лорды и их леди покидают свои замки и спешат на ристалище, оказываясь ближе, чем когда-либо, с теми, кто ниже их по рождению. Турнир — вот то, что нужно Арье!

Почувствовав на себе чей-то взгляд, Арья обернулась. За её спиной стоял лорд Тайвин, как всегда с холодным и невозмутимым выражением лица. Совсем не таким, каким было в этот момент лицо его воспитанницы. Оно буквально светилось! Словно его девочка нашла клад или разгадала самую интригующую и невероятную загадку на свете. Чёрные длинные ресницы трепетали, подобно крыльям птицы. Серые глаза сверкали ярче драгоценных камней. Губы раздвинулись в радостной, полной ожидания чуда улыбке:

— Турнир! — одними губами выдохнула она.

Ей действительно так хотелось увидеть бой рыцарей? Ему казалось, что путешествие в Близнецы отрезвило её, и она больше не живёт детскими иллюзиями о сражениях. Неужели он ошибся? Впрочем, его воспитанница была горазда на сюрпризы и с ней всегда было всё не так просто, как могло показаться на первый взгляд.

— Ну что, доставим радость нашим внукам? — подхватив Тайвина под руку, Оленна Тирелл выжидающе смотрела на него. — У Маргери скоро именины. И Хайгарден всегда пышно отмечал это событие.

— Достойному событию — достойный праздник, леди Оленна.

— Что Вас останавливает? Я слышу скепсис в Ваших словах?

— Кто будет сражаться? Идёт война!

— А Вам какая разница, кто? — королева Шипов выпустила колючку, намекнув на увечье сына десницы. Прославленный рыцарь Ланнистеров был выведен из игры, в то время, как рыцарь Цветов был в прекрасной форме, получив настоящий боевой опыт. — Мы с Вами отлично понимаем, что неважно — кто победит. Важен факт — Семь Королевств ни с кем не воюет, а всего лишь подавляет мятеж. И ничто не мешает нам праздновать свадьбы, именины, проводить турниры.

— Вам трудно возразить, — усмехнулся Тайвин. Ещё каких-то четыре — пять месяцев назад Оленна Тирелл непрерывно злословила по поводу чрезмерности трат на королевскую свадьбу Джоффри и Маргери. А сейчас, готова выкинуть не меньше ста тысяч оленей ради турнира...

Всеми забытая Серсея осушала очередной бокал, глядя как рушится всё, на чём держались её власть и могущество. Одна маленькая сучка вцепилась своими шипами в её сына и управляла им словно марионеткой, другая — в отца. Старуха Тирелл, под стать своей внучке, едва успевшей сесть подле трона, стала решать, что стоит делать, а что — нет. Мерзкие твари! Они ещё «услышат её рёв»! Ланнистеры всегда платят свои долги. Сейчас она вынуждена запивать свою ярость вином. Они это сделают собственной кровью!

====== Глава 1.30. ======

«… никогда не думал, что сказки старой Нэн окажутся правдой.» Дочитав письмо Джона, Арья положила его вместе с остальными. Брат остался единственным из всех Старков, с кем её хоть что-то соединяло, пусть это и была всего-лишь тонкая, невидимая нить, поддерживаемая редкой перепиской. Про Сансу по-прежнему ничего не было известно. А про мать и Робба она вообще старалась не вспоминать, выработав для себя правило — «я подумаю об этом завтра». То есть, когда закончится война или представится подходящий случай.

Мысленно повторив прочитанные строки, Арья нахмурилась. Это письмо значительно отличалось от остальных. Джон вернулся из-за Стены. Вернулся совсем иным, чем уходил. Он видел то, от чего кровь стыла в жилах. И он больше не считал одичалых врагами.

Поёжившись, словно её коснулся живой мертвец, Арья вышла из покоев и тут же окунулась в потоки солнечного света, лившегося сквозь окна и открытые галереи. Краски ясного дня превращали любые угрозы, изложенные на бумаге, в ничто. В дали сверкала и искрилась морская гладь. Пели птицы. Благоухали сады. Благородные лорды и леди наслаждались праздностью жизни. Прислуга сновала, выполняя всяческие прихоти господ. Гвардейцы, как всегда, несли службу на своих постах. Юг продолжал жить собственной жизнью, ни мало не заботясь о горстке мужчин, стоявших между ними и восставшей из ледяного ада смертью.

Спустившись этажом ниже, Арья увидела своего наставника и незнакомцев с королевской свадьбы. Обернувшись, лорд Тайвин слегка кивнул ей, приглашая к ним присоединиться. Женщина и двое мужчин действительно оказались из-за Узкого моря. Они держались перед десницей уверенно и без привычного для обитателей Красного замка подобострастия. Лорд Тайвин представил их как давних партнёров семьи Ланнистер – банкиров, владельцев верфей и многочисленных кораблей. А вот женщину он выделил особо. «Леди Фьора Милано, известный ценитель искусства и меценат!» — с несвойственной ему галантностью произнёс Тайвин Ланнистер, слегка поклонившись гостье с востока. Она была молода, красива и нисколько не смущалась под восхищёнными взглядами, которые на неё бросали её спутники. Арья, не привыкшая слышать комплименты из уст наставника в чей-либо адрес, ревниво разглядывала чужестранку. Красавица-южанка в ярком алом платье с единственным украшением в виде кулона с рубином, лучезарно улыбалась деснице. Её чёрные как смоль волосы, перехваченные серебряным обручем, свободно ниспадали до самой талии.

— А в Королевскую Гавань Вы тоже приехали ради искусства? — не сдержалась Арья. Внезапно чужеземка перестала ей нравиться.

— Ну что Вы! Лорд Тайвин пригласил нас совсем с иной целью. Впрочем, юной леди это вряд-ли интересно, — ответил за красавицу один из её спутников.

— Позвольте, нам самим решать, что нам интересно, а что нет! — тут же с лёгким смешком осадила его леди Фьора. — Вы же не считаете, что место женщины только за вышиванием?

— Ну, все знают, что это не про Вас!

— А что про Вас? — не удержалась Арья, с детским любопытством уставившись на заморскую гостью.

— Дом Милано весьма уважаем в среде банкиров. И именно миледи возглавляет его последние пять лет, — пояснил лорд Тайвин.

— И весьма успешно, смею заметить! — в словах сира Кристофа, представленного как прославленного мореплавателя, звучало неподдельное восхищение.

— Как интересно, — протянула Арья. Ей захотелось поближе познакомиться с женщиной, которая ни от кого не зависела и сама решала, что ей делать.

Слегка прищурившись от яркого солнца, Тайвин поглядывал на Арью. Его девочка заметно воодушевилась. Куда-то исчезли, появившиеся было, напряжение и настороженность. Втянувшись в беседу, она стала милой, раскованной, непосредственной. Чужестранка её явно заинтересовала. Ещё бы! Ведь она так мало походила на домашнюю курицу, ни на что негодную, кроме как высиживать потомство. А именно этим, по мнению Арьи, и занималось большинство благородных леди в своих замках. Судя по всему, во Фьоре Милано она открыла для себя новые возможности.

Беседуя, Арья, лорд Тайвин и гости столицы незаметно дошли до края верхней дворцовой площадки. Со стены открывался вид на город, кишащий как муравейник всё прибывавшими и прибывавшими людьми. Улицы были переполнены — даже сюда доносились крики разгорячённой толпы. Объявленный турнир в честь королевы Маргери привлекал в Королевскую Гавань всё больше и больше народу. Мелкие людские ручейки сливались в реки, угрожая поглотить и саму Королевскую Гавань, и возвышавшийся над ним замок. Разглядывая хаотичное движение происходившее внизу, Арья полюбопытствовала:

— Леди Фьора, а у Вас на родине проводят рыцарские турниры?

— Это не совсем рыцарские турниры, но тоже состязания в смелости и ловкости.

— Надеюсь, Вы не спешите с отъездом?

— Нет. Жаль было бы пропустить такое событие. А вы, похоже, любите турниры?

— Да.., — от Тайвина не укрылась некая заминка. Арья была вынуждена пояснить. — Это так увлекательно. Но разве должен воин погибать перед толпой, когда его жизнь так нужна в другом месте?

— У многих народов в почёте показать всем свою храбрость и силу. Во многом это дань традициям, — с лёгким удивлением произнёс сир Кристоф.

— В Вестеросе это тоже традиция, — согласилась с ним Арья. Особого желания дискутировать на тему турнира ей не хотелось. Ей показалось, что наставник как-то подозрительно посмотрел на неё, когда она пустилась в рассуждения о расточительности воинских сил на потеху толпе в тяжёлое для страны время. Вообще то она имела в виду угрозу из-за Стены. Письмо Джона не выходило у неё из головы. Но сейчас было не место и не время поднимать тему белых ходоков.

Перехватив взгляд своей воспитанницы, Тайвин отступил от края башни. Идея с турниром была не самой лучшей. Глупая трата сил и средств! И ещё Арья… Определённо она что-то задумала! Надо будет отдать соответствующие распоряжения Скопио. А пока… Кивнув, одобряя мысль своей подопечной, он произнёс:

— Не могу не согласиться с леди Арьей. Турнир во время войны — не лучшая идея. Но на самом деле сейчас всё не так плохо, чтобы лишать людей удовольствия видеть своих героев!

Тайвин отметил, как Арья резко вскинула голову, словно хотела что-то сказать, но сдержалась. Нет, определённо она что-то задумала. Пожалуй, стоит сегодня поговорить с ней — вряд-ли она в чём-то признается, но может, ему всё-таки удастся вправить мозги упрямой девчонке? Ему сполна хватило её прошлых подвигов!

Попрощавшись с гостями, десница и его воспитанница направились обратно, в башню. Лорда Тайвина ждали дела, а Арью — очередное занятие с Иларио. Мимо них шумной стайкой певчих птиц промелькнули и исчезли за поворотом фрейлины новой королевы. То тут, то там раздавались смех и весёлые голоса — жизнь в Красном замке налаживалась. Уже давно ни над кем не довлела тень Джоффри. Времена короля с арбалетом остались далеко позади. Первыми перемены оценили дворцовые коты, вальяжно разгуливавшие по коридорам и залам. До недавнего времени, погружённый в траур замок, тихо скорбел по умершему правителю и приходил в себя, привыкая к правителю новому. Все устали от вечного страха, порождаемого то Джоффри, то войной. Свадьба, подарившая новую государыню наполнила всё вокруг яркими красками. Был объявлен турнир. Жизнь налаживалась.

Слегка кивнув в ответ на приветствие повстречавшихся им сестёр Хайтауэр с матерью, Арья не удержалась и спросила наставника:

— А почему Вы согласились на турнир?

— Люди устали. Праздник отвлечёт их от забот.

— Люди.., — протянула Арья. Лорд Тайвин о людях заботится?

— Хлеба и зрелищ — вот, что требует толпа. И ей лучше дать их, пока она не найдёт себе иное развлечение. И это неплохой повод продемонстрировать всем сомневающимся, что несмотря на определённые сложности, в королевстве всё в порядке, — усмехнувшись ответил Тайвин, поглядывая на воспитанницу. Нет, он не зря беспокоится по поводу этого турнира. Его девочка что-то явно задумала. Но что?

Закусив губу, Арья перевела взгляд на раскидистые кусты гибискуса, росшие прямо под окнами. «…определённые сложности…» — не война, не мятеж, а именно так — «определёнными сложностями» назвал её покровитель то, что стоит между ней и её семьёй… Нет, не будет она сейчас об этом думать и цепляться к словам! Повернув голову, она поинтересовалась:

— У нас теперь тоже будет традиция проводить турнир в честь Маргери, как и в Хайгардене?

— В честь королевы Маргери, — поправил её Тайвин. От него не укрылся саркастический тон подопечной. — Вы же теперь подруги, или я ошибаюсь?

— Д-да.., подруги.., — выдавила из себя Арья.

— Помнишь свою пирамиду на берегу?

— Пирамиду?

— Да. Твоё государство, выстроенное из гальки, — улыбнулся одними уголками губ её наставник. — Чем больше твои владения, тем выше пирамида. А чем она выше, тем прочнее должно быть её основание, больше камни. И чтобы они держались все вместе, надо прилагать определённые усилия. И находить новые камни для её укрепления.

— То есть, Вы сейчас всё это делаете для того, чтобы самый большой камень прочнее закрепился на своём месте и ищете новые на Востоке?

— Умница, девочка!

Глядя сверху вниз на свою подопечную, Тайвин видел как она раскраснелась от его слов. Уже столько воды утекло с тех пор, когда он в Харренхолле именно так хвалил её за сообразительность, но ничего не меняется. Она всё та же — не перестаёт удивлять его.Только вот раньше щёки её так не алели... А может во всём виновато яркое солнце и красные цветы у неё за спиной?

Из-за поворота появился Мейс Тирелл. Попрощавшись с Арьей, Тайвин направился в зал малого совета — дела не ждали. Помимо своего нового родственника ему предстояло ещё обсудить кое-что с Оберином Мартеллом. Принц в очередной раз настаивал на встрече с Горой. Тайвин в очередной раз согласился. И в очередной раз направил Клигану послание с приказом продолжить наводить порядок на мятежных землях и быть готовым в любой момент явиться ко двору.

Незаметно пролетевший день плавно перетёк в вечер. Продолжавший жить своей собственной жизнью город всё так же бурлил, принимая всё новых и новых жаждущих как поучаствовать в поединках, так и посмотреть на состязания. В резиденции короля, напротив, дневная суета уступала место романтическому настроению вечера. Коридоры погрузились в таинственный полумрак, разгоняемый мерцанием факелов.

Для Арьи насыщенный событиями день закончился неожиданным приглашением от лорда Тайвина на ужин. Так поздно они встречались крайне редко. А ужинали вообще впервые. Впереди предстояла долгая ночь. Её покровитель никуда не торопился — и их беседа протекала размеренно и неторопливо. Они успели поговорить о многом: о гостях, строивших лучшие корабли, об оружии, о банках и золоте.

Устроившись поудобнее, Арья поинтересовалась у наставника:

— Союз с Дорном — он нам нужен?

— Когда-то именно Дорн смог противостоять драконам. Сейчас, когда угроза вторжения возникла вновь, такие союзники более чем полезны.

Помолчав некоторое время, она задала вопрос, мучивший её уже давно:

— Смерть Элии Мартелл и её детей — насколько она была необходима?

В повисшей тишине, Тайвин спокойно рассматривал свою подопечную.

— Ну, а ты сама, как думаешь? — слегка склонив голову вперёд, поинтересовался он.

— Смерть невинных всегда чудовищна!

— С этим трудно поспорить. Ну, а всё-таки?

— Я не знаю…

— Не знаешь? — зелёные глаза гипнотизировали, неумолимо требуя ответа.

— Не знаю…

Подождав ещё немного, Тайвин налил себе вина и тихо произнёс:

— Дети имеют особенность вырастать, — отпив из бокала, он вновь выразительно посмотрел на свою воспитанницу, словно призывая самой сделать вывод из начатой им фразы.

— И Дейнерис Таргариен выросла, как того и следовало ожидать.., — подняв побледневшее лицо, одними губами прошептала Арья.

— Да, она выросла. И угрожает тем, кто занял трон, принадлежащий ей по праву рождения.

Нервно теребя салфетку, Арья никак не хотела мириться с жестокой правдой слов своего наставника. Она с детства привыкла слышать «цареубийца» и «убитые по приказу Тайвина Ланнистера дети Таргариенов», презирая и осуждая людей, сотворивших это. Она никогда не задумывалась над тем, что стояло за борьбой за власть. Какие неминуемые жертвы должны были быть принесены, когда трон переходит от одной династии к другой. И вот, получается, сама жизнь даёт ей наглядный урок — что бывает, когда дети свергнутых правителей остаются в живых. Ну, а если бы Джейме не убил Безумного короля, что тогда?

— А что случилось бы, если бы Безумный король остался жив? — подняв голову, она задал новый вопрос своему собеседнику. — Он казнил бы Вас?

— Он казнил бы всех. Сжечь всех — единственное, что он говорил в последние годы. И делал.

— И Вы казнили его внуков.

— Дети и внуки правителей — не просто мальчики и девочки. Это символ власти, претенденты на престол. Оставляя их в живых, победитель оставляет шанс сплотиться вокруг них всем недовольным его правлением и, в итоге, всё потерять.

Откинувшись на спинку стула, Тайвин наблюдал за своей подопечной. Его девочка по-прежнему задумчиво перебирала край салфетки. За то время, что он знал её, она сильно изменилась и одновременно осталась той самой девчонкой из Харренхолла. В ней непостижимым образом сочетались наивность и расчётливость, граничащая с жестокостью. Беспощадность и умение прощать. Детская вера и прозорливость. Уроки с Иларио не пропали даром — сегодня во время беседы с восточными гостями он гордился ею — она показала себя истинной воспитанницей Десницы короля. Да и на свадебном пиру, похоже, сильно шокировала Кивана, пустившись с ним в дискуссию о кредитной политике. Нет, бесспорно, он может быть доволен результатами своих усилий по воспитанию новой Старк по образу и подобию Ланнистеров. Тех Ланнистеров, которых он всегда рисовал в своём воображении — сильных, гордых, независимых, знающих цену себе и окружающим, способных до последнего отстаивать интересы львиного прайда. И, увы, которых он не находил среди людей, носящих эту фамилию по праву рождения. Но его девочка была не так проста — их совместный путь к его мечте ещё очень и очень долог! И всё-таки, седьмое пекло, что она задумала с этим турниром?!

А Арью не отпускало чувство горечи и опустошённости — многое, во что она верила, в очередной раз оказалось пустым. Всю жизнь сострадание, милосердие, долг и честь не имели для неё сослагательных наклонений. Они были — и всё. Так научил её отец. И вот, выходит, что всё зависит от угла зрения — стоит сместиться в ту или иную сторону, и всё предстаёт в ином свете: дети могут оказаться не просто детьми, а потенциальной угрозой, которую надо устранять, если хочешь мира и процветания. А это несовместимо с честью. И сама честь, да и долг становятся весьма размытыми понятиями, если ты присягал тому, кто лишился рассудка.

Отложив наконец салфетку, Арья перевела разговор на то, что взволновало её ещё с утра:

— Милорд, я получила письмо от Джона. Он пишет про удивительные и страшные вещи.

— Я в курсе.

— И что Вы думаете делать?

— Легенды Севера — всего лишь легенды. И нам они не страшны.

— Если всё так, как описывает мой брат — то… Я знаю Джона. Он не из тех, кто паникует по мелочам.

Арья внимательно смотрела на наставника. Лорд Тайвин молча сидел напротив неё, сцепив пальцы перед собой и плотно сжав губы. Мало кто мог сказать, что у него на уме. Но за время, проведённое подле десницы, она научилась улавливать его настроение, мысли и отношение к ситуации. Если относительно предыдущей темы у него было чёткое мнение и твёрдая позиция, то сейчас он колебался. Ему явно не хватало информации. Жизненный опыт с одной стороны рождал определённый скептицизм относительно всего, что касалось тайн за Стеной, с другой стороны, тот же самый опыт не позволял ему просто так отмахнуться от того, о чём ему регулярно сообщали из разных источников. Арья могла бы напомнить наставнику о поездке Тириона на Стену и о его уверенности, что опасность реальна. Но она этого не сделала. Ей так не хотелось, чтобы хоть что-то развеяло ту особую атмосферу, которая установилась за столом.

Ещё больше сгустившиеся сумерки окутали сады и башни Королевского замка. Пробравшаяся на террасу мгла вела неравную борьбу с тёплым светом свечей. Их неровное пламя трепетало на ветру, отвоёвывая у надвигавшейся ночи основания витых колонн, ажурную лепнину перекрытий, плиты каменного пола, раскидистые цветы в вазах, стол, с расставленными на нём яствами и двух людей, засидевшихся за ужином. Девушка, подперев рукой подбородок, мечтательно смотрела вдаль на морскую гладь, рассыпавшиеся по небу звёзды и луну, то прячущуюся, то выныривающую из-за облаков. Мужчина, откинувшись на спинку стула, молча потягивал тёмное вино, наслаждаясь каждым глотком. Установившуюся на террасе тишину нарушали лишь шёпот далёкого прибоя и стрекот цикад в саду. Ароматы цветов смешивались с вином и корицей.

Слегка повернув голову, Арья из-под полуопущенных ресниц посмотрела на лорда Тайвина. Расслабившись, он никуда не спешил. Обычно их дневной обед заканчивался гораздо быстрее, стремительно перетекая в продолжение рабочего дня Десницы. Сейчас он не принадлежал никому — ему не надо было возвращаться к очередным указам и донесениям, его не ждал совет, король, послы, шпионы. Сейчас он принадлежал сам себе и… ей… Ночь и неровное пламя свечей сгладили всегда жёсткие черты, спрятали морщинки, стёрли почти невидимую грань между серебром седины и золотом его волос… Только глаза оставались такими как и всегда — зелёными с яркими искорками, обычно холодными, но теплевшими только для неё одной… И блеск камней на его перстне со львом, так же как и знаке власти на его груди были неизменными.

У Арьи появилось ощущение, что она медленно, но верно идёт ко дну. Но делать что-либо ради своего спасения она не хотела. Ей хотелось только одного — чтобы эта ночь никогда не кончалась…

— Пожалуй, пора спать, уже поздно, — поднявшись, лорд Тайвин подошёл к Арье. Растерянно повернув голову, она не понимала, что происходит — зачем спать? Эта ночь так чудесна, и им так хорошо вдвоём — ей и ему, она в этом уверена!

Протянув руку, десница помог Арье встать, отодвинув стул. От его мимолётного прикосновения у неё закружилась голова. Захотелось остановить его, прошептать: «Ночь так длинна, нам ещё столько нужно обсудить!». Но вместо этого, она согласно кивнула:

— Спокойной ночи милорд. Хороших снов.

— И тебе сладких снов! — мягко ответил лорд Тайвин.

Улыбка, рождённая теплотой в его голосе, не покидала Арью, пока она возвращалась к себе. Появившееся ощущение присутствия в коридоре постороннего, было тут же позабыто. Продолжая хранить воспоминания тепла мужской руки, она не замечала ничего вокруг. Как не заметила и тени, отделившейся от стены. Некто, без явного желания быть обнаруженным, не отрываясь, смотрел в след удалявшейся Арье Старк, покинувшей покои десницы короля после часа волка.

====== Глава 1.31. ======

Лавируя между людьми Арья и Зара Сент пробирались к трибунам. Турнир, о котором столько говорили — начался!

Воздух, казалось, вибрировал от возбуждения, охватившего Королевскую Гавань. На улицах было не протолкнуться, от людей, ищущим нескончаемым потоком. Кого здесь только не было: горожане и гости столицы, съезжавшиеся из самых дальних уголков Семи Королевств, купцы и бродячие актёры, прославленные воины и те, кому впервые предстояло сразиться за приз.

На подходе к ристалищу шумела разгорячённая толпа. Отовсюду неслось бряцание оружия, ржание лошадей, голоса рыцарей и их оруженосцев. Всё прибывавшие и прибывавшие зрители спешили занять свои места. Торговцы и зажиточные горожане — скромные, на отдалении. Благородные лорды и их леди — поближе к королю.

Зара недовольно поглядывала на свою подопечную — вот-вот должны были объявить первый бой, а она всё никак не могла угомониться! Арья хотела быть везде и сразу: поглазеть на рыцарей и лошадей, выставленные знамёна, палатки, место для стрельб и ещё чёрт знает на что! В девчонку словно бес вселился — лицо раскраснелось, глаза блестели, голос возбуждённо звенел. Охрана едва поспевала за ней. Из-за неё они не успели дойти до своих мест и оказались в весьма скромной компании провинциальных приезжих. Впрочем, Арью Старк это нисколько не смутило. Отмахнувшись от слов Зары, она лишь заметила, что и отсюда будет видно, как один рыцарь вышибет другого из седла, а что до вручения приза — то это самая скучная часть турнира и она её совсем не волнует.

Усаживаясь поудобнее, Арья возбуждённо улыбалась — всё получилось как нельзя лучше. Ни у кого не вызвал удивления её интерес к происходящему. Она беспрепятственно обошла всю площадку, рассматривая скромные палатки и роскошные шатры. Застряла рядом с развешенными знамёнами участников, то и дело отвлекаясь на всё прибывавших и прибывавших рыцарей. Она и сама не заметила, как позабыла про свой тайный замысел —поиск заговорщиков. Великолепное оружие, сверкающие доспехи, боевые кони — всё было так невероятно интересно!

Вот и сейчас, сидя на трибуне, она чуть ли не пританцовывала от нетерпения, пытаясь совместить приятное с полезным. Арья намеренно отказалась от отведённого ей места — искать незнакомых людей подле трона бессмысленно. Если уж таинственные гости и появятся на турнире, то они постараются затеряться в толпе. За весь день она не услышала и не увидела никого, кто мог хоть немного напомнить собеседников с Драконьего Камня. Но она и не отчаивалась — турнир только начался и продлится ещё неделю. А пока она вместе со всеми радостно приветствовала проезжающих мимо рыцарей.

Покрутив головой, Арья заметила сестёр Хайтауэр сидевших вместе с матерью. Леди Алантия с трудом скрывала неудовольствие, оказавшись столь далеко от своей коронованной племянницы. Увидев Арью, она тут же энергично ей закивала, явно успокоившись — уж если воспитанница десницы оказалась чуть-ли не на галёрке, то всё не так плохо!

Наконец, появились король и королева. Взявшись за руки, они прошла под тент, натянутый над их креслами. За спиной Томмена встал сир Джейме. Серсея расположилась по соседству. Большинство присутствующих было лишено такой роскоши и жарилось под нещадно палившим солнцем. Скользнув взглядом по соседней трибуне, Арья отметила Оленну Тирелл и её сына Мейса. На противоположной стороне справа от короля разместился лорд Тайвин, сир Киван и уже знакомые ей гости с востока. Кристоф Арбор и его друг о чём-то беседовали с братом лорда Тайвина, а Фьора Милано полностью завладела вниманием Десницы. Склонив к нему голову, она о чём-то говорила ему, слегка помахивая веером. Павлиньи перья то и дело заслоняли Тайвина Ланнистера и его собеседницу от любопытных взоров. Но и тех кратких мгновений Арье хватило, чтобы уловить интерес, с которым слушал её! наставник эту женщину. Лёгкий наклон головы, едва заметное шевеление губ, внимательный взгляд, устремлённый на красавицу-чужестранку. Чужестранку, занявшую место, принадлежавшее только ей! Ей одной!!!

Настроение вмиг испортилось. Стараясь не смотреть в их сторону, Арья сосредоточилась на происходящем на арене. Но все события каким-то образом проносились мимо неё. Машинально она отметила победу молодого Тарли. А вот сир Топпальд — проиграл. Очередные противники выехали на позиции. Кто-то ей совсем не известный и не интересный. Её взгляд то и дело возвращался к Деснице и его спутнице. Они оба казались увлечёнными беседой, прерываясь только на аплодисменты для очередного победителя. До боли сцепив пальцы, Арья вновь попыталась следить за поединками, но у неё это плохо получалось. Трибуна, соседствовавшая с королевской, притягивала её гораздо сильнее. Выезд сира Лораса под радостные крики толпы не вызвал у неё ни малейшего интереса. Как и его очередная победа. Даже не повернув голову в сторону рыцаря Цветов, она кусала губы в кровь, замерев подобно статуе. Неизвестно откуда появились тоска, злость, отчаяние и ощущение полного бессилия…

Один рыцарь сменял другого. Но Арью это перестало интересовать. Взревевшая толпа приветствовала очередного героя девичьих грёз, на которого она даже не обратила внимания. Ей было не до него. Внезапно, вместо восторженных криков воцарилась звенящая тишина. Подняв глаза она увидела, прямо перед собой нежные лепестки зимних роз... Недоумённо оглянувшись, Арья поняла, что все взоры устремлены на неё. В том числе и её дорнийского поклонника, восседавшего на своём боевом коне прямо перед ней. Да… как… он… смеет…?! Он, так нагло ворвавшийся в её жизнь и не перестававший преследовать её даже на турнире на глазах у всех!

Вспыхнув от негодования и возмущения, Арья подалась вперёд с намерением схватить этот веник и швырнуть его наглецу прямо в голову.

— Арья! — прошипела Зара, вцепившись в руку своей подопечной и удерживая её изо всех сил. — Вспомни, кто ты! Не вздумай!

Зрители, почуяв скандал, не отрываясь, смотрели на Рамона Мартелла и воспитанницу Тайвина Ланнистера. Цветы продолжали трепетать на ветру, ожидая своей участи. Словно прилипшая к скамье, Арья Старк не шевелилась. Одетый в броню всадник, под прокатившийся по трибунам вздох восторга, заставил своего коня поклониться выбранной им даме сердца.

— Арья! — ещё сильнее сдавив руку своей ученицы, Зара слегка подтолкнула её в сторону мужчины и его вороного, замерших в почтительном ожидании. — Бери же, наконец!

Протянув руку, Арья взяла розы. Склонившись ещё ниже, Рамон и его конь приветствовали свою леди. Взорвавшаяся восторженными криками толпа обрела нового кумира — виртуозного наездника и галантного рыцаря, рискнувшего сражаться во имя воспитанницы Десницы короля!

Почувствовав на себе пристальный, гипнотический взгляд, Арья повернула голову в сторону главных трибун. Даже отсюда ей было видно, как золотистые искорки в зелёных глазах её наставника превратились в холодные льдинки, не предвещавшие ничего хорошего. Судорожно вздохнув, она уставилась на лежавшие у неё на коленях затейливо переплетённые серебристой лентой цветы. Зимние розы — точно такие же, какие когда-то получила Лиана Старк. И с которых началась очередная война унёсшая жизнь Эйриса Таргариена, его сына Рейгара и его невестки Элии из дома Мартелл…

— Кто-то играет с огнём! — тихонько прошептала леди Тарли мужу.

— Со Львом, ты хочешь сказать?

— Восхитительно! Кто мог такое предсказать! Этот турнир становится всё интереснее и интереснее! — воскликнула леди Хайтауэр, тут же получив пинок от Эллен.

— Мама, умоляю, не так громко! — прошипела девушка.

— Да, да, я понимаю, — заговорщицки понизив тон согласилась Алантия, — на глазах у всех делать такие знаки внимания даме сердца сама знаешь кого!

— Мама!!!

— Дорогой, — сжав пальцами локоть принца Оберина, Элария с тревогой вглядывалась в его помрачневшее лицо.

— Всё нормально, — нежно приобняв любимую, ответил дорниец, — я не делаю глупостей… В отличие от некоторых…

— Арью выбрали дамой сердца! — улыбнулся юный король, искренне радуясь за девушку.

— Чудесно! — подхватила его слова Маргери Баратеон. Прищурившись, она наблюдала за рывком Арьи, больше похожим на агрессивный выпад в сторону противника, нежели на смущенную радость юной девы. И последовавшее затем долгое ожидание и, наконец, принятый ею знак внимания. Пробежав глазами по трибунам, она отметила оживившуюся толпу и интерес, вспыхнувший в глазах высокородных леди и лордов наравне с простолюдинами. Особенно её «порадовала» тётушка Алантия, которую в очередной раз пытались урезонить Эллен и Алисия. Но не у всех происходящее, давшее новый повод для сплетен, вызвало радость. От неё не укрылось напряжение принца Оберина и его спутницы, и молчание, повисшее на трибуне по соседству. Она готова была поклясться, что угол рта лорда Тайвина непроизвольно дёрнулся. Сир Киван, не выдавая каких-либо эмоций, перевёл взгляд на брата. На лице Джейме отразились тревога и настороженность. И только одна Серсея иронично улыбалась, высокомерно вскинув голову.

Вжавшись в скамью, Арья кожей чувствовала на себе любопытные взгляды и шёпот, гуляющий по трибунам. Она уже привыкла быть в центре внимания, но к такому она не была готова! У неё появилось ощущение, что она оказалась голой посреди толпы. Не зная, куда деться от назойливых взглядов, она ещё ниже опустила голову.

Тёплая рука дорнийки нащупала её ладонь и тихонько сжала:

— Всё хорошо! Это просто знак внимания! Веди себя естественно. Ты никому ничего не должна! Быть дамой сердце рыцаря на турнире – эта такая же роль, как и любая другая, которую женщина играет на протяжении жизни, — тихий шёпот Зары успокаивал, приводил мысли в порядок.

Выдохнув, Арья вскинула голову. И действительно, ничего не случилось — этот нахал в очередной раз приблизился к ней, только на этот раз прилюдно и излишне вызывающе. Пусть толпа развлекается – разве волка может интересовать мнение овец! Благосклонно кивнув Рамону Мартеллу, она одарила его лёгкой улыбкой королевы турнира. Под восторженный рёв зрителей её рыцарь, снова заставил коня склониться перед ней. На этот раз Арья выдержала взгляд едва ли не сотен глаз вновь устремившихся на неё. С гордой осанкой и цветами, лежавшими на коленях, она ждала начало боя. Рамон и его соперник сближались трижды, пока, наконец, дорниец не выбил сира Бредбери из седла. Наградив победителя подобающему случаю сдержанными аплодисментами Арья выдохнула — напряжение, сковавшее её в начале, стало отпускать. Возможно, оно было связано с чересчур повышенным вниманием к её персоне, а возможно и с тревогой за жизнь дорнийского нахала…

Выиграв схватку, Огненный Змей поклонился собравшимся, кинув долгий взгляд на отдалённую трибуну с девушкой, что держала в руках зимние розы. Оказавшись у себя в шатре, он наткнулся на Оберина Мартелла. Лицо дяди было мрачнее тучи и не предвещало ничего хорошего. Впрочем, он этого ожидал.

— Как это понимать? — вопрос последовал незамедлительно.

— Если ты о моей избраннице, то я, думаю, что это для тебя не новость.

— Не новость. Но я надеялся на твоё благоразумие. Ты забыл, кто она?

— Я всё помню.

— Хорошо, — взгляд принца Дорнийского был тяжёл. Никто из них на память не жаловался. И оба помнили, кто покровительствовал девушке. И о том, что случилось на Харренхольском турнире.

— Тогда почему эти розы?

— Я не знаю.

— Не знаешь?!

— Розы были другими. Алыми.

Уже сидя в седле, Рамон подал знак оруженосцу. И, когда в замен своих цветов, получил эти, выбор у него был не большой — выбросить букет при всех и отказаться от мысли провозгласить Арью Старк своей дамой сердца или выехать с тем, что было. Он выбрал последнее.

Оберин недобро усмехнулся. Похоже, кто-то очень смелый, одновременно решил подёргать и льва, и змею за хвост! Ему подобные игры не нравились. Ему вообще никакие игры не нравились. Он должен сделать то, ради чего он приехал в этот мерзкий город. И он не нуждается ни в чьих понуканиях и сомнительной помощи. Чтобы не произошло, но голова Рамона должна остаться на плечах. А он, похоже, всеми силами стремится её лишиться…

Первый день турнира подошёл к концу. Окончательно успокоившись, Арья, как и советовала ей Зара, продолжила играть роль благородной юной леди, воспитанницы десницы короля. Продвигаясь к выходу, она снисходительно улыбалась, отвечая на приветствия знакомых. Всего лишь очередной день среди сплетников и интриганов — ничего особенного. Ей не привыкать.

— Леди Арья! — нежный голос Фьоры Милано жестоко вернул её в реальность сегодняшнего утра. Последние события вытеснили, всё что было связано с чужестранкой. Но от этого она не перестала существовать. Ни она, ни Тайвин Ланнистер. И ни их образ, тут же услужливо подсунутый ей памятью. Замерев, Арья заставила себя ответить:

— Добрый день, леди Фьора!

— Как я рада, что осталась на турнир, — улыбаясь, промолвила красавица. — Наши игры порой бывают более жестокими. И уж точно никто не славит прекрасных дам!

Кивнув на розы, Фьора, слегка склонившись, произнесла, кокетливо поглядывая в сторону своего соотечественника:

— Мой дорогой Кристоф в чём только не побеждал, но ни разу не сделал это ради меня!

— Прекрасный цветок моего сердца, я немедленно заявлюсь на турнир, дабы славить Ваше имя! — тут же откликнулся мужчина, пылко сверкнув глазами.

— Нет! — задорно рассмеялась леди Милано. — Эти турниры столь чужды нам, что я боюсь, Вы рискуете не дожить до свадьбы!

— Так вы женитесь?! — чуть не подпрыгнув, Арья распахнула глаза.

— Да, через три месяца. Будем рады видеть Вас на торжестве!

— Примите мои поздравления!!!

Огромное, ни с чем несравнимое счастье накрыло Арью волной, расплескалось до самых краёв её души и было готово поглотить всех, кто стоял рядом. Радостно рассмеявшись, она улыбалась Фьоре, Кристофу, проходившим мимо лордам и леди, рыцарям, солнцу, ветру и небу…

Обернувшись на заливистый смех, Тайвин увидел свою подопечную. Его девочка стояла, излучая счастье и ничем не прикрытую радость. Глаза искрились, на губах играла улыбка, ветер шевелил её волосы и шелка платья… А руки трепетно прижимали к груди зимние розы, подаренные Рамоном Мартеллом…

====== Глава 1.32. ======

Неделя пролетела незаметно. Турнир близился к концу. Столица, воспрявшая после потрясений последних лет, радовалась празднику, словно малый ребёнок. На рынках и площадях, в доходных домах и борделях, среди знати и простолюдинов бурно обсуждались все победы и поражения. Не менее бурно, чем избрание Рамоном Мартеллом Арьи Старк своей дамой сердца. Своими выступлениеми он подтвердил славу непобедимого бойца. Не слишком уважаемый в Дорне рыцарский бой, давался ему на удивление легко. Три победы были уже одержаны. Огненному Змею предстоял четвёртый поединок.

Придя в себя от волнений первого дня, Арья вернулась к прежним планам поиска шпионов. Но теперь её задача значительно осложнилась. Если раньше она была известна в основном среди обитателей Красного Замка, то сейчас её знала каждая собака в Королевской Гавани. Стоило ей появиться на людях, все тут же оборачивались в след воспитаннице Десницы, ставшей дамой сердца дорнийского рыцаря. Так называемые подруги лезли с советами и расспросами, не оставляя её в покое ни на минуту. Злость и раздражение, всякий раз закипавшие в ней при виде Рамона усилилась десятикратно — этот нахал спутал все её карты! Выставил на посмешище, вызвав недовольство лорда Тайвина! Хоть с наставником Арья и не обсуждала события на турнире, она нисколько не сомневалась, что он явно не одобрил фривольность, допущенную Огненным Змеем. Десница не любил, чтобы члены его семьи оказывались в центре внимания подобным образом. А Арья уже привыкла себя ощущать полноценной частью если не его семьи, то уж точно ближнего круга. И ещё её волновало то, что ей преподнесли зимние розы, точно такие-же, как и Лианне Старк. Было ли это случайностью — она не знала...

Поправив причёску, она вышла из покоев, намереваясь присоединиться к Маргери, настоятельно просившей сопровождать её сегодня. Арья не возражала. Все и так на неё пялились. Хоть приставать с расспросами будут меньше — всё-таки трибуна семьи короля, а не галёрка, как в первый день.

Для завершения турнира она заказала яркое алое платье из квахорского шёлка. Её чёрные волосы были перехвачены золотой лентой и слегка закручены сзади, ниспадая волной на плечи и спину. Чуть более откровенное, чем обычно, декольте, руки в разрезах до локтей — она выглядела как истинная дама сердца благородного рыцаря. Образ дополняла тонкая цепочка из золота, дважды обвивавшая шею и свободным концом спускавшаяся в ложбинку на груди.

— Милая, выглядишь очаровательно! — лёгким поцелуем Маргери коснулась её щеки и оценивающе пробежалась по ней взглядом.

— Вы очень красивы, тётушка! — искренне согласился Томмен. Гораздо более искренне, чем его супруга.

Арья недовольно покосилась на короля. С недавних пор он взял манеру называть её тётей, хотя никакого родства между ними не было. В отличие от Тириона, он делал это не шутливо, а вполне всерьёз, чем вызывал явное раздражение Серсеи.

Поездка по городу заняла много времени. Народ то и дело останавливал кортеж приветственными криками. Маргери в свойственной ей манере не упускала ни малейшей возможности поприветствовать толпу. Томмен ни в чём не отказывал своей супруге, глядя на неё влюбленными глазами. Отовсюду неслись крики:

— Да здравствует король Томмен! Слава королеве Маргери!

— Звезда, Звезда Севера! Волчица!

— Что это? — удивилась Арья.

— Ты не слышала? Про тебя слагают песни! — прищурившись, произнесла Маргери, привычно изобразив восхищённо-покровительственную улыбку.

— Вы теперь знаменитость Королевской Гавани! — радостно сообщил Томмен.

— Я к этому не стремилась, — отрезала Арья.

Жестом подозвав менестреля, Маргери протянула ему монету. Подхватив серебряного оленя, мальчик мелодично запел:

Рождённая среди лесов и льда,

На юг явилась с севера звезда.

Взращённый Львом, прекрасный зверь

Забыл про вьюги и метель.

И гордый Змей Волчицей покорён —

Венок из зимних роз протягивает он,

Кто в этой битве победит — лёд, оказавшийся на юге,

Иль пламя Дорна, что в крови горит?

Прикрыв глаза, Арья в ужасе слушала певца. Нет, это просто ... невозможно! Про неё слагают песни, за неё сражаются на турнире — она, что — Санса?! Всё это хорошо для её сестры, а не для неё, Арьи! Да какого ... происходит?! Совсем уж не подобающие слова готовы были сорваться с её языка. Ей хотелось заткнуть уши, но она вынуждена была сидеть рядом с королевой с прямой спиной, словно кол проглотив, и милостиво улыбаться мальчику, так старавшемуся их порадовать и зароботать монетку.

По пути следования кортежа мелодия не отпускала её, раздаваясь то тут, то там. По популярности она могла соперничать лишь с «Рейне из Кастамере». Лорд Тайвин будет «в восторге»! Не пройдёт и недели, как она разнесётся по всему Вестеросу. И с этим было уже ничего не поделать. У Арьи перед глазами встали лица матери и брата, когда она всего лишь пыталась сдержанно рассказать про Королевскую Гавань. Она хорошо помнила, какую реакцию вызывало одно лишь упоминание о Ланнистерах. А что будет теперь, когда её откровенно воспевают как Волчицу взращённую Львом и позабывшую Север?!

Наконец они добрались до ристалища. Заняв свое место на трибуне, Арья выдохнула, решив, что получила передышку, но не тут то было. Вездесущая леди Хайтауэр поспешила поприветствовать королеву и её спутницу:

— Вы так прекрасны сегодня, леди Арья! Истинная Звезда Севера!

— Благодарю! — сквозь зубы процедила Арья. Отвернувшись, она принялась разглядывать знамёна, едва колышаещиеся под дуновением ветерка. Узрев дорнийское солнце, Арья раздражённо отвела взгляд — если бы не ... этот, ничего бы не случилось! Никаких дурацких песенок и никому не нужной славы! Да и чувствовала себя Арья намного свободнее бы. Может и заговорщиков нашла.

Разозлившись ещё больше, она принялась изучать соседнюю трибуну. Редвины, Хайтауры, Честеры — все как на подбор сплошь лизоблюды и приспешники Маргери и леди Оллены. И как среди них затесался Рендил Тарли? Наверное лорд Мейс его затащил, усадив рядом с собой. Вон как вцепился в него и что-то вещает! Прям как пиявка!

Фыркнув про себя, Арья скосила глаза правее и увидела лорда Тайвина. Он тоже заметил её и слегка кивнул. Арье показалось, что даже улыбнулся. Похоже, он вовсе не сердится на неё! На душе сразу полегчало — тут же захотелось узнать сколько ещё ждать начало —  ведь король-то уже здесь! И тут герольды, объявившие начало представления участников завершающего дня, ответили на её вопрос — скоро, совсем скоро первый бой!

Рыцари, медленно двигавшиеся вдоль трибун, замирали перед королевской ложей, приветствуя Томмена и Маргери. Как всегда, Рамон Мартелл и Лорас Тирелл вызвали наибольшее оживление. Стоило им появиться, как всё вокруг утонуло в овациях. Успоившись и взяв себя в руки, Арья была уже готова к появлению своего поклонника. И он её «не разочаровал», преподнеся очередную небесно голубую розу. Впрочем, как и жених Серсеи Ланнистер. Бывшая королева-регент получила свою розу — розу Тиреллов.

— Восхитительно! Дочь и воспитанница Тайвина Ланнистера посылают своих поклонников в бой! — Алантия Хайтауэр заёрзала от нетерпения на скамье, едва не опрокинув Оленну Тирелл. Недовольно выдохнув, Королева Шипов покосилась в сторону двух прекрасных дам доблестных рыцарей:

— Да. Лорас сражается во имя своей невесты. Как же иначе, — скептически констатировала она.

— А во имя Северной Звезды — дорнийский принц! Ах! — склонившись к её уху, Алантия возбуждённо зашептала. — Это так символично! Борьба Львицы и Волчицы Ланнистер за место подле Льва перешла на арену!

— Алантия, умоляю…

— А что я такого сказала? Всем и так известно, что Арья Старк заняла место Серсеи, став любимицей лорда Тайвина!

«Даже если это и так, то это место надо ещё суметь удержать!» — подумала Оленна, переведя взгляд на застывшую Серсею. Хищная улыбка, блуждавшая на красивых губах, не предвещала ничего хорошего. Никому. Впрочем, Арья тоже не светилась от дружелюбия. Холодная Северная Звезда, Волчица. Людская молва была права. Ещё одна хищница. И, надо признать, весьма красивая. Маргери и её кузины просто глупы, по прежнему считая её неуклюжей и неказистой.

Слегка прищурившись, Оленна присмотрелась к девушке, сидевшей недалёко от её внучки — высокомерный взгляд, гордая осанка. Сложенные на коленях руки держали голубую розу. А ещё они могли держать меч и кинжал. Опасная хищница! Опасная, красивая, дерзкая хищница подле Тайвина Ланнистера. И вчерашняя девочка уже явно не столь наивна в искусстве манипуляции мужчинами. Одна её жертва готова вышибить из седла наследника Хайгардена, а вторая, судя по всему, никто иной, как Десница короля. Неспроста её наряд, украшения, причёска — точная копия образа чужеземки, единственной женщины, к которой Тайвин Ланнистер проявил явный интерес за долгие, долгие годы. Нет, Маргери не следует портить отношения с подопечной лорда Тайвина. Не даром говорят – держи друзей рядом с собой, а врагов ещё ближе. А Арью Старк лучше иметь среди друзей, в этом Оллена не сомневалась, —  в отличие от своей внучки. Да, похоже, эта девушка уже не только ключ к Северу, но и ключ к деду короля...

— Ты со мной не согласна? — обиделась, не дождавшись ответа Алантия.

— Дорогая, — похлопав родственницу по руке, мягко улыбнулась Оленна. — Я что-то запамятовала, когда ты возвращаешься домой?

— Я пока не решила! — опешила Алантия.

— Правда? А я почему-то уверена, что ты намеревалась уехать сразу после турнира! Сразу. То есть завтра утром… Жаль, что мы так скоро с тобой попрощаемся. Ну, ничего не поделаешь. Так насладимся турниром! — повернувшись к арене, Оленна боковым зрением видела, как обиженно опустились углы рта её не слишком понятливой, но слишком говорливой родственницы.

Прозвучавший звук трубы послужил сигналом к началу очередного поединка. Восторженная толпа взревела и затихла в предвкушении главного сражения — по разные стороны ристалища выехали рыцарь Цветов и Огненный Змей.

Сама не заметив, Арья судорожно сцепила пальцы. Надвинув забрала, противники опустили турнирные копья. Привычное движение, и лошади понеслись вдоль барьера… Кр-р-р-ахх… Жёсткий звук удара затуплённого конца о сталь доспехов огласил окрестности. Казалось, что только чудо удержало обоих всадников в седле. Под восторженные крики они разъехались по разные стороны ристалища, чтобы встретиться вновь.

Сжимая ледяными руками розу, Арья почти не обращала внимания, на острые шипы впивавшиеся в её ладони. Все противники, с которыми до этого имел дело Рамон, были жалкими неумехами по сравнению с Лорасом Тиреллом. И Рыцарь Цветов, посвятивший себя искусству турнирных игрищ, не мог себе позволить опозориться перед сестрой-королевой, львицей-невестой и собственной семьёй. А значит, схватка будет не на жизнь, а на смерть.

Тревожно покусывая губу, Арья ничего не замечала вокруг, следя за вторым сближением рыцарей. И снова кр-рр-р-ахх… Восторженный вздох толпы и аплодисменты мужчинам, удержавшимся в седле. И снова в установившейся тишине слышен только ритм галопа, набирающих скорость коней … Крр-а-а-ахх… звук удара о металл слился со звуком падения тела облачённого в тяжёлую защитную броню — Огненный Змей оказался на земле.

Не осознавая, что она делает, Арья привстала и подалась вперёд. Вздох, синхронно прокатившийся по трибунам, отозвался протестом в её сердце — «нет!!!».

Ещё одно всеобщее «Аххх!!!» встретило Лораса Тирелла, так же не удержавшегося в седле и упавшего, почти вслед за противником. Тяжело поднимаясь, оба обнажили мечи, демонстрируя обоюдное намерение биться до конца. Трибуны тут же взорвались овациями.

Не отрывая рук от груди, Арья следила за движениями противников — ни один не уступал другому в силе и ловкости. У Лораса было преимущество многолетнего опыта боёв в тяжёлых доспехах. У Рамона — незнакомая техника. Огненный Змей кружил, словно ястреб над цветком из Хайгардена, нанося неожиданные удары. Напряжённо следя за всем, что происходило всего в каких-то десяти шагах то неё, Арья угадывала движения, которые она с Зарой оттачивала во время многочасовых тренировок. Выпад, наклон, поворот… Выпад, удар… Да ей это было знакомо. А вот эта связка — нет. Вжавшись в кресло, она словно чувствовала как ему тяжело, как мешает броня, делая его неповоротливым…

— Вперёд, Хайгарден! — радостный выкрик и аплодисменты, подскочившей со своего места королевы, после удачно отражённой атаки её братом, вызвали восторг у зрителей и раздражение у Арьи. Зло покосившись в сторону раскрасневшейся от азарта Маргери, она плотно сжала губы. Какая нелепость — два здоровых, сильных мужчины готовы искалечить друг друга на потеху толпе и королеве, в то время как пол страны полыхает в войне, на Востоке наследница Таргариенов угрожает трону, а во льдах просыпается самая страшная угроза, которую и представить себе невозможно!

Выпад… — и Огненный Змей оказался на земле. Аплодисменты королевы слились с восторженным воплем трибун. Судорожно сжав руки, Арья тихо вскрикнула, ища хоть малейшие признаки жизни в назойливом нахале из Дорна, готовая простить ему, что угодно, лишь бы он пошевелился… Словно уловив её призыв, рука, сжимавшая меч резко крутанулась, выведя за собой тело, и, скорее, в каком-то змеином, нежели человеческом движении Рамон из дома Мартелл выбил меч из рук Рыцаря Цветов. Мгновение, и всё было кончено — остриё клинка было у горла Лораса Тирелла.

Опустошённая, Арья откинулась на спинку кресла, не замечая ничего вокруг: ни рёва толпы, ни откровенного разочарования Маргери, ни нескольких пар глаз, устремлённых на неё. Наверное, впервые в жизни, она не почувствовала взгляд своего покровителя. Взгляд холодный, отрешённый, не выражающий никаких эмоций.

Последовавшая затем церемония прошла довольно-таки быстро. Разочарованная королева милостиво наградила победителя, одержавшего верх над её братом, в турнире, организованном в её честь. Уже пришедшая в себя, Арья с не менее царственной улыбкой и лёгкой тенью превосходства на лице ответила на поклон своего рыцаря. Пожалуй, в этом что-то есть, когда те, кто сражаются за тебя — побеждают, а не проигрывают! Похоже, так считали и Маргеи, и Серсея. Поджатые губы королевы бывшей, впрочем, как и действующей, выдавали раздражение обеих. Их злость доставила Арье пусть и небольшое, но удовольствие.

Спускаясь со своего места, она то и дело отвечала на приветствия знакомых. Благородные лорды и леди, как и она, тоже спешили покинуть трибуны, создавая толчею. На отдалении сгрудились зрители попроще: купцы, лавочники, зажиточные горожане. Устремившись в сторону выхода, люди шумно переговаривались, обсуждая увиденное. Ветер донёс до слуха Арьи голос, который показался ей знакомым, и лишь через несколько мгновений до неё дошло, что то, чем она жила последние месяцы — случилось. Неизвестные с Драконьего Камня вновь в столице, как и тогда, когда король Роберт был ещё жив. Вся превратившись в слух, она шарила глазами по толпе. Голос постепенно удалялся в сторону палаток участников турнира. Устремившись в этом направлении, Арья старалась не потерять из виду ни одного из идущих перед ней мужчин, постепенно приближаясь всё ближе и ближе к паре богато одетых торговцев, явно прибывших с востока...

Поднявшаяся со своего места Серсея, намеревалась покинуть ристалище. Какой позор! Мало того что эта сучка явилась одетая в цвета дома Ланнистер, так ещё и этот… посмел проиграть, назвав её, Львицу дамой сердца! Она никогда, никому ни в чём не уступала! И не позволит это сделать тем, кто смеет использовать её имя! Холодная ярость переполняла её душу, рисуя в мозгу изощрённые планы мести, в то время как губы складывались в привычную снисходительно-царственную улыбку.

Скользнув взглядом по толпе, Серсея заметила напряжённо замершую Арью Старк. Этой твари слишком много! Постоянно путается под ногами, лезет, куда её не просят! Но ничего, настанет и её время!

Проследив в направлении, приковавшем всё внимание девчонки её отца, Серсея с удивлением отметила, что волчонка явно заинтересовал шатёр с золотым солнцем Мартеллов на штандарте. Ба, да нашу прелестницу позвал зов плоти! Ах, ну какое женское сердце её не поймёт!

Развернувшись, словно намереваясь поздороваться с леди Оленной, Серсея шагнула на дорожку, по которой только что прошла Старк. Следом за ней последовали вездесущие гвардейцы в алых плащах. На секунду замешкавшись, Серсея продолжила путь, но этого вполне хватило, чтобы личная охрана воспитанницы Десницы была отрезана от своей госпожи. Солдаты,