КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 424173 томов
Объем библиотеки - 577 Гб.
Всего авторов - 202050
Пользователей - 96182

Последние комментарии

Впечатления

poruchik_xyz про Крапивин: В ночь большого прилива (Детская фантастика)

Для всех, кто ищет "грязненькие" мысли в произведениях Крапивина: педофил - это не тот, кто детей любит, а тот, кто их трахает! Поэтому говорю всем любителям клубнички: не пачкайте, пожалуйста, своими грязными липкими ручками имя и произведения замечательного детского писателя! С детства зачитывался его произведениями и ни разу у меня не возникло таких гнилых мыслей. Не судите по себе, господа!

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
ZYRA про Андрианов: Я — некромант. Часть 1 (Альтернативная история)

Отстой, кстати и стиль изложения такой же. Добила реакция ГГ на эльфов: "так и хочется подойти и зарядить в красивую дыню, чтоб сбить спесь. А чё? Россия, щедрая душа!"(с) Вот так просто. И довольно показательно. В общем,после прочтения около тридцати процентов книги, дальше ее читать пропало все желание. Стиль подачи событий просто раздражает.

Рейтинг: -1 ( 1 за, 2 против).
каркуша про ДжуВик: Мой любимый монстр (Любовная фантастика)

Аннотация производит такое впечатление, что книгу читать как-то стремно. Особенно поразила фраза "огонь из внутри"...

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
владко про серию Неизвестный Нилус [В двух томах]

https://coollib.net/modules/bueditor/icons/bold.jpg

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
ZYRA про Солнцева: Коридор в 1937-й год (Альтернативная история)

Оценку "отлично", в самолюбовании, наверное поставила сама автор. По мне, так бредятина. Ходит девка по городу 1937 года, катается на трамваях, видит тогдашние машины, как люди одеты, и никак не может понять, что здесь что-то не то! Она не понимает, что уже в прошлом. Да одно отсутствие рекламных баннеров должно насторожить!

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
кирилл789 про Углицкая: Наследница Асторгрейна. Книга 1 (Фэнтези)

вот ещё утром женщина, которую ты 24 года считала родной матерью так дала тебе по голове, что ты потеряла сознание НА НЕСКОЛЬКО ЧАСОВ! могла и убить, потому что "простая ссадина" в обморок на часы не отправляет. а перед тем, как долбануть (чем? ломиком надо, как минимум) тебе по башке, она объяснила, что ты - приёмыш, чужая, из рода завоевателей, поэтому отправишься вместо её родной дочери к этим завоевателям.
ну и описала причину войны: мол, была у короля завоевателей невеста, его нации, с их национальной бабской способностью - действовать жутко привлекательно на мужиков ихней нации.
и вот тебя сажают на посольский завоевательский корабль, предварительно определив в тебе "свою", и приглашая на ужин, говорят: мол, у нас только три амулета, помогающие нам не подвергаться "влиянию", так что общаться в пути ты и будешь с троими. и ты ДИКО УДИВЛЯЕШЬСЯ "что за "влияние"???
слушайте две дуры, ггня и афторша, вот это долбание по башке и рассказ БЫЛО УТРОМ! вот этого самого дня утром! и я читаю, что ггня "забыла" к вечеру??? да у неё за 24 тухлых года жизни растением: дом и кухня, вообще ничего встряхивающего не было! да этот удар по башке и известие, что ты - не только не родная дочь, ты - вообще принадлежишь к нации, которую ненавидят побеждённые, единственное, что в твоей тухлой жизни вообще случилось! и ТЫ ЗАБЫЛА???
я не буду читать два тома вот такого бреда, никому не советую, и хорошо, что бред этот заблокирован.

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).
кирилл789 про Ивановская: От любви до ненависти и обратно (Фэнтези)

это хорошо, что вот это заблокировано. потому что нечитаемо.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).

Ралли (fb2)

- Ралли 75 Кб, 20с. (скачать fb2) - Борис Петрович Екимов

Настройки текста:




Борис Екимов Ралли

Рассказ

Екимов Борис Петрович родился в 1938 году. Постоянный автор журнала. Лауреат Государственной премии России за 1998 год. Живет в Волгоградской области.

Ясным июльским утром в безлюдном степном Задонье объявился вертолет. Точнее — вертолетик: невеликий, хрупкий, прозрачный, похожий на голубую стрекозу. Летел он почти бесшумно, стрекоча словно кузнечик. Летел и летел, никого не тревожа. Оставив позади станицу Сиротинскую, поплыл он вовсе местами глухими, держась степной дороги, на которой лишь суслики порой суетились да грелись степные серые змеи.

Спустившись в долину невеликой речушки Быстрица, дорога стала петлять вместе с речкой. Вертолет летел ровно и невысоко, но, заметив людское жилье — хутор, он и вовсе снизился, почти задевая маковки тополей. И от первого дома, где жила одинокая Надя Горелова, с вертолета стали сыпаться листки белой бумаги; они словно голуби кувыркались и реяли, медленно опускаясь на дорогу, во дворы, на левады, на воду, в которой намокали не вдруг, а уплывали вниз по течению.

Хоть и негромко стрекотал вертолетик, но его кое-кто углядел. Старый Катагаров огород поливал и узрел с неба летящие белые листки. Опешив, он вначале принял их за стаю каких-то птиц, напавших неожиданно, и начал кричать: «Кыш, проклятые! Кыш!» Но потом понял и, голову задрав, увидел улетавшую голубую машину. Ему почудилось в ней что-то ненашенское, даже неземное. И потому листки, упавшие прямо к ногам его, он не сразу взял, опасаясь.

А потом в голову пришло реальное. «Выборы… — догадался он. — Либо выборы заходят, вот и листовки… Кандидаты да депутаты…»

Раньше приезжали, собрания собирали. Теперь дорога плохая, кидают с неба. Он поднял с земли листок, близко поднес к глазам, щурился. Нет, вроде не выборами пахло, а другим, не больно понятным.

— Бабка, неси очки! Тут чего-то…

Жена его, старушонка худенькая, бегучая, приказ исполнила, а потом, углядев разбросанные по двору листки, закудахтала:

— Это что за страсть?.. Откель чего?

Старый Катагаров, очки на нос поместив, прочитал листовку, не вдруг понял, а разобрав, не поверил написанному. Посреди двора уселся он на скамейку, надевал очки, снимал их, хмыкал да чмокал губами, раздумывая. Еще один листок поднял. Там — то же самое. И еще один. Та же песня, точь-в-точь.

Бабка на него глядела-глядела и стала допытываться:

— Чего молчишь? Откель они взялись, эти бумажки?

— С неба, — коротко ответил старик.

— Тьфу! С тобой говорить…

— С неба. Вертолет пролетал и кинул тебе привет.

— Когда прилетал? Я не видала.

— Он в хату должен к тебе влететь? Просвистел — и нету…

— Ну и чего?..

— Да ничего!! Брехни какие-то!! — разозлился старик. Он хоть и прочитал, но ни единому слову не поверил. Какие-то гонки автомобильные, какое-то ралли, просьба освобождать дорогу… Какую дорогу… Чего освобождать?.. Тут и дорог не осталось.

— Какие брехни? — допытывалась старуха, а потом сама догадалась: — Либо выборы? Не будем голосовать!! — постановила она. — Прошлый год обещали раз в месяц привозить товары и обдурили! Абманаты проклятые. Не будем голосовать!!

Старик Катагаров, небольшой, но грузный, сидел посреди двора с листовкой в руках, с очками и не мог ничего сообразить. Старуха рядом кудахтала, пока он ее не укоротил:

— Зась! Бумажки сбери. Пойду к Любане. Может, она чего слыхала. Был бы телефон, в сельсовет бы позвонить… А так… Надо к Любане идти.

Старуха собирала листовки, ругалась:

— Не будем голосовать! Автолавку не присылают. Ни соли, ни керосину, ни спичек… Волки по хутору ходят. Сначала коз да коров, а потом нас поедят. Разорили совхоз! Не будем голосовать!

Таким же трудом, собиранием листовок, занимались в этот час, считай, все хуторские жители, которых, впрочем, по пальцам можно было перечесть. Хутор носил громкое имя Большие Чапуры. Теперь это звучало словно насмешка. Это когда-то, при советской власти, при колхозах-совхозах, Чапуры были и впрямь большими, на две сотни дворов. А нынче — лишь малое селенье в далеком глухом Задонье.

Невеликая речка Быстрица; по берегам ее — густая зелень тополей да верб; и ветхое людское жилье редкой цепочкой тянется по ложбине. Каждый дом от соседнего — за версту. Меж ними — дома и усадьбы пустые, брошенные, а то и вовсе руины, скрытые гущиной задичавших садов.

Крайний, совсем на отшибе, домишко Нади Гореловой — одинокой пенсионерки. У нее, как у всех, — огород, картошка, кур десяток, которых лисы проклятые что ни год половинят, четыре козы да козел — одним словом, домашность, колгота, без которой не проживешь. Надя во дворе возилась,