КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 411733 томов
Объем библиотеки - 549 Гб.
Всего авторов - 150482
Пользователей - 93845

Последние комментарии


Впечатления

Stribog73 про Карпов: Сдвинутые берега (Советская классическая проза)

Замечательная повесть!

Рейтинг: 0 ( 2 за, 2 против).
ZYRA про фон Джанго: Эпоха перемен (Альтернативная история)

Не понравилось. ГГ сверх умен, сверх изобретателен и сверх ублюдочен. Книга написана "афтором" на каком-то "падоночьем языге" с примесью блатной фени. Если автор ассоциирует себя с ГГ, то становиться понятной его попытка набрать в рот ложку дерьма и плюнуть в сторону Украины. Оказывается, во время его службы в СА, у него "замком" украинец был, со всеми вытекающими. Ну что поделать, если в силу своей тупости "замком" стал не автор. В общем, дочитать сие творение, я не смог. Дальше середины опуса, воспалённый самолюбованием мозг или тот клочок ваты, что его заменяет у автора, воспалился и пошла откровенная муть, стойко ассоциирующаяся с кошачьим дерьмом.

Рейтинг: 0 ( 2 за, 2 против).
SanekWM про Тумановский: Штык (Боевая фантастика)

Буду читать

Рейтинг: 0 ( 1 за, 1 против).
SanekWM про Тумановский: Связанные зоной (Киберпанк)

Буду читать

Рейтинг: 0 ( 1 за, 1 против).
PhilippS про Орлов: Рокировка (Альтернативная история)

Башенка, промежуточный патрон..Дальше ГГ замутил, куда там фройлян Штирлиц. Заблудился.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
DXBCKT про Гумилёв: От Руси к России. Очерки этнической истории (История)

Самое забавное — что изначально я даже и не планировал читать эту книгу. Собственно я купил ее в подарок и за то время пока она у меня «валялась» (в ожидании ДР), я от нечего делать (устав от очередной постапокалиптической СИ) взял ее в руки и... к своему удивлению прочитал половину (всю я ее просто не смог прочитать, т.к ее «все-таки» пришлось дарить)).

Что меня собственно удивило в этой книге — так это, то что она «масимально вычищена» от «всякой зауми», после которой обычно хочется дико зевать (как правило уже на второй странице). Здесь же похоже что «изначальный текст» был несколько изменен (в части современного изложения), да и причем так что написанное действительно вызывает интерес повествованием «некой СИ», в которой «эпоха минувшего» раскрывается своей хронологией в которой уже забытые (со времен школьной скамьи) имена — оживают в несколько ином (чем ранее) свете...

Читая эту книгу я конечно (порой) путался во всех этих «Изяславах, Всеславах, Святославах и тп». Разобрать что из них (кому) был должен иногда сразу и не понять, но все же эти имена здесь «на порядок живей» (по сравнению со школьным учебником истории). В общем... если соответственно настроиться — книга читается как очередная фентезийная)) «Хроника земель...» (или игра типа «стратегия»), в которой появляются и исчезают народы, этносы и государства...

Читая это я (случайно) вспомнил отрывок из СИ Н.Грошева «Велес» (том «Эволюция Хакайна»), в котором как раз и говорилось о подобных вещах: «...Время шло. Лом с Семёном обрастали жирком, становились румянее и всё чаще улыбались. Как-то Лом прошёлся по неиспользуемым комнатам и где-то там откопал книгу «История Древнего Мира». Оба взялись читать и регулярно спорили по поводу содержимого. В какой-то момент, Лом пытался доказать Семёну, что Вергеторикс «капитальный лох был и чудила», тогда как какой-то итальянский хмырь с именем Юлик и погонялой Август «реальный пацан». Семён не соглашался и спор у них вышел даже любопытный. В другое время, Оля с удовольствием приняла бы участие в разговоре об этих двух, толи сталкерах, толи бандитах из старой команды Велеса. Но сейчас её занимали совсем другие мысли, в них не было места, абстрактным предметам бытия».

В общем — как-то так) Но а если серьезно — то автор вполне убедительно дал понять, что все наше «сегодняшнее спокойствие плоского мира покоящегося на китах», со стороны (из будущего) может показаться пятимянутным перерывом между главами в которых совершенно изменится «политический, экономический и прочие расклады этого мира и знакомые нам ландшафты народов и государств»...

Рейтинг: -1 ( 1 за, 2 против).
котБасилио про (Killed your thoughts): Красавица и Чудовище (СИ) (Короткие любовные романы)

нечитабельно с с амого начала, нецензурная лексика

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).

Проклятый абитуриент (СИ) (fb2)

- Проклятый абитуриент (СИ) (а.с. Бездарный гений-1) 846 Кб, 243с. (скачать fb2) - Али Алиев

Настройки текста:



I


— С северной стороны на арену выходит Гермус Гантерберг дис Каромирион Хэйв. Ученик восточного Лакрингарса.

Трибуны взорвались овациями, а я скривился.

Что, неприятный противник для тебя? Его школа одна из лучших в стране.

Нет, Ириан. Дело не в этом. Понимаешь, он ведь точно пройдет в академию. Четыре имени, он сын какого-нибудь графа. Да и школа его говорит о том, что силы есть. В Лакрингарс не берут кого попало. Ему это состязание и не нужно вовсе. Просто хочет потешить самолюбие. А для таких как я это единственный шанс.

Ну, допустим, не единственный…

Забудь и не вспоминай.

Я покачал головой и вздохнул. Черт, я готовился к этому дню больше десятка лет. Я всегда хотел попасть в эту академию, но из-за того, что я слабый, у меня нет возможности пройти нормальный отбор. А на турнире все равно, кто ты и как силен. Выиграй всех и автоматом станешь студентом.

— С южной стороны Тирмон из школы Хаш.

Ну, естественно, оваций в мою сторону не последовало.

А ты чего ожидал? Безродный деревенщина. Кто же тебя приветствовать будет.

И правда.

***

— Вы как-то рано, господин ректор, — со своего места встал мужчина с небольшой щетиной, уступая место более пожилому и влиятельному коллеге.

— Да вот, решил посмотреть на бой племянника, — добродушно улыбнулся высокий худой мужчина в белой робе и с такой же белой бородой.

— Гермус ваш племянник? — удивленно приподнял брови его собеседник. — Не знал, что в этом году среди абитуриентов такие важные ребята есть.

— Ну, что вы такое говорите, у нас все равны. Да и если честно сказать, в этом году достаточно потомков влиятельных людей, желающих стать нашими студентами. Они не принимают участия в турнире и, как вы понимаете, не стоит преподавательскому составу об этом знать. В нашей академии главное — это сила магии. Кстати, вот этот юноша уж очень слаб, интересно, на что он рассчитывает?

Ректор посмотрел на арену, куда как раз вышел противник его племянника. Ничем особенным он не выделялся. Самый, что ни на есть серый парнишка. Темные волосы, карие глаза. Телосложение худощавое, но, что самое главное, ректор обратил внимание на его ауру. И она его совсем не порадовала. Слабак. Таким не было места в академии, и старик довольно улыбнулся, понимая, что против Гермуса у него нет ни единого шанса. Ведь он сам его готовил, учил, несмотря на то, что это было запрещено законом. Но это ведь родная кровь. Ректор Анимурикос не сомневался, что его племянник победит в турнире абитуриентов, и хотел лично вручить ему студенческий билет.

— Начинают, — встрепенулся его младший сотрудник.

Перед правым глазом преподавателя появилась пентаграмма. Он не желал пропустить ни единого паса, который совершит племянник величайшего мага.

Ректор хмыкнул и сам приготовился наблюдать за шоу.

— Что он делает? — ошарашенно посмотрел он вперед. — Это же магический поединок! Так нельзя!

— Деревня, — пожал плечами его собеседник. — Сейчас ваш племянник… что происходит?

— Вот же тварь, — прошипел озлобленный ректор, смотря на победителя.

***

Ну, что, Ириан, ты готов?

Я начал слегка подпрыгивать в ожидании начала боя. Я готовился к этому. Сколько же я готовился. Это мой шанс. Возможно, единственный в моей жизни.

А я что? Это тебе придется драться.

Нам, приятель. Нам. Смотри во все глаза и подсказывай.

Так уж и быть. Помогу чем смогу.

Вот ты несносный человек. Как будто тебе это нужно меньше, чем мне.

Я присмотрелся к высокомерному лицу противника. Он уже думает о том, кто будет следующим его оппонентом. Оценил мою силу? Молодец. А теперь я оценю твою.

— Бой! — раздалась команда, и я тут же бросился бежать вперед.

Что он делает?

Плетет магнитное поле. А он хорош, такой молодой и уже такое сложное заклинание знает. Только вот оно долгое очень. Нет, с его защитой от магии это не проблема. Если бы против него был нормальный маг.

Ага.

Я наконец-то подлетел вплотную к высокородному парню. Только сейчас он понял, что я не собираюсь рожать огненные стрелы и ледяные копья. На миг в его карих глазах появилось понимание, а на лице испуг. Не ожидал, богатенький? Мое лицо озарилось злобной гримасой, а улыбка превратилась в оскал. Рука легко преодолевает барьер, ведь он рассчитан только на магию, а вот сама магия появляется прямо внутри. Простейшее заклинание, выброс сырой энергии. Его и заклинанием-то не назовешь, если честно. В любом случае, противника откинуло в сторону. Вот и все.

Ты же понимаешь, что это одноразовый фокус?

Ага. Но ведь у меня есть ты, а ты уж точно не одноразовый.

Я хрустнул шеей и обернулся на затихшие трибуны.

— Победил Тирмон, выпускник школы Хаш, — немного ошеломленно произнесла девушка.

Оваций снова не последовало. Люди только удивленно перешептывались, а где-то вверху какой-то старичок пытался сжечь меня взглядом. Интересно, дедушка парнишки? Небось расстроен, что какой-то деревенщина победил такого знатного мусью?

Идиот, посмотри на робу. Это ректор академии.

Твою мать. А чего он злится-то на меня?

А я откуда знаю? Может, он на твоего соперника деньги поставил. В общем, даже если каким-то чудом выиграешь, не жди легкой жизни во время учебы.

Ну, моя жизнь никогда не была легкой, привык уже.

Я ушел с арены, сопровождаемый все той же тишиной. Спокойно поднялся в комнату для ожидающих абитуриентов и широко улыбнулся. Здесь все так же были в шоке.

— Что, не ожидали? — снова оскалился я.

Вот любишь ты людей провоцировать.

Тебе ли не знать. Меня все равно будут ненавидеть. Так почему бы не получать от этого удовольствие?

Я пожал плечами и сел в кресло у большого окна, ведущего на арену. В полном одиночестве.

— Блин, ну, ты крут!

Я от неожиданности чуть не подпрыгнул, ко мне подсел здоровенный черноволосый парень.

— Спасибо, — удивленно кивнул я в ответ.

— Я Рамус, — протянул он ладонь.

— Тирмон, — ответил я на рукопожатие.

Что скажешь, Ириан?

Средней силы парень. Ничего особенного. Судя по растрепанным волосам и простенькой рубашке тоже чернь.

— Я бы никогда до такого не додумался, — покачал он головой. — Как же ты сообразил?

— Так это же элементарно, — пожал я плечами. — Он решил покрасоваться и поплатился за это.

— Разумный подход, — подошел с другой стороны еще один парень.

Высокий и худощавый юноша с копной светлых волос смотрел прямо на меня. Хотя это мне так кажется. Как он может смотреть, если у него глаза белые? Ни зрачка, ни радужки!

А вот он силен. Но слеп.

— Форст, — представился он.

Мы также представились и пожали и его руку.

— Ты молодец, что не сдаешься. Правда, в этот раз тебе повезло. Ты ведь весь резерв опустошил?

Черт, как же не по себе от его взгляда.

— Ничего, он тут быстро восстанавливается, — хмыкнул я. — А ты, слепец, видимо, видишь куда больше, чем кажется.

Он улыбнулся в ответ.

— Тир, ты чего? — толкнул меня Рамус.

Он что, уже меня в друзья записал? Имя даже сократил.

Форст в ответ лишь засмеялся.

— А ты не ведаешь жалости, приятель. Уважаю таких, — хмыкнул он.

— Если ты себя не жалеешь, вышел сюда даже несмотря на свой недостаток, почему я должен жалеть? — пожал я плечами.

— И все же это как-то неправильно, — почесал затылок здоровяк.

— Смотрите. Лимар Гирмант выходит, — кивнул на арену Форст.

— А это кто? — удивленно посмотрел я на него.

— Ты не знаешь Гирмантов?! — распахнул глаза Рамус. — Это одна из самых богатых купеческих семей. Половина ювелирных магазинов принадлежит им.

— Не знаю, — покачал я головой. — Я не любитель бижутерии.

Сил у него не так много, но посильнее тебя будет раз в десять.

Спасибо за поддержку, старый хрыч.

Да не за что.

Поле боя сменилось. Лимар и его противник, некий Варан, бились в лесу. Бой был короткий и не очень интересный, так как сын купца с легкостью выбил душу из противника огненными стрелами. Он не пытался мудрить или запугивать, бил быстро и прицельно.

Опасный противник.

Ага, только вот с ним мне и придется в следующем раунде биться.

Я тяжело вздохнул.

— Не переживай, придумаешь что-нибудь, — ободряюще похлопал меня по плечу здоровяк.

— Слушай, ты что, мамочка моя? — удивленно приподнял я бровь.

Ненавижу, когда меня трогают, а еще больше, когда пытаются поддержать. Не нужна мне поддержка. И жалость не нужна. Я сам со всем справлюсь.

Ну, не совсем сам.

Ой, иди в баню, это вообще все из-за тебя.

— Прости, — вырвал меня из мыслей понуривший голову здоровяк. — Я понимаю все. Мы же не друзья, чтобы я так тебя панибратски по плечу хлопал.

В комнату зашел Лимар и счастливо улыбнулся.

— Я с вами, ребята! — воскликнул он.

— Поздравляю! — тут же добродушно махнул ему Рамус. — Давай к нам.

— С удовольствием, — он присел на скамейку рядом и протянул ладонь. — Лимар.

Да что же такое-то? Чего они облепили меня?

Ты просто не привык к людям. Потерпи. Зная твой характер, могу с уверенностью сказать, что они сами от тебя сбегут.

Скорее бы.

— А это кто? — посмотрел вниз здоровяк. — Красивая.

Я тоже глянул на арену. Действительно, стоявшая там девушка была довольно милой. Причем у нее не та хищная красота, которую многие так любят. В ней какая-то легкость и наивность. Большие черные глаза и обаятельная улыбка.

Поединок начался. Ее противник оказался довольно хорош. Мощные атаки сыпались одна за другой и разбивались о ее кокон защиты. Так продолжалось очень долго. В какой-то момент соперник просто упал без сил.

— Идиот. Так распалился, что не заметил, как кончилась мана, — покачал головой слепец.

Девушка даже запрыгала от счастья, когда поняла, что выиграла.

— Какая умничка, — с восхищением посмотрел на нее Рамус.

— Так подойди, познакомься, — кивнул в ее сторону вошедшей Лимар.

— Да нет, ты что, — тут же покрылся краской, как помидор, здоровяк.

— Тогда я сам, — сказал мой будущий соперник и встал.

Да уж, с его внешностью склеить девушку не составит труда. Высокий, стройный, слегка подкачанный.

Думаешь, он это для себя?

А для кого?

Знаешь, если будешь больше с людьми общаться, начнешь в них разбираться. Смотри.

Да твою же мать!

— Здравствуйте. Я Ирис.

— Привет, Ирис, — пролепетал здоровяк.

Интересно, а еще больше покраснеть он может?

— Ты очень рисковала, — кивнул Форст после того, как мы все представились. — А если бы он решил просто подождать, пока у тебя закончится мана?

— Тогда я, скорее всего, проиграла бы, — вздохнула, потупившись, девушка.

— Почему ты не использовала боевых умений? — удивленно посмотрел я на нее.

— Я не могу, — еще больше стушевалась она. — Ему же будет больно.

У меня, кажется, челюсть отпала от услышанного. Больно? Больно, твою мать?!

Это называется забота. Ты ничего не понимаешь!

Это называется клуша! Зачем выходить на арену, если боишься причинить боль? Да она бы проиграла, как нечего делать, если бы ее противник не был таким ослом!

Нам бы просто пришлось очень долго ждать. Силы у нее немерено.

— Смотрите, кто-то из них будет моим следующим противником! — сказала девушка, смотря вниз, причем прилипая к стеклу руками.

Последний бой первого круга закончился довольно быстро. Все же здесь собрались вчерашние школьники. Все что-то умеют, но заклинания еще не так хорошо контролируют.

В отличие от тебя.

Ну да, я свои заклинания изучил на сто процентов.

Потому что тебе подвластны всего несколько штук.

А это не имеет значения.

— Ну, все, второй круг. Я первым иду! — вздохнул наш здоровяк.

— Ни пуха.

— Удачи.

— Сделай его.

Все уставились на меня. Что, я тоже что-то сказать должен?

Скажи ему, что угостишь его свиным окороком, если выиграет.

Зачем?

Просто сделай как говорю.

— Короче, Рамус, если ты каким-то чудом сможешь выиграть, с меня свиной окорок.

Здоровяк внезапно просиял и крепко меня обнял.

— Я его сделаю! — распалено произнес он и буквально побежал вперед.

Молодец! Думаю, теперь он разорвет противника голыми руками.

Что вообще все это значит?

А ты не понял? Посмотри на него. Он из бедной семьи, скорее всего, мясо ест очень редко. А сегодня он несколько раз закатывал глаза, когда Лимар и Форст обсуждали цены на мясные блюда в трактирах.

А если он все-таки выиграет? Я что, должен свои кровные на него тратить?!

Не жлобься. Тебе нужны друзья.

Всю жизнь без них обходился, а теперь вот нужны вдруг стали.

Я посмотрел вниз, на выходящих на арену абитуриентов. Как только их объявили, вокруг Рамуса тут же поднялась земля. Он не медля ни секунды, начал посылать булыжники в противника. Молодой парнишка, пытавшийся защититься от таких сильных и прямолинейных атак, все-таки пропустил снаряд и улетел на другую сторону арены. Бой окончен.

— Да… Сильно нашему толстяку свининки захотелось, — хмыкнул слепец.

— Блин, а он реально сильный, — восторженно посмотрела на вошедшего Ирис.

Заметив взгляд девушки, Рамус тут же опустил глаза и сжался весь. Проходя мимо, он толкнул меня кулаком в плечо.

— С тебя мясо.

— Ну, раз обещал — угощу, — развел я руками.

— А ты крут, приятель! — похлопал его по спине Лимар.

— Да, дурь есть, — снова замялся здоровяк.

Совсем он похвалу принимать не умеет.

Слушай, и чего ты такой добренький-то к нему?

Не только к нему. Они хорошие ребята. Не то, что твои бывшие одноклассники.

Только кажется.

Новая пара соперников покинула нашу комнату ожидания и отправилась на арену. Я принялся внимательно изучать каждого. Любой здесь мой возможный противник. И в первую очередь эти четверо. Сын купца так точно.

— Ну, вот и моя очередь, — улыбнулся Форст. — Мне мяска не пообещаешь?

Пообещай, что если начнет проигрывать, то трость ему подаришь.

И снова какой-то бред. Ну, ладно, потом объяснишь.

— Если вздумаешь облажаться, подарю тебе трость.

Слепой на мгновенье замер, а затем засмеялся в голос.

— Я и так предполагал, что ты не прост, но теперь уверен в этом. Спасибо.

Он, улыбаясь, пошел ко входу.

И что это было?

Форст слепой, и, по сути, он пытается доказать, что это не делает его инвалидом. Он постоянно поддерживает заклинание «око». Ты только что показал ему, что уважаешь его уверенность, не жалеешь его и веришь в его победу.

Тебе не кажется, что это бред?

Нет, ты просто не понимаешь. Одни и те же слова на разных людей действуют по-разному. Если пнешь одного, то он побежит, а другой упадет. Понимаешь?

Нет.

Ничего, со временем поймешь.

— Знаешь, по-моему, ты слишком жесток по отношению к нему, — одернула меня Ирис, осуждающе смотря в глаза.

— А я и не говорил, что я хороший, — пожал я плечами.

Девушка покачала головой.

Я не стал на нее обращать внимания и устремил свой взор вниз. Там сейчас как раз объявляли ребят. Противником моего нового знакомого стало белое пятно. На самом деле это была девушка, но она безумно любила белый цвет. Ладно, что волосы и ресницы белые, кожа как мука, так и вся одежда такой же гаммы. Никакого разнообразия.

— Леди Мороз, — потер подбородок Лимар. — Не повезло нашему товарищу.

— А что такое? — тут же включился в разговор взволнованный здоровяк.

— Эта девушка жутко холодная. Мы с ней в одной школе учились. Так я к ней за все эти годы ни разу не смог подкатить. Отшивает как нечего делать.

— Поэтому она Мороз? — хмыкнула Ирис.

— Нет, потому что в стихии льда она просто богиня.

***

— Ты позор нашей семьи! Ты никчемный, бездарный урод! Лучше бы ты родился мертвым!

— Но отец…

— Заткнись! Проваливай из моего дома! Я знать тебя не хочу!

Форст покачал головой, отгоняя неприятные воспоминания. Он здесь, и он должен победить. Его противница сильна. Он наблюдал за этой девушкой во время первого круга. Он видел ее безумную ледяную мощь. Но сейчас он не может отступить. Он должен доказать. Он должен…

— Трость, значит, да? — парень хмыкнул и приготовился, мигом придя в себя.

— Бой! — прозвучал сигнал, и в тот же миг к нему полетел ледяной булыжник.

Форст пропустил его мимо, не пытаясь блокировать магией, а в ответ послал легкую воздушную плеть, которая тут же наткнулась на препятствие в виде корки ледяного купола. Слепец понимал, что эта хрупкая на первый взгляд преграда выдержит не одно сильнейшее заклинание. Ледяной купол — очень мощная штука. И когда только эта опасная девушка умудрилась его создать? Парень начал плести узоры в воздухе, отправляя в противницу одно заклинание за другим. Его пальцы порхали, чередуя воздушные тараны и щиты. Два сильных мага из разных стихий показывали настоящее представление, заставив зрителей оживиться и наблюдать за ними во все глаза. Это был самый зрелищный бой на данный момент, поэтому публика ликовала.

— Ты силен, — кивнула его противница. — Но я обязана попасть в академию.

Девушка выставила руки ладонями вперед, заставив Форста побледнеть. «Стужа» — заклинание, выпускающее в воздух крупицы льда, превращая его в настоящий яд для вдыхающего. Леди Мороз поняла стиль и сильную сторону своего противника и специально использовала заклинание, которое не остановить стихией воздуха. Воздушный купол отличается от остальных своим непостоянством. Это просто ветер, не останавливающий, а закручивающий заклятия. Против «стужи» у него нет ни единого шанса.

Форст тоже это понял. Его шансы на поступление висели на волоске.

— Не хотел я этого делать, но что уж теперь! — он скопировал стойку девушки.

Из рук юноши вырвался раскаленный воздух, превращающий ледяные кристаллы в моросящий дождик. «Дыхание пустыни» не самое легкое заклинание и требует знания не только воздуха, но и огня. Да, для атаки уровня Форста в огненной магии было недостаточно, но чтобы защититься — в самый раз. Леди Мороз опустила руки.

— Спасибо, ты был хорошим противником.

Юноша попытался дернуться, но у него ничего не вышло, вода, заполнившая пол по щиколотку, вновь превратившаяся в лед, скрепила его ноги и медленно ползла вверх, захватывая тело абитуриента. Форст понимал, что если оно доберется до горла, то ему придет конец.

— Прости, но я не хочу ходить с тростью! — он со всего размаха ударил по земле, ломая хрупкую корку.

Девушка не заметила во время боя, что ее противник оставляет небольшой тоннель из воздуха от себя к ней. Он видел все и был готов к такой атаке.

Волна воздуха прошла сквозь тоннель и ударила девушку снизу, подбрасывая ее высоко в воздух.

— У купола один минус, он не защищает от ударов снизу, — прошептал он, плетя пальцами заклинание.

Как только Форст закончил, его руки взметнулись вверх, и поднялся страшный вихрь, подхвативший и унесший девушку очень высоко. Он вращал и крутил ее. А после вмиг утих. Леди Мороз с воплем полетела с пятиметровой высоты вниз.

— Победил Форст из школы Салваско! — оповестила ведущая.

Победитель улыбнулся и, слепо выставив руки вперед, пошел в направлении выхода. На последнюю атаку он потратил все остатки своей маны.

***

— Обалдеть! Ну, ты и крут, приятель! — Лимар подлетел к слепцу и придержал его за руку.

Подойди и встань перед ним спиной, пусть возьмется за плечо.

Я выполнил указ Ириана, за что получил благодарную улыбку от своего нового знакомого.

— Знаешь, терпеть не могу держаться за руку, как девушка, — шепотом сказал он, чтобы не обидеть сына купца.

— Ну, да, однако, учитывая, как ты обходишься с девушками, за руки их держать у тебя особо и не получится, — хмыкнул я в ответ.

— Это было круто! Как ты ее! А она так, а ты ее эдак. Ваще-е, — выдохнул наш здоровяк.

— Спасибо, — улыбнулся победитель, присаживаясь на кресло. — Она оказалась очень сильной.

— Да и голова у нее на плечах, — кивнул Лимар. — Умеет подставу сделать.

Какое-то странное чувство. Мне как-то странно…

Это называется радость, приятель. Ты радуешься за него.

Мне плевать на него.

Наглая ложь. Ты привык прятаться за маской превосходства, а сейчас ты реально переживал за него, пока он бился. И радуешься его победе.

Да ну, чушь какая-то.

Я почесал затылок и посмотрел на счастливого Форста. Он уже восстановил свое «око», и сейчас его было не отличить от зрячего. Почти не отличить.

Поединки продолжались, все приближая мой следующий бой. Тактику против Лимара я уже продумал, осталось только победить его. Да, это будет не так просто, как хотелось бы. Но что поделаешь?!

Вообще удивительно, что на этом турнире столько одаренных детей. Обычно здесь собираются слабаки, которые даже вступительный экзамен сдать не смогли.

Как я?

Как ты.

Спасибо, блин.

Начались новые бои, и я принялся с интересом смотреть, кто кого. Правда, по сравнению с боем Форста эти недомаги оказались настоящими слабаками. Была пара сильных, но они слишком легко разделывались со своими противниками.

— Ну, что, наша очередь? — улыбнулся Лимар.

— Ага, — я направился в сторону выхода из комнаты.

— Слушай, Тирмон, давай оставим дружбу здесь? — он протянул мне ладонь. — А вернемся — и заберем ее обратно.

Только посмей!

Что?

Ты только что какую-то хрень ляпнуть хотел. Просто согласись.

Да что же ты докопался-то до меня.

Я вздохнул, но решил послушаться. Все-таки он старше.

— Договорились.

Парень широко улыбнулся, и мы разошлись в разные стороны. Я встал у своего выхода и дождался, пока меня объявят. Выходя на позицию, мельком глянул на того старика. Черт, смотрит на меня так, словно хочет живьем съесть. Не по себе как-то.

Не о том думаешь.

Да знаю я, знаю.

— Бой.

Я тут же начал рисовать руны двумя руками одновременно. «Чешуя» — отличная сегментированная защита. Вот только у меня на нее не хватит маны. Поэтому вместо купола две чешуйки на ладонях. И погнали.

Лимар не шутил. Стоило мне завершить узоры, как я еле успел отбить огненную стрелу. Следующая полетела тут же, не давая опомниться, и еще одна. Он метал их словно стреломет, мешая мне приблизиться. Я же отбивал ладонями с чешуйкой, постепенно приближаясь к противнику. В момент, когда я уже был на расстоянии вытянутой руки, Лимар внезапно подпрыгнул. Из его стоп вырвалось пламя, опалившее мое лицо. Я прищурился всего на мгновение, но тут же поймал плечом стрелу. Следующую я уже отбил, но рука теперь плохо слушалась. Используя огонь, сын купца отлетел от меня и вновь начал расстрел. Поврежденное плечо саднило, рука уже не успевала так быстро реагировать. Вот только мне и одной хватит, чтобы отбивать его стрелы. Я снова приблизился. Он вновь прыгнул, вот только не в этот раз. Резко ныряю под него и апперкотом отправляю его еще выше. Огненные ноги разворачиваются, и он на всей скорости врезается в стену.

***

— Да как они могут так жестоко драться? — Ирис прикусила губу от волнения. — Они же так хорошо общались!

Оба парня, с которыми она уже считай подружилась, бились не на жизнь, а на смерть. Было видно, что каждый из них выкладывается как может.

— Ну, им нужна победа обоим. Ты не переживай так. На этой арене никто не может умереть, а раны все восстанавливаются. Все хорошо, — тут же попытался успокоить ее здоровяк.

— Вы не понимаете, — вмешался Форст. — Посмотрите на их лица. Что вы видите?

— Злость, — пожала плечами Ирис.

— Азарт, — поправил ее слепой. — Они наслаждаются боем. Каждый из них знает, что они не поссорятся из-за этого боя. Они не боятся. Они хотят показать, что достойны. Если бы они поддавались, то оскорбили бы друг друга. В бою не должно быть жалости.

— А мне вот интересно, как у Тирмона защита еще не кончилась. Он сколько стрел на нее принял, с его-то запасом.

— Он не блокирует их, а отражает. Обрати внимание, стрелы не останавливаются на его щитках, а просто летят по другой траектории. Он знает, что он слабый маг, и в этом его сила. Он научился драться с минимальной затратой маны. Очень умелый и опасный противник.

Ирис удивленно посмотрела на нового товарища и вновь перевела взгляд на поле боя. Там Тирмон нанес сильный удар снизу, отправляя Лимара в полет.

***

Бегу к противнику изо всех сил, но замечаю, как он шевелит пальцами.

Прыгай!

Выполняю команду не задумываясь. Земля подо мной расцветает огненными цветами.

«Пылающее поле». Неприятная штука.

Фигня.

Перевожу чешуйки с ладоней на стопы и начинаю скользить на них по огню, словно на коньках по льду. Подлетаю к Лимару и заношу ногу для удара сверху вниз. Но он не планирует сдаваться. Струя пламени бьет снизу, подбрасывая меня в воздух. Еле успел опустить ногу. Иначе сгорел бы к чертям. Задним сальто смягчаю падение и снова несусь в бой, но мой соперник уже не встает, а поле тухнет. Кончилась, видать, мана.

— Победил Тирмон из деревенской Хаш!

Подхожу и протягиваю руку товарищу.

— Это было нечто, — кряхтя, поднимается он.

— Да, ты был крут, — кивнул я в ответ.

— Надеюсь, еще встретимся? — смотрит он на меня немного грустно.

— Кто знает. Мир тесен.

И опять что-то не то, и лицо как-то само собой двигается.

Это улыбка. Просто искренняя улыбка. Кажется, ты проникся уважением к этому парню.

Вечно ты какую-то чушь несешь.


II


В комнату я поднимался уже совсем в другом настроении. Вроде бы и победил, радоваться должен. А на душе как-то противно.

— Поздравляю с победой, — тут же шагнул вперед Форст.

— Спасибо, — кивнул я.

— Жалко Лимара, — вздохнула Ирис.

— Да что ты…

Договорить я не успел. Челюсти сомкнулись сами собой, не давая возможности договорить.

Ты что себе позволяешь, тварь?

Помолчи, ты сейчас не в себе. Не чувствуешь? Это разве ты? Такой рассудительный и спокойный? Ты хочешь причинить боль ничего не сделавшему тебе человеку. Не нужно.

Я присел в кресло и взглянул на свои ладони.

Что вообще со мной происходит? Почему я себя так чувствую?

— Да что с ним такое? — слышу шепот Ирис.

— Он расстроился, — а это уже Рамус. — Понимаешь, он ведь собственноручно оборвал мечту Лимара попасть в академию. Видимо, очень расстроился.

А этот парень неплохой эмпат.

Что за хрень вообще происходит? Зачем ты заставил меня с ними подружиться? Они мои соперники, и я буду их выбивать из этого турнира!

Жизнь не заканчивается на турнире, Тир. И люди, не попавшие в академию, не перестают быть людьми. С их талантами они точно устроятся в какой-нибудь институт. В крайнем случае, в колледж. Так что поговорить вам будет о чем. Не переживай.

Это какой-то бред. Не хочу я вот это все чувствовать.

Не хочешь? А помнишь, как целую неделю не мог говорить со мной? Помнишь, как ты себя чувствовал? У тебя ведь никого нет, Тир, а я… я однажды уйду. И что останется в твоей жизни? Пустота. Она будет калечить тебя с каждым днем все сильнее. Ты станешь отшельником, несчастным человеком. Я не хочу такой судьбы для тебя. Подружись с этими ребятами. Они достойные люди.

Я… не умею…

Просто спроси, о чем они мечтают, кем хотят стать.

Я вздохнул, взял себя в руки и обернулся к Форсту.

— Слушай, а кем ты хочешь стать?

Ребята вдруг замолчали и удивленно посмотрели на меня.

— Чего? Я что, спросил размер груди его сестры? Чего вы на меня вылупились?!

— Прости, — улыбнулся воздушник. — Не ожидал от тебя такого вопроса. Но, раз уж тебе интересно, слушай. Я хочу стать Повелителем ветров.

И почему все замолчали? Что за Повелитель ветров?

Это потому, что ты не любишь теорию магии. Повелитель ветров — это самый сильный воздушник. Он является хозяином Башни Грома. Это очень почетное звание. Насколько я знаю, повелителями уже несколько веков служит семья Ровариши. Они никому не отдают этот пост. Хотя за пятнадцать лет могло что-то измениться.

Я присвистнул.

— На мой взгляд, легче стать королем.

— Ну, примерно такой реакции я ожидал, — хмыкнул он.

— Нет, ну, почему, ты очень сильный, — решила поддержать его Ирис. — Я уверена, ты сможешь добиться своей цели.

— Да ну, ты шутишь, — хмыкнул я. — Стать сильнейшим воздушником и победить нынешнего Повелителя. Для этого нужно стать намного сильнее.

— Поэтому я и иду в академию, — кивнул Форст. — Я стану сильнейшим.

Он что-то хотел добавить, но замолчал, сжав кулак.

— А я просто хочу стать богатым, — откинулся в кресле здоровяк.

— То есть, ты идешь в академию, ради денег? — удивленно посмотрела на него Ирис.

— Деньги — это не цель. Это средство для достижения чего-либо, — покачал головой слепец.

— Верно, — почесал затылок Рамус. — Понимаете, я ведь из деревни. И у нас жить очень сложно. Земля все меньше плодоносит, а маги требуют слишком больших денег, чтобы помочь с этим. Я хочу разбогатеть и поднять родное село. Там ведь не только можно картошку копать, были бы деньги, можно много чего сделать и открыть. Может, удастся из нее сделать небольшой городок. И у людей будут денюжки.

— Так иди к купцам, — пожал я плечами.

— Не, мне батя всегда говорил, что я слишком прямой и бесхитростный. Я хочу стать сильным магом и нанять людей, которые смогут все это сделать. А с магами, которые не учились в академии, мало кто говорить даже захочет. Выпускники институтов вообще за магов не считаются. Обычно это ремесленники, а тех, кто колледж закончил, открыто называют недомагами. Им поручают разве что заряжать лампочки на улицах города.

— А я вот хочу в Ливестрон.

Мы тут же посмотрели на Ирис.

— То есть, — решил уточнить я, — ты, девушка, которая в турнире боится ранить своего противника, хочешь попасть в место беспрерывных боевых действий?

— Да кивнула она. Но я не собираюсь никого убивать. Я хочу защищать. Знаете, меня вырастила бабушка. Мои мама и папа не вернулись из Ливестрона. Они воевали там, защищая границы империи. Погибли в бою. Я не хочу, чтобы другие дети так же росли сиротами. Я хочу защищать жизни наших солдат. А для этого я должна стать очень сильной.

Мы замолчали.

— Тир, а ты чего хочешь? — обернулся ко мне здоровяк.

— Ну… я хочу стать химерологом.

— Фу, — тут же поежилась девушка.

— Ну, почему же, очень здравая мысль, — задумался Форст. — Ведь им, по сути, не нужно большое количество сил. Химерология — тонкая, ювелирная работа. Думаю, для Тира это самый лучший вариант. Тем более, что маги этого направления зарабатывают даже больше боевых магов.

— Да, а факультет химерологии есть только в академии, — кивнул я.

— Но это же химеры, — скривилась Ирис. — Такие противные, гадкие твари.

— Ну, почему же? — снова вступился за мою будущую профессию слепец. — Химерологи создают новые сорта растений и породы животных. Вот, например, Рам, ты же знаешь, что это за сорт картошки — Бельмас.

— Ну, да, только она у нас и растет, — кивнул здоровяк.

— Ее вывели химерологи, скрестив картофель и репу. Очень живучее растение. Его даже на севере выращивают. А ты, Ирис, наверняка слышала о таких красивых животных — грифонах.

— Конечно, на них личная гвардия короля летает. Очень красивые существа. Подожди, ты хочешь сказать, что это тоже работа химерологов?

— Да, — подтвердил наш всезнайка. — Так что химерологи могут создавать не только мерзких монстров, но и красивых, а главное, полезных существ.

— Ага, — кивнул я. — Вот только я собираюсь создавать самых отвратительных тварей, которых еще не видел этот мир.

Я невольно скривился в злорадной улыбке.

Ну, ты и придурок.

Ничего не придурок. Да, я такой. Не нравится? Шуруйте нафиг отсюда.

— О, мой выход, — девушка поднялась и побежала к двери.

— Ирис! — окликнул ее Форст.

— А?

— Если хочешь защищать людей, придется доказать, что ты не беспомощная девчонка, а грозный боец, — проговорил он спокойно и практически без эмоций.

Девушка медленно кивнула.

— Удачи, Ирис! — крикнул вдогонку наш здоровяк, после чего обернулся уже к нам. — Как думаете, у нее получится?

— Не знаю, — покачал головой слепец. — Ее противник очень неприятный человек.

***

Девушка вышла на арену и встряхнула руками, сбрасывая неуверенность. Она понимала, что ее новый друг Форст прав. Она должна причинять боль сейчас, чтобы спасти от боли людей потом. Чтобы спасать жизни, она просто обязана стать сильнее.

Ее противником оказался светловолосый юноша невысокого роста. Он смотрел на нее с некоторой издевкой и облизывал губы в предвкушении боя.

Ирис сразу поняла, что он довольно неприятный человек. Кроме того, его принадлежность к роду Исфариум говорила о жестокости. Род палачей и истязателей. Только они занимались пытками и мучениями в империи. Кажется, кровожадность у них заложена на генетическом уровне.

— Бой.

Ирис мгновенно создала вокруг себя защитный купол, и огненный хлыст Зифферганта Исфариума ударился о магическую броню и отлетел. Но останавливаться на этом парень не собирался. Он наносил один удар за другим и бил точно в одно и то же место. Девушка просто физически не успевала затянуть трещины, оставленные соперником. Она внезапно поняла, что проиграет, если так продолжится дальше. Она должна атаковать. Должна что-то сделать. В ее голове зародилась мысль, которую она тщательно отгоняла от себя. Она не хотела использовать заклинание, которому научила ее бабушка.

«Если хочешь защищать людей, придется доказать, что ты не беспомощная девчонка, а грозный боец».

— Я боец, — прошептала она себе.

Пальцы перестали плести руны укрепления защиты. Сейчас девушка готовила кое-что другое. Истязатель продолжал наседать на нее, хлеща своим странным заклинанием.

— Железная дева, — прошептала девушка и прикрыла глаза.

Вокруг ее противника тут же появился купол в виде старинного пыточного инструмента. Крепкое снаружи и шипастое внутри, оно было универсальным средством атаки всех магов защиты. Щели сомкнулись, и шипы начали приближаться к Зифферганту. Потомок палачей нервно сглотнул. Его защита лопнула, словно мыльный пузырь. Но шипы внезапно остановились.

— Сдавайся! — крикнула Ирис, боясь сжимать руку сильнее.

Девушка понимала, что еще чуть-чуть, и ее оппонент испытает адскую боль. Она понимала, что должна, но не могла перебороть себя. Поэтому решила предложить ему сдаться. Но соперник молчал.

— Сдавайся, ты проиграл! — повторила она предложение, все так же боясь сжать пальцы в кулак.

Она не видела потомка истязателей, и, собрав всю свою решимость в кулак, все-таки резко сжала руку. «Железная дева» сжалась, не оставляя абитуриенту ни единого шанса выжить.

— Молодец! Смогла!

Ирис резко обернулась на голос и тут же получила огненной плетью по лицу. Она почувствовала, как заклинание разрезало кожу и обожгло, тут же запекая рану.

— Как? — она недоуменно посмотрела под ноги противника и увидела маленький тоннель.

Он проплавил камень своим пламенем и прорыл проход прямо под ее защиту.

— А ведь могла победить, — хмыкнул он, нанося новый удар.

А дальше началось форменное избиение. Потомок истязателей получил от предков любовь к пыткам. Он хлыстал девушку, рассекая кожу и оставляя глубокие страшные раны. Она пыталась создать новую защиту, но удары по пальцам не позволяли этого сделать. Она попыталась бежать, но хлыст завился вокруг ее лодыжки, притягивая к ненавистному врагу. Зиффергант подтянул свою жертву и схватил за горло, поднимая в воздух. Ирис пыталась вырваться, но у нее это не получалось. Она заглянула в глаза соперника и почувствовала, как мурашки пробегают по спине. В радужке истязателя она увидела череп, поглощённый огнем.

— Гори со мной, — прошептал противник и тут же вспыхнул, поджигая соперницу.

Ирис разразилась воплем отчаяния. Она кричала от нестерпимой боли, выжигаемая изнутри и снаружи.

— Бой окончен. Победил Зиффергант Исфариум из школы Гигельфангер.

***

— Рам, стой! — мы с Форстом бросились к товарищу, пытаясь его остановить, но он легко раскидал нас и подлетел к палачу.

— Тварь! — он одним пинком откинул его к стене и тут же обрушился серией ударов, пытаясь буквально втоптать ненавистного человека в землю.

На кистях Рамуса появились магические оковы, которые тут же подняли его в воздух, не позволяя продолжить избиение.

— Я убью тебя, гнида! — продолжал кричать здоровяк.

— Рамус из школы Криваран, вы нарушили правила и выбываете из турнира, — сообщил нам один из блюстителей порядка в комнате ожидания. Именно он подвесил нашего товарища в воздух.

Ой-ой-ой! Нам нужно переубедить его. Подойди к охраннику и повторяй за мной.

Я вздохнул и подошел к ученику, следившему за порядком в нашей комнате.

— Простите, пожалуйста, поведение моего товарища. Он просто очень расстроен, как и мы. Понимаете, Ирис стала нашей подругой. А вы видели, как этот тип мучил и истязал ее во время боя? А ведь она, когда поймала его в ловушку, предлагала сдаться, чтобы не причинять боль. Она очень добрая девушка, а он с ней вот так жестоко… вы же тоже мужчина, представьте, если бы с вашей подругой поступили так.

Охранник вздохнул и посмотрел еще раз на красную рожу Рамуса.

— Ладно, я прощу в этот раз, но учтите, в следующий раз он вылетит отсюда.

— Спасибо.

Я подошел к здоровяку и встал перед ним.

— Ты что делаешь? Хочешь, чтобы тебя выперли?

— Ты что, не видел, что он с ней с сделал? — с горящими глазами выпалил Рам.

— Видел я все, — сжал я челюсти. — Прекрасно видел и запомнил очень хорошо. Следующий мой бой с ним, и там, на арене, я не буду сдерживаться.

Врешь ведь. Если не будешь сдерживаться, тебя сожгут.

Ну, им об этом знать не обязательно.

— А если я с ним не справлюсь, — продолжил я успокаивать друга, — рано или поздно с ним встретится Форст. Если не справится он, то это сделаешь ты. Так что прибереги свою ярость.

Рамус вроде начал успокаиваться. Как минимум, он сел в кресло. Хотя красное лицо и сжатые кулаки говорили о том, как тяжело ему это дается.

— Начинается новый круг, — вздохнул наш слепец. — Рам, ты готов?

Здоровяк не ответил. Он просто поднялся и отправился вниз по лестнице.

— Что-то я начинаю бояться за его противника, — прошептал воздушник.

— Угу, — кивнул я ему.

Мы с интересом посмотрели вниз. Там как раз появились Рам и его соперник.

— А этот маг ведь тоже землей балуется, — задумался Форст.

— Да. Интересная должна получиться схватка.

— Бой! — прозвучала команда ведущей.

Пару секунд они колдовали. Первым успел наш здоровяк. Он развел руки, и каменный пол под ногами его противника разошелся в стороны. Затем он свел ладони обратно, погребая бедолагу в толще камня.

— Победил Рамус из школы Криваран.

— Охренеть, — прошептал Форст.

— Ага, — только и смог добавить я.

Да, парнишка хорош. «Склеп» довольно сильное заклинание из сферы земли.

Угу.

Если честно, у меня в голове только пустота. Не увидь я этого, справился бы? Не факт. Если бы прямо подо мной разошлась земля, я бы просто физически ничего сделать не успел.

Рам вернулся в комнату и плюхнулся на свое место, все такой же красный и злой.

— Ты был крут, — похвалил его Форст, но здоровяк даже не посмотрел в его сторону.

Взгляд земляного мага был прикован к истязателю. Он как бы говорил: «смотри, что я с тобой сделаю». Тот же был на удивление спокоен. Складывалось ощущение, что он совершенно не понимает, почему на него злятся.

На арену вышла следующая пара. И тут у меня появилось чувство дежавю. Потому что этот бой закончился так же быстро, как и предыдущий. Просто на одного из соперников опустился огромный золотистый меч, мигом пробивший защиту и прекративший бой.

— Герван Золотус, — спокойно произнес Форст. — Его семья славится магией света. Потомственный маг. Сложно тебе с ним будет, Рам.

— Угу, — спокойно ответил наш здоровяк.

— Ладно, парни. Моя очередь выходить на поле боя, — слепец махнул нам рукой и отправился к лестнице.

— Как думаешь, он справится? — кивнул я вниз.

— Конечно, — все так же нахмурено ответил Рамус.

— Почему ты так уверен? — приподнял я бровь.

— Его противник — иллюзионист. У него нет ни единого шанса против слепого.

Я посмотрел вниз и замер в ожидании. Как только начался бой, арену покрыла завеса тьмы. Она закрыла обзор, но организаторы сделали ее полупрозрачной для зрителей, чтобы мы видели, что происходит на поле. А там в этот момент шесть иллюзионистов бросились к одному Форсту, творя на ходу заклинания. Но слепец и глазом не моргнул. Он ударил молотом ветра по небольшому камешку, стоявшему позади всех. Очень неприметному для нас. И бой тут же завершился. Иллюзии исчезли, а на месте камушка появилось тело абитуриента.

— Крут! — выдохнул я.

— Ага, — Рамус продолжил сверлить спину Зифферганта.

— Парни, я вернулся, — вошел в порядком опустевшую комнату воздушник.

— Это было очень даже неплохо, — я протянул ему руку. — Поздравляю.

— Да что там, — пожал он плечами. — Просто повезло.

— Ну, а теперь моя очередь, — я направился к выходу.

— Эй, Тир, если выиграешь этого урода, — проговорил Рам нарочито громко, — сделай так, чтобы он сожалел.

— Постараюсь, — хмыкнул я и пошел вниз.

Палач следовал за мной. Такой тихий и спокойный. Ни взглядом, ни как-то еще он не выражал свой натуры, которую показал на арене.

Мы встали друг напротив друга.

— Бой!

Тут же бросаюсь вперед без каких-либо раздумий. На дальней дистанции от меня нет толку. Вот только мой противник непрост. Стоило ему выйти на площадку, как он тут же изменился, из спокойного, немного грустного парня он превратился в настоящего зверя. Вместо улыбки — оскал, а в глазах — блеск безумия. Его огненная плеть вылетела, когда я был еще на половине пути. Хлыст едва не зацепил меня, пройдя в районе пояса, я вовремя успел перепрыгнуть его и бросился бежать дальше. Следующий удар шел выше, поэтому пришлось делать кувырок. Все это время я, не останавливаясь, плел щитки, и к моменту, когда я оказался рядом, они были готовы. Однако он меня ждал. Тело противника вспыхнуло огнем, защищающим мою жертву от нападения. Мне пришлось резко отпрыгивать, и тут же в меня полетел хлыст. Снова уворачиваюсь.

Думаю, настало время.

Хорошо.

Мои пальцы начинают плести сложную вязь в воздухе, а я все это время пытаюсь не попасть под удар, но тварь умна. Чувствую сильный удар в спину и качусь по земле. Не успеваю ничего сделать, как по моему телу наносятся новые удары. Сознание утопает в багровой пелене боли. Невыносимое чувство. Просто ужасная, жуткая боль. Чувствую, как меня хватают за горло и поднимают.

— Гори со мной, — каким-то утробным голосом произносит мой соперник.

— Ага, щаз! — делаю правой рукой удар по кисти и с удовольствием вдыхаю.

Зиффергант с удивлением смотрит на обрубок своего запястья. Пламя покидает его, и наступает мой черед бить. «Клинок Эмлера», который я наколдовал рефлекторно, под ударами хлыста, режет буквально все. Жаль, он у меня не похож на нормальный меч, скорее коротенький ножик, и забирает всю имеющуюся силу ради того, чтобы просуществовать буквально пару секунд, однако в этой ситуации он меня очень выручил.

Хватаюсь за пальцы здоровой руки палача и с хрустом выламываю их. Дабы не вздумал колдовать. И вот тут кричать приходится уже ему.

— Моя очередь!

Я обрушиваюсь на него целым градом ударов, ломая нос, выбивая зубы и буквально вколачивая тело в камень.

Остановись! Хорош! Он уже проиграл!

С трудом беру себя в руки и поднимаюсь.

— Победил Тирмон из школы Хаш.

Встаю и пытаюсь отдышаться. Мельком смотрю в сторону ректора. Он удивлен и, кажется, раздражен. Блин, что же он меня так не любит-то?!

Выхожу из арены и натыкаюсь на Рамуса с Форстом.

— Красава, — протягивает мне руку здоровяк. — Так этого урода.

— Спасибо, — киваю ему. — А вы чего тут делаете?

— Ну, так перерыв же, — жмет плечами воздушник. — Решили вот пойти перекусить. Ты с нами?

— Ты же мне свининку должен, помнишь? — подмигнул Рам.

— Помню, как такое забудешь? — хмыкнул я. — Пойдем, перекусим. А сколько перерыв?

— Два часа. Пока все поедят, пока обсудят увиденное. Да и нам, какой-никакой отдых. Конечно, мана тут восстанавливается моментально, но ведь все равно устаешь и физически, и морально.

— Тут ты прав.

Я взглянул на свою рубаху. Когда я уходил с арены, она была вся дырявая, обожженная, да и тело у меня подгорело знатно, а сейчас и одежда как новенькая, и ран нет.

— Так, а куда пойдем? — поинтересовался я уже по ходу движения.

— Разберемся. Давайте сначала выберемся отсюда, — пожал плечами Форст.

— Ребята! — мы обернулись и увидели бегущих к нам сквозь толпу Ирис и Лимара.

— О-па, вы тоже тут? — обрадовался здоровяк.

— Да, мы ваши бои смотрели! — кивнула запыхавшаяся девушка, ее немаленькая грудь ходила ходуном. — У отца Лима была пара мест свободных, и мы там сели.

— Блин, ну, вы вообще! Круче гор. Рам, ты как того типа захоронил? Все ахнули! — восхищенно кивнул сын купца.

— Пойдемте, присядем где-нибудь. Шумно тут очень, — предложил Форст, и мы двинулись дальше уже подросшей компанией.

Выйдя на улицу, я с удовольствием выдохнул. Ну, вот не люблю большие скопления народа, хоть убей.

— Так куда пойдем-то? — задался главным вопросом Рам.

— А погнали в студенческий трактир? — предложил Лимар. — Там и недорого, и кормят нормально. Правда, народу наверняка много.

— Ничего страшного, — махнул рукой здоровяк.

Начались обсуждения боев и самих абитуриентов. Я слушал, но особо не вмешивался, лишь иногда подкидывая какую-нибудь фразу. Если честно, то я просто не знал, что говорить. Постоянно хотелось ляпнуть что-то типа: «да он просто слабак», но Ириан одергивал и подсказывал, что лучше сказать и почему. Если честно, все это так странно. Все мы познакомились только сегодня, и они между собой уже сократили имена, улыбаются, рассказывают о себе. Зачем?

Хотят подружиться.

Но зачем? Одному же лучше. Ни на кого не рассчитываешь, никто не подводит. Все делаешь сам и всегда можешь предсказать результат. Никто не сможет что-то испортить, ведь ты никому не будешь доверять.

Ты поймешь со временем. Просто подожди. Просто делай то, что я тебе говорю. Мне-то ты доверяешь?

Доверяю. Ведь если помру я, сдохнешь и ты. Да и просто ведь могу тебя уничтожить.

Да ладно! Признайся, что мы с тобой просто очень близки. Ты же мне как младший братик.

Ой, да пошел ты.

***

— Да что же такое?! Почему он до сих пор не проиграл? — ректор ходил из стороны в сторону по своему кабинету.

— Я думаю, не стоит переживать. Против него остались самые сильные бойцы. Сомневаюсь, что он возьмет первое место, — попытался успокоить его подчиненный.

— Да? А по-моему, он уже трижды должен был проиграть. И что? Соперники-то у него были не подарок. Тоже довольно сильные для абитуриентов.

— Ему просто везло.

— «Клинок Эмлера» не может быть везением, Рустоф, — зло стрельнул глазами Анимурикос. — У этого парня был хороший наставник. Найди мне его досье, на всякий случай.

— Хорошо, — кивнул подчиненный и решил идти, но ректор его остановил.

— И еще, отправь Гассина и его ребят. Этот выскочка не должен выйти на арену вновь.

— Слушаюсь.


III


— Да, шумно тут, — я недовольно скривился.

Не люблю такие места. Людей много и все разговаривают. О чем-то смеются.

— Да ладно тебе! — пихнул меня в плечо здоровяк и подошел к группе ребят. — Извините, вы уходите?

Парни как раз доели и медленно поднимались со своих мест.

— Да, мы уже поели. — Улыбнулся высокий светловолосый парень. — Присаживайтесь.

— Большое спасибо.

Мы дождались, пока они покинут стол, и заняли место. Вскоре прибежала молодая красноволосая девушка и быстро смела всю посуду.

— Подождите минутку, сейчас приму заказ.

— А здесь довольно недурно, — хмыкнул Форст.

Я осмотрел помещение. Да, если бы не толпы идиотов за столами, было бы очень даже уютно. Деревянные стены с головами различных монстров, дубовые столы. Легкий полумрак. Люблю такие места. Тем более, что нам достался столик в углу.

— Итак, — вернулась официантка, — из первого у нас есть грибной суп, уха и борщ. А, нет, борщик закончился. Совсем забыла. Только уха и суп. Из второго жаркое, подливка с пюре или гречкой.

— Простите, не знаю, как вас зовут, — обратился я к девушке.

— Саваска, — улыбнулась красноволосая.

— Уважаемая Саваска, я проиграл другу кусок сочной свинины. Могут ваши повара приготовить?

— Да, но это выйдет немного дороже. Так как незапланированное блюдо.

— Хорошо, — кивнул я, мысленно матерясь. — А мне ухи.

Мы заказали блюда и принялись ждать.

— Куда ты теперь? — обратился к Ирис Рам.

— Не знаю, если честно. Не думала, что провалюсь на вступительных, — вздохнула девушка. — Там задание было послать огненный шар в цель, а я разволновалась, ну, и перепутала кое-чего в заклинании. В общем, был взрыв, а потом у меня появилась возможность попасть в академию через турнир. Теперь, наверное, буду институты смотреть.

— Рам, кстати, а ты как умудрился провалить вступительные? У тебя же силы немеряно, — посмотрел на здоровяка Форст. — Ладно меня из-за глаз не пустили, а ты здоровый, вроде, да и силы бог дал.

— Я теорию провалил, — стушевался наш добряк. — Все сдал, а на тесте провалился.

— А я вот проспал, — почесал затылок Лимар. — Ну, вчера гуляли с ребятами, так сказать, в честь сегодняшних экзаменов. Ну, в общем, прибегаю я, а тут уже все. Прием заявок окончен, можно только через турнир попасть.

— Веселые вы ребята, — хмыкнул я.

— А ты на чем погорел? — заинтересовался Форст. — Или ты даже не пробовал?

— Пробовал, как же, — вздохнул я. — Все вроде бы хорошо сдал, но у меня огненный шар не приняли.

— Как это «не приняли»? — удивился Рам.

— Да вот так, сказали, что это и не шар вовсе.

— Да ладно! А какой он был? — заинтересовался Лим.

— Вот такой, — я быстро начертил пальцами руну в воздухе и залил в нее ману.

Наступила тишина, а потом громкий ржач.

— Да че вы как кони, блин, — начал я злиться. — Ну, нет у меня такого резерва, как у вас. Только такой и мог до цели долететь.

Я с грустью посмотрел на маленький огонек размером с фалангу мизинца.

— Ну, да, было бы странно, прими они его за шар, — хмыкнул, отсмеявшись, Форст. — Да, не повезло тебе с резервом. Зато заполняемость хорошая.

— Да это ерунда все. Магия ближнего действия тратит меньше маны, чем дальнобойная. А мне ее за глаза хватит.

— Прости, можно с тобой поговорить?

Мы резко обернулись на голос все вместе, хотя говоривший обращался к Ирис.

— Да я тебя… — тут же вспыхнул Рам, поднимаясь.

— Тихо, старина, успокойся, — тут же придержал его за плечи Форст, опуская на стул. — Думаю, Зиффергант пришел не для драки.

— Я все равно этого палача не прощу, — сквозь зубы прошипел он.

— Правда, я не хочу ссориться, — выставил ладони вперед потомок истязателей. — Ирис, мне очень нужно поговорить с тобой.

— Только при нас, — прошипел здоровяк.

Остальные были такого же мнения, сама девушка в том числе. В ее глазах читался страх.

— Хорошо, — потер он лоб. — Я хотел… в общем… прости, пожалуйста. Там, на арене, я очень плохо поступил и знаю это. Понимаю, что мои слова… черт, это сложно… Все дело в том, что в бою я не контролирую себя. Меня так обучали. Только ступлю на арену, меня словно подменяет кто-то. Ничего не могу с собой поделать. Я понимаю, что поступил плохо. И мне искренне жаль. Если хочешь, ударь меня или еще что. В общем, позволь искупить мою вину. Пожалуйста.

— Нет, я не хочу ничего, — тут же замахала руками Ири. — Это же была дуэль, ты выиграл. Все нормально.

— Да что значит «нормально»?! Эта падла… — вновь вспыхнул здоровяк.

— Тише, Рам. Он же извиниться пришел, — вновь принял роль миротворца наш слепец.

— Да, хочешь сгладить вину — оплати наш обед. — Тут же нашелся Лим. — Я думаю, это будет честно. Что скажешь, Ири?

— Я не против, — стушевалась она.

— Да какой там! Может, вы еще его за стол пригласите?! — запыхтел Рам.

Пригласи его за стол.

Ты с дуба рухнул? Да меня этот гигант живьем за такое съест!

Не съест. Приглашай давай.

— Слушай, если хочешь, присаживайся, — кивнул я на свободный стул.

— Я… не уверен, — замялся парень.

— Да ты охренел! — встал Рам, пылающим взглядом смотря на меня.

— Послушай, Рамус, может, и мне нет места за этим столом? — поднялся Форст. — Я ведь тоже девушку избил.

— Что? Нет, ты же просто сражался…

— Да? А ведь ей все равно было больно.

— Ну, ты же не издевался над ней специально…

— Да какая разница? Издевался или нет. Это не имеет значения. Вот такой у него стиль боя. И да, он извиняется, и хочет исправиться, а ты хочешь ему помешать. Кроме того, обрати внимание, что в том бою он не сдерживался. Он считал Ирис серьезным противником и выкладывался полностью. А скажи, считаешь ли ты ее сильным и достойным тебя противником?

— Я… зачем мне драться с Ири? — тут же замялся здоровяк.

— Видишь, ты не расцениваешь ее как сильного мага. Нет, я не считаю, что он поступил правильно, но одно дело, если бы он гордился своим поступком, а совсем другое, что он пришел с извинениями, а ведь мог этого не делать. Думаешь, они когда-либо пересеклись бы? Уехали бы в разные институты возле своих домов и все. Но он пришел. Понимаешь, что это значит?

— Но так нельзя, — еще тише произнес верзила.

— Рам, я ему кисть отрезал и пальцы сломал, да и ты, как мне помнится, неплохо морду набил, — вмешался я.

— А сейчас он еще и за наш ужин заплатит, — широко улыбнулся Лим.

— Ладно, — Рам опустился на свой стул.

— Я все же лучше заплачу да пойду, — изобразил подобие улыбки палач.

— Да нет уж, сколько мы тут из-за тебя ссоримся. На нас весь зал уже глаза вылупил, — покачал головой сын купца, после чего крикнул, посмотрев за спину: — Уважаемые, приятного вам аппетита. Шоу закончилось. Продолжайте есть.

— Да уж, навели мы шума, — хмыкнул Форст. — Да садись уже, нет правды в ногах.

— Спасибо, — палач опустился на стул, опустив голову.

Наступила тишина.

Похвали его.

Да ты заколебал уже.

Хвали говорю.

— А ты был не так слаб в бою, как могло показаться, — вздохнул я. — Нет, правда. На мгновение я испугался, что не успею доплести заклинание.

— Да, я всегда бьюсь изо всех сил, — кивнул он. — А что это было такое? Я даже не почувствовал, когда ты мне кисть отрезал.

— Ага, так я и сказал, — хмыкнул я.

Буду я еще свои секреты выдавать.

Ты идиот?

Что ты доколебался до меня? С какой радости я должен ему все выкладывать?

— Тир у нас парень скрытный, — хмыкнул Форст. — В отличие от Рама. Расскажи, как ты эту штуку сделал, ну, когда земля разошлась и сошлась обратно.

— Да ничего такого, — шепотом и не поднимая глаз произнес здоровяк.

Я заметил, как Лим выразительно посмотрел на Ири. Она сначала ничего не поняла, но позже до нее дошло.

— Точно! Это ведь магия второго уровня! Не знала, что ты такое умеешь.

— Да, научили, — начал оттаивать здоровяк.

— Да, кстати, Ирис, ты где научилась «Железную деву» делать? Оно ведь очень сложное, — заинтересовался наш новый собеседник.

— Да это бабушка научила. Она у меня магесса старой закалки. Тогда ведь всех и всему в школах учили, а у «Девы» вязь похожа на купол. Поэтому она мне легко далась. В общем, легче, чем огненный шар.

— Ага, только я ничего эдакого показать не успел, — вздохнул Лимар. — Я так испугался, когда увидел несущегося ко мне Тира. Он прямо на дьявола был похож. Глаза горят, лицо красное… ну, как на дьявола… На дьявола, спешащего в туалет.

Грянул громкий смех, даже здоровяк, пытающийся сердиться, прыснул.

— Ребята, принимайте заказы! — вернулась к нам официантка с подносом.

Мы принялись разбирать тарелки.

Разговоры стихли, как только мы приступили к еде. Видимо, проголодались все. Я и не сразу вспомнил, что палач ничего не заказал себе.

Рам оторвал огромный кусок мяса, положил на тарелку, заранее высыпав хлеб с нее на стол, и молча протянул Зифферганту.

Тот удивленно принял еду. Форст хмыкнул.

— Что? Не могу я есть, когда он голодными глазами на нас смотрит, — пробурчал здоровяк себе под нос.

Рамус вспыльчивый, но добрый. Поэтому отходит быстро. Хорошая черта.

Что в ней хорошего-то?

Вот ты все в себе держишь, а потом как сорвешься, так прячьте тарелки.

Блин, ну, швырнул я так одну тарелку, ну и что? Будешь мне всю жизнь припоминать?

Нет, я очень надеюсь, что однажды выберусь из тебя.

А насчет манеры боль в себе держать, я ее считаю правильной. Боль ведь как дополнительная энергия. В тяжелых ситуациях придает сил.

Ага, если не срываться без дела.

Так я и не срываюсь.

Ты это тому субчику скажи, который на стене остался.

Да иди ты в баню!

— Эй, вы чего тут собрались, уроды, это наше место!

Я чуть не поперхнулся ухой.

— Что ты сказал? — опешил наш здоровяк.

— Господа, мы скоро доедим и уйдем, не беспокойтесь, — принялся успокаивать всех «миротворец».

— Не беспокоиться? Да какого черта вы вообще приперлись в студенческое кафе? Вы не студенты! — незнакомец схватил мою тарелку и бросил на пол.

Я обернулся, заметив краем глаза, как наяривает Лим. Видимо, понимает, что доесть потом не получится.

Итак, трое. Первый — высокий голубоглазый блондин с поганой улыбочкой. С ним два качка. Смотрят почему-то на меня. Если бы за годы в школе я не привык к издевательствам, то скорее всего, взорвался бы.

— Че смотришь? — тут же пошел в наступление один качок. — Не нравится что-то? Может, пойдем, выйдем?

— Не, мне и тут хорошо, — изобразил я улыбку.

Угу, выходить мы пойдем, конечно. Делать мне больше нечего.

— Пойдем, выйдем! — тут же двинулся к ним Рам.

— Да стой, куда ты пошел? — не успел я понять, что происходит, как и остальные члены нашей команды пошли следом. — Ири, и ты туда же?!

— Ну, а что? Я тоже с вами, — заявила она.

Да твою мать, что происходит-то?!

Заступаются они за тебя. Так принято между друзьями.

Да какой я им друг?!

Покачав головой, я двинулся следом.

— Ребята, вы не заплатили! — остановила меня Саваска.

— Зиффе… твою мать, палач! — не смог я-таки выговорить его имя.

— Зови меня просто Зиф, — хмыкнул он, протягивая девушке деньги.

Мы вместе развернулись, но красноволосая придержала меня за плечо.

— Будьте осторожны, они те еще хулиганы и довольно сильные маги.

— Спасибо за предупреждение, постараемся сильно не бить, — улыбнулся я ей.

Слишком уж ты самоуверенный. Парни действительно сильные, а кроме того, еще и более опытные. Робы второго курса. Скорее всего, они уже перешли на третий, просто им не выдали новую форму. Очень странно, что они решили к вам пристать. Такое всегда каралось в академии.

Ну, так хулиганы же.

И все же нужно быть осторожным. Они ведут вас в сторону арены, а значит, хотят магический поединок устроить. Не ввязывайся.

Да, конечно, я же не идиот, перед полуфиналом драться. Хотя арена же раны залечивает и ману восстанавливает.

И все же, не лезь.

Хорошо, мамочка.

Мы вернулись в здание, из которого не так давно вышли. Сейчас трибуны были пусты. Никто не захотел ждать столько времени.

— Итак, давайте драться толпа на толпу. Трое против шестерых. У вас хорошие шансы на победу, — заявил блондинчик.

Логично. Они сильнее, но как бы мне избежать боя.

— Не пойдет, — покачал головой Рам. — Три на три будем биться! Чтобы по-честному!

Да где же это честно-то?!

— Рам, не стоит так. Они ведь сами предложили, значит, сами и согласны… — попытался я переубедить друга, но тут влез Лим.

— Ладно, раз так, предлагаю, чтобы первый бой провели мы втроем. Ири, Зиф и я. Все-таки из турнира мы выбыли, а, значит, и рисковать нечем.

— Да ладно, арена и мертвого воскрешает, вы ничем не рискуете, — заявил блондин.

— Да, но подраться-то хочется, — хрустнул костяшками сын купца. — Этим еще в турнире предстоит веселье, а нам скучно. Так что, если вы не против, мы начнем.

Задиры переглянулись и пожали плечами.

— Хорошо, а потом вы трое, — посмотрел он почему-то в мою сторону.

Вот интересно, почему всегда так получается? Я ведь никого не трогаю, ни к кому не цепляюсь, а они постоянно нарываются.

Да вид у тебя просто наглый. Вот и не любят тебя люди.

Слушай, ты вообще энергетическая субстанция. Молчал бы.

Так ты сам спросил.

— Ну, что, начнем? — Заерзал, готовясь, сын купца. — Ребята, дайте отмашку.

— Бой! — крикнул Форст.

Мгновение, и Зиф снова изменился. Словно и не он это вовсе. Не раздумывая ни секунды, он резко рванул вперед, Лим последовал за ним.

— Стойте, вы же из моей защиты вышли! — успела крикнуть Ири, но было поздно.

Оба парня упали без чувств на пол. У одного была дыра в голове, а второй вообще больше походил на лепешку.

— Что за черт? — удивленно произнес слепец.

Да, ребята очень талантливые. Сотворить «Столп» и «Копье тьмы» за такой короткий промежуток не каждый маг сможет. А это щенки еще.

— Ты не переживай, девочка, твоя защита бы им не сильно помогла, — заявил блондинчик, размахивая зеленым магическим молотом.

Он подошел к ее барьеру и, размахнувшись, снес его к чертям собачьим.

— Стойте! Я сдаюсь! — тут же завопила Ири.

— Ну, сдаешься, так сдаешься, — пожал он плечами. — Бой окончен.

Тела Зива и Лима тут же пришли в норму. Парни начали соловело осматриваться, пытаясь понять, что произошло.

— Выметайтесь! Будем ваших чемпионов мутузить, — хмыкнул задира.

— Кажется, у нас нет шансов, — прошептал я.

— Ты что, струсил? — осуждающе посмотрел на меня здоровяк. — Пойдем, размажем их.

— Нет, я… черт. Ладно, — я шагнул вперед вместе с Форстом и Рамом.

— Вы молодцы, — ободряюще хлопнул по плечу уходящего Лима слепец. — Теперь наша очередь.

Мы вышли на арену.

— Бой! — крикнул Лим совершенно безрадостно.

Я тут же бросился бежать к соперникам. В этот момент под блондинчиком вырос широкий шип, но он лишь гадко улыбнулся, сохраняя равновесие. Я услышал хрип позади себя. Мельком глянув назад, увидел Рама, нанизанного на тонкий каменный шип.

— Мой подлиннее будет, — хмыкнул один из шестерок этого гада.

Форст вступил в яростную схватку со вторым. Ветер бился с ветром, но продержался не долго. Защитная сфера моего товарища лопнула в воздухе, и разряды молний заставили тело дергаться.

— Теперь твоя очередь, — обернулся ко мне заводила в момент, когда я уже был близко.

Меня резко отбросило назад. На руках и ногах появились оковы, пальцы внезапно выгнулись, с хрустом ломаясь. Из горла вырвался непроизвольный крик, но мой рот тут же зарос. Какой-то странный кляп. Блондин, улыбаясь, направился ко мне. Его пальцы порхали, плетя какое-то заклятие.

Вот тварь!

Что он делает?

Не важно.

Что значит не важно, Ириан?! Что он, мать твою, делает?!

Выжигает тебя.

Я похолодел.

Как выжигает? Что это значит?

Заклинание, которое уничтожает твой резерв. Ты не сможешь использовать магию всего несколько дней, не переживай. Потом все будет хорошо.

Что значит хорошо?! Я же не попаду в академию!

Ничего страшного. Пройдешь в следующем году, или через институт переведешься.

Нет, так не пойдет! Ты можешь его остановить?

Нет, он сломал твои пальцы.

Тогда я сам.

НЕ СМЕЙ!

Только я погрузился в себя, как этот козел меня выдернул оттуда.

Не мешай мне! Я убью эту тварь!

И оставшихся двух? И всех новых друзей? Не смей! Если сделаешь это, на тебя начнется охота, и тогда можно позабыть о наших планах!

Я посмотрел на ребят, которые были снаружи, и нервно сглотнул. Двое шестерок блондинчика держали их в каком-то прозрачном кубе. Ребята пытались вырваться, но им не давали такой возможности. Их крики не достигали даже моих ушей. А эта блондинистая тварь все ближе подходила ко мне. Его взгляд стал еще более хищным. Видимо заканчивает. Черт!

Ириан, это все специально! Они устраняют именно меня! Я должен!

Я закрыл глаза и погрузился целиком в себя. Мир потух, и я начал падать. Меня окутывала тьма с мириадами маленьких разноцветных точек в ней. Я пролетел мимо камеры, в которой сидел молодой мужчина в серой робе, лет тридцати. Темные волосы, зеленые глаза. Он стучался в прозрачную стену и что-то кричал. Черт, а я уже успел забыть, как ты выглядишь. Ладно, все это ерунда. Я должен уничтожить эту тварь. Придется и с ребятами поступить немного гадко, но что делать. Я всегда был один. Разве что Ириан, но он скорее внутренний голос, чем друг и товарищ.

Коснувшись дна, я подошел к озеру, наполненному черной водой. Хотя нет, это совсем не вода. Это моя сила. Моя настоящая сила. Моя проклятая сила. Я встал на четвереньки и сделал маленький глоток, впуская ее в себя. Этого должно хватить.

Резко оттолкнувшись, я тут же взмыл ввысь. Открыв глаза, посмотрел на черно-белый мир, словно сотканный из туч. Он совершенно отличался от того, который я наблюдаю каждый день. Из земли в разные стороны бьют черные источники силы, а люди словно красные пятна. Я увидел и ненавистного блондинчика, который почему-то висел где-то вверху. Его держала огромная магическая лапа.

Спрячь! Спрячь немедленно! Тебя спасли!

Я тут же закрыл глаза обратно и в рвотном рефлексе своей души избавился от силы.

Кто нас спас? Что случилось?

Я вновь посмотрел на мир, но уже своими, нормальными глазами.

Сейчас сам все увидишь.

— Я велел вам остановиться, — услышал я морозящий нутро голос.

Обернувшись, увидел мужчину лет сорока. Черные волосы, седые виски. Борода такая же черно-белая. Белые бакенбарды, чернота вокруг рта.

Это он меня спас? И кто он такой?

Спас тебя не только он. Посмотри на вход.

Я перевел взгляд и увидел красноволосую официантку.

А он — Конрад. Мой старый добрый друг. Самый честный и ответственный человек во всем мире. Ух ты, а на нем серебристая роба! Он все-таки смог выбиться в проректоры. Молодец!

— Гассин, Рофалт и Шкап, вы понимаете, что нарушили три закона академии? Вы устроили поединок с гражданскими, ослушались своего преподавателя и атаковали мирных вне арены.

— Да ничего такого, — опустил голову блондин. — Они ведь тоже маги, причем неслабые. Мы просто хотели помериться силами. Тех, что снаружи, не трогали. Только в сферу заключили, чтобы они не помешали поединку. У нас-то судьи нету. А не остановился я потому, что не услышал.

— Не услышал, значит, — хмыкнул проректор. — Я буду ставить вопрос о вашем отчислении на педсовете. Слишком много от вас хлопот. Так, теперь насчет вас, — Конрад окинул всех нас взглядом. — Тирмон, Форст и Рамус, вы выбываете из состязания. Вы нарушили один из наших законов.

— Нет… — я ошарашенно посмотрел на него. — Это нечестно!

— Я не считаю, что они были правы. И эта троица свое получит, будьте уверены, — посмотрел он мне в глаза. — Но вы вроде взрослые люди, а повелись на такую глупость. Где ваши мозги?

Черт! Как же так! Почему?! Твою мать, как же так!

Я упал на колени и уткнулся взглядом в гладкий камень.

Как же так? После всего…

Не переживай. Все будет хорошо. Конрад этого так не оставит. Я его знаю, он разберется.

Ты знал его двенадцать лет назад! Какой он сейчас, ты знать не знаешь! Что мне теперь делать?

— Тир, ты как? — подошла ко мне Ирис.

— Сначала меня размазали как щенка, а потом лишили мечты… как тебе сказать…

Я встал и оглянулся на остальных ребят. Все были не в самом лучшем расположении духа. Особенно Форст и Рам.

— Пойдемте, вы ведь не доели. А все остынет, я велела никого не пускать за ваш стол, — начала подбадривать нас официантка.

Странно, но при этом она периодически косо смотрела на меня.

***

— Я прошу прощения, что собрал вас так спешно, уважаемые коллеги. Но у нас сложилась довольно своеобразная ситуация.

Аудитория затихла, смотря на ректора.

— Многие из вас присутствовали на отборочном турнире и могли заметить, что в этом году довольно много сильных и талантливых ребят, достойных учиться в нашей школе, не прошли. Эта ситуация не оставила меня равнодушным, и я решил составить еще одну группу первого курса.

Все удивленно загалдели. Пухлый профессор поднял руку.

— Да? — обратился к нему ректор.

— Простите, уважаемый Анимурикос, но ведь расписание уже составлено. Да и наша лицензия не позволяет выпускать из академии такое большее количество студентов.

— Ну, выпустятся из них далеко не все, — ответил глава академии. — Вы сами знаете, что минимум двадцать процентов студентов отчисляются до окончания обучения. В этом случае мы также изменим правила обучения. Всех, кто не будет поспевать за остальными, будем отчислять. Не переживайте об этом. А насчет расписания, да, нам придется попотеть. Я думаю, уважаемый проректор по учебной части, господин Конрад, сможет составить новое расписание?

Он посмотрел в сторону задумавшегося мужчины в серебристой хламиде.

— Конечно, — кивнул тот в ответ.

— Понимаю ваше негодование, но в этом году многие одаренные не прошли отбор, и я предлагаю дать им второй шанс. Ведь в нашей академии должны учиться только самые талантливые студенты. Итак, кроме Гервана Золотуса, победившего в соревновании, предлагаю принять…

Началось перечисление студентов, предлагаемых к принятию в академию. Чем дольше Конрад слушал, тем сильнее хмурился.

— Это все, есть желающие что-либо добавить? — ректор обвел всех взглядом и остановился на своем прямом помощнике, который вечно вставлял ему палки в колеса.

— Да, Конрад, у вас есть вопросы?

— Конечно, есть, — кивнул проректор. — Я не услышал имени Тирмона из школы Хаш.

— Конечно, вы его не услышали, — усмехнулся Анимурикос. — Нашей школе не требуются такие бездари, как он. У него нет ни резерва, ни нормальных заклинаний соответственно.

— Однако он дошел до полуфинала и выбыл лишь по техническим причинам. Он оказался сильнее многих из вашего списка, и высока вероятность, что смог бы победить, будь у него такая возможность. А вот некий Гермус Гантерберг дис Каромирион Хэйв из «малоизвестной» школы Лакрингарс, проигравший в первом же бою, в вашем списке есть. Мне это кажется подозрительным, господин Анимурикос, — теперь наступила очередь проректора усмехаться.

— Конрад, подойдите, — произнес хмурый глава академии. Когда его подчиненный выполнил приказ, он продолжил: — На что вы намекаете?

— Я не намекаю, господин ректор. Я говорю прямо. Мне кажется очень подозрительным, что на группу, включающую в себя вышеупомянутого участника турнира, напали наши же студенты — Гассин, Рофалт и Шкап. Когда я остановил их, они пытались выжечь именно обозначенного мной юношу. Мне это кажется очень подозрительным, господин ректор. Кроме того, складывается ощущение, что ваш племянник решил покрасоваться и поучаствовать в турнире для того, чтобы одержать победу и показать свою силу. Притом, что он был уже зачислен по итогам экзаменов. Но он проиграл, а правила запрещают принимать в школу проигравших в турнире, какими бы они замечательными ни были. И это правило, господин ректор, нужно именно для того, чтобы поступившие абитуриенты не мешали провалившимся. В данном случае вы не могли просто взять и принять племянника, ведь вы понимали, что над вами будут смеяться. Поэтому вы пошли на такой хитрый ход с созданием новой группы. Нет, я согласен с тем, что одаренные ребята там есть. Но вам на них наплевать. Вы считаете, что они не справятся и будут отчислены.

— Что вы себе позволяете! — прошипел ректор, красный, как рак. — Если бы не ваши друзья в министерстве, я бы вас давно…

— А если бы не ВАШИ друзья в министерстве, то вы бы сами уже давно! — прервал его проректор. — Не стоит строить из себя великого педагога, Анимурикос. Я знаю, что троицу штрафников прикрываете именно вы, а не вымышленные влиятельные друзья. Послушайте, я знаю многие ваши делишки и могу пошатнуть ваше кресло, думаю, вы понимаете это. Как минимум, уронить ваш авторитет в грязь перед педагогами я точно смогу. Пусть вы и останетесь на своем месте, но больше никогда не будете пользоваться уважением.

— Да я вас!

— Вы ничего мне не сможете сделать, — спокойно ответил проректор. — Что? Пустите обо мне новые слухи? Бесполезно. Уже все знают меня очень хорошо и просто не поверят. В отличие от вас, уважаемый ректор, мои руки чисты. Однако я готов не развязывать эту войну, но вы примете Тирмона в новую группу.

— К чему такие трепыхания, Конрад? Эта бездарность на первой же сессии провалится, если вообще до нее доживет, — презрительно посмотрел он на своего собеседника. — Ладно, я приму его. Но если вы посмеете впредь…

— Не думаю, что нам есть смысл дальше угрожать друг другу, — кивнул проректор и, развернувшись, направился к своему месту.

Анимурикос едва не сплюнул от злости. Он взял себя в руки и подошел к кафедре.

— По личной просьбе проректора Конрада в класс так же будет принят Тирмон из школы Хаш.


IV


Черт, черт, черт. Что делать? Она слишком близко, как так? Может, она хочет…

Моя рука опустилась на талию Саваски, слегка зацепив недозволенную территорию. Резко отрываю руку.

Черт, я коснулся ее! Стоп, она вроде не сердится. Как минимум выражение лица не изменилось. Она так близко, какие у нее красивые глаза. Такие красные… и не так, как у меня после бессонной ночи, а радужка красная. Опасные и красивые. А какой аромат, Господи, я никогда не стоял так близко к девушке. Интересно, почему она себя так ведет? Привела в комнату и прижала к стене. Может она… нет, не может быть… наверное, она просто хочет меня утешить. Так ведь утешают девушки. Да блин, какая разница… неужели я сегодня стану мужчиной? Боже, что делать, я ведь никогда не был с девушкой. Что делать? Ириан, ты же опытней меня! Подскажи, она… склоняет меня к близости?

Ты идиот? Она нож у твоего горла держит!

Ну, я не то чтобы против, знаешь, я слышал, что многие девушки любят различные… особенности в этом деле. Блин, готов ли я к такому? Не знаю. Не то чтобы я был против доминирования, но это как-то… ведь мужчина же должен быть типа сильным, бросать девушку на постель и овладевать ей. Разве не так? Хотя, если она очень хочет, то я…

Нет, ты правда идиот. Перестань думать всякую хрень и послушай, что она у тебя спрашивает!

Я нервно сглотнул и прислушался.

— Повтори, пожалуйста, — голос дрожит. Блин!

— Я спрашиваю тебя еще раз, ты проклятый?

Фшшшшшшш фшшшшшш фшшшшшш.

Перестань изображать ветер в моей голове.

— Ну, знаешь, мне иногда говорили «будь ты проклят», но я не уверен, что у кого-то из них действительно было желание проклясть меня. Хотя… может и было. Но этого же недостаточно, должны же быть и магические силы. Стоп, а ведь мне как-то это говорила одноклассница! Быть может, я и проклят! Точно!

Блин, это многое объясняет! Вот почему со мной никогда не хотели дружить девушки!

Нет, причина в том, что ты называл их курицами и не подпускал к себе близко.

Думаешь? Но Руас их вообще за попы хватал, так у него не было проблем с женским вниманием.

— Перестань ерничать! — официантка нахмурилась и прижала лезвие сильнее, заставляя меня вытянуться. — Я видела. Всего на мгновение, но от тебя полыхнуло тьмой… Остальные, может, и не поняли ничего, но я почувствовала!

Блин, все еще хуже, чем я думал.

О! Поздравляю! Твои мысли наконец-то пришли в относительный порядок! Что дальше? Ты наконец-то поймешь, что из-за своей гордыни все-таки спалился?

Ну… я… черт, что делать?

— Отвечай!

Блин она даже оскалилась от злости. Боюсь, она просто перережет мне глотку.

— Если ты не признаешься, клянусь богом, я сообщу преподавателям.

Скажи ей.

Ты шутишь? Об этом знаешь только ты! Больше ни один человек в мире не знает о моем проклятии. А ты предлагаешь раскрыться перед незнакомой официанткой?!

Все не так просто. Она уверена, что ты проклят. Смотри, в ней еще есть сомнения, но она думает, что это так. При этом она не боится тебя. Вышла ведь сюда с тобой. В глаза смотрит. Глупенькая. Я вот тоже однажды посмотрел в твои глаза на свою голову. Ладно, это пустое. Признавайся, уверен, она тебя не сдаст. А если и попробует, придется с ней разобраться.

Я не хочу с ней разбираться.

А умереть хочешь? А меня убить? Вот и я о том же. В любом случае, пока не скажешь, не узнаем наверняка, можно ей доверять или нет.

Ладно.

Я глубоко вздохнул и посмотрел прямо в ее глаза.

— Прости, но ты не могла бы отодвинуться? Обещаю, я не сбегу и не попытаюсь тебе навредить.

Она удивленно приподняла левую бровь, но все-таки отпустила меня. Я тут же оперся на колени и попытался отдышаться.

— Не знала, что ты такой трусишка, — произнесла она, смотря на меня.

— Нет, я не испугался, — выпрямился я.

— А-а-а-а… так вот в чем дело!

Я проследил за ее взглядом до самого своего паха и тут же сел на кровать, закинув ногу на ногу.

— Прости, ты не подумай, что я изврат какой или еще что. Просто ты красивая очень, ну и… это непроизвольно. Я не хотел, правда. В смысле, хотел, но… Черт, не в этом смысле…

Я не пойму, почему, блин, мне за тебя стыдно?

Да заткнись ты, я пытаюсь взять себя в руки.

Напомню, она спалила, что ты проклятый.

Да, точно.

— Ты права, — вздохнул я, пытаясь успокоить сердце. — Но прошу тебя, никому об этом не говори.

— Да я и не собиралась, — покачала она головой и присела на постель рядом со мной.

Наступила тишина.

— Почему? — удивленно посмотрел я на Саваску, когда до меня дошел смысл ее слов.

— Ну… У меня была сестра, — вздохнула она. — Мы были близняшками. Очень хорошо чувствовали друг друга и понимали. Мне достался дар, а ей… проклятье. Знаешь, она за всю жизнь не навредила ни одному человеку. Она сама боялась своего проклятья, я поддерживала ее, и мы вместе справлялись со всем. Она на мне училась контролировать силу. Я доверяла ей. А потом ее сожгли. Люди боятся проклятых. Считают, что вы можете нести только смерть. Я так не считаю. Вы ведь такие же люди, как и все. Хотя Риарсана была намного добрее многих. А как тебе удается скрывать ауру проклятого?

Вот и как ей объяснить, чтобы не соврать? Врать-то я не умею.

Размытые фразы тебе в помощь.

В каком смысле?

Да блин, скажи, что благодаря дару!

— Ну, мне повезло, у меня ведь и дар есть.

— А-а-а-а. Если честно, я даже и не знала, что такое бывает. Церковь утверждает, что проклятые не могут быть одаренными. Рада, что это не так. Тебе повезло. В отличие от моей сестры.

— Ну, я бы лучше отказался от своего дара. Жаль, что это можно сделать только на костре, — вздохнул я.

— Знаешь, ты можешь доверять мне, — заявила внезапно Саваска. — Моя сестра часто говорила, что, если бы не поддержка с моей стороны, она бы и не знала, что делать. Не представляю, как ты все это время жил один.

В ее взгляде появилась жалость, и мне стало как-то не по себе.

— Все хорошо. Не переживай. Но твою дружбу я принимаю. Ты же будешь кормить меня периодически?

Она приоткрыла рот, а потом звонко засмеялась.

— Ну, ты и наглец! Знаешь, я бы и рада тебя подкармливать. Но увы, я же не здесь живу.

— А где? — удивленно посмотрел я на нее.

— Ну, как где, в общаге, — хмыкнула девушка. — Я здесь подрабатываю на каникулах, а так я студентка четвертого курса. Точнее, перешла на четвертый в этом году.

— Серьезно? Я бы и не подумал, что ты такая старая!

— Знаешь, я давно хочу опробовать заклятье запора, но не знала на ком, — она выразительно посмотрела мне в глаза.

— Прости, прости. Намек понял, — я тут же замахал руками. — Да, в общагу мне уже не попасть.

— Да ладно тебе, есть ведь тьма различных институтов. Их ректоры частенько приходят на отборочный турнир. Учитывая, что ты добрался до полуфинала, тебя должны пригласить в парочку.

— Да, наверное, — я улыбнулся. — Спасибо.

— Было бы здорово, если бы тебя пригласили в имперский институт магических искусств. Там самые лучшие преподаватели, ну, после академии, конечно.

— Ага, — я понял, что начинаю клевать носом.

— А какой адрес ты отметил в заявлении?

— Трактир «Пьяный эльф».

Я там оставался раньше. Сегодня планировал ночевать в общаге.

— Ну, ничего, загляни завтра с утра. Уверена, ты найдешь пару писем, — она подмигнула мне и встала. — А сейчас отдыхай. У тебя был тяжелый день.

Саваска вышла, и я тут же плюхнулся в кровать. Сил совсем нет. Да и странно все как-то. Меня как будто прорвало. Я общаюсь с людьми, и они проявляют тепло по отношению ко мне. Это очень непривычно.

Это нормально. Так бывает у обычных людей.

Не проклятых?

Типа того.

Я прикрыл глаза и тут же вырубился.

Проснулся я по привычке ни свет ни заря и тут же принялся за свои ежедневные упражнения. Я слаб в магии, поэтому должен компенсировать это физическими нагрузками. Если бы не это, мое тело не выдержало бы бесчисленных магических ударов, да и добежать до противника я не успевал бы. Обычно маги не занимаются своим телом. Максимум используют заклятие для поддержания формы, ну, чтобы выглядеть красавчиками или красотками. Вот только бугры мышц, полученные таким образом, говорят не о силе, а о том, что это просто жир, закачанный куда надо и держащий нужную форму. Но этим обычно занимаются студенты и не особо талантливые маги. Все-таки в среде знати накачанное тело — признак черни. Какой уважающий себя лорд или сильный маг будет утруждать себя физическим трудом, тем более, показывать, будто он им занимается. Работать телом — дело черни. А знать либо худа, либо толста. Тут как получится.

Накинув куртку с капюшоном, я слетел по лестнице спящего трактира, кивнул сонному охраннику и побежал по улице. Сделаю кружок по городу, а на обратном пути заскочу в "Пьяного эльфа", посмотрю почту. Сомневаюсь, что там что-то интересное, но все же.

Так приятно бегать во время рассвета. Это время рождения дня. Солнечные лучи прогоняют тьму, а вместе с ней и всякую шушеру, блуждающую по темным переулкам ночью.

Между делом запрыгиваю на бордюр и бегу, резво переставляя ноги и стараясь держать равновесие. На перекрестке с трудом успеваю отпрыгнуть. Карета наезжает на лужу, поднимая брызги грязной воды. Останавливаюсь, пропуская ее мимо, и между делом поднимаю глаза к зданиям. Красиво здесь. Все дома каменные, вне зависимости от того, богатый человек живет там или бедный.

Ага, только тут не совсем так. Бедным просто не дают возможности ставить деревянные дома. Так что тут либо раскошеливайся, либо проваливай. Это было постановление еще деда нашего императора. Помнишь, по истории тебе рассказывали про багровую ночь? Когда император велел сжечь все деревянные дома.

Да кто же эту историю слушает-то? Скука смертная.

Зря ты так. История очень интересная штука. И поучиться есть чему, если уметь правильно думать. Ух ты, а эта лавочка еще работает, смотри!

Я обернулся и увидел закрытую пока еще лавку с изображением бублика на двери.

Здесь пекли самые вкусные в столице булки. Не знаю, так ли они хороши сейчас, но тогда были бесподобны. А на вот этой лавочке я сидел с Тэймой. Нас тогда увидел ее отец. Ох, и гонял он меня тогда! А здесь…

Да угомонись ты. Хватит голову засорять ненужными мыслями.

Я посмотрел вперед над домами и увидел пики замковых башен. Красиво, черт возьми. Четыре башни, и каждая принадлежит великому магу. Башня ветра, земли, огня и воды. Интересно, которая из них воздушная? Где там мечтает мой слепой товарищ поселиться?

Интересно, что они теперь будут делать?

Ну, Форст точно не отступится от своей мечты. Наверняка поступит в институт и на первом же турнире первокурсников попытается завоевать место в академии. Помнишь, я тебе рассказывал?

Да, да. Каждый год студенты разных институтов борются за право учиться в академии. Кто побеждает, переводится на тот же курс, на котором учился в институте.

Ну, вот! У тебя тоже может получиться!

Шутишь?! Я не смог школьников обойти, а там ребята уже намного сильнее. Ты же понимаешь, я уже почти дошел до максимума своего развития, а они только развиваются. За год мои сверстники обойдут меня без проблем.

В таком случае ты можешь закончить институт и попроситься лаборантом на кафедру химерологии. Думаю, тебя возьмут. Нужно будет только кое-где подмазать, с кем-то договориться… в любом случае, я думаю, попробовать пройти через институт было бы очень неплохо для тебя. И насчет максимума, ты сильно ошибаешься. Тебе еще расти и расти. Ты станешь куда сильнее, чем сейчас.

Ага. Конечно.

Я забежал в трактир и обратился к трактирщику.

— Извините, на имя Тирмона нет писем?

— Есть, — порадовал меня полноватый мужчина, достав три конверта.

— Можно? — протянул я руку.

— Три медяка!

— За что?! — опешил я от такой наглости.

— Ты не живешь здесь, а почта на твое имя приходит. Так что почтовый сбор.

— Вот же! — я почесал затылок. Денег-то у меня с собой нет, да и тратиться не охота. Совсем мало осталось. — А может, я по хозяйству помогу чем?

— По хозяйству, говоришь, — задумался он. — Сможешь плитку на крышу приладить?

— Конечно. Там пара пустяков.

— Вот и договорились, — кивнул он. — Пойдем.

Мы вышли за трактир и направились к сараю. Там он дал мне мешок с плиткой.

— Учти, разобьешь — век не отработаешь, — дал он наказ.

— Учту, — кивнул я в ответ и начал взбираться по лестнице на крышу.

Поднявшись на самый верх, я присвистнул.

— Красота-то какая! — с крыши трактира открывался неплохой вид на город.

Не свисти, денег не будет.

Их и так нет.

Их нет, потому что ты любишь свистеть, а свистеть ты любишь, потому что денег и так нет. Мне кажется, стоит прервать этот порочный круг.

Да не верю я в эти дурацкие приметы.

Я аккуратно спустился к бреши в крыши, стараясь не наступать на поврежденную линию. Страшно это, ну да ладно. Не страшнее, чем с Зифом на арене биться. Я принялся за работу, аккуратно прилаживая одну плитку за другой. Здесь главное не нервничать. Нужно работать аккуратно и спокойно. А так всего-то на десяток минут работы, а экономия в три медяка. Тоже неплохо. Хотя плотник за эту работу взял бы минимум пятьдесят или серебряный. Но я не плотник, и работы у меня пока нет.

Закончив с крышей, я вернулся в трактир и вручил толстячку пустой мешок. Людей в зале прибавилось. Просыпаются постепенно.

— Что, уже все сделал? — он даже не поверил. Вышел, отступил подальше и проверил. — Ну, ты, парень, и молодчик. Тебе работа не нужна? Кормить и поить буду на совесть. Да и денежкой не обижу.

— Пока нет, но если что, я приду.

— Это разумно. А пока присядь, я тебя накормлю.

Отказываться я не стал и вскоре уплетал свежесваренный супчик на курином бульоне. Поев, я попрощался с добрым трактирщиком и пошел дальше.

— Эй, малец, стой! — окликнул он меня уже на выходе. — Письма-то забыл!

— Точно! — хлопнул я себя по лбу. — Спасибо большое.

Забрав конверты, я пошел в сторону студенческого трактира. Солнце уже давно встало. Сейчас оно, конечно, рано встает, но и люди уже на ногах.

— Тир!

Не успел я зайти в трактир, как ко мне подбежал Рам и сжал в своих медвежьих объятиях.

— Отпусти, придурок, сломаешь! — прохрипел я, пытаясь вырваться из его медвежьих объятий.

Он услышал меня не сразу, но все же ойкнул и опустил на пол.

— Ты чего такой возбужденный с утра? Или ты всегда такой? — пытаясь прийти в себя, обратился я к нему.

— А сегодня не только он бодрый, — широко улыбнувшись, подошел ко мне Форст. — Доброе утро.

— Ну, у вас оно, судя по всему, реально доброе, — я заглянул за спину Рама и увидел всю нашу компашку в сборе. Даже Зиф был тут. — Чего случилось-то?

— Нас всех взяли в академию! — оповестила меня Ири.

— Не может быть, — удивленно посмотрел я на лица приятелей, ища издевку.

— Ага, по почте приглашение пришло. Новую группу создали, куда всех нас запихнули. Ты почту не смотрел еще?

— Нет, — я растерянно похлопал по карманам, ища конверты. — Сейчас.

Достав искомое, присел за стол и тут же развернул первый. Краем глаза отметил Саваску, оказавшуюся рядом. Ребята окружили меня со всех сторон.

— Так, уважаемый Тирмон из школы Хаш, приглашаем вас в институт Северного крыла, — начал читать я первое письмо. — Не то. Что в другом? Уважаемый Тирмон из школы Хаш, приглашаем вас в институт Темного леса. Опять не то. Блин, хоть бы здесь было. Уважаемый Тирмон из школы Хаш, приглашаем вас в институт…

Я сжал бесполезный клочок бумаги.

— Может, письмо просто не дошло, — задумался Форст. — Я слышал, такое случается иногда.

— Да ну, понятно же, — вздохнул я. — Не пригласили меня.

— Да не может быть! — возразил Лим. — Меня и Зифа пригласили, а тебя нет? Не поверю. Ты на арене нас обоих выиграл.

— Я думаю, вам лучше в академии уточнить, — задумчиво произнесла Савраса. — В жизни всякое случается. Может, ошиблись и по другому адресу отправили?

— Точно, пойдем в академию, — поддержал идею здоровяк.

— Ты с нами? — посмотрел я на старшекурсницу.

— Нет, мне еще работать надо, — улыбнулась она. — Давайте, удачи вам там.

— Спасибо.

Мы вылетели всей толпой и понеслись к зданию академии. Я бежал впереди всех, меня торопила надежда. Такая маленькая, едва тлеющая, она заставляла лететь вперед. Я даже и не заметил, как оказался у входа.

— Простите! — обратился я к пожилой бабушке. — Вы не могли бы посмотреть списки зачисленных?

— А что, сами не знаете, приняли вас или нет? — приспустив очки, посмотрела она на нас.

— Ну, пожалуйста, нам очень надо, — умоляюще произнесла Ири.

— Ох… все вам надо. Кто бы спросил, что мне надо, — проворчала она. — Как звать?

— Тирмон из школы Хаш.

— Тирмон… Тирмон… нет, не вижу такого, — покачала она головой.

— Подождите, может, списки старые. Форст из школы Салваско есть?

— А Рамус из школы Криваран?

Ребята наперебой начали называть свои имена. Бабулька всех их нашла, но вот меня в этих списках не было…

— Слушай, это наверняка какая-то ошибка, — попытался успокоить меня слепец. — Я думаю…

— Да ладно тебе, — постарался я улыбнуться. — Понятно же, что меня просто не взяли.

— Так, а вы чего тут встали, господа и дама? — вышла из своей кабинки бабушка. — Давайте быстро внутрь! Вас должны в общежитие заселить, форму выдать. Вы что, никогда не слышали, что тот, кто не придет на первую пару в первый день занятий, будет отчислен?

— Ну, так до занятий же еще три дня! — возмутился Рам. — Куда вы нас гоните?

— Идите, идите, нечего тут стоять! И ты иди! — махнула она мне рукой.

Я остался один. Хотел бы я назвать это гордым одиночеством, вот только гордости во мне столько же, сколько огня в луже. Ребята пытались протестовать, что-то кричали мне, но я не слышал. Я просто шел обратно в трактир.

***

— Так ты решил, в какой институт пойдешь? — посмотрела на меня Саваска.

— Слушай, а почему ты сейчас такая особенно красивая? — я попытался положить голову на руку, но моя думалка вдруг неожиданно соскользнула, и я едва не ударился носом о стол.

— Я вот не пойму, как ты умудрился нажраться с одного бокала разбавленного вина?

— Оно разбавленное? — я с удивлением посмотрел на красный напиток, но все плыло у меня перед глазами.

— Представь себе. Я сама его разбавляла.

— Зачем? — ошеломленно посмотрел я на нее.

— Зачем, зачем… надо так. Я бочку разбавлю, пару литров воды залью, пару литров вина солью. Знаешь, пусть и не большой, но навар.

— Ах ты, хитрая лисица! — я сощурился и погрозил ей пальцем. — И не стыдно тебе, ик, людей обманывать?

— Господи, Тир, ты чего такой слабенький на алкоголь? Ты вообще раньше пил когда-нибудь?

— Было! — уверенно кивнул я. — Один раз.

Ага, пинту пива залпом, а потом валялся под забором, мыча как телок.

— Заткнись! Это вообще все из-за тебя!

— Ты это мне? — удивленно выгнула бровь девушка.

— Нет, милая. Что ты. Разве я могу так тебе сказать? Нет, это я Ириану.

Заткнись, придурок!

— Сам ты придурок! А я умный! Только не понимает этого никто! Я вон как их всех. И ведь нет у меня маны пошти… а я все равно их… Я умный… я же умный?

— Умный, умный, — улыбнулась моя собеседница, хотя сейчас она была скорее собутыльница. — Но пить тебе хватит.

Она попыталась отобрать у меня бокал, но я тут же прижал его к себе, облив заодно и рубашку.

— Я взрослый мужчина! Я сам решаю, когда мне хватит! — наставительно сообщил я свое мнение.

— Мужчина, кто же спорит. Ты мне скажи, мужчина, ты решил куда поступишь?

— Куда поступлю… куда поступлю… Ириан, старый хрыч, куда я поступлю?

В институт благородных девиц.

— В институт благородных девиц! — важно поднял я палец к потолку.

Саваска зашлась в звонком смехе, а я пытался понять, что такого смешного сказал. И только тут до меня дошло.

— Ах ты козе-е-е-ел! Ты чего меня перед девушкой позоришь?! Знаешь же, что она мне нравится.

Это ты себя позоришь.

— Я-а-а-а-а-а?! Да я… да я тебя!

Сто раз уже говорил, не разговаривай со мной вслух!

— Ну, это же Саваска! Рядом с ней можно!

Ладно, скажи, что поступаешь в Северное крыло.

— Ириан говорит, что мы поступаем в институт Северного крыла.

— Северного крыла? Это же в Терраспуре. Слушай, там внизу ребята отдыхают, они завтра сопровождают караван в Распум, а оттуда до Терраспура рукой подать. Подожди минутку.

Она выпорхнула из комнаты, и я остался один. Совсем один. Мысли путались в голове, не позволяя сосредоточиться на чем-либо. Я и не заметил, как заснул. А вот как проснулся, понял очень хорошо.

— Тир, тир, очнись! Тир!

Я резко откинулся на спинку стула, не рассчитав размах, тут же завалился назад, взмахнул пару раз руками, но это не помогло. Я с грохотом рухнул на пол.

— Это не я упал! Это комната повернулась! — зачем-то попытался я обмануть Саваску. — И вообще, она себя как-то странно ведет! Кружится и двоится. Скажи, ты меня привела в зачарованную комнату?

— Ага, сама зачаровывала, — хмыкнула девушка, сажая меня обратно за стол. — Слушай, я договорилась с ребятами, рассказала, что ты на турнире бился, один из них тебя видел. Короче, они возьмут тебя с собой. Выезжаете завтра с рассветом.

— Бли-и-ин, Сава-а-а-а-аска. Ты такая хорошая, ик. Ты знаешь, у меня ведь в жизни никого нет. Родители еще в детстве в приют отдали. Не захотели такого уродца растить. А меня не любит никто Саваска. Вот скажи, ты меня любишь?

— Как это никто не любит? А Ириан?

— А-а-а-а! Он тот еще придурок. Только о себе и думает. Это ведь не мне все это нужно. Это ему нужно! А я ему просто помочь хочу.

— А кто он такой?

— Он? Он мировой пасан. Знаешь, мы с ним двенадцать лет назад познакомились…

Выпей.

— Зачем?

Ну, ты же мужик? Выпей! Потом расскажешь.

— Я мужик! Не веришь? А я докажу, — я встал на ноги, взял бокал и опрокинул вино в себя. — Подожди, что я говорил? Я что-то хотел сказать…

Я защелкал пальцами, пытаясь вспомнить, и тут ко мне пришла гениальная мыль.

— Саваска, выходи за меня замуж.

Договаривал я уже с закрытыми глазами. Сознание покинуло тело до того, как я упал.


V


Боже, за что мне это? Голова раскалывается. Еще и этот стук колес, и подбрасывает меня, вызывая рвотные рефлексы. Какого черта?! Где я? Что вообще происходит?

Ну, происходит то, что ты полнейший кретин! У тебя вместо мозгов желе какое-то!

Слушай, не ори, у меня и так голова гудит.

НЕ ОРАТЬ?

Господи, Ириан!

Я рефлекторно зажал уши руками. Знаю, что не поможет, но блин…

Ты, вообще, помнишь, что вчера наговорил?

Вчера… вчера… что было вчера? Стоп… твою мать…

Вспомнил?

Да, я сделал предложение Саваске! Что я за идиот! Она же теперь меня вообще видеть не захочет!

Кретин, ты практически выдал нас!

Да какая разница? Она же уже знает, что я проклят. Не выдала, а значит, и теперь не выдаст.

Угу, вот только она-то думает, что ты добрый, хороший мальчик. А когда узнает, что ты со мной сделал? Когда поймет, что ты не ее сестра, и уже несколько человек погибли от твоих рук. Что тогда?

Прекрати.

Я думал, мое настроение не испортить, но воспоминания былых лет…

Прости, но ты должен понимать, что никому нельзя раскрываться полностью.

Ты же сам хотел, чтобы я открылся людям! А теперь говоришь, нельзя?!

Не нужно скакать из крайности в крайность!

— Эй, приятель, ты как?

Я с трудом разомкнул глаза и посмотрел в ту сторону, откуда донесся чей-то голос. Стоп, а где я вообще?

В караване.

И что я тут делаю?

Едешь в институт Северного крыла.

Блин, а что это за институт?

Ну, он в пятерке лучших, так что вполне неплохо устроился.

Неплохо… да уж…

Я спрыгнул с телеги, на которой ехал, и с трудом остался на ногах.

— Ты как? — поддержал меня за локоть мужчина в кожаных доспехах.

— Нормально. Спасибо, — от чистого сердца поблагодарил я его. Падать что-то совсем не хочется. — Я Тирмон. Можно просто Тир, а вы?

— Рафик я. Охранник каравана, — мужчина улыбнулся, показав ряд… хотя нет, рядом это не назвать — из передних зубов на месте штук пять.

— Я вроде как тоже охрана, — почесал я затылок.

— Ну, как, ты же колдун, вроде. Не?

— Типа того, — вздохнул я, почесав затылок.

Блин, не люблю, когда меня колдуном называют.

А как ты хотел? Если закончишь институт, станешь волшебником. Хуже тем, кто колледж заканчивает. Вот они на всю жизнь остаются чародеями.

Магом быть хочу.

Ну, чтобы стать настоящим магом, нужно академию закончить. С другой стороны, это ведь система для немагов. В своей среде вы все друг друга магами кличете, правда, это неправильно. Какие же вы маги-то.

Угу, и быть мне, значится, волшебником.

Да ладно тебе унывать, после окончания института можешь попробовать в академию на дополнительное обучение поступить. Переучишься на мага. Да и может, все-таки сможешь на первом курсе в турнире победить. Было бы неплохо.

Мечты, мечты…

— Как чувствуешь-то себя? — вновь привлек мое внимание Рафик.

— Голова гудит.

— Ну, от этой хвори у меня свои чары есть, — весело подмигнул он мне и протянул бутылку.

Я благодарно принял ее. Сушняк жуткий. Но стоило мне сделать пару глотков, как все мышцы лица скривились в ужасном спазме.

— Это что за кислятина? — едва ворочая языком и прикрыв один глаз, обратился я к собеседнику.

— А так она и называется — кислинка, — широко улыбнувшись, просветил он меня. — Простокваша заквашенная и перебродившая. В общем, объяснять долго, а с похмелья самое то. Да и жажду утоляет. Много не выпьешь, зато быстро напьешься.

— Спасибо, — сильно кривя душой, поблагодарил я его.

— Да не за что. Ты к чародею нашему подойди. Он просил, чтобы ты, как очнешься, к телеге волшебников заглянул. Они на самом носу каравана.

— Тогда пройдусь до них. Спасибо еще раз.

Как ни странно, благодарности в этот раз у меня было куда больше. Голова действительно стала соображать лучше, а мышцы немного проснулись. Ладно, пробегусь до палатки, а потом нужно зарядкой заняться.

Пару раз вздохнув, я слегка подпрыгнул и побежал вперед легкой трусцой. А караван-то у нас не маленький. Телег двадцать, наверное, может, даже больше. Да и охранников человек сорок точно есть. Плюс торговцы со своими помощниками. В общем, довольно крупный караван. Добравшись до самого начала, я увидел двух парней в грязно-коричневых хламидах и девушку в желтой. К ней я сразу и направился.

— Доброе утро, — обратился я к чародейке.

— Доброе? — выгнула она бровь. — Возможно, и доброе, только ты забыл, колдун, как должен обращаться к высшему рангу.

Я стиснул челюсти, но правила есть правила.

— Простите, госпожа волшебница, — прошипел сквозь зубы.

— Прощаю, но если услышу, что ты во время похода выпил хоть глоток алкоголя, дальше будешь идти пешком и сам, ты меня хорошо понял?

Серые глаза полыхнули таким холодом, что мне стало как-то не по себе.

— Да, — снова прошептал я сквозь зубы.

Она не стала ничего отвечать. Просто уставилась вперед и поехала на своем коне дальше. Я же поймал понимающий взгляд двух чародеев. Оба парня были похожи друг на друга, хотя один явно старше другого. Скорее всего, братья.

Я отстал от важной дамочки, развернулся и побежал в хвост каравана.

— Ну, что, как там? — остановил меня на половине пути Рафик.

— Да как там, дамочка какая-то мерзкая.

— Ну, дык, волшебница! — поднял он палец вверх.

— Ладно, я побегаю немного. Позже к тебе прискочу.

— Ага, давай.

Я развернулся и отправился дальше к хвосту. Тело постепенно приходило в себя, мышцы просыпались, и мое самочувствие явно улучшалось. Вернувшись к телеге, рядом с которой шел мой новый знакомый охранник, я закинул ноги на борт и начал тренировать пресс, опускаясь и поднимаясь.

— А ты хорош! Я думал, одаренные не утруждают себя физическими нагрузками, — удивленно произнес Рафик.

— Так это же Тирмон из школы Хаш, — подошел к нам молодой черноволосый парень.

Судя по добротной чистой одежде — купец.

— Мы знакомы? — взявшись за борт обеими руками, я подогнул колени и начал опускаться и подниматься, нагружая руки.

— Нет, я Вилан, троюродный брат Лимара, — представился он. — Видел, как ты его на турнире отделал.

— Лимар сильный парень. Слышали, наверное, что он поступил в академию.

— Да по этому поводу дядька такой пир закатил! Как тут не слышать, жаль только, что я на него не попаду. Расписание каравана ради двух телег не изменят, а ждать, пока соберется следующий, долго будет.

— А чего сами не ходите? Караванщики же хорошую плату берут.

— Ну, знаешь, в последнее время разбойников много, и у каждого как минимум пара колдунов имеется, а то и чародеев. Сейчас же время такое, даже вашему брату не всегда работа найдется. Так что лучше уж так, больше денег сбережем.

— Это логично, — я спрыгнул с телеги и протянул ладонь. — Ну, будем знакомы.

— Будем, — ответил он на рукопожатие. — А тебя, значит, не приняли?

— Нет, — покачал я головой. — Видать, слабоват я для них.

— Слабоват, как же, — хмыкнул он. — Видел я, как ты с тем палачом разобрался.

— А что по итогу-то? Сделали тебя? — заинтересовался разговором Рафик.

— Да, что случилось-то? После перерыва нам просто объявили победителя. Сказали, что оставшиеся трое дисквалифицированы.

— Да это… — почесал я затылок. — В общем, не поладили мы там с ребятами с третьего курса, ну, и подрались малек. Нас за это и турнули.

— Вон оно как! А я на тебя поставил.

— На меня? — удивленно приподнял я бровь. — Там же такие парни были сильные. Форст, Рамус.

— Да, но я был уверен, что ты победишь. Моя чуйка никогда не подводит. Если бы не убрали тебя, по-любому выиграл бы.

— Ели бы да кабы, — печально вздохнул я.

— Слушай, а ты не хочешь в купцы пойти?

— С чего это такое предложение?

— Ну, как, у тебя голова очень хорошо работает. Я же видел, как ты дрался. Не силой брал, а думалкой. Да и старательный ты, это сразу заметно. Ну, и стержень у тебя есть. Самый важный момент для торговца.

— Спасибо, конечно, но нет. Я сейчас в Северное крыло еду, меня на обучение пригласили. А оттуда постараюсь попасть в академию.

— Я же говорю, стержень у тебя есть. Если парадная дверь закрыта, ты черный ход ищешь или окна приоткрытые. Очень хорошая черта.

Ага, есть у меня стержень. Ирианом зовут.

Ой, да ладно тебе, засмущал.

Да иди ты.

— Слушай, а не хочешь поиграть в "Тактику"? Среди купцов ни одного нормального игрока, а «Ваше Магичество» не опускается до игры с немагом, и подчиненным не позволяет.

— Если честно, я…

Играй!

Что? Я ведь понятия не имею, что это за "тактика" такая.

Я имею! Сто лет не играл. А игрушка очень интересная. И мышление развивает. Соглашайся. Я буду говорить, как ходить.

Ладно, только учти, если проиграешь, второй раз не сядем.

Договорились.

— Что ты? — недоуменно посмотрел на меня Вилан.

— Я не против, — пожал я плечами.

— Вот и отлично! Я правда сто лет уже не играл, но сейчас все вспомню. У меня и доска специальная есть, намагиченная[1]. Можно хоть вниз головой играть. Прыгай в телегу.

Я взобрался следом за своим новым знакомым и присел на какой-то тюк. Он достал расчерченную на клетки доску и начал раскладывать белые фигуры. Я взял черные.

Первый ряд ставь магов, видишь, они в цветных хламидах. С краев более слабых, к центру сильнее. Соответственно, грязно-коричневые — чародеи, желтые — волшебники, ну, и дальше до черно-белого архимага. Второй ряд кавалерия и арбалетчики, а четвертый пехота.

И как тут играть?

Я недоуменно посмотрел на доску. Сейчас с двух сторон стояли по четыре типа войск. Разница только в цвете.

Пехота ходит на одну клетку, бьет передние три клетки, особенно опасна для конницы. Кони не могут ударить в лоб пехотинца, но они ходят на восемь клеток и могут обойти с тыла. Арбалетчики стреляют поверх своих на пять клеток, а маги атакуют на разные дистанции. Архимаг может ударить сразу по площади, но если перед ним стоят свои, он убьет и их…

В какой-то момент я понял, что уже ничего не понимаю. Ириан продолжал мне объяснять, что к чему, но я уже не понимал и решил полностью довериться ему. В игре, может, разберусь.

— Ну, что, начнем? — потер ладони мой соперник.

— Ага, давай, — кивнул я ему.

— Орел или решка?

— Орел.

Он подбросил монетку, поймал ее, и я увидел птицу со змеей в когтях.

— Твой ход.

Ну, поехали! Бери третьего пехотинца слева и на клетку прямо.

Началась игра, и я попытался понять суть. Постепенно я понял, кто как ходит и как бьет. Для пехоты опасны арбалетчики, для арбалетчиков — конница, для конницы пехота, а маги страшны всем. Причем не только чужим, но и своим. Как Ириан, так и Вилан периодически уничтожали собственные войска для того, чтобы выиграть лишнюю фигуру противника. Сначала вообще было просто месилово Они обменивались фигурами, тщательно сокращая количество войск, а вот все самое интересное началось, когда фигур осталось мало на доске. Как я понял, суть игры в полном уничтожении противника, хотя, если у тебя солдат в два раза больше, то ты победил, так как вражеские фигуры бегут. Очень интересно.

— С ума сойти! И как я магистра-то так потерял? — потер затылок купец.

— Бывает, — пожал я плечами. — Еще партию?

— Давай, только теперь на ставку. Так интересней.

— Ну… давай. Одну медяшку ставим?

— Шутишь, что ли? Играть полчаса ради одной медяшки — глупо. Давай хотя бы по серебрушке.

Соглашайся.

Чего? У меня всего пять серебрушек всего!

Ставь!

Да ты офигел? На что мы жить-то будем?!

Ставь, говорю, еще и заработаем.

Вот ты… ладно.

— Хорошо. Давай сыграем.

— Вот это уже разговор, — он потер ладони и сверкнул глазами. — Поехали.

Мы снова расставили фигуры, подбросили монетку и начали играть. Черт, а я ведь никогда не считал себя азартным человеком, но сейчас с жаром наблюдал за сражением, переставляя фигурки за Ириана, он же в свою очередь рассказывал, почему он походил так и зачем купец ответил эдак. Интересно, но все довольно быстро вылетало из моей головы.

— Да! Теперь мне повезло больше! — улыбнулся Вилан, протягивая руку.

Я достал из внутреннего кармана монетку и протянул ему.

Подзаработаем… подзаработаем… а что в итоге? Пятая часть всех моих денег насмарку!

Не переживай, сейчас отыграемся.

Да иди ты в баню! Отыграется он. Не хочу я больше деньги терять.

Играй, говорю, я специально проиграл. Если постоянно выигрывать, то заработать не получится. Кроме того, в первой партии он тоже поддался, чтобы ты согласился играть на деньги.

— Ну, что, еще партейку? — предложил купец.

— Давай, — вздохнул я.

Сейчас он будет поддаваться.

Зачем?

Чтобы ты хотел играть дальше. Послушай, тактика — игра не для дураков. Сражение происходит не только на доске, но и в жизни. Вы как бы пляшете друг с другом, то поддаваясь, то выигрывая. Но настоящее сражение будет в следующей партии, ведь именно от нее зависит, кто заработает, а кто потеряет.

Ничего не понимаю, но раз уж ты в этом уверен… учти, если что, ты будешь мне должен, как земля фермеру.

Договорились.

Началась новая игра, и я продолжил учиться, пытаясь разобраться, кто, зачем и что делает. В итоге, как и говорил Ириан, партию мы выиграли, и я получил свою кровную монетку обратно. А вот в следующей партии все изменилось кардинально. В воздухе появилось небольшое напряжение. А вот мой внутренний товарищ играл легко и непринужденно. Этот бой мы также выиграли.

Слабак. Он уже самообладание теряет. Не переживай, Тир, разденем его до трусов!

Да я и не переживаю. Мои монетки в кармане, а что выиграешь, можешь смело проигрывать. Это не так страшно.

Договорились.

Нет, если сможешь выиграть больше, то смело выигрывай. Я только за.

Что, хочется немного разбогатеть?

А кому не хочется?

Не переживай, его запросто сделаем. Он ведь видит, что ты в этой игре полный ноль, пытается играть на эмоциях, и это у него получается, вот только твои эмоции не играют роли в данном случае. Играю-то я.

Хорошо.

Мы снова начали играть. Вилан все чаще начинал жевать губу и нервничать. Выигрывали мы чаще, чем он, хоть и не намного, но этого хватало, чтобы маленькая горка возле меня росла, пополняясь новыми монетками.

— Обед! — донеслось спереди, и охранники по очереди передали это сообщение по всему каравану.

— Давай пока прервемся? — выиграв, предложил купец. — Потом продолжим, если что.

— Договорились, — кивнул я.

Интересно, что он предложит.

Ты о чем?

Ну, он уже понял, что все идет не по его плану, и теперь предложит что-то изменить. Скорее всего, достанет кубики препятствий.

А это еще что?

Увидишь.

Караван сделал круг на поляне и встал таким образом, чтобы телеги оказались снаружи, а люди расселись внутри. Люди достали котлы и мешки с различной едой. Коней стреножили и отправили пастись. Волшебница вместе с чародеями села отдельно от всех, а я даже растерялся, не зная, куда идти.

— Тир, ты чего там встал? Иди к нам! — махнул мне рукой Рафик, сидящий в окружении других охранников.

Я запрыгнул обратно на телегу, в которой изначально проснулся, и забрал свой мешок с вещами.

— Ну, как, сколько проиграл? — посмотрел на меня новый знакомый.

— Нисколько, даже выиграл немного.

— Ага, пару партий сыграли? — хмыкнул рыжебородый бугай, сидящий справа от Рафика.

— Нет, уже раз восемь. Сначала по одной серебрушке ставили, потом подняли ставку.

— Брешешь, — все охранники зависли, смотря на меня. У рыжего даже каша обратно в тарелку упала.

— Зачем мне?

— Да Вилан же тот еще шулер. Подожди, может, ты это, колдунством своим там что-то начудил? — заинтересовался Рафик.

— Да как тут наколдуешь? — удивленно посмотрел я на него.

— Это да, — почесал он затылок. — Удача-то не нужна, и колдовать смысла нет.

— Вот именно, — пожал я плечами и начал уплетать кашу.

— Слушай, а давай сыграем! — зажегся идеей рыжий. — Ты же не шулер? Дурить не будешь?

— Да как там дурить-то вообще можно?! — удивленно воскликнул я.

— Да кто его знает. Люди по-разному дурят.

— Не, я этого дела не умею, — покачал я головой.

— Ну, можно, в принципе…

Не играй.

Что? То играй, то не играй. Ты уж определись!

Нужно сначала Вилана дожать. Если увидит, как ты с другими играешь, точно неладное почувствует.

Ладно.

— Только я пока с купцом играю. Обещал продолжить после обеда.

— Ну, лады, — кивнул рыжебородый. — Если что, я Харч. В районе тринадцатой — пятнадцатой телег обитаю.

— Договорились. Я Тир, — кивнул я бугаю.

— Помнится, был у нас один шулер на деревне, — хмыкнул один из охранников, заводя историю. — Надурить меня хотел.

— Ну, так и что? — заинтересовался второй.

— Что? — он осмотрел всех. — Я ему все фигурки по одной в задницу засунул.

Начался массовый гогот, а я мотал головой, не понимая, над чем они смеются.

Не обращай внимания. Это такой юмор.

Так, а что смешного-то?

Не знаю, я тоже никогда не понимал таких шуток. Тут дело в том, что они чернь. В школах не учились. О мире, считай, ничего не знают, для них деревня и периодические заработки и есть весь мир. А чем меньше кругозор человека, тем он глупее. А чем глупее, тем над более нелепыми шутками смеется.

Не понимаю. Они же такие же люди, как и я. Ну, не совсем такие. Не проклятые они.

Дело не в этом. Я тебя уже сколько лет учу, сколько всего рассказал и сколькому научил, ты сейчас на голову умнее их. Только не понимаешь этого. Тебе кажется, что все люди равны. Это хорошо, что ты не зазнаешься, вот только пойми, у тебя другой уровень. Тебе не будет с ними интересно. Их разговоры, шутки… для того, чтобы их понять, ты должен опуститься на их уровень, а вот это уже называется деградация.

То есть, если я кого-то считаю глупее себя, то не должен с ним общаться?

Не совсем так. Общаться ты можешь со всеми, но только не деградируй. Развивайся. Всегда развивайся и не оглядывайся. Другие будут тащить тебя вниз, не позволяй им. Твой путь иной.

Ничего не понял.

Я облизал ложку и, завернув в тряпочку, положил в сумку.

Сколько раз говорил, не делай так! Мы же возле реки остановились. Иди помой посуду!

Да зачем? Она же и так чистая.

Нет, не чистая. Помой.

Вот ты приставучий-то. Из алюминиевой не ешь, после еды помой…

Блин, точно! Ты опять перед едой руки не помыл!

Отстань.

Да ты хоть понимаешь, сколько всяких червей может попасть в твой организм из-за того, что ты не моешь руки?!

Блин, а вода такая чистая. Искупаться, что ли?

Я мельком огляделся, на виду у всех не хочется раздеваться.

Отойдя немного ниже по руслу реки, я пробился сквозь деревья, помыл посуду, разделся и сиганул в воду.

Блин, как же тут хорошо. Прохладная вода как будто оживляет каждую частичку тела, придавая сил и энергии.

Слушай, а ты ведь сегодня еще ни разу не тренировался руны чертить.

И ты считаешь, это моя вина?! Это ты решил поиграться в тактику!

Но тренироваться тебе все равно надо вне зависимости от того, чем мы занимались. Точно! Заодно потренируемся колдовать в экстремальных условиях.

Чего?

Слушай сюда, выдохни и опустись под воду.

Я пожал плечами и нырнул. Люблю находиться под водой.

Так, а теперь начерти «клинок», только не насыщай энергией.

Да я задохнусь!

Не переживай, твое тело способно на большее.

Я начал чертить, но меня все больше посещало чувство, что вот сейчас я вдохну воду. Вот сейчас я утону, вот сейчас… я резко оттолкнулся от земли и жадно вдохнул воздух.

Плохо! Ты почти закончил!

Я бы утонул! Или задохнулся!

Ладно, в этот раз ныряй с воздухом. Твоя задача создать «Чешуйки» и «Клинок». Давай.

Я снова нырнул. Выносливость у меня хорошая, без воздуха до трех минут могу обходиться.

Молодец, а теперь еще один щиток, только залей в него ману.

Задохнусь!

Не бойся! Ты сильнее! Ты справишься. Давай!

Я отключил паникующий без воздуха мозг и исключительно на рефлексах принялся чертить щиток. Паника довольно быстро охватывала тело, заставляя вынырнуть, но я оградил свое сознание от нее, не позволяя меня захватить. Последний узор встал на место, и я по привычке залил в него ману.

Молодец!

Я резко вынырнул и вдохнул воздух полной грудью. Я не сразу понял на что смотрю.

Это что?

Сиськи.

Подсказка Ириана была не особо нужна. Я уже это понял, и даже понял, чьи они.

— П… простите госпожа волшебница, я не хотел, — выставил я ладони вперед, пытаясь оторвать взгляд от розовеньких кружков.

— Не хотел, значит?! — произнесла она, окутываясь паром, чтобы прикрыть свою наготу. — Больше точно не захочешь.

Прикрой пах!

Я рефлекторно закрылся, отбивая «чешуйкой» ледяной шип.

Делай ноги, придурок!

Я развернулся и постарался выбежать, но вода внезапно окутала меня, схватив за шею. Она понесла в сторону девушки.

— Это что, была чешуя дракона? — посмотрела она мне прямо в глаза. — Где научился такому сложному заклинанию?

— Простите, пожалуйста, отодвиньте меня. Слишком близко, я все вижу.

Волшебница не смутилась. Она, похоже, вообще не переживает из-за наготы. Чего тогда вообще злилась, интересно?

Ну, она ведь считает тебя недостойным рассматривать ее в таком виде.

Это ни фига не объясняет!

— Я спрашиваю еще раз, колдун. Где ты научился этому заклинанию?

— В школе на пятерки учился.

Наглая ложь. Твои пятерки — моя заслуга.

— Мне все равно как ты учился! Такое сложное заклинание не каждый выпускник академии создать сможет. Ты вообще не должен иметь такой возможности! Ты ведь бездарь. Колдун, которому даже роба не положена.

— Вам не понять, — я внезапно успокоился. — Сила мага не только в количестве маны. Она так же заключается в сложности плетений и возможности их своевременно и правильно использовать. То, что мой резерв такой маленький, не делает меня слабым магом.

— То есть, ты считаешь, что можешь сравниться со мной в магии? — ее глаза опасно блеснули. — Ты бездарная пародия дарованного.

Нет!

— Да.

Черт, ну, зачем?! Она ведь волшебница. Ее уровень выше твоих прежних соперников.

Плевать! Я не слабак. Пусть у меня маленький резерв, но это не делает меня калекой.

Знаешь, многие парни переживают, что у него маленький. Но главное, чтобы девушке было приятно.

Ты о чем?

Я на мгновение задумался, пытаясь осознать сказанное, посмотрел вниз и тут же покраснел.

Ты, придурок! Ты, вообще, о чем говоришь, гад?! Нормального он размера, ясно тебе?

Да я не спорю! Мне то что. Главное, чтобы ты не переживал.

Прощайся с жизнью, гнида.

На мгновение я похолодел и потянулся внутрь себя. Медленно пробиваясь сквозь мириады точек, я добрался до тонкого жгутика, соединяющего меня с Ирианом.

Нет, нет, нет! Ты что, шуток не понимаешь? Я же пошутил. Все хорошо! Успокойся, пожалуйста.

Я посмотрел на жгут, в лицо мага, задумался. Желание разорвать нашу связь сменилась жалостью и понимаем, что он просто растворится. Его больше не будет.

Я медленно вдохнул, выдохнул и вернулся в сознание.

— Ты вообще живой? — с подозрением посмотрела на меня волшебница.

— Да. Я готов к поединку. Только на поляне.

— Как скажешь, — хмыкнула она, после чего я плюхнулся в воду.

Девушка так же спокойно вышла из воды, оделась и пошла в сторону полянки.

Я вышел следом за ней, оделся, подобрал посуду и двинулся дальше. В душе было как-то противно. А что, если проиграю? Это ведь не академия. Здесь не воскреснешь после боя.

Когда я подошел к телегам, то заметил, как оживились люди. Все разошлись в стороны, освободив пространство, а двое чародеев уже почти закончили ставить барьер, видимо, чтобы никого постороннего не зацепило. Заметив меня, они с такой жалостью посмотрели, что у меня сжалось сердце.

— Готов? — с легким презрением посмотрела она в мои глаза.

— Вы извините, я просто не хочу вас поранить. Понимаете, мне не дается магия исцеления, поэтому… — я встал напротив нее и слегка замялся.

— Вот наглец, — с некоторым восхищением произнесла она. — То есть ты думаешь, что сможешь навредить мне? Так слушай же, если сможешь достать меня хоть заклинанием, хоть даже пальцем, я выполню любое твое желание!

— Значит, мне не нужно вас сильно бить? Это хорошо. Спасибо.

— Рисар, дай отмашку, — прорычала она старшему из чародеев.

— Бой! — тут же крикнул он.

Я бросился вперед, но тут же завис в воздухе внутри водного пузыря. Я начал болтать ногами, пытаясь вырваться. Потянулся ладонями к стенке своей странной камеры, пытаясь прорвать ее, но это оказался какой-то барьер. Мои руки лишь скользили, не позволяя прорваться к противнице.

Не паникуй! У тебя полно времени. Создавай «клинок», только размером с фалангу пальца, не больше. Тебе еще нужна будет мана.

Я задыхаюсь!

Не задыхаешься. У тебя еще полно времени. Давай! Ты сможешь!

Мои пальцы на автомате начали рисовать узор. Заливаем треть от своего ресурса. Не больше. Мне не нужен большой меч. Нужно все посчитать. Нужно размазать ману равномерно, словно масло по куску хлеба. В глазах начало темнеть. Руки так и рвались к собственному горлу, но я держался, стараясь не нарушить узор. Когда последняя деталь была завершена, я резко резанул по ненавистной преграде. Пузырь лопнул, и я с радостью набрал чистый воздух в легкие.

— Клинок Эмлера, — ошарашенно прошептала девушка.

Не время отдыхать! Бей, пока не пришла в себя! И «Чешую»! «Чешую» ставь!

Я начал плести заклинание правой рукой, не сбавляя скорости бега. Но Волшебница меня удивила. Она быстро пришла в себя и тут же начала атаковать. «Водные серпы» полетели один за другим, пытаясь порезать мою нежную тушку, но у меня не было в планах становиться калекой. Я шел вперед, отражая один удар за другим. Между делом, левой рукой я начал заново плести «клинок». Да, пять пальцев требуют куда больше времени, чем десять, но выбора нет. Я просто не пробьюсь иначе через ее защиту. Противница использовала какой-то замораживающий луч, но он так же отскочил от моей защиты. Когда я подошел вплотную к барьеру, она перестала меня атаковать. Видимо готовила что-то неприятное. Легкий удар пальцем, и барьер спадает. Тянусь к ней рукой, но в этот момент в меня бьет настоящая река. Меня начинает сносить течением, накрыв с головой. Я едва остался на ногах, но стихия постепенно брала верх.

Выдыхай! Выдыхай, иначе унесет.

Я выпустил воздух из своих легких, и сопротивляться стало значительно легче. Я двинулся навстречу волшебнице, вот только глаза ничего не могли разглядеть из-за течения. Я не видел ее. Не знал, куда иду. Просто шел прямо, махая впереди рукой. И надеясь, что рано или поздно наткнусь на нее. Когда силы уже грозили окончательно уйти, и сознание явно их поддерживало, моя грудь наткнулась на что-то твердое. И в этот же момент, вода спала. Я приложил ладонь к солнечному сплетению, прижимая руки девушки и отплевываясь от воды.

— Я выиграл, — с трудом проговорил я, смотря в ее расширенные глаза.



VI


— Готов? Бросаю.

Я кивнул, и Вилан запустил на доску три кубика. Выпала единица и две тройки. Упали они на разные клетки.

И что это значит?

Ну, тройки — это озера. Стрелки и маги могут через них атаковать, а вот коннице и пехоте в этих местах не пройти. Единица — гора. Через нее никто не может стрелять. Нам не очень повезло. Скала с его стороны, и он будет этим пользоваться.

Понятно.

Я вздохнул и начал раскладывать фигурки.

Слушай, ты чего такой грустный-то? Выиграл ведь!

Да блин, я вообще не понимаю, чего все ржали-то. Еще и волшебница такое лицо сделала, как будто я что-то ужасное сказал.

А ты помнишь, что ответил, когда она тебя спросила о желании? Давай второго пехотинца справа на две клетки вперед.

Что? Да ну не знал я, что загадывать. Совсем ведь об этом не думал, да и в тот момент, после боя, голова не варила. Просто ведь попросил подойти с этим вопросом вечером. Что в этом такого?

Для тебя ничего. А вот для них связка. Вечер — ночь. Ночь — секс. Выведи конницу на три вперед и на пять влево.

Подожди, это получается, она подумала, что я принуждаю ее… к близости?

Ага, и остальные так подумали, она ведь границ не ставила, когда сказала, что сделает все, что угодно. Прикрывая конницу, выводи пехоту.

Твою мать! Но я ведь ничего такого не имел в виду!

Вот только они не знают, какие мысли посещают твою голову. Знаешь, был один безумный маг, который утверждал, что людьми движут лишь две вещи: агрессивность и сексуальность. Коси его пехотинца из арбалета.

Блин, что делать теперь? Я не хочу, чтобы меня считали озабоченным извращенцем.

Ну, загадай какое-нибудь безобидное желание.

Какое, у меня из головы все вылетело.

Ничего, время подумать есть.

А почему ты не заберешь волшебника архимагом? Между ними же никого нет.

Ты не видишь мага первого ранга чуть дальше.

Точно! У него же барьер, две клетки в радиусе защищает.

Да, я могу ударить по нему, сломав тем самым барьер, но в этом случае я дам возможность магам внутри защиты атаковать, и он как раз этим волшебником снесет моего мага третьей степени. Сам понимаешь, мне это не выгодно.

Слушай, а получается, что основа в этой игре — маги? Главное сохранить их?

Ха! Так думают новички. Да, если в итоге останется один маг против пехоты или арбалетчика, то маг победит. Если те не близко и не их ход. Но, к примеру, если осталась конница, то она может спокойно убить мага. Даже маг первого ранга не защитится от удара ближнего боя. Кроме того, маги бьют только в определенных направлениях, а вот конь запросто может уйти от удара, передвигаясь по закрытым для мага зонам. Пока не подберется достаточно близко, чтобы ударить. Это тактика, и здесь все не так просто, как кажется. Вот сейчас как бы ты походил?

Убрал бы коня из-под удара арбалетчика.

Потому что думаешь о защите. И зря! Смотри, наш Архимаг может одним ударом снести сразу пехотинца и конника. А это выгодный размен. Снимаем.

Я убрал с доски вражеские фигуры, показав при этом, как именно ударил магией. Вилан задумался. Солнце постепенно клонилось к горизонту, озаряя горизонт своим красным светом.

— Опять проиграл, — вздохнул купец. — Больше у меня денег нет, извини.

Предложи сыграть на доску с фигурками.

— Слушай, а ты можешь поставить доску на кон.

— Доску? — он задумался.

Поставь все, что у тебя есть, и добавь свои пять серебрушек.

Ты гонишь?! Мы уже пару золотых выиграли. И спустить все разом?! Плюс еще и мои!

Почему спустить? Говорю же, ставь.

Нет. Мы в этом раунде проиграем. Точно тебе говорю. Мне интуиция подсказывает.

Это не интуиция, дружок. Это моя игра.

В каком смысле.

Поставь, объясню!

Я глубоко вздохнул и предложил.

— Ставлю все, что выиграл, плюс мои пять серебрушек сверху.

— Ого! А тебе сильно понравилась моя доска! — оживился купец. — Новая стоило бы дешевле.

— Да, мне кажется, что она везучая для меня, — улыбнулся я.

— Ну, раз так, кидаю кубики.

Итак?

Все дело в том, что люди очень любят верить в удачу. Никто не хочет признавать, что противник сильнее. Ведь проще верить, что тебе просто не повезло. Ты, наверное, не заметил, но у наших партий был определенный порядок.

Порядок? Какой тут может быть порядок? То четыре подряд выигрывали, то три проигрывали. То через одну победа, то еще как. Где здесь порядок?

Вот именно! А суть в том, что каждую седьмую игру, вне зависимости от того, как прошли предыдущие шесть, мы проигрывали. Глазам это не заметно, и человек этого не понимает, но вот в подсознании формируется рефлекс. Седьмая игра — победа. У тебя тоже выработался, но обратный. Ты уверен, что именно эту партию мы проиграем. Ты не можешь объяснить, почему ты так уверен, и перекладываешь все на интуицию, но это не так. Все спланированно и четко выверено. Сейчас он тоже уверен в своей победе.

А мне кажется, что проще было бы купить новую доску. Денег у нас хватит.

Зачем покупать то, что можно получить бесплатно?

Я вздохнул и начал расставлять фигуры. Снова началась напряженная игра. И все больше меня не покидало ощущение, что мы в итоге проиграем. Размены шли не в нашу пользу, и только в самом конце мы сравнялись и с трудом вырвали победу из лап противника.

— Блин, как же я протупил-то! — схватился за голову Вилан. — Ведь мог выиграть! Всего ничего же оставалось, а я так глупо отдал архимага.

У меня даже капелька пота стекла по виску. Мы чудом выиграли.

Никаким не чудом! Мы могли одолеть его намного раньше, просто если бы мы разгромили его в этой партии, то купец бы мог разозлиться на тебя. А так он винит себя, а мы еще и хорошими остались. Понимаешь?

Не понимаю, как тебя земля-то вообще носит. Ты знаешь, что ты самое настоящее зло?

Ничего не зло, а земля носит, потому что в тебе. Хватит ныть, и поблагодари Вилана, предложив как-нибудь отыграться.

— Спасибо, — кивнул я. — Давай сыграем еще как-нибудь. Хотя бы просто так, без приза.

— Да, конечно. Но не сейчас. Признаться, я устал, да и на ночлег останавливаться надо.

— Хорошо, — я улыбнулся, убрал доску в свой мешок и спрыгнул с телеги.

Затекшие ноги едва не подвели при падении, и меня снова подхватил за руку Рафик.

— Ну, как? — поинтересовался он. — Победил нашего шулера?

— Ну, это была хорошая игра, — кивнул я. — В любом случае, в проигрыше я не остался.

— А вот, судя по хмурому лицу Вилана, ты остался в крупном выигрыше, — хрюкнул он, едва сдерживая смех. — Впервые вижу нашего купца в таком ужасном настроении.

— Может быть, — пожал я плечами. — Слушай, а чего ты в охрану-то подался? Опасная ведь работа.

— Ну, это когда пару телег охраняешь, опасная, а когда караван, то спокойная.

— Как сказать, — вмешался в разговор невысокий щуплый паренек с луком на спиной. — Когда с одним торговцем ходишь, от тебя больше зависит. Разбойники хоть и безжалостные, но в случае чего и сбежать можно. Да и отбиться частенько получается, если оружие не для красоты носишь. А вот если на караван напали, готовь могилку. Дураки не полезут, а умные подготовятся. Сил как минимум в два раза больше должно быть.

— Рот закрой, Клоп, — заворчал пожилой охранник, идущий немного позади. — Неча в пути беду кликать.

Щуплый тут же примолк, а Рафик обернулся ко мне и заговорил шепотом:

— Но это крайне редкие случаи, когда караван атакуют, не переживай.

— Да я и не переживаю. Просто интересно, чего тебя на такую опасную работу потянуло?

— А где не опасно, Тир? У нас вон в деревне за год, что меня не было, пятнадцать человек померло. Кого медведь задрал, кого леший заплутал, а кого водяные утащили. Некоторые от хвори коньки отбросили. Чародея-то нет своего, приходится в соседнее село бегать, а люди не всегда доезжают. Так и чего бояться? Смерти? Так она придет. Обязательно придет. Ко всем.

— Рафик, башка твоя без мозгов. Ты, чай, загнуться пораньше решил?!

— Нет-нет, Батя, молчу, — тут же притих мой новый знакомый.

— Это что, отец твой? — посмотрел я на пожилого охранника.

— Нет, кличка у него такая, — объяснил он, вновь перейдя на шепот. — Старый всем приметам верит, даже тем, которых нет. Вечно всем мозги по дороге проедает. Того не делай, этого не говори. В печенках уже.

— Привал! — донеслось спереди.

— Привал! — крикнул Рафик дальше и обратился ко мне: — Время исполнения желаний.

Он подмигнул мне, а я лишь загрустил. За игрой в тактику совсем забыл о своем желании. Караван завернул, ставя телеги в круг на стоянке. Меня вместе с Рафиком послали за хворостом. Времени до темноты осталось не много, поэтому работали все в темпе, стараясь успеть все подготовить к отдыху. Реки на этой стоянке не оказалось, зато был глубокий колодец. Ужин прошел в веселом гомоне и беспрерывных шутках, которые я так и не смог понять. В какой-то момент мне надоело слушать плоские шутки и пошлые разговоры. Я отсел немного в сторону, и начал тренировать руны, раз за разом создавая «чешую» и «клинок». Когда эти действия мне надоели, я принялся за третье заклятье, которое еще ни разу не использовал.

И не используешь. С твоим резервом ты даже дочертить руны не успеешь. Вообще не понимаю, зачем ты этой фигней страдаешь.

Ну, как тебе объяснить… а вдруг однажды мой резерв вырастет, и я смогу все-таки его создать…

Я не представляю, насколько должен вырасти твой резерв, чтобы ты смог им воспользоваться. Ну, да ладно. Интересно тебе, черти.

Я продолжил осторожно выводить все семьдесят две руны. Как минимум это тренировка самих рун.

— Нет, ну, ты и наглец!

Я отвлекся и посмотрел на волшебницу, сердито стоящую рядом.

— Прочтите, я чем-то вас обидел?

— Сам-то как думаешь? Я жду, жду, когда ты придешь за своим желанием, а ты, оказывается, тут сидишь. Видимо, считаешь, что я сама должна к тебе прискакать. Да?

— Нет, я не то чтобы… — я даже как-то замялся. — Простите, не хотел вас обидеть.

— Ладно, уж. Давай свое желание, и покончим с этим.

— Хорошо, — кивнул я. — Спойте для меня.

— Что? — удивленно приподняла она бровь.

— Да что не так-то? Хотели, чтобы я вас заставил мычать, забравшись под бричку? Или прыгать над костром, как дурочку? Или быть может, вы оскорблены, что я не утащил вас в палатку для… ну… близости?

Секс. Это называется секс.

Спасибо за подсказку, я и так знаю.

А чего каждый раз мнешься, как барышня?

— Я не то чтобы против, — хмыкнула волшебница. — И желание я твое исполню. Другого ты уже загадать не можешь. Но объясни. Ты ведь мог потребовать всего, что угодно. Проигравший на дуэли желание дарованный[1], обязан его исполнить, во что бы то ни стало, иначе его перестанут уважать во всех кругах, а, возможно, даже робу отберут. Исключением являются требования, угрожающие жизни и собственности власть имущих, ну, еще покушение на свободу самого мага под запретом. Ты мог попросить буквально все, и я бы сделала это. Мне пришлось бы отдать тебе свой дом, если бы ты этого потребовал. Почему песня?

Твою мать… то есть я мог загадать… какого черта ты мне не сказал?!

Ну, сказал бы, и что? Что бы ты сделал?

Ну, я бы… я бы…

«Я бы, я бы». Ничего бы ты не исправил. Наглости у тебя, конечно, хватает, но ты ни за что не отобрал бы ее дом, совесть бы не позволила. А пара золотых — это не та награда, ради которой стоит терять уважение волшебницы. А сейчас ты это уважение заработаешь. Если правильно ответишь ей.

И что мне сказать?

Сам думай. Это твоя жизнь, и я в ней лишь временный гость.

Я почесал затылок, подумал и решил сказать правду.

— У вас красивый голос. Мне кажется, вы очень красиво поете.

— Вот как, — хмыкнула девушка. — Ну, тогда слушай.

Она присела рядом со мной на бревно и начала мелодично петь.

— Как у ведьмы четыре крыла, платье до пола, ой, до пола.

Свили гнезда в ее рукавах совы, соколы да перепела.

Ай, дурная голова, в волосах листва, и руки красны.

Просит беса незрячей луны, чтобы за зимой не было весны.

Эхэ-эй, пока еще жива…

Эхэ-эй, пока горит трава…

Эхэ-эеией, огонь тебе к лицу…

Танцуй, ведьма, танцуй!

Я так заслушался ее тихим мелодичным голосом, что даже и не заметил, как затих лагерь. Все слушали пение девушки, не решаясь заговорить о чем-то.

Девушка притихла и посмотрела на меня.

Если честно, я не сдержался и начал хлопать. Мое настроение подхватили и остальные. Овации зазвучали со всех сторон, чем разозлили волшебницу.

— Что вы тут шум подняли? Шоу окончено. Занимаетесь своими делами, безмозглые мужланы!

Блин, чего она так?

А ты не понял? Она засмущалась. Такое уж у нее проявление смятения. Как только ее вгоняют в краску, она злится.

Но это же неправильно.

Может быть, но в данном случае вполне уместно. Она же их командир. А субординация должна быть везде. Иначе не будет порядка.

— Все, я отработала долг? — cнова посмотрела она на меня.

— Да, госпожа волшебница.

— Рина. Меня зовут Рина.

Она улыбнулась, и у меня на душе стало так тепло. Захотелось сказать что-нибудь приятное.

— Знаете, мне кажется, вам не нужно рассекать вот так по городам. У вас такой прекрасный голос, что вы можете петь во дворце.

Ой, крети-и-и-ин!

Что? Что я сказал не так?

Я растерянно посмотрел на красное от злости лицо девушки.

— Доброй ночи, колдун, — холодно произнесла она, встала и ушла.

Вокруг поднялся громкий смех, который прервался ее единственным взглядом. После этого Рина пошла дальше.

Догони ее! Извинись. Хотя стой. Ты же, извиняясь, наговоришь столько всего, что оскорбишь еще сильнее. Господи, ну почему в присутствии симпатичной девушки ты превращаешься в такого идиота?!

Да что я не так сказал-то?

Ты предложил ей бросить работу, бросить магию и идти петь. То есть ты унизил ее как дарованную. Кроме того, ты предложил ей идти во дворец, и петь там, так как у нее очень красивый голос. А ты знаешь, что певицы во дворце не только для того, чтобы петь? Они развлекают вельможей по ночам. В народе даже считается, что чем красивее голос у девушки, тем лучше ее оральные способности.

Какие способности? Ты о чем? Орут, что ли, лучше?

Да нет! Ртом в постели лучше работаю, идиот! Ты понимаешь, кем ты ее назвал?

Я схватился за голову и начал стонать.

Ну, как же так? Я же ничего такого не имел в виду! Я хотел сказать, что у нее просто очень красивый голос, сравнимый с лучшими певицами мира.

— Ну, ты и поставил зазнобу на место, — хрюкнул от смеха Рафик, подойдя ко мне. — Пойдем с нами, посидишь у костра.

— Да нет, я, наверное, спать. Подустал что-то.

— А… ну, тоже дело. Десятники дежурство распределили. Утром будем мы с тобой следить за стоянкой. Я тебя разбужу.

— Хорошо. Спасибо, — я кивнул, взобрался на телегу и подложил мешок под голову.

Спать совершенно не хотелось, поэтому я принялся чертить в воздухе пальцами узоры заклинания.

В третьей руне сверху ошибка. Загни хвостик немного сильнее.

Хорошо.

***

— Все готово? — толстый мужчина достал золотую монету и начал вращать ее между пальцами.

— Да, — кивнул ему худой парень в шляпе с перьями. — Мы проследили путь каравана. На следующем привале мы их прижмем.

— Хорошо, ты же понимаешь, что в живых не должен остаться ни один человек? Сжечь всех, дотла. Пепел осквернить. Я не хочу, чтобы некроманты или шаманы смогли связаться с их духами.

— Не переживайте. Все сделаем в лучшем виде.

— Точно справитесь? — с недоверием посмотрел толстяк в глаза парня.

— Естественно. У меня три мага третьего ранга и около сотни бойцов. Это вам не их волшебница с парой чародеев. Размажем тонким слоем. Никто не узнает, чьих это рук дело. Кроме того, мои люди всегда работают в масках, так что даже если кого-то и смогут призвать, он не опознает никого. Не переживайте.

— Хорошо. Учти, Шах, у тебя нет права на ошибку.

***

— Прости, Рина, я не очень понимаю…

— Что тут непонятного? — девушка потерла лоб. — Я требую реванша. Ты должен заплатить за свое невежество.

— То есть ты снова хочешь устроить поединок?

Если честно, я не уверен, что смогу выиграть второй раз. Она уже видела мои фокусы.

— Нет, — покачала она головой. — На это нет времени, да и ману бессмысленно выплескивать во время путешествия глупо. Давай сыграем в тактику на желания. Я знаю, ты умеешь. Ты выиграл у Вилана.

— Ну, да, но… не знаю, стоит ли, — я даже съежился.

Девушка настроена серьезно и хочет мне отомстить. Блин. Вот и что делать?

Играть.

Но зачем? Если выиграю, она только сильнее разозлится. А если проиграю… нет, об этом лучше вообще не думать.

Играй. Оговори заранее нюансы. Какие желания можно загадать и так далее.

Хорошо.

— Я не против, но давай обсудим, какие желания можно загадывать, — предложил я.

— Не доверяешь, значит, — хмыкнула девушка. — Правильно делаешь. Я заставлю тебя поплатиться за свое унижение.

Да, все-таки она еще слишком юная для того, чтобы вести караван. Даже не думает о том, что может проиграть. Короче, смотри. Когда выиграем, не загадывай чего-то, что ее может опозорить перед людьми.

Хорошо.

Мы разложили фигурки и начали играть. Должен заметить, игра была довольно интересной. Ириан даже похвалил ее способности, сказал, что она куда сильнее Вилана, и… проиграл…

Какого черта?! Разве ты не говорил: «когда выиграем»?!

Я поправил давящий хомут и усилил напор, чтобы телега, которую я везу вместо лошади, проскочила небольшой холмик.

Правильно, но первый раз мы должны были проиграть.

Да зачем?!

Вот не умеешь ты с девушками общаться, не понимаешь их. Если бы мы победили сразу, она бы разозлилась еще больше, а дальше два варианта. Либо сдалась бы, либо играла бы дальше. Вот только в следующей игре было бы все равно, выиграем мы или проиграем. Если бы выиграли, опять были бы те же два варианта, только была бы она намного злее. А если бы проиграли, то загадала бы что-то неприятное и перестала играть. Понимаешь?

Нет.

Вот в том-то твоя проблема. Совсем ты в людях не разбираешься. Учись, пока я здесь.

Чему учиться? Телеги на себе таскать?!

Я снова поправил хомут.

— Эй, лошадка, не филонь, — донесся сверху довольный голос девушки.

Да хватит тебе ныть. Во-первых, физические нагрузки тебе не навредят, а во-вторых, ехать тебе только до поворота. А это прямая дорога. Так что ты очень легко отделался. Да и знаешь, дорога так быстрее пролетает. А то степь да степь кругом. Поля, да и только.

Угу. Так-то всяко интереснее, блин.

— Лошадка, может, тебе овса принести? Что-то ты слабо тащишь, — хрюкнул Рафик.

Я не стал отвечать, хмуро глянув на него, чем вызвал еще больший всплеск смеха.

Мы проехали до нужного поворота, после чего коняшку запрягли обратно, а я запрыгнул на повозку.

— Что, еще есть желание сыграть? — весело посмотрела на меня Рина.

Считает, что сильнее нас. Ну-ну! Только предложи перебраться на последнюю телегу.

Зачем?

Чтобы наказания ее никто не видел. Так будет проще.

Ладно.

Рина не стала спорить, и вскоре мы перебрались в самый конец каравана. Я положил доску и достал фигурки. Началась новая игра. И в этот раз мы выиграли, и как всегда, до самого конца было непонятно, кто победит. Складывалось ощущение, что мне просто повезло.

— Ладно, твое желание, — вздохнула девушка.

— Знаешь, я пока вез телегу, подустал немного. Плечи затекли. Так что с тебя массажик.

— Ну, садись ко мне спиной.

Она не стала спорить и злиться. Ее азарт словно испарился, и мне показалось, что ей просто приятно в моем обществе.

Тебе не показалось. Так и есть. Думаю, мы можем с ней поладить.

Это хорошо. Пусть Рина и ведет себя как высокомерная зараза, но на самом деле, вроде, неплохая девушка.

Верно. Мне тоже так кажется. Но помни, что у всех свои минусы, и то, хороший человек или плохой, зависит от обстоятельств, в которых вы оказались. Ну, и, соответственно, его отношению к тебе.

Это да.

Нежные ладони коснулись моих плеч, и по телу прошла волна наслаждения. Приятно. Безумно приятно, черт возьми. Мне никогда раньше не делали массаж. А это еще и красивая девушка. Так хочется растечься, расплавиться и обо всем забыть…

— Почему ты поехал с нами? — вырвала меня волшебница из сладкой неги.

— Ну, мне нужно в институт Северного крыла. Меня туда пригласили.

— После турнира-то? Я слышала, что ты там блеснул. Бездарный колдун, победивший племянника ректора.

— Насчет бездарного вот было обидно. Да и никаких племянников я там не видел.

— Насколько я поняла, он был твоим первым противником. Ты ему и сделать ничего не дал, просто размазав по площадке сырой энергией.

— Ах, вот оно что! — почесал я затылок. — Вот почему ректор смотрел на меня с такой злобой!

— Ты даже не знал, с кем дерешься? — хмыкнула Рина.

— Ну, а какая разница? Здесь есть два варианта, я либо пробьюсь к нему и уделаю, либо нет и проиграю. А кто он такой и какая у него защита, не имеет, по сути, никакого значения.

— Не понимаю, — покачала она головой. — Другой бы на твоем месте давно сдался.

— Ну, может быть, все дело в том, что я это я, а не другой? — пожал я плечами. — Какая разница, что бы сделал кто-то другой на моем месте? На своем месте только я и буду делать то, что должен. И вот на своем месте, я вылетел из турнира.

— Поэтому ты напился? Когда тебя принесли, я пожалела, что разрешила взять тебя в команду. Но, если честно, я рада, что ты с нами. Все-таки ты не такой слабый, каким кажешься.

— Спасибо, — хмыкнул я на такую «похвалу». — А ты знаешь что-нибудь про институт Северного крыла? Там как?

— Я сама его когда-то закончила. Там и получила свою желтую робу.

— Правда? И как там?

— Там… просто. Это хороший институт. Никто не пытается тебя отчислить, не приходится бороться за место, как в академии. Это спокойное место, думаю, ты сможешь его закончить. И наденешь такую же робу, как у меня, — она немного наклонилось вперед, показывая герб института на воротнике.

Крыло орла, обрамленное какими-то листьями. Позади виднеются заснеженные скалы.

— Ну, я все же планирую перебраться в академию, — хмыкнул я. — Ведь каждый год проводятся турниры между институтами. Может, получится всех победить.

— Может, — кивнула она, поднимаясь. — Ты удивительный человек, Тир. Я не удивлюсь, если у тебя все получится.

Рина отвязала своего жеребца от повозки и запрыгнула к нему на спину.

— Все, больше не играем? — с легкой досадой посмотрел я на нее.

— Я должна вести караван. Спасибо. Мне было очень весело, — искренне улыбнулась она.

— Может…

Стой!

Чего?

Ты хочешь предложить пройтись рядом с ней во главе отряда. Не нужно этого делать.

Почему?

— Тир, ты что-то хотел? — обратила на себя внимание Рина.

— Я хотел спросить, может, сыграем еще как-нибудь? Ну… когда будет время.

Она улыбнулась и хитро прищурилась.

— Обязательно сыграем.

Девушка пришпорила коня и умчалась в начало каравана.

Объяснишь?

А чего тут объяснять? Сейчас ты для нее приятный молодой человек, пусть и не самый простой. Потому что вы общались вдвоем. Один на один. А там, рядом со своими людьми, она должна будет вести себя как лидер и никак иначе, понимаешь? Ваше общение изменится, и возможно, уже не вернется к прежнему. Старайся не особенно общаться с ней рядом с другими и всегда придерживайся правил. Не заставляй ее ставить тебя на место.

Блин, ладно. Я понял.

Я вздохнул, забросил доску на плечо и побежал к своему месту рядом с Рафиком.

***

Проректор Конрад встал и размял затекшую спину. Составление расписания заняло все его свободное время. Учеба начнется уже завтра, поэтому работал он не покладая рук. Встав из-за стола, Конрад взял листы с новым расписанием и отправился к ректору. Его муки наконец-то завершены, и он в кои-то веки может нормально поспать.

Он вышел из собственного кабинета, но в коридоре его ждала группа ребят.

— Здравствуйте, господин проректор, — тут же обратился к нему парень с абсолютно белыми, без зрачков и радужек, глазами.

— А, Форст, кажется, — узнал он нового студента, после чего осмотрел и остальных. — И остальная компашка хулиганов и дебоширов тут? А где Тирмон? Или он, в отличие от вас, обладает каплей интеллекта и готовится к первому учебному дню?

Ребята удивленно переглянулись.

— Мы как раз на счет него и пришли. Хотели спросить, почему его не приняли.

— Как это, не приняли? — потер проректор уставшие глаза.

— Нам всем пришли письма с приглашениями, а ему нет, — тут же выпалил здоровяк.

— И в списках его не было, — поддержала девушка.

— Этого не может быть, — покачал проректор головой. — Я сам составлял списки и точно вносил его. Пойдем, посмотрим.

Проректор, в сопровождении группы первокурсников спустился на первый этаж, и подошел в секретариат.

— Эльза, можно мне список группы тринадцать?

— Да, господин Конрад, конечно.

Полноватая женщина достала список и протянула ему. Проректор принялся читать, ища известное ему имя, но так и не нашел его.

— Почему здесь нет одного из студентов? И вообще, это же не мой список.

— Да, его подал сам ректор, — взволнованно кивнула Эльза. — Что-то не так?

— Не так, совсем не так!

Конрад резко вышел из кабинета, держа в руках бумагу. Первокурсники тут же облепили его.

— Ну, что там? — тут же спросил здоровяк. — Тир будет с нами?

— Вам что, заняться нечем? — вспылил преподаватель. — Подготовьтесь к завтрашнему дню. Вы помните наше правило? Кто опоздает на первое занятие, будет автоматически отчислен из академии. Нам не нужны несобранные студенты!

Оставив испуганных ребят, проректор пошел скорым шагом к своему прямому начальнику. Он влетел в кабинет, даже не постучавшись. Впрочем, ректора это не смутило.

— Что это такое? — Конрад хлопнул листком по столу, придавив его ладонью.

— Ну, судя по тому, что я вижу между твоими пальцами — список студентов группы один-три.

— Там нет Тирмона из школы Хаш!

— Да? — сделал круглые глаза Анимурикос. — Какая нелепая ошибка! Наверное, его просто забыли внести.

— Ошибка?! Ты воспользовался тем, что я был занят расписанием, и вычеркнул его из списка. Очень подлый ход, Аним.

— Конрад, не зазнавайся! — привстал ректор. — Тирмон вчера утром уехал с караваном! Он никак не успеет вернуться, а ты знаешь наше правило! Если опоздает на первую пару, будет отчислен.

— Это очень подло с твоей стороны, — покачал головой проректор.

Разъяренный мужчина развернулся и пошел к выходу.

— Ты никак не успеешь его вернуть! — крикнул ему вслед Анимурикос.

— А это мы еще посмотрим, — прошептал Конрад, выходя из кабинета.

***

Вилан отказался со мной играть, поэтому мне пришлось разыскать рыжего. Мы сыграли пару партий, после чего Ириан отказался играть дальше. Сказал, что при всем желании не может проигрывать этому «тупоголовому ослу». Дальше пришлось идти с Рафиком, который постоянно рассказывал либо о попойках, либо о драках. Ах, да, еще о женщинах, как же без этого. Вспоминал какую-то Сифу и что она вытворяла в постели. Стало немного неприятно. Я решил отстраниться от этого и продолжил тренировки по плетению рун. В полдень мы остановились на обед, потом снова отправились дальше. Я продолжал тренироваться, вспоминал алфавит рун, плел уже знакомые мне заклинания, думая об институте и возможностях, которые я в нем получу. Даже и не заметил, как наступил вечер.

Останови караван! Останови срочно!

Ириан завопил так неожиданно, что я едва не подпрыгнул, но быстро пришел в себя и бросился бежать вперед.

— Стоять! Остановите караван! Стоять!

Рина меня услышала и подняла руку, тормозя движение. Она направила коня в мою сторону.

— Что случилось? — строго посмотрела она на меня.

А я и не знаю, что случилось. Просто открыл панику… ни с того ни с сего… Ириан, гад, что случилось-то?

Впереди магические сети.

— Впереди сети магические, — произнес я, пытаясь прийти в себя.

— Тирмон, если бы там были сети, я бы их заметила, — хмуро сказала она, поворачивая коня.

Скажи, пусть использует «Зрение Алзуна».

— «Зрение Алзуна»! Используй его!

— Ты серьезно? — посмотрела она на меня. — Продолжаем движение.

Волшебница махнула рукой, и караван медленно тронулся с места.

— Рина, пожалуйста! Используй его! — крикнул я.

— Ты забыл, как должен…

— Пожалуйста! — я посмотрел ей глаза.

— Ладно, но если это будет напрасно, ты пожалеешь, — девушка нахмурилась и начала шевелить пальцами, рисуя заклинание.

Она усердно старалась, плетя его, но видимо допустила ошибку. Чертыхнувшись, она принялась заново.

Скажи, чтобы использовала руну гарси, а не риси во втором ряду.

— Во втором ряду гарси вместо риси.

— Да, точно. Блин, — она посмотрела на меня и приподняла бровь. — Ты не использовал магическое зрение. Как понял?

— По движению пальцев, — соврал я моментально.

— Ох, и поймаю я тебя однажды. Все мне расскажешь.

Она наконец-то закончила руну, посмотрела вперед и тут же побледнела.

— Разворачиваемся! Немедленно! Оборонительный строй! Всем вооружиться арбалетами. Купцы и слуги в центр!

— Что случилось? — тут же подбежали Чародеи.

— Ловушка! Они поставили «Паучью сеть». Это не простые разбойники, там как минимум маг третьего ранга.

— Справимся? — заволновался старший брат.

— Плетите совместную сферу. Живее.

Троица магов отправилась вперед. Я последовал было за ними, но меня остановил Рафик.

— Держи, — протянул он мне арбалет.

— Спасибо, но я не умею им пользоваться, — отказался я. — Лучше по старинке. Магией.

Я на автомате начал чертить руны «чешуи», не заливая рисунок полностью.

— Да ты не переживай, — заметив, как я чуть ли не подпрыгиваю на месте, заявил мой собеседник. — Наша волшебница довольно сильная! Не один магический поединок уже выиграла, а совместная защита братьев Швасс выдерживала атаку даже мага третьего ранга!

Ага, только против нас два мага!

Что?! Как два?!

Бегом за Риной!

— Ты куда? — попытался остановить меня Рафик.

— Надо! — только и крикнул я в ответ.

Когда я подбежал, волшебница обсуждала с чародеями план действий.

— С магом третьего ранга мы справимся, не переживайте. Работаем как обычно, на вас защита, на мне атака. Ману попусту не тратим, — затем она развернулась к Деду. — На тебе оборона. У меня не будет времени следить за вами.

— Понял, — нахмурился старик и двинулся к своим ребятам. — Накликали беду, идиоты.

— Рина! — подбежал я к девушке.

— Что еще? — недовольно посмотрела она на меня. — Не видишь, противник уже приближается? Не время отвлекать от подготовки.

— Их двое!

— Что?! Откуда ты… впрочем, опять соврешь. Второй сильный?

Тоже ранга третьего.

— Примерно как и первый.

Дальше пошли какие-то странные нечленораздельные звуки. Ничего не понял из того, что она сказала. Зато, кажется, Ириан понял, ржет как конь.

Что смешного-то?

Не думал, что она умеет ругаться на орочьем!

— Слушайте сюда! Скорее всего, сначала они отправят к нам мясо, на него не отвлекаемся. Дед!

— Чаво?

— Немаги полностью на тебе! Понял?

— Поня́л!

— Экономим силы, — вздохнула она. — Идут!

Я обернулся и увидел десятки людей с различным оружием, несущихся к нам навстречу. Первый залп охранников сразу скосил около дюжины, но остальных это не остановило.

Я залез в сумку и достал свои кастеты с острыми шипами на костяшках.

— Что, мелкий, страшно? — хмыкнул старший из чародеев. — Трясешься весь.

— Нет, — покачал я головой, с азартом глянув вперед. — Никак не дождусь боя.

Я почувствовал, как адреналин хлещет по венам, заставляя ожить, заставляя петь. Не знаю, суть это проклятого или моя черта характера, но я очень люблю драться. Жаль, что времени научиться фехтовать не было. Не научился. Но вот кулаками махать умею.

— Щиты! — Скомандовал Дед, и охотники тут же соорудили «черепаху».

Десятки стрел вонзались, стуча, словно дождь по крыше, а в следующую минуту добежал первый противник, тут же получив копьем в глаз.

Стой здесь! Ты нужнее рядом с магами. Не надо нестись сломя голову в гущу сражения.

— Швассы, готовьтесь! Маги показались! — крикнула Рина, смотря куда-то вперед. — По моему сигналу… ставь!

Над нами появился купол, похожий на крышу церкви. Буквально тут же два заклинания заставили защиту всколыхнуться.

А противник свободно разбрасывается своими людьми.

Вот и идиот.

Я стоял, слегка подпрыгивая.

— Бей гадов! — завопил Дед.

Охранники разом отодвинули от телег противников и прыгнули на них сверху.

Разумно, пока купол охраняет от стрелков, лучше сразу разделаться с лишними людьми.

Ага, тогда я пошел!

Стой! Да что же с тобой делать-то!

Я прыгнул через повозку, тут же обрушившись на разбойника. Он в это время хотел воткнуть меч в противника, поэтому не заметил меня. Я же, свалив его на землю, начал месить. Брызги крови, попавшие на лицо, лишь придавали какого-то животного счастья. Не знаю, почему, но мне всегда нравился запах крови и битв. Я всегда любил слышать хруст костей. Во мне просыпаются какие-то животные инстинкты, требующие убивать, подавлять, доминировать. Да, раньше я старался себя сдерживать. Но здесь… здесь все иначе. Они пришли убить меня, а значит я… я должен ответить им тем же.

Назад! Отходи!

Подожди, еще чуть-чуть.

Я нанес еще пару ударов, добивая противника, и тут меня кто-то схватил за шиворот и силком потащил к телегам.

— Хорош! Маги говорят, купол сейчас рухнет. За баррикады!

Порву! Кто… кто это…

Харч это! Рыжий! Угомонись!

Рыжий… точно. Харч, да. Все хорошо.

Меня, словно пушинку, перекинули через телегу, следом полез и сам здоровяк. Прогремел взрыв, и огромный купол буквально разлетелся в клочья.

— Готовьте щит! — крикнула Рина братьям, продолжая атаковать вражеских магов и не позволяя им сосредоточиться на чем-то одном.

В конце концов, один из них не выдержал и прикрыл второго. Тот начал рисовать сложный узор.

«Тление». Скажи Рине, пусть ставит водный щит.

— Рина, нужен водный щит! Они рисуют тление!

— Даже я не знаю, как выглядит рисунок «тления», — прошипела она. — И меня очень пугает, что, скорее всего, ты опять прав.

Из рук вражеского мага вырвалось заклинание, похожее на пепел, поднятый воздухом. Наткнувшись на водную оболочку, он тут же промок и опал.

— А еще больше меня пугает даже не то, что такое сложное и опасное заклятие блокируется таким простым, а то, что ты и об этом знаешь. В отличие от меня, блин!

— Ну… у меня… чуйка.

Приятно познакомиться! Раньше меня звали Ириан, но времена меняются, что поделаешь.

Что там сейчас происходит?

Не могу сказать наверняка, кажется, эти ослы поняли, что нужно прикрывать свои руны, когда плетешь. Но готовят они что-то очень нехорошее.

— Щит! — крикнула волшебница.

Братья завершили свое плетение, выставляя его на пяток метров вперед. Маги гаденько улыбнулись в ответ.

— Чаво стоите, остолопы? Стреляй лучников! Нет купола ужо давно! — заорал Дед. — А ты куда полез? Раненные в центр! Купцы, перематывайте их. Шоб живыми были!

Твою мать…

Что там?

Но уже стало понятно, что там… там полный звездец.

«Луч». Беги вперед! Рисуй две «чешуйки». Живее!

— Стой, ты куда? — попыталась меня остановить Рина, но я бежал без оглядки.

— Нам хана, — послышался чей-то голос.

Желтый, как само солнце, луч постепенно разъедал выставленный щит, медленно, но верно пробивая его насквозь

— Идиот! Назад! — доносится голос волшебницы.

Нет смысла. Они не смогут от него защититься. Выставляй руки в угол по центру! Будь внимателен, если возьмешь в сторону, тебя просто снесет. Угол держи маленький!

Я выставил руки ладонями вперед. Средние пальцы коснулись друг друга, создавая цельный угол. «Луч» наконец-то пробил щит и встретился с чешуйками, разделившись пополам, и расходясь в разные стороны.

Меньше угол! Меньше!

Жар ударил в глаза, выжигая брови, ресницы и волосы.

Восстановятся, не переживай. Если выживем, конечно. Меньше угол! Ты же больше маны тратишь!

Жжется! Сильно жжется!

Встретишься как-нибудь с саламандрой, поймешь, что такое жжется. Ты тут просто на солнышке загораешь. Меньше угол! Если мана кончится, то все! Каюк!

Я еще немного сузил угол, чувствуя, как начинают гореть плечи. Еще немного, и все заканчивается. Вижу изумленный взгляд магов, показываю средний палец и падаю без сил. Более мне не подняться. Маны больше нет…

Я вижу, как в меня летит что-то тонкое и светлое. «Стрела света», кажется. Ириан! Что делать?!

Рина уже все сделала.

Между нами вновь появляется купол, а я чувствую, как меня кто-то тащит.

— Ну, ты и хорош в задницу лезть, бродяга!

Рыжий? Опять он?

Нет, нет-нет-нет! Выпускай меня! Срочно!

Слышу, как вновь лопается купол. Рыжебородого буквально разрезает пополам каким-то серпом, сотканным из самой тьмы. Этот же серп, или скорее бумеранг, пробивает всю защиту магов. Братья Швасс падают без сознания, а Рина из последних сил пытается остановить его каким-то заклинанием. У нее это выходит, и серп останавливается, правда и она опускается на край телеги. Видимо мана кончилась.

Выпускай, говорю, придурок!

У тебя десять секунд! Я не хочу, чтобы ты опять пропал или сдох вообще.

Да давай уже!

Я прикрыл глаза и окунулся в свой внутренний мир, выпуская мага в серебряной робе на волю. Сам же я зашел в его стеклянную комнату и уселся в кресло. А удобно он тут устроился! На стене картинная рама, в которой видно все, что делает тело.

— Десять! — начал я отсчет, как только рука на картине шевельнулась.

Мои пальцы начали двигаться со столь безумной скоростью, что я даже удивился, мои ли они.

— Девять.

Маги что-то заподозрили, начинают колдовать.

— Восемь.

Ириан выбрасывает руку вперед, затем вторую.

— Семь.

Он резко разводит ладони в стороны. Маг, в сторону которого было направлено заклинание, разрывается на части, превращаясь в кровавую кашу и стекая по оболочке собственной защитной сферы.

— Шесть.

Противник что-то колдует, и моему другу приходится защищаться. Пара движений пальцами, и черный серп разбивается о прозрачный купол.

— Пять.

Ириан снова начинает колдовать.

— Четыре.

Противник обрушивает на него град различных заклинаний.

— Три!

Моя рука снова вытянута вперед.

— Два!

Он резко сжимает пальцы в кулак, превращая мага третьего ранга в кроваво-костяной шарик.

— Один! Назад!

В комнатку заходит маг в серой робе, хрустя шеей.

— Давно ты меня не выпускал, — улыбнулся он.

— Спасибо, Ириан! — я крепко обнял друга.

— Испугался, да, малой?

— Да за тебя, придурка, испугался, — хмыкнул я, выходя из комнаты. — Ты же мне дорог… как память.

Падлюка мелкая.

Не такой я и подлый.

Вернувшись в свое родное тело, я ощутил всю прелесть обожженной кожи. Ужасно. Просто отвратительно. Больно, но мы… мы победили.

Раскинув руки, я посмотрел в небо. Такое чистое, лунное… это что?

Про лучников-то мы забыли! Верни мне тело! Немедленно!

Нет. Ты умрешь!

А так мы оба умрем! Верни!

Я посмотрел на летящие стрелы и закусил губу.

Внезапно поднялся сильный ветер. Сгоняя и ломая стрелы.

— Мелкий, ты там как? Живой?

Прямо по небу на красной доске, выдавая огненное пламя, летит красноволосая официантка….

— Саваска! — у меня даже силы появились на крик.

— Как ты догадался?! — она боком зашла на вираж, выжигая лучников пламенем из-под доски. — А я смотрю, ты не скучаешь.

— Саваска, ты чего тут делаешь? — выглянул из центра баррикад Вилан.

— Пришла у вас этого вот красавчика забрать, — она хмыкнула, посмотрев на меня. — Никто не против? Тир, где твои вещи?

— В смысле? Зачем? Куда? — я с трудом поднялся на ноги.

— Тебя взяли в академию. Мы должны успеть на первое занятие. Иначе тебя отчислят. Бери вещи и прыгай на доску.

Я огляделся в поисках противников, но оставшиеся в живых либо корчились на земле от боли, либо сбежали.

— Вставай, приятель! — подошел ко мне Рафик. — На, хлебни.

Я рефлекторно глотнул из его фляги и тут же скривился.

— Гадость.

— Но сил-то придает! — улыбнулся в свои пять зубов охранник.

— Держи, — протянул мой мешок Вилан. — Удачи в учебе.

— Спасибо, парни, — я немного пришел в себя и двигаться начал уже куда лучше.

— Подожди, так не пойдет, — покачала головой Саваска.

Она начертила какие-то руны, и меня обдало ветерком.

— Как чувствуешь себя?

— Хорошо, — кивнул я. — Это исцеление?

— Обезболивание. До академии продержишься, а там хоть в лазарет ложись. Все, становись позади меня, каждую ногу за моей. Крепче держись за меня, не бойся.

Мы начали подниматься в небо. Только сейчас я вспомнил о Рине. Девушка уже стояла на ногах и как-то изучающе на меня смотрела. Я махнул ей рукой, она помахала в ответ.

— Что, женишок, еще тепло моих губ не остыло, а ты уже изменяешь? — хмыкнула Саваска.

— Какое тепло? О чем ты говоришь?

Вспомнив тот день, я залился краской. Еще больше смущал тот факт, что мне приходилось ну очень плотно прижиматься к ней. Думаю, она почувствовала мое к ней отношение пятой точкой.

— Вот так всегда! Предложение сделал и бежать! А я, между прочим, ждала!

— Первой брачной ночи? — фыркнул я.

— Знаешь, для нелетающего ты слишком нагл, — хмыкнула девушка.

Я посмотрел вниз, на пролетающие под ногами деревья и поля. На душе вдруг стало так тепло…

***

Белая дверь в коридоре. Непримечательная деревянная дверь. Но сегодня она оказалась в эпицентре внимания двух самых влиятельных педагогов империи. Ректор и проректор по учебной части шли к ней вместе. Они одновременно подошли и остановились. Конрад открыл створку, предлагая войти. Анимурикос кивнул и шагнул в аудиторию класса тринадцать. Настроение ректора резко поползло вверх. В помещении было ровно двенадцать учеников и молодая преподавательница. Как он и предполагал, ненавистного Тирмона среди них не оказалось.

— Как видите, Конрад, он не успел, а значит, должен быть отчислен.

Проректор скрипнул зубами, но ничего не успел ответить. В класс ворвалось… нечто…

С виду оно было похоже на человека, вот только без бровей, ресниц, волос и с обожженными до самых плеч руками.

— Тирмон из школы Хаш, вы опоздали! Значит, по законам нашей академии, отчислены! — заявил Анимурикос, свирепо пыхтя.

— Простите, господин ректор, — вмешалась преподавательница в черной мантии. — Он задержался по моей вине. Выполнял поручение.

— Что? — удивленно приподнял брови мужчина. — Тогда какого черта он в таком отвратительном виде?!

— Видимо, напоролся на мину. Знаете, студенты любят шутить над первокурсниками. — Пожала она плечами.

— Да вы…

— Господин ректор, — вмешался Конрад. — Я думаю, нам следует уйти. Мы ведь мешаем уважаемой Варнелии проводить занятие. Пройдемте, пожалуйста.

Анимурикос еще раз оглядел аудиторию свирепым взглядом, после чего вышел вместе с проректором. И как только закрылась дверь, аудитория наполнилась громким криком.

— Ти-и-ир! — бросился к обгоревшему человеку здоровяк, сжимая его в объятиях.

— Пусти, придурок! Руки! Руки горят!



VII


— Ну, что, ты как? — подошла ко мне Ирис.

— Нормально, — я взглянул на розовую кожу на руках. — Подлатали, одели, обули и даже книжки выдали.

— Все тебе шутки, блин! — покачала она головой.

— А я говорил, что он успеет! — подбежал к нам Лим.

— Так, а что на первом занятии было? — посмотрел я на ребят.

— Ничего особенного, — махнул рукой Рам. — Наш куратор, госпожа Варнелия, рассказывала общие моменты, объясняла, как себя нужно вести в академии и рассказала ближайшие планы.

— Ничего себе ничего особенного, — фыркнул Форст. — Между прочим, это очень важная информация. На секундочку, нам недвусмысленно объяснили, что через полгода как минимум три-четыре человека из первого курса покинут академию. И неважно даже, если все будут учиться идеально. Так что пыхтеть нам и пыхтеть! И так каждый семестр! На нашем курсе сейчас тридцать семь человек, а выпуститься смогут только двадцать! То есть за пять лет практически половина студентов будет отчислена. И я думаю, вы понимаете, что наша группа первая на отчисление.

— Это почему это? — возмутился здоровяк.

— А ты сам извилинами пошевели! Все мы были приняты каким-то чудом! Мы не прошли отбор, потому что у каждого свой косяк. Ты, Рам, очень плохо учишься. Тебе нужно будет больше внимания уделять именно учебе. Ирис не даются атакующие умения. Ей из арены вообще вылезать нельзя. Лим безответственный. Если бы я его не вытащил из комнаты, он бы проспал первое занятие и был бы отчислен. И вообще, ты какого хрена вчера приперся посреди ночи, еще и пьяный? — строго «посмотрел» слепец на друга.

— Я был занят важным делом! — поднял тот палец вверх для важности, но последовавший за этим зевок всю важность с него сбил.

— Так вот, Лиму нужно стать организованнее, а Зиф вообще на арене превращается в психа.

Истязатель на это никак не отреагировал.

— А насчет меня что? — хмыкнул я.

— Насчет тебя? — Форст задумался, повертел пальцем, но ничего не придумав, покачал головой. — Не знаю я, что с тобой делать. Но как минимум, отрасти себе брови, а то мы даже не узнаем, когда ты удивляешься.

Ребята прыснули, пытаясь сдержать смех.

— Да отрастают они, отрастают! Госпожа Ферниган сказала, что к завтрашнему дню придут в норму.

— Ага, главное, чтобы не выросли слишком сильно и не свисали до щек, — поддел Лим.

— Да пошли вы, — я толкнул дверь и шагнул в небольшую аудиторию.

Ребята начали рассаживаться по местам, заняв чуть ли не половину ряда. У них уже свои места, блин, есть. Ладно, сяду справа от Рама.

— Да, насчет задания! — напомнил о себе Лим. — Ходил я вчера на разведку…

— Засос спрячь, разведчик, — фыркнула Ирис.

— Да пофиг. Слушайте, ходил я, значит, на разведку к старшим группам. В общем, наш куратор, Варнелия, первый год работает преподавателем. Она до этого была аспирантом, а тут ее повысили и, в общем, дали нас. Ребята говорят, что она не угодила декану Морвину. Поэтому ей и влепили тринадцатую группу.

— А почему тринадцатая? — доставая учебники, поинтересовался я у ребят.

— Ну, как, десятые обозначают курс, а единичные — группу. Первый курс, третья группа. Понял? — растолковал Форст.

— Кстати, третья группа собиралась всего два раза за всю историю академии, представляете?

— Просто с нами племянник ректора.

Я резко обернулся и заметил свою новую соседку слева.

— Леди Мороз, вы решили сесть рядом? — поинтересовался я у нее.

Холодная ладонь девушки легла на мою кисть, примораживая ее к парте.

— Я ненавижу, когда меня так называют, — спокойно произнесла она, смотря мне прямо в глаза.

— Прости, не знал. Больше не буду, — тут же начал оправдываться я.

Она убрала ладонь, и села на скамейку, как ни в чем не бывало.

— Меня зовут Сильва, и мне все равно, где сидеть.

— Ну, если ты не будешь отмораживать мне конечности, то я не против такого соседства, — вздохнул я, потирая кисть.

— Так вот, мы с вами в полной заднице, — заключил Лим.

— Что за «так вот» такое? — возмутился я. — Вы там, может, все обсудили, но я вообще ничего не понял.

— Потом. Преподаватель пришел.

Мы встали и поприветствовали невысокого… ну очень невысокого человека. Если честно, я и не сразу понял, что этот коротышка — наш препод.

— Здравствуйте, уважаемые первокурсники, — встал он за трибуну. — Меня зовут Деогарн, и я буду преподавать вам правописание рун. На моем занятии вы будете учиться рисовать руны. Вы что-то хотите сказать?

Он посмотрел на девушку, поднявшую руку.

— Да, — она поднялась, но ее тут же прервал педагог.

— Сначала представьтесь.

— Орена. Простите, но нас учили в школе рунам.

— Учили? — он хмыкнул. — Сможете нарисовать руну ос?

— Конечно.

Моя одногруппница активировала магическое зрение, и перед ее правым глазом появился синий кружок с черточками. Пара движений указательным пальцем и все.

— Великолепно! — похвалил ее Деогарн. — А теперь проделайте то же самое безымянным пальцем левой руки.

— Но ведь… руны же нужно рисовать указательным, — неуверенно посмотрела она на преподавателя.

Он улыбнулся, слегка наклонив голову.

— Этому вас учили в школах. И это правильно. Для колдунов и школьников. Вот только вы в академии, а тут все совсем иначе. Вы должны научиться рисовать всеми десятью пальцами рук!

По залу прошелся ошеломленный шепоток, а я удивленно уставился на ребят.

Они что, рисуют руны только одним пальцем?

Конечно! Это ты умеешь пользоваться всеми десятью. Потому что я тебя этому научил! А они обычные ученики. Их учили рисовать только указательными. Именно благодаря этому ты успевал создать сложные заклинания быстрее, чем они создавали простые.

Как-то я об этом не подумал.

— Итак, используйте магическое зрение. Для начала я хочу посмотреть, как вы рисуете азбуку указательным пальцем. Так, приготовьтесь, как только я называю руну, вы ее тут же должны нарисовать. Так, молодой человек, вас это тоже касается, — посмотрел он на меня.

— Простите, я…

— Представьтесь, — прервал он меня.

— Тирмон из школы Хаш, — произнес я по привычке.

— Теперь вы, Тирмон, студент академии, — снисходительно улыбнулся он.

— Да, простите. В общем, я Тирмон, и я могу показать азбуку и без магического зрения.

— Уважаемый Тирмон, я рад, что у вас такие хорошие способности в изображении, но выполните, пожалуйста, мое указание. Магическое зрение вам понадобится и дальше, когда я буду показывать, как и какую руну нужно рисовать, используя не один, а два пальца.

— Простите, но я не могу, — опустил я голову.

— Почему же? — не понял он.

— Ну, у меня недостаточно маны для создания заклинания. Резерв слишком маленький.

Послышались смешки, и кажется, со всех сторон. Кажется, что все ржут надо мной… как раньше… как всегда.

Не все. Посмотри, твои друзья не смеются. И эта холодная девушка. Хотя, ей, по-моему, вообще по барабану.

— Че ржете, уроды. Он выше вас в турнире прошел! — вступился за меня Рам.

— Назовитесь, — обратился к нему Деогарн.

— Рамус, — опустив голову, назвал свое имя здоровяк.

— Уважаемый Рамус, в аудитории должен быть один преподаватель, вы не согласны со мной?

— Согласен.

— Понимаю, что вы принялись выполнять мою работу, потому как я сам с ней не справился. Признаю, я просто был шокирован. Но впредь не берите на себя мои обязанности. Хорошо?

— Да. Извините.

— Присаживайтесь. Итак, Тирмон, вы понимаете, что я не могу вас обучать, если вы не будете видеть, что я рисую? Боюсь, мне придется говорить с деканом о вашем отчислении.

— Нет, господин преподаватель, я вижу, что вы рисуете, по движениям пальцев. Пожалуйста, не нужно меня отчислять.

— То есть вы утверждаете, что можете больше, чем большинство магов третьего ранга? — выгнул он бровь. — Даже окончившие академию маги не могут распознать все символы лишь по движению пальцев, но вы утверждаете, что можете. Ну, что же, давайте проверим! Сейчас я изображу десять рун, а вы должны их узнать.

Он резким движением откинул рукава и буквально за секунду десятью пальцами нарисовал руны.

— Да? — посмотрел на Форста, поднявшего руку.

— Меня зовут Форст. И я должен заметить, что вы рисовали слишком быстро. Даже я не успел заметить все десять рун. Разглядел только семь.

— Семь… я и три-то с трудом запомнил, — донесся шепот Рама.

— Я не прошу назвать все десять, — улыбнулся Деогарн. — Я прошу назвать хотя бы две.

— Уно, рашти, гар, беру, сив, жак, гарси, поро, фито, кас, — перечислил я, смотря ему прямо в глаза.

Последняя аар.

— Простите, последняя руна не кас, аар.

— Удивительно. А нарисовать их вы сможете?

Я встряхнул руками и с не меньшей скоростью десятью пальцами нарисовал нужные руны.

Наступила гробовая тишина.

— Вы вводите меня в когнитивный диссонанс, господин Тирмон, — преподаватель закусил губу и начал расхаживать из стороны в сторону.

— Че он сказал? — спросил у Лима Рам.

— Что он в афиге, — ответил тот.

— Вы понимаете, что, прошу прощения, вы — самый бездарный студент на моей памяти? Я даже не слышал никогда о первокурснике со столь маленьким резервом. Но в то же время вы — самый гениальный студент на моей памяти. Я не знаю ни одного первокурсника, способного определять руны по движениям пальцев и рисовать сразу десятью. Это просто невероятно! С одной стороны, я должен подать петицию на ваше отчисление в связи с невозможностью вашего обучения. Но с другой, мне просто нечему вас учить, как минимум первые три года мы должны тесно заниматься рисованием рун десятью пальцами, а вы это уже умеете! Я просто не знаю, что с вами делать.

— Можно, я попрошу? — поднял я руку.

— Да, конечно, — он внимательно посмотрел на меня снизу вверх.

— Просто ничего не меняйте. Вы же убедились, что я могу читать по пальцам. Так что проблем в обучении не будет.

— Да уж… наверное, вы правы. Так мы и поступим. Но поверьте, вне зависимости от развития вашей мелкой моторики филонить я вам не дам. Присаживайтесь.

Я сел и с облегчением выдохнул. Всего пару часов я студент, а мне уже надоело ходить по краю.

А как ты хотел? Извини, приятель, но свое место под солнцем тебе придется выгрызать зубами. И так будет все пять лет. Ты не подходишь под их критерии "идеального студента".

Да уж. Но ничего. Я доведу план до конца.

— Итак, извините, что потратил столько времени, думаю, нам стоит приступить к рисованию средними пальцами. Выставьте их и опустите остальные.

Все одновременно показали преподавателю неприличный жест, и постепенно по залу прокатился смешок. Вскоре он превратился в настоящий хохот.

— Ну, как дети малые, — вздохнул Деогарн. — Дамы и господа, возьмите себя в руки, иначе мне придется принять меры.

В аудитории вдруг стало темно и очень неуютно, в душе зародилась тревога, и судя по всему, не только у меня. Ребята мигом успокоились.

— Итак, верните средний палец на место. Первая руна, которую вы должны нарисовать — рос.

Я, как и все остальные, принялся медленно чертить руну средним пальцем. Тренировка никогда не бывает лишней.

Полтора часа пролетели неожиданно быстро. Прозвенел звонок, и вся группа поднялась, попрощалась с необычным преподавателем и вышла из аудитории.

— Так, что у нас дальше? — подбежал Лим к Ири.

— История магии, затем математика.

— Боже, я ненавижу математику! — вздохнул сын купца. — Почему нам, магам, нужно изучать математику в академии?

— Я того же мнения об истории, — кивнул я. — Какая разница кто, что и когда открыл? Лучше же изучать уже сами заклинания, чем их историю.

— Угу.

Я даже подпрыгнул от неожиданности.

— Зиф, какого хрена!

— Что? — он непонимающе посмотрел на меня.

— Ты, блин, ты же немой, блин!

— Я? Нет, — покачал он головой.

— Ну, блин, ты же молчишь постоянно. Я вообще забываю, что ты где-то рядом.

— Прости, — пожал он плечами.

— Так, аудитория триста двадцать семь. Нам на третий этаж, ребята, — сообщил всем Форст.

— Это хорошо, но где тут лестница? — почесал затылок Лим.

Мы резко остановились и начали осматриваться. Обернувшись, я едва поймал Леди Мороз, чтобы она не врезалась в меня.

— Ты чего так резко тормозишь? — недовольно посмотрела она на меня.

— Да блин, мы лестницу ищем.

Я начал осматриваться, заметив, что вся группа шла за нашей компашкой, даже не задумываясь.

— Чего встали? Нам сюда, — поправив рюкзак, показал в сторону проема один из наших одногруппников.

Черт, лицо у него знакомое.

Придурок, это Гермус, племянник ректора, которого ты в первом же бою сделал.

А! Точно. А на вид нормальный парень.

Ну, так почему он должен быть гнидой?

И верно.

Я поднялся вместе со своими ребятами по лестнице. Блин, в школе так пестро, все цвета радуги. Сами мы тоже в бордовых робах.

— Привет мелкий!

Я обернулся и увидел свою красноволосую подругу.

— Привет, ты как? Успела?

— Ага! — кивнула девушка. — А тебя смотрю подлечили. Брови вон уже расти начали, скоро совсем на человека похож будешь. Да, на счет твоего предложения жениться, ребят на свадьбу пригласил?

Ребята, услышавшие это заявление, резко остановились. Лим вообще едва не упал.

— Блин, прекрати! Ничего я никому не говорил. И вообще, прекращай… я пьяный был, — я повел плечом, чувствуя себя довольно неуютно.

— Значит вот как оно бывает. — Картинно развела руки девушка. — Сначала: «Будь моей женой», а потом: «Я просто был пьян».

— Саваска, пойдем! — утянула ее за руку подруга. — На пару опоздаем!

— Мы с тобой еще не закончили! — крикнула моя "невеста" напоследок.

— Ни фига себе, — раздался восхищенный шепот Лима. — Ну, ты и шустрый!

— Да блин! Глупо вышло, — я потер ухо. — Да и она просто шутит.

— Глупо-не глупо, но она очень красивая девушка. Забирай, пока не увели, — хмыкнул он.

— Согласен, — кивнул Форст. — Жена — это хорошо. Дома будет убираться. Кушать готовить.

— Ага. Думаешь, все девушки такие хозяйственные? — фыркнула Ирис. — Меня поселили с какой-то мегерой. Мало того, что не убирается, так еще и разбрасывает все. Посуду не моет за собой. Просто ужас.

— А ты ее накажи.

Черт, когда к нам вообще Леди Мороз прибиться-то успела?!

— Моя вот вчера вернулась поздно, и утром вставать не хотела. Я ее приморозила слегка и все. Все стало хорошо.

— Ну, ты даешь! — восхитился Рам. — А она что?

— Вопила полчаса, потом вспомнила, что у нее тоже мана есть. Отморозилась. Ну, и попыталась меня достать. Пришлось стеной льда ее отгородить, да на пары идти. Думаю, она успела освободиться.

Мы заняли свои места на первом ряду скамеек и достали учебные принадлежности.

В первый день учебы нам поставили четыре пары. Судя по расписанию, дальше будет по пять-шесть занятий. Сегодня же у нас типа адаптация. Я присутствовал только на трех, и если честно, к концу математики моя голова уже слегка гудела.

— Все, домой? — потянулся, словно кот, Лим. — Чет я уже заманался брюки просиживать.

— Нет, нам нужно еще встретиться с куратором, — огорчил его Форст. — Помнишь, она говорила, чтобы мы после пар подошли к площадке.

— Точно! Бли-и-и-ин! Меня от этих занятий еще больше спать тянет.

— Ложиться надо было вовремя, — безапелляционно заявил наш слепец.

— Тебе легко говорить! Ты жаворонок.

— Все это чушь! Не бывает ни жаворонков, ни сов. Бывают просто ленивые создания.

Мы завернули за учебное здание, и вышли к тренировочной площадке. Нас здесь уже ждала наша классная руководительница. Черная роба прекрасно подчеркивала фигуру девушки. На вид ей не больше двадцати пяти, черные волосы, зеленые глаза. Симпатичная.

— Все пришли? — посчитала она нас взглядом. — Итак, зачем я вас собрала: на это есть две причины. Первая — это выбор старосты. Я думаю, вы понимаете, что это очень ответственная должность? Во время обучения старостам дают поблажки и порой идут на уступки. И даже после обучения они получают отметку в личное дело. Но кроме плюсов есть и несомненные минусы. Старосте приходится отвечать за действия всей группы. Соответственно, это должен быть ответственный человек. Кроме того, он должен хорошо учиться. Я подобрала четыре основные кандидатуры по итогам отборочных экзаменов, в которых все вы, кроме Форста, по понятным причинам, и Лимара принимали участие. Кстати, Лимар, а почему тебя не было на отборочных?

— Проспал, — опустил голову сын купца.

— Ну, ничего, — улыбнулась Варнелия. — Всякое в жизни бывает. Извини, но я не добавила тебя в список. Впрочем, это не мешает тебе самому предложить свою кандидатуру на роль старосты.

— Нет-нет! Я, пожалуй, пас, — тут же замахал он руками.

— Ну, тогда продолжим. Четыре основные кандидатуры, которые я выбрала: На первом месте Тирмон…

— Кхе-кхе-кхе… я? — я даже ткнул себе в грудь в изумлении.

— А что тебя удивляет? — приспустила очки куратор. — У тебя лучшие баллы по теории и рисованию рун среди всех абитуриентов. Да, на практике ты провалился, но даже несмотря на это по общему количеству баллов с четырех экзаменов ты на первом месте в группе.

Я присвистнул.

Ириан, ты, что там наотвечал такого?!

Да ничего особенного. Вопросы там легкие были. Да и не забывай, что все здесь на чем-то да провалились.

Да, точно. Мы же все тут калеки, блин.

— Следующим на роль старосты я предлагаю поставить Гермуса. Сумма его баллов на втором месте после Тирмона.

Племянник ректора скривился, видимо, потому что все-таки второй.

— Далее Ирис. Она также очень хорошо… да, Ирис?

— Простите, можно я откажусь? — замялась девушка.

— Почему?

— Боюсь, я не справлюсь с такой ответственностью.

— Ну, конечно.

— Черт, а так можно было? — удивился я. — Тогда я тоже отказываюсь.

— А вы почему?

— Да мороки с этим много. Еще ходи всех гоняй. Не хочу.

— Кажется, я знаю одного погонщика, — прошептал мне на ухо Лим, стрельнув взглядом в Форста.

— Согласен, — кивнул я ему.

— Ну, в таком случае остаются Вирант, четвертый по баллам, и Гермус. Если никто не против, предлагаю провести голосование.

— Не голосуй, — краем губ обратился ко мне Лим и тут же повернулся к Сильве с тем же предложением.

Я пожал плечами. Не голосовать так не голосовать.

— Итак, кто за Виранта, поднимаем руки, — начала подсчет куратор. — Трое. А за Гермуса? Четверо. Стоп, а вы, почему не проголосовали.

— А мы за Форста, — заявил Лим.

Самое интересное, что самому Форсту никто ничего не сказал. Он спокойно проголосовал за Виранта.

— Стоп, но меня же не предлагали на роль старосты, — удивился наш товарищ.

— Потому что ты не сдавал вступительные. Хотя я уверен, ты набрал бы больше их обоих, — кивнул Лим.

— Но почему Форст? — спросила Варнелия нас.

— Он самый занудный тип, какого я знаю, — снова взял слово сын купца. — Я живу с ним в одной комнате, и знаете, он постоянно следит за чистотой. Всегда везде должен быть порядок. Всегда должна быть чистота. Ложиться лучше с закатом, вставать с рассветом. Короче, его надо чем-то занять, или я просто свихнусь!

— Он умный, — поддержал друга Рам.

— Рассудительный, — добавил Зиф, заставив куратора дернуться — кажется, она тоже забыла, что он здесь.

— Ответственный, — не остался я в стороне.

— У него сильный характер, — откликнулась Ирис.

— Да мне как-то пофиг, — пожала плечами Леди Мороз.

— Блин, ребята, спасибо, — Форст даже сжался как-то.

На миг показалось, что он сейчас расплачется, но лишь показалось.

— Ну, тогда решено. Старостой будет Форст. Есть у кого возражения?

Возражения были как минимум у Гермуса, но он не стал их высказывать, лишь скривившись с досады.

— Вот и отлично! Тогда перейдем ко второму вопросу. Как я вам говорила, через неделю будет проводиться день первокурсника, и на нем вам предстоит сразиться с другими группами в трех состязаниях. Теория в виде викторины, практика турниром, ну, и напоследок небесная схватка.

Ребята тут же оживились, Форст вообще едва не запрыгал на месте.

Чет я ничего не понял.

Сейчас поймешь.

— Разбирайте доски! — улыбнулась куратор, показывая на коробку. — Только не толпитесь! Хватит всем!

Что это… это же доски! Как у Саваски! Мы будем летать?

Ага.

А у меня… хватит маны?

Ну, по небу, как она, не полетишь, но передвигаться сможешь. Бери уже свою!

Я подошел к коробке, на которой осталась всего одна доска с отколотым кусочком на носу, потертая и старая. И она висела в воздухе…

Я поднял ее как самое великое сокровище в мире.

— Слезьте с досок и встаньте в ряд! Лим, ты куда полетел? Немедленно спустись! Так, встаньте все в ряд! — куратор с трудом уговорила всех успокоиться и встать.

— Итак, для начала заклинание крепления. Его все знают?

— Я не знаю, — вытянул я руку.

— Я тоже, — поддержал меня Рам.

— И я.

— Ладно, тогда сначала разучиваем или повторяем заклинание и только после этого становимся на доску.

Она показала нам руны и их связки. Мы повторили, но получилось не у всех. Она показала еще раз.

— Так, а теперь встаньте на доски, нарисуйте руны и наполните их маной. Вот так. Сильва, гарси, а не ивар, не путай руны. Хорошо, а теперь парите!

Я посмотрел, как древесина доски обхватила мои ноги, и завис в воздухе.

— И-и-и-иха-а-а-а! — взлетел в небо Гермус, остальные последовали за ним, а я…

Ириан, крепление забрало у меня всю ману. Как мне взлететь?

Никак.

Но ты же говорил… то есть, я не смогу…

Глаза вдруг начало жечь, появилась влажность, мешающая смотреть.

— Тирмон, все нормально? — подошла ко мне куратор.

— Да я…

Ты можешь скользить.

Как?

Наклонись вперед. Давай. Видишь? Скользит. Пусть ты всего в паре десятков сантиметров над землей, но у тебя есть несомненное преимущество перед всеми.

Доска тронулась, и я, расставив руки в стороны, поехал медленно вперед, все больше разгоняясь.

Наклоняйся еще! Давай! Заставь эту деревяшку скрипеть!

Я выполнил указ, до скрипа надавив на переднюю часть доски. Скорость резко повысилась, и я полетел. Полетел, вдыхая воздух и становясь все быстрее. Тело начало ловить волну, а я понял точку равновесия, постепенно расслабляясь и предаваясь чувству полета.

— Тир, поднимайся выше! — спустился ко мне Рам.

— Мне и тут хорошо!

— Но там луч… — он внезапно замолк, поняв, в чем проблема. А может, ему подсказал спускающийся Лим.

— Давайте над землей покатаемся? — предложил он.

— А угонитесь? — посмотрел я на них, тут же наклоняясь вперед.

— Давай погоняемся! — поддержал мой азарт сын купца.

— И-И-И-И-ИХ-ХА-А-А-А-А! — взревел я, стараясь оторваться от преследователей.

Рам отстал сразу, а вот Лим постепенно начал нагонять.

— Осторожно! Деревья! — показал он вперед.

— Твою мать! — я в последний момент успел слегка изменить траекторию и избежать столкновения с деревом.

В венах закипела кровь, доска начала качаться.

Успокойся! Ты сильнее, ты справишься. Расстояние между деревьями большое. Лети!

Но…

Лети и ничего не бойся! Лети как птица, пари над землей.

Я выдохнул, вдохнул и нагнулся вперед.

Смотри на деревья, обходи их! У тебя отличные рефлексы, ты резкий!

Внезапно нос моей доски зацепился за корень какого-то растения, и я тут же полетел кубарем.

Да, корни тоже обходи. Или перепрыгивай.

Это было круто!

Я выплюнул листья и посмотрел на голубое небо за кронами деревьев.

— Ты как? — Лим завис где-то вверху над лесом.

— Великолепно! — я прыжком встал на доску и нагнулся вперед.

Маневрируй! Летай! Пусть возле земли, но ты точно будешь лучшим. Лети!

— У-у-у-ух-х-ху-у-у-у!

И я полетел.


VIII


— Я не согласен! — я даже вскочил от возмущения. — Из всей нашей группы только трое попали в полуфинал: Форст, Рам и я. А вы не хотите, чтобы я участвовал в турнире?! Форст, мать твою, какого хрена?!

Староста молча спокойно встал, заглянул мне в глаза и положил руку на плечо.

— Смирись.

— Да какого хрена я должен смириться?! Это неправильно!

— Тир, я понимаю твое возмущение, но это единогласное решение всей группы, — развел руками Лим.

— Оно не может быть единогласным, если я против! Кроме того, Сильва тоже не голосовала за это!

— Да мне пофиг, — пожала плечами Леди Мороз.

— Слушай, Тир. Ситуация у нас такая: каждый студент может участвовать только в двух играх из трех. Значит, в одной игре ты точно участвовать не сможешь, понимаешь? — попытался вразумить меня староста.

— Понимаю, — кивнул я. — В топку викторину, я хочу драться.

— У тебя лучшие баллы за теорию на курсе. Если кто и должен в ней точно участвовать, так это ты, — продолжил уговаривать меня наш староста.

— Да ну, нет! У нас много умных ребят! Вот, например, Гермус! Он ведь второй по баллам.

— В группе, но не на курсе, и в целом, а не в теории. Плюс он и так участвует в викторине.

— Ирис?

— Участвует. Прекращай. По правилам викторина проходит в два тура, после первого тура обязательно нужно двоих сменить. Так что минимум семь человек будет участвовать. В остальных состязаниях такая же ситуация. Короче, мы тут подумали, и я составил список, кто куда пойдет по их особенностям. Итак, на викторину, первый тур: Тир, Ирис, Гермус, Вирант, Горгон. Второй тур: Тир, Ирис, Гермус, Орена, Томан. Турнир, первый бой: я, Сильва, Рам, Ирис, Зиф. Второй бой: я, Ирис, Рам, Лим, Ламира. Воздушный бой, первая игра: я, Тир, Сильва, Вирант, Лим. Вторая игра: я, Тир, Сильва, Орена, Гермус.

— Я что-то не пойму, почему это вы все без нас решили? — недовольно спросил Гермус. — Почему я участвую только в одном воздушном бою и вообще не попал в турнир? Между прочим, я сражаюсь не хуже всех вас.

— Причины, собственно, те же, — пожал плечами Форст. — Ты очень хорошо катаешься на доске, и у тебя хорошие познания в теории. В бою мы тебя, увы, не видели. Ты слишком быстро вырубился на турнире.

— Хочешь посмотреть? — привстал племянник ректора, смотря в глаза старосте.

— Не против, — кивнул слепец. — Но соревнования уже послезавтра. Даже если ты окажешься отличным бойцом, мы уже никак не успеем отработать совместные действия.

— Ладно, но в воздушных боях я хочу участвовать в обеих играх. И вообще, почему Фураста вообще никуда не засунули? — он махнул рукой в сторону парня, валяющегося на парте.

— Не-не-не! Сами давайте! Я за вас с трибун болеть буду, — моментально отреагировал тот.

— Вы знаете, я соглашусь с Гермусом насчет воздушных битв, — встал Вирант. — Я не спорю, что ты, Форст, в воздухе неуловим. Но почему медлительная Сильва и Тир, который выше полуметра подняться не может, участвуют в обеих играх? Не логичнее взять на постоянной основе меня, Орену, Гермиса или Лима? Мы катаемся лучше остальных, а учитывая наши с Ореной заклинания, так мы вообще главные кандидатуры.

— Если бы это был равный бой — да, — кивнул наш староста. — Но мы с вами прекрасно знаем, что противники намного более умелые, чем мы. Сможешь ли ты посоревноваться с Вивианом?

— Ну, он, конечно, хорош… но он же не один в команде.

— Остальные также не будут ему сильно уступать, — покачал головой Форст. — Наши соперники — лучшие выпускники элитных школ. Они далеко не в первый раз становятся на доску и участвуют в турнире, поэтому простой открытый бой, в котором они асы, нам противопоказан. Объясню, почему я выбрал именно Сильву и Тира. Скажи, Гермус, как самый опытный в гонках на досках, в какую погоду ездить сложнее всего?

— Когда холодно, — пожал он плечами.

— Сильва, сколько времени ты сможешь продержать холод вокруг нашего флага?

— Да пофиг. Сколько надо, столько и продержу, — пожала плечами девушка.

— Вот поэтому она идеальная защитница. Даже если не остановит всех нападающих, то придержит их, пока вернется наша команда. Теперь насчет Тира. Поднимите руку те, кто может поймать его в лесу.

— Гермус как-то его почти поймал, — показал Горгон на товарища.

— Получить доской по лицу не значит поймать, — хмыкнул Рам, чем вызвал недовольный взгляд племянника ректора.

— Мы не сможем биться с ними исключительно в воздухе, — констатировал Форст. — Мы не сможем победить их в скорости, но с заморозкой Сильвы и виражами Тира мы справимся. Надеюсь, на этом вопрос исчерпан. Поймите, в своих рассуждениях я не акцентировал внимание на личных предпочтениях. Для меня важнее победа. Я напомню вам, что по итогу первой же сессии несколько первокурсников покинут академию вне зависимости от того, кто как хорошо учится. Нет определенного минимума баллов. Они просто возьмут тех, у кого худшие результаты, и вышвырнут за стены академии. И я должен заметить, что у нас на вылет шансы выше, чем у остальных. Все мы в чем-то были хуже, чем студенты других групп. Поэтому нам нужна фора. Победа в каждом состязании дает один балл к общему зачету на сессии, а за общее первенство еще два балла. Таким образом, если мы сможем победить во всех соревнованиях, то мы получим четыре балла. Четыре балла! Каждый студент, вне зависимости от его вклада, получит баллы, которые, возможно, решат его судьбу по итогам сессии. Понимаете? Я участвую во всем этом не ради красоты и удовольствия. Я хочу учиться дальше! А вы хотите?

Мы мельком переглянулись. Да, ораторские способности у нашего слепца хорошие.

— Если ни у кого больше нет ко мне вопросов, предлагаю на этом разойтись.

Я почесал затылок и посмотрел в сторону общаги.

— Ну, что, парни, куда пойдем? — потянулся Лим. — Предлагаю забуриться в какое-нибудь интересное заведение с интересными девочками.

— Тренироваться надо, у нас послезавтра турнир, — хмуро посмотрел на него Форст.

— Ой, иди в баню, мы все время только и делаем, что учимся да тренируемся. Я хочу погулять! Рам, ты со мной?

— Почему бы и нет? — кивнул здоровяк. — Только это… у меня денег нет.

— Ничего, посидишь рядом, пооблизываешься, — улыбнулся Лим. — Да ладно тебе, я шучу. Угощу тебя сегодня. Тир?

— Нет, никак. Я сегодня с Саваской обещал погулять, — покачал я головой.

— А-а-а… дела амурные. Понимаю, — кивнул он. — Ирис?

— Я вообще-то сама девочка! — возмутилась наша одногруппница.

— Ну и что?

— То, что ты меня зовешь девочек цеплять! — фыркнула она. — Хотя… ладно, пойду с вами. Не хочу домой возвращаться.

— Опять проблемы с соседкой? — Сочувственно посмотрел на нее Рам.

— Угу. Вчера зашла в комнату, а она в моих вещах ковыряется, представляете.

— Неприятно, — почесал я подбородок.

— А чего ты ее не накажешь? — пожала плечами Сильва. — К моей вот вчера мальчик приходил вечером. Так вот, я слышала, что любовь греет до минус десяти. Вранье. Я опустила температуру в комнате до нуля, и они почему-то тут же сбежали оба.

— Вот ты ходячее препятствие для романтики, — фыркнул Лим.

— Так комната-то общая, не ее личная, — вновь пожала плечами Леди Мороз.

— Форст, у тебя не спрашиваю, ты наверняка пойдешь учиться.

— Нет, ну почему? Отдыхать тоже надо. Так что пойду с вами.

— Фига се! Староста и пойдет гулять! — Лим даже присвистнул.

— Ну, должен же тебя кто-то до заката домой притащить.

— Да нет же, Форст! Так нельзя!

— Увы, но можно, — широко улыбнулся он.

— Ладно, короче, встречаемся через час у женской общаги…

— Почему у женской? — не понял Рам.

— Ирис подождем, а пока будем скучать, познакомимся с девушками, — пояснил наш ловелас.

— Ладно, ребята, я пошел. Свидимся, — махнул я рукой.

Отойдя от парней, я задумался о своем и едва не дернулся, увидев тень, следующую за мной.

— Зиф, ты чего пугаешь-то?!

— Чего я пугаю? — удивленно посмотрел он на меня.

— Подожди, а ты не с ребятами?

— Нет, меня никто не звал, — пожал он плечами.

Наверняка о нем просто забыли. Этот долбанный палач, как призрак. Никогда не говорит громко, даже передвигается почти бесшумно. Вообще никак не проявляет своего присутствия. Да и в группе не сильно выделяется. И хоть нас поселили вместе, я до сих пор ничего не знаю об этом странном парнишке.

— Слушай, Зиф, а у тебя есть какие-нибудь предпочтения? Есть что-то, что ты любишь?

— Что я люблю… — он задумался. — Не знаю. Родных своих люблю. Наверное…

— Подожди, ну, а магию ты любишь?

— Нет.

— Как это? — опешил я от такого откровения. — Как можно не любить магию? Она ведь чудесна! Столько различных возможностей дает. Магия ведь везде! Магические лампы освещают дороги, магические фонтаны радуют глаз и позволяют напиться, когда жарко. Магические морозильники, различные артефакты. А это ночное свечение. Магия же прекрасна.

— Нет.

— Почему?

— Магия нужна, чтобы причинять боль. Магия — это огонь, страдания, муки. Магия — это смерть. Что прекрасного в такой магии? — он даже поежился.

Мы зашли в комнату и начали переодеваться в домашнее.

— Пойдешь купаться?

— Ага, — кивнул он.

Я закинул полотенце и мочалку на плечо, взял шампунь, мыло и вышел.

— Подожди, ты что, реально не получаешь удовольствия когда колдуешь?

— Нет, — покачал он головой. — Когда я начинаю колдовать, мозг вообще отключается. Мне кажется, это не я. Как будто во мне кто-то другой живет.

Какая знакомая история.

— Блин, это неправильно. Ну, вспомни, когда ты впервые смог колдовать? Вспомни первую руну, которая у тебя получилась. Разве у тебя не было восхищения, радости?

— Восхищения не было, — покачал он головой. — Радость была. Я радовался, что мне не причинят боль.

— В смысле? Кто? — удивленно посмотрел я на него.

— Мама, — пожал он плечами. — А что, тебе не причиняла боль мама, когда у тебя не получалось?

— Эм… боль… нет. Я… ну, я как бы сирота, хотя мои родители вроде как живы. В общем, когда я был маленький, родители отдали меня в приют. Я их хорошо помню. Помню, что у меня даже брат был старший. В общем, не было у меня родителей.

— Везет, — вздохнул он.

— В чем везет-то?! — если честно, его реакция сильно зацепила меня. — Знаешь, как они мне были нужны? Я был один везде и всегда. И даже когда мне было очень плохо, я ни к кому не мог обратиться за помощью. Может, у тебя и сложные отношения с мамой, но она ведь не бросила тебя. И любит наверняка, и поможет, когда тебе плохо. Она наверняка верит в тебя. А я… я никогда не мог ни на кого рассчитывать. Все смеялись надо мной. Такой маленький резерв…

Я даже и не заметил, как начал изливать ему душу. Не знаю, почему, то ли из-за того, что он, кажется, ненавидит свою мать, о которой я всю жизнь мечтал. То ли потому, что сам он как неживой. Пустой, словно и не с человеком говорю. И что самое странное, даже Ириан замолчал.

— Не знаю, — пожал Зиф плечами. — Я не знаю, что бы было, будь я один.

Мы зашли в соседние кабинки.

— Знаешь, ты не один такой. Многих бьют их родители.

— Бьют? Зачем?

— Ну как… если провинились. Ты же сказал, что тебя била мама.

— Нет, что ты. Мама ни разу и пальцем меня не тронула. Она причиняла боль магией. Знаешь, мы ведь истязатели, о боли мы знаем все. Мама могла каждый день в течение года причинять мне боль, при этом не повторившись ни разу. Она часто говорила, что если ты не знаешь, какую боль испытывает твоя жертва, то ты не сможешь ее сломать. Она учила меня причинять боль, изначально показывая ее на мне.

— А… отец?

— Мама говорит, отец ушел еще до моего рождения, правда, соседские мальчики утверждают, что она его съела. Знаешь, есть ведь легенда, что наш род ест людей. Мама говорит, это все ложь, но она каждый день приносила с работы мясо, и я не знаю, чье оно. Кстати, мы вчера ели жаркое из этого мяса.

Меня замутило. Я ведь заметил, что оно было каким-то странным…

Не переживай, это была конина.

Ты уверен?

На сто процентов.

Фух.

— Зиф, в жизни есть не только боль. В жизни много всего, и магию можно использовать по-разному.

— Мама говорит, что мне не нужно ее использовать иначе. Мы Истязатели. И должны уметь причинять боль, ну, еще немного лечить, чтобы жертва не скончалась раньше времени.

— Ну, ведь у тебя есть свое мнение. — Пожал я плечами, выходя из-под душа. — Ты ведь не обязан становиться истязателем. Ты можешь возразить маме.

Зиф резко остановился. Когда я обернулся, то увидел настоящую гримасу ужаса на его лице.

— Возразить… маме?

— Ну, да. Ты ведь можешь отказаться.

— Знаешь, пять лет назад она потребовала, чтобы я причинил боль нашей собаке Графу. Я всегда очень любил Графа. Он был таким ласковым… и я отказался…

— И что случилось?

— Собаки больше нет. А я… я чувствовал все, что чувствовала она. Боль, отчаяние… смерть…

Я замолчал. Если честно, в моей голове не было ни одной мысли, способной переубедить его.

У каждого свой путь. Ему не повезло родиться потомком истязателей. С этим ничего не поделаешь.

Разве он не может отказаться от этого?

Только умерев.

Но… почему?

Ты же знаешь, что маги не могут стирать память, а он наверняка знает множество секретов истязателей, за которые они очень сильно цепляются. Понимаешь? Если он уйдет из рода, то высока вероятность, что растреплет все посторонним людям.

Твою же мать… как все сложно. Нахрена вообще нужны эти гребаные истязатели?

У каждого преступника есть право на разговор с истязателем. После такого разговора от человека обычно остается только пустая оболочка, однако таким образом он может доказать свою невиновность и очистить имя. Так он спасает свою семью от позора и дает возможность найти настоящих преступников. Да, этим правом пользуются не многие, но все же. Кроме того, истязатели спасают не одну тысячу солдат во время войн. Эту профессию ненавидят практически все, но она нужна человечеству.

Это… неправильно…

Многое неправильно в нашем мире. Хотя знаешь, даже боль бывает полезной, если правильно ее использовать.

Поднявшись в комнату, я переоделся в темные брюки и белую рубашку. Погода сегодня хорошая, думаю, не замерзну.

Захвати куртку.

Зачем?

Захвати, будешь в руках нести.

Не люблю я париться, но Ириан слишком часто бывает прав. Иногда это страшно бесит.

Я взял легкую куртку и спустился по лестнице. На улице и правда было тепло, поэтому надевать я ее не стал. Подойдя к женской общаге, я задумался насчет Зифа. Если честно, мне было жалко парня. Вот, кажется, у него есть все то, чем обделила меня жизнь. Семья, деньги, большой резерв маны. Но он несчастен, хоть и не понимает этого.

У тебя есть свобода выбора, дружок. Знаешь, сколькие бы жизнь отдали за нее?

Да что той свободы? Она дает только возможность всю мою жизнь бороться, пытаясь остаться на плаву.

Ты не прав. Ты борешься, потому что хочешь подняться. А спроси у бездарного крестьянского мальчика, согласился бы он бороться ради того, чтобы стать хоть кем-то в этой жизни. Да многие бы жизнь положили, но у них нет такой возможности, а у тебя есть.

— Чего ты хмур как день ненастный? Опечалился чего? — подлезла под локоть Саваска.

— Да блин. Из-за Зифа.

— Из-за истязателя, что ли? — хмыкнула моя подруга.

— Ага, — кивнул я в ответ.

— Он что-то сделал? Мучает тебя? Подожди, а чем вы по ночам занимаетесь в закрытой комнате?

— Не смешно. Понимаешь, он не любит магию. Терпеть ее не может.

— Ну, логично, — пожала она плечами. — Многие ее терпеть не могут и в академию идут, потому что их родители заставляют. А твой сосед еще и потомок палачей. Наверняка только плохое в магии и видел всю жизнь. Блин, ему бы показать настоящую магию, возможно, тогда бы он изменил свое мнение.

— Настоящую магию? — удивленно посмотрел я на нее.

Саваска провела ладонью по моей щеке, приблизив губы вплотную к моим.

— Магию любви, — прошептала она.

— Да тьфу на тебя! Я же серьезно! — отвернулся я от этой егозы.

Вечно она надо мной издевается. Сначала вгоняет в краску, а потом смеется.

— Я тоже серьезно, — спокойно кивнула она. — Девушку ему нужно найти, но проблема в том, что все мои знакомые бабы при виде его прячутся. «Истязатель», «Людоед». Дурочки. Хотя, кажется, у меня есть на примете одна особа… А может, действительно получится…

— Ты чего? — удивленно посмотрел я на свою «невесту».

— Так, быстро дуй в свою общагу, бери мальца за жабры и тащи с нами гулять, а я ему приведу партию.

В смысле, что? Какую партию?

Девушку. Иди в общагу, не тупи. Девушки не любят тупых.

Я развернулся и пошел обратно в комнату. Когда я поднялся, Зиф валялся на кровати и читал какую-то книжку.

— Рота подъем! Ты мне срочно нужен!

— Что-то случилось? — заволновался он.

— Ничего, но ты мне нужен. Пойдем гулять. Переодевайся и вперед.

— Куда? Во что?

— Надевай лучшее, что у тебя есть.

— Да. Сейчас.

Потомок палачей достал из шкафа какие-то цветастые шмотки и начал одеваться.

— Стой, стой, стой! Это что за хрень?!

— Ну, как, моя лучшая одежда…

— Это не одежда. Если ты не работаешь шутом, конечно. Ты в чем на свидания ходишь?

— Куда?

— Вот бли-ин!

Чего ты за голову схватился? До встречи с Саваской ты сам понятия не имел, что такое свидание.

— Ладно, слушай. Пропорции у нас с тобой похожие, так что переодевайся вот в это, — я протянул ему свои шмотки.

— Но это же твое…

— Не переживай, я их только вчера постирал. Надевай.

— Блин, брюки обтягивают немного, неудобно. И рубашка мне маловата.

Черт, а парень, оказывается, шире меня. И, черт возьми! На нем мои вещи смотрятся лучше, чем на мне. Где справедливость?!

Нет ее.

— Все, погнали, и я начал критически осматривать своего товарища.

Черт, и все же ему мои шмотки идут больше.

— Тир, что мы делаем?

— На свидание идем.

— На свидание? — выпучил он глаза. — Но я думал, тебе девушки нравятся. Да и я не…

— Придурок, с девушками на свидание идем!

Я проводил взглядом двух хихикающих второкурсниц.

— А-а-а. Нет, ну, это, конечно, лучше, но я пас, — он развернулся и пошел обратно.

Я едва успел его схватить.

— Стоять! Куда собрался?!

— Мне нельзя на свидание.

— Что значит нельзя?! Нужно!

— Нет, мне мама строго-настрого наказала голову всякой ерундой не забивать. И отдельно велела не ходить на свидания. Извини, но я пас.

— Ты бросишь друга в беде?! — решил я зайти с козырей.

Зиф внезапно остановился, обернулся и посмотрел мне в глаза. И столько боли в его взгляде.

— У истязателей не бывает друзей.

— А у тебя есть! — хлопнул я его по плечу. — Я твой друг. Ясно тебе?

— Я… ну… а это точно?

— Точнее не бывает. Так что пошли на свидание вместе. Маме твоей ничего не скажем.

— Она все равно узнает, — опустил он голову. — Она всегда все узнает. Скрывать бессмысленно.

— Не узнает, не переживай.

— Да не буду я в вашей групповухе участвовать!

У меня чуть глаза на лоб не вылезли. Я резко обернулся и естественно, увидел Саваску, тащащую какую-то светловолосую девушку.

— Да я же пошутила, дура! Чего разоралась-то?

Та, видимо, заметила людей вокруг и притихла.

— О, а вот и наши кавалеры. Привет, мальчики, — поправила волосы Саваска. — Мы не сильно опоздали?

— Нет, все хорошо, — улыбнулся я, после чего повернулся к незнакомке. — Я Тир, это Зиф.

— А это моя подруга Рэйла, — представила нас моя «невеста». — Ну, что, пойдем?

— Да, конечно, — кивнул я.

Красноволосая снова взялась за мой локоток, придерживая другой рукой подругу. Видимо, чтобы не сбежала.

— Может, я все-таки пойду? — замялся Зиф. — Я понятия не имею, что нужно делать на свиданиях.

— Не дрейфь, малой! — подмигнула ему Саваска. — Главное, не отпускать девушку домой одну. А в остальном просто наслаждайся вечером.

Мы вышли из школы и отправились гулять. Если честно, свидание получалось отвратительным. Предполагаемая любовь Зифа оказалась довольно строптивой особой. Она явно была не в восторге от идеи, и я понятия не имею, как моей рыжеволосой бестии удалось завлечь ее на это безнадежное дело. И все бы ничего, если бы истязатель не вел себя как амеба. Когда мы пришли в трактир, он заказал себе кефир. Кефир, блин! Вечером! На свидании! Пришлось переубедить его и заказать вино. Он жутко противился, говорил, что ему нельзя пить. Отпирался, но в итоге мы его уговорили. Вот только пока уговаривали его, Рэйла вышла в туалет. Хорошо, что вскоре Саваска пошла за ней, успела не дать сбежать этой взбалмошной даме. В общем, план по «слиянию двух одиноких сердец», прозванный моей невестой «План Л», проваливался просто на глазах.

— Всем спасибо за вечер, я прекрасно провела время, — красноволосая встала, выразительно посмотрев на меня.

— Подожди, я провожу тебя, — поднявшись, я подал ей легкую накидку. — Зиф, оставляю Рэйну на тебя.

— Мы, блин, живем в одной общаге! — фыркнула блондинка, надевая накидку.

— А мы не в общагу пойдем, — показала Саваска язык подруге и прижалась ко мне спиной. — Правда, милый?

— Ага, — кивнул я.

— Подожди, ты… ты не пойдешь в общагу? — опешил Зиф. — Но ты же обещал помочь с заклинанием.

— Я приду, просто позже, — подмигнул я ему.

— Но ведь через час она закроется.

Вот е… а-а-а!!!!

— Счастливо оставаться! — Рэйла выпорхнула из заведения быстрее, чем мы успели что-то сообразить.

— Зиф, быстро за ней! — рыкнул я на него.

Парень немного растерялся, но все же выбежал.

— А у тебя есть командный голос, — подмигнула мне Саваска.

— Да уж, ему бы хоть немного этого голоса, — хмыкнул я, смотря за догоняющим девушку истязателем.

— Готово. Я наложила отведение глаз, но старайся ближе держаться ко мне. Бежим.

— Что, ты еще что-то задумала?

— Увидишь, — лукаво улыбнулась моя «невеста».

Мы направились по дороге за ребятами. Жалкое зрелище, должен заметить. Рэйла только рычит и требует от нее отстать, а Зиф твердит, что нужно обязательно проводить девушку домой.

— Блин, как-то все совсем не так пошло.

— Потерпи, малой, сейчас все будет.

Внезапно нашу парочку окружили четыре здоровых мужика.

— Эй, малыш, оставь девочку нам и иди своей дорогой, — похотливо улыбнувшись, сказал лысый, по ходу, главарь.

— Ну, я не имею права решать за нее. Все-таки она свободная девушка…

— Что он несет?! — закрыла глаза ладонью Саваска.

— Твои друзья?

— Ага.

— Да заколебали! — вдруг крикнула Рэйла и со всей дури врезала лысому между ног.

Как только «хулиган» нагнулся хрипя, добавила коленом в нос. Не успел я опомниться, как вся четверка валялась на земле, а Рэйла быстрым шагом пошла дальше. Зиф семенил следом.

— Дура! Ты должна была вопить «помогите!», а он должен был с криком «я не дам ее в обиду» броситься на них! — почти взвыла Саваска.

— Ты, кажется, любовных романов перечитала, — фыркнул я. — И вообще, что это за бой-баба? Она сама четверых уделала!

— Ну, больше никто бы не согласился на свидание с истязателем идти, — развела руками красноволосая. — Парни, вы как?

— Саваска, мы насчет такого не договаривались, — прошипел лысый, продолжая держаться за причинное место.

— Прости, Гарас, накладочка вышла. Вот, на лечение физической и моральной травмы, — она оставила ему пару серебрушек, после чего мы пошли дальше, преследуя нашу парочку.

— Что дальше? Есть какой-нибудь план? — обратился я к подруге.

— Не знаю. Ничего в голову не лезет.

— Стоять! — Рэйне и Зифу преградила дорогу моложавая женщина с бордовыми волосами.

— Она тоже твоя знакомая? — посмотрел я на подругу.

— Нет, — покачала она головой.

— Мама? — испуганно произнес Зиф.

— Мы в заднице, — прошептал я.

— Счастливо оставаться, — махнула рукой Рэйла и продолжила свой путь.

— Я тебя не отпускала, — мать моего друга сделала неуловимое глазу движение пальцами, и в тот же миг цепи опутали девушку, не позволяя сделать и шага.

«Оковы каторжника». Блокируют физические и магические умения.

Ой-ой-ой, как неудобно получилось.

— Мама, пусти ее! — заступился Зиф за девушку.

— Ах ты старая карга! — завопила блондинка.

— Что ты сказала? — глаза женщины опасно сузились.

Она протянула руку, и Рэйла тут же зашлась в крике.

— Не надо! — Зиф что-то начертил, и крик прервался.

— Ах ты тварь, — зашипела блондинка. — Ну, подожди, я выберусь отсюда, я тебя…

— Зиффергант, объяснись. Почему ты выставил сферу отрицания?

— Пожалуйста, мама, не надо. Отпусти ее, — тихо произнес парень.

— Она оскорбила меня, — с холодом произнесла женщина. — А ты знаешь, что бывает за оскорбление истязателя.

— Мама, пожалуйста.

— Зиффергант.

— Мама, пожалуйста.

— Зиффергант.

— Я НЕ ПОЗВОЛЮ ПРИЧИНИТЬ ЕЙ БОЛЬ! — крик моего друга был столь неожиданным, что мы с Саваской резко отодвинулись, прячась за угол.

— Вот как? Ты… не позволишь мне, — прошипела его мать. — Хорошо, давай посмотрим, как долго ты сможешь удерживать сферу.

Она повернула руку в его сторону. Тонкие и длинные пальцы женщины начали вырисовывать причудливые узоры, и проулок снова огласился криком, но теперь уже кричал Зиф.

Я бросился было на помощь, но меня схватила Саваска.

Ты только хуже сделаешь! Зиф должен пройти через это! Он, возможно, впервые решил идти до конца. Не мешай ему.

Крик продолжался, разрывая мое сердце на части. Вены на лбу моего друга взбухли, лицо стало бордовым, но он продолжал держать «Сферу отрицания». Внутри его защиты стояла ошеломленная девушка. Рэйла не могла поверить своим глазам, но вскоре пришла в себя и начала страшно ругаться на женщину, требуя прекратить это немедленно, но та и ухом не повела. Блондинка начала бороться с цепями, пытаясь освободиться.

— Что тут происходит? — послышался крик позади нас.

Обернувшись, я заметил двух стражников. Блин, что делать?

— Тьфу ты. Истязатели развлекаются. Пойдем, — хлопнул второй первого, и они вместе ушли.

Да уж.

— Я НЕ ПОЗВОЛЮ! — крикнул Зиф, продолжая держать защитное заклятие.

— Тогда тебе будет еще больней, — заявила его мать и подключила вторую руку.

— Это невыносимо, я не могу этого больше терпеть.

Не мешай!

Почему?

Ты не понимаешь! Посмотри в ее глаза. Посмотри в глаза его матери.

Что там? Злоба. Холод.

Нет, там боль. Боль куда большая, чем та, что она причиняет. Кроме того, она сильно сдерживается. Поверь, я знаю, на что способны истязатели. То, что ты видишь — это детские шалости. От того, что она делает, ей намного хуже, ведь она знает, что чувствует ее мальчик. Кредо Истязателей гласит: «Прежде чем причинить боль, испытай ее сам». Она знает, что он чувствует. Она знает, что сама виновата в этом. Но продолжает причинять боль и себе, и ему.

Но зачем?!

Тебе не понять. У разных животных разное воспитание, не то, что у людей. Орел выбрасывает птенца из гнезда, но не потому, что хочет для него зла, а потому, что тому это нужно. Иначе он не выживет в этом суровом мире. У истязателей своя философия. Не мешай, только хуже сделаешь.

Я даже и не заметил, когда Рэйла перестала ругаться. Сейчас она только бессильно смотрела на Зифа. По ее щекам текли слезы.

— Хватит, — шептала она. — Хватит его мучить…

— Ну, что же, ты защитил ее. Гордись собой, — женщина опустила руку, и мой друг замолчал, бешено дыша.

Она подошла к Рэйле и посмотрела ей прямо в глаза.

— Боль моему мальчику могу причинять только я. Запомни это, — сказала она.

Девушка ничего не ответила. Она только зло стрельнула глазами.

Мать Зифа пошла в нашу сторону и резко остановилась, поравнявшись с нами.

— Тебя это тоже касается, Тирмон.

Я нервно сглотнул, капля пота прокатилась по спине. Она нас видела.

— Зиф, ты как?

Стоило оковам раствориться в воздухе, как блондинка подскочила к своему защитнику.

— Я… не позволю… — прошептал он.

Рэйла взяла его лицо в свои ладони и приподняла, смотря прямо в глаза.

— Ты ведь никогда не причинишь мне боль, истязатель? — прошептала она.

— Клянусь…

— Господи! Я сейчас расплачусь, — заявила Саваска.

— То есть, когда его терзала адская боль, тебе не хотелось плакать, а сейчас ты готова расплакаться? — опешил я.

— Да.

— Бабы…

***

Молодая темноволосая девушка вертелась у зеркала, рассматривая бирюзовую кофточку.

— Ильра! Это моя кофта! — внезапно вошла в комнату ее подруга.

— Ой, да ладно тебе, Ирис, я ее всего разочек надену. Мне на свидание надо.

— НЕ ТРОГАЙ МОИ ВЕЩИ! — внезапно завопила хозяйка кофты, сжав кулаки.

— Да не вопи ты так, — девушка попыталась выйти из комнаты, но Ирис встала на ее пути.

— Немедленно сними!

Ильра нагнулась вперед и схватила соседку рукой за щеки.

— Прочь с дороги, малявка. Или хочешь подраться?

На глазах Ирис навернулись слезы.

— Так я и думала, — хмыкнула темноволосая и оттолкнула первокурсницу в сторону.

— Я не могу причинять людям боль, — прошептала Ирис, привлекая внимание Ильры. — Зато он может.

Ее соседка обернулась к двери и увидела парня с пылающим лицом. В его глазах отражались пылающие черепа.

— Истязатель, — прошептала она, бледнея. — Ты не посмеешь!

— Правда? — его шепот был похож на шипение змеи.

Парень вытянул руку и начал рисовать узор указательным пальцем.

— Нет! — девушка бросила кофточку и вылетела из комнаты.

Стоило ей скрыться, как юноша тут же принял нормальный вид.

— Спасибо, — прошептала Ирис. — Я так и не смогла дать ей сдачи.

— Ничего. Я ведь истязатель. Причинять боль — это моя работа, — спокойно ответил он.

— А ты изменился, — вытирая набежавшие слезы, улыбнулась его одногруппница. — И что ты вообще делаешь в женской общаге?

— Девушку свою провожал.

***

— ПЕРЕСЕЛИТЕ МЕНЯ!

— ПЕРЕСЕЛИТЕ ЕЕ! — две девушки влетели в комнату коменданта одновременно и с похожими требованиями.

— Так, стоп, — встала из-за своего стола женщина невысокого роста с пышными кучерявыми волосами. — Девочки, вы же в разных комнатах живете, что случилось?

— Да она привела истязателя!

— Да она заморозила мои вещи! — снова крикнули они одновременно.

— Так, объясните по очереди! — она посмотрела сначала на одну.

— Моя соседка, Ирис, привела в комнату истязателя!

— Ну, и что? — не поняла претензии комендант. — Он что-то сделал плохое?

— Да! Он горел и пальцем в воздухе руны чертил!

— Подожди, он причинил тебе какой-то вред?

— Нет.

— Так, хорошо. А у тебя что? — посмотрела она на другую.

— Эта мерзкая Сильва заморозила всю мою одежду! — показала студентка на полотенце, в котором, судя по всему, вышла недавно из душа.

— Почему? — не поняла женщина. — Зачем она это сделала?

— Я откуда знаю? Она больная!

— Васка.

— Что?

— Почему она заморозила твою одежду?

— Ну, я… я просто кинула свои вещи на ее кровать. Когда переодевалась. Ну, подумаешь, это же ерунда! Зачем все замораживать-то?!

— Понятно, ладно, девочки. Вас я поселю вместе, а этих двух бестий из тринадцатой группы вместе. Вот же веселье началось в моем общежитии.г


IX


— Блин, это жесть, — я свалился на постель, лицом врезавшись в подушку. — Форст настоящий злодей. Слушай, Зиф, может, он внебрачный сын из вашей семьи?

— Нет, думаю, я знал бы об этом. Да и магия его совсем иная, сомневаюсь…

— Да блин, я же шучу, — вздохнул я. — Хотя, предполагаю, что если бы этот изверг был из ваших, то имел бы хорошую славу. Кажется, ему нравилось над нами издеваться.

— Не знаю, вроде все хорошо прошло, — пожал плечами истязатель.

— Угу. Вас он не сильно терзал, а вот насчет воздушного боя у него прямо бзик какой-то. Планы, схемы, бои… Да это просто невыносимо. Как я запомню все эти шестнадцать-тридцать четыре и так далее?

— Слушай, Тир, мы же это… мы же друзья?

— Да, конечно, — удивленно посмотрел я на соседа. — Что-то случилось? Проблемы с Рэйлой?

— Нет. С Рэйлой все… странно, но хорошо, — покачал он головой. — Она чудесная, хоть я и не знаю порой, как себя вести, но она не ругается и старается объяснить. Мне с ней очень повезло. Не знаю, правда, что она во мне нашла…

— Да ну, хорош! Я понял, у тебя идеальные отношения, и вы счастливы вместе и бла-бла-бла, — я уткнулся в подушку лицом.

— Да, но я не о них поговорить хотел, у меня другая просьба, — он подошел и присел на мою кровать, рядом со мной. — Слушай, ты знаешь, что у истязателей есть свой секрет?

— Ага, — кивнул я. — Сто первая руна?

— Откуда ты… — Зиф даже побледнел от страха.

— Да брось! У каждой известной семьи есть своя сто первая руна. Все об этом знают. У императорской семьи, говорят, в загашнике целых пять штук, правда, магов у них почему-то нет в роду.

— Правда? — опешил мой друг.

— Ага. Есть такое. Так и чего хотел-то?

— Я… завтра же турнир. И я боюсь, что окажусь бременем для всех, если не буду биться в полную силу. Я не знаю, что делать. Мама велела не использовать семейную руну ни при каких условиях, ведь ее может кто-то увидеть. А без нее я слаб.

— Ну, допустим, не так уж и слаб…

— И все же, — поджал он колени к груди. — Я не хочу, чтобы из-за меня проиграла команда. Это ведь балл для всей группы. А меня еще и против колышков поставили.

— Да какая разница, одиннадцатая группа или двенадцатая? Они все те еще засранцы.

— Ты разве не знаешь? Всех, у кого были лучшие оценки, зачислили в одиннадцатую, а остальных — в двенадцатую. Разница очень большая.

— Не знал, — почесал я думалку. — Да и все равно, какая разница? Плевать я хотел на их способности. Главное ведь, на что способны мы, а не они.

— Да, но… в общем, я не знаю, как поступить. Если буду драться без руны, то от меня будет мало толку. А если с руной… сам понимаешь.

— Понимаю. Дилемма.

Я думаю, его нужно научить заклинанию скрытия рун.

Я его сам, блин, не знаю.

— Ладно, раз такие кирпичи, давай я тебя научу скрывать заклинания.

— Правда?! Ты умеешь? — оживился Зиф.

— Ну… как бы… знаю, как это делается.

— Да, ты… ты… Тир, ты настоящий друг!

— Ага, но чувствую, ночь будет бессонной.

Я сел на кровать и начал объяснять последовательность рун. Заклинание оказалось сложным и трудоемким. Да и если честно, не уверен, что он сможет применить его в бою, все-таки времени на его плетение уходит, дай бог! И это у меня, он-то вообще одним пальцем рисует. В любом случае, Зиф просто сиял от счастья. Мы проработали до восхода солнца и только после этого завалились спать.

***

— Где он ходит? — посмотрел на наручные часы староста. — Сейчас уже начнется викторина!

— Не знаю. Я стучался к ним в комнату, но никто не ответил, — пожал плечами Лим. — Может, они у своих девушек остались?

— У каких девушек? — неожиданно подкралась сзади красноволосая четверокурсница.

— Эм… видимо, не у вас, — опустил глаза сын купца.

— Да где они шляются?

— Первые пятерки, просим за столы, — объявила ведущая в темно-синей робе пятого курса.

— Черт! Ирис, Гермус, Вирант, Горгон и Томан, выходите, — Форст от досады потер лоб. — Рам, Лим, найдите этого придурка, живо!

Парни отделились от группы зрителей и отправились на поиски.

— Итак, тема первого раунда — «наука и практика», — тем временем начала ведущая. — Первый вопрос. Кто из двадцати великих ученых открыл теорию рунного…

Договорить ей не дали, прозвучал сигнал, и парень из одиннадцатой группы встал.

— Кэр Голувей, — дал он ответ.

Все недоуменно переглянулись.

— Это правильный ответ! Вы получаете первый балл!

— Это что за ерунда? — нервно сглотнула черноволосая девушка с темными глазами. — Он ведь даже вопроса не дослушал.

— Симтар очень умный парень. Мы с ним в одной школе учились, он уже в то время на викторинах делал всех, — дала объяснение Ламира, голубоглазая девушка невысокого роста.

— Какого черта ты меня вытащила? Не хочу я на эту фигню смотреть, — заныл темноволосый парень, стоявший рядом с ней.

— Фураст, это ведь и наши баллы!

— Ну, вон Тир с Зифом спят наверняка. Меня-то зачем было тащить?

— Короче, Орена, будет очень сложно его победить, — вздохнула голубоглазая.

— Это я уже поняла, — медленно кивнула темноволосая.

— Следующий вопрос. Кто смог впервые воссоздать северную…

Девушке снова не дали договорить.

— Томас Ген Фароуэр, — дал ответ все тот же парень в небольших круглых очках.

— И это правильный ответ! Еще один балл одиннадцатой группе.

— Короче, мы в заднице, — прошептала брюнетка. — Боюсь, даже наш всезнайка тут не поможет. Как ответить на вопрос, если ты его даже не дослушал?

***

— Ти-и-ир! — меня внезапно начало шатать.

Стоп, я же был не на корабле. Что, блин, происходит? Почему качка? Кажется, мы с Саваской отправились на Луну, может, там тоже всех шатает?

— Ти-и-и-ир! Проснись! Викторина уже началась!

— Что? — я поднял голову и уставился на лицо Рама, решившего, видимо, вытрясти из меня душу. Затем посмотрел на часы в виде птички. — Ой-ой! Ой-ой-ой-ой.

Я резко подпрыгнул и начал напяливать на себя брюки и рубашку, лежащие до этого на стуле.

— Зиф, подъем!

— Что? Где? Что случилось?

— Мы викторину проспали.

— А… так я в ней не участвую, — парень обнял подушку и повернулся к стене.

— Вставай, падла! Я из-за тебя всю ночь не спал. ПОДЪЕМ, Я СКАЗАЛ!

— Да блин, не ори. Встаю, встаю.

Напялив на себя бордовую хламиду, я бросился к коридору и встал как вкопанный.

— Рам, твоя работа? — кивнул я на выбитую дверь.

— Ну… Форст сказал тебя найти, — виновато развел руками здоровяк.

— Вот теперь оставайся и прикрепляй ее обратно!

Я побежал дальше в сопровождении Лима.

На улице неприятно светило солнце, ослепляя еще не проснувшиеся глаза.

— Я был о тебе лучшего мнения, Тир, — покачал головой Форст.

— Прости, легли поздно. Было очень важное дело, — попытался я оправдаться.

— Начинается второй раунд, дуй к столу, — велел он мне.

— Стой, — Сильва неожиданно схватила меня и развернула к себе.

Ладони девушки легли на мое лицо, и жуткий мороз пробрался до самого мозга.

— Ну как, полегче?

— Ага, блин! Пойдет, — я встряхнул головой и пошел к своему месту.

Должен заметить, что метод нашей Леди Мороз оказался очень даже действенным. Голова действительно начала работать намного лучше.

Так, оцениваем ситуацию по итогам первого конкурса. Где баллы? Так, вот они. Одиннадцатая группа — четырнадцать баллов. Двенадцатая — два. Тринадцатая — четыре.

— Это что за нафиг? — обернулся я к ребятам.

— Это Симтар, — вздохнула Ирис.

— Эта тварь нам даже возможности дослушать задание не дает, — сжал кулаки Гермус.

— Угу, четыре балла чудом взяли, — кивнул Вирант.

— Мы в заднице, — констатировала Орена.

Ну, это мы еще посмотрим.

— Тема второго тура — «история сквозь века», — объявила девушка в темно-синей робе. — Первый вопрос: «Кто из великих императоров…

Жми.

Я нажал на большую красную кнопку. Жюри тут же обернулись к столу одиннадцатой группы. Там стоял парень в круглых очках, он в свою очередь смотрел на меня. Только сейчас до всех дошло, что нажал не он, а я.

Кар Агнус пятый.

— Кар Агнус пятый, — дал я ответ.

— Это… правильный ответ, — удивленно посмотрев на свой листок, сказала девушка.

Я со злорадством отметил недовольство ректора, сидевшего среди жюри.

— Следующий вопрос, — продолжила ведущая. — Гердоган Карсфер…

Жми!

Я нажал.

Второе соединение руны ос.

— Второе соединение руны ос.

— Это правильный ответ, — девушка ошеломленно посмотрела на судей.

— Извините, молодой человек, — приподнялась пожилая женщина с дулькой на голове. — Если честно, у меня появляется ощущение, что вы знаете все вопросы и ответы на эти вопросы. Словно вам удалось их у кого-то получить.

Она многозначительно посмотрела на ведущую, из-за чего та отрицательно покачала головой, моментально побледнев.

— Вы можете объяснить, как вы догадались, какой будет ответ, услышав только фамилию великого магистра?

Все дело в том…

— Все дело в том, что Гердоган Карсфер за всю свою жизнь совершил два величайших открытия, — начал я повторять за Ирианом. — Первое — общеизвестно. Он открыл руну риси и внес тем самым огромный вклад в магическое искусство. Но мы ведь с вами не в школе, чтобы вопрос был так прост. А значит, дело во втором его великом открытии, которое мало кто знает. Раньше считалось, что руна ос содержит всего одно соединение, поэтому она ставилась в завершение заклинания, но магистр Гердоган Карсфер нашел второе соединение, благодаря чему были созданы сотни новых заклинаний, правда не им, ведь сам магистр погиб во время своего открытия.

— Изумительно, — хмыкнула преподавательница. — Как вас зовут?

— Тирмон, госпожа преподавательница.

— Тирмон, подойдите ко мне после викторины.

— Хорошо.

— Тогда продолжим, — она дала отмашку ведущей.

— А это кто? — шепотом поинтересовался я у Ирис.

— Госпожа Филасония, заведующая кафедрой истории магии. Блин, Тир, ты нереально крут. Смотри, этот противный очкарик весь покраснел от злости.

— То ли еще будет, — хмыкнул я.

— Итак, следующий вопрос, — продолжила викторину пятикурсница. — Руна сист…

Снова прозвенел звоночек, но кнопку в этот раз нажал не я. Все уставились на стол одиннадцатой группы.

Идиот. Он не дошел до ключевого момента.

В смысле?

В каждом вопросе есть ключевой момент, после которого становится понятна суть. Не обязательно слушать вопрос до конца, но ключевой момент услышать нужно.

— Одиннадцатая группа? — поторопила замолчавших ребят ведущая.

— Я… я думаю, ответ тысяча восемьсот тридцать шестой год, — ответил очкарик.

— Это неправильный ответ, — покачала головой ведущая. — Одиннадцатая группа минус балл. Кроме того, у двенадцатой и тринадцатой групп есть возможность безопасно ответить на этот вопрос, если ваш ответ будет неправильный, то балл не снимется. Время на размышления двадцать секунд.

— Что думаешь, Тир? — обратилась ко мне Ирис.

— Я не знаю, — пожал я плечами. — С руной сист много чего было.

— Так, отметаем сразу все самое известное, — начал размышлять Гермус. — Взрыв восточного лагеря тоже не подходит, Симтар на нем уже облажался.

— Быть может, дело в создании лунного чугуна? — задумалась Ирис.

— Мне кажется, это трубы столицы. Помните, ведь именно благодаря руне сист имперские маги смогли расширить трубы в двенадцатом веке, — предположила Орена.

— Да, точно, скорее всего, дело в нем, — поддержал девушку Вирант.

А ты что думаешь?

Да черт его знает. Слишком обширный вопрос. Но трубы вполне достойный вариант.

— Двенадцатая группа, кто у вас отвечает? — обратилась ведущая к нашим соперникам.

— Я, — поднялась молодая девушка. — Мы считаем, что ответ — лунный чугун.

— И это правильный ответ! Двенадцатая группа получает балл.

— Блин, — вздохнул Гермус.

— Не переживай, колышки получили минус, это уже хорошо, — попытался успокоить его Вирант.

— Ага, но мы могли бы сократить разрыв, — не унимался племянник ректора.

— Следующий вопрос: Первым среди огненных…

Жми!

Викторина шла полным ходом, и мы все быстрее нагоняли одиннадцатую группу, прозванную нами колышками. Двенадцатая, или, как мы их обозвали, гуси, сильно отставала от остальных, так что ее в расчет мы не брали. Борьба шла между нами, и в итоге с перевесом в три очка мы все-таки выиграли.

Я устало выдохнул и опустил на стул. Справились.

— Тир! Ты просто зверь! Это же надо было так! Они вообще ничего не успевали сделать, — сжал меня в объятиях наш медведь.

— Не задуши нашего чемпиона! — вырвала меня из рук бугая Саваска. — У меня самый умный жених мире!

— Да ладно вам. Я же не один был, — покачал я головой. — Два вопроса вон Ирис правильно ответила, остальные тоже подбрасывали умные мысли. Да и до моего прихода ребята были на втором месте. Если бы не те четыре очка, то проиграли бы мы.

— Угу, только было бы лучше, если бы ты еще и не умудрился проспать, — добавил ложку дегтя Форст. — Но за то, что вытащил команду, я тебя прощу. Молодец.

Я пожал руку друга.

— Тирмон! Тебя просит подойти госпожа Филасония, — пробился сквозь нашу толпу какой-то паренек в розовой робе второкурсника.

— Блин, точно! — я вырвался из оцепления и побежал к судейскому столу, где меня уже ждала заведующая кафедрой.

— Ваши познания меня сильно впечатлили, — спокойно начала она. — Тирмон, я предлагаю вам написать научную работу на кафедре истории магического искусства. Что вы на это скажете?

Да нахрен оно мне надо?!

Ты что, идиот? Это как минимум один балл к общему зачету! Соглашайся!

Да блин, это нужно писать и писать, и писать. Да ну его в задницу, это всего лишь один балл!

Этот балл может стоить тебе обучения в академии. Кроме того, это расположение заведующей кафедры! Немедленно соглашайся!

Я тяжело вздохнул.

— Спасибо, конечно, же я согласен.

— Замечательно, — улыбнулась преподавательница. — У вас очень хорошие познания. Если сможете продержаться до конца третьего курса, задумайтесь о том, чтобы продолжить обучение в направлении теоретической магии.

— Спасибо, но я бы хотел пойти в химерологию, — почесал я затылок.

— Ну, теория в любом направлении нужна. Подойдите на кафедру в понедельник, мы с вами подберем тему для научной работы.

— Хорошо, спасибо, — я развернулся и пошел к своим.

— Ну, что там? — тут же окружили меня друзья.

— Да блин, попал на научную работу, — вздохнул я печально.

— Ты что, серьезно? — удивилась Ирис. — Их же только со второго курса дают. Это же великолепно! Тебя могут напечатать в сборнике академии. Ты представляешь? Тебя будут читать даже наши потомки!

— Серьезно? — иронично посмотрел я на нее. — Да кто вообще читает эти занудные работы? Это же нудятина чистой воды. Чтобы интересоваться этой ерундой, нужно быть такой занудой, как…

— …я, — закончила за меня недовольная девушка.

— Да, как ты, — кивнул я и тут же понял, что ляпнул лишнего. — Рам, ты дверь вставил?

— Ага, там все нормально! — широко улыбнулся здоровяк.

— Так, ребята, дальше у нас по плану турнир. Никому спать не ложиться! — косо посмотрел на меня Форст. — Мы бьемся первыми с двенадцатой группой через два часа. Сильва, Рам, Лим и Ламира, не вздумайте тратить ману до поединка.

— Блин, жрать охота, — потер пузо наш здоровяк.

— Да, я тоже не завтракал, — зевнул сын купца. — Может, прогуляемся до студенческой?

— Ни в коем случае! — запротестовал наш староста. — Забыл уже, как мы на вступительном турнире лоханулись? Никаких трактиров, есть охота — дуйте в столовку. Накормят сытно и бесплатно.

— Зато безвкусно, — приуныл Рам.

— Ну, вы как дети малые, — широко улыбнулась Саваска. — Пошли, мы с Рэйной вас накормим.

— Правда? — оживился Лим.

— Правда.

Мы двинулись в сторону женской общаги всей толпой.

— Саваска, я слышал, ты помогла Зифу найти свою любовь, — зашептал наш ловелас. — Может, у тебя и для меня подруга найдется?

— Нет.

— Но почему? Мы ведь друзья.

— Да. Но подруг я тебе отдавать не собираюсь. Ты же кабель! То одной голову запудришь, то другой.

— Это все враки! Я только с двумя был.

— За неделю нахождения в академии ты уже переспал с двумя девушками, причем одновременно!

— Ну… они были не против…

— Нет, и даже не заикайся, — покачала головой моя невеста.

Мы зашли в общагу и поднялись на второй этаж.

— У нас курочка есть, — предложила Ирис.

— Замороженная, — добавила Сильва.

— Тащите, — кивнула Саваска.

— Сява, у нас, кажется, соль закончилась, — осмотрев шкафчики, недовольно констатировала Рэйла.

— Да и кастрюли такой большой нет, — задумалась красноволосая. — Вот что, мальчики, дуйте за кастрюлей и солью. И не мешайтесь здесь.

Мы пробежались по общаге, заглядывая практически в каждую комнату. Не сразу, но нам удалось найти нужное. Вскоре, мы, словно древние люди, сидели в кружочке на полу. В центре находился огромный чан, в котором булькал супчик. Мы разговаривали, шутили. Я заметил краем глаза, как держатся за ручки Зиф и Рэйла. Довольно милая получилась пара, однако.

После завтрака мы еще немного поболтали и пошли на турнир. Я в нем не участвую, так что для меня отведена самая обычная роль наблюдателя. Впрочем, я совершенно не против, учитывая, что рядом села Саваска.

***

— Итак, первый бой у нас против двенадцатой группы. Особенное внимание к Перте, это высокая девушка с зеленоватыми волосами. Ее основная сила — жизнь.

— Оставьте ее мне, — хищно улыбнулась златокудрая Ламира, облизнув при этом губы.

— Смотри, не заигрывайся, — строго взглянул на нее Форст. — Помните, мы работаем от защиты. Ирис, в этом вопросе рассчитываю на тебя.

— Поняла, — кивнула девушка.

— Лим, вздумаешь переть вперед, я тебе лично отрежу все ненужные органы.

— Да не буду я ничего переть, ну, чего ты сразу начинаешь?!

— Рам, как и договорились, первым делом пробиваешь защиту. Экономь ману, помни, мы многое поставили на твой «склеп». Как только пробьем их защиту, тут же убирай Сарафана. Это тот невысокий парнишка с темными волосами, стоит по центру. За защиту у них отвечает именно он.

— Хорошо.

— Надеюсь, ты не ошибся, Лим.

— Да нет, ты что! Не могла их одногруппница обмануть.

— Хорошо, тогда готовимся.

— Бой! — раздалась команда, и пять студентов с разных сторон начали плести заклятия.

Всего несколько секунд, и первая «огненная стрела», выпущенная из рядов двенадцатой группы, разбилась о «купол четырех стихий». Ирис выдохнула, видимо, девушка боялась не успеть. В ответ им так же полетело пламя, дело рук Лима. И так же разбилось о невидимую оболочку. Чем дальше, тем больше. Обе команды обрушили друг на драга массу различных заклинаний. Вода встречалась с землей, огонь сдувал ветер. Две группы первокурсников дрались словно древние маги, отдавая себя бою целиком.

— Ламира! — крикнул староста, заметив, как к ним под землей что-то приближается.

— Почти! — ответила девушка, плетя какое-то заклинание.

Вражеское заклинание достигло защитной сферы и начало распространяться по ней корнями дерева, захватывая все больше.

— Оно давит! Я долго не выдержу! — завопила Ирис.

— Готово! — воскликнула златокудрая студентка и обернулась к друзьям, заставив их дернуться.

Белки ее глаз были полностью черными, а голубые зрачки только придавали зрелищность.

— «Мертвая пустошь» готова, больше эта курица ничего не сделает, — улыбнулась она.

Корни растения тут же начали чернеть и опадать.

— Жизнь никогда не победит смерть, — фыркнула Ламира, смотря, как в воздухе умирает рой ос.

Зеленовласая покраснела, увидев, что все ее атаки проваливаются одна за другой. Она сплела новое заклинание. Мертвые растения и насекомые начали светиться желтым светом.

— Ах ты тварь, — выругалась магесса смерти. — Ну, ничего, мы еще попляшем!

Она так же начала творить свое заклятие, и свет погибших организмов сменился с тепло-желтого на зеленый.

— Спасибо, что помогла, — хмыкнула Ламира, посылая поднятых тварей обратно к хозяйке.

Прогнившие корни и разлагающиеся насекомые атаковали защитную сферу двенадцатой группы.

— Сожгите! Сожгите их! — завопила Петра.

— Рам, камень, Лим, поджигай!

В воздух взметнулся булыжник, тут же подожженный огненным магом. Закончил атаку слепой, резким движением он отправил мощную волну воздуха, которая со всего размаха обрушилась на сферу, разрушая ее и открывая доступ к противникам.

— Склеп!

Невысокий маг, пытавшийся воссоздать сферу, пропал под землей. Оставшиеся четверо бросились в стороны, пытаясь защититься личными сферами.

— Первая цель справа! — дал команду Форст.

Три студента одновременно обрушили заклинания на хрупкую девушку. Она продержалась всего несколько секунд.

— Ламира, как ты?

— Мана почти все!

— Валим Петру! — обозначил следующую цель староста.

Зеленовласая студентка окуталась сотней лиан, защищаясь от атак.

— Ну, на это меня еще хватит, — прошептала магесса смерти, творя новое заклятие.

Лианы пожелтели, становясь похожими на сено.

— Лим, жги! — дал команду слепец, и желтый шар из высохших листьев вспыхнул.

Раздался истошный вопль сгорающей заживо девушки, и вскоре команда двенадцатой группы лишилась самого сильного игрока. Оставшиеся двое противников не составили проблем. Мощные каменные глыбы и огненные снаряды разбили их защиту, а все попытки атаковать разбились о купол Ирис.

***

— Да-а-а, а ребята хороши! Мне кажется, или они стали сильнее? — задумалась Саваска.

— Ага. Я и не ожидал от них такого, — кивнул я.

Только вот Форст особо не выделился.

Такое ощущение, что слепой не он, а ты.

Почему?

Как думаешь, почему Ирис смогла сдержать атаку сразу пятерых?

Хочешь сказать, что он помогал ей?

Он создал амортизирующий слой, сбивающий мощность вражеских атак. Заклинания, достигающие барьера, были в два-три раза слабее своей нормы. Единственный противник, на которого он никак не мог повлиять — Петра, именно поэтому он взял в команду против двенадцатого отряда Ламиру. Хотя эта девушка, наверное, самая слабая в вашей группе, однако смерть всегда побеждает жизнь. Далее, ты восхищаешься атаками Рама и Лима, но ты даже не задумался, почему они стали мощнее. А все из-за ускорения, придаваемого ветром Форста. Он усилил союзников и ослабил врага, кроме того, он постоянно следил за ситуацией, предпринимая те или иные шаги. Именно ваш староста сегодня является звездой матча.

Да? Я как-то и не понял сразу.

Ты еще многого не понимаешь, но это придет со временем.

— А-а-а-а-а! Как я вам? Ну? Ну? Скажите, я красотка! — забежала первой на трибуны Ламира.

— Ты просто монстр! — поднял вверх большой палец Вирант.

— Фур, а ты чего молчишь? — пнула она самого ленивого члена нашей группы.

— Я вообще не понимаю, что я тут делаю, — отвернулся он.

— Вот ты злодей! — она пнула его еще раз и села рядом.

— Мы их сделали! — поднял руку вверх Лим.

— Вы круты! Реально молодцы, — кивнул я. — А где остальные?

— В комнате ожидания. Кстати, Зиф, Сильва, вам тоже нужно туда идти. Сейчас будут биться двенадцатая группа с одиннадцатой. Форст будет стратегию прорабатывать. Дуйте живо.

— Ребята встали.

— Удачи, — прошептала Рэйла своему молодому человеку.

— Надеюсь, ты не порвешь со мной после этого боя, — неуверенно улыбнулся он ей.

— Ты мой, а свое я никому не отдаю, — хмыкнула она.

— Сильва, удачи! — крикнула вдогонку Орена.

Леди Мороз просто кивнула в ответ.

— Смотрите, начинается! — привлек мое внимание Горгон.

Мы все скрестили взгляды на арене. Сейчас уже известная нам двенадцатая группа с парой замен вышла с северной стороны. Напротив встала пятерка одиннадцатой.

— Это должно быть интересно, — подобралась Саваска.

Раздался сигнал к началу боя, и случилось черт знает что. Никто и глазом моргнуть не успел, как в стане "гусей" появился смерч, сминающий и разбрасывающий всех, до кого только смог дотянуться. Еще несколько секунд, и довольно сильная команда была полностью разгромлена. Лидер "колышков" поднял глаза к комнате, в которой стояли наши. Складывалось ощущение, что он смотрел прямо в глаза Форста, беззаботно улыбаясь.

Кажется, эти двое что-то не поделили.

Интересно, что?

Двенашки ушли, и настала очередь наших ребят выходить на бой.

— Да кто он вообще такой?! — даже поднялся от возмущения Горгон.

— Вивиан. Сын нынешнего повелителя ветров, — пояснил Гермус. — Падла та еще. Мы учились в одном классе, и за все эти годы я ни разу не смог его одолеть. Да и не видел никогда, чтобы он хоть кому-то проиграл.

***

— Это… что было? — громко сглотнул Рам.

— Это плохо. Очень плохо, — прикусил палец Форст. — Вивиан стал еще сильнее. С его реакцией сейчас может сравниться лишь реакция Тира. Вот только его мы с собой не можем взять. Да и маловероятно, что он смог бы помочь. Тир не командный боец.

— Что делать-то будем? — посмотрела на него Ирис.

— Порвем их, да и все, — пожал плечами здоровяк.

— Все не так просто. Если он сможет провернуть этот фокус, то нам конец. Фу-у-ух… Ладно, — он взмахнул руками. — Постараюсь взять его на себя. Ирис, на тебе защита. Сильва, держи туман вокруг нашей сферы. Больше траться на защиту, чем на атаку. Зиф и Рам, задайте им жару.

— Бой!

Два капитана резко начали творить свои заклинания. Пальцы обоих мелькали с огромной скоростью. Всего пара мгновений, и над штабом тринадцатой группы, прозванной "бесами", начал формироваться смерч. Секунда, и он уже развеялся. Форст злорадно улыбнулся, однако Вивиан не расстроился, а наоборот, воодушевился, предчувствуя хорошую драку. Он развел руки в стороны и поднялся в воздух, жестом предлагая противнику следовать за ним. Староста тринадцатой группы не отказался от дуэли, также поднявшись над ареной. Два воздушника начали обмениваться ударами, стараясь достать друг друга. Клубились вихри, дули ветра. Никто не понимал, что между ними происходит. Их заклинания не были видны, но Форст постепенно сдавал позиции.

В это время на земле шла своя война. Окутанная ледяным облаком тринадцатая группа скрылась от глаз противников, однако каменные снаряды, покрытые коркой льда, то и дело стучались в прозрачную оболочку одиннадцатой группы. Те же не спешили отвечать и тратить ману. Невысокий скукоженный человечек сидел на земле в позе лотоса и что-то шептал, исполняя пальцами причудливые узоры. Он закончил свое действо, и от него в сторону противника сорвался огромный прозрачный носорог. В дух зверя попал булыжник, но не причинил ему никакого вреда. Заклинание врезалось в защиту Ирис, вмиг смяв ее. Девушка и сама попала под удар страшного духа.

— Их там трое, — недоуменно прошептал воистину гигантских размеров парень с прозрачным молотом в руках.

— Гори со мной! — они даже не заметили, как истязатель оказался позади шамана.

Зиф схватил свою жертву и загорелся.

— Нет! — здоровяк нанес удар своим молотом, отправляя соперника в полет, но было уже поздно.

Защита рухнула, и булыжник, а следом за ним и ледяное копье залетели в круг. Один из них был повержен, и двое остались против двоих. Гигант взмахнул молотом и бросился вперед, с другой стороны, скользя по льду, летел щуплый парнишка. Он успевал замораживать землю быстрее, чем наступал на нее. Их противники разделились. Сильва отвлеклась на фигуриста, а Рам начал метать свои камни в гиганта. Тот дробил снаряды соперника молотом и приближался на всей скорости. Когда он преодолел уже половину дистанции, земля под ним разверзлась, но он успел прыгнуть, нагло ухмыльнувшись.

— Меня таким не возьмешь!

Великан приближался, и Рамус создал молот из камня. Два оружия встретились, но волшебный молот оказался сильнее каменного, разбив его в пыль. Следующим ударом он буквально разнес голову противника. Однако великан не заметил, как ледяная корка схватила его тело и добралась до горла. Леди Мороз вытянула руку, но в этот момент маленький фигурист пролетел под ней, сбивая с ног. Корка рухнула, и гигант освободился от хватки. В это время его союзник снова атаковал девушку, желая оледеневшей ступней разбить голову. Она уклонилась, но удар молота заставил ее отлететь в сторону. Сильва схватилась за поврежденную руку, плечевая кость торчала снаружи, но леди Мороз не собиралась сдаваться, рисуя пальцами левой какие-то узоры.

— Не шали, девочка, ты одна против двоих, — ухмыльнулся фигурист.

Два парня двинулись к раненой. Вдруг вокруг фигуриста образовалась «Железная дева». Гигант обернулся и заметил, как девушка, сбитая носорогом, тянет руку вперед. Ее лицо было залито кровью, но она из последних сил сжала кулак, из саркофага донесся отчаянный крик противника. Гигант остался один, и когда обернулся к последней противнице, увидел только ее левую ладонь у лица. Заклинание «Ледяное дыхание» справилось со своей задачей, заморозив голову великана. Сильва выдохнула. Она обернулась, чтобы помочь старосте, но было уже поздно. Форст упал на землю, а саму девушку ударила молния, отбрасывая и сжигая. На арене остался стоять только один.

— Все силы исчерпал, младшой? Не хватает на «око»? — он подошел к Форсту и нажал ему ногой на шею.

— Ты мне не брат, тварь! — сплюнул кровавую юшку староста тринадцатой группы.

— Ай-ай-ай, как нехорошо, — покачал головой Вивиан. — Мы же с тобой одной крови.

Он усилил давление, медленно душа своего родственника.

— Причинять боль — это моя работа, — услышал он голос позади себя.

Вивиан практически моментально сотворил заклинание, но оно тут же распалось, а все мышцы его тела конвульсивно сократились. Он не мог ни вздохнуть, и ни пошевелиться. Адская боль заполнила тело, заставляя его сжаться. Он ничего не мог сделать. И со временем просто потерял сознание.

— Я… думал… тебя… слили, — прошептал Форст.

— Нет, мне просто нужно было время для одного заклинания, — подошел к нему хромающий истязатель.

— Бой окончен! Победила тринадцатая группа!


X


— Что вы, блин, от меня хотите? — Форст попытался уйти, но перед ним встал Лим.

— Нет, нет, приятель, так не пойдет. Рассказывай давай!

— Вивиан твой брат? — воскликнула Ирис.

— Как-то ты слишком возбудилась, — хмыкнул Рам. — Что в этом такого?

— Да блин, ты гонишь! Вивиан — сильнейший ученик во всех школах империи, он был признан лучшим игроком в воздушном бою. Он сын Повелителя ветров и уже сейчас его называют наследником. Ты понимаешь, что получается?

— Что Форст — тоже сын Повелителя ветров? И что?

— Что значит «и что»? — онемел сын купца от такого вопроса.

— Подождите, но ведь они одногодки, — задумалась наша защитница. — Как такое может быть?

— Не отстанете же, — вздохнул наш староста.

Он оглядел всех присутствующих в беседке. Никого лишнего, только наша компания. Ну, еще Сильва, правда, ей всегда на все плевать. Интересно, чего она вообще за нами тащится?!

— Ладно, слушайте. Вивиан — мой сводный брат, у нас общий отец, ясно?

— Ясно, — кивнули мы.

— Вот, — заключил он.

— Подожди, ты поэтому хочешь стать Повелителем ветров? Чтобы обойти его? — задумался я.

— Не совсем, — вздохнул он.

— Подождите! Форст не носит родового имени, а Вивиан носит, получается, что наш староста внебрачный сын Повелителя! — радостно хлопнул Лим.

— Не вижу в этом ничего веселого, — осуждающе посмотрел на него Зиф.

— Да брачный я! Брачный! — не выдержал слепец. — Когда я родился, мои родители были в браке, но, увидев, что я слепой, отец выгнал нас. Он сказал, что я не достоин носить его имя. Тогда он женился на матери Вивиана, ему тогда был месяц от роду, и вот он как раз был нормальным.

— Подожди, то есть, Вивиан — не его родной? — почесал думалку Рам.

— Родной, — вздохнул Форст. — Повелитель ветров всегда отличался непостоянством. У него была не одна пассия, и свое семя он раздавал за милую душу. В общем, он женился на матери Вивиана и сделал его своим наследником. А мою мать опозорил, заявив, что она не способна родить нормального ребенка. Ее родители не выдержали такого позора и выгнали маму из дома…. Но вы неправильно меня поняли. Я не хочу что-то доказывать ЕМУ. Я хочу показать всему МИРУ, что моя мама — нормальная! Что она родила и воспитала сильного и одаренного сына, а не беспомощного калеку! Я хочу отбелить ее имя. Вот почему мне нужно стать Повелителем ветров.

Наступила неловкая пауза.

— Подожди, но ты же ненавидишь Вивиана. Это потому, что он занял твое место?

— Нет, — снова вздохнул староста. — Когда я подрос, я пошел к отцу с претензией. Я хотел доказать ему, что я не слабак и достоин носить его имя. Тогда он только рассмеялся и назвал меня калекой. Для убедительности он устроил мне поединок с его «настоящим» сыном. Вивиан тогда выдворил меня из дома, причем сделал он это, красуясь перед отцом, и издеваясь надо мной, как только мог. Я ненавижу его за это и однажды призову к ответу. Просто сейчас я еще слишком слаб. Сегодня я убедился, что слабее его и… ребят, простите меня. Из-за своей личной вендетты я забыл о турнире. Мы из-за этого чуть не проиграли.

— Да ну, нет! Ты сдерживал этого монстра столько времени, — покачал головой Рам. — Если бы не это, мне кажется, мы проиграли бы намного раньше.

— Кстати, Зиф, а ты что там такое сделал? Я смотрел с «магическим зрением» и ничего не смог увидеть. Весь бой ты плел что-то, пока на тебя никто не обращал внимания, а потом зарядил какой-то нефиговой хренью, и вот что ты там чертил, я совсем не понял!

— Извини, не могу сказать, — развел руками истязатель и благодарно кивнул мне.

Я хмыкнул. Не зря все-таки всю ночь не спал.

— Все? Теперь вы от меня отстанете?

— Итак, что мы имеем в итоге, — задумался Лим. — В нашей компашке Сын Повелителя ветров Форст, Истязатель Зиф, сын одного из самых влиятельных купцов, то бишь я, мутный до мозга костей Тир, дочь ледяного великана Сильва, дочь героев Ливерстонской войны Ирис и… так, Рам, рассказывай, ты внебрачный сын императора?

— Я? Да ты что, гонишь, что ли? — расставил руки наш здоровяк.

— Дочь ледяного великана? — заинтересованно посмотрел я на одногруппницу.

— Что? — не поняла она. — Да, мой папа — не совсем человек. Что в этом такого? Много полукровок по миру ходит. Я — одна из них.

— Эм… ладно. И вообще, с чего это я мутный? — обратился я к Лиму. — Вполне себе честный, открытый.

Все хмыкнули как-то одновременно.

— Ну что?

— Ничего-ничего, мистер посредственная серость. Совсем-совсем ничего, — усмехнулся сын купца.

— Ладно, думаю, нам нужно готовиться к игре, — вздохнул Форст.

— Я слышала, на игре будет присутствовать сам император, — заметила Ирис.

— Значит, мы тем более не можем ударить в грязь!

Мы встали и направились к своей стороне.

— Итак, нам в этот раз не очень повезло. Первый же бой пройдет против одиннадцатой группы, — начал, как обычно, раздавать команды Форст. — Наша задача сейчас — выиграть. Бороться в небе против Вивиана — дело практически безнадежное. Победить мы можем только в наземном бою. Сильва, отвечаешь за защиту. Я сделал небольшую перестановку. За атаку будут отвечать Вирант и Орена. Ваша задача — добраться до леса. Там будет ждать наше связующее звено — Тир. Основной упор делаем на него. Добрались до леса, скинули флаг, и на защиту. Я буду там, где больше пригожусь. Все, полетели, нас уже ждут.

Мы развернули доски и направились к середине поля.

— Уважаемые первокурсники… не понял, тринадцатый отряд, почему вас четверо.

— Я здесь! — крикнул я снизу.

Судья удивленно посмотрел вниз, потом на Форста, тот лишь пожал плечами.

— Ладно, напоминаю правила воздушного боя, — начал высокий преподаватель, исполняющий роль судьи. — Магия дозволена только опосредованная. То есть, можно воздействовать на органы чувств, можно замедлять противника или ускорять, но ни в коем случае не атаковать. Это понятно?

Он посмотрел на нашу команду. Мы кивнули.

— Вам понятно? — обратился он к колышкам, получил утвердительный ответ и продолжил: — Элементы физической борьбы допускаются, но мы не хотим, чтобы кто-то пострадал, поэтому будьте бдительны. Игра длится до трех очков. Итак, если все готово, расходитесь к своим флагам. Как только услышите сигнал, игра началась. Расходимся.

Мы ушли к своему флагу и приготовились к новому бою.

Я почувствовал, как слегка трясутся руки. Интересно, ново и мы… должны победить.

***

— Помните, как только передаете флаг Тиру, возвращаетесь на базу, — в очередной раз напомнил капитан тринадцатого отряда тактику.

— Ты с нами? — посмотрела на него темноволосая девушка.

— Нет, я помогу Сильве.

Раздался громкий сигнал, после чего Орена и Вирант наклонились вперед, придавая ускорение своим доскам. Они неслись по воздуху в направлении вражеского флага. Пролетев до середины, двойка атакующих встретилась с троицей противников. Члены противоборствующих команд промчались мимо друг друга.

— Вивиана с ними нет, значит, сейчас он на защите, — вздохнула темноволосая.

— Сомневаюсь, что он с нами справится. Главное, чтобы ребята не подвели. Запускай дым!

Пара уже приблизилась к своей цели, и двое защитников приготовились их встречать, кружа возле флага.

Тело Орены вдруг стало темным, словно грозовая туча, а следом за ней шлейфом потянулся черный дым. Девушка начала кружить над флагом, все больше затеняя пространство.

— Рамарва! — крикнул капитан одиннадцатой группы.

— Готово! — его одногруппница засветилась, прогоняя мрак.

Но было поздно. Атакующая пара уже неслась прочь. Вирант нес флаг, а его подруга сопровождала, виляя немного позади.

— Не уйдете, — хмыкнул Вивиан и сотворил заклинание.

Страшный ветер подул навстречу беглецам, останавливая их и едва не сдувая обратно.

— В небе я царь и бог, — сын повелителя ветров подлетел к своему флагу и легко его коснулся.

Флаг исчез, но не вернулся на свое место, как предполагал парень. Он исчез вместе с юношей, несшим его.

— Они внизу! — донесся крик девушки.

Вивиан заметил улепетывающую по самому низу пару и тут же бросился за ними.

— Расходимся! — крикнул Вирант и резко завернул, рисуя пальцами заклинание.

Десятки копий парня и девушки рванули в разные стороны над землёй, Запутывая и сбивая с толку.

— Да твою же мать! — завопил сын Повелителя ветров.

Всего несколько секунд ему понадобилось, чтобы использовать магическое зрение.

— Нашел!

Заклинание позволило вычислить истинное тело иллюзиониста, и Вивиан бросился за ним. Расстояние между ними было огромным, однако для лучшего мастера воздушного боя не составило труда догнать противника, несшего флаг. Он вновь коснулся флага, но снова наткнулся на иллюзию.

— Невозможно! — прорычал он, смотря в глаза парня. — Ты же настоящий!

— Я — да, а флаг — нет, — широко улыбнулся Вирант, делая вираж и поднимаясь в небо.

Вивиан обернулся и заметил черноволосую девушку. Магическим зрением было видно, что в ее руках флаг, скрытый от глаз. Он прибавил скорость, направляясь к ней, но она уже передала свою ношу парню из своей группы.

— Тирмон, — хмыкнул капитан одиннадцатой группы. — Посмотрим, что ты можешь.

***

Я принял флаг из рук Орены и тут же бросился в лес.

— Не подведи! — крикнула она напоследок. — За тобой Вивиан!

Обернувшись, я увидел несущуюся ко мне легенду воздушного боя. Ну, что сказать, попляшем. Нагибаюсь вперед, придавая ускорения доске.

Влево!

Резко меняю курс, пропуская волну ветра, которая должна была меня сбить с ног.

— Врешь, не уйдешь! — донесся крик сзади.

— Это мы еще посмотрим! — хмыкнул я, делая новый маневр.

Я специально выбрал путь с максимальным количеством деревьев. Вивиану пришлось спуститься на мой уровень и мчаться следом. Как ни странно, он действительно оказался гением. Все мои уловки не помогали. Сын Повелителя ветров уверенно сокращал расстояние.

— А как тебе это? — я резко подпрыгнул перед выступающими корнями, а вот он не успел среагировать, покатившись кубарем по земле. — Сильва, трамплин!

***

— Охлаждай! — крикнул капитан команды, и вокруг флага стало жутко холодно, появился туман.

Сильва внутри своего заклинания чувствовала себя просто прекрасно. Она легко и быстро скользила в тумане, будто белоснежная акула, высматривающая очередную жертву.

— Заходите с боков! — велел один из атакующих парней двум другим.

Сам он засиял, ослепляя своим светом и не позволяя даже взглянуть в его сторону. Он на полной скорости вошел в туман, словно корабль. Его скорость тут же снизилась, но ему было все равно. Он видел белоснежную девушку, а вот она не могла даже примерно разглядеть его местоположение. Парень легко схватился за флаг и тут же полетел обратно, медленно, но неотвратимо выбираясь из холодных объятий дочери ледяного великана. Но стоило ему выбраться, как флаг тут же исчез из его рук и вернулся на место.

— Что за черт? — не понял он.

— Плевать я хотел на твой свет, — фыркнул Форст и помчался дальше.

Бой проходил как внутри тумана, так и вне его. Сильва ловила противников и никому не позволяла забрать вверенную ей драгоценность, а Форст отлавливал тех, кто все-таки сумел выйти из ее ловушки. Туман очень сильно замедлял противников, и старосте хватало времени, чтобы обойти и встретить беглеца. Одного касания любого члена команды было достаточно, чтобы флаг вернулся на свое место.

— Сильва, трамплин! — донесся долгожданный сигнал.

Девушка сделала несколько пассов руками, не только создавая ледяной трамплин, но и открывая тоннель в тумане.

Тирмон вылетел из леса, проскользил на всей скорости по ледяному холмику и влетел в завесу. Не останавливаясь ни на мгновение, он коснулся вражеского флага своим, и с криком и руганью упал на землю.

— Тринадцатая группа получает очко! — раздался громкий голос судьи.

В момент касания флаг тут же вернулся на свое законное место. Игра продолжалась.

— Помогайте Сильве! Вивиан наверняка в бешенстве! Используем это! — крикнул капитан подоспевшим атакующим и сам бросился на сторону противника.

Его сводный брат пролетел рядом с ним на такой скорости, что Форста буквально сдуло волной. Но староста взял себя в руки и прибавил скорость. Вражеский флаг практически беззащитен. Рядом с ним всего одна защитница. Форст с легкостью преодолел расстояние до вражеской базы. Он увернулся от нескольких снарядов липкой жидкости, выброшенной в него оборонявшейся, схватил флаг и бросился обратно. Девушка попыталась поспеть за ним, но только Вивиан мог бы справиться с Форстом в его родной стихии. Впрочем, именно своего сводного брата и встретил староста на пути обратно.

Капитан вражеской команды едва не коснулся флага, в последний момент староста тринадцатой группы выпустил ношу из рук, ветром придал ускорение ее падению, сам при этом попытавшись дотянуться до своего флага, который нес наследник Повелителя ветров. Но у него ничего не получилось.

— Прочь! — Вивиан волной воздуха ударил Форста, заставляя того завертеться и отлететь в сторону.

— Да плевать! — прорычал воздушник и бросился вниз за своей целью.

В последний момент, когда он уже почти достал ее, флаг буквально умыкнули из-под носа.

— Тир-р-р-рмо-о-он! — взревел Вивиан и бросился за противником.

***

Я едва успел. Еще бы немного, и этот чертов зазнайка отправил бы флаг к себе. Резко прибавив скорость, я понесся вперед, в спасительный лес.

Вправо. Влево. Виляй, он у тебя на хвосте. Давай, отрывайся от этого гада. В лесу он тебе не соперник.

Ага, только быстрая же тварь.

Я схватился правой рукой за ствол дерева и резко свернул на девяносто градусов, заставив воздушника пролететь мимо. Он снова бросился за мной, пытаясь догнать и отобрать мою ношу. Дистанция вновь начала сокращаться. Черт, а он очень хорош. Маневрирует не хуже моего, только еще и летает быстрее. Блин, и ведь у него наш флаг. С этим надо что-то делать.

Хватаюсь за еще один ствол, разом разворачиваюсь вокруг него и доской наношу удар по лицу преследователя. Он падает, катясь по земле. Подлетаю и касаюсь нашего флага, мгновенно возвращая его на место. Все, пора рвать когти!

Ускоряюсь, уносясь все дальше.

— Я тебя прибью, бездарь! — раздается позади.

Ага, догони сначала!

— Сильва, трамплин!

Снова скольжу по длинной ледяной дорожке. Замечаю краем глаза, как из леса вылетает Вивиан.

Влево!

Резко меняю траекторию, метнув флаг девушке.

— Сильва!

Она ловит и тут же касается нашего.

— Второе очко у тринадцатой группы!

Вот единственное, что я не придумал, это как приземляться после такого прыжка! Но Леди Мороз снова выручает, создавая пологий спуск. Слетаю обратно в свой родной лес. Вивиан влетает за сферу тумана, даже не заметив ее, и тут же, словно стрела, вылетает, держа наш флаг в руках. Ребята ничего не могут ему противопоставить. Лучший игрок воздушного боя среди школьников несется к своей стороне. Я же по лесу скольжу обратно. Уже знакомые дорожки, тропинки и корни. Вчера мы с Форстом катались здесь весь день до поздней ночи. У меня даже погулять с Саваской не хватило времени.

— Тир, лови! — бросает мне флаг Вирант. — Дело дрянь, они вчетвером взялись за защиту. Мы попробуем отобрать наш флаг у этого козла. Форст велел, чтобы ты катался по лесу.

Я посмотрел на приближающуюся четверку противников и нервно хихикнул. Ну, делать, нечего. Разворачиваюсь и начинаю улепетывать. Три парня и одна девушка следуют за мной. Первый тут же получает веткой по лицу и резко сбавляет скорость, а вот оставшимся приходится подстраиваться под мою высоту.

— Ну, ладно, ребята, поиграем, — проскальзываю между двумя деревьями и, резко меняя траекторию движения, лечу в другую сторону.

Вправо!

Сворачиваю, избегая столкновения с какой-то желтой густой жижей.

Вправо!

Мимо пролетает аркан.

Пригнись!

Еще одно заклятие пролетает чуть выше. Они постоянно пытаются меня достать, но маневренность вкупе с подсказками от Ириана позволяют не только выкручиваться, но еще и заводить их в свои ловушки. Корни, камни, деревья и даже небольшой пруд становятся для меня неплохим подспорьем в этом бою. Время тянется, а от моей команды никаких сигналов. Какого черта?! Между делом смотрю вверх и замечаю, какая нешуточная битва там происходит. Вивиан действительно гений воздуха. Неприятно это признавать, но все же. Он легко уклоняется от атак ребят, маневрирует и тянет время так же, как и я.

— Тир, давай! — доносится крик Форста.

Вижу, как пулей бросился наследник Повелителя ветров к нашей базе.

Разгоняюсь и вылетаю по трамплину, оставленному Сильвой. Я ближе, но скорость Вивиана впечатляет. Он легко сокращает расстояние. Флага мы касаемся практически одновременно. Практически, потому что я на долю секунды раньше.

— Побеждает тринадцатая группа!

— ЙУ-У-У-У-УХУ-У-У-У!

Блин, падаю! Твою мать!

— Ты как? — ловит меня за руку Форст.

— Мы победили, — улыбаюсь я ему. — Мы сделали это!

— Ага! — Подлетает Вирант, становясь под моим плечом.

Справа пристраивается староста. Парни буквально везут меня на себе, а рядом летят девушки. Мы делаем круг рядом с трибунами, расположенными прямо в воздухе. Ребята машут нашим одногруппникам и куратору, а я просто улыбаюсь, боясь пошевелиться. С ладоней капает кровь. Маневры не всегда даются легко и просто. Я не единожды срывал кожу, и сейчас остается только корчиться. Но… мы выиграли.

— Так, снова перестраиваемся, Тир, ты в следующей игре не участвуешь, — задумчиво произнес Форст, пока мы спускались к земле.

— Почему?!

— Ты, блин, раны свои видел? Я вообще не понимаю, как тебе удалось столько продержаться.

— Да нормально все! — попытался я возразить.

— Дай руку! — Мы уже спустились, и он повернул мою кисть ладонью вверх. — Вот это — кость! И поверь мне, ее не должно быть видно! Короче, в следующей игре ты отдыхаешь. Вирант займет твое место. Надеюсь, с двенадцатым отрядом и так справимся. Все-таки с ними нет Вивиана.

— Ну, блин, затянется, Форст! Сейчас сгоняю в больничку, быстро на ноги поставят.

— Нет, — покачал он головой. — Мы бьемся уже в следующем бою. Так что никак!

— Ребята! Вы просто огонь! — спустились к нам Лим, Рам и Ирис.

— Ага, Сильва, заморозь ему ладони. Кстати, тебя тоже меняем. Не обижайся, только у нас упор был именно на Тире в этой тактике. Мы играли от защиты. Главное было передать ему флаг и сохранить свой, но теперь придется играть по классике. Орена и Вирант, остаетесь в группе. Лим, идешь с нами. Где Гермус?

— Я тут, — спустился на доске племянник ректора.

— Хорошо, эту игру полностью переворачиваем. Работаем на скорость и атаку. Поехали, скоро начинать. Рам, отведи Тира в больничку.

— Ты уверена, что оно так и должно быть? — посмотрел я на два ледяных кубика вместо собственных рук.

— Ну… он же не сказал, как именно заморозить надо, — пожала плечами Леди Мороз.

— Ну, что, Тир, пойдем? — вздохнул здоровяк.

— Да нет, ребят. Вы идите, смотрите, как наши с "гусями" сыграют. Я сам прогуляюсь.

— Нет, мы тебя не бросим, — заявила Ирис. — Пойдем, проводим.

— А давайте лучше посмотрим сначала матч? — предложил я. — Ну, интересно же!

— Нет, — покачала головой наша защитница. — Нужно тебя оттащить в больничку. Рам, хватай его.

— Ага, — здоровяк легко забросил меня на плечо.

— Блин, вам, что не интересно, как там все закончится? Сильва?!

— Да мне все равно.

Кто бы сомневался.

— Тир, ты как?! — подбежала Саваска. — Я видела кровь.

— Да все нормально, ребята, ну, правда! Чего вы тут собрались? Зиф, Рэйла? Вы-то что тут делаете?

— Да с Саваской пришли, — пожал плечами мой друг. — Я им говорил, что тебе на такие ранки плевать, но они не поверили.

— Так, мне такая группа сопровождения не нужна. Рам меня и один доставит, а остальные брысь отсюда! — поняв, что висящий на спине здоровяка я выгляжу не очень грозным, я обратился уже к нему. — Пусти меня на землю, у меня ноги в полном порядке.

— Так, мальчишки и девчонки, быстренько идите обратно, — взялась за дело моя "невеста".

— Да как мы его оставим-то? — возмутилась Ирис.

Саваска подошла ко мне вплотную и провела ладонью по лицу.

— Хочешь посмотреть, как я буду его поздравлять с победой? — томно и немного приподняв бровь обратилась она к защитнице.

Та в свою очередь покраснела как рак.

— А я не против посмотреть, — пожал плечами Рамус.

— Я те дам, не против он! — вспылил уже я. — Быстро валите! Мне с моей девушкой нужно остаться наедине.

— Ла-адно.

С трудом и боем ребят удалось убедить. Зиф и Рэйла также ушли, и мы остались вдвоем.

— Ты идиот, — прошептала Саваска.

— Ну, это, конечно, так, но почему конкретно сейчас ты так считаешь?

— Вот скажи, зачем себя так изводить? — строго посмотрела она на меня. — Я даже не представляю, как больно тебе было! Ты ведь не один раз содрал кожу в своих маневрах. Неужели нельзя быть осторожнее? От этой игры, по сути, ничего не зависело, ваша группа — уже чемпионы. Два состязания из трех у вас. Зачем выкладываться до такой степени?!

— Ну… на это есть четыре причины, — вздохнул я. — Во-первых, это еще один балл на сессии для всей группы. А это дорогого стоит. И не надо мне говорить, что это всего лишь балл. Он может решить все, если не для меня, то для кого-то из наших. Во-вторых, мы не могли проиграть. Ты не понимаешь, мы тринадцатый отряд. Нас все считают слабейшими, считают неудачниками. Ты видела, как на нас смотрят многие студенты? Как на грязь. Мусор. Мы должны бороться до конца. Мы должны заслужить всеобщее уважение. В-третьих… я не мог подвести Форста. Для него воздушный бой — это не просто игра. Для него это… очень важно. А в-четвертых, я не умею выкладываться наполовину.

— Во-первых, один балл — это не так много, и не бери на себя ответственность за других. Это их жизнь, и если хотят стать магами, пусть борются! Во-вторых, Форсту твое здоровье наверняка куда важнее этого результата, в-третьих, посмотри на то, как я смотрю на тебя! — она взяла мои ладони и приблизила к своему лицу. — В четвертых…

Она потянулась ко мне, но я мягко отстранился.

— Блин, я рук совсем не чувствую.

— Точно, я и забыла, — Саваска хлопнула себя по лбу и открыла передо мной дверь, скрывая обиду.

В больничке меня приняли, разморозили и запустили процесс сращивания тканей. Довольно своеобразно наблюдать за тем, как живые ниточки тянутся друг к другу.

— Знаешь, я не понимаю, почему на арене все проходит мигом, а вот если поранился вне ее, то это такая проблема.

— Дело в том, что арена расположена на аномальной зоне с очень сильным магическим фоном. Скажем так, сначала была поставлена именно арена, потом вокруг нее появилась академия, а уже после сюда перенесли столицу империи. Понимаешь?

— Не очень, — честно признался я. — Вот смотри, если я сейчас пойду на арену, мои руки восстановятся?

— Нет. Потому что, когда ты входишь на арену, она снимает твой отпечаток, и, выходя из нее, не важно, живой ты или мертвый, она полностью воссоздаст тебя. Таким образом, если ты раненный зайдешь на арену и там вылечишься, то выйдя оттуда снова станешь раненным. Понимаешь? Арена — одно из чудес света.

— Вот оно как?! Интересно.

— Удивительно, что ты не знаешь об этом, — хмыкнула девушка. — Я думала, что ты все на свете знаешь.

— Нет. Я многого не знаю, — пожал плечами я.

— Рада, что не зазнаешься, но ты у меня все равно самый умный.

— Да ну!

— Да.

— Зато ты — самая красивая.

— Правда? — удивленно посмотрела она на меня.

— Да, — кивнул я, краснея.

— Я уже думала, что не интересую тебя как девушка, — хмыкнула моя "невеста". — Давай посмотрим, что там происходит на арене! Запрыгивай.

Она достала из наплечной сумки доску и бросила ее на землю. Я с удовольствием встал позади нее, прижимаясь всем телом и держась за талию.

— Готов, малыш?

— Ага, — кивнул я.

Ее красная доска начала набирать обороты, и вскоре мы оказались высоко над тем самым лесочком, где я бился за наш отряд. Холодный воздух пробрал до самых костей, и мне пришлось прижаться еще плотней.

— А здесь можно находиться?

— На всем вашем курсе нет ни одного студента, способного взлететь так высоко, — хмыкнула Саваска.

— Слушай, до меня только сейчас дошло, что ты очень уверенно держишься на доске.

— Так я в сборной академии по воздушному бою.

— Правда?!

— Ага. Через две недели у нас будет игра с институтом Южное Сияние. Придешь посмотреть на меня?

— Конечно!

— Я буду очень рада, — подмигнула она мне.

— Со счетом три-два побеждает команда тринадцатого отряда! — оповестил судья об окончании матча.

— Вот и четвертый балл в нашу копилку, — улыбнулся я. — Молодцы ребята, справились.

— Да. Хотя без тебя они сыграли не так хорошо.

— И все же они молодцы. Выиграть у двенадцатого отряда дорогого стоит.

— На битву двенадцатого с одиннадцатым будем смотреть?

— Конечно!

Если честно, их игра была мне не очень интересна, но мне почему-то страшно хотелось оставаться вот так вдвоем с этой безумной, но очень милой девушкой.

— Знаешь, есть еще кое-что, что я тебе не сказал.

— Да? Я вся внимание, — слегка повернула она голову в мою сторону.

— Это… сложно сказать. Не знаю, как ты после этого отнесешься ко мне…

Что это там?

Где?

Внизу. Посмотри на лесок.

Я опустил взгляд и попытался разглядеть то, о чем говорит Ириан.

— Что-то случилось? — заволновалась Саваска.

— Смотри, видишь, внизу что-то странное? Там, где огромный валун.

— Не знаю, сейчас переключусь на магическое зрение.

Мы начали кружить, пытаясь рассмотреть хоть что-то, но ничего не могли понять. Битва одиннадцатой и двенадцатой групп началась довольно бурно. Вивиан, рассерженный разгромным поражением, рвал и метал, срывая злость на новых соперниках. Я все так же пытался понять, что там заметил Ириан. В какой-то момент я увидел девушку из "колышков", преследующую какого-то парня. Кажется, она была в игре против нас. Кидала свои желейные снаряды. Они долетели до этого места, и она тут же исчезла.

— Что за черт? — прошептал я, смотря в аномальную площадку. — Ты увидела, куда она делась?

— Держись крепче, малыш. Мы спускаемся!

— Что? Стой, зачем так быстро?

Мы на огромной скорости полетели вниз. Рядом пролетали игроки, с удивлением смотря на нас.

— Саваска, мы разобьемся! — учитывая нашу скорость движения, боюсь, умру я до соприкосновения с землей.

— Малыш, у меня к тебе важный вопрос!

— А это не может подождать? — я с ужасом посмотрел вниз и, кажется, побледнел.

Слишком высокая скорость. Я такой даже и не видел.

— Нет! Я должна узнать сейчас! Ты любишь меня?

— Саваска, какого черта? Мы разобьемся.

— Плевать! Говори правду! Ты меня любишь?

— Почему сейчас? Саваска, камень! Мы влетим в камень!

— Говори немедленно! Любишь?

— Да люблю я тебя. Люблю!

— Хорошо. Тогда идем на таран!

— На какой еще таран?! Ты о чем? Стой! Остановись!

Но она меня не слушала. Мы просто влетели в огромный камень и… пролетели дальше.

— Что это? — пытаясь угомонить свое сердце, прошептал я.

— Тоннель. На входе стояло «заклятие Эшвеля». Только на высокой скорости можно его преодолеть. Таким же способом кто-то затянул сюда эту девушку. Я успела заметить.

— Ты… серьезно?

— Ага. Держись крепко, — она создала огненный шарик и повесила в паре метров перед нами.

Я, если честно, даже и не думал ослаблять хватку, так что мы просто поехали дальше. В темном каменном тоннеле не было практически ничего. Складывалось чувство, что он появился сам собой. Шириной в пару метров и с неровными краями, он вел нас все глубже под землю, и вскоре мы вылетели в какие-то старые катакомбы. Квадратная каменная кладка, какие-то кольца на стенах, отсыревшие старые факелы…

Блин, что это?

Подземные катакомбы. Как правильно отметила твоя подруга, академия здесь была еще до того, как появилась столица, а вот до академии, очень давно, здесь была совсем иная цивилизация. И вот именно от них и остались эти катакомбы, вот только верхний их слой разрушили.

Значит, кому-то понадобилось пробить новый ход.

Именно.

И что теперь делать? Нужно, наверное, пойти обратно и сообщить обо всем преподавателям.

И оставить Саваску одну?

Думаешь, она не пойдет?

Она не из тех, кто сдается.

— Нашла! Прыгай на доску!

Моя невеста провела какие-то манипуляции, и перед нами появилась синяя линия.

— Это остаточный след ауры, — пояснила она. — Скоро исчезнет, так что не теряем времени!

Я снова встал позади нее, и мы тут же сорвались в полет. Саваска не жалела мои нервы, на скорости входя в повороты. Мы неслись вперед, стараясь не упустить тоненькую синюю ниточку.

— Как думаешь, что происходит?

— Что-то небывалое, — пожала она плечами. — Я не слышала, чтобы в истории академии было хоть одно похищение. Думаю, мы с тобой лезем в очень серьезные неприятности.

— И вот может не стоит этого делать? Ты же можешь пострадать.

— Но ты же со мной! А значит, мне ничто не угрожает! — как-то беззаботно крикнула она.

Мне кажется, эта девушка совершенно неправильно оценивает мои силы.

Согласен.

— Здесь.

Она затормозила у металлической двери без замочной скважины.

— Интересно, как она открывается? — задумалась моя "невеста", рассматривая ее магическим зрением.

Есть мысли?

Нужен ключ, иначе не откроешь. Другой вариант, сними заклятие «клинком», а Саваска взорвет дверь.

Хорошо.

— Отойди, пожалуйста, — попросил я, плетя двумя руками заклятие «клинка» на минимальной мощности.

Как только заклинание было готово, я сделал резкий удар пальцем, пробив стальную дверь.

— Взрывай!

— Слушаюсь и повинуюсь, — ухмыльнулась она. — Скажи, почему, если ты меня любишь, то не подпускаешь к себе?

— Ты уверена, что подобные вопросы стоит обсуждать именно в такое время? — удивленно посмотрел я на нее.

— Ну, мы в вдвоем, тусклый романтический свет огня, что может быть лучше? — она подмигнула мне и шарахнула чем-то убойным, вышибая к чертям дверь.

Поднявшаяся было пыль, довольно быстро улеглась. Я активировал «чешую» и бросился вперед. Защита оказалась не лишняя, отбитая стрела тьмы влетела в стену, и я побежал на сближение.

Впереди. Двое, чародеи.

Понял.

Отбивая летящие снаряды, я подбежал вплотную к первому. Удар ногой в пах не встретил препятствий, а удар коленом отправил слабака спать. Второй попытался достать, но у него ничего не вышло. Подбегаю и бью пяткой в нос.

— Мой герой, — шепчет Саваска, пробегая мимо.

— Могла бы и помочь!

— Я хотела полюбоваться, — ухмыльнулась она через плечо.

— Стой!

— Извини, но этот мой!

Один волшебник, справится.

Из рук девушки взметнулись жгуты пламени, вонзившиеся в защиту незнакомца, словно змеи. Причем они не стали ломать ее. Только сделали маленький проход, в который пролез один из жгутов, а уже из него внутрь полыхнуло пламя, превращая недавнюю сферу защиты в крематорий.

— Сильна! — присвистнул я.

— А ты как думал? — хмыкнула она.

— Только не несись больше вперед! Пропусти меня первым!

— Ах, ну да. Мужчина ведь должен защищать девушку.

Я помчался вперед, следя за синенькой лентой. Выбив какую-то странную дверь ногой, я ворвался в комнату и тут же пожалел об этом. Пара десятков заклинаний устремились ко мне одновременно. Саваска прыгнула мне на спину, приняв в свои объятия и защищая от атак. Какая-то золотистая сфера окружила нас, блокируя все заклинания.

Когда дым осел, я увидел троих волшебников и двух магов.

Справишься?

Да.

— На счет того, почему я тебе отталкиваю…

— Да? — удивленно посмотрела на меня невеста.

— Вы уже знакомы заочно, но представлю еще раз. Ириан.

Я закрыл глаза и нырнул в свой внутренний мир. Дойдя до нужной комнаты, открыл дверь и выпустил своего самого близкого друга, устроившись в кресле.

— Десять.

— Держи защиту девочка, — сказал он, и пальцы вновь начали безудержно мелькать.

— Девять.

— Я долго не выдержу.

— Восемь.

— Еще пару секунд продержись.

— Семь.

— Что это?

Похищенная девушка покрылась чешуйчатой защитой.

Как он смог?

— Шесть.

Вокруг нас также появился барьер.

— Пять.

— Все, девочка, твоя защита не нужна.

— Четыре.

Золотой пузырек лопнул.

— Три!

Мои руки поднялись к потолку, создавая фонтан из раскаленной лавы. Защита волшебников не выдержала и мгновения, они зажарились практически моментально.

— Два!

А один маг оказался сильнее. Его личный купол выдержал атаку, вот только терморегуляцию он совсем не учел и запекся словно в духовке.

— Один!

Ириан вошел в комнату, протянув руку. Я дал ему «пять» и вышел.

— Что это было? — ошеломленно уставилась она на меня.

— Ириан, — пожал я плечами. — Мне намного интереснее узнать, зачем они украли ее.

Я посмотрел на миленькую девушку из одиннадцатой группы. Как ее там звали? Рамарва вроде…

***

— Как это понимать, Анимурикос?! — министр магии подошел к ректору вплотную и схватил его за воротник. — Никогда! Слышите меня? Никогда в истории академии не было такого, чтобы кто-то попытался украсть студента! Тем более, прямо во время воздушного боя!

— Ну, допустим, попытки бывали, просто ни разу не увенчались успехом. Как и в данной ситуации.

— В данной ситуации? Ты хочешь сказать, что в этой ситуации ты что-то контролировал? Ты понимаешь, что они едва не умыкнули дочь императора?! Ты понимаешь, что это первая девочка в имперском роду, которая родилась с даром? Я лично клялся Его Величеству, что с ней ничего не случится! — Начал стучать по своей груди министр. — Я поручился, что в Академии ей совершенно ничего не грозит. Скажи мне, Анумирикос, что я должен сказать ему сегодня смотря прямо в глаза?

— Его дочь жива и здорова. Все хорошо.

— Да? А благодаря кому? Тебе? — Он заглянул в глаза ректора, после чего поднял листы бумаги со стола. — Студентка четвертого курса Саваска при поддержке первокурсника Тирмона смогли одолеть двух чародеев, четверых волшебников и двух магов второй степени! При этом они не нанесли никакого вреда принцессе. Я не знаю, как им это удалось, но они спасли твою жизнь.

— Да, на счет этого, я хотел попросить у вас истязателя, дабы допросить этих двоих. Все это очень подозрительно выглядят. Возможно, они находятся в сговоре с похитителями.

— Я не могу понять, ты что, кретин, Анумирикос? Эта парочка — твой и мой щит! Если с их головы хоть волосок упадет, мы с тобой будем в полной заднице, ты понял меня?

— Но они никак не могли одолеть двух магов второй степени, не говоря уже о волшебниках с чародеями.

— Да мне плевать, если они даже выкормыши самого дьявола! Молись, мой старый друг! Просто молись на них. Ибо сейчас только они и держат тебя на твоем месте.


XI


— Ты чего ерзаешь? — посмотрел я на Зифа.

— Ну… понимаешь, я впервые пригласил друга к себе домой. Никогда раньше я никого не приглашал к себе. Если честно, я не был уверен, что мама одобрит, но когда она узнала, что это ты, она согласилась.

— Так я же не просто так, — вздохнул я.

Если честно, от мысли, что мне придется еще раз встретиться с этой прекрасной дамой, у меня мурашки по коже. Нет, мама Зифа наверняка очень хорошая женщина. Просто хобби у нее — причинять людям боль. Ну, всякое же бывает. Кто-то бабочек собирает, кто-то в тактику играет, а она вот причиняет боль. Что тут такого? Вот только мне как-то не по себе. Если бы не тема моей научной работы: «Ужасы и реальность. Влияние истязателей на историю империи», я бы ни за что не согласился ехать в родовое гнездо Зифа. С другой стороны, эта тема была неосвещена, а, значит, высока вероятность, что научную работу примут.

Как ни странно, о том, что мы спасли Рамарву, особо никто не распространялся. Нам с Саваской под страхом отчисления запретили об этом хоть говорить. Намекнули, что мы вмешались в поединок одиннадцатой и двенадцатой группы. Кроме того, был риск, что нашу игру могут признать недействительной и вообще назначить другой день игр. Но вмешался ректор. Он не позволил менять результаты, и наши четыре балла остались при нас, чему мы порядком обрадовались. Было бы очень обидно. После дня первокурсника мы с Саваской уединились в номере трактира. Тогда у нас случился серьезный разговор.

***

— Что это было? — девушка серьезно посмотрела на меня.

— Ириан, я же говорил, — пожал я плечами.

— Это ничего не объясняет! — покачала она головой. — Твоя магическая сила… да и ты полностью… всего на несколько секунд… это ведь был не ты?

— Да, это был Ириан.

— Да кто такой этот Ириан?!

Я тяжело вздохнул и присел на постель.

— Ладно. Знаешь, когда мы летели, я понял, что на самом деле чувствую к тебе. Думаю, если ты и бросишь меня, то лучше сейчас. Слушай, я отличаюсь от твоей сестры, — вздохнул я. — И дело не только в наличии дара. Я проклятый, и, как и большинство таких как я, люблю убивать. Двенадцать лет назад, когда я был еще совсем маленьким, пятилетним ребенком, я начал убивать. Моей первой жертвой был сторож в детдоме, в котором я вырос. Он был… плохим человеком. Он ловил детей и делал с ними очень плохие вещи… а до нас, по сути, не было никому дела. Кому нужны те, от кого даже родные мама и папа отказались. И вот однажды он поймал меня. И тогда… тогда я впервые убил. И мне не жалко эту тварь, нет. Но именно тогда я впервые познал вкус убийства. Я почувствовал, каково это — съедать душу. Почувствовал насыщение. Знаешь, это непередаваемое ощущение. Кажется, будто ты не пил неделю, а потом дорвался до воды. Во мне проснулось что-то звериное. И я уже не мог остановиться. Будучи ребенком разумным, я не убивал больше никого, кто находился рядом. Я убегал ночами и возвращался только под утро, насытившись чьей-нибудь душой. Это продолжалось до тех пор, пока в соседнее село, куда я наведывался, не прислали мага. Он должен был разобраться, что к чему. Это и был Ириан. Он быстро смекнул, что в округе появился проклятый. Несмотря на то, что я был неглуп, я все же был ребенком. И не подумал о том, что хороший маг может запросто определить причину смерти. Ириан, как ты могла заметить, оказался хорошим магом. Он искал меня, а я тогда… испугался. Я перестал убивать, прервался на время, но его это не остановило. Он шел по следу, как ищейка. И в итоге он нашел меня.

В тот день он пришел убить проклятого, но когда увидел меня, замешкался. Он не думал, что проклятый окажется маленьким ребенком, и совершил самую страшную ошибку. Он посмотрел мне в глаза. Тогда я поглотил его душу, желая растворить в себе. Но этот маг оказался очень умен. Попав внутрь меня, он нашел мой резерв дара и каким-то чудом прикрепился к нему. Ириан смог сделать невозможное. Он сохранил свой разум и душу внутри меня. Тогда же он смог увидеть все, что видел я. Я пытался выбросить его, растворить в себе. Но у меня ничего не получалось. Тогда я еще не умел открыто работать с внутренним миром. А он все говорил, говорил и говорил. Я зажимал уши, прятался под подушку, но не мог перестать его слышать. Ириан пытался достучаться до моей сути, до моего разума. Он знал все, что знал я. Он чувствовал все, что чувствовал я. Мое отчаяние, мою боль и одиночество. Он был во мне, он был мной. Он остановил меня тогда. Показал правильный путь. С тех пор ни один человек не пострадал от моего проклятья, а мы составили с ним план по извлечению его из моего тела. Первым пунктом плана была школа магии, вторым — академия. Ириан начал тренировать меня. Он обучал сложным приемам, требующим меньших затрат маны. Учил рисовать десятью пальцами. Все это было нужно для того, чтобы я стал химерологом. Собрав все необходимые данные, я смогу создать для него новое тело и переселить его.

— Подожди, — Саваска выставила руку ладонью вперед. — Я не говорю о том, что тебя убьют, если узнают даже о желании создать человеческое тело, но это же просто невозможно!

— Возможно. Архимаг Юристар уже создавал гумункуса. Просто его работу засекретили, а самого мага сожгли.

— Архимага сожгли? — глаза девушки расширились от удивления.

— Да, церковь считает, что человек не имеет права брать на себя работу бога, но это не важно. Главное, что он смог. Кроме того, насколько известно Ириану, не все труды Юристара попали в руки церкви. Он был тем еще параноиком и спрятал свой дневник. Вот только где он его спрятал, никто не знает. Короче говоря, мне нужно найти его дневник и разобраться в химерологии, чтобы понять суть работы с человеческим телом.

— С ума сойти, — взялась за голову моя невеста. — А нельзя использовать для этого мертвое тело?

— Нет, — покачал я головой. — Мертвое тело не позволяет внедрить в себя чужую душу надолго, оно всячески отторгает ее. Нужно чистое тело. Не оскверненное кем-то другим.

— Это… просто не умещается в голове, — растрепала свои волосы девушка.

— Скажи… Я понимаю, что в твоих глазах я выгляжу чудовищем. Я убил многих ни в чем не повинных людей. Я помню каждого. Помню, каким животным был… я помню все. И я пойму, если ты возненавидишь меня, но прошу, никогда не рассказывай никому об этом. Не ради меня. Я… я заслуживаю костра за свои дела. Но Ириан… он не такой. Он… всегда был ко мне добр и всегда помогал. Он вновь сделал из меня человека. И… я не хочу, чтобы его жизнь закончилась вот так.

— Глупый, — ладони девушки легли мне на лицо. — Главное не то, кем ты был, а кто ты есть. Я не предам тебя и не брошу. Не переживай.

Она потянулась ко мне, но я снова отстранился.

— Прости, но я не могу позволить тебе целовать меня, — покачал я головой.

— Почему?

— Понимаешь, как я уже сказал, Ириан чувствует все, что чувствую я. Он мой друг. Самый близкий человек в этом мире, но даже с ним я не могу делить тебя. Ты должна быть моей. Моей и только моей. Если ты поцелуешь меня, то одновременно поцелуешь и его, понимаешь? Каждое твое прикосновение ко мне — это прикосновение к нему. Я безумно люблю тебя, и видит бог, полжизни бы отдал, чтобы сбросить все оковы и отдаться своим чувствам, наслаждаясь твоим телом как божественным даром, — я тяжело вздохнул. — Просто представь на секунду, что, целуясь с тобой, я бы одновременно целовал другую девушку…

— Ну, я бы вас сожгла, — кивнула Саваска, соглашаясь с моими доводами, после чего схватила меня за подбородок. — Я подожду, подожду, пока вы воплотите свой план в жизнь, я постараюсь помочь всем, чем смогу, но ты поклянись, что до тех пор ничьи губы не коснутся твоих.

— Клянусь, — у меня настолько отлегло от сердца, что даже слезы на глаза навернулись.

Саваска как-то резко обняла меня, прижимаясь всем телом.

— Извини, но Ириана я потом тоже буду обнимать, ты же не против?

— Не против, если даже будешь целовать его в щечку, — хмыкнул я. — Как брата.

— Договорились, — улыбнулась она, целуя меня в щеку.

Я ответил ей тем же.

***

Воспоминания полуторамесячной давности согрели мое сердце. С тех пор много чего произошло. Неизвестные мне до этого чувства поглощали рассудок и вызывали странное состояние. Любить оказалось даже сложнее чем дружить. Я побывал на игре по воздушному бою между академией и институтом Южного сияния. Если честно, тогда я впервые увидел, что такое настоящий воздушный бой. Это было нечто, и моя девушка, была там на высоте.

Знаешь, я вот подумал тут, когда наш план увенчается успехом, и если ты вдруг не захочешь на ней жениться, то женюсь я.

Окстись, она тебе в дочери годится.

Ну, так тело у меня будет молодое! Свежее! Да и прожил я чуть больше тридцати. Двенадцать лет в тебе не в счет. Кроме того, у меня куда больше… резерв. Думаю, у тебя нет шанса…

Звездец тебе.

Я прикрыл глаза, уходя в темноту собственной души.

Стой, не надо! Я пошутил! Ну, пошутил я! Твоя девушка, не буду отбивать.

Я открыл глаза.

Вот создам тебе женское тело, будешь знать.

Ты не посмеешь!

Еще как посмею!

— Мы уже подъезжаем! Смотри, это наши земли. А там вдалеке наш замок!

Я выглянул из кареты и начал осматриваться.

Вот это пейзаж! Как из книг ужасов.

Угу, так и чувствуется, что здесь живут истязатели.

С двух сторон от дороги, по которой мы ехали, была потрескавшаяся сухая земля. Старые почерневшие деревья стояли по сторонам, нагоняя еще большей жути, а высокие шпили черного замка завершали мрачную картину. Кажется, что здесь должны жить какие-то монстры.

Карета со скрипом въехала в старый замок, а меня хмурым взглядом проводил старый одноногий стражник.

— Черт, как-то неуютно у вас тут, — поежился я.

— Да ладно тебе, просто ремонт давно не делался, — отмахнулся Зиф, выбираясь из кареты. — Здравствуй, Ригал!

— Добрый день, молодой господин, — согнулся в поклоне стражник, продолжая хмуро смотреть на меня.

— Прошу к ужину, — голос, раздавшийся прямо возле уха, заставил подпрыгнуть на месте.

Я резко обернулся и встретился взглядом с высоким пожилым мужчиной. Его колкий взгляд пробирал до костей.

— Вы представите нам гостя, господин?

— Да, конечно! Это Тирмон. Мой одногруппник.

Я кивнул в знак приветствия.

— Это Ранирас, наш дворецкий. Если честно, я даже не знаю, сколько он уже служит нашему роду, но все мое детство именно Ранирас приглядывал за мной. Можно сказать, был вместо отца.

— Это было не сложно, господин, вы были прекрасным ребенком, — поклонился дворецкий.

— Да брось, Ран. Из-за меня тебе немало перепало. Да, наш стражник — Ригал. Он воевал в Ливестроне еще во время первого похода Его Величества.

— У вас только один стражник? — удивленно посмотрел я на него.

— А зачем нам больше? Мы ведь ни с кем не воюем, да и мало кто осмелится пойти против истязателей. Правда, сейчас в замке только дедушка. Мама в столице, а дядя уехал в Трест. Но, думаю, именно дедушка тебе сможет больше всего рассказать о нашем роде. Правда, он уже старенький и иногда начинает придумывать совсем странные истории, вроде той, что он однажды пытал бога.

— Да, нужно с ним встретиться, — я нервно сглотнул.

— А сейчас прошу за стол, — махнул рукой в сторону дома дворецкий, продолжая пристально на меня смотреть.

— Да, конечно, — я подошел ближе к Зифу.

Что-то мне кажется, я даже в туалет буду ходить вместе с ним.

Ранирас со скрипом открыл двери перед нами.

— Простите, господин, я попрошу плотника смазать петли, — склонил он голову.

Я с небольшим страхом ступил на скрипнувшую под ногой доску. Черт, что-то мне тут жутко дискомфортно.

Странно. Истязатели зарабатывают очень даже хорошо. Почему замок в таком плачевном состоянии?

Может, это для тех, кого в них приводят? Если честно, я уже готов признаться во всех грехах, которые не совершал.

— Здесь у нас кухня, — показал рукой в сторону открытой двери Зиф. — Если проголодаешься, у Жарры всегда есть что перекусить.

Я заглянул в комнату и снова поежился. Это больше не на кухню похоже, а на ведьмину хижину. Повсюду висят засушенные травы, какое-то мясо, старая горбатая женщина, склонившись над ведром, чистит картошку, у ее ног лежит одноглазый черный кот.

— Здесь малый зал, — показал на дверь Зиф. — Заходи.

Каменный пол, деревянный стол и никаких излишеств. Грубые деревянные стулья. Я сел на один. Боже, здесь даже мебель не советует задерживаться. Жутко неудобно.

— С вашего позволения, я приведу господина Джорденгеффера, — поклонился дворецкий, покидая нас.

— Это мой дедушка, — пояснил друг.

— Хорошо, — кивнул я.

Вот это да! Старина Джорд дед Зифа?

Ты его знаешь?

Ну, когда-то давно мы были знакомы. Он уже тогда был старым, но за свое место держался цепко. Один из лучших истязателей в империи.

— Прости, что пришлось увидеть наш замок в таком неприглядном виде. У нас не часто бывают гости. На моей памяти не было ни одного.

— Ни одного? — я удивленно посмотрел на него. — Даже родственники не приезжали?

— Нет. Почему-то никто не любит к нам ездить, — покачал он головой.

— Интересно, почему, — хмыкнул я, смотря на одноглазого кота, забежавшего в столовую.

— Колбаска! — Зиф хлопнул по коленке, приглашая его запрыгнуть.

Питомец не стал отказываться и вскоре улегся на ногах хозяина.

Блин, здесь даже кот кажется каким-то мрачным.

— Ты знаешь, я принес его, когда он еще был маленький, — начал рассказывать Зиф. — Деревенские дети выбили ему глаз, потому что он черный. Знаешь ведь, считается, что черные коты кличут беду. Но это все ерунда! Он у нас уже шесть лет, и ничего.

Угу, в данном случае беда должна бояться черного кота, чтобы он не накликал вас.

— Какие люди! — закричал с порога пожилой высохший старик с длинным носом. — Сто лет тебя не видел! Как поживаешь, Ириан?

Я почувствовал, как скатывается капелька пота по спине.

Он увидел тебя?

Невозможно.

— Дедушка, это мой друг Тирмон! — громко крикнул Зиф.

— А? Да-а-а. Да… конечно. Что-то я старый стал. Глаза уже не те. Здравствуй, Тирмон.

Я подскочил к старичку и обеими руками пожал его ладонь.

— Здравствуйте.

— Здравствуй, Ириан, здравствуй, — кивнул старик. — Как поживает Мираска? Жива еще старая карга?

Умерла Мираска, уже двадцать лет как. Эх…

— Деда, Это Тир, мой друг, — напомнил Зиф.

— А? Да… да… Помню мы с ней не одно дело вместе проворачивали. Огонь баба была!

— Не обращай внимания. Он не всегда такой. Обычно с утра еще нормальный. Завтра утром поговорите, хорошо? — извиняющимся тоном попросил мой друг.

— Ничего страшного, я все понимаю, — замахал я руками.

— Извини, — почесал он затылок.

В комнату вошла молодая девушка и начала расставлять посуду с едой. Она так сильно контрастировала с замком, что я даже задумался, а не призрак ли это. Молодая, красивая и улыбчивая. Такая живая. Чуждая этому месту.

Ты там не забыл, что у тебя уже есть невеста?

Нет, просто не ожидал увидеть в таком месте жизнерадостного человека.

Так, а что тут такого? Обычный замок. Просто немного заброшенный.

Ну… он какой-то ну очень мрачный.

Мы принялись за обед. Дедушка периодически что-то вспоминал и начинал ни с того ни с сего рассказывать. Когда ужин подошел к концу, старичка увели под руку. Зиф, уставший с дороги, начал клевать носом, да и я, слегка придя в себя после первых впечатлений от дома, почувствовал усталость.

— Тир, ты не против, если мы сегодня ляжем пораньше? Я ужасно вымотался, да и ты, как я погляжу, сонный.

— Это да, — согласился я с другом.

— Халила, отведи нашего гостя в его покои, — велел он служанке.

— Конечно, господин, — поклонилась она. — Пройдемте за мной.

Я вышел из зала и отправился следом за девушкой. Коридор освещала одинокая свечка в руках моей проводницы, создавая тени на стенах. Казалось, что кто-то сейчас выпрыгнет откуда-то сбоку и нападет на меня.

— Скажи, тебе не жутко здесь работать? — обратился я к ней.

— Жутко? Нет, совсем даже нет. Замок, конечно, старый, но призраков в нем вроде нет. Хотя разные шумы иногда бывают, — задумалась она. — Но знаете ведь, призраки боятся истязателей.

— А вы не боитесь?

— Почему я должна их бояться? — удивленно посмотрела она на меня.

— Ну… я даже не представляю, как они могут наказать за оплошность.

— Ах, вы об этом. Да, госпожа очень строгая, но никогда не наказывает просто так, как многие лорды. Она справедлива.

— И все же не представляю, какую боль она может причинить, — я даже поежился, вспомнив, как страдал Зиф, защищая Рэйлу.

Отогнав неприятные воспоминания, я наткнулся на холодный взгляд девушки.

— Господа никогда, слышите меня, никогда не истязают ни в чем не повинных людей. Только виновных, или себя самих. Но ни единого раза за всю историю этого замка ни один слуга не пострадал от их магии.

— Прошу прощения, — выставил я руки ладонями вперед. — Я не думал, что они так относятся к слугам.

— Не только к слугам, — покачала она головой. — Кодекс истязателей запрещает применение силы к кому-либо кроме преступников и членов семьи. Второе скорее в целях обучения. Вы, как и многие, считаете их какими-то монстрами, но это не так. Прошу, если у вас будет завтра время, съездите вместе с господином в нашу деревню.

— В этих мертвых землях есть деревня? — удивленно посмотрел я на нее.

— Есть. А вот мы и пришли, — она открыла дверь, пропуская меня внутрь. — Если что-нибудь понадобится, звоните в колокольчик. Я прибегу, как только услышу.

— Спасибо, — кивнул я, проходя внутрь.

Небольшая комната с кроватью. Есть камин, правда не разожженный. Довольно холодно, но одеяла вроде теплые.

Я забрался в постель и сжался в комок, пытаясь согреться. Как только мне стало теплее, я тут же провалился в сон.

Утром я встал, как обычно, с рассветом. Как ни странно, сейчас замок уже не казался таким зловещим. Спустившись по лестнице, я вышел на улицу. Ворота в замок были закрыты, и даже стражника видно не было. Решив никого не будить, я принялся за свою утреннюю зарядку, наяривая круги вокруг основного здания. Прохладный воздух выбил из головы ненужные мысли, и я задумался над вопросами, которые сегодня буду задавать дедушке Зифа.

— Я так и думал, — остановил меня вставший на пути стражник.

Он так же подозрительно осматривал меня с головы до ног.

— Простите, о чем вы? — притормозив, я подошел к нему.

— Ты не маг, — покачал он головой. — Твое телосложение, движения. Ты воин. Я это еще вчера заметил. Маги так не ходят. Даже студенты двигаются вальяжно и медленно. Ты же совсем другой.

— Я просто слабый, и мне приходится развивать тело, чтобы сравняться силой с другими студентами, — пожал я плечами.

— Вот оно что, — кивнул он. — Это правильно. Это надо. Тело всегда должно быть в форме. Мана может кончиться. Я видел такое в Ливестроне. Два мага бились до последнего, и когда у них закончилась мана, они, словно портовые грузчики, начали бить друг друга кулаками.

— А вы давно на службе у Исфариумов?

— Лет тридцать уже, — вздохнул стражник, присаживаясь на табуретку. — Ты не смотри на меня, продолжай свои упражнения.

Я принялся за отжимания, а Ригал продолжил свой рассказ.

— Я тогда травму получил. Ногу мне заклинанием оторвало. Вылечить можно, только где столько денег взять? В общем, вернулся я в деревню, да только кому калека нужен? Работать не мог особо, у брата на шее висел. Знаешь, это самое ужасное — чувствовать себя балластом. Я ведь не один год был сильным мужчиной. А тут… мне брат говорит, а иди к господину Джорденгефферу, может, он поможет чем. Ну, я и пришел. Вот с тех пор тут и работаю. Ворота сторожу. Платят мне хорошо, так что и не жалуюсь вовсе. С тех пор и жениться успел. Да и детки у меня уже подросли. Внук вот недавно ходить начал, — страж улыбнулся в усы. — Маленький такой, сын говорит, весь в меня. Орет постоянно.

— А где они?

— Так в деревне. Где же еще? — пожал он плечами. — Я так слышал, ты про господ что-то там пишешь?

— Да. Научную работу, — кивнул я.

— Я тебе вот что скажу, ты не смотри, что они истязатели. Господа очень добрые. Вот меня, например, взять. Ну, кому одноногий страж нужен? Я ведь окромя меча и не знаю другой работы. Еще мальцом в имперскую армию забрали. А они вот меня приняли. Халилу пять лет назад, например, госпожа привезла. Ее еще ребенком какие-то разбойники поймали. Село сожгли, а ее вроде как прислугу при себе держали, ну, и для утех всяких. Она ведь совсем ребенок еще была… видел бы ты ее, когда она у нас только появилась. Глаза мертвые, что скажешь, то и делает, не задумывается даже ни разу. А сейчас посмотри какая! Светится вся. Младшой мой вот на нее все поглядывает, так что, может, и породнимся с ней, — подмигнул мне Ригал. — Девочка-то хорошая. А вот Жарра, например, кухарка наша, раньше при лорде одном готовила. Лорда того отравили, а вину всю на нее спихнуть хотели. А это сам понимаешь, преступление какое. Ее бы казнили, а вот детям да внукам ее с тем еще жить. Ну, она попросила госпожу на разговор. Там и выяснилось, что не виноватая она. Вскоре после того нашли отравителя, но Жарру обратно не взяли, ибо постарела она лет на двадцать и говорить теперь совсем не может. С тех пор у нас на кухне и работает. Готовит она очень хорошо, в специях разбирается. Моя как-то пыталась у нее секреты выведать, но жмется карга старая, не хочет рассказывать.

— Вот оно как, — мне стало стыдно за то, что плохо думал о них.

— Ага.

— А как к вам дворецкий-то попал?

— Да как? Пришел да устроился. Правда давно это было, еще до того, как меня взяли. Но ничего такого я и не слышал вовсе.

— Господин Тирмон, господин Зиффергант вас на завтрак зовет!

— Да, иду! — крикнул я служанке и обернулся к стражу. — Спасибо вам за все.

— Да не за что, — пожал он плечами. — Вы уж смотрите, чтобы в столице господина не обижал никто. Уж больно добрый он.

— Хорошо, прослежу, — улыбнулся я и направился к бочке с водой.

Завтрак прошел тихо и спокойно. Дедушка Зифа выглядел куда лучше и уже не путал меня с Ирианом. После трапезы он пригласил меня в свой кабинет и разрешил спрашивать все, что мне интересно. Я спрашивал и тут же записывал информацию о том, как образовался их род, сколько есть ответвлений и различий, чем они были известны и сколько всего сделали. Чем больше мы говорили, тем больше я начинал понимать, кто на самом деле эти «ужасные» люди. Когда-то очень давно их предок взял на себя страшную ношу — пытки людей. Он передавал свои обязанности и силу потомкам, объясняя всю суть их работы. Именно он изначально и написал кодекс, по которому до сих пор живут его потомки. И что интересно, большинство представителей этого рода славились именно своими благими делами. А за магическое причинение боли без веской причины истязатели сами казнили своих родичей. В их кодексе говорится: «Боль есть оружие, и как любое оружие, оно должно применяться против зла, для справедливости либо же защиты». В плане защиты считаются и поединки. Я с облегчением выдохнул, не хотелось бы, чтобы Зифа казнили за применение боли в турнире.

— А знаешь, Ириан, я ведь тебе этого никогда не рассказывал, — внезапно изменился в голосе дедушка, подойдя к окну. — Я ведь в свое время пытал бога…

— Прости, Тир, кажется, дедушка уже устал, — вздохнул Зиф. — Давай дадим ему отдохнуть?

— Да, конечно, — кивнул я. — Спасибо вам большое, господин Джорденгеффер.

Я поклонился и направился к двери.

— Никто не сравнится с богом. Ибо только бог смог выдержать все мои истязания и не сдаться…


XII


— А что это за бог такой? — посмотрел я на друга.

— Да блин, — потер он лоб. — Не было никакого бога. Дедушка просто постарел сильно, вот и выдумывает всякие небылицы. Дядя говорит, что его рассказы нужно записывать, а потом выпустить сборник.

— Да уж, — хмыкнул я.

Тяжело смотреть, как стареют люди.

Это да. Как-то очень неприятно.

— А вот и наша деревня! Смотри!

Я выглянул из окна кареты и увидел небольшую деревеньку домов в двадцать.

— Смотри! Там деревья! Смотри! Густав, останови здесь!

Карета остановилась, и мы с Зифом выбрались из нее.

— Смотри, Тир! Они плодоносят!

Мой друг подбежал к невысокой яблоньке, склонившейся под тяжестью нескольких плодов.

— Будешь? — он протянул мне одно яблоко.

— Спасибо, — я с удовольствием захрустел сочным фруктом.

Рядом с деревцем были и другие, посаженные на сотни метров вперед.

— Удивляюсь, как они выросли на такой почве, — посмотрел я на Зифа.

— Да, они очень долго не хотели расти, — кивнул он. — Знаешь, здесь ведь не всегда было так пустынно. Раньше у нас было три деревни в округе, пышные поля и леса. Все было совсем по-другому. А потом нашу землю проклял один маг. Дядя вывел на чистую воду его брата, и за это тот маг решил так отомстить нам. Его, конечно, поймали и наказали, вот только с тех пор ничто не растет у нас. Многие жители сбежали, и осталась только одна деревенька. Мы постоянно покупаем навоз и удобряем почву, но растения все равно неохотно растут.

Вот куда уходят все деньги их семьи. Они пытаются вернуть жизнь на свои земли.

— Пойдем, я покажу тебе кое-что! Видишь вот эти ямочки? Там находится специальный артефакт, он периодически поливает деревья, чтобы они не погибли. А вот там, смотри, видишь мельницу? У нее зачарованные лопасти. Они крутятся вне зависимости от ветра. Да, а там, вон там, коровник. Знаешь, у нас очень хорошие коровы. Дядя специально покупает самых лучших. Это зифтирская порода. Они небольшие и не много молока дают, но зато выносливые. Мы гоним их на соседние земли, чтобы пасти. Соседи не против.

Я только и успевал смотреть по сторонам. Зиф бегал, как ребенок, показывая то одну, то другую диковинку. Его глаза буквально горели, а выходящие нам навстречу сельчане улыбались при виде своего молодого господина и кланялись ему.

Удивительное дело. Впервые в жизни я вижу господ, которые забрасывают свой замок и так хвалятся деревней. Нет, я всегда знал, что старина Джорд необычный человек, но у них, похоже, весь род такой.

— А там… Там река! Пойдем, посмотрим.

Мы прошагали деревню насквозь и вышли к огромной полноводной реке.

— Весной и летом по ней часто ходят торговые суда. Мама говорит, раньше они частенько заходили к нам в деревни, а сейчас опасаются. Думают, что наши земли все еще прокляты. Вот увидишь, со временем здесь все снова будет как раньше! Будут пастись животные, расти деревья. И люди! Здесь будет очень много людей!

Зиф мечтательно улыбнулся, смотря в водную гладь.

— Да, думаю, вашим подданным очень повезло с господами. Уверен, со временем вы все тут восстановите.

— Правда? — оживился мой друг. — Знаешь, другие не верят в это. Я часто в школе рассказывал, что мы делаем, как пытаемся поднять деревню, а они только пальцем у виска крутили. Они считают, что деревни нужны только для того, чтобы налоги с них сдирать. Но ведь это не так. Ведь когда смотришь на это все, кажется, что жизнь намного красочнее, чем есть на самом деле.

— Ты очень добрый, — посмотрел я на Зифа. — Ты действительно очень добрый.

— Да, мне об этом мама постоянно говорит, — вздохнул он. — Просто, понимаешь, мне тяжело причинять другим людям боль. Я не хочу быть истязателем, не хочу этого делать… однажды мама взяла меня с собой на одну пытку. Она требовала, чтобы я смотрел и учился. Она мучала одного человека. Он был убийцей, но не хотел признаваться и скрывал, куда дел тела своих жертв. Мама тогда допрашивала его… он плакал, он молил ее остановиться… он кричал… знаешь, как разрывается мое сердце, когда кричит человек? Он молил ее о пощаде, но мама даже глазом не моргнула. Он рассказал ей. Все рассказал, до последнего нюанса. Нет, он заслужил свое. Он был плохим человеком. Вот только я не могу так. Одно дело в бою, а вот так… безоружного…

— Простите, молодой господин, мы на стол накрыли, отведаете картошечки? В этом году поспела на наших огородах. Этот сорт оказался удивительно живучим и дал хороший урожай. Огромное спасибо господину Райоржентроффу. Уважьте старика, отужинайте с нами? — к нам подошел невысокий дедушка и показал рукой в сторону своего домика.

Вот интересно, чего у них такие имена-то заковыристые?

Признак старинного рода.

— Конечно, Фистисий, я с удовольствием, — улыбнулся Зиф. — Думаю, мой друг тоже не откажется.

— Да, конечно! — кивнул я. — С удовольствием.

— Вот и ладушки, вот и слава боженьке. А то я уж думал, вы как обычно, поделаете делов, да уедете.

— А что, дела есть? — тут же оживился задумавшийся истязатель.

— Да ну как вам сказать господин, ничего такого, только вот повадился к нам какой-то упырь ходить. Уж и не знаем, что за тварь такая, только сначала он просто кровь пил, животинок не убивал, а недавно вот убил кормилицу. Господин Райоржентрофф обещал разобраться, да его по работе вызвали.

— Обескровленные, говоришь? — я задумался.

Ириан, что думаешь?

Да черт его знает. Спроси, следы есть?

— Извините, а следы какие-нибудь есть?

— Да какие следы? Дырочки в районе шеи. Вот и все следы.

Черт его знает. Кровопийц много, хорошо, если действительно какой-нибудь упырь, а если вампир, то он может среди сельчан скрываться.

— А с телом коровы-то что? — задумчиво произнес Зиф.

— Ну, дык не вонять же ей, — развел руками староста. — Захоронили под садом.

— А напали ночью? — продолжил допрос мой друг.

— Да, пока они все в загоне стояли. Так и ни одна же и звука не издала.

Пойдем к коровнику.

— А можете показать, где ее нашли?

— Да, конечно! — засуетился дедок. — Только давайте сначала поужинаем.

— Вот что, Фистисий, ты иди, ужинай, а мы, пока светло, посмотрим, что там к чему.

— Да ну, как можно-то, господин? Я с вами пойду.

— Иди-иди! Нечего тебе там делать. Мы магичить будем, только под руку попадешь.

— А, ну коли так, то ладно. Неча бездарному рядом стоять, все-то вы правы, господин Зиффергант. Все-то вы правы.

— Что думаешь, Тир?

— Да черт знает. Кровососов много разных есть. Давай осмотримся, может, и поймем чего.

— Давай посмотрим, пока коров нет.

Мы зашли в сарай и начали осматриваться. Обычный такой коровник, ничего особенного. Разве что чистый. Видимо, следят за ним селяне хорошо.

Видишь что-нибудь?

Нет, пока ничего. Давай смотреть по сторонам, обведи взглядом каждый угол, походи повсюду. Может, и найдем чего.

Я принялся рассматривать помещение, стараясь заметить хоть что-то подозрительное.

— Времени много прошло. Боюсь, уже не найдем ничего, — вздохнул Зиф.

Подожди, вот здесь. Видишь?

Я присмотрелся к куче навоза.

— Что там? — подошел истязатель.

— Видишь, здесь старый навоз, а под ним свежее.

Заметил-таки? Молодец.

— Ну, и что? — не понял Зиф.

— Дай вилы.

Он протянул мне орудие труда селян.

— Вот те раз, — посмотрел мой друг на обнаруженную дыру. — Это что же такое тут завелось?

— Земляная пиявка. Тварь противная и живучая. Видимо, раньше она маленькая была, на нее никто внимания не обращал, а вот теперь большая стала.

— Вот же тварь! — почесал затылок истязатель. — Давай, наверное, масла зальем. Да подожжем.

— Не поможет, у нее ходы глубокие, — покачал я головой. — Выгоняй своих сотрудников, и пусть двери закрывают. Будем ее ловить. Смотри, не вздумай ее разрубать, иначе из одной проблемы две получится.

— Хорошо, но чтобы сжечь, мне ее зафиксировать нужно, — кивнул Зиф.

— Это на меня оставь, — я достал из кармана складной нож и разрезал кожу на пальце.

— Подожди, не рано?

— Нет, ей еще выползти нужно. Черт знает, где она сейчас. Выгоняй своих и готовься.

Я встал и начал давить большим пальцем на безымянный, выжимая капельки крови. В правой руки вилы. Черт, неприятная ситуация. Эта тварь может напасть в любой момент, а отреагировать нужно мгновенно, иначе хана моей руке. Оторвет к чертям собачьим.

— Я готов, — заявил Зиф, встав рядом.

— Хорошо. Ждем.

Время начало страшно тянуться. Руки и ноги затекли, появилось жгучее желание отойти, отдохнуть, полежать. Спина ныла, требуя отдыха, но я не менял позиции, ждал, когда она все-таки появится.

Идет!

Я заметил пасть с десятками зубов в несколько рядов, стремящуюся ко мне, и одернул руку, тут же вонзая вилы в мягкую плоть. Брызнула кровь, и раздался тонкий писк. Я надавил на оружие, прижимая тварь к земле.

— Давай!

Зиф приложил к ней руки, и писк раздался с новой силой. Она брыкалась, пытаясь вырваться и все больше выбираясь из земли. Когда все тело монстра оказалось на поверхности, по нам посыпались удары, но вскоре они стихли. Тварь потемнела и опала.

— Большая, гадина, — зажав нос, кивнул Зиф в сторону пятиметрового тела.

— Видимо, не только в вашем коровнике питалась, — кивнул я.

Мы вышли из сарая, зажав носы. На улице нас ждал местный староста.

— Фистисий, тварь мы зажарили, уберитесь там, и можно коров запускать.

— Ух ты ж боже мой, — заглянул он внутрь. — Это она такая большая была?

— Ага, раскормили вы ее, — кивнул Зиф. — Дядя сколько раз вам говорил, если что не так, сразу зовите. Не нужно ждать.

— Так мы же думали, ерунда какая! Может, мышь летучая или еще что.

— Тут думать не надо, Фистисий, вы нам скажите, а мы уж определим, что за зверь и что с ним делать.

— Простите, господин, виноватый я. Не хотел просто так тревожить. Вы вон и так сколько для нашей деревни делаете.

— Пойдем уже кушать, я слышу, как урчит в животе моего друга, — хлопнул меня Зиф по плечу. — Кстати, Тир, ты откуда столько о монстрах знаешь?

— У меня друг один есть, охотник. Вот он мне частенько про разных тварей рассказывал.

— Хороший друг! Я бы тоже от такого не отказался, — хмыкнул он.

— Да мало, что ли, охотников? Подружишься.

— Охотников много, друзей у истязателей мало, — грустно улыбнулся он.

Мы зашли в домик старосты и принялись за ужин. Ничего особенного на столе не было, отваренная картошка, сыр и квас. Несмотря на низкий градус напитка к концу ужина я уже почувствовал, что слегка опьянел.

Весь вечер мы разговаривали. Семья Фистисия относилась к Зифу с теплом, расспрашивая его о студенческой жизни. Послушать эти истории собрались даже дети. Всем было интересно, что в этой загадочной академии люди делают. Я тоже добавил несколько историй, в том числе и об их господине, лишь слегка приукрасив. Мы хотели вернуться сегодня обратно, но староста нас не пустил, уговорив остаться на ночь. Нас уложили в разных комнатах.

Перед сном я много думал. Я никогда не видел, чтобы люди хоть к кому-то относились так тепло, как к Зифу и его семье. Поворочавшись немного, я заснул.

Утром мы покинули эту гостеприимную деревню и поехали вместе с истязателем обратно в замок. Выехали мы с рассветом, но прибыли только ближе к обеду. К моему огромному сожалению, дедушка Зифа уже был не в состоянии говорить со мной, так что пришлось отложить разговоры на следующий день, зато мне дали возможность заглянуть в их семейную библиотеку, где я нашел массу интересных книг. События, битвы и малоизвестные подвиги истязателей. Я читал и думал о том, сколько всего сделали люди, которых ненавидят и боятся практически все граждане нашей империи, как это все-таки несправедливо по отношению к ним. Я принялся записывать не только данные, но и свои собственные мысли. Между делом наткнулся и на кодекс. Меня поразило, сколько там запретов и правил. Особенно я выделил себе несколько фраз: «Помни, ты отдаешь свою жизнь служению людям, а потому никогда не ставь себя выше их», или вот: «Уходя на работу, оставляй доброту дома, а уходя с работы оставляй там жестокость». Отдельным исключением было отношение к детям. Кодекс твердил, что детей нужно любить, но излишняя доброта их погубит, и потому они должны приучаться с детства к боли, дабы сами никогда не причиняли ее просто так. Удивительно. На самом деле, в их кодексе очень много мудрого и правильного.

— Нападение!

Я так зачитался, что даже не сразу понял, что произошло. Когда до меня все же дошло, откуда доносится крик, я выхватил свои кастеты, быстро спустился по лестнице и выбежал на улицу. Со стороны деревни скакали два всадника. Причем один явно преследовал второго. Когда я подбежал к Ригалу, он уже целился из своего арбалета. Второй конник развернулся, пытаясь уйти.

— Врешь, не уйдешь, — прошептал стражник и спустил тетиву тяжелого арбалета.

Судя по тому, что конь перевернулся на скаку, он явно попал.

— Что произошло? — вылетел из замка Зиф.

— Нападение! Господин, на деревню напали! Всех увели! — подъехал к нам первый конник.

— Кто? Куда?

— Не знаю, я только с коровами вернулся, смотрю, а наших всех того, и дома поджигают.

Мы, не сговариваясь, посмотрели на темный лес, за котором скрывалась деревня. Черным дым уже начал коптить небо.

— Кто вы, и куда повели моих людей?! — подошел к преследователю Зиф.

Тот валялся на земле, прижатый лошадью.

— Пошел к черту, сын…

Договорить он не успел. Зифу моментально начертил руну, которую так тщательно скрывал, приплел еще пару и набросил на разбойника. Раздался страшный, душераздирающий крик.

— На север! Их увели на север!

— Я за лошадьми, — собрался я уже побежать в сторону замка, но друг меня остановил.

— «Не верь в любовь проститутки и первому признанию преступника». Так всегда говорит мой дядя.

Он снова связал несколько рун вместе, но уже других.

Раздался новый крик.

— Умоляю, я говорю правду! Они увели их на север!

Пытки продолжились, а я стоял и смотрел на это все. На своего друга, который мигом превратился в совершенно чужого мне человека, холодного и рассудительного. Жестокого…

— Где они? — в очередной раз повторил он.

— На корабле, — глотая сопли и слезы, начал говорить пленник. — Мы из Шавахатара, мы работорговцы. Их увели на корабль.

— А вот это уже похоже на правду, — кивнул Зиф. — Извини, но у меня нет для тебя хлеба.

Он нагнулся, положил руку ему на глаза, и пленник мигом вспыхнул. В воздухе запахло жаренным мясом.

— Господин Джорденгеффер попросил передать вам это, — словно призрак, появился за нами дворецкий и протянул две доски.

— Спасибо, Ранирас, — кивнул Зиф, принимая одну.

Вторую он передал мне. Мы запрыгнули на них, крепление я делать не стал, и так уже очень даже неплохо держусь.

— А чья это доска? — спросил я уже налету.

— Мамы! — ответил истязатель.

— А она меня не убьет? — с ужасом посмотрел я на него.

— Не знаю, — честно ответил он. — Пока еще никто не брал ее доску.

Весело… блин.

Мы резко ускорились, нагнувшись вперед. Зиф летел выше, осматриваясь и ища корабль.

— Он там! Я его вижу! Сворачиваем к реке!

Мы завернули и понеслись уже над речной гладью, преследуя работорговцев. В нас полетели огненные стрелы.

— Черт, у них маги!

— Я, блин, догадался! — фыркнул я, уворачиваясь от очередного заклинания.

— Дай руку!

Прыгаю, хватая одной рукой свою доску, а второй цепляюсь за друга. Он вертит меня в воздухе и посылает прямо на судно. Десятка два человек хлынули в стороны.

Один волшебник и два чародея.

— Зиф, те двое твои!

«Чешуйки» на руках. Бросаюсь вперед, отклоняя одно заклинание за другим, и приближаюсь к высокому худому парню. Лучники также пытаются достать меня, но я добираюсь до противника. «Клинок» пробивает защиту и вонзается в глаз гада. Всего на секунду, но этого хватает. Оборачиваюсь и вижу, как огненный хлыст рассекает второго чародея. А значит, пора повеселиться.

Тот светлый — колдун.

Бросаюсь на обозначенного человека, но все, что он может сделать — спрыгнуть с корабля. Бесполезное создание.

Мы с Зифом становимся спиной к спине. Его огненная плеть достает одного противника за другим, я же прикрываю его спину, кастетами дробя кости, и не подпуская врагов близко к другу.

— Стойте! Прекратите безумие! — на палубу выбираются насколько пиратов.

Они приставили ножи к шеям селян и тащат их за собой.

— Ты пожалеешь об этом, — шипит Зиф.

— Подожди, маг. Эта была ваша деревня? Мы приносим свои извинения. Мы готовы отпустить всех селян, которых подобрали здесь. Только дайте нам уйти.

Истязатель замолчал, я заметил, как по лицу местного толстого капитана скатилась капелька пота.

— Вы отпустите всех рабов, — прошептал Зиф, смотря в глаза работорговца.

Тот задумался, но кивнул.

— Мы отпустим всех рабов, а вы позволите нам уйти. По рукам?

— Но командир! — зашептал другой пират.

— Тихо! — рыкнул тот на него. — Добро дело наживное, а против двух магов мы и часа не выстоим. Так что закрой рот!

— По рукам, — кивнул Зиф. — Если отпустите всех и не будете возвращаться в мои земли, я отпущу вас сегодня. Слово истязателя.

Пираты свернули к берегу, спустили трап и начали выпускать пленников. Счастливые люди падали в воду и выбегали на берег, помогая друг другу и спеша покинуть проклятый корабль.

— Там кто-то остался? — поймал Зиф за локоть последнего пленника.

— Нет, господин, я последний.

— Хорошо. Вы выполнили свою часть уговора, мы выполним свою.

Мы спрыгнули с судна, приземлившись на наши доски.

Корабль спешно отчалил, оставляя нас с бывшими пленниками.

— Фистисий, все живы?

— Дай вам бог здоровья, милорд! Все живы и целы. Правда, большинство здесь не из нашей деревни.

Я оглянулся. Да, действительно, здесь людей многовато будет.

— Ничего, придумаем что-нибудь. Пока к себе примем, а там разберемся.

Я посмотрел вслед уходящему кораблю.

— Жаль, что мы их не перебили.

— Жаль, но слово истязателя закон, — вздохнул Зиф.

— Четырнадцатый пункт в кодексе?

— Именно.

— Ой, а что это? — отвлек нас девичий голос.

Мы посмотрели на небо и увидели какую-то черную стрелу. Она преодолела расстояние и приземлилась на всей скорости на корабль. В тот же момент тишина взорвалась десятками истошных воплей.

— Дядя прилетел, — как-то буднично сообщил мне мой друг.

Судно начало разворачиваться и вскоре вернулось к нам.

— Прошу всех на борт! — скинул веревочную лестницу высокий черноволосый мужчина в плаще.

Мы взобрались обратно. Селяне смело проследовали за нами, а вот остальные как-то замялись, но в итоге все-таки поднялись.

Первым, что я увидел наверху, оказались тела недавних пиратов. Сейчас они лежали в самых невообразимых позах, на их лицах отразился такой ужас и боль, что я даже усомнился, а все ли заклинания истязатели испытывают сначала на себе.

— Райоржентрофф Исфариум, дядя этого непутевого юноши, — протянул мне ладонь мужчина в плаще.

— Тирмон, — ответил я на рукопожатие.

— Дядя Рай, я и не знал, что ты возвращаешься сегодня.

— Да, быстро управился и вернулся, — улыбнулся он. — Эй, вы куда тело потащили? Что значит "за борт"? Я вам дам за борт! Нечего ценными удобрениями разбрасываться!

Черт возьми, что же у них за семейка такая ненормальная.

Истязатели. Что с них возьмешь.

***

— Доброе утро, Тирмон, ты всегда так рано встаешь?

— Здравствуйте, — кивнул я, даже не попытавшись проговорить заковыристое имя дяди Зифа. — Да, привычка у меня такая. Плюс мне еще хочется поговорить с вашим отцом. Сегодня же уезжаем, а вчера утром я так и не смог с ним побеседовать.

— Да, на счет этого, — задумался истязатель. — Старик еще не проснулся, так что спешить тебе некуда. А можно почитать твои записи?

— Конечно! — я протянул ему блокнот с заметками. — Знаете, мне очень жаль, что пираты сожгли деревню. Вы столько вложили в нее.

— Это ерунда, — не отвлекаясь от чтения, отмахнулся дядя Зифа. — Все восстановимо, нельзя только погибших вернуть. Тем более, что от продажи корабля мы выручим неплохие деньги, да и награбленного у них хватало. Нам даже повезло, что они напали. Сейчас деревня пополнилась новыми людьми, а люди — это самое главное.

Я даже и не нашелся, что сказать. Вчера мы залетали в эту деревню, и если честно, у меня сердце кровью обливалось при виде сожженных домов и убитых животных.

— Это здесь лишнее, — показал он мне на какой-то абзац.

Я принялся читать и понял, что там я объясняю, что истязатели никакие не монстры, а очень даже добрые люди.

— Но почему? Ведь люди считают вас…

— И пусть считают, — вздохнул он. — Понимаешь, Тирмон, когда они думают, что мы безжалостные маньяки, нам легче работать и жить. Редко кто пытается отомстить истязателю. А что будет, когда родственники убийц и разбойников поймут, что мы обычные люди? Нам проще жить вдали от всех. Таково наше предназначение.

— Но ведь вы будете одиноки всю жизнь, — с какой-то жалостью посмотрел я на него.

— Ну, почему же? — искренне удивился он. — У меня, например, есть друзья. Они не очень любят приезжать к нам в гости, да и я не зову. Все- таки в замке разруха, и это стыдно показывать. Но они мои близкие и верные друзья. Вот и у Зифа появился друг. Ладно, скажу тебе кое-что по секрету.

Он подмигнул мне и широко улыбнулся.

— У меня даже невеста есть, только не говори об этом Зифу. Это тайна. Мы пока не разглашаем наших отношений, но, надеюсь, скоро я на ней женюсь. И ты, естественно, уже приглашен на свадьбу. Я попрошу племяша тебе сообщить, когда будет установлена конкретная дата.

— Вот это да! Я вас поздравляю!

— Спасибо, но пока рано. Хотя она уже дала согласие, но нужно еще с родителями договориться, а это ой какая морока! — закатил он глаза.

— Простите, а можно один вопрос?

— Да, конечно, — кивнул дядя моего друга.

— А кем был отец Зифа? Понимаю, что это, может быть, не мое дело, мне просто интересно.

— Бард.

— Что? Бард?

— А ты думаешь, Тириффона, мама Зифа, не женщина? Она так же, как и многие дамы, прельстилась красивыми словами и музыкой. Околдовал он ее, вот и зачали они моего племянца. Потом он уехал, так до сих пор и не знает, небось, что сынок у него есть.

— С ума сойти.

— Ага, только Зифу об этом не говори. Незачем ему о матери плохо думать.

— Хорошо, — кивнул я. — А то знаете ведь, слухи ходят что она…

— Его съела? Да, это я распускаю.

— Вы? — удивленно вытаращился я на него.

— Конечно! И то, что мы каннибалы, и жуткие монстры. Понимаешь, люди должны нас бояться. Иногда стоит зайти в камеру к преступнику, а он уже от страха обделался и всех сдал. Работы меньше. Но узкий круг друзей знает правду. Иначе мы сами поверим в собственные байки, — мужчина вздохнул и протянул мне ладонь. — Мне было приятно с тобой познакомиться, Тирмон. Здорово, что у моего непутевого племяша появился настоящий друг.

— Спасибо, — ответил я на рукопожатие этого приятного человека.

Дядя Зифа тут же поменялся в лице, став серьезным и даже опасным. Я едва не выдернул руку.

— Если предашь его, я позабочусь, чтобы ты понял, что такое настоящая боль, — в его глазах внезапно появились искорки бешенства, и я едва не затрясся, осознавая, что он не шутит. — Да шучу я, шучу! Легкой дороги вам.

Он снова превратился в веселого дядьку, вот только я уверен, в тот момент он точно не шутил.

— Тир, зайдешь к деду? Он проснулся, — спустился Зиф.

— Да, уже иду.

Я поднялся в комнату, полный противоречивых чувств. Как может в них так совмещаться жестокость и милосердие? Бешенство и доброта…

— О, Тирмон, кажется? — привстал старик, увидев меня.

— Да, это я, — улыбнулся я, обрадовавшись, что старик сейчас в здравом уме.

— Вы играете в тактику?

— Правила знаю, — кивнул я.

— Не пропустите со стариком партию перед отъездом?

— Конечно, если расскажете еще что-то интересное, — улыбнулся я.

— Расскажу, конечно, расскажу. Во мне больше нет ни магии, ни здорового тела, осталась только память, и та постепенно уходит.

Ух ты, давно я с этим старым хрычом не играл.

Ну, вот тебе шанс.

— Значит, слушай, наш предок Сивельсоффорд Исфариум сопровождал однажды императора в походе на восточные земли…

Ириан играл, а я записывал, стараясь ничего не упустить. Я даже почувствовал, как напряжен мой внутренний друг.

Да какого черта! Гребанный старик одной ногой в могиле, а я до сих пор не могу его одолеть.

— Ты все так же забываешь об арбалетчиках, Ириан. Если не будешь видеть доску целиком, так тебе и не стать великим игроком, — дедушка встал и подошел к окну. — Однажды я пытал бога…

Все, видимо, он уже ничего интересного не расскажет.

Ты даже не представляешь, как тяжело мне видеть его таким.

— …еще когда он был человеком, мы с ним очень близко дружили. Жаль, что он решил стать богом, создав человека без души.

У меня зашевелились волосы на затылке.

— Вы пытали архимага Юристара?

— Да, именно так его звали до этого. Он выдержал все мои истязания и не раскололся. Я не смог выпытать, где находится его дневник. Инквизиторы стояли тогда рядом со мной. Я не мог отказаться, я не мог не пытать его… но он справился… он выдержал все. Я никому не говорил этого, Ириан, но тебе скажу. В день казни он попросил меня зайти к нему и сказал не как истязателю, но как другу. Он сказал: «Правда, что Ласта печет лучшие в мире пироги?» Больше он ничего не говорил, он не объяснил, что это значит. А я понятия не имею, кто такая Ласта и какие пироги она печет…

— Я… спасибо вам большое! — я записал на листочке эту фразу и тут же вырвал его.

— Не повторяй его ошибок, Ириан. Никому не говори. Никому. Даже мне.

— Дедушка, ты опять про бога? — зашел Зиф. — Ну, все, Тир, прости, но нам пора ехать. Ты собрался?

— Да, я готов, — задумчиво кивнул я.

Что это значит? Кто такая Ласта?

Не знаю. Но это подсказка. Думаю, нам стоит поискать в библиотеке академии, расспросить преподавателей, уверен, мы сможем что-нибудь найти.

Да это уже шаг. Мы сможем найти дневник архимага.

— Ну, что, поехали? — вздохнул Зиф, садясь в карету.

— Счастливой дороги вам, господа, — поклонился дворецкий, и карета тронулась в путь.

— Слушай, ты как? — посмотрел я на друга.

— Ты о чем? — удивленно глянул он в ответ.

— Ну… ты вчера впервые истязал человека…

— Ах, об этом… знаешь, я, кажется, наконец-то понял кое-что, — вздохнул он. — Я не хотел быть раньше истязателем не только потому, что не хотел причинять боль. Я боялся, что не справлюсь. Что мое сердце просто не выдержит. А вчера я понял. Понял, что не имею права отказываться от своей участи. Я истязатель. Я палач. Это мое имя, моя судьба. Я должен причинять боль, чтобы другие жили нормально, и если не справлюсь я, не справится никто. Это моя дорога, и я пойду по ней, чтобы другие люди могли жить спокойно.

— Ты снова изменился, мой друг, — с искренней радостью посмотрел я на него. — Однажды ты наверняка станешь таким же выдающимся человеком, как и твой дед.

Главное, чтобы ему, как его деду, не пришлось пытать своего лучшего друга.

Очень на это надеюсь…


XIII


— Таким образом, в ходе исследований мы можем установить, что истязатели не просто жестокие, но справедливые слуги империи, кроме того, они внесли огромный вклад в ее развитие, — я закончил свою речь и поднял взгляд на преподавателей.

— Получается, что вся ваша работа заключается в беседе с одним очень пожилым человеком? — посмотрел на меня ректор.

— Ни в коем случае, — покачал я головой. — Слова уважаемого Джорденгеффера Исфариума были для меня лишь основанием. Как вы могли заметить, я разделил данные на фактические и предполагаемые. Все, чему я нашел подтверждение в научных книгах, я отнес к разряду фактических данных. И соответственно, все остальные — на предполагаемые.

— Хорошо, но получается, что вы использовали в своей работе только метод опроса, — продолжил Анимурикос. — Не считаете, что этого будет мало?

Нет, ну он, конечно, охренел! Давай-ка ему зададим. Повторяй: Кастро Гросс фан Гелберг…

— Кастро Гросс фан Гелберг, научная работа: «Следы рун древний империи», Фиорост Фэникен: «Созданные или работа сфер», магистр Ромпель: «Тьма во свете или история ириотриопов». Все эти безусловно великие работы были созданы исключительно благодаря методу опроса. Вы считаете, что их нельзя назвать научными трудами? — я посмотрел в глаза старика.

Интересно, а мы не перестарались? Кажется, он закипает.

Поздно каяться. Сам надиктовал.

— Простите господин ректор, но я, как заведующая кафедрой истории магии, очень довольна данной работой. Подобрана отличная литература, работа проведена великолепно. Я буду просить опубликовать данную работу в журнале, — вступилась за меня госпожа Филосония.

— Если вы не против, добавлю от себя, что данный юноша не попытался переделать чужую работу, а каждый день приходил в библиотеку и брал очень старые произведения. Я это к тому, что его труд сделан с большим усердием, и было бы замечательно, если бы и другие студенты готовили свои научные работы так же, — вмешался заведующий библиотекой профессор Грот.

Да уж, литературу мы перекопали, но совсем по другой причине.

Угу. Обидно. Столько книг перерыли, людей расспросили, и ничего. Ни о какой Ласте с ее пирогами нет ни единого слова.

Да уж, даже и не знаю, где теперь искать.

Да где? В других книгах. В закрытых секторах. Видимо, придется пока отложить этот вопрос до третьего курса. Наверняка в закрытом разделе химерологии найдется что-то подходящее.

— В таком случае, мне остается только принять эту работу, — ректор развел руки в стороны.

— Молодец! — услышал я шепот куратора.

Варнелия показала мне большой палец, пока никто не видит.

Мое выступление закончилось, и я отправился в коридор. Можно было бы послушать и остальных ребят, но сессия на носу. Сегодня последний день семестра, завтра уже подготовительная неделя. Семь дней у студентов не будет занятий, однако поваляться в безделье не получится. Нужно подготовиться к экзаменам.

— Ну, что, как? — подбежала ко мне Саваска, ожидающая моего выхода в коридоре.

— Сдал, — выдохнул я. — Нервничал ужасно.

— Мой герой, — она крепко обняла меня. — Я в тебе не сомневалась.

— А у тебя как прошла тренировка?

— Да как? Нормально. Блин, меня бесит эта доска. Она не под мою ногу!

— Что значит, не под ногу? — удивленно посмотрел я на свою девушку.

— То и значит. Знаешь, просто доски они ведь разные… да не знаю я, как объяснить. Вот неудобно мне на ней.

— Ну, так нечего было свою ломать, — хмыкнул я.

— То-то ты не видел ту игру! — прошипела она. — Эта курица меня едва не сделала!

— И почему ты такая азартная?

— Потому что твоя невеста должна быть лучшей, — схватила она меня за воротник, притянув к себе.

— Моя, моя, — положил я руку на талию. — Скажи мне моя, ты не передумала на счет подготовительной недели?

— Нет, пойду опять официанткой работать. Нужно подзаработать на доску.

— Слушай, ну неужели для четвертого курса нет другого прибыльного занятия? — хмуро посмотрел я на нее.

— Ревнуешь? — подмигнула она мне.

— Переживаю.

— Прости милый, но работа в трактире приносит больше денег, чем зарядка уличных ламп. Там ведь не только оклад, а еще и хорошие чаевые.

— Ладно, пока мы не в законном браке, я не могу указывать тебе, что делать.

— А когда будем в законном? — подмигнула она мне.

— Тогда совсем другое дело.

— Будешь моим маленьким тир-р-раном? — заглянула она в мои глаза, прорычав.

— Тир, ну, что там? — подбежали ребята. — Ты уже закончил с защитой?

— Да. Все прошло хорошо. У меня еще один балл.

— Это круто! — кивнул здоровяк. — Жаль, в этом семестре нет больше никаких турниров для первокурсников.

— Ну, так вы уже отхватили свои четыре балла, — хмыкнула Саваска. — Сколько вам еще нужно?

— Желательно пару сотен, — вздохнул Рам. — У меня полный швах с теорией.

— Ну, у нас впереди неделя, подтянем, — постарался я подбодрить друга. — Форст, ты же с нами?

— Не могу, парни, извините. Мама зовет, помощь нужна по дому.

— Лим?

— Меня батя попросил помочь, но как будет время, я к вам примкну, — кивнул сын купца.

— Зиф?

— Прости, Тир, мне нужно деревню восстанавливать. Если хотите, поехали ко мне в замок.

— По доброй воле к истязателям?! — поежился Рам.

— Кстати, может, там ты будешь намного лучше учиться, — подмигнул я ему. — Ирис?

— Я буду помогать Сильве. У нее тоже караул с теорией.

— Ну, так давайте вместе заниматься, — пожал я плечами. — Сильва, ты не против?

— Мы ко мне поедем, — пояснила Леди Мороз. — Меня тоже домой вызывают.

— Значит, будем вдвоем, — хлопнул я по плечу здоровяка.

— Спасибо, Тир, — вздохнул он. — Сам я точно не справлюсь.

— А сейчас давайте прогуляемся немного, — предложил Лим. — Погода здоровская!

Мы вышли на улицу и все вместе вдохнули морозный зимний воздух.

— Хорошо, — выдохнул Рам.

— Ага, — сын купца сделал снежок и направился к Ирис.

— Нет! Только не мылить! — скрыла она лицо в пуховике.

— Это еще почему? — хмыкнула Сильва, поднимая в воздух пару десятков снежков.

— Магией нельзя пользоваться! — заявил Лим, но его никто не слушал.

Всего за секунду наш друг превратился в снеговика.

— Ну, ладно, сама напросилась! — он окружил себя огненным щитом, растапливая снег.

— Кхэ, кхэ! Саваска! — я посмотрел на весело смеющуюся девушку и вытряхнул из-под воротника снег. — Ах ты, маленькая стерва. Ну, держись.

А дальше началась анархия. Кто с кем, кто против кого, не имело никакого значения. Мы обкидывались снежками, мылили друг друга, окунали в сугробы. После все решили объединиться и замочить Форста. Воздушник был против, но его никто не спрашивал. Поймать этого верткого парня оказалось совсем непросто. Он менял траектории снежков и удирал, пытаясь скрыться от разъяренной толпы.

— Сильва, это не честно! — завопил он, когда Леди Мороз приморозила его ноги к земле.

— Бу-га-га! — Рам врезался в старосту, схватив его в медвежьи объятия.

— Это не честно! Я буду жаловаться! Зиф, ты же вершитель справедливости!

— Кто? Я? — посмотрел по сторонам, будто ищет, к кому обратились, мой друг. — В академии нет истязателей. Есть просто студенты. Так что извини, Форст.

Он так же примкнул к нам в веселой процедуре намыливания старосты.

А позже мы уже все уносили ноги от разъяренного воздушника. Наигравшись вдоволь, мы попрощались и разошлись по своим комнатам. Всем нужно готовиться к дороге, кто-то уезжает уже вечером, как, например, Зиф. Мама уже приехала за ним, и, собрав вещи, он тут же сбежал, оставив меня в полном одиночестве. Тоскливо немного. Может, к Лиму с Форстом сходить? Или к Раму с Вирантом? Хотя… Что-то я устал сегодня. А впереди еще неделя торчания в библиотеке. Нужно и здоровяка подтянуть, и самому еще несколько книг полистать по поводу этих гребанных пирогов. Я переоделся в пижамку, напялил на голову колпак с помпоном и завалился в постель.

Плевать на все. Сегодня я сдал первую в жизни научную работу. Я имею право на отдых.

— Тир, ты дома? — раздался голос Ирис из коридора.

Я встал и подошел к двери.

— Что-то случилось? — посмотрел на девушку, зевая.

— Нужна твоя помощь. Срочно.

— Ладно, сейчас выйду.

Я напялил на себя куртку и обулся.

— Веди, что там случилось?

— Да блин, решили мы с Сильвой позаниматься…

— Ну, и?

— Что «и»? Тупая она просто, как пробка!

Я удивленно глянул на подругу, раньше она никогда не позволяла себе оскорбления в сторону товарищей.

— Прости, но я уже не могу! Она элементарных слов не понимает! Это просто катастрофа!

— Эм… а я чем помогу?

— Ну, блин, ты самый умный в группе. Если и ты не справишься, то я ее просто прибью. Нет, блин, объясняешь ей, объясняешь. Поняла? Да. Расскажи. А рассказывает такой бред, что просто а-а-а-а-а! Я по новой объяснять. Поняла? Да. Расскажи. И опять какая-то чушь! Я не могу так! Меня это прямо вот выводит из себя. Элементарные ведь вещи рассказываю!

— Так, я не поняла, а куда это вы собрались? — остановила нас вахтерша.

— Баб Русь, нам к экзаменам готовиться надо. Пустите, пожалуйста.

— Не пущу! Общага закрывается скоро.

— Ну, баб Русь, ну, пожалуйста! Очень надо! — взмолилась Ирис. — Мы его у себя на ночь оставим.

— В женском общежитии? Парня?!

Я думал, у нее глаза на лоб полезут.

— Извините, нам правда очень надо, — вздохнул я, доставая из кармана куртки серебрушку. — Это вам на шоколадку, не сочтите за подкуп, это исключительно чистосердечная благодарность за вашу работу. Мы же знаем, как вам здесь тяжело с нами, оболтусами.

— Ох, и умеешь же ты зубы заговаривать, Тирмон, — ехидно посмотрела она на меня, но монетку взяла. — Чтобы до утра не высовывался и никому не мешал.

— Хорошо, обещаю, — кивнул я.

— Алкоголя нет? — выглянула она из окна.

— Нет-нет, что вы! — замахали мы одновременно руками. — Мы, правда, заниматься собираемся.

— Ну, ладно, занимайтесь, — проворчала она, прячась обратно в свою кабинку.

— Вот же старая карга, — фыркнула Ирис.

— Ну, ты, блин, даешь, — покачал я головой. — Ты чего такая злая-то?

— Да блин, прости. Совсем нервы сдают.

— Мы зашли в комнату, в которой сидела абсолютно спокойная Сильва.

— Привет еще раз! — махнул я ей рукой, снимая куртку.

— Привет. Ты как-то поздно, — посмотрела она на часы.

— Да, это я попросила его помочь, — призналась Ирис.

— А… ну, хорошо. Давайте заниматься вместе, — улыбнулась Леди Мороз. — Классная пижамка.

— А? Да, прости, Ирис меня выдернула, переодеться не успел. Ладно, давай смотреть, что там у вас.

— Алфавит сейчас изучаем, — вздохнула защитница.

— На чем остановились?

— На самом начале. Руна аар.

— Подожди, так мы же ее уже изучили, — удивленно посмотрела на нее Леди Мороз. — Аар — это темрическое изучение света.

— Да блин! — хлопнула себя по лбу Ирис. — Термическое излучение, понимаешь? Термическое. Излучение!

— Понимаю, — спокойно кивнула Сильва.

— Так, стоп, — покачал я головой. — Скажи, ты знаешь, что означает слово «термический»?

— Что-то связанное с термитами? — с подозрением посмотрела на меня девушка.

— Нет, — покачал я головой. — Термический значит температурный. Вот смотри, руна аар, самая первая руна. Почему? Потому что она обозначает солнце. Солнце есть основа всего, и эта руна символизирует именно его. Помнишь, как она обозначается?

— Кружочек со стрелочками?

— Верно, то есть солнышко. А что дает нам солнце?

— Тепло и свет.

— Верно. Поэтому руной аар можно управлять теплом. Смотрим дальше, что общего между теплом и холодом?

— Ну… они полностью противоположны, — пожала плечами девушка.

— Нет. Совсем наоборот, они есть одно и то же. Когда температура сильно опускается, тепло превращается в холод. Понимаешь? Вот, например, мне холодно при одной температуре, а тебе совсем при другой, так?

— Так.

— А почему так?

— Потому что я дочь ледяного великана?

— Да, и это делает тебя более холодостойкой, то есть одна и та же температура для меня будет ужасно холодной, а для тебя теплой. Понимаешь?

— Ну… да. То есть тепло и холод это одно и то же, просто для разных организмов разное?

— Верно! И за ее регуляцию отвечает руна аар. Она регулирует тепло и светится, то есть из нее исходят лучи, она излучает свет. Понимаешь?

— Да. Руна аар отвечает за тепло и свет, как солнце.

— Правильно, — кивнул я, улыбнувшись.

— Как?! — удивленно посмотрела меня Ирис. — Я же то же самое ей говорила!

— Ты говорила ей на своем уровне знаний, — вздохнул я. — Пойми, если бы у нее был твой уровень, то ей бы не понадобилась помощь. Для того, чтобы кому-то что-то объяснять, нужно общаться с ним на его языке. Понимаешь?

— Кажется, да.

— Садись, будем вместе учить.

Мы принялись за подтягивание нашей подруги, стараясь рассказать и объяснить как можно больше. Время тянулось, и я даже не заметил, как наступила ночь. Сильва оказалась очень выносливой девочкой и до последнего усваивала информацию, но вскоре все-таки начала зевать.

— Ладно, вы ложитесь, а я пошел, — поднялся я с пола, с хрустом распрямив колени.

— Куда ты? — попыталась меня остановить Ирис. — Тебе нельзя обратно.

— Я и не пойду, — покачал я головой.

— Так оставайся у нас.

— Не, мне еще жить охота, — хмыкнул я. — Доброй ночи.

Я вышел из комнаты и пошел к лестнице. Вот же Ирис, блин.

Ты чего такой умный вид делаешь? Забыл, как сам тупил, когда я тебя учил?

Помню, поэтому и понимаю Сильву. Ничто не дается сразу. Мне ли этого не знать. Такого бесталанного студента, как я, еще поискать надо.

Ну, не стоит так к себе относиться. Один талант у тебя все же есть.

Какой? Упрямство?

Можно и так сказать, но скорее упорство. Ты всегда стараешься, как тяжело бы ни было.

— Милый? Ты чего тут делаешь? — открыла дверь сонная Саваска.

Я посмотрел на любимую девушку и чуть не облизнулся. Тонкая пижама, состоящая из шортиков и топика, выглядела крайне соблазнительно.

— Да Сильве с материалом помогал, — вздохнул я. — Вот, ночевать к тебе пришел.

— Блин, ну, ты даешь, — вздохнула она. — Проходи уж, горе мое.

— Нет, ну, если я буду помехой, пойду обратно к девочкам спать, они звали.

Сонливость с моей девушки словно рукой сняло.

— Заходи, — она схватила меня за воротник и затащила в комнату. — Только тише, Рэйла спит.

— Хорошо.

Мы легли в постель вместе. Я приобнял свою невесту, вдыхая запах ее волос, и так спокойно стало на душе. Даже не заметил, как провалился в сон.

Утром я встал, как всегда, с рассветом, полюбовался на спящую Саваску, чмокнул ее в щеку и вышел из комнаты. Добравшись до дома, переоделся и побежал на стадион. Холодный воздух хорошо разгоняет кровь и приводит голову в порядок.

Проведя ряд мероприятий, я заглянул в комнату к Раму. Если здоровяк хочет учиться, то пусть привыкает просыпаться рано.

— Тир? Ты чего тут? — открыл двери Вирант.

— Прости, мне нужно этого толстяка поднять. Учить его буду.

— А-а-а-а. Хорошее дело, — зевнул иллюзионист. — Эй, толстый, подъем! Жрать принесли.

— Ты, как всегда, врешь, — пробурчал Рам, переворачиваясь на бок.

— Вставай, к тебе Тир пришел. Учить тебя будет.

— Тир? — Рамус поднял голову, посмотрел на меня и положил ее обратно. — Еще пару часиков.

— Нет, кабанчик, нет у нас пары часиков! Подъем! — я подошел к кровати друга.

— Ну, нет! Я еще поспать хочу. Подготовительные же…

— Вот именно! Пошли готовиться!

— Сейчас, я пять минуточек, — его голос становился все тише, поэтому я решился на более кардинальные методы.

Я прыгнул и свалился прямо на него.

— Ну, блин, ты чего?!

— Подъем! Труба зовет! И книжки тоже!

— Ладно, ладно! Встаю! — поднялся наш медведь. — Но с тебя завтрак. В трактире!

— Договорились, — хмыкнул я.

Если честно, я и сам собирался заглянуть к Саваске, пока я занимался, она уже наверняка встала и добралась до рабочего места.

Здоровяк с горем пополам умылся, оделся, и мы пошли в студенческий трактир.

— Ты знаешь, что для хорошей работы мозга нужно есть больше мяса? — заявил он мне.

— А ты знаешь, что это ерунда? Нужно есть орехи да гречку. И да, наедаться нельзя, так голова хуже работает. И вообще, какого черта? Кто кому помогает?

— Ты обещал, что завтрак с тебя!

— Ладно, ладно! Завтрак оплачиваю я. Но на большее и не рассчитывай!

— Привет, милый, — подошла к нам Саваска с небольшим подносом. — Рам, тебе как обычно, мяса?

— Гречки ему, — оскалился я, но увидев жалобную рожицу друга, немного сжалился. — С подливкой.

— Хорошо. А тебе?

— Есть что жидкое? Желудок с утра не любит тяжелую пищу.

— Да, суп куриный будешь?

— Буду, — кивнул я.

Мы дождались наших блюд и принялись уплетать за обе щеки.

— Наелся, мой хороший? — прошептала мне на ухо Саваска, когда я принялся облизывать ложку.

— Ага.

— Тогда отойди со мной на минутку.

— Рам, я сейчас.

Я поднялся из-за стола и пошел следом за своей девушкой. Черт, ей униформа эта ужасно идет, пышная юбка, тонкая талия. Еле сдержался, чтобы не шлепнуть.

— Слушай, а тебя тут никто не шлепает по филейной части?

— Ревнуешь? — ехидно обернулась она ко мне. — А ты шлепни разок.

— Ну, я не…

— Шлепни, шлепни, не стесняйся. Я позволяю Ириану это почувствовать.

Я подошел ближе и положил руку на ее филейную часть, точнее, я думал, что там ее пятая точка.

— Ай, больно! — я с удивлением посмотрел на капельку крови на пальце.

— А ты как думал? — хмыкнула она. — Твою попку защищает специальное заклинание. Не переживай, я никогда не давала возможности кому попало прикасаться ко мне.

— Ну… ты меня успокоила. А что за разговор-то?

— Есть две новости, обе важные. С которой начать?

— Хорошая есть?

— Есть.

— Тогда с плохой.

— В этом году ввели еще один экзамен, — вздохнула Сильва. — Суть в том, что нужно уничтожать цели на дистанции.

— Шутишь! — я взялся за голову. — У меня же ни одного дальнобойного заклинания!

— Потому новость и плохая, — вновь вздохнула моя девушка. — Мне проректор Конрад на ушко шепнул. Просто странно это как-то. Ведь все могут использовать ту же огненную стрелу.

— Все, кроме меня, — покачал я головой. — Как будто экзамен направлен на то, чтобы меня вытурить. Черт! А я ведь все так хорошо рассчитал.

— Что будешь делать?

Что будем делать, Ириан?

Ни одного дальнобойного заклинания под тебя я не знаю. Максимум один раз плюнуть чем-нибудь, но думаю, ректор предвидел это, и стрелять нужно будет не единожды.

Плохо. Очень плохо…

Не дрейфь. Придумаем новое заклинание.

Новое заклинание?

Ага! Если что, сможешь его на втором курсе по курсовой сдать. Я уже думал об этом, и кое-какие наброски у меня есть.

Блин, что бы я без тебя делал?!

— Милый? — настороженно посмотрела на меня Саваска.

— Мы тут посовещались с Ирианом и решили, что будем создавать новое заклинание.

— Вот как? Очень интересно будет потом на это глянуть, — улыбнулась Саваска. — Я не сомневалась в вас. Теперь насчет второй. Я нашла информацию по Ласте.

— Не может быть! — я схватил ее за плечи и посмотрел прямо в глаза.

— Неа. Информации, конечно, не много, но… короче говоря, в детских сказках ледяных великанов Ласта — повелительница подземного мира.

— Ледяных великанов? — у меня участилось сердцебиение. — Сильва! Они же с Ирис сегодня уезжают!

— С ними поедешь? — посмотрела на меня Саваска.

— Да, если получится! Спасибо, солнце! — я отпустил девушку и бросился к выходу. — Рам, побежали!

— Что, куда?

— Побежали, говорю!

Здоровяк поднялся и бросился следом за мной.

К женскому общежитию мы подоспели как раз вовремя. Девочки, собрав вещи, уже вышли из него.

— Стойте. Подождите!

Наши одногруппницы переглянулись.

— Если вы пришли помочь с вещами, то мы все уже загрузили, — хмыкнула Ирис.

— Нет, не за этим. Сильва, ты что-то знаешь о Ласте? — посмотрел я на девушку.

— Ну… она богиня подземного мира, — пожала она плечами. — Но я не так сильна в мифологии, это надо у папы спрашивать.

— А может, слышала что-нибудь про ее пироги?

— Пироги? — удивилась девушка. — Нет, точно ничего.

— Блин, — опустил я голову. — Мне очень нужно поговорить с твоим отцом. Понимаю, что это наглость, но может, ты и нас с Рамом пригласишь к себе в гости?

— Я бы с радостью, вот только боюсь, родители не одобрят. У нас большая семья, и вас просто некуда будет поселить, — развела она руками.

— А давайте поменяемся, — предложила Ири. — Я останусь и помогу Раму, а Тир поедет с тобой?

— Можно и так, — кивнула Леди Мороз. — Правда, родители могут не понять, но если что, сделаешь вид, что ты мой парень.

Я завис с открытым ртом.

— Ну, понарошку. Иначе это будет очень странно выглядеть, что я привезла домой молодого человека.

— Саваска меня убьет, — хлопнул я ладонью по лицу. — Рам, ты не против?

— Ну, я надеюсь, Ирис меня не будет будить по утрам и кормить гречкой? — посмотрел он вопросительно на девушку.

— Нет, — улыбнулась она.

— Тогда я обеими руками за, — широко улыбнулся наш друг.

— Предатель, — сузил я глаза, смотря на него.

— Нет, я бы, конечно, был рад позаниматься с тобой, но раз такое дело, — начал оправдываться Рамус.

— Да понятно все. Помоги Ирис с вещами, а я захвачу свои и сейчас спущусь.

Как только карета тронулась в путь, Сильва уткнулась в какую-то книжку. Прочитав на обложке «История магии I курс», я решил не отвлекать ее, а заняться пока своими проблемами.

Ну, что, рассказывай. Что у тебя там за наброски?

Все не так просто. Любые заклинания стреляющего или взрывающегося типа мы сразу убираем в сторону, они нам не подходят, так как это безвозвратный выброс маны, а у нас ее с гулькин нос.

Но что тогда остается? Хлыст, как у Зифа?

В нашем случае такой хлыст может получиться только с волос толщиной. Да, он будет крепким, но вот атаковать им не выйдет.

И что ты предлагаешь?

Бумеранг.

Но ведь у меня на него не хватит маны. Даже на самый слабый.

Думаю, мы можем что-нибудь придумать. Но в данный момент я не вижу ничего, что подошло бы больше. Давай пока прикинем, какие руны и как должны стоять. Рисуй. Первый ряд: фито, рашти, крис, ростуф…

Я принялся изображать руны, стараясь не вливать в них ману. Мы с Ирианом просматривали и продумывали, как их расставлять.

— Так нельзя.

— Что? — я удивленно посмотрел на Сильву.

Оказывается, она наблюдала за моими действиями, активировав магическое зрение.

— Нельзя руну ростуф ставить в связке с олос. Будет взрыв.

Взрыв?

Точно! Я как-то об этом не подумал…

Взрыв, твою мать? Ириан, ты меня угробить решил?!

Да там не то чтобы взрыв, маленький бумчик. Ну, подумаешь, ерунда, выживешь.

Короче, ману вливать буду только на арене. Не хочу остаться калекой. Или вообще умереть.

Ладно, ладно, сейчас давай схему пока продумаем.

— Что это за заклинание? Ты пытаешься создать или вспомнить? — заинтересовалась Леди Мороз.

— Создать. Понимаешь, у меня нет ничего дальнобойного.

— С твоим резервом? — она покачала головой. — Бессмысленно.

— С моим резервом было бессмысленно даже пытаться в академию попасть, ты так не считаешь?

— Считаю, — кивнула она. — Я не очень понимаю, зачем ты мучаешься. Ты ведь и первой сессии не переживешь.

— Кто бы говорил.

— Нет, я не пытаюсь унизить или оскорбить. Просто я считаю, что нужно брать ношу по себе.

— Если человек не будет стремиться к звездам, он никогда не сможет вырасти, — покачал я головой. — На мой взгляд, лучше умереть, двигаясь вперед, чем бессмысленно прожить свою жизнь.

— Ну, и умрешь в бессмысленных попытках, — она отвернулась к окну, обозначив конец разговора.

Если честно, внутри меня все кипело. Так хотелось высказаться, но я сдержался. Зачем кому-то что-то доказывать? Все, что я делаю, это не для других. Для меня. Ну, еще для Ириана.

Я польщен.

Ой, да иди ты. Давай лучше продолжим.

Да, твоя подруга права. Нужно менять руны.

Мы принялись переделывать схему и продумывать ее дальше. Я периодически смотрел на Леди Мороз, она продолжила читать историю, делая вид, что не обращает на меня внимания, вот только магическое зрение оставила. Чудачка.

Чем дольше мы ехали, тем холоднее становилось. Снег застилал всю округу, даря ощущение, что мы просто стоим на месте. Когда у меня начала гудеть голова от количества рун и их связей, я решил прерваться и принялся за обучение Сильвы. Так незаметно мы прозанимались до самого вечера. Остановились мы в небольшом трактире, а утром снова двинулись в дорогу. Карета, оснащенная полозьями, привезла нас к дому девушки только вечером.

— Сильва! — стоило нам остановиться, как наш транспорт окружила настоящая толпа белоснежных мальчишек.

Боже, сколько их тут?! И все белые, как сам снег.

— Дочка! — на улицу вышла темноволосая женщина, укутанная в пуховик.

Она тут же тепло обняла Сильву, а позже все увидели меня, и наступила тишина.

— Это Тирмон. Мой молодой человек, — представила меня девушка.

— Здравствуйте, — сделал я легкий полупоклон.

— Ой, здравствуйте, — пришла в себя мама Сильвы. — Извините, просто моя дочурка писала, что приедет с подругой. Вот я и удивилась. Проходите, проходите в дом, здесь холодно.

Я не стал противиться и ввалился в едва теплое помещение, отряхивая снег.

— Дочка, кого ты нам привезла?

Только тут я увидел ее отца. Сердце упало в пятки. В их доме потолки явно выше, чем в нормальных жилищах, но даже при этом великан едва не касался балок головой. Около двух с половиной метров роста, огромный мускулистый торс, белые волосы и борода. Видимо, бате Сильвии было жарко, поэтому ходил он в одних шортах.

— Пап, ну, я же просила одеться. А если бы я приехала с подругой?

— Я не стеснительный, — пожал он плечами. — Так ты представишь нам гостя?

— Это Тирмон. Мой молодой человек.

Батя Сильвы посмотрел нам меня ТАК, что я мигом рассчитал расстояние до академии, скорость, холод и вероятность выжить. Шансы не велики, но, кажется, оставаясь здесь, я точно умру.

— Это мой папа Лаувган, — представила девушка мне великана.

Я протянул ладонь.

— Здравствуйте.

— Ну, здравствуй, Тирмон.

— Маму зовут Фальза, а братьев ты все равно не запомнишь, так что и представлять не буду, — она махнула рукой и пошла в сторону какой-то двери.

Мне под взглядом ее отца хотелось крикнуть «не бросай меня одного», но я сдержался.

— Вот же! Я ведь совсем не думала, что ты с молодым человеком приедешь, — вздохнула женщина. — Куда же я его положу?

— Да пусть со мной спит, — пожав плечами, выдала моя одногруппница.

Я почувствовал, как резко повеяло холодом. Причем в прямом смысле.

— Сильва, не стоит так шутить! Ты же знаешь, что папа не понимает таких шуток, — попыталась разрядить ситуацию Фальза. — Гарум, ты спишь сегодня с Шардом.

— Ну, мам! Он портит воздух, — тут же заныл один из мальчишек.

— Не правда! Это ты сделал!

Позади началась потасовка, а я продолжил ощущать на себе пристальный взгляд ледяного великана, сам при этом, не осмеливаясь поднять глаз. Однако появившейся ледяной корки на полу мне хватило за глаза, чтобы понять, в какой заднице я оказался.

— Ну, все, все. Пройдемте к столу! — согнала всех мама Сильвы. — Лав, переставай морозить комнату! Я и так окоченела, давай за стол.

С горем пополам мы все расселись за огромным деревянным столом. Меня посадили слева от главы семейства, а Леди Мороз, согнав своего брата, присела рядом со мной.

— Тирмон, вы, наверное, учитесь вместе с Сильвой? — начала Фальза непринужденный разговор, когда все расселись за стол.

— Да, — кивнул я. — Мы в одной группе. Сейчас у нас подготовительная неделя, и я хочу помочь вашей дочери с экзаменами.

— Вот оно что! А ты, наверное, умный мальчик.

— Он самый умный на курсе, — ответила за меня Леди Мороз. — На дне первокурсника он отвечал на викторине, вы бы это видели. Он говорил ответ, ни разу не дослушав до конца вопрос!

— Нетерпеливый, значит, — хмуро проговорил Лаувган — Плохая черта.

— Нет, нет, ты не прав, — покачала головой девушка. — Мы вот позавчера всю ночь провели вместе. Он очень терпеливый и выносливый. Даже когда я свалилась без сил, он все еще был полон сил.

Я услышал, как что-то хрустнуло. А… это говяжья бедренная кость в руках великана. Мне писец. Господи, Сильва! Да за что же ты меня так ненавидишь?!

— Я учил ее рунной магии, — попытался я спасти ситуацию. — Значению рун и их истории.

— Ну, это многое объясняет, — улыбнулась Фальза. — Я рада, что наша дочка в надежных руках. Все-таки не каждый молодой человек осмелится познакомиться с родителями девушки. А вы пошли на это, чтобы помочь Сильве.

— Да, он сам попросился поехать, — кивнула девушка. — Хотел с папой поговорить.

— Предложение, что ли, сделать хочет? — раздался шепот справа.

— Мальчики, тише, — строго посмотрела на них мать. — Ну, время поговорить у вас еще будет.

— Поговорим, — пробасил великан. — Обязательно поговорим.

Мне кажется, у меня язык отсох. Желание разговаривать пропало в принципе.

— Все поели? — осмотрела братьев Сильва. — Гарум, тащи мешок.

— Ура-а-а-а! — тут же завопила детвора и всей толпой бросилась к мешку.

— Итак, это папе, — вытащила она какой-то трос. — Зачарованный.

— Ну-ка, — великан растянул подарок и попытался порвать, но ничего не вышло. — Добротный.

— Это тебе, мама, — она протянула платок матери, который та тут же примерила.

— А мне? А мне что? — загомонили дети.

— А вам ничего. Дальше мои вещи, — затянула горлышко мешка Леди Мороз.

— Ну Сильва! Давай уже! Мы знаем, что ты что-то привезла!

— Ладно, принимайте.

Моя одногруппница начала вытаскивать один подарок за другим. В основном это были различные зачарованные игрушки. Мальчики просто пищали от восторга, а вот сама девушка оставалась холодной и спокойной. Складывалось ощущение, что ей безразличны их эмоции.

Это не так.

С чего ты взял?

Ее глаза улыбаются. Она хочет показать, что ей нет ни до кого дела, но на самом деле ей безумно приятно. Дети это чувствуют.

Все-таки странная она.

И это говоришь ты? Ущипните меня.

— Ну, все, все! Потом наиграетесь. А сейчас спать! Поздно уже, — поднялась Фальза и тут же начала собирать посуду.

— Мам, оставь, я сама, — Сильва забрала ношу матери и начала приводить все в порядок.

— Пойдем, Тирмон, я покажу твою постель.

Я пожелал всем доброй ночи и отправился следом за ней. Отдельной комнаты мне никто не предоставлял, но я был рад и отдельной постели. Как я понял, в этом доме это роскошь.

Если честно, выходить в зал совершенно не хотелось, и хоть сон еще не пришел ко мне, я решил остаться в постели и продолжить работу над новым заклинанием. Вскоре прибежали мальчишки и легли по своим кроватям. Кто-то вдвоем, кто-то по одному. В доме наступила тишина. Но как бы мне ни хотелось, заснуть я не смог до самого утра, а с рассветом, пока дети еще спали, в комнату зашел ледяной великан.

— Пойдем, — посмотрел он на меня. — Время поговорить.

***

— Ты чего так рано встала? — зевающая мать семейства подошла к своей дочери, которая уже вовсю месила тесто.

— Ну, так завтрак же готовить надо. Эти охломоны наверняка потребуют сладкие лепешки, — вздохнула Сильва.

Несмотря на тон и выражение лица девушки ее мама понимала, что дочка просто хочет порадовать братьев.

— Давай помогу, — подошла она к столу.

— Да нет, ты отдыхай. Я всего на недельку приехала, — покачала головой Сильва. — Тирмон еще не встал?

— Ну, как же. Они с твоим отцом ушли еще до того, как солнце встало.

— Куда? — удивилась девушка.

— Ну, ты же знаешь этих ледяных великанов. Пока не проверит силу парнишки, как твоего избранника не примет.

— Подожди, он что, повел его на испытание? — ошеломленно посмотрела Сильва на мать.

— Ну, да.

— Не может быть! — Леди Мороз бросилась к двери, но мама поймала ее за руку.

— Не переживай так. Я поговорила с отцом. Он не будет проводить полное испытание. Он понимает, что Тирмон всего лишь человек. Так что будет с ним и проследит, чтобы парень выжил.

— Но это все равно опасно! Они ведь могут оба умереть!

— Не умрут. Твой отец всегда был очень сильным. Даже среди ледяных великанов. Да и твой мальчик мне показался сильным человеком. Есть у них что-то общее…


XIV


— А куда мы идем? — как бы между прочим спросил я.

— Козла резать, — абсолютно безэмоционально ответил великан.

Не советую тебе спрашивать, что будет, если он сбежит, иначе тебя, скорее всего, свяжут.

Очень смешно.

А ты что, видишь в округе других козлов?

Ну, может, он меня на охоту позвал. Сейчас будем какого-нибудь козла искать, ну и там шашлычки, все такое.

Ты же знаешь, что ледяные великаны язычники?

И что?

Не знаю, как у них, но у многих язычников жертвоприношение является оптимальным способом угодить богам. И частенько в роли жертвы выступает человек…

Слушай, а чего ты такой спокойный? Нас же обоих прирежут.

Ну, я свое уже прожил. А тебе земля пухом…

— Простите, — обратился я к отцу Сильвы. — А вы что-нибудь знаете о пирогах Ласты?

— Все разговоры потом. Мы уже пришли, — заявил Лаувган.

Куда пришли-то? Всю дорогу я видел только снег и ничего кроме снега. Вот и сейчас вокруг лишь белое покрывало и, собственно, все. Ну, еще снег сыплется с неба. Но это же не в счет?

— Гальвания, молю тебя как сын. В мой род решил вступить мужчина, и он просит руки моей дочери…

Стоп, стоп, стоп! Я ни хрена такого не просил! Я просто хотел узнать о пирогах!

— …дабы соблюсти обычай, молю тебя, преподнеси мне козла.

— Ме-е-е.

Я резко развернулся на блеяние и остолбенел. Буквально в паре метров белый козел.

— Это добрый знак, — провел рукой по бороде великан.

Он начертил руну подчинения, и животинка направилась к нам.

Вот интересно, а если бы он не появился?

Да ладно тебе! Наверняка где-то его помощник, пригнавший козла. В такую метель ведь ни черта не видно.

— Тирмон, сын человека. Подойди.

Я подошел, дрожа от холода, и получил в руки ледяной клинок.

— Ты должен окропить снег кровью козла.

Эм… я что, должен убить животину? Нет, ну, вроде как ничего сложного в этом нет, но…

Слушай, это ведь какой-то ритуал. Давай просто провалим его.

В смысле? Как?

Да не убивай животное, вот и все. Скажи, вера не позволяет.

Да ну. Нет такой веры.

А ты придумай.

Нет, не проканает. Подожди.

— А зачем убивать этого козла? — посмотрел я на великана. — Что будет с ним дальше?

— Ничего, — пожал он плечами. — Останется здесь на съедение падальщикам.

— В таком случае, я не могу этого сделать, — я постарался вернуть клинок его хозяину, но моя кожа прилипла ко льду и никак не хотела отрываться.

— Почему? — строго посмотрел на меня великан.

— Ну… я не переношу бессмысленных жертв. Животных нужно убивать ради того, чтобы съесть, а просто так, ради потехи… нет. Не могу я так поступить. Извините.

— Добро, — внезапно смягчился великан. — Ибо любая жизнь ценна, а смерть придет и без того. Ты прошел первое испытание. Испытание жизни. А теперь убей козла. И не переживай, умирает он не ради потехи, а дабы дать жизнь другим. Я отнесу его домой, и мои родные будут жить. Ибо смерть порождает жизнь.

Твою мать… может, отказаться?

Нельзя. Ты вроде как сказал уже, что не убьешь только потому, что ты весь такой благородный и просто так никого не убиваешь. А теперь получится, что ты его семье желаешь смерти.

Вот же… ладно.

— Прости, не ради прихоти убиваю, — я поднял руку с ножом и перерезал горло животному.

Горячая кровь растопила клинок, высвобождая закоченевшую ладонь. Животное побрыкалось немного, но вскоре стихло.

— Легкая рука. Добрый знак, — кивнул Лаувган.

Он взял козла и забросил в мешок. Вьюга остановилась в тот же момент. Снег просто опал, и выглянуло солнце.

— Ты спрашивал насчет пирогов Ласты, — посмотрел он на меня.

— Да, вы что-нибудь слышали о них?

— Нет, — покачал он головой. — Ласта — богиня подземного мира, я никогда не слышал, чтобы она пекла пироги. Однако видишь вон ту гору?

— Да.

Гора не сказать, что очень высокая, да и находится не очень далеко.

— Она называется Адская печь.

Если эта загадочная богиня и печет пироги, то, должно быть, именно там.

— Скажите, а вы не знаете, там есть вход?

— Есть, — кивнул он. — Только учти, не везде, где есть вход, есть и выход. Адская печь — это сложное испытание. Ты уверен, что хочешь его пройти?

— Мне просто нужно попасть внутрь, — почесал я затылок. — Очень нужно.

— Хорошо. Раз уж ты сам это решил, то следуй за мной.

Что-то мне как-то не по себе.

А ты думал, архимаг спрячет свое самое дорогое сокровище в городской библиотеке?

Ну, мало ли. Было бы неплохо.

Не было бы. В этом случае его бы уже нашли. Боюсь, нам придется попотеть, чтобы достать дневник.

Да уж, но делать нечего. Пойдем потеть.

Мы пошли в сторону горы. Должен сказать, что она оказалась не так близко, как мне почудилось изначально, да и не такой маленькой, и… вообще не горой.

— Это что, пар?

— Да, — кивнул Лаувган. — Адская печь — действующий вулкан.

— Это… осложняет дело…

— Передумал?

Он посмотрел так странно, словно ожидал, что я сейчас развернусь и уйду. Возможно, будь мое путешествие праздным любопытством, так бы и произошло, вот только мне нужен дневник. От него слишком многое зависит, а когда я еще смогу попасть сюда, неизвестно.

— Нет, я хочу туда войти.

— Хорошо, — кивнул он. — Уже много лет никто не выходил из адской печи.

— Быть может, вы знаете, здесь не бывал архимаг Юристар?

— Не слыхал про такого. Человек?

— Да.

— Кто его знает, Тирмон. Многие входили в адскую печь, да не многие вышли из нее. Один человек в ней точно был, но кем был тот человек, я не знаю. Мне об этом мой отец рассказывал. Мы пришли. Здесь вход в Адскую печь.

Мы остановились возле арки входа. Вокруг нее были нарисованы какие-то иероглифы, мне не понятные.

— Спасибо за помощь, — я сделал шаг внутрь.

— Оставь одежду здесь. Сюда нельзя входить полностью одетым. Ты можешь оставить лишь нижнее белье.

Я хотел было возразить, но только сейчас понял, что мне уже далеко не холодно. Я начинаю потеть. Да, лучше тогда ее действительно оставить здесь.

Я разделся буквально до трусов и зашел внутрь. Ничего, что мне помогло бы внутри действующего вулкана, у меня все равно с собой не было, так что плевать.

Правда не хватает света, но тратить ману на светляк в такой ситуации было бы крайне глупо. Поэтому я просто пошел вперед.

Не переживай, я все вижу.

Рассчитываю на тебя. Ай! Е… Ириан!

Что, тебе и маленькие камушки обозначать надо?

Конечно! Больно же.

Ладно, ладно, неженка, сейчас поворот направо.

— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а!

Это что было?

От неожиданного крика, раздавшегося практически со всех сторон, мое сердце провалилось в пятки.

Не знаю, может, звуки самого вулкана?

— Р-р-р-ра-а-а-а-а!

Не самое приятное местечко, однако…

Угу.

Впереди лестница.

Я начал осторожно подниматься по ступенькам, стараясь нащупать ногой каждую. Пол со временем становился все теплее, боюсь, скоро начнет обжигать. Ладно, пути назад все равно нет. Мы должны пройти до конца.

***

— Так, дети, я принес жертвенного козла! С парней разделка, а с вас, мои девочки, готовка.

— Папа! — из дома выбежала Сильва с горящими глазами. — Где Тир?

— О! Должен заметить, ты выбрала достойного мужчину. Он прошел испытание жизнью и смертью. Я хотел дать ему последнее испытание холодом, но он выбрал огонь! — ледяной великан выпрямился, подняв указательный палец к небу.

— Нет… — растеряно произнесла его дочь. — Он вошел в Адскую печь?!

— Лаувган, ты же говорил… — Фильза прикрыла рот ладонью от ужаса. — Адская печь уже поглотила нашего сына! Тебе мало этого? Ты хочешь накормить ее до отвала?! Ты обещал, что присмотришь за ним!

— Если мужчина решил, не нужно стоять у него на пути. Ибо мужчина никогда не отходит от своего решения, — сдвинув брови, поучительно произнес великан.

— Я не позволю! — девушка, даже не переодевшись, в халате и тапочках бросилась бежать к огромному вулкану.

— Сильва! — отец схватил ее за локоть, не позволив отойти далеко. — Это его выбор! И если он хочет твоей руки, после этого испытания я дам свое одобрение.

— Он не мой парень! — вырвалась Леди Мороз. — Мы просто друзья! Он приехал, чтобы помочь мне с учебой!

— Но почему ты обманула нас? — Растерялась Фальза.

— Я хотела, чтобы вы думали, что у меня все хорошо. Но у меня не все хорошо, мама! Я не прошла по вступительным экзаменам, меня победили на турнире. То, что я попала в академию — это просто чудо. А впереди… впереди сессия, и вылечу из академии, потому что я самая глупая в группе девочка! Он приехал, чтобы помочь мне.

— Сильва… — прошептала мать, пытаясь сблизиться с дочерью.

— Прости, но я не могу позволить умереть еще и ему.

***

Черт возьми, этот проклятый коридор когда-нибудь кончится?

Все дело в том, что ты плетешься как черепаха.

Я ни хрена не вижу!

Но я-то вижу.

А толку? Ты не говоришь ничего.

Ну, как ничего? Кое-что говорю.

А нужно говорить все!

Я наконец-то завернул за угол и вышел к освещенному залу. И вот лучше бы не выходил. Пола нет, а далеко внизу течет раскаленная лава.

— Ну, нафиг.

Я развернулся и пошел обратно.

Что значит нафиг? Вернись, нам нужно пройти эту печь.

Ага, только веревку захвачу, и артефакт какой-нибудь летательный. А лучше Саваску, она меня на доске прокатит.

Не получится.

Это почему это не получится?

Этот вулкан живой.

Я остановился.

Что значит живой?

Растет, жрет и размножается, блин. Живой он. То есть магически активен. Это не просто вулкан — это испытание, созданное кем-то из шаманов. Живая магия, понимаешь? Тебе не дадут ни веревку перебросить, ни на артефакте полетать. Жульничать не получится. Ты должен пройти сам.

Твою мать!

Я снова вернулся к этому страшному месту.

Смотри, на стенах выступы, хватайся за них и перебирайся на другую сторону.

Ты издеваешься надо мной? Эти выступы спускаются чуть ли не до самой лавы, я нахрен сгорю!

Да там еще далеко до лавы. И потом они идут вверх. Так что не бойся, мы справимся.

Мы! Ага, мы, блин! Мы привезли уголь, я и лошадь.

Да ну чего ты заныл? Мы с тобой сразу договорились. Твое тело плюс мои мысли, и мы оба станем живыми, богатыми и влиятельными людьми. Добьемся в жизни чего хотим. Так вот, приятель, если твое тело сейчас не справится с этой задачей, то от моих мыслей толку не будет никакого.

Да мы даже не уверены, что дневник там!

Скорее всего, там.

Скорее всего! Но не факт.

Не пройдем — не узнаем, так что иди, давай.

Твою мать.

Я покачал головой, но все-таки взялся за первый выступ. Шажок, еще шажочек, перебираемся на следующую планку.

Не стоит так тянуть время. Чем дольше ты идешь, тем сильнее устают руки и ноги. А у нас потом подъем, понимаешь?

Чем дольше я вишу, тем дольше я, блин, не внизу, в этой гребанной лаве! Не мешай, если не хочешь окончить свое существование здесь!

— Фу-у-у-уф.

Я полез дальше, просматривая каждый свой ход и путь к нему. Медленно, но верно приближаясь ко дну этой пещеры. Температура поднимается все выше, и кислорода явно не хватает. Пот заливает глаза, руки так и норовят соскользнуть. Но я держусь. До низа добрался, теперь лесенка вверх. Черт, а это сложнее. Подтягиваюсь и взбираюсь на очередную ступеньку. Потом еще на одну. Мышцы начинают наливаться свинцом. _Читай на Книгоед.нет_

А я говорил.

Заткнись, Ириан! Вот просто заткнись! Я здесь из-за тебя. Вот сдалась мне вообще эта катавасия?! Жил бы себе спокойно, поступил бы в какой-нибудь колледж, закончил на монтера магических ламп, работал бы тихо-мирно, жопа бы не горела в прямом и переносном смысле!

Ты бы так не смог.

Откуда ты знаешь? У меня даже не было возможности попробовать! С самого нашего знакомства ты постоянно гонишь меня куда-то вперед, сделай то, сделай это! А может, я хочу нормальной, обычной жизни! Может, я не хочу быть великим магом и сдохнуть где-нибудь в лаборатории во время очередного эксперимента? Почему я не могу просто взять Саваску и уплыть с ней на корабле в закат?!

А корабль где возьмешь?

У Зифа арендую. Фу-у-у-уф, выбрался.

Я лег на пол и раскинул руки в стороны.

Так он же его продать хотел.

А ты думаешь, так легко продать судно за его реальную стоимость? Это нужно найти человека, которому он нужен и у которого есть деньги. А это не просто.

Отдышался?

Еще немножко. Еще хотя бы с полгодика.

С голоду сдохнешь. Подъем.

Ну, вот что ты за человек-то такой?!

Я поднялся и пошел дальше. Теперь подо мной был коридорчик. Плоский и прямой, и что самое главное, надежный. С двух сторон от него потоки лавы, уходящие под землю. Пройдя его, я вышел в какой-то зал. За мной тут же грохнула плита. Темно, хоть глаз выколи.

Ой-ой…

Что там?

Саламандры. «Чешую»! Делай «чешую»!

Где-то впереди показались два огненных глаза, потом еще два. Черт, да их здесь десятки! Первый снаряд, пущенный в меня, я отбил, но тут же последовал второй. Огненные плевки осветили зал, и я наконец-то увидел всех волшебных амфибий.

Черт, что делать?! Я ничем не могу ответить!

Обращай их плевки против них, отбивай.

Ладно, попробую.

Угу. Попробую. Пробовать бы было проще, если бы не приходилось прыгать, как козел, чтобы не поджарили кусок моего нежного тела. С горем пополам через часик танцев я все-таки достал одну из тварей. Дальше стало легче, я начал понимать принцип отражения в противника, и амфибии посыпались на землю, сожженные дружественным огнем.

А я думал, у них иммунитет к высоким температурам.

Совсем даже нет. Огненные саламандры — земноводные. Они обитают при вулканах, потому что у них непостоянная температура тела. Им нужно тепло, но пламя им так же смертельно, как и лягушке.

Подожди, а как они огнем плюются-то?

Железа специальная. Ее секрет вступает в реакцию с кислородом, при этом образуется высокая температура.

Вот как?! Круто, конечно.

Как только погибла последняя тварь, двери с обеих сторон отворились.

Я прошел в следующий зал и присел на пол.

Ну, что, приятель, это конец.

Да нет, ты сможешь. Там всего-то метра три.

Угу, и маленький пятачок примерно в полметра диаметром. Скажи, Ириан, что я сделал такого, что ты решил загубить меня вместе с собой?

Мы справимся! Просто прыгни и сразу же, оттолкнувшись, прыгай на другую сторону. Тебе инерция поможет.

Или погубит! Ты понимаешь, что если я не допрыгну или перепрыгну, то мне хана?

Мы уже далеко зашли, приятель, я думаю…

— Тир, стой!

Я обернулся и увидел Сильву. Девушка явно не в себе, мало того, что она практически голая, пара повязок на груди и талии ничего особо не скрывают, так еще и эмоциональная какая-то. Не похоже на нашу Леди Мороз.

— Стой! Остановись, пожалуйста!

— Так я и не спешу никуда, — пожал я плечами. — Чего хотела-то?

— Не делай этого, — девушка встала передо мной, опершись на колени, что открыло мне отличный вид.

Это было сложно, но я отвернулся.

— Ты чего вообще прилетела? Что случилось?

— Что случилось? — она ошарашенно посмотрела на меня. — Ты решил покончить с собой. Вот что случилось!

— Да нет же, мне просто нужно пройти эту вашу Адскую печь.

— Зачем? — девушка уставилась на меня, схватив за плечи. — Зачем тебе это надо? Жениться на мне хочешь? Так я не люблю тебя! Я не пойду за тебя замуж, понимаешь?

— Нет, у меня Саваска есть, — хмыкнул я.

— Тогда почему?!

— У меня есть на то свои причины, — неопределенно пожал я плечами.

— Мужчины, — сказала-выплюнула девушка. — Вам только бы эти «свои причины» найти. Что важнее твоей жизни, Тирмон? Что? Почему ты так хочешь умереть? Ты понимаешь, что не сможешь перепрыгнуть? Понимаешь?

— Я сомневаюсь, что ты знаешь все, на что я способен, — покачал я головой. — Даже я этого не знаю. Слушай, мне было бы приятно, если бы ты верила в меня, но и так сойдет. Я уже привык, что в меня никто не верит. Да и проще так. А ты…

— Нельзя верить в людей! — из глаз моей одногруппницы хлынули слезы. — Веря в человека, мы убиваем его! Не нужно верить, что кто-то может больше, чем кажется. Нельзя в это верить!

— Да что на тебя нашло? — встряхнул я девушку. — Знаешь, Сильва, ты возвращайся домой. Тебя там братья ждут. Сколько их у тебя? Десять?

— Двенадцать, — немного приходя в себя, прошептала она. — А было тринадцать.

— Эм… соболезную.

— Элман был моим единственным старшим братом. Он был старшим в семье ребенком. Такой храбрый, такой сильный… Я ВЕРИЛА В НЕГО, ТИР! ВЕРИЛА, ПОНИМАЕШЬ? — Сильва перешла на крик, разговор превратился в истерику. — Я погубила его своей верой! Я говорила ему: «ты самый сильный брат на земле», я говорила «ты справишься»! Я понимала, что у него не получится, что это слишком сложно, но я верила, ТИР! Из-за этого он и умер! Здесь, в этой самой комнате! Я шла за ним и подбадривала его. Прямо здесь он погладил меня по голове и прыгнул. Потому что я сказала, что он справится! Я видела, как он тонул в огненной лаве. Его крик до сих пор звенит в моих ушах. Это я его погубила, Тир! Я должна была его остановить. И сейчас я должна остановить тебя. Умоляю, одумайся!

Девушка упала на колени и заглянула мне в глаза.

— Прошу тебя, умоляю. За это время ты стал мне дорог, Тир. Ты всегда приходишь на помощь, когда я не могу справиться сама, ты всегда шутишь, смеешься над собой и над другими. Там, где ты, всегда есть тепло и уют, и я… наверное, впервые в жизни чувствую себя своей. Я не хочу, чтобы это закончилось…

— Не говори так, — я присел на теплый каменный пол рядом с ней. — Я не единственный твой друг. У тебя есть Ирис, Форст, Рам, Зиф. А Лим куда лучший шутник, чем я. А кроме того, у тебя есть прекрасная семья. Мама, папа, братья.

— Они ненавидят меня, — Сильва уткнулась лицом в мое плечо и заревела. — Они… смотрят на меня его глазами… они… осуждают меня… они винят в его смерти… я вижу это каждый раз, как приезжаю. Мама ненавидит меня…

— Знаешь, я, конечно, не знаток, но мне кажется, они безумно любят тебя. Когда ты приехала, они все выбежали встречать, потому что соскучились. Я не видел в их взглядах ни ненависти, ни осуждения.

— Это… потому что… я их дочь… они не могут сказать…

— Ты их дочь, и они тебя любят. Знаешь, мне кажется, это ты ненавидишь себя и считаешь, что они тоже должны. Потому тебе и кажется, что это так. Вернись домой и поговори с мамой. Прямо и открыто. Спроси у нее все как есть.

— Нет, я не смогу. Я боюсь!

— Сможешь. Но даже не это самое главное, Сильва. Пойми, ты не должна себя винить. Это был не твой выбор. Ты не можешь брать на себя ответственность за жизнь другого человека. Он решает, рисковать или нет. Почему погиб твой брат? Не знаю. Может, сил не рассчитал, может, испугался перед прыжком, я не знаю, но знаю, что он решил прыгать. Это было его решение. И не поддержи ты его, он бы все равно решил. Потому что если мужчина решает, то он делает. Вот и я решил, и я это сделаю. Вне зависимости, верит в меня кто-то или нет. Поэтому прошу, вернись домой. А я пройду это испытание, и когда я вернусь, ты поверишь, что человек способен на большее, чем кажется. Ты поймешь и поговоришь с мамой. Договорились?

— Нет, пожалуйста! Если ты даже прыгнешь, то назад дороги уже не будет!

— Для меня ее уже сейчас нет.

Я улыбнулся, погладил девушку по щеке, разбежался и прыгнул. Два шажочка и снова прыжок. Обернувшись, я помахал Сильве рукой.

— Возвращайся домой. И жди, я скоро приду.

Взглянув еще раз в заплаканное лицо подруги, я спокойно пошел дальше, зашел за угол и медленно спустился по стеночке.

Твою мать, как же страшно-то было.

А какого героя из себя строил! Если мужчина решил…

Заткнись, Ириан, заткнись. Я пока летел, думал, все, кончилась моя жизнь. Даже пожалеть успел Саваску. Представляешь, как она будет плакать?

Да другого мужика найдет, да и все. Особенно если узнает, что ты обнимал полуголую Сильву. Хотя нет, думаю, в этом случае она постарается тебя сначала с того света достать, чтобы отправить тебя туда еще раз.

Да уж, это точно. Фуф, ладно, пойдем дальше.

Я прошел по тоннелю и оказался в новом помещении. В длинном широком коридоре расположены огромные выступы. Подняться на них — не проблема, но вот прямо под ними канавы, в которых течет раскаленная лава. И, что самое неприятное, они довольно широки.

Слушай, чет мне как-то очково.

Не боись! Рожденный ползать летать не умеет.

Вот и я о том. Не летать я создан!

Давай! Вперед!

Ладно, твою мать. Выбора все равно нет.

Разбегаюсь и прыгаю. Только ступни касаются камня, тут же делаю кувырок и едва останавливаюсь, чтобы не упасть вниз, в следующую лавовую канаву. Вот же хрень нездоровая. Ну, ничего, мы на том не остановимся. Прыгаю вниз, в этот раз без кувырка. Ну его в баню, так и вылететь недолго. Еще прыжок, черт, что их так близко понаставили? Пройдя это испытание, выхожу к еще одному озеру лавы.

Стой.

Да ты знаешь, я как бы совершенно не тороплюсь. Могу пару лет тут постоять, вообще не проблема.

Смотри, судя по всему, нам нужно прыгать по вот этим камням.

Угу, только они какие-то не стабильные…

Верно. Они не зафиксированы, поэтому постоянно плавают. Причем, будь это законы физики. То они должны были бы прибиться к краю бассейна, но этого не произошло. А, значит, это заклинание, и, соответственно, в их движениях есть определенный порядок. Плохо то, что стоять ты долго не сможешь. Нужно пробежать насквозь на скорости.

Да? Подумаешь, ерунда какая. Всего-то по плавающим в раскаленной лаве камешкам босиком пробежаться. Ах да, они же еще и крутятся, и перемещаются. Хм… да что это за порода такая?! Разве камни вообще могут плавать в лаве?!

Есть несколько тугоплавких пород. Но не это сейчас важно. Подожди секунду, я рассчитаю, когда лучше бежать. Отойди на пару шагов для разбега. Так… так… давай!

И я рванул! Я побежал изо всех сил, так, как никогда в жизни не бегал. Я понял, что любое промедление мне может стоить жизни. Камни не успевали прокручиваться, но становились прямо по ходу моего движения. Высокая температура придавала скорость бегу. И в итоге я все же перебрался.

Интересное помещение.

Я поднял голову и осмотрелся. Лава на стенах освещала комнату. Столбы и потолок были испещрены различными узорами. У противоположной стены арка, а прямо под ней четыре плоских, но широких выступа.

— Пироги Ласты, — я шагнул к ним, но тут же отскочил обратно.

На полу внезапно появилась лава. Она стеклась воедино, превратившись… в меня. Ну, если бы я состоял из одной лишь лавы, конечно.

— Ты справился, — заговорил «я». — Прошел адскую печь. За то тебе полагается награда.

— Да? — я слегка обрадовался.

Если честно, боялся, что с этим нечто придется драться.

— Да.

Он резко рванул ко мне. Я не успел даже среагировать. Раскаленная лава врезалась в мою плоть, заставив кричать, визжать, словно свинья, и кататься по полу, надеясь сбить этот жар, успокоить боль.

Это все твой мозг! Ты не горишь! Все хорошо!

Но я не слышал. Не слышал ничего и никого. Я просто отключился.


XV


Не знаю, сколько я так провалялся, но проснулся я рывком. Тут же начал хлопать по себе, пытаясь понять, насколько тяжелы ожоги, однако никаких следов травм не было.

Что за черт?

Я же тебе говорил, ты не горишь. Все нормально.

Да блин, как нормально-то? Ты видел, как он в меня впился?! У меня до сих пор мороз по коже.

Ну, все, сейчас все нормально. Пойдем скорее к пирогам.

Я подошел к выступам и разочарованно вздохнул. Ничего. Обошел по кругу каждый. Ничего. Черт! Как так-то?!

Не знаю, я тоже ничего не вижу.

Вот и нахрена я сюда перся вообще? Жизнью своей рисковал? Какого хрена?!

Я плюхнулся на центральный выступ и тут же поднялся.

Это что?

Не знаю.

Пошарив рукой, наткнулся на невидимый объект. Наощупь похож на какую-то книгу. Черт, неужели дневник?

С трепетом раскрываю находку, и моему взору предстают записи. Фолиант становится видимым, а на пол падает какая-то записка.

Читай, что там!

«Не повторяй моих ошибок, никому не говори…»

Мда… кажется, архимага кто-то предал.

Скорее всего. Будем надеяться, что эта участь не постигнет нас. Ладно, вроде все взяли. Пойдем отсюда.

Я вернул записку обратно и закрыл книгу. Она тут же пропала из глаз.

Удивительная вещь. Можешь кинуть ее прямо в центре комнаты, никто не найдет.

Да уж. Черт, а ведь все мои вещи остались на входе.

Я посмотрел на арку выхода и поежился.

Придется бежать быстро-быстро.

Как по камням в этом проклятом бассейне?

Типа того.

Ладно, погнали!

Я открыл дверь и тут же бросился бежать, правда, очень быстро понял, что мне совершенно не холодно.

Что происходит?

Не знаю, но голову даю на отсечение, в этом виновата твоя лавовая копия.

— Тир!

Я обернулся и увидел Сильву, в халате и с ворохом вещей в руках.

— Ты чего тут делаешь?

— Тебя ждала, — выдохнула она.

— Так ты решила, что я пройду?

— Я решила, что буду ждать! — упрямо заявила она, но внезапно улыбнулась. — Я очень рада, что ты справился.

— Ага. Слушай, там какой-то чувак из лавы, очень на меня похожий, в меня же и влился. Не знаешь, что за хрень?

— Это прислужник Ласты. Теперь тебе никакой холод не страшен, он будет тебя греть изнутри.

— Ух ты! Круто!

— Да, это награда тем, кто прошел печь, — вздохнула она. — Слушай, ты прости меня за истерику. Просто… события тех дней всколыхнулись в памяти.

— Я все понимаю, — улыбнулся я, натягивая брюки. — Но ты помнишь наш уговор?

— Конечно. Я сдержу свою часть.

— Вот и хорошо, но сначала займемся учебой.

— Да, еще я сказала им, что ты на самом деле не мой парень.

— Вот же! А мне вот уже руку твою обещали.

— Да зачем тебе моя рука? — пихнула меня в бок Сильва. — У тебя Саваска есть.

— Это да, — согласно кивнул я и обратил внимание на что-то проплывающее впереди. — Слушай, а что это?

— Отвернись, не смотри ей в глаза!

Поздно! Теперь уже не сможешь.

Белое призрачное нечто, укутанное в какие-то прозрачные тряпки, понеслось напрямую ко мне.

— Это белая смерть. Не вздумай ей смотреть в глаза, иначе она сожрет твою душу.

Ну, вот и наступило время применить свою силу. Ныряй.

И я нырнул. Глубоко, в самую глубь своего естества. На самое дно. Там, где ждет своего часа дремлющая сила.

Я упал перед ней на колени и тут же начал жадно глотать ее.

Она близко! Возвращайся!

Прыжок, и я снова наверху, только мир уже совсем не тот. Он другой, тусклый, серый и лишь она, прекрасная девушка в белом одеянии невесты. Она стоит напротив меня и улыбается, смотрит мне прямо в глаза. Мои черные глаза проклятого. Но ей все равно. Она принимает мою истинную суть и совершенно не противится ей. Наоборот, ласково проводит по щеке ладонью, разворачивается и улетает.

— Что там? Ты что-нибудь видишь? Она ушла?

Оборачиваюсь и вижу Сильву, правда сейчас она кусок приятной, сочной энергии, которую я могу поглотить за мгновение, только увидеть бы ее прекрасные глазки.

Тир! Тир, вернись! Ты слишком много отхлебнул! Вернись немедленно!

Хватаюсь за голову. Это все не мои мысли. И первые, и вторые. Все не мое! Я должен вернуть себя. Я должен вернуться в свое тело. Я должен… буэ-э-э.

Вся гадость ушла обратно в бескрайнее черное море силы проклятого. И я наконец-то смог прийти в себя.

— Тир, ты как? Тир?

— Все хорошо, — вздохнул я. — Что-то дурно стало.

— Ну, еще бы. Она ведь рядом была. Я даже почувствовала, как смерть меня едва не зацепила своей косой.

Угу, только этой смертью была не она. Ты какого столько налакался, придурок?! Ты чуть зверя не выпустил!

Так откуда я знал, сколько надо?! Я еще никогда не встречался с белой смертью. Вдруг бы не хватило сил.

Угу, а так Сильву едва не прикончил.

Да знаю я, знаю. Моя вина, но блин! Какой выбор-то был?!

Ладно, проехали. Все нормально закончилось.

***

— Добрый вечер, — в кабинет, освещенный парой свечей, вошла молодая девушка.

— Добрый, Рина. Как прошла последняя поездка? — привстал худощавый мужчина с орлиным носом и колким взглядом.

— Хорошо. Караван добрался без особых проблем. После того происшествия нас никто не пытался ограбить.

— Вот именно по поводу того случая я позвал тебя, — привстал мужчина. — Нам удалось поймать этого самого Шаха. Мы знаем, кто напал на вас тогда.

— Наконец-то, — девушка сжала кулаки. — Вы сдали его страже?

— Нельзя, — покачал он головой. — Наемник погиб в ходе пыток. Не углядели. А других улик у нас никаких нет. Да и сама знаешь, что в судебных тяжбах решает не справедливость, а кошелек. А в этом плане мы проигрываем. В общем, наказывать будем сами. Я сейчас провел небольшую разведку, его дом охраняется. Все бы ничего, но у него есть маг третьей степени. Ты со своими ребятами сможешь его упокоить?

— Нет, господин Эрдвор, — Девушка без раздумий покачала головой. — Понимаете, мы можем справиться с зеленой робой при защите каравана, когда атакует он, но нападать на него — самоубийство. Кроме того, я так понимаю, дом в столице?

Мужчина медленно кивнул.

— А значит, нужно ставить «Полог тишины», причем не простой, а с визуальной картиной, чтобы соседи ничего не заметили. Ребята его продержат, но это затрата маны. Они станут практически бесполезны в бою. А сама я один на один против зеленого не выстою.

— Плохо, — вздохнул Эрдвор. — Я уже обращался к гильдии наемников, этот проклятый Севарсан то ли подкупил, то ли запугал всех там. Гильдия отказалась брать заказ. Да и свободные маги не согласились даже за хорошие деньги.

— У меня есть один знакомый, который мог бы справиться с магом третьего ранга.

— Тот паренек? — оживился мужчина. — Это ведь он тогда расправился с обоими магами?

— Да, — кивнула девушка. — Я думаю, за определенную цену с ним получится договориться. Только после сессии, сейчас ему, скорее всего, не до войнушек.

— Хорошо. Заплати, сколько попросит. Мы должны наказать Севарсана.

— И прибрать его лавки на севере к рукам, — хмыкнула Рина.

— Это уже приятный бонус, — хитро улыбнулся ее начальник.

***

— Простите, а почему мы обязательно должны быть раздеты по пояс? — спросил я, обернувшись к Леувгану.

Не то чтобы мне было холодно, я теперь мороза вообще не боюсь, но вот жутко дискомфортно стоять рядом с пятью полуголыми великанами-качками, когда сам я выдающейся атлетикой не отличаюсь. Я жилистый, но не мускулистый.

— Мы охотимся на раскалывателя кораблей, а эта тварь очень хитрая. Тут один вариант из двух, либо мы ее заметим первые, либо она нас. И вот во втором случае мы все окажемся в воде, а одежда может нас потопить, — совершенно спокойно произнес отец Сильвы, смотря куда-то вдаль.

Да твою же налево!

Ты чего?

Не получается! Я уже столько раз перевернул руны, изменил порядки, попытался упростить систему, но бумеранг требует слишком много маны, как ни крути. Нам уже завтра возвращаться в академию, а дальнобойного мы так ничего и не придумали.

Зато у нас дневник Юристара!

Ага, только в нем нифига не понятно даже мне. Чтобы создать гумункуса, нам нужно сначала разобраться в самой химерологии.

Слушай, мы и так собирались делать его только начиная курса с третьего. У нас ведь ни реагентов, ни лаборатории, ни знаний. Так что главное, что мы его нашли. Я понимаю, что тебе не терпится получить новое тело, но извини, старина, это будет еще нескоро. И главное не это! Главное — моя личная сто первая руна! Да еще какая!

Я даже закатил глаза от удовольствия. Дневник архимага нам не особо помог с созданием тела, это так. Все же у него огромное количество терминов, да и где взять перья с жопы гаркантары и многие другие ингредиенты, мы не знаем, однако в своих путешествиях в поисках способа переселения души Юристар неожиданно для себя нашел новую руну. Ей пользовалось одно племя на востоке. Шаманы связывали резервы друг друга благодаря ей. Заклинание привязки так же было среди записей, так что у меня появилась просто невероятная штука!

Не зазнавайся, ты все равно не сможешь использовать ее в поединках. «Связь» требует затраты примерно трех четвертых твоего резерва. Ты физически не сможешь создать «скрытность», чтобы воспользоваться руной.

Не дави на любимую мозоль. У меня и так есть довольно много сильных плюшек, которыми я не могу пользоваться. Как, например, твоей силой или силой проклятого.

— Плывет! Готовьте гарпуны!

Я посмотрел в сторону приближающегося раскалывателя, но ничего не заметил.

— Не туда смотришь, — хмыкнул Лаувган.

Он показал в сторону приближающейся ледяной глыбы размером с тумбочку.

— Это его плавник. Раскалыватель очень хорошо маскируется, — подмигнул мне великан, протягивая копье с небольшим крюком у острия.

Сам же великан взял в руки какой-то шар на цепи.

— Бей! — дал он команду.

Я размахнулся и кинул свой гарпун вместе с остальными, вот только в отличие от них мое оружие просто ушло в воду. Благо, что оно на веревке. Вот остальные четыре попали куда надо, и прямо на нас из воды выскочила огромная акула. Она буквально прыгнула на корабль, но в этот момент в ее страшную рожу врезался шар, сбивая монстра обратно в море.

— Тащи! — прозвучала новая команда, и великаны начали тянуть веревки на себя.

Я же кинул свое оружие еще раз, правда, не пробил чешую.

Рыба пыталась освободиться, утащить корабль за собой, но опытные рыбаки не собирались давать ей такой возможности, они тянули изо всех сил. Я, плюнув на попытки ранить этого монстра, просто схватился за одну из веревок и принялся помогать. Корабль шел за рыбой, и она пользовалась этим, направляя нас прямо на айсберг.

— Тирмон, беремся за голову! Нужно его срочно развернуть!

Я вместе с Лаувганом схватился за веревку, которую уже держал один великан. Правда браться за нее пришлось у кормы, так как дальше она была слишком высока для меня. Уперев ноги в борт, я принялся тянуть на себя.

— И-и-и-и раз!

Резкий рывок отбросил меня назад. Я не упал только потому, что держался за трос.

— И-и-и-и раз!

Если честно, толку от меня совсем нет, кажется, даже небольшой вред присутствует, но я все равно стараюсь изо всех сил, промокая от воды и сдирая кожу на ладонях.

— И-и-и-и-и раз!

За бортом появилась огромная пасть.

— Бросайте свои гарпуны, помогите с головным.

Силы прибавились, и с горем пополам нам удалось втянуть чудовище на палубу, правда рыба попыталась тут же смыться, но бдительный Лаувган поймал ее своим шаром на цепи, обвив его вокруг шеи монстра. Интересно, а у рыб вообще есть шея? Как называется этот промежуток между головой и телом?

Да! Это именно то, что нужно!

Я бы так не сказал, но если ты утверждаешь… а зачем нам шея рыбы?

Придурок, шар на цепи. Именно он нам нужен! Бумеранг не получится, а если мы создадим небольшой шарик и привяжем его к тебе, заранее вместив в него огромный груз, то это будет именно то, что нужно!

Эм… ничего не понял. А какой от него толк? Я же не смогу запустить тяжелое заклинание, да и мана…

Так он же будет присоединен к тебе. Мы засунем в центр шара руну тяжести и запустим его в полет, а перед соприкосновением с целью ты наполнишь руну маной, тем самым увеличивая силу удара. При обратном движении ты просто будешь ману вытягивать обратно. Понимаешь?

Не понимаю, как такое вообще возможно! Если мы заберем ману, заклинание ведь разрушится.

Верно, поэтому мы и создаем, по сути, два заклинания! Одно снаружи — шар, второе внутри — руна тяжести. Понимаешь? А цепь будет полой внутри и как бы проводником маны.

А нас за это не сожгут? Я вообще не знал, что так можно строить заклятия.

Не сожгут, не бойся. Это же оптимально! Мана в руне будет закрыта и не испарится, а заклинание пустого шара не должно быть энергоемким. Подожди, я продумаю детали, позже опробуем.

— Ты точно не парень моей Сильвы? — приобнял меня одной рукой за плечи великан. — Я бы не отказался от такого зятя.

— Нет, у меня на самом деле есть уже невеста. Да и толку вам от такого, как я? От меня же больше вреда было, чем пользы, — почесал я затылок.

— Когда человек сдается после падения, это очень плохо. Он ничего не добьется, каким бы сильным ни был. Ты слаб, но при этом, каждый раз падая, ты поднимался и изо всех сил, не жалея себя, старался помочь. Это видно, и это похвально.

Я посмотрел на мертвого монстра, которого уже начали разделывать.

— Его хватит на несколько дней для нашей деревни. Потом снова пойдем на рыбалку. Жалко, что ты уже уезжаешь.

— Да, мне тоже у вас понравилось, — ни капли не кривя душой, признался я.

— Ну, мы всегда будем ждать тебя в гости, Тирмон. И я рад, что у моей дочурки в столице есть верный друг и защитник.

— Боюсь, ей защита и не требуется, — почесал я затылок. — Сама кому хочешь накостыляет.

Великан громко рассмеялся.

— Моя дочка.

Мы закончили с рыбалкой и вернулись еще до завтрака. Вообще, как оказалось, раскалывателя кораблей можно поймать только на рассвете. Когда появляется солнце, он прячется под водой и атакует из глубин движущиеся объекты. Ночью он спит, а в сумерках плохо видит, поэтому поднимается на поверхность.

— Папа! Ну, куда ты его забрал, нам же уже пора возвращаться! — выбежала во двор распаленная Сильва.

Со дня испытания многое изменилось. Вечером, уже после того, как я лег спать, слышал из кухни разговоры и всхлипы. Она сдержала слово и выговорилась матери. Они болтали до самого рассвета. Я тоже не спал все это время. Переживал за подругу. Хотелось подойти и поддержать, но это было бы неправильно. Как минимум, так сказал Ириан. Сложно все-таки дружить. В общем, утром мы начали усиленно заниматься. С тех пор мы с Сильвой проводили каждый день в учебниках. Я заметил изменения, и у меня сложилось чувство, что она сняла груз, мешающий развиваться. Она больше не утверждала, что я ничего не смогу, даже когда замечала, как я плету новое заклинание. Она пыталась помочь, подсказывала, если мы где-то ошиблись. Все-таки в плетении рун Сильва мне не уступает, а шесть глаз лучше, чем четыре. Но вскоре мы снова принимались за учебу. Да, у меня не вышло научить ее всему, но что смог, то объяснил.

— Знаешь, у меня есть к тебе просьба, — начала вдруг Леди Мороз. — Давай соберемся с ребятами и сходим как-нибудь в ледяной дворец в столице?

Я посмотрел в ее глаза. Да, девушка изменилась. Раньше она была пофигисткой, ничего не хотела, ни к чему не стремилась. Она гуляла с нами потому что ей было, по сути, все равно. А сейчас… она ожила. У нее появились желания, и глаза… они загорелись.

— Обязательно сходим, — кивнул я, улыбнувшись.

Она тоже улыбнулась и тут же потупилась.

— Что у нас там с высшей математикой?

— Да, точно, интегралы…

Всю дорогу мы повторяли и вспоминали, учили и старались успеть. Между делом мы с Ирианом продумывали двойное заклинание. А потом… потом началась сессия. К этому времени уже все вернулись. Рам и Ирис также всю неделю занимались, и здоровяк был явно доволен, хотя лично у меня есть подозрения, что доволен он не только полученными знаниями. Я не раз замечал их с Ири, шушукающимися о чем-то. Видимо, у них зародились какие-то отношения, но ребята не хотели об этом распространяться, и я к ним не лез.

Первым же экзаменом была история магии, которая у меня не вызвала проблем, далее плетение рун. Одно из моих слабых мест. Рисовать-то я могу лучше большинства, если не всех, но вот если не наполнишь заклинание маной, то и толку от этого нет. Хотя, как мне объяснила куратор, за правильный рисунок все равно половину баллов начислят. То есть тут у меня должно быть около пятидесяти. Следующий экзамен по общей магии. Два вопроса по теории, один на практику. Но его я вроде сдал неплохо. Хоть и не на сто баллов, но, надеюсь, семьдесят возьму.

— Что будешь делать? — посмотрел на меня Форст. — Этот экзамен скорее как соревнование. Кто первым устранит пять целей. Баллы будут начисляться в зависимости от скорости, но если хоть одна мишень не устранена, то это ноль. Плюс на все дается пять минут, и на полигоне резерв не восполняется так быстро.

— А что мне остается? — пожал я плечами. — Придется уничтожать.

Он с каким-то подозрением посмотрел на меня.

— Не переживай, он справится, — вступилась за меня Сильва.

Теперь подозрительный взгляд заслужила Леди Мороз.

Да, девушка менялась прямо на глазах. Она переживала на экзаменах, причем не только за себя, но и за товарищей. Она волновалась, и в ней словно зародилась жизнь.

— Тирмон, ваша очередь, — вызвал меня ректор.

Я выдохнул, успокаивая дрожащие пальцы, и посмотрел на мишени. Нужно рассчитать дистанцию. Может показаться, что это просто, метать заклинания, но на самом деле, должен быть постоянный расчет. В зависимости от расстояния, силы удара или взрыва, скорости полета, зависят и изменения в заклятии. Руны, количество маны. Один просчет, и все. Ты уже не получишь нужного эффекта. Огненный шар не взорвется или взорвется слишком рано, стрела не долетит или не пробьет, а может, будет лишний перерасход энергии, и вскоре ты останешься без маны. Да уж… это для меня самое страшное.

— Начинай.

Я резко сплел заклинание, которое готовил довольно долго, и последним штрихом послал его в полет, насыщая руну внутри сферы. Шар пробил цель, и тут же вернулся обратно. Дальше уже проще. Одну руну нарисовать намного проще чем десять, и мое странное заклинание летит в следующую цель. Два из пяти, следующий залп. Три, четыре, пять.

— Удивительно! — восхищенно вскликнул Деогарн. — Вы, молодой человек, продолжаете меня поражать! Кто вас научил столь странному и бессмысленному для обычного мага заклинанию?

Я с улыбкой посмотрел на карлика.

— Никто. Если честно, я всю подготовительную неделю корпел над ним вместе с другом.

— Да, Тирмон, вы действительно очень интересный студент, — посмотрел мне прямо в глаза проректор Конрад. — Я рад, что вам удалось поступить в академию. Ваш пытливый ум может принести очень хорошие плоды. Благодаря тому, что вы не воспроизводили заклинание каждый раз целиком, вы сэкономили массу времени. Должен заметить, что по скорости уничтожения одиночных целей вы сейчас на первом месте. Если никто не перебьет ваш рекорд, то вы получите ровно сто баллов.

— Спасибо! — я обрадованно выдохнул.

Лицо само собой расплылось в улыбке.

— Ну, впереди еще довольно много студентов, многое может измениться, — хмуро произнес ректор.

— Да, конечно.

Я развернулся и пошел к ребятам, стоявшим в сторонке.

— Покажи! — тут же подбежал Форст. — Что это было?

— Двуслойное заклинание, — ошеломленно произнесла Ирис. — Как ты вообще до него додумался? Им же только на третьем курсе учат!

— Голь на выдумки хитра, — хмыкнул я. — Это вам с вашими резервами париться не нужно, а у меня выбора нет.

— Форст.

— Все, ребята, пожелайте мне удачи, — староста выдохнул и пошел сдавать экзамен.

Мы начали его материть, причем лучше всех получалось у Лима, он прямо душу отводил.

Когда вся группа отстрелялась, мы пошли в трактир, перекусить и подождать. Результатов прошлых экзаменов никто не оглашал, поэтому сейчас подводятся итоги, после которых у расписания вывесят результаты. Нервы шалят у всех. Кто окажется в числе последней четверки? Как ты сдал экзамен, лучше или хуже других? У нас преимущество, но сыграет ли оно важную роль? Вопросов много, а вот ответы будут только через час.

— Ребят, как результаты вывесят, нам нужно будет зайти на кафедру. Куратор позвала всех.

— Да, не вопрос, — улыбнулся Рам.

— Как у тебя с историей и общей? — посмотрел я на него.

— Да вроде ничего, — пожал он плечами. — Меня Ирис хорошо подтянула. Если честно, она оказалась еще большим тираном, чем ты, Тир. Мы чуть ли не до утра учили. Голова чугунная.

— Ага, учебой вы до утра занимались, — прыснул Лим.

Ири тут же покраснела, впрочем, как и сам здоровяк.

— Сильва, а у тебя что? — посмотрел на нее староста.

— Не знаю, — вздохнула девушка. — Вроде бы неплохо, но несколько ошибок точно есть. Я как вышла, сразу поняла, что протупила. Да и общий… боюсь, не вытяну.

— Вытянешь, — улыбнулся я ей.

— Что вы там тянуть собрались? — подошла к нам Саваска.

— Привет, солнце. Экзамены закончились. А ты что тут делаешь?

— Так у меня же автоматом все, — пожала она плечами. — Так что до новогоднего бала я здесь работаю. Как ваши прошли?

— Да отлично, — развел руками Лим. — Разве мы можем плохо сдать? Посмотри на спокойное лицо нашего истязателя.

— Так он у вас всегда спокойный.

— Когда не на арене, — хмыкнул Рам, вспомнив наше первое знакомство.

— Хэй, я больше уже не схожу с ума, — заявил мой лучший друг.

— Ага, зато я знаю, как победить без проблем на арене Лима, нужно просто наряд откровеннее надеть, — хмыкнула Сильва.

— Эм… черт, в этом варианте я согласен проиграть тебе, — хмыкнул он.

— Не дождешься. Я тебя и так уделаю.

— Заказывать-то что-нибудь будете?

Мы перекусили, поболтали и пошли к академии. Чем ближе мы подходили к расписанию, тем более тревожно становилось. Когда подошли, обнаружили огромную толпу студентов.

— Тринадцатая группа, видит кто итоги? — крикнул Форст.

— Я здесь, сейчас увижу! — донесся голос Ламиры.

— Блин, ты куда полезла?! — крикнул Фураст, но девушка уже взобралась на его плечи и начала читать.

— Первое место — Форст, сто два и три балла!

Я похлопал товарища по плечу.

— Второе место — Вивиан. Девяносто семь и пять.

— Да нафига нам колышки? Наших давай! — скривился Лим.

— Слышьте, сами вы колышки! — крикнул кто-то из толпы.

— Рот закрой! — ответил наш балагур.

— Тихо оба! Тут решаются наши судьбы! — прервал перепалку староста. — Ламира, читай дальше.

— Так, дальше на восьмом месте Ирис, девяносто и один, — продолжила одногруппница.

— Девяносто баллов и только на восьмом? — нахмурился Зиф.

— Десятое Гермус, восемьдесят девять и пять. Тринадцатое место Лим, четырнадцатое у Зифа. У обоих восемьдесят три балла ровно. Дальше, Тир восемьдесят баллов, на семнадцатом месте.

Я с облегчением выдохнул.

— Я на двадцать третьем, семьдесят семь и три, Фураст двадцать пятое место, семьдесят шесть и восемь баллов. Вирант — двадцать восьмое место, семьдесят два ровно. Орена тридцатое, семьдесят один и пять. Сильва тридцать второе. Семьдесят баллов.

— Ура! — Леди Мороз внезапно врезалась в меня, крепко обняв. — Спасибо!

— Рам, у тебя тридцать четвертое место, ты за чертой, — как-то тихо проговорила Ламира. — Шестьдесят восемь и семь баллов. Горгон сорок два, Тридцать шестое. Томан тридцать седьмое, двадцать шесть баллов…

Я не мог поверить ушам. Наш здоровяк что… отчислен?

— Ладно тебе, приятель, я уверен, можно что-то придумать, — попытался поддержать его Лим.

— Да что тут придумаешь? — горько хмыкнул Рам.

— Прости, пожалуйста, — обняла его Ирис. — Если бы я лучше с тобой занималась…

— Если бы не ты, то я бы и пятидесяти не набрал, — отозвался Рам. — Шестьдесят восемь баллов для меня — это просто великолепно. Если честно, я и не рассчитывал на такой результат.

— Да, на самом деле, это довольно хорошие баллы. Вон на Горгона с Томаном посмотри, — вздохнул Форст. — Ну, ничего, старик, у тебя приглашения остались? Может, попросишься в один из институтов?

— Да кто меня возьмет посередине года, — потер виски здоровяк. — Не знаю, надо подумать.

— Тринадцатая группа, подойдите все. Нам нужно к Варнелии. Она просила всех собраться после экзаменов!

— Ладно, меня это, наверное, уже не касается, — вздохнул здоровяк.

— Нет, подожди, мы все равно тебя так не отпустим, — поймал его за руку Лим. — Нужно же отметить твою свободу! Больше тебе не нужно выслушивать вот это: «Вы самая худшая группа на моей памяти».

Сын купца так живо изобразил нашу преподавательницу по высшей математике, что все невольно ухмыльнулись.

— Да, старик, пойдем пока с нами. Потом в студтрактир забугримся, — кивнул я.

— Ладно, что я теряю? — вздохнул он. — Да и с куратором попрощаться надо. Хороший она человек. С самого начала со мной мучилась. Учись, учись, а я… дурак…

— Не кори себя, Рам, — хлопнул его по плечу Зиф. — Будь мы все гениями, все равно бы четверо ушли. А у тебя и правда хороший результат. Одного балла не хватило до тридцать третьего места.

— Это с бонусом от дня первокурсника, — покачал он головой. — Может, мы действительно отбросы? Тринадцатая группа… мы не должны были поступить…

— Не говори так, — покачала головой Сильва. — Только ты знаешь, на что способен. Так что будь мужиком, реши, что будешь делать дальше, и следуй своему решению.

Мы одновременно обернулись на разговорившуюся девушку.

— Что? Мне так один очень умный мужчина сказал.

Я хмыкнул. Не такой уж умный.

— Все собрались? — вышла к нам куратор.

— Горгон и Томан ушли, — ответил Вирант.

— Ну, может, оно и к лучшему, — кивнула Варнелия. — Идите за мной.

Мы пошли за ней, словно цыплята за квочкой, стараясь не отстать. Все о чем-то говорили, а мне вдруг стало жутко грустно. Рам был первым, с кем я тут подружился. Мне будет его очень не хватать.

— Заходите в аудиторию и присаживайтесь, — велела она нам.

Мы расселись по своим местам, после чего зашла куратор и закрыла дверь.

— Итак, ребята, я очень горжусь вами, — заявила она.

— Угу. Трое из четырех вылетевших из наших. Конечно, гордиться нами и гордиться, — вздохнул Гермус.

— Да, трое нас покидают, — тут же погрустнела Варнелия. — Кстати, на счет этого. Рамус, я смогла договориться с Имперским институтом, они согласились принять тебя на первый курс. Если хочешь, ты можешь продолжить обучение в столице. Не академия, конечно, но второй вуз в империи.

— Правда? — здоровяк даже привстал. — Спасибо большое, да вы мне… да я вас…

Он подбежал к преподавательнице и крепко ее обнял.

— Ну-ну, прекращай. Прекращай, я тебе говорю!

— Я больше не ваш студент, подчиняться не обязан, — он еще раз обнял Варнелию и сел на место.

— Итак, несмотря на наши потери, я должна заметить, что именно наш Форст занял первое место среди всех студентов, кроме того, все остальные тоже уместились на довольно хороших позициях. В этом году отбор был очень жесткий, и потому, старались все группы. И одиннадцатая, и двенадцатая выложились, как могли. Никто не дышал свободно, никто не отдыхал. Все боролись изо всех сил, и вы заработали себе очень хорошие места. Я горжусь вами, ребята…

Дальше были разговоры и напоминание деталей новогоднего бала. После того, как все было сказано, мы всей толпой отправились в трактир, провожать Рама.


XVI


Я взял бокал с квасом и немного отпил. Грустно как-то. Рам ушел, и хоть обещал, что станет лучшим в своем институте и вернется, все равно, как-то печально.

Да ладно тебе, не переживай. На летних состязаниях победит и вернется. Он сильный маг, да и настроен был решительно.

Да, это так. Но вот за чье место он будет биться в турнире? Что ни говори, а в этой сессии вылетели трое из наших, и это с четырьмя бонусными баллами. А что будет дальше? Что будет, когда мы сдадим? Ведь другие противники прошли отборочные, а значит, соответствуют требованиям академии.

И все же вы неплохо справились. Сразу на вершину не попасть, приятель. Придется рваться по головам. И потери будут. Увы.

Я отпил еще глоток и окинул пустующий зал взглядом. Всего несколько человек, сидят поодаль друг от друга. Да, это не студенческий трактир, здесь посетителей куда меньше.

— Заждался? — напротив меня плюхнулась Рина.

Волшебница сегодня выглядела очень даже неплохо. Никакой желтой робы, только белое платье.

— Нет, я недавно пришел, — показал я на практически полный бокал. — Рассказывай, что там у тебя за дело ко мне?

— Конечно, — она улыбнулась и сделала несколько пассов рукой, расставляя «полог тишины». — Это касается того нападения на нас. Мы нашли виновников.

— Молодцы! — кивнул я, оживившись. — Сдали их стражам? Я бы посмотрел на казнь этих уродов.

— Все не так просто, — покачала она головой. — Мы знаем, кто виноват, но не можем этого доказать. Поэтому мы решили атаковать сами. Проблема в том, что в здании есть маг третьего ранга. Для этого я тебя и позвала.

— Слушай, я не наемник, — вздохнул я. — И…

Девушка положила на стол какую-то странную маску.

Маска лжеца!

Что это?

Артефакт, способный скрывать магические способности хозяина и заклинания, которые он создает.

Охренеть! Дорогая, наверное, штука?

Довольно-таки.

— С чего ты взяла, что мне это интересно? — посмотрел я прямо в глаза девушки. — То, что ты мне предлагаешь, очень опасно. Если где-то всплывет, что я участвовал в нападении, меня ждет петля.

— У тебя есть силы, Тир. Силы мне неизвестные и непонятные. Я не знаю, как ты смог убить двух магов третьего ранга. Не понимаю, как ты смог воплотить столь сложные заклинания. Первокурсник с таким крошечным резервом просто физически этого сделать не мог, — девушка нагнулась вперед, заглянув мне в глаза. — Я так понимаю, у тебя есть секреты, о которых другим лучше не знать. И эта маска может быть тебе нужна как никому другому.

Вот же чертовка! Предлагает хорошую цену и в то же время показывает, что если ты откажешься, у тебя могут быть неприятности.

— Я понимаю твои переживания, но ты будешь в маске с самого начала и до конца. Никто кроме меня не будет знать, что это ты, а к истязателям я уж точно не пойду.

— Не факт, что они к тебе не придут, — потер я подбородок. — Рассказывай все. Кто, когда, что и как. Почему ты обратилась ко мне и почему предлагаешь такую высокую плату.

— Все просто, — вздохнула Рина. — В доме есть охрана, и если основная часть не проблема, то вот маг третьей степени раскатает нас тонким слоем по земле. Мне нужно убрать мага. Я не знаю никого кроме тебя, кто с этим мог бы справиться. В целом, больше от тебя ничего не требуется. Убираешь мага и можешь идти на все четыре стороны. Маска, как я уже дала понять, будет у тебя авансом.

Что думаешь?

А что тут думать? Дело ведь не только в том, что маска дорогая, а еще в том, что ее практически невозможно найти. Это не магический ширпотреб и в лавках не продается. Да и вообще, этот артефакт официально запрещен.

Соглашаться?

Дело рисковое, но чем дальше мы продвигаемся, тем больше тебе нужны силы. В маске я могу помогать тебе без страха нашего разоблачения. Кроме того, новая руна. Заклинание скрытности ты использовать не можешь. Даже если мы упростим его, то тебе просто не хватит маны для использования руны. В общем, выходит, что эта маска нам нужна. Можно, конечно, попытаться на нее заработать и попытаться найти, где купить, но стоит она как пара домиков в твоей деревне, и продается в лучшем случае у нелегальных торговцев, а это, сам понимаешь, тоже риск.

Ничего себе…

Да. Предлагаю все-таки согласиться, но смотреть в оба.

— Хорошо. Я помогу вам, — вздохнул я. — Только прослежу за всем до конца. Не хочу, чтобы вы облажались, и потом они смогли выйти на меня.

— По рукам, — широко улыбнулась Рина.

Я взял маску и присмотрелся. На ней гримаса улыбающегося хитрого человека. Что же, думаю, мне подойдет.

Нападение не стали откладывать. Стоило луне перейти через середину небосвода, я пришел к указанному дому, где меня уже ждала группа людей в черном. Шапки с вырезами для глаз не смогли меня обмануть, я легко узнал как Рину, так и братьев Швасс.

— Вы готовы? — посмотрела девушка на чародеев.

— Последний штрих, — кивнул старший.

Они сделали пару пасов, и вокруг дома появилась прозрачная полусфера. Я остался снаружи, потому для меня это выглядело особенно странно. Дом был на месте, но людей во дворе больше не было. Они просто исчезли. Никаких звуков тоже не доносилось изнутри. Когда же из воздуха появилась женская рука, я едва не подпрыгнул. Она поманила меня пальцем, и, вздохнув, я направился внутрь. Любую награду нужно отрабатывать.

Чувствуешь его?

Отсюда — нет. Пошли внутрь.

— Я буду усыплять стражников, ты за мной, — прошептала Рина и, махнув остальным, пошла вперед.

Я не спешил, заклинание «связь» уже давно у меня в руках и ждет лишь завершения. Черт, так интересно попробовать! Так хочется побыстрее сразиться с сильным противником, попробовать свои силы. Раньше я и подумать бы не мог об умышленном бое с магом, хоть и третьего ранга, а сейчас… дух захватывает от предвкушения. Мы шли аккуратно, поднимаясь по лестнице. Вся стража падала без сознания, стоило Рине просто их заметить.

— Нападение! — раздался крик.

Я не заметил, как нас мигом окружили.

Черт, здесь два чародея.

— Те двое чародеи, — кивнул я в сторону парня и девушки.

— Они мои, — хмыкнула Рина. — Не вмешивайся.

— Я Фрола — маг третьего ранга, — вышла к нам полноватая, пожилая дама. — Сдавайтесь, и тогда я пощажу вас.

— А вот и моя цель.

Я нанес последний штрих и даже не заметил, как мана начала наполнять меня.

Колдуй! Она тебя сейчас на части разорвет.

Я не успею создать заклинание.

В каждую руну весь резерв. Наполняй по отдельности!

А разве так можно?

Да если, количество одинаковое. А твое вместилище, насколько я знаю, не имеет таких проблем.

Я начал работать. Черт, сколько же маны! Это просто… просто капец, сколько ее! Я бы сейчас мог… я бы мог даже…

Не вздумай. Разнесешь все к чертям.

Но… блин. Ладно, ты прав. Сейчас просто нужно сделать дело.

Я завершил плетение, и вокруг нас в три (!!!) слоя выстроилась сфера, покрытая чешуйками.

— Это невозможно! — глаза женщины расширились, она посмотрела на меня и вздрогнула. — Маска лжеца! Он маг!

Она бросилась бежать, спасая свою жизнь, но я уже закончил свое следующее заклинание.

Из моих рук вылетел «бумеранг», мы готовили его с Ирианом очень долго. Мы создавали синичку, но с таким количеством маны она стала размером с коршуна и бросилась за своей целью.

Привяжи на нее саму! Перекинь привязку с себя на птицу!

Я сделал требуемое. Синичка тут же сбила жертву с ног. Магиня попыталась атаковать ее, но моему заклинанию было плевать. Оно питалось от своей жертвы, и весь урон лишь пожирал ману хозяйки.

Обалдеть.

Ага! Круто вышло!

— Кажется, я спустила с цепи дьявола, — прошептала Рина, с ужасом посмотрев на бедную женщину, заклеванную моим заклинанием.

— Не любить мы их сюда пришли, — вздохнул я.

Она еще живая. Птица не успела ее добить. Мана кончилась раньше.

Блин, придется добить.

Я склонился над своей жертвой.

Не убивай.

Она может узнать Рину по ауре.

Нет, твоя подруга использовала скрытность. Все нормально. А от этой бабульки вреда уже не будет.

Блин, я ожидал большего от мага.

Ну, не все великие маги. Она могла быть, например, артефактором или химерологом. В любом случае, далеко не каждый маг соглашается работать на купца. Чаще всего это более слабые дарованные.

— Назад! — дверь вылетела огненным снарядом, снеся одного из наших парней. — Сунетесь сюда, я вас всех сожгу!

Это же…

Лим!

— Отойдите все! Сейчас я им покажу веселье, — хмыкнула Рина, создавая какое-то заклинание.

— Стой! — остановил я ее. — Дай мне с ними поговорить.

— Зачем? — посмотрела она на меня. — Ты свою работу сделал. А их я и сама добью. Там только ученик один.

— Студент, и я не позволю его убить, — посмотрел я с угрозой в ее глаза.

— Ты… ты вообще понимаешь, что несешь?! — зашипела девушка. — Это наша задача.

— Дай мне с ними поговорить. Я думаю, что смогу что-нибудь придумать.

— Ты… у тебя пять минут! Потом я разнесу эту комнату к чертям, и мне плевать, сколько там будет человек! — ткнула она мне в грудь указательным пальцем.

— Договорились, — кивнул я. — Никого не подпускай к проему.

Я медленно подошел к двери.

— Лим, не стреляй, нам нужно поговорить.

— Ага. Стража сейчас придет, поговоришь, тварь, — прошипел он в ответ.

Я медленно, показывая ладони, зашел внутрь освещенной комнаты. Лим стоит в центре помещения, окруженный куполом защиты, позади него прячется какой-то толстяк.

— Еще шаг, и я тебя убью, — шипит он, готовя какое-то заклинание.

— Не надо, старина, это я, — я аккуратно снял маску, показывая лицо.

— Тир? — опешил мой друг. — Тир, какого хрена?! Ты… ты напал на мой дом?! Ты пришел убить меня и моего отца? Тир, я думал, мы друзья!

— Мы друзья, — кивнул я. — Поэтому я остановил нашего мага и попросил возможности поговорить с тобой. Я не знал, что он твой отец, и тем более, не знал, что это твой дом. Лим, нам нужно поговорить.

— О чем поговорить?! Ты напал на мой дом! — перешел на крик огневик.

— А твой отец едва не прикончил меня! — ответил я тем же. — Он напал на караван, который я охранял! Ты помнишь, в каком состоянии я прибыл на первое занятие? Два мага третьего ранга! Они собирались уничтожить там всех, и многих убили! Между прочим, там и брат твой был, Вилан.

— Нет, это невозможно, — покачал головой мой друг. — Отец купец, а не убийца! Да, он может обмануть, но не убить! Тем более, Вилана.

— Прости, старина, — покачал я головой. — Но это так. Иначе я не пришел бы сюда.

— Это все ложь! — показался из-за стола толстяк. — Я никаких облав не устраивал! У вас есть доказательства?

— Есть, — кивнул я. — Иначе вы думаете, что мы пришли бы к вам? Мы нашли вашего человека, а у меня есть очень близкий друг, Лим его знает. Зиффергант Исфариум.

— Истаязатель?! — глаза купца полезли на лоб. — Он бы не стал…

— Если бы не был моим другом, — пожал я плечами. — Послушайте, я сейчас стою между вами и смертью. Я знаю, что это вы заказали наш караван, и если вы хотите, чтобы и вы, и Лим остались целы, прекращайте врать. У меня осталось три минуты на переговоры. Они здесь! И они завалили вашего мага. Думаете, Лим сможет с ними справиться?!

— Ладно! — поднял руки толстяк. — Да, это я нанял Шаха, да, это моя работа!

— Так я и думал, — покачал я головой.

— Подожди. Отец, ты… — начал задыхаться от возмущения Лим.

— Прости, сынок, но иногда нужно пустить кровь, чтобы сохранить свои сбережения.

— Но там был Вилан!

— Я не знал! — развел руками купец, после чего развернулся ко мне. — Ваши предложения?

— Пишите чистосердечное, — показал я на стопку листов. — Не переживайте, это будет гарант того, что вы не передумаете. Храниться он будет у меня. Я уведу людей, но вы взамен свяжетесь с господином Эрдвором, на чей караван и покусились. Думаю, вы с ним сможете договориться… а если нет, то у меня будет ваша расписка. Выбор перед вами.

— Я… хорошо, — толстяк вздохнул и принялся писать.

— Подожди, Зиф и правда…? — посмотрел на меня Лим.

— Конечно, нет! — хмыкнул я. — Чтобы я попросил друга нарушить законы кодекса? Да за кого ты меня держишь?!

— А вы тот еще хитрец, господин…

— Тирмон, — вздохнул я.

— Думаю, из вас вышел бы отличный торговец, — протянул мне документ толстяк.

Я взял его и прошелся по тексту. Вроде все верно. Даже печать поставил.

— За ваши жизни я рассчитываюсь вот этой маской. Знаете, сколько она стоит? — показал я на артефакт. — Думаете, купец в этой ситуации выбрал бы ваши жизни?

— Думаю, нет.

— Вот и я о том же, — кивнул я, выходя в коридор.

— Что происходит? — тут же, зашипев, подлетела ко мне Рина.

— Уходим, — я показал ей документ. — Завтра они будут разговаривать с твоим шефом и договариваться о том, чтобы все прошло хорошо. Это признание — гарантия того, что толстячок не сбежит. Сама понимаешь, это его прямой путь на плаху. Нападение на имперский караван карается смертью.

— Да какого черта, Тир?! Мы должны просто убить его!

— Я не позволю их и пальцем тронуть, — посмотрел я в глаза девушки. — Лим мой друг. И либо я умру с ним, либо убью всех вас, так же вместе с ним. Но я не позволю его тронуть.

Я протянул ей маску. Она с ненавистью посмотрела на меня, выхватила артефакт из рук и повернулась к выходу.

— Уходим! — Рина увела своих людей, а я только почесал затылок.

Да… жалко масочку. Может, того, кокнем ее? А потом скажем, что так и было?

Ты когда таким кровожадным стал?

С тобой переобщался.

***

— Ты чего такой угрюмый?

Я поднял взгляд на Ирис, тяжко вздохнул и опустил голову обратно на стол.

— У Тира нет денег. А сегодня ведь бал, — объяснил ситуацию Зиф. — Не знает, что подарить Саваске.

Я откинулся на стул, глотнул кваса и посмотрел на ребят.

— Да это просто катастрофа какая-то. Ни денег, ни возможностей. Мне бы, блин, стипендию.

— Подожди, у тебя же восемьдесят баллов, — задумалась Ирис. — У тебя должна быть стипендия хорошиста.

— Нет. Дело не только в общих баллах, нужно еще чтобы на каждом из экзаменов было минимум шестьдесят, а у Тира за руны пятьдесят.

— Такие дела, — развел я руками. — А семьи у меня нет.

— Слушай, может, мы тебе поможем? — вмешалась в разговор Сильва. — Я могу немного дать.

— А отдавать я тебе чем буду? — хмуро посмотрел я на нее.

— Так я дам, — пожала она плечами. — Безвозвратно.

— Чтобы я себя бомжом чувствовал? Нет уж, спасибо, — вздохнул я.

— Нужно к Лиму обратиться, — задумался Форст. — У его отца должна быть работа.

Угу. Только не по себе мне сейчас как с Лимом, так и с его батей общаться.

— Помяни черта, — хмыкнул Зиф. — Здорово, Лим.

— Общий салют! — зашел в трактир сын купца. — Тир, можно тебя на секунду?

Я пожал плечами, встал и отошел вместе с товарищем к стойке.

— Слушай, старина, большое тебе спасибо, — вздохнул Лим. — Вчера я тебя не смог отблагодарить, как-то… в шоке был. А ты ведь реально наши жизни спас.

— Да не за что, — пожал я плечами. — Кем бы я был, если бы позволил вас убить. Ты же друг мой.

— Да, и спасибо, что не добил Фролу. Она уже пожилая, руки дрожат, заклинания часто не получаются, но она меня вырастила и научила многому.

— Так я с ней и не дрался. Почему я должен был ее добить?

— Да? — хитро посмотрел на меня друг. — А сам дьявол в маске лжеца был не ты? Уж извини, но я сомневаюсь, что у вас там все в таких масках щеголяли.

Я почесал затылок. Да, неудобно вышло.

— В общем, спасибо. И еще, сегодня мой батя встретился с Эрдвором. Они вроде заключили соглашение, выгодное для обоих. Деталей не знаю, но старик вернулся довольным и передал тебе это, — он протянул мне мешочек с монетами.

— Тяжелый! Сколько здесь?

— Сотня золотых, — улыбнулся Лим. — Я предлагал найти для тебя маску, но быстро это сделать не удалось, а откладывать благодарность плохо. Поэтому вот решили отдать тебе ее стоимость плюс небольшая благодарность сверху.

— Спасибо, старина.

Я, не сдерживая чувств, обнял друга. С этими деньгами я нескоро снова стану бедным студентом.

Смотри, подмасливают.

Ты о чем?

Сам подумай. Ты справился с магом третьего ранга, причем пошел на противозаконное дело. Думаешь, бате твоего друга не нужны такие люди? Уверен, он еще попытается тебя купить под какое-нибудь дело, или вообще начнет уговаривать работать на него.

Ну, это все дело десятое. Сейчас у меня есть деньги, и я наконец-то могу… Ой, да много чего могу! Так, нужно купить несколько учебников, подарок для Саваски, одежду…

Может, в банк положишь? Будет возможность, купим маску.

Да щаз! При наличии денег ходить как оборванец? Нет уж, спасибо.

И все же ты еще такой ребенок.

Я подошел к столу и обратился к ребятам.

— Слушайте, у меня внезапно появились деньги, кто со мной по магазинам? Лим, ты точно идешь. Мне нужен человек, способный поторговаться.

— Да я не против, — пожал плечами сын купца. — Все равно дел особо нет сейчас.

— Да я тоже свободен, — встал Зиф.

— Пошли все вместе, — предложил Форст.

— Да, я не против.

— И я.

В общем, вышли мы всей толпой. Жаль только, Рама с нами нет. Он сейчас в институте, и вроде один город, а уже сейчас не получается часто встречаться.

Слушай, Ириан, а ведь теперь у меня есть вариант получать больше маны.

Ты это к чему?

Научи меня убойным заклинаниям. Вот в том бою за караван, чем ты магов приложил? Что это за магия такая была? Научи.

Что за магия… а ты как думаешь?

Ну, первая, где ты чувака того просто разорвал внутри его защитной сферы, это, наверное, магия воздуха? Создал вакуум внутри, и его разорвало?

Хорошая версия, только вот вопрос, куда бы я дел воздух? Ведь для этого нужно было бы разбить сферу и выпустить его. Или хотя бы сделать брешь, а это бы заняло больше времени.

Тогда как?

Магия воды. Я просто взял всю воду его организма и разбросал в разные стороны.

Охренеть! Да как такое вообще возможно?

На твоем уровне никак. Вы пока не изучаете таких заклинаний. Да и вообще они даются далеко не многим. Здесь очень большие вычисления. Ты не просто отправляешь заклинание в противника, ты создаешь заклятие, которое формируется только после перехода через защиту. При этом нельзя ошибиться, иначе оно либо разобьется, либо пройдет насквозь через тело, и ты разбросаешь воду в воздухе. К примеру, если бы тот маг сделал шаг вперед, то мне пришлось бы туго.

Я в шоке… а второе?

Принцип тот же, что и в предыдущем. Такие заклинания называются призрачными и от них крайне сложно защититься. Правда и ману они жрут дай бог. Но там я применил гравитацию, просто более сложную, чем, например, любит Гермус.

Но ты меня научишь им?

Сейчас — нет. Ты пока физически не можешь использовать заклинания с большими вычислениями. Будем пока учить что проще, и вот этому я тебя научу. Да и розу уже знаешь.

Да! У меня же теперь будет возможность его использовать!

Ага, только ты учитывай, что у тебя сильно урезаны возможности. Ты можешь вливать только определенное количество маны, равное твоему запасу на каждую руну. Ни больше, ни меньше. Это сковывает тебя. Поэтому ты и не сможешь использовать призрачные. При полной заливке, рассчитать все просто невозможно.

Понял.

— Ребята, стойте, — остановился я у лавки.

— Это зачем? — посмотрел на меня Лим.

— Подарок для Саваски.

— А-а-а-а… — почесал он затылок. — Знаешь, однажды я расстался с девушкой перед ее днем рождения, а помирился после. Это очень удобно, если ты…

— Торгаш и не имеешь совести, — закончил за него Форст.

— Да уж, это точно, — согласно кивнула Ирис. — Это что за подлость?

— И не говори, — осуждающе посмотрела на парня Сильва.

— Да что вы докопались? Зиф, скажи им!

— Говорю! — важно приосанился наш друг. — Ребята, вы правы. Лим та еще жадная скотина.

— Ничего я не жадный! Просто деньги имеют свойство заканчиваться…

Шутки и смех продолжились, а я, прикусив губу, рассматривал все эти сокровища, подбирая для своей девушки именно то, что ей должно подойти и понравиться.

Когда мы закончили с подарком, зашли в магазин одежды. Тут стало веселее. Девушки не удержались и тоже начали примерять различные наряды. Зиф вместе с Форстом и Лимом стояли у примерочных и оценивали одежду. Когда я все-таки подобрал себе вечерний наряд, мы пошли дальше. Походы по магазинам порядком вымотали, и, взяв у уличного торговца мороженное, мы отправились в парк. Там внезапно загорелись глаза у Сильвы. Как оказалось, она никогда не каталась на каруселях. Естественно, мы всей толпой завалились в чертово колесо. Лим вместе с Зифом начали раскачивать кабинку, не обращая внимания на визги девушек. В итоге нам с Форстом их все-таки удалось угомонить. Потом мы катались на лошадках, летали на магических зверях. Когда начало темнеть, мы спохватились и отправились обратно, решив напоследок зайти в трактир и поесть.

— Здравствуй, Тир, — встретила меня у дверей Рина. — Можно с тобой поговорить?

— О, привет, — махнул ей Лим.

Та в ответ кивнула.

— Да, конечно, — притормозил я.

Интересно, что ей надо?

Думаю, ее шеф так же хочет иметь под рукой сильного, хоть и своенравного, одаренного.

— Держи, — она протянула мне сверток. — Это твоя награда. И извини, что психанула. Я думала, мы из-за тебя провалили задание, но как оказалось, Эрдвор еще и поимел на этом. Он сказал, что ты молодец. Велел вернуть маску и в знак благодарности еще немного золота.

Она протянула мне небольшой мешочек.

Это мы хорошо сходили!

Не спеши с выводами. Если эти двое найдут способ взять тебя за жабры, ты сильно пожалеешь, что с ними связался. Постарайся больше не лезть в их дела.

Постараюсь.

***

— Ты готов, милый?

Я посмотрел на свою невесту и потерял дар речи. Красное вечернее платье, ожерелье с красными камнями, сережки из того же комплекта и туфли на высоких каблуках.

— Знаешь, я никогда не встречался с королями, я не знаю, какие они, но мне кажется, что тебе стоит сейчас избегать знакомства с ними.

— Почему? — не поняла она.

— Если они тебя увидят, начнутся войны за право обладать тобой, и мне придется убить всех. Ведь я никому не отдам такое сокровище.

Девушка смутилась и так нежно посмотрела мне в глаза, что у меня самого все внутри сжалось еще больше.

— Спасибо, милый. Мне безумно приятно.

— Слушай, я понимаю, что подарки принято дарить после бала, но уверен, что во время танца в небо ты захочешь подняться именно на нем.

Я достал красную доску и протянул девушке.

— Тир… — она схватила ее, неверяще смотря на меня. — Это же Норфус Альфа! Самая быстрая в мире доска!

Саваска бросилась мне на шею и тут же вцепилась зубами в ухо.

— Ай, за что?

— Я ненавижу тебя за то, что не могу сейчас расцеловать. Ты даже не представляешь, как я тебя люблю.

— А я… безумно люблю тебя, — я вновь заглянул в прекрасные алые радужки глаз.

— И как ты можешь на меня ТАК смотреть… — вздохнула она. — Я начинаю сходить с ума от этого взгляда. Черт, как только ты освободишь Ириана, я тебя… ох, что я с тобой сделаю…

Слова девушки были столь многообещающими, что я даже испугался, а выживу ли я после этого.

— Запрыгивай!

Она бросила свою новую доску на землю и тут же встала на нее.

— Слушай, ты уверена? Бал скоро начнется, — попытался я ее образумить.

— Ты что, хочешь, чтобы эта красотка пылилась до начала бала? — с осуждением посмотрела на меня Саваска. — Запрыгивай!

— Как скажешь, — хмыкнул я, становясь позади девушки.

Доска резко рванула вперед, и я только и успел, что ухватиться за свою невесту.

— Я не успел закрепиться!

— Просто держись за меня!

Мы взлетели высоко вверх, над городом. Летели до самого пика, до максимальной высоты и когда зависли в воздухе, над облаками, я увидел огромную полную луну. Даже дух захватило от такой красоты.

— Держись, малыш!

Мы начали падать вниз, переворачиваясь и крутясь.

— Уоу, уоу, уоу! Саваска!!!

— И-И-И-И-ИХА-А-А-А-А!

Девушка сменила направление, и мы полетели на огромной скорости вперед. Мои ноги сдуло ветром и оторвало от девушки, отправляя в свободный полет.

— САВАСКА-А-А-А-А!!!

Не успел я пролететь и пары минут, как она подхватила меня, возвращая на борт.

— Поймала!

— Не делай так больше…

Я с трудом перебрался и вновь встал позади нее.

— Держись, милый! — она сделала мертвую петлю, после чего начала крутиться нас, словно дрель.

— Я не так давно ел! Боюсь запачкать твое платье! — прижавшись плотнее, проорал я ей на ухо.

— И-И-И-И-ИХА-А-А-А-А!

Моя безумная, любимая девочка.

Осторожно!

В следующее мгновение, меня будто ударили по голове. Сознание начало уплывать, и я разжал руки. Чувство падения. И она тоже потеряла сознание…

***

— Ну же, приходи в себя, милая.

Я качнул головой.

Что происходит?

Похоже, вас кто-то схватил.

Я попытался дернуться, но руки оказались зафиксированы. Каждый палец был прикован какими-то странными кандалами к доске. Я осмотрелся. В сырой комнате трое. И этих троих я знаю. Гассин, Рофалт и Шкап. Три мрази, из-за которых я вылетел из турнира. Которые пытались меня… выжечь.

— Смотрите, начинает мычать, — хмыкнул блондинчик.

Они собрались вокруг Саваски, она так же прикована, пальцы зафиксированы. Гассин взял мою невесту за подбородок.

— Убери руки, — прохрипел я с такой яростью, что сам не узнал своего голоса.

— Смотри-ка, очнулся, — блондинчик подошел ко мне и с размаха врезал ногой в грудь. — Ты мне тут указывать собрался, чмошник?

Удар по ребрам вновь выбил воздух, заставляя хрипеть.

— Тронешь ее, и я уничтожу тебя, — многообещающе посмотрел я ему в глаза.

— Что происходит? — очнулась моя девушка.

— Убьешь меня? Ну, попробуй, — он подошел к ней, опустился и впился в губы.

— Гнида, я вырву твою душу!

Саваска замычала, сопротивляясь, но через мгновение мычать начал он. Этот урод оторвался от нее и покатился по полу, разбрызгивая кровь. Красноволосая сплюнула его язык на пол.

— Мои губы принадлежат только ему, — прорычала она, показав в мою сторону, после чего облизнулась.

— Ах ты, тварь! — Рофалт кинулся к ней, но его остановил Шкап.

— Мы должны их обратить в нашу веру, не забыл?

— Так она же Гассина…

— Я уже остановил кровь и усыпил его, — спокойно произнес третьекурсник.

— Ладно, тогда сам ее и обращай. А я пойду, выбью весь дух из этого урода.

Он подошел ко мне и нанес удар по все тем же ребрам. В это время его товарищ начал плести заклинание.

Это руна синего пламени! Они адепты!

Что это значит?

Ничего хорошего, дубина! Используй силу проклятого! Их нужно остановить.

С удовольствием.

Я даже улыбнулся от предвкушения. Закрыл глаза и погрузился в черный мир звездочек, пролетая мимо Встревоженного Ириана. Спустившись к озеру, я сделал один глоток и вернулся обратно.

Мир снова стал серым, но только не весь. Рофалт был очень ярким и таким аппетитным… я встретился с ним взглядом. Раздался крик, кто кричит? Он? Да какая разница? Я резко втянул его душу через глаза, словно лимонад через трубочку. Внутри стало как-то тепло и спокойно.

— Проклятый! — с ужасом посмотрел на меня Шкап.

Зря ты посмотрел на меня… мой ужин…

Стой! Не убивай.

Что тебе нужно?

Если убьешь, не сможешь выбраться из оков! Не убивай его. Лучше запусти меня в его тело!

Это моя еда!

Потом убьешь, когда я вас освобожу.

Ладно. Но ты не помешаешь мне его съесть!

Конечно.

Все это время я не отрывался от своей жертвы. Открыв рот, я послал к Шкапу Ириана. Душа моего друга преодолела пространство и влилась в глаза третьекурсника. Секунда борьбы, и вот мой союзник уже завладел телом. Он набросил какое-то заклинание на спящего, после чего легко открыл кандалы, освобождая наши пальцы.

— Привет, Саваска, — махнул он рукой девушке и обернулся ко мне. — Все, забирай меня обратно.

Я снова свернул губы в трубочку и засосал разом две души. Ириан вернулся в свою комнату, а вот Шкап стал моей пищей. Прикрыв глаза, я избавился от остатков своей черной силы.

— Милый, ты как? — подбежала ко мне Саваска.

— Знаешь, а красный тебе чертовски идет, — провел я рукой по ее окровавленному лицу.

— Прости, — по щеке девушки покатилась слеза. — Он украл мой поцелуй.

— Знаешь, если этот поцелуй должен был закончиться так, то я рад, что он достался не мне, — хмыкнул я. — А сейчас пора исполнять обещание.

Я подошел к Гассину и начал пальцами раскрывать его веки.

Стой, не делай этого!

Почему?

Он нам нужен.

Никому он не нужен, я эту тварь…

Подожди, мы сейчас черт знает где. Кто наверху — неизвестно, а у него полно маны. Он может быть отличной батарейкой, тем более, что я погрузил его в длительную спячку. Он в ближайшее время точно не проснется. Это раз. Второе, то, что он адепт синего пламени. Эта секта некогда причинила очень много зла и была уничтожена. Они очень опасные ребята. Их сто первая руна не знает преград, она поглощает любую магию и выжигает не тело, а душу человека. Кроме того, благодаря ей адепты могут подчинять себе волю людей. Видимо, это же они собирались сделать и с вами. Обратить в свою веру. Так что убивать его мы не имеем права.

Черт!

Лучше сделай привязку к нему и сожги тела остальных. Нельзя, чтобы кто-то догадался, что ты проклятый.

Хорошо. Ты прав.

Я взял тела Рофалта и Шкапа и отбросил их в сторону.

— Милая, сожги их, пожалуйста, — обратился я к Саваске и принялся рисовать связь.

— С удовольствием, — хищно улыбнулась она, творя собственное заклинание.

Вскоре оба тела превратились в угли.

Я закончил свою работу и закинул Гассина на плечо. Тренировки не прошли даром. Ходить с ним я смогу без особых проблем.

— А что это была за руна? — посмотрела она на меня магическим зрением.

— Руна связи двух резервов. Наша с тобой семейная сто первая руна. Я научу тебя ей, когда выберемся.

— У нас уже есть семейная руна, — хмыкнула она. — Мы же еще не женаты даже.

— Но будем же, — пожал я плечами. — Или ты не хочешь?

Мы подошли к железным дверям.

— Знаешь, в тот день, когда ты сделал мне предложение… — прошептала девушка. — Я согласилась.

— Правда? — удивленно посмотрел я на нее. — При том, что я был очень пьян и мы совсем недавно познакомились?

— Да, — кивнула она. — Я не знаю, как, но я поняла, что хочу быть с тобой. Таким сильным и таким… беззащитным.

— Спасибо, — я улыбнулся, глядя ей в глаза. — А теперь пойдем убивать.

Я завершил связку и тут же принялся создавать шарик на цепи, одновременно с этим открывая дверь. С той стороны ждал какой-то молодой парень. Я не стал рисковать и отправил свой снаряд в полет. Мгновение, и его череп раскалывается на части.

— Тревога! — кричит кто-то.

В нашу сторону льется синее пламя, и я с трудом успеваю оттолкнуть Саваску и прижаться к стене.

Черт! Да как их сделать без защиты, у меня ведь только шар!

У тебя все заклинания, которые ты изучал в школе и академии. Ты знаешь все, просто никогда не наполнял маной. Так что давай, уничтожай!

Я принялся вязать руны, и буквально через секунду из моих рук вырвалось «дыхание дракона». Раздались крики и ответные атаки, вот только я… куда быстрее. Одно заклинание срывалось с моих пальцев за другим. Мы вышли в коридор, где нас ждали адепты. Я убивал, творя быстрее, чем они, позади прикрывала верная Саваска, не позволяя ранить меня и атакуя тех, кого я пропустил. Дом наполнился криками боли. Вспышки. Потоки желтого и синего огня разгоняли тьму.

Стоять! Чешую! Это магистр!

Я принялся плести свое любимое заклятье, вкидывая в него как можно больше маны.

А он нас не сожжет?

Для этого он должен лишиться своего барьера. Сомневаюсь, что рискнет.

«Чешуя» покрыла нас полусферой, защищая от атак. Мужчина в серой, такой же, как у Ириана, робе начал свои атаки.

Шаг назад, призрак!

Я оттолкнул Саваску и отошел сам. Передо мной что-то хлопнуло.

— Неплохо, парень, очень неплохо, — сузив глаза, посмотрел он на меня. — Избежать взрыва сердца таким путем, создать «чешую»… знаешь, мне жаль, что тебя придется убить.

Ой-ой! Плети «розу».

Я перекинул «связь» на магистра и начал плести заклинание, на котором учился уже сотни тысяч раз. Заклинание, которое я мечтал воплотить, но знал, что не смогу. Но сегодня… настал тот час.

— Ты что делаешь, остановись! — противник заметил мои махинации. Он сбросил свое заклинание, встряхнув пальцами, и принялся творить защиту.

— Закрой ушки, милая, — обратился я к Саваске, завершая рисунок.

Из моих рук к потолку устремился бутон красной розы. Он постепенно раскрывался, и его лепестки разлетались в воздухе. Когда последний лепесток оторвался, грянул взрыв неимоверной мощи. Даже моя чешуя с огромным количеством влитой маны затрещала по швам. Земля заходила ходуном, а воздух превратился в пламя. Только огонь и ничего больше. Буйство стихии проходило всего секунду, но когда оно закончилось, не осталось ни магистра, ни других адептов, ни стен, ни потолков. Я не знаю, что за здание здесь было раньше. Но сейчас от него остался лишь фундамент.

— Ни хрена себе…

Саваска с открытым ртом смотрела вокруг, пытаясь понять, что произошло. А я упал без сил. Маны больше не было ни у меня, ни у моей батарейки.

— Магическая стража! Поднять руки! Чтобы я видел ваши пальцы!

Я устало поднял руки и улыбнулся магу, прилетевшему на доске. Между делом бросил взгляд на свою спутницу. Жива, цела, прекрасна. И даже свою Норфус Альфу, прижимает к груди.


Эпилог


Каменный тюремный коридор был на удивление тих. Заключенные не кричали, и не ссорились. В воздухе витало напряжение. Все знали, что сегодня в тюрьму пришла она. Стук каблуков заставлял сердца биться чаще. Она шла мимо, и каждый заключенный вздыхал спокойней, когда шаги начинали отдаляться. Но вот скрипнула дверь, и высокая женщина с бордовыми волосами приблизилась к своей жертве.

— Гассин, — тихим, даже ласковым голосом произнесла женщина, но в груди юноши появился страх. Лютый, всепожирающий страх.

— Пожалуйста, госпожа истязательница, прошу, не надо. Я все расскажу! — Из глаз недавнего студента брызнули слезы.

— Расскажешь, — хищно улыбнулась женщина. — Все расскажешь. Ведь это ты на арене издевался над моим мальчиком…

— Нет, пожалуйста! — запрыгал он вместе со стулом, к которому был прикован. — Пожалуйста, НЕ-Е-Е-Е-Е-ЕТ!

***

— Что удалось узнать? — двое мужчин сидели в ресторане, прикрытые пологом.

Со стороны казалось, что это молодой парень и юная девушка, воркующие о чем-то. Если бы кто-то вздумал подслушать их, то не обнаружил бы ничего для себя интересного. Обычные разговоры о любви. На самом деле, все было совсем иначе. Двое мужчин в темных одеждах обсуждали более серьезные темы…

— Ничего. Этот Гассин оказался полностью бесполезен. Стоило начать разговор о синем пламени, как он тут же вспыхнул. Однако, мы знаем, что заправлял всем магистр Феррат. Но он погиб в бою.

— Да уж, два студента убили магистра, причем еще и взорвали пятиэтажное здание, превратив его в пепел. Как это возможно вообще?

— Не два, — покачал головой мужчина. — Один. Я более чем уверен, что «роза» была создана Тирмоном.

— Это тот проклятый, о котором вы рассказывали?

— Да. Он уже несколько раз показывал возможности, на которые просто физически не способен. Я пока не знаю, в чем его сила, но это не только проклятье.

— Хорошо. Что вам еще о нем известно?

— Он идет по следам архимага Юристара. Мы знаем, что он общался с истязателем Джорденгеффером, который последним видел архимага. После этого он отправился в ледяные пустоши. Напомню, архимаг тоже был там. Он изучал феномен белой смерти. Все это неспроста.

— Юный проклятый решил стать бессмертным?

— Возможно. По моим данным он собирается стать химерологом.

— Очень… очень интересно, — задумался второй мужчина в черном. — Юристар не раз говорил, что секрет бессмертия заключается в проклятых. Он предполагал, что они могут не только пожирать души, но и переселять их из одного тела в другое. Наблюдайте за ним и смотрите, чтобы его не отчислили из академии.

— Все было бы намного проще, если бы меня назначили ректором.

— Проректор Конрад, вы знаете, что мы прикладываем все усилия. Даже наше покушение на принцессу Рамарву не возымело эффекта. Сейчас мы постараемся надавить с помощью адептов синего огня. Если все получится, вы займете место, принадлежащее вам по праву, а пока нам нужно только терпение.

— В таком случае, я буду ждать.

Мужчины обменялись рукопожатиями, встали и разошлись в стороны. В ресторане никто и не заметил, куда пропала молодая пара. Никто не обратил внимания на двух мужчин, покинувших заведение.



Оглавление

  • I
  • II
  • III
  • IV
  • V
  • VI
  • VII
  • VIII
  • IX
  • X
  • XI
  • XII
  • XIII
  • XIV
  • XV
  • XVI
  • Эпилог