КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 469206 томов
Объем библиотеки - 685 Гб.
Всего авторов - 219207
Пользователей - 101775

Впечатления

Ордынец про Борискин: Привет с того света или приключение попаданца (СИ) (Научная Фантастика)

Привет с того света или приключение попаданца- тема интересна.но слишком занудно описание

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Ордынец про Бармин: Гранд (Попаданцы)

сексуально озабоченый автор.девки в реале не дают ни как

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Ордынец про Бармин: Бестия (Научная Фантастика)

примитив

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Serg55 про Корчевский: Битва за небо (Альтернативная история)

дилогия как=то типа обычной биографии военного

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Serg55 про Корчевский: Воздухоплаватель. На заре авиации (Альтернативная история)

попаданец кроме как скупки золотых монет ни чем не отметился

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Stribog73 про И-Шен: Сила Шаолиня. Даосские психотехники. Методы активной медитации (Самосовершенствование)

Конечно, даосская техника активной маструбации весьма интересна для тех, у кого нет партнера по сексу, как у шаолиньских монахов. И это весьма оздоровительное занятие в прыщавом возрасте.

Рейтинг: +4 ( 6 за, 2 против).
Алекс46 про Круковер: Попаданец в себя, 1960 год (СИ) (Альтернативная история)

Графоманство чистой воды.

Рейтинг: 0 ( 1 за, 1 против).

Интересно почитать: Надежны ли машины марки KIA?

Подарок (СИ) (fb2)

Ирина Снегирева ПОДАРОК

ПРОЛОГ

Стрелки часов показывали только десять утра, а Елена Лебедева уже тяжело вздыхала. Смена можно сказать только началась, а больные в перевязочную шли непрерывным потоком один за другим. Конечно, так было вчера и так будет завтра, послезавтра… Но почему-то именно сегодня хотелось чего-то совершенно иного. То ли хотелось покоя и тишины. То ли настойчивая весна шептала, что надо бросить все и идти прогуляться, по начинающим зеленеть улицам. То ли годы, или как теперь модно говорить — биологические часы, напоминали о себе, а годков у Лены было целых двадцать восемь. И все бы ничего, но только предчувствие чего-то неотвратимого так и давило на грудь, не давая покоя.

От работы и мыслей девушку отвлек звонок мобильного телефона. Елена с тревогой услышала мелодию, стоящую на вызов отца. Попросив пациента подождать за дверью, достала из сумочки аппарат и взволнованно произнесла:

— Да, пап! Что-то случилось? Хороший заказ? Но ведь это же здорово! — девушка облегченно вздохнула. — Краковскую? Конечно, куплю, даже не переживай. Всё, целую, пока!

Мысль о колбасе заставила заурчать голодный желудок, и Алёна с тоской взглянула на вскипевший еще полчаса назад чайник. Похоже, что сегодня она освободится только к обеду. Эх, не зря видать сестрички посмеиваются над ней, что не могла вот она найти профессию получше, чтоб и сыто, и спокойно, и денежно… Но уже спустя пять минут девушка забыла про собственные неудобства, выслушивая жалобы от очередного пациента. И только мысль об успехах отца — владельца небольшого мебельного магазинчика согревала её душу.

Часть первая

Глава 1. ВЫГОДНЫЙ ПОКУПАТЕЛЬ

Небольшой мебельный магазин на окраине Владимира ничем особо выдающимся не отличался. Те же насаженные бархотки и петунии на подступах к каменным ступеням, те же лица покупателей, желающих за меньшие деньги купить что-то поизящнее и помоднее. Все как у всех. И непонятно отчего в один из теплых летних дней перед дверями "Хорошей мебели" остановилась черная Субару. Припарковавшись рядом с весьма скромной Ладой-Калиной, авто застыло. Спустя минуту дверца со стороны водителя открылась, выпуская седого подтянутого мужчину высокого роста.

Сергей Лебедев, владелец "Хорошей мебели" с удивлением смотрел в окно, наблюдая, как за решительным водителем внедорожника семенил сопровождающий, стройный молодой человек, одетый весьма вычурно. Светлые кудри юноши (а по-другому и не скажешь про его возраст) вздрагивали с каждым шагом, а джинсовые брюки "с заниженной линией шага" выглядели более, чем жалко. Сделав буквально несколько широких шагов, седовласый гигант оказался внутри мебельного магазина. И ему даже не требовалось ничего говорить. Своей какой-то внутренней силой и мощью он буквально заполнил довольно обширное помещение, словно всем своим видом говоря: пришел отнюдь не простой покупатель.

— Я чем-то могу Вам помочь? — подсуетилась Ольга, старшая дочь владельца магазина. Голос молодой женщины немного дрожал, но она была уверена в своей неотразимости, ведь на ногах красовались новые лабутены, купленные по баснословной цене. Красивая и дорогая вещь всегда придает силы и уверенности в себе. — Вам помочь что-то подобрать? Посоветовать?

Но посетитель даже не обратил внимания на услужливую продавщицу. Он уже увидел то, зачем приехал:

— Вот! Вот то, что мне нужно! — гигант гневно ткнул указательным пальцем в большой классический овальный обеденный стол. — А вы мне нашли хрен знает что! Во именно это нужно моей семье, а не тот кошмар с выточенными человеческими ногами..

Этот доставить ко мне! Немедленно!

Кудрявый парень открыл, было, рот, чтобы возразить, но не посмел, вероятно, сравнив весовые категории или что-то ещё. В это время владелец магазина, которому, в отличие от провинившегося молодого человека, бояться было нечего, подошёл к требовательному покупателю.

— У нас к этому столу есть еще подходящие стулья, — со знанием дела произнёс Сергей Лебедев.

— А ты, как я посмотрю, мужик не промах? — усмехнулся гигант и согласно кивнул. — И стулья подбери, двенадцать штук. Доставка есть?

— А как же, — тут же отозвался Сергей, мысленно порадовавшись, что именно вчера доставили с фабрики необходимый комплект мебели.

Ураган в лице покупателя и его сопровождающего покинул магазин, а владелец "Хорошей мебели", выглянув в окно, присвистнул:

— Оль, да ты глянь. К ним еще и шкаф прилагается.

— Па? — непонимающе переспросила дочь, складывая наличные в денежный ящик, — какой шкаф?

— А вот, на двух ногах, — усмехнулся Сергей, наблюдая за дочерью, которая тут же подскочила и уставилась в окно. Там, рядом с недавним покупателем, размашисто шел рослый охранник. А следом за ними семенил молодой человек, напоминавший в этот момент мелкую комнатную собачку.

Сказано — сделано. Уже во второй половине дня владелец магазина, Сергей Лебедев, лично отправился доставлять заказ необычному покупателю, прихватив с собой расторопного грузчика. Конечно, можно было бы и работников послать, но мужчина четко разделял простых клиентов и тех, что поважнее. И за доставкой товара таким людям проследить нужно было крайне тщательно.


Этим же днем фургончик Лебедева въезжал на огороженную территорию дома Никонова, заказавшего деревянный стол и стулья в придачу. Охрана пропустила машину. Сам Сергей уже не раз поставлял мебель людям с разным доходом, но этот двухэтажный дом, обшитый дорогим отделочным камнем, выглядел более, чем богато. Балконы, большие окна, сквозь которые свет заполнял просторные помещения… Все владение Никонова говорило о достатке и неплохом вкусе владельца. Добавлял приятных ощущений и парк при доме. Клумбы, какие-то насаждения диковинных кустарников, извилистые дорожки, усыпанные гравием и уходящие вглубь хозяйских владений…

Обстановка дома тоже была под стать внешнему облику сооружения. Все было изысканно, без излишеств, но вместе с тем стоило приличных денег. Это-то Сергей понял, едва переступил порог. Его и помощника встретила рыжеволосая женщина средних лет. На ней был надет кружевной передник: это указывало на то, что перед ними домработница, а не хозяйка. Внимательно оглядев двоих мужчин, выгружающих стулья, она обратилась к ним с полуулыбкой:

— Ну вот, наконец-то привезли. А то я уже заждалась. Следуйте за мной.

— Иваныч, — шепнул Лебедеву грузчик, молодой и жилистый парень, — зацени, в какой красоте теперь и твоя мебелишка стоять будет.

— Она уже не моя, — заметил веско владелец мебельного магазина, занося стулья, стараясь при этом ничего не задеть. Иначе любая поломка может вылиться в весьма приличную сумму, с которой сам Сергей Иванович расставаться не хотел.

Просторная столовая и в самом деле без большого овального стола смотрелась как-то неправильно и несуразно. Уж слишком нравились самому Лебедеву картины или кадры из фильмов, где большие дворянские семьи восседали за завтраком или обедом за большими столами. Под такое сравнение данное помещение очень подходило и по размеру, и по обстановке. И, конечно же, здесь совсем никак не смотрелось то самое "ногастое " произведение, о котором говорил покупатель и которое сейчас красовалось по самой середине комнаты. Сергей еще раз осмотрел столовую и бросил взгляд в окно, за которым виднелся сад, разбитый явно знающим толк в ландшафтном дизайне человеком. Глазами ухватил приличных размеров бассейн, наполненный чистой водой и сверкающий на солнце. Дом, да и все, что прилегало к нему, было откровенно богатым.

— Ну вот, — довольно улыбнулась женщина, приглаживая одной рукой волосы, — теперь-то здесь точно всем понравится. А это чудо с ногами, пожалуйста, помогите вынести на улицу. Может быть, хозяева подо что и приспособят.

Выезжая из владений Никонова, Сергей бросил взгляд на охранника, с видом скучающего бульдога открывшего ворота и выпускающего мебельщиков.

— Видал, Иваныч? — грузчик полушутя ткнул пальцем в закрывающиеся ворота, через которые виднелся охранник, — тебе такое даже и не снилось.

— Нашел о чем думать, — усмехнулся Лебедев, выруливая на шоссе. — Лучше бы про ту домработницу, а он про мужиков.

Грузчик ухмыльнулся, оценив шутку начальника, но промолчал, погрузившись в свои заботы. День клонился к вечеру, и фургон вместе с владельцем направился по улицам в сторону дома. Высадив помощника на окраине Владимира, где тот жил, сам Лебедев свернул на широкую дорогу, ведущую в поселок Лесной. Именно там и проживало его семейство.

Усталый, но довольный, мужчина подъехал к многоэтажному дому, в котором проживал, заглушил мотор и задумался. День прошел удачно, но счастье его было в том, что сейчас в трехкомнатной квартире он проживал не один. Несколько лет назад его супруга покинула этот мир, оставив Сергея одного с тремя дочерьми. Другой жены у него так и не появилось. Конечно, романы (и порой продолжительные) бывали. И это волновало и будоражило кровь. Но стоило только ему заикнуться об узаконивании отношений, как женщины испарялись или просили не торопить события. Возможно, тому было причиной наличие девочек-подростков. Теперь уже и сам Лебедев не настаивал, понимая, что и ему самому неплохо живется. Дома — чистота и порядок, а в холодильнике сварено и первое, и второе.

Конечно, девочки к нему не привязанные и свою жизнь сами строят. Старшая, Ольга, модница и красавица, живет в соседнем доме гражданским браком с неплохим человеком. Правда, работает вместе с отцом. Но он только этому рад. Вторая, Надежда, выскочила замуж в двадцать лет, но спустя год вернулась, заявив, что все мужики козлы, кроме родного отца. Девочка радовалась, что детей так и не случилось и ушла от мужа-гулёны без хомута. Тогда сам Сергей дочь поддержал, согласившись с Надиными доводами, но сейчас дело обстояло иначе. Ему уже стукнуло пятьдесят пять и внуков хотелось.

Мысли мужчины перешли на младшую дочь, любимую. Думая о Елене, Сергей сам собой начал улыбаться. Алёна очень напоминала покойницу жену. Такая же спокойная и рассудительная. Алёна у него медработник. Еще в школе выбрала себе профессию, получила медицинское образование. Сама устроилась на работу в больницу и, кажется, была этим довольна. Конечно, она очень часто возвращалась домой усталая, особенно после ночных дежурств. Но нытья и жалоб на жизнь, именно от третьей дочери, Лебедев никогда не слышал. Даже в личной жизни, когда год назад Елена внезапно рассталась со своим ухажёром и после этого похудела на нервной почве так, что только глаза одни остались. Сергей сколько ни пытался поговорить с дочерью по душам, ничего не выходило. Девочка только отшучивалась, что это "был герой не её романа".

От стука в боковое стекло мужчина едва не подскочил, а увидев, что там стоит Алёнка, спохватился, глянув на часы. Точно, уже восемь вечера. А он и не заметил, как заснул.

— Спишь? — усмехнулась девушка, наблюдая, как отец ловко спрыгнул с подножки фургона. — Устал? — снова спросила она, но уже более серьезно.

— Есть немного, — согласился мужчина, направляясь вместе с дочерью к двери большого дома, — день, видно, такой. Бури магнитные, слышала?

— Ага, — кивнула Елена, — сегодня половина больных мне про них только и рассказывала. А я зашла домой — никого нет. Надя ушла к подруге, тебя тоже не видно… Потом гляжу- твой фургон подъехал, а ты все не идешь и не идешь…Что-то случилось?

— Все в порядке, точно, — Лебедеву было приятно внимание дочери. Каждому в жизни хочется, чтобы о нем заботились и его любили. Алёна этим делилась с окружающими сполна. — Просто в сон сморило. Наверное, завтра будет гроза.

— Ты как барометр, погоду предсказываешь, — пошутила девушка, открывая квартиру. — А куда ездил-то?

— Да так, за город. Хороший заказ, — удовлетворенно крякнул Серей, заходя домой вслед за дочерью. Но тут заиграл его мобильный телефон, и мужчина отвлекся, отвечая на звонок.

* * *

На столе было уже все накрыто. Алёна машинально тщательно вымыла руки с мылом, вытерла. Отец приехал, всё хорошо, осталось только покормить его и помыть посуду. А после завалиться в постель с какой-нибудь книжечкой, чтобы так и уснуть.

Сегодня у нее была обычная дневная смена, а вот завтра ночная…Сотрудница попросила подменить, и девушка не стала отказываться. Кому не нужны лишние деньги в наше время? Такое случалось в ее работе часто. И пусть труд медсестры тяжел и приходится видеть не только улыбки, а в основном выслушивать жалобы на болячки или расспросы о методах лечения шишек или синяков, Елена не хотела куда-то уходить, менять на что-то иное свою работу. То ли это привычка работать на одном и том же месте (а ведь, как известно, не каждый сможет легко сменить один коллектив на другой), то ли врожденное упрямство, ведь сестры давно говорили, что в медицину, особенно в низшее звено, в наше время идут только те, кому себя не жаль. Да и честно сказать, ей нравилась сама работа — облегчать страдания другим, и не только физически. Скажешь доброе слово больному человеку, подбодришь его, и, глядишь, нытьё у него куда-то пропало. И вот вчерашний поникший и расстроенный пациент уже сам улыбается и даже отсыпает другим больным шуточки.

Только с личной жизнью у Елены Лебедевой не заладилось. Три года она встречалась с Максимом, строила планы их будущей совместной жизни. Радовалась, когда тот звал её к себе в гости, знакомил с родными. И думалось, что их отношения серьезные, раз знакомит, то значит, хочет ввести её в свою семью, так сказать, готовит почву… Куда там…

Чуть больше года назад Лена вдруг почувствовала трещину, что образовалась в их отношениях. Макса, работника одного и многочисленных офисов, повысили. К этому моменту они стали присматривать себе квартиру, ведь если тебе уже больше, чем четверть века (жутко звучит!), то хочется своего угла, да с любимым. Лене на глаза попалось объявление о сдаче в наём двухкомнатной квартиры как раз в том же районе, в котором она и Макс работали. Это было бы так удобно им обоим, и Елена позвонила, решив посоветоваться с любимым. Когда она договорилась посмотреть квартиру, он, сославшись на неотложные дела, не смог сходить вместе с ней, всецело доверившись ее выбору. Девушка одна отправилась по указанному адресу. Её все устроило и она, окрыленная, направилась на работу к Максу. Решила его обрадовать столь удачным выбором их совместного первого жилья, в душе надеясь, что они как можно скорее туда переедут. До окончания рабочего дня у Максима оставалось совсем немного времени, и Лена присела на лавочку около здания, в котором он работал. Достав леденец, развернула его и застыла…

Как в замедленной съемке, Елена смотрела на стеклянную дверь и выходящего из неё Макса, который поддерживал под локоток какую-то юную нимфу в очень короткой юбочке. Он вился вокруг нее, словно самец, исполняющий брачный танец… это чувствовалась во всем. Даже тогда, когда он распахнул перед ней дверцу машины, сказав что-то веселое. Неизвестная нимфа рассмеялась в ответ, погладив Макса по щеке так интимно… И был этот жест таким приторным и противным, что Елену передернуло. Боль мгновенно опутала сердце. А когда Макс сел в машину и потянулся к нимфе, то ли пристегивая ремень безопасности, то ли обнимая её, то и вовсе в глазах потемнело. Последней каплей в увиденном представлении стал поцелуй ее возлюбленного и юной незнакомки.

Слез не было. Но какое-то отчаяние накатило на Елену и она тут же набрала Макса, чтобы услышать его голос, сделать себе больнее или ухватиться за соломинку. Узнать, соврет он или скажет правду. Но мужчина даже не взял трубку ни с первого звонка, ни со второго… А вечером, когда голова уже пухла от выплаканных слез, Макс позвонил сам. Извинился за то, что не ответил на звонок и что больше им встречаться не следует. Что его чувства к ней перегорели, а он сам благодарит её, Елену, за проведенное время. Именно сейчас в его жизни все кардинально изменилось, поэтому им лучше расстаться. Сколько раз она тогда плакала, подходила к зеркалу, искала в себе какие-то изъяны? Не сосчитать. Потом в ее жизни были знакомства с мужчинами, но все они были несерьезны, не оставались в памяти, не ложились на сердце. Однажды кто-то из родственников бывшего возлюбленного попал в больницу. И, столкнувшись с ней на процедурах, поделился новостями. Максим женился на той молоденькой девушке, "совершенно случайно" оказавшейся дочерью начальника Максима. Известие больно укололо, но пик этой боли уже прошел, поэтому девушка только безразлично передернула плечиком и натянуто улыбнулась, мысленно послав Макса куда подальше.

— О чем задумалась? — раздался мужской голос. Алена отмерла, увидев, что отец стоит, прислонившись к косяку, и наблюдает за ней.

— Завтра просили подменить, выйти в ночь. Об этом и раздумывала, — отозвалась Лена, доставая чистую тарелку и ставя ее на стол.

— Опять ночная смена? — нахмурился отец, — а то я уж было подумал, что этого продажного встретила, — именно так он называл Макса. В тот раз, встретив родственника бывшего возлюбленного, Елена не выдержала и рассказала все своим, желая поделиться горечью пусть и затихшей, но обиды.

— Ага, ночная. У Галки сестра родила, и она поехала ей помочь. А работать-то кому-то надо, — попыталась оправдаться девушка. Но на самом деле ей просто некуда было девать свободное время. У всех одноклассниц давно уже семьи, дети, а у неё никого. Работа и еще раз работа.

— А ты, значит, у нас всегда всех замещаешь. Прямо "добрый самаритянин", — вздохнул отец, наблюдая, как дочь накладывает картофельное пюре, ловко кладет рядом пару котлет и пододвигает к нему салатник.

Отец не спрашивал, не укорял, а констатировал факт. И Лена это поняла, поэтому ничего не ответила. Она, просто молча, налила себе в стакан молока, взяла карамель, развернула её, откусила. И только после этого присела рядом на стул, подогнув ногу, и нажала на пульт от телевизора.

— Может быть, тебе стоит перейти в другую больницу или вообще на другую работу? — нахмурился отец.

Но так как этот разговор уже поднимался не раз, а толку никакого не было, Елена по-прежнему работала все в той же больнице и на той же должности, то и вопрос звучал не так настойчиво.

— Да чего ты, па, все нормально, — отмахнулась девушка, улыбнувшись отцу. — У нас завтра большая выписка, так что смена должна пройти спокойно. Да и ночью подремлю, а там и выходной на носу. Тебе сейчас Ольга звонила? — Алена решила переключить внимание отца со своей персоны на одну из сестер. И, кажется, ей это удалось.

— Нет, не она, — Сергей Лебедев довольно улыбнулся. — Звонил заказчик, к которому я сегодня ездил. Попросил передать мне спасибо за работу и хотел бы еще что-нибудь приобрести для своего дома из нашего магазина.

— Но ведь это же здорово, па!

— Видела бы ты владения этих Никоновых!

— Владе-е-е-ния… даже так, — насмешливо протянула Елена, разворачивая вторую конфетку. — Главное, чтобы платили хорошо и вовремя.

— Да, это основное. Глядишь и кредит, что брали на раскрутку, погасим, — поддержал дочь отец, а потом добавил, — Ленок, ты дотянись-ка до шкафчика, достань мне коньячка. Отметить надо.

— Пап, — поинтересовалась Елена, ставя бутылку отцу на стол, — а этот Никонов — он кто? Миллионер? Если так, то каким чудом он попал в наш магазин?

— Кажется, он хозяин крупной строительной фирмы. Видела, на окраине Владимира элитные высотки возводят? Вот он и есть "владелец заводов, газет, пароходов".

— Тогда пусть он у тебя побольше всего заказывает, — согласилась с отцом Лена, допивая своё молоко. — Глядишь, и другим тебя посоветует, и они потянутся.

— А вот за это надо еще раз выпить. За твои слова! — усмехнулся Сергей, и рюмка снова наполнилась янтарной обжигающей жидкостью.

Надюша Лебедева пришла поздно, и Елена уже практически спала, когда услышала, как открывается дверь в комнату.

— Ленк, — сквозь дрёму донёсся голос средней сестры, — ты спишь?

— Уже нет, — отозвалась Алёнка и повернулась лицом к Надежде. От неё слегка пахло сигаретным дымом, духами и вином. Гремучая смесь, но к таким "ароматам" девушка относилась спокойно из-за специфики своей работы. От больных иногда так разило, что этот запах уже не воспринимался так остро. И потом, это же родная сестра. Елена поймала себя на мысли о том, что ищет для Нади смягчающие обстоятельства.

— Я так и думала, — пьяненько хихикнула Надюша, присаживаясь на диван к Лене. Та только успела отодвинуть ноги. — Ой, Ленка… ты даже не представляешь себе, какую красоту я сегодня видела у Наташки… мммм. Просто закачаешься!

— И что же там такого расчудесного? — спать хотелось очень. Но из-за разных графиков работ не всегда удавалось с Надей пообщаться. Вот и пришлось Елене Сергеевне открывать свои светлы очи и выслушивать рассказы подвыпившей сестрицы.

— Сумочку, маленькую, такую из белой кожи…замочки под серебро… красота такая — просто закачаешься!

— И почем нынче такое чудо? — поинтересовалась Алёна.

— А хрен её знает, — усмехнулась Надя тем самым тоном, который возникал у неё исключительно подшофе. — Наташка ломалась и молчала, как партизан. Словно я завтра же понесусь всем трезвонить про стоимость сумки. Будто бы я не в курсе, что ей любовник подарил.

— У неё любовник есть?

— Да, козёл какой-то старый, — скривила губы сестра, но Лене в ее голосе послышалась легкая зависть. Скорее всего, это из-за сумочки. Ну не из-за пожилого же мужчины?

— Зачем Наталье старик? — спросила Елена и тут же прикусила язык. Потому что и так понятно — в качестве спонсорской помощи.

— Затем, — многозначительно хихикнула Надя, и обе сестры тут же громко рассмеялись.

— Тихо ты, — шикнула, спохватившись, Елена, — а то отца разбудим!

— Да он и не спит, футбол свой смотрит. Ик! — вдруг дернулась Надежда, едва не свалившись с дивана. — Довольный такой! Ик!

— У папы сегодня был хороший заказ у какого-то важного и жутко богатого клиента. Сказал, что завтра снова у него-что-то хотят приобрести. И все приличное, не ерунду какую-то.

— Это классно! — заявила Надя, облокотившись на ноги Елены, — ну, а ты чем сегодня занималась? А?

— Как обычно. Уколы, чужие задницы и кровавые ватки. Ах да, капельницы..

— Ситуация стабильна, — хихикнула Надежда и снова дернулась, — ик! Ну ладно, Лен, пойду я. А то что-то мне спать захотелось, а завтра опять на работу. И ведь так не хочется…

— Поди, — усмехнулась Алена, укладываясь спать. Сестер своих она очень любила, пусть бы те с самого детства считали, что раз она младшая, то, значит, непременно надо учить. То общению с мужчинами, то избранной профессии.


А утром как всегда к ним забежала Ольга. На работу она ездила вместе с отцом, так было всем удобнее. Сам же Сергей, выйдя из ванной и с важным видом посмотрев на своих великовозрастных дочерей, произнёс:

— Так, умницы-красавицы, детки-переростки. Чего желаете?

— Пап, ты о чем? — не поняла Алёна и со вниманием уставилась на отца. Впрочем, и её сестры не привыкли к подобным речам с утра пораньше. — Может быть, ты заболел? Как себя чувствуешь? Градусник дать?

— Ты, Ленок, не на работе. Не спеши за клизму хвататься, — усмехнулся Лебедев, — а вначале выслушай.

— Ого! — с удивлением произнесла Надежда, отодвинув от себя чашку с утренним кофе, а заодно и бутерброд с колбасой. После вчерашнего её немного мутило, поэтому аппетита не было…

— Так вот, мои дщери… Хотите, я вам каждой сделаю по подарку?

— Откуда такая щедрость? — съязвила Надежда и тут же прикусила язык, получив родительский взгляд, полный укора. Она быстро осознала, что не с подругой разговаривает, а с собственным отцом. Не иначе последняя рюмка была лишней.

— Так вот… кредит гасить дело хорошее, но вы у меня ничем не хуже. Поэтому, в связи с предстоящим выгодным делом, которое как я уже чую, будет гораздо выгоднее, чем еженедельная выручка, заказывайте!

— Что? — сориентировалась Ольга, а Сергей увидел, как разгорелись её глаза. И что дочь прекрасно поняла суть предложения.

— Понимаю, что наглость второе счастье в жизни, но я такого не приветствую, — сразу осадил Лебедев своих "гарпий", как он ласково за глаза называл старших дочерей. Тем дай только волю — на шею сядут и ножки свесят. — Ну, так кто из вас и что желает?

— У меня телефон барахлит, — высказала свое пожелание Ольга, демонстративно доставая довольно приличного вида раскладушку купленную примерно год назад. — Упал уже два раза…В общем, пора менять. Помнишь, к нам клиентка приходила, с таким серебристым айфоном? Вот примерно такой же, только красный хочу.

— Понял, — кивнул Сергей и перевел взгляд на среднюю дочь. — А чего бы ты хотела, Надежда?

— Сумку…нет, пожалуй, этого добра у меня навалом. Па, а может быть антирадар мне купишь? Я в них все равно ничего не понимаю. Сигнал такой-то или такой…

— Согласен, куплю, — отозвался отец, в душе одобрив решение дочери, которая регулярно получала штрафы за превышение скорости. Пусть бы и гоняла на своём матисе, как на табуретке. — Ну, а ты, Ленок, чего пожелаешь?

— Даже и не знаю…

— Ленк, не забивай отцу голову, — хихикнула Надя, отпив пару глотков горячего чая. И поняв, что организм благосклонно принял напиток после вчерашних возлияний, повторила опыт, но уже с большей уверенностью. — Просто закажи, что хочется.

— Да мне… Пап, действительно, реши на своё усмотрение. Что на глаза попадется, — сказала Елена, подозревая, что с таким "заказом" отец ей ничего не купит. Ну и ладно, может тогда наличности подкинет, и она тогда сама выберет что-нибудь из одежды. И в самом деле, не гонять же отца по магазинам. Не в яслях. Да и что он выберет?


— Да, Ленок, ты у нас самая оригинальная. Попроще загадать ничего не могла? Прямо как в сказке: "Пойди-туда, не знаю куда и купи мне то, не знаю что", — хмыкнула Надежда, за что получила в ответ суровый взгляд отца.

— Затейница, — вставила своё слово Ольга. Но и ей пришлось получить долю отцовского укора.

Вообще сестры любили друг друга и больших ссор между ним не случалось. Ольга на правах старшей сестры чувствовала себя куда как мудрее остальных. Ей недавно исполнилось 34 года, и она планировала в течении двух ближайших лет родить. Чтобы все-таки зарегистрировать свой брак официально и наконец-то стать матерью.

Средняя из сестер, Надежда, о детях думать вовсе не хотела, несмотря на свой 31 год. В настоящее время она была занята поиском подходящей кандидатуры на роль спонсора и только потом — возможного мужа. Только нужные и "правильные" мужчины то ли случайно не встречались на Надином жизненном пути, то ли специально обходили её стороной, понимая, что самый важный орган в спутника жизни для неё — его кошелёк.

— Вы что хотели себе заказали? — укоризненно спросил отец, — вот и Ленок своё слово сказала. И тихо мне тут! А то ничего не получите. Ни одна! — и притворно нахмурив брови, Лебедев оставил дочерей одних. Гарпии старшие, как есть, гарпии!

Фургон вместе с автовладельцем и его старшей дочерью подкатили к дверям "Хорошей мебели" ровно к девяти утра, к началу открытия магазина. Там же стояла лебедевская Лада-Калина, которая вчера осталась здесь, на стоянке. И к великому удивлению Лебедевых, под дверями уже прогуливался молодой человек, тот самый, с заниженной линией шага.

— Пап, — настороженно произнесла Ольга, а чего этот тип с "полными штанами" опять у нас забыл? Неужели и этот стол его хозяин забраковал? Чего ему нужно от нас?

— Да нет, Лёль, вряд ли. Вчера вечером это самый Никонов сам мне звонил.

— Да ты что!? Чего хотел? — воскликнула старшая дочь в тот момент, когда отец парковался на автостоянку.

— Сказал, что придерживается классического стиля в мебели. И ему понравился тот выбор, что он увидел у нас. И пожелал, чтобы мы полностью обставили ему пару комнат.

— Па-а-ап! Ты же хочешь, чтобы я тебе помогла? — глаза Ольги загорелись. Ей нестерпимо захотелось увидеть владение Никонова, в котором вчера побывал отец. К тому же в качественной дорогой мебели она действительно понимала.

В этот момент сам Лебедев уже выходил из машины и к нему навстречу буквально бросился этот модный парень. Так что дочери Сергей и ответить- то и не успел.

— Ну где же вы ходите! — воскликнул модник в отвисших штанах, — я вас уже десять минут жду! Меня Михаил Алексеевич к вам направил!

— Молодой человек, здесь же русским языком написано — магазин с девяти работает. Чего шуметь-то? — отбрила его Ольга. — Не переживайте вы так! Сейчас поедем и все посмотрим, пожелания услышим, что нужно подберем и закажем, чтобы заполнить вашу комнату.

— Нет, вы никуда не поедете, я сам выберу то, что нужно.

— А у вас получится? — засомневалась молодая женщина, наблюдая, как отец снимает с охраны магазин. — А то вчера..

— Нет-нет, я получил от Михаила Алексеевича исключительно четкие указания. И теперь точно знаю, что именно он желает видеть у себя в доме, — объяснил модник. Всю свою речь он обращал не к Ольге, а к самому владельцу мебельного магазина.

— Так что желаем? — Сергей не любил лишних выкрутас и ужимок при работе с клиентами. — С чего начнем? Что именно интересует?

— Нам нужно две софы. Вот эта и эта, — посланник Никонова кивнул на молочного оттенка диванчики, украшенные затейливыми розами. — Еще интересует пара журнальных столиков, желательно стеклянных…

Доверенное лицо Никонова перечислял и перечислял, сверяясь со списком, перебегая то в один конец зала, то в другой. Если его что-то не устраивало, то Лебедев вёл его на склад где, к счастью, находилось нужное.

— Как насчет доставки? Надеюсь, Вы все это привезете сегодня?

— Будет сделано, — крякнул Сергей, отметив про себя, что модник, в то время, когда находился рядом с самим Никоновым, вел себя не так смело и решительно. Надо же, какого помощника отыскали, курам на смех.

— Тогда ждем… Ах! что это у вас там? — модник картинно округлил глазки и жеманно по-девичьи всплеснул ручками, да так что Лебедев засомневался в его сексуальной ориентации.

— Там находится небольшой зал с электрикой. Лампы, бра, люстры, торшеры. Если что-то интересует — прошу!

Спустя час после оформления всех документов, довольный представитель покупателя уехал. Владелец же мебельного магазина отдал указания грузчикам и подогнал фургончик поближе к дверям. Сергей уже второй день подряд считал, что он вставал именно с той ноги, с которой нужно. Ведь еще вчера к нему зашел именно тот клиент, около которого не надо скакать часами, уговаривая купить ту или иную вещь. Гораздо приятнее и материально ощутимее иметь дело с такими покупателями, как Никонов.

— Ну что, Иваныч, стартуем? — произнес словоохотливый грузчик Федька. — Мы сегодня вдвоем или как?

— Бери подмогу, выезжаем, — распорядился Лебедев и уже спустя какое-то время фургончик с яркой рекламой его салона остановился у закрытых ворот. Внимательный охранник, узнав вчерашнего посетителя, пропустил фургон.

На сей раз, поставщики задержались, выгружая этот заказ. Мебели было много, да и работали ребята аккуратно. Кроме того, за отдельную плату грузчики еще и затащили эту мебель в комнаты, расставив все по указаниям модника. Огромный дом был полон прислуги и напоминал, чуть ли не замок, такой он был большой. На этот раз никого из хозяев сам Сергей так и не встретил. Правда общаться с богачами желания у него и не возникало.

— А вы к нам еще приедете? — поинтересовалась та же самая рыжеволосая женщина в кружевном переднике, что встречала их в прошлый раз. Она мило улыбалась Сергею, совершенно не обращая внимания на ухмыляющихся грузчиков. Лебедев незаметно пригрозил кулаком своим работникам, чтобы не смели ему мешать. Он вдовец, а у миловидной женщины отсутствовало обручальное кольцо на руке. Мало ли…

— Обязательно приедем, если Ваш хозяин ещё что-нибудь закажет, — вежливо отозвался Сергей. — Кто знает….

— Кто знает, — согласилась домработница, смотря вслед удаляющимся мебельщикам.

Лебедев уверенно выруливал с никоновских подъездных дорожек, ощущая, как нагрудный карман приятно оттягивает наличность. Но это была не вся плата за заказ, а только та часть, которую только что ему вручили. Первая половина, авансовая, уже лежала у Оли в кассе. И Сергей уже мысленно прикинул, где купит для старшей дочери телефон, а для средней-антирадар…

— Иваныч, останови, а? — просили грузчики. — Мы сегодня без обеда, нам хоть вон у того продуктового чего-нибудь купить.

— Без проблем, — отозвался мужчина, выполняя просьбу работников. Потянувшись за сигаретной пачкой, Сергей понял, что та уже пуста. И, не долго думая, он направился следом за грузчиками в супермаркет. Еще раз, взглянув на пустую пачку, которую он по-прежнему держал в руке, мужчина замахнулся и кинул в урну… Не попал. Смятая, она валялась в траве, как немой укор чистоплотности человека.

Как человек порядочный, владелец "Хорошей мебели" и сам не любил, чтобы у дверей его магазина стояли перевернутые или переполненные урны с мусором. Вот и сейчас он подошел, чтобы поднять так неаккуратно брошенную им самим сигаретную пачку… Что-то блеснуло прямо рядом с ней, и Сергей присмотрелся.

Под его ногами лежало золотое украшение на витиеватой цепочке — маленький кулончик в форме красного цветка с фианитами. Мужчина обернулся, рассчитывая увидеть кого-то, кто мог потерять эту милую вещицу. Но никого рядом не было. Он потоптался на месте и снова осмотрелся — как нарочно в это время рядом не прошел ни один человек. Задумчиво повертев находку в руках, Лебедев вошел в магазин, купил на кассе сигареты и направился к выходу. И тут ему на глаза попалась вывеска "Цифровая техника", под которой, сквозь стеклянные витрины были видны сотовые телефоны и прочие блага современной цивилизации.

"Ну вот и старшим тут по подарку куплю", — довольно хмыкнул Лебедев, направляясь в сторону заманчивых витрин.

Глава 2. НЕ БЫЛО ПЕЧАЛИ

Михаил Алексеевич Никонов слыл человеком слова и дела. Ни минуты не сидел на месте, постоянно проводя время в разъездах. Он любил работать и привык делать свое дело хорошо. Поэтому с народа стружку снимал регулярно, но, тем не менее, по их мнению, был строг и справедлив. Начавший свою деятельность в девяностые, к настоящему времени он владел крупной строительной фирмой, специализирующийся в основном на строительстве многоэтажных домов и коттеджей на заказ. Имел он и свой дом на самой окраине Владимира, большой и просторный, построенный по собственному проекту. С большим садом, альпийскими горками и небольшим бассейном. Всё, как и полагается обеспеченному человеку. Каждому, кому повезло попасть к нему в гости, сразу становилось понятно, что хозяин вложил в него душу и это был не просто дом, а ДОМ.

Так вышло, что шестидесяти годам Михаил Алексеевич, как говорится, не только дом построил, проплатил посадку сада, но и имел двух сыновей- близнецов Никиту и Дмитрия. И эти тридцатитрехлетние оболтусы доставляли отцу немало хлопот. Конечно, в плане денег ни один из сыновей на шее у папаши не сидел. Каждый из них занимал немалую должность в фирме отца. Никита руководил отделом архитектуры, разрабатывал модели домов, которые затем находили воплощение на улицах Владимира. А также выезжал с проверками объектов при строительстве. А вот Дмитрий занимался непосредственно снабжением фирмы, договаривался, где и как можно взять дешевле и качественнее.

Но все-же, дожив до этого вполне осознанного возраста, каждый из сыновей не был официально женат ни разу. И даже внуков Михаил Никонов не имел и как говорили сыновья- не предвиделось в ближайшем будущем. Возможно, пошли они в отца, который со своей бывшей супругой Юлией, матерью мальчишек, давно не жил. Юля еще в девяностые ушла к бывшему другу и компаньону Никонова, забрав с собой обоих сыновей. Но спустя какое-то время Никитос и Димон захотели переехать к отцу. И, несмотря на крики и уговоры матери, к ней не вернулись, навещая исключительно в выходные. Вначале Юлия пыталась бунтовать, считая, что это именно Михаил подговаривает сыновей, задабривая их какими-то перспективами материальной и личностной свободы. Но постепенно она бросила эту затею, решив, что быть мамой исключительно по выходным дням гораздо удобнее. Сразу образовалось много свободного времени, которое можно потратить на себя любимую и походы по массажистам, магазинам, поездкам на курорт.

Но так как личная жизнь бывшей супруги самого Никонова не касалась, а с бывшим партнером пришлось расстаться, то и образовалась у него исключительно собственная фирма "Афина", названная в честь богини, покровительствующей мастерам-строителям. Женщин, желающих скрасить ночи с разведенным и богатым мужчиной, было множество. Но как-то не случилось связать себя узами брака ни с одной из них. Иногда романы длились годами, иногда заканчивались, едва успев начаться. И сам Михаил Алексеевич, размышляя о причинах своей одинокой жизни, пришел к выводу, что если бы не был постоянно занят, скорее бы всего непременно женился. А может, женщины не те попадались, поэтому у него и не возникало желания еще раз идти с кем-то под венец, или Юлия все рвение отбила.

Поэтому к шестидесяти годам Никонов по-прежнему был женат исключительно на работе, в которую вместе с собой впряг и двух выросших сыновей. Порой было трудно, но как-то справлялись, преодолевая кризисы вместе со всей страной. И пусть работа требовала порой огромное количество нервов, ведь не автомастерской руководил Никонов, а большой организацией, "Афина" заменила ему всё. И вот теперь не это волновало Михаила Алексеевича последние несколько недель. Его сын, Никита, попал в аварию.

Весной, Ник и его друзья устроили гонки на машинах по федеральной трассе. Считающаяся равнинной местность, в окрестностях Владимира, испещрена оврагами, холмами, спусками к многочисленным речушкам и озерам. Азарт захватил каждого из участвовавших в этой сумасшедшей езде, проигнорировавших начинающийся ливень. Все участники заезда смогли пройти трассу без происшествий, только самый младший из братьев Никоновых не справился с управлением, пробил отбойник и вылетел с дороги. Машина кувыркалась, а вместе с ней и водитель, не посчитавший необходимым заблаговременно пристегнуться ремнем безопасности.

Счастье для родителя — сын, пусть и переломанный — остался жив. Горе для близких — переломы обоих ног срастались плохо, принося физические и моральные мучения. Раздробленные кости требовали внимания и время на восстановления. Но привыкший жить, словно горЯ, Никита, и до этого момента не отличавшийся, в общем-то, добрым и тихим нравом, начал срываться на окружающих его людях. Сам Михаил Алексеевич однажды видел, как домработница, тихая и спокойная женщина, вышла из спальни больного вся пунцовая, сопровождаемая крепкими словечками сына.

В один из визитов специально нанятого для Никиты врача, гражданская жена Никиты, Настя, о чем-то пошепталась с доктором, а после собрала свои вещи и ушла. В услугах этого горе-лекаря Никоновы больше не нуждались, найдя нового медика. Но и новый эскулап был осторожен в своих прогнозах. Однако уверил, что все не так уж и плохо. Главное — время и профессиональный уход, всевозможные восстанавливающие процедуры, массажи, допустимые физические упражнения обязательно сделают свое дело, и все будет хорошо.

С Настей Ник прожил чуть больше года. После того, как она ушла, Никонов — младший пил целых три дня, а после приказал выкинуть вообще все вещи, напоминающие о девушке и вымыть пол, выплеснув воду за ворота. Старший из близнецов, Дмитрий, пытался поддержать брата, приглашал друзей, пытаясь как-то отвлечь того от горьких дум. Но настоящим спасение для Никиты стала работа. Часами Ник сидел над проектами, с рвением отдаваясь все больше индивидуальным заказам. И пусть многие из них оставались пока лишь на бумаге в его коллекции, но это была для него столь необходимая отдушина. Даже сотрудники его отдела стали часто наведываться, а потом и просто собираться в доме Никоновых, решая те или иные вопросы.

Михаил Алексеевич по-стариковски ворчал, что даже дома нет покоя от этих "архитекторов — мечтателей" и им проще всем своим отделом переселиться к нему домой. Все равно сидят тут с утра до вечера, чего же туда-сюда лишний раз мотаться! Но ребят не выгонял, понимая, что работа лечит. И любой интерес к жизни только на пользу сыну. Попутно вспоминая себя в молодости, после ухода жены, он не кинулся во все тяжкие, а работал, работал, укрепляя тогда еще зарождавшуюся "Афину".

Мечты и проекты — дело хорошее. Но и работу никто не отменял. Придя в себя от потрясения после аварии с Ником, все уезжали, занимаясь каждый своими делами, наверстывали отложенные дела. Ник оставался один, с головой уходя то в решение каких-то дизайнерских вопросов, то просто ожидая, когда кто-то из родных появится. Но в семействе Никоновых принцип: "Работа — прежде всего!" и Никита, хоть и понимал и принимал его, но все равно чувствовал себя брошенный. Характер мужчины, вынужденного вести малоподвижный образ жизни, и без того не отличавшегося галантностью или уступчивостью, портился день ото дня.

Но в один из летних дней многое изменилось для всех представителей семейства Никоновых. Михаил Алексеевич, вернувшийся с работы немногим раньше обычного времени, на удивление Никиты, был в приподнятом настроении. Ник точно знал, что на работе очередной накал, подпирали сроки исполнения заказа. У поставщика силикатного кирпича наметились какие-то трудности. Плюс одно из предприятий, поставляющих "Афине" сантехнику, серьезно пострадало от пожара, а это значит, Дмитрию пришлось срочно искать выход из сложившейся ситуации. Все было не так уж и страшно, скорее штатная рабочая ситуация. И, тем не менее, в связи со всеми этими вышеперечисленными событиями, Михаил Алексеевич выглядел как-то непривычно для Никиты.

— Пап? Ты сегодня рано, — произнёс Ник, подъезжая на своей автоматической инвалидной коляске.

— Ага, — кивнул Никонов-отец, приглаживая седой вихор перед зеркалом, — у меня сегодня встреча назначена. Вот забежал домой кое-что прихватить.

— Женщина? — многозначительно произнёс Никита, не удивлённый таким поворотом событий.

— Да, так, ничего серьезного. День рождения у неё, вот подарок прикупил, — Никонов-старший достал из кармашка бархатную коробочку и раскрыл её. Золотой браслет, украшенный сочными гранатами, переливался и играл, заставляя задуматься об истинной ценности женщины для Михаила Алексеевича. — Ну как? Пойдет, как считаешь?

— Порядок, — кивнул Ник, едва удерживаясь от колкого замечания, — женщины это любят.

— Вот и я так считаю. Чего ерунду покупать. Женщины побрякушки любят, такой сюрприз всегда в точку, — коротко заметил Михаил Алексеевич, довольный собой и своим подарком.

— Точно, — согласился Никита.

— Ну все, пока, сын. Не скучай, — попрощался Никонов-отец, направившись в сторону своего черного внедорожника.

— Не буду, — отозвался Ник, а уголок его рта непроизвольно скривился. Кто мог подумать, что привычные гонки по трассе станут роковыми. А слово "инвалид" надолго прикрепится к талантливому архитектору.

Поток негативных мыслей был прерван телефонным звонком. Ник бросил взгляд на дисплей телефона — мать. Как не был раздражен Никонов-младший чрезмерной и порой кажущейся ему лишней опекой, но вниманию матери он был рад. Отношения между ней и отцом — это одно, а между ними — совершенно другое. Юлия, в общем-то, пусть и не была идеальной матерью, но от своих сыновей никогда не отказывалась, считая, что все разумное и доброе от нее, а горделивое и неприятное — от бывшего мужа.


— Да, мам, — произнес мужчина, приставив трубку к уху и прикрыв глаза. — Да, помню, хорошо. Оно у меня в комнате. Ага, пришлю с Димкой, не переживай.

Юлия, узнав, что у Никиты такие жуткие переломы, как ни странно, но довольно часто и долго была с сыном в палате. Но на ночь там не оставалась, однако позволила это себе, когда Ника перевели на амбулаторное лечение. Самые первые дни после аварии Юля проводила рядом с сыном, то рассказывая истории из своей жизни, то пытаясь донести до него, что все наладится. Оба и мать, и сын чувствовали, что нуждаются друг в друге. В тот первый раз, когда она осталась в этом доме, на улице начался сильный ливень, а муж уехал в командировку. Женщина решила побыть вместе с сыном подольше, пусть и в доме Михаила, своего бывшего. В этом нет ничего плохого и постыдного. К тому же комната была отдельной, да и старшему Никонову не было дела до бывшей супруги. И вот именно в тот раз Юлия оставила свою цепочку с подвеской.

Комната Никиты располагалась на втором этаже. Но в связи со случившимся, решено было установить пандусы на всех лестницах. И для Никиты теперь не было большой проблемой перемещаться между этажами. А уж если где-то требовалось поднапрячься, так это только на пользу физического развития.

Отвлеченный от навязчивых мыслей, преследовавших его постоянно, молодой мужчина направился к себе, чтобы припасти украшение, ведь Димка скоро должен заехать. Он открыл дверь комнаты и подъехал к письменному столу, за которым проводил немало рабочих часов. Цепочку матери он сам повесил на шею греческой богине Афине, подаренной кем-то из деловых партнеров. Отлитая из бронзы, она прекрасно смотрелась на столе и абсолютно не мешала. Но теперь шея Афины была пуста. Ник поднял все папки, что лежали сверху, мало ли нечаянно задел и украшение свалилось. Но нет, ни на столе, ни под столом и уж тем более под ковром, пропажи не обнаружилось. Недоуменное лицо было и у домработницы, которая прибиралась как раз накануне и знала, что это украшение, висящее на видном месте, принадлежит Юлии.

Ничего не понимающий Никита спустился вниз, на первый этаж и именно в это время появился Димка. В синих джинсах и полосатой рубашке с коротким рукавом, он выглядел эффектно. Легкой походкой прошел по дорожке, затем открыл дверь и встретился с внимательным, чуть ироничным взглядом младшего брата:-

— Ник, привет! Как ты? — поприветствовал брата Димон. Он искренне был рад видеть брата.

— Нормально. Мать звонила. Просила завести ей ту золотую цепочку с подвеской, помнишь, которая у меня на Афине была?

— Помню вроде. Так давай её, — синие глаза старшего из братьев лучились весельем, — завезу. Заодно посмотрю на мать. Что-то она уже две недели у нас не показывается.

— Рожи наши постные надоели, — съязвил Никита, подразумевая под этим исключительно себя. — Не знаю, как твоя, но моя — точно.

— Ошибаешься, братец, — попробовал отшутиться Димка. — Это ты у нас всегда вызывал у матери умиление и трогательные чувства. А мне доставался суровый взгляд и насупленные крашенные брови. Ну, так что, давай цепочку. Поеду получать свою долю воспитания.

— Не нашел, — отозвался Ник, отъехав от брата, — домработница тоже не знает где. Я думал, может быть, ты проявил инициативу.

— С чего бы это вдруг?! Может быть, отец? — предположил Димон, но тут же отмахнулся от собственной нелепой идеи. — Да не, зачем это ему. Она скандалить начнет, как только его увидит. Помнишь, как в прошлый раз на день рождения из-за оброненной на наших ступеньках серьги кричала?

— Еще бы, как подобное забыть! Такое шоу! Я думал, все стекла вылетят, — мрачно заметил Никита, одновременно недоумевая, куда же все-таки пропала эта вещица. Дорогая, красивая, у матери таких ассортимент. Но теперь раз она про нее вспомнила, значит, понадобилась.


— Мда. Ну что ж, брат, спросим батю, — Димон хлопнул Ника по плечу и направился к входной двери, — я буду через пару часов, не скучай!

— Проваливай скорее, — миролюбиво буркнул Никита, а в душе все всколыхнулось. Он тоже сейчас мог бы сидеть за рулем собственного внедорожника, мчаться туда, куда душа захочет. И, возможно, не ушла бы Настя…

Настя…

Даже про себя это имя он не произносил с того самого дня, когда понял, что та, на ком он в принципе планировал жениться, ушла. Предела… Бросила… Было больно и обидно, но Ник пережил этот момент. И сейчас имя "Настя" отдавало только каплей горечи и разочарования. Конечно, боль не может пройти быстро. Ведь это не занозу из пальца достать. И та болит и гниет долго. Но он, Никита Никонов, постарается избавиться от этой боли. ...

Скачать полную версию книги