КулЛиб электронная библиотека
Всего книг - 479947 томов
Объем библиотеки - 713 Гб.
Всего авторов - 223022
Пользователей - 103624

Впечатления

Валерий Тузов про Дмитраковский: Паша-Конфискат 1 (Альтернативная история)

Муть дошкольника. Язык убогий, рояли сломаны.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
DXBCKT про Иванов: Императрица Фике (Историческая проза)

Недавно просматривая сайт очередного «блошиного магазинчика» обнаружил (по мимо прочего) и данную книгу. Ну а поскольку до заказа (что бы набрать «как следует» вес) пару книг не хватало — я решил взять и это произведение (благо когда-то «совсем давно» я читал что-то из данной серии — кажется «Распутина»).

И хотя я отнюдь не являюсь ярым сторонником исторического романа (прочно ассоциируемого мной со всякими «книгами про Лубоффь» с полуобнаженными красотками на обложке), под влиянием «ностальгии», да и (признаюсь)) частично просмотренного мной (от скуки и на работе)) сериала «Екатерина» (с М.Александровой в гл.роли), решил взять именно ее.

Сериал сериалом — однако было интересно сравнить «показания», да и … в целом (просто) было желание все это перечитать. Купив же книгу, я обнаружил что в ней не один, а несколько вариантов «истории», в которых главный персонаж выглядит совсем не так, как «у соседа» (по сборнику))

Плюс, неожиданно при начале чтения я чуть «не нарвался», на «огромный спойлер», представленный в виде небольшой статьи из энциклопедии)) Вы серьезно! Это же «какой облом» мог бы выйти)) Но я мигом просек «сию каверзу» и … просто тупо (ее) не читал)) А что? В виде послесловия — это я еще могу понять)) Но так... сразу? Нет товарищи — это не дело!))

Что же касается самой (комментирумой) повести «Императрица Фике», то в ней (вдумчивый читатель) найдет «первые впечатления» Екатерины от приезда в Россию и … то что я бы назвал «первой частью сезона» (искомого сериала). Однако если период «акклиматизации» передан ярко и подробно, последующие (после смерти Елизаветы) события переданы весьма скупо... и завершают данную повесть на моменте коронации (данного персонажа).

Помимо жизни самой ГГ, автор очень неплохо показал и других соперсонажей (тетку, мужа и прочих «сановников»), единственно — сама Екатерина (по автору) получилась совсем не такой «наивной дурочкой» (как в сериале), а особой весьма хитро... продуманной прям в стиле (небезызвестной ныне характеристики) «иностранный агент» (в данном случае Пруссии), который терпеливо «ждет и дожидается своего часа»))

Плюс — помимо жизни самой героини, (как не странно) немалая часть отдана «политической обстановке» того времени (в виде вполне обоснованных претензий к немцам, которые начиная от Ломоносова, немало «гадили в меру своего влияния». Что ж — учитывая время написания повести (1967 год) в этом нет ничего удивительного)) И не смотря на кажущийся «агитпроп», считаю что он вполне обоснован. А если учесть (что оказывается) русские брали Берлин в 1945-м «отнюдь не впервые», то так и вообще)) Вполне патриотично — если (конечно) не считать, чем все (при смене «главнокомандующего») тогда в итоге «обернулось»...

А так... что сказать... конечно «первый вариант» не «вышел комом» и (как оказалось) вполне удачно смотрится на фоне второго романа (написанного как оказалось гораздо лучше версии первой), поскольку именно здесь (в части первой) так ярко и образно были раскрыты переживания «первоначального этапа» долгой дороги по «обретению трона и 3-х корон»))

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
DXBCKT про Лукьяненко: Застава (Боевая фантастика)

Вообще-то начиная с «Ночных дозоров» мой интерес к автору как-то поугас... И дело вовсе не в том что «дозоры» были плохим СИ)) Просто очень разрекламированным (в свое время). Поэтому и... (как ни странно), данный факт сработал (лично для меня) в совсем обратную сторону... Но «все течет и все меняется», и вот я наконец-то (!!!) спустя ...надцать лет, все же открыл новую книгу автора (случайно купленную мной, как и всегда по уценке)).

Что сказать? С одной стороны — данный мир практически калька с мира «Земли лишних», правда все эти «порталы» и прыжки «туда и обратно» поначалу сперва несколько напрягали... но все же «этот фактор» (на мой субъективный взгляд) все же не обесценил СИ (как я вначале боялся). В остальном же (если не считать полное отсутствие магии, и наличие некоторого вида «нелюдей») данный мир очень напоминает Перумовский «Не время для дракона»! Блин...!!! Он жен и написан совместно с Лукьяненко)) Вот жешь... Ну будем считать (тогда) что эта не вторая, а третья книга автора, которую я прочел за последнее десятилетие))

В остальном читается легко, хотя по факту здесь всего одна (почти детективная) развязка и «долгий, долгий путь к финалу»... Как я понял, данная СИ представлена довольно таки в обширном виде, однако (все же отчего-то) я пока сделаю (в ней) «перерыв» и не буду «просить добавки»)) Хотя со временем — при наличии бумажного «носителя» , почему бы и нет?))

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
DXBCKT про Ищенко: Черный альпинист (Боевик)

Давным давно ещё в школе, зайдя к знакомому домой — увидел «стройные ряды» книг серии «Черная кошка» и «иже с ними»)) Разумеется, что заценив такую шикарную коллекцию, я просто не мог не выпросить кое что «на почитать» (поскольку денег все это покупать у меня тогда естественно не было, а «хотелки» никуда не делись). В итоге (помню) что я много что перечитал тогда — хотя что именно сейчас и не вспомню (хоть убей)) Единственно (как ни странно) в памяти всплыло именно это произведение. Не помню чем конкретно оно меня тогда «так зацепило», но увидев «знакомое название» я не смог пройти мимо и взял книгу чисто что бы «воскресить былые впечатления»...

Итог повторного чтения через ...надцать лет получился не таким уж и плохим. С одной стороны вначале ГГ не особо и впечатлил (будучи своего рода «удачливым неудачником»)) Уже после попав «в обстоятельства» ГГ начинает преображаться и «вызывать сочувствие»... А вначале — это все казалось лишь несколько нудной историей про очередного «хитро...сделанного индивида» (нерусской национальности). К финалу же стало видно что все его хитрости и (без кавычек) справедливая борьба обернулась большим разочарованием и провалом. И вот — избежав одной проблемы, ГГ невольно «влипает в другую»... И начинает «волей-неволей» разгребать «завалы своего прошлого». Финал же «данной пьесы» заставит покраснеть от зависти любого «Скалолаза» (со Сталлоне тех времен) будь он экранизирован...

А если же убрать всю «прочую шелуху», это роман о том как сильно может измениться человек и о том как все его «хотелки» (желания, принципы и пр) могут резко измениться под давлением обстоятельств... Плюс что ещё понравилось — это раскрытие «восточного калорита», где под маской улыбчивых дядьев скрываются местами «хитрые и уродливые карлики» (мечтающие всеми вокруг помыкать).

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Serg55 про Михеев: Гильдия наемников. Курьер (Фэнтези: прочее)

да, эта книга получше первых написана

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
lionby про Мяхар: Ведьма на задании (Юмористическая фантастика)

Что означает (скачать исправленную)???
НЕ Уважаемый "автор", Вы бы хоть грамматические ошибки исправили!!!
Стыдно! Мне стыдно читать Ваш безграмотный "опус". Таких ошибок не делают даже 5-тиклассники.
Word подчёркивает ошибки. Или Вы не знаете КАК их исправлять?

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
ANSI про Беличенко: Помещик. Книга 1 (СИ) (Альтернативная история)

одно непонятно - если всё так хреново, то вали нафиг с этой страны! туда, где оценят

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).

Эпопея Звёздные войны. Циклы романов"Странствия Джедая","Приключения Хэна Соло","Тёмные силы", "Галактика страха","X-Wing","Трилогия Трауна", "Школа Джедаев".Компиляция. Книги 1-33 [Кевин Андерсон ] (fb2) читать онлайн

- Эпопея Звёздные войны. Циклы романов"Странствия Джедая","Приключения Хэна Соло","Тёмные силы", "Галактика страха","X-Wing","Трилогия Трауна", "Школа Джедаев".Компиляция. Книги 1-33 (пер. Ян Кельтский, ...) (а.с. Антология фантастики -2020) (и.с. Звёздные войны) 26.72 Мб  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) (скачать исправленную) - Кевин Джеймс Андерсон - Джуд Уотсон - Вильям Дитс - Тимоти Зан - Майкл Стэкпол

Настройки текста:



Джуд Уотсон Странствия Джедая 1. Путь к истине

Пролог

Никто на Татуине не помнил, чтобы день выдавался настолько хорошим. Два солнца сияли, но их лучи не обжигали кожу, дул ветер, но он был нежен и не приносил удушливую пыль и песок. Обычно зверский климат ослабил свою хватку, но у большинства влагодобывающих фермеров, контрабандистов, и рабов Татуина не было ни времени, ни сил на то, чтобы оторваться от своих забот и заметить это.

Семилетний Анакин Скайуокер к таким не относился. Он стоял рядом с матерью и вместе с ней удивленно вдыхал свежий воздух, струящийся в окно, которое Шми открыла на рассвете. Впервые за долгое время, Анакин почувствовал себя счастливым. Погода была хорошая, и на сегодня, впервые он был освобождён от обязанностей до конца дня.

День за днем Анакин постоянно работал в лавке старьевщика Уотто, чьим рабом он был, но это была не худшая работа, которую можно представить. Анакин узнал о том, что такое гипердвигатели, силовые конверторы и мотиваторы дроидов и мог собрать реактиватор с закрытыми глазами. Проблема заключалась в том, что он должен был работать на тойдарианца Уотто, скверный характер которого, и жадность день ото дня усугублялись, удивляя мальчика.

Анакин жевал свой завтрак, спеша к лавке Уотто по людным улицам Мос Эспы, по дороге легко проскользнув между двумя эопи. Сегодня Уотто собирался отправиться в Анкорхед. Старьевщик услышал о захватывающей аварии двух песчаных скиммеров и космического фрегата и стремился быть первым, кто предложит цену за детали. Уотто раздражала даже мысль о необходимости оставить лавку на один день, чтобы заключить сделку. Всю неделю воздух был полон сердитого гудения крыльев Уотто и его комментариев о том, как несправедлива судьба к таким трудолюбивым существам, как он.

Но Уотто не мог перенести потерю денег за весь вынужденно пропущенный рабочий день, но он так же не мог доверить Анакину управление лавкой. При всем этом, он также не мог перенести и того, что раб получит свободный день. Таким образом, тойдарианец дал ему целый список поручений, с уверенностью, что Анакин будет находиться в закрытой лавке от восхода двух солнц до самого заката.

Уотто и в голову не могло прийти, что у Анакина есть друзья, которые помогут ему. Все его ровесники были рабами, как и он сам, поэтому своими друзьями Анакин считал дроидов, и с их помощью он мог управиться в два раза быстрее.

Как только он добрался до магазина, то запрограммировал дроидов и отправился работать. Многие из дроидов были старыми моделями или наполовину функционирующими, но мальчик сумел запустить и их. К полудню хозяйственные работы были сделаны.

Анакин взял рюкзак, который утром Шми наполнила мясными пирогами и фруктами. Он бежал домой, весь путь вдыхая запахи, витающие в воздухе. Его подруга Эми была рабом в доме богатой семьи тунгов, которые давали ей выходной раз в месяц. Это был именно тот день.

Эми ждала на ступеньках своего жилища в переполненной, слоистой громаде лачуг Мос Эспы. Ее каштановые волосы были заплетены в косы и уложены короной вокруг ее головы. В косы она вплела несколько желтых цветков, что еще больше усиливало праздное чувство в этот день. Когда она улыбнулась, ее худое лицо, обычно столь серьезное, стало почти симпатичным.

– Я никогда не была на пикнике, – сказала она, – Мама говорит, что, когда она была девочкой, она часто их проводила.

Мать Эми, Хала, открыла дверь и улыбнулась Анакину. Ее задачей было чинить части передатчика дома.

– Я рада, что вы сможете насладится свободным днем. Не уходите далеко.

– Я знаю одно место, – ответил ей Анакин.

Эми следовала за ним через переполненные улицы и переулки Мос Эспа. Сегодня на улице было даже больше существ, чем обычно. Эми и Анакин знали, как перейти улицу незаметно, избегая жестоких людей и контрабандистов.

Мальчик точно знал, где они должны устроить пикник, несмотря на то, что он не был там ни разу. Он приметил это место неделями раньше, когда искал превратившиеся в утиль части в предместьях космопорта.

Холмы Татуина были песчаными и бесплодными, среди них Анакин увидел небольшой каньон, где росло дерево с мерцающими зелено-золотыми листьями. Он никогда не встречал такого прежде, и это был первый раз, когда он видел такой цвет в естественном виде. Татуин был планетой бежевого и коричневого цветов.

Дерево было тонким и изо всех сил пыталось выжить, но, сидя под ним с закрытыми глазами, можно было услышать шелест сухих листьев. В день как сегодня, со столь свежим воздухом, можно было представить, что находишься на красивой зеленой планете.

– Как красиво, – сказала Эми.

Они ели пироги Шми и печенье Халы, пили сок и планировали свое будущее, в котором Анакин освобождал всех рабов Татуина. Два солнца опускались за горизонт, и день внезапно закончился.

– Думаю, пора возвращаться, – неохотно произнес Анакин.

– Ненавижу быть рабом, – сказала Эми, с необычной силой запихивая еду в рюкзак.

Анакин не ответил. Они все ненавидели быть рабами, и Анакин поклялся, что когда-нибудь Шми будет жить легкой, приятной жизнью, наполненной досугом и хорошей едой. Он увидит это.

Анакин и Эми перебрались через песчаные холмы и отправились вниз к улицам Мос Эспы. К их удивлению, улицы были пусты, а лавки закрыты.

– Что происходит? – спросил Анакин. – Так обычно бывает, когда начинает песчаная буря, но воздух такой чистый.

Когда они приблизились к своим домам, их недоумение лишь усилилось. Вокруг была полная разруха. Они прошли мимо плачущего человека, плечи которого встряхивались от рыданий. Дети обменялись взглядами и их опасения стали усиливаться. Что-то было не так. У пробежавшей мимо них женщины все лицо было в слезах. Она закричала: "Эльза!" – Эльза Моними, – сказала Эми. Ее голос дрожал: – Она наша соседка. Что происходит?

Они побежали. Казалось, каждый дом поврежден. Существа стекались на улицу, спрашивая новости о сыновьях, дочерях, матерях и целых семьях. Дети услышали имя, которое шепчут, имя, повторяемое дрожащими от ужаса голосами.

Анакин остановил соседа, Тити Коронелле:

– Что случилось?

– Набег за рабами, – сказал Тити. – Пираты, возглавляемые Крейном. С бластерами и ограничителями. У них есть передатчики, которые глушат наши. Они могут украсть, что захотят. Многих взяли в плен.

Он говорил короткими фразами, как будто не мог составить целые предложения.

У Анакина перехватило дыхание.

– Моя мама?..

Тити посмотрел на него печально.

– Я не знаю…

Не произнося больше ничего, Эми бросилась к своему дому, а Анакин побежал к своему. Его сердце готово было разорваться, когда он вошел в свой дом, дико осматриваясь вокруг. Все выглядело нормально. Но где же Шми?

Анакин увидел ее в углу, сидевшую с опущенной головой. Когда он подошел к ней, она посмотрела на него, и мальчик был шокирован, увидев страх на ее лице. Он никогда не видел, чтобы она боялась. Она была оплотом спокойствия и силы, всегда ограждала его от страхов жизни.

Когда Шми увидела его выражение, дикость в ее взгляде мгновенно исчезла. Вернулось ощущение теплого света. Она протянула руки, и он помчался к ней.

– Я не знала где ты, – сказала Шми.

Анакин почувствовал, как ее сильные руки обхватили его, и спрятал лицо в знакомом запахе ее одежды. Она начала мягко его покачивать.

– Ты весь дрожишь, – заметила она. – Успокойся, Эни. Мы в безопасности.

Но страх за свою мать, за то, что она могла быть ранена, убита или напугана, заставил его содрогнуться. Анакин отбросил воспоминание о выражении на ее лице, вдохнул ее теплоту, почувствовал мягкость успокаивающих его рук, и его потрясение немедленно исчезло. Он сказал сам себе, что не видел ее слабость. Его мать непобедима. Она не может быть взята в плен, не может быть ранена. Ее ядром была сила, и она может постоять за них обоих. Это было его правдой. Так или иначе, Анакин знал, что если он признает ее страх, он поставит крест на своем детстве. Но ему было всего семь лет, и он был не готов к этому. Он нуждается в ней.

На улице послышались голоса. Глубокий голос пытался перекричать напуганный высокий.

– Эми! Вернись!

– Где моя мама?

Анакин сказал:

– Это Эми.

Шми обняла его крепче:

– Халу схватили пираты.

Анакин посмотрел в ее лицо, страх ушел, но появились печаль и сострадание, и что-то еще неопределенное, он не знал что именно. Как будто бы она знала что-то, что ему знать не нужно.

– Это ужасно, быть рабом на Татуине, Эни. Но есть вещи намного хуже, – шептала Шми.

Она убрала волосы с его лба, ее отдаленный взгляд исчез.

– Но ты в безопасности, – сказала она уверенным голосом. – И мы вместе. Теперь нужно пойти успокоить Эми и ее отца.

Анакин поднялся. Он стоял на крыльце и наблюдал, как Шми успокаивает отца и дочь. Хозяева теперь ходили среди существ и проверяли рабов. Анакин увидел владельца Халы, Иора Миллто, который что-то отметил на датападе.

– Неприятно, что мы потеряли Халу, – сказал он ассистенту. – Это будет стоить мне денег. Но она не была высоко классифицированной. Легко заменить.

Анакин перевел взгляд на Эми. Она спрятала лицо в одеждах Шми и рыдала. Ее отец спрятал лицо в ладонях.

"Легко заменить…" Боль прошла сквозь Анакина. Боль, с которой он не хотел столкнуться.

В тот день он пообещал себе. Он знал, что у него экстраординарная память, организация и учеба легко давались ему. И он запомнит этот день. Когда будет нужно, он вспомнит каждую деталь, синее небо и душераздирающий плач Эми.

Была только одна вещь, которую он не хотел запоминать. Все что угодно, только бы забыть это. Страх, который он видел на лице своей матери

Глава 1

Шесть лет спустя.

Оби-Ван Кеноби искоса смотрел в обзорный экран маленького транспорта, предоставленного Сенатом. Сквозь туман, который был повсюду, он не мог разглядеть посадочную площадку.

– Видно что-нибудь? – спросил Анакин.

Его падаван пилотировал корабль при нулевой видимости, используя Силу. В свои тринадцать лет Анакин был превосходным пилотом, куда лучше, чем сам Оби-Ван.

И он был первый, кто признал в этом превосходство своего ученика.

– Еще нет. Но туман вот-вот должен рассеется.

По крайней мере, он очень надеялся на это, зная, что скалистые пики ледяных гор были близко. Самое трудное найти среди них посадочную площадку.

– И потом вы скажете мне, зачем мы здесь? – спросил Анакин.

– Всему свое время.

Оби-Ван заметил, что туман стал редеть. Когда транспорт начал снижаться, из туч появились ледяные вершины: вспышка серебряного в море серого.

Джедай проверил координаты места назначения, и стал искать среди скал точку приземления. Он знал, что склоны горы скрывают выступы и пещеры, но все, что он видел вокруг, было ослепительно белым снегом и льдом. Слои льда были созданы искусственно для отвода глаз.

Наконец он нашел выступ, который был защищен от ветра. На нем не было снега, и были видны достаточно плотные отдельные участки льда. Существовала опасность, что транспорт может соскользнуть по льду в пропасть, но Оби-Ван знал, что его падаван справится.

– Туда, – сказал он Анакину, и дал координаты.

Мальчик выглядел удивленным:

– Серьезно?

– Ты сможешь сделать это.

– Я знаю, что смогу, – ответил Анакин. – Я только задаюсь вопросом, зачем?

– Потому что, оттуда легко вскарабкаться к нашему пункту назначения.

Анакин щёлкнул тумблером, чтобы начать посадку.

– Значит, мне не стоит знать, что это за место?

Оби-Ван откинулся в кресле и наблюдал, как Анакин твердой рукой мастерски сажал корабль на опасное место. Корабль сел так мягко, будто они садились в гнездо с яйцами кроуи. Места как раз хватило только на то, чтобы опустить трап.

Анакин посмотрел на ледяные утесы, окружающие их, через обзорный экран.

– Вы можете хотя бы сказать, что это за планета?

– Иллум, – ответил Оби-Ван, внимательно наблюдая за реакцией падавана.

Анакин узнал название. Его яркие глаза вспыхнули, однако голос не изменился:

– Я вижу.

– Мы здесь не выполняем миссию, – продолжил Оби-Ван. – Это поиск. Именно здесь ты найдешь кристаллы, чтоб создать световой меч.

Серьезное лицо Анакина расплылось в ухмылке, которая, как видел Оби-Ван, превратилась в улыбку, излучающую удовольствие и надежду.

– Спасибо вам за такую честь, – сказал он.

– Ты готов, – ответил Оби-Ван.

– Совет так думает? – спросил Анакин.

Это был болезненный вопрос. Фактически, Совет разделился во мнении, что Анакин Скайуокер готов стать полноправным джедаем. Были те, кто считал, что он слишком стар для обучения. Их беспокоили гнев и страх, затаившиеся глубоко в нем. Они беспокоились о его детстве, проведённом в рабстве. И о его связи с матерью, которая отпустила его.

Йода и Мейс Винду были среди тех, кто беспокоился, они много раз говорили Оби-Вану об этом. Тот слишком уважал их точку зрения, чтобы не прислушаться к ней, но его обещание мастеру Куай-Гон Джинну было для него важнее. Куай-Гон умер четыре года назад, но его присутствие в жизни Оби-Вана было таким ярким, что он рассматривал обещание как достаточно весомый аргумент. Взятие Анакина к себе в качестве падавана было не только обещанием мастеру, но и правильным поступком.

В конце концов, Оби-Ван должен доверять своим инстинктам. Йода и Мейс Винду тоже должны им доверять. Кеноби очень много спорил о путешествии на Иллум, пока, наконец, Совет не смирился.

Оби-Ван надеялся, что его решение было правильным. За короткое время в Храме Анакин удивительно быстро продвинулся в обучении и превзошел все его ожидания. Он был лучшим во владении световым мечом в классе, пилотировании, искусстве запоминания и, самое главное, связи с Силой, что дало Оби-Вану небольшую передышку. Анакину все давалось очень легко, но также способствовало возникновению безрассудства и высокомерия в его мощи. Анакин хотел все делать сам, подчас игнорируя советы.

Так же, как однажды это делал и Оби-Ван. Так же, как однажды сделал Куай-Гон. Оби-Ван всегда возвращался к тому, что сделал серьезные ошибки в возрасте Анакина.

Он хотел позволить Анакину сделать то же самое.

Оби-Ван и Анакин надели зимние костюмы для выживания, закрепили тепловые куртки поверх своих туник, натянули перчатки и надели защитные очки на глаза. На Иллуме было очень холодно. Снежные бури налетали внезапно, а ледяные вершины имели предательски острые края.

Они открыли люк и осторожно ступили на ледяную площадку. Лишь небольшая ширина уступа отделяла их от пропасти в несколько тысяч метров. Ветер дул в незащищенные части тел, замораживая подбородки и носы. Солнце висело в небе бледным седым шаром, почти неотличимого от белого цвета неба, льда и снега.

– Где Пещера кристаллов? – спросил Анакин.

– Мы должны будем забраться на тот утес, – сказал Оби-Ван, указывая наверх.

Анакин внимательно посмотрел вверх, на утес, который был словно лист синего льда, гладкий как зеркало. Не было никаких выступов или видимых точек опоры, а любая оплошность закончилась бы падением в пропасть.

– Что ж, это легкое восхождение, – сказал он. – Скажите мне, почему джедаи выбрали такое опасное место, чтобы прятать кристаллы Иллума? Разве не имело бы смысла вытащить их из пещеры и отправить в более безопасное место? Даже тысячи лет назад они должны были догадаться.

– Кристаллы растут в пещере, – ответил Оби-Ван, доставая кабельную пусковую установку со своего пояса. – Там мы должны собирать их. Вызов есть часть награды.

Ветер спутывал непослушные волосы Анакина, на лице пристальный взгляд горел желанием приключений.

– Я не против. Это будет забавно, – ухмыльнулся он.

Оби-Ван кивнул. Было в этом мальчике, что-то, что задевало его за живое. В течение их совместных миссий Оби-Ван наблюдал импульсивное великодушие Анакина, его лояльность и жажду учиться.

"Помни, падаван, есть много непостижимых вещей. Есть тайны в сердце, которые могут удивить тех, кто думает, что знает себя".

Оби-Ван повернулся так, чтобы Анакин не мог видеть его улыбку. Куай-Гон все еще часто возникал в его голове, и его присутствие было настолько мощным, что казалось, будто он никогда не умирал. Оби-Ван тосковал по другу и учителю.

Он активировал подъемник, и острый шип впился в лед. Оби-Ван проверил трос.

– Не забывай о ветре, – посоветовал он Анакину. – На вершине его порывы очень сильны и он может подуть откуда угодно. Тело должно быть свободным. Всегда балансируй. Лед не такой гладкий, как кажется, ты можешь порезаться.

Анакин кивнул. Огонь в его глазах потух, и теперь они казались невыразительными. Оби-Ван узнал этот взгляд. Анакин имел особенность затихать на мгновение, уходя туда, куда Оби-Вану было не добраться. Он знал, что мальчик собирает Силу для трудного подъема.

Анакин запустил собственный подъемник и проверил его. После кивка Оби-Вана они стали подниматься на большой скорости, делая небольшие остановки. Оби-Ван разрубал лед, чтобы создать следующую точку опоры, Анакин делал то же самое. Вдруг налетевший порыв ветра стал раскачивать их в сторону ледяного склона. Оби-Ван подставил плечо, чтобы не ударится лицом о лед. Поставив одну ногу в прорубленную щель, он немного поднялся, затем сделал щель для руки. Это было очень трудно и требовало идеального баланса. Внезапно ветер опять подул, пытаясь оторвать Оби-Вана от утеса. Кеноби лег, цепляясь за утес, как только мог. Ему казалось, будто гигантская рука пытается оторвать его от скалы.

Как только все стихло, они опять запустили подъемники. Еще два пуска и они окажутся на вершине выступа, ведущего в Пещеру кристаллов.

Анакин уже качался высоко в воздухе, быстро работая инструментом и прорубая следующую точку опоры в ледяном утесе. Оби-Ван видел, что, несмотря на скорость, Анакин боролся с порывами ветра, которые били его о лед.

Кеноби взял инициативу на себя, чтобы немного замедлить темп мальчика. Они двигались между порывами ветра. Наконец Оби-Ван смог дотянуться до края на верху утёса, посмотрел на Анакина. Тот кивнул ему, и вместе они энергично взобрались на выступ.

Но ожидаемой безопасности не было оказалось. Взобравшись, Оби-Ван нерешительно застыл на краю выступа, и от удивления чуть не шагнул назад. Группа горгодонов лежала прямо напротив них, уснув перед входом в Пещеру кристаллов. Они были огромными, неповоротливыми уроженцами Иллума и обычно они кормились на снежных полях внизу. Оби-Ван знал, что они были превосходными скалолазами, но он никогда не слышал, чтоб они поднимались так высоко. Они были жестокими хищниками.

– Тихо, – прошептал он Анакину.

Если им повезет, животные не увидят их. У горгодонов было плохое зрение, но превосходное обоняние и слух.

– Кто это? – сглотнул Анакин.

– Горгодоны, – пробормотал Оби-Ван. – У них три ряда зубов и острые когти. Единственный способ их убить, это ударить по задней части шеи.

Анакин осторожно рассматривал их.

– Что-нибудь еще? – прошептал он, когда порыв ветра пронесся над выступом.

Должно быть, он и донес запах людей до горгодонов, так как одно из гигантских существ проснулось и зашевелилось.

– Да, – сказал Оби-Ван. – Следи за их…

Внезапно большой рептилоидный хвост самого близкого горгодона ударил Анакина и отправил его к краю утеса.

– Хвостами! – закричал Оби-Ван, уворачиваясь.

Глава 2

Сильный удар отбросил Анакина назад. Его нога заскользила по льду, он съезжал к краю утеса.

Оби-Ван прыгнул. Одной рукой, он держал световой меч, которым, отбивался от хвоста, тянущегося к Анакину, а другой тянул мальчика назад, подальше от пропасти.

Анакин быстро вернул равновесие и активировал свой тренировочный световой меч. Он не обладал такой же мощью как световой меч джедаев, но мог хоть как то его защитить. Это было идеей Оби-Вана, чтобы гарантировать, что его падаван не будет настолько уязвим.

Теперь проснулись и остальные горгодоны. Неожиданно потревоженные, они просыпались в ярости, клацая челюстями, и оглядываясь. Животные взревели, топорща свой мех острыми шипами, и оскалили тройные ряды своих желтых зубов в сторону незваных гостей.

У Оби-Вана и Анакина не было выбора, горгодоны собирались сражаться насмерть. Как обычно перед сражением, Оби-Ван очистил свой разум.

"Ищи недостатки в достоинствах".

"Да, Куай-Гон, – подумал Оби-Ван. – Их размер делает их сильными, но также неуклюжими. Я воспользуюсь этим".

Самый большой горгодон направился к Оби-Вану, вперив в него тупой, пристальный хищный взгляд. Он поднял для удара огромную лапу, размером с грависани. Оби-Ван был уверен, что если бы горгодон попал, лететь бы ему сейчас с утеса, но удар был замедленным, по крайней мере, для джедая. У Оби-Вана было время, чтобы продумать ход и вероятную контратаку. Помня об Анакине, он откатился вправо, ведя горгодона за собой. Существо ударило хвостом и промазало, как и ожидал Оби-Ван. Он нанес удар в сторону горгодона, чувствуя попадание через дрожь светового меча. Скелет горгодона был необычайно прочен, покрыт глубокими слоями жира и мускулов, и требовался больше чем один удар, чтобы убить такое существо.

Одновременно с учителем, Анакин прыгнул в сторону, хлестнув световым мечом по гигантской лапе, и существо взревело, когда два удара столкнулись. Падаван кружился вокруг с удивительной скоростью, уворачиваясь от ударов смертоносного хвоста. На сей раз, мальчик был готов. Он прыгнул назад, сделав сальто в воздухе, чтобы придать движению дополнительный импульс. Приземлившись, он нанес удар по носу горгодона, чем очень его удивил.

Громогласный рев возвестил о приближении еще одного горгодона, который спешил на помощь товарищу. Хвосты хлестали, когти разрывали одежду, и у Оби-Вана и Анакина было мало времени, чтобы наносить эффективные удары. Они старались уйти с пути горгодонов.

Неожиданно нога Оби-Вана ступила на лед, который был скрыт тенями и смертельно гладок. Кеноби понесло прямо на горгодона, обнажившего желтые зубы и поднявшего массивные лапы в ожидании скользящей к нему добычи.

Анакин, погрузившись в Силу, прыгнул настолько высоко, насколько смог. Он атаковал лапу зверя, но был отброшен, как смятый лист флимсипласта. Мальчик полетел обратно и вписался в стену.

Оби-Ван восстановил равновесие и провел серию яростных атак. Его световой меч превратился в размытое пятно, он уворачивался, обманывал, и делал удар за ударом по лапам и телу горгодона. Удары не убивали зверя, а только замедляли его, один оглушительный рев следовал за другим. Оби-Ван двигался так быстро, что горгодон не успевал следить за ним.

В голове Анакина прояснилось, и он побежал, чтобы присоединиться к Оби-Вану, не заметив, что другой горгодон бросился ему наперерез. Анакин был зажат между существом и утесом.

Увидев это, Оби-Ван прыгнул вверх, приземлившись между существом и Анакином. Он стал бить своим световым мечом по морде существа, но заметил, что гигантские лапы загнали его в ловушку. У Оби-Вана вышибло дух, когда горгодон поднес джедая к груди и сжал в смертельном объятии. Лицо Оби-Вана зарылось в грязный мех. Кеноби изо всех сил пытался заполнить легкие воздухом, но вместо этого вдыхал мех. Животное сжимало его все сильнее. Оби-Ван чувствовал, как последние запасы воздуха выходят из тела, а ребра вот-вот лопнут. Он пытался пошевелить руками, но не мог.

Вдруг боковым зрением он увидел размытое пятно. Секунду спустя животное взвыло, и немного ослабило свою хватку. Оби-Ван понял, что Анакин использовал кабельную установку. Острый конец впился в плоть горгодона, и теперь Анакин был на вершине существа.

Горгодон усилил хватку. Оби-Ван пытался остаться в сознании, но перед глазами все поплыло. Он пнул горгодона ногой, но это было все равно, что пнуть гору.

В тот момент, когда Кеноби не мог больше оставаться в сознании, хватка горгодона вдруг ослабла, и джедай рухнул на твердую землю. Он быстро отскочил, так как животное повалилось замертво. Цепляясь за шею горгодона, Анакин спустился на землю. Он все-таки добрался до уязвимой точки на шее.

Другие горгодоны, почуяв смерть товарища, с удивительной скоростью удрали по ледяному утесу на другой пик.

Задыхаясь, Анакин выключил свой тренировочный световой меч. Оби-Ван медленно встал на ноги, все еще пытаясь восстановить дыхание. Оба молча разглядывали изорванную когтями горгодонов одежду друг друга, и слипшиеся от пота волосы. Оби-Ван, так же как и Анакин, снял защитные очки.

– Спасибо. А теперь настала трудная часть. – Усмехнулся он падавану.

– Рад слышать это, а то я уже начал скучать, – сказал Анакин, вытирая пот со лба.

Несмотря на его слова, Оби-Ван видел, что Анакин истощен битвой. Его падаван крайне не любил показывать слабость, но также Оби-Ван знал, что Анакин быстро придет в себя.

Мы должны оставить здесь снаряжение, сказал Оби-Ван, снимая перчатки. В пещере оно нам не понадобиться. Кристаллы находятся глубоко, и чтобы достигнуть их, ты должен будешь пройти через видения и голоса. Некоторые из них могут напугать тебя. Некоторые из них отголоски твоего прошлого. Они – твои самые глубокие опасения. Ты должен встретится с ними.

Анакин был в одной лишь тунике, но холодный ветер не мог заставить его дрожать. Он расправил плечи, и пошел по направлению к пещере.

Я готов, – сказал он.

Оби-Ван положил руку на его рукав.

– Помни свое обучение, Анакин, – сказал он. – Позволь страху войти в тебя. Не борись с ним. В этом нет никакого позора. Твои чувства – твоя сила. Испытай их, позволь им течь, пока достигаешь цели, а затем отпусти это. Есть уроки, которые будут извлечены из страха и гнева. Предстань перед ними и двигайся со спокойствием и справедливостью.

– Я все это знаю, – сказал Анакин с нотками нетерпения в голосе.

– Нет, – мягко сказал Оби-Ван. – Еще нет, но узнаешь.

Войдя в пещеру, они погрузились во тьму. Стены были из гладкого черного камня, поверхность которого на первый взгляд казалась блестящей, но камень поглощал свет, а не отражал его. Вход в пещеру походил на вход в пустоту.

– Должен ли я использовать световой стержень? – Голос Анакина эхом разнесся под сводами пещеры.

– Нет, – ответил Кеноби. – Подожди, пока глаза привыкнут.

Оби-Ван достал маленький мешочек из туники и вложил его в руку Анакину.

– Вот рукоятка, над которой ты работал, и еще другие компоненты. После того, как найдешь кристаллы, сделаешь световой меч своими руками. Не торопись. Некоторые джедаи делают его дни или недели. Однако сколько бы это не заняло времени, я буду ждать. Мы будем находиться на Иллуме столько, сколько понадобиться.

Теперь они могли различить форму стен и отдельные камни на пути. Оби-Ван зашел дальше в пещеру и показал на стены.

– Здесь наша история.

В течение столетий история джедаев записывалась на стенах пещеры. Рисунки были сделаны из фигур и линий, достаточных, чтобы изобразить места или джедаев. Имена были записаны в рядах, которые шли от потолка до пола. Были также надписи и символы, которые Анакин и Оби-Ван не понимали.

– Возвращайся назад, здесь то, чего ты боишься.

Голос был похож на бегущий ручей. Анакин вопросительно посмотрел на Оби-Вана.

– Начинается, – мягко сказал Оби-Ван. – Дальше ты должен идти один.

От стены пещеры отделилась фигура джедая. Его туника спадала к голым ногам, световой меч, который он держал, походил на древнее оружие. Выражение его лица было настолько свирепым, что Анакин остановился как вкопанный.

– Есть так много удовольствий в галактике. Почему ты лишаешь себя их? Путь джедая очень узкий. Почему ты выбрал его? Он принесет только печаль.

Оби-Ван ждал, чтобы увидеть, что сделает падаван. Время инструкций закончилось. Спустя мгновение Анакин двинулся вперед и рыцарь джедай исчез.

Вскоре Анакин был поглощен темнотой пещеры. Оби-Ван мог ждать у входа, но он был в пещере только один раз, и то годы назад. Сильное любопытство заставило его войти глубже в пещеру. Конечно, он знал, что должен оставить Анакина один на один с пещерой, но ему не хотелось, чтобы падаван забрался слишком далеко.

Внезапно он увидел фигуру, приближающуюся к нему. Высокий, хорошо сложенный джедай, все еще изящный, с сострадательными глазами на бурном лице.

– Учитель, – выдохнул он.

Куай-Гон улыбнулся. Сердце Оби-Вана дрогнуло, радость пронзила его, и глаза наполнились слезами.

– Мне не хватало вас.

Куай-Гон ничего не сказал. Его мерцающее изображение сделало жест поперек горла, как если бы он не мог говорить. Внезапно Куай-Гон крутанулся, и достал световой меч. Он ударял снова и снова по невидимому врагу. Оби-Ван отступил и положил руку на меч. Он знал, что это был не Куай-Гон, что ему не грозит никакая опасность, но порыв помочь был настолько силен, что он почти достал оружие. И тут Куай-Гон замер. Теперь он стоял перед Оби-Ваном, который видел шок в глазах учителя, шок от смертельного удара, нанесенного Лордом Ситхов.

– Нет! – Закричал Оби-Ван. Он не мог видеть этот момент снова. Он не мог. – Это не мое испытание, учитель. Моего падавана. Не делайте этого.

Куай-Гон упал на колени, вперив взгляд в Оби-Вана. Печаль в его пристальном взоре пронзила в Оби-Вана, сухая и горячая.

Видение исчезло, только для того, чтобы появится вновь. Снова он видел, как Куай-Гон упал к его ногам, и вновь он был столь же беспомощен, как четыре года назад. Кеноби жестоко упрекал себя в том, что не смог защитить учителя.

– Нет, – прошептал Оби-Ван.

Снова и снова он бы вынужден переживать медленную смерть Куай-Гона. Он искал спокойствие, но не мог найти его. Все что он чувствовал, было болью. Он впадал в ярость из-за своей беспомощности, пойманный в ловушку позади пучков энергии, он наблюдал гибель учителя. Это был переломный момент в его жизни. Почему он был вынужден пережить его снова, здесь?

На коленях Куай-Гон обратился к Оби-Вану. На сей раз, он не исчез. Оби-Вана задохнулся от печали, но сделал шаг к учителю.

Теперь что-то изменилось. В глазах Куай-Гона не отражалась боль, они были чисты. Они пытались что-то сказать. Предупреждение? Просьба? Оби-Ван не знал.

– Что такое, учитель? Что вы хотите сказать мне?

Куай-Гон беспомощно встряхнул головой. Его рука дрожала, когда он потянулся к Оби-Вану, но когда пальцы почти коснулись туники, видение распалось на мерцающие искры.

Оби-Ван был так потрясен, что упал на колени, как Куай-Гон. Он чувствовал, что его лицо мокрое от слез. Ему передали сообщение, но он не смог понять его.

Все что он знал, это то, что он оказался перед самым большим своим страхом. После смерти Куай-Гона, он боялся, что подведет его. Возможно, Куай-Гон пытался предупредить, что есть риск потерпеть неудачу?..

Глава 3

Видения и голоса. Тени и эхо. Что в этом сложного?

Анакин уверенно шагал в глубь пещеры. Джедай появился и исчез. Голоса говорили ему отступить, он не хочет встретиться с тем, зачем приехал. Несмотря на его связь с Силой, ему никогда не стать настоящим джедаем.

Анакин отключился от голосов. Он знал, с какими вещами может справиться, а с какими – нет. Зачем боятся теней?

Затем он остановился, как вкопанный. Он увидел себя.

Ему было семь или восемь лет, и он носил грубые рабские одежды. Он сидел в углу пещеры и крутил, что-то в руках. Анакин услышал звук колокольчика. Мелодию тепла и доброты.

Внезапно, колокольчик покатился прямо на него. Он отступил, и звонок остановился у него в ногах. Кровь лилась из отверстия и заливала ему ботинки.

Это не кровь, сказал он себе. Он слышал бешеный стук своего сердца. Тени и эхо. Ничего больше.

Он смог двигаться, когда видение исчезло. Мгновение спустя, из темноты вышла женщина, ее волосы спадали на плечи. Шми.

– Мама, мам…

Она не слышала и не видела его. Она бежала мимо него. Волосы спадали на лицо. Ее лицо было мокрым от пота. Пот страх. Он почуял ее испуг, и почувствовал, как ветер растрепал его волосы.

Он обернулся, но она исчезла. Тогда он повернулся обратно, она была там. Она опять побежала к нему, ее лицо исказилось от ужаса.

Он не мог этого перенести. Анакин зажмурился. Когда он открыл глаза, рядом с Шми появилась другая фигура. Огромный человек, больше существо, чем человек. Анакин не мог разглядеть его лица в тени. Он схватил Шми и бросил ее на землю, как кипу мусора.

– Нет! – Гнев заполнил его, и он помчался вперед. Он казалось, врезался в невидимую стену, и отлетел назад. Темная фигура потянула руку к Шми. Она сгруппировалась, чтобы смягчить удар. Ее колени были согнуты, а голова опущена. Было что-то знакомое в этой позе, оно заставило Анакина заледенеть от ужаса.

– Нет! – Закричал Анакин.

Шми впервые посмотрела на него. Он видел страх, ужас. Это показалось ему похожим на воспоминание, а не на видение. Но когда он видел, чтобы его мать чего-либо боялась? Он не мог такого припомнить.

Он хотел укрыться в ее объятьях, почувствовать ее силу, но не смог. Он не мог заставить страх на ее лице исчезнуть. Видел ли он то, что уже происходило? Или он видел будущее? Эта мысль только усилила его страх.

Анакин ощущал страх, будто живое существо, медленно сочащееся, заполняющее его тело, грозящее задушить. Он боролся с ним. Страх сделает его мягким. Он сделает страх жестким. Он скрутит его, и сделает из него оружие. Оружие гнева. Гнев был эффективным.

Оби-Ван сказал ему принять страх. Он не мог этого сделать. Если он вдохнет его, тот заполнит его легкие и задушит. Но он мог направить гнев.

– Я убью тебя! – Закричал он темной фигуре. Темная фигура засмеялась.

– Я смогу! – Анакин побежал к тени, но не смог достигнуть ее. Видение рассыпалось на частицы света.

С отчаянным взглядом, Шми тоже исчезла.

В расстройстве Анакин хлопнул рукой по стене пещеры. Кровь начала медленно сочится из трещин Ты не сможешь спасти ее, сказал голос. Не важно сколько раз ты обещал, что сможешь. Это мечта, порожденная из кошмара.

– Хватит, – умолял он. – Хватит.

Как будто сама пещера его услышала, все прекратилось. Стена пещеры снова была гладкая. То, что было похоже на кровь, было обычной влагой. Темнота опустилась вокруг, как тяжелое одеяло.

Дрожа, Анакин двинулся дальше. Он почувствовал, как струйка пота потекла по его лбу и щекам. Впереди он видел слабое свечение на полу пещеры.

– Кристаллы, – произнес голос.

Он обернулся. Это был Оби-Ван. Его учитель улыбался. – Время пришло.

Анакин ускорил шаг. Он наклонился, чтобы исследовать пол пещеры. Кристаллы росли в замысловатых формированиях. Даже в темной пещере, они пылали. Он протянул к ним руку, не касаясь. Он почувствовал колебания, исходящие от них. Медленно, он выбрал три, которые казалось, говорили с ним. К его удивлению, их было легко вытащить. Он поместил их в мешочек, висящий на его сервисном поясе.

– Перед тем как ты начнешь, ты должен провести медитацию, – сказал Оби-Ван. – Войди в транс, Анакин. Очисти свой разум. Тогда твои чувства будут вести твои намерения.

Анакин сел на пол пещеры. Он высыпал содержимое мешочка на колени, взял три кристалла, они излучали странное тепло.

Призвать Силу было не тяжело для него, даже сейчас. Он почувствовал ее вокруг, в земле, камнях и воздухе, а особенно в кристаллах. Он чувствовал себя успокоенным уверенностью.

– А теперь начинай, – голос Оби-Вана был мягким.

Его учитель подарил ему такую необходимую, ободряющую улыбку. Внезапно лицо Оби-Вана изменилось. Странные рисунки прочертили его кожу. Рожки выросли из его лысой головы. Улыбка стала ухмылкой, и Анакин увидел тьму и зло.

Это был убийца Куай-Гона. Оби-Ван подробно его описал.

Анакин вскочил на ноги, рассыпая кристаллы.

– Я застал тебя врасплох? – спросил Лорд Ситх. Он начал кружить вокруг Анакина. – Возможно, тебе стоит поработать над своими джедайскими рефлексами. Ты такой же неуклюжий, как Куай-Гон.

Ярость хлынула сквозь Анакина. Куай-Гон рисковал очень многим, чтобы спасти Анакина. Он один увидел в нем джедая. Анакин был обязан ему всем. Он потянулся к тренировочному световому мечу, но тот вылетел из его руки.

Сит засмеялся.

– Детская игрушка. Попробуй это. – Он бросил что-то Анакину. Это был полностью законченный световой меч, хорошо сбалансированный, со строгой рукояткой. Такой же, как хотел сделать Анакин.

Он активировал его, и клинок запылал красным.

– Почему ты боишься своего гнева? – Спросил повелитель Ситх. Небрежным жестом он активировал свой двухклинковый световой меч. – Почему ты боишься своей ненависти? Я чувствую ее. Ты ненавидишь меня. – Он оскалил зубы. – В конце концов, я распотрошил твоего друга, как животное.

С воплем, Анакин бросился на ситха. Их мечи скрестились. Их лица были рядом. Он мог чувствовать омерзительное металлическое дыхание ситха.

– Видишь? – Урчал враг Анакина. – Видишь, что может сделать гнев? Он дает тебе силу. Это то, что ты можешь использовать, как оружие. Мгновение назад ты думал об этом. Ты превратишь страх в оружие. Зачем отрицать это?

– Нет, сказал Анакин, направляя меч к ситху. – Я научусь прогонять гнев. Я Джедай.

– Глупец, – прошипел убийца Куай-Гона. – Есть другие пути к могуществу.

– Я не ищу могущества, – сказал Анакин, скрещивая меч с мечом сита. Сила удара заставила его взять световой меч двумя руками.

– Ты лжешь, – сказал темный Лорд, отходя назад. – Как же ты спасешь бедную, плачущую мать, не имея силы?

Гнев снова прилил. Анакин начал вращать световой меч, его тело напряглось. Удар прошел сквозь врага.

Ситх засмеялся.

– Ты забыл, мальчик? Я всего лишь видение. Твое видение. Я учитель, которого ты тайно хочешь. Я тот, кто исполнит твои самые сокровенные мечты.

– Нет! – закричал Анакин. Он бросился вперед. Снова и снова он атаковал, используя каждую технику, которую знал. Меч ситха кружился, отбивая каждый удар Анакина.

Коварным, быстрым ударом, Ситх выбил меч из рук Анакина. Тот вылетел, и развалился на части. Затем Ситх вытянул руку в его сторону. Анакин чувствовал касание Силы его тела. Он отлетел и врезался в стену пещеры. Его голова ударилась о твердый камень, и он скользнул вниз. Когда в голове прояснилось, он сидел на полу, и остатки светового меча были у него на коленях.

– Темная сторона может сделать все, что ты захочешь, – сказал Лорд Ситхов, наклоняясь к нему. Анакин чувствовал его дыхание на щеке. Откуда у видения было дыхание?

– Прими ее, – сказал убийца Куай-Гона. Он занес световой меч для финального удара.

Анакин собрал последние силы для сопротивления. Он уставился на своего противника.

– Я создал тебя. Я могу заставить тебя исчезнуть.

Его оружие все еще было занесено над головой, его световой меч пульсировал, Ситх улыбнулся.

– Но я вернусь. Я живу в тебе.

Он исчез, и осталась только тьма. Анакин посмотрел вниз. На его коленях лежал законченный световой меч, как тот, что Ситх дал ему. Он настоящий? Он поднял его и повертел в руках. Он схватил его, и тот оказался влитым, прекрасно умещаясь в руке. Он активировал его, клинок засиял синим, изумив его.

Анакин встал, сгибая колени так, чтобы его ноги не дрожали. Когда он убедился что все в полном порядке, он отправился к выходу из пещеры.

Оби-Ван сидел, скрестив ноги в медитативной позе, ожидая его. Удивленный, он поднялся на ноги когда увидел Анакина.

– Вы настоящий? – спросил Анакин.

– Да, я настоящий, – Оби-Ван сжал руку Анакина. – Видишь?

Тогда он обратил внимание на световой меч. Анакин деактивировал его, но держал рядом.

– Что это? – Он протянул руку, и Анакин дал ему меч. Кеноби изумленно посмотрел на Анакина. – Ты его сделал?

– Я.. Я сделал, – сказал Анакин. Он не хотел рассказывать Оби-Вану о видении ситха. – Вы появились мне. Вы сказали, что я должен войти в транс. Я очень сильно ощущал Силу.

Оби-Ван вернул меч Анакину.

– Это хороший знак, падаван. Ты позволил чувствам вести себя. Посмотри, чего ты достиг. Когда ты позволяешь инстинктам вести себя, они не подведут. Вспомни, как в битве при Набу ты уничтожил корабль управления дроидами. Сила всегда с тобой.

Анакин кивнул. Он чувствовал себя хорошо от радости и гордости в голосе Оби-Вана. Каждый Джедай проходил испытание, по созданию светового меча. Он преодолел ужасные видения. Он победил. Он не будет думать о том, что сказал Лорд Ситхов.

Комлинк Оби-Вана запищал. Он что-то сказал и внимательно слушал. Затем он прервал связь и повернулся к Анакину – Нам нужно вернуться в Храм, – сказал он. – У Совета есть для нас задание.

Задание! Эта мысль вытеснила тревожные видения. Анакин вскочил. Он повесил свой новый световой меч на пояс. Наконец то он будет настоящим напарником, своему учителю. Он не будет думать о тревожащем его трансе, о тайне, как был создан меч. Это не важно. Световой меч сделал из него джедая.

Глава 4

– Ты волнуешься, – сказал Оби-Ван Анакину.

Они стояли перед залом Совета Джедаев в Храме. Маленькая зона ожидания имела удобные сидения, но Оби-Ван предпочитал стоять, а Анакин не мог спокойно сидеть. Минуты шли, а их все еще не приглашали.

– Как вы думаете, почему Канцлер Палпатин будет присутствовать на встрече? – спросил Анакин, глубоко дыша, чтобы успокоить свои мышцы.

– Я не знаю.

– Но догадываетесь.

– Предположение – пустая трата времени. Особенно, – добавил Оби-Ван, – когда ждешь Совет Джедаев.

– Вы похожи на дроида, – проворчал Анакин. – Разве сложно сказать, что вы чувствуете?

– Я чувствую, что ты слишком беспокоишься об этой миссии, – сказал Оби-Ван.

Анакин теребил в руках свой новый световой меч. Он не беспокоился, он был нетерпелив. Очевидно, присутствие Канцлера Палпатина делало задание важным, а Оби-Ван просто не хотел этого говорить. Тот факт, что выбрали их, мог означать, что сомнения Совета насчет Анакина исчезли.

Дверь в зал заседаний Совета со свистом открылась. Сердце Анакина забилось быстрее.

"Не волнуйся", – предупредил он себя, заходя в зал заседаний.

Оби-Ван прошел в центр комнаты, и Анакин занял место рядом с учителем. Члены Совета сидели в креслах, расположенных по кругу таким образом, чтобы каждый джедай мог все видеть. Из высоких, от пола до потолка, окон открывался панорамный вид на оживленные воздушные трассы Корусканта. Анакин старался обуздать свое любопытство и не отвлекаться на разнообразные транспортные средства, казавшиеся такими маленькими. Даже просто взгляд в сторону мог вызвать неодобрение Мэйса Винду.

Канцлер Палпатин стоял возле Мэйса Винду. На нем была богатая одежда из глубокого маруна в мягкой вела ткани. Декоративный плащ спадал до его ботинок. Анакин видел доброжелательное выражение на его лице. Канцлер кивнул в знак приветствия. Они познакомились на Набу, сразу после того, как Джедаи взяли Анакина на обучение.

– Сенат попросил нас организовать эскорт, – начал Мэйс Винду. Как обычно он не тратил время на любезности. – Совет выбрал вас для сопровождения коликойдского дипломатического корабля.

– Опасной это миссия не будет, – сказал Йода. – Но деликатная она.

Анакин подавил вздох. Не то чтобы он надеялся на опасное задание, но немного волнения было бы не плохо.

– Коликойды не приветствуют присутствие джедаев, – предположил Оби-Ван.

Анакин всегда восхищался скоростью его интеллекта.

Йода кивнул.

– Но они знают, что это необходимо.

– Какова угроза кораблю? – спросил Оби-Ван.

Канцлер Палпатин быстрым взглядом спросил у Йоды разрешения сказать, и тот мигнул в знак согласия большими глазами.

– Как известно, пират Крейн находится в той зоне, где будут путешествовать коликоиды, – объяснил Канцлер. – В прошлом он не колебался при атаке на дипломатические суда, но мы думаем, что команда джедаев сможет его припугнуть. – Палпатин серьезно встряхнул головой. – Крейн и два его партнера, Раштах и Зора, безжалостны. Когда Крейн похищает суда, он не только забирает груз, но и продает людей в рабство.

Крейн. Анакин напрягся. Что такого было в этом имени, что заставило так реагировать его тело? Внезапно он почувствовал холод. Только джедайская дисциплина помогла ему не задрожать.

Крейн… Работорговец. Налетчик за рабами. Имя, которое было у всех на устах в тот ужасный день.

"Налетчик, торговец, налетчик" – бессмысленно выдавал мозг Анакина. Воспоминание парило над ним, вне досягаемости. Он мог только чувствовать страх, шедший от него.

Затем в нем вспыхнула память. Она заполнила его кровь, словно яд. Каждая деталь промчалась в нем, такая, какой он запомнил ее в тот день.

Вспомнился прохладный, свежий день на Татуине. Пикник. Цветы в косах Эми. Сладкий вкус фруктового печенья. И затем неожиданный шок от спешки через их дома, неузнаваемые от ужаса лица… Он ворвался в свой дом и увидел мать, ее ноги, согнутые у груди, будто она защищалась от удара. Она подняла взгляд, и увидел ужас на ее лице… Нет! Он хотел забыть это!

Пещера! Это было и воспоминание и видение. Теперь Анакин это понял. События мелькали с пугающей реальностью. Он подавил память силой волей, но он не мог стереть воспоминания навсегда, и именно теперь, когда все члены Совета Джедаев смотрели на него, памяти вздумалось вернуться. Анакин чуть громко не застонал.

Оби-Ван что-то ощутил. Он чуть заметно склонился к Анакину, его непроизнесенное сообщение было понятно: Я здесь, Анакин. Держись.

Но Анакин уже справился с шоком. Он сказал себе, что должен помнить это сейчас, здесь. Шок перерос в решение. Анакин понял, что в пещере он чувствовал Крейна. Возможно, это он был той фигурой, что гналась за Шми. Даже притом, что Анакин никогда не видел пирата, он знал страх, который тот распространял. Наконец появился шанс встретиться с ним. Как ему повезло с эти назначением! Подсознательно его рука легла на рукоять светового меча.

– Со всем уважением к Совету и Сенату, – сказал Оби-Ван. – Я не думаю, что мы являемся нужной командой для этого задания.

Анакин не смог сдержаться и недоуменно уставился на учителя. Что Оби-Ван делает? Они прекрасная команда для этого задания!

– Совет мог бы вспомнить, что Анакин сам был рабом. – Оби-Ван продолжил. – Он чувствителен к этой проблеме. И как молодой падаван…

– Я не слишком молод! – Взорвался Анакин. – И вовсе не чувствителен!

Мэйс Винду остановил свой темный, пристальный взгляд на Анакине, взгляд, который мог заставить любого старшего студента вспомнить все свои мелкие нарушения с пяти лет.

– Мы попросим высказаться тебя тогда, когда захотим узнать твое мнение, Анакин.

Анакин испугался выговора Мэйса Винду. Так же серьезно Мэйс Винду обратился к Оби-Вану.

– У тебя сомнения насчет твоего падавана, Оби-Ван? Если это так, поделись ими. Естественно они не очевидны для Совета, после того, как ты стоял на этом самом месте и уверенно утверждал, что он готов к поездке на Иллум, чтобы сделать свой световой меч.

Итак, Оби-Ван должен был бороться за то, чтобы взять его на Иллум! Анакин вспыхнул от возмущения и вздернул подбородок. Вот как? Если у Совета все еще есть колебания насчет него, то скоро они убедятся в обратном.

– Пожалуйста, извините меня за вмешательство, – мягко прервал Канцлер Палпатин. – Я думаю, что понимаю колебания Оби-Вана Кеноби. Даже со своим ограниченным знанием традиций джедаев, я понимаю, что Анакин Скайуокер – особый случай. Естественно, джедай хотел бы защитить его больше, чем другого ученика.

Лицо Анакина вспыхнуло. Особый случай! Нуждается в защите! Он чувствовал себя оскорбленным.

– Анакин Скайуокер – не особый случай, – сказал Оби-Ван твердым голосом. – Только его экстраординарные способности выделают его. Он, конечно, не нуждается в защите. Возможно, я выразился неправильно. Я считаю его полностью способным выполнить любое задание, которые пожелает дать ему Совет. Мое колебание было поспешным. Я принимаю задание для меня и моего падавана.

Мэйс Винду медленно кивнул. Йода сделал также, но его пристальный взгляд задержался на мальчике.

Анакин не волновался. Учитель поручился за него. У них есть задание. Остальное не имеет значение. И теперь появилась возможность встретиться лицом к лицу с Крейном. Это было самой важной вещью из всех.

Глава 5

Корабль коликоидов был массивным и простым. Даже дипломатические суда коликоидов обслуживались как грузовые, и планетарные проектировщики кораблей были известны своей изобретательностью, а не стилем. Они лучше, чем кто-либо в галактике, смогли создать больше места для груза на крейсере, сжав жилую площадь. Каюты и общие помещения были тесными и неправильной формы, большей частью зажатые в углы корабля, так что полет обещал быть далеко не роскошным.

К своему собственному счастью, Оби-Ван, наконец, достиг состояния гармонии с окружавшей его обстановкой, и теперь ему оставалось лишь достичь гармонии с предстоящей миссией. Анакин, однако, был потрясен уродством транспорта коликоидов. Когда дело касалось космических кораблей, Анакин был сторонником скорости и элегантности.

– Я думал, что дипломатические суда должны быть лучшими в планетарном флоте, – пробормотал он Оби-Вану, когда они остановились.

Они следовали за гидом вниз, в узкую прихожую, протискиваясь через панели оборудования и грузовые контейнеры.

– Этот является лучшим во флоте, – пробормотал в ответ Оби-Ван.

Они достигли мостика. Командный центр был меньше, чем полагалось кораблям такого размера. Команда за техническими пультами была зажата напротив друг друга. Даже потолок использовался для обслуживания груза: на нем были натянуты дюрастиловые сети, которые использовались для хранения груза, из-за чего освещение блокировалось, создавая тени на мостике. В итоге образовывался глубокий мрак.

– Капитан, Джедаи прибыли, – доложил их гид.

Капитан не оборачиваясь, махнул длинной рукой.

– Свободен.

Гид развернулся и ушел. Капитан, продолжая игнорировать джедаев, пялился на монитор, установленный на технической консоли.

Оби-Ван знал, что коликоиды едва терпят их присутствие. Если капитан хочет поиграть с ним в игру терпения, он не будет участвовать. Кеноби предостерег Анакина взглядом – он не должен проявлять никакого нетерпения. Анакин немедленно привел в порядок свои чувства и успокоил свой стучащий, по сервисному поясу, палец. Оби-Ван еще мог догадаться, что его падаван обеспокоен, но коликоид уже нет.

Коликоиды являлись интеллектуальной расой, имели бронированное туловище и мощный змеевидный хвост. Хоть коликоиды и были знамениты как смертоносные бойцы, они направили свою энергию в бизнес. Реализуя свою жестокость в торговле, они стали богатой расой.

Наконец капитан повернулся. Его ожидания не оправдались. Он щелкнул двумя своими паукообразными ногами в нетерпении.

– Я капитан Анф Дек. Мы отчалим через шесть минут, – сказал он. – Вы можете свободно передвигаться по судну, но не путайтесь под ногами.

Оби-Ван перешел на бесцеремонный тон капитана.

– Если какие-нибудь подозрительные суда войдут в зону видимости, вы сообщите нам?

– Нет нужды в тревоге. Мы не ожидаем неприятностей. Так сказал нам Сенат, – капитан жутко улыбнулся, обнажая прямые ряды острых зубов. – Джедаи на борту.

– Однако, мы ожидаем, что нас проинформируют вовремя, если появится потенциальная угроза, – твердо ответил Оби-Ван.

Капитан пожал плечами.

– Как пожелаете, – слова были произнесены подобно взрывной волне. Видимо капитан Анф Дек не любил получать приказы, только отдавать их. – Теперь идите. Мы заняты.

Оби-Ван и Анакин развернулись и покинули мостик.

– Дружелюбный парень, – сказал Анакин.

– Я думаю, лучше держаться подальше от коликоидов, – ответил Оби-Ван.

– Нет проблем, – пробубнил Анакин.

Они вернулись в тесную комнату, которую им приходилось делить друг с другом. Анакин аккуратно поместил свой набор выживания в узкую тумбочку. Оби-Ван знал, что его падаван все еще расстроен встречей в Храме. Обычно в начале миссии Оби-Вану приходилось успокаивать ученика. Мальчик на избытке энергии и ожидания кидался изучать все сразу. Анакин которого он знал, бросил бы свой набор выживания и ушел бы осматривать корабль. Но этот новый, тихий Анакин просто сидел на кровати и глядел на окружающее его пространство, нелюбопытным взглядом.

Оби-Ван думал, что сказать. Он знал, что беспокоило Анакина – мальчик был обеспокоен как осторожностью Совета Джедаев к его пригодности и значению, так и тем, что он отличался от других учеников джедаев. Это не особо волновало Оби-Вана. Он знал, что вера Анакина в себя была очень сильна. Анакин был другим, и он учился принимать это, как часть своей силы. Такое положение не должно было его обособлять. И ранее Оби-Ван сказал ему, что он не должен принимать суровость Совета на свой счет. Это не значило, что они считают, что из него получится плохой джедай. Такова была их работа, искать возможные чувствительные точки, чтобы быть строже с учениками, чем их учителя. Без сомнений они, как и Оби-Ван, увидели, как Анакин потянулся к световому мечу при упоминании работорговли.

Нет, молчание Анакина было не из-за реакции Совета или слов Палпатина. Он был задет тем, что Оби-Ван хотел отказаться от задания. Падаван решил, что у него не было веры в ученика, но это было далеко от истины.

Ранить человека можно одним словом, в то время как на лечение уйдет много времени. Оби-Ван не мог заверить Анакина, что его слова были поспешны. Он волновался о влиянии этой миссии на падавана. Если они действительно встретятся с Крейном, самые глубокие эмоции Анакина вырвутся на свободу. Оби-Ван знал, что его падаван еще не сталкивался по-настоящему с годами позора и гнева, проведенными в рабстве. Когда-нибудь это должно произойти, но Оби-Ван очень хотел, чтобы это было после того, как Анакин закончит обучение. Все же он подозревал, что именно из-за этого Мэйс Винду и Йода выбрали их для этой миссии, и не впервые Оби-Ван посчитал методы Совета слишком грубыми.

Однажды они временно отстранили Оби-Вана, лишив его статуса джедая. Ему было тринадцать лет, и в то время он не понимал всей серьезности Совета. Ему пришлось смирить чувства, чтобы понять свою вину в таком решении. Он понял, что был неправ, и осознание этого пристыдило его. Только после разговора с Куай-Гоном он понял, что стыд не давал ему восстановиться.

Мог ли он преподать своему падавану тот же самый урок? Куай-Гон проделывал такое с характерным сочетанием серьезности и мягкости. Никто не мог соединять две столь разные вещи, как его учитель. Оби-Ван затруднялся быть серьезным с Анакином. Его учитель сильно на него влиял, но он не Куай-Гон. Он должен был найти свой собственный путь. Учитель должен руководить падаваном согласно своим потребностям. Он или она должны сочетать заботу и дисциплину по отношению к падавану, исходя из его или ее характера.

Предостережение Куай-Гона время от времени раздражало Оби-Вана. Теперь он полностью его понял. Тень Ксанатоса всегда стояла за плечом Куай-Гона. Будучи его падаваном, Ксанатос перешел на темную сторону. Куай-Гон изо всех сил старался не сравнивать Оби-Вана и Ксанатоса в своих мыслях и действиях. Он не хотел обучать Оби-Вана теми же способами, которые, возможно, подвели Ксанатоса. Оби-Ван стремился к такому же доверию и дружбе между ним и Анакином, и они уже начали выстраивать такие отношения.

– Я получил больше информации о Крейне, прежде чем мы отбыли, – сказал Оби-Ван Анакину. – Ты должен изучить этот файл.

Он загрузил информацию на свою информационную деку и вручил его ученику.

– Это профиль судна Крейна и его незаконных действий, а также файлы на двух его партнеров. Этого вуки зовут Раштах. Очень жестокий и опасный. Необычно для вуки быть вовлеченным в торговлю рабами, но он очень предан Крейну. Другую зовут Зора – женщина, человек.

Анакин просматривал голографический файл.

– Здесь есть больше информации о ней?

– Нет. Она присоединилась к Крейну год назад.

Оби-Ван отвернулся. Он все знал о Зоре. Йода и Мэйс Винду информировали его конфиденциально, прежде чем он уехал. Анакину пока не нужно было знать, что Зора – бывший Джедай. Более того, Зора была другом Оби-Вана. В прежние времена ее звали Сири, и она обучалась в Храме вместе с Оби-Ваном. Это было год назад. Но он знал ее не намного лучше, чем остальные. Ее самые глубокие эмоции были известны только ей самой. Будучи падаванами, они участвовали вместе в некоторых миссиях. Выбранная в ученицы членом Совета Ади Галлией, Сири была умной и отлично помнила все правила джедаев. Ее лояльность Ади Галлии не подвергалась сомнению, пока не появились серьезные разногласия. Ади Галлия была известна своей интуицией, но не теплотой. Она выбрала самый трудный путь, который мог выбрать учитель, не давая рекомендаций своему падавану для становления рыцарем-джедаем. Разъяренная этим, Сири немедленно покинула Орден. Оби-Ван пытался найти ее, но она порвала все связи с Храмом. Блуждая по Галактике, без ее джедайской семьи, без каких-либо связей, она попала в плохую компанию и теперь использовала свои навыки, чтобы работать с Крейном. Это было неожиданное перевоплощение, но Куай-Гон учил Оби-Вана, что он не должен удивляться темным силам, которые проявляются во всем. Сири боролась со своей темной стороной и проиграла.

Оби-Ван и Анакин почувствовали вибрацию двигателей под ногами. Судно медленно взлетало с площадки, чтобы нырнуть в космос. Скоро они уже были далеко от Корусканта, запуская гипердвигатель.

– Как вы думаете, Крейн нападет на судно? – спросил Анакин, рассматривая небо сквозь маленький иллюминатор.

– Коликоиды считают, что нет, – сказал Оби-Ван. – Но кто знает? Крейн действует очень непредсказуемо для всей Галактики. Может, он захочет избежать неприятностей с джедаями.

На лице Анакина проскользнуло что-то вроде разочарования.

"Он хочет встретиться с Крейном", – понял Оби-Ван. Наверное, это была нормальная реакция для человека, ищущего приключения. Или это было что-то темное?

– Ты, кажется, отреагировал на имя Крейна, во время брифинга, – заметил Оби-Ван, Ты слышал о нем?

Анакин пристально посмотрел на Оби-Вана. Тень мелькнула в его глазах, но Анакин был уверен, что Оби-Ван заметил это.

– Я знаю таких, как он.

Падаван что-то скрывал. В действительности он не ответил на вопрос учителя. Так как Анакин всегда говорил правду, Оби-Ван с глубоким чувством неловкости понял, что сейчас мальчик солгал ему.

Глава 6

– Не трогай это! – коликоидский офицер несся вперед, щелкая ногами. Анакин отступил от пульта оборудования в технической комнате. Они скоро должны были выйти из гиперпространства.

– Я и не трогал его, – сказал Анакин. – Я только смотрел. Я никогда не видел технический пульт подобно этому прежде".

– Хорошо, уходи, – сказал офицер, закрывая пульт. – Это не место для маленьких мальчиков.

Анакин обратился к Силе. Он знал, что это была смесь его собственной воли и Силы, легко выявляемой, всегда достижимой. Он пристально посмотрел на офицера.

– Я – не маленький мальчик. Я – Джедай.

Коликоид явно занервничал, как нервничал молодой человеческий мальчик минуту назад. После того, как тот посмотрел на него взглядом, наполненным Силой, потребовалась вся его воля, чтобы устоять.

– Хорошо, но все равно уходи, – пробормотал он, отворачиваясь от тревожного взгляда мальчика. – Это место не для тебя.

Анакин сразу решил, что технический пульт не был столь интересен, чтобы рисковать конфронтацией. Он ушел с достоинством, которое, на самом деле, скрывало собой его раздражение. Коликоиды были обидчивыми, когда дело касалось их кораблей. По своему опыту он знал, что большинство существ гордится и хвалится своими кораблями. Коликоиды, по-видимому, не привязывались к своим судам, они смотрели на них, как на то, что может перевозить их с одного места на другое. Обычно он убивал время тем, что осматривал укромные уголки и трещины корабля, но коликоиды постоянно дышали ему в спину.

Он никогда не думал, что миссия может быть такой скучной. Только бы Крейн напал!

Анакин остановился, потрясенный мыслью, которая так быстро появилась в его голове. Джедаи не желают конфликта, но встречают его, если он появляется. Они всегда ищут мирные пути. Он не должен хотеть пиратского вторжения, чтобы украсить скучную миссию. Это было неправильно.

Но если честно, он не хотел нападения Крейна потому, что ему было скучно. Мысль о пирате походила на лихорадку в его крови. Он хотел, нуждался в том, чтобы встретиться с Крейном лицом к лицу. Он хотел знать, было ли то видение в пещере правдой.

Он все еще чувствовал себя виновным во лжи Оби-Вану. Он не мог сказать своему наставнику, что воспоминания вспыхнули в нем с новой силой, что проснулась его память, полная свежих и болезненных деталей, таких же, как и шесть лет назад.

Хорошо, он не совсем лгал – он просто не дал полного ответа. К сожалению, для джедая, это было то же самое, что и ложь учителю. Иногда строгие колебания джедаев были очень раздражительными.

Он не мог говорить о Крейне. Если бы он говорил так громко о своих воспоминаниях, они бы задушили его. Он боялся пустоты, которую он чувствовал всякий раз, когда вспоминал о матери. Было так много бессонных ночей, когда он ругал себя за столь удобную кровать в Храме, за столь обильную пищу, за превосходное образование, и, главным образом, за его счастье. Как он мог еще раз удовлетворенно вздохнуть, когда его мать была рабом на пустынной планете?

Сначала, когда он только прибыл в Храм, он мог вспоминать ее голос и легкую улыбку. Он мог повторить ее мягкие слова по отношению к нему: "Самый лучший подарок для меня, Эни, если ты примешь свою свободу".

Но ее голос становился более слабым, а улыбка более тусклой. Иногда ему нужно было стараться изо всех сил, чтобы вспомнить ее живое лицо, цвет ее кожи. Он не видел ее четыре года. Он был таким молодым, когда уехал. Его самым большим страхом было, что когда-нибудь она оставит его навсегда. То, что он потерял бы ее, подобно мечте. Тогда бы он стал пустым внутри.

Оби-Ван рос в Храме с тех пор, как он был младенцем. Он не мог по настоящему знать, как детство могло быть ужасом и стыдом, смешанными с комфортом и любовью. Он знал это через интеллект, но не через опыт. Видеть эффект ужасного детства – это одно. Жить этим каждый день – совсем другое. Поэтому, когда его любимый учитель посоветовал ему принять гнев и дать ему пройти через себя, слабый подленький голосок внутри Анакина прошептал, что его учитель не знает, о чем говорит. Он не знал, что такое гнев.

Как он мог позволить ярости пройти через него? Оби-Ван никогда не понимал, как она бьется внутри него, угрожая никогда не исчезнуть. Она имела мощь, пожирающую его. Это пугало Анакина, он не хотел также принимать страх. Значило ли это, что ему никогда не стать рыцарем джедаем?

Когда он думал о страхах, его мысли разбегались, раздувая искру паники глубоко внутри него. Лучше было притвориться, что в нем нет гнева. Разве джедай не должен все контролировать? Он должен был найти свой способ управлять чувствами. Это был лучший выход.

Внезапно, Анакин почувствовал сотрясение корабля. Это заставило его слегка споткнуться. Сотрясение сопровождалось взрывом, который отправил его в полет к стене. Зазвучал сигнал тревоги. Анакин бросился через лабиринт коридоров к своей каюте, чтобы найти Оби-Вана. Корабль получил еще одно попадание и приступил к маневрам уклонения. Анакин знал, что судно слишком большое, чтобы превзойти в маневренности другие корабли.

Он прошел полпути, когда увидел бегущего к нему Оби-Вана.

– Мы атакованы. Это – Крейн, – кратко сказал Оби-Ван. – Давай доберемся до мостика".

Глава 7

Двое неслись во мраке мостика. Команда напряженно сидела за пультами, в то время как несколько офицеров носились от одной станции к другой. Через иллюминаторы можно было видеть следы протонных торпед и град взрывов. Судно тряслось при каждом близком попадании. Это была засада: Крейн знал, где они должны были появиться.

Капитан Анф Дек стоял, вцепившись в подлокотник своего кресла.

– Где корабль? – прокричал он. – Где корабль?!

– Он нырнул под нас, капитан! – воскликнул один из членов экипажа.

– Полный вперед! На полной скорости! Нет, левые двигатели на полную! – кричал капитан Анф Дек; он был на грани истерики. – Где он теперь?

Корабль накренился в одну сторону, так как экипаж пытался выполнить противоречивые приказы капитана. Этот крен сопровождался еще одним взрывом, который заставил всех пошатнуться на мостике.

– Крейн далеко от нашего порта, сэр, – ответил один из членов команды. – Мы получили удар по топливному приводу".

– Что он делает?! – закричал капитан Анф Дек. – Он что, не знает кто мы такие?

– Да, капитан. Мы сообщили, что это судно коликоидов с джедаями на борту. Как Вы и приказали, – многозначительно добавил член команды.

– Боковые дефлекторные щиты уничтожены, – прокричал другой член экипажа.

– Что? -спросил капитан и кинулся смотреть на отчет. – Как это возможно?!

– "Мы не смогли вовремя использовать его полностью?

– Идиоты! – Капитан Анф Дек почти упал, когда другой взрыв ударил в судно, – Это – засада! Должно быть, они изменили координаты в нашем навигационном компьютере!

Анакин и Оби-Ван уставились в обзорный экран, когда пиратский корабль попал в зону видимости. Он был меньше судна коликоидов, но намного более маневренным. Судя по платформам орбитальных орудий и лазерных пушек, корабль был также значительно вооружен.

Благодаря своей глубокой связи с Силой Анакин знал, что он может и умеет правильно анализировать происходящее. Ему не нужна была Сила, чтобы понять, что с поврежденным кораблем и паникующим капитаном их дела плохи. Если они не могли избежать Крейна или обогнать его, какие варианты оставались? Он посмотрел на своего учителя. Когда было необходимо стратегическое мышление, он полагался на Оби-Вана. Его учитель мог не только рассмотреть все аспекты трудной ситуации, но и за считанные секунды придумать несколько путей решения проблемы и остановиться на лучшем из них.

– Наша единственная надежда состоит в том, чтобы взять маленький корабль и устранить судно Крейна, – произнес Оби-Ван. – Если мы проберемся на его борт, то сможем отключить оружейные системы".

– Что? – капитан коликоидов повернул свою длинную голову, – Что вы сказали?

– Вы дадите нам один из своих транспортов? – спросил Оби-Ван.

– Зачем?

– Чтобы устранить корабль Крейна, – повторил Оби-Ван. – Это единственный способ избежать захвата или уничтожения".

– "Делайте, что хотите. Меня это не волнует, – Капитан Анф Дек вцепился в подлокотники, так как судно качнулось от очередного попадания. – Только сделайте что-нибудь!

– Нам нужно, что бы вы помогли сделать диверсию.

– Хорошо!

Ни произнеся больше ни слова, Оби-Ван развернулся и покинул мостик. Анакин последовал за ним, его сердце сильно билось. Анакина восхищало, как его учитель проанализировал ситуацию и выбрал курс действий, быстро, за секунды. Это был дерзкий план, но он был их единственной надеждой.

Они достигли дверей грузового отсека, где находилось множество маленьких кораблей, использовавшихся для перевозки пассажиров или груза на поверхность планеты и обратно, в то время как корабль находился на орбите.

Оби-Ван остановился и обернулся к Анакину.

– Выбирай.

Анакин повернулся к кораблям, удовлетворенный доверием учителя. Он осмотрел их, как пилот, но в то же время использовал Силу для вынесения решения. Теперь он должен был надеяться на инстинкт. Он полагал, что поймет, когда увидит нужное судно.

– Шаттл G-класса, – сказал он Оби-Вану.

Тот колебался.

– Более легкий корабль был бы быстрее?

Анакин широко улыбнулся:

– Да, но не для меня.

Оби-Ван кивнул. Они побежали к трехкрылому шаттлу. Анакин активировал люк и плюхнулся в кабину. Оби-Ван последовал за ним.

Анакин быстро ознакомился с управлением. Не было корабля, на котором он не мог летать. Он вошел в контакт с командой, которая отвечала за двери грузового отсека, и объяснил им, что у них есть разрешение капитана покинуть судно. Через мгновение двери приоткрылись, и Анакин активировал два нижних крыла, позволив им взлететь. Они вырвались в космос.

– Там, – сказал Оби-Ван через несколько секунд. – Если ты сможешь держать нас у выхлопов, думаю, наш корабль будет достаточно маленьким, чтобы не быть замеченным. К тому же у Крейна сейчас дела поважнее: коликоиды сдержали обещание и сделали диверсию, беспорядочно летая и достаточно стреляя, чтобы Крейн был занят.

– Что я должен делать теперь? – спросил Анакин.

– Я слушаю предложения", – ответил Оби-Ван.

Но Анакин уже начал обдумывать возможные варианты еще до того, как Оби-Ван упомянул о Крейне. Если бы они смогли зацепиться за корму корабля пиратов, то смогли бы проникнуть в выхлопную систему. Пар и выхлопы перегрели бы корабль, но если бы Анакин смог разогнать корабль до приличной скорости, то смог бы проникнуть внутрь.

Он быстро описал план Оби-Вану.

– Это возможно, – кивнул Оби-Ван. – Но туннели сужаются внутри корабля. Мы можем попасть в ловушку.

– Этот шаттл сможет пройти, – сказал Анакин. – Я могу деактивировать основные крылья и использовать третье для полета".

Оби-Ван нахмурился – Это усложнит управление.

– Я знаю, – кивнул Анакин.

– Температура будет очень высокой в шахте. Корабль может перегреться.

– Нет, если я ускорюсь, – Анакин знал, о чем думает Оби-Ван. Ему нужно будет лететь достаточно быстро, чтобы корабль не нагрелся, но и не слишком быстро, чтобы не потерять управление. – Думаю, я справлюсь.

– Ты думаешь?

– Я знаю.

– Хорошо. Давай сделаем это.

Корабль Крейна не заметил их, и Анакин смог повторить все его атакующие маневры, как зеркальное отражение. Прицепившись к корме, он мог избежать обнаружения. Он предвидел, как именно будет лететь пиратский корабль, атакуя важные части судна коликоидов. Он следовал за ним, словно тень, приближаясь к выхлопному отверстию на корме.

Выхлопной клапан имел огромный движущийся пропеллер. Анакин застыл в воздухе, держа пальцы на ручке управления и рассчитывая движение пропеллера. Оби-Ван молчал, позволяя Анакину сконцентрироваться. Малейший просчет, и вращающиеся лезвия разорвали бы их на кусочки.

Анакин знал, что с каждой секундой у них оставалось все меньше и меньше времени, и он оценил молчание Оби-Вана. Анакин ждал, пока Сила объединится с его инстинктами и чувствами. Он пристально смотрел на лезвия. Казалось, что чем сильнее он концентрировался, тем медленнее они вращались. Как только он почувствовал, что полностью приспособился к их ритму, он направился вперед, чувствуя, как корабль приближался к выхлопному клапану. Он завалил шаттл на бок, чтобы пройти между лезвиями.

Маленький корабль трясло от ветра, создаваемого гигантскими лезвиями, но он проскочил внутрь, разминувшись с лезвиями на считанные сантиметры. Анакин крепко держался за пульт управления. Внезапно, мощный взрыв, произошедший от сильного выхлопа, начал тянуть их обратно. Они снова приближались к лезвиям!

– Держись! – закричал Анакин.

Он включил двигатели на полную мощность. Малейшее касание лезвия лишило бы их возможности управлять кораблем, что означало верную смерть.

Двигатели грозили вырубиться, и Анакин должен был изо всех сил держать судно в устойчивом состоянии.

Они ускорялись, но теперь уже слишком быстро. Через мгновение, он увидел, что Оби-Ван был прав. Шахта сужалась. Скоро будет всего несколько метров между крыльями и стенками туннеля. Анакин быстро активировал управление крыльями и сложил два боковых крыла. Он почувствовал скачок ручки управления в руках, но держал ее крепко, замедляя корабль.

– Я вижу впереди свет, – пробормотал Оби-Ван. Хотя Анакин знал, что в голосе учителя не было ни капли упрека, он также знал, что был недалеко от этого. Оби-Ван продолжил, – Я думаю, мы выйдем около турбины энергетического ядра. Надеюсь, там есть место для посадки".

Анакин тоже надеялся. Судно сталкивалось с жестокими воздушными потоками, и он держал его крепко, но мягко, как своенравную банту. Из-за неустойчивости крыла и силы выхлопов, корабль был близок к потере управления.

Но этого не случится. Он не позволит. Он доверял способности судна довезти их туда, куда им было нужно.

Он отключил двигатели медленно, когда шахта начала сужаться. Они влетели в проход, к центральному энергетическому ядру. Анакин быстро облетел гигантские турбины, посылавшие взрывы энергии и горячего воздуха в шахту. Если он приземлится непосредственно перед шахтой и выключит двигатели, сильный взрыв может отправить корабль обратно к лезвиям. Вместо этого он направил шаттл к крошечному пространству, находившемуся достаточно далеко от шахты, чтобы выхлопы не задели корабль. Он выпустил шасси, чтобы закрепиться на поверхности.

Оби-Ван осмотрелся.

– Давай пойдем по тому проходу. Скорее всего, он приведет нас к какой-нибудь технической станции. Корабль находится в атакующем режиме, так что экипаж будет слишком занят, чтобы заметить нас. Будем надеяться.

Анакин открыл люк, и они выбрались из корабля. Их сразу же обдало порывом горячего воздуха, но они, не обращая на это внимания, ринулись к проходу. Используя Силу, они перепрыгнули высокое ограждение и побежали по шаткой металлической дорожке мимо гигантских генераторов.

Проход привел их к маленькой двери с небольшим колесом, служившим в качестве механизма открытия. Оби-Ван быстро крутанул колесо во весь оборот. Держа руку на рукоятке светового меча, он прошел через дверь.

Они были в технической комнате энергетического ядра. Она была пуста. Это место было запасным, на случай непредвиденных обстоятельств. Оби-Ван подошел к другой двери и открыл ее. Они оказались в узком и грязном коридоре.

– Мы должны найти центр управления оружейной системой, – пробормотал Оби-Ван. – Он должен быть рядом. Однако мы не должны ожидать, что он будет пустым. Наоборот.

Анакин последовал за Оби-Ваном вниз по коридору и, достигнув его конца, через небольшое окно в двери увидел внутреннюю обстановку технического центра. Оби-Ван жестом приказал Анакину встать с одной стороны двери. Он выглянул из окна, но все были слишком заняты, чтобы заметить его.

Центр обслуживался дроидами. Ввиду того, что оружейные системы управлялись с мостика, дроиды просто следили за остальными системами.

– Дроиды вооружены ручными и нагрудными бластерами, – сказал он Анакину, – Без сомнения, они уничтожат любого, кто дотронется до панелей управления. У нас будет несколько секунд, прежде чем они воспримут наше присутствие как угрозу. Всего их четырнадцать.

Анакин кивнул и достал свой световой меч: "Готов".

Оби-Ван открыл дверь и вошел в комнату, Анакин следовал по пятам.

– Проверка, – объявил он.

Дроид, следивший за остальными, повернул к ним свою голову:

– Документы?

Оби-Ван активировал свой световой меч: "Пожалуйста".

Он прыгнул вперед, разрубая панель управления. В это же время Анакин метнулся влево, чтобы разобраться с патрульным дроидом. Он аккуратно отсек голову дроиду, который, качнувшись, начал махать руками, пока световой меч не добрался до его панели управления. Анакин упивался мощью своего нового светового меча. Он больше не был в тренировочном режиме.

Остальные дроиды быстро развернулись в своих креслах, встали и синхронно открыли бластерный огонь из груди и рук.

Бластерные выстрелы жужжали в ушах Анакина, пролетая рядом с его головой. Помещение было маленьким и открытым, так что места для отражения огня было недостаточно. Спрятаться тоже не представляло никакой возможности. Два джедая могли положиться только на свои световые мечи.

Анакин вращал меч в руках, пытаясь отбивать выстрелы, пока он пробирался вперед. Превосходная сбалансированность светового меча увеличивала точность и скорость движений Анакина. Ударом ноги он отправил одного дроида в полет, затем, перекатившись к другому, отрубил тому бластерную руку, после чего разрубил дроида надвое. Подножкой он заставил дроида грохнуться на пол и, развернувшись, ринулся к третьему дроиду.

Оби-Ван словно превратился в размытое пятно. Он кружился, нырял, прыгал, бил ногами, и его световой меч находился в постоянном движении. Он вытянул руку и Силой швырнул дроида в стену. В течении нескольких секунд он уничтожил семь дроидов и, развернувшись, помог Анакину отправить последнего дроида к дымящейся куче на полу.

– Теперь к системе управления оружием, – сказал он.

– Вы знаете, как отключить ее? – спросил Анакин.

Оби-Ван кивнул.

– Конечно. Я использую прием, которому меня научил Куай-Гон, – он поднял свой световой меч над головой и обрушил его на контрольную панель. Повалил дым, и металл зашипел. Он ударил второй раз, потом третий. Вскоре контрольная панель была полностью уничтожена.

– Дело сделано. Пойдем.

Анакин поспешил за Оби-Ваном. Он знал, что у них оставались считанные секунды до появления еще большего числа дроидов.

Оби-Ван направился вниз по длинному коридору, ведущему к энергетическому ядру. Внезапно Анакин остановился.

Он чувствовал, что ему не следует покидать корабль. Крейн здесь, в их руках. У них есть шанс уничтожить порочного торговца рабами, который пленил тысячи и который виновен в смерти несчетного количества живых существ.

Как они могли уйти?

Дойдя до конца коридора Оби-Ван почувствовал, что Анакин не было позади него. Он обернулся.

– Что случилось?

– Я не могу уйти, – Анакин уверенно покачал головой. – Мы не закончили. Мы должны уничтожить Крейна.

– "Это не наша задача, Анакин…

Анакин мрачно отвернулся.

– Это – моя задача Он развернулся и побежал в противоположном направлении от Оби-Вана.

Глава 8

Оби-Ван был настолько шокирован, что не мог сдвинуться с места в течение нескольких секунд. Анакин абсолютно обескуражил его. Он не предполагал такого поворота событий.

Хотя должен был.

Оби-Ван развернулся и помчался за падаваном. Анакин выбрал коридор, ведущий наружу из технического центра вооружения. Когда Оби-Ван вбежал в него, коридор был уже пуст. Дойдя до его конца, он попал проход, разветвлявшийся в четырех направлениях. Анакина не было видно ни в одном из них.

Оби-Ван раздраженно заскрипел зубами. В любой момент какой-нибудь отряд может пойти проверить техдроидов. Когда они войдут в комнату, то поймут, что на корабле диверсанты. Будет включена главная тревога. В этот же момент, корабль коликоидов будет побежден. Он должен найти Анакина, и быстро.

Оби-Ван коснулся Силы, ища вокруг Анакина. Но корабль был слишком большой и к тому же наполнен живыми существами. Слишком много темной энергии было вокруг, действовавшей подобно вуали. Не говоря уже о том, что Анакин не хотел быть найденным.

Так как нельзя было ничего сделать, Оби-Ван наугад выбрал первый коридор справа.

Очевидно, пират Крейн не заботился о чистоте на борту корабля. Судно коликоидов было тесным, зато относительно чистым, когда как корабль Крейна был загажен осколками, стены и пол были липкими от масла и грязи. Каждый раз, когда Оби-Ван слышал шаги, он нырял в грузовые комнатки в начале коридоров.

Но время быстро уходило, ему пришлось ускорить шаг и положиться на свой световой меч, в случае неприятностей. Оби-Ван шел по коридору осторожно, стараясь сохранить свою ориентацию в пространстве. Казалось, все коридоры закручены вокруг друг друга и пересекаются в центральной точке, там, где он начал. Это было похоже на лабиринт.

Он исследовал третий коридор, передвигаясь настолько быстро, насколько осмеливался, когда вдруг услышал безошибочный звук металлических шагов боевых дроидов. У Оби-Вана было только несколько секунд на то, чтобы решить, встретиться с ними или убежать. Без Анакина он решил отступить и спрятаться в соседнем коридоре.

Но он не был пустым. Он оказался полон пиратов.

Их было около двадцати. Они были так же удивлены, как и он, и потянулись за оружием. Оби-Ван шагнул вперед, активируя световой меч, готовый к отражению атаки.

Увидев световой меч, пираты, казалось, были парализованы. К большому удивлению Оби-Вана, передняя группа пиратов медленно опустила оружие. Каждый пират в комнате сложил оружие на пол.

Один из пиратов шагнул вперед. Оби-Ван заметил, что он был одет в тряпки.

– В твоей власти пощадить нас, джедай, – сказал он.

Оби-Ван сохранял меч в активированном состоянии.

Пират говорил успокаивающим тоном: "Меня зовут Конди, с планеты Зорастер. Я не пират. Я раб. Как и мои товарищи. Украдены с родных миров Крейном. Под угрозой смерти, нас заставили работать охранниками на корабле, – Конди посмотрел на него нетерпеливо. – Слава лунам и звездам, ты пришел нас спасти.

Оби-Ван деактивировал меч. Полное отчаяние на лице Конди и его товарищей, уменьшило его решимость. Очевидно, все они перенесли тяжелые мучения.

– Извините, – сказал он, – Но я здесь не с целью спасать вас.

Конди побледнел, потом посветлел: "Но ты можешь взять нас с собой. Мы поможем тебе в битве".

– Я не могу, – Оби-Вану казалось, что эти два слова – самое трудное, что ему доводилось произнести. – У меня только один небольшой корабль, для меня и моего товарища." Он хотел пообещать им, что вернется за ними, но как он мог это обещать? Когда он с Анакином уберется с корабля, Крейн исчезнет. Корабль сможет спрятаться где угодно в галактике. Он слишком сильно верил в обещание джедая, чтобы пообещать то, что возможно не сможет сделать.

Раздался голос сзади толпы. "Значит, ты нас просто бросишь, вот так вот?

Оби-Ван не знал, что ответить: "Я сделаю все, что смогу, чтобы помочь вам, – наконец сказал он. – Но не здесь, не сейчас. Чтобы помочь вам, я должен покинуть корабль".

Конди сглотнул:

– Тогда мы поможем тебе.

– Нет, – Оби-Ван покачал головой. – Этого я не позволю. Я подвергну вас опасности. Самое лучшее, что мы можем сделать друг для друга, это разойтись".

Лицо Конди было полно боли, но он с достоинством кивнул: "Мы никогда не видели тебя, джедай.

– Спасибо".

Оби-Ван увидел, как что-то промелькнуло в конце коридора. Анакин!

Он ринулся через толпу рабов к своему падавану. Анакин увидел его и остановился. Он знал, что бежать было бесполезно.

Оби-Ван подошел:

– Анакин, у меня нет времени спорить с тобой. Мы должны идти.

– Здесь повсюду патрули, – сказал Анакин. – Я не могу найти Крейна".

– Наш самый лучший шанс сорвать операцию – это покинуть корабль немедленно", -быстро сказал Оби-Ван.

– Но он здесь, сейчас! – заспорил Анакин. – Мы можем уничтожить его".

– Ставить целью убийство существа – не путь джедая, – серьезно сказал Оби-Ван.

– Даже когда существо порабощает других, убивает их, как ничто, и пленит их против их воли? – спорил Анакин. – Я слышал, как рабы умоляли вас помочь им. Я видел, как вы отвернулись от них. Как вы можете оставить их в таком убожестве? Каждый день для раба – шанс умереть. Убийство Крейна освободит их. Как вы можете так поступать?" – Анакин, рассуждай логически, – сказал Оби-Ван, пытаясь сохранить спокойствие. -Как я могу помочь им? Если мы хотим уничтожить империю Крейна, у нас должен быть план. Мы не можем слоняться по его кораблю и надеяться наткнуться на него.

– Это лучше, чем ничего.

– Нет. И это может привести нас к смерти, а также к смерти многих других. Если произойдет хоть один просчет или ошибка, Крейн выместит злость на рабах. Самый лучший план – уйти сейчас и убедить Совет направить свои ресурсы на поимку Крейна. Все, больше никаких споров. Время уходить. Охрана наверняка уже ищет нас, и я не думаю, что коликоиды будут долго нас ждать. Теперь идем. Ты должен понять, что это лучший вариант.

– Это вы не понимаете! – закричал Анакин.

Оби-Ван был напуган этой резкостью, но его взгляд заставлял повиноваться Анакина.

Анакин колебался. Он медленно опустил глаза. Он больше не возразит прямому приказу. В итоге, он кивнул. Оби-Ван мог сказать, что ярость и расстройство кипят в нем.

Им нужно будет обсудить это все. Время появится на корабле коликоидов.

Оби-Вану не надо было оборачиваться, чтобы удостоверится в том, что Анакин идет сзади него. Он чувствовал его ярость, весь обратный путь до центрального энергетического ядра. Они не встретили не одного патруля дроидов и смогли проникнуть к ядру. Они торопились, уже бегом спускаясь вниз по проходу.

Оби-Ван нырнул под их корабль, открывая люк и залезая внутрь. Он занял место пилота, и просигналил Анакину через обзорный экран, чтобы тот шел сюда.

Анакин приготовился нырнуть под судно. Внезапно, бластерный выстрел опалил боковую сторону корабль около его головы. Анакин упал на пол.

Пират выпрыгнул из прохода с двумя бластерами в руках. Внешне он был похож на человека, и Оби-Ван задумался, как он смог прыгнуть так далеко.

Пират находился всего в нескольких шагах от Анакина. Он навел свои бластеры, но не стрелял. Его короткие волосы были заплетены и обвиты острыми сверкающими предметами, обвязанными нитями. Разнообразное оружие висело на его поясе. Он выглядел сильным, но не был большим.

Внезапно, Оби-Ван осознал, что этот пират – женщина. Последовал знакомый блеск голубых глаз, и Оби-Ван застыл от шока.

Это была не просто женщина. Эта пиратка была Сири.

Глава 9

Сири больше не была похожа на джедая. Она была одета в тунику и штаны, сделанные из кожи разных животных. Патронаж покрывал ее плечи и грудь. Ее щеки испещряли красные шрамы, но при более детальном изучении Оби-Ван понял, что это рисунок, выполненный с целью придать ей яростный вид. Ее светлые волосы были затемнены каким то видом жира. Оби-Ван был шокирован ее диким видом.

Но он пока верил в то, что она не выстрелит в Анакина.

– Анакин, залезай, – позвал он.

Анакин уставился на бластеры Сири.

– Ты не застрелишь его, Сири, – сказал Оби-Ван.

– Я больше не Сири, – ответила Сири. – Я – Зора.

– Внутри тебя все еще есть джедай, – сказал Оби-Ван. – Даже после того, как ты предала все разделы нашего кодекса.

– Есть так много вещей, присущих всем джедаям, – глубокомысленно сказала Сири, отрезая Анакина от пути к кораблю. – Одна из них – это их самодовольство. Это так скучно.

Анакин пялился то на Оби-Вана, то на Сири. На его лице было написано удивление.

– Зора! – глубокий мычащий голос заполнил пространство. – Ты нашла нарушителей?

– Крейн, – сказал Анакин еще до того, как кто-либо появился.

– Залезай! – прошептал Оби-Ван.

– Зора! – мычание становилось громче и ближе.

Сири прыгнула вперед. Одним движением она закрыла люк, разделяя Анакина и Оби-Вана. Затем она побежала к гигантским турбинам. Добравшись до контрольной панели, она нажала несколько кнопок. Гигантские турбины начали крутиться быстрее.

Оби-Ван понял ее задумку, опоздав на пару секунд. У него было время только на то, чтобы схватить управление, когда с ревом ожили гигантские турбины, вращавшиеся с утроенной скоростью. Порыв ветра поднял корабль, как лист, и отправил прямиком в шахту.

Борясь с управлением, Оби-Ван пытался сделать корабль устойчивым. Он врезался сначала в одну стенку шахты, затем ударился о другую. Он быстро открыл боковые крылья для лучшего контроля. Было очень трудно удержать корабль от падения или возгорания в узкой шахте, но, несмотря на крен, ему удалось это сделать. Корабль полетел дальше, держась центра шахты.

Вращающиеся пропеллеры впереди напомнили ему о том, что он может быть разрезан на кусочки. Оби-Ван зачерпнул Силы, полностью концентрируясь на задаче. Казалось, время замедлилось, он смог измерить свою скорость и скорость мощных роторов. В последнюю секунду он полностью раскрыл крылья. Когда корабль пролетал через роторы, один из них задел крыло. Закрутившись по сумасшедшей спирали, корабль вылетел в открытый космос.

Оби-Ван боролся с управлением. Он активировал третье крыло, чтобы хоть немного увеличить свой контроль над шаттлом. Корабль медленно начал снижать скорость. Оби-Ван включил двигатели и облетел судно пиратов. Должен ли он следовать за кораблем или попробовать еще раз приземлиться в выхлопной шахте? Он задавал себе этот вопрос, но знал, что корабль не сможет влететь в шахту еще раз.

Он не может оставить Анакина в плену у Крейна и Сири. Он не может позволить своему падавану снова попасть в рабство.

На его глазах корабль Крейна, словно окруженный брызгами белового света, прыгнул в гиперпространство.

Он не мог следовать за ним. Его падаван пропал.

Глава 10

Все произошло так быстро. Анакина редко заставали врасплох. Сначала он был в ярости на Оби-Вана, хоть уже и приготовился взойти на борт корабля, а через момент его учитель был выброшен в шахту. Его джедайские рефлексы нуждаются в заточке. Сири-Зора успела изменить ситуацию, пока он все еще пытался понять, что происходит.

Крейн появился на балконе.

Крейн был гуманоидом, но имел размер и вес валуна или дерева. Казалось, его тело вырезано из камня. Лысая голова тускло блестела в темноте. Когда он подошел ближе, Анакин смог разглядеть различные вещи, висевшие на его двойном поясе, обмотанном вокруг талии. Когда он двигался, они качались. В своем мясистом кулаке он сжимал вибротопор, и его маленькие блестящие глаза проницательно осматривали сцену событий.

Рядом с ним стоял огромный вуки. Анакин понял, что это Раштах. Патронташи пересекали его волосатую грудь, а на поясе висело несколько бластеров. Зубчатый шрам начинался под шерстью головы и спускался к губе мимо глаза. Повязка скрывала поврежденный глаз. Раштах помахал Сири своим вибромечом и промычал в знак приветствия.

Сири добралась до турбин и отключила их. Анакин размышлял над тем, что лучше всего предпринять. У него не было никакого плана для такой специфической ситуации. Будет ли Сири, часть Зоры, прикрывать его, или бессердечная Зора сразу же его сдаст? Она поступила довольно жестоко с Оби-Ваном.

Его инстинкты обострились. Молчи. Пусть говорит она.

Анакин не вымолвил ни слова, когда Крейн остановился напротив них. В руке он, словно детскую игрушку, вращал вибротопор.

– Что это? Ты поймала нарушителя?

– Нет. Он никто, просто раб, – сказала Сири. – Я использовала его как щит, но он не понадобился. Боюсь, нарушители использовали выхлопной тоннель для обратного пути в космос.

– Если это так, – темные глаза Крейна блестели. – Я отдам приказ войти в гиперпространство. Если они будут в шахте, когда это произойдет, то превратятся в звездную пыль.

Вуки издал рык радости.

– Это будет большим плюсом, – сказала Сири. Ее глаза блеснули той же жестокостью, что и у Крейна.

– Она ненавидит Оби-Вана, – понял Анакин.

Крейн подошел поближе к в выхлопной шахте. "Мы должны найти способ перекрыть этот выход с корабля. Не хочу снова попасть в неловкое положение. Нужно будет подумать об этом".

Пока Крейн повернулся к ним спиной, а Наштах отвлекся, Сири ловко сняла с пояса Анакина световой меч. Она в очередной раз оказалась быстрее его восприятия. Она сделала это так быстро и незаметно, что он осознал это, лишь когда оказался безоружным. Она спрятала световой меч под свою тунику таким же быстрым движением.

Крейн обернулся и обратил все свое внимание на Анакина. Анакин спокойно встретил взгляд Крейна. Он мог представить, что этот взгляд наводил ужас на многих, но на него он не действовал. Он был любопытен и заинтересован, но не напуган.

– На что ты пялишься, раб? – внезапно раздался наполненный яростью голос Крейна.

Анакин слишком поздно понял, что рабы не смотрят прямо на своих хозяев. Так или иначе, он никогда не был слишком покорным.

Сири выпрямила ногу, ударив его так болезненно, что ему пришлось упасть.

– Покажи уважение, – прошипела она.

Анакин посмотрел на нее взглядом чистой ненависти, но Крейн не мог этого увидеть. Он держал глаза на среднем уровне, когда обернулся к Крейну.

– Он выглядит сильным, – сказал Крейн, поглаживая свою аккуратно подстриженную черную бороду. – За него можно выручить хорошие деньги на Нар Шаддаа.

Теперь, когда взгляд Анакина был на среднем уровне, он понял, что свисало с пояса Крейна, – талисманы. Там были вещи, о которых он не хотел думать: куски засохшей плоти, чьи-то волосы. Были и украшения, кристаллы, и маленький серебрянный колокольчик…

Серебрянный колокольчик. Анакин переместил взгляд на него. Он видел его. Он узнал его. Это был колокольчик матери Эми, она носила его на шее.

Внезапно мясистая рука Крейна метнулась к поясу, чтобы взять что-то. Колокольчик мягко звякнул, и странная боль поразила сердце Анакина.

– Изучаешь мои трофеи? – низким тоном спросил Крейн. – Или думаешь стащить пару безделушек? Подумай еще раз, раб. Один из твоих пальцев или даже скальп может присоединится к этим вещам!" Он засмеялся, Раштах и Сири присоединились к нему. Когда Крейн содрогался от веселья, Анакин услышал звон колокольчика. Значит Хала была мертва. Милый звон колокольчика смешался с жестким смехом Крейна, пока разум Анакина не затуманила ярость. Он мог убить его, здесь, и сейчас. Ему не нужен световой меч. Он сделает это голыми руками…

– Пожалуй, мне лучше заняться подготовкой рабов к переезду, – сказала Сири. – Скоро мы будем на Нар Шаддаа. Идем, раб".

Она ткнула Анакина толстым концом своего электро-жезла:

– Наслаждайся кораблем, пока можешь. Скоро ты будешь работать на спайсовых шахтах.

– До конца своей жизни, – добавил Крейн, все еще смеясь.

Анакин почувствовал, как его нога поддалась толчку Сири, на этот раз более резкому. Крейн не пугал его. Сири не пугала его. Тот факт, что он совсем один, не пугал его.

Но скоро его снова продадут в рабство. Он прекрасно знал, как трудно сбежать рабу. Он слышал истории о спайсовых шахтах и о высокой смертности рабочих там. Он знал, как мечты о побеге будут скрашивать его дни. Он знал, как один серый день будет следовать за таким же, где он не сможет поднять голову, а только наклонять для работы. Он знал, что тупая тяжелая работа заполнит его душу, пока грезы побега не будут забыты в рутине.

Он думал, что встретился со своим худшим страхом в пещере Иллума. Нет. Сейчас он понял, что только почувствовал его.

Глава 11

Оби-Ван знал, что сейчас он бессилен что-либо изменить, но он также знал, что если бы он реагировал быстрее, то спрыгнул бы с корабля, чтобы сразиться с Сири. Но тогда бы он не был сейчас здесь. Сражение задержало бы его. Если бы Сири была обычным врагом, то он не задержался бы там. Но он понимал и другое. Если она не помнила, кем она была, когда была его другом, то Оби-Ван не допускал мысли о том, что она специально заставила его покинуть корабль и взяла Анакина как пленника.

Оби-Ван направил корабль к судну коликоидов. Он знал, что так или иначе ему повезло. Джедай сомневался, что коликоиды бы вообще дождались бы его возвращения, если бы их корабль не был поврежден.

Капитан Анф Дек теперь даже не скрывал тот факт, что рассматривает присутствие джедая как главную причину неприятностей. Он даже не поблагодарил Оби-Вана за то, что тот сломал оружейные системы корабля Крейна. Капитан лишь отметил, что это меньшее, что Джедай мог сделать. Оби-Ван почувствовал то, что капитана куда больше беспокоит реакция его начальства о происшествии. Коликоиды не могли позволить себе допустить ошибки в присутствии руководства.

Он также знал и то, что невозможно отследить корабль через гиперпространство, но потребовал, чтобы система связи коликоидов отследила все возможные векторы выхода корабля Крейна. Ему пришлось прибегнуть к тому, чтобы обрисовать перспективу возможных проблем коликоидов с Сенатом и Советом Джедаев. После этого капитан согласился.

Обстоятельства были против Оби-Вана. Пиратский корабль не направится к основным планетам. Если требуется ремонт или пополнение запасов продовольствия, то всегда есть множество космодромов, которые намерены получить лишние кредиты, скрывая преступников или просто "не замечая" прибывший корабль.

Почему же Крейн все-таки напал на них? Может быть, это была его простая ошибка. Если это так, то тогда недалеко должна быть база, где бы он мог скрыться. Пока же поиск коликоидов ничего не дал.

Делал ли Крейн ошибки? Оби-Ван продолжал задавать вопросы самому себе. Он многое прочитал в файле о Крейне. Пиарт сумел выжить и процветать, в то время как его коллеги по преступному цеху погибали из-за междоусобных сражений, стратегических ошибок, неосмотрительных союзов. Крейн был недостоин жить, но он был умен и хитер.

Оби-Ван выдохнул. Он позволил своему беспокойству об Анакине и самобичеванию взволновать себя. А когда тело взволновано, то и мысли не способствуют здравому суждению.

Он успокаивался, глубоко вдыхая. Сейчас ему нужно было достигнуть баланса, обвинения самого себя ничего не дадут. Нужно здравое мышление.

Когда он углубился в себя, то ему вспомнились слова Куай-Гона. Его учитель часто говорил их, когда она в своих миссиях заходили в тупик.

Давай смотреть на кого и это приведет нас к ответу почему.

Он посмотрел на капитана Дека Анфа. Его некоторая враждебность не беспокоила Оби-Вана. Но было и нечто иное. Когда Оби-Ван успокоился, он начал вспоминать детали. Он вспомнил первую встречу с капитаном на борту корабля. Капитан не казался взволнованным возможным нападением Крейна. И было странно, что коликоиды вообще обратились за помощью к Джедаям.

Оби-Ван вернулся к моменту нападения Крейна на корабль. Нечто в поведении капитана обеспокоило Оби-Вана и тогда, но не было время об этом подумать.

Оби-Ван начал вспоминать подробности. Он и Анакин побежали к мостику. Капитан давал распоряжения. Он был практически в панике. Коликоиды обычно бесстрастные существа. Они обучены и всегда стараются соблюдать баланс перед лицом любой опасности. Такая испуганная реакция Анфа Дека настораживала.

И это был не страх. Это скорее именно паника. Причиной волнений капитана было то, что все произошло не так, как он ожидал. Его застали врасплох. Это нападение напугало лично капитана.

Но почему? Коликоиды попросили защиту джедаев, потому что знали, что Крейн может напасть. Или предполагали, что нет?

Оби-Ван вспомнил, что Канцлер Палпатин был на встрече. Это тоже было необычно. Это могло указывать на то, что на коликоидов оказали давление, чтобы те приняли джедаев. В то же время коликоиды не терпели их присутствия не потому что опасались незнакомцев, а потому что…

Потому что… Почему?

Ответа Оби-Ван не находил. Но он знал, что если поймет это, то это приведет его к падавану.

Поврежденный корабль коликоидов вынужден был возвращаться на один из орбитальных космодромов Корусканта. Оби-Ван уже обо всем рассказал Йоде и Совету. Но сейчас он не направился напрямую в Храм. Он взял аэротакси и полетел к зданиям, что по соседству с Сенатом. Там он поспешил по проходам, завернул за угол и улыбнулся, когда увидел, кафе с сине-желтыми окнами. Вывеска гласила: Кафе Астри и Диди.

Диди и его дочь Астри были хорошими друзьями Куай-Гона. Много лет назад Куай-Гон предложил помочь Диди в его "маленькой проблеме", которая превратилась потом в опасную миссию, во время которой зависело благополучие и существование целой планеты. Диди был серьезно ранен и после всего произошедшего стал успешным владельцем кафе вместе со своей дочерью. Он также располагал многой информацией и всегда держал уши открытыми.

Оби-Ван вошел в открытую дверь, вспоминая свой первый визит сюда 13 лет назад. Здесь все было в грязи и хаосе. Диди хоть и сделал это кафе, но не мог сохранить столы чистыми, а еду более менее приемлемой. Именно Астри превратила забегаловку в красивый, процветающий ресторан с хорошей едой. Их клиентура изменялась. Контрабандисты и различные преступники все еще бывали здесь, но теперь тут уже обедали дипломаты и даже сенаторы.

Оби-Ван постоял мгновение у входа, оглядываясь, чтобы увидеть Диди или Астри. Почти год он не был здесь. Они оба сильно переживали смерть Куай-гона. Высокая девушка, несколько старше, чем Оби-Ван стояла рядом со столом и о чем-то разговаривала с двумя клиентами, которые были одеты как помощники сенаторов. Длинные темные волосы были заплетены, на ней был белый фартук. Она поставила на стол заварной чайник. Несмотря на все действа, Оби-Ван усмехнулся. Астри ничуть не изменилась.

Она оглянулась и увидела его. Симпатичное лицо Астри расплылось в улыбке.

– Оби-Ван, – она подбежала к нему, по дороге зацепив стул, и обняла его. Оби-Ван обнял ее в ответ, прижав к себе. Он когда-то чувствовал себя таким неуклюжим в этих эмоциональных нюансах. Но не сейчас. Куай-Гон научил его своим примером. Оби-Ван помнил, как был удивлен, будучи падаваном, видя, как Куай-Гон крепко обнимает, приветствуя Диди.

Она отошла.

– Ты хочешь есть? У меня сегодня восхитительная тушеная еда.

Он покачал головой.

– Мне нужна информация.

Ее взгляд вдруг стал холодным.

– Пойдем к Диди.

Невысокий, полный мужчина, увидев их, также расплылся в улыбке. Он крепко обнял Оби-Вана, хотя и доставал тому лишь до плеч.

– Мои глаза светятся восхищением, – сказал он, – когда я вижу храброго и мудрого Оби-Вана Кеноби, моего хорошего друга, кому я обязан своей жизнью и жизнью моей дочери.

– Оби-Вану нуждается в нашей помощи, Диди, – Астри прервала его, зная, что Диди и дальше будет нести этот поток лести.

Диди кивнул.

– Пойдем в мой кабинет.

Оби-Ван последовал за Диди и Астри к маленькому, грязному кабинету. Хотя кафе значительно улучшилось с тех пор, как Астри взялась за дело, кабинет Диди был все еще царством беспорядка каких-то бумаг, салфеток, чайных чашек, скатертей.

– Что я могу сделать для тебя, мой друг? – спросил Диди, – я полностью в твоем распоряжении.

– Я всего лишь ищу информацию, – сказал Оби-Ван, – и возможно, если у тебя нет ответов, то ты мог бы мне сказать, у кого они могут быть. Я расследую возможную связь между работорговцем по имени Крейн и коликоидами.

Диди и Астри нахмурились.

– Я не люблю Сенаторов-коликоидов, – сказала она, – они вечно чем-то недовольны.

– Я слышал о Крейне, – добавил Диди, – галактика много выиграет, если избавится от этого злодея. Но я не знаю о его связях, однако…

Оби-Ван ждал. Он знал, что Диди вспоминает весь свой обширный список контактов.

– Попробуй найти Гогола в Доре, – сказал наконец Диди, – я не могу позволить ему появляться здесь, с тех пор как я узнал, что также занимается информацией, но я слышал, что он делал некоторую работу для Крейна.

– Дор? Я не знаю где это, – сказал Оби-Ван.

– Конечно, не знаешь, – ответила Астри, – "Сплендор" или "Блестящий". Но беспорядочный огонь бластеров сбил некоторые буквы в надписи. Теперь его зовут просто Дор.

Астри вздрогнула.

– Не хотела бы я идти туда.

Диди выглядел обеспокоенным.

– Ты должен быть осторожен с ним, Оби-Ван. Гогол играет в кости.

Он быстро описал Оби-Вану Гогола и Джедай еще раз крепко обнялся с обоими, пообещав Диди и Астри, что обязательно вернется перекусить в это кафе.

Он бывал в "Блестящем" с Куай-Гоном несколько раз. Это было на нижних уровнях Корусканта, куда не достигал солнечный свет. Здесь были узкие и грязные проходы, повороты, опасные, освещаемые только световыми стержнями, которые постоянно пропадали и не заменялись. Здесь собирался криминальный цвет галактики, тут можно было заключить договор на убийство врага.

Запущенный "Блестящий" ничуть не изменился. Те же металлические двери, опаленные выстрелами, слабое освещение. Много лет назад Оби-Ван в первый раз вошел сюда очень неуверенным в себе. Теперь он шагал совсем иначе.

За стойкой был тот же Имбат-бармен, но это было и к лучшему. Он предполагал, что увидит то же самое безразличие клиентов, та же самая возникающая у кого-нибудь склонность устроить драку.

Сейчас Оби-Ван встал рядом со стойкой бара и ждал. Он знал, что это лучше, чем привлекать к себе внимание Имбата. В конце концов, тот сам заметит его. Так и случилось. Имбат долго осматривал его, а затем подошел к нему.

– Гогол, – тихо сказал ему Оби-Ван.

Имбат глазами показал столик перед собой. Оби-Ван подвинул к нему несколько кредитов.

Гогол был таким, каким и описал его Диди, гуманоид, у которого одна половина головы была побрита, а на другой были длинные темные волосы, ниспадающие на спину. Он играл в кости, делая ставки.

Оби-Ван сел напротив него и ничего не сказал. Гогол не хотел играть с ним.

– Чего ты хочешь, кореш?

Оби-Ван подвинул ему пачку кредитов.

– Информацию о Крейне.

Гогол посмотрел на пачку, не касаясь ее.

– Мне понадобится больше расходов, чем это.

Оби-Ван подвинул еще одну пачку к середине стола. Гогол мысленно пересчитал их.

– Я хочу знать то, чем он занимается сейчас, – сказал Оби-Ван.

– Это очень дорогой заказ, кореш, – ответил Гогол. Его глаза-бусинки быстро мигали, – никто не знает ответа на этот вопрос.

– Ответь мне тогда частично. У него есть какие-либо деловые отношения с коликоидами?

– Стол ужасно быстро пустеет, – сказал Гогол. Оби-Ван подвинул ему еще несколько кредитов.

Гогол облизал пальцы, считая их. Оби-Ван очень надеялся, что он даст заслуживающую доверия информацию. Большинство типов вроде Гогола знало всегда больше, чем говорило. Это помогало им избегать определенных неприятностей.

– Говорят, что коликоиды занимаются торговлей спайса, – сказал Гогол, – они тайно выкупили шахты Кесселя. И теперь они нуждаются в большой планете, чтобы обрабатывать его. Один из вариантов – это луна Нар Шаддаа. А единственный путь добраться до нее – это связаться с Крейном. Он управляет фабриками на Нар Шаддаа. Он не может получить достаточно спайса от пещер, которые там, поэтому вынужден импортировать его с Кесселя. Это симбиоз, брак, заключенный в раю.

Оби-Ван знал про Нар Шаддаа. Ее часто называли "луной контрабандистов", дающей приют преступникам всех мастей. И это важное звено цепочки в незаконной торговле спайсом. Однако Оби-Ван не знал раньше, что в это дело вовлечен Крейн.

– Ага Калпа – правитель Нар Шаддаа. Разве не он управляет фабриками? – спросил он.

– Он мог бы управлять ими, но не делает этого. Каждый на Нар Шадде работает на Крейна. Поэтому Крейн пообещал не нападать на корабли коликоидов, а те пообещали покупать у него рабов для работ на спайсовых шахтах и использовать его фабрики. Хорошо, не так ли, кореш?

– Очень. Очень хорошо, – тяжелая мысль посетила Оби-Вана. Жадность и жестокость, продажа живых существ в погоне за прибылью – вот она деятельность Крейна.

Он встал и быстро вышел из Дора. За дверью Джедай остановился. Приближался дождь и становилось прохладно.

Упоминание о торговле спайсом встревожило его память. Он знал, что Ади Галлия и Сири на своей последней миссии вместе работали, стараясь пресечь контрабанду спайса с Кесселя. Спайс был веществом на торговлю которым нужно было разрешение, но на черном рынке крутились огромные суммы. Джедаи попытались покончить раз и навсегда с его контрабандой, но Ади Галлия и Сири потерпели неудачу. Что-то произошло на миссии, что потом привело к глубокому разрыву между ними.

Могло ли это быть связано с коликоидами… и Крейном?

Оби-Ван пошел, ища аэротакси. Когда он был неуверен в своих размышлениях и делах, то его мысли возвращались к его учителю. Он помнил совет Куай-Гона, совет, который сам Оби-Ван дал Анакину. Доверять своим чувствам и не позволять гневу закрывать разум. Надо слушать свое сердце.

А теперь его сердце говорило ему простую истину. Сири никогда не предавала Джедаев.

Глава 12

Оби-Ван вновь стоял перед советом Джедаев. Сейчас это было последним местом, где он вообще хотел бы быть. Он потерял своего падавана, который был захвачен работорговцем. Коликоиды были разъярены действиями джедаев и уже озвучили свой протест в Сенате. Он не рассчитывал на то, что Совет Джедаев сочтет результаты его миссии удовлетворительными.

Сейчас Оби-Ван не стал тратить время, пытаясь объяснить, что пошло не так, как надо. Джедаи всегда сосредотачивались на решениях.

– Я обнаружил то, что вероятно коликоиды являются тайными союзниками Крейна, – сказал Оби-Ван после приветствия членов Совета, – они желают получить контроль над торговлей спайсом, а Крейн хочет стать монополистом в поставке рабов для спайсовых шахт на Кесселе и Нар Шадде.

Некоторые члены Совета переглянулись. Если это правда, то незаконная торговля спайсом лишь увеличится.

– Плохими новостями для галактики является это, – отметил Йода.

– У нас есть причина расследовать то, что происходит на Нар Шадде и разоблачить коликоидов, а заодно и поймать Крейна, – сказал Оби-Ван, – и что наиболее важно, как я полагаю, что Анакин сейчас находится на Нар Шадде. Я предполагаю, что коликоиды направились туда также после того, как высадили меня.

– Что ты хочешь от нас, Оби-Ван? – спросил Мэйс Винду, смотря темными глазами на Оби-Вана.

– Очень быстрый корабль и разрешение провести операцию по задержанию Крейна, – ответил Оби-Ван, – это, прежде всего. Но есть еще кое-что. И это важно. Я желаю быть посвященным в тайну.

Он обернулся к Ади Галлии.

– Полагаю, что Сири никогда не обращалась к темной стороне, а ныне работает тайно. Если я веду операцию Крейна, то я должен знать о ее миссии.

Величественное лицо Ади Галлии было невозмутимым. Она лишь кинула быстрый взгляд на Йоду и Мэйса Винду.

Йода медленно кивнул:

– Прав ты, Оби-Ван.

– Сири лишь только собирает информацию, – сказала Ади Галлия, – мы обнаружили, что связи чиновников, управления и Крейна очень глубоки. И нам нужно знать их всех. Сири внедрилась в число пиратов и прошла путь к верху, завоевав их доверие.

– Крейн и понятия не имеет, что она Джедай. Известно, что он считает всех Джедаев своими врагами, а вся его команда имеет строгий приказ уничтожать любого джедая на месте. Сири потребовалось почти два года, чтобы занять ведущий пост в организации Крейна. Мы не можем подвергать опасности ее безопасность.

– Но Анакин с нею.

– Тогда она защитит его, – твердо сказала Ади Галлия, – я не уверена, нужно ли нам отправлять еще одного джедая. Это может поставить под угрозу ее скрытность.

– Возможно, – согласился Мэйс Винду, – но возможно и то, что мы ждали достаточно долго. Если в дело вовлечены коликоиды, то это все может привести к краху легальной торговли спайсом.

– Я волнуюсь об Анакине, – вновь сказал Оби-Ван, – есть только один способ, которым Сири может защитить его. Она сделает его рабом, а я не знаю, как он отреагирует на это.

– Предположение, к которому приходим мы в том, что он будет действовать как Джедай, – резко сказал Йода, закрывая свои серо-синие глаза, – Терпение обретет он.

Оби-Ван не мог спорить с этим утверждением, но он знал, что терпение уж точно не было отличительной чертой его падавана.

– Сири послала нам кодированное сообщение, Оби-Ван, – сказал Мэйс Винду, – если бы вы не пришли к нам, то мы бы все равно послали за вами. Анакин в безопасности. Он действительно стал рабом на спайсовой фабрики на Нар Шадда. Она следит за ним.

– Я должен отправиться туда, – сказал Оби-Ван.

– Терпение и ты должен иметь также, Оби-Ван, – ответил Йода, – посоветоваться с Ади Галлией мы должны.

– Пожалуйста, подождите снаружи, Оби-Ван, – твердо добавил Мэйс Винду.

Нехотя Оби-Ван вышел из зала Совета. Он был слишком обеспокоен, чтобы просто вот так ждать.

Он резко говорил с Сири на борту корабля Крейна. Теперь он сожалел об этом. Он обязан был обратить внимание на то, что он узнал о ней в последние годы. Оби-Ван должен был помнить, как восхищался ее целеустремленностью, храбростью, желанием стать Джедаем. А вместо этого он в гневе обвинили ее в предательстве.

Теперь же Сири была единственным человеком, которая стояла между Анакином и смертью, защищая его ученика.

Но ждать ему долго не пришлось. Спустя несколько минут Ади Галлия вышла из Зала Совета.

– Мы решили удовлетворить твой запрос. Ты можешь присоединиться к Сири на Нар Шадде, – сказала ему Ади Галлия.

Он заметил, как едва дрожат ее руки, когда она протянула их к Оби-Вану. Он осторожно взял ее.

– Я знаю, что ты будешь очень внимательным и осторожным, Оби-Ван, поэтому я не должна была говорить это. Но говорю. Сири угрожает очень большая опасность. Она и так рисковала многим. Пожалуйста, будьте осторожны…

Ади Галлия всегда была осторожной. Она не желала комфорта, обычно всегда находясь в стороне. Такое проявление эмоций было несвойственно ей. И Оби-Ван был тронут, спонтанно реагируя на протянутую руку. Он коснулся ее руки, слегка пожав ее.

– Я не подведу вас, – сказал он ей.

Глава 13

Громкий вой сирены возвестил о начале нового трудового дня. Дня такого же, какой был и вчера. Дня такого же, какой будет и завтра. Если ты доживешь до него.

Он был здесь всего пять дней, но чувствовал себя так словно прошла уже целая жизнь.

Это может быть намного хуже для нас, Эни.

Теперь он понимал слова Шми каждой своей клеточкой. По сравнению с тем, что было сейчас, работа у Уотто на Татуине была раем.

Фабрики на Нар Шаддаа были огромными, они возвышались и простирались на сотни метров. Спайс проходил многошаговую систему обработки. Невозможно было осветить все вокруг, и рабы жили в постоянной темноте. Большая часть спайса выгружалась из кораблей прибывших с Кесселя. Другой спайс добывался в огромных пещерах под землей. Потом весь он отправлялся на уровни обработки, где спайс высушивался и замораживался, а затем формировался в блоки.

Огромные электростанции снабжали энергией весь комплекс. После долгого дня рабочие выходили друг за другом из темноты, почти ослепленные, и надышавшиеся ядовитыми парами. Мельчайшие частицы спайса попадали в легкие, вызывая долгий и мучительный кашель.

Анакин уже знал, что показатель смертности среди рабов очень высок. Дети и пожилые были особенно уязвимы. Многие умирали постепенно.

Служба безопасности всегда была на чеку. Рабов охраняли и уроженцы Нар Шадды, и дроиды. Бежать отсюда было невозможно. Даже если бы он смог скрыться от охраны и устройств безопасности, то спрятаться на планете было негде. Жители Нар Шадды и сами не прочь были получить выгоду от торговли рабами. Они же могли и сдать беглеца. Космопорты этого лунного мира были под контролем Крейна. Не было никакого способа сбежать отсюда, да и некуда.

– Целый комплекс функционирует так беззаботно, – думал с отвращением Анакин, – жадность не умеряет Крайна.

Анакина поставили работать на грависани. Его работа была в том, чтобы доставлять спайс снизу до уровней обработки. Это была утомительная, грязная работа, большую часть времени он проводил в пещерах, вдыхая грязь и пыль, загружая грависани. Анакин не знал о том, что его работа была очень даже хорошей, пока случайно не столкнулся с другим рабом.

Раб, женщина твиллек вдруг неожиданно отошла от своего места работы и кинулась по дороге, прямо перед его грависанями. Только превосходные рефлексы Анакина помогли ему не сбить женщину.

Она обернулась, ее длинные лекку из головы, едва не задели Анакина по лицу.

– Смотри, куда идешь, шутта.

Анакин не знал, кто такой этот шутта, но понял, что его оскорбили.

– Вы сами бросились под транспорт, – сказал он. Приближался конец рабочего дня и он очень устал, его мышцы молили об отдыхе.

Она приблизилась к нему, ее синяя кожа блеснула в тусклом свете.

– Не ссорься со мной, мальчик. Твои привилегии никому здесь не интересны.

– Тише! – предупредил их недалеко стоящий раб, – дроид-охранник.

Анакин видел дроида с электрошокером, который перемещался невдалеке. Красный луч скользил по головам рабов, словно дроид искал кого-то – Он ищет меня, – сказала твиллек, – мы не можем оставлять нашу линию, даже на мгновение.

Ее высокомерие исчезло, и сейчас она была очень напугана.

Рабы, стоящие на линии сомкнули строй, закрывая то место, где была твиллек. Анакин схватил ее за руку и потянул за собой.

– Пошли…

Она сделала, как он сказал, и мальчик перевел грависани дальше по проходу.

– Спрячься там, за баком, – шепнул он, – я буду выглядеть очень занятым, пока дроид не уйдет.

– Все как те дроиды, – пробормотала твиллек, – если я смогу спрятаться здесь до переклички, то у меня получится избежать неприятностей. В противном случае – одно или два удара его шокером.

– Не волнуйся, – тихо сказал Анакин. В свой первый день он уже видел такое наказание на рабе, который слишком устал, чтобы работать быстро. Дроид-охранник был запрограммирован, чтобы быть особенно жестоким. Он не стал наносить один или два удара, но сделал это не раз, так что жертва быстро потеряла сознание.

Анакин повел сани дальше по уровню, периодически останавливаясь, чтобы разгрузить спайс и не вызвать лишних подозрений. Он не хотел покидать уровень. Перекличка могла начаться в любое время, и надо было, чтобы твиллек смогла вернуться обратно. Но сейчас это становилось труднее, ибо на пребывание на уровне ему отводилось строго отведенное время.

Он еще покружился вокруг и вернулся, когда дроид начал перекличку.

Анакин услышал тихий стон.

– Я пропала.

– Нет, еще нет.

У Анакина еще не было большого опыта в перемещении предметов на расстоянии, но все же он знал, что Сила была с ним и здесь. Она объединяла его с этой развороченной землей, с ядовитым небом, со всеми кто был на это планете. Сила связывала всех рабов и свободных, все они были частью великой Галактики, независимо от того, кто пытался их изолировать, он мог ощущать это. Сейчас Анакин ощущал, как Сила была рядом, он сконцентрировался и потянулся сквозь расстояние к груде необработанного спайса на другом конце рабочей линии. Задрожал один блок, затем другой. Анакин чувствовал как Сила течет сквозь него. Груда упала, свалив баки.

Дроид-охранник немедленно развернулся в противоположную сторону.

– Нарушитель! Нарушитель!

– Быстрее! Иди! – сказал Анакин.

Твиллек лишь на секунду замешкалась. Она посмотрела ему в глаза, и он увидел в них извинение.

– Меня зовут Мази.

То, что она назвала свое имя – это было знаком дружбы и просьбой о прощении.

– Анакин.

Она стремглав побежала от грависаней. Другие рабы приняли ее, и потребовалось лишь несколько секунд, чтобы привычный строй был восстановлен.

Анакин увел прочь грависани.

Дроиду охраннику некого было обвинить в произошедшем обвале, поскольку никого рядом не было. Он кружил вокруг, целясь своим красным лучом, но рабы продолжали работать. Вскоре он вернулся к перекличке. Мази была в безопасности.

Анакин был благодарен за свои физические тренировки в Храме. Рабов кормили два раза в день достаточно скудно. И он чувствовал постоянный голод. Он еще не достиг умения Оби-Вана, способного обходиться без пищи в течение долгого времени. И сейчас он должен был постоянно отвлекаться, чтобы не позволить мыслям о еде ослабить его.

Сейчас он припарковал свои грависани и достиг лифта вместе с другими рабами. Он очень устал. И не только телом, но и духом.

Оби-Ван ищет его. Это он знал. И он также был уверен в том, что его учитель найдет его. Но как много времени на это потребуется? Сколько ему еще придется пережить прежде, чем это случится? Поглощение гнева и страхов не заполняло его пустой живот, но оторванность от джедаев смущала его.

Он смотрел на рабов, которые шли перед ним к своим кварталам. Лил дождь, вода имела горький металлический вкус. Он чувствовал, что все это уже впиталось в него, в его волосы и тело.

Вдруг он ощутил колебание в Силе. Пораженный и обнадеженный он поднял голову. Его учитель был рядом? Он осматривал платформы выше него. Фабрики и кварталы рабов были на поверхности Нар Шадды, но город был еще выше. Он не увидел своего учителя, но зато увидел Крейна.

Пират стоял на платформе, где-то около ста метров выше него. Рядом с ним стоял мужчина, которого Анакин не знал. Сири была по другую сторону Крейна. Анакин чувствовал на себе пристальный взгляд. Казалось, что Сири смотрела на него. Он чувствовал колебание в Силе, но не мог понять почему. Он может ощущать Сири, у них есть связь? Он не знал этого. Может быть, она просто показывала, что еще может использовать свои способности Джедая? Может быть предупреждала его? Это не важно.

Он собирался проигнорировать этот пристальный взгляд, когда к стоящим на платформе присоединился другой. Анакин был удивлен, увидев капитана коликоидов Анфа Дека. Что он делал там? Разве Крейн и коликоиды не были врагами? В конце концов, ведь это Крейн напал на корабль Анфа Дека.

Крейн сделал широкий жест, указывая на идущих внизу рабов. Анф Дек кивнул. Сири смотрела ни сколько вперед, сколько вновь сосредоточилась на Анакине.

Он не знал, что все это означало. Но, так или иначе, решил выяснить.

Глава 14

Оби-Ван еще раз поправил свое обмундирование и шлем, скрывавший его лицо. Затем он еще раз перепроверил, насколько его световой меч скрыт среди оружия на поясе. Сейчас он был замаскирован как работорговец по имени Баклида и надеялся, что все пройдет успешно. Когда он сконцентрировался, то пошел по пустынному коридору к первому пункту пропуска.

Требовалась большая осторожность и четкий план, чтобы проникнуть так далеко. Сейчас он был на станции Рорак-5, ровно в половине пути до Нар Шадды. Здесь была топливная станция для грузовых судов, но, кроме того, эта станция была известна и тем, что здесь были залы для тайных встреч. Они были оборудованы по последнему слову техники и ничто не могло прослушать переговоры сидящих там. Многие пассажиры часто пользовались этой возможностью встретиться без излишнего риска. Как только Оби-Ван посадил свой корабль, то спустился по трапу и направился, пользуясь подсказкой местных жителей, к одному из таких залов.

В одном из залов должна была пройти тайная встреча между Крейном и коликоидами, чтобы обсудить ход их торговли спайсом. Каждый день казался вечностью пока он шел к этой встрече. Его терпение было изорвано в клочья. Анакин уже две недели был на Нар Шадде. Времени более чем достаточно, чтобы он был избит. Заключен в тюрьму. Убит.

Оби-Ван старался не думать об этом, но мысли свербели его. Он знал, что если появится на Нар Шадде как Джедай, то поставит под угрозу жизни и Анакина, и Сири. Совет предупредил его, что его план должен быть совершенен и очень осторожен. К тому же он пообещал Ади Галлии, что так и будет.

Диди помог ему достать фальшивое удостоверение личности на имя Баклида и представил его нужным контактам. Он очень рисковал, тем более, что Оби-Ван предупредил его, что рано или поздно он должен будет предстать как Джедай. Этого невозможно было избежать. Но тогда могло стать известно, что именно Диди помог джедаю проникнуть в организацию Крейна. Многие в преступном мире не оценят этого. Однако…

Диди дважды сглотнул, побелел и заверил Оби-Вана, что он готов рискнуть ради него и памяти Куай-Гона.

Оби-Ван открыл дверь. Коликоиды ждали, и он был обрадован тем, увидев, что он не знает никого из них. Несмотря на то, что его лицо было полностью скрыто шлемом, было лучше, чтобы никто не узнал его, если даже шлем сместится.

Трое коликоидов быстро взглянули на него, но не поприветствовали. Они стояли вокруг круглого стола, разговаривая на собственном языке. Слова были похоже на щелчки, жужжание. Коликоиды были теми, кто искал работорговца со связями, чтобы он поприсутствовал на встрече. От Оби-Вана потребовались все его навыки, чтобы убедить их руководство, что он именно тот кто им нужен.

Один из коликоидов подошел к нему.

– Я – Нор Фик. Если вам не задают вопроса, не говорите.

Оби-Ван кивнул.

Они ждал еще некоторое время. Оби-Ван много раз присутствовал на различных встречах высокого уровня. Но в каждом мире, независимо друг от друга, была одна важна деталь: сторона, которая считала себя более могущественной, всегда опаздывала.

Вскоре двери раскрылись. В проеме появился Крейн.

– Друзья мои, – поприветствовал он.

Коликоиды в ответ лишь сдержано кивнули Крейну.

– Ионный шторм задержал меня. Пустяк, – Крейн махнул рукой, – я прошел бы через гораздо худшие вещи, чтобы добраться сюда.

Коликоиды многозначительно проигнорировали эту очевидную ложь. Крейн вошел в комнату, следом за ним прошел вуки с раненым лицом, на одном из его глаз была заплата. Это был партнер Крейна, Раштах. Если Крейн хотел припугнуть коликоидов, то это получилось. Вуки был жестоким партнером.

Острый взгляд Крейна задержался на Оби-Ване, а затем вернулся к коликоидам.

– Это и есть ваш наблюдатель. Вряд ли он нам понадобится, но я принимаю его присутствие, хотя и считаю, что нахожусь среди друзей. Вы видите насколько я открыт?

– И мы также видим насколько вы осторожны, – ответил Нор Фик, указывая на Раштаха.

Крейн усмехнулся, садясь и выкладывая свой длинный виброклинок на стол перед собой.

– Это было долгое путешествие. Я нуждался в компании.

Раштах остался стоять, но рыкнул в ответ.

– Мы тратим время, – прервал его Нор Фик, – позвольте начать работу.

Усмешка Крейна исчезла.

– Именно поэтому я здесь.

– Мы контролируем торговлю спайсом, – сказал Нор Фик, садясь напротив Крейна. Два других коликоида сели рядом с ним, – и мы хотим, чтобы вы…

Крейн поднял свою массивную руку.

– Ах, простите меня. Полагаю, нехорошо говорить ложь в обстановке нашего столь хорошего товарищества.

– Ложь? – недоуменно спросил Нор Фик.

Крейн чуть привстал.

– Вы не контролируете торговлю спайсом. Еще. У вас все еще есть неприятности по управлению Кесселем.

– Это все потому, что ваши пираты все еще нападают на наши корабли, – сердито ответил Нор Фок, – несмотря на ваши гарантии об обратном. Да и сами вы напали на наш корабль, не предупреждая, когда наш капитан Анф Дек был на борту.

– Прискорбная ошибка, – с сожалением ответил Крейн.

Коликоиды вместе щелкнули своими антеннами.

– Теперь, кто лжет?

Крейн смотрел, словно ему причинили боль.

– Доверие. Доверие – настолько необходимый элемент в отношениях между партнерами, Нор. Я доверяю вам. И вижу, что должен буду сделать еще многое, чтобы побудить вас доверять мне.

Оби-Ван был удивлен методами Крейна. Он ожидал, что Крейн, обладая славой криминального авторитет, будет вести себя здесь также, как и в остальной части галактики. Но вместо этого, он сдерживался.

– Давайте поговорим о Нар Шадде, – сказал Нор Фик, не беспокоясь, чтобы ответить Крейну, – вы нуждаетесь в большем количестве инвестиций, чтобы содержать фабрики. Мы готовы дать вам капитал. Как только мы получим монополию на торговлю спайсом, то вы получите монополию на его обработку на ваших заводах на Нар Шадде. Кроме того, вы получаете и лучшие возможности по легализации, поскольку мы, члены Сената, не можем быть связаны с преступной организацией. И конечно же, мы продолжим поддерживать ваши набеги за рабами.

Крейн улыбнулся.

– Я восхищаюсь вашими методами, Нор. Я согласен усилить нападения на другие корабли, торгующие на Кесселе. Это позволит вам прибрать всю торговлю в свои руки. Полагаю, что финансы, в которых я нуждаюсь, будут переданы мне этим же днем?

– Может быть. Если только мы получим разъяснения по некоторым вопросам.

Впервые Крейн выглядел расстроенным. Но быстро скрыл это за улыбкой.

– Конечно.

– Мое руководство требует провести осмотр фабрик на Нар Шаддаа, – сказал Нор Фик, – в конце концов, если мы заключаем с вами контракт, то имеем право на полный осмотр производства. Нас беспокоит эффективность производства, ваши рабы умирают очень часто.

– К сожалению, но в последнее время смертность немного увеличилась.

– Да. И это сокращает прибыль. Для вас становится все труднее проводить массированные набеги за рабами, благодаря тому, что Сенат объявил войну работорговле, – сказал Нор Фик, – если вы не заботитесь о здоровье своих рабов, то скоро возникнут проблемы с их заменой.

– Здоровый раб – это раб, который мечтает о спасении, – сказал Крейн.

– Для этого и существует служба безопасности, – возразил Нор Фик, – я не предлагаю вам, чтобы вы их баловали. Просто хотя бы кормите их достаточно хорошо, чтобы они могли двигаться. Когда ваш корабль летит, вы должны заботится о топливе, чтобы он добрался до пункта назначения.

Оби-Ван чувствовал, как глубоко внутри него поднималось отвращение. Крейн и Нор Фик говорили о живых существах так, как будто те были просто машинами.

– Это вы не понимаете!

Слова сказанные Анакином вновь вспомнились Оби-Вану. Его падаван был прав. Он не понимал. Он не мог понять глубину чувств Анакина. Как ребенок, Анакин жил каждый день, зная, что его жизнь не значила ничего. Он был просто вещью, а не живым существом, не личностью.

Оби-Ван изо всех сил старался сохранить спокойствие. Его сердце кричало, чтобы он вышел, отправился на свой корабль и полетел на Нар Шаддаа.

– Нет ничего, чтобы свидетельствовало о жестоком обращении с рабами на Нар Шаддаа, – сказал Крейн. В его голосе начали появляться нотки гнева, – я знаю лучше всех это…

– Возможно. Но мы должны увидеть все сами.

– У меня уже побывал капитан Анф Дек.

– И он рекомендовал побывать у вас независимому наблюдателю. Ему не дали осмотреть все, что он ожидал.

Крейн выглядел удивленным.

– Он ничего не сказал. Конечно же, мы бы выполнили любую его просьбу, показали все, что он хотел бы.

– Он был задержан различными поводами и обещаниями, – прервал его Нор Фик, – и он не разбирается в работорговле. Ни он, ни мы не компетентны, чтобы оценить эффективность работы ваших рабов. Поэтому мы нашли независимого эксперта. Это – Баклида. Он тоже работорговец и стал у нас консультантом.

Оби-Ван сделал шаг вперед.

– Он отправится на Нар Шаддаа и вы дадите ему полную свободу действий и откроете доступ всюду, куда он захочет. Это не обсуждается. Согласны?

Крейн колебался. Оби-Ван видел, как пульсирует артерия на его шее. Это был единственный признак кипящего гнева.

– Согласен.

Оби-Ван оставался безразличным, но внутри него вспыхнуло волнение. Он получил свободный доступ к Нар Шадде.

Глава 15

Анакин так сильно устал, что только и ждал, чтобы опуститься на свой матрац и уснуть на твердом полу большого склада, который служил жилым помещением для рабов. Рабы лежали рядом, дождь проникал сквозь дыры в крыше. На полу были лужи, которые никогда не просыхали. Матрацы были тонкими и изодранными, холод и влага проникали сквозь них, охлаждая тела, которые лежали.

Несмотря на то, что он хотел уснуть, сейчас вдруг сон не шел к нему. Анакин лежал с открытыми глазами, в то время как другие уже равномерно дышали, уснув, прижавшись друг ко другу, чтобы хоть как-то согреться. Он смотрел на крошечный кусочек неба, который он мог разглядеть через крышу. Анакин не видел звезд, но представлял их. Он представлял своего учителя на корабле, который мчится сквозь звезды, прямо к Нар Шадде.

Рядом его кто-то потянул за локоть. Анакин глянул сквозь темноту, ожидая увидеть там одно из убирающих мусор существ, которые населяли жилища рабов. Вместо этого он увидел, что кто-то подполз к нему. Это была Мази.

Она легла рядом, отодвинув соседа, который любезно согласился на это, освобождая место.

– Я только хотела поблагодарить тебя за сегодня, – шепнула она, – я не была очень любезна к тебе в начале.

– Я знаю, – прямо сказал Анакин, – я думал об этом. Почему вы назвали меня шуттой? Что это означает?

Мази скривилась.

– Я была резка. Шутта – это существо типа ласки на моем языке. Видишь ли, ты был назначен на работу на грависани. Это легкая работа и ее обычно держат для осведомителей и любимцев охраны с Нар Шадды. У тебя, должно быть, есть покровитель.

– Но я не знаю, – ответил Анакин, – я недавно здесь.

И внезапно он понял, кто был его защитником. Сири. Но почему она защищала его? Конечно, она давно потеряла терпение к Джедаям. Он никогда не забудет горечь в голосе его учителя. А Оби-Ван не ошибался в людях. И сейчас, должно быть, она играется с ним, защищая его специально, чтобы другие рабы презирали его. А потом она все равно предаст его.

Мази пожала плечами.

– Если у тебя есть защита, то полагаю, что мне не стоит ничего говорить. Моя дочь как-то получила одобрение Крейна, хотя она не делала ничего для этого. Бери – раб на кухне Крейна. Каждый день я благодарю звезды за то, что это так. По крайней мере, она не работает здесь. Охранники с Нар Шаддаа не плохие, а вот дроиды убивают без милосердия.

– Почему люди Нар Шаддаа работают тут охранниками? – спросил Анакин.

– Глава планеты, Ага Калпа заключил сделку с Крейном, что его люди остаются свободными, в обмен на то, что они работают на фабриках Крейна, – объяснила Мази, – честной работы на Нар Шаддаа не сыщешь, а тут платят неплохо. Так расскажи мне, как ты попал сюда? Ты впервые раб или был захвачен где-либо?

– Я был свободен, когда меня захватили, однако я уже раньше был рабом. Я вырос как раб на Татуине, – ответил Анакин.

– Татуин! Это там, где я и Берри жили. Мы были колонистами. Мой муж и я купили там ферму по добыче влаги. Берри и я были захвачены во время набега. Ирония судьбы. На мою родную планету Рилот было много нападений. И тогда мы оставили ее, чтобы спастись от них, когда родилась Берри. Ей теперь шестнадцать.

– Когда вас захватили? – нетерпеливо спросил Анакин.

– Десять лет назад, – ответила Мази, – я отказалась от мечты о спасении. Ее нет больше. Моего мужа убили при набеге, как и многих других. Он сопротивлялся.

– Вы случайно не знали женщину-человека по имени Хала? – с еще большим нетерпением спросил Анакин. Может быть Хала еще была жива!

– Да, мы попали сюда вместе. Они поставили нас работать на обработку спайса. Хала увидела Крейна и вдруг решила бежать. Она попыталась убить его, -взгляд Мази стал очень грустным, – он свалил ее, а затем… он на ней показал пример всем нам, что бывает с непослушными…

Анакин вздрогнул. Он не хотел знать детали.

– После этого, он взял ее ожерелье как трофей, – тихо сказала она.

– Да, у меня много было друзей среди рабов, – продолжила Мази, – но больше нет. Слишком многие умирают. Нет никакого спасения, Анакин, поэтому не тешь себя надеждой, что тебе помогут. Крейн держит нас всех смертельным захватом. И никогда не отпустит.

Гнев, который Анакин всегда сдерживал в своих глубинах, внезапно прилил. Он направил его на Крейна. Даже если это станет последним делом его жизни, он убьет этого злодея.

Но это не путь Джедая. Этот гнев толкает к мести. Анакин боролся с гневом. Он вдруг понял, что не сможет дождаться Оби-Вана, который хотел спасти его. Если он не попытается бежать, то в нем умрет какая-то его часть. И тогда Крейн победит.

Это будет его сражение. Его и Крейна.

– Не бойся, Анакин, – сказала Мази, не понимая его борьбы, – жизнь раба коротка. Скоро все это закончится.

– Нет, – твердо ответил Анакин, – я найду выход.

Глава 16

Оби-Ван получил разрешение приземлиться на личной посадочной платформе Крейна.

– Вы видите? – говорил Крейн на Рораке-5, – я показываю все, мне нечего скрывать.

Однако все-таки что-то скрываешь, подумал Оби-Ван, стараясь не привлекать особого внимания к собственным подозрениям. Хотя он чувствовал, что Нор Фик также подозревал это.

Оби-Ван вышел из корабля и был удивлен тем, что его никто не встретил. Фактически ему разрешили осматривать все, что он захочет, но Оби-Ван был уверен, что Крейн попытается его контролировать. Может быть, за ним следили.

Нельзя было зря тратить время. Оби-Ван сразу направился к фабрикам. Поскольку он, Баклида, был работорговцем, это не должно было вызвать подозрений. Фабрики находились намного ниже. Трубы изрыгали вверх черный дым. В городе воздух был чистым, но Оби-Ван смотрел сверху на плотную пелену ядовитых выбросов.

Джедай направился к лифту, чтобы спуститься вниз. Он вошел внутрь и начал спуск. Скорей бы найти Анакина. Весь он был сосредоточен на этом.

Вдруг лифт остановился. Оби-Ван почувствовал возмущение в Силе, которое предупредило его об опасности. Вдруг люк наверху открылся и вниз спрыгнул Раштах.

Турболифт закачался от мощного прыжка вуки. Когда он приземлился, то ударил рукой. Мощный удар отбросил Оби-Вана к стене, и он сильно ударился головой о дюрастил.

Он попытался достать свой световой меч, как Раштах проревев, подошел к нему и вновь с силой ударил. Оби-Ван почувствовал болезненный удар даже сквозь плотную броню. Его рука онемела. Он знал, что в рукопашной борьбе у него против вуки нет никаких шансов. Последнее, что ему сейчас хотелось – это оказаться в ловушке турболифта один на один с вуки.

Другой рукой он нащупал световой меч. В это время ему пришлось увернуться от очередного удара Раштаха. В кабине лифта не было много места для маневра и у вуки было определенное преимущество. Еще раз увернуться не удалось, Раштах достал его и ударил вновь, на сей раз локтем в живот.

Оби-Ван выдохнул. Раштах нанес еще один удар и он упал на колени. У джедая никак не получалось достать свой световой меч. Удары наносились слишком быстро, а у него работоспособной оставалась лишь одна рука. Он надежно спрятал световой меч, чтобы его не заметили. Теперь он понял, что это было ошибкой, поскольку достать его было очень трудно.

Ситуация не выглядела хорошей. Запах влажного меха вуки делал воздух еще тяжелее. Оби-Ван перекатился на другую сторону. Он постарался использовать ноги как оружие. Раштах фыркнул и попытался схватить одну из ног, но Оби-Ван был быстрее. Наконец ему удалось активировать свой меч.

Раштах удивленно рыкнул и немного отошел. Оби-Ван атаковал его, но Раштах попытался защититься. Он не стал полагаться только на свои кулаки, а достал электрошокер и вибротопор. Оби-Ван понял его намерение. Шокером он мог парализовать его, а затем бы он нанес по Оби-Вану смертельный удар топором.

Необходимо было обязательно избежать электрошокера. Если его парализует, то это действо может продлиться около часа. К его онемевшей руке начала возвращаться чувствительность. Оби-Ван старался ускорить этот процесс. Это могло дать определенное преимущество в бою, потому что вуки думал, что его правая рука бесполезна.

Оби-Ван ударил Раштаха, но вуки отклонил удар вибротопором. Два оружия пересеклись и дым наполнил кабинку.

Вдруг Оби-Ван внезапно перекинул световой меч из левой руки в правую. Он рванлуся вперед, заставив вуки открыться и ударил по груди. Меч легко вошел в тело существа.

Глаза Раштаха расширились, а вой был ужасен. Он уронил шокер и попытался рукой сжать рану. Он поднял вибротопор. Оби-Ван ударил по руке вуки. Существо упало, издав жалобный предсмертный вой.

Оби-Ван опустился на пол, облокотившись о стену. Пот застилал его глаза. Раштах попытался убить его, но не смог сделать это. Смерть в этих кварталах была обычной вещью.

Оби-Ван нажал кнопку и лифт продолжил спуск. К тому времени, когда он достиг конца спуска, Оби-Ван привел себя в порядок, свою броню и шлем, а также вновь спрятал световой меч на своем поясе.

Двери открылись. Он был в небольшом коридорчике. Через окно можно было увидеть пустынную картину. Там стояло старое фабричное оборудование, ржавея под дождем.

Сейчас у Оби-Вана была проблема. Если тело Раштаха найдут, то подозрение падет на него. Крейн приготовил ловушку. Пират был умен. Если Раштах убьет Баклиду – все хорошо, но если работорговец Баклида так или иначе сможет одолеть вуки, то Крейн либо потребует немедленного удаления того с планеты, либо просто убьет Баклиду. В любом случае, он избавлялся от ненужного вмешательства.

Оби-Ван потянул тяжелое тело вуки под дождь. Он спрятал его под грудой старого оборудования.

Скоро Крейн начнет искать Раштаха. И вуки непременно найдут рано или поздно. А значит, у Оби-Вана гораздо меньше времени, чем он думал. Он должен был найти Анакина.

Глава 17

Когда Анакин спустил грависани поближе к груде спайса, Мази подошла ближе. Она поменялась местами с рабочими, и они с Анакином обменялись улыбками. Это делало работу почти терпимой, – подумал Анакин.

Он заметил, что несмотря на утверждение Мази, что она не заводит больше друзей, она помогает ему. Также заметил, что она заботится и о других. Если кто-то из рабочих устает, она быстро организовывала помощь. Так они распределяли работу между собой, чтобы дроиды не замечали. Когда она перемещалась, то часто клала руку кому-нибудь на плечо или просто подбадривала улыбкой.

Другие рабы ей доверяли. Анакин восхищался этому. Мази подошла поближе, когда он разгружал баки – У меня есть немного хлеба. Берри принесла мне его, – шепнула она, – держи.

Она вложила ему в руку кусок хлеба.

– Нет, – сказал Анакин, пытаясь отдать его.

– Ты молод. Тебе нужна сила, – Мази быстро отошла назад. Если бы он последовал за нею, то это бы привлекло внимание дроидов, и она это знала.

Анакин взял кусок хлеба и закончил разгрузку. Он решил, что отдаст его рабочему, которого он заметил раньше и который очень ослабел.

Мальчик поднялся вверх на грависанях, поставил их, готовясь пойти дальше по туннелю. Вдруг путь ему преградили Сири, держа руки на бедрах. Он остановила грависани.

– Что у тебя в кармане? – спросила она.

Он молчал.

Она улыбнулась.

– Пошли со мной, раб.

Анакин вылез из грависаней. Сири повела его за угол, подальше от патрулировавших дроидов, пристальных взглядов рабов и шума машин.

Она пристально посмотрела на него своими синими глазами.

– Глупо нарушать правила здесь. Ты не можешь общаться с другими рабами во время работы. Никаких разговоров, кроме тех, которые необходимы для работы.

Гнев закипел в Анакине.

– Вы не должны повторять правила мне.

– И что? Ты хочешь их нарушать дальше? Это глупо. Ты привлечешь к себе излишнее внимание, а внимание здесь никогда не является хорошим делом. Твоя обязанность состоит в том, чтобы опустить свои глаза и выжить.

– Я раб, Сири, – сказал Анакин, не беспокоясь, чтобы скрыть презрение в своем голосе, – я ваш заключенный, этого не достаточно для вас? Не нужно защищать меня в сторонке, чтобы я не видел ваш план. Как вы посмели сделать это?

Сири потрясенно смотрела на него.

– Кто вы такая, чтобы говорить мне о моих обязанностях? – резко сказал Анакин, – вы предали нас всех. Вы повернулись спиной к Джедаям и перешли на темную сторону. Теперь вы шпион Крейна. Союзник работорговца, самого презренного, какого можно найти в галактике.

Смех раздался рядом. Анакин замолчал, увидев, как Крейн вышел из-за угла.

– Такая похвала, – насмешливо сказал он, – как же приятно услышать оценку своих злодеяний. Значит, я все-таки кое что делаю правильно.

– Я всего лишь делала выговор этому рабу, – сказала Сири, – он новенький и не знает всех правил.

Крейн повернулся к ней и его лицо не выражало удивления.

– Так ты получается – Джедай. Как тебя зовут? Сири?

– Я больше не Джедай, – резко ответила Сири, – я давно оставила их, у них смешной кодекс верности. Они думают, что могут вернуть меня. Никто не смеет мне больше приказывать!

– Ах, ты забыла кое-что, – сказал Крейн, – я могу.

Глаза Сири блеснули.

– Вам не в чем обвинить меня, Крейн.

Вдруг из-за угла появились дроиды-охранники и окружили их.

– Я давно оставила Джедаев, – сказала Сири. В ее голосе не было никакой просьбы, – я была вашим союзником, Крейн.

– Да, лучшая, которая когда-либо была у меня, – печально ответил Крейн, – но я не могу быть уверенным в том, что ты не шпион. Верна ты мне или нет – это не имеет значения, теперь ты представляешь для меня риск. А ты всегда была той, кто отговаривал меня от излишнего риска, Зора. Ирония судьбы, правда? Быть казненной из-за этого.

Он обернулся к дроидам.

– Эти двое – Джедаи. Отведите их в тюрьму службы безопасности, чтобы дождаться моего решения.

Он улыбнулся Сири.

– Думаю, что небольшая демонстрация для коликоидов будет хорошим началом нашего партнерства.

Дроиды взяли Анакина и Сири в тесный круг. Они прошли к выходу. Мази, которая украдкой посмотрела на него, лишь улыбнулась. Он ответил ей взглядом.

Охрана провела Анакина и Сири к комплексу Крейна, который располагался выше фабричных зданий. Анакин был удивлен тому, что Сири не пыталась сопротивляться. Он спрашивал себя, есть ли у нее еще световой меч. Если бы был, то она, наверняка, использовала бы его.

Их заперли в одной камере на самом нижнем этаже комплекса Крейна. Анакин положил ладонь на дверь, как будто бы смог открыть ее.

– Коликоиды уже прибыли на встречу, – сказала Сири, – это не займет много времени.

Анакин молчал. Охранники лишили Сири оружия, но она достала с пояса небольшое устройство и включила его.

– Теперь никто не сможет нас подслушать, – тихо сказала она, – и это хорошо.

Анакин молчал. Если она считала, что он будет говорить с предателем, то она также безумна, как и зла.

– Анакин, – спокойно сказала Сири, – я все еще Джедай. И работаю здесь тайно.

Он удивленно посмотрел на нее.

– Как я могу быть уверенным, что вы говорите правду?

– Тебе не нужно ничего делать. Просто доверяй мне. Об этом не знает даже Оби-Ван. Никто в Храме не знает, кроме Совета Джедаев. Это являлось нашей последней попыткой выяснить все связи Крейна и очистить Нар Шадду, положив конец господству пирата.

Анакин внимательно слушал Сири и не мог поверить. Он погрузился в Силу, чтобы ощутить Сири.

– Я верю вам, – наконец сказал он после долго молчания.

– Хорошо.

Она села на пол.

– То, что я Джедай помогает мне сейчас. По крайней мере делает пребывание здесь несколько приятнее.

Анакина вдруг озарило.

– Я выдал вас!

Она махнула рукой.

– Все в порядке.

– Нет! Я поставил под угрозу вашу миссию. Оби-Ван всегда учил меня быть сдержаннее и в особенности в том, что я говорю в гневе.

– Уверена, что он также говорил тебе, что я сама несу ответственность за свой риск, – твердо ответила Сири, – и я уверена, что он советовал тебе признать опасность своей импульсивности, учиться на ошибках и идти дальше без чувства вины, а только с мудростью.

Анакин улыбнулся.

– Вы говорите также, как и он.

– Я хорошо знаю его. Он имеет привычку учить тогда, когда его собственно не хотят слушать.

Анакин засмеялся, поняв, что теперь испытывает к Сири искреннюю симпатию. Он сел напротив нее.

– Я следила за тобой, Анакин, – сказала она, – и очень впечатлена твоей добротой и храбростью. Я видела, как ты пытался помочь слабым, когда появлялась такая возможность.

Улыбка Анакина исчезла.

– Я знаю, что такое быть рабом.

– Да. И печально, что обстоятельства привели тебя сюда. Но ты показал замечательное терпение и сильное желание к свободе. Полагаю, что ты будешь прекрасным Джедаем.

– Если не буду казнен сначала…

– Не думаю, – сказала Сири, – Оби-Ван сейчас находится где-то на Нар Шаддаа, я уверена. Совет послал его сюда.

Анакин просиял.

– Он? Но как он сможет добраться к нам?

– Он найдет путь.

– Так что Крейн в союзе с коликодиами, – сказал Анакин, – поэтому я видел здесь капитана Анфа Дека.

– Коликоиды занимаются торговлей спайса и они вынуждены иметь дело с Крейном, чтобы обработать спайс здесь, на Нар Шаддаа. Лидер же Нар Шаддаа смотрит совершенно в другую сторону, стараясь не замечать того, что происходит тут.

Анакин глубокомысленно кивнул. То, что Сири сказала ему, лишь укрепило его собственные догадки и начало формировать план.

– Мы не можем позволить себе просто сидеть здесь и ждать спасения, – сказал Анакин Сири, – если коликоиды уже находятся на Нар Шадде, то мы тоже должны действовать.

– Как?

– Если мы сможем убедить коликоидов, что в их лучших интересах принять управление Нар Шаддой, то тогда на Нар Шадде будут действовать законы Республики, поскольку коликоиды члены Республики.

– Верно, – сказала Сири.

– А законы Республики запрещают рабство.

– Это точно, но скорее всего они не сделают это, – сказала Сири, – им нужны рабы. Скорее всего, из-за их собственной жадности.

– Точно. Но мы можем использовать их жадность против них. Нам нужно убедить коликоидов, чтобы они смогут получать большую прибыль без рабов. Они смогут делать это, если Крейн будет устранен как посредник. Тогда они не должны будут отдавать ему часть прибыли, а смогут самостоятельно управлять фабриками, не боясь, что их обманут.

– Что заставляет тебя думать, что коликоиды послушают этот аргумент, – спросила Сири, – они очень осторожны.

– Их осторожность и жадность вынудят сделать это, – сказал Анакин, – но мы должны заставить их думать, что если они этого не сделают, то вообще потеряют все. Могу поспорить, что они уже не доверяют Крейну.

– Каждый так будет делать, – сказала Сири, – то есть если у них хватит сил.

– Если мы сможем убедить коликоидов, что положение Крейна на Нар Шадде шатко, что они рискуют потерять фабрики, то они скорее рискнут убрать Крейна, чем потерять вообще все.

– Почему они так должны подумать? – спросила Сири.

– Потому что будет восстание рабов в то время, пока коликоиды будут здесь, – быстро ответил Анакин, – рабы взорвут часть фабрики. Если коликоиды увидят это, то они воспримут это как слабость Крейна и возможность взять все в свои руки.

Сири смотрела на него.

– Но почему должны восстать рабы?

– Потому что они хотят быть свободными, – сказал Анакин.

Сири покачала головой.

– Не все так просто, Анакин. Охранники держат рабов в страхе. И это закрепилось в них. Рабы рискуют слишком многим.

– Если они почувствуют, что у них есть шанс, – глубокомысленно сказал Анакин.

– Да, есть определенные гарантии, но и риск не мал, – сказала Сири, – ты не учел третье лицо всего действа – лидера Нар Шадды. Он контролирует своих охранников. Если мы сможем убедить его, что в его интересах передать управление фабриками от Крейна коликоидам, он может проинструктировать охранников не мешать рабам. Нар Шадддаа станет частью Республики, а местные жители получат выгоду от союзов и торговли.

– Конечно, – ответил Анакин с энтузиазмом, – вот он, недостающий ключ.

– Я была на нескольких встречах высокого уровня, – сказала ему Сири, – представители коликоидов знают меня. Если я смогу добраться до них, то попытаюсь убедить. Я смогу посеять в них сомнение в способностях Крейна управлять всем комплексом. Они будут доверять мне, поскольку я его советник. Кроме того, я знаю Ага Калпу, лидера Нар Шадды.

– А я поговорю с рабами, – добавил Анакин.

Сири вздохнула.

– Есть только одна проблема. Мы находимся в камере с высоким уровнем безопасности. А оба наших световых меча находятся в моей комнате, мы не можем ими воспользоваться.

Анакин улыбнулся.

Она внимательно посмотрела него.

– Только не говори мне, что у тебя есть план и насчет этого.

– Конечно, – сказал Анакин.

Сири покачала головой.

– Ты напоминаешь мне одного друга, которого я знала много лет назад. Он никогда не опускал руки тоже. Мне приходилось думать быстрее, чтобы не отстать от него.

Она усмехнулась.

– Только не говори об этом Оби-Вану, что я так отозвалась о нем.

– Это забавно, – сказал Анакин, – я думал, что вы недолюбливаете его.

Сири потянулась.

– Конечно же, нет. Он только иногда действует мне на нервы, – ее ярко-синие глаза вспыхнули, – но собственно это делает большинство существ.

Глава 18

Оби-Ван перепробовал уже все, что знал. Он протянулся к Силе, пытаясь определить местонахождение Анакина и Сири. Связь с его падаваном была очень сильно, что он был уверен, что если тот на фабрике, то Оби-Ван сможет определить его местонахождение. Но все, что он чувствовал – это была пустота.

Он уже прошел большую часть фабрики. День близился к концу. Он изучал лица сотен рабов, видел их страдания, болезни, истощение. Но среди них он не видел падавана.

Оби-Ван нашел укромное место и связался с Храмом. Ади Галлия ответила ему.

– Мы потеряли контакт с Сири, – сказала она, – и мы не можем помочь вам, Оби-Ван. Действуйте самостоятельно.

Он прервал передачу и быстро спрятал комлинк в тунике. Что-то шло не так. Пришло время найти Крейна.

Оби-Ван вернулся к лифту и направился к комплексу Крейна. Когда он шел по коридорам, то почувствовал волнение в Силе. Кеноби остановился, но не смог понять откуда это исходило. Но все это очень волновало его.

Зал Крейна очень удивил Оби-Вана. Он ожидал увидеть там роскошь, как демонстрацию огромного богатства Крейна, его авторитета, но зал был почти гол. Пол был каменный. Единственное, что свидетельствовало о Крейне тут, это огромный стул вырезанным из редко дерева грила.

Крейн встал, когда Оби-Ван вошел.

– Итак, – сказал он веселым голосом, – вы посмотрели все, ради чего прибыли сюда?

– Еще нет, – коротко ответил Оби-Ван, – я лишь посетил часть фабрики, но хотел бы попросить у вас гида. Того, кто знает все здесь.

– Хммм, – сказал Крейн, – вам бы мог помочь Раштах. Но однако странно. Никто не может найти его сегодня. Вы случайно не видели его во время ваших посещений? Это такой большой вуки с плохим характером?

Это было испытанием. Крейн играл с ним. И он знал очень хорошо, что если теперь Оби-Ван стоит перед ним, то вуки потерпел неудачу.

– Нет. Но может быть у вас есть кто-то еще, кто может занять его место.

– Я постараюсь найти и послать к вам.

– Я буду на фабричном уровне.

Глаза Крейна блеснули.

– Не волнуйтесь. Я всегда знаю, где найти вас.

Недоумение в Оби-Ване росло. Крейн чувствовал себя слишком в безопасности. Почему? Он знал, что Оби-Ван был Джедаем? Или действительно был уверен в том, что его дело с коликоидами почти получилось?

Оби-Ван вновь остановился на том самом месте, где почувствовал ранее волнение в Силе. Он обратился к Силе, погружаясь в нее. Но вновь не почувствовал отклика Анакина. И все же он знал одну вещь точно. Его самое большое опасение не оправдалось. Его падаван, к счастью, был все еще жив.

И если он жив, то значит он думает, планирует что-либо. Оби-Вану лишь оставалось надеяться, что его импульсивный падаван будет руководствоваться еще и терпением и осторожностью. По крайней мере, он мог быть с Сири…

Предчувствие вдруг нахлынуло на Оби-Вана. Если Анакин и Сири были вместе, то, что с ними могло случится.

Несколько часов спустя небольшое окошко в двери открылось и в него втолкнули поднос. На нем был белковый блок твердый как камень, небольшой кусок хлеба и немного воды.

– Нет, спасибо, – ответила Сири.

Анакин с нетерпением приблизился к подносу. Он разломил кусок хлеба. Внутри него было сообщение, написанное на небольшой дюрастиловой пластине.

– Что я могу сделать? Берри.

Сири удивленно посмотрела.

– Кто это?

– Она дочь моего друга Мази. Она работает здесь на кухне, – Анакин был рад тому, что Мази связалась с Берри. Он и рассчитывал на это.

– Где вы спрятали свой световой меч. Да и мой тоже.

– В моей комнате, – ответила Сири, – под кроватью.

– Это оригинально.

Сири выглядела раздраженной.

– Это удобно. Ведь там никто не убирает. Я не должна была волноваться по поводу того, что его обнаружат. В комплексе Крейна всегда идут проверки оружия, а я не могла рисковать тем, что мой меч найдут.

Анакин написал на пластине скрябком.

Кровать Зоры. Оружие.

Он положил поднос назад на полку. Мгновением позже окошко раскрылось и поднос забрали.

– Это может быть ловушкой, – встревожено сказала Сири.

– Если это так, то мы все равно ничего не теряем, – ответил Анакин, – но это не ловушка. Мази верна.

Мгновением позже Сири кивнула.

– Я доверяю тем, кому доверяешь ты.

Они сели ждать. Медленно текли минуты, прошел час.

– Я никогда не была хороша в Храме в упражнениях на терпение, – застонала Сири.

– Ни вы одна. Я тоже, – признался Анакин.

Сири выдохнула.

– А вот Оби-Ван всегда был.

Вскоре окошко раскрылось вновь и два световых меча упали на пол камеры вместе с двумя комлинками.

– Спасибо, Берри, – шепнул Анакин в окошко. Он не мог видеть дочь Мази, – теперь возвращайтесь на кухню.

Они подождали еще некоторое время, пока не удостоверились, что Берри ушла и в безопасности. Затем активировали свои световые мечи. Анакин чувствовал волну вдохновения, увидев синий клинок. Он не был больше рабом. Он вновь был Джедаем.

Вместе они прорезали толстую дверь, и она открылась. Сири вышла из камеры, затем Анакин. В коридоре не было никакой охраны.

– Крейн всегда слишком доверяет технологической охране, – прошептала Сири, – пойдем к Агу Калпе.

У входа в тюрьму было лишь трое дроидов-охранников. Сири и Анакин переглянулись и бросились в укрытие.

– У нас нет времени для сложного планирования, – сказала Сири, – давай просто обезвредим их.

Они активировали световые мечи и ударили по дроидам прежде, чем те ответили на нападение. Два джедая прыгнули высоко в воздух, разрубая двух дроидов. Третий дроид отступил к пульту, чтобы поднять тревогу, но не успел. Анакин срезал его в то время, когда Сири уничтожала пульт. Повалил дым – Теперь нам надо спешить, – сказала Сири.

Она пошла вперед к выходу.

– Это запасной выход Крейна, – сказала она Анакину, – он ведет к его посадочной платформе, здесь и самое короткое расстояние до офиса Ага Калпы. Крейн настаивал, что Калпа наслаждался комфортом комплекса, но на самом деле он просто хотел держать его всегда под контролем.

Анакин последовал за Сири к посадочной платформе Крейна, а затем и к другому проходу, который вел на другую сторону комплекса. Сири подошла к кабинету Калпы и вошла.

Они застали Агу Калпу, сидящим над голографической игрой.

– Занят как всегда, как я вижу, – сказала Сири, шагнув и отключив игру.

Ага Калпа встал. На его лице отображалась причудливая смесь между возмущением, страхом и бессилием. Анакин едва не рассмеялся. Ага Калпа был худым гумаоидным мужчиной, со слабым телом, одетым в какой-то технический костюм. Он носил небольшой головной убор на своей лысой голове.

– Как вы смеете врываться в мои личные покои? – возмутился он. Все-таки гнев взял верх, – Крейн хочет меня видеть?

– Нет. Но я хочу, – Сири села на стул, – это мой раб, Анакин. Мы можем говорить в его присутствии совершенно свободно.

Анакин взвился внутри, будучи названным рабом, но быстро понял, что того требует секретность и обстоятельства.

– Я пришла сюда с сообщением от коликоидов, – сказала Сири, – они собираются взять под свой контроль фабрики Нар Шаддаа. Естественно, Крейн не знает об этом.

Выражение гнева на лице Ага Калпы сменилось страхом.

– Взять под свой контроль?

– У них хватит для этого сил, – продолжила Сири, – и я как близкий партнер Крейна согласилась им помочь в этом. Это я. Вы мне всегда нравились, Калпа, поэтому я предлагаю вам возможность присоединиться к нам.

– Против Крейна? – Ага Калпа схватился руками за стул.

– Это был бы верный шаг. И легкий. Вам почти ничего не надо будет делать. Прикажите охранникам фабрик Нар Шадды не мешать рабам.

– Я не могу сделать этого, – ответил Ага Калпа, – Крейн убьет меня.

– Действительно ли вы уверены в том, что будете иметь безопасность от коликоидов, если вы этого не сделаете? – тихо спросила Сири.

Страх на лице Ага Калпы лишь усилился. Он качал головой.

– Нет. Нет. Я не могу идти против Крейна.

Сири раздраженно оглянулась на Анакина. Очевидно, что Ага Калпа был слаб и парализован страхом, чтобы пойти на риск. Она пожала плечами. Анакин понял, что она задумала.

Он почувствовал, как Сила собиралась к кабинете. Она была настолько мощной, что он восхитился умением Сири так ее использовать. Она взглянула Аге Калпе в глаза и провела рукой перед его лицом.

– Вы свяжетесь с охранниками рабов, которые вскоре восстанут и прикажете им, чтобы они ничего не делали рабам.

– Я прикажу, чтобы они ничего не делали рабам. Я свяжусь с охранниками, – голос Ага Калпы был невыразителен, но мысли его работали. На таком слабом существе как он, ментальное внушение Силы сработало хорошо.

– Сделайте это сейчас.

Они наблюдали, как Ага Калпа активировал свой комлинк и начал говорить с командиром. Ему пришлось дважды повторить приказ, прежде чем недоверчивый офицер ответил: Есть!

– Исполняйте приказ или будете наказаны, – шепнула Сири.

– Исполняйте приказ, командир, или будете наказаны, – повторил Ага Калпа и отключил связь.

– Благодарю, Калпа. Я ценю вашу помощь.

Сири вскочила со стула и направилась к двери.

Как только она и Анакин вышли наружу, она нахмурилась.

– С коликоидами будет не так легко. Здесь ментальное внушение джедаев может не сработать. Я должна идти одна, Анакин.

– Так или иначе, мне надо будет поговорить с рабами.

– Я не должна желать тебе удачи, – сказала Сири, – я знаю, что ты сможешь сделать это.

– Удача всегда помогает. Буду ждать вашего сигнала, – Анакин побежал к турболифту. Он почувствовал большую уверенность в способности Сири.

Анакину потребовалось несколько минут, чтобы обойти дроидов, патрулирующих фабрику. Незамеченным он проскользнул к линии обработки и встал рядом с Мази, надеясь на то, что не будет внезапной переклички.

Быстро он объяснил ей ситуацию и то, в чем он нуждался.

Она удивленно смотрела на него.

– Ты действительно хочешь взбунтоваться?

– Не я один, – сказал Анакин, – все вместе.

– Я не могу сделать этого, Анакин, – ответила тихо Мази, когда ее пальцы продолжали работать, – я не могу просить их, чтобы они так рисковали.

– Все о чем нам надо волноваться – это дроиды. Охранники с Нар Шадды не будут мешать нам.

– Но и дроидов достаточно…

– Мне надо осуществить диверсию. Взрыв. Я знаю, где хранится взрывчатка в пещерах.

Мази закусила губу.

– Я не знаю…, – пробормотала она.

– Это единственный путь, Мази. Вы хотите здесь закончить свою жизнь? Вы хотите, чтобы Берри жила как раб?

– Ты не справедлив.

– Но я прав.

– Возможно… Возможно, есть основная группа, которая готова восстать, – медленно сказала она.

– Вы сможете связаться с ними?

Она кивнула.

– Другие увидят, что все получается и присоединяться к нам, – уверенно сказал Анакин.

– Я надеюсь, что ты прав, – тихо ответила Мази. Теперь ее руки дрожали.

Анакин отошел от линии и скрылся. Теперь время пошло на минуты. И все зависело от Сири.

Глава 19

Неспособный найти Анакина или Сири, Оби-Ван должен был вернуться к делегации коликоидов. В противном случае он рисковал потерять свое прикрытие. Он только начал говорить, как в разговор вмешалась Сири.

Оби-Ван облегченно вздохнул, поскольку теперь он видел, что она в безопасности. Он встал напротив стены так, чтобы она не была отвлечена, если узнает его. Он видел по ее лицу, что у Сири был план.

– Вы должны извинить меня за то, что я прибыла на эту встречу незваной, – сказала она, поворачиваясь к Нор Фику, – я прибыла к вам, не уведомляя об этом Крейна.

Нор Фик выглядел удивленным, но тут же попытался скрыть это.

– Продолжайте.

– Я считаю, что если вы позволите Крейну держать под контролем фабрики спайса на Нар Шаддаа, то вы потеряете их, а вместе мы потеряем большую прибыль, которую мы получаем от них, – сказала Сири.

– А почему мы должны слушать вас? – спросил Нор Фик холодным тоном.

– Потому что я знаю о действиях Крейна больше чем он, – сказала Сири, кивнув на Оби-Вана, – рабы готовы восстать. И у Крейна нет достаточно сил, чтобы справиться с этим.

Нор Фик обратился к Оби-Вану.

– А что думаете вы, Баклида?

– То, что я увидел, соответствует тому, что она говорит, – коротко ответил Оби-Ван. Он знал, что если начнет говорить много, то это может привести к неприятным последствиям.

Сири с любопытством посмотрела на него. Она знала, что тут что-то не так, но она не узнала его. Оби-Вана тянул соблазн протянуться к ней сквозь Силу, но он взял себя в руки. Она не должна знать, кем он был. Он предположил ее план, и теперь будет следовать за ней.

Пальцы Сири теребили ее пояс, пока они ждали, когда Нор Фик примет решение. Оби-Ван видел, как напрягается ее палец и расслабляется. Он бросил взгляд на устройство связи внутри пояса.

Она посылала сигнал. Это могло означать только одно. Анакин.

– Все это нуждается в дальнейшем изучении, – ответил Нор Фик, – мы не можем принять решение, основанное лишь на двух мнениях. Мы не готовы принять полностью контроль над Нар Шаддой.

– Но вы это планировали сделать когда-нибудь, – проницательно предположила Сири, – вы же не будете терпеть присутствие Крейна вечно. Вы наблюдаете за его методами, и когда поймете, то начнете действовать. Он не станет препятствием для вас. Я считаю, что спайсовые фабрики могут управляться более эффективно, если на них будут рабочие, а не рабы. Помощь, которую вы получите от Республики, принесет огромную выгоду. Вы уже имеете большой авторитет в Сенате.

– Вы красноречиво говорите, Зора, но повторюсь, я должен…

Слова Нор Фика были заглушены внезапным взрывом. Сири едва не упала от удара взрывной волны, однако быстро обрела равновесие. Один из коликоидов упал со стула, но быстро встал, обеспокоенный.

Сири, Оби-Ван и Нор поспешили к окну. Они смотрели на панораму спайсовой фабрики. Из одного из зданий валил густой дым.

– Восстание началось, – сказала Сири, – теперь вы мне верите?

Нор Фик был смущен. Мгновением позже открылись двери и рабы выбежали на улицу. Некоторые из них несли оружие, отобранное у охранников Нар Шадды.

– Где Крейн? – спросил Нор Фик Сири.

– В кварталах.

– Может быть, в это время он будет задержан.

Сири достала свой световой меч.

– Я могу это устроить.

Глава 20

Анакин собрал команду рабов, чтобы установить взрывчатку. Он смог разрушить комнату управления дроидами охранниками с помощью Силы и своего светового меча. Победа над дроидами вдохновила рабов, они вскоре лишили тех оружия, забрав его. Восстание распространялось.

Анакин оставался здесь достаточно для того, чтобы быть уверенным, что взрыв сделает свое дело, а рабы получат преимущество в сражении. Охранники с Нар Шаддаа оставили область, лишившись оружия, и повинуясь приказу, сопротивления не оказывали. Рабы теперь были вооружены. Они отключили дроидов.

Анакин побежал от фабрики к турболифтам. Насколько он смог узнать Крейна, то предположил, что пират не останется на Нар Шаддаа. Как только Крейн поймет, что восстание невозможно подавить, то он попытается сбежать. Анакин намеревался остановить его.

Он успел на посадочную платформу как раз вовремя, чтобы увидеть, как Крейн спешит к своему кораблю. В одной руке у него был бластер, в другой вибротопор.

Анакин побежал ему наперерез, включив световой меч. Крейн увидел его и побежал тоже. Но Анакин оказался быстрее. Он прыгнул и приземлился перед Крейном, отрезая того от корабля.

– Пришло время платить за свои преступления, – сказал он.

– Не тебе, мальчик, – усмехнулся пират.

Анакин напал. Сейчас он не чувствовал никакого страха. В его крови словно появился лед. Это не был гнев, он не чувствовал себя разгневанным. Он вершил правосудие. Это была цель.

Правосудие за тех, кто страдал на фабриках внизу, тех, кого он знал на Татуине, за мать Эми Халу, за всех, кто страдал или погиб по вине Крейна. Каждого, кого он потерял, кого он любил. В его мыслях был и Куай-Гон, который подбадривал его. Анакин чувствовал уверенность.

Он ударил по Крейну, но пират оказался быстрее, чем он ожидал. Бластерный выстрел опалил рукав туники Анакина. Теперь мальчику пришлось маневрировать, чтобы избежать удара массивной руки Крейна. Но пират выдержал удар и сам перешел в наступление.

Крейн выстрел еще раз. Анакин прыгнул за спину Крейна. Пират увернулся от первого удара светового меча, но Анакин быстро перебросил меч в другую руку и атаковал вновь. Крейн взревел, когда клинок коснулся его.

Он поднял свой массивный вибротопор, как если бы это была игрушка, и ударил Анакина по руке снизу. Анакин пытался уклониться, но вибротопор задел его руку. Боль ослепила его. Если бы Крейн был ближе всего на пару сантиметров, то лезвие топора отсекло бы Анакину кисть.

Анакин взял меч в другую руку. Он опять перепрыгнул Крейна и напал сзади. Пират повернулся, целясь из бластера. Мальчик смог избежать выстрела и начал атаку.

Он чувствовал, что должен свершить справедливость. Сейчас не время делать ошибки.

Ему вдруг вспомнились слезы его матери, слезы Эми, даже спустя много месяцев после того как Хала была захвачена. Он противопоставил злобе Крейна свой гнев за жертвы, тесня пирата к стене. Анакин заметил первую вспышку страха в глазах Крейна и наслаждался этим.

– Вы умрете от моей руки, Крейн, – сказал он сквозь зубы, – умрете от руки мальчика.

Крейн был слишком истощен, чтобы ответить. Его волосы были мокрыми от пота и спутаны, а рука уже дрожала, когда он пытался замахнуться на Анакина вибротопором.

Теперь Анакин вел бой. Никакого милосердия Крейн не заслуживал, он убьет его.

Оби-Ван бежал за Сири от зала заседаний. Как только они остались одни, он снял свой шлем.

– Я так и думала, – ответила Сири, – ты никогда не был мастером маскировки.

– Я обманул тебя, – сказал Оби-Ван, – признай это.

Она лишь улыбнулась.

– Никогда.

Он следовал за нею к жилищу Крейна. Его не было ни в личных покоях, ни в центре управления.

– Он не отправился бы на фабрику, – сказала Сири, – ему очень не хотелось бы оказаться в центре восстания.

Они переглянулись.

– Посадочная платформа – на бегу бросила Сири.

Они промчались по коридорам и выбежали на платформу. На противоположном конце шел бой Анакина и Крейна. Пират явно устал, тяжело дыша. Они увидели, как вибротопор упал из его кровоточащей руки и загремел по земле. Он поднял лицо к нападающему мальчику.

– Анакин! – крикнул Оби-Ван. Он побежал к нему. Сири была рядом, прикрывая его с бока.

Но его падаван не слышал его. На его лице было такое выражение, какое Оби-Ван никогда не видел.

Анакин поднял свой световой меч, чтобы нанести смертельный удар.

– Не делай этого! – крикнул Оби-Ван.

Световой меч полоснул вниз. Анакин вонзил клинок в грудь Крейна. Рот пирата застыл в безмолвном крике. Его взгляд встретился с взглядом Анакина. А затем Крейн замертво упал на пол.

Эпилог

Несколько дней спустя, Оби-Ван и Сири сидели вместе с Анакином и наблюдали, как гладкий серебристый транспорт приземляется на платформе Крейна.

– Мы вернемся на Корускант с почетом, – сказала Сири, кивая в сторону корабля. Она теперь не была похожа на Зору. Ее лицо было чистым, а белокурые волосы заплетены назад и мерцали при слабом свете солнца.

– Не часто делегация Сената прибывает, чтобы поздравить нас с успешным окончанием миссии и обеспечить нам транспорт домой, – сказал Оби-Ван, – вернее сказать никогда раньше такого не было.

– Полагаю, что они благодарны за освобождение Нар Шадды, – отметила Сири.

– Не говоря уже о крушении всей пиратской империи Крейна, – добавил Оби-Ван, – Галактика стала куда безопаснее без него.

Анакин кивнул. Оби-Ван пристально смотрел в его лицо. Оно было настолько юношеским и открытым. Проблеск чего-то темного и дикого, которое было, когда он сражался с Крейном, исчезло. Сейчас перед ним вновь был тот мальчик, которого он знал. Анакин объяснил, что Крейн все еще держал бластер. Его жизнь была в опасности. Он не нарушил кодекс Джедая, убив его.

И все же у Оби-Вана были сомнения. Сомнения, которыми он не мог поделиться с Сири, потому что та не видела лица Анакина в момент боя.

– Ну, пошли, поприветствуем их, – сказал Оби-Ван, когда трап корабля открылся.

– Подождите, здесь Мази и Берри, – ответил Анакин, – я должен поздороваться с ними.

– Анакин, сам канцлер Палпатин прибыл сюда лично, – напомнил ему учитель.

Анакин лишь усмехнулся, проведя рукой по волосам.

– Я знаю это.

Оби-Ван кивнул. Анакин был прав. Благодаря Мази и Берри, они преуспели в этой миссии. Политические деятели могут подождать.

Мази и Берри подошли к мальчику. Мази немного хромала, видимо ее ранили во время боя.

– Мы знаем, что вы улетаете, – сказала Мази, – мы не могли позволить вам уехать без того, чтобы не поблагодарить вас.

Она говорила со всеми, но ее пристальный взгляд оставался на Анакине.

– Вы освободили нас всех.

– Вы освободили себя, – поправил ее Анакин, – именно я должен благодарить вас.

Потом он обратился к Берри.

– И вы, Берри. Я рад познакомиться с вами, наконец. Вы были очень смелы, когда помогли мне и Сири.

– Я лишь сделала то, что могла, – ответила Берри.

– Это было очень много, – вмешалась Сири.

– Коликоиды предложили нам заработную плату, чтобы мы остались, – сказала Мази, – мы так и сделаем, потому что у нас пока нет достаточно средств, чтобы покинуть планету. Нар Шаддаа все-таки место, где пока мы можем жить.

– Может быть Джедаи помогут с переселением и транспортом, – ответила Сири, – мы свяжемся с вами после того, как прибудет в Храм.

Мази и Берри счастливо переглянулись.

– Это было бы очень хорошо, – сказала Мази, – безопасный путь домой.

Берри улыбнулась.

– И нам не нужно будет бояться пиратов.

Мази вдруг обняла и прижала к себе Анакина в порые эмоций.

– Вы гарантировали нашу безопасность и нашу жизнь, убив Крейна. Мы никогда не забудем этого – Я никогда не забуду вас, – ответил Анакин.

Трое джедаев повернулись и пошли встречать делегацию Сената. Канцлер Палпатин улыбнулся, протянув руку для приветствия.

– Джедаи принесли, наконец, свободу Нар Шадде, – сказал он, – теперь мы можем начать очищать этот мир. Коликоиды нуждаются в нашей помощи, а мы нуждаемся в них.

Он пожал плечами.

– Это цена, которую мы платим за освобождение Нар Шаддаа и конец Крейна. Сенат благодарит вас за великую службу, которую вы сослужили Галактике.

Джедаи почтительно поклонились.

– Теперь идемте на борт, мы с удобством доставим вас назад, на Корускант, – сказал Палпатин. Положив руку на плечо Анакина, он пошел вперед на корабль.

Оби-Вана вдруг опять одолели сомнения. Он видел, как Палпатин нагнулся к Анакину и о чем-то беседовал с ним. Что заставляло шевелиться в нем подозрения?

Действительно ли было это воспоминание о том, что он увидел на лице Анакина в его битве с Крейном? Его падаван был в водовороте боя и опасался за свою жизнь. Он чувствовал, что Крейн собирался выстрелить. У него была причина убить его. Он не убил его из гнева или мести.

Но все же, когда Анакин обернулся потом, его выражение лица было опустошенным. Во взгляде не было ни триумфа, ни бедствия, только опустошение.

Он оцепенел от боя, – убеждал себя Оби-Ван. Сам он тоже чувствовал нечто подобное в свое время.

Я не оставлю его, Куай-Гон, – мысленно про себя поклялся Оби-Ван. Я теперь вижу то, что видели вы. Я вижу его борьбу и вижу огромные способности.

Сири подошла ближе к нему.

– Кажется, что ваш падаван впечатлил канцлера. Он имеет большие перспективы.

– Да, – согласился Оби-Ван, – и все же есть немало того, чему ему надо учиться.

Видение Куай-Гона в пещере на Иллуме вновь вспомнилось ему. Он не знал, что значило это видение. Но он продолжит путь, продолжит обучение Анакина. Он поведет его как самого талантливого падавана, какого он когда-либо знал. Он не потерпит неудачу.


Джуд Уотсон Странствия джедая 2. Путь ученика

ПРОЛОГ

На памяти живущих – даже самых старых мастеров-джедаев – не было другого падавана, столь же одаренного, как Анакин Скайуокер.

Ему потребовалось вдвое меньше времени на обучение, чем обычно требовалось другим, несмотря на то, что поначалу ему было далеко до его товарищей в навыках обращения со световым мечом и в мастерстве владения Силой. И все же – как не уставал указывать Йода – в том, что касалось восприятия и осмысления, ему еще многому надо было учиться.

Его преподаватели знали, сколь он был одарен, и все же давали ему те же самые задания, что и другим ученикам. Даже понимая, что порой это надоедало ему или вызывало скуку. Но это было важно – не выделять его, не обращаться с ним как с кем-то особенным. Только вот Анакин БЫЛ особенным, и все они знали это. Проблема была в том, что это знал и он сам…

Он был уникальным случаем в истории Храма. С одной стороны, ему позволили обучаться, несмотря на то, что давным-давно был пропущен обычный возраст, в котором детей брали в Храм. С другой – он с самого начала уже был падаваном Оби-Вана Кеноби. И в то время, как другие ученики задавались вопросом, когда они будут выбраны в падаваны кем-то из мастеров, и будут ли выбраны вообще, судьба Анакина Скайуокера была определена.

Со смешанным чувством – заботой и осторожностью – наблюдал Оби-Ван за продвижением Анакина. Вера Куай-Гона – и предостережения Йоды… И были времена, когда трудно было сбалансировать два этих мощных влияния.


***

Утром тринадцатого дня рождения Анакина, Оби-Ван вручил ему подарок.

Это был тот самый подарок Куай-Гона на его, Оби-Вана, собственный тринадцатый день рождения. Речной камень.

Оби-Вану теперь стыдно было вспоминать, как когда-то он сам был разочарован этим подарком. Он ожидал тогда чего-то более существенного, чего-то вроде тех подарков, что получили другие падаваны – какие-то особенные рукоятки для их световых мечей или плащи, сделанные из очень легкой и теплой шерстяной ткани с планеты Пасмин. Но, вместо этого, Куай-Гон подарил ему этот камень. Камень, превратившийся в самое ценное, что он имел…

Гладкий черный камень словно пылал у его сердца, согревая, придавая сил на многих и многих миссиях, на бесчисленных планетах. Оби-Ван хранил его в маленьком кармане напротив сердца, который его подруга Бэнт пришила ему на тунику. И расстаться с ним было тяжело… Но он знал – Куай-Гон одобрил бы это.

В отличие от своей собственной первой реакции, по выражению лица Анакина он понял, что тот по достоинству оценил подарок. Но уже в следующую секунду мальчишка нахмурился:

– Вы уверены? – спросил он тихо, – Ведь это дал вам Куай-Гон.

– Он был бы рад тому, что камень у тебя. Это самое дорогое, что у меня есть, – Оби-Ван протянул руку и сомкнул пальцы Анакина поверх камня на ладони, – Я надеюсь, он всегда будет для тебя памятью о Куай-Гоне и обо мне.

Быстрая улыбка осветила лицо Анакина.

– Я буду дорожить им. Спасибо, учитель!

Анакин был во многом более великодушным и щедрым, чем он сам когда-то, – подумалось Оби-Вану. И, каким бы тяжким не был груз пророчества, лежащий на Анакине, он был уверен – ему это будет под силу.


***

Сейчас Анакину было четырнадцать. Одаренный мальчишка, падаван, прекрасно показавший себя уже во время нескольких важных миссий. И все же была одна вещь, которая не давала покоя Оби-Вану. К Анакину неплохо относились другие ученики, но близких друзей у него все-таки не было.

Да, говорил себе Оби-Ван, такой дар не мог не отдалять его от окружающих… но в душе он горевал об одиночестве Анакина.

Он был счастлив, видя, как возрастает мастерство падавана и его умение работать с Силой. Но он желал ему ещё и другого. Простой вещи, что невозможно было дать или подарить, как тот речной камень. Дружбы.

Глава 1

Анакин осторожно продвигался по проулку, расположенному глубоко под поверхностью Корусканта. Его падаванская косичка была упрятана внутрь ворота туники, а световой меч надежно скрыт от посторонних глаз складками плаща. На Корусканте к джедаям относились с большим уважением – повсюду, но только не здесь, не на этих ярусах… Под поверхностью планеты жили существа, презиравшие и противопоставлявшие себя благопристойным жителям поверхности, а так же те, что по каким-то причинам вынуждены были скрываться. Здесь все были равны – и все одинаково презираемы.

На эти уровни даже аэротакси не рисковали спускаться. А чтобы добраться сюда по целой системе разваливающихся рамп и турболифтов – кстати сказать, на деле вовсе не всегда движущихся! – требовалось больше часа. Если бы только он мог воспользоваться спидером! Тогда на эти "рейды" у него уходило бы в два раза меньше времени. Но у обучающихся в Храме, даже у падаванов, к аэроспидерам доступа не было.

Теоретически, ему вообще не полагалось быть вне Храма одному, без разрешения Оби-Вана.

"Теоретически" – это всего лишь твой способ обосновать нарушение правил", – сказал бы Оби-Ван, – ты либо подчиняешься правилам, либо нет.

Он был предан своему Учителю, но все же иногда серьезность Оби-Вана могла действительно мешать. Нет, Анакин не стремился нарушать правила. Другое дело, найти в них лазейку… В конце концов, Анакин же знал, что его учитель был в курсе его полуночных прогулок! Оби-Ван вообще был удивительно проницателен, в мгновение ока умел почувствовать его увёртки. И спасибо лунам и звездам, что он предпочитал не обращать внимания на ночные отлучки своего падавана. Пока Анакин был осторожен и не влипал в неприятности, Оби-Ван закрывал глаза на это нарушение правил.

Анакин не хотел доставлять Оби-Вану беспокойства, но ничего не мог с собой поделать. Когда опускалась ночь, и затихал огромный Храм, когда учащиеся выключали свет и устраивались для медитации и сна, беспокойство Анакина только усиливалось. Бесконечные улицы и ярусы неодолимо притягивали его. Его незаконченные проекты, ещё несобранные или непочиненные дроиды, ещё не найденные ржавые сокровища… Но главное, в чем он нуждался – это быть вне Храма, на воле, под звездами.

Только те, кто были рабами, действительно знают, что это такое – вкус свободы, – думалось ему иногда.

Здесь была его ненаглядные кучи автохлама – здесь, в темноте "подбрюшья" гигантского города. Освещенные участки тут были редкостью – вышедшие из строя светильники никто не заменял. И сияющие огни возвышающегося там, наверху, города тоже не проникали так глубоко вниз. Сюда торговцы старым хламом сваливали то, что даже они не надеялись продать. Дымящиеся, пахнущие горелым металлом и ещё невесть чем кучи.

Схватки за приглянувшийся сразу нескольким существам хлам отнюдь не были здесь редкостью. До сих пор Анакину, правда, везло избегать конфликтов, могущих перерастать в драки. Кроме собственно корускантских изгоев, здесь жили ещё и кланы мэниконов, обитателей планеты, давно уничтоженной гражданской войной. Войной столь разрушительной, что немногие уцелевшие жители вынуждены были бежать на Корускант.

Теперь мэниконы выживали лишь благодаря своему уму – и оружию. И он знал – эти будут драться насмерть даже за ржавый гаечный ключ.

Анакин тенью скользил между дымящихся куч. Обычно он обходил стороной это своеобразное кладбище разбитых машин и механизмов, но сейчас у него возникла серьёзная проблема с одним постоянно барахлящим дроидом, и он уже вполне безрезультатно облазил все прочие известные ему места в поисках необходимых деталей… Он знал, что Оби-Ван видел в его возне с дроидами и механизмами лишь пустую трату времени. Возможно, так оно и было, но Анакина это мало волновало. Он уже понял – ему нужно это; нужно, чтобы занять свои мысли, чтобы заглушить противные голоса в своей голове. …Голоса, сомневавшиеся, что он когда-либо будет великим Рыцарем-джедаем. Голоса, говорившие ему, что он бросил мать…

Анакин потряс головой. Возня с дроидами была той единственной нитью, что соединяла его с его детством на Татуине. Непрочная, почти истертая нить, которая ни за что не должна была оборваться…

Его ноздрей достиг характерный запах – смесь запахов обгоревшего металла и какой-то тухлятины. Он постарался не чувствовать его, в нетерпении обшаривая глазами развалы вокруг.

Он был более чем благодарен за то, чему его научили в Храме. Его глаза хорошо видели даже в темноте, и он не хотел рисковать, включая фонарь. Выдавать своё присутствие здесь было опасно, лучше оставаться неприметной тенью.

Анакин шел, не отрывая взгляда от россыпей хлама вокруг.

Под ботинком среди грязи и каменного крошева обнаружилось что-то довольно большое.

Ага, контур, и даже почти целый! Анакин обтер его краем туники, не заботясь о получившемся ржавом пятне, и сунул в один из карманов пояса. А вот и часть от гидроключа. Уж это-то ему всегда пригодится, в случае, если сломаются те, что у него уже есть. Куда выгодней починить старый, чем раздобывать новый…

Он внимательно оглядел ближайшую кучу. Одной из его целей было собрать в своей комнате собственный маленький силовой терминал, чтобы не приходилось каждый раз подключать своих дроидов к общему храмовому терминалу: чем меньше он мозолил бы всем глаза со своим хобби, тем было бы лучше.

Ага, там, на вершине кучи! Уж не мотиватор ли это? Кажется, да. И если бы суметь запрыгнуть туда с помощью Силы, не вызвав целую лавину местного значения… Он присмотрелся к куче, ища, куда бы там можно было вспрыгнуть, не обрушив все. Большой кусок дюрастилла, лежащий поверх прочего хлама, показался ему достаточно устойчивым. Если он приземлится мягко, то у него должно получиться удержаться там столько, сколько нужно, чтобы столкнуть мотиватор вниз. Он же джедай, его равновесие совершенно… Анакин прыгнул.

Он приземлился несколько жестче, чем рассчитывал, чуть больше, чем следовало, перенеся вес на правую ногу… "Ты всё-таки пока ещё не джедай". Казалось, он слышал эти слова Оби-Вана, пока изо всех сил старался избежать очередной лавины по своей милости, на этот раз уже с собственным участием. Сосредоточившись и балансируя на куске дюрастила, он протянул руку… … и в ту же секунду увидел другую руку, появившуюся с другой стороны кучи, и хватающую ту же самую железяку.

Без сомнения это был мэникон.

Но он не собирался позволить какому-то мэникону встать между ним и его мотиватором! Анакин бросился вперед, и тут же понял, что точно переоценил устойчивость своей опоры. Часть кучи окончательно поползла вниз, увлекая и его вместе с собой. И тут же он почувствовал, как кто-то крепко ухватил его за лодыжку.

Он оступился и покатился вниз, стараясь в то же время схватить того, кто держал его. Под пальцами оказалась какая-то ткань, и он накрепко в неё вцепился. Так, вдвоём, они и покатились вниз, пересчитав все углы и выступы дюрастила, феррокрита, и что там ещё было: Анакин – вцепившись в одежду своего противника, тот – ухватившись за его лодыжку, пока, наконец, оба не оказались в самом низу.

Анакин высвободил ногу и вскочил, готовый к сражению. Другое существо сделало то же самое. Его капюшон свалился, и Анакин оказался лицом к лицу с другим учеником Храма, Тру Велдом.

– Что ты здесь делаешь? – сердито прошипел Анакин.

– Это был мой мотиватор, – ответил Тру, – Я уже держал его в руке.

– Я тоже как раз до него дотянулся!

– И благодаря тебе, он теперь потерян.

Но Анакин уже углядел мотиватор на земле недалеко от них; должно быть, скатившись вниз, они увлекли его с собой. Он бросился вперед, словно моркот на вомпу.

– Ничего и не потерян! – рассмеявшись, крикнул он.

– Дай его мне, Анакин, – сказал Тру, его раскосые серебристые глаза блестнули. Тру, уроженец планеты Тиеван, был высок и долговяз, его кожа имела серебристый оттенок. Тиеванцы славились исключительной, порой казавшейся просто невероятной гибкостью, и Анакину внезапно вспомнилось, сколько проблем это доставляло его противникам во время учебных поединков.

– Я не боюсь тебя, – сказал Анакин.

– Конечно, – с проскользнувшим в голосе отвращением ответил Тру, – Я и не собираюсь драться с тобой из-за хлама. Просто надеюсь, что ты поступишь правильно.

Анакин нахмурился. Бывали моменты, когда он забывал, что был джедаем, словно становясь вдруг снова маленьким рабом с Татуина, живущим по жестким правилам игры того мира.

Что нашел, то твое. Проявишь слабость – отнимут.

Но он уже не был мальчишкой-рабом с Татуина. Он был джедаем…

– У моего дроида окончательно накрылся мотиватор, – сказал Анакин, – Мне он действительно нужен.

Но Тру уже не слушал его. Он вглядывался в темноту.

– У нас неприятности, – сказал он чуть слышно, кивком указывая куда-то в сторону. И там, совсем недалеко от них, Анакин увидел движущиеся глыбообразные формы. Мэниконы.

– Если мы будем сидеть очень тихо, они могут не заметить нас, – прошептал Анакин.

Он отшагнул назад, но нечаянно зацепил ногой нечто из дюрастила, и это нечто покатилось вниз, с громким лязгом стукнувшись обо что-то ещё.

– По-твоему, это называется "очень тихо"? – прошипел Тру.

Мэниконы обернулись. И увидели их.

– Может быть, если мы не будем двигаться, они не сунуться к нам – выдохнул Анакин.

Мэниконы бросились вперед.

– Интересная мысль, – отозвался Тру, – Есть ещё какие-нибудь?

Глава 2

Мэниконы обычно передвигались на четырех ногах, поднимаясь на две для нападения. Ноги у них были короткие, толстые и тяжелые, как раз чтобы словно дубинами молотить врага. А если им удавалось подобраться поближе, то они выбрызгивали откуда-то от глаз ядовитую едкую жидкость, временно ослеплявшую их противника. Так что то, что Анакину и Тру придется воспользоваться световыми мечами, сразу же стало совершенно очевидно.

Прежде, чем эта мысль полностью оформилась в голове Анакина, рукоять уже оказалась у него в руке.

Нет, он, конечно, не считал удачной идею продемонстрировать всему ярусу тот факт, что два джедая заделались мусорщиками… Но не оказываться же из-за этого избитым и ослепленным…

Тру отскочил влево, и Анакин сразу же понял его стратегию: он старался избежать ударов ног и яда, которые могли быть направлены только вперед. Анакин последовал примеру Тру – отпрыгнул в сторону, ища выгодную позицию, чтобы заняться первым мэниконом. Он знал, что сам он обычно сражается в более агрессивном стиле, чем Тру, но сейчас должен был постараться не причинить вреда напавшим на них. Не ранить или убить – а только отпугнуть, заставить отступить…

– Если мы повредим их мешки, они отступят, – с уверенностью в голосе сказал он Тру, – Они не захотят потерять то, что уже набрали!

И он прыгнул, оказавшись позади мэниконов, позади их надетых на спины больших мешков, и, кружась и уклоняясь от опасных ног, точными ударами меча перерезал кожаные ремни, служившие лямками. Маневр требовал максимальной точности. Чуть сильнее, чуть в сторону – и мэникон мог остаться без передней лапы. Именно за это Анакину так нравился световой меч: оружие предельной точности. Он видел ошибку, присущую многим из учеников Храма – они не понимали, сколь тонким, подобным дуновению ветра, могло быть действие меча. Подобно перу, a не палке – как говорила Соэра Энтана – их лучший преподаватель боя на световых мечах.

Три мешка упали, собранное зверюгами барахло рассыпалось. Мэниконы взвыли от гнева, и, топча собранное, ринулись на Анакина и Тру.

Фффьюююю!

Анакин никогда ещё не слышал звука, с которым мэниконы выбрызгивали свой яд, но он и не нуждался в подобном уроке.

– Да уж, действительно хороший план, – заметил Тру.

Анакин отпрыгнул вправо, уворачиваясь от несущегося на него на двух ногах грозно ревущего мэникона. Тру старался удержать на расстоянии второго.

– Так, самое время, – проговорил он.

– Время для чего?

– Для нового плана. Бежим!

– Хорошая мысль! – и Анакин рванул вслед за Тру.

Они прыгнули одновременно, использовав Силу, чтобы достигнуть вершины ближайшей кучи. Вниз посыпался целый ливень обломков, но они все же сумели удержаться.

Рычащие от ярости мэниконы принялись карабкаться на кучу вслед за ними. А они были куда тяжелее и неповоротливее джедаев – и куча начала оседать и рассыпаться под весом их тел.

Анакин взглянул на Тру.

– Что теперь?

– Прыгаем? – предложил Тру.

– Это точно. Есть мысль, куда?

Вокруг них были другие кучи, никак не производящие впечатления устойчивых. И невозможно было понять, смогут ли они благополучно приземлиться на них. Огромный мэникон был уже на полпути к ним, когда сдвинул торчащий из кучи здоровенный трансформатор. Теперь уже вся куча начала неумолимо рассыпаться.

– Да куда-нибудь! – завопил Тру, в прыжке Силы взмывая в воздух. Анакин за ним. Сейчас, в воздухе, у него было несколько секунд на то, чтобы оценить поверхность под собой. Не будь обучения в Храме, скорее всего он приземлился бы на какие-нибудь острые обломки, которыми изобиловала куча. Но сейчас он был способен выбрать подходящее место для приземления – и, даже падая, направить свой спуск. Все вокруг стало вдруг ясным и четким. Он мог отчетливо видеть каждый осколок, каждый комок грязи, каждую, даже малейшую деталь покореженных механизмов. Сила делала отчетливым его видение.

И ради таких моментов он жил. Свежесть ночного воздуха. Опасность так близко. И Сила вокруг него.

Если бы он мог остановить это мгновение, он сделал бы это.

Он опустился совсем легко, точно на краю кучи, а потом одним длинным прыжком преодолел спуск. Тру так же благополучно приземлился рядом.

Фффьюююю!

Анакин отскочил, дернув Тру в сторону. Струя яда прошла в миллиметре от них. Они оглянулись. Три разъяренных мэникона пытались спуститься вслед за ними, скользя и увязая в разъезжающейся куче.

– Уходим, – задыхаясь, проговорил Тру, и они побежали; огромная куча хлама позади них развалилась, подняв в воздух облако пыли. Вслед неслись устрашающие крики мэниконов.

Задыхаясь, Анакин и Тру бежали не останавливаясь, пока не оказались в относительно безопасном районе. Остановились, чтобы перевести дыхание. Кажется, они побывали на волосок от гибели.

Они направились к рампе, поднимающейся к верхним уровням Корусканта.

– Ладно, если ты говоришь… – начал Тру. Анакин, смешавшись, взглянул на него:

– Если я говорю что?

– Что у твоего дроида проблемы с мотиватором, – объяснил Тру, – Почему ты считаешь, что дело именно в нем?

– Всё остальное в порядке, а он то и дело отключается. Это уже второй мотиватор. Первый только шипел, когда я его подключил. Я с ним две недели повозился.

– Тогда твоя проблема – совсем не мотиватор, – сказал Тру, – Ты проверял систему датчиков?

Анакин покачал головой.

– С ней вроде все в порядке.

– Возможно. Но иногда она вдруг начинает взаимодействовать с системой пуска, а это влияет на мотиватор. Скажи, а с вокабулятором ничего чудного не происходило, когда барахлил первый мотиватор?

– Ещё как, – фыркнул Анакин, – Мой дроид просто свихнулся. Принялся изъясняться на кашиийк.

– Тогда твоя проблема именно в этом, – покивал Тру, – Просто коротит датчики. Иногда у протокольных дроидов это вызывает сбой системы вокабулятора. Это не самая сложная для устранения проблема. Куда проще, чем барахлящий мотиватор.

Анакин новым взглядом взглянул на высокого, казавшегося неуклюжим Тру. Вот уж кто никогда не впечатлял его. Анакин порой даже подумывал, была ли чувствительность к Силе Тру достаточной, чтобы быть джедаем… И тем не менее Тру недавно выбрал падаваном Рай-Гоул – весьма уважаемый Рыцарь-Джедай. Анакин вспомнил, как удивился, узнав об этом.

– Я не думал, что ты так много знаешь о дроидах, – проговорил он.

– Не то чтобы так. Просто сталкивался, – отозвался Тру, – Я люблю читать всякие руководства в свободное время. Дроиды. Флаеры. Разные машины, механизмы…

Анакин протянул ему мотиватор.

– Держи. Думаю, он действительно мне не понадобится.

Тру сунул мотиватор в карман своей туники:

– Спасибо.

– В смысле, если ты прав, конечно, – подумав, добавил Анакин.

– А если я не прав, то ты получишь его обратно.

Вот тут Анакин, кажется, начал понимать, почему мастер Рай-Гоул выбрал себе падаваном именно Тру. От Тру исходило ощущение уверенности и спокойствия – необычное даже для ученика Храма. Самого-то Анакина нередко посещали и замешательство, и неуверенность; он давно привык тщательно скрывать это. А вот у Тру, казалось, не было подобных тайников… Он был именно таким, каким и выглядел.

– Огласи резюме, когда закончишь анализировать, – хмыкнул Тру.

– Дроида? – растерянно спросил Анакин – Меня, – отозвался Тру, – Ведь именно этим ты сейчас и занимаешься, не так ли?

Анакин усмехнулся в ответ, решив не отпираться:

– Я пока не пришел к каким-либо окончательным заключениям.

Тру извлек из кармана пакетик леденцов из плодов фигды и перекинул его Анакину:

– Держи. На голодное брюхо плохо думается. Слушай, я – не самый лучший механик, но, если хочешь, я помогу тебе с твоим дроидом.

Анакин удивился, и только момент спустя понял – чему именно.

Ему не часто предлагали помощь – видимо, полагая, что он в ней не нуждается…

– Конечно, – сказал он. И это слово словно распахнуло запертую дверь. Он вспомнил, внезапно вспомнил. Как же он смог это забыть? Ведь раньше у него были друзья, он легко умел находить общий язык с другими существами… Как же он утратил это умение?

Заверещал его комлинк, и Анакин аж застонал от досады. Он знал, кто его вызывает.

– Где ты? – спросил Оби-Ван.

Анакин огляделся. Как бы это сказать… Он был ещё во многих уровнях от Храма. По крайней мере, в нескольких сотнях… Если он скажет это Оби-Вану, учитель сразу поймет, куда и зачем его носило.

Тру внезапно приблизился.

– Мастер Кеноби, это – Тру Велд. Анакин со мной. Я попросил его помочь… ну.. в одном личном вопросе. Мы уже возвращаемся в Храм.

– Хорошо, – в голосе Оби-Вана прозвучало удивление, – Анакин, зайди ко мне, как только вернёшься.

– Да, учитель.

Анакин выключил Комлинк.

– Спасибо, – сказал он Тру, – Оби-Ван не пришел бы в восторг, знай он, где я был.

– Равно как и Рай-Гоул, – хмыкнул Тру.

– Но если ты не собираешь дроидов, почему ты ТАМ оказался? – спросил Анакин.

– Выручаю Али Эланна, – объяснил Тру, – Сломался дроид-помощник в детской. Али нужен новый мотиватор, а от техотдела пока дождёшься! Я надеялся сделать ему небольшой сюрприз.

Анакин почувствовал себя виноватым. Дрался как хатт за свою выгоду – а Тру хотел помочь другу. Он тяжело вздохнул. Вот именно в такие моменты он и задавался вопросом, станет ли он когда-нибудь Джедаем…

Они поспешили обратно в Храм. Когда они вошли внутрь, там было темно и тихо. Они уже направлялись к турболифту, когда из-за угла появился Оби-Ван; нахмурился, увидев замызганную тунику и покрытую грязью физиономию Анакина..

– Где ты был? – спросил серьезно.

Тру и Анакин переглянулись, а потом заговорили оба сразу:

– Видите ли, Али Эланн… – начал Тру.

– У техотдела нехватка… – завторил ему Анакин.

Оби-Ван поднял руку, останавливая их:

– Я не хочу знать всего этого. Доброй ночи, Тру.

Тру уважительно поклонился и поспешил в свою комнату. Оби-Ван снова повернулся к Анакину.

– Анакин, подобные прогулки – не лучшее времяпровождение, если на следующий день предстоит миссия.

– Но завтра же нет никакой миссии, – удивился Анакин.

– Нда? Вы настолько уверены в этом, юный падаван? Вы читаете мысли Совета Джедаев?

– Нас вызвали на Совет Джедаев? – предположил Анакин, чувствуя, как взволнованно начинает колотиться сердце, – Вы хотите сказать, что нам поручат новую миссию?

– Увидим, – пожал плечами Оби-Ван, – Мы должны быть там завтра на рассвете. Так что иди и поспи хоть сколько-нибудь. И если завтра я увижу, что кое-кто зевает, то вообще запрещу этому кому-то покидать Храм!

Глава 3.

Следующим утром Оби-Ван направился к комнате Анакина. Он был уверен, что к его приходу Анакин уже будет готов идти на Совет. При всем своем творческом отношении к правилам, мальчишка хорошо знал, когда нужно было быть точным.

Анакин действительно уже ждал его в коридоре возле своей комнаты: новая туника, физиономия лучится энтузиазмом. Светильники горели вполсилы; полусвет должен был соответствовать тишине, царившей в это время в Храме. Большинство джедаев спали или медитировали.

Анакин шел в шаге позади него. Оби-Ван знал, что падаван ожидал выговора за свою ночную экспедицию, но Оби-Вана уже занимало совсем другое: заговорщеский вид Анакина и Тру. Он вспомнил взгляды, которыми обменялись падаваны, и был скорее рад, чем рассержен; другое дело, что знать об этом падавану было совершенно не обязательно… Похоже, что наконец-то у постоянно держащегося особняком Анакина появился приятель. Независимый характер мальчишки тоже не сказать, чтобы его расстраивал: это ох как пригодится Анакину, когда он станет Рыцарем-Джедаем. А вот чему как раз надо бы научиться его падавану – так это умению действовать в сотрудничестве с другими – и действовать во имя тех высших ценностей, которые защищал Орден. А мальчишка не всегда умел подчинять себе собственные желания и побуждения.

Но как можно научить верности и самопожертвованию? – задавался вопросом Оби-Ван. И можно ли вообще научить?

То, чему не научат слова, научит миссия… И снова слова Куай-Гона. Оби-Ван вдруг понял, что Куай-Гон готовил его не только к тому, чтобы стать Рыцарем-джедаем, но и к последующему наставничеству. Он зачастую позволял ему понять не только ход своих мыслей, но даже и то, как он сам стремился быть хорошим учителем… Советы Куай-Гона часто вспоминались Оби-Вану, помогая собраться и успокоиться, не хуже, чем это сделал бы сам Куай-Гон…

За годы, прошедшие со смерти Куай-Гона, Оби-Ван постиг, что даже за жгучим чувством потери могло стоять не только горе, но и мир в душе. Это был один из самых больших уроков в его жизни.

– Вы думаете о Куай-Гоне, – голос Анакина был неожиданно тихим.

Оби-Ван пораженно обернулся к своему падавану:

– Как ты узнал?

– Ваше лицо. Оно меняется – пожал плечами Анакин, – Словно ослабляется какой-то узел внутри вас… Что-то разглаживается…

– Не стоит быть настолько проницательным, – качнув головой, заметил Оби-Ван.

– А вот теперь вы не думаете о нем вообще, – с промелькнувшим ехидством отозвался Анакин, – И узел опять на месте.

– И не без твоей помощи, – заметил Оби-Ван. Они подходили к дверям Зала Совета.

Весь Совет еще не собрался. В зале были только Йода и Мэйс Винду, они в полголоса обсуждали что-то, стоя у окна. Снаружи сияли огни Корусканта – солнце ещё не взошло. По воздушным линиям пронеслись несколько аэротакси. Еще час – другой, и на линиях будет не протолкнуться от самого разного летающего транспорта…

Оби-Ван удивился, увидев в зале двух других Рыцарей-джедаев. Видимо, миссия предполгалась довольно масштабная. Он коротко поклонился Рай-Гоул и Соэре Энтане. Падаваном Рай-Гоул был Тру Велд, товарищ Анакина по давешней ночной вылазке. Оби-Ван не очень хорошо знал Рай-Гоул – скорее, лишь то, как к нему относились в Ордене: серьезный, спокойный и молчаливый, Рай-Гоул был очень уважаем многими за глубину своего знания Галактики. Соэра Энтана же была своего рода живой легендой: её владение световым мечом выделяло её среди других даже тогда, когда она была совсем девчонкой.

Как и Оби-Ван, она недавно стала Рыцарем-джедаем. Её падаван, Дарра Фел-Танис, была ровесницей Анакину. Дарра, стройная девочка с живыми глазами, заняла свое место рядом с крепкой, атлетически сложенной Соэрой.

Йода и Мэйс Винду наконец-то отошли от окна и заняли свои места. Обменялись взглядами – но Совет пока не начинали. Чего они ждали?

Двери снова зашипели, открываясь, и в зал вошла Сири. Оби-Ван спрятал улыбку. Он должен был догадаться. Он помнил – в бытность её падаваном, она была большой поборницей правил и инструкций. Но после миссии, во время которой ей пришлось заманивать в ловушку пирата-работорговца Крейна, он заметил произошедшие с ней изменения. Она казалась несколько тревожной, менее склонной искренне прислушиваться к мнению Совета. Не то чтобы Оби-Ван был против подобных изменений… Сири всегда казалась ему слишком жесткой. Но теперь она, пожалуй, даже отчасти напоминала мятежника. Ее белокурые волосы были коротко подстрижены, в отличие от многих других мастеров-джедаев. Вместо обычных в Ордене туники и плаща на ней был кожаный комбинезон, похожий на униформу. Она кивнула Оби-Вану и заняла свое место неподалеку, вместе со своим падаваном, Ферусом Оленом.

Винду Мэйс окинул их всех пристальным взглядом.

– Благодарю за пунктуальность, – сказал он, со значением поглядев на Сири. Та ответила ему чуть заметной примирительной улыбкой, – Предстоящая миссия – чрезвычайная, для её выполнения мы вынуждены назначить четыре команды джедаев. Вы должны отправиться на Рэднор, планету, пораженную эпидемией неизвестной природы. Рэднор – небольшая планета, известная своими научными исследованиями в области создания высокотехнологичного оружия. Смертоносное облако, возникшее в результате случайной утечки из военной лаборатории, распространяется в атмосфере планеты. Многие умерли, и гораздо большее число жителей больны. Поражение пока ограничено одной областью.

– Два города-государства есть на Рэдноре, – подхватил Йода, – Города – побратимы, так они их называют. Такто и Аюбендо. Небольшие города, каждый со своим правительством.

Рэднор известен сезонными ветрами. Из-за этого отравленное облако двинулось именно на Аюбендо. Но это же и ограничивает область действия облака. И все же никто не знает точно, как оно будет распространяться в дальнейшем.

– Так как это новое вещество, то о нем довольно мало известно. Происходит ли заражение при вдыхании его, или же через кожу, – продолжил Винду Мэйс, – Действующее вещество – органического происхождения, оно переносится воздухом. Могут ли существа заражаться друг от друга – этого мы тоже пока не знаем. Второй город – Такто – ещё не подвергся заражению.

– До изменения направления ветра, – пробурчал Йода.

– Первое время Рэднор достойно справлялся с ситуацией, – продолжил рассказывать Мэйс, – Должностные лица быстро мобилизовали все силы и ресурсы, чтобы во всеоружии противостоять бедствию. Аюбендо и его окрестности были помещены в карантин, и теперь называются Закрытым Сектором. Такто же – "Чистый Сектор": там пока не было ни одного случая заражения. Но, видя, что творится в Аюбендо, видя возрастающее с каждым днем количество смертей – так, что, казалось, никто не имел шансов спастись, они поддались панике. Правительство Такто бежало с планеты, а с ними и все те, кто мог себе это позволить. Оставшихся на планете кораблей слишком мало для общей эвакуации. Начались анархия и паника, поэтому Сенат решил вмешаться. Корабли для эвакуации оставшегося населения Такто уже направляются на Рэднор и будут там через три дня.

– Удивленным выглядишь ты, Оби-Ван, – заметил Йода.

– Только тем, что Сенат принял решение так быстро, – ответил Оби-Ван. Погрязший в бюрократизме Сенат порой мог месяцами дебатировать простейшую проблему…

– Слишком страшна ситуация, – покивав, проговорил Йода, – Бейлу Органа должны мы быть благодарны за то, что столь быстрым оказалось решение.

– Мест достаточно и для больных, и для тех, кто не был заражен, – сказал Винду Мэйс, – Но на планете – паника среди здорового населения: они боятся, что мест на кораблях не хватит на всех.

Коррумпированные чиновники вовсю берут взятки, так как многие, особенно заболевшие, уверены, что иначе они вообще не смогут выбраться с планеты.

– Начавшийся хаос нелегко будет преодолеть, – покивал Йода.

– Вы должны стать гарантами того, что эвакуация пройдет мирно и организовано, – проговорил Мэйс, – Выжившие в Аюбендо должны быть уверены в том, что им достанутся места на эвакуационных кораблях. Кроме того, в Такто – мародерство и волнения, поэтому вам придется ещё и поддерживать там мир. Ситуация очень нестабильна, от того, как будут развиваться события, зависит жизнь и смерть множества существ. Поэтому мы решили, что необходимы четыре команды джедаев.

– Вы должны отправиться на эту планету, – добавил Йода, – И отправиться уже этим утром.

– Корабль Сената ждёт вас, – закончил Винду Мэйс, – И да пребудет с вами Сила.

Глава 4

Корабль Сената лег на орбиту вокруг Рэднора: посадка на планету была запрещена, к поверхности они должны были добраться на небольшом корабле – челноке.

Анакин задумчиво смотрел на планету. Отсюда, издали, она была сине-зеленой. Он знал, что большая часть её поверхности покрыта морями. Основной материк – небольшой, настолько, что казалось, ещё немного – и океан поглотит его.

Став падаваном, Анакин успел побывать на разных планетах. И его уже не удивляло, что планеты могли быть покрыты океанами и морями. Мальчишкой он не смог бы и вообразить себе такого: Татуин, где он жил раньше, был сплошным океаном песка.

– Трудно себе представить, верно? – ворвался в его мысли голос Тру, – Когда смотришь вниз на планету, я имею ввиду…

– Что? – не понял Анакин.

– Страдание, – ответил Тру, – С орбиты всё кажется таким мирным. А потом ты спускаешься туда, вниз, на поверхность – и все меняется.

– Ты был уже на многих миссиях? – спросил Анакин.

– Достаточно на многих, – мягко сказал Тру, – Достаточно, чтобы увидеть то, что увидел. И достаточно, чтобы знать, что увижу ещё больше.

Прозвучало похоже на загадку, но, как ни странно, Анакин понял, что имел ввиду Тру. Каждая миссия заставляла его чувствовать себя старше. Каждая миссия заставляла его чувствовать печаль и гнев. И все же он ждал следующую, и следующую…

Именно это Тру и подразумевал.

– Это моя первая миссия, – сказала позади них Дарра. Она мало говорила во время поездки, все больше изучала те материалы, которыми обеспечил их Совет. У неё были яркие и живые рыжего цвета глаза, падаванская косичка переплетена яркой полоской цветной ткани. Когда она была рядом, Анакину казалось, что он физически чувствует переполнявшую её энергию – словно электрические разряды, потрескивающие в воздухе, – Так что пока я завишу от вас обоих, – и она одарила Анакина и Тру веселой улыбкой.

Подошедший Оби-Ван положил руку на плечо Анакина:

– Пора отправляться.

Четыре команды джедаев – Анакин и Оби-Ван, Тру и Рай-Гоул, Дарра и Соэра и Феррус с Сири – направились к грузовому отсеку.

Забрались в челнок. Пилотом на этот раз была Сири.

Ферус Олен сидел рядом с ней, золотистые пряди в его густых темных волосах вспыхивали яркими отсветами. Анакин хмуро изучал его профиль. В Храме всегда строго придерживались убеждения, что ни один учащийся не был лучше другого. У каждого – свой дар. Но Ферус, кажется, имел все мыслимые таланты. Уравновешенный – и блестящий, ловкий и сильный, он был весьма популярен среди учащихся. Он был несколькими годами старше Анакина, и мастера-джедаи ещё долго говорили о нем после того, как он стал падаваном Сири.

Ферус превосходил остальных во всем, за что брался, и, кажется, это ни у кого не вызывало раздражения. Им восхищались, на него хотели походить. Совет Джедаев тоже был доволен им. Они многого ожидали от него в будущем, Анакин знал это. Да, пожалуй, в Храме и не было никого, кто отзывался бы о Ферусе без похвалы.

Но только не Анакин. Что-то в Ферусе ему очень не нравилось. Да, это было совсем не дело – подобная неприязнь. Не говоря уже, что это отнюдь не приветствовалось в Ордене. Он старался справиться с этим неприятным чувством. Он сумеет. Иначе он не сможет быть джедаем.

Сири умело вывела челнок к посадочной платформе в Такто. Быстрый спуск, разворот – и корабль приземлился – так, что момент касания поверхности был едва ощутим. Анакин восхитился. Все джедаи были превосходными пилотами, но даже среди них было поискать, кто смог бы справится с этой задачей столь искусно, как Сири.

– Грандиозное приземление! – сообщил ей Анакин. Оби-Ван только вздохнул.

Сири выпустила трап, и они спустились вниз, на поверхность планеты. Рай-Гоул нес контейнер с медикаментами. Анакин обратился к Силе, стараясь почувствовать, что это будет за миссия. Потом взглянул на Оби-Вана. Тот чуть кивнул. Сила здесь была словно затемнена. Население обоих городов охвачено страхом – и страх вызывал к жизни отчаяние, ненависть и хаос.

Рэднорианцы относились к человеческой расе – невысокие, крепко сложенные. Несколько офицеров из числа охраны космопорта уже ждали их у контрольного пункта. Рэднорианец в белой униформе поспешно двинулся им навстречу.

– Добро пожаловать, джедаи. Мы очень рады вас видеть. В Такто ситуация на грани катастрофы, – он протянул руку, тряхнул вьющимися каштановыми волосами, – Люди не верят, что всем хватит места на кораблях.

– Кто вы? – прямо спросила Соэра Энтана, хорошо известная своим сугубо деловым подходом. Её сильные руки уверенно лежали на поясе.

– Извините меня. Я должен был объяснить. Я – Гален, координатор Антикризисного штаба.

Правительство покинуло планету, так что теперь все под моей ответственностью. Силы безопасности в значительной степени дезорганизованы. Мне – в нормальной жизни ученому – пришлось взять это всё на себя. Большинство моих коллег уехали. Я вызвался помочь с эвакуацией, а моя сестра Кьюри отправилась в Закрытый Сектор, чтобы помогать там, – Гален повернулся к офицеру охраны, – Оставайтесь у корабля джедаев!

Офицер кивнул:

– Будет сделано.

– Позвольте мне доставить вас в наш штаб, – сказал Гален, и, увлекая их за собой, двинулся по посадочной платформе, – Каждый день – новая волна слухов. Корабли опаздывают. Кораблей не будет вообще. На кораблях не хватит места всем… Мы стараемся успокоить людей, но это очень трудно. Кто мог – покинул планету; оставшиеся пребывают в страхе.

– А как обстоят дела в Закрытом Секторе? – спросила Соэра Энтана.

– Хуже некуда, – покачал головой Гален, – Даже связь с ними неустойчива. Это облако, очевидно, как-то влияет даже на наши системы связи. Мы…

Их прервал внезапно раздавшийся рев двигателей. Они обернулись как раз вовремя, чтобы увидеть свой корабль, поднявшийся в воздух и теперь стремительно уменьшающийся в размерах.

Гален повернулся к ним, его круглое румяное лицо стало бледным.

– Охрана угнала ваше судно. Мне так жаль. Дела слишком плохи, даже военные поддаются панике. Да и как иначе? Если сбежало их собственное командование… Но не волнуйтесь – у меня есть свой корабль, он укрыт в надежном месте. И он – в вашем распоряжении.

– Мы с благодарностью принимаем ваше предложение, – сказала Сири.

– Мы сможем отправиться к нему сразу после того, как вы побываете в Штабе, – кивнул Гален и решительно двинулся вперед.

– Мы можем ручаться вашим людям, что корабли уже идут сюда, и мест в них хватит на всех, – сказал Оби-Ван, – Какая из ваших проблем сейчас наиболее серьёзна?

– Проблем слишком много, чтобы выделить какую-то одну, – покачал головой Гален, – Правительства фактически нет, служба безопасности тоже почти развалилась. Вы можете видеть – доверять кому-либо на Рэдноре сейчас практически нельзя.

Они вышли на бульвар и оказались в центре города. Улицы были устрашающе пусты, лишь изредка встречались торопливо идущие прохожие. Вот прошло целое семейство – крепко придерживая мешки со скарбом, затравленно озираясь по сторонам…

Они проходили мимо разграбленных складов, магазинов, домов. Двери были выломаны, нижние окна выбиты. Все, кого они встречали, были вооружены: бластеры – один или даже несколько – демонстративно висели на поясе или на специальной перевязи через плечо.

Анакин никогда не видел ничто подобного этому. Запах страха, казалось, был просто разлит в воздухе.

Они прошли мимо небольшого корабля-челнока, вроде их собственного. Корабль был разворочен, двигатель наполовину разобран.

– Большинство из оставшихся кораблей были повреждены или уничтожены, – объяснил Гален, – Дело рук взбесившихся толп, людей, отчаявшихся покинуть планету.

– А что с бандами мародеров? – спросила Соэра, – Вы располагаете информацией о том, кто они и где базируются?

– Нет, – ответил Гален, – У меня не было времени выяснять ещё и это. В любом случае, у нас не хватит сил управиться с ними. Службы Безопасности уже практически не существует. Хуже того, они смогли украсть целую небольшую армию боевых дроидов – опытные образцы из научно-исследовательской военной лаборатории. И теперь используют их для прикрытия во время своих налетов.

Запищал комлинк Галена. Обменявшись несколькими словами со своим собеседником, Гален повернулся к джедаям:

– Это моя сестра, Кьюри. Я хотел бы, чтобы вы увидели это.

В воздухе повисла миниатюрное голографическое изображение маленькой рэднорианской женщины в костюме биозащиты.

Под прозрачной маской можно было разглядеть такие же, как у Галена вьющиеся темные волосы.

Голограмма мерцала, некоторых слов было не разобрать. -… сегодня уже три смертных случая среди медперсонала… Нас уже просто не хватает, чтобы ухаживать за больными. Нужны новые лекарства, и как можно скорее. Пожалуйста, скажи джедаям…

Голограмма затрещала и исчезла.

Сообщение могло быть искажено, но отчаяние, звучавшее в голосе женщины, было яснее всяких слов.

– Мы немедленно должны туда отправиться, – сказала Соэра.

– Я могу доставить вас к проходу-шлюзу в энергетическом барьере, разделяющем Сектора, – сказал им Гален, – Это недалеко. Я дам вам комплекты био-защиты.

Они прибыли к складу, охраняемому несколькими рэднорианцами с бластерами. На окне висело объявление: "Сертифицированные костюмы био-защиты – 5000 карсемов".

– Пять тысяч карсемов – средний годовой заработок, – сказал Гален, – К счастью, у нас есть для вас резервные комплекты. Они надежно спрятаны. Я не держу их в командном центре, потому что на него уже совершались налеты грабителей.

Внезапно из-за угла, с соседней улицы, раздались крики.

– Что на этот раз? – нервно проговорил Гален.

Джедаи переглянулись – и побежали туда, откуда раздавались голоса. Обогнули угол, и увидели большой, добротного вида дом. Сейчас его окна были наспех закрыты дюрастиловыми листами, а дверь перекрещена толстыми дюрастиловыми же пластинами.

Но ни одна из этих попыток превратить дом в крепость не имела успеха. Налетчики уже вышибли дверь, с двух нижних окон сорвали защищающий их дюрастил, и теперь выкидывали из окон стоящим внизу приглянувшиеся вещи. …А ещё там были штук двадцать боевых дроидов, не похожие ни на один из когда-либо виденных Анакином. Их необычные репульсорные системы позволяли им двигаться над поверхностью земли с поразительной скоростью. Они охраняли мародеров, пока те грузили награбленное на грависани.

Мужчина – рэднорианец лежал на земле, вокруг него растекалась лужа крови. Рядом, склонившись над ним, сидела молодая женщина. Дети стояли возле них, словно приросли к месту, в то время как пожилая рэднорианка пыталась увести их в безопасное место.

Анакин увидел все это сразу. Сколько дроидов, сколько грабителей, рэднорианцы, которых надо было защитить, возможные углы и линии атаки. Он знал, что все остальные видят точно так же. Маневры дроидов были необычно плавными, совсем не так, как обычно – механическими рывками… Похоже, в них были заложены эти угрожающе-скользящие хищные движения, да и точность огня наверняка была куда выше обычной…

И тут один из рэднорианских мародеров заметил их. Анакин видел, как его рука двинулась к пульту, висящему на поясе. Пятеро дроидов выстроились в линию обороны вокруг налетчиков, а остальные развернулись и атаковали джедаев.

Глава 5

– Падаваны, защищайте их! – скомандовала Сири. Ее слова, казалось, остались висеть в воздухе позади неё: сама она уже летела в прыжке Силы к передовой линии дроидов.

Оби-Ван прыгнул тоже, прикрывая Сири и встав так, чтобы можно было окружить дроидов, лихо сновавших над землей. Одно движение светового меча Сири – и первый дроид превратился в две аккуратные половинки. Оби-Ван расправился со вторым, и тут же, развернувшись – с третьим.

А Соэра Энтана была даже ещё быстрее, чем они. Анакин потрясенно увидел, как одно движение её меча располовинило сразу трех подвернувшихся дроидов. Рай-Гоул передал контейнер с медикаментами Тру и встал сбоку от Соэры.

Анакин знал, что приказ Сири означал, что они должны были окружить семейство рэднорианцев и защищать их от мародеров и дроидов. Но он видел, что мастерам-джедаям понадобится помощь – дроидов и мародеров, уже опомнившихся и открывших стрельбу, было всё же слишком много.

Дарра, Тру и Ферус бросились к семейству рэднорианцев. Ферус уже на бегу уничтожил одного из дроидов – только меч сверкнул сияющей дугой. Анакин видел, что втроем они легко справятся с этой задачей: противнику уже стало не до ограбленного семейства. Это означало, что помощь мастерам-джедаям не противоречит, по крайней мере, впрямую, приказу Сири.

Анакин бросился к Соэре и Рай-Гоулу. Рукоять меча, собранного в пещерах Иллума, казалась продолжением ладони. Он почувствовал волну Силы, прошедшую через него. Двум дроидам хватило двух молниеносных движений меча. Ладони, казалось, пылали, тело было сильным, быстрым и ловким, реакция – молниеносной. Но, несмотря на это, ему было далеко до Рай-Гоула, не говоря уже о потрясающе стремительной Соэре, движения которой напоминали жидкий металл, со смертоносной неуловимостью перетекая из одной позиции атаки в другую.

Её световой меч казался сплошным сияющим пятном, только соприкоснувшись с которым, один за другим разлетались на части дроиды.

Мародерам хватило одного взгляда на то, как быстро под ударами джедаев их дроиды превращаются в кучу дымящегося хлама.

Они бежали.

Оставшиеся дроиды сомкнули строй, прикрывая отступление налетчиков. Анакин видел, что мастера-джедаи уже полностью контролируют ситуацию. Двойной прыжок назад – и он присоединился к остальным падаванам, вставшим кругом вокруг рэднорианцев и отражавшим случайные бластерные выстрелы отступающих дроидов, летящие в их сторону.

Ферус сдвинулся в сторону, давая место Анакину. Анакин ни на мгновение не прекращал движение меча, отклоняя выстрелы, семейство рэднорианцев позади него приникло к земле.

Четыре дроида внезапно отделились от остальных, сгруппировались и предприняли лобовую атаку на Оби-Вана, на мгновение захватив его врасплох, но Сири в тот же момент плавным круговым движением оказалась позади них. Анакин восхитился тем, сколь согласованы были действия Оби-Вана и Сири – казалось, каждый из них знал, что в следующий момент предпримет другой – и дроиды…

Впрочем, это был не единственный сюрприз. В то время как Оби-Ван и Сири сражались против налетавших на них дроидов, три летучие стрелялки внезапно отделились от остальной группы и ринулись к семейству рэднориан.

– Внимание! – воскликнул Ферус.

– Я их вижу, – сквозь зубы пробормотал Анакин. Ферус говорил так, будто он был единственный, кто заметил это неожиданное нападение.

Тру развернулся так, чтобы обезопасить рэднориан и контейнер с медикаментами, который он держал в левой руке, и, в то же время, при необходимости отразить атаку дроидов сверху. Дарра перекинула световой меч в левую руку. Все джедаи умели сражаться левой рукой не хуже, чем правой, но Даре, казалось, было все равно, в какой руке у неё меч.

Ферус шагнул вперед, Анакин сделал то же самое. Им противостояли сразу все три дроида, и потребовалось все их умение, чтобы не дать им прорваться к рэднорианцам.

Анакин увидел, что один из дроидов решил проскочить слева от Феруса, и бросился наперерез – одновременно с Ферусом. Они столкнулись, Олен потерял равновесие и неловко упал на колено; Анакин, удержавшись, одним точным ударом выжег контрольный центр дроида. Ферус вскочил, брови на секунду сошлись над переносицей. Он тут же располовинил второго дроида, а Дарра расправилась с последним – с таким спокойным изяществом, что Анакин просто восхитился.

Анакин оглянулся на Оби-Вана. Он был готов присоединиться к учителю, но уже видел, что Оби-Ван и Сири уже расправились с остальными дроидами. Одновременно свою часть работы завершили и Соэра с Рай-Гоулом.

Джедаи одновременно деактивировали световые мечи. Оби-Ван подбежал к семейству рэднорианцев.

– Есть серьезно раненые? – спросил он.

– Мой муж, – сказала рэднорианка; в её широко открытых глазах читался страх, – Помогите ему!

– Мы отвезем его в больницу, – успокоительно сказал ей Тру.

Рай-Гоул склонился над рэднорианцем, осторожно осмотрел рану.

– С ним все будет в порядке. Но ему потребуется бакта- камера.

Право же, нечасто Рай-Гоул говорил так много за один раз…

– Моя сестра получила удар по голове, – сказала молодая женщина, обернувшись к той, что была постарше.

– И вы, – мягко сказал Тру. Он коснулся ее плеча, – Вам тоже досталось, как я вижу.

– Только нога… Ничего страшного, – ответила та, опускаясь на колени возле мужа.

– Им всем нужна помощь, – сказал Тру Рай-Гоулу.

– Да, – кивнул Оби-Ван, оглядывая улицу, – И как назло, ни одного спидера. Не говоря о медтранспорте…

Тут, как будто услышав его слова, из-за угла на большом спидере вывернул Гален.

– Я подумал, он может вам понадобится, – сообщил он.

– Да. Нужно отвезти раненых в медцентр, – кивнула Соэра, – А потом нам нужно будет попасть в Закрытый Сектор.

– Я могу доставить раненых, а потом вернуться за вами, – предложил Гален, – И, к сожалению, у меня есть только четыре резервных комплектов био-защиты. Вам придется выбирать, кто отправится туда, а кто останется здесь.

Джедаи переглянулись. Долго совещатся им не потребовалось. Лучше всего было оставить здесь падаванов, чтобы не подвергать их действию смертельно-опасного токсина…

Джедаи были уверены, что возвратятся к тому времени, когда придут корабли и можно будет начинать эвакуацию.

– Падаваны останутся здесь и проследят за тем, чтобы раненые были доставлены в медцентр, – за всех четверых сказала Соэра, – А мы доставим лекарства в Закрытый Сектор.

– Вашим заданием будет патрулировать район и, насколько возможно, успокоить людей, – сказал Оби-Ван, – Световые мечи не прячьте – рэднорианцы должны знать, что они под защитой джедаев.

– Периодически связывайтесь с Галеном, – добавила Сири, – Он отслеживает продвижение эвакуационных кораблей.

– Мы не подведем вас, – сказал Ферус.

"Конечно, не подведем. Чего говорить-то," – мелькнула мысль у Анакина.

Оби-Ван потянул Анакина в сторону.

– Ты хорошо сражался, падаван, – сказал он ему.

– Спасибо, учитель. – Анакин уже чувствовал, что за этой похвалой последует не самое приятное продолжение.

– Но ты сражался сам по себе, – действительно продолжил Оби-Ван, – Сначала ты, единственный из всех, не подчинился приказу Сири. А когда Ферус двинулся вперед, чтобы атаковать дроидов, он ожидал, что вы двое будете действовать вместе и согласованно. Вместо этого, ты сражался так, будто ты был один. Ты никогда не станешь великим воином-джедаем, если не научишься взаимодействовать и подчиненять себя общей цели.

Это был самый неодобрительный тон учителя, Анакин знал это. Как знал и то, что лучше и не пытаться защищаться. А Ферус, значит, не сам по себе, тоже? Не прыгнул вперед, не глядя на Анакина? И вот теперь Ферус прав, а он – нет?!

– Да, учитель, – ответил он.

Оби-Ван отстранился. Он никогда не говорил больше, чем требовалось по ситуации. И никогда не добавлял слов ободрения после своих замечаний…

Анакин отвернулся. И поймал взгляд Феруса, который в то же мгновение поспешно отвел глаза, вмиг заинтересовавшись чем-то там вдалеке. Ферус всё слышал! Лицо Анакина вспыхнуло. Теперь Ферус знал о том, что Анакин получил выговор от своего учителя. И, право же, Ферус был последним, кому это следовало бы знать…

Остальные уже погрузили раненых в спидер. В нем осталось ещё достаточно места и для падаванов.

– Я вернусь за вами, – сказал Гален Рыцарям-джедаям перед тем, как поднять машину в воздух. Анакин смотрел, как уменьшаются, удаляясь, четыре фигурки. Он знал, что это важно – доставить раненых в медцентр. Знал, что их роль здесь была тоже очень важна… Но ему так хотелось отправиться вместе с учителем, увидеть Закрытый Сектор… Когда-нибудь он сам будет мастером-джедаем, и сможет сам принимать решения… Ещё б дождаться…

Глава 6

Гален доставил джедаев к границе Чистого Сектора. Перед ними был энергетический шлюз.

– Я введу код, и вы сможете пройти туда, – сказал он, – Жаль, что я не могу дать вам спидер, но через шлюз не пройдет никакой транспорт. Вам нужно надеть костюмы био-защиты. Я смог связаться с Кьюри – вас встретят с той стороны и доставят в Аюбендо.

– Спасибо за помощь, – сказал Оби-Ван, последний раз оглядываясь на Такто. У него не было привычки пересматривать свои решения, но ему вдруг стало жаль, что Анакин не с ним.

Они надели защитные костюмы; сенсоры шлюза замигали зеленым. Джедаи прошли через него, и оказались на обширной равнине. Город был виден на горизонте неясной серой громадой. А через несколько секунд они увидели и приближающийся спидер.

В сидящей в нем женщине они без труда узнали сестру Галена. Она остановила спидер возле них: репульсорные двигатели поддерживали машину на небольшой высоте над землей.

– Вы привезли медикаменты?

Рай-Гоул указал на контейнер, висящий у него на боку:

– Здесь.

– Благодарение звездам. О, простите. Не лучшее вышло приветствие. Я – Кьюри. Я так благодарна вам за то, что вы прилетели. Пожалуйста, садитесь в спидер.

– Я руковожу здесь всеми действиями по борьбе с эпидемией, – объяснила Кьюри, пока они летели к городу, – Мы боремся, но это сражение нам не выиграть.

– Насколько серьезно положение? – спросил Оби-Ван.

Взгляд Кьюри был полон усталостью и страданием.

– Все здесь либо мертвы, либо умирают. Здоровы только те, кто пришли из Чистого Сектора и изначально были в защитных костюмах.

На горизонте уже появились серые башни города.

– Мы почти на месте, – сказала Кьюри, – Сейчас мы летим над подземными каньонами.

Земля под ними была изрезана глубокими трещинами, которые, как Оби-Ван мог видеть, вели к целому лабиринту каньонов.

– Рэднорианцы – традиционно городские жители, – продолжала Кьюри, – Мы не любим открытых пространств. Возможно, если бы не такая скученность неселения, многие смогли бы избежать заражения.

Они достигли предместий города. Кьюри снизила скорость и вскоре они приземлились на широком бульваре. Город казался покинутым.

То там, то здесь валялись брошенные аэротакси. Окна опустевших кафе и офисов закрыты ставнями или заколочены. На улицах – никого, казалось, жители просто исчезли. Оби-Ван ожидал увидеть здесь те же легкоузнаваемые признаки общественной паники, но ни на зданиях, ни на улицах не было никаких следов разрушений. Все могло бы даже показаться обычным, если бы не эта мертвая пустота на улицах. Мертвы были даже растения. От роскошных цветников осталась лишь спутанная масса бурых стеблей; голые ветви деревьев умоляюще тянулись к ним, словно руки. Высокие ряды кустов когда-то украшали бульвары своим цветением; теперь ветер гонял по земле засохшие листья и бурые сморщенные лепестки.

Джедаи молча смотрели на открывшуюся перед ними жуткую картину. Оби-Вану приходилось видеть и гражданские войны, и экологические бедствия на других планетах, но то, что он видел здесь, было ещё страшней.

Казалось, даже защитный костюм, не защищает от этого разлитого в воздухе запаха смерти.

Наконец впереди показалось большое здание мед-центра. Здесь, по крайней мере, были хоть какие-то признаки жизни – и деятельности. Они увидели нескольких медработников в приметных защитных костюмах, прошедших по внутреннему двору.

Кьюри посадила спидер, и они вышли. Даже звук собственных шагов казался Оби-Вану необычным и тревожным: защитный костюм приглушал и искажал звуки, делая все вокруг каким-то нереальным…

Кьюри поспешно прошла внутрь здания и передала контейнер с лекарствами одному из врачей.

– Мы даже не знаем, помогут ли они, – сказала она джедаям, – Но я надеюсь. Ещё раз спасибо вам.

Она на мгновение прислонилась к стене, и это движение вдруг выдало смертельную усталость.

– Вам нужно отдохнуть, – сказала Соэра, и в её обычном резковатом и решительном голосе Оби-Ван услышал настоящее беспокойство. Было почему – Кьюри, казалось, была на грани истощения. Но она нашла в себе силы; выпрямилась и покачала головой:

– Какой может быть для меня отдых? Не когда я ответственна за все здесь, – и она снова взглянула на город, – За весь этот ужас, – добавила шепотом.

– Что вы имеете ввиду? – спросила Сири.

– Разве Гален не рассказал вам? – Кьюри вздохнула, – У нас здесь исследовательская лаборатория. На мне была финансовая сторона, а Гален вел исследования. Утечка произошла именно у нас. Мы все еще не поняли, как это случилось, что, впрочем, не снимает с нас ответственности. Гален день и ночь работал над организацией предстоящей эвакуации населения. Он давно мог уехать…

– А вы? – спросил Оби-Ван.

– Я была в Чистом Секторе, как и Гален, когда мы узнали – и прилетела сюда. Я же врач по образованию, и здесь я была нужна больше, чем где-нибудь.

– Это был отважный шаг, – заметила Соэра.

Кьюри горестно покачала головой:

– Это было наименьшее, что я могла сделать.

– Вы расследовали утечку в вашей лаборатории? – спросила Сири.

Кьюри покачала головой:

– У меня не было ни времени, ни возможности для обеспечения безопасности этой процедуры, поэтому я только приказала закрыть её,приведя в действие все защитные и блокирующие системы. Сразу было понятно, что мы имеем дело с чем-то, способным очень быстро распространяться.

Я вернулась, когда стало ясно, что мы не успеваем помочь больным. Мы не представляли, что болезнь будет развиваться так быстро и массово. Мы понятия не имели, чего ждать. Гален принимал участие в разработках оружия, в экспериментах с токсинами для будущего био-оружия. Но и он не знает, с чем мы столкнулись.

– Что вы знаете об этом токсине?

– Главным образом, то, чем он НЕ является, – признала Кьюри, – Мы знаем, что это не вирус. И не газ. И знаем, что он переносится воздухом. Но не знаем точно, каким путем он проникает в организм. Возможно, даже через кожу. Частицы настолько микроскопические, что даже бакта-камера малоэффективна.

– Кажется, у вас не возникало тех проблем, с которыми столкнулся Чистый Сектор, – заметил Оби-Ван, – Я не вижу никаких признаков людских волнений.

Кьюри устало кивнула:

– Для паники просто не было времени. Умирающие не устраивают беспорядки.

Те, что не смогли добраться в медцентр, умирают в своих домах. Я делаю обходы. Делаю все, что могу… Но этого слишком мало.

– Чем мы можем помочь вам? – спросила Сири.

– Вы привезли медикаменты – это уже огромная помощь. Возможно, вы могли бы обойти город и выяснять, скольким ещё нужна помощь… Я не смогла обойти все дома. Вы можете помочь нам в организации будущей эвакуации. Люди вас послушают. Когда прибудут корабли, станет легче. Главное, чтобы как можно больше людей дожили до этого момента. Вы должны дать им хотя бы надежду, – голос Кьюри сорвался.

Оби-Ван кивнул и повернулся к остальным:

– Мы должны разделиться на две команды.

Двоих падаванов мы можем вызвать сюда, а двое джедаев вернутся в Чистый Сектор.

Рай-Гоул кивнул.

Кьюри удивленно посмотрела на них:

– Но вы не можете вернуться.

– Что? – не поняла Соэра.

– Разве Гален не сказал вам? Вернуться назад из Закрытого Сектора нельзя. Это абсолютно запрещено. Пока мы не можем быть абсолютно уверены, что вы не несете токсин на вашей коже или одежде, мы не можем рисковать.

– Но на нас же защитные костюмы. – возразила Сири.

– Да, но вы не можете перейти в них в Чистый Сектор, – объяснила Кьюри, – Токсин останется на ваших костюмах. Или может попасть на кожу, когда вы будете снимать костюмы в шлюзе при переходе… Пока мы не знаем, как много этого вещества нужно для развития эпидемии, мы не можем позволить вам вернуться, – она беспомощно взглянула на них, – Мне жаль. Я думала, вы знали об этом. Когда прибудут эвакуационные корабли, вы сможете пройти дезинфекцию на борту судна, да и то, я полагаю, не избежите карантина. А здесь у нас просто нет возможностей для надежной дезинфекции.

Оби-Ван взглянул на остальных джедаев. Новость совсем не радовала, но что толку тратить время на пустые переживания и досаду.

Он видел, что и остальные трое тоже обдумывают дальнейшие действия.

– Надо связаться с падаванами и более детально оговорить их действия, – решительно произнесла Соэра.

– Им придется иметь дело со всеми проблемами Такто сразу, – покачала головой Сири, – Возможно, нам надо связаться с Советом Джедаев и вызвать дополнительную команду, или даже две.

– К тому времени, как они смогут прибыть, здесь уже будут эвакуационные корабли, – покачал головой Оби-Ван, – Падаванам придется действовать самостоятельно.

Он видел, что ни кому из них не понравилась эта перспектива. Ему и самому было неспокойно за Анакина, но никакого другого решения просто не было.

Оби-Ван активировал комлинк и с облегчением услышал голос Анакина. Он знал, что связь между двумя секторами тоже могла быть затруднена, и это могло бы стать весьма серьезной проблемой.

– У нас трудности, – сказал он Анакину, – Мы не можем пока вернуться в Чистый Сектор. Вам четверым придется справляться со своей частью миссии самостоятельно.

– Я понял, – сказал Анакин нейтральным тоном.

– Ваша главная задача – безопасность населения, – продолжал Оби-Ван, – Организуйте патрули для поддержания порядка в городе. Постарайтесь препятствовать распространению ложных слухов. Будьте на связи с Галеном – информация о продвижении кораблей поступает к нему. И всеми силами избегайте применения оружия против жителей.

– Да, учитель.

– Теперь, что касается деталей… – начал было Оби-Ван, но связь внезапно прервалась. Он попробовал связаться с Анакиным снова, но ничего не вышло. Скрыв досаду, Оби-Ван спрятал комлинк в карман на поясе.

– Они справятся, – сказала Сири, – Все будет в порядке. Я вполне доверяю Ферусу, на его счету уже не одна миссия.

– И я доверяю Анакину, – согласно кивнул Оби-Ван. Как мог, понадеявшись, что мальчишка сможет и без его пригляда работать во взаимодействии с тремя другими падаванами…

– Попробуем связаться с ними позже, – проговорила Соэра, – А пока надо разделиться на две команды.

Оби-Ван взглянул на Сири, она кивнула в ответ. В былые времена трений и разногласий между ними хватало, но это все равно не представляло проблемы. Они часто работали вместе и хорошо умели согласовывать действия и чувствовать друг друга.

– Мы с Оби-Ваном будем искать ещё не обнаруженных больных, – сказала Сири.

– Мы возьмем на себя северный сектор, – кивнул Оби-Ван, – Нам нужны полные списки жителей, чтобы мы могли быть уверены, что никто не остался без помощи. Мы должны удостовериться в том, что все больные будут обнаружены и эвакуированы.

Рай-Гоул кивнул.

– Да пребудет с вами Сила, – сказала Соэра.

– Да пребудет с вами Сила, – повторили Оби-Ван и Сири.

Они повернулись к жуткой пустоте города, и началась их кошмарная прогулка по царству смерти.

Глава 7

Когда Оби-Ван вышел на связь с Анакиным, падаваны только покинули медцентр. Привезя раненых, они оставались там ещё некоторое время, чтобы удостовериться, что с главой семейства тоже все будет в порядке.

Заодно они расспросили всех, но никто из них раньше не видел тех грабителей. Дома по соседству тоже подвергались нападениям, все жили в постоянном страхе. А хуже всего было то, что люди ничего не могли противопоставить новейшим боевым дроидам, бывшим на вооружении у налетчиков.

Четверо падаванов остановились возле стены медцентра. Чувство покинутости и уязвимости, кажется, было одно на всех.

– Я едва ли не половину своего времени мечтала о том, чтобы поскорее стать Рыцарем-джедаем, – наконец проворчала Дарра, – А теперь все, чего я хочу – это чтобы Соэра была здесь!

Она запустила руку в карман Тру, вытянула оттуда неизменный пакетик леденцов фигда, сунула в рот сразу несколько и принялась отчаянно грызть.

– У нас всё получится, – уверенным тоном сказал Анакин.

– Не волнуемся, – кивнул Ферус; выражение его темных глаз было безмятежным, – Большинство из нас прошли уже достаточно миссий, чтобы справиться с этим.

– С чего начнем? – спросил Тру, – Они хотят, чтобы мы все патрулировали город? Или кто-то должен работать с Галеном по координированию эвакуации?

– Оби-Ван не сказал, – ответил Анакин, – Но если вы спросите меня, то я скажу, что от патрулирования будет мало толку, если мы будем только и делать, что спугивать налетчиков.

– Притормози, – отозвался Ферус, – Это противоречило бы полученным нами указаниям.

– Да мы же и не получили никаких четких указаний, – заметил Анакин, – Связь прервалась. Мы знаем только, что наша основная задача – безопасность граждан, а мы, возможно, не сможем обеспечить её одним лишь патрулированием.

– Ты не знаешь этого наверняка, – возразил Ферус.

Забывшая жевать Дарра переводила взгляд с одного спорщика на другого, потом вежливо покашляла:

– Извините меня. Не хочу вам мешать, но я только хочу заметить, что здесь есть ещё двое. У нас есть право голоса?

– А как же, – хихикнул Анакин, – Пока вы соглашаетесь со мной.

– Сам-то понял, что сказал? – хмыкнул Тру, – Давайте-ка обговорим план действий, а потом проголосуем.

– Да, уж это было бы веселее, чем наслаждаться вашей дискуссией! – ехидно покивала Дарра.

– Я считаю, что мы должны разделиться на две команды. Одна может патрулировать город, а другая займется поиском штаба налетчиков, – сказал Анакин; и в команде, патрулирующей город, будет кто угодно, но только не он. Они с Тру будут искать логово налетчиков.

– Как? – спросил Ферус, – У нас нет возможности прочесать весь город!

– А мы и не должны, – ответил Анакин, – У меня есть идея. Даже у опытных образцов дроидов должно быть возвращающее устройство. Нам надо просто взять одного из тех, что мы там накрошили, и активировать возврат.

– И ты знаешь, как это сделать? – спросила Дарра.

– Несомненно! – отозвался Анакин.

– Не может быть, чтобы это было так просто, – возразила девочка. Анакин усмехнулся:

– Я и не говорил, что это просто. Я сказал, что смогу это сделать.

– Погодите-ка секунду, – возразил Тру, – Это же боевые дроиды. Скорее всего, при захвате или дезактивации их память автоматически стирается.

– Память здесь не при чем, – уверенно сказал Анакин, – Возвратное устройство наверняка встроено в основную схему. Я смогу его найти. И, если мы потом восстановим дроида, он приведет нас прямо в штаб.

Дарра пожала плечами:

– Пожалуй, стоит попробовать.

Тру кивнул.

– Хорошо. Тогда мы с Анакином – в штаб.

– Значит, решено, – заключил Ферус, – Хотя я не думаю, что в этом случае есть смысл разбиваться на команды. Если Анакину удасться задуманное, и мы найдем штаб, там, без сомнения, будет многовато дроидов для вас двоих.

Ежели не вслух, то Анакин полагал, что для них с Тру многовато не будет, но все же кивнул:

– Хорошо.

Оби-Ван предупреждал его, что он должен работать в команде, уважая ценности джедаев; Анакин относился к этому очень серьезно.

И они отправились обратно к атакованному дому. Дроиды все ещё валялись тут и там на мостовой. Анакин нашел тот, что был менее других поврежден. У машинки были напрочь отсажены манипуляторы и системы огня, закорочен пульт управления, но зато почти не повреждена сама схема.

Анакин достал из пояса инструменты и погрузился в работу. Раскрыл корпус и добрался до системы датчиков. Тру склонился над его плечом.

– Практически стандарт, если бы не вон те навороты, – сказал он, – Очень похоже на модель OOM-9.

Анакин был благодарен Тру за его фотографическую память. Некоторые схемы ему самому были плохо знакомы. Он показал на хитросплетение разноцветных проводов:

– Не помнишь, какой от чего?

– Зеленые – перемещение, белые – системы огня. Смотри-ка, как их закоротило – даже сплавились. Синие – от воспринимающих датчиков. Думаю, они являются частью приемного устройства.

– Да, держу пари, возвратное устройство где-то среди них, – пробормотал Анакин.

– Похоже на то, – согласился Тру.

Анакин чувствовал: Дарра просто вся извертелась от любопытства, а вот нетерпение Феруса давило почти физически. Он постарался отгородиться от остальных, чтобы ничего не мешало работе.

– Есть! – наконец воскликнул он, – Я подключил возвратное устройство к датчикам движения через вставной сенсор. Если теперь включить дроида, он должен отправиться туда, откуда прилетел.

– Давайте попробуем, – кивнул Тру.

– Парни, напомните мне позвать вас, когда опять забарахлит мой комлинк, – покачала головой Дарра, – Может, вы мне из него грузоподъемник сделаете?

– Чтобы не упустить его из виду, придется бежать очень быстро, – сказал Ферус.

– Все готовы? – спросил Анакин. И, когда все дружно кивнули, включил дроида.

Они отшатнулись, потому что дроид бибикнул, помигал, проверяя системы, а потом внезапно взлетел. Сделал круг вокруг них, включил на полную мощь репульсоры и рванул вдоль по бульвару.

Гонка получилась та ещё: они мчались по улицам, иногда вынуждено перемахивая через возникавшие на пути препятствия. Проскочили престижный жилой район, деловой сектор, складские районы, пока не оказались у небольшого неприметного склада. Дроид завис в воздухе на несколько мгновений, крутя колпаком-головой; падаваны поспешно нырнули за угол. Они увидели, как дроид задействовал скрытый пульт управления, спрятанный где-то в стене, казавшейся абсолютно гладкой и сплошной.

И тут же в этой стене обозначилась и заскользила, открываясь, дверь; дроид исчез внутри.

Анакин прыгнул вперед и успел сунуть в смыкающуюся дверную щель рукоять лайтсейбера. Дверь остановилась. Вчетвером они навались на неё и смогли сдвинуть достаточно, чтобы проскользнуть внутрь.

Интерьерчик оказался мрачноватым, и сначала они вообще практически ничего не видели и не слышали. Анакин сконцентрировался – и услышал дальний звук голосов. Он придвинулся к остальным. Когда через несколько секунд их глаза привыкли к темноте, они увидели, что склад был завален самым разнообразным барахлом – краденым, насколько они понимали. Богатые гобелены и ковры, скатанные в рулоны и просто, были свалены у стен. На полках – серебро и кучи каких-то металлических деталей. А в углу Анакин увидел нагромождение слитков ауродиума. Множество дюрастиловых контейнеров вдоль стен тоже явно не были пустыми.

Из-за угла вдруг раздались голоса – между собой разговаривали двое налетчиков. Падаваны подобрались поближе; теперь они могли разобрать слова.

– Сначала блок между Эвемо и Экади. Потом от Экади до Монтвин. Мы сможем легко очистить эти два блока, используя то, что мы имеем.

– Конечно же, мы можем их почистить, но где тогда будет наша база? Нам не хватит наших складов.

– Это одно удовольствие, а не проблема!

И падаваны услышали приглушенный смех.

– И лучше бы они поторопились с обещанным вывозом!

Голос прервался, когда вдруг зазвучал настойчивый сигнал – несколько закодированных звуковых последовательностей.

Анакин услышал звук отодвигаемых стульев. "Это дроид, – сказал кто-то шепотом, – Сигнал о постороннем вмешательстве. Возможно, здесь кто-то есть".

Голоса затихли. Анакин услышал шорох движения, потом – тишина.

– Сигнал о постороннем вмешательстве? – шепотом спросила Дара. Анакин и Тру переглянулись.

– Я предполагаю, он включается в случае, если возвращающее устройство дроида активируется кем-то, кроме их программиста, – объяснил Анакин.

– Ты сказал, просто?! – прошептала Дарра, – И что мы теперь должны делать?

– Защищаться! – завопил Анакин, так как именно в этот момент из-за угла на них выскочили мародеры с бластерами наизготовку.

Глава 8

Им приказали ни в коем случае не убивать. Так что они должны были отражать огонь налетчиков и суметь захватить их, не причинив существенного вреда…

Уже вовсю орудуя световым мечом, Анакин впервые осознал главную проблему, стоящую перед ними.

Допустим, они поймают налетчиков. И что, спрашивается, они будут с ними делать? Кто будет охранять пойманных преступников? Служба безопасности практически развалилась, и вряд ли здесь есть тюрьмы… Основой всех сил безопасности на планете теперь были джедаи. И, похоже, только джедаи. Если они станут стеречь налетчиков, кто, спрашивается, будет дальше патрулировать город?

Настоящий момент – главный момент.

Да, учитель. Анакин стиснул зубы. Одна задача за один раз. Налетчики угрожали жизни и спокойствию граждан – а значит, должны были быть остановлены. А уже потом они придумают, что с ними делать.

И тут один из налетчиков, должно быть, активировал дроидов, и те, появившись словно ниоткуда, бросились на падаванов.

Сначала Анакин был уверен, что без труда сможет расправиться с дроидами, но очень скоро осознал, что недооценивал, сколь много значило во всех его предыдущих битвах присутствие рядом с ним учителя. И уже через несколько секунд понял: им предстоит очень нелегкое сражение.

Ферус оказался прав, и Анакин испытал крайне неприятное чувство, признаваясь себе в этом: они с Тру вдвоем действительно не справились бы со столькими нападавшими.

Налетчики бросили на них дроидов, а сами бежали под их прикрытием. Слишком занятые отражением массированной атаки, падаваны при всем желании не могли бы их преследовать.

– Мы должны держаться вместе, – прокричал Ферус, – Не позволяйте им разделить нас!

Ферус снова оказался прав. Только действуя как единое целое, они могли рассчитывать на победу в бою против пятнадцати дроидов. Они сражались бок-о-бок, нападая и отскакивая, стараясь почувствовать и согласовать свои ритмы и тактики. Анакин словно растворился в сражении.

Был только запах дымящихся дроидов, сияющая дуга меча. Его концентрация была совершенной: он видел все сразу – каждого из падаванов, тактику нападения каждого из дроидов, и то, что они сделают в следующий момент. Развалился на две части один дроид, пульт управления второго сплавило прямым ударом светящегося клинка…

Ферус поднырнул и проскочил под нападавшим дроидом, располовинив его ударом снизу. Тру развернулся и дал пинка ещё одному, в тот же момент мечом отсадив манипуляторы у второго. А Дарра, казалось, была повсюду; ее световой меч не останавливался ни на мгновение, кроша дроидов одного за другим в сплошном, казавшемся непрерывным движении. Она каждый раз приземлялась точно там, где планировала, готовая атаковать или прикрыть кого-то из них. На лице не отражалось усилия, только абсолютная концентрация. Кажется, она многому научилась от Соэры Энтаны.

И вот, наконец, все дроиды улеглись вокруг них вполне мирными дымящимися обломками. Падаваны почти без сил повалились на пол. Как же им не хватало сейчас их учителей!

– Мы все еще можем выследить налетчиков, – восстанавливая дыхание, проговорил Анакин, поднимаясь, – Пойдемте же!

– Подожди, – Ферус ухватил его за рукав, – Если мы сейчас погонимся за ними, то потеряем одну драгоценную возможность.

– Какую? Починить этих дроидов? – фыркнул Анакин.

– Информация. Это важнее всех налетчиков вместе взятых. В любом случае, что мы с ними будем делать, даже если поймаем? – ответил Ферус. Лучше опередить их в другом. И у нас есть более важные задачи. Вскоре начнется эвакуация, мы будем необходимы там.

– Это может оказаться тратой времени, – заспорил Анакин, – Мы сможем поймать налетчиков, если сейчас за ними погонимся! Я хочу, чтобы Оби-Ван знал, что я могу справиться с серьезной миссией!

– Ты хотел сказать, что хочешь помочь планете, – многозначительно заметил в ответ Ферус.

Анакин почувствовал, как вся кровь бросилась ему в лицо. Конечно, Ферус был прав. Правильный ответ джедая… Конечно же, самое главное – люди Рэднора, а не его желание впечатлить Оби-Вана. Кажется, он только что сморозил ужасную глупость; и ладно бы просто глупость – нет, он сказал то, что на самом деле было у него на душе. И меньше всего ему нравился тот факт, что Ферус, кажется, в большей степени, чем он сам, мыслит и действует как джедай.

– Что ты предлагаешь, Ферус? – с любопытством спросила Дарра.

– Мы должны исследовать их притон, – объяснил тот, – У меня такое чувство, что мы здесь найдем немало интересного.

– Что именно? – пробурчал Анакин, – Кучу барахла?

Дарра проигнорировала его замечание.

– Помните, что мы слышали? Эвемор, Экади, Монтвин – похоже на названия улиц. Они не просто грабят что придется. У них есть план.

Ферус кивнул:

– И если мы выясним, каков их план, то сможем быть на один шаг впереди, а не позади их!

– Наверняка здесь остался какой-нибудь датапад, – вставая, проговорил Тру, – Они удрали слишком поспешно, чтобы успеть уничтожить свои базы данных.

Анакин тащился позади всех. Ему просто зудело броситься в погоню за грабителями. Возможность действовать всегда успокаивала его. Казалось, ему было необходимо двигаться… Другое дело, что он понимал – иногда лучше всего ждать.

А еще, его совсем не радовало, что эта идея принадлежала Ферусу…

Он знал, что сказал бы Оби-Ван. Не имеет значения, кто что предложил. Целью является результат. Обида и негодование – это проявления эгоизма. Да, он знал всё это, но это знание почему-то совсем не помогало…

Эмоции неизбежны, – сказал бы Оби-Ван. Почувствуй – и позволь уйти.

Анакин стиснул зубы. Я стараюсь, учитель.

– Здесь! – воскликнула Дарра, – Я нашла их голофайлы!

Файлы были спрятаны в контейнере, точно таком же, как и бессчетное количество других, стоящих вдоль стен.

– Как ты их нашла? – удивился Анакин.

Дарра уже изучала файлы.

– Я подумала, что они просматривали эти файлы, когда говорили между собой. Небольшая задержка перед тем, как они напали на нас, скорее всего означала, что они прятали датапад. А значит, они спрятали его где-то рядом с тем местом, где разговаривали.

– Хорошая логика, – восхитился Тру.

Падаваны склонились над файлами, которые просматривала Дарра.

– Это же опись имущества и активов частных лиц, – сказал Анакин, – Как они смогли получить их?

– Посмотрите-ка сюда, – проговорил Тру, – Здесь гриф АКШ!

– Антикризисный Штаб, – пробормотала Дарра.

– Эти базы данных были составлены для того, чтобы даже при эвакуации всех жителей планеты остались данные об оставленном ими здесь имуществе, – объяснил Тру, – Это делается для того, чтобы потом была возможность вернуть его им, или же компенсировать утраченное.

– А налетчики, видимо, украли эти файлы, – добавил Ферус.

– Или подкупили кого-то из Антикризисного Штаба, – покачала головой Дарра, – Посмотрите-ка. Это то, о чем они говорили. У них есть список очередности проведения эвакуации.

Первая группа, которая будет эвакуирована – это квартал – или блок! – между Эвемор и Экади. Как только жителей этих кварталов эвакуируют, налетчики отправятся туда грабить их дома.

Тру тихо присвистнул.

– Это же целая организованная система! Но зачем они грабят, ведь…

– Хочешь простой ответ? – пожала плечами Дарра, – Потому что могут.

Анакин кивнул.

– Город разваливается, и у них есть такая возможность. Но они что – рассчитывают вернуться на планету после, или же надеются вывезти всё это? Контрабанду на борту эвакуационного корабля не провезешь, взять с собой разрешено только то, что можно унести в руках.

Тру глубокомысленно почесал ухо.

– Там ещё упоминались какие-то "они", которые должны "поторопиться с вывозом" Кто эти "они"?

– Значит, они имеют контакт с кем-то, кто готов помочь им с вывозом контрабанды, – нахмурившись, сказал Ферус.

Дарра смотрела на датапад, на лице – синие отсветы от экрана.

– Важно то, что они имеют доступ ко всем материалам по эвакуации, даже самым засекреченным, – проговорила она, – Это значит, что им помогает кто-то из самой верхушки.

– Ладно, по крайней мере, мы теперь точно знаем, что нам делать дальше, – отозвался Анакин, – Мы должны выяснить, кто.

Он взглянул на Феруса. Он ожидал, что тот начнет спорить, но Ферус только кивнул.

– И почему, – добавил после паузы, – Это может оказаться ключевым вопросом.

Глава 9

Их работа была не столько трудной, – подумалось Оби-Вану, – сколько рвущей сердце бесконечностью беды…

Они с Сири шли, казалось, по безжизненной пустынной планете. Да, были здания. Дома. Офисы. Магазины – но жуткое отсутствие живых существ превращало город в призрак.

Они находили мертвых, и находили ещё живых. Доставляли больных в переполненный медцентр, где лечение лишь замедляло процесс умирания… Кьюри надеялась, что медикаменты дадут хоть какое-то улучшение, но этого не происходило. Болезнь не поддавалась. Время от времени они встречали Рай-Гоула и Соэру – и лишь приветственно кивали друг другу. О чем было говорить?

Была только смерть, смерть и смерть.

Пока с новой партией больных на борту в который уже раз летели в медцентр, Сири наблюдала, как Оби-Ван деактивирует комлинк после очередной неудачной попытки связаться с Анакиным.

– Ты волнуешься, – заметила она.

Оби-Ван тщательно взвесил в уме ответ. Ему не хотелось, чтобы Сири подумала, что он не верит в Анакина. Как ей понять? Ее падаваном был Ферус, сильный и беспроблемный ученик Храма. Но никто не понимал так, как понимал он сам его собственного падавана – блестящего, открытого – и отчаянно заморочного…

Да, все так, я волнуюсь, – подумалось Оби-Вану, – Но признаться в этом я могу только самому себе. Не о том, что он потерпит неудачу или подведет Орден – нет, совсем не об этом. А о том, что он может взяться за слишком сложное дело. Или зайти слишком далеко. Или решить, что может справиться с тем, что на самом деле ему ещё не по силам.

– Я предпочел бы, чтобы он был рядом со мной, – проговорил он, – И только.

Сири кивнула, но в ярких синих глазах промелькнуло что-то, похожее на скептицизм. Она поняла, что он сказал ей не всё. Оби-Ван отвернулся. Давние друзья, видящие тебя насквозь – это хорошо, но иногда тяжеловато…

Внезапно они услышали приветствие и увидели Кьюри, идущую к ним от мед-центра. Её глаза за прозрачным пластиком маски были покрасневшими от усталости.

– С вами хочет поговорить посол планеты Эйвон, – сказала она, – Его зовут Дол Хип. Он, так же как и вы, оказался здесь в ловушке – он прилетел сюда незадолго до выброса токсина. Он был в био-костюме, поэтому не пострадал, но теперь не может покинуть Закрытый Сектор. У него есть для вас какое-то предложение.

– Эвон – планета в вашей системе? – переспросил Оби-Ван. Он помнил, что планета с таким названием располагалась в дне перелета от Рэднора.

Кьюри кивнула.

– Он ожидает Вас. Вы можете воспользоваться моим офисом.

Вслед за Кьюри они прошли в её "офис" – небольшой загроможденный кабинет. В углах лежали скатанные матрасы, одеяла, на длинном столе – пищевые контейнеры.

Очевидно, врачи и санитары использовали офис, чтобы наспех поесть и отдохнуть, когда представлялась такая возможность.

Дол Хип поднялся, когда они вошли. Высокий, с большой круглой головой, он был одет в такой же, как и на них всех, костюм био-защиты. Только поверх него он зачем-то нацепил роскошный плащ из септашелка; вид в результате получился довольно комичным.

Он поклонился.

– Встреча с джедаями – большая честь для нас, – его голос казался слишком громким, разносясь в тишине мед-центра. Сири и Оби-Ван поклонились в ответ, – Весьма прискорбно, что наша встреча омрачена столь тяжкими обстоятельствами, – продолжал он, – Встреча с представителями Правительства планеты оказалась ля нас невозможной; Джедаи – единственные, к кому мы можем обратиться с нашим предложением.

– Итак? – с вежливым полупоклоном спросила Сири.

– Эйвон скорбит о трагедии, произошедшей с нашим соседом, – проговорил Дол Хип, скорбно понизив голос. Его выпуклые глаза внимательно смотрели на них из-под маски, – Мы слышали, что мест на кораблях не хватит на всех.

– Это только слухи, – возразил Оби-Ван, – И они не соответствуют действительности.

– Что вы говорите! Но в случае каких-либо нестыковок, Эйвон готов послать к Рэднору целую флотилию, чтобы вывести с планеты как можно больше больных. Мы позволили себе без согласования привести флот на орбиту Рэднора, и ждем лишь вашего распоряжения. И, конечно же, нам будет нужна помощь джедаев в организации и координировании спасательной операции.

– Это благое и щедрое предложение, – сказал Оби-Ван, – Но в дополнительных кораблях с Эйвона нет необходимости. На кораблях, отправленных Сенатом, достаточно места.

– Жители Рэднора, кажется, не очень в это верят, – возразил Дол Хип, – И людям будет только спокойнее, если они будут знать, что прибудет гораздо больше кораблей.

В этом Дол Хип был прав. Даже только слух о втором флоте, идущем на помощь, мог успокоить население и дать людям надежду. Но Оби-Вану было не по себе. И уж подавно он не собирался принимать предложение, пока не узнает всю его подоплеку. Он бросил быстрый взгляд на Сири – и увидел в её глазах такое же сомнение.

– Мы вернемся к этому разговору через короткое время, – сказал он.

– Моя планета ценит вашу готовность рассмотреть наше предложение, – ответил Дол Хип, и, еще раз поклонившись, покинул комнату.

Оби-Ван повернулся к Сири:

– Что ты об этом думаешь?

– Что-то здесь не так, – отозвалась она, – Есть у меня такое чувство… – ее синие глаза вдруг блестнули так, как он не видел со времени их прибытия на Рэднор, – Я, право же, доверяю своим ощущениям, но ты же знаешь, как порой приятно подкрепить их фактами!

– Что ж, пока у нас нет фактов, не будем торопиться с решением, – согласился Оби-Ван, – Мы должны всесторонне изучить это предложение.

В дверь кабинета просунулась голова Кьюри:

– Вы уже закончили с переговорами? А то у меня здесь несколько врачей, которые просто свалятся с ног, если не отдохнут и не пообедают.

– Пусть заходят, – кивнула Сири, – Кьюри, а что вы знаете о Доле Хипе?

Кьюри попыталась почесать в затылке поверх шлема био-костюма:

– Немного. Но то, что я знаю, доверия у меня не вызывает. Рэднорианцы вообще не доверяют жителям Эйвона, зная тех как агрессоров и колонизаторов. Я давно взяла за правило не иметь с ними никаких дел; и не стала бы продавать им оружие. Другое дело, что найдется немало таких, кто будет – и даже на Рэдноре… – её лицо изменилось, – Было немало таких, – закончила она тихо.

– Эйвон предлагает флот эвакуационных кораблей для Рэднора, – объяснил ей Оби-Ван, – Но мне кажется, мы не должны принимать это предложение за чистую монету.

Кьюри выглядела озадаченной:

– Что вы предполагаете?

– Это может оказаться чем угодно. Прикрытием для запланированного захвата планеты, например, – предположила Сири.

Кьюри раздумчиво нахмурилась:

– Зачем им планета, где и дышать-то без маски невозможно?

– Хороший аргумент, – согласился Оби-Ван, – Но, возможно, Эйвон хочет не захватить планету, а какое-то время похозяйничать в ваших секретных лабораториях. Информация бывает куда дороже земли.

Но в глазах Кьюри читалась только бесконечная усталость, это новое известие словно пригнуло её к земле.

– Я не могу думать ещё и об этом, – бессильно покачала она головой. Слишком много забот даже с одними больными.

Сири успокоительно коснулась её плеча рукой в био-перчатке:

– Ничего. Мы сами справимся с этим.

Кьюри кивнула и удалилась, а Оби-Ван и Сири направились к выходу из медцентра: они надеялись, что выяснение кое-каких подробностей об Эйвоне не окажется пустой тратой времени. И пусть предложение казалось простым актом доброй воли со стороны соседей, Оби-Ван побывал на достаточно многих миссиях, чтобы знать, за сколькими завесами лжи может быть скрыта правда…

Глава 10

Падаваны направлялись в Чрезвычайный штаб, когда Ферус вдруг остановился. Все остановились тоже, Анакин едва не врезался в Дарру и раздраженно отстранился.

– Прежде, чем мы встретимся с Галеном, я хочу предложить следующее: говорить с ним будет только кто-то один из нас, – сказал Ферус, _- Нам не нужно, чтобы он решил, что мы обвиняем его или пытаемся запугать. Разговор должен быть тщательно продуман.

– Это должен быть ты, Ферус, _- сказала Дарра, – У тебя больше всех опыта.

Ферус кивнул:

– Хорошо.

Подождите-ка секундочку. А как обстоит у меня с правом голоса? – задался вопросом Анакин, – Что на этот раз случилось с джедайским взаимодействием и сотрудничеством?

Но и Тру поддержал эту идею, так что Анакин счел за благо тоже кивнуть.

Так, с Ферусом во главе, они проследовали в бывшую приемную в полном составе сбежавшего с планеты Министерства – приемную, ставшую теперь Антикризисным Штабом.

В бывшей приемной тускло светились экраны мониторов, Гален на специальном репульсорном кресле перемещался от одного из них к другому, сверяя списки.

– Как обстоят дела с подготовкой эвакуации? – вежливым тоном спросил Ферус, когда они вошли и поприветствовали Галена.

Тот в задумчивости взъерошил рукой волосы:

– Так много мелочей и деталей, которые надо учесть. А у меня практически нет помощников.

– Мы были бы рады помочь вам, – отозвался Ферус, – Сколько сотрудников есть сейчас в вашем распоряжении?

– Один я, – ответил Гален, – Штат был немалым, но все они убрались с планеты вслед за правительством, – он нетерпеливо взглянул на падаванов, – Я справлюсь здесь сам. А вы продолжайте патрулировать улицы, или что там ещё, что вам было поручено, – и он отвернулся от них к монитору, так, будто они были непослушными детьми, помешавшими ему работать.

– Вы можете сказать нам, кто имеет доступ к этой информации? – спросил Ферус, и Анакин поразился его по-прежнему вежливому тону. Как его только хватало на это после того пренебрежения, с которым Гален говорил с ними?

– Доступ имели высшие министры правительства, – не обернувшись, ответил Гален, – Теперь имею я. Что с того?

– Мог ли кто-то из них разгласить эту информацию? – не отставал Ферус.

Гален утомленно вздохнул и развернулся к ним вместе со стулом:

– Конечно же, нет. Это же сверхсекретная информация. Если бы люди знали, в каком порядке они будут эвакуированы, это могло бы повлечь за собой массовое насилие. Оказавшиеся в конце списка постараются прорваться вперед… Я буду оглашать списки лишь по мере прибытия кораблей, – и тут он впервые за время разговора с интересом взглянул на джедаев, – Послушайте, если что-то не так, вы должны сказать мне. Я отвечаю за безопасность города. Конечно, мне не нужно лишней работы, но я здесь единственный, кто хоть как-то владеет ситуацией…

– Боюсь, что у нас есть причина подозревать, что эвакуационные списки все же оказались у бандитов, – ответил Ферус, – Мы полагаем, они планируют обчищать дома тех, кто будет эвакуирован.

Взгляд Галена стал острым:

– Вы уверены в этом?

Ферус кивнул, и Гален покачал головой:

– Что ж, с другой стороны, хотя бы их жизни останутся при них.

– Но они вернутся на пустое место, – возразила Дарра.

– Если мы в принципе сможем вернуться, – взгляд Галена блуждал где-то далеко, – У меня такое чувство, что наша планета навсегда потеряна для нас.

– Вы не можете знать этого наверняка, – ответил Ферус, – Токсин через какое-то время может саморазрушиться.

– У нас не будет времени изучить этот вопрос, – взъелся Гален, – Или вы думаете, что у нас и без этого мало дел?!

– Мы же не обвиняем Вас, – примирительно проговорил Ферус.

– Возможно и нет. Но Вы тратите впустую мое время. Моя задача – спасти как можно больше жизней, – и Гален резко отвернулся обратно к экрану.

– Мы должны выяснить, кто передал бандитам эту информацию, – решительным тоном заявил Анакин. У него уже больше не хватало терпения выслушивать всю эту дипломатию, разведенную Ферусом. Дипломатичность вообще была его слабым местом… – Кто бы это ни был, он раскачивает и без того шаткую ситуацию на планете. Я бы не назвал это тратой времени. А вы?!

– Эй, ребенок, совсем незачем вцепляться мне в глотку, – Гален шутя выставил руки, словно защищаясь, – Послушай, я был бы рад помочь. Но я не представляю, как можно узнать, кто передал им списки. Часть бывшего правительства осела на Корусканте, другие подались кто куда, чтобы спокойно пересидеть эту беду, – он, вдруг нахмурясь, обвел их взглядом, – Не думаете об отлете на Корускант теперь, когда вы лишились ваших наставников?

– Мы не лишились их! – взвился Анакин.

– Нет, мы не уезжаем, – спокойным голосом перебил его Ферус, – Мы останемся до завершения эвакуации. Не волнуйтесь за нас. Нам уже пришлось столкнуться с дроидами – и мы сумели уничтожить многих из них.

– Вы, дети? – Гален взглянул уже с неподдельным интересом, – Да, возможно, мне придется пересмотреть…

Его прервал внезапно оживший коммуникатор. Сначала были слышны лишь шумы и гул, потом чей-то голос вызвал на связь Галена. Тот в момент оказался рядом:

– Гален на связи. Гален на связи. Принимаете меня?

– Корабли… эвакуация… технические проблемы… – слова еле прорывались сквозь треск в эфире, – Задерживается… Принимаете?

– Вылет кораблей отложен?! Как надолго? – в отчаянии пытался прорваться сквозь помехи Гален, – Как надолго?!

Но коммуникатор уже отключился.

Побледневший Гален повернулся к падаванам:

– Это была прямая линия связи с эвакуационными кораблями Сената. Даже кратковременная задержка будет фатальной. Ветер переменится в ближайшие двенадцать часов. Без этих кораблей мы все покойники.

Глава 11

А в Закрытом Секторе четверо мастеров-джедаев собрались недалеко от медцентра, чтобы обсудить сложившуюся ситуацию. Предложение Дола Хипа не вызывало доверия и у Соэры с Рай-Гоулом тоже.

– Планета сейчас чрезвычайно уязвима, – заметила Соэра, – А оставшиеся в живых захотят вернуться сюда, если, конечно, это будет возможно. И они должны вернуться в сохраненные дома и офисы.

– Ну, это уже следующая по счету задача, – рассудительно заметила Сири.

Рай-Гоул кивнул.

В этот момент они увидели Кьюри, спешащую к ним от медцентра.

– Эвакуационные корабли вышли на связь, – проговорила она, – Были помехи, но понятно было одно – их приход откладывается. Я не знаю, как надолго.

Джедаи переглянулись. Оби-Ван достал комлинк и снова попытался вызвать Анакина, и снова безрезультатно. Оби-Ван раздраженно пихнул комлинк обратно в поясной карман. Сири внимательно посмотрела на него, затем повернулась к остальным.

– Вот теперь придется всерьез рассмотреть предложение Дола Хипа, – обеспокоено проговорила она, – Теперь от этого зависят слишком многие жизни.

– Да. Ветер должен перемениться уже в ближайшие двенадцать часов, – сказал Оби-Ван, – Решение нужно принять очень быстро.

– Между прочим, мы столкнулись кое с чем интересным, – сообщила Соэра, – Мы нашли кое-кого, на кого токсин не подействовал.

Усталость на лице Кьюри вмиг сменилось на живейший интерес:

– Что вы имеете ввиду?

– Рэднорианец по имени Уилк два дня назад пробрался в Закрытый Сектор: у него здесь осталась жена. Пробрался без специального костюма. Его жена умерла, а он сам абсолютно здоров.

– И вообще никаких признаков заболевания? – потрясенно спросила Кьюри, – Вы уверены?

– Мы привезли его сюда, – ответила ей Соэра, – Мы как раз собирались найти вас и сообщить эту новость.

– Мы должны обследовать его, – взволнованно проговорила Кьюри, – Возможно, это какой-то вид приобретенного иммунитета. Это могло бы помочь нам! – она нахмурилась, – Только вот специалистов у меня здесь всего ничего… И сама я давно не занималась исследовательской работой. Но мы должны исследовать этот феномен.

– Времени на это совсем мало, – ответил ей Оби-Ван. Она улыбнулась – кажется, впервые за все это время:

– Тогда я не буду терять его попусту! – и почти побежала обратно в клинику.

– Джедаи! Как я рад, что нашел вас! – раздался вдруг звучный голос позади них. Это был Дол Хип. Все вежливо раскланялись.

– Вы не вернулись для продолжения разговора, как обещали, – сказал Хип, – Почему?

– Мы были заняты больными, – ответила Сири.

– Но вы должны быть заняты тем, чтобы вовремя эвакуировать людей, – с упреком заметил Дол, – Наша планета сделала такое щедрое предложение, и, тем не менее, вы игнорируете нас. А теперь мы слышим, что прибытие эвакуационных кораблей отложено на неизвестное время. А вы все равно отказываетесь рассмотреть наше предложение? – лицо Дола Хипа пошло гневными красными пятнами, – Чем мы заслужили такое? Если вы не позволите нашему флоту приземлиться, Сенат узнает об этом!

– Мы как раз шли к вам, – спокойно отозвался Оби-Ван, никак не отреагировав на резкий тон посла, – Чтобы сказать, что мы с благодарностью принимаем ваше предложение о помощи.

Необходимость принятия такого решения совсем его не радовала, но Сири была права: жизнь всей планеты сейчас висела на волоске… Но Джедаи теперь должны были последить, чтобы эйвони не добрались до знаменитых лабораторий Рэднора – и ещё бы знать, как они смогут этому помешать!. Корабли явно задерживались на несколько дней – у Эвони будет более чем достаточно времени для налета на лаборатории…

– Это уже куда лучше, говорим мы, – удовлетворенно сказал Дол Хип, – Мы дадим приказ кораблям-челнокам на приземление в обоих Секторах. Доставив граждан на челноки с помощью спидеров, транспортируем их на орбитальные корабли, а потом переправим их всех на Корускант. Видите – мы готовы предоставить нашим друзьям рэднорианцам все, что имеем!

И Дол Хип поспешно удалился, полы плаща летели за ним, раздуваемые ветром.

– Ох, надеюсь, что мы об этом не пожалеем, – с сомнением проговорила Соэра.

– Да, – кивнул Оби-Ван, – Но, похоже, это единственное решение при данных обстоятельствах.

Сири вытащила свой комлинк. Ко всеобщему удивлению, они ясно услышали голос Феруса:

– Да, учитель!

– Ферус! Мы узнали, что прибытие эвакуационных кораблей откладывается…

– Мы тоже уже знаем это. И, учитель…

– Одну минуту, Ферус, – перебила его Сири, – Это важно. Корабли Эвона прибудут сюда в самые ближайшие часы. Они перевезут рэднорианцев на корабли, находящиеся на планетарной орбите, и оттуда доставят в безопасное место. Так что нет никакой причины для паники. Ты слышишь меня?

– Да, учитель. Но мы боимся, что кто-то… – треск помех, и комлинк замолк. Джедаи переглянулись, всем четверым было неспокойно.

– Парень был здорово взволнован, – заметил Оби-Ван.

– Да, – спокойно согласилась Сири, – Это верно.

– Что-то не так в Чистом Секторе, – пробормотала Соэра, – Я чувствую это, но не могу понять, что именно… Джедаи посмотрели друг на друга. Да, они все чувствовали то же самое.

– Я согласна, – сказала наконец Сири, – Но нам остается только верить, что наши падаваны смогут с этим справиться.

Обычно спокойная Соэра выглядела неуверенной.

– Это первая миссия Дарры.

– У Феруса достаточно опыта в преодолении сложных ситуаций, – отозвалась Сири, – Остальные последуют за ним.

Только не Анакин, – подумалось Оби-Вану. Он чувствовал ту неприязнь, которую его падаван испытывал к Ферусу. До сих пор это не слишком волновало его. В этом возрасте чувство конкуренции было вполне обычным и естественным. Мальчишка подрастет – и это пройдет. Когда-то Оби-Ван чувствовал то же самое к Сири, а теперь очень ценил её дружбу.

Но Анакин был слишком юн. Сможет ли он сам преодолеть свою неприязнь, действовать в группе, исходить из общих целей? Не превратится ли скрытая неприязнь в открытый конфликт? Эти сомнения не покидали его все это время.

– Они все просто молодцы, каждый по-своему, – уверенным голосом заявила Соэра, – И вместе они будут только сильнее.

– Но они не джедаи, – тихо проговорил Рай-Гоул, – Пока ещё не джедаи.

И эти тихие слова обычно молчаливого джедая словно подвели итог их мыслям. И их страхам…

Глава 12

Ферус был прав. Ферус всегда был прав… Кроме тех случаев, когда он был неправ.

Анакин вместе с остальными быстро шел улицами Такто. Новость о задержке прибытия кораблей уже каким-то образом просочилась в город.

Оставшиеся в городе патрули запрашивали помощь. Беспорядки вспыхнули вокруг последнего уцелевшего магазина, торговавшего костюмами био-защиты.

Мчась по улицам, Анакин продолжал прокручивать в голове недавнюю сцену с Галеном. Вежливый разговор, который затеял Ферус, не привел их ровным счетом ни к чему. А как только Анакин добился хоть какого-то прогресса, Ферус тут же прервал его.

– Ты хорошо сработал там, с Галеном, – сказала Дарра Ферусу, – Думаю, я на твоем месте не смогла бы сдержаться.

– Нам не было смысла раздражать его, – ответил Ферус, – Он все еще остается для нас ценным источником информации.

Анакин фыркнул:

– Тот ещё источник! Он же ничего нам не сказал. Пообщался, словно с малыми детьми… А вы готовы с ним цацкаться!

Ферус, не сбавляя шага, холодно взглянул на него сверху вниз. Анакин горько пожалел, что был ниже ростом.

– Тебе он тоже ничего не сказал.

– Он собирался, – возразил Анакин.

– Так, ты у нас можешь видеть будущее? – поинтересовался Ферус, – Хм, весьма необычно для падавана!

Дарра хихикнула, Анакин сердито вспыхнул.

– Как можно дольше нужно обойтись без того, чтобы доставать световые мечи, – перевел тему Тру. Все трое посмотрели на него, – Мы сможем погасить эти волнения мирным путем, – сказал он.

Теперь они уже слышали впереди рев толпы. Они побежали вперед ещё быстрее. Здесь уже было жарко. В ход уже пошли бластеры, на мостовой корчились первые раненые. Самые шустрые уже сумели прорваться внутрь склада, но добытые био-костюмы были разорваны в клочья схватившимися из-за них жителями. Владелец магазина с усилителем в руках отчаянно старался утихомирить толпу.

– Костюмов больше нет! – кричал он, – Нету больше костюмов! Идите по домам! Магазин пуст! И склад тоже пуст!

– Мы должны добраться до микрофона, – проговорил Анакин.

– Световые мечи не доставать, – предупредил Ферус, – Мы сможем решить дело миром, если сами сохраним спокойствие!

Ну что ты будешь делать, снова он взялся командовать! – Анакин отвернулся от него и привычно ввинтился в толпу. Дарра, Тру и Ферус пытались успокоить народ и разнять вспыхивающие то там то здесь драки. Порой это было трудно сделать, не причинив никому вреда.

Анакин наконец добрался до перепуганного хозяина магазина.

– Мне нужен микрофон, – сказал он ему, – Я знаю, как успокоить толпу.

Тот не замедлил протянуть ему нехитрое устройство:

– Держи. Все, что хочешь!

Анакин взял микрофон и сказал, стараясь, чтобы голос звучал уверенно, ясно и четко, перекрывая вопли толпы.

– Эйвони предожили свои корабли для эвакуации. Их целый флот, и сейчас они выходят на орбиту вокруг Рэднора. На этих кораблях достаточно места для всех. Каждый из вас будет эвакуирован ещё до того, как переменится ветер!

Передние ряды рэднорианцев услышали его; крики прекратились, люди принялись обсуждать между собой эту новость. Анакин снова и снова повторял сообщение.

И, постепенно, толпа начала успокаиваться.

– А как мы узнаем, когда и где? Как все будет организовано? – прокричал кто-то из первых рядов.

– За вами прибудет специальная эвакуационная команда, – объявил Анакин, – Но это означает, что вы должны вернуться по домам!

Медленно-медленно, толпа начала рассеиваться. Волнения были остановлены, но вот бизнес владельца дома, кажется, был уничтожен. Словно насмешка, болталось на ветру полуоторванное объявление: "КОСТЮМЫ БИО-ЗАЩИТЫ – 5000 КАРСЕМОВ" – Он заслужил это, – сказала Дарра, провожая глазами сорванный-таки ветром лист, улетающий по улице, – Нашёл, на чем наживаться.

– Жаль, что не удается связаться с нашими учителями, – пробормотал Тру, – Они наверняка знают, когда и куда прибудет флот с Эйвона. Мы должны дать рэднорианцам больше информации.

– Я думаю, что мы должны посмотреть коммуникационную систему, – сказал Анакин, – Возможно, есть способ восстановить её, или хотя бы сделать дублирующую систему достаточного радиуса, чтобы связаться с другим Сектором.

Ферус покачал головой:

– Мы не сможем восстановить общепланетарную систему, – сказал он, – Слишком большие атмосферные помехи.

– Мы же не знаем этого наверняка, – возразил Анакин, – Стоит попробовать. Мы же должны как-то согласовать действия с другим Сектором.

– Всё те же и о том же, – проговорила Дарра, переводя взгляд с Феруса на Анакина и обратно, – Вы, двое, можете хоть в чем-то придти к соглашению?

Анакин взглянул на Тру, сейчас он отчаянно нуждался в поддержке.

– Я тоже думаю, что стоит попробовать, – сказал Тру.

– Почему бы и нет? – согласилась Дарра, – Мы все равно сейчас в тупике.

Ферус кивнул:

– Хорошо. Но в то время как вы с Тру будете заниматься коммуникационной системой, мы с Даррой должны выяснить как можно больше насчет тех дроидов. Возможно, если мы узнаем, как они были украдены, мы сможем больше узнать и о налетчиках. А ещё меня беспокоит вопрос, кто стоит за всем этим.

– Как и меня, – тихо сказал Анакин, – Как и всех нас.

Два команды разделились. Анакин и Тру направились обратно в Штаб: для того, чтобы получить доступ в коммуникационный центр, необходимо было разрешение от Галена.

– Почему нет? – махнул рукой Гален, – Нашим специалистам ничего не удалось сделать. Попробуйте вы.

Анакин и Тру вошли в коммуникационный центр.

– Спасибо, что поддержал меня, – сказал Анакин, – Ты заметил, как Ферус пытается все взять в свои руки?

– Нет, – ответил Тру, – Но я заметил, что у него было несколько удачных идей. Как и у тебя.

– Ну ладно, просто я не люблю, когда мной командуют, – буркнул Анакин.

Тру искоса взглянул на него:

– Э-эй, это же не игра в сабаак, Анакин! Счет не ведется. Мы все только стараемся сделать все наилучшим образом.

– Ну не нравится мне то, как он это делает! – вздохнул Анакин.

Тру покачал головой:

– Ты делаешь то же самое, Анакин. Вы просчитываете действия на шаг вперед. Выдаете идеи. У вас двоих самый большой опыт из всех нас. Это естественно. Мне нравится Ферус. И ты ничего бы не имел против него, если бы не воспринимал его настолько в штыки. У него много друзей…

– У него нет друзей. У него есть почитатели, – пробурчал Анакин. Их разговор чем дальше, тем меньше ему нравился, поэтому он замолчал и принялся изучать пульт.

– Все очень миленько, а главное – совершенно стандартно, – проговорил Тру, вглядываясь в большой голофайл, – Посмотри, я нашел общую схему системы. Думаю, мы сумеем точно определить, в чем здесь проблема. Но вот отладить – это другой вопрос.

– Дай-ка я сначала проверю диапазоны, – проговорил Анакин. Он склонился над пультом, пальцы летали над клавишами.

Он был рад, что намного превосходил остальных в знании разной техники. Он никогда не довольствовался только тем, что полагалось знать по общей программе подготовки. Ему надо было знать, как работают все до единого приспособления, устройства и конструкции в Храме.

Анакин попытался отправить несколько сообщений, потом ещё раз перепроверил систему, ища место, где произошел сбой – и озадаченно нахмурился.

– Я тоже ничего не понимаю, – покачал головой Тру, – Бессмыслица какая-то. Если токсин создает помехи в атмосфере, то датчики должны были зарегистрировать эти помехи. Дополнительную активность…

– Я проверил все, – сказал Анакин, щелкнув ещё по нескольким клавишам, – Система должна работать.

– Но она не работает, – закончил фразу Тру, – Нет оснований не верить датчикам, пусть даже повреждена система.

– Датчики не лгут, если они не сломаны, – уверенно заявил Анакин, – А они не сломаны… – он развернулся и встретился взглядом с тревожными серебристыми глазами Тру.

– Нет, – пробормотал Тру.

– Да, – сказал Анакин, – Какая ещё может быть причина? Коммуникационная система вышла из строя не из-за помех в атмосфере. Она выведена из строя специально.

Тру потрясенно присвистнул:

– Что означает, что кто-то где-то хочет отрезать планету от остального мира, что подразумевает лишь одно…

– Вторжение, – сказали они оба в один голос.

Глава 13

Кьюри спала за столом в своем кабинете, уронив голову на руки; перед ней лежал датапад, чуть дальше – нетронутая пластина пайка.

Оби-Ван и Сири остановились, не решаясь войти. Если Кьюри наконец-то позволила себе отдохнуть, то они меньше всего хотели её тревожить.

Но она каким-то образом почувствовала их присутствие.

– Мы ничего не смогли найти, – не открывая глаз, проговорила она, – Что бы там ни делало Уилка невосприимчивым к токсину, мы так и не поняли, что это. Мы проверили всё.

– Мне жаль, – ответила Сири.

Кьюри открыла глаза, попыталась потереть лоб, но пальцы снова натолкнулись на пластик шлема, и она досадливо поморщилась.

– Есть ещё кое-что. Мы запросили в центральном компьютере лаборатории материалы по последним исследованиям. Пока мы ждали результатов, я просмотрела все материалы, могущие иметь отношение к этому токсину. Я уже делала это раньше, когда все только началось, но события развивались так быстро… у меня просто не было времени, чтобы изучить всё как следует. Так вот, в материалах исследования есть пробелы.

– Что вы имеете ввиду? – спросил Оби-Ван, – Исследования были неполными?

– Нет, – покачала головой Кьюри, – Исследования были достаточно полные. Просто сейчас отсутствует часть файлов.

– То есть возможно, что… – начала Сири.

– То, что этот несчастный случай на самом деле не был несчастным случаем, – закончила Кьюри.

Они оставили Кьюри, собиравшуюся снова вернуться в лабораторию, и продолжили собственные исследования. Оби-Ван взглянул на Сири.

– Челночные шлюпы Эйвани уже должны были приземлиться.

Она кивнула:

– Пойдем.

Флот Эйвана приземлился в Закрытом Секторе, в предместьях Аюбендо. Оби-Ван и Сири взяли аэроспидер Кьюри, который она предоставила им в пользование, и направились туда. Они остановили спидер за несколько сотен метров до приземлившихся кораблей, укрыв его за скалами.

Резкие порывы ветра поднимали клубы пыли, бросали в лицо песок, но костюмы хорошо защищали и от этой напасти.

Сверкающие черные суда приземлились здесь целой армадой. Несколько рабочих-эйвони в костюмах биозащиты хлопотали вокруг выводимых из грузового люка небольших шлюпов. Другие загружали в них какие-то контейнеры.

– Думаю, они собираются использовать шлюпы, чтобы переправить рэднорианцев из Аюбендо к кораблям, – пробормотал Оби-Ван, – Видимо, остальные корабли приземлились с другой стороны от энергошлюза, в секторе Такто.

– Тогда зачем они их загружают? – спросила Сири, – И зачем им столько контейнеров?

– Хороший вопрос, – согласился Оби-Ван, – Давай-ка подберемся поближе.

Под прикрытием скальных нагромождений они осторожно двинулись вперед, стараясь подобраться достаточно близко, чтобы увидеть, что было внутри шлюпов. Пока они прятались в тени крыла корабля, куда сумели пробраться, внезапно выдвинулся пассажирский трап, и по нему на землю спустился офицер-эйвони.

– Доложите о результатах! – услышали они приказ.

Один из рабочих поспешно подбежал к нему с датападом в руках. Оби-Ван взглянул на Сири. Без слов поняв друг друга, они незамеченными проскочили позади офицера на трап.

Коридор, ведущий внутрь корабля, был пуст. Они быстро пробежали по нему, и оказались в грузовом отсеке. Там не было ни шлюпов, ни офицеров, ни персонала. Никого. Оби-Ван шагнул к одному из отсеков, но тут же поспешил укрыться за стеной у дверного проема, так как дверь начала открываться. Осторожно заглянул внутрь. За дверью оказался обширный грузовой отсек, под завязку заполненный боевыми дроидами неприятно-знакомого вида…

– Те самые "экспериментальные образцы", с которыми нам пришлось повоевать в Чистом Секторе, – констатировала Сири, – И как, спрашивается, Эйвону удалось заполучить их, да ещё и в таком количестве?

Они шагнули в дверь, и в тот же момент замигал красный свет датчика.

– Ошибочка, – пробормотал Оби-Ван, – Похоже, мы только что активировали бесшумный сигнал тревоги.

И тут же взвыла сирена. ВТОРЖЕНИЕ! – сообщила система приятным голосом, – ВТОРЖЕНИЕ!

– Не такой уж и бесшумный, – мрачно проговорила Сири, – Давай-ка смываться, пока ещё можно.

Но, не успели они и обернуться, как ожила первая шеренга дроидов, за ней – вторая. Машинки, не теряя зря времени, тут же выстроились в боевую позицию, и отсек заполнился бластерным огнем.

Глава 14

Оби-Ван и Сири понимали, что против такого количества дроидов им долго не продержаться, к тому же в любой момент могли появиться штурмовики-Эйвони.

Вокруг них свистели бластерные выстрелы, и, в довершение, дверь отсека начала закрываться.

Отражая огонь, они стали отступать назад. Плотность огня была просто поразительной, отсек заполнился дымом. Защитные костюмы стесняли движения. Оби-Ван почувствовал, как один из зарядов прошел совсем близко, едва не задев его плечо.

– Оби-Ван! – крикнула Сири.

Двери закрывались, а они все ещё были слишком далеко от них.

Оби-Ван шагнул вперед и одним быстрым движением располовинил ближайшего дроида. Подхватил одну из половин и швырнул как раз вовремя, чтобы попасть в оставшийся зазор между закрывающейся дверью и стеной. Раздался режущий уши скрежет, дверь продвигалась, корежа металл. Но оставшегося промежутка вполне хватило для Сири. Оби-Ван, отражая плотный огонь бластеров, продрался следом за ней.

Дроиды решили не отставать. Оби-Ван кубарем выкатился в коридор, уворачиваясь от плотно летящих вслед зарядов. Один из дроидов уже пытался протиснуться в дверную щель. Оби-Ван и Сири не стали ждать. Под глухой стук ломящихся в почти закрывшуюся дверь дроидов они помчались к выходу. Офицер-Эйвони все еще был занят рабочими. Но вот он, кажется, получил сигнал от систем корабля, потому что обернулся и встревожено посмотрел в сторону входного люка.

– Вторжение! – крикнул он рабочим, – Оставьте шлюпы! Закрыть челночные корабли! Блокировать все грузовые отсеки!

Рабочие забегали. Костюмы био-защиты позволяли Оби-Вану и Сири передвигаться по площадке, не вызывая подозрений. Изображая бурную деятельность, они прошли вдоль корабля и, оказавшись вне поля зрения остальных, бросились за камни, добежали под их прикрытием до спидера и рванули прочь.

– По крайней мере, они нас не вычислили, – проговорил Оби-Ван, – И не узнали, что мы у них побывали.

– Но они поймут, что кто-то был на борту, когда найдут уничтоженных дроидов и разбитую дверь, – ведя спидер, проговорила Сири.

– Они могут решить, что это был сбой в системах дроидов, – пожал плечами Оби-Ван, – По крайней мере, первое время.

– Да, возможно. Итак, что мы имеем? – подвела итог Сири, – Если все их грузовые отсеки заполнены дроидами, то у нас большие неприятности. Чего я не понимаю – так это как они собираются доставить этих дроидов в Аюбендо. Ведь шлюпы они, как мне показалось, собираются использовать под груз.

– Я не знаю. Но я уверен в одном – покачал головой Оби-Ван, – Эйвони планируют вторжение. Это абсолютно ясно. Но у нас есть и более серьезная проблема.

Сири кивнула, ее ясные синие глаза помрачнели.

– То, что, возможно, мы будем вынуждены позволить им это…

Они нашли Рай-Гоула и Соэру у Кьюри, все трое изучали что-то на датападе, и выглядели серьезней некуда.

– Плохие новости? – спросила Сири.

– Нет, фактически, новости хорошие, – ответила Кьюри, – Просто очень уж озадачивающие. Мы обнаружили, почему Уилк оказался устойчивым к токсину. Он просто вообще не был заражен.

– Что вы имеете ввиду? – спросил Оби-Ван, – Он же безо всякой защиты пробрался в Закрытый Сектор!

– Точно. И он не заразился, – кивнула Кьюри, – Когда ни один из тестов не дал результатов, я провела полное исследование. Так вот, токсин имеет короткий период полураспада. Он уже слаб, и не представляет угрозы Чистому сектору.

– Вы абсолютно уверены в этом? – спросила Сири. Вместо ответа, Кьюри медленно стянула с головы шлем, потом высвободилась из остального био-костюма.

– Я хочу проверить это, – сказала она, – Остальные пусть остаются в защитных костюмах. Если я ошибаюсь, вы должны будете продолжить работу здесь.

Храбрость Кьюри поразила Оби-Вана.

– Если вы правы, – сказал он, – То мы подозреваем, что Эйвон пытается совершить захват вашей планеты.

– Подождите-ка, – сказала Сири, – Тогда они должны знать, что токсин уже не опасен! Это же ключ ко всей их операции. Они вывозят всех с планеты, а сами…

– Но Эйвони были в защитных костюмах, – заметил Оби-Ван. Сири пожала плечами:

– На случай, если их кто-то увидит. Как мы, например.

– Возможно, именно это и было в отсутствующих файлах, – проговорила Соэра, – Мог кто-то обойти вашу систему безопасности, Кьюри?

Несколько мгновений Кьюри молчала.

– Кьюри, времени на ваши колебания просто нет, – без церемоний сказала Соэра.

– Нет, наша система безопасности была первоклассной, – нерешительно сказала Кьюри.

– То есть сработал кто-то из внутреннего круга, – подвел итог Оби-Ван.

У Кьюри задрожали губы.

– Я хотела бы сказать "нет", но есть кое-что, чего я вам не говорила о Доле Хипе. Он связывался с нашей лабораторией не так давно. Он каким-то образом вызнал, что мы работаем над созданием нового оружия, использующего в качестве поражающего фактора этот токсин. Эйвони хотели купить технологию, хотели получить эксклюзивные права на неё. Они готовы были заплатить целое состояние.

Я была против – я уже говорила вам, что я думаю об Эйвони. Не говоря уже о том, что мы и близко не подошли к завершению нашего исследования. Но Гален считал, что бизнес есть бизнес.

Он говорил, что нужно торговать с кем угодно в Галактике – лишь бы они платили. В чем же дело теперь? У него было свое понимание бизнеса, мы с ним столько раз спорили и ссорились из-за этого! В конце концов, мы решили, что родственные отношения важнее бизнеса, так что Гален согласился со мной… Если честно, выбора у него и не было – он не смог бы управлять нашим научным центром, он исключительно ученый-исследователь, но никак не практик. Дол Хип был разъярен нашим отказом иметь дело с его планетой. Когда произошла утечка, я предполагала, что это было несчастный случай.

– А теперь? – подтолкнула Соэра замолчавшую Кьюри.

– И теперь я задаюсь вопросом, почему Гален не знал, что токсин имеет такой короткий период полураспада, – Кьюри вспыхнула, – Он же сам разрабатывал его. Как мог Гален сделать такую ошибку? Как он мог не знать?

– Я думаю, у вас уже есть ответ на этот вопрос, – сказал Оби-Ван, – Он знал.

Глава 15

Когда Ферус и Дарра пришли в ком-центр, они были потрясены известием, что коммуникационная система планеты была не повреждена токсином, а блокирована извне.

Дарра принялась нервно грызть кончик своей падаванской косички.

– Вы думаете, что это всё Эйвони?

Анакин и Ферус одновременно кивнули.

– Уверен, что это так, – сказал Ферус. Он поглядел на коммуникационный пульт, потом на Анакина и Тру.

– Вы оба отлично сработали. Я никогда не смог бы вычислить эту систему.

– Их план просто совершенен, – проговорил Тру, – Эвакуировать с планеты всех жителей – они с радостью примут это как помощь. А потом заходи и пользуйся.

Дарра поняла, что жевала свою косичку, и с отвращением отбросила её за плечо.

– То есть речь об очень простом перевороте.

– Вопрос в том, как теперь быть с эвакуацией? – спросил Анакин, – Мы должны сообщить эти новости Галену. Возможно есть способ задержать эвакуацию, пока мы не получим больше информации.

– Не торопись, – покачала головой Дарра, – Мы с Ферусом тоже кое-что обнаружили. Завод, выпускающий тот образец дроидов, с которым мы тут почему-то то и дело сталкиваемся, принадлежит Галену и его сестре Кьюри.

– И не слишком ли много совпадений – проколы системы безопасности на обоих предприятиях? – довершил Ферус. Он оседлал стул и теперь раскачивался на нем.

Тру отклонился назад, закинув ногу на ногу:

– То есть Гален мог иметь отношение к краже этих дроидов, – проговорил он, – Или даже к самой утечке токсина.

– Гален – или Кьюри, – сказала Дарра, – Или они оба. Или ни один из них. Это ведь мог быть кто-то из работавших у них – возможно, даже кто-то из ранее уволенных… Другими словами, предателем может быть любой на этой планете. И мы должны найти его меньше чем за час! Не так уж и много проблем для первой миссии! – и она снова схватилась за свою косичку.

Ферус наклонился, дотянулся до кармана Тру, вытащил пакетик леденцов и кинул несколько Дарре.

– Не волнуемся.

– Мы имеем лишь нити, но никак не полную картину, – сказал Анакин, – Наши учителя могут быть в опасности. Они ведь не знают, что Кьюри связана с выпуском этих дроидов. Она может быть опасна. Мы должны попасть в Закрытый Сектор и предупредить их!

– Погоди, – отозвался Ферус, нахмурившись, – Нам было приказано независимо ни от чего оставаться здесь. Нас учили доверять нашим учителям – это важная часть правил джедаев.

– Но обстоятельства изменились, – возразил Анакин.

– И второе – у нас нет защитных костюмов, – добавил Ферус.

Анакин задрал подбородок:

– Я не боюсь. Если мой учитель в опасности, я пойду. А вы можете оставаться здесь.

Кажется, впервые за эту миссию Анакин видел Феруса рассвирепевшим.

– Это не соревнование в храбрости, Анакин! Подумай-ка как джедай!

– Нечего мне приказывать! – взвился Анакин.

– Наша главная обязанность – безопасность жителей Рэднора! – отчеканил Ферус.

Дарра шагнула между ними:

– Так, феррокритовые лбы, успокаиваемся. Мы, как предполагается, работаем вместе – мы это ещё помним? Для рэднорианцев счет пошел на часы. Давайте-ка сконцентрируемся на этом.

– ЭТО ВСЁ ОН!!! – в один голос воскликнули Анакин и Ферус.

Дарра хихикнула:

– Ах, ну наконец-то вы хоть в чем-то сошлись во мнении!

– Анакин прав. Наши учителя могут быть в опасности, – проговорил Тру. Анакин собрался было встрять, но Тру остановил его, подняв руку, – Ферус тоже прав – мы должны думать как джедаи. А это означает, что мы должны доверять своим учителям. Мы не можем исключать, что они обнаружили ту же информацию, что и мы. Поэтому мы должны продолжить свою часть миссии. Но если мы должны будем отправиться в Закрытый Сектор, мы это сделаем. Но сейчас в этом нет смысла.

– Что ты предлагаешь? – спросила Дарра.

– Если рэднорианцы останутся на планете, они умрут, – ответил Тру, – Поэтому, мы должны позволить Эйвони вывести их с планеты. Но мы должны найти способ помешать вторжению.

– Четыре падавана собираются помешать вторжению, противодействуя целой планете? – поинтересовалась Дарра и поглядела на Феруса, – Если ты сейчас скажешь "не волнуемся", я тебя покусаю.

– Ладно, немножко можно, – хмыкнул Ферус.

За окном был виден информационный пункт, где население Чистого Сектора могло узнать о времени и месте эвакуации. Пока всё шло гладко. Но поскольку времени до перемены ветров оставалось все меньше, ситуация в любой момент могла измениться в худшую сторону.

– Наш первый шаг – проследить, чтобы эвакуация проходила мирно, – сказал Ферус, – Мы должны контролировать оба контрольно-пропускных пункта. Гален дал нам координаты обоих. Идемте.

Анакин тащился позади всех. Падаваны опять разделились на две команды, каждая отправилась к одному из пунктов эвакуации. Анакин снова оказался в паре с Тру. На их пункте пока все было спокойно. Списки жителей были на датападах, шлюпы ещё не прибыли, и им с Тру пока особенно нечего было делать. Анакин все никак не мог смириться с принятым решением.

– Мы должны выяснить, что происходит на самом деле, – с беспокойством сказал он Тру, – Послушай, ведь наши учителя действительно могут быть в опасности!

– Не в их привычках все бросить… – словно сам с собой, произнес Тру.

– Ты о ком? – не понял Анакин.

– О грабителях, – раздумчиво ответил Тру, – Вспомни те склады. Они многим рисковали, чтобы добыть все это. Помнишь мэниконов? Никакой вор не захочет бросить награбленное.

– Что ты о них так волнуешься? – спросил Анакин, – Они наименьшая из наших проблем.

– Возможно, они – часть нашей проблемы, просто мы этого не знаем, – задумчиво отозвался Тру, – Они имеют доступ к файлам эвакуации. Они были способны обойти системы безопасности и украсть боевых дроидов. Мы знаем, что они как-то связаны с Антикризисным штабом. Что, если… -… они связаны с Эйвони? – закончил фразу Анакин.

Тру пожал плечами.

– Возможно. Это стоит проверить. Глядя на жадность налетчиков, трудно предположить, что они улетят с планеты, бросив награбленные вещи…

– Ты прав, – взволнованно сказал Анакин, – Они могут вернуться к тому складу… – он взглянул на Тру, – Ферусу это не понравится.

– Как ты неоднократно говорил – Феруса никто не назначал нашим командиром, – сказал Тру. Так что пойдем.

Сердце Анакина взволновано колотилось, пока они с Тру бежали улицами к складу. Вот это было дело! Джедаи никогда не сидели, сложа руки, ожидая событий, чтобы уж тогда развернуться. Они сами формировали эти события. Хорошо хоть Тру понимал это!

Население Такто уже двигалось к эвакуационным пунктам, неся кто что мог унести. Большинство – с демонстративно подвешенными к поясу бластерами. Напряжение чувствовалось во всем. Каждый был твердо намерен обеспечить место на корабле для себя и своей семьи. Кажется, ни у кого не возникало и мысли помочь другим: каждый рэднорианец был целиком и полностью сосредоточен на его ли её месте на корабле, и на том, чтобы попасть туда так скоро, как только возможно.

Анакин не был уверен, что они с Тру смогут долго оставаться на складе. Они действительно не должны были оставлять свой пост. Темная муть в Силе обещала прорваться вспышкой насилия в любой момент.

Но им везло. Когда они скользнули внутрь склада, там обнаружился один из налетчиков. Он, торопясь, загружал грависани краденым. Из-за спешки получалось не лучшим образом; несколько дюрастиловых контейнеров вывалилось сзади, их содержимое рассыпалось по полу.

– Помочь? – зазвеневшим голосом спросил Анакин.

Они с Тру активизировали световые мечи прежде, чем грабитель успел распрямиться. Они уже поняли, что использовать мечи им не придется. Рэнорианец оказался невысоким, если не сказать – мелким. Какое-то время он потрясенно переводил взгляд с Анакина на Тру и обратно. Потом попытался изобразить улыбку:

– Привет. Я – Рууин. Мой приятель сказал мне, что некоторые его вещи остались на этом складе и дал мне ключ, так что я…

– Бросьте, – Анакин деактивировал меч, – Время не ждет. Эвакуация уже началась. Вы можете оказаться на борту судна… -… Или в камере предварительного заключения, – продолжил Тру.

– А здесь такая суета и неразбериха… Не исключено, что мы забудем выпустить вас оттуда до изменения ветра, – почесал затылок Анакин.

Глаза Руина испуганно забегали:

– Эй, стоп! Вы не сделаете этого! Вы же джедаи!

– Фактически, ещё нет, – заметил Анакин, – Мы только учимся.

– Действительно, – покивал Тру, – Мы ещё только узнаём правила.

– Ну-ка, дай вспомнить, – Анакин старательно хмурился, изображая тяжкую работу мысли, – Является ли нарушением правил джедаев оставить подозреваемого в тюрьме, если в атмосфере находится смертельный токсин? Что скажешь, Тру?

– Знаешь, кажется, я прогулял это занятие, – скорбно сообщил тот в ответ.

– Ну вы же умные парни, – задохнувшись от испуга, выговорил Руин, – Хорошо, хорошо, ладно. Что Вы хотите знать?

– На кого вы работаете? – спросил Анакин.

– Откуда я знаю?! Есть один парень… – рэднорианец, защищаясь, вскинул руки, когда Анакин и Тру шагнули к нему, – Я говорю правду! Мне заплатили и обещали долю. Имя этого парня – Нонс, если это вам чем-то поможет. Будь вы из Службы безопасности, вы бы знали, о ком идет речь. Он большую часть своей жизни провел если не в тюрьме, то в бегах. Кто-то нанял его, я не знаю, кто. Теперь я могу идти?

– Как вы получили доступ к планам эвакуации? – спросил Анакин.

– Это не я. Это всё Нонс. И я не знаю, где он их раздобыл. Теперь я могу идти?

– Вы могли позволить себе болтаться здесь так долго, – проговорил Тру, – Значит, вы были уверены, что ваше место на кораблях все равно останется за вами?

Что-то неуловимо изменилось во взгляде Рууина, и Анакин понял, что рэднорианец собрался лгать.

– Мы были бы эвакуированы вовремя.

– Ничего подобного, – сказал Анакин, – Вы не стали бы рисковать собой и своим новоприобретенным богатством, играя в такую лотерею! Так каков был план? Как вы собирались покинуть планету?

– Так же, как и все, – Рууин сказал, – Те их шлюпы… Я могу идти?

Анакин не знал, что делать. Было очевидно, что Рууин и не собирался говорить им правду. Кого-то ещё он боялся куда больше, чем двух падаванов.

Но тут Тру молниеносным движением протянул руку и схватил датапад с пояса Рууина.

– Что ж, возможно, что-то интересное найдется здесь.

– Эй! Эй! Это моя собственность!

Анакин критически оглядел развалы награбленного барахла вокруг них:

– Серьёзно?

А Тру уже деловито щелкал кнопками.

– Взгляни-ка, – проговорил он наконец, поворачивая датапад к Анакину, – Видишь эти координаты? Очень похоже на место приземления. И оно не совпадает ни с одним из тех двух, что заявлены официально.

– То есть у вас свой план эвакуации, – сказал Анакин Руину, – Позвольте мне кое-что вам сказать. Вы и не собирались тащиться на эвакуационный пункт. Как и на их корабль. И позвольте мне сообщить вам ещё одно, – он шагнул ещё ближе к Руину, – У вас сейчас гораздо больше оснований бояться джедаев, чем кого-либо ещё. Даже Эйвони.

– Эйвони? – Руин нервно облизал губы, – Я ничего не говорил про Эйвони! Послушайте, вы должны позволить мне уйти, ладно? Вы не понимаете, что мне угрожает! Я мог быть брошен в тюрьму за измену, – он внезапно прервал себя на полуслове.

– Измена, – раздельно проговорил Анакин, – Означает, что в дело вовлечено правительство другой планеты.

– Например, Эйвони, – добавил Тру.

Рууин вытер покрывшийся испариной лоб:

– Хорошо. Да, это были Эвони. Это координаты ещё одного их корабля. Они обещали вывезти нас с планеты. Они не хотят, чтобы нас здесь схватили. Мы должны улететь до прибытия кораблей Сената. Они обещали нам, что мы сможем покинуть планету в любом случае. Они поддержали наши набеги. Они хотели, чтобы разрушения и паники было так много, как только возможно… Нам были обещаны жилье и деньги, как только мы окажемся на Эйвоне.

– А вы не спрашивали себя, зачем Эвони всё это делают? – почувствовав резкий приступ отвращения, спросил Тру, – Когда позволяли – и помогали им вторгнуться на вашу планету?

– Я не задаюсь такими вопросами, – ответил Руин, – Я – вор, не a философ.

– Паника среди населения – хорошее прикрытие, – пробормотал Тру, обращаясь к Анакину, – Ни у кого не было бы времени разбираться, что планируют Эйвони.

Анакин кивнул и развернулся к Рууину.

– С кем был связан Нонс? Как вы получили тех дроидов? И кто связывался с Эйвони? – надвигался он на рэдорианца.

– Я ничего не знаю, – с отчаянием проговорил Рууин, – Я только вор. Я никто. И я больше ничего не знаю… Пожалуйста, позвольте мне уйти!

Глава 16

Отважный эксперимент Кьюри вскоре подтвердил, что токсин больше не представляет опасности, дополнительные тесты дали такие же результаты. Джедаи сняли защитные костюмы. Какое же это было облегчение – снова дышать воздухом безо всяких масок и фильтров! К тому же, без стесняющих движения костюмов при необходимости было бы куда удобнее сражаться…

– Мы немедленно должны отправиться назад, в Чистый Сектор, – сказал Оби-Ван, – Если мы сможем остановить эвакуацию, мы разрушим планы Эйвони по вторжению, ведь их план рассчитан на пустую планету.

– Теперь вы понимаете, что означал сбой в коммуникационной системе? – проговорила Соэра, – Её глушили Эйвони, это единственное объяснение!

Остальные джедаи кивнули, они тоже уже пришли к такому же заключению.

Им нечего было больше делать в Закрытом Секторе. Кьюри раздобыла два спидера из уцелевших, и они отправились через пустой город, через предместья – самой короткой дорогой к Чистому Сектору.

Несмотря на опасность возможного вторжения, Оби-Ван чувствовал облегчение, что, наконец увидит Анакина. Он не мог не беспокоиться за своего неугомонного падавана.

– Кажется, тебе полегчало, – хмыкнула Сири, быстро взглянув на него – она вела спидер, – Мне тоже.

– Ты не казалась обеспокоенной.

– Когда это я вообще казалась обеспокоенной! – с коротким смешком ответила Сири, – Я просто умею скрывать свои чувства лучше, чем некоторые. И только. Иногда мне интересно, предполагаешь ли ты вообще, что у меня есть какие-либо чувства, Оби-Ван.

Это было правдой. Оби-Ван как-то не задавался вопросом, что скрывается за холодноватой самоуверенностью Сири. Он должен был знать её получше.

Достигнув обширной равнины, Сири прибавила скорости.

– Ферусу всегда все легко давалось, – сказала она, – Его одаренность, его хороший характер. У него много друзей… Но мы-то с тобой знаем, что галактика порой преподает нам тяжелые уроки.

– Да, – кивнул Оби-Ван, – Это так.

– Так что я волнуюсь о том дне, когда и Ферус столкнется с этим, – проговорила Сири, – Неудача – такая же неотъемлемая часть нашей жизни… Даже тот, кто упорно трудится, развивая свой дар, рано или поздно сталкивается с этим, как и мы все. Он будет сражаться, сделает все, что может и даже больше – и все же не сумеет победить… Я боюсь, что для Феруса подобное будет гораздо тяжелее, чем для многих, тяжелее, чем должно быть. И я тревожусь, ожидая этого дня…

Оби-Ван боялся того же самого – в отношении Анакина. Сири выразила в словах тот страх, что жил в его собственном сердце.

Он мысленно поздравил себя с преодолением их давнего соперничества, и, улыбнувшись, покачал головой. Очевидно, следы той детской конкуренции всё же остались. Иначе он раньше доверился бы ей.

– Что ты? – спросила Сири, заметив его улыбку.

– Напоминай мне прекращать недооценивать тебя, – отозвался он.

Она усмехнулась:

– С удовольствием!

– И спасибо.

Сири снова сосредоточилась на управлении спидером. Она ничего не ответила, но он знал, что этот момент что-то добавил к их дружбе.

Вдруг он заметил странное пятнышко на горизонте, и его внимание обострилось. Волна в Силе подсказала Оби-Вану, что это пятнышко не было какой-либо из птиц Рэднора.

– Справа от нас! – через шум двигателей сказал он Сири. Она кивнула. Оби-Ван связался с Рай-Гоулом и предупредил его о странном пятнышке, которое теперь, впрочем, уже превратилось в некий объект черного цвета.

– Определенно, какой-то транспорт, – сказала Сири. Темное присутствие в Силе росло. Оби-Ван чувствовал его, словно волну озноба, прошедшую по коже.

– Странно, – проговорил он, – Похоже на уменьшенный вариант MTT.

Он был знаком с этим типом кораблей ещё со времен их противостояния с Торговой Федерацией. Боевые дроиды в неактивном виде были довольно компактны, и в такой корабль их помещалось немало.

– MTT? Я думаю, ты можешь оказаться прав. Ладно, теперь у нас, по крайней мере, есть ответ на мой вопрос… – мрачно сообщила Сири, – Мы знаем, как они транспортируют боевых дроидов. MTT, должно быть, был в одном из грузовых отсеков челнока.

– И именно поэтому офицер-Эйвони приказал блокировать грузовые отсеки, – предположил Оби-Ван.

– Кажется, лучше поменять маршрут, – и Сири бросила аэроспидер вправо. Позади неё Рай-Гоул повтороил тот же маневр.

– Помнишь те каньоны? Они где-то близко, к югу от нас. Сможешь найти их?

Оби-Ван ввел координаты в бортовой компьютер аэроспидера.

– Ты права. Мы всего в нескольких километров от них. Можно укрыться там и посмотреть, что происходит. Прежде, чем мы будем останавливать эвакуацию, мы должны точно выяснить, насколько серьезные силы нам противостоят. Это не должно занять много времени.

Он ввел новые координаты, потом сообщил об их новом плане Рай-Гоулу и Соэре. Сири прибавила скорости. Они летели низко и были достаточно малы, чтобы избежать обнаружения. Они предполагали, что тот корабль направляется в Аюбендо.

– Они меняют курс, – вдруг сказал Оби-Ван.

– Странно, – пробормотала Сири. Она оглянулась через плечо, потом ещё прибавила скорости, – Можешь высчитать их курс?

Оби-Ван настроил макролазерную локационную станцию слежения, и за несколько секунд бортовой компьютер вывел вероятные координаты места, куда шел чужой корабль. Совпавшие с координатами места, куда направлялись они сами…

– Или следует за нами, или направляется к тому же самому участку каньонов, – сказал Оби-Ван Сири, – Давай-ка проверим.

Он быстро ввел в компьютер новые координаты, Сири снова поменяла курс. Несколько секунд – и черный корабль сделал то же самое.

– Следует за нами, – подвела итог Сири, – С какой стати, спрашивается? Что может быть нужно MTT от двух маленьких аэроспидеров?

– Если только они не знают, что на борту аэроспидеров – джедаи, – заметил Оби-Ван.

Сири быстро взглянула на него, ветер взметнул её волосы.

– Кьюри?

– Возможно. Или же за нами могло быть наблюдение. Наша единственная надежда – затеряться в тех каньонах. Корабли этого класса слишком большие, чтобы пройти там, а вот мы сможем.

– Сначала надо ещё добраться до каньонов, – пробормотала Сири. Двигатели уже работали на полную мощь, но MTT продолжал нагонять их.

Оби-Ван включил зазвеневший комлинк и услышал голос Соэры:

– Похоже, они знают, что мы джедаи.

– Да. Мы надеемся оторваться от них в каньонах.

– Будем надеяться, что так. Но на этих MTT помещается полный взвод дроидов.

Оби-Ван отключил комлинк. Корабль нагонял их. Это не очень беспокоило его. До каньонов уже было близко, они должны успеть. В способностях Сири как пилота он тоже был уверен. Большой корабль не сможет преследовать их там. Беспокоиться было не о чем, но… так, но тогда почему я, собственно, беспокоюсь? – привычно поразился ходу собственной логики Оби-Ван.

– Что-то не так, – сообщил он.

– Удивил, – хмыкнула Сири.

– Тебе тоже так кажется?

– Именно так.

– Не исключено, что они специально загоняют нас к каньонам; это может быть ловушкой.

– Вполне может. Но у нас нет выбора. И никакого другого плана. Отсюда до Такто нет ни одного места, где мы могли бы укрыться, – отозвалась Сири.

Каньоны были уже близко. На поверхности земли уже были видны странные зигзаги линий. Разглядеть, что на самом деле эти линии были глубокими трещинами, можно было, лишь поднявшись непосредственно над ними. Сири нацелила спидер вниз, в глубину. Небо стало серым, солнце исчезло.

Пока они снижались, трещина все расширялась, и наконец они оказались в широком подземном ущелье. В стороны расходились ответвления, но все они были слишком узкими даже для аэроспидера. Рай-Гоул держался непосредственно за ними. MTT тоже пошел снижаться, продолжая преследование.

– У них явно есть план, – сквозь зубы проговорила Сири, направляя машину вниз.

Будь у них выбор, Оби-Ван предпочел бы транспорт пошустрее: аэроспидеры того типа, что был у них, предназначался для перемещения на репульсорах невысоко над поверхностью планеты; а соответственно и маневренность, особенно по вертикали, имел довольно ограниченную.

Корабль был теперь почти над ними. Оби-Вану стало неуютно – он-то знал, что MTT зачастую оборудовались протонными торпедами.

– Чего бы я только не дала за дефлекторные щиты, – словно прочитав его мысли, пробормотала Сири.

Внезапный взрыв потряс стену каньона рядом с ними. Обломки полетели в спидер, Сири с трудом справилась с управлением. У Рай-Гоула и Соэры позади них тоже были неприятности – была повреждена кормовая часть их спидера, и теперь они падали вниз, за машиной тянулся шлейф черного дыма. Рай-Гоул пытался восстановить управление.

– Они падают! – закричал Оби-Ван.

Он потянулся к ним в Силе, уже зная, что это бесполезно – он не смог бы удержать их аэроспидер от падения. Он мог лишь беспомощно наблюдать, как их сносит в штопор.

– Держитесь! – закричала Сири, и отправила свой спидер в глубокий нырок. Не рассчитанная на подобное машина взвыла и затряслась. Скорость на максимум – и резко вниз, потом влево – прямо под падающий спидер. В момент, когда они оказались точно под ними, Рай-Гоул и Соэра прыгнули и приземлились на корме их спидера, поставив машину под совершенно безумным углом. Рай-Гоул и Соэра повисли на тросах, прикрепив их к спидеру.

На лице Сири читалась упрямая сосредоточенность – все её усилия были направлены на то, чтобы управиться с вышедшим из-под контроля спидером. Земля приближалась, стены каньона летели назад, а впереди явственно вырисовывалась скала… Сири попыталась сбросить скорость, но двигатели не реагировали.

– Тормози! – завопил Оби-Ван.

Тогда Сири просто отключила зажигание. С режущим ухо воем двигатели заглохли. Спидер бросило вверх, потом в сторону – по совершенно дикой траектории. Соара и Рай-Гоул отчаянно цеплялись за тросы. Оби-Вана вышвырнуло с его места, он ударился головой, а спидер, налетев-таки на стену каньона, наконец остановился.

Оби-Ван ощутил привкус крови во рту, но он знал, что практически не пострадал. Просмотрел на Сири. Её подтрясывало, но она тут же покивала ему в ответ, давая знать, что с ней все в порядке. Соэра пробовала подняться, но не смогла опереться на ногу, оказавшуюся вывернутой под неестественным углом. Рай-Гоул подхватил её и помог встать. Медлить не приходилось – не было времени даже на то, чтобы подождать, когда перед глазами окончательно проясниться… MTT мчался к ним, паля из всех пушек. Оби-Ван, Сири и поддерживающий Соэру Рай-Гоул спрыгнули со спидера и кинулись в укрытие. Оби-Ван обнаружил узкий проход в казавшейся сплошной стене каньона. Он бросился внутрь, остальные за ним.

Рай-Гоул наклонился, осматривая ногу Соэры.

– Перелома нет.

Соэра попыталась улыбнуться:

– Наконец-то хоть одна хорошая новость!

– Вы можете идти? – спросил Оби-Ван.

– Да, – сказала Соэра, её лицо было белым от боли.

– Нет, – мягко сказал Рай-Гоул, – Но я тебе помогу.

Они двинулись извилистым коридором, идя так быстро, как только могли.

– Я сомневаюсь, что они выгрузят здесь дроидов, – сказала Сири.

– Если это вторжение, они заинтересованы сделать все быстро, – сквозь стиснутые зубы проговорила Соэра, – Зачем им тратить время на четверых джедаев? Возможно, они откажуться от преследования и улетят.

– Этот коридор сворачивает обратно, – заметил вдруг Оби-Ван, – Мы возвращаемся туда, откуда ушли.

– Грандиозно, – сказала Сири, – Кажется, мы здорово промахнулись с этим МТТ!

Оби-Ван пробрался к самому краю стены и выглянул наружу.

MTT опустился на открытом месте в нескольких сотнях метров от них. Опустилась рампа – и Оби-Ван увидел двинувшийся вниз отряд боевых дроидов.

– Они выгружают дроидов, – сказал он, – Они и не думают отказаться от преследования.

Глава 17

Анакин и Тру сумели найти одного из немногих оставшихся на планете офицеров Службы безопасности, и передали ему Рууина.

– Я не удивлюсь, если он подкупит его или просто уговорит отпустить, – заметил Анакин, глядя как Рууин, идя возле офицера, что-то быстро говорит и жестикулирует своими короткими руками.

– Это не важно, – отозвался Тру, – Мы имеем доказательства, что происходит захват Рэднора. Нам нужно как можно скорее сообщить это Ферусу и Дарре.

– Несомненно, ведь тогда Ферус сможет сказать нам, что делать, – проворчал Анакин.

– Ладно тебе. Ты сам-то на этот счет что думаешь? – спросил Тру. Они быстро шли по улицам, направляясь к пропускному пункту, где дежурили Ферус и Дарра.

– Я думаю, что за всем этим стоит Гален, и мы должны вывести его на чистую воду, – ответил Анакин, – Он-то точно смог бы рассказать, что планируют Эйвони. А тогда мы придумали бы, как им помешать.

– В любом случае, я сомневаюсь, что это будет легко, – проговорил Тру.

– Я тоже, – согласился Анакин, – Но я ни о чем другом сейчас просто не могу думать!

Они наконец-то добрались до пропускного пункта и быстро рассказали Дарре и Ферусу, что выяснили.

– Мы же не знаем наверняка, что это Гален, – заметил Ферус.

– У нас нет времени на то, чтобы выдумывать других подозреваемых, – возразил Анакин, – Мы не можем топтаться на месте. Мы и так не знаем, что происходит в Закрытом Секторе. Наши учителя могут быть в опасности!

– Анакин прав, – согласилась Дарра, – Мы ничего не потеряем, встретившись ещё раз с Галеном и постаравшись изобличить его.

– Идемте! – скомандовал Ферус. Как будто это была его идея, – досадливо подумалось Анакину.

И четверо падаванов поспешили в Штаб. Когда они подходили, Гален как раз закидывал в свой аэроспидер небольшой НЗ-пакет.

– Куда-то направляетесь? – поинтересовался Анакин.

– Конечно, – ответил Гален, – Как и все остальные!

– И вы, кажется, очень спешите? – заметила Дарра.

Гален сердито вздохнул:

– Так. Что теперь?

– Мы получили точную информацию, что за набегами и кражей дроидов стоят Эйвони, – сказал Анакин, – И мы думаем, что вы кое-что об этом знаете.

Гален усмехнулся, покачав головой:

– Да, дети, вам несомненно удается выдумывать невероятные теории! Я всего лишь пытался помочь жителям Рэднора!

– А что насчет утечки из лаборатории? – спросил Ферус, – И кражи дроидов с военного завода? И то, и другое произошло на ваших предприятиях!

– Это называется трагическим совпадением, – проговорил Гален, – Несчастным случаем. Я – один из ведущих специалистов на Рэдноре. Возможно, кто-то из зависти захотел подставить меня. Когда все это закончится, мы тщательнейшим образом расследуем все обстоятельства этого дела. Но в произошедшем нет моей вины. Я рисковал своей жизнью, оставаясь здесь. Я давным-давно мог улететь отсюда – у меня было достаточно денег и возможностей для этого. Но мы с сестрой решили остаться здесь – и помочь нашим согражданам. Как вы можете обвинять меня?

Теперь Гален выглядел скорее искренне обиженным, чем рассерженным. Анакин не мог уловить фальши в его словах. Как бы он хотел, чтобы сейчас здесь был Оби-Ван! Сам он был ещё не настолько силен в распознавании тайных мотивов других существ… Но вдруг он вспомнил Рууина, так же торопящегося улететь. Без сомнения, место и время его погрузки на тайный корабль Эйвони было строго определенным. Возможно, сейчас та же проблема стояла перед Галеном?

– Мы задержим его здесь, пока не улетят корабли Эйвона, – безапелляционно заявил тогда он остальным, – Гален будет вместе с нами ждать прибытия кораблей Сената!

Серебристые глаза Тру заблестели – он понял задумку Анакина:

– Я согласен!

– Это смешно! – взорвался Гален, наконец-то теряя свое и без того шаткое самообладание, – Я отказываюсь! После всего, что я сделал, подозревать меня в чем-то!

Он заскочил в аэроспидер и включил двигатели. Он не учел только одного – молниеносной реакции падаванов. Анакин, дотянувшись, отключил двигатель, а Тру в тот же момент оказался у бортового компьютера-навигатора машины. И прочитал вслух внесенные туда координаты. Те же самые, что и на датападе Рууина.

– Мне жаль, Гален, – проговорил Анакин, – Но теперь у нас есть доказательство. Это координаты приземления ещё одного, незаявленного корабля Эйвони. Вы собираетесь улететь с ними.

– Да, и что?! – взревел Гален, – Вместе со многими другими!!!

– Я так не думаю. Я думаю, это был эксклюзивный проект – только вы и нанятые вами налетчики. На Эйвоне вас ждала бы совсем другая, безбедная жизнь – за то, что вы предали вашу планету.

– Нет! – тихо и потрясенно раздалось сзади, – Нет!

Анакин обернулся. В дверном проеме стояла маленькая женщина, очень похожая на Галена. Он сразу узнал сестру Галена, Кьюри – женщину с голограммы, полученной Галеном в день их прилета.

– Это не может быть правдой! Гален! Это так?!

– Конечно же, нет, Кьюри! – отозвался Гален, – Это же дети. Что они могут знать!

– Вы оставили наших учителей в Закрытом Секторе? – проигнорировав замечание Галена, быстро спросила её Дарра.

Кьюри отвела горестный взгляд от Галена и посмотрела на падаванов:

– Они летели сюда. Токсин больше не опасен, он быстро распадается – мы только совсем недавно это обнаружили. Перемена ветра уже не страшна для Такто.

– И что наши учителя? – спросила Дарра, – Где они сейчас?

– Они в большой опасности, – ответила Кьюри, – Они заперты захватчиками с Эйвона в предместьях Аюбендо, в каньонах. Оказалось, что Дол Хип следил за ними. Я обнаружила, что он прицепил маячки на принадлежащие мне спидеры. Когда я узнала об этом, я полетела за ними, и прилетела как раз вовремя, чтобы увидеть, как большой корабль вынуждает их уйти в каньоны. Против них – взвод боевых дроидов. Наших боевых дроидов, – добавила она, переведя взгляд на Галена.

– Как мы можем доверять ей? – так, чтобы слышали только они, сказал Ферус, – Что, если они с Галеном в сговоре? Что, если они пытаются просто удалить нас из Чистого Сектора, чтобы самим спокойно улететь?

Падаваны в замешательстве переглянулись. Да, так могло быть. Гален же определенно был замешан в этом деле. Кому они здесь вообще могли доверять?

Доверяй себе. Прислушайся к тому, что говорит твоя интуиция. И действуй.

Анакин на мгновение закрыл глаза и коснулся речного камня в кармане туники. Камень был теплым. А потом обратился к Силе – к тому, что он хорошо знал. Почувствовал отдаленный импульс – Оби-Ван. Да, его учитель был в опасности…

И Кьюри… Кьюри говорила правду.

На лицах остальных падаванов все ещё было замешательство, и Анакин твердо взглянул в глаза Ферусу:

– Мы не можем рисковать жизнью наших учителей.

Ферус колебался лишь долю секунды, пораженный глубиной взаимодействия Анакина с Силой.

– Ты прав. Идёмте.

Глава 18

Падаваны вчетвером втиснулись в аэроспидер Галена. Кьюри дала им координаты места, где она в последний раз видела корабли Эйвони и джедаев.

– Посмотрите на тех рэднорианцев в защитных костюмах, – проговорила Дарра, – Я очень надеюсь, что Кьюри не лгала – в противном случае нас ждет большой сюрприз, когда переменится ветер!

Дарра говорила, посмеиваясь, но ни один из них не был на все сто уверен в правильности их решения. Даже Анакин немного волновался. Нет, он был уверен, что его интуиция не подвела его, но если он все же был неправ – последствия были бы катастрофическими.

Но я прав!

Он чувствовал, что Ферус смотрит на него, и целиком сосредоточился на пилотировании. Он не собирался отступать. Не сейчас.

Впереди они уже видели энергетический шлюз – вход в Закрытый Сектор. Кьюри дала им необходимые коды, чтобы пройти через него. Анакин провел спидер через сенсоры, и шлюз открылся; они пролетели сквозь него.

В первое мгновение все четверо невольно задержали дыхание – а потом Ферус первым сделал глубокий вдох. Дарра последовала его примеру.

– Ну вот, пути назад больше нет, – сказала она, выдохнув. Ферус повернулся к бортовому навигатору и внимательно изучал район каньонов.

– Туда есть несколько возможных входов, – сказал он.

– Можно предположить, что они все ещё находятся недалеко от того места, где их видела Кьюри, – сказала Дарра, – Она ведь сказала, что их спидеры разбились.

– А ещё она сказала, что преследовавший их корабль был достаточно большим, – добавил Тру, – Так что, если мы будем пробираться узкими ущельями, на нашей стороне будет эффект неожиданности.

– Нам понадобиться нечто большее, чем один только эффект неожиданности, если тот корабль полон дроидами, – отметил Ферус, – А кроме того, на этом корабле наверняка есть пушки.

– Если ты так пытаешься придать нам всем уверенности, то выходит это у тебя из рук вон плохо, – заметила Дарра.

– Мы приближаемся к каньонам, – предупредил Ферус.

Анакин чуть сбросил скорость. То, что он видел впереди, скорее напоминало какие-то странные каракули на поверхности земли. Потом он понял, что эти линии-загогулины были на самом деле глубокими трещинами в поверхности земли.

Ферус высчитал координаты.

– Бери курс туда, – сказал он, – Этот путь быстрее всего должен привести нас туда, где их видела Кьюри.

Анакин повел спидер вниз, в ущелье, держась возле самых стен и летя с максимальной скоростью, с какой только решался. Судя по лицам остальных, это было быстрее, чем им бы хотелось. Ничего. Анакин ещё чуть прибавил скорости: он чувствовал, что полностью контролирует машину.

Впереди показалась большая и неповоротливая посудина – транспортник Эйвони. Он просто висел в воздухе невысоко над землей, на самой малой мощности репульсоров. Внизу под ним клубилось плотное облако пыли. Анакин почувствовал, как сильнее забилось сердце.

– Я уже видел такие корабли, – сказал он, – Несколько лет назад, во время битвы за Набу. Это – немного уменьшенная версия MTT – корабля, транспортирующего боевых дроидов. Обычно они пилотируются двумя дроидами.

– А так же у них мощная броня, особенно лобовая, – Тру выглядел подавленным, – Этот корабль и сам по себе оружие. А ещё они могут проходить даже сквозь скальные стены.

– Похоже, что этот уже так и поступил, – сглотнув, поговорила Дарра.

Скала была расколота на куски, поверхность земли усеяна обломками дроидов.

– Похоже, здесь наши учителя дали им отпор, – с некоторым облегчением заметил Ферус. Анакин держал спидер так, чтобы не попадать в зону видимости с ММТ. Пока что они не видели ничего, что подсказало бы им, где сейчас их учителя.

– Я слышу выстрелы, – внезапно сказала Дарра, – Мы близко.

Теперь их услышал и Анакин. Он схватился за рычаги, готовый дать полный вперед.

– Погоди! – скомандовал Ферус.

Анакин в раздражении повернулся к нему:

– Что теперь? Ещё немного планирования?

– Да, – непререкаемым голосом сказал Ферус, – Если мы вломимся туда безо всякого плана, помощи от нас будет чуть.

– Какой ещё план нам нужен? – поинтересовался Анакин, – Их атакуют дроиды! Мы просто идем и помогаем им!

– Я думала, самая худшая вещь на этой миссии – эти ужасные белковые кубики на завтрак, – простонала Дарра, – Нет, теперь я знаю, это – вы двое! Ферус, а что ты думаешь?

– Сколько дроидов было на кораблях серии MTT на Набу? – спросил Ферус Анакина.

– Я не помню, – ответил Анакин, – Думаю, больше сотни.

– Сто двенадцать, – подсказал Тру.

– А этот корабль лишь немногим меньше. Так что давайте предположим, что там в лучшем случае от пятидесяти до семидесяти дроидов. Как мы расчитываем одолеть их в четыре меча?

Дарра покачала головой.

– Слов нет, как я ненавижу споры перед сражением!

– Так что ты предлагаешь? – спросил Анакин, – Затребуем сюда ещё джедаев?

– Или световых мечей, – пробормотала Дарра.

Ферус покачал головой – Да нет же. Нужно подумать – только и всего! У нас есть пара преимуществ. Первое – элемент неожиданности. Второе – то, что вы с Тру, кажется, довольно много знаете о кораблях этого типа.

Анакин кивнул. Конечно же, он обследовал один такой корабль на Набу после сражения.

– Вопрос, как мы проберемся на борт? – продолжал Ферус.

– Ты сможешь деактивировать дроидов на MTT? – спросила Дарра.

Анакин покачал головой.

– Нет, они управляются централизованно, возможно, даже с орбиты.

– Не проблема, – отозвался Ферус, – Если вы проберетесь на борт, вы сможете пилотировать этот корабль?

– Я что угодно могу пилотировать, – без сомнений заявил Анакин.

– Разве мы не говорили, что на корабле наверняка есть ещё и пушки? – сказал Ферус.

Четверо падаванов посмотрели друг на друга.

– Конечно, – сказал наконец Анакин, – Если мы управляем кораблем, мы управляем и сражением.

– Там есть люк для выгрузки десанта дроидов, – раздумчиво проговорил Тру, – Но открывается он все равно только с места первого пилота.

– Я думаю, единственный путь… – начал Анакин.

– Ты прав, – согласился Тру, – Но тогда нам пришлось бы…

– Точно. Но система воздуховодов…

– Так что мы можем не волноваться о том, что нас обнаружат… – быстро кивнул Тру.

– Ага, вот именно. И тогда…

– Это что было? – возмущенно возопила Дарра, – Язык аборигенов с изнанки Внешнего Кольца?! Как насчет общегалактического?!

Анакин повернулся к ней:

– MTT разработан Бакта-Синдикатом. Большинство их кораблей покупает Торговая Федерация, и она же продает списанные по срокам использования корабли на разные планеты. Держу пари, этот транспортник именно из таких. Что означает, что системы воздухосброса и охлаждения у него открываются непосредственно вниз, к земле, и на брюхе расположены широкие воздухообменные трубы. Именно поэтому мы и видим вокруг него облако пыли, его поднимает выходящий из труб воздух.

– И эта пыль послужит нам прикрытием, – завершил Тру, – А трубы достаточно широкие, и мы сможем подняться по ним вверх и попасть внутрь.

– А не снесет вас оттуда воздушным потоком? – усомнился Ферус.

– Если бы корабль летел, то так и было бы, – согласился Анакин, – Но двигатели-то отключены, судно просто висит на одном месте. Так что с этим у нас не должно быть особых проблем.

– Но зато есть другая проблема, – заметила Дарра, – Если вы захватите корабль, наши учителя не будут знать этого, и скорее всего, атакуют корабль, когда вы появитесь.

– Именно поэтому мы снова должны разделиться, – согласился Ферус, – Дарра, мы с тобой должны пробраться туда и связаться с нашими учителями, а Анакин и Тру в это время – угнать корабль. И мы должны заставить дроидов следовать за нами к этой ловушке, – он посмотрел на Анакина и Тру, – Как вам такое?

Кажется, это был первый раз, когда Ферус спросил его мнения? Анакин кивнул:

– Тянет на хороший план.

– Они пришли к согласию, – потрясенно пробормотала Дарра, – Напомните мне объявить этот день ежегодным праздником, когда мы вернемся в Храм…

Она склонилась над картой каньонов, быстро просматривая её участок за участком. Потом стукнула пальцем по точке на экране:

– Вот тут. Если вы сможете провести сюда корабль, а мы заманим дроидов вот через этот коридор туда же, к центральной площадке, то мы их там запросто сделаем.

Падаваны переглянулись – кажется, появилась надежда. Они действительно смогут помочь своим учителям.

– Никаких проблем, – уверенно сказал Ферус.

– Абсолютно, – эхом отозвался Анакин.

Повисла пауза. Надежда надеждой, но только сейчас до них дошла вся серьезность и сложность предстоящей задачи.

– Да пребудет с нами Сила, – спокойно сказал Тру.

Ферус и Дарра вышли из аэроспидера. Прижимаясь к скалам, они двинулись по ущелью туда, где звучали выстрелы.

Анакин и Тру двинулись в противоположном направлении. Остановились на минуту под защитой скалы, чтобы изучить с близкого расстояния MTT и его обитателей. Сквозь колпак кабины были видны только головы двух дроидов-пилотов, вращавшиеся в постоянном наблюдении за округой.

– Анакин…

– Я знаю, – отозвался Анакин, – Это – вопрос точного выбора времени.

– Я только хотел сказать, что бежать нужно будет действительно очень-очень быстро, – сказал Тру, блеснув зубами в своей обычной быстрой усмешке.

– Это точно.

Анакин надел маску-фильтр и натянул на голову капюшон, Тру последовал его примеру. Как только головы дроидов очередной раз повернулись в сторону, упуская из виду участок, где прятались падаваны, Анакин и Тру сорвались с места и кинулись к кораблю. Анакин почувствовал, как его словно понесло на волне Силы, объединившей все вокруг, позволив в мгновение ока нырнуть в пылевую тучу под кораблем.

Анакин ненавидел песок – ему хватило его ещё на Татуине. Теперь же пыль и песок умудрялись проникать даже через фильтр, знакомо скрипели на зубах. Видимость была практически нулевой, он только чувствовал, что Тру тоже здесь, рядом с ним. Он протянул руки, ощупывая нависающее над ними днище корабля. Вихри песка и пыли сбивали с направления, мешая сориентироваться. Потом его рука наткнулась на какой-то металлический выступ. Что это было – репульсор, или система охлаждения? Он провел руку дальше. Еще выступы. Кажется, воздуховыводные трубы были как раз впереди.

Удары ветра оказались сильнее, чем он ожидал, но мысль об Оби-Ване, вынужденном отбиваться от целой армады дроидов, подтолкнула его вперед. Он чувствовал, что Тру рядом с ним точно так же борется с воздушным потоком.

А вот и труба. Он подтянулся и забрался внутрь – пришлось крепко упереться руками и ногами, чтобы удержаться; потом осторожно двинулся вверх. Спасибо, хоть воздух в трубе оказался не горячим, а только теплым, но зато напор его оказался столь силен, что подниматься было невероятно трудно. Так, метр за метром, упираясь руками и ногами, они медленно поднимались вверх. Тру карабкался следом.

Уже на полпути их продвижения по трубе, Анакин почувствовал, как дрожат от перенапряжения мышцы рук, а ноги вообще отказывались гнуться, словно были сделаны из феррокрита. Нога вдруг соскользнула, он едва удержался, и тут же почувствовал руку Тру, коснувшуюся его локтя. Анакин обернулся, и Тру знаком показал, что теперь первым пойдет он.

Анакин как мог втиснулся в стену, давая Тру проползти мимо него. Как только он оказался позади Тру, он почувствовал, насколько уменьшился противодействующий им воздушный поток. Гибкие руки и ноги Тру позволяли ему гораздо легче, чем Анакину, двигаться в узкой трубе.

Анакин оказался словно за щитом; это дало ему возможность восстановить его собственные силы. Оби-Ван говорил как раз об этом, – внезапно подумалось ему, – Я не должен всегда доказывать, что могу все сделать сам, не должен всегда быть лидером. Иногда кто-то может сделать работу лучше.

Наконец труба закончилась, выведя их в машинное отделение, рядом с жужжащими генераторами, обеспечивающими функционирование репульсоров Анакин и Тру рухнули на пол, стараясь побыстрее отдышаться.

– Гмм. "Никаких проблем" – это было сильно сказано, – восстанавливая дыхание, поговорил Тру.

Они поднялись на ноги и осмотрелись.

– Я бы сказал… – начал Тру.

– Туда, – согласился Анакин.

Из машинного отделения до кабины им пришлось пробираться длинным тесным коридором. Кажется, каждый сантиметр места на корабле использовался для размещения дроидов. Они протиснулись мимо пустой рампы для высадки десанта и поднялись на узкую металлическую лестницу, ведущую к кабине пилота. Уже у двери активировали световые мечи. Вдох – концентрация – и стремительный рывок в кабину.

Дроиды развернулись, тут же обнаружив их вторжение, руки-пушки двинулись в сторону незваных гостей, но Анакин и Тру оказались быстрее. Кувыркнувшись в воздухе, они приземлились с уже активированными световыми мечами в руках, и каждый разрубил того дроида, что был к нему ближе.

Анакин пинком отшвырнул в сторону получившийся металлолом и кинулся к креслу пилота.

– Тут я тебе не помощник, – сказал Тру, – Я не настолько хорошо все здесь знаю.

– Ага, так, – кивнув, вслух соображал Анакин, – Вот это рычаги управления. Всё просто. Ты сел бы на место второго пилота, у этой бочки вряд ли мягкий ход!

Анакин наугад двинул рычаг, и судно дало большой крен. Тру не успел пристегнуться и загремел на пол.

– Не слишком мягкий ход, говоришь? – Тру поднялся, пнул с дороги дроида и забрался-таки в кресло.

В следующий раз Анакин был осторожнее, и корабль двинулся более плавно. Он провел его на несколько метров вперед, чтобы приноровиться. Да, это вам не истребитель. Скорее, громыхающая бочка на репульсорах…

И он должен был провести эту бочку всеми изгибами каньона, потом через более узкий коридор, чтобы потом вывести её ещё более узким проходом к центральной площадке. Все зависело от того, смогут ли они туда пробиться… Никто не говорил этого, но каждому из них было ясно, что если Анакин не сможет вывести корабль в назначенное место, джедаи окажутся в смертельной ловушке, выхода из которой не будет.

Анакин направил судно в более узкий коридор. Увеличил скорость, ища найденный Даррой проход. Так прошло несколько минут.

– Мы уже давно уже должны были дойти до него, – сказал Тру.

– Я знаю. Давай-ка… – начал он было и замолк на полуслове. Перед ними была сплошная скала. Тупик. Никакого прохода не было.

– Этого не может быть, – сказал Анакин, ударив кулаками по приборной доске. Никакого прохода не было. Но не могла же Дарра неправильно прочитать карту! Так или иначе, это был крах, их учителя оказались в ловушке. Он не должен был слушать Феруса! Он должен был…

– Можешь вернуться чуть-чуть назад? – спросил Тру.

Анакин оторвался от голосов в своей голове.

– Что?!

– Проход вероятнее всего завален. Похоже на обвал. Помнишь ту разрушенную стену, мимо которой мы пролетали?

Одним быстрым движением Анакин переключил двигатели на задний ход и остановил MTT там, где указал Тру.

Да, когда-то здесь действительно был проход, но теперь в это верилось с трудом – перед ними был сплошной завал из огромных глыб.

– Есть ли другой проход? – спросил Тру.

Анакин отрицательно покачал головой.

– Сейчас они должны быть уже там.

Мы должны пройти через эту скалу.

– MTT может справиться с этим?

Анакин вцепился в рычаги. Они могли застрять в скале на полпути… Камни могли обрушиться и заживо похоронить их в своей толще…

– Я не знаю… Но если мы не сделаем этого, они все обречены.

Глава 19

Джедаи укрылись за нагромождением камней и обломков рухнувшей скалы. Вот уже два часа, как они были обнаружены. Они отразили уже три атаки дроидов. Теперь же дроиды заняли позицию напротив их коридора, и открывали стрельбу в ответ на малейшее движение. Рай-Гоул был ранен в плечо. Лодыжка Соэры распухла; не долго думая, Соэра приспособила в качестве костыля отрубленную опору какого-то невезучего дроида. Осколок камня едва не оставил Сири без глаза.

А ещё они были вымотаны. Все это время они перемещались от одного узкого коридора к другому, но все эти путаные коридоры в конце концов всё равно выводили их обратно к центральной площадке и MTT. Похоже, Эйвони откуда-то знали об этом. И знали, что смогут блокировать здесь джедаев.

Дроиды не ведали усталости, а кроме того, их было очень много. По расчетам джедаев, в МТТ должно было умещаться от 50 до 80 дроидов. По крайней мере двадцать они уничтожили, может быть даже больше. Но оставалось ещё не менее пятидесяти, и что мешало Эйвони доставить сюда подкрепление? А пока джедаи будут отбиваться от дроидов в каньоне, Эйвони благополучно осуществят свои планы…

Они не говорили этого, но каждый из них думал сейчас о том, что с их падаванами.

– Наш единственный шанс – вернуться к MTT, – сказал остальным Оби-Ван, – Мы должны захватить судно. Это единственный путь.

– Захватить MTT? – изумилась Соэра, – Эту бронированную бочку?

– Должна быть какая-то возможность.

Будь здесь Анакин, он бы уже придумал – как, – подумалось Оби-Вану. Кажется, Анакин мог управиться с любым механизмом, который когда-либо был создан…

– Ничего себе, – прошептала вдруг Сири, – Взгляните!

Оби-Ван проследил за её рукой, и, к своему удивлению, увидел направляющихся к ним Феруса и Дарру, передвигавшихся под прикрытием камней. Дроиды развернулись в их сторону, в то же время не упуская из виду и джедаев. Острая боль пронзила сердце Оби-Вана. А где же Анакин?

Если бы с ним что-то случилось, я бы уже знал это. Я бы уже почувствовал это…

Ферус и Дарра преодолели последнюю сотню метров, укрываясь за камнями от огня бластеров или отражая выстрелы световыми мечами, и нырнули за камни, где укрывались джедаи.

– Как приятно, что вы смогли присоединиться к нам, – приветствовала их Соэра.

– Мы надеялись, что вы по нас скучали, – с усмешкой отозвалась Дарра. Потом она заметила распухшую ногу Соэры, – Учитель, вы ранены!

– Так, мелкая неприятность, – ответила Соэра.

– Анакин и Тру захватят MTT, – объяснил Ферус, – По крайней мере, мы надеемся на это. Наш план состоит в том, чтобы заманить дроидов на центральную площадку и использовать MTT, чтобы уничтожить их.

– Как они собираются попасть на борт MTT? – спросил Оби-Ван.

– На его нижней стороне должны быть достаточно широкие трубы-воздуховоды, – объяснил Ферус, – Они сказали, что смогут по ним пробраться внутрь.

Оби-Ван кивнул. Задумка казалась опасной, но он доверял талантам Анакина.

– И где место встречи?

– Недалеко. Мы изучили карту. Если мы сможем вернуться тем путем, которым пришли и заставить дроидов следовать за нами…

– Ну уж по крайней мере с тем, чтобы "заставить дроидов следовать за нами", проблемы точно не будет, – мрачно заметил Оби-Ван.

– В любом случае, мне уже надоело это место, – стирая рукавом кровь со лба, сообщила Сири.

Что ж, джедаи были готовы действовать. Пусть они и устали, но их силы отнюдь не были на исходе; новый план, предложенный Ферусом и Даррой, давал надежду.

Все разом, они выхватили мечи, выскочили из своего укрытия и помчались в сторону скального коридора. Дроиды отреагировали немедленно: передний ряд отозвался лавиной огня, но джедаи и не подумали остановиться. Оби-Ван и Сири как могли прикрывали Рай-Гоула и Соэру. Раненый в плечо Рай-Гоул мог действовать только одной рукой, да и это причиняло ему немалую боль; Соэра же, хоть и хромала, с помощью своего "костыля" умудрялась передвигаться не на много медленнее остальных. За несколько секунд они оказались в защищенном стеной коридоре. Ещё несколько секунд, чтобы отдышаться – и дальше. Дроиды старались не отставать…

Они бежали, позволяя дроидам видеть их, но держась вне досягаемости бластерного огня. Ферус и Дарра бежали впереди.

Протиснулись узким коридором и вышли на центральную площадку.

Позади них был взвод дроидов. И сплошная скальная стена – впереди.

– И как MTT пройдет сюда? – спросил Оби-Ван.

Ферус побледнел.

– Проход…

Дарра в ужасе озиралась по сторонам:

– Где же он? Он должен быть здесь! – и она указала на участок стены, бывший казалось, сплошным завалом камней.

– Обвал, – сказал Рай-Гоул, – Видите, там следы…

– Мы в ловушке, – быстро оглядевшись, констатировала Соэра, – Нам придется сражаться с ними на открытом месте.

Она покрепче оперлась на свой импровизированный костыль и активировала меч.

– Анакин доберется сюда, – в голосе Оби-Вана звучала уверенность.

– Сквозь скалу? – усомнилась Соэра.

Дроиды потоком ливанули в пещерный зал. Джедаи стояли, готовые к бою. К смерти. Ко всему, что может произойти. Рука Дарры чуть вздрогнула, когда она активировала свой меч, но она решительно двинулась вперед и встала, прикрывая Соэру со стороны её раненой ноги.

И тут каньон содрогнулся от гула и треска, одна из стен начала дрожать. А в следующий момент, разбрасывая огромные обломки, словно речную гальку, из стены вырвался МТТ. С измятым носом, с изрыгавшими дым двигателями, корабль, не останавливаясь, с грохотом ринулся на дроидов. Ухнула протонная пушка… У Оби-Вана не осталось ни малейших сомнений в том, кто был в кресле пилота.

Открывшись, звонко клацнула помятая крышка люка, и из неё выбрался Анакин. И помахал им рукой.

– Да, – сказал Оби-Ван, – Он и через скалу прорвется. Если он должен.

Глава 20

Эйвони планировали вторжение на пустую планету. Но появление в Аюбендо джедаев на захваченном МТТ спутало все их планы. Эйвони не имели достаточной армии, чтобы противостоять поднявшемуся бы против них населению планеты.

– Это полнейшее недоразумение, – возмущался Дол Хип, – Вторжение? Нелепость! Мы прибыли, чтобы помочь Рэднору! Дроиды были лишь для того, чтобы контролировать толпу в случае возникновения беспорядков при эвакуации! Мы искренне сожалеем о возникшем программном сбое! – И он посмотрел на поврежденную ногу Соэры и раненное плечо Рай-Гоула, – Но, право же, я могу понять ваше возмущение! А теперь, когда Рэднору больше ничего не угрожает, Эйвони будут счастливы удалиться.

– А мы будем счастливы проводить вас, – жестко проговорил Оби-Ван.

– Но сначала восстановите все коммуникации планеты, – добавила Сири.

– Мы не имели никакого отношения к сбоям системы связи, – все тем же сердечным тоном возразил Дол Хип, – Но мое искреннее и глубокое сочувствие рэднорианцам побуждает меня переговорить с нашими специалистами и посмотреть, чем мы может помочь.

И, буквально за несколько минут, коммуникационная система оказалась восстановленной.

В то время, пока обрабатывали раны Рай-Гоула и Соэры, Сири связалась с Храмом. Кораблям Сената было приказано возвращаться на Корускант. Они подозревали, что имел место саботаж, но не было никакой возможности доказать это.

Конечно же, Рэднор подаст жалобу в Сенат, обвиняя Эйвон, Сенат традиционно надолго и со вкусом погрузится в дебаты и детали… И вряд ли в ближайшее время Эйвон расплатится за свои преступления…

Тем временем, Оби-Ван нашел оставшихся на планете офицеров Службы Безопасности, и приказал им как можно быстрее распространить информацию о том, что планете больше не угрожает эпидемия. Рэднорианцы могли возвращаться по домам.

– И немедленно арестуйте Галена, – добавил Оби-Ван.

– Уже сделано, – ответил офицер.


***

Джедаи направились к тюрьме города Танто, где содержался Гален. Там они встретили Кьюри: она говорила с братом через разбитый металлический барьер, разделявший их. И разговор был трудным…

– Она держала его на прицеле часа два, – шепотом сказал им офицер Службы безопасности, – Она сказала, что убьет его, если он попытается сбежать. И я предполагаю, он знал, что она так и сделает.

Джедаи остановились в дверях. Кьюри выглядела едва живой от страдания и усталости.

– Ты предал нашу планету, – слабым голосом сказала она брату, – И ты разбил мое сердце.

– У меня не было выбора! – заговорил Гален, – Как ты не поймешь, что я вынужден был сделать то, что сделал?!

– Нет, – покачав головой, отозвалась Кьюри.

– Ты отказалась иметь дело с Эйвони. Это была бессмыслица! Они заплатили бы нам любые деньги! А так они стали угрожать мне!

– Ты мог сказать мне.

– Они учли и это. Тогда они просто уничтожили бы наш бизнес, – быстро заговорил Гален, – Я вынужден был согласиться показать Долу Хип оружие, которое мы планировали разработать. Тогда-то и произошла утечка токсина. Он сделал это прежде, чем я успел останавливать его. Мы вернулись в Чистый Сектор раньше, чем токсин начал действовать.

– То есть вы могли занести токсин и в Такто, – проговорила Кьюри, – То, что этого не произошло – просто везение, твоей заслуги в этом нет.

Гален проигнорировал её слова:

– Дол Хип связался со своим начальством. Они сказали мне, что если я буду молчать о коротком периоде полураспада токсина, они заплатят нам и вывезут…

– Не говори "нас"! – закричала Кьюри, – Ты делал это ради себя, Гален!

– Я делал это для нас, – в голосе Галена появились умоляющие нотки, – Они сказали, что, если я не сделаю того, что им нужно, они скажут, что я намеренно организовал утечку. Я не знал, что делать! Они потребовали от меня материалы наших исследований и коды к дроидам!

– А ещё они заплатили тебе за это, – горько проговорила Кьюри, – Заплатили за то, что ты предашь меня и нашу планету…

– Я не знал, что они планировали вторжение!

– Это понял бы и ребенок! – закричала Кьюри. Она вскочила и наклонилась к нему через стол, – Это все оправдания и ложь. Так было всегда, просто я никогда не видела всего так ясно. Ты вовлек меня в этот бизнес, ты сделал это моей жизнью… Я создавала оружие, чтобы уничтожать других существ. А эти деньги, в свою очередь, финансировали твои исследования: изобретения кошмарных и тайных способов того, как одни существа могут убивать других. Я продавала это оружие, я клала в карман кредитки, полученные за него. Я помогала нести смерть в Галактику, и сам запах смерти будет теперь всегда преследовать меня – чего бы я теперь ни делала, куда бы ни направилась!

– Кьюри, нет! Ты нужна мне! Они собираются на годы бросить меня в тюрьму!

– Тебе повезло, что тебя вообще оставляют в живых! – и Кьюри развернулась и вышла из комнаты.

Разъяренный взгляд Галена остановился на джедаях.

– Видите, что вы сделали? Это вы настроили её против меня!

Оби-Ван покачал головой.

– Ваша планета в руинах. Тысячи мертвы. И тем не менее вы обвиняете других. Вы так ничего и не поняли.

– Тут нечего понимать!!! – закричал Гален.

Эхо его слов следовало за ними, когда они шли по коридору.

Они вышли в яркое утро. Такто выглядел опустошенным. На улицах бурлили возмущенные толпы. Офисы, склады, магазины были разрушены. Здания забаррикадированы. Машины разбиты или полуразобраны. Но волнения уже не были опасны – теперь у рэдноранцев было слишком много дел: восстанавливать дома и офисы. Лечить больных. Оплакивать умерших…

– Жители Такто отказались помогать выжившим из Закрытого Сектора, – сказал Ферус.

– И они обвиняют во всем Эйвони, – сказал Тру, – Себя же они не чувствуют виноватыми.

– В точности как Гален, – проговорила Дарра, – Скажите мне кое-что. Это была одна из самых трудных миссий?

– Нет, – ответила Соэра, – Некоторые тяжелей.

– Когда случилась беда, сосед пошел на соседа, – сказал Оби-Ван, – Это могло стать уроком великодушия и самоотверженности, но вместо этого на волю вырвались трусость и насилие. Этот город был разрушен алчностью и страхом, а не токсином.

– Плохой знак – в смысле будущего Рэднора, – заметила Сири.

– Да, я не буду удивлен, если нам ещё придется сюда вернуться, – согласился Рай-Гоул.

Они шли через разоренный город, направляясь к прилетевшему за ними кораблю. Оби-Ван шел рядом с Анакиным.

– Я горжусь тобой, – сказал он ему, – Ты не только отважно действовал, ты отлично работал в команде с другими падаванами. Я знаю, как слаженно вы сработали тогда в каньонах. Это был бесценный урок. Ты смог согласовать свои устремления с доводами других. И в результате ваша сила возросла многократно.

– Я был готов мчаться туда к вам, чтобы сражаться с дроидами, – признался Анакин, – Именно Ферус остановил меня. Он оказался прав.

"Он оказался просто удачлив, – мысленно возразил он своим собственным словам, – План ведь оказался на грани провала. Если бы он сам не смог пробиться на МТТ сквозь скалу, все они были бы мертвы. Но об этом почему-то никто не задумался. Или же он был единственным, кто понимал это?" Он знал – Оби-Ван сказал бы: что случилось, то случилось… Джедаи не тратили время впустую на размышления на тему "если бы". Но Анакин не мог не думать об этом. Эти самые "если бы" упорно притягивали его мысли. Щели между правилами…

Если Ферус был скорее удачлив, чем прав, было ли это правильно – согласовываться с его планами? Он знал, что это был совсем не джедайский вопрос. И он никогда бы не задал его Оби-Вану. Но это был его вопрос. И только он мог найти ответ.

– Я прав? – спросил Оби-Ван, – Ты смог почувствовать силу взаимодействия?

Анакин постарался не показать неловкости. Он не будет лгать своему учителю. К их отношениям с Ферусом, право же, с трудом могло быть применимо слово "взаимодействие"… Если бы он мог сказать честно, он должен бы был сказать "нет". А вот с Тру… Анакин вспомнил, как они пробирались по воздухоотводной шахте MTT, как он понял, что в этой ситуации именно Тру должен быть ведущим… Да, именно тогда он вдруг осознал, как необходимо было сотрудничество, что именно оно вело к успеху.

– Да, я хорошо понял это, – ответил он, радуясь, что может сказать правду.

Оби-Ван довольно кивнул и стал подниматься по трапу. Анакин двинулся за ним, но рядом внезапно появился Ферус. Странно – до сих пор Анакин не чувствовал, что он где-то поблизости.

– Совсем не по-джедайски – лгать своему учителю.

– Как и подслушивать! – раздраженно ответил Анакин, – И я не лгал.

Ферус изучающе смотрел на него, солнечный свет сиял на широкой золотой пряди в его темных волосах. Он не выглядел ни рассерженным, ни обличающим. Просто раздумчивым.

– Ты не сказал правды, – проговорил он, – Ты ничего не постиг. И ничему не научился. Ты похож на Галена.

– Это не так, – Анакин заставил свой голос звучать спокойно и ровно, – И это не твое дело. Это касается меня – и моего учителя.

– Оби-Ван не видит твоей сути, – тихо сказал Ферус, – Он великий рыцарь-джедай, но он ослеплен привязанностью. Но я – я вижу. И буду продолжать смотреть. Я буду наблюдать за тобой, Анакин Скайуокер.

Ферус развернулся и шагнул на рампу. Какого же усилия стоило Анакину не броситься в драку! Его трясло от ярости.

Вдохнуть. Ещё раз.

Анакин заставил биться ровней бешено колотящееся сердце. Красный туман перед глазами медленно расходился.

Я тоже буду наблюдать за тобой, Ферус Олен. И если мы столкнемся, победа будет за мной.


Джуд Уотсон Странствия Джедая 4. Опасные игры

Глава 1

Космические пути у планеты Эусерон были забиты всевозможными транспортами. Огромные корабли и небольшие пассажирские лайнеры с трудом передвигались по орбите, стараясь быстрее совершить посадку. Несмотря на регулирование диспетчерами, звездные корабли всеми правдами и неправдами старались быстрее добраться до посадочных плафторм.

Четырнадцатилетний летний Анакин Скайуокер уклонился от боевой платформы Голан, чтобы избежать столкновения с кораблем, который пытался подрезать его и приземлиться быстрее.

– Смотри куда летишь, ты, причуда гравитации, – крикнул он, даже зная, что пилот не услышит его. Сидящий рядом с ним учитель, Оби-Ван Кеноби прокашлялся.

– Я знаю, знаю, – сказал Анакин, – почувствуй свой гнев и позволь ему уйти. Но я должен быть Джедаем даже во время космических полетов?

Он улыбнулся, смотря на учителя, заранее зная, что тот скажет в ответ.

– Ты Джедай каждое мгновение, – ответил Оби-Ван, – и даже тогда, когда другой корабль едва не врезался в нас справа.

– Что? – Анакин сосредоточился опять на пилотировании. Серебристый корабль рвался вперед, Анакин взял левее, а затем аккуратно скользнул в образовавшуюся щель, обгоняя корабль.

Оби-Ван посмотрел на курс.

– Если бы ты уступил дорогу, то мы бы потеряли всего лишь около пяти минут. Это плохо?

Его учитель всегда находил возможность учить его, даже ожидая, чтобы приземлиться в переполненном космическом порту.

– Я полагаю, что нет, – сказал Анакин, – мы ведь не спешим. Но это неправильно, если мы позволим ему опередить нас.

– Не думаю, – возразил Оби-Ван, – так решил другой пилот. А, пытаясь помешать ему, ты питаешь собственный гнев и нетерпение. Это хуже.

Анакин понимал точку зрения учителя. Это было не совсем приятно, признавать то, что Оби-Ван прав. Единственная проблема была в том, что Оби-Ван не понимал, насколько Анакин может предчувствовать события, пересекая курс другого корабля.

Диспетчер сообщил Анакину координаты посадочной платформы, где появилось свободное место. Анакин направил корабль туда. Теперь, когда он был первым в очереди, то он спокойно огляделся и наслаждался видом многочисленных кораблей, стремящихся на посадку.

– Я знал, что Эусерон будет переполнен, но я не ожидал, что настолько, – ответил Анакин, – по крайней мере, на Корусканте движение строго под контролем, а тут сущий беспорядок.

– Для Эусерона не привычно такое движение, – согласился Оби-Ван, – сюда прибывают существа отовсюду, чтобы побывать на Галактических играх.

– Я не думал, что они решат прибыть все сразу, – Анакин уже не ворчал. Он просто любовался тем хаосом, который царил, борьбой за места на посадочных платформах. Он впервые видел столько кораблей разных типов.

Когда он узнал, какую миссию им придется выполнять, Анакин не верил своей удаче. Все, что он и его учитель, должны были делать здесь, это следить за правопорядком на Играх, предупреждая возможные провокации. Галактические игры проводились раз в семь лет, и планеты во всей галактике желали стать их хозяевами. Игры были захватывающими, иногда опасными, здесь были и скоростные гонки и другие соревнования. Анакин не мог дождаться, чтобы увидеть все это.

Правительство Эусерона обратилось за помощью к Джедаям, чтобы те помогли поддержать правопорядок. Но за последние семь лет, галактика изменилась. То и дело появлялись новые горячие точки. Некоторые системы были обижены на Сенат, другие планеты враждовали с третьими из-за торговых путей. Порой существа с различных миров, располагающихся рядом, люто ненавидели друг друга. Все вокруг изменялось.

И многие прибывали сюда, чтобы хорошо провести время. Анакин знал, что это такое. Галактические игры начали проводиться около восьми десятилетий назад, чтобы служить идеи укрепления мира посредством спорта. Их победители становились известными как на собственных планетах, так и в тех местах, где они никогда не были. Даже будучи рабом на Татуине, Анакин слышал рассказы о доблести и мастерстве отдельных победителей.

– Эусерон изо всех сил старается поддержать порядок, – наблюдая, сказал Оби-Ван, – лидеры правительства не хотят, чтобы что-то шло не так, как надо. Они пытаются получить больше власти в Сенате, добиться членства в некоторых важных комитетах. А это лучший способ показать, что их планета в порядке.

Анакин кивнул, его всегда вгоняли в тоску перипетии сенатской политики. Диспетчер сказал ему, что он может приземлиться на главной посадочной платформе столицы Эусерона. Ряд сигналов показывали ему, куда направиться. Он быстро начал снижение, развернулся и идеально посадил свой корабль. Юноша украдкой посмотрел на учителя, зная, что сейчас он допустил некоторое лихачество, но Оби-Ван начинал уже привыкать к такому поведению падавана.

Анакин взял их рюкзаки и открыл трап, за которым открывался вид столицы – Эусебуса. Он не мог дождаться, когда отправится туда.

– Это будет для тебя хорошей возможностью, чтобы постичь еще один урок Джедаев, – сказал Оби-Ван, – связь с жизненной Силой. Здесь собрались существа со всей галактики, и все они являют причудливый образ в Силе. С таким разнообразием существ, находящихся на одной планете, есть чему поучиться.

– Да, учитель,- Анакин прошел по коридору, нетерпеливо ожидая, пока Оби-Ван еще раз проверит и убедиться, что их корабль будет в безопасности. Юноша дрожал от нетерпения, но заметно это не было. Может быть, он еще и не научился справляться со своим волнением, но вот скрывать его он уже мог.

Хотя и это удавалось не часто, лишь тогда, когда его учитель не концентрировался на его чувствах. А так Оби-Ван замечал нетерпение.

– Все в порядке, юный падаван. Пошли.

Анакин спустился по трапу, оглядывая платформу. Здесь находились различные пилоты, которые о чем-то болтали между собой, дети держались за руку родителей, аэротакси то высаживали пассажиров, то наоборот забирали их, где-то вдали о чем-то спорили вуки и баббсы. Все куда-то спешили. А ведь Игры еще не начались!

– Что ты чувствуешь о предстоящей миссии? – спросил Оби-Ван. Его учитель часто задавал такой вопрос, едва они прилетали на планету. Иногда он спрашивал об этом раньше, чем они приземлялись, ему было важно знать, о чем говорит интуиция Анакина.

Анакин обратился к Силе. Иногда это было легко. Сила была здесь, рядом и он легко мог воспользоваться ею. Также легко как скинуть свой плащ.

– Я не чувствую здесь тьму, – ответил Анакин, – только лишь огромную энергию. Не все тут хорошо, но здесь нет тьмы. Это лишь…

– Жизнь, – завершил за него Оби-Ван, – эмоции, ожидания, надежды, беспокойства, волнение.

– Здесь все это ощущается наиболее остро, – медленно сказал Анакин, когда они прошли через толпу.

– Потому что все мы в одном не таком уж большом городе, ожидающем большого события, – он сделал паузу, чтобы свериться с картой, – мы будем пребывать в официальных кварталах Игр, но давай сначала немного осмотримся тут.

Они прошли на борт переполненного турболифта, который доставил их до поверхности планеты. Джедаи прошли по главному бульвару Эусебуса. Улицы были переполнены скоростными авто, различного вида, множество существ спешили куда-то по своим делам. Наверху мигали указатели, наподобие: стадион-1. Налево по этой улице или стадион-10 – следуйте воздушным транспортом по зеленому направлению.

До них доносился аромат различных продовольственных лавок. Живот Анакина заурчал. На жаровнях шипело и жарилось мясо, рядом стояли киоски с конфетами, некоторые из которых будучи подвешенными, качались в такт ветру. Анакин почувствовал голод. Он позавтракал всего лишь час назад, но сейчас вдруг проголодался.

– Осмотрись, – сказал Оби-Ван, – скажи мне, видишь что-нибудь необычное?

А что тут вообще обычное? Казалось надо начинать с этого, поскольку Эусерон удивлял всем. Это был город, полностью построенный из пластичных синтетических материалов, поскольку тут не было камня. Здания были ярко окрашены, но не выше двадцати этажей. Эусерон населяла гуманоидная раса с большими головами и тонкими руками. Они всегда одевались в неброские, нейтральные цвета, как будто отдали все буйство цветов своим зданиям.

Но Оби-Ван видел нечто, что должен был отметить Анакин. Тот подавил свой быстро растущий аппетит и сконцентрировался на осторожном наблюдении. Потребовалось всего несколько минут, чтобы он почувствовал это.

– Здесь повсюду офицеры охраны, – сказал он, – но они не в униформе, однако продолжают нести службу.

Он мог бы уточнить, что те просто следят за происходящим и также волнуются за свою безопасность, отмечая их осторожные взгляды, которые те бросали по толпе.

– Да, ты верно заметил, падаван, – сказал Оби-Ван, – У Эусерона наибольшая служба безопасности для планеты такого размера. Правящая верхушка нуждается в службе безопасности, чтобы держать население под контролем. Это правительство прибегает к репрессиям и запугиваниям. Правительство состоит из десяти правителей, которые принимают все законы и решения. Городские жители мирные, но правительству пришлось потрудиться немало лет, чтобы заставить их подчиниться себе. Это типичные диктаторы.

– Тогда почему Джедаи помогают им? – спросил Анакин.

– Правящий Совет – это не тот вид правительства, с которым обычно работает Сенат, – согласился Оби-Ван, – но безопасность многих существ на Играх значит многое, а это важно для дальнейшего мира в галактике. Поэтому, не забывай, что наша миссия очень ответственная и серьезная. Всегда есть существа в галактике, которые используют эти большие собрания для своих целей. Поэтому здесь и нужны Джедаи, чтобы предотвратить саботаж.

– Мы, как предполагается, встретимся с другими Джедаями? – спросил Анакин. Он надеялся увидеть Тру Велда, падавана и одного из немногих своих друзей в Храме.

– Да, мы должны будем координировать наше патрулирование, – сказал Оби-Ван, – и встретимся с ними в паре кварталов отсюда.

Оби-Ван не сбился со своего шага, но вдруг изменился и сосредоточился. Анакин почувствовал произошедшую замену.

– Что-то не так, – тихо сказал он.

Анакин сам обратился весь во внимание. Сейчас он чувствовал, что шум толпы изменился.

– Какое-то волнение впереди.

– Пошли! – Оби-Ван ускорил ход. Он пошел вперед и вышел на большую площадку. Здесь были и забегаловки и кафе, которые предлагали свои блюда.

Анакин увидел толпу существ стоящих вокруг кого-то. Они стояли очень плотно друг к другу, что увидеть то, на что они смотрели было невозмжно.

Зато он слышал уже и гнев. Он не понимал, что говорят, но легко понял намерение.

– Поспешим! – сказал Оби-Ван, пытаясь протиснуться сквозь толпу, однако та стояла настолько плотно, что Джедаю это не удалось.

– Уйди с моей дороги или я убью тебя! – крикнул кто-то уже на общегалактическом.

Теперь Анакин видел флога, гиганта с вибромечом, стоящим напротив низкого ортоланина, посиневшего существа, у которого в руках был лишь бокал с соком. Флог махал своим вибромечом почти у лица ортоланина. Вместо того, чтобы отхлынуть, толпа наоборот собиралась, предвкушая зрелище.

– Убирайся, ты жирная банта, – парировал ортоланин.

– Это не хорошо, – тихо сказал Оби-Ван.

Вдруг флог ударил своим вибромечом по небольшому каменному столу, стоящему рядом. Группа, которая сидела за ним, кинулась в рассыпную. Кто-то начал искать свой бластер. Гигант флог взял половину стола, каменную плиту и поднял ее над головой.

– Я убью вас всех!

Оби-Ван пытался пройти сквозь толпу. Но существа стояли такой плотной стеной из плоти и мускулов, что Джедаи не могли двигаться вперед. Однако они не собирались терпеть неудачу еще до начала своей миссии, тем более, что Игры еще даже не начались.

Глава 2

Анакин увидел вдруг синюю вспышку. Световые мечи полыхнули, разрезая каменную плиту. Движения были настолько стремительны, что лишь небольшой дымок стал единственным свидетелем того, что что-то произошло. А затем каменная плита просто распалась. Флог взвыл, поскольку один из обломков упал ему на ногу.

– Это должно охолодить ваш пыл.

Тон рыцаря Джедая Сири был приятен, но от него веяло холодом. Рядом с ней стоял Ферус Олин, ее падаван. Его световой меч был включен и готов к любому отражению атаки, если понадобится. Над толпой повисла звенящая тишина.

Флог стоял, держась за ногу.

– Кто вы? – взревел он.

Эусеронец, чей стол был разрушен, быстро спрятал бластер за пояс.

– Ах, Джедаи. Вы защитили непосредственно меня, – сказал он, быстро уходя.

Ортоланин также быстро кивнул, его синий мех улегся.

– Так легко в такой толпе случайно столкнуться.

– Точно, – сказала Сири, – и также легко извиниться.

– Мне очень жаль, – быстро проговорил ортоланин.

– Извиниться стоит вам обоим, – сказала Сири, пристально глядя на флога, который возвышался над ней. Флог колебался. Ему еще никогда не приходилось извиняться за свой взрывной характер. Даже со световым мечом в нескольких сантиметрах от своей шеи. На мгновение показалось, что флог сейчас кинется на Сири. Она была готова к этому.

К этому времени, Оби-Ван и Анакин уже протиснулись сквозь толпу и стояли неподалеку, чтобы придти на помощь, если потребуется. Взглядом Оби-Ван показал Анакину, следить за тем, что происходит позади.

Ферус Олин вступил вперед.

– Подумай дважды, мой друг, – сказал он мягко, – и подумай вновь.

Анакин видел восхищение на лице его учителя, когда Ферус говорил. Его кольнула ревность. Ферус всегда знал, что и когда говорить, и делать. Он был всего на два года старше Анакина, а славился своей зрелостью.

– Хорошо, ну, в общем, это моя ошибка,- сказал флог, натянуто улыбаясь, – позволь мне купить для тебя другой сок.

Он склонился над маленьким ортоланином и повел его в кафе.

Сири деактивировала свой световой меч.

– Итак, каждая сторона сожалеет о произошедшем, – ее звучный голос был слышен всем, – а потому мы все можем возвращаться к своим делам.

Толпа, которая жаждала увидеть драку начала рассеиваться. Сири заметила Оби-Вана.

– Опоздали на минутку, как обычно, – сказала она.

– Мы только ждали, чтобы увидеть, как вы справитесь с этим,- ответил Оби-Ван, – я всегда хотел увидеть, как ты будешь действовать против флога.

Анакин наблюдал за Оби-Ваном и Сири. Со стороны никто бы не сказал, что эти двое были старыми друзьями. Он кивнул, приветствуя Феруса, который также натянуто кивнул в ответ. Не было никакой потребности притворяться, что они испытывают друг ко другу симпатию. Ферус как-то сказал ему однажды, что не доверяет Анакину, и будет следить за ним. Это привело последнего в бешенство, и даже сейчас, спустя много времени, он все равно не мог простить сказанное Ферусом. Он знал, что Джедаи так не поступают, но поделать с собой ничего не мог.

Он даже не мог поговорить об этом с Оби-Ваном. Анакин не хотел, чтобы его учитель знал, что даже падаван, тем более такой одаренный и уважаемый как Ферус, не доверяет ему.

Юноша вернулся к наблюдению за Сири и Оби-Ваном, о чем-то тихо разговаривающими. -…с толпами подобно этой, – говорил Оби-Ван, – вообще к вам было трудно добраться.

– А где же была служба безопасности? – спросила Сири, – я вокруг вижу офицеров в штатском, но когда они необходимы, то все странным образом исчезают.

– Может быть им дан приказ не открывать себя, – предположил Оби-Ван, – а другие всегда на виду.

Сири нахмурилась – Эусеронцы ненавидят службу безопасности. Поэтому они всегда тайны. Но тем не менее, держать мир с гостями – это первое правило.

– Я буду говорить об этом с Ливиани Сарно, – сказал Оби-Ван, имея в виду главу Совета Игр.

Анакин не мог поверить в то, что слышит. Оби-Ван не видел Сири столько времени, а встретив, говорит только о миссии! Анакин очень уважал мудрость Оби-Вана, но иногда задавался вопросом, как его учитель чувствовал Великую Силу, если его чувства были упрятаны столь далеко.

– Анакин! – услышал он веселый голос позади и быстро обернулся. Тру Велд шла через площадь вместе со своим учителем Рай-Гоулом. Тру протянул свою руку другу. Он и Тру были одногодками в Храме и стали друзьями после того, как их выбрали в падаваны.

Рай-Гоул кивнул Оби-Вану и Сири, когда они подошли, но не поприветствовала вслух. Затем три учителя начали что-то обсуждать между собой, предоставив трех падаванов самим себе.

– Я не могу решить с чего начать? – спросил Тру Анакина, оглядываясь вокруг. Его глаза были серебристого цвета, как моря на Тиване, его родной планете, и когда он был чем-то заинтересован, то они искрились как свет солнца на воде.

Анакин вопросительно посмотрел на него.

– Я имел в виду, какие события на Играх посетить, – объяснил Тру, – они все кажутся очень интересными.

– Мы прибыли сюда, чтобы охранять порядок, – сказал Ферус, – а не развлекаться.

Анакина охватило раздражение. Ферус мог испортить хорошее настроение быстрее чем двойная порция новы. Тру лишь покачал головой и добродушно толкнул Феруса плечом.

– Расслабься, друг. Мы можем охранять порядок и одновременно смотреть за Играми. Даже наши учителя позволят нам это.

– Мы не получали подобных инструкций, – твердо ответил Ферус.

– Я уверен, что наши инструкции написаны для того, чтобы любой ценой помешать нам хорошо провести время,- сказал Тру Ферусу напыщенно серьезным тоном. Но в его глазах все еще блистал озорной огонек.

Ферус вздохнул.

– Падаваны всегда пытаются заставить меня расслабиться, – сказал он, – только я не поддамся.

Сири, Рай-Гоул и Оби-Ван завершили беседу, и подошли к своим падаванам.

– Мы решили, что вы трое можете побыть сами по себе некоторое время, – сказал им Оби-Ван, – но убедитесь, что ваши комлинки включены всегда.

Анакин и Тру обменялись восторженными взглядами. Они не ожидали, что все так хорошо обернется. Они надеялись встретиться друг с другом, но теперь они могут посетить некоторые из Игр вместе. Анакин даже вытерпел бы присутствие Феруса, если потребуется, чтобы провести вместе время с Тру.

– Я связался с Ливиани Сарно. Она уже направляется к нам, – сказал Оби-Ван, – после того, как мы поговорим, вы будете свободны. Затем мы встретимся вечером, в Игровом комплексе для ужина.

Через некоторое время они увидели, что высокая женщина, жительница Эусерона направилась к ним. Она была одета в алое платье, расшитое оранжевыми и золотыми нитями, а ее голову украшала диадема с яркими драгоценностями. Ливиани Сарно трудно было не узнать.

За ней шли трое других существ, и Анакин был удивлен, когда узнал двух из них. Он встретил Диди и Астри, когда они еще держали кафе на Корусканте, которое потом было продано Декстеру Джеттстеру. Он также знал, что они близко знали Куай-Гона и дружили с Оби-Ваном.

Круглые карие глаза Диди расширились, когда он увидел Оби-Вана. Астри также улыбаясь, выступила вперед и обогнала Диди.

– Оби-Ван! – и Астри бросилась в объятия Джедая. Анакин был удивлен, увидев, что его учитель, всегда невозмутимый, расплылся в улыбке и обнял Астри. Диди попытался обнять их обоих, но его руки были коротки. В итоге ему пришлось подождать.

– Эта картина обновляет мои глаза и делает мое сердце радостным, – громко сказал Диди.

– Я так рада снова увидеть вас, – воскликнула Астри.

– Я тоже рад, – сказал Оби-Ван, – как вы оказались здесь, на Играх?

– В качестве семьи официального лица-организатора, – ответила Астри, – я хочу представить вам своего мужа, Баг Дивиниана. Он является членом Совета Игр. Баг, это – великий рыцарь Джедай, Оби-Ван Кеноби.

Баг Дивиниан был высоким, красивым мужчиной в разноцветной тунике, такой же яркой, как и у Ливиани Сарно.

– Для меня честь познакомиться с Джедаем, – сказал Баг, – вы знакомы с Ливиани Сарно?

– Это наша первая встреча, – ответил Оби-Ван, поклонившись. Он представил падаванов. Сири прохладно встретила членов Совета. Рай-Галлия просто стояла тихо.

– Мы рады, что Джедаи откликнулись на просьбу нашего правительства о помощи в сохранении безопасности на Играх, – сказала Ливиани, – нам она понадобится. Прибыло куда больше существ, чем мы ожидали.

– Мы должны следить, чтобы все прошло гладко, – добавил Баг, – Ливиани – удивительный организатор.

Ливиани лишь склонила голову, услышав слова о себе.

– Если вам понадобится помощь, буду рад сделать это, – сказал Баг, обращаясь к Оби-Вану, – поскольку вы такой хороший друг Астри, я сделаю это для вас.

На лице Оби-Вана застыло все тоже вежливое выражение, однако в холодно-синих глазах Сири, он прочитал, что Баг помогает Джедаям отнюдь не из симпатии, а просто потому что один из них был личным другом. Рай-Гоул никак не отреагировал на это, лишь спокойно моргнув.

– Благодарю вас, – ответил Оби-Ван. И тут же отметил про себя некоторую смущенность Астри.

– Оби-Ван самый великий из всех рыцарей Джедаев, – гордо сказал Диди,- он не нуждается в нашей помощи, я уверен.

Вдруг Диди осекся, поняв, что своей фразой он обидел Сири и Рай-Гоула, и чтобы исправить неловкость, обратился к ним.

– Но и Сири, и Рай-Гоул являются не менее великими. Все Джедаи великие! – Диди старался вовсю, – и даже их падаваны тоже.

– Как идет подготовка? – спросил Оби-Ван Ливиани, – есть ли проблемы?

– Пока все идет гладко, проблем нет, – ответил Баг Дивиниани, – совет Игр отвечает на просьбы участником. Нам в этом помогает и уроженец Эусерона, и член Совета Максо Виста. Вы о нем, конечно же, слышали.

Оби-Ван вежливо покачал головой. Анакин и предположить не мог, что его учитель не знал великого героя Эусерона, который ошеломил галактику семь лет назад, выиграв пять соревнований на прошлых Галактических Играх на Берруне.

– Но каждый знает Максо Висту, – удивленно сказал Баг, – он известен всюду в галактике. Конечно, он не так богат, но достаточно известен. И он мой хороший друг, так что если хотите, я могу познакомить вас…

Сири фыркнула, но затем попыталась изобразить кашель. Анакин помнил, что Оби-Ван когда-то говорил ему, что Сири никогда не получала хороших отметок в Храме по дипломатии.

Даже Диди обеспокоено смотрел на Бага. Он улыбался Джедаям.

– Зачем нам нужны галактические герои, когда у нас есть Джедаи?

– Точно, – решительно сказала Ливиани, – и Баг не совсем прав, говоря, что проблем нет совсем.

Баг поник от слов Ливиани.

– Я не знаю ни о каких проблемах, Ливиани.

Та не обратила на его слова никакого внимания и обратилась к Джедаям.

– Есть информация, что недалеко от города будут организованы нелегальные гонки на карах.

Анакин весь превратился в слух.

Сири нахмурилась – Мы не слышали об этом.

Ливиани кивнула:

– Гонщики на карах со всей галактики прибывают на Эусерон. Мы слышали, что они собираются устроить гонки в Больших пещерах Дордона, к северу от города, где широкие туннели, к сожалению, идеально подходят для этого смертоносного спорта.

– Гонки на карах запрещены в Основных Мирах, – неодобрительно сказал Баг, – если бы я был сенатором, а я баллотируюсь на этот пост от моей родной планеты Нурали, я бы немедленно инициировал закон, который бы запретил гонки во всей галактике. Это лишь способствует пропаганде азарта и насилия.

Баг быстро посмотрел на Ливиани, чтобы узнать, одобрила ли она его выступление. Та по прежнему не обращала на него никакого внимания.

– Вы видите нашу проблему, – сказала она Джедаям, – Правительство волнуется, что если об этом станет известно всем, то это послужит для нас плохой рекламой. Поэтому это все держится в тайне, и от нас требуют, чтобы мы не обращали на гонки никакого внимания, а потому и запрета на них нет. Если кто-то из гонщиков погибнет в пещерах, то официального расследования не будет тоже.

Ливиани нахмурилась еще больше.

– Но власти недооценивают, как популярны эти гонки. Существа узнают о них. Будут заключаться пари и многие зрители, в числе которых и весьма важные на своих планетах, отправятся туда. А там мы не можем гарантировать их безопасность и тогда мы можем потерять контроль над происходящим.

– Однако Игры должны пройти гладко, – добавил Баг, – абсолютно.

Анакин лишь слышал их голоса, но в его голове звучало только одно слово: "Подрейсер. Гонки на карах". Он не видел ни одного кара с тех пор, как был рабом на Татуине.

Это было подобно тому, как если бы тяжелые облака над его головой рассеялись, и он вновь почувствовал жар двух солнц Татуина, скрип песка на зубах. Он чувствовал одно из самых сильных желаний, которое наполняло его, простое и сильное, которое он когда-либо знал – желание победить.

Анакин чувствовал, как учитель смотрит на него, как если бы волна чувств коснулась Оби-Вана как предупреждающий палец. По лицу Анакина все было понятно. Он прятал это желание много лет, но сейчас оно было слишком сильно.

Ливиани заговорила вновь, и Оби-Ван перевел взгляд на нее. Анакин пытался сохранить внешнее спокойствие, но был очень заинтересован, как Джедай. Но внутри он вновь был мальчиком-рабом, который сквозь огонь и дым, принимает участие в гонках на карах.

Глава 3

Он действительно думает, что может одурачить меня? Оби-Ван попытался не отобразить на лице свое раздражение падаваном. Попытки Анакина скрыть свое волнение, может быть, и могут обмануть кого-нибудь, но Оби-Ван чувствовал, как напрягся его ученик. Он никогда не видел, как Анакин водил гоночный кар, да и Куай-Гон особо не рассказывал об этом, но он знал насколько опасно это. Пилоты находились в открытых кабинах, которые держались хрупкими креплениями к массивным двигателям. Оби-Ван представлял, что для Анакина перспектива принять участие в гонке, вспомнить свои навыки и представляется красивой. Но это не достойно для Джедая. Джедаи не ищут острых ощущений.

Оби-Ван мог понять этот возврат к прошлому. Но он ожидал, что его падаван преодолеет его. Тоска по ребячеству должна уйти, думал он. Как только они останутся одни, он обязательно поговорит с Анакином об этом…

– Оби-Ван, друг мой? – заговорил Диди, беря его под локоть, – можно тебя на минутку?

Ливиани разговаривала с кем-то по комлинку и отвернулась, поэтому Оби-Ван и Диди отошли на пару шагов.

– Я только хотел кое о чем с тобой поговорить, – начал Диди, поглаживая свою тунику, – как вся моя сущность возрадовалась, увидев твое красивое и благородное лицо вновь…

– Тебе нужна помощь, – категорично сказал Оби-Ван. Он любил Диди, но он не на секунду не сомневался, что Диди использует в своих интересах их дружбу.

Тот выглядел подавленным.

– Нет, не помощь. Некоторая компания по одному небольшому дельцу…

Оби-Ван сделал шаг назад.

– Хорошо! Хорошо! Правда! Помощь! – быстро проговорил Диди. Он разжал ладонь, – но такая маленькая.

Оби-Ван закрыл глаза на секунду, стараясь подавить раздражение. Куай-Гон бы сейчас воззвал к моему терпению.

– Что это?

– Вскоре после прибытия в Эусебус, я купил небольшой спидер, – сказал Диди, – я думал, что он будет удобен для таких переполненных улиц. Но едва я пролетел на нем немного, как мой двигатель, бум, – пальцы Диди щелкнули в воздухе, изображая взрыв, – я хочу вернуть свои деньги обратно, но боюсь, что этот слизистый сын обезьяньей ящеры откажется сделать это.

– Но он вернет все, едва увидев Джедая, – закончил за Диди предложение Оби-Ван.

– Тебе не придется ничего делать. Просто стой рядом и строго смотри. Может быть, небрежно вынуть свой световой меч и поверь мне…

– Нет, никаких световых мечей!

– Тогда просто поприсутствуй, – Диди соединил руки, – это большая услуга и я отплачу за нее сторицей.

– Ты действительно так думаешь? – спросил его Оби-Ван, – как считаешь, у меня есть время, чтобы помочь тебе в твоих угрозах?

– Конечно, нет. Ты настолько занят другими хорошими делами, – сказал Диди, – но в тоже время я могу быть полезен тебе. Могу рассказать, что творится за кулисами Игр. Баг мой зять и член Совета. Он многое рассказывает.

Диди видел, что перспектива не тронула Оби-Вана.

– Прошу помоги мне ради Куай-Гона. Я никогда не хотел бы напоминать тебе, насколько он любил меня и сколько раз помогал мне. Не хотел бы даже вспомнить его имя.

– Я этого не делал, – сказал Оби-Ван, – это только что сделал ты.

Но сам джедай с самой первой минуты, когда только Диди потянул его в сторону, знал, что поможет ему. Правда была в том, и Диди это прекрасно знал, что Оби-Ван не мог устоять перед памятью Куай-Гона. И сейчас он знал, что это не так уж плохо, иметь привязанность к ничего не стоящему негодяю с большим сердцем, который также уважал его учителя.

Но всему должен был быть предел.

– У нас десять минут, – сказал Оби-Ван.

– Ты – лучший и самый добрый друг, которого я когда-либо…

– Девять минут пятьдесят семь секунд.

Рот Диди мгновенно закрылся.

– Я только скажу Астри. Одну секунду.

Диди умчался, а к Оби-Вану подошла Сири.

– Ты такой же, как и Куай-Гон, – сказала она удивленно.

Оби-Ван лишь пожал плечами.

– Я все еще его падаван с рядом способностей.

– Рай-Гоул и я идем с Ливиани. У нее есть некоторые карты для нас, там мы сможем получить описание области. Мы даем своим падаванам свободное время. Скоро церемония открытия.

– Я буду на связи и встречусь с вами, – сказал Оби-Ван, – это не займет много времени.

Сири покачала головой. Ее руки скользнули в карманы куртки, которую она носила вместо обычного плаща.

– Удивительно то, что ты фактически веришь сам всему этому, – ответила она.

Глава 4

Когда Анакин только увидел Тру, то хотел провести время с ним. Теперь же, он едва мог дождаться, чтобы оставить его. Это не было ошибкой. Анакин хотел быть с Тру, но сейчас он еще более хотел больше узнать о кое-чем. О гонках на карах.

Анакин шел рядом с Ферусом и Тру. Улицы были переполнены, и они шли рядом. Ферус, казалось, ничего не замечал. Он шагал вперед в темпе, который задал другим, что-то говоря, не удостоверившись, слушают ли вообще его другие.

– Церемония открытия пройдет на стадионе один, – сказал Ферус, – мы можем взять аэротакси, но думаю, что их практически нет.

– Туда можно добраться по желтой линии транзита, – заметил Тру, – всего четыре остановки. Я запомнил карты транзитных сообщений по пути сюда.

– Для нас это лучшая возможность увидеть, всех существ, населяющих галактику, – ответил Ферус, – мы сможем увидеть их обычаи и протокол.

– Оставлю Ферусу возможность планировать все на день, – думал про себя Анакин. Как будто, прочитав мысли Анакина и испугавшись, что он скажет их во всеуслышание, Тру коснулся своей гибкой рукой рта Анакина.

Тот ответил усмешкой. Конечно же, Тру помнил их совместную миссию на планете Рэднор, когда Анакин и Ферус оспаривали друг с другом каждый шаг пути. Но сейчас у Анакина не было никакого желания спорить с Ферусом, он даже и не слышал половины того, что говорил падаван Сири.

Сейчас у Анакина были куда более важные вещи, проверить информацию про гонки на карах. Анакин сказал себе, что кто-то из Джедаев должен был бы сделать это. Логически, он был лучшим кандидатом. Он единственный, кто гонялся на карах и был уверен, что знает практически всех, кто занимается этим. Он не принимал участие в гонках с тех пор, когда ему было восемь лет, то есть шесть с половиной лет. Но гонщики обычно продолжают гоняться, если, конечно, не погибают во время гонок.

Конечно, Оби-Ван не поручал ему проверять гонки. Но он оставил ему право свободного выбора смотреть то, что он хочет. Анакин уверил себя, что он не нарушит указаний учителя, если пойдет туда.

Но он не хотел выдавать свои планы товарищам. Он доверял Тру, но вот Ферус был совершенно другое дело. И Феурс умудриться сделать много шума из ничего.

– Я присоединюсь к вам позже, – сказал он Ферусу и Тру, – я должен кое что проверить.

Разочарование омрачило серебристые глаза Тру.

– Что?

Анакин знал, что Тру и сам с нетерпением ждал времени, когда они смогут побыть вместе. Друзья Джедаи виделись редко. Ферус одарил Анакина многозначительным взглядом.

– Оби-Ван попросил тебя сделать что-то?

Анакин не мог лгать. Даже Ферусу. Он просто притворился, что не расслышал его из-за шума толпы. Юноша лишь повернулся, чтобы уходить, но наклонился и тихо сказал на ухо Тру: Красная ветка транзита, конец линии.

Теперь Тру будет знать, куда направился Анакин.

– Ты хороший друг, – сказал Анакин, уходя прежде, чем Ферус решил добавить еще что-нибудь к своему вопросу.

Эусебус преобразовал свои аэротакси по определенной схеме маршрутов, обозначив их цветами. Он нашел красную ветку транзита и взошел на борт. Анакин не возражал пропустить церемонию открытия, которая без сомнения будет состоять из парада участников и скучных речей. Настоящее развлечение ждало его в другом месте.

Перед последней остановкой на красной ветке, здания вдруг закончились, не было никакого постепенного уменьшения количества строений. Они покинули границы огромного города, жилых домов не было также, только лишь дорога, да горы не вдалеке.

– Что теперь? – спросил сам себя Анакин, когда он вышел из аэротакси и осмотрелся вокруг.

Он закрыл глаза и обратился к Силе. Анакин почувствовал, как великая Сила ведет его, она как волна направляла его к свету. Туда.

Он повернул налево и пошел к горам. Если эта миссия предусмотрена, чтобы научиться связи с великой Силой, то он сомневается, что чему-то научиться. Иногда Анакин думал, что чувствует Силу даже лучше, чем его учитель. Оби-Ван руководствовался разумом, его эмоции были строго под контролем. Анакин часто и понятия не имел о том, о чем думает его учитель или что переживает. Иногда он, казалось, шел навстречу существам, встретившимся им, помогал, но лишь для того, чтобы получить что-то взамен. Пилот с взъерошенными волосами, рассказавший историю о контрабанде запчастей через Внешние Территории был всего лишь средством преодолеть путь от космодрома Манды до столицы Циркарпуса. Владелец бара, который держал домашнее животное динко, был контактом, чтобы обнаружить местоположение тайника с оружием. Помогая брату и сестре, двум юным охотникам за головами, Оби-Ван заботился не о них, а лишь для того, чтобы найти ответ, кто стоит за похищением Джедая.

Это не было состраданием со стороны Оби-Вана, – размышлял Анакин, – между ним и другими есть лишь небольшая разница. Он их использует также. Куай-Гон не смог научить своего падавана чувствовать великую Силу.

Но Анакин был привязан к своему учителю. Несмотря на это, он задавался вопросом, чтобы было, будь у него учителем Куай-Гон. Разделил бы Куай-Гон легко его переживания? Анакин чувствовал свою связь с Куай-Гоном с самого начало. С Оби-Ваном для этого потребовалось куда больше времени. Да и сейчас требует тоже.

Он достиг гор, которые были покрыты небольшими деревьями и зеленым кустарником. Анакин посмотрел на землю, пока не увидел следы: где-то обожженную землю, а рядом валялся гидрогаечный ключ. Юноша был на верном пути.

Он прошел еще несколько метров и увидел невдалеке вход в пещеру. Анакин зашел внутрь, уже чувствуя присутствие живых существ. Пещера была большой и становилась все больше, углубляясь в горы. Падаван заметил двух охранников, но те не услышали шагов Анакина. Вскоре потолок пещеры был уже в доброй сотне метров над его головой. Он слышал лязг металла, приглушенный крик и чьи-то проклятия, бормотание механиков, колдующих над двигателями. И вскоре то, что желал услышать – рев мотора. В этой музыке звуков, знакомой Анакину, кто-то кричал, кто-то просил масленку.

Анакин улыбнулся. Все было как дома.

Пещера расширилась, и он увидел кустарный ангар, построенный наспех. Кары располагались случайно, в то время как существа разного роста и описания, в промасленной одежде, работали с ними. Где-то дроиды тащили детали, кто-то работал над энергоблоком, двигателем.

Анакин стал с краю и смотрел. Летали гидрогаечные ключи, другие детали, кто-то кричал на механиков. Некоторые из гонщиков сидели на стульях и попивали чай, лишь поглядывая на механиков, другие, кто не достаточно разбогател для этого, работали с двигателями сами, будучи полностью поглощены работой. Ведь даже небольшая ошибка могла не дать кару необходимой маневренности на повороте, что закончилось бы аварией.

Анакин узнал Алдар Бидо, глимфида, он несколько раз гонялся с ним. Юноша был удивлен тому, что Бидо все еще жив, не говоря про то, что все еще участвует в гонках. Бидо никогда особо не выигрывал, но он был хитер и бесстрашен, и мог обмануть, что делало его сильным соперником в гонках. Анакин думал, что к этому времени, он уже разбился или не управляет каром.

Сейчас юноша заметил, что кары никто особо не охраняет. Организаторы гонок попытались сделать лишь вид контроля, но сами гонки были замышлены так, чтобы избежать неприятностей с властями настолько, насколько можно.

Анакин заметил механика рядом. Он увидел лишь пару коротких ног, в то время, как другой механик стоял у пульта и что-то делал. Оба механика были алинами, он узнал из по трехпалым ногам и синеватой кожей. Да и кар выглядел знакомым. Он был перекрашен и реставрирован, но Анакин предполагал, что узнал его. Юноша сделал несколько шагов вперед.

– Доби, подай мне гидрогаечный ключ? Я почти соединил все, теперь можно запускать.

Ключ пролетел вперед рядом с носом Анакина. Рука, вытянувшаяся из-под кара, поймала его.

– Используй это, говорю я тебе, Диланд, не это соединение, – сказал механик у пульта, – у тебя не будет шансов. Если двигатель перегревается, и ты этого не видишь, то это проблема термодатчиков.

– Но датчик не показывает эту проблему, глупая твоя голова.

– Это проблема, ты, дыхание банты. Если ты только позволишь мне проверить его…

– Я и так сделал это, младший братик, поэтому замолчи.

– Ты только на четырнадцать месяцев меня старше.

– На четырнадцать с половиной. И я пилот, а ты – механик.

– Это точно.

– Получилось! – перемазанное лицо появилось из-под сварочной маски. Диланд поднялся, – давай, запускай его.

– Я бы не делал этого на вашем месте, – сказал Анакин.

Доби и Диланд изумленно переглянулись.

– А почему мы должны слушаться тебя? – спросил Диланд.

Анакин подошел ближе.

– Поскольку ваш двигатель быстро перегревается, то проблема может быть в фильтре. Вы использовали импульсный датчик? – слова давались легко, как родной язык, на котором он не говорил годами, но который не забудет никогда.

– Если это тебя интересует, то да, – сказал Доби, – но он ничего не показывал.

– Тогда это определенно фильтр, – сказал Анакин, – он забился.

– Заткнись ты, сын даркии, – предупредил Диланд брата, – этот парень может работать на другого гонщика. Он хочет запутать нас.

Доби наклонился к брату и тихо сказал ему:

– Разве ты не заметил? Он – Джедай.

– Он мошенник и фальшивка, – прошипел Диланд, – его, вероятно, нанял Себульба.

Анакин почувствовал, как его обдул обжигающий вихрь и бросил назад во времени. Назад, на Татуин, где даг Себульба попытался убить его, украсть победу в гонке Бунта Ив. Они всегда были соперниками, но Себульба никогда особо не волновался о нем. До гонки на Бунта Ив, где даг потерпел поражение.

– Себульба все еще гоняется? – спросил Анакин.

– Каждый знает об этом, – ответил Диланд, – теперь я точно знаю, что ты лжец. Доби, запускай двигатель.

– Вы сожжете клапаны на турбинах, – предупредил Анакин.

В ответ, Диланд потянулся, и сам включил двигатели. Анакин уже отошел. Громкий взрыв отбросил Диланда на землю, Доби едва не сожгло огнем, вырвавшимся из левой турбины. Анакин потянулся и отключил двигатели.

– Я буду ковакианской обезьяньей ящерицей, – крикнул Доби, – ты был прав!

Диланд поднялся и вытер лицо.

– Верное предположение.

– Вы оба как-то связаны с Раттсом Тиреллом? – с любопытством спросил Анакин, – думаю, что я узнаю этот болид.

Доби гордо кивнул.

– Он был нашим отцом. Он погиб в гонках Бунта Ив шесть лет назад. Ты знал его?

– Я участвовал в той гонке, – сказал Анакин, – он был одним из самых быстрых. И невероятно маневренных.

– Недостаточно быстрым, – печально сказал Доби.

– Ты вновь врешь, – сказал Диланд Анакину, – никто из людей не может пилотировать кар.

– Один был, – сказал Доби, – человек. Ребенок. Раб. Он выиграл свободу и после гонки исчез. Его звали…

– Анакин Скайуокер, – добавил Анакин, – рад встретить вас.

– Так ты теперь Джедай? – недоверчиво спросил Доби, – и ты был рабом?

– Странные вещи творятся в галактике, – с усмешкой ответил Анакин.

– Совершенно верно, – согласился Доби.

– Не хотел прерывать ваш поток воспоминаний, но у нас есть работа, которую надо завершить, – грубо сказал Диланд.

– Я помогу вам, если хотите, – вдруг сказал Анакин. Он сам хотел собрать двигатель для кара, но знал, что Оби-Ван, конечно же, этого не одобрит.

– И что ты хочешь получить взамен? – подозрительно спросил Диланд.

– Что ты беспокоишься? – спросил его Доби, – он победил Себульбу, Диланд! А теперь он поможет нам.

Он обернулся к Анакину.

– После того, как наш отец погиб, у нас не было денег, поэтому наш дядя продал нашу сестру в рабство. Владелец Джаллы теперь Себульба. Мы должны вырвать ее из его когтей. И мы заключили пари на наш кар, что выиграем. Себульба поставил на кон свободу Джаллы. Но в этот раз он не будет гоняться. Гонщиком станет его сын – Хекала.

Я сожалею, что ваша сестра в рабстве, – сказал Анакин, – вы знаете Шми, мою мать? Она тоже рабыня. Или была, когда я ее видел в последний раз.

Доби покачал головой.

– Мос Эспа полна различных существ. Мы не знаем их всех.

Анакин сморгнул, поскольку слезы заполнили его глаза, удивив его. На мгновение Шми показалась ему такой близкой. Но сейчас она была вновь так далеко, как это было последние шесть лет. Он быстро отвернулся, осматриваясь вокруг в ангаре. Он не видел Себульбу, но на глаза ему попалось что-то очень знакомое – его старый кар. Может ли это быть?

– А чей это кар? – спросил он, указав на него.

– Хекалы, – ответил Диланд, бросив мимолетных взгляд.

Да, это был определенно старый кар Анакина, с его радон-ульцерами, двигателями применяющихся на современных звездных истребителях. Он был перекрашен и переоборудован, но он узнает его где угодно. Анакин знал, что Куай-Гон продал кар, но не говорил кому. Должно быть, Себульба купил его. Анакина передернуло от мысли, что каром, который он так любовно собирал и лелеял, теперь владеет Себульба.

Вдруг рядом появился высокий молодой даг, загородивший собой обзор Анакину.

– Что ты смотришь? Ты шпион! – крикнул он.

– На что я смотрю, тебя не касается, – ответил Анакин.

– Этот кар – мой, – зашипел даг, – шпион.

– Это – Хекала, – шепотом предупредил Доби Анакина, – будь осторожен.

Анакин пристально осмотрел сына Себульбы. Он чувствовал, как рядом мерцает темная сторона Силы. Также как и у его отца, такое же зло.

Рядом Анакин заметил движение. Другой даг спешил к нему. Анакин повернул голову и оказался лицом к лицу со своим старым врагом, Себульбой.

Глава 5

Пальцы Анакина сомкнулись на рукояти светового меча. В прошлый раз, когда Себульба угрожал ему, он был всего лишь ребенком и не был тренирован. Сейчас он мог бы убить Себульбу раньше, чем даг сумеет моргнуть.

Но он также заметил, что Себульба не узнал его. Его пристальный взгляд был враждебен, но враждебность не носила личного характера. Он и понятия не имел, что Анакин был тем самым мальчиком, который победил его шесть лет назад. Анакин улыбнулся вновь. И эта улыбка привела Себульбу в бешенство.

– Чего ты улыбаешься? Как вы посмели смеяться над моим сыном!

– Они не смеялись надо мной, отец, – сказал Хекула на хаттском, – это я смеюсь над ними.

– Тогда у тебя это получается очень даже плохо, – ответил Анакин на хаттском наречии, – но это меня почему-то не удивляет.

– Да как ты смеешь, – взвревел Себульба, – приготовься умереть!

Диланд быстро влез между ними.

– Кто говорит о смерти? – весело сказал он, – может мы оставим нашу энергию для гонок. Правда, Хекула? Я бы, на твоем месте, волновался об аварии больше, чем о шпионах. Я видел, как ты участвуешь в гонках.

Хекала рванул к Диланду.

– Ты будешь есть пыль, сын банты.

Себульба же был более умен, чем его сын. Он лишь хитро усмехнулся и мотнул головой в сторону Джаллы, стоявшей за каром Хекалы и готовившей еду для двух дагов.

– Надеюсь, что вы останетесь живы, чтобы увидеть, как ваша сестра будет вытирать пол под нашими ногами, – прошипел он, – в течение следующих пятидесяти лет.

Анакин и Диланд еле сдерживали себя, чтобы не ударить. В колкости Себульбы Анакин слышал всю ту жестокость, с которой сталкивался он и его мать.

Доби схватился за одежду Анакина и Диланда.

– Позвольте им уйти, – тихо сказал он, – мы выиграем гонку и это будет нашей лучшей местью.

Анакин видел, как сжалась рука Диланда и разжалась. Его собственные пальцы скользнули от рукояти меча вниз.

– Давай оставим этих трусов играть дальше, – глумился Себульба. Он и Хекала пошли прочь, громко ступая по каменному полу.

Диланд вытер свои руки, испачканные в масле так злобно, словно хотел стереть воспоминания о колкости Себульбы.

– Мы должны победить их. Обязаны!

– Он очень быстр, – сказал Доби, смотря как Хекала и Себульба вернулись к своим механикам. Его лицо исказилось болью, когда Джалла подала Хекале бокал сока джумы, а тот выплюнул его, оскорбив ее.

– Он такой же жестокий и опасный как его отец. Может быть, потому что у него больше возможностей.

Анакина охватывало искушение. Он мог помочь Доби и Диланду победить Хекалу. Он знал это. Но также знал и то, что это не входит в его миссию здесь. Однако Оби-Ван предоставил ему свободное время. Как лучше помочь, чтобы освободить раба от власти злого хозяина?

– Себульба научил его обманывать, – встревожено сказал Диланд, – пошли, Доби. Вернемся к работе.

– Вы сможете победить его, – уверенным голосом сказал Анакин, едва не столкнувшись с замершими от удивления братьями, – с моей помощью. У Хекалы мой старый кар. Я построил его собственными руками. Они, возможно, перекрасили его и что-то изменили, но мне все еще знакомы его двигатели. И я знаю их слабости. Я знаю, как обмануть Себульбу. Я могу помочь вам выиграть.

Доби и Диланд переглянулись.

– Мы не можем просить, чтобы ты сделал это, – сказал Диланд.

– А вам и не надо.

– Мы не сможем заплатить тебе, – добавил Доби, – все наши кредиты вложены в кар. У нас есть только на обратную дорогу.

– Мне не нужны кредиты и я не нуждаюсь в благодарности, – сказал Анакин, – я нуждаюсь в вас, чтобы победить.

Глава 6

– Ты обещал мне что-то рассказать, – спросил Оби-Ван Диди. Они не смогли поймать аэротакси, которые были полны, а потому к магазину им пришлось идти пешком. Оби-Ван не возражал против этого. Это давало ему возможность почувствовать улицы. Он обратился к Силе, но не ощутил ничего тревожного.

– Мой зять – идиот.

– Это та информация, которую я имел в виду, – мягко ответил Оби-Ван.

Диди вздохнул.

– Ты думаешь, что Астри более благоразумна. Разве я растил ее для того, чтобы она упала в объятия первого высокого, красивого идиота, который вошел через мою дверь? Я бы этого не сделал! Это была моя ошибка, что она стала такой упрямой, настаивающей на своем, что выбрала этого тупицу.

– По крайней мере, хорошо, что он не преступник, – сказал Оби-Ван, – возможно, Астри хотела более спокойной жизни. Может быть она устала от того, что постоянно нарушаются законы, устала от лжи, мошенничества своего отца.

– Значит все-таки это моя ошибка, – фыркнул Диди.

– Диди, Астри всегда делала свой выбор. Это ее право. А теперь скажи мне, что ты хотел сказать насчет компетентного лица об Играх.

– Баг думает, что будучи в Организационном совете Игр, он получит поддержку ряда важных сенаторов и будет назначен в какой-нибудь важный комитет. Все, что он делает – это только говорит, говорит, говорит о том, какой он важный, и что это значит для него в будущем, – Диди изобразил скучающий храп, – честно, я не знаю, как Астри выдерживает все это. Его большая работа возвеличивает его, словно он какая-нибудь ого-го-го какая важная шишка из Сената.

– Диди, ты сказал, что у тебя есть информация, – отметил Оби-Ван, – а это жалобы.

– У меня есть много информации, – сказал Диди, – разве я не говорю об этом? Баг никогда не прекращает говорить. Но он никогда не говорит что-нибудь важное. О, мы, кажется, пришли.

Диди остановился перед магазином с закрытыми дюрастиловыми ставнями.

– Он не выглядит открытым, – ответил Оби-Ван.

– О, нет. Продавец просто не хочет привлекать к себе слишком много клиентов.

– Правда? Звучит как-то необычно.

– Это особый магазин, – обратился к нему Диди, – помни, ты не должен делать ничего. Просто стой там и строго посмотри взглядом Джедая.

– Думаю, что справлюсь с этим, – сухо сказал Оби-Ван, – скажи мне кое-что, Диди. Если бы ты хотел вернуть спидер, то почему ты не привел его с собой?

– Я это сделаю сразу же. Не стоит волноваться.

Диди постучал по-особому в дверь. Несколько секунд спустя дверь открылась. Оби-Ван понял, что возникшая пауза подразумевала, что их проверили. Владелец магазина был обеспокоен возможными вандалами или ворами? Это возможно, поскольку Эусебус был переполнен незнакомцами. Но меры безопасности казались чрезмерными для продавца спидеров. Оби-Ван ступил в тусклое помещение, прекрасно зная о том, что Диди мог как обычно обмануть его. Диди ни сколько лгал, сколько пропускал важные части всей информации.

– Ты должен помочь мне ради Куай-Гона.

– Добрый день, добрый день, – сказал Диди массивному существу, которое вдруг нарисовалось в сумраке помещения. Существо было большим, метра на два выше, чем Оби-Ван. Каждая из двух пятнадцати палых рук была размером с бедро банты. За его спиной виднелось шесть спидеров, припаркованных во дворе. Однако клиентов не было, как не было и следов ведения бизнеса.

– Вы помните меня, – сказал Диди, – Диди Оддо. Я был вчера.

Массивное существо молчало, лишь наблюдая за Диди.

– Тогда вот о чем. Вы не могли бы, – нервно сказал Диди, – это мой очень хороший друг, великий рыцарь Джедай Оби-Ван Кеноби. Оби-Ван, это продавец спидеров – Узо Изо.

Существо продолжало пристально смотреть на Диди.

– Я знаю, что вы существо дела, и я должен вернуться к сути, – сказал Диди, – тот спидер, что я купил вчера… В общем, я передумал.

В пристальном взгляде Узо Изо зажглась вспышка настороженности.

– Я хотел бы получить назад свои деньги, – сказал Диди, пробуя говорить уверенно, – спидер, не… не.. оказался не таким, каким я ожидал. Без сомнения, я вернусь завтра, чтобы купить другой, но… не этот.

Узо Изо ответил лишь одним словом: "Нет!".

Диди сделал шаг назад: "Одну секунду".

Он тихо зашептал Оби-Вану: Разве ты не можешь вытащить свой световой меч или переместить что-нибудь Силой Джедая? Ты не должен убивать его.

– Нет, – категорически ответил Оби-Ван.

– Дело есть дело, – сказал Узо Изо, разводя огромные руки, – вы оскорбляете меня своим присутствием. А я не люблю быть оскорбленным.

– Ах, никакого оскорбления. Вообще никакого, – быстро сказал Диди, – только вежливая просьба. Конечно же, адресованное вашему чуткому сердцу. Ах, какое великолепное телосложение.

– Фактически, двум моим сердцам, – сказал Узо Изо. Он коснулся парализатора на поясе, – хотели бы вы продолжить наш разговор?

Диди замер, уставившись на оружие. Он сделал шаг, потом еще один.

– Нет, ни какого спора. Я только думал. Такой приятный день. Мы должны идти.

Диди почти выбежал из магазина. Оби-Ван спокойно последовал за ним. Дверь позади них закрылась. Оби-Ван посмотрел на Диди с отвращением.

– Он не был никаким продавцом спидеров, – жестко сказал Оби-Ван.

– Необычный тип, да, – ответил Диди, – но очень полезный. Было очень приятно неожиданно встретить тебя, моего доброго друга, но я должен идти…

Оби-Ван перегородил ему дорогу.

– Подожди. Ты ничего не хочешь объяснить?

– Что именно, Оби-Ван? – спросил Диди, – может быть у этого продавца спидеров есть какой-то дополнительный приработок.

– Угу, – сказал Оби-Ван.

– Может быть, он продает спидеры, я уверен, что он так и делает. Но это не было моим делом с ним, – уклончиво сказал Диди, оглядываясь вокруг, словно ища запасной выход.

– Что было твоей сделкой с ним? – спросил Джедай.

– Всего лишь небольшая ставка, – ответил Диди. Он показал размер ставки руками, Оби-Ван лишь с негодованием смотрел на него, – такая крошечная ставка! На одно из событий. Даже Джедаи должны понять, что раз такое происходит на Эусероне, найдутся многие, кто захотят заключить пари.

– Конечно, мы понимаем это, – сказал Оби-Ван, – но это незаконно. Сенат запретил азартные споры на Галактических играх и для этого есть серьезные основания. Они привлекают преступников.

Он особо выделил последнее слово, пристально смотря на Диди. Тот лишь, нахмурившись, кивал.

– Все правильно. Я совершил ошибку. Но я поспорил еще до Игр.

Оби-Ван вздохнул.

– Итак, почему ты попытался вернуть свои деньги?

– Я был слишком импульсивен, – признался Диди, – это один из моих недостатков вместе с моим великодушием, которое часто вовлекает меня в неприятности. Я заключил пари, а затем чувство вины охватило меня.

– С каких это пор, ты начал чувствовать себя виноватым, нарушая закон?

– Предпочитаю думать об этом, Оби-Ван. Но это не то, что стало причиной угрызений совести. Дело в том, что кредиты, которые я использовал – не мои.

– Чьи они были? – спросил Оби-Ван, чувствуя, что теперь приближается к правде.

– Бага и Астри, – Диди повесил голову, – это было моей ошибкой. Ты не можешь упрекнуть меня больше того, чем я упрекаю себя. У них было небольшое состояние, которое они копили на земельный участок, который Баг хотел купить. Это покупка некоторое время откладывалась. Я знал, где лежат кредиты. Такой соблазн. Я полагал, что могу взять их, сделать ставку, забрать свой выигрыш и вернуть кредиты так, что Астри ничего не узнает.

– А что если бы ты проиграл?

– Я не думал об этом, я был уверен в победе.

Оби-Ван подтянул к себе Диди за пояс. Вытягивать из него информацию было похоже на процесс выцеживания воды из песка.

– Если ты в этом так уверен, то почему хочешь вернуть деньги обратно?

– Это моя вина, – сказал Диди, широко раскрыв глаза, – я не могу об этом сказать Астри.

– Поскольку ты обнаружил, что Баг и Астри нуждаются в деньгах раньше, чем предполагалось в начале, – предположил Оби-Ван.

– Да. Они встретились вновь с владельцем земельного участка, который хотели купить, и готовы заключить сделку.

– Поэтому очень скоро они обнаружат отсутствие кредитов, – вздохнул Оби-Ван, – есть только одна вещь, которую ты можешь сделать. Это признаться во всем Астри. Она простит тебя. Она всегда это делает.

– Да? Правда? – с надеждой спросил Диди, – это хорошая идея, моя друг. Точно! Я вот так и поступлю!

Оби-Ван совершенно четко знал, что Диди не сделает ничего подобного.

– И больше не вовлекай меня в свои дела, – серьезно сказал он, – теперь с этого момента ты абсолютно сам по себе. Ты не можешь использовать Джедаев, чтобы угрожать другим.

– Нет, не я, – воскликнул Диди, – как ты можешь так говорить, ведь я самый большой сторонник Джедаев во всей галактике? Я ведь действительно дал тебе важную информацию, в конце концов. Теперь ты знаешь самого важного букмекера на этих Играх.

– Полагаю, что я должен поблагодарить тебя? – недоверчиво спросил Оби-Ван.

– Нет, нет, конечно же, нет. Лучшая благодарность в том, что я хочу это делать – Благодарность та, которую ты заслужил.

– Ах, вы шутите, – улыбнулся Диди, – значит, ты не сердишься на меня. Какой же ты благородный, Оби-Ван Кеноби. Как хорошо, что у меня есть такой друг как ты!

– Это не продлится долго, если ты вновь попытаешься использовать меня, – строго сказал Оби-Ван, – я и так потерял впустую много времени. Мне пора вернуться к исполнению моих обязанностей.

– Конечно! Ведь есть куда более важные дела, чем мои скромные проблемы. Не волнуйся обо мне. Со мной все будет хорошо, – смело ответил Диди.

Оби-Ван лишь покачал головой, прекрасно понимая, что уже сейчас Диди придумывает новую схему выхода из неприятностей. Об этом ему подсказал огонек в глазах друга. Это же напомнило ему и о его падаване. Блеск в глазах Анакина ясно говорил Оби-Вану, что его падаван не будет долго сопротивляться искушению посмотреть гонки на карах. И без сомнения, он уже был там.

После того, как Оби-Ван вернулся и попрощался с Сири и Рай-Гоулом, он отправился на борту переполненного аэротакси по Красной транзитной ветке. К конечной остановке за городом, Оби-Ван остался единственным пассажиром.

Аэротакси высадило его и повернулось, устремляясь обратно в город. Оби-Ван стоял в центре дороги. Горы были вдали. Здесь не было никаких признаков жизни. Он обратился к Силе. И та, словно луч лазера, указала ему вход в пещеры.

Оби-Ван поднялся по склону, пока не нашел скрытый кустарником вход. Он шел внутри, чувствуя прохладу воздуха.

Найти ангар было несложно. Его падаван уже копался в двигателе чьего-то кара с ключом в руке. Оби-Ван подошел сзади. Анакин был настолько поглощен своей работой, что его обычная чувствительность к присутствию учителя отсутствовала.

– Это надо закалибровать вправо, – говорил Анакин двум молодым алинам-механикам, стоящим рядом, – нам, возможно, придется сделать и проверить это раз пятьдесят. Или если нам повезет, то получится всего за два.

– Надеюсь, что это вообще в последний раз, – сказал Оби-Ван, – поскольку есть миссия, к которой ты должен проявить больше внимания.

Анакин поднялся так быстро, что ударился головой о турбину двигателя.

– Учитель! Я не заметил вас.

Оби-Ван посмотрел на кар.

– Вижу, что ты был занят.

– Я помогаю Доби и Диланду. Они с Татуина, – Анакин выглядел смущенным, – если они победят, то смогут освободить свою сестру. Она – раб.

– Я вижу, – Оби-Ван кивнул двум братьям, – желаю вам удачи. Анакин, я могу поговорить с тобой?

Он оттянул Анакина в сторону.

– Ты знаешь, что это неправильно? – сказал он, хмуро смотря на падавана, – я уверен, что ты помогаешь из правильных мотивов. Но это не наша миссия. У нас есть более важные дела, которые надо сделать. И могу напомнить тебе, что гонки на карах являются незаконными?

– Но правительство не считает так.

– Совет Игр очень обеспокоен этим. Как только все узнают об этом, то здесь может стать очень-очень опасно. Ты знаешь, маршрут гонок?

– Через пещеры, – взволнованно сказал Анакин, – вы можете представить насколько это сложно?. И они подумали о зрителях. Они собираются поставить трибуны лишь у финиша.

– Это не подразумевает, что здесь будет безопасно, – слова Оби-Вана были прерваны вызовом из комлинка.

Незнакомый голос был взволнован.

– Создалось критическое положение…

– Кто это? – спросил Оби-Ван.

– Баг. Баг Дивиниани. Вы должны прибыть немедленно. Кварталы Игр.

– Что не так?

– Прибудьте сюда немедленно! – закричал Баг и отключил комлинк.

Глава 7

– Нам нужен транспорт, – сказал Оби-Ван Анакину.

Доби приблизился к ним.

– У нас есть аэроспидер, – сказал он, – пожалуйста, вы можете воспользоваться им. Он нам пока не нужен. Анакин помог нам, не думая о вознаграждении, и мы желаем помочь ему, чем можем.

– Спасибо, – ответил Оби-Ван. Хотя он был и раздражен поступком Анакина отправиться на гонки, он всегда был рад видеть, как великодушие Анакина, вызывало к нему ответную любовь. Незнакомцы быстро подружились с его падаваном.

Анакин имел связь с Великой Силой, так же как и Куай-Гон. Это был его дар. Что сейчас ему следовало развить, так это мудрость Куай-Гона. А это могло сделать только время и миссии.

И ошибки. Сейчас Оби-Ван слышал тихий голос Куай-Гона в своей голове.

Аэроспидер был быстр. Они стремительно направились к центру города. Он не думал о том, что произошло. Вне зависимости от того, что стало причиной подобной паники в голосе Бага, он об этом узнает достаточно скоро. При этом Оби-Ван надеялся, что с Астри и Диди ничего не случилось.

Они прошли в официальную и особо охраняемую зону Игр, где размещались атлеты и должностные лица. Оби-Ван почувствовал облегчение, когда увидел Астри и Диди рядом, а Баг говорил с Сири и Ферусом. Тру стоял рядом с Рай-Гоулом. Сири повернулась, чтобы поприветствовать Оби-Вана, однако на ее лице был тщательно замаскированный взгляд презрения к Багу.

Оби-Ван выпрыгнул из своего скоростного спидера.

– Что произошло?

– Спидер Бага был украден, – сказала Сири,

– Он решил поднять тревогу для всех Джедаев, – добавил Рай-Гоул.

Оби-Ван одарил Бага сердитым взглядом.

– Вы обратились за помощью к Джедаям из-за того, что ваш спидер украли?

– Вы не понимаете, – сказал Баг, – спидер стоял в зоне повышенной безопасности. Это серьезно. Я считал, что Джедаи будут обеспокоены этим.

– Все большие мероприятия сопровождают множества мелких преступлений, – ответила Сири, – каждый должен быть осторожен со своей собственностью.

– Мелких? – вспыхнул Баг, – я не считают это мелким.

– Сири говорит о том, что это не угрожает безопасности всей планеты, – сказал Оби-Ван.

У Бага заработал комлинк.

– Правда? Я рад тому, что Ливиани прибудет сюда, – сказал он кому-то – Вы обратились к Ливианин? – спросил Оби-Ван.

– Конечно. Как глава организационного комитета Игр, я думал, что он а должна знать о произошедшим, – ответил Баг, – я должен напомнить вам, что я являюсь членом Совета.

– Не думаю, что ты должен напоминать им, – тихо сказала Астри, – ты это постоянно делаешь.

Рядом опустился мерцающий черный аэроспидер, прибыла Ливиани.

– Я получила ваше сообщение, – обеспокоено сказала она Багу, – скажите мне вновь, что у вас произошло, и что у вас украли.

Баг бросил торжествующий взгляд на Джедаев.

– Я обнаружил, что исчез мой скоростной спидер, когда я и Астри вернулись с церемонии открытия, – сказал он, – поскольку я сказал вам, что там осталось некоторое личное имущество. Мой зеленый плащ, единственный, который я принес с собой для того, чтобы не замерзнуть, коробка моих любимых фигда-леденцов, мой датапад, дорожный комплект… и кое-что еще.

– Это очень плохо, – сказала Ливиани, – я рада, что вы связались со мной.

Оби-Ван был удивлен беспокойным тоном ее голоса. Он ожидал, что она будет также раздражена этим, как и они.

– Обращение членов оргкомитета Игр заслуживают самого пристального рассмотрения, – сказала она Джедаям, – вы обязаны приступить к расследованию немедленно.

Сири выглядела пораженной.

– Расследовать воровство спидера? Это трата нашего времени.

Сири никогда не скрывала своих чувств.

– Конечно, есть лучшие способы использовать наше время, – сказал Оби-Ван примиряющим тоном.

– Я так не думаю, – категорически ответила Ливиани, – вы обязаны приступить немедленно.

– Мы не подчиняемся вам, – сказала Сири. Ее лицо было спокойным, однако на щеках заиграл румянец, – мы здесь по запросу Правительства.

– Тогда я свяжусь с правительством, – Ливиани достала свой комлинк, – все, что я сделаю, это свяжусь с Максо Вистой. Он прибудет сюда сразу же, и они прикажут вам сделать это.

– Никто не приказывает Джедаям, – сказал Рай-Гоул. Его мягкий голос был тих, но наполнен такой силой и авторитетом, что заставлял каждого считаться с ним, – мы лишь принимаем запросы. А затем решаем.

Ливиани изо всех сил пыталась справиться со своим раздражением. Было ясно, что авторитетный тон Рай-Гоула заставит ее понять, что большего она не сможет добиться.

– Конечно, – сказала она, сжав губы. Она спрятала комлинк в плаще, – тогда я делаю официальный запрос на расследование.

Ее тон был же более спокойным.

– Подумайте об этом. Эта область является областью наиболее охраняемой. И все же вор проник сюда и украл ценные предметы. Значит, угроза безопасности есть. А атлеты и рабочие – это моя забота.

Оби-Ван быстро кивнул.

– В таком случае, мы принимает ваш запрос. Одна команда Джедаев займется расследованием.

Ливиани кивнула и пошла к своему транспорту. Сири подошла к Оби-Вану.

– А я все еще говорю, что это бесполезная трата нашего времени, – сказала она, – кто знает, сколько потребуется времени, чтобы найти вора?

– Я займусь этим, – ответил Оби-Ван, – времени потребуется, думаю, секунд десять.

Он пристально посмотрел на Диди, который кашлянул и начал смотреть куда-то вдаль.

Глава 8

Анакин заметил знак, который сделал его учитель Диди. Тот попытался его проигнорировать, однако Оби-Ван быстро шагнул тому навстречу. Анакину сделалось любопытно.

Рыцарь отвел Диди в сторону.

– Ты должен все рассказать быстро. Никаких оправданий, никакой лжи. Только правду.

– Я не украл его. Я всего лишь позаимствовал, – ответил Диди.

Диди украл спидер собственного зятя? Анакин не мог поверить этому.

– Я собирался вернуть его, – быстро сказал Диди, заметил грозное выражение лица Оби-Вана.

– Таким же образом, как собирался вернуть кредиты?

– Ах, ты знаешь, – торжествующе сказал Диди, – Это причина. Как я могу возвратить кредиты, если бы не украл спидер?

– Объясни свою логику, – ответил Оби-Ван, – пока в этом никто еще не разобрался.

– Я собирался последовать твоему прекрасному совету и во всем признаться Астри, – начал Диди, – я думал о способе, как я сделаю это. Затем я увидел спидер Бага. Я подумал о том большом количестве кредитов, которые я позаимствовал и о том, что сделает со мной Баг, когда узнает обо всем. Наверняка, он прогонит меня и заставит скитаться в одиночестве по галактике. И тогда я подумал, что есть лучший способ все вернуть и не быть обнаруженным.

– Тогда ты украл его спидер.

– Позаимствовал. Но только для того, чтобы вернуть кредиты. Ты видишь?

– Хорошо, – ответил Оби-Ван, – только теперь его необходимо вернуть.

– Ах, – сказал Диди, – отличное предложение. Но вот только слишком поздно. Я продал его.

– Тогда ты должен отдать им кредиты, – вздохнул Оби-Ван.

– Но я не могу. Я заложил их в пари.

Оби-Ван не мог поверить услышанному.

– Отлично. Я умываю руки. Сейчас я расскажу Багу, кто украл его спидер, а потом ты можешь как угодно и сколько угодно объяснять ему, чего ты хотел.

– Подожди, – быстро закричал Диди, – мой лучший друг, Оби-Ван! Ты не понимаешь! Я совершенно точно верну спидер и кредиты. Я уверен в своей ставке.

– Ставки не могут ничего гарантировать, Диди, – сказал Оби-Ван, – когда ты собираешь узнать ее исход?

– Не сейчас! Но я обещаю…

Оби-Ван молчал, а Анакин смотрел на его лицо. Он ожидал, что его учитель уйдет, но то, что сказал Диди, остановило его. Это казалось совершенно незначительной проблемой для Анакина. Что же так заинтересовало Оби-Вана?

– Почему ты думаешь, что ставка непременно выиграет? – спросил Оби-Ван.

Диди было неприятно расследование Оби-Вана.

– Хорошо. Я могу сказать, что у меня есть источник информации.

– Что за источник? – нахмурился Оби-Ван.

– Источник, которому я доверяю. Он сообщил, что ставка выиграет.

– Кто он? – строго спросил Оби-Ван.

– Тот, кого ты знаешь, – ответил Диди, – Флих.

Оби-Ван застонал.

– Только не Флих. Он на Эусероне?

– Конечно, – сказал Диди, – и разве ты не знаешь? Никто не может достать информацию лучше, чем Флих. Если есть корпоративные секреты, то можно держать пари, Флих знает об их нюансах. Как я мог игнорировать его совет? Я поставил на победителя в беге с препятствиями. И я знаю кто победит. Если ты позволишь мне сделать ставку, то все будет прекрасно. Мои проблемы решатся, к тому же я знаю, насколько ты этого тоже хочешь.

– Подожди здесь, – строго сказал ему Оби-Ван.

Он отвел Анакина в сторону.

– Я думаю, что мы должны заняться этим, – сказал он, – если эта информация точна, то она может повлечь за собой серьезные неприятности вплоть до массовых беспорядков.

– Мы впустую тратим время с этим. Я бы мог за это время подготовить кар, мог помочь Доби и Диланду. Они пытаются освободить свою сестру, а Диди пытается выиграть со своей ставки. Что же более важно?

Анакин скрыл свое разочарование за хмурым взглядом.

– Кто такой Флих? Вы доверяете ему?

– Доверять ему? – Оби-Ван скривился, – нисколько. Однако, если то, что он слышал верно, то у нас могут быть проблемы. Флих всегда где-то рядом с сенаторами. Он знает каждого, знает информацию о финансах. И если он слышал, что все подстроено, то значит, что есть и другие кто слышали это.

Он вздохнул.

– Как бы я не хотел этим заниматься, но боюсь, что мы должны расследовать это, – Оби-Ван осторожно посмотрел на Анакина, – что-то не так, падаван?

– Мне все равно кажется, что это пустая трата нашего времени, – сказал Анакин, не решившись вступить в спор с учителем, – мы здесь, чтобы поддерживать правопорядок. Есть лучшее использование времени Джедаев.

Он не упомянул Доби и Диланда, но знал, что его учитель и так узнает то, что он не договорил.

Оби-Ван кивнул, словно принимая к сведению мнение Анакина.

– Что на твой взгляд является лучшим использованием нашего времени?

Анакин смотрел в пол и молчал.

– Скажи мне, – продолжил Оби-Ван, – на твой взгляд, что произойдет, если обнаружится, что кто-то заранее знал о том, что произойдет, кто победит?

Анакин пожал плечами.

– Некоторые будут разочарованы. Особенно те, кто сделал ставки.

– А как насчет планет? Если им вдруг покажется, что их обманули, что был заранее спланированный заговор, как отреагируют другие миры? Каждый из миров посылает сюда лучших атлетов, чтобы соревноваться на Галактических играх. Все они – зачастую большие герои в своих родных мирах. И если выявится, что кто-то подтасовал результаты, не дал победить одному, а дал победить другому?

– Полагаю, это может вызвать волнения, – сказал Анакин, немного помолчав.

– Да, юный падаван, – ответил Оби-Ван, – сотни тысяч существ переполняют город. Все они прибыли, чтобы приветствовать своих героев или будущих победителей. Это может показаться не важным для нас, но миссии не всегда сопряжены со сражениями. Иногда они начинаются с чего-то совершенно незначащего, не значительного. Но Джедаи должны увидеть это незначительное, которое может оказать огромное влияние.

– Если это является настолько маленьким и незначительным, как мы можем узнать это?

– Важно исходить из того, на что мы смотрим, – ответил Оби-Ван.

Анакин нахмурился.

– Я не понимаю.

Оби-Ван положил руку на плечо Анакина.

– Я знаю. Поэтому ты все еще падаван. Когда-нибудь поймешь.

Глава 9

Оби-Ван не обвинял Анакина в его сомнениях. Ставка Диди, на первый взгляд, многим бы показалась не стоящей внимания Джедаев. Но внутренний голос говорил Оби-Вану, что тут есть на что стоит обратить внимание. Он учился слушать этот внутренний голос. Этому его научил Куай-Гон. И если бы сейчас была возможность научить Анакина лишь одному, он бы научил его прислушиваться к своей интуиции, к этому внутреннему голосу.

Диди нервно спешил по переполненным улицам, в глазах его была тревога. Он был уверен, что очень скоро служба безопасности будет преследовать его.

– Флих не будет очень рад тому, что я вовлек Джедаев, – сказал он, – может быть, будет лучше, если вы продолжите одни.

– Нет, этого не будет, – твердо ответил Оби-Ван.

Диди остановился и повернулся к ним.

– Не поймите меня неправильно. Я уважаю, и рад вашему присутствию. Но быть твоим другом нелегко, Оби-Ван.

– Я знаю это.

Диди направился к площади, которая также была заполнена народом. В центре площади играли фонтаны, в струях которых показывались различные миры, подсвеченная вода сияла разными цветами. Деревья и цветы с разных планет галактики были помещены в огромные каменные вазы. Большой экран информировал всех о времени начала тех или иных соревнований, маршрутах, чтобы добраться к ним. Другие экраны, по меньше, показывали события, которые разворачивались на различных стадионах. Различные существа со всех планет галактики сидели за столами в многочисленных кафе, смотря за экранами, потягивая сок или чай, поедая сладости. Многие родители смотрели, как их дети игрались в разноцветных струях воды фонтанов. Где-то недалеко играл оркестр.

Оби-Ван осмотрелся на площади. И хотя он не видел Флиха многие годы, он узнал его немедленно. Тот сидел, прислонившись спиной к стене, обвитой лозами, закинув нога на ногу. Он потягивал из своего стакана ярко-желтый сок. Флих по-прежнему был худой и небрежно одетый. Его длинные уши от этого казались еще более длинными, словно лепестки цветка, лежащие на плечах. Пучок серых волос торчал из его лысеющей головы. На пальцах было одето несколько золотых колец. Когда они подошли поближе, то Оби-Ван увидел, что Флих заменил свою гордость, вставной зеленый глаз, на глаз золотого цвета.

Оби-Ван первый раз встретился с Флихом, когда он был еще падаваном Куай-Гона. Флих поклялся помогать лучшему другу Диди даже, если потребуется сказать правду Джедаям или имитировать собственную смерть. Однако выудить всю правду из Флиха было делом не легким.

Его безмятежное выражение лица исчезло, когда он увидел Джедаев, однако он быстро расплылся в приветственной улыбке.

– Диди! Старый друг! Какая неожиданность видеть тебя на Эусероне! Хотя каждый сейчас стремится попасть сюда, поэтому собственно я не очень и удивлен.

– Ты помнишь Оби-Вана Кеноби, великого рыцаря Джедая?

– Конечно. Но когда я встречался с ним, он был лишь учеником, – сказал Флих, – Оби-Ван, какая приятная встреча! Мне очень повезло, что выпал случай возобновить нашу большую дружбу.

– Мы никогда не были друзьями, – поправил его Оби-Ван.

– Все верно. Мы не были. И это меня огорчает, – с печалью согласился Флих, – но теперь у нас есть еще один шанс. Вижу, что у вас теперь тоже есть падаван.

– Я – Анакин Скайуокер, – представился Анакин.

Флих повернулся так, чтобы рассмотреть юношу здоровым глазом.

– Я слышал о вас.

Анакин напрягся.

– Что вы слышали?

– Эй, подожди. Расслабься, юный друг, – ответил Флих, – уверяю тебя, это были только хорошие вести. Да, Джедаи обладают удивительными талантами, и слава опережает вас там, куда вы идете.

– Диди сказал нам, что у вас есть информация о некоторых событиях, которые должны произойти на Играх, – сказал Оби-Ван.

Флих пристально посмотрел на Диди.

– Я? Я слышу многое, но это не стоит того, чтобы докучать всеми этими слухами Джедаям.

– Это не то, что сказал Диди, – небрежно ответил Оби-Ван. Он сказал это таким тоном, как будто бы в его распоряжении была цела вечность, однако в его голосе была твердость. Джедай готов был вытаскивать информацию из Флиха. Ему хотелось добраться до сути дела быстрее. Тратить впустую целый день казалось непозволительной роскошью.

– Хорошо, хорошо, – сказал Диди, когда Флих еще раз пристально посмотрел на него, – я рассказал ему. Но он Джедай, Флих. Никто не может обмануть Джедая.

– Я не вижу причины почему, – сердито ответил Флих, – они ничем не отличаются от других.

– О, да, – иронично сказал Анакин, – мы точно.

Флих повернулся к Джедаям и пристально смотрел на них. Его взгляд задержался на световых мечах Оби-Вана и Анакина.

– Эммм… У вас действительно есть отличия. Поэтому хорошо. Я признаю это. Но только в знак нашей глубокой дружбы, которую я храню, несмотря на ваш отказ принять ее, я скажу вам, что я знаю. Мне передали слух, что результаты одних соревнований известны до их проведения. Я сказал об этом Диди. В конце концов, почему мой друг не должен извлечь из этого выгоду?, – он пристально посмотрел на Диди, – но если бы я знал, что у моего друга такой дырявый рот, то, возможно, не стал бы так поступать.

– Вы вовлечены в это? – спросил его Оби-Ван, – вы знаете, кто победит в беге с препятствиями и как возможно подстроить все это.

– Я не знаю ничего, кроме того, что победит участник с Альдерана.

Оби-Ван нахмурился. Как можно было подстроить победу в беге с препятствиями.

– Откуда вы знаете?

– Я не должен говорить вам этого, – вызывающе сказал Флих.

– Это правда, – ответил Оби-Ван, – однако, думаю, вы скажете это силам безопасности правительства.

Флих опять расплылся в улыбке.

– В этом нет никакой необходимости. Я предпочитаю быть открытым для друзей. Мне об этом сказал Куентор. Существо, которое занимается теми же делами, что и я.

– Еще один преступник?

– Я бы сказал продавец информации, к которому в руки попал очень ценный товар. Куентор не сказал мне, откуда он узнал, но он поклялся, что информация точная и я поверил ему. Умный он, этот Куентор. Он бы не стал обманывать. Он лишь заметил, что на Играх есть посвященное лицо, которое и подстроит все. Хороший способ сделать большое состояние, не так ли? Я думал, что это всего лишь слух, который поможет добыть несколько кредитов мне лично и моему другу.

Оби-Ван пристально смотрел на него. Флих называл информацию лишь слухом, но он посоветовал Диди заключить пари и, без сомнения, поставил и сам. Но это вовсе не обязательно, что слух окажется верен. Диди не раз проигрывал свои пари, в том числе и те, которые он заключал по совету Флиха.

Флих заметил сомнения Оби-Вана.

– Вы бы тоже могли сделать ставку, друг мой. Ведь даже Джедаи могут использовать кредиты. Тогда вам не пришлось бы затягивать пояса во время своих миссий, у вас бы были собственные транспорты, или вы бы обзавелись новой одеждой…

Оби-Ван искал зацепку.

– Соревнования скоро начнутся, – сказал он.

– Да, к сожалению, для вас уже все слишком поздно, чтобы сделать с этим что-либо, – сказал Флих, – жаль. Поэтому идите.

– Стадион пять. Это не далеко, – быстро проговорил Оби-Ван, – пошли, Анакин! Ты тоже, Диди!

– Нет, я нет, – ответил Диди, – я должен навестить одного старого приятеля. Оооох!!!

Договорить Диди не успел. Оби-Ван схватил его за воротник и потащил за собой.

– Мы можем успеть, – сказал Оби-Ван, – у нас есть несколько минут.

Они поспешили с площади. Улицы пустели, поскольку начинались соревнования. Оби-Ван и Анакин ускорили шаг, так что теперь Диди едва поспевал за ними. Но Оби-Ван не позволял ему идти самостоятельно. Не было никакого способа вытащить туда Флиха, но они могли, по крайней мере, через Диди выйти на того.

– Есть аэротакси, – запыхавшись, сказал Диди, – прошу тебя, Оби-Ван, возьми его.

Они как раз достигли остановки. Аэротакси было там. В нем никого не было, кроме пилота.

– Стадион пять. Срочно! – сказал Оби-Ван.

Пилот кивнул и не поворачиваясь к пассажирам, поднял машину в воздух. Оби-Ван сел рядом с Анакином.

– Что мы будем делать, когда доберемся до туда? – спросил его юноша.

– Пока не знаю, – ответил Оби-Ван, – мы не можем быть уверены в том, что все услышанное, правда. У нас нет весомых доказательств.

Корабль быстро летел. Здания мелькали разноцветными красками.

– Разве вам не кажется, что он летит несколько быстро? – заметил Диди, сложа руки вместе.

– Учитель, я чувствую волнение Силы, – тихо сказал Анакин.

Оби-Ван был ошарашен тем же чувством. Он поднялся и бросился к пилоту, но корабль сильно дернуло влево, почти ударяя о здание. Джедай едва успел схватиться за поручни. Он начал пробираться к пилоту. И корабль резко качнуло вправо. Металл скрипел, корабль бросило вновь. Диди изо всех сил вцепился в свое место.

Оби-Ван с трудом пробирался вперед, поскольку корабль мотыляло из стороны в сторону, огибая здания. Пилот полностью изменил маршрут, он ворвался на другую воздушную линию, нарушая все правила, и полетел по встречной.

Корабли теперь летели прямо на них. Пилот поставил скорость на максимум и встал на ноги. Он открыл двери, а затем спокойно выпрыгнул. На нем был антигравитационный пояс и он благополучно приземлился где-то внизу, оставив пассажиров в неуправляемом корабле, на максимальной скорости, несущейся по встречной воздушной линии.

– Мы все умрем! – закричал Диди.

Глава 10

Анакин, перепрыгнув через сидения, рванулся вперед и кинулся к управлению кораблем. Он уже знал точно, что ему надо делать. Менее опытный пилот бы немедленно снизил скорость. Но Анакин знал лучше, что надо делать.

Он нуждался в скорости, чтобы избежать столкновения. Вместо того, чтобы замедлиться, он резко завернул вправо. Корабль, который летел на них, успел разминуться. Анакин заметил испуганный взгляд пилота того корабля, который не успел бы ни отвернуться, ни поменять курс.

Аэротакси было медленнее и неповоротливее, чем гоночный кар, но Анакин чувствовал знакомые острые ощущения, когда пилотируешь машину на высокой скорость и грани возможности.

Как только они увернулись от встречного корабля, Анакин снизил скорость и свернул влево. Сейчас он был достаточно быстр, чтобы избежать следующего столкновения. Он пилотировал корабль, постепенно выводя его с полосы встречного движения на нормальное направление.

Диди поднялся с пола, ощупывая свою голову:

– Мы что, уже умерли?

– Отличное пилотирование, падаван, – сказал Оби-Ван, садясь в кресло позади Анакина, – мы едва не погибли.

Диди также поднялся на ноги.

– Что за пилот пытается разбить аэротакси, а затем спрыгивает? Я знаю некоторых плохих пилотов, но…

Догадка вдруг осенила его. Он смотрел на Джедаев.

– Нет, – замотал он головой, – нет. Нет.

– Да, – подтвердил Оби-Ван его худшие предположения, – это было преднамеренно. Определенно за нами следили. Более всего вероятно, это был Флих.

Диди покачал головой.

– Не может быть. Флих – мой друг.

– Хорошо, ваш друг сказал кому-то, что мы направляемся на стадион, – ответил Анакин, – а ведь пустое аэротакси не обнаруживается случайно.

Вдруг позади них вспыхнули мигалки, зазвучала сирена, и заговорил громкий голос: Именем Правительства – остановитесь! Повторяю! Остановитесь!

– Мы должны сделать это, – сказал Анакину Оби-Ван, – нам придется многое объяснить.

– Служба безопасности! – воскликнул Диди, – я ведь вам сейчас не нужен, Оби-Ван? Я пойду на стадион и сообщу вам, что там происходит.

– Если я услышу, что ты еще раз сделал ставку, то ты сильно пожалеешь об этом, – предупредил его Оби-Ван.

– Никаких ставок! – Диди стоял рядом с дверью, ожидая пока Анакин снизиться настолько, чтобы безопасно спрыгнуть, – Обещаю!

Анакин посадил аэротакси и Диди выпрыгнул, тут же исчезнув в толпе, незамеченный офицерами безопасности, которые вышли из своего спидера и приблизились к Джедаям.

Офицер охраны был одет во все черное. Он снял шлем.

– Мы получили сообщение об неуправляемом аэротакси, которое подвергает опасности другие транспорты.

– Мы – Джедаи, – сказал Оби-Ван, – пилот сбил управление, а затем выпрыгнул. Нам удалось вернуть избежать катастрофы.

Офицер какое-то время пристально смотрел на них, затем достал информационную деку, размером с ладонь.

– Опишите его.

Оби-Ван дал примерную оценку роста и веса пилота.

– Он был одет в обычную униформу пилотов, – сказал Оби-Ван, – на шлеме был светоотражающий щиток, поэтому нам не удалось подробно рассмотреть его лицо. Но он был гуманоидом. Левая мочка уха было больше чем правое. Был порез на его правой перчатке.

– Один ботинок также выше на пару сантиметров второго, – добавил Анакин, – а на правой перчатке было еще темное пятно.

– Вероятно кровь, но следов раны не было, поэтому можно предположить, что это была кровь другого существа, – заметил Оби-Ван, – запах пота указывал на то, что незадолго ему пришлось сражаться. Возможно для того, чтобы угнать аэротакси. Вероятно, вы найдете раненого настоящего пилота.

– Уже нашли. Он дал нам описание, сказав, что напавший на него был высок, – офицер спрятал деку, – Джедаи наблюдательные. Теперь будем искать. Мочка уха больше, да?

Офицер покачал головой.

– Это все хорошая информация, но город переполнен. Мы вряд ли найдем его. Вы можете идти.

Стадион Пять был теперь недалеко. Оби-Ван и Анакин поспешили через входные арки на арену. Их уши закладывало от рева толпы. Соревнования уже начались.

Диди ждал их у монитора, на котором показывались бега. Оби-Ван видел, что трасса состоит из множества уровней. Каждый уровень имел ряд голографических препятствий. Само соревнование заключалось в том, чтобы быстрее пройти полосу препятствий.

Диди тревожно спросил:

– Они спрашивали о спидере Бага?

– Нет, они только интересовались аэротакси, – сказал Оби-Ван, – случилось ли, что-нибудь странное?

– Пока ничего. Все атлеты проходят трассу. Спортсмен с Алдерана лидирует, – Диди сложил руки, – я и думал сделать ставку на него.

Оби-Ван подошел к платформе. Шум толпы по-прежнему закладывал уши. Они находились выше трассы и он мог видеть, как атлеты, носящие цвета разных планет преодолевали препятствия, появляющиеся на дорожках. Толпа ревела в восторге, подбадривая своих любимцев.

Оби-Ван тщательно за всем наблюдал. Все проходило по правилам. Спортсмены были максимально сконцентрированы.

– Дело в таймерах, – сказал он Анакину, – вот где возможно вмешательство. Ведь достаточно убрать лишь одну сотую секунды и гонка будет выиграна, благодаря лучшему результату.

– Таймеры управляются одним человеком? – спросил Анакин.

– Я не знаю, – ответил Оби-Ван, – но это легко выяснить.

Тем временем гонка завершилась. Победил атлет с Алдераана. Рядом с Оби-Ваном застонал Диди.

– Так растет мое состояние, – сказал он.

Камеры были нацелены на центр стадиона. Высокий, красивый мужчина-эусеронец возложил сияющий обод с кристаллом на голову победителя, как главную награду. Толпа взревела от восторга.

– Это Максо Виста, – в благоговении вздохнул Диди.

– Он старше, чем я думал, – сказал Анакин.

– Он великолепен, – добавил Диди.

– Диди, я хочу, чтобы ты кое-что сделал для меня, – сказал Оби-Ван, поворачиваясь спиной к экрану, на котором транслировалась церемония награждения, – прежде всего, держись подальше от неприятностей, будь осторожен. А второе – найди Флиха. Возможно, я должен снова буду поговорить с ним.

– Все в порядке, Оби-Ван. Я сделаю то, что ты говоришь. Ведь моя судьба переплетена с твоими желаниями, – сказал Диди, грустно смотря на церемонию.

– Пошли, падаван, – сказал Оби-Ван, – я хочу поговорить с хронометристом этого соревнования.

Пока они шли в ложу для особо важных гостей на 20-м уровне, в которой находились члены Оргкомитета Игр и другие должностные лица, Оби-Ван связался с хранителем Архива Храма Джокастой Ню.

– Вы можете найти мне информацию о человеке по имени Куентор? Он часто обитается около Сената, торгуя информацией.

– Что вы хотите узнать? – спросила Джокаста Ню.

– Точно не знаю. Его местонахождение. Любые связи, которые у него могут быть с правительством Эусерона или Галактическими играми.

Пока он говорил, то зашел в ложу гостей. В первом ряду Максо Виста говорил с высоким эусеронцем, одетым в длинную белую одежду. Оби-Ван предположил, что это был один из Правителей Эусерона, но не знал который именно. На секунду он замешкался.

– Мы можем встретиться с ним? Мы можем встретиться с Максо Вистой? – шепнул тихо Анакин. Он слышал историю о том, как Виста выиграл последние Игры.

– Максо Виста? – спросила Джокаста Ню, услышав шепот Анакина. Ее голос потерял обычное деловое звучание. Оби-Ван никогда не слышал, что она говорила с таким волнением.

– Вы встретились с ним?

– Нет, – сказал Оби-Ван.

– Неужели вы не знаете, кто он, – поинтересовалась Джокаста Ню.

– Вы можете достать для меня нужную информацию? – раздражено спросил Оби-Ван.

– Да, Оби-Ван. Я сделаю то, что смогу, – голос Джокасты Ню наполнился еще и иронией.

Максо Виста заметил их и обратил на них внимание высокого эусеронца.

– Я надеялся встретиться с Джедаями, – сказал он, – это Третий Правитель, один из самых уважаемых в Правительстве.

Оби-Ван представился сам и представил Анакина. Максо Виста широко улыбнулся, блеснули его ярко зеленые глаза.

– Мы благодарны Джедаям, что они любезно согласились посетить Игры. Поскольку Игры собирают многие миры, они способствуют делу мира во всей галактике.

Третий правитель кивнул головой.

– Наше правительство благодарно вам. Однако, должен извиниться, я спешу на следующую церемонию.

Как только Третий Правитель оставил их, Оби-Ван повернулся к Максо Виста.

– Мы хотели бы поговорить с судьей и хронометристом этих соревнований.

– Конечно, – Максо наклонился вперед и коснулся пальцем сверкающего экрана, – его зовут Аарно Деринг.

Он еще раз посмотрел на экран.

– Боюсь, что он уже покинул стадион. Но я могу дать вам его адрес в официальных кварталах Игр.

– Мы будем очень признательны вам за это.

Максо Виста колебался.

– Что-то не так?

– Нет, обычная проверка, – заверил его Оби-Ван.

Он кивнул и вновь посмотрел на экран, а затем дал им адрес Аарно Деринга. Оби-Ван и Анакин поспешили покинуть Стадион Пять. Аэротакси были переполнены теми, кто также покидал стадион. Оби-Вану и Анакину пришлось быстро пробиваться сквозь толпу самых разнообразных существ.

– Я не поверить, что действительно встретился с Максо Вистой, – сказал Анакин, – никогда не забуду его достижения в гонках на последних Играх. Вы видели, как он преодолевал препятствия? Тогда он установил новый галактический рекорд.

Лицо Оби-Вана ничего не выражал, и Анакин лишь вздохнул:

– Я не могу в это поверить, что вы не знаете, кто он. Каждый… -… знает Максо Висту, – закончил за него Оби-Ван, – но в данный момент меня больше интересует Аарно Деринг.

Спустя несколько кварталов, они преодолели контрольно-пропускной пункт безопасности и быстро обратились к карте, чтобы найти квартал 7, номер 4116.

– Нам сюда, – сказал Оби-Ван.

Они поспешили дальше по проходам, которые соединяли различных здания, выстроенные из дюрапластичных материалов, раскрашенные в яркие цвета. Когда они достигли Квартала Семь, то начали искать улицу с четвертой нумерацией.

– Номер 4116 должен быть в конце этого прохода, – сказал Анакин.

В конце прохода из одного из строений вышел мужчина. Он остановился, закрывая дверь и размещая личные вещи по карманам. Он огляделся нейтральным взглядом, но увидев Джедаев, взгляд вспыхнул удивлением и испугом.

Он резко обернулся и направился в другую сторону.

– Аарно Деринг? – позвал его Оби-Ван, поспешив за ним, – мы хотели бы поговорить с вами.

Деринг побежал. Оби-Ван и Анакин кинулись вдогонку.

Деринг хорошо стартовал, но вот атлетом был никаким. Он петлял по улице, стараясь запутать преследователей, отталкивал тех, кто встречался ему на пути. Оби-Ван догонял его. Анакин следовал за своим учителем.

Деринг кинулся из кварталов на оживленную проезжую улицу. Оби-Ван почти настиг его. Но вдруг, словно из-под земли возник скоростной спидер, который устремился прямо на Деринга. Оби-Ван потянулся, чтобы схватить того за одежду, но спидер, не снижая скорости, сбил его, подкинув в воздух. Спустя мгновения Аарно Деринг упал на землю с отвратительным глухим стуком.

Глава 11

– Идите к нему, – быстро приказал Оби-Ван Анакину.

Оби-Ван же подскочил к спидеру. Быстрым движением он выхватил световой меч и ударил им. Спидер потерял управление и врезался в ярко-желтое здание. Пилот немедленно выпрыгнул из него. Оби-Ван узнал в нем пилота аэротакси. Он был прекрасно физически подготовлен, его движения были изящны.

Пилот покинул спидер и побежал по улице. На ходу он вытащил подъемник и подбежав к высокому зданию, выстрелил вверх и начал подниматься на крышу. Оби-Ван активировал также свой подъемник. Он взобрался на крышу, тогда, когда пилот перепрыгнул на крышу другого здания. Оби-Ван последовал за ним.

Пилот не оборачивался назад. Оби-Ван отметил его хладнокровие. Немногие могут решиться на то, чтобы не оборачиваться и посмотреть, где находится его преследователь. Оби-Ван догонял его, и пилот, словно почувствовав это, ускорился, перепрыгнув на следующую крышу. Она была метров на двадцать дальше, но он приземлился легко и продолжил бег. Оби-Ван обратился к Силе и совершил прыжок.

Пилот бежал по краю крыши. Оби-Ван слышал шум толпы и видел, как внизу пустел стадион. Аэротакси выстроили в ряд, ожидая пассажиров. Пилот остановился и включил антигравитационный пояс, а затем спрыгнул с крыши. Благодаря устройству он благополучно приземлился внизу и поспешил дальше.

Оби-Ван спрыгнул вниз, ему пришлось в последний момент маневрировать, чтобы не сбить ребенка, который вдруг появился на пути. Он приземлился тяжело. И вставая, увидел, как пилот исчез в толпе. Досада охватила Оби-Вана. Он мог бы поймать пилота. Но этого не произошло. Может быть в следующий раз.

Он повернулся и пошел назад. Анакин склонился над Аарно Дерингом, его рука была на плече мужчины. Оби-Ван уже знал, что тот был мертв.

Он подошел к Анакину и положил ему руку на плечо. Какое-то время они стояли так. Джедаи всегда останавливались, чтобы выразить сожаление прерванной жизнью, даже если они не знали умершего.

– Я ничего не смог сделать, – Анакин был бледен. Он и раньше видел смерть, и она все еще сильно впечатляла его. Оби-Ван отчасти был рад, видя такую реакцию юноши. Он надеялся, что Анакин не потеряет свою чувствительность, будет и дальше ценить жизнь. Было время, когда он задавался вопросом, сможет ли Анакин быть предельно концентрирован, когда ему придется сражаться на смерть. С этого времени, Оби-Ван более тщательно наблюдал за падаваном. И когда он видел, что его падаван осознает ценность потерянной жизни, то был уверен, что тот не зачерствеет в своих чувствах.

Спидеры службы безопасности прибывали. Прилетел и гладкий черный спидер Ливиани Сарно. Когда она выскочила, то все увидели, насколько она бледна.

– Сначала пилот аэротакси был тяжело ранен, теперь это, – она указала на тело Аарно Деринга, – как вы объясните происходящее Совету?

Анакин вспыхнул гневом, но рука Оби-Вана сжала его плечо и остановила юношу. Слова Ливиани Сарно оскорбили также и Оби-Вана. Она рассматривала смерть человека, как некое неудобство.

– Очевидно, что Джедаи не могут сдержать своих обещаний, – продолжала Ливиани.

– Джедаи не обещали ничего, кроме своего присутствия, – поправил ее Оби-Ван.

Ее губы были плотно сжаты.

– Тогда я вынуждена прибегнуть к мерам дополнительной безопасности.

– Это хорошая идея, – ответил Оби-Ван. Он был задет ее тоном, но усиление мер безопасности было не такой уж и плохой идеей, учитывая все происходящее. Он не хотел сейчас рассказывать все Ливиани. Чиновники имели обыкновение мешать расследованию. Оби-Ван хотел сначала выяснить все сам, с чем он имеет дело.

Ливиани обратилась, чтобы поговорить с офицером охраны.

– Полагаю, что надо усилить вопросы контроля, – сказала она, стоя спиной к Джедаям, – только делать все незаметно, чтобы не поднимать лишней тревоги. Вы справитесь.

Оби-Ван пошел прочь. Анакин выдохнул.

– Должно быть, мне еще многому надо узнать о терпении, – сказал он, – но я не знаю, как вы иногда терпите такое, учитель.

– Потворство мгновенному раздражению не что иное, как способствование безумию, – ответил Оби-Ван, – Ливиани волнуется, что если такие события будут происходить и дальше – это отразится на ней. У нас же есть более важные дела. Когда Аарно Деринг оставил свою дверь открытой, ты заметил что-нибудь особенное?

Он наблюдал за тем, как падаван нахмурился, вспоминая. Затем лицо Анакина прояснилось.

– Он попытался спрятать информационную деку в плащ левой рукой. Но когда увидел нас, решил бежать, а дека упала у двери. Двери не закрылись.

– Точно, – сказал Оби-Ван, – я думаю, что нам бы стоило взглянуть на комнату Аарно Деринга.

Они вновь прошли через пункт безопасности и быстро добрались до комнаты судьи. Когда прибудут службы безопасности, было лишь вопросом времени. А Оби-Ван не был уверен, что они будут сотрудничать с Джедаями.

Дека лежала в дверном проеме. Оби-Ван передал ее Анакину, а затем посмотрел на еще одну карточку, которая лежала там же. Это было удостоверение личности на имя Ака Дюранка.

– Это фальшивое удостоверение личности для Аарно Деринга, – сказал он Анакину, – часто в новых именах используются те же инициалы, что и в реальных. Это помогает им запомнить свою новую личность.

– Что это означает? – спросил Анакин, – почему Деринг хотел приобрести новую личность?

– Есть только одна причина – ответил Оби-Ван, – он боялся, что будет пойман. Вопрос только – почему?

Он пристально смотрел на удостоверение личности.

– Существа обычно не ищут больших неприятностей без причины. Он боялся. Но чего?

Оби-Ван и Анакин вошли в комнату, осматривая ее. Здесь было все убрано, опрятно и чисто. Закрытый рюкзак стоял на столе. Двое часов располагались недалеко от кровати. Оби-Ван посмотрел на них.

– Они установлены так, чтобы разбудить его, – сказал он, – Деринг использовал их так, чтобы быть уверенным, что не проспит.

Он поставил их назад туда, откуда взял.

– Интересно. Хронометрист, который не доверяет времени.

– Учитель, посмотрите на это, – Анакин склонился над холодиском, – он не кодировал свои файлы.

– Он был озабочен тем, чтобы получить новые документы, поэтому, скорее всего, не успел закодировать файлы, – размышлял Оби-Ван,- это подразумевало то, что он был уверен, что не попадется.

– Он отметил соревнования, в которых он настраивал систему контроля времени. Бег с препятствиями тоже есть. Они единственные оставленные. Но, учитель, – Анакин был удивлен, – здесь также есть информация о гонках на карах.

Оби-Ван подошел и прочитал файл.

– Да. Как это ни странно, но он устанавливал хронометраж и в гонках на карах.

Анакин достал деку.

– Это значит, что у Доби и Диланда нет шансов. Победитель уже известен.

– Может быть. Мы не знаем этого наверняка.

– Что-то я не понимаю, учитель. В гонках на карах невозможно заранее установить победителя, – продолжил Анакин, – это не бег с препятствиями, когда твой противник только время и ты один на трассе. В гонках на карах победителем является тот, кто первым приходит к финишу. И никто не может гарантировать, что кар не сломается или не произойдет аварии. Я бы не стал делать ставку, даже если бы кто-то сказал мне, что победитель гонки будет заранее известен.

Оби-Ван кивнул.

– Я понял, что ты имеешь в виду. Но это не может быть простым совпадением, что подкупленный судья-хронометрист имеет отношение к гонкам на карах.

Он вспоминал опрятность Аарно Деринга, обдумывая следующий шаг. Он ему не нравился, но Оби-Ван должен был сделать его. Ему надо было послать Анакина обратно на гонки.

– Это может быть куда больше, чем я думал, – сказал он громко, – без сомнения, Флих не сказал нам всего. И без сомнения, есть то, о чем Флих даже и не знает. Я свяжусь с Сири и Рай-Гоулом, чтобы узнать, выяснили ли они что-нибудь. Анакин, ты должен вернуться к гонщикам.

Оби-Ван не хотел видеть, как расцветает от этих слов лицо Анакина.

– Ты подружился с Доби и Диландом. Попытайся узнать, знают ли они, что результаты гонки могут быть подтасованы и какие пари заключены.

– А что собираетесь делать вы, учитель?

– Я пойду с противоположного конца. Если мы хотим узнать, кто стоит за этим, надо выяснить, кому все это выгодно. А значит есть кто-то или группа существ, которые принимают ставки на результаты соревнований.

– Но как вы обнаружите кто это?

– Я должен еще раз поговорить с Узо Изо.

Глава 12

Анакин прилетел к ангару на спидере Доби и Диланда, оставив Оби-Вана с Сири и Рай-Гоулом. Анакин был рад, что ход расследования позволил ему вернуться. Он уже чувствовал, что сдружился с Доби и Диландом. Он пообещал им помощь и намеревался сдержать слово. Самое приятное было еще и в том, что сейчас он полностью следовал указаниям Оби-Вана. Работа с их каром была совершенным предлогом, чтобы узнать все происходящее на гонках.

Но если быть до конца честным с собой, Анакин должен бы признать, что не обещание и расследование привело его назад, на гонки. Ему просто было здесь хорошо. Здесь он не должен был постоянно следить, достаточно ли хорош он, здесь не надо было сомневаться в себе. Все, что он должен был делать, это заставить кар передвигаться очень, очень быстро.

Когда Анакин припарковал спидер, то увидел Доби и Диланда, работающих с двигателем. Юноша поспешил к ним. Диланд поднял замазанное маслом лицо.

– Рад видеть тебя вновь! У нас тут возникла проблема с ротором, которую решить пока никак не удается.

– Позвольте мне взглянуть, – Анакин склонился над двигателем, – это может быть также проблема с соединителем. Дайте мне гидрогаечный ключ, и я посмотрю еще и клапаны.

Анакин взял инструмент у Доби и склонился над двигателем.

– Вы раньше знали эту трассу здесь? – спросил он, – ведь знать трассу вперед всегда хорошее преимущество. Чем больше информации о гонке, тем легче будет выяснить, что тут происходит.

– Нет, – сказал Доби, – гонщики не знают трассы до гонки.

Анакин заинтересовался.

– Не понял. Что вы имеете в виду?

– В карах теперь есть компьютеры, которые показывают курс каждые три минуты, – объяснил Диланд, – мы участвуем в гонках, и нам показывают трассу. Это новшество, выдуманное Себульбой, позволяющее уравнять шансы всех гонщиков.

– Он знает, что Хекула легко справиться с этим, – сказал Доби, – плюс у них есть такой маневренный кар. Это все может сделать гонку более захватывающей.

Анакин закончил ремонтировать клапаны. Это могло быть ключом к тому, что победитель гонки будет известен заранее? Что если кар сына Себульбы будет иметь информацию раньше, чем у других. Тогда Хекула получает огромное преимущество.

– Кто посылает маршрут бортовым компьютерам? – спросил он.

– Официальный хронометрист гонок, он устанавливает программу, – ответил Доби, – но мы не знаем его.

Но я знаю, – подумал Анакин, – Это Аарно Деринг. И Аарно Деринг мертв. Кто-то должен будет его заменить в управлении программой. Но кто?

– Кто фаворит? – спросил падаван, – как оцениваются его шансы?

– Десять к одному для Хекулы, – сказал Диланд, – прошел слух, что Себульба поставил свое состояние на сына.

Конечно, он это может, – вновь думал Анакин, – ведь он знает, что Хекула победит.

Анакин посмотрел на место, где стоял кар и где сидел Себульба, потягивая чай, в то время как дроиды работали с каром Хекалы. Себульба встретился с ним глазами. Что-то изменилось в них. Память напомнила дагу одну встречу на Татуине.

Он поднялся и приблизился к ним.

– Теперь я узнаю тебя, маленький раб. Все, в чем ты нуждался, так это в том, чтобы перемазать свое лицо маслом, – засмеялся он, – какая неожиданность. Я уж думал, что ты давно мертв.

– Нет, Себульба, – ответил Анакин, – я здесь, чтобы удостовериться, что и твой сын потерпит поражение также, как и ты на Татуине. Это было так ужасно.

– Тогда тебе просто повезло, маленький раб, – зашипел Себульба, – ты только человек, медленный и неуклюжий, как банта. Я должен был бы убить тебя тогда.

– Ты попытался, – холодно ответил Анакин, – но потерпел неудачу. Терпеть поражения – это твоя судьба.

– Наглец, – громко сказал Себульба, поднимая руку для удара. Анакин не сомневался, что удар мог быть достаточно сильным для того, чтобы нокаутировать его. Но теперь он был Джедаем. Рука Себульбы, словно замерла. Все напоминало замедленную съемку. Он легко отошел сторону, ветер коснулся его лица. Себульба промазал и едва не потерял равновесие. Он захотел нанести еще один удар.

– Ты не можешь даже коснуться меня, – сказал Анакин. Он был настолько близок от Себульбы, что тихо шепнул ему: – ты никогда не был достаточно быстр. И теперь тоже.

– Мальчик-раб! – крикнул Себульба, замахиваясь вновь. Но в этот раз Анакин избежав удара, откинул дага пинком.

Разгневанный Себульба поспешил обратно, но между ними встал Глаймфид Алдар Бидо.

– Вы мешаете мне концентрироваться, – сказал он Анакину, доставая бластер с пояса.

– Он – Джедай, – шепнул Доби, – я не делал бы это на вашем месте.

– Все существа одинаковые, когда мертвы, – сказал Бидо, пристально смотря.

Анакин колебался, не зная, что делать. Ситуация угрожала выйти из-под контроля. Хекала готов был присоединиться к драке. И если она начнется, то могут пострадать многие, в том числе Доби и Диланд.

– Господин, – сказала вдруг появившаяся Джалла, потянув Себульбу за одежду, – я заварила свежий чай.

– Что? – в ярости сказал Себульба, – уйди от меня, рабыня.

Он изо всех сил размахнулся, чтобы ударить Джаллу, оперевшись задними ногами. Диланд подскочил вперед, чтобы защитить сестру. Сильный удар Себульбы пришелся на него, и Диланда отбросило прочь и ударило о камень. Он неудачно приземлился, ударившись о камень, вскрикнул.

– Диланд, – Джалла подбежала к брату. Она склонилась над ним, – ты ранен.

– Отойди от него! – закричал Хекала, мчась вперед – ты подчиняешься нам! Вернись обратно к работе!

Джалла колебалась. Олдар Бидо лишь пожал плечами и спрятал бластер на пояс.

– Это вопрос семьи, – сказал он, – у меня есть работа, которой следует заняться.

Диланд сжал зубы от боли.

– Возвращайся, – сказал он сестре, – со мной все будет в порядке.

Хекала повернулся к Анакину.

– Если ты продолжишь создавать неприятности, то пожалеешь об этом.

Анакин едва мог сдерживаться. Он думал о хладнокровности Оби-Вана. Он не чувствовал этого, но мог, по крайней мере, изобразить ее. Было лучше, чтобы инцидент закончился. Он не был мальчиком-рабом, он был Джедаем. А потому не мог позволить опускаться до такого, даже для того, чтобы наказать двух наглецов-дагов.

Джалла поспешно ушла. Доби помог подняться брату на ноги. Диланд держался за руку.

– Лучше позови врача, мальчик, – сказал Себульба, перед тем, как уйти обратно к кару, – что-то говорит мне, что ты не сможешь пилотировать свой кар.

– Он прав,- процедил Диланд сквозь зубы, – моя рука сломана.

– Что же нам делать? – в отчаянии прошептал Доби,- это было нашим последним шансом. Что теперь мы можем сделать для Джаллы?

Анакин видел отчаяние на лицах братьев. Он вновь столкнулся с выбором. Он должен был сделать это еще раз. Он должен был сделать правильный выбор и надеяться, что Оби-Ван поймет его.

– Я могу пилотировать кар, – сказал он, – если я одержу победу, ваша сестра будет свободной.

– Но это не справедливо, – сказал Доби, – почему ты идешь на такое?

– Потому что – это самое правильное, что надо сделать, – ответил Анакин. Он знал, что говорит от всего сердца. Но он все еще должен был сказать об этом своему учителю.

Глава 13

Оби-Ван стоял напротив магазина спидеров Узо Изо. Он оделся как путешественник, накинув серый плащ, и одел капюшон. Пока он наблюдал за магазином, то заметил, что поток посетителей был стабильным. Но не один из ни не уходил со спидером. Очевидно, что у Изо сложился неплохой незаконный бизнес.

Оби-Ван увидел, что невысокая, толстая фигура вдруг перешла улицу и подошла к двери. Он рванулся вперед и догнал фигуру. Оби-Ван схватил Диди за воротник плаща.

– Что ты тут делаешь?

– Ничего. По крайней мере, теперь уже ничего, так как ты держишь мой воротник, – сказал Диди.

– Ты сказал, что собирался выкупить спидер Бага, – жестко спросил Оби-Ван.

– Я пытался. Я хотел. Но эта обезьянья ящерица, которому я заложил его, поднял цену, – ответил Диди, -я не могу теперь позволить себе выкупить собственный спидер. Я должен найти немного наличных денег, поэтому подумал, что если я продам информационную деку Бага, то смогу выкупить его спидер.

Оби-Ван увидел деку в руках Диди.

– Позволь мне посмотреть.

Теперь был шанс узнать, кто стоит за подстроенными результатами Игр. Он быстро начал просматривать информацию Бага. Казалось, что тут не было ничего интересного. Один файл был назван – способы сделать карьеру. Оби-Ван открыл его, прочитав инструкции, которые Баг написал для себя.

Быть дружественным ко всем. Те, кто не может помочь тебе сегодня, могут помочь завтра.

Исполняйте поручения важных персон! Это сделает их обязанными!

Никогда не противоречьте вышестоящим!

Следуй за сильными!

– Вы видите, что я должен выносить? – вздохнул Диди, – моя бедная Астри.

Оби-Ван обратился к другому файлу, который содержал обязанности Совета Игр. Он очень внимательно перечитал все примечания. Казалось, что единственная работа Бага в Совете Игр была лишь во встрече и размещении очень важных персон. Он прочитал списки, куда и на каких соревнованиях усадить сенаторов, в соответствии с их важностью.

Оби-Ван закрыл деку и спрятал ее в плаще.

– Я собирался продать ее, – отметил Диди.

– Не получится. Диди, я знаю, что ты не послушаешь моего совета. Но есть вещи, которые куда более сложны, чем ты даже можешь себе представить. Я посоветовал бы тебе держаться как можно дальше от заключения пари.

– Уверяю тебя, что так и будет, – сказал Диди, смотря на Джедая искренним взглядом своих карих глаз.

Заработал комлинк Оби-Вана. Его вызывала Джокаста Ню. Он отошел, чтобы Диди не услышал его.

– Я узнала, кто такой Куентор. Вы пошутили над мной, Оби-Ван? – спросила Джокаста Ню.

– Нет, конечно же, нет.

– Я не смогла найти никаких данных по нему в обычном поиске преступников. Тогда я обратилась к вторичным элементам поиска и вновь ничего не обнаружила.

– Он – что, неизвестный подземный житель?

Джокаста Ню рассмеялась.

– Не совсем. Он – желтоватая летняя птица.

– Она – птица?!

– Неофициальное домашнее животное Сената. Он живет на карнизе здания, и сенаторы часто подкармливают его плодами или крошками. Если он один из ваших подозреваемых, я должна предупредить вас, что он не покидал Корускант. Наиболее вероятно, что в данное время он сидит и грызет плод муджа.

Оби-Ван застонал, затем поблагодарил Джокасту Ню и прекратил связь. Итак, Флих солгал ему. И это было не удивительно. Это была ложь, достойная Флиха, рассчитанная на то, чтобы задержать его и развлечь. Но он не был удивлен.

Оби-Ван повернулся к Диди.

– Ты знаешь, где остановился Флих?

Диди покачал головой.

– Думаю, что где-нибудь в дешевой гостинице. Флих скуп.

– Узнай это.

– Ах. Да, Оби-Ван. Я вижу по твоим глазам, что ты нуждаешься в информации, и я не подведу тебя, – Диди поклонился и убежал.

Оби-Ван пошел к двери магазина Изо, дублируя стук Диди. Кто-то поспешил выйти из здания, скрывая лицо. Видимо никто не хотел, чтобы его узнали в этом месте. Оби-Ван вошел внутрь и начал осматривать потрепанный спидер со вогнутым рулем, в то время как Узо Изо беседовал еще с одним покупателем.

– Я хотел бы купить спидер.

– По какой цене?

Покупатель назвал цифру, а затем сказал:

– Я возьму его в случае, если победит Весау Торрин с Рези-9 на соревнованиях по стрельбе.

– Хороший план.

Кредиты скользнули в широкий пояс, который Узо Изо носил вокруг талии, и он кое-что ввел в свою деку. Затем он вручил покупателю небольшой счет.

– Вот ваша квитанция.

Оби-Ван подождал, пока покупатель покинет магазин, затем подошел.

– Я здесь, чтобы купить спидер, – сказал он высокому существу. Затем он провел рукой, словно гладя воздух.

– Я хотел бы увидеть вашу деку.

Узо Изо фыркнул.

– Вам не надо видеть мою деку, чтобы купить спидер. Какой вы хотите?

Оби-Ван снова провел рукой перед Узо Изо. Но тот оказался необычно стойким к воздействию Джедаев.

– Я хотел бы посмотреть вначале вашу деку.

– Если вы не хотите покупать спидер, то можете уходить, – ответил Узо Изо, сузив глаза в подозрении.

Оби-Ван подавил небольшое разочарование. Независимо от того, насколько был силен Джедай, были существа, на которых не действовала Сила. Оби-Ван повторил то, что сказал предыдущий покупатель, а затем добавил:

– Я возьму спидер, если в гонках на карах победит Диланд Тирелл.

Узо Изо покачал головой.

– В последнюю минуту информация изменилась. У них новый пилот. Вы все еще хотите брать спидер?

– Кто пилот? – с любопытством спросил Оби-Ван.

Изо сверился с декой.

– Анакин Скайуокер.

Оби-Ван почувствовал, как в лицо его ударил жар, но он не высказал удивления на лице.

– Хорошо? – нетерпеливо спросил Изо.

Прежде чем Оби-Ван успел ответить, низенькое, небольшое существо с четырьмя глазами, два из которых осматривали магазин.

– Патрули службы безопасности.

Узо Изо нажал рычаг и стена скользнула назад, открывая набор различных инструментов.

– Бесум!

Он бросил один из наборов своему помощнику.

– Начинай работать.

– Я не знаю, как работать со спидерами – Меня это не волнует, – рыкнул Изо, – просто делай что-нибудь.

Он обернулся к Оби-Вану.

– Время от времени служба безопасности проверяет район. Вам не о чем волноваться.

Теперь, когда Изо рисковал потерять клиента в лице Оби-Вана, он стал очень дружелюбным. Он также оставил свою деку, повернув ее к Оби-Вану, и заметки можно было легко прочитать. Пока Изо отвлекся, чтобы проверить действия Бесума, Оби-Ван посмотрел файл и запомнил его.

К его удивлению, слова и цифры выглядели очень знакомыми. Потребовалось лишь мгновение, чтобы понять, где он их видел. Точно такое же он уже читал в деке Бага.

Баг не делал записи мест для сенаторов. Он записывал ставки.

Глава 14

Оби-Ван покинул магазин и нашел тихий переулок, чтобы еще раз посмотреть файлы Бага. Он читал имена сенаторов, которые имели те же самые примечания, что и у Изо. Некоторых имен он не знал, но многие были ему знакомы. Среди них было немало прославленных и уважаемых членов Сената.

Он не питал никаких иллюзий насчет размаха коррупции в Сенате. Но он был потрясен, когда обнаружил сколько сенаторов вовлечены в незаконные сделки, наподобие этих. Среди них был Бейл Органа, сенатор от Алдераана. Оби-Ван всегда уважал его за его честность. Почему кто-то типа Органы рисковал бы своей карьерой, чтобы сделать ставку в несколько кредитов?

Ставки должны быть более существенными, – предположил он. Или сенаторы уверены, что их не поймают. Он должен связаться с Анакином, но сейчас надо было выяснить еще одну вещь. Оби-Ван нашел Бага в ложе для особо важных персон, наблюдая за состязаниями в кроватиан. Когда Астри увидела его, ее лицо озарила улыбка. Она поприветствовала его.

– Оби-Ван! Как мило с твоей стороны зайти сюда. Состязания почти закончены.

Оби-Ван посмотрел на две команды, играющие на поле.

– Я несколько люблю кроватиан, однако, я здесь по делу. Я должен поговорить с Багом.

Улыбка Астри сошла с ее лица. Она нахмурилась.

– Пожалуйста, пойдем за мной.

Оби-Ван вошел в ложу. Баг был одет в темно-красную шелковую тунику с драгоценными камнями. Он встал, когда Джедай приблизился.

– Чем я могу помочь вам, Оби-Ван?

Оби-Ван колебался, его рука во внутреннем кармане сжимала деку.

– Я бы предпочел разговор один на один.

Баг улыбнулся.

– Я ничего не скрываю от Астри.

Его улыбка не выказала следов беспокойства, но Астри подошла к нему. Теперь ее взгляд был очень серьезен. Астри была очень проницательной и Оби-Ван хорошо знал это.

– Что случилось, Оби-Ван?

Джедай вытащил деку.

– У меня есть кое-что ваше.

Баг сделал шаг вперед.

– Вы нашли ее? Где? Спасибо!

Оби-Ван не ответил на вопрос, где он нашел это. Он убрал деку обратно в карман.

– Боюсь, что не могу пока возвратить ее вам. К тому же должен признаться, что я смотрел ваши файлы, Баг.

Баг выглядел смущенным.

– Хорошо, я вижу. Предполагаю, что все в порядке. У меня нет никаких тайн.

Оби-Ван был озадачен. Казалось Баг ни о чем не волновался.

– Я смотрел файлы, относящиеся к делу, которое вы сделали для сенаторов.

– Да, я организовывал для них специальное размещение, – кивая, сказал Баг, – есть проблемы с ложами?

Он выглядел озадаченным.

– Я не знал, что Джедаи волнуются о таких вещах.

– Мы не волнуемся об этом, – спокойно сказал Оби-Ван, – но вы не устраивали ложи для сенаторов. Вы заключили пари на те события, в которых результат уже предопределен. Это не только не законно, но и может спровоцировать конфликт многих миров.

– Оби-Ван, я не знаю о чем вы говорите, – прервал его Баг, качая головой, – результаты Игр сфальсифицированы? Пари сенаторов? Я не могу в это поверить. Все, что я сделал, это были заказы мест в специальных ложах. Должно быть, вы ошибаетесь.

Оби-Ван смотрел на Бага, тогда как вокруг толпа ревела, подбадривая игроков.

– Если вы не вовлечены в это дело, тогда как объяснить это. От кого вы получили инструкции, как и кого размещать? Как вы узнали места для сенаторов?

– Ливиани дала мне список сенаторов, – сказал Баг, – это стандартная процедура. Глава оргкомитета Игр составляет список особо важных персон галактики, чтобы они пользовались специальными привилегиями. Я использовал средства оргкомитета, чтобы заплатить правительству за ложи. Вы видите, что Правительство сделало размещение доступным. У них есть планы стадионов. Подготовка к размещению может показаться тривиальной, но это очень важная часть работы.

– С кем вы входили в контакт, чтобы установить ложи?

– Как оказалось, мне этого делать было не надо. Он сам прибыл ко мне. Странное четырехглазое существо. Его звали Буса, нет. Биса, нет, вновь не то.

– Бесум?

– Точно, – кивнул Баг, когда толпа продолжала наблюдать за матчем, – я передал ему кредиты и заказал размещение Бусе, а, Бесуму и он вручил мне квитанции.

– Они у вас?

– Нет. Я отправил их почтой сенаторам.

Серьезность вопроса начала пронимать Бага.

– Я всего лишь следовал протоколу, – нервно сказал он.

Оби-Ван нахмурился. Почему сенаторы хотели, чтобы их квитанции были отправлены почтой? Ведь любой мог видеть их. Он думал бы, что они будут более благоразумны, чтобы скрывать тот факт, что они заключали пари на Играх. Может ли быть такое, что сенаторы не знают об этом? Может ли быть такое, что Правительство устроило все так, чтобы скомпрометировать их? Но зачем?

Багу становилось все больше не по себе от молчания Оби-Вана.

– Я не размещал никаких ставок! Уверен, что это недоразумение.

– Я уверена, что это не так, – сказала Астри мужу, – Оби-Ван знает о чем говорит.

Она обратилась к Джедаю.

– У Бага неприятности?

Баг сглотнул.

– Если это так, то я встречусь с этим.

– Мы встретимся с этим, – сказала Астри, взяв за руку Бага, – вместе.

Оби-Ван увидел взгляд, которым Баг посмотрел на Астри, взгляд полный нежности и преданности. Он видел, что Баг действительно любит Астри, а его интуиция подсказывала ему, что Баг всего лишь пешка в этой игре. Без сомнения тот, кто стоял за этим, не заботился о том, какие последствия угрожают Багу.

Посмотрев на любовный взгляд Астри на ее мужа, Оби-Ван твердо решил, что сделает все, что в его силах, чтобы удостовериться, что ничего плохого с ними не случится. Он помнил давно прошедшее время, когда Астри подстригла свои симпатичные волосы, училась стрелять из бластера, чтобы помочь ему найти Куай-Гона. Она не думала о себе, она шла под выстрелы и лазерный кнут, не оставляла его. Нет, он не позволит, чтобы что-то плохое случилось с Астри.

– У Бага были бы неприятности, если он сделал чего-то не так, – сказал Оби-Ван паре, – я позабочусь об этом. Теперь, пожалуйста, извините меня.

Оби-Ван вышел, оставляя шум соревнований позади. Он быстро связался с Джокастой Ню в Храме.

– Я посылаю вам список сенаторов. Надо выяснить, есть ли между ними какая-то связь, – Оби-Ван подождал пока, она прочитает список имен, – что-нибудь приходит на ум прямо сейчас? – спросил он.

– Ничего, – ответила Джокаста Ню, – есть много способов, которыми сенаторы могут быть связаны, Оби-Ван. Через поддержку того или иного закона, через комитеты, подкомиссии, специальные слушания, подкомиссии по контролю над специальными слушаниями.

– Это понятно, – сказал Оби-Ван, – тогда посмотрите все, что можете и как можно быстрее. Вы можете также изучить Правительственный Совет Эусерона и посмотреть есть ли какая связь с этими сенаторами?

– Конечно. Я свяжусь с вами, как только получу информацию.

Оби-Ван поблагодарил Джокасту Ню и прервал связь. Он прислонился к стене и посмотрел на город. Существа сновали по улицам, он слышал рев толпы на близлежащем стадионе. Если станет известно, что сенаторы делали ставки на фальсифицированные итоги Игр, то грянет огромный скандал. Пострадают их репутации. Может быть это было целью?

– О посвященным лице говорил Флих. Это мог быть кто-то в Правительстве. Или кто-то в оргкомитете Игр.

Он вновь достал деку и просмотрел файлы на деке Бага. Затем вспомнил файлы на экране Узо Изо. Ставки делались на боукастер, бег с препятствиями и гонки на карах. Те соревнования, которые были отмечены на деке Аарно Деринга.

Оби-Ван связался по комлинку с Диди.

– Вы узнали, где остановился Флих?

– Корабельная гостиница на главной улице Эусер, – сказал Диди, – комната 2222. Но позвольте мне уверить тебя, мой друг, что эта гостиница никакой не корабль. Больше похоже на мусоровоз.

– Только удостоверьтесь, что Флих не покидает планету, – отметил Оби-Ван, – свяжись со мной, если он попытается сделать это.

– Я в твоем распоряжении, Оби-Ван.

Оби-Ван пальцем отключил свой комлинк, обдумывая следующий шаг. Он мог встретиться с Флихом, но с другой стороны – это может повлечь большую проблему. Пришло время привлечь других Джедаев.

Он включил комлинк и связался с Сири. Он рассказал ей о том, что обнаружил.

– Кажется, что за этим стоит Правительство Эусерона, – сказал он, – они могли бы шантажировать сенаторов потом, чтобы получить власть в Сенате, быть назначенным на мощные посты. Но у нас нет никаких реальных доказательств, и времени нет тоже. Все три события должны произойти сегодня.

– Что вам необходимо? – спросила Сири, переходя к делу, пытаясь вникнуть в тему.

– Я должен посетить Флиха и я хотел бы, чтобы вы мне составили компанию, – сказал Оби-Ван, – думаю, что некоторое дополнительное присутствие Джедаев необходимо.

– Я буду там. И свяжусь с Рай-Гоулом, – сказала Сири.

Теперь мысли Оби-Вана занял Анакин. Почему его падаван пошел на такой шаг и не сообщил ему? Это было не первый раз, когда импульсивность Анакина волновала и тревожила Оби-Вана.

Активировался комлинк. С ним пытался связаться Анакин. Оби-Ван ответил.

– Учитель, здесь ситуация усложнилась, – сказал Анакин, – Себульба узнал меня. Из-за этого вмешался Диланд, чтобы избежать драки, и был ранен. Он не сможет участвовать в гонках. Я… Я предложил занять его место в гонках. Доби и Диланд пытаются освободить свою сестру.

– И твоя миссия на Эусероне в том, чтобы освободить Джаллу? – серьезно спросил Оби-Ван.

– Нет, – также твердо ответил Анакин, – но была ли миссия Куай-Гона в том, чтобы освобождать меня? Мы должны настолько неукоснительно следовать за целью миссии, что должны повернуться спиной к тем существам, которые нуждаются в помощи? Каждую миссию можно несколько расширить. Вы говорили мне это.

– Я также говорил тебе, что это является выбором Джедая, чтобы признать, стоит ли ему расширять миссию, – напомнил ему Оби-Ван.

– Тогда я прошу, чтобы вы позволили мне сделать этот выбор, – ответил Анакин.

Голос его падавана был тверд. Не было никаких просьб, никакой неуверенности. Он хотел того, что хотел. Было ли это правильным?

Оби-Ван обдумывал проблему.

– Ты узнал что-нибудь еще? – спросил он.

– Гонки на карах намечены сегодня на три. Трибуны для зрителей построены в пещерах. Себульба сделал огромную ставку на своего сына, что он победит. Предполагается, что официальный хронометрист будет посылать маршрут непосредственно бортовым компьютерам. Но я не знаю, кто займется этим после того, как Деринг погиб. Я думаю лучший способ узнать это, а также и то, кто стоит за этим – это принять в ней участие непосредственно.

– Хорошо, – не охотно сказал Оби-Ван. Он не хотел слышать этот довольный звук, изданный Анакиным. Он попросил бы Сири и Рай-Гоула послать Феруса и Тру, чтобы быть там, когда Анакин будет пилотировать кар. Он не мог быть там со своим падаваном, но он очень не хотел, чтобы Анакин там был один.

Глава 15

– У меня получилось, – крикнул Анакин. Он закрутил последний винт к энергетической пластине, – мы готовы.

– Хмм, – сказал Доби, осматривая все, – я волнуюсь все больше.

– Сейчас надо проверить компьютерную систему, – подчеркнул Анакин.

– Я уже сделал это, – ответил Диланд, – вы и так сделали достаточно, Анакин. Фактически я думаю, что мы готовы.

Он провел по кару здоровой рукой. Другая его рука была забинтована от локтя до пальцев. Анакин спрыгнул с подмостка, с которого он осматривал турбину двигателя.

– Я знаю, что смогу…

Внезапно его улыбка исчезла. Он увидел, как к ним направлялись Ферус и Тру, идя через ангар. Учитель послал их к нему. Он не доверяет мне. Эта мысль обожгла Анакина, прежде, чем он смог найти рациональное объяснение. Конечно, будет лучше, чтобы он все в начале обдумал, чтобы принимать правильное решение. С этим все верно. Лучше будет, если он сам встретит их.

Тру осматривал все вокруг, волнуясь.

– Странно. Что ты думаешь обо всем этом? – спросил он Анакина. Тот вытер руки об тряпку.

– О чем именно?

– Эти гонки на карах настолько опасны, но никто не выглядит тут испуганным, – сказал он.

– Есть существа, которые считают опасность удовольствием, – сказал Ферус, недовольно осматриваясь темными глазами, – это ошибка, это сомнительное удовольствие для тех, кто не думает о будущем.

Он одарил Анакина холодным взглядом.

– Хорошо, есть такая вещь, как забава, Ферус, – примирительно сказал Тру, – даже ты должен признать это.

– Да, – ответил Ферус, – но не здесь.

Он не отводил холодного пронизывающего взгляда от Анакина.

– Я не могу понять, почему ты гоняешься, Анакин.

– Это лучший способ узнать, кто стоит за гонками.

Ферус пристально рассматривал Доби и Диланда, и кар, затем другую часть ангара.

– Я вижу. Наши учителя сказали нам, что возможно курс гонки будет послан навигационным компьютером раньше одному гонщику раньше, чем другим. Ты можешь предположить кто это может быть?

– Хекула, – сказал Анакин, – даг. Третий кар слева.

– Ты знаешь это наверняка?

– Я предполагаю, – признался Анакин, – учитывая то, что я о нем знаю.

– И это все? – ответил Ферус.

– Себульба, его отец предложил новое правило, – сказал Анакин, – Себульба не предлагает ничего, если не планирует получить с этого прибыль.

– Ты знаешь, когда и как будет передаваться информация на навигационные компьютеры?

– В начале гонки, а затем каждые три минуты – Так как ты хочешь победить его? – спросил Ферус – Я быстрее его. И лучше, – ответил Анакин, – к тому же у меня есть то, чего нет у него. У меня есть Сила.

– Кто хронометрист? – спросил Тру, – вы думаете, что это тот, кто передает информацию?

Анакин кивнул.

– Судья гонки. Компьютерная система уже установлены. Деринг должен был управлять программой. Он и должен был отправлять данные.

Ферус нахмурился.

– Нет ли другого способа узнать, кто стоит за этим? Может лучше было просто отменить гонку. Ты думал об этом?

Щеки Анакина вспыхнули. Ферус сомневался во всем, что узнал Анакин, как если бы он был учителем, а Анакин его падаваном.

– Я уверен, что Анакин уже думал об этом, – сказал Тру, – но мы никогда не смжем тогда узнать, кто стоит за этим. Кто бы это не был, он может все изменить, нажав пару клавиш, и мы вновь никогда об этом не узнаем.

– Может, все-таки есть другой способ узнать, – сказал Ферус, – я и Тру исследуем этим.

Он посмотрел на кар.

– А ты можешь вернуться к своим двигателям и турбинам.

Когда Ферус ушел, Тру подошел к Анакину.

– Он только лишь осторожничает, – сказал он.

– Так ты называешь это? – ответил Анакин сквозь зубы.

– Ты поймешь его однажды, – сказал Тру, – после того, как вы станете друзьями.

– Я никогда не подружусь с Ферусом Олиным, – жестко ответил Анакин.

Тру посмотрел на него.

– Я чувствую в тебе… немного тьмы. Твой враг здесь. Но Себульба больше не может принести вред тебе. Помни, у Джедаев нет врагов.

– Я всего лишь хочу победить, – сказал Анакин.

– Ты хотел сказать, что только хочешь предотвратить трагедию и восстановить справедливость? – поправил его Тру.

– И это тоже, – кивнул Анакин.

Глава 16

Крейсерская гостиница была в точности такой же, какой ее описал Диди: ветхое здание, сделанное из платиковых материалов. Найдя способ заработать больше кредитов, владелец сдал в аренду даже прихожие, а кое где разместил гостей и в туалетах. Путешественники с разных мест галактики готовили еду в портативных печах, другие размещались по углам, стремясь поспать между различными событиями. Стоял тяжелый запах тел, еды, все это дополнял пыльный воздух. Даже находясь настолько далеко от Игр, здесь можно было слышать гул толпы на аренах. Оби-Ван, Сири и Рай-Гоул прошли сквозь этот беспорядок и нашли комнату Флиха.

– Я же сказал, что заплачу при отлете, – крикнул Флих, – такое гостеприимное заведение, не могут дождаться, когда я уеду.

Он открыл дверь и увидел Джедаев.

– Ох, Джедаи. Всегда рад видеть.

Он отошел в сторону, позволяя им войти. В комнате был беспорядок. Открытый продовольственный пакет, влажное белье. На кровати остатки еды. Было ясно, что Флих собирался в спешке покинуть планету.

– Вы так быстро улетаете? – спросил Оби-Ван, – ведь Игры только начались.

– Я не болельщик, – сказал Флих, пожимая плечами, – я лишь путешествую – И все же вы прибыли сюда, чтобы увидеть Игры, – сказал Оби-Ван, – разве вы не хотите увидеть, как сыграют ваши ставки?

Флих засмеялся.

– Зачем? Чтобы удостовериться, что я проиграл? Я вернусь на Корускант и спокойно заживу там, занимаясь своим обычным делом.

Сири и Рай-Гоул закрыли дверь и стали рядом. Оби-Ван небрежно сел на табурет.

– Забавная вещь случилась с нами, когда мы оставили вас этим утром. Мы взяли аэротакси…

– Это очень хорошая идея, – нервно сказал Флих, – улицы так переполнены.

– И пилот попытался убить нас, – продолжил Оби-Ван, – достаточно странно, что он знал, где мы были и куда направлялись.

– Вижу, что вам повезло.

– Может быть, мы захотим сопроводить вас в офис службы безопасности Правительства, чтобы поговорить об этом, – сказал Оби-Ван. Это был блеф. Он не хотел, чтобы Правительство занялось этим расследованием.

Флих издал стон разочарования и бросился к кровати.

– Я знал, что никогда не смогу привыкнуть к этой сумасшедшей планете. Хорошо. Когда. Когда вы пришли, чтобы спросить о сфальсифицированных результатах, то я очень испугался и был очень возбужденным. Почему? Я видел, как мое благосостояние уплывало у меня на глазах. Может быть, кто-то заметил меня и вас. Они, как предполагалось, не должны были убивать. Только задержать вас. Я клянусь. Диди – мой друг. Я не позволил бы причинить ему вреда. И если вы думаете, что я ввяжусь в конфликт с Джедаями, то вы недооцениваете мою трусость.

– И все же вы нам лжете, – сказал Оби-Ван.

– А это никогда не было хорошей идеей, – добавила Сири.

Рай-Гоул не должен был ничего говорить. Его жесткий взгляд сказал все за него.

– Да, я вижу, что вы имеете в виду, – сказал Флиг, двигаясь от кровати.

– Теперь, расскажите мне вновь о вашем друге, Куенторе, – отметил Оби-Ван, наклоняясь вперед.

– Ха-ха, – рассмеялся Флих, – вижу, что вы уже все знаете о моей небольшой шутке. Я думал, что это будет лучше, чтобы защитить моего друга, нежели выставлять его.

– Кто он? – мягко спросил Оби-Ван, – и в этот раз вы скажите мне правду.

– Аарно Деринг, – ответил Флих, – неделю назад со мной связался неизвестный. Через компьютерную сеть. Меня попросили найти того, что сможет подтасовать время на результатах гонок. Кредиты были переведены на мой счет вместе с обещанием прибавки, если все пройдет как надо. Случилось так, что я знал того человека, в котором они нуждались. Аарно был хронометристом гонок во Внешнем Кольце. Он был известен, скажем так своими проблемами. И тогда источник сообщил, что они наймут Аарно для обслуживания Галактических игр. Галактические игры! Я и понятия не имел, что они задумали столь большое дело.

– Как он мог это сделать? – спросила Сири, – ведь и хронометр и судьи показываются на экране.

– Моим вопросом был только найм, – сказал Флих, кивая, – они сказали мне не волноваться об этом. К своему большому удивлению я узнал, что Аарно был нанят сразу для нескольких соревнований. Да и сам Аарно был этим очень удивлен.

– Поэтому вы пришли к выводу, что посвященное лицо должно быть очень высоким по положению, – сказал Оби-Ван.

Флих кивнул.

– Кто еще мог нанять Аарно с его репутацией? Когда мы прибыли на Эусерон, Аарно получил инструкции. Все казалось очень легким. Аарно нашел бы способ снять несколько десятых секунд, здесь и там, и тогда мы покинули планету с небольшим состоянием. Я не ожидал, что кого-то захотят убить. Диди едва не убили, а Аарно сбил скоростной спидер, – Флих дрожал, – я возвращаюсь на Корускант, где буду в безопасности. Я только лишь положил путь к некоторым ставкам, но не хотел, чтобы кто-то погиб.

– Вы сделали фальшивое удостоверение личности для Деринга, – предположил Оби-Ван, – почему он внезапно решил покинуть планету?

– Полагаю, что у него сдали нервы, – сказал Флих, возбужденно смотря на Рай-Гоула.

Сири подошла и села напротив Флиха, пристально смотря на него своими синими глазами.

– Ведь есть еще что-то о чем вы не говорите нам. Чего так сильно испугался Аарно?

Флих пошевелил одним своим длинным ухом.

– У меня была инструкция встретить Аарно после бега с препятствиями. Как только вы ушли, я пошел в его квартал и ждал его там. Он торопился, чтобы покинуть Эусерон, и я спросил его почему. Он сказал, что будет хорошо и для меня, если я покину планету. Но я настаивал, и у меня были аргументы для того, чтобы добиться нужной информации. Я сказал, что не отдам ему нового удостоверения личности, пока он не скажет мне. И тогда он мне рассказал. Он думал, что был нанят лишь для фальсификации результатов. Но позже он узнал нечто еще. Случайно. Потому что что-то пошло не так, как надо. Он узнал, что те, кто нанял его, хотели не просто получить одного победителя и не получить другого, а хотели, чтобы сенаторы были скомпрометированы и обвинены.

– Каким образом? – спросил Оби-Ван.

– Я не знаю, – признался Флих, – Аарно мне не говорил. Он узнал об этом случайно. И боялся, что они придут за ним, потому что он знал.

– Кто они? – раздраженно спросила Сири.

– Я не спрашивал, – дрожа, ответил Флих, – и не хочу знать этого. Если я узнаю то, что мне знать не положено, а рано или поздно это может произойти, что я узнаю то, что знал он, то это значит, что они придут и за мной. Поэтому я сейчас, если не возражаете, намерен вернуться на Корускант.

Оби-Ван, Сири и Рай-Гоул вдруг повернулись спиной к Флиху. Волнение в Силе предупредило их. В это же время в коридоре послышались звуки чего-то тяжелого, направляющегося в сторону комнаты Флиха.

– Эй, я здесь, ребята, – сказал Флих, – что у вас тут происходит…

Флих не успел закончить предложение. Дверь в его комнату взорвалась и сквозь дым и пламя появилась команда дройдеков.

Глава 17

Флих бросился за кровать, в то время, как Джедаи активировали свои световые мечи. Дроидеки, заняв позицию для нападения, открыли огонь. Световой меч Оби-Вана превратился в сияющую дугу, отражающую огонь. Около него изящно двигался световой меч Сири. Сама же она двигалась не менее изящно. Рай-Гоул не двигался, не нуждаясь в этом. Световой меч в его длинных руках стремительно мелькал.

Трехногие дроидеки были мощным оружием и при силовом поле практически непобедимы. Но эти силового поля не имели, а вот броня и огневая мощь заставляла уважать таких противников. Дройдеков была 12, их сила встревожила Оби-Вана и он был рад сейчас, что рядом с ним Сири и Рай-Гоул.

Воздух наполнился дымом от выстрелов, Джедаи отражали их, стараясь нанести удар в броню. Поскольку дверной проем был узкий, дройдеки открыли огонь по стене, пробивая ее. Проведя маневр, Сири удалось ударить дройдека мечом, тот задымился и упал, второму отсекли ногу, и он оступился. Следующий взмах и дройдек неподвижно упал на пол.

Оби-Ван смог разрубить одного из нападавших надвое. Одна из частей пролетела над кроватью, под которой прятался Флих. Тот закричал, когда на него посыпался горячий металл.

У дройдеков были лишь центры управления, не умственные способности. Они не могли предчувствовать опасность. Удивительный навык Джедаев для них был недоступен. Они продолжали двигаться и стрелять, а Джедаи раз за разом контратаковали. Вскоре удушливый дым и высокая температура заставили Флиха закашляться. Джедаи же дыма словно не замечали. Их мысли были сосредоточены на сражении, и ничего другого для них не существовало в данный момент.

Вдруг трое Джедаев переглянулись. Они отпрыгнули назад, когда обломки стены, которую расстреляли дроиды, обрушились на них. Рай-Гоул, Оби-Ван и Сири завершили дело, выводя из строя световыми мечами оставшихся. Вскоре все дройдеки лежали вокруг лишь в виде дымящихся запчастей. Флих поднял голову из-под кровати.

Его голос был хрипл.

– Теперь я могу идти?

– Он больше ничем не может помочь нам, – сказал другим Оби-Ван, – он и так сказал нам все, что знает.

Оби-Ван деактивировал световой меч.

– Да, Флих, вы можете идти.

– До следующей встречи, Оби-Ван, – пылко сказал Флих.

– Надеюсь, что ее никогда не будет, – ответил Оби-Ван. Везде, где Флих не появлялся бы, происходили неприятности.

Последний раз поклонившись, Флих выбежал из комнаты, таща за собой свои вещи.

– Если они посылают столько дроидов-разрушителей, то должно быть очень сильно волнуются, – сказала Сири, – кем бы эти они не были.

– Один из нас должен посетить каждое соревнование, – начал Оби-Ван, – мой падаван уже в гоночном каре. Гонка должна начаться через 15 минут. Вы можете направиться туда, Рай-Гоул? Я свяжусь с Анакиным и скажу ему, что что-то идет не так, как мы предполагали, но я буду чувствовать себя спокойнее, если вы будете там.

Рай-Гоул лишь слегка поклонился и оставил комнату, переступая груду обломков дроидов в дверном проеме.

– Я полечу на соревнования боукастера, – сказала Сири, – это на стадионе Семь.

– Мне остается полоса препятствий, – кивнув, отметил Оби-Ван, – будем держаться на связи.

– Мне только жаль, что я не знаю, на что я должна смотреть, – спросила Сири. Оби-Ван закрепил световой меч на поясе, – это делает полезными только двух из нас.

Оби-Ван мог дать еще инструкции Анакину на пути к Стадиону Девять. Но сейчас ему для Анакина нечего было сказать, кроме того, чтобы тот был внимательнее.

Джедай направился на стадион. Он чувствовал жару и шум толпы, призывающей игры начаться.

В центре стадиона, на платформе, висящей высоко над полем стоял герой и рекордсмен последних Галактических Игр, Максо Виста. Оби-Ван нашел место поближе к судьям, с которого он мог видеть центр спортивного сооружения.

– Приветствую всех, – сказал он, его голос был слышен везде на стадионе, – я хотел бы представиться, я…

– Максо Виста! – скандировала толпа.

– Вы не можете вспомнить меня…

Толпа взревела еще раз.

– Но я был в этих соревнованиях семь лет назад, – произнес говоривший.

– Я не делал ничего ужасного, – Виста сделал паузу, ожидая аплодисментов и смеха, – и я действительно надеюсь, что сегодня найдется тот, кто побьет мой рекорд. Теперь я лишь чиновник в Галактике, я стал старее на семь лет и медленнее, а потому я должен уступить место следующему поколению атлетов.

На его лице все еще играла усмешка. Виста вдруг встал на край платформы и шагнул вперед. Толпа вздохнула, а подъемник, скрытый на поясе у Висты заработал, позволяя ему спуститься. Он приземлился на ноги и поприветствовал всех. Его движения были настолько легки и изящны, что походили больше на движения танцора, нежели спортсмена.

Толпа взорвалась долгими аплодисментами и приветствиями. Но увиденное потрясло Оби-Вана. Звуки приветствий больше не слышались Джедаю. Все вокруг вдруг замерло и стало безмолвным.

Движения Висты были ему очень знакомы, его манера двигаться. И вдруг все прояснилось для Оби-Вана.

Максо Виста был пилотом аэротакси, который попытался убить их. И он же был водителем спидера, который сбил Аарно Деринга.

Именно он и был тем посвященным лицом, тем великим героем Эусерона, который стоял за всем происходящим на играх.

Глава 18

Это была его ошибкой. Если бы он не был столь раздражен своим незнанием о том, кем был Максо Виста, то уже пристальнее бы присмотрелся за ним. Он совершил ошибку, которую совершают ученики в Храме Джедаев, но никак не опытный рыцарь Джедай. Он позволил собственному предубеждению, собственным эмоциям ухудшить его восприятие.

Восприятие охватывает не один, а все углы сразу.

– Да, Куай-Гон, вы были правы, – отметил про себя Оби-Ван.

Рыцарь побежал по проходу, который вел его к арене. Он должен был добежать до выхода двадцать, по которому Максо Виста войдет в ложу для особо важных гостей. Он не имел права потерять Максо Висту так, как потерял Аарно Деринга.

Он был почти у дверей ложи, когда Астри подбежала к нему.

– Оби-Ван!

– Позже, Астри, – быстро сказал он, шагнув к двери.

Она схватила его за руку.

– Вы должны знать это! Гонки на карах! На них случится ужасное!

Он обернулся, смотря в ее темные глаза.

– Откуда ты это знаешь?

– Баг, – сказала она, – он пошел к Максо Висте, чтобы рассказать ему о том, что вы обнаружили.

Оби-Ван громко застонал.

– Висты не было там, и Баг посмотрел его информационную деку. Он думал, что раз он такой же член Совета, то может сделать это, – она провела рукой по ее, стараясь выровнять дыхание, – и он обнаружил, что гонки на карах не будут гонками. Это ловушка. Навигационный компьютер приведет кары в центр города, а сами гонщики будут обмануты навигационным компьютером. А один из каров потеряет управление. Это сделано для того, чтобы врезаться в толпу! Мы не знаем, знает ли об этом Виста или может быть кто-то послал эту информацию на его деку без его ведома. Мы также не знаем вовлечен ли Виста в это дело. Баг поменял деку и рассказал мне, что он видел. Он собирается говорить с Ливиани Сарно. Но я пошла к вам.

– Виста знает об этом? Тогда Анакин в опасности, – Оби-Ван достал комлинк, собираясь связаться с падаваном.

– Я бы не стал этого делать. Теперь мой ход, – голос Висты раздался за спиной Астри. Он улыбался, видя, как Оби-Ван дернулся в его направлении.

– Обещаю вам, что смогу все объяснить. Пошли со мной, Оби-Ван.

Оби-Ван сомневался.

– Доверяйте мне, – Максо Виста показал на бластер, который был направлен в спину Астри. На его лице была все та же дружественная усмешка. Астри не видела бластера.

– Нам сюда, – повторил он Оби-Вану.

Джедай вошел в ложу. Он следовал бы указаниям Максо Висты лишь несколько секунд. Он должен был удостовериться, что Виста никого не убьет.

Пол задвигался под ногами. Он понял, что вошел не в ложу для особо важных персон, а на двигающуюся платформу, которая устремилась к центру арены. Руки Висты опустились, и бластер скрылся в сгибах плаща.

– Это модель дальнобойная и она все еще указывает на Астри, – тихо сказал он.

Оби-Ван незаметно дал сигнал Астри, чтобы она сдвинулась, но та продолжала стоять, не зная, что на нее нацелен бластер. Он мог сейчас воспользоваться своим световым мечом, но он не был уверен, что сделает это достаточно быстро, чтобы блокировать выстрел.

Вдруг свет ослепил его.

– Добро пожаловать на гонки с препятствиями, – голос Максо Висты раздавался по всему стадиону, – такого еще не было! Джедай против атлета! Позвольте соревнованиям начаться.

Толпа ревела. Платформа опустилась с ними на арену. Перед Оби-Ваном появился куб белого света. Другой перед Максо Вистой. Возникло голографическое изображение третона, дикого существа с планеты Аэсолиан. На его острых конечностях и теле светились зеленые точки. Его появление вызвало вздох испуга на трибунах, настолько все было реалистично. И хотя зрители знали, что третон только голограмма, его боевой клич, прокатившийся по арене, вселил в сердца страх.

Голос диктора объявил:

– Десять секунд до старта.

Оби-Ван достал свой комлинк, пытаясь связаться с Анакиным, но связи не было. Теперь он вспомнил, что на стадионе глушилась любая связь, чтобы соперники не могли использовать технические средства помощи. Максо Виста заманил его ловушку, чтобы выиграть время.

Оби-Ван быстро огляделся. До другой платформы было слишком высоко. Подъемники до туда не достанут. Теперь у него не было другого пути, кроме как через полосу препятствий. Он был в ловушке. А Анакину вскоре предстояла гонка.

– Добро пожаловать в мой мир, Оби-Ван Кеноби, – шепнул Максо Виста, – я предчувствовал, что Джедаи рано или поздно обо всем догадаются. Мне жаль, что я должен буду сделать сейчас, но, по крайней мере, у вас будет некоторая забава, прежде, чем вы умрете.

– Соперники! Осталось пять секунд.

Легкое оружие выскользнуло из пола платформы перед Оби-Ваном. Он схватил его. Это было легкое копье, на котором также светились зеленые точки. Оби-Ван предположил, что для того, чтобы выиграть, надо поразить копьем зеленые точки на третоне. Ему было жаль, что он не видел бег с голографическими препятствиями раньше. Он и понятия не имел, что делать.

– Да, Оби-Ван. Когда что-то пойдет не так, вы умрете на стадионе. Вы не узнаете, когда это произойдет, когда ваша система даст сбой, и вы не узнаете, как справиться с этим, – Максо Виста улыбнулся, – ну если только конечно вы не победите фаворита. То есть меня.

– Старт! – сказал диктор.

Третон рванулся вперед. Максо Виста был готов к этому. Он кинулся вперед, а затем уклонился, сбившись на причудливый танец, за которым ни один третон не мог поспеть. Виста поразил копьем третона прямо в ухо, и стадион взревел от восторга.

– Есть касание. Виста, – объявил голос. Арена ревела, поддерживая фаворита.

Копье Оби-Вана теперь горело алым цветом. Край платформы теперь удлинился, прокладывая дорогу вверх, и Виста побежал вперед.

Секунду замешкавшись, Оби-Ван последовал за ним. У него не было выбора. Сейчас ему оставалось надеяться, что где-то на полосе он сможет вырваться на свободу.

Джедай быстро догнал Висту. Теперь, наверху ската, стояло шесть голографических неков. В их центре подобно алому драгоценному камню пылала лазерная точка.

Теперь Оби-Ван знал, что должен был делать, поразить каждое из существ своим оружием, чтобы пройти дальше.

Виста прыгнул вперед, в то время, как нек сместился влево, обнажая зубы. Человек не ожидал такого маневра и замешкался. Этого оказалось достаточно, чтобы голографические зубы сомкнулись на лодыжке Висты. Раздался громкий гудок.

– Виста – минус пять очков, – сказал диктор.

Оби-Ван уклонился, избегая двух неков, несущихся на него. Он использовал свое копье как световой меч, слегка касаясь голографических изображений. Два громких щелчка, поворот, еще два щелчка, свидетельствующих о касании. Виста кинулся к ним, но не успел. Оставшиеся неки распались световым дождем.

– Шесть точек, Джедай, – возвестил диктор. На этот раз приветствия не были такими громкими.

Они уже поднялись по дорожке вверх. Указатели показывали им путь к следующему препятствию. Это был утес с небольшими выступами, по которым можно было взобраться вверх. Наверху сидели три огромные птицы с планеты Внешнего кольца Вкстм, равенскричеры. Каждая имела большие крылья и шесть ног, которые увенчивались когтями до полуметра длиной. Вместо глаз у них были синие лазерные точки.

Виста прыгнул на утес и начал быстро карабкаться. Оби-Ван последовал за ним. Виста чуть подождал и попытался ногой ударить Оби-Вана. Толпа засвистела в неодобрении. Без сомнения, Виста рисковал своей популярностью, но гнев от поражения с неками требовал выхода.

– Да, вы рекордсмен, – подумал Оби-Ван, – но вам никогда не приходилось соревноваться с Джедаями.

Он обратился к Силе и прыгнул, обходя Висту. Оби-Ван приземлился, балансируя на краю выступа, и раванскричер направились к нему. В то время, как толпа приветствовала, Оби-Ван уклонился и коснулся копьем глаза птицы, затем быстро переместился и ударил следующую. Когда третья попыталась расправить крылья и скинуть его с утеса, он поймал ее на противоходе и поразил.

Звук гонга. Очередные очки. Его лазерное копье вспыхнуло желтым. Теперь симпатии толпы были на его стороне, а Максо Виста был раздражен. Его лицо пылало от гнева, когда он взбирался вверх, стремясь догнать Оби-Вана.

На вершине сидело еще две птицы. Оби-Ван собрался было пойти к ним, как вдруг кустарник рядом вытянул к нему свои щупальца. Потребовалось мгновение, чтобы увидеть внутри него ярко-желтую точку и уклониться, благодаря молниеносной реакции от щупалец. Если хотя бы одно коснулось его, то Оби-Ван потерял бы очки.

Он уже мог ощущать Висту сзади, и не был удивлен, что тот попался кусту. Он знал, что Виста разъярен, а гнев затмевает его осторожность и наблюдательность. Он позволил бы Висте сделать шаг в куст, но он не даст ему поразить птиц.

Ветки куста вновь пришли в движение, они были опасны. В своей ярости, Виста попытался напасть на куст сразу, но угрожающие ветки-щупальца держали того на расстоянии. Виста проявлял чудеса гибкости, подбираясь все ближе, и толпа вновь начала выкрикивать его имя.

Оби-Ван прыгнул. Он повернулся в воздухе, поджав ноги, чтобы они не задели ветвей. Джедай приземлился как раз там, где ветви кустарника не могли достать его, и со всего размаху ткнул копьем в лазерную точку. Затем еще прыжок, он приземлился рядом с птицей, которая и не успела среагировать на то, что произошло, и коснулся ее. Все действо заняло не больше трех секунд.

На арене повисла тишина. И лишь слова диктора эхом неслись по стадиону.

– Очки заработал Джедай.

Толпа занервничала.

Оби-Ван не думал о том, что уже случилось. Только о том, что ждет его впереди. Минуты текли, и он должен был связаться с Анакином. Он беспокоился, но сейчас оно не мешало ему. Предупреждение Висты о том, что он не узнает, когда все пойдет не так, не волновали его. Он доверял Силе, которая предупредит его.

Впереди зажглись световые круги. А сверху где-то раздались щебетание пепперов, небольших птиц. У каждой на клюве блистала фиолетовым цветом лазерная точка. Оби-Ван видел, что сейчас ему предстоит миновать круги, которые двигались, не коснувшись их границ, и при этом поразить столько небольших существ, сколько сможет. Это препятствие требовало не столько силы, сколько ловкости и точности.

Он не смотрел назад, но точно знал, что Максо Виста догоняет его полным ходом. Оби-Ван же видел только пылающие препятствия и небольших птиц. Он прыгнул сквозь первое кольцо и изящно коснулся небольшой птицы своим копьем. Раздался щелчок, затем еще один. Виста тоже справился с первым кругом.

Виста был не менее ловким. Он клонился, выиграл еще одно очко, а затем быстро устремился дальше. Зрители поддерживала Висту ревом. Он же шел вперед. Оби-Ван чуть задержался, зная, что произойдет дальше. Следующий круг слегка изменил свою траекторию, и Виста коснулся его грани, не успев среагировать. Он потерял еще пять очков.

Оби-Ван же изворачивался, прыгая сквозь круги, поражал свои цели. Виста попытался сконцентрироваться на сборе очков. Вскоре щебетание пепперов исчезло, все цели были поражены. Пылающие круги распались дождем искр.

Все вокруг стало темно. Оби-Ван был предельно сконцентрирован. Ниже них, на платформе появились голографические боевые дроиды, гладиаторы. Их оружие изрыгало огонь с рук. В центре голов мигала ярко-красная лазерная точка. Оби-Ван прыгнул вниз и перекатился. Дроиды выстрелили в него, это был лишь безопасный свет. Огонь распался рядом с ним, но он не почувствовал высокой температуры. Он не мог использовать свое копье или световой меч против обыкновенной имитации, а потому ему пришлось избегать выстрелов.

Это препятствие было похоже на то, которое они практиковали в Храме Джедаев, когда он был еще падаваном, даже моложе, чем Анакин. Ученики