КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 423614 томов
Объем библиотеки - 575 Гб.
Всего авторов - 201838
Пользователей - 96117

Впечатления

DXBCKT про Деревянко: Пахан (Детективы)

Комментируемый рассказ-И.Деревянко-Пахан
В очередной раз прошел «по развалам» и обнаружил там («за смешную цену») старый сборник «шикарной» (по прежним меркам) серии «Черная кошка»... Помню «в те времена», к кому ни зайди — одним из обязательных атрибутов были «купленные для полки» серии книг... В основном либо на «любоФную» тему, либо на бандитскую... А уж среди них — это издательство не могло никого «оставить равнодушным»)) Ну а поскольку мне до сих пор хотелось что-то купить из Леонова — я «добрал» его том, (этой) книгой Деревянко... о чем в последствии не пожалел!

Справедливости ради — стоит сказать что у этой серии была «прям беда» с обложками)) Вечно они куда-то девались, а вместо них... эти книги приобретали довольно убогий вид из-за дурацких аляповатых иллюстраций (выполненных черным) на извечно-философскую тему «пацанских разборок»... Но тем не менее — даже в этом «красно-черном» виде книги этого издательства все равно узнаются на прилавках «влет».

Теперь собственно о содержимом. Эта книга (как и многие другие произведения автора) представляют из себя сборники рассказов и микрорассказов о быте суровых 90-х ... (и не много не мало) карме которая неотвратима!

Причем — с одной стороны, эти рассказы можно принять и за «черноюмористические», однако это лишь первое и обманчивое представление... С другой — чисто «за воровскую тему» автор и не пишет (хоть об этом вроде бы, все его книги). Автору как-то удается «стаять на грани» и использовать «благодатную и обильно удобренную почву» блатной тематики с элементом (как я уже говорил) некой (не побоюсь этого сказать) почти «сказочной» темы справедливости. Почему сказочной? Наверно потому что почти в каждом рассказе автора присутствуют не совсем фентезийные, но вполне «реальные» черти, ад, и «все такое». Что-то вроде осовремененного «Вия»)) При этом все это довольно «мирно и органично» соседствует с бытом кровавых разборок и прочего «дележа пирога» на руинах страны. В общем — не знаю «как Вы», а я «внатури» считаю что автор писал больше фантастику, чем детективы))

Таким образом - «конкретным любителям» жестких разборок и терок за власть (и прочие призы) «это чтиво сразу не пойдет», да и любители (собственно) детектива так же местами подразочаруются... но автору фактически удается «отвоевать собственную нишу» в которой все это смотрится... просто шикарно («черт возьми»)) Что-то вроде Лукьяненских «Дозоров», но в гораздо более примитивном виде...

По автору — любой выбор влечет «наказание» или освобождение, любой грех (рано или поздно) наказывается, и грешники попадают в место «очень затасканное и прозаичное», но тем не менее — очень пугающее... Данная «сортировка душ» так или иначе свойственна рассказам автора... Конечно все это можно отнести за счет «его черного юмора», но в те времена когда каждый пацан (еще) мечтал стать «крутым пацаном», а каждая девочка элитной... кхм... эти рассказы (надеюсь) «поставили хоть кому-то голову на место», т.к автор черезчур красочно описал что скрывается за «вкусной оберткой успешной жизни» и что таится внутри...

P.S Небольшое замечание по этому рассказу — лично я считаю что наврядли бы ГГ (при указанном времени отсутствия) кто-то бы ждал целых 8 месяцев... Давно бы поделили и забыли о прежнем хозяине... И в случае его воскрешения из мертвых... В общем «печалька»))

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
DXBCKT про Каттнер: Прохвессор накрылся (Юмористическая фантастика)

Комментируемый рассказ-Хогбены-Профессор накрылся

Совершенно случайно полез искать продолжение одной СИ и в процессе поиска (искомой аудиокниги), нашел сборник рассказов про Хугбенов, и конкретно этот «Профессор накрылся»)). Как ни странно - но похоже я эту СИ вообще не комментировал — в связи с чем срочно «исправляю данную ситуацию))

Если исходить из того что у меня есть — эта СИ представляет из себя серию довольно таки немаленьких рассказов в которых главные герои (явно мифического происхождения) рассказывают про всякие забавные случаи, которые (порой) возникают у них в результате вынужденного проживания с «хомо-сапиенс-обычным»...

Сразу нужно сказать, что несмотря на свою «мифичность и необыкновенные способности» здесь не идет речь о каких-то супергероях (которые плодятся в последнее время с неимоверной скоростью). Это семейка (почти как некий мафиозный клан) старается «тихо-мирно» жить в соседстве с людьми и «не выпячивать» свои особые способности... и совершенно другое дело, что это (у них) получается «слабо»)) Конечно — в том городке, «все давно уже знают», однако и воспринимают это как должное... как что-то вроде чудачества или как местную достопримечательность.

Сами герои (этой семейки) большей частью (чисто внешне) не отличимы от людей, но порой «выкидывают» что-то такое, что просто не укладывается в какие-то рамки и относится к разряду «чудес»... Кстати — не совсем понятно как, но автору удалось как-то «органично вписать» существование этой семейки в реальном мире (без стандартной мотивировки в виде «Ельфов» или всяких магических предметов)... Органично в том смысле — что несмотря «на происходящее» все это не кажется чересчур странным или излишне пафосным (применительно «к ареалу обитания» реального среднестатистического городка «из буржуазного и загнивающего Запада»).

Конкретно в этой части ГГ (один из родственников семьи) пытается решить вопрос — что же делать с неким профессором, который грозится «предать факт их существования огласке»... Убить? Так вроде и нельзя: «квоты» закончились, да и «шериф заругает»... в общем — проблема!))

Вообще — вся эта ситуация множится и усугубляется всякими нелогичными действиями (персонажей) и не менее неадекватными способами их решения. Логика как класс — отсутствует напрочь, и как мне кажется это (как раз) именно то что (по мнению автора) должно произойти в случае попыток «научного познания» всяческих «феноменов»... Полный бардак и хаос!!!))

Тем не менее (как ни странно), это все же не укладывается «в простой образчик» юмористической фентези (который можно прочитать и забыть) или «очередную сказку про Карлсона на крыше и Ко»))

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
DXBCKT про Брэдбери: Диковинное диво (Социальная фантастика)

Очередной раз убеждаюсь что настоящему мастеру не нужен «экшен» и прочая «движуха» что б по настоящему оживить рассказ и сделать так «что бы он заиграл множеством красок»...

По большому счету — в данном рассказе опять ничего не происходит: здесь только дается небольшая характеристика 3-героев и описание всей их немудреной жизни... 2-х странников (которых можно охарактеризовать коротким словом «неудачники») и 1-го «хитро... сделанного» типа который со всего умудряется получить выгоду.

С одной стороны «неудачников» жалко, с другой стороны понимаешь — что они гораздо больше свободны (чем их более успешный собрат). Первое что приходит в голову, читая этот рассказ — что это вечная тема справедливости (справедливого воздаяния) и что всякий обман рано или поздно будет наказан. Но при более «детальном размышлении» понимаешь что справедливость тут вовсе не является конечной целью, да и не факт что она по итогу «восторжествует»... На мой субъективный взгляд этот рассказ немного о другом... о некой «полярности душ»... о том к чему (ты) больше относишься «к плюсу» или к «минусу»... И в зависимости «от Вашей принадлежности» Вам даны такие бесполезные способности «видеть мираж» (там где его нет), либо возможность «увидеть кеш» на пустом месте...

Что тут для кого важней - решает каждый сам для себя, но (по автору) данный выбор определяет Ваш взгляд на мир... (увидите ли его его глазами ребенка или... хапуги). В общем — как говорится «выбирай и обрящешь»... но потом «не жалуйся»))

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
кирилл789 про Желязны: Знак Единорога. Рука Оберона (Фэнтези)

400 скинутых книг здесь желязны, блин. буду исправлять по мере перечитывания.) отличная вещь!

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Serg55 про Колибри: Один взмах волшебного посоха (Юмористическая фантастика)

ознакомился, м.б. как-нибудь дочитаю

Рейтинг: -1 ( 0 за, 1 против).
кирилл789 про Желязны: Девять принцев Амбера. Ружья Авалона (Фэнтези)

всё-таки великое - вечно.) это была первая книга из библиотеки зарубежной фантастики, что купили в нашей семье, когда она только появилась.) и именно в этом переводе.
вторым были миры гаррисона, но после желязны, шекли и саймака, которых мои приобрели чуть позже, гарри - не пошёл.)
читайте, кухарки-птушницы, классику! мозги развивайте.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
кирилл789 про Слави: Мой парень – демон (СИ) (Любовная фантастика)

почитав об идиотках в немыслимых позициях и ситуациях, вынужден признать, это чтиво - квинтэссенция.
имея по паспорту 18 лет "ггня" обладает мозгом 10-летнего ребёнка.
бедный демон, волею случая вынужденный с ней нянчиться как сиделка с умственно отсталым. и, несмотря на то, что он выпутывает её из трагедий и неприятностей, она его всё-таки обокрала.
я не знаю дочитаю ли такой кошмар. есть только одна вещь, которая в любых жизнях срабатывала (а знакомых у меня много): такая вещь как кража всё равно вылезет, и "любовь к воровке" (да ещё умственно отсталой) - это даже не сову на глобус, это - бред.
таким дают по морде те, кто попроще. а уж высшие демоны - сжигают на хрен, чтоб и от самой следа не осталось, и - чтоб размножиться не успела.
не пиши, афтар. это вторая твоя вещь, что я смотрю, такое позорище, что слов уже нет.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).

Случай с Евсейкой (fb2)

- Случай с Евсейкой (и.с. Лучшие книги «Малыша») 16.73 Мб, 19с. (скачать fb2) - Максим Горький

Настройки текста:



Максим Горький Случай с Евсейкой (сборник)

© Приходько В. А., насл., 2017

© Молоканов Ю. А., ил., насл., 2017

© ООО «Издательство АСТ»., 2017

* * *

О том, как были написаны эти рассказы и сказки

«Горячо приветствую будущих героев труда и науки. Живите дружно, как пальцы чудесно работающих рук музыканта. Учитесь понимать значение труда и науки – двух сил, которые решают все загадки жизни, преодолевают все препятствия на пути, указанном вам отцами, на пути к светлой, счастливой, героической жизни».

Такие слова написал Горький в одном из своих последних писем детям. А дружил он с ними всю жизнь.

Однажды в далёком городке маленький читатель взял в библиотеке повесть «Детство». И – так уж случилось – потерял её.

Потерять библиотечную книжку неприятно и стыдно. Мальчик очень огорчился. Ну просто даже отчаялся. Он не знал, что ему делать. и в конце концов написал письмо в Москву, автору книги, самому Горькому. И всё рассказал, как есть. и стал ждать, что будет. А через некоторое время из Москвы пришла бандероль. Знакомых у мальчика в Москве не было, и, что эта посылка от Горького, он понял сразу. В бандероли лежали два экземпляра «Детства».

Простой и трогательный случай говорит о том, каким отзывчивым человеком был Алексей Максимович Горький. И как нежно он относился к ребятам.

Он писал своему сыну Максиму добрые письма. Он любил пошутить со своими внучками – Марфой и Дарьей. Дедушка называл их то девчурками, то девчугами, то девчурашками, то девчурёнками, то девчугонами, то девчурохами. То весёлыми старушками. То детятами. То многоуважаемыми учёными девочками.

История рассказов и сказок Горького для детей начинается необычно: с землетрясения. Оно случилось 15 декабря 1908 года на юге Италии. Началось землетрясение ранним утром, в шестом часу. Все ещё крепко спали. Через несколько минут город Мессина уже лежал в развалинах. От подземных толчков Мессине и прежде доставалось, но сейчас город пострадал особенно сильно.

Тысячи людей погибли. А раненых нельзя было и сосчитать.

Мессина – порт. Все суда, находившиеся поблизости, подплыли к берегу. Стали на якорь и русские корабли – «Богатырь», «Слава», «Адмирал Макаров». Матросы стали спасать жителей города.

Наутро в Мессину приехал Горький. Он жил в ту пору неподалёку, на острове Капри. Работал там и лечился.

«А что я могу сделать для пострадавших? – думал писатель. – Они нуждаются в лекарствах, одежде, деньгах. Им надо строить новые дома, чтобы жить дальше».

В руках Горького было могучее оружие – слово. Его книги разошлись по свету. Читатели в разных странах прислушивались к его слову. Они знали: он любит людей и желает им добра.

И Горький обратился ко всему миру: придите на помощь Италии. Люди откликнулись на его призыв. В Мессину стали посылать деньги и вещи. Многие пожертвования приходили в адрес Горького.

Однажды из России прибыли деньги и письмо, написанное детским почерком. Горький прочитал письмо. Неизвестные ему малыши из Баилова (предместье Баку) писали: «Пожалуйста, передайте наши деньги…. Писателю Максиму Горькому для мессинцев». Письмо было подписано: «Школа шалунов».

Откуда же эти шалуны взяли деньги? Они заработали их сами! Поставили спектакль, а билеты распродали. Детьми руководила Алиса Ивановна Радченко, талантливый педагог. Впоследствии она работала вместе с Надеждой Константиновной Крупской. В конверте была фотография двенадцати участников представления.

Горький ответил:

«Дорогие дети!

Я получил собранные вами деньги для мессинцев и сердечно благодарю вас за всех, кому вы помогли. От души желаю для вас, хорошие маленькие люди, – будьте всю жизнь так же чутки и отзывчивы к чужому горю, как были вы в этом случае. Лучшее наслаждение, сама высокая радость жизни – чувствовать себя нужным и близким людям! Это – правда, не забывайте её, и она даст вам неизмеримое счастье. …Будьте здоровы, любите друг друга и – побольше делайте шалостей, – когда будете старичками и старушками – станете с весёлым смехом вспоминать о шалостях.

Крепко жму ваши лапки, да будут они честны и сильны по вся дни жизни вашей!..»

Тогда дети из «Школы шалунов» – Боря, Витя, Гюнт, Дима, Федя, Джефри, Женя, Ирена, Лена, Лиза, Мема, Мери, Нора, Павел и Эльза – прислали Горькому по письму.

В письме шестилетнего Феди говорилось: «У нас в школе 3 главных шалуна: Джефри, Боря и Федя. Притом я большой линтяй»[1].

Джефри написал ещё короче: «Я упал в бассейн. Ура!» – и проиллюстрировал своё сообщение рисунком.

А Боря написал: «Дядя Алёша! Я тебя люблю, есть ли у тебя лошадь, корова и бык? Напиши нам рассказ про воробьишку. И ещё напиши нам какой-нибудь выдуманный рассказ, чтобы мальчик удил рыбу. Я тебя целую… Я бы хотел тебя увидеть».

Горький и на этот раз не оставил без ответа письма своих маленьких друзей. Во втором письме шалунам Горький, дружески пожурив их, что они так умело коверкают русский язык: вместо «лентяй» – пишут «линтяй», а вместо «спектакль» – «спилталк», – признавался:

«Я очень люблю играть с детьми, это старая моя привычка, маленький, лет десяти, я нянчил своего братишку… потом нянчил ещё двух ребят; и, наконец, когда мне было лет 20 – я собирал по праздникам ребятишек со всей улицы, на которой жил, и уходил с ними в лес на целый день, с утра до вечера.

Это было славно, знаете ли! Детей собиралось до 60, они были маленькие, лет от четырёх и не старше десяти; бегая по лесу, они часто, бывало, не могли уже идти домой пешком. Ну, у меня для этого было сделано такое кресло, я привязывал его на спину и на плечи себе, в него садились уставшие, и я их превосходно тащил полем домой. Чудесно!»

Дети были в восторге от горьковских писем. «Дорогой мой Горький! – писала Нора. – Письмо твоё очень ласковое. Мама и папа тебя любят, и я тоже. …Я девочка, но я надеваю мальчишистое платье, так мне удобно». Лиза спрашивала: «Как вы поживаете? Что делают мессинцы?» Витя интересовался природой: «Есть ли в море, которое окружает Капри, губки? Сколько в Капри вдоль и поперёк вёрст? Как называется море, окружающее Капри?» Семилетний Павка писал: «Миленький Максимушка Горький! Чтобы порадовать тебя, посылаю тебе письмишко. Я очень люблю читать и, возвратясь из школы, где мне очень весело, сажусь за книгу. Я читаю про всякие растения и животные, их жизнь очень интересна. Ты писал нам, что мы все курносые, а я видел твою карточку, на ней ты сам курносый, чему я очень рад».

А Горький говорил, что, получив письма детей, он «хохотал от радости так, что все рыбы высунули носы из воды – в чём дело?».

Но самое главное, что Горький выполнил просьбу одного из трёх главных шалунов: написал и про воробьишку, и про юного рыболова!

Рассказ про воробьишку издавался не раз. Маленький Пудик не хотел слушаться родителей и чуть не пропал. Что же выходит: слушайтесь маму и папу, и всё будет в порядке? Так, да не совсем. Горький вовсе не бранит Пудика, а симпатизирует ему. Благодаря своей дерзости птенец научился летать. И на осуждающее мамино «что, что?» (видишь, мол, что бывает, если не слушаться?) птенец отвечает убедительно и мудро: «Всему сразу не научишься!» Мама-воробьиха заплатила за самостоятельность Пудика собственным хвостом.

Да, бывает и так.

А про рыболова – «выдуманный» рассказ. Мальчик Евсейка чудесным образом попадает на морское дно, разговаривает с рыбами. Правда, потом мы узнаём, что Евсею всё это приснилось в душный, дремотный день, но это не мешает перечитывать и переживать чудеса заново.

Из письма шалунам ясно, как была написана история с самоваром.

«Я хотя и не очень молод, – лукаво замечал Горький, – но не скучный парень, и умею недурно показывать, что делается с самоваром, в который положили горячих углей и забыли налить воду».

Видно, Горькому не раз случалось встречаться с детьми и рассказывать про самовар. В конце концов Горький записал на бумагу устный рассказ, сочинённый им уже давно.

Воробьишко Пудик любил прихвастнуть. Но до самовара ему далеко. Вот это хвастун! Всякую меру забыл. И в окошко он выпрыгнет, и на Луне женится, и обязанности солнца на себя возьмёт!

Хвастовство до добра не доводит. Самовар разваливается на куски: воду-то в него налить забыли. Чашки радуются бесславной гибели хвастуна самоварко, и читателям весело.

Посылая «Самовар» детям своей знакомой, Горький сообщал им, что написал его «собственноручно и нарочно» для

«Таты, Лёли и Бобы
                    чтобы
они любили меня,
потому что
хотя
     я
человек невидимый,
     но могу писать
          разные рассказы
о тараканах,
самоварах,
дедушках домовых,
слонах
     и прочих насекомых.
Да!..»

Сказку про Иванушку-дурачка Горький в детстве слышал от бабушки. Он по-своему пересказал её для «Ёлки» – одной из первых советских книг для детей. Иванушка получился у Горького развесёлым шутником: «что ни сделает, всё у него смешно выходит…» Наверно, он просто прикинулся дурачком, чтоб веселее было. После каждой его шутки смеются даже суровые лесные великаны – медведи. И вскоре медведица, точно крестьянка, по-домашнему просит мужа: «Миша, ты бы помог ему!»

Сам Иванушка убеждён, что глупость непременно связана со злом. Чтобы узнать, умён ли медведь, Иванушка выясняет у него:

«– Ты – злой?

– Нет. Зачем?

– А по-моему, – кто зол, тот и глуп. Я вот тоже не злой. Стало быть, оба мы с тобой не дураки будем.

– Ишь ты, как вывел! – удивился медведь».

Ишь ты, как вывел! Так, наверно, и про Горького кто-нибудь говорил. Он знал цену доброте. Его растрогал поступок баиловских ребят.

Он отблагодарил хороших маленьких людей так, как мог отблагодарить только он: рассказами, сказками, стихами.

«…если когда-нибудь до Горького дойдут эти строки, – писала Алиса Ивановна Радченко в 1926 году, – пусть он знает, что шалунишки того времени оправдали его надежды, стали хорошими, чуткими, отзывчивыми людьми и общественно полезными работниками…»

А тем, кто станет сегодня читать рассказы и сказки Горького, написанные для детей, стоит вдуматься ещё раз в его слова: «Живите дружно, как пальцы чудесно работающих рук музыканта».

Владимир Приходько

Воробьишко



У воробьёв совсем так же, как у людей: взрослые воробьи и воробьихи – пичужки скучные и обо всём говорят, как в книжках написано, а молодёжь – живёт своим умом.

Жил-был желторотый воробей, звали его Пудик, а жил он над окошком бани, за верхним наличником, в тёплом гнезде из пакли, моховинок и других мягких материалов. Летать он ещё не пробовал, но уже крыльями махал и всё выглядывал из гнезда: хотелось поскорее узнать, что такое Божий мир и годится ли он для него.

– Что, что? – спрашивала его воробьиха-мама.

Он потряхивал крыльями и, глядя на землю, чирикал:

– Чересчур черна, чересчур!



Прилетал папаша, приносил букашек Пудику и хвастался:

– Чив ли я?



Мама-воробьиха ободряла его:

– Чив, чив!

А Пудик глотал букашек и думал: «Чем чванятся – червяка с ножками дали, – чудо!»

И всё высовывался из гнезда, всё разглядывал.

– Чадо, чадо, – беспокоилась мать, – смотри – чебурахнешься!

– Чем, чем? – спрашивал Пудик.

– Да не чем, а упадёшь на землю, кошка – чик! – и слопает! – объяснял отец, улетая на охоту.

Так всё и шло, а крылья расти не торопились.

Подул однажды ветер – Пудик спрашивает:

– Что, что?

– Ветер дунет на тебя – чирк! – и сбросит на землю – кошке! – объяснила мать.

Это не понравилось Пудику, он и сказал:

– А зачем деревья качаются? Пусть перестанут, тогда ветра не будет…

Пробовала мать объяснить ему, что это не так, но он не поверил – он любил объяснять всё по-своему.

Идёт мимо бани мужик, махает руками.

– Чисто крылья ему оборвала кошка, – сказал Пудик, – одни косточки остались!




– Это человек, они все бескрылые! – сказала воробьиха.

– Почему?

– У них такой чин, чтобы жить без крыльев, они всегда на ногах прыгают, чу?

– Зачем?



– Будь-ка у них крылья, так они бы и ловили нас, как мы с папой мошек…

– Чушь! – сказал Пудик. – Чушь, чепуха! Все должны иметь крылья. Чать на земле хуже, чем в воздухе!.. Ко-гда я вырасту большой, я сделаю, чтобы все летали.

Пудик не верил маме; он ещё не знал, что, если маме не верить, это плохо кончится. Он сидел на самом краю гнезда и во всё горло распевал стихи собственного сочинения:

Эх, бескрылый человек,
У тебя две ножки,
Хоть и очень ты велик,
Едят тебя мошки!
А я маленький совсем,
Зато сам мошек ем.

Пел, пел да и вывалился из гнезда, а воробьиха за ним, а кошка – рыжая, зелёные глаза – тут как тут.

Испугался Пудик, растопырил крылья, качается на сереньких ногах и чирикает:

– Честь имею, имею честь…

А воробьиха отталкивает его в сторону, перья у неё дыбом встали – страшная, храбрая, клюв раскрыла – в глаз кошке целит.

– Прочь, прочь! Лети, Пудик, лети на окно, лети…




Страх приподнял с земли воробьишку, он подпрыгнул, замахал крыльями – раз, раз, и – на окне!

Тут и мама подлетела – без хвоста, но в большой радости, села рядом с ним, клюнула его в затылок и говорит:

– Что, что?

– Ну что ж! – сказал Пудик. – Всему сразу не научишься!

А кошка сидит на земле, счищая с лапы воробьихины перья, смотрит на них – рыжая, зелёные глаза – и сожалительно мяукает:

– Мя-аконький такой воробушек, словно мы-ышка… мя-увы…

И всё кончилось благополучно, если забыть о том, что мама осталась без хвоста…


Случай с Евсейкой


Однажды маленький мальчик Евсейка, – очень хороший человек! – сидя на берегу моря, удил рыбу. Это очень скучное дело, если рыба, капризничая, не клюет. А день был жаркий: стал Евсейка со скуки дремать и – бултых! – свалился в воду.

Свалился, но ничего, не испугался и плывет тихонько, а потом нырнул и тотчас достиг морского дна.



Сел на камень, мягко покрытый рыжими водорослями, смотрит вокруг – очень хорошо!

Ползёт не торопясь алая морская звезда, солидно ходят по камням усатые лангусты, боком-боком двигается краб; везде на камнях, точно крупные вишни, рассеяны актинии, и всюду множество всяких любопытных штук: вот цветут-качаются морские лилии, мелькают, точно мухи, быстрые креветки, вот тащится морская черепаха, и над её тяжёлым щитом играют две маленькие зелёные рыбёшки, совсем как бабочки в воздухе, и вот по белым камням везёт свою раковину рак-отшельник. Евсейка, глядя на него, даже стих вспомнил:

Дом, – не тележка у дядюшки Якова…

И вдруг, слышит, над головою у него точно кларнет запищал:

– Вы кто такой?



Смотрит – над головою у него огромнейшая рыба в сизо-серебряной чешуе, выпучила глаза и, оскалив зубы, приятно улыбается, точно её уже зажарили и она лежит на блюде среди стола.

– Это вы говорите? – спросил Евсейка.

– Я-а…

Удивился Евсейка и сердито спрашивает:

– Как же это вы? Ведь рыбы не говорят!

А сам думает: «Вот так раз! Немецкий я вовсе не понимаю, а рыбий язык сразу понял! Ух, какой молодчина!»

И, приосанясь, оглядывается: плавает вокруг него разноцветная игривая рыбешка и – смеётся, разговаривает:

– Глядите-ка! Вот чудище приплыло: два хвоста!

– Чешуи – нет, фи!

– И плавников только два!

Некоторые, побойчее, подплывают прямо к носу и дразнятся:

– Хорош-хорош!

Евсейка обиделся: «Вот нахалки! Будто не понимают, что перед ними настоящий человек…»

И хочет поймать их, а они, уплывая из-под рук, резвятся, толкают друг друга носами в бока и поют хором, дразня большого рака:

Под камнями рак живёт,
Рыбий хвостик рак жуёт.
Рыбий хвостик очень сух,
Рак не знает вкуса мух.

А он, свирепо шевеля усами, ворчит, вытягивая клешни:

– Попадитесь-ка мне, я вам отстригу языки-то!

«Серьёзный какой», – подумал Евсейка.

Большая же рыба пристает к нему:

– Откуда это вы взяли, что все рыбы – немые?

– Папа сказал.

– Что такое – папа?

– Так себе… Вроде меня, только – побольше, и усы у него. Если не сердится, то очень милый…

– А он рыбу ест?

Тут Евсейка испугался: скажи-ка ей, что ест!

Поднял глаза вверх, видит сквозь воду мутно-зелёное небо и солнце в нём, жёлтое, как медный поднос; подумал мальчик и сказал неправду:

– Нет, он не ест рыбы, костлявая очень…

– Однако – какое невежество! – обиженно вскричала рыба. – Не все же мы костлявые! Например – моё семейство…

«Надо переменить разговор», – сообразил Евсей и вежливо спрашивает:

– Вы бывали у нас наверху?

– Очень нужно! – сердито фыркнула рыба. – Там дышать нечем…

– Зато – мухи какие…



Рыба оплыла вокруг него, остановилась прямо против носа, да вдруг и говорит:

– Мух-хи? а вы зачем сюда приплыли?

«Ну, начинается! – подумал Евсейка. – Съест она меня, дура!..»

И, будто бы беззаботно, ответил:

– Так себе, гуляю…

– Гм? – снова фыркнула рыба. – а может быть, вы – уже утопленник?

– Вот ещё! – обиженно крикнул мальчик. – Нисколько даже. Я вот сейчас встану и…

Попробовал встать, а – не может: точно его тяжёлым одеялом окутали – ни поворотиться, ни пошевелиться!

«Сейчас я начну плакать», – подумал он, но тотчас же сообразил, что плачь не плачь, в воде слёз не видно, и решил, что не стоит плакать, – может быть, как-нибудь иначе удастся вывернуться из этой неприятной истории.

А вокруг – господи! – собралось разных морских жителей – числа нет!

На ногу взбирается голотурия, похожая на плохо нарисованного поросёнка, и шипит:

– Желаю с вами познакомиться поближе…

Дрожит перед носом морской пузырь, дуется, пыхтит, – укоряет Евсейку:

– Хорош-хорош! Ни рак, ни рыба, ни моллюск, ай-я-яй!

– Погодите, я, может, ещё авиатором буду, – говорит ему Евсей, а на колени его влез лангуст и, ворочая глазами на ниточках, вежливо спрашивает:

– Позвольте узнать, который час?



Проплыла мимо сепия, совсем как мокрый носовой платок: везде мелькают сифонофоры, точно стеклянные шарики, одно ухо щекочет креветка, другое – тоже щупает кто-то любопытный, даже по голове путешествуют маленькие рачки, – запутались в волосах и дёргают их.

“Ой, ой, ой!” – воскликнул про себя Евсейка, стараясь смотреть на всё беззаботно и ласково, как папа, когда он виноват, а мамаша сердится на него.

А вокруг в воде повисли рыбы – множество! – поводят тихонько плавниками и, вытаращив на мальчика круглые глаза, скучные, как алгебра, бормочут:

Как он может жить на свете без усов и чешуи?
Мы бы, рыбы, не могли бы раздвоить хвосты свои!
Не похож он ни на рака, ни на нас – весьма во многом!
Не родня ли это чудо безобразным осьминогам?

«Дуры! – обиженно думает Евсейка. – у меня по русскому языку в прошлом году две четвёрки было…»

И делает такой вид, будто он ничего не слышит, даже хотел беззаботно посвистеть, – но – оказалось – нельзя: вода лезет в рот, точно пробка.

А болтливая рыба всё спрашивает его:

– Нравится вам у нас?

– Нет… то есть – да, нравится!.. У меня дома… тоже очень хорошо, – ответил Евсей и снова испугался:

«Батюшки, что я говорю?! Вдруг она рассердится, и начнут они меня есть…»

Но вслух говорит:

– Давайте как-нибудь играть, а то мне скучно…

Это очень понравилось болтливой рыбе, она засмеялась, открыв круглый рот так, что стали видны розовые жабры, виляет хвостом, блестит острыми зубами и старушечьим голосом кричит:

– Это хорошо – поиграть! Это очень хорошо – поиграть!

– Поплывёмте наверх! – предложил Евсей.

– Зачем? – спросила рыба.

– А вниз уже нельзя ведь! И там, наверху, – мухи.

– Мух-хи! Вы их любите? Евсей любил только маму, папу и мороженое, но ответил:

– Да…

– Ну что ж? Поплывём! – сказала рыба, перевернувшись головой вверх, а Евсей тотчас цап её за жабры и кричит:

– Я – готов!

– Стойте! Вы, чудище, слишком засунули свои лапы в жабры мне…

– Ничего!

– Как это – ничего? Порядочная рыба не может жить не дыша.



– Господи! – вскричал мальчик. – Ну, что вы спорите всё? Играть так играть…

А сам думает: «Лишь бы только она меня немножко подтащила наверх, а там уже я вынырну».

Поплыла рыба, будто танцуя, и поёт во всю мочь:

Плавниками трепеща,
И зубаста да тоща,
Пищи на обед ища,
Ходит щука вкруг леща!

Маленькие рыбёшки кружатся и хором орут:

Вот так штука!
Тщетно тщится щука
Ущемить леща!
Вот так это – штука!

Плыли, плыли, чем выше – тем всё быстрее и легче, и вдруг Евсейка почувствовал, что голова его выскочила на воздух.

– Ой!

Смотрит – ясный день, солнце играет на воде, зелёная вода заплёскивает на берег, шумит, поёт. Евсейкино удилище плавает в море, далеко от берега, а сам он сидит на том же камне, с которого свалился, и уже весь сухой!

– Ух! – сказал он, улыбаясь солнцу, – вот я и вынырнул.


Самовар


Было это летней ночью на даче.

В маленькой комнате стоял на столе у окна пузатый самовар и смотрел в небо, горячо распевая:

– Замечаете ли, чайник, что луна
Чрезвычайно в самовар влюблена?

Дело в том, что люди забыли прикрыть трубу самовара тушилкой и ушли, оставив чайник на конфорке; углей в самоваре было много, а воды мало – вот он и кипятился, хвастаясь пред всеми блеском своих медных боков.

Чайник был старенький, с трещиной на боку, и очень любил дразнить самовар. Он уж тоже начинал закипать; это ему не нравилось, – вот он поднял рыльце кверху и шипит самовару, подзадоривая его:

– На тебя луна
Смотрит свысока,
Как на чудака, –
Вот тебе и – на!

Самовар фыркает паром и ворчит:

– Вовсе нет. Мы с ней – соседи.
Даже несколько родня:
Оба сделаны из меди!
Но она – тусклей меня,
Эта рыжая лунишка, –
Вон на ней какие пятна!
– Ах, какой ты хвастунишка,
Даже слушать неприятно! –

зашипел чайник, тоже выпуская из рыльца горячий пар.



Этот маленький самовар и вправду очень любил хвастаться; он считал себя умницей, красавцем; ему давно уже хотелось, чтоб луну сняли с неба и сделали из неё поднос для него.

Форсисто фыркая, он будто не слышал, что сказал ему чайник, – поёт себе во всю мочь:

– Фух, как я горяч!
Фух, как я могуч!
Захочу – прыгну, как мяч,
На луну выше туч!

А чайник шипит своё:

– Вот извольте говорить
С эдакой особой.
Чем зря воду-то варить,
Ты – прыгни, попробуй!

Самовар до того раскалился, что посинел весь и дрожит, гудит:

– Покиплю ещё немножко,
А когда наскучит мне, –
Сразу выпрыгну в окошко
И женюся на луне!

Так они оба всё кипели и кипели, мешая спать всем, кто был на столе. Чайник дразнит:

– Она тебя круглей.
– Зато в ней нет углей, –

отвечает самовар.



Синий сливочник, из которого вылили все сливки, сказал пустой стеклянной сахарнице:

– Всё пустое, всё пустое!
Надоели эти двое!
– Да, их болтовня
Раздражает и меня, –

ответила сахарница сладеньким голосом. Она была толстая, широкая и очень смешливая, а сливочник – так себе: горбатенький господин унылого характера с одной ручкой; он всегда говорил что-нибудь печальное.

– Ах, – сказал он, –
Всюду – пусто, всюду – сухо,
В самоваре, на луне.

Сахарница, поёжившись, закричала:

– А в меня залезла муха
И щекочет стенки мне…
Ох, ох, я боюсь,
Что сейчас засмеюсь!
– Это будет странно –
Слышать смех стеклянный… –

невесело сказал сливочник.

Проснулась чумазая тушилка и зазвенела:

– Дзинь! Кто это шипит?
Что за разговоры?
Даже кит ночью спит,
А уж полночь скоро!

Но, взглянув на самовар, испугалась и звенит:

– Ай, люди все ушли
Спать или шляться,
А ведь мой самовар
Может распаяться!
Как они могли забыть
Обо мне, тушилке?
Ну, придётся им теперь
Почесать затылки!

Тут проснулись чашки и давай дребезжать:

– Мы скромные чашки,
Нам всё – всё равно!
Все эти замашки
Мы знаем давно!
Нам ни холодно, ни жарко,
Мы привыкли ко всему!
Хвастун самоварко,
И не верим мы ему!

Заворчал чайник:

– Ф-фу, как горячо,
Жарко мне отчайно.
Это не случайно,
Это чрезвычайно!

И – лопнул!

А самовар чувствовал себя совсем плохо: вода в нём давно вся выкипела, а он раскалился, кран у него отпаялся и повис, как нос у пьяного, одна ручка тоже вывихнулась, но он всё ещё храбрился и гудел, глядя на луну:

– Ах, будь она ясней,
Не прячься она днём,
Я поделился б с ней
Водою и огнём!
Она со мной тогда
Жила бы не скучая,
И шёл бы дождь всегда
Из чая!

Он уже почти не мог выговаривать слов и наклонялся набок, но всё ещё бормотал:

– А если днём она должна ложиться спать,
Чтоб по ночам светлей сияло её донце, –
Я мог бы на себя и днём и ночью взять
Обязанности солнца!
И света и тепла земле я больше дам,
Ведь я его и жарче и моложе!
Светить и ночь и день ему не по годам, –
А это так легко для медной рожи!

Тушилка обрадовалась, катается по столу и звенит:

– Ах, это очень мило!
Это очень лестно –
Я бы солнце потушила!
Ах, как интересно!

Но тут – крак! – развалился самовар на кусочки, кран клюкнулся в полоскательную чашку и разбил её, труба с крышкой высунулась вверх, покачалась-покачалась и упала набок, отколов ручку у сливочника; тушилка, испугавшись, откатилась на край стола и бормочет:

Вот смотрите: люди вечно
Жалуются на судьбу,
А тушилку позабыли
Надеть на трубу!

А чашки, ничего не боясь, хохочут и поют:

– Жил-был самовар.
Маленький, да пылкий,
И однажды не прикрыли
Самовар тушилкой!
Был в нём сильный жар,
А воды немного;
Распаялся самовар, –
Туда ему дорога,
Туда и до-ро-га-а!

Про Иванушку дурачка Русская народная сказка


Жил-был Иванушка-дурачок, собою красавец, а что ни сделает, всё у него смешно выходит – не так, как у людей.

Нанял его в работники один мужик, а сам с женой собрался в город; жена и говорит Иванушке:

– Останешься ты с детьми, гляди за ними, накорми их!

– А чем? – спрашивает Иванушка.

– Возьми воды, муки, картошки, покроши да свари – будет похлёбка!

Мужик приказывает:

– Дверь стереги, чтобы дети в лес не убежали!

Уехал мужик с женой. Иванушка влез на пола́ти, разбудил детей, стащил их на пол, сам сел сзади их и говорит:

– Ну, вот, я гляжу за вами!

Посидели дети некоторое время на полу – запросили есть. Иванушка втащил в избу кадку воды, насыпал в неё полмешка муки, меру картошки, разболтал всё коромыслом и думает вслух:

– А кого крошить надо?

Услыхали дети – испугались:

– Он, пожалуй, нас искрошит!

И тихонько убежали вон из избы.

Иванушка посмотрел вслед им, почесал затылок, – соображает:

– Как же я теперь глядеть за ними буду? Да ещё дверь надо стеречь, чтобы она не убежала!



Заглянул в кадушку и говорит:

– Варись, похлёбка, а я пойду за детьми глядеть!

Снял дверь с петель, взвалил её на плечи себе и пошёл в лес. Вдруг навстречу ему Медведь шагает – удивился, рычит:

– Эй, ты, зачем дерево в лес несёшь?

Рассказал ему Иванушка, что с ним случилось. Медведь сел на задние лапы и хохочет:

– Экой ты дурачок! Вот я тебя съем за это!

А Иванушка говорит:

– Ты лучше детей съешь, чтоб они в другой раз отца-матери слушались, в лес не бегали!

Медведь ещё сильней смеётся, так и катается по земле со смеху.

– Никогда такого глупого не видал! Пойдём, я тебя жене своей покажу!

Повёл его к себе в берлогу. Иванушка идёт, дверью сосны задевает.

– Да брось ты её! – говорит Медведь.

– Нет, я своему слову верен; обещал стеречь, так уж устерегу!

Пришли в берлогу. Медведь говорит жене:

– Гляди, Маша, какого я тебе дурачка привёл! Смехота!



А Иванушка спрашивает Медведицу:

– Тётя, не видала ребятишек?

– Мои – дома, спят.

– Ну-ка, покажи не мои ли это?

Показала ему Медведица трёх медвежат; он говорит:

– Не эти, у меня двое было.



Тут и Медведица видит, что он глупенький, тоже смеётся:

– Да ведь у тебя человечьи дети были!

– Ну да, – сказал Иванушка, – разберёшь их, маленьких-то, какие чьи!

– Вот забавный! – удивилась Медведица и говорит мужу: – Михайло Потапыч, не станем его есть, пусть он у нас в работниках живёт!

– Ладно, – согласился Медведь, – он хоть и человек, да уж больно безобидный!

Дала Медведица Иванушке лукошко, приказывает:

– Поди-ка, набери малины лесной, – детишки проснутся, я их вкусненьким угощу!

– Ладно, это я могу! – сказал Иванушка. – а вы дверь постерегите!



Пошёл Иванушка в лесной малинник, набрал малины полное лукошко, сам досыта наелся, идёт назад к Медведям и поёт во всё горло:

– Эх, как неловки
Божие коровки!
То ли дело – муравьи
Или ящерицы!

Пришёл в берлогу, кричит:

– Вот она, малина!

Медвежата подбежали к лукошку, рычат, толкают друг друга, кувыркаются, – очень рады!

А Иванушка, глядя на них, говорит:

– Эх-ма, жаль, что я не медведь, а то и у меня дети были бы!

Медведь с женой хохочут.

– Ой, батюшки мои! – рычит Медведь. – Да с ним жить нельзя, – со смеху помрёшь!

– Вот что, – говорит Иванушка, – вы тут постерегите дверь, а я пойду ребятишек искать, не то хозяин задаст мне!

А Медведица просит мужа:

– Миша, ты бы помог ему!

– Надо помочь, – согласился Медведь, – уж очень он смешной!

Пошёл Медведь с Иванушкой лесными тропами. Идут, разговаривают по-приятельски.

– Ну и глупый же ты! – удивляется Медведь.

А Иванушка спрашивает его:

– А ты – умный?

– Я-то?

– Ну да!

– Не знаю.

– И я не знаю. Ты – злой?

– Нет, зачем?

– А по-моему – кто зол, тот и глуп. Я вот тоже не злой. Стало быть, оба мы с тобой не дураки будем!

– Ишь ты, как вывел! – удивился Медведь.

Вдруг – видят: сидят под кустом двое детей, уснули.



Медведь спрашивает:

– Это твои, что ли?

– Не знаю, – говорит Иванушка, – надо спросить. Мои есть хотели.

Разбудили детей, спрашивают:

– Хотите есть?

Те кричат:

– Давно хотим!

– Ну, – сказал Иванушка, – значит, это и есть мои! Теперь я поведу их в деревню, а ты дядя, принеси, пожалуйста, дверь, а то самому мне некогда, мне ещё надобно похлёбку варить!

– Уж ладно! – сказал Медведь. – Принесу!

Идёт Иванушка сзади детей, смотрит за ними в землю, как ему приказано, а сам поёт:

– Эх, вот так чудеса!
Жуки ловят зайца,
Под кустом сидит лиса
Очень удивляется!

Пришёл в избу, а уж хозяева из города воротились. Видят: посреди избы кадушка стоит, доверху водой налита, картошкой насыпана да мукой, детей нет, дверь тоже пропала, – сели они на лавку и плачут горько.

– О чём плачете? – спросил их Иванушка.



Тут увидели они детей, обрадовались, обнимают их, а Иванушку спрашивают, показывая на его стряпню в кадке:

– Это чего ты наделал?

– Похлёбку!

– Да разве так надо?

– А я почём знаю – как?

– А дверь куда девалась?

– Сейчас её принесут, – вот она!

Выглянули хозяева в окно, а по улице идёт Медведь, дверь тащит. Народ от него во все стороны бежит, на крыши лезут, на деревья. Собаки испугались – завязли со страху в плетнях под воротами; только один рыжий петух храбро стоит посреди улицы и кричит на Медведя:

– Кину в реку-у!..


Утро


Самое лучшее в мире – смотреть, как рождается день!

В небе вспыхнул первый луч солнца – ночная тьма тихонько прячется в ущелье гор и трещины камней, прячется в густой листве деревьев, в кружевах травы, окропленной росою, а вершины горы улыбаются ласковой улыбкой – точно говорят мягким теням ночи:

– Не бойтесь – это солнце!



Волны моря высоко поднимают белые головы, кланяются солнцу, как придворные красавицы своему королю, кланяются и поют:

– Приветствуем вас, владыка мира!

Доброе солнце смеётся: эти волны всю ночь, играя, кружились, кружились, и теперь они такие растрёпанные, их зелёные одежды измяты, бархатные шлейфы спутаны.

– Добрый день! – говорит солнце, поднимаясь над морем. – Добрый день, красавицы! Но – довольно, тише! Детям невозможно будет купаться, если вы не перестанете так высоко прыгать! Надо, чтобы всем на земле было хорошо, не правда ли?

Из трещин камней выбегают зелёные ящерицы и, мигая сонными глазками, говорят друг дружке:

– Сегодня будет жарко!

В жаркий день – мухи летают лениво, ящерицам легко ловить и есть их, а съесть хорошую муху – это так приятно! Ящерицы – отчаянные лакомки.

Отягощённые росою, шаловливо покачиваются цветы, точно дразнят и говорят:

– Напишите-ка, сударь, о том, как мы красивы утром, в уборе росы! Напишите-ка словами маленькие портреты цветов! Попробуйте, это легко – мы такие простые…

Хитрые штучки они! Превосходно знают, что невозможно человеку описать словами их милую красоту, и – смеются!

Сняв почтительно шляпу, я говорю им:

– Вы очень любезны! Благодарю вас за честь, но – у меня сегодня нет времени. Потом, может быть…

Они гордо улыбаются, потягиваясь к солнцу, его лучи горят в каплях росы, осыпая лепестки и листья блеском бриллиантов.

А над ними уже кружатся золотые пчёлы и осы, кружатся, жадно пьют сладкий мёд, и в тёплом воздухе льётся их густая песня:

– Благословенно солнце –
Радостный источник жизни!
Благословенна работа –
Для красоты земли!

Проснулись красногрудые малиновки; стоят, покачиваясь на тонких ножках, и тоже поют свою песню тихой радости – птицы лучше людей знают, как это хорошо жить на земле!



Малиновки всегда первые встречают солнце; в далёкой холодной России их называют «зорянками» за то, что перья на грудках этих птичек окрашены в цвет утренней зари. В кустах прыгают весёлые чижи, – серенькие с жёлтым, они похожи на уличных детей, такие же озорники и так же неустанно кричат.

Гоняясь за мошками, мелькают ласточки и стрижи, точно чёрные стрелы, и звенят радостно и счастливо, – хорошо иметь быстрые, лёгкие крылья!

Вздрагивают ветви пиний – пинии похожи на огромные чаши, и кажется, что они налиты светом солнца, как золотистым вином.

Просыпаются люди, те, для которых вся жизнь – труд; просыпаются те, кто всю жизнь украшают, обогащают землю, но – от рождения до смерти остаются бедняками.

Почему?

Ты узнаешь об этом потом, когда будешь большой, – если, конечно, захочешь узнать, а пока – умей любить солнце, источник всех радостей и сил, и будь весел, добр, как для всех одинаково доброе солнце.

Проснулись люди, и вот они идут на свои поля, к своему труду, – солнце смотрит на них и улыбается: оно лучше всех знает, сколько сделано людьми доброго на земле, оно когда-то видело её пустынной, а ныне вся земля покрыта великой работой людей – наших отцов, дедов, прадедов, – между серьёзным и, покуда, непонятным для детей, они сделали также и все игрушки, все приятные вещи на земле – синематограф, между прочим.

Ах, они превосходно работали, наши предки, есть за что любить и уважать великую работу, сделанную ими всюду вокруг нас!

Над этим не мешает подумать, дети, – сказка о том, как люди работали на земле, – самая интересная сказка мира!..

На изгородях полей рдеют розы, и всюду смеются цветы; многие из них уже увядают, но все смотрят в синее небо, на золотое солнце; шелестят их бархатные лепестки, источая сладкий запах, и в воздухе, голубом, тёплом, полном благоуханий, тихо несётся ласковая песня:

– То, что красиво, – красиво,
Даже, когда увядает;
То, что мы любим, – мы любим,
Даже, когда умираем…

День пришёл!

Добрый день, дети, и пусть в жизни вашей будет множество добрых дней!

Я скучно написал это?

Ничего не поделаешь: когда ребёнку минет сорок лет – он становится немножко скучен.


Сноски

1

Здесь и далее использованы материалы, хранящиеся в Архиве А. М. Горького.

(обратно)

Оглавление

  • О том, как были написаны эти рассказы и сказки
  • Воробьишко
  • Случай с Евсейкой
  • Самовар
  • Про Иванушку дурачка Русская народная сказка
  • Утро
  • *** Примечания ***