КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 423283 томов
Объем библиотеки - 574 Гб.
Всего авторов - 201703
Пользователей - 96062

Впечатления

кирилл789 про Вонсович: В паутине чужих заклинаний (Детективная фантастика)

отличный детективчик. влёт прочёл.)

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
кирилл789 про Вонсович: Убойная Академия (Фэнтези)

шикарная вещь.) а про кроликов - я плакал.)))

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
кирилл789 про Вонсович: Плата за наивность (Фэнтези)

потрясающе. вещь эта продолжение "платы за одиночество", и начинается она с того, что после трагедии, когда ггня не смогла сказать "нет" к пристававшему к ней мужику в прошлой вещи, спровоцировав два убийства и много-много "нервных" потрясений, в этом опусе она тоже не говорит "нет"! кстати, главпреступник там сбежал. (ну, видать, тут обратно прибежит).
здесь к ней привязывается на улице курсант, прошло 1,5 года после трагедии и ей уже почти 20, и она ОПЯТЬ! не может отделаться! посреди людной улицы в центре города. СТРАЖУ ПОЗОВИ!!!
но дур жизнь ничему не учит. нечитаемо, афтарша.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
Любопытная про Сладкая: Четвертая жена синей бороды (Любовная фантастика)


Насторожила фамилия аффторши или псевдоним, в принципе и так было понятно , что ничего хорошего в этом чтиве ждать не нужно. Но любопытство победило.
Аффторша, похоже, любитель секса, раз с таким наслаждение описывает соблазнение 25-летней девственницы, которая перед этим умело занимается оральным сексом. Так что ей легко и нетрудно было согласится на анальный секс, лишь бы не лишится девственной крови , нужной ей для ритуала избавления от проклятия фараона…А потом – любофф. О как! Это если кратенько.
Посмотрела на остальные книги, названия говорят сами за себя- Пленница, родить от дракона, Обитель порока, Два мужа для ведьмы. Трофей драконицы.. .И все заблокированно и можно только купить .И за эту чушь платить деньги??? Ну уж , увольте..
В топку и аффторшу и сие «произведение».

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Любопытная про Чернованова: Замуж за колдуна, или Любовь не предлагать (Любовная фантастика)


Автора не очень люблю, скучно у нее все и нудновато и со штампами. Но попалась книга под руку , прочитала и неожиданно не пожалела.
Хороший язык и слог, Посмеялась в некоторых главах от души. В то же время есть интрига и злодеи.
Скоротать вечер нормально!

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
кирилл789 про Вонсович: Плата за одиночество (Фэнтези)

что безумно раздражает в вонсович, так это неспособность её ггнь сказать "нет". вот клеится к тебе мужик, достаёт так, что даже у меня, с другой стороны экрана, скрипят зубы. он тебе не нужен. он тебе не нравится. он следит за тобой. выслеживает до квартиры. да просто: тебе подозрительно - что ему от тебя надо??? ты - нищая из приюта, а он - вполне обеспечен, обвешан дорогими магическими цацками. и что ты делаешь? соглашаешься идти с ним на ужин? ты - дура, ггня?
все остальные твои проблемы - только собственная твоя заслуга. нет, мне не жалко таких. в 18 лет, даже после монастырского приюта (а особенно после монастырского, уж там точно не учили - под первого встречного), вести себя так? либо ты - дура, либо - дура. вариантов нет.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
кирилл789 про Танари: Приручить время, или Шанс на любовь (Фэнтези)

"Закатила глаза: куда я влипла?", на начале 4-й главы читать бросил. тебе запретили проводить испытания (не-пойми-чего), но ты решила, что умнее всех и пошла проводить опыт. то, что не разнесло полгорода и не убило тысячи - не твоя заслуга. тебя и пошедшую в разнос установку прикрыл щитом ассистент.
потом ты очухиваешься в его доме, результат "эксперимента": вы не можете отдаляться друг от друга, вас скручивает от смертельной боли, тебя ищет безопасность, уже напечатано в прессе, что ты - великая преступница, убийца и воровка. твой ассистент делает всё, чтобы спасти ваши шкуры. и ты ему хамишь. не только словами и поступками, даже - в описываемых мыслях.
и, пока он пытается, ты думаешь: "куда я влипла?". ты, безмозглая дура, влипла, когда пошла на запрещённый эксперимент. в лаборатории, в центре густонаселённого города. потому что - дура. потому что в запрете прямо было указано: возможность катастрофы.
а когда тебя из дерьма, в которое ты влипла потому, что - безмозгла, пытаются вытащить, ты дерьмом, из которого, видимо, состоишь полностью, спасителя поливаешь. чтобы тупо осложнить и спасение и жизнь, не только свою, кретинка.
сюжет "прекрасен", нечитаемо.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).

Сладкая ложь (СИ) (fb2)

- Сладкая ложь (СИ) 847 Кб, 234с. (скачать fb2) - Анастасия Блэк

Настройки текста:



Сладкая ложь Анастасия Black

1.Начало конца

Ложь есть не что иное, как хорошо замаскированная правда.


Джордж Гордон Байрон.


***



Никогда не лгать — всё равно что жить в комнате без ключа. Это значит лишиться права побыть одному.


Элизабет Боуэн.



Неподалёку от Киото. Село Минамиямасиро



      Тут сейчас находилось множество вампиров. Им было поручено собрать как можно больше скота для недавно прибывших в Японию аристократов. Выбирали в основном детей с привлекательной внешностью и хорошей кровью, что было весьма логичным решением. Люди боялись, ведь впереди их ждала полная неизвестность. Они не могли гарантировать собственную безопасность, не могли сами решать свою судьбу, а лишь смиренно превратились в безвольных кукол, которыми было довольно легко управлять. А что же им еще оставалось, кроме подчинения? Правильно, абсолютно ничего! В конце концов, вампиры намного сильнее и порой умнее, чем простой скот, к тому же защищают их от мерзких всадников апокалипсиса. В этом селе сильно пахло навозом из-за разводимого людьми рогатого скота. Делали они это ради того, чтобы отправлять его в столицу для фаворитов аристократов. Они питались исключительно здоровой и полезной пищей, дабы радовать собственных хозяев первоклассной кровью.



      В одном из огромных загонов прятался мальчик. Его одежда отличалась от здешней, походя чем-то на больничный наряд: белая длинная рубашка и чёрные бриджи до колен. Особой внешностью паренёк тоже не отличался: короткие чёрные волосы и испуганные серые глаза. Он, как ошалелый, вцепился в деревянный столб и пытался отдышаться. Казалось, что каждый вздох давался ему с неимоверным трудом, будто необходимый кислород заживо сжигал его легкие. Царапины на руках немного кровоточили, но брюнет совсем этого не замечал, а лишь затравленно осматривался по сторонам. Завидев вампира, он плюхнулся на колени в надежде спрятаться, но не вышло. Кровосос схватил мальчишку за шкирку и поднял вверх, внимательно осматривая.



— Эй, скот, ты ведь не отсюда. На тебе нет ошейника с номером… Ха, так ты из тех, кто живет в городе и прячется от всадников апокалипсиса в заброшенных домах? Что ж, сегодня тебе повезло, ведь нам нужно отправить как можно больше детей для знати, а это означает, что я не могу убить тебя, маленький паршивец. Назови мне своё имя, я внесу его в базу.


— Т-тоширо Кейторо, — мальчик ответил без промедления. Он, несомненно, испугался вампира, но людей боялся больше. Тоширо посчитал, что спрятаться у бессмертных будет самым правильным из возможных решений, ведь там солдаты ЯИДА до него не доберутся.



«Лучше уж быть загнанным в угол скотом, нежели подопытной крысой в руках людей…»


***



      По дороге из каменной кладки шла девушка. Она направлялась прямиком к Курето Хиираги, дабы получить своё новое задание. Её серые и слегка волнистые волосы доставали до поясницы, а две слабо заплетённые косички находились спереди, плавно спадая на грудь, чем зачастую мешали юной особе. В нежно-голубых глазах едва можно было разглядеть хоть что-то отдалённо напоминающее человеческие эмоции, лишь пустота и беспристрастность к окружающему миру. Хотя, чего ещё можно ожидать от солдата, который проводит на поле боя большую часть своего времени, видит бессметное количество трупов товарищей, что идут в расход по приказу начальства? А руководству, между прочим, плевать на такие огромные жертвы, его интересует лишь результат.



«Memento mori»*



      В мыслях сказала себе голубоглазая, смотря на изысканные карманные часы, где и была выгравирована данная надпись. Немного потеребив серебряную вещицу, висевшую на тонкой шее, девушка перевела свой взгляд вперёд. Возле входа в главное здание стояла шатенка с пышными формами и высокомерным взглядом. Она должна была сопроводить Вайлети к Курето.



— Привет, ты, видимо, к нашему боссу… Да, ожидала чего-то большего, нежели обычную девчонку с волосами цвета грязи. Думаю, им всё же придётся отправить на задание меня вместо тебя, дурочка. Так уж и быть, окажу милость и провожу тебя до двери нашего главнокомандующего.



      Не дожидаясь ответа, барышня развернулась на каблучках и направилась внутрь здания, прямо к лифту. Вайлети последовала за ней. Пока они ехали наверх, голубоглазая заметила в коричневых волосах своей собеседницы белую вязкую жидкость и глубоко вздохнула.



«Какая она, однако, напыщенная особа. Да и к тому же совсем не умеет оскорблять людей. Честное слово, никакой оригинальности! Назвать мои серые волосы грязью… Это, конечно, очень странное сравнение. Мне вот интересно, где эта женщина найдет серую грязь в повседневной жизни? Ляпнула какую-то глупость и возомнила себя умной… Типичное поведение тщеславной личности! Всегда хочет ощущать себя на руководящей позиции. Такие люди отличаются от остальных тем, что склонны постоянно поучать и наставлять окружающих, а также делать ненужные замечания. Люди этого сорта без угрызения совести делают выбор за других, поскольку считают себя экспертами во всём. Своим высокомерием они постоянно задевают гордость и чувство собственного достоинства собеседника… Хотя, на мой взгляд, это является защитной реакцией нашей психики. Глупые людишки при помощи такого поведения пытаются доказать себе, что они не ничтожны… Жалкое зрелище! Можно ли тратить собственную жизнь на такие глупости?! Я бы не стала».



      Как и обещала, шатенка привела сероволосую к начальству, но, завидев солдат у двери, решила поиздеваться, прежде чем впускать девушку в кабинет. Их обязательно должны были услышать, поэтому она уже мысленно расплылась в улыбке.



— Эй, я слышала, что ты очень любишь…


— Люблю что? — Вай резко задала вопрос и с неким равнодушием глянула в сторону замешкавшейся девушки. — Я отвечу за тебя. Ни-че-го не люблю. В своей жизни больше не желаю испытывать такое чувство, как любовь. Да и навряд ли смогу. Но зато я точно знаю, что так нравится тебе… Спорим, что это банальный и примитивный секс? — собеседница начала топтаться на месте, полностью оправдывая ожидания голубоглазой.


— Да как ты смеешь!


— Сначала голову свою от спермы отмой, а потом называй меня шлюхой. Ты же ведь это хотела про меня сказать? Как по-детски…



      Девушка постучала в дверь и, услышав разрешение, зашла внутрь, оставив шатенку в недоумении стоять возле двери. Юная особа посмотрела на своего начальника с явным интересом, ведь впервые видела его вживую. Но его образ почти полностью совпал с рассказами, так что не впечатлил сероволосую.



— Хм, так значит, это ты — Вайлети Эрестер. Честно говоря, не вижу в тебе ничего особенного, но это даже к лучшему. Что-нибудь известно о задании, которое тебе будет поручено? — голос мужчины был ровным, но в нём проскальзывали насмешливые нотки.


— Нет.


— Коротко и ясно. Как и докладывали, ты не слишком многословна, но свою работу знаешь. Что ж, объясню тебе цель миссии. Видишь ли, из нашей лаборатории сбежал десятилетний мальчик Тоширо Кейторо…


— Не думала, что из вашей лаборатории возможно сбежать, — со скрытой язвительностью молвила Эрестер.


— Ха, я тоже так думал. Твоя задача найти мальчишку и вернуть его в целости и сохранности.



«Так переживает за пушечное мясо? Чую в этом явный подвох. Неужели ребёнок настолько важен для планов этого самоуверенного типа? »



— Я могу узнать больше о Тоширо?


— Он опасен и ценен. Это всё, что тебе следует знать. Моим солдатам удалось проследить за ним до села Минамиямасиро.


— А дальше?


— На связь больше не выходили.


— Как давно это было?


— Два часа назад.


— Я поняла. Разрешите приступить к заданию.


— Хм, разрешаю. Знаешь, твоя сосредоточенность мне очень нравится. Когда вернёшься, рассмотрю твою кандидатуру получше, а сейчас иди.


— Есть.



      Выйдя из кабинета с папкой в руках, девушка не обнаружила ни души и направилась к себе в комнату, дабы собрать необходимые вещи и приступить к заданию. Она понимала, что поиск ребёнка может занять довольно-таки много времени, что немного удручало. Но другого выбора не оставалось.



«Курето Хиираги импульсивный человек. Но даже он может нервничать… Мял свои пальцы на протяжении всего разговора, шагал взад-вперёд по кабинету. Мальчуган действительно важен, да и к тому же умён, раз смог сбежать из хорошо охраняемой лаборатории. Или же ему помогли? Так… давно я не носила гражданскую одежду, непривычно видеть себя такой в зеркале, но, в принципе, неплохо…»


***



      Добравшись до места, где в последний раз видели мальчика, девушка решила слиться со здешним скотом. Правда, она всё равно выделялась своей одеждой, но сейчас это было не такой значительной проблемой. Тут было чертовски много кровососов, что немного напрягало юную особу. Вампиры до сих пор собирали людей, но на этот раз более тщательно и даже с некой придиркой. Дабы не мозолить глаза монстрам, Вай свернула в маленький переулок между домами и, заметив небольшое столпотворение, направилась туда. Собравшиеся были в основном подростки. Они что-то бурно обсуждали, глядя на девушку, лежащую в грязи. Эрестер удалось рассмотреть бедолагу: на её шее виднелись ранки от клыков, под правым глазом красовался довольно большой фингал, и она точно была мертва. Голубоглазая внимательно наблюдала за окружающими её сверстниками, в особенности юношами. Они вели себя ну уж очень подозрительно и явно не сочувствовали погибшей. Вскоре девушки, находившиеся здесь, ушли на главную улицу.



— Это ты её так оприходовал, Кит? — спросил жёлтоволосый парень, кивая на труп.


— Да. Она была полезной девочкой, но слишком наивной и надоедливой… Вампир решил испить её кровушки, тем самым портя чудесную кожу. Ну, я и шибанул разок, только вот не рассчитал, — с улыбкой на губах ответил ему приятель.


— Эх, а она ведь тебя так любила. Дурак, знаешь же, что на тебя девахи сразу подумали, теперь избегать будут, и прощай плотские утехи!


— Пф, зачем спрашивать разрешения? Тем более, неизвестно, куда нас всех повезут, но если там будут малолетки, то отлично.



      Парни начали хохотать в полный голос, и их безудержный смех подхватили ещё трое пацанов. Но их веселье прервала девушка, буквально заставив юношей подскочить на месте.



— Хм, а вам не кажется, что это вовсе не смешно? — размеренно произнесла Вайлети.


— Воу, вот же напугала! Ты кто такая? Я не видел тебя здесь раньше, — нервно выдал Кит.


— Ну, я тут как бы мимо проходила и решила посмотреть, из-за чего суматоха. Увидела, как вы смеётесь над трупом и говорите гадости… Решила поинтересоваться, что же здесь смешного.



— Тьфу, вот же дрянная девчонка. Проваливай отсюда, пока задницу тебе не надрал! — жёлтоволосый сделал шаг вперёд, однако сей жест ни капли не напугал Вайлет.


— Э-э-э, я-то уйду отсюда в любом случае, только вот вначале объясню вам парочку вещей, мальчики. Вы ничего не подумайте, просто хочу проверить вашу реакцию на мои слова и не более того…


— Ты ненормальная или сдохнуть хочешь?


— Ха, всего помаленьку, stultus*. Хотя, если ты хоть немного соображаешь, то должен понимать нашу ничтожность перед смертью… Все мы умрём, и это неизбежно, кто-то раньше, кто-то позже. А ты взял и отнял жизнь у этой милой девушки, которая, вероятнее всего, была просто без ума от тебя. Неужели считал её лишь глупой собачкой, которая до конца жизни будет преданно носить тебе тапки? Хм, хотя так бы и было… А ты не задумывался, что она пошла к вампиру ради тебя? Что, если девушка хотела обменять собственную кровь на что-то весьма ценное для своего любимого? Это лишь предположение, но всё же! — весьма убедительным тоном молвила голубоглазая, смотря на свои часы.


— Да плевать я хотел на эту шавку! Сама виновата, не нужно было меня злить… Порченый товар мне не нужен, — Кит кивнул в сторону ребят, и те, не мешкая, замахнулись на сероволосую, чем вызвали улыбку на её лице.



      Запросто увернувшись от слишком предсказуемых ударов, Вай скрутила одного паренька так, что он начал харкать собственной кровью, а второму повезло меньше… Его пальцы на левой руке были сломаны и буквально вывернуты назад, а дыхание перехватило от удара в кадык. По правде говоря, поганцы здорово перепугались: один тут же убежал, а оставшиеся двое испуганно уставились на странную особу.



— Ты кто такая?!


— Что за глупый вопрос, конечно же, че-ло-век. Вы, ребятки, всё ещё не ответили на мой вопрос, — в голосе Вайлети не было злости, лишь неизменная спокойность и толика наигранной насмешки.


— Какая же ты надоедливая тварь! Сдохла девка и плевать на неё, чего пристала?! — происходящее явно выводило Кита из себя.


— Не цените вы жизнь, ребятки… Жизнь можно измерить тем, чего добился человек за этот период, что оставил после себя, а смерть — неотъемлемая часть жизни. Но вот никто вам не давал права отнимать её у других. Необходимо помнить, что каждый день должен быть прожит не зря. Даже если в мире творится такое дерьмо. А ты, сукин сын, отнял возможность существовать у той, которая была готова ради тебя на всё. Жаль, что ты не оценил её заботу…


— И что ты этим хочешь сказать?


— Puto vos esse molestissimos! * — немного повысив голос, сказала Эрестер, глядя на жёлтоволосого. От её пронзительного взгляда юноша тут же умолк, понимая, что с этой особой лучше не спорить. — Нужно уважать время и чужие жизни, потому что счастливые моменты не удастся вернуть, имей ты хоть силу всех демонических существ или даже Божью! А теперь, мне следует вас проучить…



      Голубые глаза с некой игривостью посмотрели на двух подонков. Её рука медленно поднялась вверх, готовясь покарать их, но вот только не судьба.



— Жалкий скот, как вы смеете не повиноваться? На главную улицу идите… А ты подойди сюда! — вампир презрительно взглянул на Эрестер. Она медленно подошла к стражнику, сделав растерянное лицо.


— Простите, я сейчас же пойду ко всем, — тихо произнесла сероволосая, виновато опуская глаза.


— Ты ведь тоже не отсюда. Что сегодня за день такой?



«Тоже не отсюда? Так этот кровосос, видимо, поймал мою цель… Ладненько, нужно хорошо сыграть, дабы он мне поверил».



      Вай судорожно вцепилась в форму солдата, привстала на носочки и дрожащим голосом затараторила:



— В-вы, наверное, имеете в виду моего братика! Он жив? Прошу, скажите мне хотя бы это.


— Убери от меня свои мерзкие руки, жалкий скот! — мужчина отдёрнул свою одежду из рук юной особы.



«Весьма ожидаемая реакция…»



— М-молю…


— Некогда мне с тобой тут разговаривать! Пошла на главную улицу… А эти пусть тут валяются, всё равно воняют, как свиньи.



      Девушка смиренно направилась за наглым вампиром. Ей нужно было узнать, куда дели Кейторо, любой ценой.



— Вы просто скажите… Смогу ли я встретиться с ним вновь, и жив ли он…


— Встретиться? Ха, сомневаюсь, что сможешь… Его отправили к Девятому Основателю Ренольду Фатесу, а он любит кровь мальчиков! Так что даже не надейся. А теперь имя и фамилия, потом дам тебе ошейник, — кровосос резко толкнул юную особу в конец шеренги. Так уж вышло, что ей попались весьма неприятные соседи, с которыми она поругалась несколько минут назад.


— Имя и фамилия! Поторопись, скот.


— Вайлети Кейторо…



«Девятый Прародитель… Чёрт, я даже о нём не слышала. Любит кровь мальчиков, очень мило. Но сей факт усложняет мне жизнь. Насколько я поняла, нас всех отбирают по качеству… Считают людей лишь источником крови, а симпатичная мордашка или пол — лишь прихоть для знати… Терпеть это не могу».



      Вайлети полностью погрузилась в мысли о своей миссии и вовсе перестала замечать окружающих. Не увидела она и прибытие Кроули Юсфорда со своими подчинёнными. Он с привычной ему улыбкой беседовал с Хорн и Чесс, изредка поглядывая на столпотворение скота.



— Кроули-сама, вы здесь только по вине Ферида Батори, а я ведь говорила, что он принесёт вам лишь одни неприятности, — немного поучительным тоном высказывалась блондинка, смотря на мужчину.


— Хм, попросили отобрать еду для Второго Основателя и его приближённых… Разве это проблема? Я вот лично так не думаю. В конце концов, Фериду повезло намного меньше. Даже предоставив Джиллесу последнего серафима, доверия к нему не прибавилось.


— Но мы же в его фракции! Не боитесь, что и нам достанется ни за что? — прислонив палец к губе и надув щёки, с наигранным ребячеством спросила Чесс.


— Если бы Вальдо хотел нас убить, то сделал бы это, не задумываясь…


— Господин Кроули, рад, что вы прибыли так быстро. Вот, мы собрали всех подростков, как вы и велели, — осведомил Тринадцатого Прародителя только что подбежавший вампир.


— Хорошо.



      Аристократ плавно двинулся вперёд, внимательно рассматривая зашуганных людей и периодически тыкая пальцем в нужных. Не успел он дойти до конца шеренги, как услышал плеск. Обернувшись, увидел валяющуюся в грязи девушку. Кроули наклонил голову вбок и лёгкой походкой направился дальше. Завидев двух смеющихся парней, мужчина всё понял.



— Эй, скотинка, может, встанешь, а то в грязи лежать не очень удобно, — с иронией молвил Кроули.



«Если бы я не должна была скрывать свою личность, то избила бы этих паршивцев до смерти. А что теперь? Какой-то там важный вампир смотрит на меня свысока и, держу пари, смеётся над моим весьма жалким положением. Вот же, все мои волосы в грязи и лицо тоже… Не хочу поднимать голову, но без этого никак».



      Подняв своё измазанное в грязи лицо, девушка невольно замерла, увидев столь затягивающие алые глаза… Она рассмотрела в них нескрываемую насмешку и поняла, что оказалась в весьма печальном положении.



— Хм, разве скоту не приказали встать, или же от страха ноги перестали держать? Сама справишься, или помочь, жалкое создание?



Судьба — вещь загадочная и разумом непостижимая.


Плутарх.

¤¤¤

* - Помни о смерти


* - Дурак


* - Кажется, ты меня уже достал!

2.Хозяин?


Боги завидуют нам, потому что мы смертны. Любой момент нашей жизни может стать последним. Ведь жизнь ярче и прекраснее, когда она конечна. Ты никогда не будешь красивее, чем сейчас. И мы больше не будем здесь никогда.



Ахиллес. Троя (Troy).


***



      Высокий, мускулистый, широкоплечий вампир возвышался над хрупкой девушкой. Его красная чёлка колыхалась на ветру, а сзади торчала тёмно-коричневая косичка. Острый клык отчётливо выделялся на фоне бледных губ аристократа, придавая мужчине весьма угрожающий вид. Смертная так и застыла, вглядываясь в его лицо, которое показалось ей смутно знакомым. Позже она вспомнила, что видела его фотографию на некоторых документах, поэтому приблизительно понимала, с кем сейчас разговаривает. Эрестер поднялась на ноги, перестав смотреть на Кроули изучающим взглядом. Она попыталась отряхнуть платье, но сделать этого не удалось. В конечном итоге, Вай просто встала и тупо уставилась на сапоги Юсфорда, который с некой насмешкой наблюдал за юной особой. Сделав шаг вперёд, Основатель схватил Вайлет за подбородок, заставляя её посмотреть прямо ему в глаза, а затем начал вертеть голову сероволосой, внимательно рассматривая её с разных сторон и незаметно принюхиваясь. Делал он это ради собственного развлечения, ожидая привычной реакции скота — страха. Но узрел лишь недовольство и сердитый взгляд в его сторону.



— Хм, скотинка, я не разрешал смотреть мне в глаза, — грубо толкая голубоглазую в сторону своих спутниц, молвил мужчина. — Чесс, эту тоже забираем.


— Да, Кроули-сама.


— Какой вредный, — тихо фыркнула Эрестер, залезая в грузовой вертолёт…



      С момента взлёта прошло около десяти минут. За это время Вай уже запомнила лица всех находящихся вместе с ней людей, которые были изрядно напуганы сложившейся обстановкой. Никто не знал, куда им предстоит попасть, но это и страшило больше всего. Ведь нет ничего тягостней мучительной неизвестности. Особенно тяжко приходилось детям, которые жались друг к другу, пытаясь совладать с собственными эмоциями и спрятать горькие слёзы. Самым маленьким было лет десять, не больше. Две девочки с короткими каштановыми волосами, что не особо отличало их от других… Но вот красивые зелёные глаза действительно манили к себе некой силой и волей-неволей затягивали. А остальные были подростками с красивой внешностью и бледной кожей.



— Огради меня, Господи, силою Честного и Животворящего Твоего Креста, и сохрани меня от всякого зла! — отчаянно шептала соседка голубоглазой — девушка с белоснежными волосами, родинкой возле правого глаза и синими глазами, напоминавшими море.



«Господь? Всё же поражаюсь такой неистовой силе веры. Не стоит осуждать таких людей, но сомневаюсь, что Бог сможет помочь ей в данной ситуации, разве что поскорее забрать её в мир иной…»



— Т-ты что, совсем не боишься? — шепнула блондинка на ухо сероволосой, чем заставила девушку повернуться в её сторону.


— Боюсь ли я? — спросила юная особа саму себя и на несколько секунд перестала дышать, обдумывая ответ. — Думаю, нет.


— А ты отважная! Я заметила это, когда ты так бесстрашно посмотрела в глаза тому монстру. У-уф, а меня прям в дрожь кинуло, когда он на меня показал. Знаешь, пальцы стали холоднющими, а ноги так и онемели!



«Пытается завязать со мной разговор, дабы успокоиться… Да, не люблю навязчивых людей и подобного рода разговоры, но я же на задании, стоит быть умнее. И так чуть не попалась, когда разговаривала с теми ничтожными идиотами и хотела преподать им урок».



— Кстати, а как ты оказалась в нашем селе?


— Ох, мой непослушный брат отстал от меня, когда мы выбрались за припасами из своего убежища. А потом появились жуткие крылатые твари. Хорошо, что они меня не заметили, и я, растерявшись, побежала в сторону полей. Пряталась в старой конюшне несколько часов. Затем побрела вперёд и попала в ваше село… А потом узнала, что и мой братик был здесь, правда, мы с ним разминулись! Ох, не знаю, встречу ли я его вновь, — Эрестер стоило немалых усилий, чтобы изобразить на своём лице подобие печали.


— Не переживай! Господь всегда с нами, он обязательно поможет вам воссоединиться вновь! — её щёки немного покраснели, а тёплые пальцы схватили холодные ладони Вайлет и сильно сжали.



«Настолько верит… Обалдеть…»



— Кстати, меня зовут Итару Миями.


— Вайлети Кейторо.


— Как думаешь, что с нами будет?


— Ну, часть умрёт от потери крови, ведь аристократы неумолимы и властны в своих желаниях. Кто-то покончит жизнь самоубийством, но, думаю, таких будет не так-то уж и много, — Миями грустно улыбнулась и схватилась за крестик.


— А ты прямолинейна, и это делает тебя жестокой.



      Вай ничего не ответила и, тихо выдохнув, посмотрела в пол, чувствуя, как вертолёт начал снижаться. Вскоре после приземления к людям пришёл солдат и приказал следовать за ним. Выйдя на улицу, все как один пооткрывали рты от восхищения. Такого красивого особняка они никогда не видели, сразу было видно, что здесь обитает кто-то знатный. Затем их всех повели внутрь для распределения по нужным Основателям.



«Хм, что мне следует ответить? Ладненько, сориентируюсь. Главное сейчас — разузнать как можно больше информации о Девятом Прародителе, ведь именно в его владениях находится моя цель. Только вот быстро добраться туда я, видимо, не смогу… Отлично, задание затянется на несколько недель… Как жаль…»



— Обладаешь ли каким-нибудь из перечисленных мною талантов? — обратился к Итару вампир в строгом костюме, записывая что-то в блокнот.


— Е-если только пение…


— Пой, — вытянув девушку из строя за руку, холодно произнёс монстр.



      Блондинка немного замялась, но действительно начала петь. Её голос был очень звонким и плавным, что оценил бессмертный и отправил Миями к красивой горничной. Синеглазая должна была петь Второму Основателю и давать собственную кровь… Из всех девушек и юношей отобрали лишь пять человек, и Эрестер в их число не вошла, так как не обладала нужными талантами, да и к тому же её внешний вид оставлял желать лучшего.



«Какой же самолюбивый монстр. Нет, лучше сказать, высокомерный. Если учесть, что высокомерие — одна из форм смертного греха, то бессмертные такие же жалкие, как и люди. Хоть и большинство людей способно на ложь, но не все готовы обманывать. Для обмана нужно безверие, чем и обладают кровососы. А если человек во что-то верит, он боится идти на прямой обман. Высокомерные верят в свою честность, убеждены в своей порядочности, поэтому считают, что любые их действия исключают обман. Какое же, однако, заблуждение…»



      Внезапно рассуждения Вайлети прервало неприятное ощущение на её запястье. Она моргнула и, вернувшись в реальность, посмотрела на стоящего перед ней человека. Вернее, вампира. Кроули, казалось, был в весьма приподнятом настроении. Его глаза блестели на солнце и отчего-то манили к себе юную особу, но терпеть такой жест со стороны Основателя она не собиралась.



— Скотинка, я… — мужчина не успел закончить.


— Я не «скотинка». Меня зовут Вайлети Кейторо. Прошу обращайтесь ко мне нормально, ведь слово «скот» из вашего рта звучит уж слишком грубо.



      Кроули на секунду замер, осознавая слова смертной. Давно с ним так не разговаривали простые людишки. Ухмыльнувшись и облизнув собственные уста, непроизвольно показывая клыки, аристократ схватил сероволосую за горло и прижал к стене.



— Ха-ха-ха, скотинка, ты бы так не разговаривала со своим новым хозяином. Хорошенько запомни: моя собственность не должна диктовать условия и перечить мне, чтобы жить в нормальных условиях. Ты же не хочешь проблем? — алоглазый плавно убрал руку с тонкой шеи, тем не менее на коже остались красные следы.


— Не хочу… господин Кроули.


— Вот и отличненько.



***



Особняк Тринадцатого Прародителя.



      В одной из комнат для прислуги и поселили Эрестер. По прихоти Кроули девушке придётся прислуживать ему. Помимо этого нужно будет проводить уборку в особняке вместе с другими слугами и одновременно думать о миссии. Голубоглазой выдали форму горничной, что ей очень не понравилось. Ну, не любила Вайлет всякие рюшечки и чулки, да и к тому же подобная одежда неудобная — стесняет движения.



«Почему из всех возможных Основателей достался именно этот? Фу-ув, спокойствие, не стоит злиться на врагов. Эмоции мешают думать, успокойся. Что мы имеем: Девятый Прародитель, по рассказам служанок, живёт в десяти километрах от этого места. Если так подумать, то это не очень далеко… Ладно, придётся несладко, но я что-нибудь придумаю. Главное, чтобы это кровососущее существо не выпило моей крови. Не желаю подобного».



      Девушка вышла из маленькой комнатки и направилась в кабинет своего господина, находящийся на втором этаже. Дом Вай не понравился, на её взгляд, слишком огромный и вычурный. Ей нравилось что-то более маленькое, со скромным интерьером, где из вещей было бы только самое необходимое. А тут и громадные колонны с замудрённой резьбой, мраморные стены с мозаикой из драгоценных камней, куча старых картин и прочего. Поднимаясь по лестнице, голубоглазая несколько раз остановилась и поправила белые чулки, которые постоянно сползали и тем самым доставляли кучу хлопот. Эрестер нужно было принести Кроули обед и быстро уйти — задача простая, трудностей возникнуть не должно. Открывая дверь в кабинет, девушка успела заметить Хорн, которая искоса наблюдала за ней из-за угла в коридоре.



— Господин Кроули, я принесла вам обед, — через силу выдала сероволосая, ставя поднос с графином крови и хрустальным бокалом на стол. Вай чувствовала на себе пристальный взгляд, и это выводило её из себя. Она пыталась унять своё усиленное сердцебиение и успокоиться, дабы не давать поводов для нападения хищнику.



      Кроули всё смотрел на юную особу исподлобья, прекратив изучать документы. Всё внутри бессмертного как-то насторожилось. Он испытывал непонятный азарт, хоть перед ним и стояла девушка совсем не для игр. Мужчина предпочитал более энергичных или безумно напуганных смертных. Именно они и разжигали в нём желание полакомиться. А сейчас Юсфорд видит девчонку с абсолютно безэмоциональным лицом и нетипичным поведением. Это должно отталкивать, но не сейчас. Откинув документы в сторону и налив в бокал свежей крови, аристократ сделал небольшой глоток и разочарованно выдохнул.



— Слишком сладкая. Ребенку года четыре, не больше, — его слегка насмешливый голос обескуражил Эрестер. Она понимала, к чему всё идёт, но решила рискнуть и уйти побыстрее.


— Ско-тин-ка, я, кажется, не разрешал тебе уходить, — игриво молвил наглый вампир. Вайлети повернулась к своему мучителю и, увидев подзывательный жест, неохотно зашагала вперёд, останавливаясь возле него. Кроули поставил бокал на поднос и дёрнул девушку за руку, притягивая к себе. — Хм, твои глаза голубые, а волосы серые… Нечистокровная японка, я ведь прав?


— Возможно, точно не знаю… Отца толком не помню. Мама рассказывала, что он был альпинистом и сорвался, так и не покорив вершину, — спокойно ответила Эрестер, чувствуя сильную руку у себя на шее.


— Даже не сопротивляешься… Скучно.


— Просто знаю, что это бесполезно.


— В этом ты абсолютно права.



      Мужчина крепче прижал к себе хрупкое тело, усадив Вай на своё колено и жадно впиваясь клыками в горячую плоть… Глоток… ещё один и ещё… Тринадцатый Прародитель пил, казалось, даже не собирался останавливаться. Кровь этой смертной была изысканным лакомством. Всё как любил Юсфорд — не слишком сладко и чертовски одурманивающе. Лицо сероволосой немного покраснело от нарастающего удовольствия, и она расслабилась. Голубые глаза изучающе смотрели на блаженное выражение лица хозяина дома. Отчего-то девушка не смогла оторвать глаз, пока не начала терять сознание. Мучитель решил открыть свои очи и удивлённо замер, увидев на себе пристальный взгляд. Буквально через секунду веки смертной плавно закрылись… Перестав высасывать кровь, алоглазый довольно облизнулся и тихо сказал:



— Странная ты девочка.



***



      Место, где сейчас прибывала Вайлети, не было похоже на земное — всё кругом покрыто белой пеленой. Девушка лежала на кафельном полу, раскинув руки в стороны, и слушала непрерывный смех демона.



— Ха-ха-ха-ха, — без устали хохотал Молох, держась за живот и быстро перемещаясь в пространстве, частенько меняя позы.


— Молох, прекрати… Сколько можно?



      Красивый демон с чёрными волосами, алыми глазами и длинным красным плащом, бесстыдно оголяющим его торс, наконец притих. В мгновение ока оказавшись рядом с Вай, он сел напротив неё и легонько провёл своим острым когтем по её шее.



— Ни один вампир не смог заполучить твою сладенькую кровушку из-за скверного характера! А тут ты сама с радостью оголила свою чудную шейку для самолюбивого наглеца?! Ха-ха-ха, а потом ещё и таращилась на него, как собачка на кость… Чёрт, его удивлённый взгляд — просто нечто! Тебе ведь было приятно! Это и неудивительно, ведь сей процесс доставляет удовольствие обоим, — мужчина пристально смотрел на безэмоциональное лицо девушки и игриво улыбался.


— А как иначе? Если бы я начала сопротивляться, то невольно могла бы воспользоваться своими навыками и тогда пиши пропало. Мне нужно притворяться слабой девочкой, которая хочет жить и старается изо всех сил удовлетворить потребности своего хозяина.


— Ха-ха-ха, какая ты мрачная, — брюнет повис над смертной и медленно облизнулся. Он хотел было приблизиться к девичьей шейке, но получил отказ:


— Не исцеляй мои раны, я ведь на задании.


— Чёрт возьми, совсем позабыл об этом! Кстати о твоей миссии. Ты ведь понимаешь, что найти мальчишку весьма нелёгкая задачка? А время-то бежит и бежит, как горная река…


— … Да, конечно же, ты прав, — пальчики юной особы дотронулись до часов и поднесли их к уху. — Тик так… тик-так… этот звук успокаивает…



Демон слез с Эрестер и с лёгкой улыбкой посмотрел наверх.



— Aetate fruere, mobili cursu fugit. *


— Слишком быстротечна…

Примечание к части


Молох – демон, питающийся детскими душами.



(Считалось также, что Молох являлся богом удачи, которая постигала того, кто вознёс ему страшную жертву. Спасение Карфагена от греков после жертвоприношения детей знати лишь укрепило веру в это. Именно поэтому среди православных есть традиция не просить у Бога удачи — не поминать имя кровавого беса).



* — Пользуйся жизнью, она так быстротечна.



3.Удивление

«Сейчас» — это всё, что у тебя есть…


Мирный воин (Peaceful Warrior)


***

Резиденция Девятого Прародителя.

      Ренольду Фатесу нравилось одевать своих зверушек в красивую одежду, напоминавшую наряды мифических героев. Он любил изысканные вещи и сам ходил в таких: высокие сапоги с серебряными декоративными пуговицами по бокам, чёрные штаны, белая рубашка с изобилием замысловатых рюшек и, конечно же, длинный коричневый плащ с золотой брошью овальной формы. Кожа у аристократа была настолько бледной, что порой казалось, будто она не натуральная, а целиком и полностью покрыта толстым слоем белого грима. Его русые волосы были коротко стрижены и красиво уложены на бок. Сейчас Основатель сидел в своём парке и смотрел на новоприбывших людей. Ренольд долго думал, прежде чем подозвать к себе двух мальчишек, которых вместе с остальными переодели в приличную одежду, а так же вымыли и подстригли, ведь вампиру нравилась аккуратность и чистота.

— Хм, значит, ты Одер, — спокойно сказал мужчина, вдыхая аромат рыжеволосого и сажая его на землю рядом со своей ногой. — А ты Кейторо. М-м-м, необычный аромат! Так и манит своей сладостью, с трудом себя сдерживаю. Подойди ближе, не бойся. Сегодня я лишь знакомлюсь с вами… Остальных отведи в комнату для игр, пусть им объяснят правила здешнего проживания.

— Да, господин Фатес, — поклонившись, слуга Альгер увёл ребят, оставив бессмертного наедине с новыми игрушками.

«Меня вымыли, покормили, отогрели, и я даже понравился хозяину этого великолепного дома! Может, мне удастся начать жизнь заново и смириться с ролью скота? Как вспомню эту ужасную боль во всём теле от электрических зарядов и лица, эти омерзительные лица людей, больше походящих на монстров, меня начинает трясти, словно листик на ветру. Но сейчас у меня появился шанс, который нельзя упускать!»

— Так, меня нужно слушать, а то и разозлиться могу, — строго произнёс Девятый Прародитель, схватив растерянного брюнета за подбородок.

— Простите… Я задумался.

***

Познание начинается с удивления.

Аристотель.

      Эрестер проснулась в своей кровати, сразу почувствовав слабость во всём теле и неприятное ощущение в области шеи. Легонько дотронувшись прохладными пальчиками до места укуса, девушка тихо выдохнула и приложила ладонь ко лбу.

— И сотворил дьявол утро. И увидел дьявол, что люди страдают. И понял дьявол, что это забавно! Не зря ты сказал мне эту фразу, Молох, ведь она безумно актуальна в моей ситуации. Гад ты эдакий… Я не просила исцелять раны, но слабость-то мог убрать…

      Неожиданно в дверь постучали, и Вай резко перевела взгляд в сторону источника шума. На пороге появилась местная начальница, или, лучше сказать, наставница — невысокая девушка двадцати лет с розовыми волосами, убранными в аккуратный пучок, и карими глазами.

— Вайлет, пора просыпаться, а то завтрак проспишь. Тебе ещё предстоит уборка в зале… Сама бы не дала новичку такую работу, но Кроули Юсфорд приказал прислать именно тебя. Жду в столовой на первом этаже.

— Поняла тебя, Мирай.

      С неистовым желанием проигнорировать указания сероволосая встала с кровати и направилась в уборную. Умывшись и переодевшись в запасной комплект формы, девушка пошла в столовую. Там она плотно позавтракала, понимая, что, возможно, сегодня ей не удастся больше покушать. Впереди ждала работа, много работы! Хотя девушка привыкла к такому режиму и не очень-то расстроилась. Единственной проблемой для Вай был хозяин дома — властный, самолюбивый, нахальный, ненасытный, раздражающий её во всём своём проявлении вампир. Он посмел выпить крови Эрестер, и это не на шутку задело её скромное самолюбие. Голубоглазая понимала, что для него она лишь очередная забавная игрушка, поэтому пока терпела такого рода отношение к себе. К тому же, стоит учесть тот факт, что в её жизни были ситуации и похуже этой. Люди порой обращались с ней намного жёстче вампиров, делая при этом вполне миролюбивый вид. Вся ложь, с помощью которой недруги пытались обидеть Вайлети, научила её врать. Да-да, лгать очень плохо, но иногда простительно. Порой ложь — это средство защиты для человека, которому врут. Ведь правда нужна далеко не в каждом случае. Иногда правда — это единственное, что может навредить и даже убить человека. Тогда мудрее и милосерднее прибегнуть ко лжи, тем более, если есть надежда, что правду никогда не узнают, а ложь может спасти чью-то жизнь.

      Стоя у двери в зал, Эрестер надеялась на то, что внутри никого нет. После вчерашнего ей не особо хотелось пересекаться с Юсфордом, ведь от самой мысли о том, что ему понравилась кровь девушки, внутри всё обрывалось от неприятного чувства. Вай жутко не хотелось делиться с кем-то своим … И чтобы к ней прикасался мужчина, а тем более бессмертный, тоже не желала! Войдя в зал, сероволосая с облегчением выдохнула и приступила к уборке со спокойным сердцем, ведь вокруг ни души. Спустя полчаса ада, непрерывного мытья полов и нечеловеческих усилий в помещение зашёл Кроули в как всегда приподнятом настроении и папкой в руках. Он увидел Эрестер, но не сказал ни слова, лишь тихо хмыкнул, плюхнувшись на диван. Девушка даже не посмотрела в сторону вампира и продолжила тереть пол щёткой, мысленно вздыхая и мечтая об уединении.

«Бесчувственный он однако… Хотя, а чего мне от Юсфорда ждать? Извинений? Ха, от таких мыслей даже посмеяться хочется… Ладно, нужно поскорее приступить к осуществлению плана побега. Для этого мне нужно выйти на улицу и осмотреть окрестности, по возможности посчитать солдат. Но и тут нужен повод, который я, кажется, уже придумала. Разгребая весь этот хлам в шкафах и протирая пыль разными тряпками, я собрала приличную кучу мусора. Мирай сказала, что, если пакеты будут наполнены, я смогу выйти из особняка и направиться к мусорным бакам. Они находятся на окраине владений Юсфорда, но там же находится и склад с лекарствами, которые нужно принести начальнице… Вуаля! План есть, главное — уйти отсюда на своих ногах и без слабости во всём теле».

— Ты так хорошо убираешься, что создаётся ощущение, будто бы не в первый раз таким занимаешься, — невзначай сказал алоглазый, делая глоток крови из принесённого ему бокала.

«Почему он со мной разговаривает? Чёрт, как же я это терпеть не могу. Пустые разговоры… Но в его словах есть проблеск интереса. Возможно ли, что монстр подозревает меня в чём-то? Где я осеклась?»

— Эх, ну почему ты такая скучная? Где страх, усиленное сердцебиение, дрожащие руки? — перечислял Основатель, загибая пальцы.

— Простите, но я не хочу разжигать в вас азарт и тому подобные вещи. Ведь страх заводит хищника, а вы им и являетесь…

— Вайлети, я ведь спросил совсем не об этом… Почему ты не боишься меня? Страх редко кто сможет естественно сыграть, а бесстрашие тем более. Твоё поведение очень нетипично для скота.

«Вот же! Я надеялась увильнуть от ответа, но он не дал мне и шанса. Главное — подобрать нужные слова, дабы меня не заподозрили в тёмных делишках или шпионаже. Кроули, я, конечно, догадывалась, что ты не простой вампир, но слишком проницательный и умный… Недооценила, мой просчёт».

— С чего вы взяли, что мне не страшно?

— Не ври, девочка, а то моё хорошее настроение начинает портиться. Если же ты говоришь правду, то обоснуй свой ответ, — мужчина выжидающе уставился на юную особу. Его явно заинтересовала девушка, и Кроули был не против поговорить с ней.

— Хорошо, раз вы так настаиваете. Я испытываю сильный эмоциональный стресс в связи с потерей братика и, как следствие, сильным испугом. После одного случая всё в этой жизни, что пугает других, кажется мне не таким ужасным, но в глубине души я страшусь вас… Как-то так.

— Хм… Ты хочешь сказать, что боишься и не боишься меня одновременно? — скалясь, молвил алоглазый.

— А разве это нельзя посчитать за ответ, если нет определённости? — парировала голубоглазая, завязывая второй пакет с мусором.

— Если нет определённости, то это не ответ… Или ответ? Что ж, разберёмся с этим позже. Если закончила, то уходи, у меня ещё есть дела, — немного грубо молвил вампир, ведь в комнату зашли Хорн с Чесс.

— Да, господин Кроули.

      Эрестер с двумя пакетами мусора направилась прочь, мысленно радуясь такой удачной возможности уйти от хозяина дома. Оказавшись на улице, она сразу же прищурилась — солнце сегодня светило на редкость ярко. Стояла невыносимая жара, и многие вампиры отсиживались в тени, не желая выходить под прямые солнечные лучи. Пройдя территорию главного дома, девушка узрела пред собой невысокие каменные дома и кучу скота. Они были изрядно измотаны такой погодой, как и жизнью в целом, но сероволосую их состояние не особо волновало.

«Ну и жара, прям как в адском котле, наверное… Меня заинтересовал вопрос этого монстра. А больше всего про бесстрашие. Если я не ошибаюсь, быть бесстрашным — значит, быть со страхом на «ты». Бесстрашие изучает страх со всех сторон, анализирует его и преодолевает. Изучив страх, оно выходит за его пределы. Под пристальным взглядом бесстрашия страх тает, как тает снег под лучами мартовского солнца.

Как заметил Фридрих Ницше: «Если долго смотреть в бездну, то через некоторое время замечаешь, что бездна тоже смотрит в тебя». В моём понимании, если человек открыто смотрит на свой страх, то и исследует его. В итоге у бесстрашия налаживается контакт со страхом, результатом которого является взаимопонимание и принятие друг друга. Но по сути, абсолютно бесстрашных людей не бывает, ведь человек без страха — это труп… Ладно, не об этом сейчас следует думать. Я почти добралась до мусорных контейнеров. Как и предполагалось, они находятся на окраине владений, то есть, спокойным шагом топать минут десять, а бегом — две. Это я узнала, но солдат уж слишком много стало. Охраняют территорию, и это вполне логично… Чёрт, незаметно выбраться будет весьма проблематично. Сегодня за завтраком я слышала о каком-то красивом саде, который, говорят, больше смахивает на парк. Правда, находится он в другой стороне и практически не охраняется. Перед тем, как обдумывать дальнейшие действия, загляну ещё и туда».

      Завернув за угол, девушка выбрала более-менее пустой контейнер и кинула туда пакеты. Она уже давно заметила двух мужчин, стоявших неподалёку и опершихся о стену. Они выглядели вполне обычно, как и полагается скоту, но вот в их глазках блестел огонёк. Ну, вот перед ними молоденькая и на вид беззащитная девушка в форме горничной. Возможность поразвлечься? Да, совершенно точно. Шатен и блондин переглянулись, а затем один из них кинул вслед уходящей сероволосой:

— Чулочки поправь, а то сползли.

— Без тебя знаю, — подтягивая белые чулки, молвила Вай, предчувствуя долгую возню.

— Эй, милочка, а тебе разве твои подружки не рассказывали, что бродить тут одной не желательно? Или ты так хочешь встать раком и получить своё наказание? — продолжил блондин, смело направляясь вперёд.

— Прости, но я не желаю подобного для себя, тем более подобная поза испачкает мои чулочки. А стирку мы, служанки, устраиваем только раз в неделю. Ненавижу ходить в грязном, поэтому не стоит делать нечто подобное, — Эрестер очень старалась сдержать своё нарастающее раздражение.

— Девчонка, а не слишком ли ты распоясалась? Твоя розоволосая подружка была более сговорчивой, — вмешался шатен.

— Да, он прав. Не упрямься, всё равно не убежишь…

— Хм, с этим я бы поспорила. Почему вы, мужчины, так порочны? Если хотите с кем-то переспать, то не стану вам мешать, но ко мне не лезьте! Терпеть не могу, когда до меня дотрагиваются мужчины, — Вай позволила одному ублюдку подойти ближе, дабы быстро вырубить его при острой необходимости.

— Порочны? А что в этом плохого, соплячка? Весь этот мир покатился к чёрту и, думаю, ничего такого в порочности нет, тем более в нас, мужчинах, это заложено! Ты девушка и этого не понимаешь, поэтому просто не убегай, дай расслабиться, — его рука потянулась к волосам Вайлет, но тут же была отбита одним резким движением.

— Порок не остается безнаказанным, так как быть порочным — уже наказание.* Вы поддаётесь собственным желанием, во главе которых стоит похоть, и именно это сожрёт вас изнутри. Вы грязные и ничтожные человечишки, позорящие нашу расу. Убогих не бьют, а презирают. Вы настолько ничтожны, что и этого не заслуживаете!

      Спокойный тон юной особы вывел шатена из себя, и он, достав один из мусорных пакетов, высыпал всё содержимое на девушку, говоря при этом весьма неприятные вещи. Затем они оба развернулись и направились прочь, не желая больше видеть столь наглую девицу. Вайлети сдержанно вдохнула и направилась обратно. За лекарствами она так и не зашла, решив, что выглядит слишком неподобающе. Голубоглазая не должна была опозорить дом Юсфорда.

«Главное, что я себя сдержала и не убила их. Вот же, а всё из-за этой нелепой формы и моего чрезмерного везения… Но ведь всё намного глубже, чем я предполагала. Эти мерзкие клуши ведь ни о чём меня не предупреждали, даже когда я спросила о безопасности этого места… Ха, неужели считают меня помехой в их карьерной лестнице или же просто-напросто завидуют? Точно, как же я могла упустить столь значительную деталь. Я тут новенькая, но Юсфорд уже испил моей крови и даже приказал убраться в зале при нём… Твари. Жалкие и алчные… Фув, главное сохранять спокойствие. Приду и как ни в чём не бывало продолжу общаться с ними, ведь их сплетни — полезная штука».

      Задумавшись, Эрестер и осознать не успела, как добралась до дома. Чуть ли не у самого порога на глаза ей попался Тринадцатый Основатель. Он, завидев девушку в таком виде, стал немного веселее и едко произнёс:

— Видимо, ты слишком любишь грязь, раз постоянно в ней находишься.

— … Простите за такой вид, я немедленно переоденусь.

Юсфорд схватил раздражённую особу за плечо и развернул к себе, продолжая издеваться.

— Ну-ну, я же не разрешал тебе уходить. Дай-ка взглянуть… Хм, тебе всё же к лицу помои, девочка. Небось чувствуешь себя сейчас, как рыба в воде, — девушка была слишком спокойна, и это вампиру не нравилось. Хищная сущность мужчины хотела узреть страх в голубых глазах, дрожь во всём теле, дабы испить крови и получить от этого ещё большее удовольствие.

«Он назвал меня грязью… Нужно терпеть, но это, хоть и банальное, но уж очень обидное сравнение, особенно из его уст».

— Почему вы мне это говорите? Неужели думаете, что я не знаю о своем ничтожестве? Если так, то вы ошибаетесь, я давно это усвоила… Если хотите, чтобы я дрожала перед вами, как поступают остальные, то смею вас уверить — такого не будет. Извините, но я не смогу сыграть для вас страх, потому что боюсь вас лишь в глубине души… Мне не хочется лезть внутрь и ломать стену, дабы удовлетворить ваши желания… Понимаю, что эта немыслимая дерзость, и вы можете запросто свернуть мне шею, всё равно когда-нибудь умру…

      Слова смертной и её совсем уж тихий, едва слышный голос поразили аристократа. В её глазах он не нашёл огромного желания к жизни, но отчётливо увидел грусть и некое волнение. Мужская рука отпустила Эрестер, а сам Основатель спокойно заговорил, смотря в сторону юной особы:

— Жизнь действительно для тебя ничего не значит… Глупая ты девочка, — Юсфорд дал щелбан Вайлет, заставляя ту невольно удивиться и встать в ступор, схватившись за лоб. — Твоя кровь мне пришлась по нраву, так что не смей даже думать о смерти. Я твой хозяин и сам решу, когда тебе следует умереть. Считай, что я приказываю тебе не умирать. А что касается твоего внешнего вида, то немедленно вымойся. Вонь невыносимая!

      Бессмертный последний раз лукаво улыбнулся сероволосой и направился к солдатам, ожидавших его около главных ворот. А девушка так и стояла на месте, пытаясь осознать происходящее. Она не ожидала, что монстр даст ей такой приказ и скажет такие слова… Вай удивлённо взглянула на уходящего мужчину и, опустив голову, резко схватилась за грудь.

— … Нельзя больше поддаваться его лукавым словам и удивляться столь незначительным действиям… Главное — выполнить миссию, но…, но всё же находясь рядом с ним, я от чего-то нервничаю…

4.Кошмар

Мне снятся кошмары: какие-то тени


Меня в темноте обвиняют в измене,


Кривляются маски под крики и хохот,


Я слышу гигантского молота грохот.


Из тьмы выплывают горящие строчки:


— Измерено, взвешено… Рвусь на кусочки.


Извилины словно засыпаны перцем,


Мне холодно, жарко, колотится сердце.


Орлиные когти терзают мне печень,


Кровавыми ранами торс изувечен.


Я — чёрным богам беззащитная жертва,


Зелёный росток под сжигающим ветром.


Семь смертных грехов, за которые кара


Придёт неизбежно, я вижу в кошмарах.


Не грешен, не грешен, — кричу я… О, Боже,


Прошу, помоги, темнота меня гложет!


И только под утро, поближе к рассвету,


Кошмары уходят, оставив вендетту,


Я знаю, за что мне такая «награда»,


И каждая ночь — как преддверие ада…



Anjey.




***



Похоже, меня засосало в один из жутких кошмаров, в которых бежишь, бежишь так, что лёгкие разрываются, — а скорости всё равно не хватает.


Стефани Майер.


Новолуние



      Наконец отмывшись от липких помоев, девушка спокойно сидела у себя в каморке и искусно барабанила по мягкой подушке, отбивая непонятную даже ей мелодию. Настроение у Эрестер заметно ухудшилось после разговора с Юсфордом, вернее, она находилась в смятении из-за столь странного поведения монстра, и сей факт мешал думать. Дождавшись темноты и перекусив кислым яблоком, сероволосая начала обдумывать план действий, который включал в себя вылазку за пределы владений алоглазого.



— Значит, сад плохо охраняется, так как не представляет ничего ценного. Территория, конечно, большая, и шанс проскользнуть незамеченной гораздо выше, чем через ворота… Чёрт, этот вампир не выходит у меня из головы! А ну пошёл вон и не мешай думать! Выйти из особняка через парадный вход, естественно, не получится, поэтому придётся использовать другой выход. Единственное, что мне приходит на ум, так это вылезти через окно, что не составит огромного труда. А потом просто-напросто предстоит пройти мимо охраны и пробежать через весь сад. С собой ничего брать не буду, сегодня лишь проверю путь. В любом случае, откладывать свой недопобег на потом я не собираюсь.



      Девушка мягко спрыгнула с кровати, поправила свою форму горничной, которая в данный момент являлась её единственной одеждой, затем, отодвинув рукой шторы, посмотрела вниз. До земли было несколько метров, но Вайлети интересовало вовсе не это. Она ещё несколько раз посмотрела по сторонам, ища глазами стражников или другую прислугу. Сердцебиение её было, как всегда, спокойное, а лицо не выражало тревоги, лишь в глазах изредка проскальзывали искорки настороженности. Эрестер плавно, словно кошка, выпрыгнула из настежь открытого окна. Приземлившись, тут же направилась к роскошному саду, стараясь ступать как можно мягче и не издавая лишнего звука. Как ни странно, вокруг не было ни души, и это очень насторожило голубоглазую, ведь такого просто не могло быть. Хоть Вай и заподозрила что-то неладное, но не стала зацикливаться на этом, продолжая бежать, не сбавляя темпа. Кругом было очень темно, и только свет луны освещал каменную дорожку.



«Как и говорили, этот сад просто великолепен. Здесь столько фруктовых деревьев и сакур, что за день не сосчитаешь! Удивительно, что аристократам тоже нравятся подобные места. Хоть я и до сих пор придерживаюсь мнения, что вампиры в большей степени бездушные твари, как и люди, отчасти… Но от этого ведь никуда не денешься, такова уж реальность в этом грязном и жестоком мире, где редко найдешь доброту и справедливость. Минутку… Либо у меня глюки, либо я что-то слышу».



      Внезапно девушка ощутила сильные руки у себя на плечах и, вздрогнув, повернула голову. В голубых глазах промелькнула толика удивления. Нет, Эрестер не удивилась тому, что рядом с ней стоял Кроули с игривой ухмылкой на лице. Скорее, её поразил его внешний вид: белая рубашка, широкие штаны и чёрные ботинки. Вся его одежда походила больше на домашнюю и смотрелась на алоглазом весьма необычно. От Юсфорда так и веяло любопытством, скрыть которое в сложившейся ситуации ему не удавалось. Служанка из его особняка куда-то тихо крадётся, и это трудно не заметить. Девушка ничего не говорит, лишь спокойно смотрит в алые очи своего хозяина, не придумывает нелепых отговорок, не дрожит от страха, только наблюдает и выжидает, когда заговорит вампир. А мужчина всё медлит и отчего-то не хочет начинать разговор, будто бы не зная, что сказать. Даже сквозь ткань платья Прародитель чувствует тепло человеческого тела, ощущает, насколько хрупкие плечики он сейчас сжимает, и понимает, что запросто может сломать их. Сероволосая же не сопротивляется, не кривит лицо, даже когда холодные пальцы немного сдавливают её плоть.



— Значит, сбежать решила? — наконец нарушил молчание мужчина, разворачивая юную особу к себе, нагло хватая за подбородок.


— Да, не буду отрицать. Думала, что выйдет, но я ошиблась и переоценила собственные возможности, — ровный голос с примесью лёгкой неловкости заставил Кроули сердито выдохнуть.


— Девочка, ты же понимаешь, что я могу прекратить твоё существование прямо сейчас… Но не стану, слишком уж ты забавная.



«В каком это месте я забавная? Вроде не смеюсь и не веду себя, как клоун… С чего бы ему говорить мне такие глупости? Видимо, это отличительная черта его характера. В любом случае, у меня появилась одна идея, которая может сработать, и тогда Юсфорд сам отведёт меня к Тоширо…»



— Зачем тебе сбегать? Неужели всё дело во мне? — на бледном лице вновь заиграла загадочная улыбка. — Боишься меня?



      Аристократ толкнул Вай к дереву и, издав ехидный смешок, стянул платье вниз, оголяя плечи.



— Нет, дело вовсе не в вас. Просто я ищу братика. Он должен быть в доме Девятого Основателя и…


— Замолчи, — голос Юсфорда погрубел, а зрачки расширились, предвкушая вкусную трапезу. — Мне не интересно, кого ты любишь и к кому хочешь попасть прямо сейчас.



«Опять просчиталась… Сколько можно? Я даже в смятении от стольких ошибок. Его глаза прожигают меня и будто жаждут заживо сожрать. Ах, его холодные руки убирают мои волосы назад… А теперь так властно обвивают талию…»



— Я твой хозяин, так что прими своё наказание за попытку бегства. Помни, что теперь твой смысл жизни — это я, и твоя главная цель — удовлетворить все мои желания, скотинка. И я больше не желаю слышать о твоих переживаниях за брата…



      Мужчина бесцеремонно дёрнул Эрестер за волосы и, не медлив ни секунды, впился клыками в тёплую плоть. Ощутив покалывание на шее, Вай скрипнула зубами, но боль почти сразу же сменилась отголосками наслаждения. Невольно приоткрыв ротик, она блаженно закрыла глаза. На щеках появился лёгкий румянец, который ярко выделялся на бледной коже. Вампир всё пил и пил, который раз нарушая закон, вдоволь наслаждаясь отменной кровью. Он сейчас испытывал эмоцию, напоминавшую раздражение, чему и сам был удивлён, но не придавал особого значения.



***



Сгорели чувства, как поленья,


В душе измученной дотла.


Ушли надежды и сомненья,


Осталась серая зола.


Во мне ни злобы нет, ни мщенья —


Лишь безразличье пустоты.


Зачем тебе мои прощенья?


Я — это я, ты — это ты.


Рубцы зализаны волнами


Бессонно-плачущих ночей.


Стена глухая между нами


Холодных, лживых кирпичей.


Стена без окон и без крыши,


Кирпич подогнан к кирпичу.


Стучишь ты — только я не слышу.


А, может, просто не хочу!




      Стояла ужасная духота, что предвещало грозу. Небо полностью заволокло тёмными тяжелыми тучами, где-то вдали слышался зловещий раскат грома. Начался дождь. Сорвавшийся сильный ветер беспощадно гнул к земле золотые колосья пшеницы, которая сплошным ковром раскинулась по обе стороны старой дороги. Среди этого огромного поля стояла маленькая девочка в коротеньком платье и с плюшевой собачкой в руках. Крохотные пальчики вцепились в игрушку, боясь уронить её на землю. Голубые глаза с грустью и недоумением смотрели вслед уезжающей машины, из окна которой можно было увидеть плачущую женщину. Когда автомобиль скрылся за горизонтом, и с неба начали падать прохладные капельки, ребёнок тихо всхлипнул… Из голубых глаз полились слёзы, непрерывно стекая по розовым щёчкам. Бледные и сухие губы задрожали, а изо рта девочки вылетело всего одно слово:



— Мамочка…



      Вайлет сделала робкий шаг, потом ещё один, а затем ринулась вперёд, отчаянно пытаясь догнать машину. Серые волосы уже намокли, и одна из прядей прилипла ко лбу. Дождик быстро превратился в настоящий ливень, и Эрестер от отчаянья плюхнулась на колени, закрывая ладонями рот, пытаясь хоть как-то заглушить болезненные крики. Позже девочка легла на бок и судорожно сжалась в комочек, пытаясь согреться и хоть немного успокоиться. Боль… Ни с чем не сравнимая боль пронзала её крохотное тельце, пробираясь всё ближе к израненному сердцу. Она не знала, почему мама так поступила с ней, ведь всё было хорошо, и ничего не предвещало беды. Вай до сих пор надеялась, что всё это лишь ночной кошмар, который исчезнет, когда она проснётся… Мама, как и прежде, приготовит эти никудышные блинчики с вареньем и сварит слишком сладкое какао на завтрак. А потом они пойдут в парк аттракционов, где девочка сможет вдоволь напрыгаться на огромном батуте; перед сном она услышит сказку о принцессе с принцем и крепко заснёт, мечтая попасть в мир фей. Но такой жизни пришёл конец, и осознание этого разрывало невинную душу в клочья…



— А-а-а, мамочка! — хрипела сероволосая, отчаянно хватаясь за плюшевого друга и вновь начиная реветь, не в силах остановиться…



      Вайлети судорожно вздыхает и открывает глаза, просыпаясь и видя перед собой своего демона. Молох смотрит на неё немного взволнованным взглядом, хоть изо всех сил и пытается скрыть это, ведь такому жестокому существу, пожирающему детей, не пристало проявлять тёплые чувства.



— Опять кошмар приснился? — как бы невзначай задал брюнет вопрос.


— Д-да…


— Не смотри на меня так! Это не я… Знаешь же, что мне надоело смотреть, как ты мучаешься от кошмаров, в первый же месяц нашего знакомства.



      Молох широко улыбнулся, проводя пальчиками по тонкой шее своей собеседницы.



— Фув… мне нужно что-нибудь придумать, ведь этот план не удался… А всё из-за несносного монстра, — с оттенком раздражённости молвила юная особа, стараясь отвлечься.


— Ха-ха-ха, видимо, этот вампир весьма умён. Да и внешность вполне себе неплохая! Он тебе нравится? Отдашься ему?


— Хватит нести чушь! Молох, ты же знаешь, как я отношусь к мужчинам! — резко принимая сидячее положение, огрызнулась девушка. Ей было неприятно говорить на такую тему, да ещё и с похотливым демоном, который не подбирал слова помягче, а прямолинейно выражался.


— Чёрт, ты что девственницей собралась умереть? — приближаясь к недовольной Вай, спрашивал мужчина.


— Да, а у тебя с этим проблемы?



      Брюнет прижал голубоглазую к полу и плавно провёл пальчиками по её ноге, бесстыдно пробираясь под юбку, но, увидев лишь холодный взгляд, тут же слез.



— Скучная ты девочка. В тебе нет ни капельки похоти, а я ведь такой красивый!


— Прости… Меня сейчас интересуют другие вещи.



      Атмосфера между ними резко изменилась, стала более угнетающей. Эрестер с грустной улыбкой сжала в руке часы, которые показывали без пяти семь, и посмотрела в лицо демону. Мужчина тихо выдохнул и невзначай зачесал чёлку, говоря уже вполне серьёзным тоном:



— Fata viam invenient.*


— Я и не собираюсь, ведь понимаю, что это невозможно.

Примечание к части

* От судьбы не уйти.


Оставляйте свои отзывы и ставте лайки, буду очень рада♡

5.Шанс

Вы считаете себя свободным, потому что делаете все, что хотите. А свободны ли вы хотеть или не хотеть, желать или не желать?


Пьер Анри Гольбах.

***

Если бы исполнились все человеческие желания, земной шар стал бы сущим адом.


      Всё началось с того, что маленького и наивного мальчика отдали в детский дом. Родители сделали это от безысходности. Они были бедны и не смогли бы дать сыну всё, в чём он нуждался.

— Прости меня за всё. Обещаю, когда мы с твоим папой заработаем достаточно денег, то обязательно… Слышишь меня, обязательно вернемся за тобой, мой милый мальчик! — последнее, что сказала мать на прощание, нежно чмокнув Тоширо в лобик. Он помнит момент расставания так ясно и отчётливо, будто это происходило вчера.

      В её словах действительно присутствовала искренность и материнская любовь. Только вот обещание, данное Кейторо, так и не было исполнено. Тогда это был первый раз, когда мальчишку обманули, хоть и не специально. Ему было очень тяжело, ведь, живя в детдоме, каждый раз, просыпаясь утром, он выглядывал в окно, отчаянно надеясь увидеть своих маму и папу. К сожалению, Тоширо так и не смог встретиться с родителями вновь… Затем в жизни мальчика произошли координальные изменения — он попал в Исследовательский центр. Кейторо от рождения обладал необычными способностями и довольно высоким интеллектом, что привлекло к себе внимание семьи Хиираги.

      Они забрали мальчика до того, как случился апокалипсис. Тогда ему было всего два года. А потом, на протяжении восьми лет, над ребёнком проводились многочисленные эксперименты с целью создания оружия для борьбы с вампирами. К счастью, Тоши обладал выдающимися способностями, мог запросто использовать их себе во благо и однажды решил сбежать. Мальчик вынашивал план побега довольно долго, продумывал каждую деталь! И все его усилия не канули в небытие, а помогли выбраться на волю.

      Да, эта долгожданная и пьянящая разум свобода далась ему нелегко. Смерть и горы трупов позади ради достижения своей эгоистичной, но такой необходимой цели… Мальчик отомстил сполна своим обидчикам, раз за разом кромсая кости и мучая их разум своей силой воздействия. А затем, насладившись сладкой местью, ринулся в бега, пытаясь скрыться от солдат ЯИДА. Кейторо знал, что сильнее них, но всё равно прятался, надеясь больше не пересекаться с этими людьми, не видеть их форму и проклятое оружие, которое могло причинить ему мучительную и ни с чем не сравнимую боль. Путь был не близким, но даже это доставляло мальчику немыслимое удовольствие… Ощущать траву под своими босыми ногами, чувствовать прохладный ветерок и даже иногда ёжится от холода — осознавать то, что ты свободен, воистину незабываемо! Свободный человек идет своей дорогой; он не дразнит попутных собак, не оборачивается на случайный лай, а лишь идёт, зная, что его ни что не отвлекает от наслаждения полученной свободой… Которая вновь была ограничена…

***

      Вайлет уже около получаса сражалась с черствой булкой, пытаясь запихнуть её в себя, дабы не помереть с голоду. Настроение у неё было ужасное, поэтому в горло ни кусочка не лезло. Девушка злилась на себя из-за ночного провала. Собственная слабость и бессилие просто выводили её из себя, и на ум не приходило никаких новых светлых идей, что угнетало ещё больше. Но Эрестер, как и прежде, не выплёскивала свои внутренние переживания наружу, лишь иногда невольно хмурилась.

— Вайлет, тебе главная стирку поручила, ты же помнишь? — иронично кинула в сторону голубоглазой весьма красивая девушка с короткими синими волосами.

— Конечно, помню, — натянув фальшивую улыбку, ответила Эрестер. Ей было неприятно разговаривать с Розой из-за её писклявого голоса и стервозного нрава. Именно эта девушка убедила сероволосую в безопасности места возле мусорных контейнеров, ссылаясь на то, что там много охраны и ничего криминального в том месте не происходило. А всё оказалась куда проще, учитывая тот факт, что на мусорке постоянно совершаются нападения и драки за остатки еды, которые никто не пресекает.

      Девушка поднялась с табуретки и на ватных ногах отправилась работать. Она несколько часов драила простыни, и казалось, что целый день пройдёт зря, но Вайлети наконец-то повезло. К Юсфорду из резиденции Фатеса прибыл посланник, дабы пригласить Кроули в дом к своему господину. Основатель разговаривал с мужчиной на улице и приказал Розе, которая сегодня прислуживала хозяину, позвать Мирай. Алоглазый хотел взять её с собой, чтобы она носила за ним бумаги, а заодно прислуживала как обычно.

      Услышав, что вампир берёт начальницу, Эрестер немного расстроилась из-за ускользнувшего прямо из-под носа шанса попасть к Девятому Основателю. Печально выдохнув, она начала развешивать мокрое бельё, не замечая на себе властный взгляд алых глаз. Кроули давно заметил голубоглазую и, когда подвернулась возможность, начал изучать её. Бессмертный видел, как Вай, еле дотягиваясь до высоко расположенной для неё верёвки, вешает простыни. Он глубоко дышал, чувствуя приятный аромат, и, забывая об окружающих, погружался в себя. Аристократ наслаждался сим невинным видом, особенно когда порывы ветра слегка приподнимали юбку горничной. Мужчина даже не заметил, что оглядел юную особу с головы до ног с довольной улыбкой на лице…

— Г-господин… Прошу вас, ответьте! — взволнованно говорила служанка. Она уже несколько минут пыталась достучаться до алоглазого, который всё же удостоил синеволосую внимания, когда Эрестер бросила взгляд в их сторону.

— Где Мирай? — вернувшись в реальность, молвил вампир.

— Она… В общем, начальницу сильно избили сегодня утром, когда она ходила в аптеку.

— …Ха, спрошу у неё про сей инцидент позже. Вайлет, подойди, мы уезжаем.

      От слов вампира у сероволосой даже настроение улучшилось. Она покорно подошла к хозяину и взяла из его рук бумаги, ничего не спрашивая.

Спустя полчаса.

      Вайлет тихо ступала за Юсфордом, слушая его песенку. Мужчина напевал какую-то простенькую мелодию, в то время как девушка внимательно осматривала и запоминала дорогу. Для себя Эрестер отметила, что поместье Девятого Прародителя было намного вычурней всех тех, которые ей удалось видеть…

      Вдруг она заметила мальчишку, который шёл вместе со своим другом, и буквально вцепилась в него взглядом. Девушке понадобилось несколько секунд, дабы удостовериться в верности своих наблюдений. Без сомнений, это был Тоширо. Он беспечно улыбался своему рыжеволосому сверстнику и не обратил внимания на Вай. Голубоглазая замедлила шаг, но не прекратила движение. На её лице мелькнула улыбка и чувство удовлетворённости. Первая часть задания завершена, нахождение цели установлено. Кейторо неожиданно повернул голову в сторону юной особы, и их взгляды пересеклись. Брюнет тут же остолбенел, и по всему его телу пробежал холодок. Ребёнок почувствовал угрозу от этой совсем незнакомой горничной. Он еле оторвался от её холодных голубых глаз и ринулся догонять друга.

«Ха, вот это мальчик… Почувствовал угрозу на расстоянии. Достойно похвалы. Я не могу сказать Юсфорду, что он мой брат, иначе весь план полетит к чертям… В его глазах столько боли, что даже обычный человек заметил бы это. Видимо, безумные эксперименты помутили его рассудок, что и не удивительно. У любого крыша бы поехала от подобного. Хотя сложно представить, что с ним вытворяли на самом деле. Я читала отчеты о его исследованиях, но они, по сути, бесполезны, ведь большая часть данных засекречена или скрыта. Но! Свобода, которую он получил, позволила Тоширо улыбаться, как обычному ребёнку. Глядя на пацанёнка, вспоминается притча:

Один человек совершил преступление. Его поймали и привели на суд к королю. За его деяние полагалась смертная казнь, но король предложил ему самому выбрать свою судьбу: либо быть повешенным, либо попасть за большую, чёрную, страшную стальную дверь. Преступник подумал и выбрал виселицу. Когда на шею ему накинули петлю, он вдруг сказал:

— Мне стало любопытно: что там, за той дверью?

Король рассмеялся:

— Да вот, понимаешь ли, забавная штука получается. Я всем предлагаю этот выбор, и все выбирают виселицу.

— А за дверью-то что? — допытывался преступник. — Я все равно никому не скажу, — добавил он, указывая на петлю.

Помолчав, король ответил:

— Там свобода. Но люди так боятся неизвестности, что предпочитают ей веревку!

      Выбрав свободу, Тоширо навлёк на себя неприятности и встал на тернистую дорожку. Как бы он не старался, но от прошлого не убежишь. Оно будет гнаться за тобой, как гончие псы из ада, жаждущие разорвать каждую частичку твоего тела. Опасный и немного глупый поступок. Не думаю, что Кейторо планировал попасть к вампирам, а следовательно, не знает, что делать дальше… А может, он умней меня? Тогда в пролёте именно я, что весьма печально. Нужно выискать минутку, пока я здесь, и поговорить с ним, хотя бы просто так. Естественно, не стану говорить Тоширо о том, что я солдат ЯИДА, хотя уверена, что он догадывается об этом, раз кинул такой испуганный взгляд в мою сторону. Хочешь знать, как напугать себя до смерти? Постучи в неправильную дверь и ожидай. Да, ожидание чего-то плохого или мысль об этом постепенно сводят с ума…»

— Скотинка, ты меня слышишь? — останавливаясь, молвил Юсфорд.

— П-простите, я задумалась…

— Ты слишком часто витаешь в облаках.

— Я размышляла о начальнице, — как на духу солгала юная особа.

      Пока девушка говорила с бессмертным, он не сводил своего прямолинейного взгляда с её лица. Мужчина понимал, что Эрестер странная девушка, но это и влекло к ней. Когда Прародителю нужна была кровь, она словно безвольная кукла подчинялась, позволяя кусать себя. Но в голубых глазах в такие моменты читалось недовольство и некое смирение, что удивляло Кроули. Сегодня алоглазый начал понимать, что Вай что-то таит и постоянно думает о чём-то своём. Это, конечно же, беспокоило аристократа, но вся его настороженность пропадала, когда он просто наблюдал за горничной. Юсфорду нравился её тихий и спокойный, порой безжизненный голос, её глубокие голубые глаза, затягивающие с неимоверной силой и скоростью. Волосы, столь дивные серые волосы, которые на солнце светились, словно чистое серебро, завораживая своей красотой. Люди, говорившие, что девушка похожа на грязь из-за своих волос, — настоящие глупцы, давящиеся от зависти. Неожиданно для самого себя Юсфорд потянулся к длинным локонам. Мужские пальчики начали теребить их, наслаждаясь процессом.

«Какого лешего он вытворяет?!»

— Не отставай, скотинка, — тихо молвил Основатель и вновь пошёл вперёд. Девушка же, опешив, осталась стоять, удивлённо смотря ему в след. А потом, словно вернувшись в жестокую реальность, нахмурилась и тихо двинулась вперёд, понимая, что Юсфорду, как и многим, нравится издеваться над ней.

Мы привыкли, что люди издеваются над тем, чего они не понимают.


Жду ваших оценок и отзывов♡

6.Желание

Говорят, что каждый человек в момент смерти теряет 21 грамм. Столько весит горстка монет в пять центов, плитка шоколада, птица колибри. Независимо от того, боитесь вы смерти или нет, она приходит, и в этот момент ваше тело становится на 21 грамм легче. Быть может это вес человеческой души?



«21 грамм» (21 Grams)




***



      Юсфорд раскинулся в огромном кожаном кресле и уже второй час подряд говорил с Фатесом. В основном речь шла о продовольствии для скота и аристократах с их вечной борьбой за власть. Пока мужчины спокойно беседовали, мирно попивая кровь, Вай действовала. Ей пришлось нелегко, ведь найти одного маленького мальчика в огромном незнакомом поместье — непростая задача. Эрестер обошла все комнаты слуг и главный двор, познакомилась с парочкой горничных, отметив, что их не так-то уж и много. Спустя час такой беготни, окончательно выдохшись, голубоглазая уселась возле фонтана, угрюмо склонив голову вниз. Руки у сероволосой неприятно покалывало от перенапряжения. От голода желудок свело так, что перед глазами поплыли круги, а живот, казалось, прилип к позвоночнику. В голове кроме навязчивой идеи поесть больше ничего не было. Плевать на задание и на ребёнка, единственная цель — покушать, а потом хорошенько выспаться. Всё-таки от человеческой природы никуда не денешься. Как бы ты не старался побороть голод, жажду, желание организма поспать, ничего не выйдет. Против природы не попрёшь!



— Ах, почему солнце выглянуло в такой неподходящий момент? — задавалась вопросом Эрестер, обессилено подперев руками голову.


— Потому что в нашей жизни полно несправедливости, — раздался приятный мальчишеский голос, в котором проскальзывали нотки холодности и настороженности. Подняв голову к источнику шума, девушка увидела Тоширо и медленно выпрямила спину, дабы разглядеть мальчишку получше.


— Действительно… Наша жизнь — сплошная неопределённость с кучей отвратительных человеческих пороков на каждом шагу. А несправедливость и невезение лишь «приукрашают» итак серые деньки, дабы ты окончательно не свихнулся, — Вай показалось, что она говорит не с ребёнком, а со взрослым юношей.


— Ты ведь не обычная горничная, да? — пытаясь сохранить былое спокойствие, поинтересовался Кейторо.


— Очень прямолинейно, тебе так не кажется? — на бледном лице промелькнула едва заметная улыбка.


— Так значит, я прав… Служишь этим людишкам с жаждой насилия, проводящих бесчеловечные эксперименты!



      Голос сероглазого дрогнул, и в тот же момент поднялся сильный порывистый ветер. Он был вызван лишь вспышкой недовольства Тоши. Страшно представить, что произойдет, когда ребёнок разозлиться по-настоящему. Вайлети смотрела на собеседника, всё также не показывая эмоций, хотя была немного потрясена. Чем-то он напоминал её саму, и это вводило в смятение. Юная особа, не страшась последствий, нежно прикоснулась к маленькой руке своей холодной ладонью. Ветер стих, и в детских глазах промелькнула грусть.



— Ты прав… Но я не собираюсь отдавать тебя этим людям. Поверь, я знаю, что такое боль, и ты это прекрасно понимаешь. А если сомневаешься, то посмотри мне в глаза… Или же, — Эрестер взяла вторую руку Кейторо и прислонила её к своему запястью, чем слегка смутила брюнета. — Проверь, вру ли я. Уверена, ты точно знаешь, как это сделать.



Тудум… Тудум… Тудум



— Я не вру.



      Действительно, пульс девушки не ускорился, а это означало лишь то, что она говорит правду. Тоширо плавно убрал свою руку от горничной и плюхнулся рядом с ней.



— Всё равно я тебе не верю, — его голос звучал крайне не убедительно.


— Я ведь и не прошу тебя мне верить. Главное, не вляпывайся в неприятности, дабы мне не пришлось вмешиваться.


— Почему ты пришла?



«Настырный, но такой наивный…»



— На самом деле решила сбежать, ещё до того, как получила задание. А тут такая возможность… Они не должны заподозрить меня в измене. Вероятнее всего подумают, что я погибла при выполнении миссии, — ложь лилась из уст смертной, как весенний ручеёк — так же непринуждённо.


— Звучит вполне логично… Но знай, если ты вытворишь что-нибудь, я разорву твоё тело на мелкие кусочки, — недетским голосом произнёс мальчик, сверкнув глазами.


— Хорошо. Если захочешь сбежать, то я помогу, — невзначай выдала Вай и встала на ноги, направляясь прямиком к своему хозяину.


— Не захочу, — крикнул ей вслед ребёнок.



«Не переживай… Ещё как захочешь, когда окончательно осознаешь, в каком ужасном месте ты оказался. Сколько в этом месте девушек? По пальцам пересчитать… А знаешь, почему? Ха, конечно же, нет. Хоть ты слишком юн, но умён не по годам и должен понимать, что мир не так прост, каким может казаться. Когда ты смотришь на картину вблизи, то не можешь рассмотреть рисунок целиком. А вот когда ты отойдёшь подальше, то поймёшь, что все те детали, которые так старательно выискивал, абсолютно не важны, если не видишь картины целиком…»



***



— У тебя есть шрамы?


— Я полностью ими покрыт.


— Но я не вижу ни одного!


— А ты просто загляни мне в душу.



      Молох, расплывшись в улыбке, лежал на кафельном полу, раскинув руки в стороны. Эрестер не устаёт его веселить. С самого детства сероволосая вызывала у демона неподдельный интерес. Ему нравилось наблюдать за тем, как она растёт и становится сильнее, превращаясь в прекрасную девушку, в то же время теряя частичку своей души, которой Молох питался время от времени. Этот демон, будучи человеком, был слишком грешен, и за это его прокляли, наградив бессмертием. Он помнил всю свою человеческую жизнь и не мог забыть ни одного убийства, предательства и потери. Бессмертный не нуждался в крови, но издавна был обречён пожирать души… Невинные души детей, которые так одурманивали разум брюнета, буквально сводя с ума. Это и было его наказанием…



— Ах, скоро весёлые деньки закончатся, и я вернусь к привычному занятию: буду искать потерянные души, дабы посмотреть в их испуганные глаза и забрать самое главное, что только может быть у человека. Но самое приятное в момент моей трапезы — человеческие эмоции. Всё же еst quaedam flere voluptas*…Да, это моя слабость. Просто не могу устоять перед плачем маленьких детишек… Но есть ещё одна эмоция, которая будоражит мою кровь. Почти полное безразличие, появившееся после нестерпимой душевной боли. От одного запаха её души у меня всё тело сводит в истоме… Ни капли не сожалею, что дал Вайлети шанс прожить дольше. Хотя бы развеял свою скуку и подготовил столь желанную пищу. Всё же получать желаемое чертовски приятно, будь ты хоть человеком, вампиром или демоном… Но с некоторыми судьба крайне несправедлива. Например, люди, прожившие жизнь, неся свет, умирают во тьме… А кто-то надеется на лёгкую добычу, обрекая тем самым себя на адские мучения после смерти за грехи, благодаря которым они достигли желанного. Эх, Вайлети, fortiter malum qui patitur, idem post potitur bonum.**Мне так жаль тебя… Действительно жаль…



***



Плохо только, что этот человек так близко: она чувствует его прикосновения — и ей это нравится; она вдыхает запах его одеколона — и ей это нравится. Она, оказывается, ждала его — а вот это ей уже совсем не нравится.


Пауло Коэльо. Одиннадцать минут.



      Сероволосая шагала вслед за своим хозяином, который запретил ей отходить от него. Сейчас они просто прогуливались по саду Юсфорда. Вай не понимала причины такого странного поведения вампира, но предполагала, что это лишь очередное издевательство. Алоглазый же сам не осознавал своих поступков, но знал точно, что не хочет отпускать юную горничную к себе в каморку. У него так же были вопросы к юной особе, которые не выходили из головы.



— Откуда ты родом? — нарушил молчание аристократ, и девушка сощурила глаза, понимая, что стоит быть настороже.


— Из Японии, — с глупым лицом сказала Вай, догадываясь, к чему клонит Юсфорд.


— Ха-ха-ха, очень интересный ответ. Но я спросил не об этом.


— Когда-то жила в Токио вместе с мамой и братиком…


— Хм… ты же не работаешь на ЯИДА? — прямо спросил вампир, и Эрестер остановилась.


— ЯИДА? Что это? — удивлённо поинтересовалась девушка, немного агрессивно взглянув на собеседника.



«В её глазах столько смешанных чувств, что даже и не определить. Но одно я вижу точно — недоверие. Не спорю, что девчонка с характером и весьма умна, но почему же так презрительно глядит на меня временами? От этого хочется улыбаться… Нет, ну действительно, скотинка меня забавляет. Но больше всего меня беспокоит это непонятное желание. Я просто до безумия хочу приблизиться к этому бледному личику и посмотреть на её реакцию…»



      Прародитель резко приблизился к юной особе, склонив голову прямо перед девичьим лицом и широко улыбнувшись, когда хрупкие руки молниеносно вцепились в его одежду. В этот момент в голубых глазах блеснул азарт и удивление. Так близко к своему хозяину Вай была впервые, и это ей нравилось. От него приятно пахло, и от этого дыхание участилось, как и ранее спокойное сердцебиение. Находясь рядом с бессмертным, Эрестер почувствовала себя маленькой девочкой… Такой беззащитной и потерянной. Сероволосая не боялась находящегося прямо перед ней монстра, который погубил жизни многих, даже будучи человеком. Скорее девушка просто застыла, не понимая, что творится у неё на сердце. Вампир же прекратил улыбаться и как-то непривычно громко выдохнул, словно избавляясь от нахлынувшего напряжения, затем облизнулся, слегка сжав плечи горничной. Кроули заворожено, будто бы и сам не замечая, приближался к смертной, хищно смотря в глаза жертвы… Он был так близко к её губам, когда наконец опомнился и резко толкнул голубоглазую на землю.



— Убирайся. Ты меня раздражаешь, — грубо сказал Тринадцатый Основатель и отвернулся, судорожно хватаясь за грудь.



      Эрестер исполнила приказ и без лишних слов пошла прочь, находясь в неопределённом состоянии.



— Чёрт, и что это было? — задал себе вопрос Юсфорд, не понимавший, что своим поступком он положил начало собственных страданий.



Искушение — это духи, которые вдыхаешь до тех пор, пока не захочешь иметь весь флакон.


Жан Поль Бельмондо.

Примечание к части

* - В слезах есть наслаждение.


** - Кто мужественно переносит горе, тот добивается счастья.


Жду ваших оценок и отзывов ♡♡♡

7.Всё в твоих руках

Те, кому есть на что надеяться и нечего терять, самые счастливые люди на свете.


Э. Бёрк




***



      Из покоев Второго Прародителя доносился приятный девичий голос. Итару Миями, прикрыв глаза, тихо напевала недавно разученную песню, постепенно повышая ноты. Она уже обжилась на новом месте и даже завела парочку друзей. Её кровь пришлась по нраву господину, поэтому Миями жила в отдельной комнате, как любимое лакомство Основателя. За всё это время синеглазая никак не могла выкинуть Вайлет из головы. Ей хотелось ещё раз повстречаться с этой необычной девушкой.



      Наконец освободившись, Итару направилась к себе в покои, где её ждала порция сытного ужина и целая гора книг, которые так и не терпелось прочесть. Проходя мимо гостиной, она услышала разговор двух дворецких:



— Значит, собрание пройдёт здесь. Чёрт, опять нагрузят работой. Этот Джиллес чрезмерно любит командовать и держать всё под контролем, а значит, не потерпит халатного отношения к работе.


— В этом ты прав! Но, с другой стороны, сюда ведь приедет куча аристократов, вроде как им нужно обсудить важное дело, — задумчиво произнёс один из мужчин.


— А ты не знаешь, что за дело? — его собеседник перешёл на шёпот и придвинулся ближе, дабы лучше слышать.


— Нет, но говорят, появились какие-то люди… Слышал, что они подняли мятеж и даже…даже, — дворецкий нервно сглотнул и выпучил глаза. Затем оглянулся убедиться, что их никто не слышит, и как можно тише сказал: — убили кого-то из знати.



      Миями практически не расслышала вторую часть разговора, но, увидев выражение лиц мужчин, заволновалась. Она не стала больше подслушивать и побежала к себе. Усевшись на пуфик, блондинка ненавязчивыми движениями начала расчёсывать волосы, размышляя о своём:



— Собрание… Приедут вампиры из разных уголков Японии. Они будут обсуждать что-то весьма важное. Может, и она там будет?



      Итару сжала свой крестик и тепло улыбнулась, надеясь, что Бог исполнит её желание.



Чудо должно быть от веры, а не вера от чуда.


Николай Бердяев.



***



Если бы жизнь была предсказуемой, она утратила бы свой смак.


Элеонора Рузвельт.




      Мирай неподвижно лежала в своей кровати, внимательно изучая потолок, и даже не взглянула на Вайлет, когда та пришла навестить её. Девушка выглядела очень плохо: синяки под глазами, ссадины на руках и ногах, перебинтованная голова, разбитый нос и сломанный палец левой руки. Эрестер, хоть и не почувствовала ни капли жалости к начальнице, пожелала ей скорейшего выздоровления. Но розоволосая лишь тихо пробубнила что-то, а затем глубоко, насколько позволяли бинты на груди, вдохнула и охрипшим голосом начала рассказывать Вайлети, что произошло:



— Они напали неожиданно и ударили меня по голове, я чудом осталась в сознании. Мне сразу стало ясно, что эти уроды задумали, но я не могла даже пальцем пошевелить. Знаешь, мне не привыкать к насилию, но всё равно хочется плакать от собственного бессилия…


— Зачем вы мне это рассказываете? — голос серовласой был ровным и хладнокровным. Девушка серьёзно посмотрела на пострадавшую, понимая, что та ей хочет сказать что-то ещё.


— Это всё она подстроила…


— Роза? Ну, в этом нет сомнений. Неужели метит на твоё место и хочет таким способом избавиться от конкурентки? Вот же нелепость. Никакой оригинальности… Хочешь, чтобы я разобралась с ней? — Вай поняла, что кареглазая довольно проницательная девушка и давно заметила её притворство. Начальница догадалась, что новенькая очень тщательно скрывает своё хладнокровие, правда понятия не имела, по какой причине.


— …Остерегайся её, вот и всё. Господин Кроули должен поехать на собрание Основателей через два дня и вместо меня возьмёт тебя. Надеюсь, проблем не возникнет…


— Когда ты говоришь о проблемах, то имеешь в виду эту нахальную девку? Не переживай, она ничего мне не сделает. — Эрестер подошла к двери и, не оглядываясь, переступила порог.



      Вай плавно двигалась вперед, безразлично смотря в пол, как услышала за стеной писклявый голос и поморщилась, узнав синеволосую стерву. Разговаривая со своими подружками, она радостно сообщила им о своей победе над Мирай. Роза была уверена, что поедет вместо неё на собрание, и это заставило Вай ухмыльнуться.



«Наивная… Таких людей так легко обвести вокруг пальца, что даже и неинтересно становится смотреть на их реакцию. Они не ценят других, а лишь восторгаются собственной персоной! Мерзкие личности, от которых меня воротит лишь при одном упоминании…»



      Изрядно набегавшись за день, Эрестер зашла в свою комнату и тут же скинула с себя грязную одежду. Приняв тёплый душ, Вай плюхнулась на кровать и почти сразу заснула. Вскоре в её сознании возник образ самодовольного демона. Ехидно скалясь, он сидел рядом с девушкой, закинув одну ногу на другую, будто имитируя позу лотоса.



— М-м-м, какие страсти! Нет, видела бы ты его лицо… Ах, этот Кроули мне всё же нравится, — данные слова не вызвали у Эрестер ни одной эмоции. Она считала недавнее событие лишь очередным развлечением бессмертного.


— Хватит уже чушь нести. Лучше дай мне совет.


— Как правильно целоваться? Ой, да запросто. Знаешь, первый поцелуй — дело ответственное и очень трогательное! Главное не нервничать и расслабить губы, — Молох начал вытягивать губы, а потом истерически смеяться над своей же глупостью.


— Ты просто невыносим. Как мне поступить с гадюкой Розой и не определившимся в жизни мальчишкой?


— Хм, ты редко просишь у меня совета из-за своего характера. Ладненько, помогу чем смогу. Ну, scrofa stercorata et pedicosa* должна поплатится за то, что сделала с тобой! Я был крайне удивлён, что ты не надрала ей зад…


— Не было на это времени, — сероволосая инстинктивно схватилась за часы.


— Так-с, для начала покажи ей, что ты вовсе не слабая девочка. Прояви свой холодный нрав и опозорь свинку на глазах у публики. Нет, но больше noli nothis permittere te terere, **, а то отшлёпаю за слабость, — демон демонстративно потеребил пряжку ремня.


— Morologus es.***


— Фи, как грубо. В общем, как поступить с Кейторо, решай сама. В этом я тебе не помощник, скорее безумец, который просто жаждет посмотреть на твой следующий шаг. Ах, неизвестность так интригует! Но всё в твоих руках, милая.


— Что ж, спасибо за помощь, — Вайлети повернулась на бок и постаралась покрепче заснуть. Брюнет же опустил алые глаза вниз, будто провинившийся школьник, задумавшись о своём.



Воспоминания демона.



      Молох неотрывно смотрел на дно оврага, где неподвижно лежала маленькая девочка. Её крохотное по сравнению с мужчиной тельце было изувечено от падения с такой высоты. Лёжа на животе, Вай с трудом дышала, что и не удивительно, учитывая многочисленные переломы.



— Бедняжка, ты, скорее всего, умрёшь в агонии, — бессмертный, оказавшись рядом с умирающей девочкой, нежно погладил её по волосам. — Человеческие тела так хрупки и чувствительны. Получив подобные травмы, тебе, наверное, безумно больно. Отчего же ты не кричишь? Или же…



      Молох грубо перевернул Эрестер на спину, но услышал только сдавленное кряхтение. Он удивлённо посмотрел в измученные голубые глаза, а затем осмотрел ребёнка и усмехнулся:



— Так и думал. Ребро проткнуло лёгкое. Каждый вдох причиняет тебе адскую боль. О, как жесток этот мир! Остались считанные минуты твоей жизни, но сейчас они кажутся тебе вечностью. Молишь смерть о том, чтоб она поскорей забрала тебя? Ха-ха, а костлявая-то не спешит, хочет, чтоб ты страдала! О, как несправедлива судьба, я прав?



      В следующее мгновение алоглазый остолбенел от неожиданности. На губах смертной появилась невинная, дрожащая, грустная улыбка, а в уголках глаз заблестели слёзы. Маленькие пальчики вцепились в руку демона так сильно, что даже поцарапали бледную кожу.



— З-за что? — одними губами произнесла девочка. Молох шумно выдохнул. Его щёки непроизвольно покраснели и слюноотделение увеличилось. Только сейчас он осознал, как же вкусно пахнет её душа.


— Аха-а, даже находясь одной ногой в могиле, спрашиваешь про свою маму? Милая, выбирай: либо ответ на вопрос, либо я забираю твою боль.


— В-вопрос…



      Вай ответила, даже не задумавшись, и от этого Молох непроизвольно облизнулся, смотря на человека, как на свою самую желанную добычу.



— Ох, а ты в курсе, что сrudelitatis mater avaritia est? °


— Ч-что?


— Ах, ты же не знаешь латынь! А стоило бы… Твоя мать была безумно жадной до любви. Ей очень хотелось быть любимой после смерти твоего отца. Но как бы она не старалась, не могла получить то, чего так отчаянно желала. Ты её любила, и это поддерживало в ней жизнь. Но вскоре жадной женщине стало не доставать твоей любви, да и к тому же влюбилась она просто до безумия! Как там его зовут… Ногер? Горен? В общем, не так-то это и важно. И знаешь, что она сделала, чтобы получить этого мужчину?



      Задав свой вопрос, бессмертный улёгся рядом с сероволосой, подперев свою голову рукой. Он знал, что девочка догадалась обо всём, поэтому приготовился смотреть на её реакцию.



— Кто ты… Д-демон?


— Бинго! Чокнутая мамаша вызвала меня. Естественно мы заключили сделку: твоя душа и жизнь в обмен на её счастье.



      От этих слов внутри Эрестер что-то щёлкнуло. В душе образовалась большая чёрная дыра, затмевающая всю физическую боль. Создавалось такое ощущение, что с каждой секундой она растёт и засасывает в себя все эмоции, оставляя лишь пустоту. Голубые глаза поблекли, а живой огонёк превратился в едва заметную искру. Она больше не плакала, лишь лежала и смотрела на серое небо.



— Забирай, — тихо произнесла серовласая.


— Что?


— Забирай мою душу и жизнь.


— Даже сопротивляться не будешь? — удивлению мужчины не было предела. Ему было до безумия интересно, что же скажет ребёнок.


— Нет, мне это ни к чему.


— Знаешь что, девочка, мне gratiora sunt, quae pluris emuntur.°°Неужели не хочешь жить? — задавая свой вопрос, Молох невесомо обнял Эрестер.


— Хочу… Очень хочу, но не знаю, ради чего. Странное чувство неопределённости. — Бессмертный уже весь извёлся от желания хоть немного вкусить столь желанной пищи. Вай отвела глаза в сторону и заметила блестящую вещицу, сильно выделяющуюся на фоне чёрного одеяния демона. — Ч-что это за часы?


— Хм, эти? — брюнет достал из кармана своего плаща серебряные часы, а затем, немного подумав, улыбнулся. — Они отныне твои, Вайлет.


— Мои?



      Девочка ощутила, как демон собственной силой начал залечивать все её раны, и от этого Вай вновь смогла нормально дышать. Голубоглазая не понимала, о чём говорит мужчина, и чего же он добивается. Она чувствовала, как брюнет приподнимает её голову и вешает часы на тонкую шею, довольно улыбаясь.



— Твои. Заключим сделку? — мужская рука непрерывно гладила ребёнка по голове.


— Какую?


— Я дам тебе тринадцать лет жизни… Делай что хочешь! Путешествуй, люби, убивай, воруй, мсти… Мне без разницы, просто живи и делись со мной своей душой! Я решил растянуть свою трапезу на долгие годы… Только предупреждаю, что это безумно болезненный процесс: отрывать от души по кусочку, но зато ты можешь прожить дольше. По рукам, юная леди? — демон знал, что она ответит, и расплылся в самодовольной ухмылке.


— А часы мне зачем?


— О-о-о, чтобы ты не забывала о нашей с тобой сделке. Минутная и часовая стрелки не будут двигаться, но вот секундная не остановится до твоей смерти…


— Как тебе зовут, демон?


— Молох — пожиратель детских душ, Вайлет.


— Что ж, Молох, я согласна на твоё предложение… Предполагаю, что часть души ты хочешь получить прямо сейчас? — спросила девочка, понимая, что сейчас ей снова будет больно.


— Да, милая.



      Демон наклонился поближе к безэмоциональному лицу и заглянул в холодные голубые глаза. На его лице не было насмешки, лишь неподдельная жалость к столь хрупкому существу… А через несколько секунд Молох приоткрыл рот и, не касаясь губ смертной, приступил к трапезе.



«Эта боль ничто по сравнению с той, что ты подарила мне, мамочка».



***



Давным-давно в старинном городе жил Мастер, окружённый учениками. Самый способный из них однажды задумался: «А есть ли вопрос, на который наш Мастер не смог бы дать ответа?» Он пошёл на цветущий луг, поймал самую красивую бабочку и спрятал её между ладонями. Бабочка цеплялась лапками за его руки, и ученику было щекотно. Улыбаясь, он подошёл к Мастеру и спросил:



— Скажите, какая бабочка у меня в руках: живая или мёртвая?



Он крепко держал бабочку в сомкнутых ладонях и был готов в любое мгновение сжать их ради своей истины.



Не глядя на руки ученика, Мастер ответил:



— Всё в твоих руках.

Примечание к части

* – Грязная и завшивевшая свинья.


** – Не позволяй ублюдкам принижать тебя.


*** – Ты идиот.


° - Жадность — мать жестокости


°° - Милее то, что труднее досталось



8.Нужный поступок

Порой нужно сделать что-то плохое, чтобы не совершить нечто гораздо худшее.


Порочные игры / Стокер (Stoker)




***



Не стройте железобетонные планы. Всегда предполагайте, что обстоятельства могут измениться.


Дженнифер Энистон.



      Что будет с человеком, если его план пойдёт наперекосяк? Ну, на этот вопрос нельзя ответить однозначно. Кто-то просто расстроится, кто-то воспримет это как должное. А вот Роза, например, пришла в ярость. Она безумно жаждала быть рядом с господином и поехать на собрание. Какова причина такого помешательства на Кроули Юсфорде? Желание быть лучшей? Внеземная любовь и, как следствие, ревность? Нет, скорее непомерное самолюбие. Мания величия до добра не доводит, и это известный факт. Только вот люди, ослеплённые своей жадностью, натыкаются на одни и те же грабли из раза в раз, даже не пытаясь остановиться и задуматься о своих действиях. Желание — страшная разрушающая сила, способная повернуть мир вспять. В руках хороших людей она творит добро и помогает достигнуть праведной цели, а вот с плохими дела обстоят иначе. Желание захватывает над разумом власть и медленно подбирается к сердцу, разрушая всё на своём пути. Вся человечность будто стирается, и душа становится холодной, жестокой.



— Она всё испортила! — указав пальцем на дверь, кричала горничная, делясь своими мыслями с подружками.


— Рози, мы же уже всё обсудили. Эта стерва поплатится за такую наглость. Стоит подождать, пока она закончит работу на кухне, — успокаивала синеволосую её сообщница.



Кухня.



      Вайлет натирала хрустальный бокал без всякого энтузиазма. Она скорее хотела поесть недавно приготовленные рисовые пирожки, которые так и манили своим запахом. Серые волосы торчали во все стороны, так как девушка проспала и не успела привести себя в порядок, даже на завтрак времени не хватило. Всю ночь Эрестер вертелась, словно лежа на раскалённых углях. Навязчивые мысли о чокнутом вампире, который наглым образом оттолкнул её от себя, всё никак не выходили из головы и заставляли думать о причинах его странного поведения. Вай ничего не могла поделать, ведь выкинуть Кроули из головы просто не получалось. Из-за недосыпа глаза покраснели, появились мешки, а взгляд явно излучал усталость.



«Не спать… не спа-а-а-ть… Блин, как же хочется завалиться на кровать вместе с этой миской пирожков и наесться от души, а потом продрыхнуть весь день».



— Вайлети, на сегодня твоя работа окончена.


— Хорошо, Мия, — женщина, стоявшая перед Эрестер, была невысокой, с причудливой косичкой и конопатым носом. Она занимала должность главной поварихи.



      Юная особа была настолько голодна, что, не выдержав, стащила рисовый пирожок. Идя по коридору в свою комнату, она быстро схомячила вкусняшку, но не утолила голод. Голубоглазая была рада, что сегодня освободилась пораньше и может немного передохнуть от навалившихся проблем и надоедливых мыслей. Но как, в принципе, и всегда девушке не повезло. Завернув за угол, она встретила Розу и её двух замечательных подружек. Вай сразу ощутила на себе их негодование и отрешённо выдохнула, надеясь разобраться побыстрее.



— Вайлет, моя дорогая… Мне жаль, что так получилось. Пойми, что рядом с господином должна быть именно я…


— А я тебе мешаю, — перебив служанку, констатировала сероволосая, разминая пальцы.


— Да. Сначала эта надоедливая коза Мирай, а теперь ещё и ты. Хоть я и понимаю, что на самом деле ты не хочешь ехать туда. Тебя просто заставили! Эх, очень жаль, — омерзительно добрым голосом щебетала синеволосая, подавая своим соратницам знак.


— Ах, как же ты права. Вот, честное слово, не охота никуда ехать… Так-с, я так понимаю, что вы решили избить меня? — холодно молвила Вай и прикрыла глаза.


— Да-да, а как иначе? Дорогая, будет не очень больно и…


— Не очень больно? — с иронией отозвалась голубоглазая и, открыв глаза, впилась взглядом в собеседницу, заставляя ту судорожно вдохнуть. — А я вот так не думаю. У твоих тупых подружек в руках по паре ножниц. Почему не взяли ножи, так ведь намного интереснее и больнее? — девушки опешили от столь убийственного взгляда, как им казалось, безобидной Вай.


— Б-быстрей разберитесь с этой сукой! — своим писклявым голосом приказала Роза.



      Девушки кинулись на Эрестер. Та лукаво улыбнулась и демонстративно стукнула зубами:



— Mihi irruma et te pedicabo*, — скалясь, прошептала голубоглазая и, выбив из рук нападающей ножницы, без толики сомнения или жалости воткнула их ей в глаз. Пострадавшая хотела закричать, но Вайлети вырубила её ударом в шею. Другая особа истерически заорала, чем заставила Эрестер поморщиться. — Визжишь, как гребаная свинья перед смертью, — сероволосая ударила девушку ногой в подбородок, и та от неожиданности прикусила себе язык. Изо рта потекла кровь. Корчась на полу от боли, горничная потеряла сознание.


— Т-ты долбанная психопатка! — Роза от страха начала заикаться.


— М-м-м, всё может быть. Знаешь, меня и похуже называли за мою жестокость. Хотя, а что в этом такого? Разве ты не хотела меня покалечить? Не хотела занять моё место? Брось, то, что я сделала, вы все вполне заслужили. Кстати, тебя тоже ждёт наказание за твои отвратительные помыслы и поступки. Согласись, ты просто до безумия завидовала начальнице. Я это заметила, как только прибыла сюда, и она тоже знала об этом. Но, по правде говоря, меня не интересуют другие. Я эгоистка, помешанная на своей скоротечной жизни, и не стыжусь этого…



      Эрестер уже вплотную подошла к синеволосой и плавно начала водить окровавленными ножницами по её ключицам. Роза дрожала и боялась шелохнуться, но страшнее всего было смотреть в холодные голубые глаза девушки. Через мгновение, вдоволь насмотревшись на свою жертву, Вайлети схватила горничную за волосы и несколько раз ударила её головой об стену.



— Сучка, ты испачкала мою форму своей кровью. Вместо того, чтобы отдохнуть, мне придётся заняться стиркой. — Голубоглазая отошла на пару шагов от трупа неприятельницы и взглянула на свою окровавленную руку. Девушка поднесла ладонь ко рту, высунув язык, слизала кровь, понимая, что сегодня немного слетела с катушек. Но самым противным для неё в данной ситуации была собственная неосторожность. Что уж скрывать, она понятия не имела, как будет расхлёбывать эту кашу, хоть и не переживала вовсе.



— Какая интересная картина, — за спиной послышался знакомый приятный баритон, и Вай обернулась, внимательно смотря на говорящего. — М-м-м, скотинка, как же ты мне это объяснишь?



      От слов мужчины у девушки по всему телу побежали мурашки. Он подходил всё ближе, хищно осматривая юную особу. Кроули был поражён, ведь даже не догадывался, что Вай может вытворить такое, и это… Это разожгло в нём небывалый азарт. Смотря прямо на недовольное личико, вампир так и чувствовал, как его клыки начинали гореть от желания впиться в её шею.



— Никак не объясню, — голос смертной неожиданно дрогнул, и это вызвало ухмылку у аристократа, который вплотную подошёл к ней.


— Хм, ну это и не нужно, ведь я всё слышал… Как тебе на вкус? — вопрос заставил голубоглазую резко прикусить нижнюю губу и невольно отвести взгляд в сторону.



«Почему я не могу посмотреть ему в глаза? Моё тело дрожит, а щёки горят. Неужели заболела, или это всё недоедание?»



— Вайлет, ты вся испачкалась… Сказал же, чтобы такого больше не было в моём присутствии, — пленительно шептал Юсфорд, пока игрался с локонами горничной.


— Простите, господин, я виновата, — говорила Эрестер, ощущая лёгкое дыхание монстра у себя на губах.


— Ата-та, так дело не пойдёт. Я должен немедленно исправить сие недоразумение.



      Влажный язык скользнул по чувствительной коже, слизывая чужую кровь. Алые глаза прожигали Вай насквозь, и она это чувствовала, просто боялась посмотреть… Посмотреть, как же властно он осматривает её слегка припухшие губы и порозовевшее личико. Сероволосая лишь ощущала холодные пальцы у себя на шее и приятное щекотание от прикосновений языка.



— Думаю, что этого достаточно. О твоём плохом поведении, как и о этих навыках, мы поговорим позже, — отстранившись, молвил алоглазый привычным насмешливым тоном.


— Будучи ребёнком, часто дралась с мальчишками, вот и всё…


— Правда? Ну, раз так, то ладно. Завтра не опаздывай, а то Вальдо Джиллес отчитает меня.


— Да, я вас поняла.


— Свободна.



      Сероволосая на дрожащих ногах пошла к себе в каморку. По дороге она периодически дотрагивалась до губ, понимая, что совершенно запуталась. Все поступки Прародителя теперь казались ей вовсе не игрой. Хотя она не могла быть уверенной в этом на сто процентов. Эрестер прислонила свою ладонь ко лбу, чтоб проверить наличие температуры.



— Эх, возможно, всё дело в недоедании… Да-да, именно в нём.



***



Говорят, есть такая связь на свете, что не важно, сколько раз ты её разрываешь. Вы все равно встретитесь.


Мальчики краше цветов (Kkotboda namja)



      Ожидая Юсфорда с собрания, Вай сидела на лавочке, греясь на солнышке. Проходящие мимо люди и вампиры не обращали на неё внимания, что было очень удобно для Эрестер. Но её покой нарушил приятный девичий голос.



— Вайлет, это ведь ты?! — радостно вскрикнула Итару, застав голубоглазую врасплох.


— Insperata accidit magis saepe quam qua speres.** — невольно выдала девушка, открыв глаза.


— Боже, спасибо тебе за то, что так великодушно исполнил мою просьбу, — накидываясь с объятиями на голубоглазую, лепетала Миями.


— Да, спасибо, — сквозь зубы процедила юная особа. Эрестер очень не нравилось, когда к ней прикасались без разрешения.


— Как же я за тебя переживала… Значит, ты попала к какому-то аристократу и теперь живёшь с ним. Фув, будто камень с плеч! Давай, расскажи мне всё!



«А-а-а, я когда-нибудь останусь наедине с собой? Помимо того, что не сплю вторую ночь из-за странных прихотей Кроули, так ещё и эта надоедливая наивная девчонка».



— Я сейчас живу у Тринадцатого Прародителя… Эм, братика не нашла. Рада тебя видеть снова, — выдавила из себя девушка, чувствуя небольшое раздражение.


— Это тот, который нас отбирал? Ого… А из-за братика не переживай, обязательно отыщешь! Знаешь, а вот я пою для Вальдо почти каждый день и живу хорошо… Только вот одиноко, а люди вокруг необщительные и мрачные, — синие глаза печально глянули на собеседницу.



«Чёрт, а она ведь не врёт. Такая искренняя. Поражаюсь, что такие люди ещё остались. Неужели всё дело в вере, или это у неё такое состояние души? В любом случае, её наивность до добра не доведёт… Хотя, мне-то какая разница? С тех самых пор, как мы с Молохом заключили сделку, я жила исключительно для себя, иногда лишь вмешиваясь в чужие дела ради забавы… Не должна я делать исключения! Nihil habeo, nihil curo.*** Или же моё мнение ошибочно?»



Единственной преградой осуществлению наших планов на завтра могут быть наши сегодняшние сомнения.


Франклин Рузвельт.

Примечание к части

* - Иди сюда, и я надеру тебе зад.


** - Неожиданное случается чаще ожидаемого.


*** - Ничего не имею — ни о чем не забочусь.

9.Неуверенность в себе

Непонимание между мужчинами и женщинами возрастает, если они не знают, что любят друг друга.


Фредерик Бегбедер. Идеаль.



***


Если приходится выбирать между неправдой и грубостью, выбери грубость; но если приходится выбирать между неправдой и жестокостью, выбери неправду.Мария Эбнер Эшенбах.



Днём ранее. Особняк Девятого Прародителя.



      Жестокость, к сожалению, неотъемлемая часть жизни. Она может проявляться в любое время, в любом месте, и ты ничего не можешь с этим поделать. Что же побуждает к жестокости? У всех разные причины и оправдания. Для кого-то насилие — выход или отдушина, но в большинстве случаев во всём виновата простая, глубоко засевшая злость. Порой мы не в силах её контролировать, и это приводит к печальным последствиям. А в чём же причина вампирской жестокости? Скорее всего, в отвращении к скоту. Хотя, судите сами, забавная складывается ситуация: бессмертные ведь тоже были людьми! Став сильнее и растеряв всю человечность, они забыли, каково это — быть слабым. Говорят, что после превращения все положительные и отрицательные качества личности усиливаются. А что будет делать вампир, который, будучи человеком, ненавидел людей и особенно — женщин? Думаю, ответ очевиден.


      Ренольд Фатес был таким вампиром. Его мать издевалась над ним как могла, срывая на ребенке собственную злость. Из-за того, что Ренольд был внебрачным сыном короля, женщину постоянно принижали. Она тронулась рассудком и невзначай привила сыну ненависть к представительницам своего пола.



— Значит, эта дрянь разбила чашку из моего любимого сервиза? — презрительно оглядывая дрожащую девушку, Фатес обратился с вопросом к своему слуге.


— Да, мой господин. Что прикажете с ней делать?


— Для начала тебе следует выйти.



      Мужчина учтиво поклонился и покинул гостиную, бесшумно прикрывая дверь. Алоглазый медленно подошёл к смертной и ударил её по лицу, слыша, как хрустнул нос. Девушка упала на пол, отчаянно моля о пощаде, хоть и осознавала, что смерть неизбежна. Вампир начал безжалостно избивать ногами хрупкое тело, с каждым ударом ломая кости. Даже когда служанка скончалась, он не прекратил своё действо, упиваясь собственным превосходством. Фатес представлял на месте погибшей свою мать и широко улыбнулся, чувствуя удовлетворение.



— Жалкий скот.



***



Воспоминания Вайлети.



      Небольшая детская комната была сплошь заклеена плакатами принцесс, а над кроватью висели живописные пейзажи. Смотря на одну из картин, Эрестер что-то напевала, пока не услышала, как поворачиваются ключи в замке. Голубоглазая резко вскочила с кровати и с радостным воплем побежала к входной двери.



— Мамочка! Хочу мороженку с клубничкой, — девочка подняла руки вверх и начала высоко прыгать, пытаясь обнять свою мать.


— Котёнок, не шали, а то я сейчас упаду и ударюсь, — сероволосая удивилась, что женщина сегодня была такой грустной.


— Что-то случилось?


— Ха-ха-ха, нет, милая. Просто очень устала на работе.



      Когда мама Вай наклонилась снять кроссовки, и из её кармана выпал маленький клочок бумаги. Вайлети тут же взяла его в руки и развернула, но прочесть текст не смогла.



In nomine Astaroth Baal Beelzebub et Lucifer Evoco Moloch! Tollite sacrificium! Accede ad eam, et conteram illud comburent eam, et capient eam! Amen. Amen. Amen.



— Что это такое?


— Не тронь!



      Вырвав листок из рук дочери, смертная выдохнула с облегчением и, толком ничего не объяснив, пошла на кухню. Девочка так и застыла на месте, чувствуя, что сейчас заплачет.



— Мамочка, я что-то сделала не так? Прости меня, — шептала она себе под нос, в то время как по розовым щекам текли слёзы.



Наше время



      Эрестер по-прежнему сидела на лавочке. Рядом с ней умостилась Миями. Девушка без умолку о чем-то говорила, но Вай погрузилась в свои мысли и половину слов пропустила мимо ушей.



«Почему мне это вспомнилось? А я так надеялась забыть прошлое, которое причиняет мне лишь боль. Даже счастливые воспоминания терзают мою душу. Молох говорит, чтобы я довольствовалась жизнью и жила на полную катушку. С одной стороны, он прав, но я просто не в силах перебороть себя. Потеряв что-то важное однажды, ты не хочешь потерять это вновь. В чём же смысл дружбы, привязанности и любви, если времени осталось мало? Всё же, жизнь так быстротечна».



— Вайлет, а на каком языке ты недавно говорила?


— На мёртвом… Ну, на латыни.


— А можешь сказать мне что-нибудь о Боге? — синеглазая понимала, что разговор не клеится, и попыталась разрядить обстановку.


— Miserere mei Deus. Означает «Помилуй меня, Боже», — Эрестер ухмыльнулась, понимая, что эта фраза фактически отражает её нынешнюю ситуацию.


— Великолепное знание языка! Кто же научил тебя ему? Знаешь другие языки?


— Научил меня мой… Эм, мой друг. Он частенько на нём разговаривал, поэтому запоминать было легко. А другие языки я особо не изучала, знаю лишь парочку фраз…


— Всё равно это очень похвально! — невинная улыбка поначалу надоедливой, но искренней девчонки задела Вай, и она улыбнулась ей в ответ.



Час спустя. Резиденция Тринадцатого Прародителя.



      Эрестер чувствовала некое волнение, находясь рядом с вампиром. С собрания он вышел напряжённым, и это состояние не сулило ничего хорошего. За всю дорогу мужчина не проронил ни слова. Кроули задумчиво шёл вперёд, никого не замечая, и отстранённо смотрел вдаль. Вай не возражала, даже была немного рада такому поведению и смиренно брела за господином. Когда они оказались в холле, девушка почувствовала удар в спину и, не удержавшись на ногах, рухнула на пол. Неожиданность сбила ее с толку, и сероволосая даже не успела выставить руки, чтоб смягчить падение. Хрипло выдохнув, смертная перевернулась на спину и тут же почувствовала давление на шее. Юсфорд сжал её горло, перегородив доступ кислорода. Голубые глаза удивлённо смотрели на вампира, а руки ухватились за его широкие плечи в надежде оттолкнуть.



— Как я и обещал, мы поговорим о недавнем событии, — спокойно молвил алоглазый с привычным спокойствием и игривой улыбкой.



      Эрестер беззвучно открыла рот, пытаясь сделать вдох, хоть и понимала, что всё бесполезно. Сейчас… Только сейчас Вай заметила огромное недоверие в глазах мужчины, которое плавно перетекало в злость. Бессмертный просто не мог понять, что на уме у девушки, и это ему не нравилось.



— Кто научил тебя драться, скотинка? Отвечай, а то хуже будет.



      Юсфорд слегка разжал пальцы, позволяя Вай отдышаться. С тех пор, как две служанки были убиты, он отчаянно пытался понять: врёт горничная или нет. Выжившая полностью подтвердила слова серовласой и в то же время версию самого Основателя. Столько несостыковок! Сомнения не давали Кроули покоя, он изо всех сил старался не думать о смертной, но чутьё заставляло подозревать её в чем-то… непонятном даже ему.



— Я уже отвечала на этот вопрос, — хрипло выдала девушка, пряча глаза. Ей было просто невыносимо смотреть на хозяина.


— Знаешь, это довольно странный аргумент… Ты без колебаний убила двух человек и это…


— Это вызвало у вас подозрение, — перебила его Вайлет и всё же посмотрела Прародителю в глаза. — Но в чём? Я не спорю, что раньше убивала людей… Да! Я отвратительная, жалкая, жестокая! Только вот убить ради еды в этом погрязшем в дерьме мире, разве это считается преступлением?!



      У Эрестер впервые за долгое время сдали нервы. Она непроизвольно повысила голос. Внутри всё будто заскрипело от внезапно нахлынувшей обиды. Глядя в алые глаза, сероволосая теряла контроль над собой, пыталась вылить всё наболевшее наружу. Говоря эти слова, Вай не врала, ведь ей действительно приходилось убивать ради еды, только вот вины за содеянное она не испытывала. А всё от того, что другим не было жаль девушку, и они без толики сомнения прирезали бы её за кусок зачерствевшей булки или банки консервов.



— …Ха, вы, люди, всё же ничтожны в своих желаниях, — самодовольно произнёс мужчина, осознавая, что не ожидал такого ответа от горничной.


— Как и вы, вампиры… Жить целую вечность, не имея чувств, лишь ради удовлетворения собственной жажды. — Эти слова вызвали улыбку у бессмертного.


— Хэй, скотинка, а ты сегодня такая разговорчивая! Предупреждаю в последний раз: ещё одна глупая выходка, и я сломаю твою хрупкую шею.



      Аристократ слышал, как глубоко дышит Эрестер, и чувствовал на себе её прожигающий взгляд. Сейчас ему просто хотелось вцепиться в столь манящую плоть и ощутить вкус её крови. Для вампира Вай — идеальная жертва, которая забавляет и разжигает азарт.



— Господин Кроули? — голос Чесс заставил аристократа подняться с пола.


— Чесс, скажи Хорн, мы выдвигаемся прямо сейчас.


— Да-а!



      Смертная увидела широкую спину мучителя и с облегчением выдохнула. Она ощущала, как трясутся её руки, в горле встал ком, и потупила глаза в пол.



«Отчего моё сердце так болезненно колет?»



Ночь.



— Вайлет, ты, конечно, молодец, что разобралась с теми жалкими свиньями… Но какого чёрта показала слабость перед вампиром? — демон с негодованием оглядывал девушку, которая так упорно старалась не смотреть на него.


— …Non est fumus absque igne. *


— Хочешь сказать, что он тебя вывел? Я поражён, ведь даже мне этого не удавалось! Ха-ха-ха, каково это: испытывать боль и растерянность спустя долгие годы?! — бессмертный явно издевался над Эрестер, надеясь повеселиться. — Ах, от таких эмоций твоя душа становится ещё вкуснее! Ты даже представить не можешь, как я себя сдерживаю, чтобы не сожрать её всю без остатка. Когда ты вспоминаешь о своей маме, мой голод усиливается… Помнишь тот день? День знакомства с тем мужчиной? О-о-о, уверен, такое забыть невозможно, ведь именно тогда тебя предали, и ты свалилась в овраг, переломав все свои косточки.



      Девушка зло посмотрела на брюнета, затем встала с пола и подошла к нему вплотную.



— Молох, praeterita omittamus.**


— Вайлет, ты так сдерживаешься…


— Зачем мне показывать свои эмоции? Мне проще жить без этого. Если люди меня ненавидят, то это их проблемы, не мои.


— Как эгоистично, Вай! Скрывая свои чувства, ты только бежишь от реальности. Столько лет потратила на учёбу, отдых и наблюдение… А как же похоть? Милая моя, мне так не хватает страсти! Если поддашься искушению, то вкус твоей души станет идеальным…



      Молох схватил юную особу за плечи и встряхнул её.



— Кто ещё из нас эгоист? Ладно, закрыли тему. Меня мучает боль в груди и дрожь во всём теле, — тихо молвила серовласая, вызвав улыбку у бессмертного. Он медленно облизнулся и загадочно улыбнулся.


— Разбирайся сама… Но тему мы уж точно не закрыли, моя дорогая.



***



      В Японии, в одном поселке недалеко от столицы жил старый мудрый самурай. Однажды, когда он вел занятия со своими учениками, к нему подошел молодой боец, известный своей грубостью и жестокостью. Его любимым приемом была провокация: он выводил противника из себя и, ослепленный яростью, тот принимал его вызов, совершал ошибку за ошибкой и в результате проигрывал бой.


Молодой боец начал оскорблять старика: он бросал в него камни, плевался и ругался последними словами. Но старик оставался невозмутимым и продолжал занятия. В конце дня раздраженный и уставший молодой боец убрался восвояси.


Ученики, удивленные тем, что старик вынес столько оскорблений, спросили его:



— Почему вы не вызвали его на бой? Неужели испугались поражения?



      Старый самурай ответил:



— Если кто-то подойдет к вам с подарком и вы не примете его, кому будет принадлежать подарок?


— Своему прежнему хозяину, — ответил один из учеников.


— Тоже самое касается зависти, ненависти и ругательств. До тех пор, пока ты не примешь их, они принадлежат тому, кто их принес.

Примечание к части

* - Нет дыма без огня.


** - Давай не будем говорить о прошлом.



• Жду ваших отзывов и оценок~

10.Игра слов

Разумный наказывает не потому, что был совершен проступок, а для того, чтобы он не совершался впредь.


Платон.




***



Второй Основатель не так давно узнал о странных выходках Девятого Прародителя и сейчас направляется в его резиденцию, чтоб услышать вразумительный ответ.



Резиденция Фатеса.



      В саду, где сейчас находился Кейторо, было полно цветущих роз. Красные, белые, розовые, они одурманивали мальчика своим сладковатым ароматом. Мальчик не спешил покидать это место. Здесь так спокойно, можно забыться лёжа на травке и глядя на голубое небо. Жаль, времени вот так безмятежно греться на солнышке у Кейторо нет — скоро ужин, опаздывать нельзя. Он медленно поднялся с земли и с удовольствием потянулся. Дорога в столовую лежала через аллею с фонтанами. Античного стиля статуи, привезённые сюда специально для Основателя — очередное развлечение Фатеса. Тоши брёл по каменной дорожке, смотря под ноги и чувствуя на оголённых участках кожи принесённые ветром капельки воды. По его телу пробежали мурашки, и мальчишка начал усердно тереть предплечья ладонями в надежде согреться. Сильный порыв ветра заставил его повернуть голову и непроизвольно зажмуриться. Вскоре всё стихло и сероглазый открыл веки, но тут же замер в изумлении. Неподалёку от него, возле огромного фонтана в виде мраморной статуи феникса, стоял Фатес и держал за волосы маленькую девочку. Он ругал её за то, что малышка случайно капнула мимо бокала, пока наливала кровь. Кейторо увидел столько гнева в глазах вампира, что от неожиданности боялся вдохнуть, дабы его не заметил этот монстр.



— Глупое существо! — кричал бессмертный, окуная голову ребёнка в воду.



      Тоширо закрыл рот руками, чувствуя, что вот-вот закричит. Несмотря на то, что юнец повидал множество жестоких людей, сейчас ему стало воистину страшно. Этот взгляд безумца и улыбка, полная ненависти, ужасали. Брюнет слышал, как отчаянно и громко девочка кричит под водой, что звук её голоса слышан даже ему. Вскоре крик прекратился, как и движения ребёнка. Она просто перестала двигаться, по-прежнему находясь в руках у вампира, который вскоре всё же разжал пальцы.



— Никчёмная тварь, — презрительно констатировал мужчина, снимая белоснежную перчатку.


— А-а-а, — тихо всхлипнул мальчик, чем раскрыл своё присутствие.


— Тоширо, что ты здесь делаешь?



«Если захочешь сбежать, то я помогу… Она ведь сказала эти слова не просто так… Неужели всё знала с самого начала?! Вот откуда в её взгляде столько уверенности и скрытой насмешки. Как же мне страшно, но почему? Чего именно я испугался? Того, что место, которое начало мне нравится, в одно мгновение превратилось в ад? Или же того, что та горничная была права — мне вновь придётся бежать… Чёрт, я даже не удосужился спросить её имени! Что делать, мои руки не слушаются! Я точно парализован… Не могу сконцентрироваться! Нет-нет-нет, он убьёт меня!»



— Вы прибыли так неожиданно, господин Вальдо, — нервно выдал Фатес, понимая, что попался с поличным.


— И, видимо, не вовремя, — строгий, не терпящий пререканий голос раздался позади мальчика.



      Кейторо обернулся и увидел Джиллеса, стоявшего в двух шагах от него. Основатель перевёл взгляд на зарёванное лицо, а затем вновь на преступника.



— Ренольд Фатес, ты нарушил закон. Доказательства прямо передо мной. Да и к тому же твои подчинённые охотно поделились со мной информацией о других преступлениях. Схватить его! — Фатес попытался объяснить причину своих поступков, однако Вальдо не обращал на это внимания. Неважно, кто: вампиры или люди, все оправдывают свои грехи, ведь за ними всегда следует наказание. А чувствовать себя на месте жертвы любят разве что мазохисты.



***



Особняк Кроули Юсфорда.




      Сегодня в доме у вампира проводилась генеральная уборка, и ни один слуга не шатался без дела. Пришлось и Вайлети трудиться в поте лица, дабы не получить нагоняй от начальства. Мирай стало значительно лучше, но работать она по-прежнему не могла. Зато ей нашли «прекрасную» замену в роли Норая Нита. Парень давно работает дворецким и хорошо осведомлён об обязанностях слуг, поэтому Мирай выбрала именно его. Норай сразу дал понять, что он очень требовательный человек, тем самым вызвав своеобразное отчаяние у прислуги — им всё же придётся горбатиться весь день, да ещё на молодого придирчивого юнца.



      Вайлети тоже была не в восторге от сей новости. Ей было лень целый день драить пол, к тому же на втором этаже, где находился кабинет того неугомонного вампира. Хоть и прошло два дня с момента их последнего разговора, так как мужчина почти всё время был в разъездах, и ему было не до разбирательств, серовласая изрядно нервничала. В глубине души ей было тревожно, ведь она осознавала, что миссия была на гране срыва. Вай могли раскрыть, да и в придачу убить раньше срока. Но больше всего девушка переживала за себя. В последние дни ей было нехорошо в моральном плане. Для Эрестер было тяжело справиться со своими внутренними терзаниями, да и ко всему прочему Молох не дал ни одного совета, лишь загадочно улыбался. Вайлет осталась одна и пыталась разобраться сама, но всё безуспешно. Единственное умозаключение юной особы касательно своего душевного истощения — недоедание и переизбыток негативных эмоций.



— Слышала, что Фатеса схватили за какое-то преступление! Все его владения перешли в руки другого аристократа.


— Ого, вот же не повезло кровососу.



      Услышав разговор двух горничных, голубоглазая закрыла глаза и с силой ударила тряпкой о пол. Стиснув зубы, Вай старалась успокоиться, дабы не заорать на весь дом. Эмоции, которые девушка всегда держала в узде, с каждым днём становились всё неугомоннее и рвались наружу с явным энтузиазмом.



— Чё-ё-ёрт! Что не так с этим заданием? Почему всё идёт не по плану… Ладно, придётся придумывать другую стратегию.


— Какую стратегию тебе там надо придумывать, Кейторо? — спросил Норай, с недовольством оглядывая мокрый пол.


— Стратегию по усовершенствованию своих навыков мытья, — сквозь зубы прошептала Эрестер, печально оглядывая коридор.


— Да-да, твои умения действительно на троечку с минусом, хотя Мирай тебя нахваливала. Странно всё это, ты так не думаешь? — с толикой высокомерия и презрения говорил Нит.


— Простите мне мою некомпетентность. Я просто не очень хорошо себя чувствую в последнее время. Уверяю вас, что не подведу сегодня и выполню свою работу по максимуму.



      Эрестер сгорала от желания врезать этому самодовольному слуге по его физиономии, да побольнее.



— Я был бы не против на это посмотреть, но тебя вызывает хозяин. Ступай в библиотеку, сейчас же.



      Вот от этих слов у девушки сердце замерло. Она на автомате встала, кивнула и направилась, куда велели, не задавая лишних вопросов. В голове крутилась куча разных версий касательно причин для её прихода, но одна из них была самой убедительной и логичной.



«Неужели хочет продолжить допрос? Так, Вайлет, videas, quid agas.* В тот раз его поведение не предвещало ничего хорошего, как, думаю, и сейчас. Уверена, что вампир подозревает меня и довольно-таки давно, чего я, увы, не особо замечала. Моя невнимательность вылилась боком, и это очень плохо. Придумать оправдания я всегда сумею, только вот будет ли Кроули их слушать, а главное — верить? Очень сомневаюсь. Такие ситуации зачастую загоняют в тупик и не дают рационально поразмыслить над сложившейся проблемой. Главное не сдаться и выйти с поля боя победителем».



      Оказавшись в библиотеке, Вай от волнения споткнулась о порог, что мгновенно вывело её из раздумий. Быстро собравшись с мыслями, девушка подошла к аристократу, который присел на краешек стола, хищно наблюдая за ней. Вопреки всем ожиданиям Эрестер, Юсфорд ничего не говорил, лишь кивнул в сторону бумаг, раскиданных на столе.



— Приберись.



      Голубоглазая насторожилась, ведь прекрасно понимала, что тему они не закрыли, и следует ждать подвоха. Но ничего в ближайший час не произошло. Основатель лишь перелистывал какие-то документы и не обращал никакого внимания на серовласку, пока она выполняла свою работу. Но увидев, что Эрестер вот-вот закончит, бессмертный мгновенно оказался рядом с ней и бесцеремонно завалил на стол, скидывая аккуратно расставленные предметы.



— У меня к тебе есть вопросы. Если не хочешь уйти отсюда без пальцев, то лучше не перебивай меня. Надеюсь, я понятно изъясняюсь? — вампир говорил ровно и холодно.


— Да, господин.



      Эрестер приготовилась к худшему, ощущая, как рвётся её платье в области плеча.



— Стоит начать с того, что после недавнего инцидента я вместо выполнения своей работы разбирался со скотом. Это, конечно, тоже мои обязанности, но всё-таки не первостепенные.



«Хочет повесить на меня вину за то, что напрягла его с разбирательствами между людьми? Никто не просил его в этом копаться!»



— Проведя своеобразное расследование, я понял, что ты ни в чём подозрительном замечена не была… Но так говорят человечишки, не я. Понимаешь, о чём я? — вампир с силой стиснул запястье смертной, прижимая её руки к столу.


— Не понимаю, о чём речь. Я рассказала вам всё.


— Правда? Хорошо, допустим, что ты действительно убила тех двоих в надежде отомстить за Мирай или по каким-то своим причинам. В любом случае, что есть, то есть. Они ведь хотели убить тебя, и ты, как и любой другой слабый человек, защищалась. Меня интересует другое. Той ночью в саду, ты ведь солгала мне. И только попробуй сказать, что я ошибаюсь! Сбежать она хотела посреди ночи, зная про монстров снаружи. Глупое оправдание, не находишь? — алоглазый победоносно ухмыльнулся, наблюдая, как Вай затрудняется ответить. Это выражение лица безумно нравилось аристократу. Он чувствовал, что выигрывает, и это не могло не радовать.



«А он, я смотрю, основательно подготовился к сегодняшней беседе… Неужели придётся проиграть этому монстру? Нет, в первую очередь я проиграю себе, а я ненавижу это затмевающее разум чувство… чувство разочарования в самом себе!»



— Я же чётко назвала вам причину. Мой брат был у Фатеса, туда я и собиралась бежать. Но вы сказали, что вас это не интересует. Только напомнили, что отныне вы — мой хозяин, и я должна удовлетворять все ваши прихоти. Что из моих слов является ложью, господин?



      Внутри Эрестер ликовала, понимая, что теперь просчитался Юсфорд. Только вот радость была очень быстротечной.



— Да, я проверил твою информацию. Вампир, к которому ты подходила, находясь в Минамиямасире, подтвердил твои слова.



«…Вы, чёрт возьми, издеваетесь? Так заморочиться из-за меня? По правде говоря, я удивлена».



— Тогда в чём проблема, господин Кроули? — спросила она.


— В тебе. Ты меня раздражаешь и поначалу я планировал избавиться от тебя, но не стану. Твои выходки хоть как-то веселят меня в отсутствие Ферида… Но сам факт непослушания в корне меняет твоё наказание. Я должен преподать наглядный урок всем, включая тебя, скотинка. Мой авторитет неоспорим, но ты подрываешь его своим поведением.



«Ну что ж, наказания мне не избежать, а это значит, что могу сказать ему хотя бы часть того, что думаю».



— Почему бы вам просто не убить меня? Или, как альтернатива, выпороть у всех на виду? — Вайлети невольно хмыкнула, хотя вовсе не планировала. Вампир улыбнулся и ещё крепче стиснул запястье смертной, оставляя на коже следы от когтей.


— Развлечение на виду? О-о-о, только не такое, Вайлет. Ах, и ещё тебе следует кое-что хорошенечко запомнить: скот не разговаривает.



      Через мгновение девушка почувствовала неприятное покалывание. Вампир резко впился острыми клыками ей в шею и не заметил, как увлекся и расцарапал Эрестер всю правую руку. Раны были довольно глубокими, кровь растеклась по столу. Когда мужчина наконец оторвался, девушка была в бессознательном состоянии. Он обратил внимание на часы у неё на шее, а затем заинтересованно взял их в руки.



— Носить карманные часы на шее, весьма неординарная идея… Memento mori? Всё же странная ты, скотинка.



      Вампир провёл по лицу смертной своей рукой, невольно царапая щёку. Ему нравилась её кровь и непослушный нрав, наконец Кроули нашёл себе игрушку по душе.



За последние семь лет я твердо усвоил одну вещь: в любой игре всегда есть соперник и всегда есть жертва. Вся хитрость — вовремя осознать, что ты стал вторым, и сдаться первым.


Револьвер (Revolver)

Примечание к части

* - Думай о том, что делаешь.


Жду ваших оценок и отзывов~

Нынешний мир(объяснение)

Императорская Армия (яп. 日本帝鬼軍) - одна из человеческих организаций, которая возглавляет людей Японии(Японская Имперская Демоническая Армия - ЯИДА).


Императорская армия была сформирована для того, чтобы защитить выживших людей от демонов и вампиров. Несмотря на то, что в мире существуют другие подобные организации, именно Японская Императорская армия является самой умелой по борьбе с вампирами.Из-за таинственного вируса человеческое население земли сократилось на 90 процентов, убив всех людей старше 13 лет, не получивших специальную вакцину. Четыре всадника Иоанна прибыли с целью убить выживших людей, но вампиры предложили спасти людей взамен на то, чтобы использовать их в качестве питания.

Некоторые выжившие люди не согласились быть домашним скотом для вампиров и организовали Императорскую армию для борьбы со всеми противниками людей.

▪︎Лунные Демоны - отряды людей, владеющих проклятым оружием с заключённым в оружии демоном.

Совет основателей (Progenitor Council) - это группа прародителей высокого ранга - королей вампиров стран. Главой совета является Урд Гиллес, как Второй основатель и сильнейший (исключая Сайто и Первого Основателя) вампир.


Целями Совета Основателей является обсуждение важных административных вопросов. Так же, основна из их передовых целей - уничтожение Императорской армиии уничтожение любой организации, которая проводит эксперименты над людьми. Они время от времени проводят встречи, чтобы принимать решения и обсуждать важные вопросы. Встреча также может быть проведена из-за чрезвычайной ситуации


Правила вампиров

▪︎Вампирам запрещено вмешиваться в "Серафим конца времен". Нарушения приведут к вечному заключению.

▪︎Вампирам было запрещено вмешиваться в жизнь людей, однако, после Апокалипсиса 2012 это правило было отменено.

▪︎Пить кровь непосредственно из человека разрешено лишь вне столицы.

▪︎Пить кровь другого вампира-это табу и считается аморальным.

▪︎Только дворянам и основателям разрешается превращать человека в вампира.

▪︎Вампиры не могут использовать кровь другого вампира, чтобы превратить человека в вампира. Если они сделают это, и сын, и молодой вампир будут подвергнуты вечному заключению.


Наказания

Солнечная пытка - одно из самых страшных наказаний для вампиров. Используется как пытка.

Вечное заточение - самое страшное вампирское наказание. Заключается в том, что голову вампира отсекают и замуровывают в камне до скончания веков, заставляя наказуемого испытывать вечный голод.


Кроули ЮсфордCrowley Eusford;クローリー・ユースフォード」 — Тринадцатый Основатель общества вампиров (но на самом деле равен по силе Седьмому Основателю)

Лучший друг самого известного педофила в вампирском обществе, крестоносец и просто хороший вампир.Кроули - высокий и мускулистый вампир с широкими плечами. У него есть тёмно-бордовая чёлка и густые брови, в то время как другая часть его волос - тёмно-коричневая. Его длинные волосы держатся в косичках, которые начинаются от плечей, слева от его шеи. У него есть пирсинг в обоих ушах. Как и у всех вампиров, у него красные глаза и заострённые уши.

Так как он прародитель, он не носит стандартную униформу для обычных солдат. Он одевает чёрные сапоги с белыми полосами на пятке и пальцах ног которые достигают его колен. Он надевает белые брюки и белую армейскую рубашку; верхние пуговицы расстёгнуты и показывают его (pecs). У него есть чёрный ремень с цепочкой на правой стороне и ножнами на левой. Он носит чёрный рукав и перчатку на его правой руке. У рукава есть две белые нашивки. У него есть вторая накидка от талии до задней части его коленей. В общем, его облачение показывает рыцаря-крестоносца в 13 веке.

Кроули спокойный и терпеливый вампир, который не прочь подраться с любым оппонентом. Даже когда сражается, он сохраняет спокойствие с приятной улыбкой на лице. Когда Ферид говорит ему, что ему всё равно жив он, или умер, Кроули только мягко и разочаровано смотрит. Во время боя он постоянно восклицает когда/или что-то восхищает его почти с детским любопытством.  Конечно, он демонстрирует понимание сути, замечая как быстро эволюционируют люди и даже делают выводы, что они не смогут сделать этого самостоятельно, что будет значить, что у вампиров есть предатель.Кроули почти всегда находится в компании Семнадцатого Прародителя Хорн Скульд и Семнадцатого Прародителя Чесс Белль.


Прошлое

Кроули был крестоносцем в 13-м веке и считался героем. Раньше он сильно верил в Бога, пока реальность войны не изменила его навсегда. Жестокость реальности, сражений и безнадежность начали убивать его веру в Бога, когда они не получали помощи. Когда его командир погиб, человек, который был достоин выжить, он перестал молиться Богу. Юсфорд видел, как все друзья и товарищи умирают на его глазах, и это стало последней каплей для него. Он полностью потерял надежду, разочаровался в своей вере, что не было никакого Бога, что он когда-нибудь ответит на его молитвы, чтобы дать ему победу. В конце концов он решил, что никто не сможет когда-либо спасти его, и что каждый живёт сам для себя.  Кроули никогда не верил в вампиров, пока Ферид не представил их ему. Только тогда, когда Кроули увидел странное существо, что убило его товарищей, он начал верить, что вампиры реальны. Когда Кроули было 25 лет, он собирался встретиться с его кончиной во время борьбы против вампира, но был спасен кем-то, предположительно Феридом, говоря, что он другой вампир "Микаэла" и, таким образом, не мог умереть. В конце концов он стал благородным вампиром и даже одним из мощных прародителей.  Кроули присоединился к фракции Ферида Батори, потому что он считает, что Ферид всегда делает интересные вещи.

Прочее

▪︎Кажется, что Кроули был назван в честь Алистера Кроули.

▪︎Кроули происходит от английского термина, который означает "дерево ворон".

▪︎Название на гэльском означает потомок жесткого героя.


¤ Курэто Хиираги「Kureto Hīragi;柊 暮人」— Генерал-лейтенант, а позднее генерал Японской Императорской Армии и нынешний глава Семьи Хиираги. Неоднозначная личность.Начальник с прекрасными воинскими навыками. Безжалостный и коварный манипулятор, он без каких-либо колебаний откажется от своих товарищей, если сочтет их бесполезными в этом полном хаоса мире. Он даже допускает мысль о предательстве, если того потребует ситуация. Он рассчитывает на полную лояльность со стороны коллег и подчиненных, отчего всегда уверен в себе, своих планах и поступках.


Весьма амбициозно подходит к уничтожению каждого вампира и верит, что в итоге будет править миром освобожденным от демонов. Для этого он планирует объединить все уцелевшие страны и создать единое государство, где бы все нации жили вместе (настоящая цель всего этого — мировое господство).


Если есть вопросы, то с радостью на них отвечу.Спасибо за прочтение♡


11.Правда

Столько мыслей сразу, а слов не хватает… (Прошлой ночью в Нью-Йорке)


***


      Человек — существо, которое постоянно нуждается в получении новой информации. Ему свойственно анализировать свои поступки, размышлять над той или иной проблемой. Всю жизнь мы гонимся за знаниями, многие делают это смыслом своего существования. Но что, если ты вампир и живёшь практически вечность, «помирая» со скуки? Всё время мира у твоих ног, как же ты им распорядишься? Продолжишь ли бежать? Возможно, но подобная гонка выматывает и истощает. Иногда сознанию нужна перезагрузка. Здесь стоит позавидовать людям — они могут спать.



      Сон — это время тишины и покоя, освобождающее нас от навязчивых мыслей. Бессмертные же могут лишь ненадолго позволить себе такую роскошь, хотя, лежание с закрытыми глазами нельзя назвать полноценным сном, и это угнетает. Кроули, лёжа на диване с прикрытыми глазами, как раз пытался очистить свой разум, чего, к сожалению, не произошло.



«Странное поведение, неслыханная дерзость, почти полное отсутствие страха, боевые навыки на уровне… Подозрительно! Она привела достаточно весомые аргументы на все мои вопросы, но я не могу ей поверить… Не способен узнать, лжёт она мне или нет, ведь сердцебиение всё время оставалось ровным. Но стоит отметить, что это нетипичное поведение меня забавляет. Давненько не встречал таких людишек. Интересно, она знает латынь, раз надпись на часах именно на этом языке? Нужно будет проверить ради интереса… Всё равно не доверяю я этой смертной и буду наблюдать за ней, чтобы узнать истину. Если скотинка окажется шпионом, то отведу на допрос или убью, осушив её юное тело».



***



      Демон умостился рядом с обессилевшей девушкой и осматривал её окровавленную шею и исцарапанную руку. Мужчина безумно хотел начать разговор, но молчал, ковыряя свои ногти, соображая, что сказать. Вначале думал пошутить над юной особой, но, увидев её поникший вид, резко передумал, осознавая всю трудность ситуации. Вай была подавлена из-за случившегося и пыталась собрать мозаику у себя в голове, дабы в следующий раз оказаться в победителях. Но, чтобы составлять планы, нужно не отвлекаться на посторонние вещи, чего у Эрестер не выходило.



— Знаешь, мне кажется, что тебе не очень везёт. — Демон хлопнул себя по коленке и вскинул бровь, пытаясь разрядить обстановку. Однако Вай не оценила его тонкого юмора, но всё же отвлеклась от мыслей и раздражённо взглянула на Молоха.


— О-о-о, какой ты проницательный! Раз такой умный, то, может, дашь нормальный совет? Как закончить задание, если мальчишка постоянно ускользает из моих рук? Как не раскрыть себя, если Кроули Юсфорд, чёртов кровосос, постоянно подозревает меня во всём, а потом, руководствуясь своими домыслами, издевается надо мной? — Вай почти кричала, активно размахивая руками.



      Брюнет, натянув дружелюбную улыбку, встал на колени и склонил голову над лицом смертной, вглядываясь вглубь голубых глаз, которые с некой, едва заметной надеждой смотрели на мужчину.



— Брось, Вайлет. В твоей жизни были ситуации и похуже. Мальчика убить довольно просто, главное — определить его местоположение. Возможно, Тоширо покинул резиденцию Фатеса, а может и нет. Ну, а про вампира скажу лишь одно — он тебе нравится. — От такого заявления серовласая нахмурилась и отрицательно замотала головой. — Не-е-ет? А разве ты не хотела поцеловать этого сильного мужчину?


— Хватит! Сколько можно нести всякий бред? Он лишь часть моего задания.


— Что за вздор! Разве твоё сердце не учащает ритм, когда ты смотришь на него? Ты не хочешь касаться его? Целовать? Ласкать? Отдаться?.. Не чувствуешь возбуждение? Вот его ты точно заинтересовала, но вампир, видимо, такой же тугодум, как и ты. — Хоть речь демона была весьма убедительной, верил в свои слова только он сам.


— Молох, ты эгоист, который хочет получить от меня самую вкусную душу с примесью похоти… Поверь, я понимаю это. Но! Я не хочу волочить остаток своей жизни, сгорая от ненужных мне чувств. К тому же, я ничего к нему не испытываю, — последняя фраза прозвучала скорее как вопрос. — Да и с чего ты взял, что Кроули Юсфорд испытывает человеческие эмоции ко мне? Он бессмертен и прожил не одно столетие, а у вампиров со временем пропадают чувства, остаётся лишь жажда крови. Ну и высокомерие в придачу. Ха, ко всему прочему, о каком сексе может идти речь?! Кроули мёртв, следовательно, его сердце не бьётся, не качает кровь! Он не может возбудиться, и его член не поднимется, даже если буду ходить абсолютно голой. — Алоглазый старался не смеяться над юной особой и над её манерой повествования.


— Откуда такие познания в мужской физиологии, дорогуша?


— Забыл, что подарил мне медицинский учебник, написанный на латыни, дабы я быстрей выучила язык?


— А-ха-ха! Но, не забывай, что я тоже фактически мёртв, однако предаюсь плотским утехам и довольно часто. — Голубоглазая лишь закатила глаза. — Сердце кровь не качает, но некоторые гормоны остались… Скорее дело в гордости вампиров, которые действительно слишком высокомерны, чтобы сношаться со своим скотом! Для них это так же мерзко, как для человека заниматься сексом со свиньей. Ладно, не будем углубляться во всё это… Ха, но я могу рассказать тебе одну истории-ию-ю! Надо же как-то вывести тебя из этого задумчивого состояния. Мне же так не хватает общения!



      Вай скрестила ноги и подпёрла подбородок рукой, предчувствуя долгую и скучную беседу.



— Молчание — знак согласия. Один мой знакомый демон, такой же грешник, как и я, отправился поразвлечься в человеческий мир. Асмодей* не любит шлюх, поэтому выбрал незамужную, но очень похотливую молоденькую девицу. Она жила в стареньком трёхэтажном деревянном доме. Стены в доме были тонкие, соседей было немного. Когда они начали трахаться, пол в спальне провалился, и они вместе с кроватью свалились на этаж ниже, где жила пожилая пара! Ха-ха-ха, так эта бабуся сидела на диване со своим мужем в обнимку, когда кровать упала прямо на их собственную… Представляешь, что случилось дальше? У этой пожилой леди от шока изо рта вывалилась вставная челюсть! Аха-ха-ха-ха-ха-ха! А ещё был случай…



      Эрестер, точно позабыв о мужчине, погрузилась в собственные мысли:



«Что за чушь несёт Молох? Мне даже в голову мысль не приходила о том, чтобы поцеловать Кроули… И сердце моё биться чаще начинается лишь от волнения, что меня раскроют и я проведу остаток своей жизни в тюрьме… Вовсе он мне не нравится… Определённо нет… Никогда и ни за что!»



***



      Комната, в которой сидел Тоширо, была заставлена мебелью из красного дерева, красиво обшитой кожей. На стенах висели разнообразные картины известных художников, рядом с книжными шкафами стояли фарфоровые статуэтки и дорогие на вид вазы. Мальчик сидел на огромном стуле, болтая ногами и держа в руках книгу. Он с неподдельным интересом смотрел на блондинку, что сидела напротив, но когда девушка подняла взгляд и посмотрела на него, Тоши тут же раскраснелся, вызывая улыбку у Миями. Она тихо хихикнула, прикрывая своё лицо книгой, дабы не смутить юнца ещё больше. После произошедшего с Фатесом Кейторо по чистой случайности попал в резиденцию Джиллеса. Но его это ни капельки не смущало, ведь здесь брюнет встретил Итару. Они быстро нашли общий язык. Для девушки ребёнок — маленький друг и отличный собеседник. А для парнишки синеглазая — объект симпатии. Впервые в жизни он испытывал такие чувства при виде девушки. Его маленькое сердечко выпрыгивало из груди, а щёки предательски краснели, когда их взгляды пересекались. Естественно Миями всё прекрасно видела, и это веселило её, в хорошем смысле этого слова.



— Боже, ты такой милый мальчик! — не удержалась юная особа и захохотала.


— Н-нет! И вовсе я не милый, — смущение с лёгкостью читалось на его лице.


— Знаешь, чем-то ты похож на Вайлет! Она хоть и не говорит это напрямую, но точно скрывает своё доброе сердце!


— Ха, мне кажется, что ты очень наивна, Итару.


— Ну точно! Даже интонация схожа. Эх, Вайлети Кейторо… Такая замечательная, пытается найти своего младшего братика…



      Тоши замер, а потом резко сжал кулаки, понимая, о ком идёт речь.



— Она мне не сестра! — он крикнул так громко и неожиданно, что блондинка сжалась в комок, прикрывая руками голову. С полки сами по себе повалились книги, а стёкла в помещении задрожали. Мальчик тяжело дышал, чувствуя волну напряжения по всему телу. Он осознал, что совершил глупость и попытался исправить ситуацию. Подбежав к юной особе и обхватив её за плечи, начал отчаянно просить прощения. Спустя несколько минут Итару пришла в себя и уселась на пуфик, слыша, что за дверью суетливо бегают слуги, пытаясь понять, что произошло.


— …Объясни мне, пожалуйста, что ты сейчас сделал. Почему сказал такие слова?



      Тоширо без лишних вопросов начал свой рассказ, периодически всхлипывая от нахлынувших эмоций. А синеглазая и вовсе разревелась, услышав столь грустную историю. Она узнала правду о Вайлети, и всё встало на свои места…



— Значит, думаешь, что Вай хочет убить тебя? — поглаживая брюнета по голове, спросила блондинка.


— Да, но я не уверен в этом…


— Я поговорю с ней! И если твои предположения окажутся верными, то отговорю её.


— Ха, как ты это сделаешь? Как выйдешь из резиденции Джиллеса? Прекрати, сам с ней разберусь, — Тоши пытался казаться смелым перед девушкой.


— Это ты прекрати геройствовать! Смотри, что ты натворил своими… Эм, своими силами. Я поговорю с Вальдо, и, думаю, он не будет против, если я навещу подругу!


— Глупости, он никогда тебя не послушает! Эх, такая наивная…


— Господь мне поможет!



Любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас.


Евангелие.



***



      Жил был на свете человек. И было у него всё в порядке: бизнес, который приносил хорошую прибыль, жена — красавица и хорошая хозяйка, дети — неглупые и воспитанные. Понемногу сбылось всё, о чем он когда-то мечтал. И мысли о смысле жизни всё чаще посещали его…



— Чего я ещё в жизни не видел? — спросил он себя.


— Правды… — пришёл ответ сам собой.



      И начал он её искать, но нигде не мог не только найти — никто её даже не видел…



      Этот вопрос не давал ему покоя, но ответ ускользал, не давая ему ни одной зацепки. Посетив самые древние библиотеки в разных странах, добившись аудиенции у самых известных мудрецов, потратив много лет и почти все сбережения, пошёл по земле простым паломником. Он шёл день за днем, встречал простых и не очень людей. Везде задавал вопрос, который не давал ему покоя: «Видели ли вы Правду?». Люди пожимали плечами и разводили руками, некоторые посмеивались, но все, выслушав путника, просили: «Увидишь её — расскажешь нам на обратном пути, какая она, Правда».



      И вот однажды набрел усталый старик на дивный храм. Постучался. Дверь открыл монах.



— Я ищу правду, — сказал путник.


— Ты пришёл в нужное тебе место. Она здесь, — к своему удивлению услышал он ответ.



      Тогда он рассказал свою историю и попросил побыстрее его отвести к ней.



      Но монах сказал:



— Хорошо подумай перед тем, как увидеть её.


— Я думал все эти годы. И другого желания у меня нет, — был решительный ответ паломника.



      Его провели в огромный зал, посредине которого стояла накрытая фигура.



— Последний раз даю тебе одуматься и не следовать своей цели. Пойми, когда ты её увидишь, твоя жизнь изменится и назад пути не будет, — сказал монах старцу. Но тот стоял на своём. Тогда монах снял покрывало. Перед ними стояло Нечто… зловонное, грязное, отвратительно-ужасное.



— Ты — Правда?.. — спросил человек.


— Да, я — Правда…


— Но как такое может быть? Нет, это невозможно… — растерявшись, бормотал старик, — Что я скажу людям, которым обещал рассказать о тебе?


— А ты… соври, — тихо сказала Правда.


Примечание к части

*Асмодею подвластна похоть. Он вносит раздор в отношения, покровительствует страстям.




12.Наивность

Преданность бывает хуже подлости, а наивность страшней любого расчёта.


Вера Камша. Отблески Этерны



***


Наивность и простота не верят в обман.


Джудит Макнот. Нечто чудесное.



      В комнатку Вайлети заглянули солнечные лучи, заставляя девушку поморщиться и открыть глаза, уставившись в потолок. Выспаться не удалось — туго перетянутые на правой руке бинты причиняли явный дискомфорт. В комнате раздался сдавленный стон. Эрестер попыталась поднять свою израненную руку, что по началу казалось непосильной задачей: она словно окаменела и стала тяжёлой, а каждое движение причиняло боль. Серовласая сменила тактику и, оперевшись на здоровую руку, приподнялась и аккуратно прислонилась к спинке кровати.



— Ох, выглядит фигово, — хриплым голосом заключила Вай, разглядывая повязку. — Теперь придётся ходить как мумия. Как же чешется! Поскорей бы снять бинты, но, думаю, это произойдёт только вечером…



      Неожиданно дверь отворилась и в комнату ворвался Нит. Он был явно не в духе. Его карие глаза источали негодование и высокомерие, а на лице читалось раздражение и недовольство.



— От тебя столько проблем! Почему ты всё ещё спишь? Рабочий день начался пятнадцать минут назад! Если думаешь, что освобождаешься от своих обязанностей из-за незначительной травмы, то ты ошиблась, милочка! Сегодня твоя очередь подавать кровь аристократам… Бегом вставай и иди в гостиную. Только попробуй опоздать хоть на секунду! — брюнет окинул взглядом сероволосую, затем поспешил удалиться, громко хлопнув дверью. Вай проводила его уставшим взглядом, затем закатила глаза и шумно выдохнула.



«Как можно быть настолько зацикленным на своём превосходстве? Да-а, эгоизм — страшная штука… Моя очередь? Как я могла про это забыть? Совсем замоталась с заданием и своими терзаниями. Ещё и этот высокомерный вампир-садист! Поражаюсь, ведь из-за этой миссии я потихоньку начинаю терять контроль над эмоциями. Мне всегда было плевать на остальных людей, потому что так проще жить. Но сейчас всё иначе, и сей факт крайне напрягает. Я не могу допустить, чтобы под конец моей жизни неожиданные чувства взяли верх над разумом. Не желаю усложнять ситуацию… Возьми себя в руки и закончи задание, а затем покинь ЯИДА, как и планировала… Приди на обрыв, откуда видно глубокое синее море, так и манящее своим лёгким бризом и красотой. А затем отдай свою плату демону за тринадцать лет жизни и прыгни в морскую пучину, навсегда простившись с солнечным светом, свежим ветерком и своей жизнью».



Двадцать минут спустя. Гостиная.



      Эрестер стояла и наблюдала за тремя аристократами, изо всех сил пытаясь не смотреть на Кроули.



— Кроули-сама, самое время отправляться в путь.


— Да, Чесс, ты права, — привычно игривым тоном молвил мужчина, поднимаясь из-за стола.



      Бессмертный не обращал на юную особу никакого внимания при своих приближённых, но вот девушки, наоборот, недовольно глядели в сторону Вай. Ей это не нравилось, да и к тому же Белль успела во время завтрака упомянуть ничтожество скота. Хорн поддерживала синеволосую, как и хозяин дома. Голубоглазая понимала, в чём причина этого разговора, но не показывала недовольства на своём лице. Когда вампирши покинули помещение, девушка всё же кинула мимолётный взгляд на дверь, где встретилась с алыми глазами господина. Внутри горничной всё встрепенулось, а брови невольно нахмурились. Юсфорд загадочно хмыкнул и, развернувшись, ушёл напевая что-то.



«Эгоистичный монстр…»



      Вайлети хотела было направиться в комнату для слуг, чтобы получить новую порцию ругательств и заданий от Нита, но внезапно мужчина сам пришёл к ней, явно чем-то озадаченный.



— Кейторо, к тебе гостья.


— Что? — голубоглазая была в смятении. Вот кого она уж точно не ожидала, так это незваных гостей на задании.


— Итару Миями прямиком из резиденции Второго Основателя с его личного позволения, — холодно кинул парень, искренне завидуя девушке.


— Ладно…



      Эрестер помрачнела ещё больше. В её голове крутился лишь один навязчивый вопрос: «Какого чёрта она сюда припёрлась?». Хотя, внутреннее чутьё подсказывало девушке, что разговор будет не из приятных… Нит привёл Вай в читальный зал. Гостья стояла возле огромной вазы с цветами, непринуждённо глядя в окно. Покидая зал, слуга с силой захлопнул дверь, показывая свою злость. Голубоглазая сделала несколько шагов вперёд и уставилась на блондинку.



— Нам, смертным, нужно помнить основные заповеди: не прелюбодействуй, не убивай, не кради, не лжесвидетельствуй, не пожелай чужого, люби ближнего твоего, как самого себя. У тех, кто нарушил их, ещё есть возможность искупить грехи, чтобы попасть в лучший мир после смерти, Вайлети.



«…Ой, как мне это всё не нравится!»



— Милая, грешников преследует зло, а праведникам воздается добром… Есть время одуматься! — Миями продолжала говорить загадками, но серовласая, кажется, начала догадываться обо всём.


— Боюсь, что мои грехи не исправить… Только не такие! Да и к тому же время так быстро летит, что даже и не заметишь, как за тобой придёт костлявая…


— Так значит, ты не отрицаешь, что солгала мне по поводу брата, имени и других вещей? — взволнованно поинтересовалась Итару, приближаясь к собеседнице.


— Нет, не отрицаю. Но зовут меня Вайлет, и это не ложь. Эх, только не говори мне, что этот маленький поганец попал именно ко Второму Прародителю?! — Эрестер начала выходить из себя. Вся миссия под угрозой срыва, ведь нынешний король вампиров и его владения — очень серьёзная проблема.


— Не говори так об этом милом ребёнке! — воскликнула Миями.


—…Ох, паршивец! Рассказал тебе небось всю правду, раскрыл себя с потрохами и собственноручно приковался к электрическому стулу, который в скором времени убьёт поганца! Это всё равно, что расставлять капканы в лесу и попасть в один из них, зная об опасности! А ты, святая простота, пришла читать МНЕ нравоучения? Или же хочешь отговорить меня от будущих грехов? — серовласая резко прижала ошарашенную синеглазую к стене, ожидая ответа.


— Я-я хочу помочь ему! Прошу не делай того, что ты задумала… Умоляю…


— Заткнись, глупая! Неужели не понимаешь, что, придя сюда, обрекла Тоширо не просто на смерть, а на мучительные страдания? Знаешь, чего я хочу? Расчленить его детское тельце и скормить псам! Теперь я точно сделаю это, хоть мне и приказали доставить мальчишку живым! А всё из-за твоей наивности! — голос Вай походил на дьявольский шёпот, от которого у блондинки тряслись коленки и потели ладони.


— Это сейчас в тебе говорит Сатана… Кто делает грех, тот от Дьявола, потому что сначала Дьявол согрешил. Для сего-то и явился Сын Божий, чтобы разрушить его дела… Так что я верю, что он наставит тебя на путь истинный…


— Ну ты и дура… Некоторых людей нельзя изменить, их исправит разве что могила. Люди охотнее верят в Дьявола, чем в Бога и добро. Не знаю почему… Может быть, разгадка проста: творить зло гораздо легче. А говорить, что человеком овладел Сатана — всё равно, что объявить его невменяемым. Не нужно видеть беса своими глазами, чтобы поверить в его существование. Каждый человек, образно говоря, и есть зло. Просто кто-то в большей, а кто-то в меньшей степени, — Эрестер говорила спокойнее. Но это не означало, что девушка не злилась на Итару, напротив, в голове её крутились плохие мысли по отношению к блондинке.


— Не будь побежден злом, но побеждай зло добром! Ты же не такая, Вайлет. Я же вижу, что в глубине твоей израненной души есть милосердие, а главное доброта! Просто ты боишься показать её! Если так тяжело, то поверь в Бога, и тебе станет лучше!



      Миями отчаянно пыталась переубедить серовласую, но тщетно. Разве можно заставить человека поверить в Бога принудительным путём? Нет, вера — дело добровольное. Но Эрестер ведь не отрицала существование Бога, просто не могла принять его существование. Её точка зрения имеет обоснование: раз Он существует, то почему в мире твориться такое дерьмо? Голубоглазая надеялась исключительно на себя, хоть изредка и обращалась за советом к демону. А Миями, как и большинство людей, отчаянно верит и надеется на Него. Практически каждый хочет получить божественную защиту и помощь, но как только жизнь швыряет в них камни, то былая вера начинает рушиться.



— Знаешь, иногда меня Дьявол искушает поверить в Бога. Но мне не кажется, что от этого все проблемы исчезнут, как страшный сон. Дьявол не просит Бога о помощи, и я не стану. А ты лучше убирайся отсюда и не вставай на моём пути. Поверь, я не пощажу тебя… А Тоширо передай, что его свобода слишком хрупка, и он совершил огромную ошибку, когда отказался от побега со мной… Хотя, думаю, изначально мальчишка был обречён на верную смерть либо от моей руки, либо от рук каких-то чокнутых учёных.



      Голубоглазая отошла на несколько шагов и посмотрела в окно, попутно хватаясь за часы.



— Время… Оно так бесценно, и это начинаешь понимать только тогда, когда осознаёшь, что скоро умрёшь. Такое ни с чем несравнимое чувство то ли растерянности, то ли равнодушия от этого горького осознания. Тик-так… Тик-так! Знаешь, мои часы не прекращают тикать и напоминать о времени. Раздражает, что такие наивные праведники как ты отнимают мои драгоценные секунды на пустую болтовню. Уходи…



      Итару замерла от волнения. По её порозовевшим щекам потекли слёзы. В девичьей груди бешено колотилось сердце, и внутри всё сжималось. Она чувствовала, что не смогла переубедить серовласку… Но, несмотря на это, Миями хотела пожалеть Вай.



— Тебе ведь больно… Так больно! — чувственно говорила синеглазая, робко сжимая кулаки.


— Мне уже давно не больно… Проваливай. — Эрестер злобно глянула в сторону юной особы.



      Блондинка сглотнула и поплелась к выходу. Остановившись у двери, набравшись смелости, сказала:



— Жесткость не сделает тебя сильнее, а равнодушная маска не позволит насладиться жизнью. Не знаю, что у тебя произошло, но чувствую, что сердце твоё наполнено печалью, а душа так и мечется, не зная, как быть… Я надеюсь, что ты образумишься и не станешь в очередной раз грешить, убивая невинную душу. Да, хоть Тоши и не ангел, я знаю, но всё же ребёнок! Дай ему шанс на спокойную жизнь, и тебе тоже дадут шанс на счастье…



      Девушка покинула зал, оставляя Вай в одиночестве. Немного погодя Эрестер подошла к стене и яростно ударила по ней кулаком. Несмотря на обилие бинтов, голубоглазая испытала неприятную пульсирущую боль в области пальцев.



«Шанс на счастье? Ха, не смеши меня… Я сгораю изнутри от ярости. Тоширо — покойник, и плевать на приказ. Он рассказал всё этой глупой девчонке… Значит уничтожу их обоих, и как можно скорее. Нет свидетелей — нет проблем. Больше не буду тратить своё время на бесполезную фигню и проведу оставшиеся два месяца в свободном плавании. Хватит с меня… Планы рушатся, да ещё и этот чёртов монстр…»



      Щёки юной особы покраснели, когда она вспомнила насмешливый взгляд вампира. По телу пробежал лёгкий электрический импульс, распространявший тепло.



— Раздражает… Кроули Юсфорд, ты самая большая проблема в моём задании. Ни эта дурочка, ни глупый мальчишка, ни слуги, ни время, а ты! Высокомерный монстр…



***



— Детектив, а если я скажу вам, что Бог и Дьявол заключили пари? Что они ведут спор за душу каждого человека?


— У вас больное воображение!


— Не смешите меня! Избегать прямых контактов с людьми — вот их правило! Наблюдать на расстоянии, кто же выиграет.


— Ладно, продолжайте. Зачем?


— Кто знает… Может, ради забавы… Неизвестно!


— О, ради забавы? Забавно, когда муж жену до смерти забивает? Забавно, когда мать топит ребенка? И вы считаете, Дьявол во всем виноват, да? Сами люди слишком злы, мистер Константин, вот в чем дело.


— Вы правы. Действительно, от рождения мы способны на ужасные поступки, но порой появляется нечто со стороны и слегка подталкивает нас…


— Что ж, спасибо, что просветили меня. Но я не верю в Дьявола!


— Напрасно… А он в вас верит!


Константин: Повелитель тьмы (Constantine)


▪ Жду ваших оценок и отзывов ~

13.Плата за жизнь

Кто хочет жить, тот должен бороться, а кто в этом мире вечной борьбы не хочет участвовать в драке, тот не заслуживает права на жизнь.


Адольф Гитлер.




***


Вечером того же дня.



      У сероволосой ныли колени. Стоя на четвереньках в коридоре, она уже минут пятнадцать натирала дверцу злосчастной тумбочки. Нит с самодовольной улыбкой, которая вызывала у юной особы отвращение, глядел на страдания Вай, контролируя каждое её движение. Сегодняшний день принёс девушке одни лишь неприятности, и ей от всего сердца хотелось, чтобы он поскорее завершился. Чтоб жгучее солнце село, и на небе появилась огромная луна, успокаивающая своим тусклым светом. Но, видимо, даже небесное светило не сможет помочь голубоглазой крепко заснуть.



— Там ещё грязь, — ткнул пальцем в маленькую щель шатен, щуря свои лукавые глаза.



«Ах, ты ублюдок! Мой рабочий день закончился три часа назад, а ты решил ещё и поиздеваться. Подлый лис, чтоб тебе пусто было!»



— Эх, работай быстрее, а то я уже утомился с тобой возиться! Такая нерасторопная!


— Я…



      Эрестер глубоко вдохнула и резко вскочила. Она кинула тряпку в ведро, из которого тут же полетели брызги, и пронзительно посмотрела на мужчину. Вайлети гордо вскинула голову, а затем, не выдержав, язвительно заявила:



— Вы превышаете свои полномочия, господин начальник. — Нит хотел было возразить, но девушка погрозила ему пальцем, цокая языком. — Я проспала, не спорю, но по правилам вы должны наказать меня ровно на столько, на сколько я опоздала! Ха, да и к тому же скоро начальница выйдет на работу. Прекращайте вести себя так, будто это ваша должность. Вы лишь за-а-ме-е-на-а! — пропела юная особа и, сделав реверанс, направилась в свою комнату, чувствуя на спине прожигающий взгляд. Девушка, по правде говоря, была поражена, что мужчина ничего не ответил ей на такое резкое высказывание. Видимо, сам осознавал свою ошибку, да и к тому же на правду грешно обижаться.



      Голубоглазая плавно открыла дверь в свою скромную комнатушку и застыла на пороге. В помещении творился хаос: многие вещи валялись на полу, включая постельное бельё. Посреди этого бардака, мерно качаясь на стуле, сидел Кроули. Завидев служанку, алоглазый прекратил своё занятие и холодно кинул:



— Дверь закрой.


— Да, господин.



«Нет-нет-нет, ну что этому упырю от меня нужно? Ладно бы только это, но раскидать все мои вещи… Чёрт, я сегодня присяду хоть на секунду?!»



— Я приятно удивлён! Представляешь, ничего не удалось отыскать у тебя, что вызвало бы подозрение. — Вампир уже успел оценить нанесённый им ущерб для Вай. Толстый слой бинтов скрывал бледную кожу и глубокие царапины, что пришлось не по нраву Основателю. Он был бы не против посмотреть на свои старания и в очередной раз задеть смертную своим эгоистичным желанием.


— Я бы очень удивилась, если бы вам удалось найти хоть что-то кроме моих немногочисленных личных вещей, — вяло выдала Эрестер и сделала несколько шагов вперёд.



«А ты что думал, ублюдок, я первый день живу на свете? Ха-ха, прям взяла и положила на самое видное место свой кинжал… Пофиг, как же хочется спать».



— Да-а…


— Мне кажется, или вы не прекратили подозревать меня?


— Нет, ну что ты! Конечно же, я не прекращу этого делать. Кстати, сними повязку, мне любопытно, насколько сильно я тебя покалечил. Если не достаточно, то добавлю.



      Аристократ притянул к себе за руку серовласую и одним движением разорвал бинты. Он без капли сочувствия давил на раны, причиняя смертной боль. Та просто стояла и наблюдала за тем, как над ней продолжают издеваться. В голубых глазах поселилась грусть, и губы скривились от неприятных ощущений. Девушке хотелось отдёрнуть руку, но приходилось терпеть: нельзя проявлять неуважение к хозяину, ведь иначе он может вспылить и натворить дел… Но самое обидное в этой ситуации было то, что отчего-то на душе у Вай было неспокойно. Грудь будто в тиски сковали, и смотреть на монстра совсем не хотелось.



«За что он так со мной? Отчего так неприятно в душе? Хозяин ведь же бездушная тварь! Чему удивляться? Но почему не могу унять эти отвратительные чувства?»



— Macte! * Скотинка, как тебе? — Юсфорд посмотрел в бездонные глаза, и улыбка на его лице куда-то исчезла. По обыкновению холодный, отрешённый взгляд девушки стал потерянным и опечаленным.


— Вы хорошо постарались, господин, — не отрывая взгляда от вампира, спокойно произнесла Вай. Кроули резко отпустил исцарапанную руку и презрительно фыркнул.


— Скучная ты, скотинка.


— Veniam in me.**


— Quod erat demonstrandum.***


— …Вам ещё что-нибудь нужно от меня? — серовласая плавно села на краешек матраса и уставилась в пол.


— Нет! — аристократ направился к выходу в весьма раздражённом состоянии. Смертная неожиданно даже для Кроули вывела его из равновесия. Мужчине было непонятно, отчего у человека такое равнодушие к его персоне. Юсфорд не мог назвать её поведение непочтительным, ведь смертная не грубила. Он также не мог объяснить своё чересчур эмоциональное состояние. Подумаешь, девушка знает латынь и не скрывает этого. Ничего удивительного нет и в её отрешённости… Но монстр надеялся хоть на какое-то сопротивление!


Час спустя.



      К тринадцатому Основателю пришёл слуга и известил его о нападении людей. Вампиру пришлось покинуть свои владения. Эрестер в это время крепко спала, но её безмятежный сон потревожил демон, требующий положенной части души.



— Э-э-э, а разве сегодня? — Вайлети озадаченно почёсывала свои взъерошенные волосы, широко зевая. Её заново перебинтованную руку крепко держал изголодавшийся бессмертный.


— Да-а-а!



      Молох без предупреждения навалился на серовласую и приоткрыл рот, нависая над её огорчённым лицом. Прошло всего мгновение, и зрачки смертной сузились от нестерпимой боли во всём теле. Она старалась не кричать, но вот тихие сдавленные стоны всё же слетали с её уст. Внутри всё пылало! Пальцы юной особы рефлекторно сжались в кулак, а дыхание стало частым и глубоким. Все мышцы свело, и тело бросило в жар, крепко стиснутые зубы неприятно заскрипели. Эта нестерпимая пытка длилась около минуты и приносила наслаждение лишь алоглазому. Его щёки покраснели от удовольствия, и казалось, что брюнет вот-вот зарычит от такой вкуснятины…



      После положенной платы девушка проснулась и отчаянно схватилась за грудь, пытаясь отдышаться. Теперь ей уж точно не заснуть. Голубоглазая мельком посмотрела на настенные часы и резко выдохнула, вставая с кровати.



— Без двадцати полночь… Не буду медлить! Чем быстрее закончу, тем скорее покину этот отвратительный дом.



      Эрестер, несмотря на усталость, решила осуществить затею, которая крутилась у неё в голове ещё с момента уборки на столе у Юсфорда. Помимо протирания вещей и раскладывания по ящичкам бумаг, Вайлет успела рассмотреть старые документы, так удачно попавшиеся ей на глаза. Делала девушка это с огромной осторожностью. Среди бумаг были чертежи особняка Кроули, включая подземный тоннель, ведущий прямо в Сангвинем. Вход находился возле технических помещений первого этажа, но редко использовался. Чем не шанс на быстрое выполнение миссии? Сей план был слишком рискованным, но серовласая не остановилась и, быстро одевшись, направилась ко входу. Хозяина и его спутниц в доме не было, так что вероятность сбежать увеличилась.



      Пробираясь сквозь полумрак, Вай всё же успешно добралась до нужной двери. Ею явно давно не пользовались. Приложив немало усилий, действуя максимально тихо, девушка всё же открыла её. В тоннеле стояла абсолютная темнота, и приходилось пробираться на ощупь, чтоб ненароком не споткнуться о редкие выступы. Из-за застоявшегося воздуха дышать было тяжело, а каждый шорох эхом разносился по всему подземелью. Наконец Вай почувствовала лёгкое дуновение ветерка.



      Попав в Сангвинем, Эрестер тихо перебегала тёмными переулками. В одном из них, убедившись, что стражи нет, голубоглазая остановилась, дабы перевести дух и подумать.



«Нет-нет, не думаю, что они находятся во дворце, скорее в здании, походящем на пристройку к театру… Вальдо Джиллес ведь большой любитель искусства. Изучая досье на вампиров, я также видела планировку города, которую составили, когда захватили его. Думаю, я знаю, куда нужно идти».



      Вайлети резко повернула голову, услышав странный шорох где-то неподалёку. Но, не увидев ни души, продолжила свой путь. Преодолев охрану и попав в нужное строение, серовласая прикрыла глаза, прислушиваясь к собственной интуиции. Позже на её лице появилась зловещая улыбка.



«А я тебя нашла, Тоширо».



      Эрестер бесшумно побежала на второй этаж. Мгновение, и девушка оказалась напротив нужной комнаты, прожигая взглядом ручку двери…



      Тем временем Кейторо стоял возле кровати, дрожа от страха. Он только сейчас почувствовал невероятную энергетику, исходившую от особы, что находилась за дверью.



«Мне страшно… Даже пальцем пошевелить не могу. Она ведь пришла убить меня, но я не хочу! Свобода… Моя долгожданная свобода вот-вот разрушится… Нет… Не надо!»



      Скрипнула дверь, и сердце мальчугана ушло в пятки. Он замер, оцепенел от ужаса, но в какой-то момент, поддавшись волне накатившего адреналина, резко поднял руку вверх, пытаясь воспользоваться своими силами, но ничего… Абсолютно ничего не выходило. Активные взмахи руками юнца даже вызвали улыбку у Вай. Да-а, она была достаточно хорошо осведомлена о его способностях. Необычная сила сходила на нет при сильном испуге, и с этим брюнет ничего не мог поделать.



— Жалкое зрелище, — тихо произнесла она и достала кинжал, рассматривая лезвие.



      Интересно, что же на самом деле чувствует жертва, видя перед собой своего убийцу? Странно, но кто-то испытывает равнодушие. У Вайлети была такая жертва, поразившая её до глубины души. Глаза настолько опустошенные девушка видела впервые и даже не знала, как себя вести… В итоге, пока Эрестер думала, человек умер, оставляя её в неведении… А сейчас сероглазый мальчик смотрел на неё с огромным страхом, но даже за этим сильным чувством ему не удалось скрыть боль.



— Ну и стоило это того, Тоширо? Мимолётная свобода… Хотя, я бы это даже свободой не назвала. — Вай говорила с мальчиком немного надменно, демонстрируя властную сторону своего характера.



      Слёзы непрерывно текли по детским щекам, падая на пол. Кейторо забился в угол и тихо рыдал, понимая, что кричать в данной ситуации бесполезно. Он не надеялся на чудо, и в этом они с девушкой были очень похожи. Оба не верили в Бога и рассчитывали только на себя. Только брюнет пытался выжить, а голубоглазая плыла по течению, зная, что скоро умрёт.



      Шаг за шагом Эрестер добралась до своей жертвы. Вдруг хладнокровный взгляд наполнился сомнением. Перед ней ведь не просто ребёнок, а оружие, созданное алчными людишками. Но отчего же Вай вдруг стало так жаль мальчика? Она и сама не понимала. Тем не менее, остриё уже было приставлено к тонкой шее юнца.



— Остановись! — голос Итару прозвучал, как гром среди ясного неба, и алая кровь плавно стекла по тонкой шее сероглазого.



Иногда нам кажется, что мы знаем о человеке всё. Достаточно повнимательней к нему приглядеться — и нам откроются его тайны, страхи, страдания. Но правда о человеке скрыта от наших глаз, она прячется в одиночестве четырех стен, в тишине позднего вечера.


Януш Вишневский.

Примечание к части

* - Прекрасно!


** - Простите меня.


*** - Что и требовалось доказать.



14.Её фатальная ошибка

Поиски счастья кажутся охотой за призраком. Но может быть, именно в этом заключается его магия? В постоянном поиске, ошибках и разочарованиях? А может, его вовсе не надо искать, потому что оно находит нас само. В самый неожиданный момент. Проникая сквозь несчастье и смерть. Януш Вишневский.

¤¤¤

Убийца мнит, что убивает, Убитый мнит, что пал в крови, — Ни тот и ни другой не знает, Куда ведут пути мои.

¤¤¤

      Багровая кровь испачкала бинты девушки, а лезвие кинжала опустилось вниз, больше не касаясь кожи испуганного до ужаса мальчика. Он сидел и трясся, словно лист на ветру, бормоча что-то себе под нос. Вайлети зло посмотрела в сторону плачущей девушки. Та тихо прикрыла дверь и плюхнулась на колени, тяжело дыша. Итару отчаянно закрыла свой рот ладонями, чтобы не дай бог не закричать от переполняющих её эмоций.

— …Как опрометчиво с твоей стороны прийти сюда в столь неподходящий момент. Я хотела сделать всё быстро, но лишь оставила неглубокую рану на его шее. Эх, из-за тебя Тоширо будет дольше мучиться… Не стыдно? — холодно кинула серовласая в другой конец комнаты.

— Прошу, не делай этого! Он всего лишь ребёнок, — голос смертной предательски дрожал, как и всё тело. Надежда не покидала Итару ни на секунду, а в голове крутилась одна светлая и наивная мысль: «Вайлети передумает!»

— Невинный ребёнок? Ха, убийца он, ничуть не лучше меня. Странно, что ты защищаешь его, несмотря на свою веру в Бога. Не так давно ты читала мне нотации про заповеди и мои страшные грехи. Чем этот мальчик лучше меня? Чем я лучше него? Чем ты лучше нас? Голову сломаешь, не так ли?

Эрестер схватила мальца за подбородок и потянула его вверх, утягивая за собой в центр комнаты. Миями занервничала и резко вскочила, умоляюще смотря в сторону голубоглазой. Зловещая улыбка появилась на лице Вай, когда она направила острый кинжал в сторону сердца своей жертвы. Синеглазая встрепенулась и несдержанно выдохнула, делая робкий шаг вперёд.

— Ну-ну, так не пойдёт. Сделаешь ещё хоть шаг, и я проткну его маленькое сердечко в мгновение ока, — девушка держала ситуацию под контролем, наслаждаясь собственным превосходством и их столь очевидной реакцией.

— …Т-ты ведь ослушалась приказа и получишь за это от начальства, — у Итару начиналась истерика.

— Ха-ха-ха! А ты думаешь, что мне есть дело до этих мерзких людишек, поглощенных алчностью и своими желаниями? Я поступаю так по собственному усмотрению… Оставь эти жалкие попытки спасти его. Понимаешь же, что, находясь здесь, мальчик умрёт. Я уже не вернусь в эту организацию и вполне естественно, если они отправят кого-нибудь другого для выполнения моей миссии. Неужели вступишь в переговоры и с другим солдатом? А что насчёт жалких кровососов? Думаешь, если Тоширо будет здесь, то о его способностях никто не узнает? Не будь дурой!

Эрестер посильнее сжала рукоять и начала медленно приближать лезвие к бешено колотившемуся сердечку. В синих глазах застыл страх перед неизбежной смертью Кейторо…

— Она того стоила, — шепнул брюнет. Рука серовласой мгновенно остановилась, и внутри что-то дрогнуло. — Она того стоила, слышишь! Пусть свобода была и мимолётной, но она сделала мою жизнь лучше! Я… смог насладиться мягкой травой под ногами и прохладным ветром, нежно ласкающим моё тело, — дрожащий голос заставил блондинку с новой силой заплакать, а Вай удивлённо вслушиваться в его искренние слова. — Й-й-я никогда не был невинным, Ити, и не сожалею, ведь иначе бы не смог притронуться к такой манящей свободе! П-прости, прости, прости меня за это! Я ужасный человек и не заслуживаю такого к себе отношения… И спасибо… Спасибо тебе, Ити, за всю ту доброту, которую ты мне подарила за эти дни!

Мальчик ревел, шмыгал носом, крепко сжимал кулаки, ожидая своего конца…

— У-умоляю тебя! Мы ничего и никому не скажем, сохраним твой секрет! Взамен просто позволь ему жить… П-прошу… Я стою перед тобой на коленях… Не говорю о Боге, а взываю к твоей совести… К твоей истерзанной душе!!!

Слова смертной были тихими, но для Вайлети они звучали слишком громко. В сердце будто всадили кол, и в голубых глазах появились жалость и сомнения. Она уже ранила ребёнка… Так близка к завершению своего задания! Но что-то мешает серовласой сделать решающий шаг… что-то в глубине её сознания…

«Ну, чёрт возьми… Что за фигня?»

Из руки Эрестер вывалился кинжал, а крепкая хватка ослабла. Мальчишка кинулся в объятья к ревущей блондинке и прильнул к девичьей груди. «Я идиотка».

— С-спасибо! — сквозь слёзы вымолвила синеглазая и широко улыбнулась, понимая, что не ошиблась в Вай.

 — Почему? Это же доставит тебе кучу проблем, — не веря в происходящее, спросил юнец, поворачиваясь к сероволосой лицом.

— Почему, спрашиваешь? Я сама не знаю… Хотя, мне уже плевать, ведь больше не вернусь к своей предыдущей работе… За тобой придут другие, и уверена, что проблем не оберёшься с этими идиотами… Но это не мои заботы! Если передумаешь жить, я всегда к твоим услугам.

    Впервые за долгое время девушке пришлось так оправдываться за свои ошибки. Её всю колотило от терзаний и противоречивых мыслей, которые вызвал у неё этот ребёнок.

— Я не передумаю и буду жить! Я благодарен тебе за твоё решение и отплачу, чем смогу, только попроси! Вайлети, спасибо…

«Такое невинное лицо… «Спасибо»? Да-а-а, мало чем мне поможет твоя благодарность. Вот что за нерациональный поступок я совершила? Полная дура… Что теперь делать? Ха, сбежать из резиденции Юсфорда? А чем мне потом заниматься?! Не хочу страдать от скуки… Но, оставаясь здесь, я могу крупно влипнуть… Почти на все сто уверена, что они не проговорятся, но риск всё же есть! Блин, ничего понять не могу… Да что за фигня со мной твориться в последнее время?.. Неужели совсем с катушек съехала? Э-эх… Как говорит Молох: «Что не день, то по#бень!». Ладно, нужно убираться отсюда».

  За дверью послышались шаги, и все в комнате нервно дёрнулись… В помещение без стука вошёл стражник, в полной боевой готовности, и хотел было что-то сказать, но буквально испепелился в воздухе… Кейторо наконец-то использовал свои способности, ведь успокоился и сосредоточился.

— Уходи, Вайлети, я помогу тебе! — воодушевлённо сказал брюнет.

«Дожили… Меня спасает какая-то козявка».

— Надеюсь вы понимаете, что всё произошедшее здесь должно остаться в тайне… Я сейчас уйду, но могу и вернуться, если вдруг что-то пойдёт не так…

— Мы оставим всё в тайне…

Эрестер раздражённо выдохнула и, подняв свой кинжал с пола, ринулась вперёд в надежде добраться до дома незамеченной.

«Всё же мы с тобой очень похожи, Вайлет… Раньше я думал, что ты бездушная тварь, но ошибся… Уважаю, ведь ты, убеждённая, что трое могут сохранить секрет, если только двое из них мертвы, всё равно нарушила свои принципы!»

¤¤¤

Счастье столь же парадоксально, как жизнь, и столь же таинственно, как смерть.

¤¤¤

      Молох и Вай сидели в полнейшей тишине, пристально глядя друг на друга. Демон барабанил ногтями по полу и подбирал нужные слова.

— Incredibili dictu! * Вайлет, я даже дар речи потерял…

  Брюнет развёл руки в стороны, демонстрируя своё удивление. Серовласая же печально опустила голову и прикусила нижнюю губу, злясь на саму себя.

— Вроде бы ты не хотела усложнять себе жизнь, а сделала в точности да наоборот. Неужели хочешь проблем на свою задницу? Ха-ха-ха, сомневаюсь, дорогуша. Может, объяснишься?

— Я просто… просто… не понимаю я! Вот так получилось, и теперь не знаю, как быть, — Вай развела руки в стороны.

— Так, ну давай посмотрим. Ты меланхоличная девушка с кучей психологических травм. Мальчишка такой же. Может, пощадила его из-за сходства с собой? Ха, нет-нет-нет! Тогда бы ты никого в этой жизни не убила, ведь почти все в этом гребаном мире, особенно дети, несчастны и душевно больны! Что же это, Вай-ле-ти?

  Алоглазый растянул последнюю фразу, довольствуясь неопределённостью собеседницы.

— Моя глупость…

— Если бы всё было так просто… Это твой приговор!

— Что ты имеешь в виду? — непонимающе спросила Вай.

— Узнаешь, когда придёт время. Я бы на твоём месте сейчас не искал логики в этом поступке, а просто решил, что делать дальше. Понятно, что в ЯИДА возврата нет, но как же твои принципы? Ты же ни разу в жизни не проваливала задание! Ой-ой, не смотри на меня так холодно, дорогуша. Я предлагаю тебе остаться у Юсфорда в подчинении, пока не придёт время умереть. По крайней мере, не помрёшь раньше времени от непомерной скуки…

 Эрестер задумчиво уставилась в пол, пытаясь решить довольно трудную дилемму.

«Чёрт, из-за собственной глупости не могу принять решение. Ах, как же всё просто было до этого задания! Ладно, останусь пока в этом проклятом особняке с хозяином-садистом, дабы не привлекать к себе лишнего внимания. Чую, что Тоширо натворил дел, убив стража… Главное, чтобы меня не заподозрили во всём этом дерьме. Лучше отсижусь тихо в логове монстра, а потом спокойно умру… Ха, спокойно?»

— Хорошо, ты прав… Я остаюсь в доме Кроули Юсфорда, пока не придёт время расстаться с душой, — голубоглазая с грустной улыбкой посмотрела на брюнета. Демон лишь тихо хмыкнул, пристально глядя на юную особу.

«Насладись этим временем, Вайлет… Ведь потом тебя ожидает лишь полное забвение».

¤¤¤ Людская глупость, вообще говоря, сильнее влияет на ход истории, чем людская злоба. ¤¤¤

Утром следующего дня.

      В огромном кабинете за дубовым столом восседал вампир. Он холодно смотрел на своего подчинённого, выслушивая подробности о ночном происшествии. Ему хотелось поскорей закончить разговор, ведь этот неожиданный инцидент порушил все его планы, и блондин был не в духе. Слуга чувствовал недовольство своего господина и изо всех сил старался не испортить его настроение ещё больше.

— Найди свидетелей и допроси. Мне нужно знать, кто устроил сей беспредел в Сангвинеме прямо перед моим носом, — Вальдо недовольно сощурил глаза.

— Да, мой Лорд.

Примечание к части.

* — Невероятно!

15.Падение

Я не обсуждаю других людей,


Они мне просто безразличны.


Нет дела до других идей.


Люди для меня безличны.


¤¤¤


Почти две недели спустя.


      В особняке Юсфорда сегодня с самого утра неспокойно. Мирай полностью поправилась, взялась за свою нелёгкую работу и гоняла всех, чтоб выполнить накопившуюся работу в срок. Уборка в парке была, пожалуй, самой тяжёлой для прислуги. После апокалипсиса многие здания пришли в негодность, и когда Кроули получил этот особняк, то он, мягко говоря, выглядел не очень: пыльная мебель, дыры в потолке, облезлая краска на стенах после дождя, полуразрушенные колонны и заброшенный парк в придачу. Юсфорду не понравилось это место, и он мог бы попытаться оспорить решение Совета дать ему эту территорию. Но пришлось стерпеть, ведь Ферид сейчас находится под «домашним арестом», и нужно было залечь на дно и вести себя тихо.

       За этот небольшой промежуток времени раны Вайлети успели почти полностью затянуться, а она сама сблизилась с аристократом. Поначалу Кроули на дух не переносил Эрестер из-за её холодного отношения и странного поведения, но потом обнаружил, что юная особа — отличный собеседник. Они разговаривали друг с другом довольно часто на разнообразные темы, пока Юсфорд завтракал, или пока серовласая убиралась в его кабинете. Мужчина не переставал обращаться с ней, как со скотом, и продолжал пить её вкусную кровь, когда только пожелал, но тем не менее невольно выделял голубоглазую из остальных: «Хм, она не такой-то уж и отвратительный скот».

      Девушка даже успела поладить с Нитом… Вернее, он сам стал навязываться к ней, находя Вай довольно забавной особой, хоть она почти всегда игнорировала парня. Шатен теперь не был главным и трудился в поте лица наряду с остальными, только вот после его диктатуры никто из слуг не хотел его слушать или разговаривать. Другое дело Эрестер, которой, по мнению Норая, было плевать на его отвратительную персону. Она часто смотрела на коллегу, как на кусок дерьма, но его это очень забавляло.

      Расследование в Сагвинеме продолжалось, но тщетно. Тоширо убил ещё парочку стражников, и это его безрассудство только усугубило и так шаткое положение дел. Вальдо отдал приказ, и его будут выполнять до тех пор, пока не отыщут убийцу. Кейторо и Итару не выходили на связь с серовласой, решив, что девушка может всё же прирезать их без колебаний. Блондинка всё так же пела Джиллесу, в основном солировала, а брюнет был рад её творческим успехам. Сам Тоши пока не завёл себе друзей, ведь толком не понимал, как общаться со сверстниками. Единственной его подругой была Миями, из-за которой юное сердце билось чаще. Сероглазый частенько вспоминал ту ночь, и его бросало в дрожь. Он сразу представлял холодные глаза девушки и всё ещё не понимал, почему она не убила его. В её взгляде даже после милосердного поступка не было доброты или снисхождения, лишь слепая растерянность и злоба на себя.

      А вот с Молохом дела обстояли немного сложнее. Демон стал загадочным и менее разговорчивым, будто бы ожидал чего-то. В общении с Вай проявлял холодность и отстраненность, показывая своим видом недовольство. Сегодня он позволил себе дерзость и забрал огромную часть души голубоглазой, заставляя её несдержанно кричать от боли, а затем лишь громко смеялся над смертной. Она вся дрожала, отчаянно хватаясь за горло. А брюнет тем временем говорил, что она похожа на полудохлую рыбу, которую выбросило на берег во время шторма. Мирай, как увидела Вайлети с трясущимися руками, сказала ей особо не напрягаться и не ходить к вампиру в таком состоянии, чему смертная была чрезвычайно рада.

¤¤¤


Какими люди странными бывают:


Сегодня ценят, завтра убивают,


Сегодня смотрят на тебя с любовью,


А завтра зажимают сильной болью.


¤¤¤


      Мужчина недовольно смотрел на свою коллегу, ритмично топая ногой. Голубоглазая выносила из кладовой длинные щётки и большие железные вёдра. Она поставила весь инвентарь в угол и устало зевнула, вытирая рукой пот со лба.

— Э-эй, женщина! Может, прекратишь меня игнорировать уже? Я же вроде извинялся перед тобой раз сто, а ты который день подряд не обращаешь внимание на меня-я-я! — в голосе Нита проскальзывали нотки безысходности.


— Скажи «спасибо», что не шарахаюсь от тебя, как от прокажённого, — высокомерно кинула Эрестер.

      Тем временем Юсфорд сидел в своём кабинете и чиркал что-то на листе бумаги. Вампир был крайне разочарован, что Вай сегодня не пришла. Ему не терпелось узнать причину, поэтому он отложил документы и поднял взгляд на новенькую, которую сегодня прислали вместо серовласой.

— Где Вайлети? — будто невзначай поинтересовался монстр.


— О-она нехорошо себя чувствует, и начальница заменила Кейторо на меня, — заикаясь, произнесла Мэри, крепко сжав от испуга тряпку.


— О-о-о, вот значит как…

      Юсфорд продолжил заниматься своими делами, пока его чуткий слух не уловил разговор на первом этаже. Он узнал голос Вай и насторожился, услышав также мужской баритон.

— Спасибо огромное за это! — еле выдавил из себя Нит, недовольно хмуря брови.


— Ага, — равнодушно выдала серовласая и взяла в руку ведро.


— «Ага»?! Ты что, издеваешься надо мной?! Нет, я, конечно, знал, что ты необщительная, но чтобы настолько. Пойми, что из всех этих идиотов ты тут самая адекватная, поэтому и хочу с тобой общаться! А ты мне говоришь всё время только «УГУ», «АГА», «ОТВАЛИ»!!!

«Ха, это похоже на скотинку. Видимо, как я и предполагал, у неё совершенно нет друзей».

— Ага, — наслаждаясь ситуацией, повторила девушка.


— Да что с тобой не так?!

      Губы аристократа исказились в едва заметной ухмылке. Всё же их разговор крайне забавлял и отвлекал от монотонной работы.

— Дай-ка подумать… Ну, знаешь, я немного не понимаю, какого ты ждёшь к себе отношения. Эгоизм, тщеславие, высокомерие… Эти компоненты — основная часть твоего отвратительного характера. Норай, пойми, что ты противен всем! Я отношусь к тебе так, как ты этого заслуживаешь. Либо исправляйся… Либо ничего не делай, в любом случае, мне всё равно. — Слова девушки серьёзно задели самолюбие собеседника, а аристократ почесал затылок.

«Ха-ха, Фериду бы понравилось наблюдать за таким разговором…»

— Ясно, — коротко ответил Нит и опустил глаза, словно провинившийся школьник.


— Ну, раз всё разрешилось, то бери щётки и пошли чистить пруд. Начальница сказала, что там творится полнейший хаос. Знаешь же, что господину ой как не нравится сей беспорядок. А если мы не уберём всё это дерьмо, то достанется нам по полной программе. Не стой столбом! Быстрее закончим, быстрее я лягу спать.

      Эрестер хотела было уже двинуться с места, но Норай остановил её.

— А если я перестану быть эгоистом, ты будешь общаться со мной иначе? — тихо спросил мужчина, по-прежнему смотря в пол.

      Ручка в руках Юсфорда разломилась пополам, а сам кровосос неожиданно напрягся. Его зрачки сузились, а зубы крепко сомкнулись.

— Хм, кто знает, — кинула голубоглазая, давая надежду вмиг повеселевшему шатену.

      Кроули недовольно сощурил глаза. Его острый клык проткнул нижнюю губу, из которой тут же полилась алая жидкость, окропляя бумаги. Мужчина заставил горничную нервно сглотнуть и отчаянно ускориться, чтобы поскорее завершить работу. Мери уже успела сто раз проклясть начальницу, по приказу которой она сейчас находится рядом с хищником.

— Я помогу с этим, Вайлети, — взяв инициативу на себя, Нит схватил щётки и направился вперёд.

«Чёрт, ну как же легко им манипулировать. Одним словом — идиот».

      Эрестер устало выдохнула и пошла вслед за кареглазым. Аристократ продолжал сидеть в сгорбленной позе с приставленной к щеке ладонью. Он барабанил когтями по столу, ещё больше пугая бедную горничную.

— Я закончила, — дрогнув, пискнула девушка.


— Свободна, — голос монстра прозвучал как-то устрашающе, и зеленоглазая тут же пулей вылетела из кабинета. — Ха, жалкий скот… Кто он? Конечно же, всего лишь слабое ничтожество, как и все людишки… Высокомерный и алчный, а Вайлет таких терпеть не может… Или может? Чёрт, с каких это пор меня так волнуют разговоры скота! Следует вернуться к работе.

Почти два часа спустя.


      Нит с серовласой сидели на мраморном бортике искусственно вырытого пруда. Их одежда была грязной, а лица — измотанными.

— Этот пруд так засран, что его целый легион рабочих не уберёт! Посмотри на меня, я весь в тине и ещё каком-то дерьме! — Норай был очень огорчён своим внешним видом. Шатен ненавидел грязь и весь извёлся, оттирая заросшие водорослями бортики.


— О-о-о, какой же неженка. Как ты ещё не помер? — Вай широко зевнула и прислонила ладонь ко лбу, довольствуясь прохладой.


— Какая ты злая! Ладно, пошёл я, а то ещё в гостиной нужно прибраться. Ты тут заканчивай без меня… Хотя, сомневаюсь, что это вообще реально!

      Кареглазый уверенно потопал прочь от девушки, тем самым облегчив ей жизнь. Вай была рада, что он ушёл. Шумно выдохнув, голубоглазая встала на бортик и, схватив в руки противную щётку, с усердием продолжила работу.

«Ну и прудище, больше походит на огромный бассейн. Нит прав, здесь придётся долго провозиться…»

      Эрестер всё тёрла и тёрла, хоть и чувствовала себя паршиво. В скором времени голова закружилась, перед глазами поплыли круги. Девушка прижала руки к вискам, бросив щётки на землю.

— Твою ж, что за…

      Ноги подкосились, и юная особа упала в воду, не в силах пошевелиться. Она медленно, но верно шла ко дну, осознавая, что ей пришёл конец. Лёгкие стремительно наполнялись водой, и Эрестер в полной мере прочувствовала эту боль. Внутри всё жгло, как на адском пепелище. Пытаясь сделать вдох, Вай делала себе только больнее. Она была обездвижена, словно парализована, и такое с голубоглазой происходило впервые. Смертная понимала, из-за чего это происходит, но в её положении осознание мало чем поможет…

«Я чувствую дно… Не могу дышать или пошевелиться… Хах, ну что за ирония! Сдохну в грязном пруду, превосходно умея плавать… Молоху это не понравится, ведь он так жаждал поглотить мою душу… Чёрт, сознание покидает меня… Интересно, будет ли кому-то одиноко, если я умру…»

      Серовласая закрыла глаза, понимая, что умирает никому не нужной, и это, оказывается, очень неприятно. Хотя, ей уже давно плевать… Вай ведь знала, что время её ограничено, и ничего с этим поделать нельзя. Сердце смертной почти перестало биться… Серые волосы хаотично опустились на илистое дно, а юбка бесстыдно задралась вверх…

Это конец?

«М-м-м, что же такое холодное прикоснулось к моим губам?»

¤¤¤


Несмотря на страх,


Веки приоткрой.


Что в твоих глазах:


Страсть или покой?

Ощути ладонь


И сожми в руках…


Лед или огонь,


Что в твоих глазах?

Тишину разбавь


Голосом своим…


Не был никогда


Мною так любим.

16.Пустота

Поцелуй мои слёзы губами,


Приласкай своей нежной рукой,


Обними меня крепче душою,


Оставайся навечно со мной.

¤¤¤


      Холодное ощущение на губах переросло в лёгкое щекотание. Вайлети медленно открыла глаза и тут же интуитивно начала выплёвывать воду, громко кашляя. Её дрожащая рука потянулась к горлу и легонько сжала его, чувствуя неприятные ощущения где-то внутри. Зрение постепенно восстановилось, и девушка замерла в немом шоке. Перед ней сидел вампир. Его одежда насквозь промокла, а лицо выражало недовольство или даже злость. Казалось, что он вот-вот набросится на юную особу и разорвёт её на части. От этого сердцебиение ускорилось, дыхание участилось.

— Г-господин? — заикаясь, шепнула смертная. Юсфорд, не слушая и не церемонясь, прижал своей сильной рукой девушку к земле и крепко сжал её горло. С его мокрой чёлки капала вода, падая прямо на бледное и опешившее лицо.


— Что ты вытворяешь, скотинка? Решила умереть без моего разрешения?! — в обычно холодном голосе слышался азарт. Вампира забавляла эта ситуация, хоть поначалу он и злился на девицу, думая, что она добровольно решила покончить с собой.


— Я-я…


— Закрой свой рот! Я же говорил, чтобы ты даже не думала о смерти. Я — твой хозяин, и именно я решаю, что с тобой делать. А сейчас я жутко голоден! Лежи смирно, непослушный скот, — алые глаза прожигали Вай, заставляя беспрекословно подчиняться очередному эгоистичному приказу.

«Он меня спас? Сделал мне искусственное дыхание и вытащил из воды? Ха-ха, этот монстр… Это животное поцеловало меня?! Чёртов ублюдок, да чтоб я сдохла! Не могу пошевелиться… Он правда собирается выпить моей крови, видя, в каком ужасном я состоянии? Не хочу подобного! Кажется, во мне проснулась гордость. Это предел… После покушения на Тоширо я жила словно в прострации. Молох разочаровался во мне и делает всё, чтобы я мучилась. Самолюбивый идиот навязывается ко мне в друзья… А Юсфорд… Он просто выбивает из колеи. Разговаривая с вампиром, я получаю удовольствие, ведь он неплохой собеседник, но вот такое поганое к себе отношение меня злит! Да, я осознаю, что для него лишь скот… Но мне неприятна такая реальность… Странно, что это вообще волнует меня, но всё же! Почему я осталась в проклятом особняке? Почему не убила юнца? Почему общаюсь с высокомерным монстром? Отчего так противна сама мысль о том, что я лишь забавная игрушка? Ха, почему не останавливаю его?.. Почему мне так грустно?»

      От непонимания и обиды сердце болезненно сжалось. Вампир приблизился к тонкой шее, манившей своей бледной кожей и пульсирующей венкой. Клыки заныли от желания вонзиться в тёплую плоть жертвы. Рукой аристократ резко смахнул мокрые серые волосы, дабы не мешали процессу, и облизнул сухие губы, предвкушая столь желанное действо.

— Мне больно, — неосознанно протянула смертная, чем заставила Юсфорда остановиться, а затем отстраниться и удивлённо посмотреть на неё.

      Эрестер по-прежнему лежала и не двигалась, смотря на небо взглядом, наполненным безысходностью и болью. Зрачки Основателя расширились, он не мог оторвать своих алых глаз от девичьего лица. Монстр приоткрыл рот и глубоко вдохнул, ощущая приятный аромат. Только сейчас он был по-особенному пленительным. Кроули не мог больше терпеть, но не стал пить кровь серовласой. Мужчине хотелось притронуться к её влажной щеке, поцарапать её, но он прогнал эту мимолётную мысль и высокомерно произнёс:

— Воняет тиной. Просто отвратительно!

      Клыкастый резко поднялся и молча пошёл прочь. Он вёл себя вполне обычно для вампира, но на самом деле находился в смятении. А Вайлети и вовсе пала духом, ощущая внутри себя самую настоящую опустошённость.

Пустота… Беспощадной жарой опалёно усталое сердце.


Не укрыться в тени… В зное огненном я умираю.


Нет дороги назад, след пустыня песком засыпает…


В пересохших губах крик о помощи… в тысячу герц…


— Солнце сегодня такое жаркое… Ненавижу его…

      Голубоглазая медленно поднялась и, словно безжизненная кукла, направилась в сторону особняка. Слабость одолевала её, не давая здраво мыслить, ноги заплетались, и создавалось ощущение, будто Вай просто пьяна. Радовало только, что больше нет того отвратительного чувства оцепенения. Оно лишало возможности двигаться и мгновенно загоняло в тупик. Ты не можешь пошевелиться, и у тебя начинается самая настоящая паника. Хуже только состояние после того самого оцепенения: в голове будто образовывается воронка, затягивающая все мысли и оставляющая после себя лишь инстинкты. Ты словно живой мертвец идёшь по привычке куда-то, в то время как разум частично отключен. Такое состояние зачастую бывает у очень уставших людей, которые не жалея себя работают и работают, забывая обо всём на свете. Конечно же, это заканчивается плачевно…

      Вайлети даже не думала о своём первом поцелуе, если можно таковым его назвать. По сути, это было лишь искусственное дыхание и не более того. Никаких чувств со стороны девушки и мужчины не было вложено в сей процесс. Всего лишь подача воздуха для спасения жалкой человеческой жизни. Правда, почему Основатель так поступил, для голубоглазой оставалось загадкой. Хотя, был один весьма очевидный вариант — у смертной вкусная кровь, и вампир находит девушку довольно забавной.

— Э-эй, Вай, ты что-то слишком паршиво выглядишь, — не зная, как реагировать на состояние коллеги, неторопливо произнёс Нит, почёсывая затылок.


— Упала. — Норай аж сглотнул от неожиданности. Голос девушки показался ему очень равнодушным, холодным и непроизвольно вызвал дрожь по всему телу.


— Ясно… Ну, ты иди, отдохни, что ли, — мужчина растерялся. Эрестер молча прошла мимо, не удостоив его даже мимолётным взглядом, и направилась в комнату. Серовласая уснула на полу, так и не добравшись до кровати…

¤¤¤

Так просто играем чувствами,


Просто от тоски.


Так просто терзаем души,


Просто от суеты.


Так просто проникаем в головы,


Просто от тишины.


Так просто теряем время,


Просто от нелюбви…


А, что же всё так сложно???


— От Пустоты!!!

¤¤¤


Следующий день. Ближе к полудню.


      Сказать, что Вайлети была расстроена — ничего не сказать. Она была вынуждена прийти сегодня к аристократу, чтобы убрать его кабинет. Вампир по обыкновению сидел за своим столом и пристально наблюдал за горничной, раздражая её не на шутку. Основатель долго думал о своём поступке… задавался вопросом: «Зачем спас обычный скот?» — но не мог найти ответов, поэтому решил, что для осмысления понадобится время. Его алые глаза, казалось, пылали от нестерпимого желания выпить крови. Вчера мужчина обошёлся детской кровью, которая, по правде говоря, не удовлетворила его потребностей в полной мере. А это означает лишь то, что сейчас серовласая — мышка, находящаяся в клетке с опасным хищником.

— Я го-ло-ден, — ухмылка и лёгкий смешок вынудили Вай закрыть глаза и сжать кулаки.

      Её нервы были на пределе. После вчерашнего она еле проснулась, а на завтрак съела аж две порции — одной с ней поделилась Мери, понимая, как тяжко девушке приходится в услужении вампира. Но это не помогло избавиться от слабости и вновь нахлынувших пессимистичных мыслей.

      В мгновение мужчина оказался позади своей служанки и несдержанно дышал ей в спину. Да, он был безумно голоден и намеревался хорошенько откушать. Такой расклад не устраивал юную особу, и она, бросив тряпку на пол, развернулась к вампиру, холодно посмотрев в его алые глаза. Такое дерзкое поведение отчасти нравилось аристократу, хоть и было весьма неожиданным: Вай всегда подчинялась воле монстра. Влажный язык медленно прошёлся по холодным губам — Кроули играл со своей жертвой. По надменному взгляду можно было понять: ты — никто, и это бесило девушку! Да кому вообще понравится подобное отношение?

      Юсфорд, ухмыльнувшись, схватил серовласую за плечо и пододвинул к себе. Такой резкий жест не понравился смертной, и она упёрлась в грудь монстру, зло смотря вглубь его лукавых глаз. Аристократ вцепился в плоть сильнее. Плечо хрустнуло и заныло, но голубоглазая не собиралась показывать, что ей больно.

— И как это понимать? — озадаченно спросил бессмертный, приблизившись к девичьему лицу.


— Я не хочу, чтобы вы пили мою кровь, когда я в таком состоянии, — ледяной тон юной особы ввёл Основателя в ступор.

«Не ожидал от меня такого, да? А что, мне вроде как нечего терять… Молох расстроиться, если умру раньше срока, ведь тогда не сможет забрать мою душу, но ничего страшного! Будет знать, как лезть ко мне и брать больше положенного. Нет, всё же наблюдать за удивлённым личиком этого ублюдка довольно забавно. Его перекошенная гримаса и глаза, выражающие абсолютное непонимание — эта картина смешит меня! Блин, хоть бы не засмеяться вслух!»

      Атмосфера накалялась. В воздухе чувствовалось немое противостояние, и напряжение росло с неимоверной скоростью. Такие разные, но в то же время так близки друг к другу, они не могли отвести глаз. Их связывают лишь «рабочие» отношения и так будет всегда, но всё же: почему смертная и вампир отчаянно пытаются заглушить рвущиеся наружу чувства? Это интерес, или, какое-никакое, влечение? Возможно из-за разницы в социальном статусе или же из-за эгоизма, присущего и ей, и ему? Трудно понять…

— Никто не спрашивал твоего мнения, скотинка.

      Эта фраза прозвучала не так холодно, но всё равно ударила прямиком в сердце Вай, проделывая в нём очередную дыру. Девушка стала более ранимой на последнем задании и очень переживала по этому поводу, ведь излишняя эмоциональность мешает. Вот, например, сейчас ей обидно, что именно этот монстр так прямо говорит, что Эрестер — ничтожество, лишь пища для его вида.

— Хм, я знаю, что для вас лишь источник крови… Тогда зачем вы спасли мою грошовую жизнь? Ха, только не говорите, что просто из жалости! В любой момент могли найти себе замену, но не стали… По-че-му?

      Голубоглазая ехидно улыбнулась, не сдерживая своих эмоций. Да, она решила рискнуть, чтобы раз и навсегда выкинуть ту сцену из головы. Смертная не хотела больше вспоминать то холодное щекотание на губах и сильные руки на её талии, дарящие лишь запретные, но приятные ощущения. Хотелось забыть те еле слышные слова «Ну же, дыши!» и спокойно дожить остаток своей жизни.

      А сердце неумолимо застучало в груди, когда она увидела помрачневшее лицо хозяина. Небрежно стянув со своей ладони зубами белоснежную перчатку, аристократ схватил юную особу за шею и прижал к стене. Непослушные пряди упали на лоб смертной, когда Юсфорд приблизился к постепенно краснеющему лицу. Из уст горничной вылетел сдавленный всхлип, когда часть воздуха покинула лёгкие.

— Не дал умереть? Ха, всё легко исправить, не так ли, Вай-ле-ти?

¤¤¤

Жестока пустота. Суровый холод…


Не нужно ничего… лучше молчи.


Дотла испепелил любовный голод,


И правды не нужны теперь ключи.


Вуаль иллюзий — словно, белый кокон


Всегда спасает только до поры.


Полет печальный бабочки из окон


Кончается задолго до зари.

17.Подозрение

Разные судьбы — вместе никак нам…


Поводом драк — оголенные нервы.


А на душе, едким ядом по ранам —


Чувство потери…


¤¤¤


      Мужчина продолжал издеваться над своей непокорной жертвой, но так и не увидел в голубых глазах даже намёка на мольбы о пощаде. Её пронзительный взгляд был отстранённым, бездушным, но в то же время она будто бросала вызов аристократу — сможет ли он сломать её? От этого внезапного протеста у вампира мгновенно поднялось настроение, а предвкушение неизбежного сводило с ума.

— А ты, как я посмотрю, не собираешься сопротивляться, да и извиняться за свою дерзость тоже… Как опрометчиво!

«А я, как посмотрю, ты, козёл, догадливый».

      Юсфорд улыбнулся, обнажив клыки, и дёрнул свободной рукой за рукав смертной. Ткань, не выдержав такого напора, с треском порвалась, оголяя плечо и часть груди девушки. Ей уже совершенно нечем было дышать, лицо покраснело, но монстр не прекращал душить свою жертву. Юсфорд прищурил глаза, выбирая место, и вцепился клыками в горячую плоть, немного ослабив хватку. Алоглазый безумно желал этого и даже не скрывал довольных полустонов. Но Вай не хотела сдаваться, только не в этот раз. Вампир рушил её гордость, наслаждаясь её кровью, каждый раз будто забирая частичку её души. Она не хотела позволять ему тешить своё самолюбие.

Удар… Удар… Ещё и ещё, но безуспешно…

      Серовласая пыталась оттолкнуть хищника, но он крепко обхватил её за талию и притянул к себе, пресекая все попытки освободиться из его лап. Спустя пару глотков сил просто-напросто не осталось. Вновь ненавистная слабость и намертво стиснутые зубы, но ни одной жалобы… ни одной мольбы не слетело с её уст. Руки смиренно опустились, а голубые глаза, наполненные горечью, медленно закрылись. Серовласая ослабела в объятьях вампира и неосознанно опустила голову на его плечо. Основатель почувствовал это и неохотно оторвался от шеи, полностью одурманенный столь желанной пищей. Его зрачки расширились от удовольствия. Мужчина даже не обратил внимания на испачканную форму и окровавленные губы.

— Ах, просто невообразимое удовольствие.

Пустота… Пересох мой подземный источник.


Не найти сладкой влаги моей изнурённой душе.


Никогда не смогу утолить свою жажду уже…


И на этих бессильных попытках пора ставить точку.


      В комнате воцарилась тишина. Юсфорд перевел взгляд на своё плечо и стал рассматривать безмятежное личико горничной, которая так беспечно оперлась на него. Он и раньше его видел, но сейчас отчего-то напрягся. Кроули прищурился, с интересом вглядываясь в черты лица смертной: слишком бледная кожа, большие мешки под глазами, свидетельствующие о недосыпе и усталости, длинные ресницы, розовые аккуратные губы, приоткрытый рот… Раньше ведь мужчине было плевать на эту девушку, особенно на её внешность — его привлекала лишь кровь и её забавный характер…

— Так раздражает, — прошептал Основатель и аккуратно уложил обессилевшую Вай на диван.

      Его внимание привлек чёрный бюстгальтер, который выглядывал из-под порванной одежды — Юсфорд заигрался. Бессмертный прикрыл это бесстыдство своим плащом и присел на краешек дивана, непрерывно смотря на спящую, заодно пытаясь понять причину своего недовольства.

— И вновь твой характер забавляет меня! Сегодня ты превзошла все мои ожидания. Пыталась сопротивляться, какой прогресс! — с насмешкой говорил вампир, закинув ногу на ногу. Но его наигранная ухмылка быстро исчезла с лица, ведь ответа не последовало, а разговаривать с пустотой аристократ не собирался.

«Ха-ха, неужели ожидал услышать ответ от потерявшего сознание скота? Глупость несусветная… Зачем спас тебя? Хм, ты постоянно об этом спрашивала, будто ожидала услышать какой-то ответ. Я сделал это лишь из прихоти, да и кровь у неё очень вкусная…»

      Пронзительный взгляд вампира переметнулся на оголённый участок плеча серовласой, и мужчина несдержанно сглотнул. Он всё ещё жаждал её крови, но сопротивлялся своему желанию. Холодная рука невесомо дотронулась до тёплой щеки смертной и играючи провела дорожку до выпирающей ключицы. Да, несомненно, Юсфорд едва себя сдерживал, поэтому переключил внимание на часы. «Memento mori» — эта надпись не давала покоя аристократу.

«Почему носишь часы на шее? Значит ли эта надпись хоть что-то для тебя, или же просто очередная девичья безделушка? Нужно будет спросить её об этом, когда очнётся. Правда сомневаюсь, что она ответит мне честно».

      Алоглазый улыбнулся, хотя улыбка больше походила на оскал, а пальцы мужчины обвили шею смертной, легонько сжимая её.

— А если так, то придётся заставить тебя рассказать, скотинка!

      В алых глазах вспыхнул огонёк, не предвещавший ничего хорошего. Мужчине было трудно справиться со своим азартом и животным инстинктом. Вайлети даже не догадывалась, что своими действиями только усилила интерес монстра к собственной персоне. А ведь ей совершенно этого не хотелось. Голубоглазая мечтала спокойно жить в особняке до тех пор, пока не придёт её время, но это простое желание оказалось несбыточным.

      Раздался стук в дверь, и Основатель резко вскочил. На секунду клыкастому показалось, что его застукали за чем-то неприличным, и это вызвало лёгкий смешок. По правде говоря, со стороны сложившаяся ситуация действительно выглядела смешно, ведь он взрослый мужчина, к тому же вампир. Разве может кто-то подобный ему чего-то бояться или стесняться?

— Вот же нелепость… — Кроули отбросил свои странные мысли. — Войдите.

      Дверь неторопливо отворили, и на пороге показалась Мирай. Она быстрым взглядом окинула комнату и грустно посмотрела на свою подопечную. Ей было искренне жаль девушку, именно поэтому начальница всё время пыталась облегчить Вайлети жизнь, но против воли хозяина не попрёшь. Розовласая сделала учтивый поклон и, не поднимая головы, спокойно произнесла:

— Господин, к вам приехал следователь из резиденции Второго Основателя. Он сказал, что хочет задать вам несколько вопросов.


— Хм… Хорошо, я сейчас буду. Прикажи кому-нибудь отнести Вайлет в её комнату, а затем присоединяйся к нашей со следователем беседе. Уверен, что понадобится твоя помощь.


— Да, господин.

Некоторое время спустя.


      В кабинете, где сидели вампиры, царил полумрак. Темные шторы плотно задвинуты, горела лишь пара свечей. Однако мужчинам этого было достаточно. Удобно умостившись в кожаном кресле, они спокойно беседовали. Хотя беседой это назвать было сложно: для Юсфорда разговор не имел какого-либо значения, по правде говоря, ему вообще было плевать на происшествие в столице. Но он не мог сказать об этом личному слуге Вальдо Джиллеса, поэтому просто слушал и кивал, изредка вставляя короткие комментарии. Мирай же с интересом вслушивалась в каждое слово кровососов, пытаясь понять, что же произошло.

— Итак, ваши слуги и скот находились здесь.


— Ох, Ригал, ты же вроде задавал мне этот вопрос! — запрокинув голову назад, молвил Кроули. Хозяину особняка становилось откровенно скучно, и его собеседник это видел.


— Прошу ответьте на мой вопрос, — вновь произнёс он.


— Меня не было в ту ночь здесь, и ты это знаешь. Задай этот вопрос Мирай, она ответственная за всех слуг.

      Розовласая, услышав своё имя, выпрямилась и замерла, понимая, что вампир хочет скинуть весь груз на неё. Хотя Юсфорд прекрасно помнил, что тогда девушка временно не занимала свою должность из-за «болезни». Ну, а чего ещё ожидать от не лишённого эгоизма вампира? Неужели его должен интересовать обычный скот? Нет-нет, исключено!

— Отвечай на вопрос! — алоглазый резко сменил тон и тем самым заставил девушку подпрыгнуть на месте. По его глазам можно было понять — он не настроен разговаривать с простой смертной.


— Н-нет, все были на месте, господин. Я делала обход, как и приказал мне хозяин, но не выявила нарушителей. Единственное, за кого я не могу поручиться, так это за стражников. Не в моей это компетенции…


— Ясно. Что ж, теперь следует поговорить с вашими стражниками.

      Ригал быстро поднялся и направился к выходу. Юсфорд нахмурился; его раздражала такая самодеятельность, пусть и важного, но гостя. Когда они оба покинули комнату, Мирай облегчённо выдохнула:

«Фув, еле отвертелась… Минутку, если так подумать, то я ведь заходила в комнату Вайлети именно в ту ночь, дабы сменить ей повязку. Но там никого не было! Я прождала её около двадцати минут, затем ушла и вернулась к ней только с утра. Час от часу не легче! Неужели это Кейторо убила тех стражников? Нет-нет, этого просто не может быть!»

      Мирай отчаянно сжала кулаки от напряжения. Картинки того дня начали прокручиваться в голове, а затем девушка вспомнила о жестокой расправе над её подопечными… Эрестер сделала это ради себя, но начальница решила, что серовласая поступила так, чтобы помочь ей. Сейчас сомнения поселились в сердце розовласой и буквально разрывали её на кусочки.

«А вдруг это и взаправду сделала Вайлет? Что же мне тогда делать? Как поступить? Рассказать ли правду или промолчать?»

¤¤¤


      Молох лежал на белоснежном полу, широко раскинув руки и ноги. В его алых глазах виднелся азарт, с лица не сходила самодовольная ухмылка. Взъерошенные волосы торчали в разные стороны, тем самым придавая демону весьма забавный вид. Мужчина загадочно пробормотал что-то на латыни и резко вскочил на ноги. Потянувшись, он посмотрел в сторону Эрестер, мирно спящей неподалеку от него.

— Аха! Какая непредсказуемая ситуация! Вайлети, у тебя появилась серьёзная проблема. На этот раз так просто отвертеться не получится. Твоя начальница настолько уважает и преданна Кроули, что готова душу самому Сатане продать, только бы получить похвалу от хозяина, — алоглазый разговаривал сам с собой, негромко, чтобы не разбудить серовласую. Бессмертный с нетерпением ждал, когда она узнает о подозрениях начальницы. Несмотря на разочарование в деле с Тоширо и Итару, брюнет не переставал верить в свою юную хозяйку, которая может быть бессердечной, когда её планы рушатся из-за угрозы от ничтожного человека.

      Последнее время они держались на расстоянии друг от друга. Мужчина так и не поговорил с Вай о первом, как он считал, поцелуе, да и про её безрассудное поведение тоже. Всё из-за их обоюдной обиды. Да-да, демоны тоже могут обижаться, хотя Молох скорее разочаровался в поступках девушки. Голубоглазой же всё просто надоело. Вай была настолько измотана этой круговертью ярких событий, что ей казалось, что она потихоньку сходила с ума. Желание жить временно отключилось, и негативные, суицидальные мысли заняли разум. Была ли Вайлети против смерти от рук кровососа? Ей было всё равно, просто проигрывать ему не хотелось…

— Неужели всё так плохо, Вайлети? Ты сломлена, не так ли? — стоя на коленях рядом со свернувшейся в комочек смертной, тихо спросил брюнет. Он легонько потормошил её волосы и сам себе улыбнулся. — Accidit in puncto, quod non speratur in anno.* Так долго противилась и отвергала любое проявление ласки, мужчин к себе не подпускала… А тут бац — и ненавистный вампир нарушает твоё личное пространство! Не представляешь моё удивление! Я тут, честное слово, замер… Жаль, что ты крепко спишь, а сейчас так хочется задать вопрос: неужели ты и впрямь ничего не почувствовала?

¤¤¤


Жестокость не имеет рамок зла,


Сжигают грань неведомые силы,


А сердце вовремя не погасило


Пожар испепеляющий дотла.

Безжалостью душа заражена,


Деяния рук преступны и циничны,


К мольбам и просьбам совершенно безразличны,


Жестокость к ним глухонема!

Вскормило этот дьявольский порок,


Простое человеческое сердце,


Которое свои раскрыло дверцы,


Впустив однажды на порог.


Примечание к части


* - В один миг случается то, на что не надеешься и годами.

18.Всё решено

Будет ли её решение правильным? Ха, а может, это очередная ошибка?


¤¤¤


      Тяжёлые тучи заволокли небо, не давая даже самому маленькому лучику солнца попасть на землю. В комнате Вайлет стояла полутьма, и девушка даже не думала просыпаться. Прохладный порывистый ветер свистел за окном, предвещая грозу. Когда-то, ещё будучи маленькой девочкой, Эрестер любила дождь. Она обожала рассматривать вместе с матерью стекающие по стеклу капельки воды, прыгать по лужам и наслаждаться запахом после дождя. Но после того, как её бросили посреди дороги перед самым началом ливня, эти светлые воспоминания стали приносить лишь боль, а гроза вызывала у Вай тоску и грусть.

      Мирай сидела на краю кровати своей подопечной, ожидая, когда та проснётся. Розовласой не терпелось задать мучивший её вопрос: «Где ты была в ту ночь?» Тогда всё встало бы на свои места, и не было бы причин для беспокойства. Только если бы девушка узнала правду о голубоглазой, то вряд ли угомонилась бы, и в конце концов её преданность Кроули и жалость к Вай доставили бы последней кучу проблем.

      Начальница провела рукой по непослушным серым локонам. Ей всегда казалось, что волосы будут словно солома. Но теперь, потрогав их, поняла, насколько ошибалась. Пряди шелковистые и приятные на ощупь. Мирай будто нянчилась с маленьким дитём и от осознания этого расплылась в улыбке.

— Ты похожа на ангелочка, когда спишь… Но в жизни такая холодная, — сказав это, кареглазая привстала и начала легонько трясти спящую красавицу за плечи, пытаясь разбудить. Но вместо привычного мычания или возгласов недовольства сонных людей Вай резко вскочила и повалила розовласую на пол.

      В комнате повисла гробовая тишина. Мирай изумлённо всматривалась в лицо Эрестер. Голубые глаза были холодными, словно лёд, серебристые волосы взъерошены, а губы плотно сомкнуты. Казалось, что девушка готова уничтожить любого, отомстив за потревоженный сон. Тело Мирай сковал самый настоящий животный страх, она боялась даже дышать. Сейчас перед ней не тот мирно спящий ребёнок, а хладнокровный убийца, вцепившийся в неё своими ледяными руками, от которого веяло смертью и кровью.

      Сколько же страданий в её глазах. А где-то глубоко внутри сидела маленькая девочка, по-прежнему любящая петь невпопад и кушать пресные мамины блинчики. Тому ребёнку хотелось любви и крепких объятий. Хотелось вновь покататься на качелях и кричать, изображая испуг, чтобы мамочка пожалела и приласкала… Ах, какие же эти воспоминания болезненные! Вай старалась не заглядывать в прошлое, но порой оно само стояло у неё перед глазами. Надеть маску безразличия было самым простым решением, но это лишь видимость спокойствия, ведь внутри всё переворачивалось. Даже когда её душу разбирали по кусочкам, воспоминания никуда не девались, и боль не притуплялась.

— Ми-рай? — невнятно прошептала Вайлети.


— Д-да! — отойдя от шока, кинула девушка, нервно сглотнув.

      Голубоглазая равнодушно поднялась, оглядывая комнату. Рваная одежда соскользнула с плеча и бесшумно упала на пол, оставляя серовласую в одном нижнем белье. Мирай заворожённо осматривала юное тело, поражаясь количеству маленьких ранок на шее, плечах и ключицах. Молоху было запрещено излечивать раны, чему он был не рад, ведь хозяйка должна быть «безупречной». Но, несмотря на это, Эрестер по-прежнему выглядела невинной и притягательной.

— Тебе следует переодеться, — выпалила кареглазая, таращась на подчинённую.

      Серовласая заметила её заинтересованный взгляд и ехидно ухмыльнулась. «Клац» — и застёжка уже расстегнута; лифчик лежит там же, где и изодранное платье. Щеки начальницы залились румянцем. Девушка смущённо отвела взгляд, когда Вай пальцами коснулась трусиков. Хоть они обе являлись девушками, отчего-то розовласая смущалась.

«Такая стеснительная, вот уж неожиданность! А может она нетрадиционной ориентации? Фу-у, только этого не хватало. Аж не по себе становиться лишь от одной этой мысли. В любом случае, надеюсь, она ничего не заподозрит. Подумаешь, повалила на пол, с кем спросонья не бывает? Принесла сменную одежду, разбудила, но не уходит, как обычно… Ей что-то нужно. Настроение, конечно, дерьмо, и нет желания для бесед, но…»

      Эрестер надела сменный комплект одежды и помогла растерянной девушке подняться. Вай быстро объяснила горничной, что это вышло случайно, и извинилась. Мирай понимающе кивнула и, потеребив свой кружевной рукав, начала расспрашивать о той злосчастной ночи:

— У меня к тебе есть несколько вопросов, которые могут показаться немного странными.

«Меня больше интересует завтрак, а не твоя болтовня».

— Почему тебя не было в комнате той ночью, когда произошли убийства в Сангвинеме?

      Вай точно парализовало. На мгновение она растерялась, но не подала виду и быстро взяла себя в руки:

— Мне было очень плохо, я почти до утра просидела в туалете. Или это запрещено?

      Розовласая смутилась, а вот собеседница напряглась, чувствуя, что влипла. Хоть её отмазку можно считать убедительной, Эрестер казалось, что начальница не перестала сомневаться.

— А к чему вопрос? Неужели что-то опять случилось? Ха, или же ты меня подозреваешь в чём-то? — голос смертной был немного жутким, и Мирай чувствовала себя овечкой рядом с голодной волчицей.

«Господи, я не знаю, что и делать. Ноги дрожат, а ведь Вайлети просто смотрит на меня… Проникает прямо в душу! Неужели это была Вай?.. Стоит приглядеть за ней и узнать, врёт ли она».

— Если это всё, то я, пожалуй, пойду завтракать.

      Серовласая вышла из своей комнатушки и, невзирая на слабость, быстро потопала на кухню, в мыслях повторяя: «Вот же дерьмо!» Действительно, зачем девушке лишние проблемы? Ей и так жить осталось меньше двух месяцев.

«Любопытная, сучка… Из-за чего ей это в голову вообще взбрело? Нельзя оставлять её слова без внимания, иначе будут неприятности».

¤¤¤


      Юсфорд не спеша прогуливался по парку. Его красная чёлка колыхалась на ветру, а алые глаза задумчиво рассматривали очищенные от листьев дорожки. Как и подобает хозяину, Кроули осматривал свои владения, заодно проверяя и контролируя работу прислуги. Дойдя до пруда, вампир остановился. В его сознании начали возникать картинки того дня. Мужчина не мог выкинуть произошедшее из головы. Услышав тогда плеск воды, бессмертный решил посмотреть, что за шум, и, увидев тонущую Вайлети, без раздумий нырнул.

      Когда он вытащил юную особу из воды, его ранее бездушные глаза горели от ярости. Кроули подумал, что серовласая захотела покончить с собой, и это выводило его из себя. Она не может умереть без его разрешения! Холодная, почти синяя кожа говорила о том, что нужно действовать быстро. Основатель вместо массажа сердца прильнул к губам смертной, передавая кислород. В первый раз не вышло, и мужчина неожиданно для себя начал волноваться. «Ну же дыши!» — шептал он, а затем вновь и вновь касался бледных губ, пытаясь спасти девушку. Для чего он это делал, сам не понимал. Как бы сильно Юсфорду не нравилась её кровь, всегда можно было найти достойную замену, только вот клыкастый не желал подобного. Каменное сердце кольнуло, а в голове творился полный кавардак. Как только смертная пришла в себя, вампир заметно приободрился, правда затем вновь начал злиться.

      Вспомнив всё это, аристократ усмехнулся. Он вспоминал девичьи синеватые губы и отрешённый, несколько испуганный взгляд.

«Её губы были ледяными, но это не сделало их отвратительными… Ха-ха, я серьёзно думаю об этом?! Чёрт возьми, да что со мной не так? Горничная ведь самая обычная… Жалкий скот… Или не жалкий? Девушка довольна умна, но своенравна, да и к тому же необщительна. Притворяется послушной, хотя её собственная гордость протестует. Неужели так хочет жить? А по ней не скажешь… Интересно, из-за чего она тогда упала? Заболела? Плевать я хотел на её бледную кожу, дрожащие руки и тяжёлое дыхание! Только вот умереть я ей не позволю, кровь уж слишком вкусная».

      Размышляя о Вайлети, Кроули перестал улыбаться и помрачнел, а его зрачки расширились. Он посмотрел на особняк и заметил Мирай, стоявшую в комнате Эрестер. Мужчина отвёл взгляд и молча направился вглубь парка.

Задний двор.


      Нит держал в руках саженец редкого растения, названия которого не помнил. Его нужно было посадить на открытой местности рядом с другими цветами. Вай выкопала лунку и взяла будущий куст из рук коллеги. В кои-то веки они работали в перчатках. Солнышко не выглянуло, так что на улице находиться было очень комфортно. Шатен окинул Эрестер грустным взглядом, замечая последствия вчерашней встречи с хозяином.

— Урод, — несдержанно бросил Норай, и девушка тут же обратила на него внимание.


— Ха, спорим, что ты не скажешь ему это в лицо?


— А ты как будто скажешь! Терпишь все его выходки, но сама от этого страдаешь. Разве это справедливо? — парня действительно задела эта ситуация. Он считал голубоглазую своей подругой, хоть Вай была против дружбы.


— Что такое справедливость в нашем мире, Нит? Молчишь и правильно. Хотя, так было всегда. Сильным покорялись слабые, потому что другого выхода просто-напросто нет. Ты жалок, слаб, ты — обычный смертный. Раз в тебе нет ничего особенного, то будь готов к унижению. Если так подумать, то и среди людей есть подобное распределение. С этим ничего не поделаешь. C'est la vie.*

      Эрестер печально улыбнулась, а Норай сжал кулаки, понимая, что напарница права. Хоть он и эгоист, но к девушке относился намного лучше, чем к остальным. Хотел общаться с ней, невзирая на протест со стороны Вайлет. С чем этот интерес был связан — не ясно. Нит наблюдал, как её серые волосы развивались на ветру, а грязные по локоть руки продолжали грясти землю. Как широкий лоб покрывался морщинками, когда Вай что-то не нравилось… Увидев грязь на щеке девушки, парень плюхнулся на колени и, стянув перчатку, плавно вытер её. Голубоглазая удивлённо посмотрела на него и даже замерла от неожиданности.

— Что ты вытворяешь? — убрав чужую руку от своего лица, прямо поинтересовалась она.


— Ха-ха-ха! Ну и лицо, — шатен расхохотался, а серовласая невольно улыбнулась, подумав, какой он дурачок.

      Но мимолетная улыбка исчезла, когда Эрестер почувствовала на себе чужой взгляд. Боковым зрением она заметила Мирай, стоявшую за углом. В голове мгновенно щёлкнуло, и взгляд похолодел. Теперь даже звонкий голос напарника не мог отвлечь Вай от навязчивых мыслей о том, что за ней наблюдают.

«Так ты всё же не намерена сдаваться… Нельзя допустить ещё одну непростительную ошибку… Я приняла решение…»

      Холодный порыв ветра пронёсся рядом с клумбой цветов. Поднялась пыль, и шатен отвернулся, что не позволило ему увидеть вспыхнувший в голубых глазах огонь, и этот… этот бесчеловечный взгляд…

¤¤¤


Выдох — как убийство мечты,


Цвет белый, покаяние в грехах,


Вдох, светлая реальность нашей темноты,


Книга судьбы моей, теперь в чужих руках…

Примечание к части


* - Такова жизнь.

19.Errando discimus


Когда ты почувствуешь моё тепло,


Посмотри мне в глаза —


Вот где прячутся мои демоны.


Не подходи слишком близко,


Внутри темно.


¤¤¤


      Сегодня стояла просто адская жара, а на небе как назло ни облачка, чтобы хоть ненадолго укрыть землю от палящего солнца. Не спасал даже неугомонный ветер, лишь поднимал пыль. Посаженные Вайлети цветы прижились и уверенно тянулись вверх. Только один слабенький отросток не выдержал такого перепада температуры и совсем поник, уронив свой стебелёк на сырую почву. На улице никого не было — вся прислуга собралась в особняке, в комнате начальницы. Стояла напряжённая атмосфера, а на лицах людей виднелось отчаяние и шок. Некоторые, не в силах сдержать накативший страх и ужас, плакали, остальные тупо смотрели в пол. Серовласая оставалась в стороне и равнодушно наблюдала за всеми.

      Мёртвое тело розовласой висело посреди комнаты. Её пустые карие глаза утратили живой блеск, а распущенные волосы свисали вниз и закрывали часть лица. Кожа посинела, а на шее виднелся след от петли. Предполагаемая причина смерти — самоубийство. Никто не осуждал девушку, ведь в таком мире, не имея семьи или любимого человека, тебя ничто не держит. Хотя на небесах тебе тоже не особо будут рады, но многим казалось, что смерть в любом случае — лучший выход из всех. К тому же от костлявой никуда не деться обычному смертному. Правда Мирай не собиралась на тот свет так скоро, и её знакомые находились в недоумении от произошедшего. Всё ломали голову, зачем кареглазая повесилась, но скорее всего они никогда не получат ответ на этот вопрос.

      Среди толпы стоял хозяин дома, задумчиво оглядывающий труп. Ему было плевать на смертную, единственной проблемой для Кроули являлся поиск нового начальника прислуги. В алых глазах не было ни намёка на скорбь, лишь привычный холод. Осмотрев Мирай с головы до пят, Основатель не увидел признаков насильственной смерти и с облегчением выдохнул — меньше проблем. Мужчина повернул голову в сторону и наткнулся на Вайлети. Девушка стояла, словно столб, и безразлично смотрела прямо в безжизненные глаза умершей. Её сердце билось медленно, а дыхание было размеренным и неглубоким. Спокойная, как удав. Юсфорд несдержанно сглотнул, чувствуя, что его жажда крови всё нарастает. Бессмертный хотел было сделать шаг, но не смог. Голубые глаза смотрели прямо на него… вглубь его тёмной души. Зрачки монстра расширились, а рот приоткрылся, обнажая белоснежные клыки.

«Твои глаза…»

      Во взгляде Вай можно было заметить холодное равнодушие… Но аристократ напрягся, ведь в затягивающей синеве пряталось что-то ещё…

«Тебе действительно плевать на Мирай, Вайлети? Или ты лжёшь… отчаянно лжёшь самой себе…»

— Господин, что прикажете? — к Юсфорду подошёл охранник.


— Уберите труп и освободите комнату от ненужных вещей, — бросил мужчина через плечо, на секунду оторвавшись от юной особы. Когда он вновь взглянул на неё, то увидел лишь её спину.

Несколько часов спустя.


      Серебристые гладкие волосы переливались на солнце, а капельки пота блестели на лбу. Эрестер с усердием подметала дорожки в парке, напевая под нос грустную мелодию. Что случилось с телом Мирай, никто, кроме подчинённых хозяина, не знал, да и незачем. Всех интересовал лишь один единственный вопрос: «Кто будет вместо неё?» Весьма актуальная тема, ведь никто не желал видеть на месте начальника Нита Норая, кроме него самого, естественно. Вай было без разницы, кто какие должности занимает, так что она просто продолжала выполнять свою нелёгкую работу.

— Ах, какое яркое сегодня солнце. Вам, людишкам, вроде нравится тепло, но ты отчего-то такая напряжённая, — с насмешкой пропел монстр, зная, как тяжко приходится голубоглазой.

«Чёртов монстр! Какого хрена он опять припёрся ко мне? Ещё и издеваться вздумал…»

— Да, я просто обожаю солнце, — ловко замахнувшись метлой, прошептала Эрестер и стиснула зубы от злости.


— Ахах, я так и понял, скотинка, — вампиру определённо нравилось нахальство смертной. Он шагнул вперёд и грубо схватил её за запястье. Девушка развернулась и уставилась на своего хозяина, как на врага.


— Вы что-то хотели? — еле сдерживая себя, молвила Вай.

      Основатель ухмыльнулся, глядя в столь притягательные глаза. С минуту они молчали, лишь смотрели друг на друга. Эрестер немного успокоилась, но вновь насторожилась, когда мужская рука коснулась её щеки. Холодные пальцы вампира опустились ниже и остановились прямо на подбородке, приподнимая голову смертной. Кроули наклонился ближе к бледному личику и спросил полушёпотом:

— Неужели тебе действительно плевать на её смерть?

      Вайлети замерла, вглядываясь в кровавые глаза и заворожённо слушая собственное учащённое дыхание.

— …Плевать ли мне на смерть Мирай? — поинтересовалась серовласая будто у самой себя и прикрыла глаза, погрузившись в воспоминания…

      Вайлети тихо ступала по холодной плитке, держа в руке верёвку. Пальцы на ногах замёрзли, а губы посинели. На улице началась сильная гроза, от которой мурашки бежали по коже. Время от времени гремел гром, и казалось, будто стены вибрируют. Вся прислуга разбежалась по своим комнатам, а охрана развлекалась на первом этаже, мучая новых горничных. Они позволяли себе это из-за отсутствия хозяина, который как раз уехал к Седьмому Прародителю вместе с Хорн и Чесс. Стрелки циферблата показывали час ночи. Посмотрев на часы с неким отвращением, девушка отворила дверь. Перешагнув порог комнаты, Вай отпустила ручку, и дверь громко захлопнулась. Лежавшая в кровати розовласая завертелась и начала просыпаться. Что за неосторожность со стороны убийцы? Нет-нет, у Эрестер всё под контролем. Как и ожидалось, кареглазая проснулась. Она посмотрела на дверь и удивлённо шепнула:

— Кто здесь?

      В ответ лишь тишина. Паника начала распространяться по телу начальницы, у неё затряслись колени. Яркая вспышка молнии осветила голубоглазую, и тогда Мирай всё поняла.

— Так это и вправду была ты… Ты убила тех слуг в городе! — медленно сползая с кровати, продолжала шептать девушка.


— Хм… Возможно ты права, а может и нет. В любом случае, их уже не вернуть, смирись. Лучше сейчас тебе подумать о собственной жизни, Мирай, — хладнокровный тон вызвал у розовласой бурю эмоций.


— Ты всегда была такой… Как же я не заметила этого раньше?! Те убийства, жестокость, холодность, отстранённость, равнодушие… Да ты монстр! — давясь горькими слезами, тараторила Мирай, вжимаясь в стену.


— Осознание приходит слишком поздно. Знаешь, говорят, что когда в кровь выбрасывается огромное количество адреналина, то человек начинает лучше соображать. Монстр? Да, так и есть.

      Шаг за шагом Эрестер приближалась к своей жертве. Мирай не кричала — знала, что никто ей не поможет, да и вряд ли услышат. Хоть кареглазая понимала, что обречена на смерть, но сдаваться не собиралась.

— Будь ты проклята, Вайлет Кейторо, — эта фраза вызвала улыбку у серовласой, как и последующие действия Мирай.

      Кареглазая быстро соскочила с кровати и метнулась в сторону, но её попытки сбежать быстро сошли на нет после того, как Вай обхватила розовласую сзади за шею.

— Проклята, да-а-а… Я уже давно проклята, Мирай. Вся моя жизнь — ад. Проклинай, не проклинай, разницы не будет… Что-то хочешь сказать напоследок? — серовласая задала вопрос и терпеливо ждала ответа.


— Я ведь думала, что ты несчастная девочка, нуждающаяся в помощи, — горячие слёзы капали на руки Эрестер, а затем падали на пол, — как же я ошиблась.

      Вайлети, ничего не ответив, резко сломала тонкую шею, не оставив ни единого следа. Этот вид убийства отлично подходит, если хочешь остаться незамеченным, ведь шею можно сломать даже банально споткнувшись и неудачно упав. Но серовласая решила повесить Мирай для пущей уверенности, ведь у людей, избравших петлю, как метод самоубийства, тоже ломается шея. Никаких подозрений или проблем. Закончив своё дело, девушка встала напротив и взглянула в потускневшие глаза. В голубых очах не было сожалений или сочувствия, лишь неизменная пустота. Но присутствовала и боль… боль в сердце.

— Actum est, i licet.*

      Открыв глаза, юная особа вновь столкнулась с властным взглядом и сделала робкий шаг назад.

— Да, господин, мне всё равно.

      Голос смертной дрогнул, а дыхание участилось. Ей было крайне некомфортно находится рядом с монстром.

— Оу, вот значит как.

      Аристократ наклонился прямо к ушку горничной и сладко прошептал: «Плохая девочка». По телу серовласой мгновенно пробежал приятный холодок, и яркий румянец выступил на щеках. Ноги подкосились, а сердце забилось с неимоверной скоростью. Она чувствовала приятный запах одеколона, исходящий от мужчины, и непроизвольно прикусила губу. Кроули отпустил девичий подбородок и, медленно облизнув свои губы, продолжил:

— Cave ne cadas, Vailety.**

      Его тихий баритон и взгляд, который он кинул Вай напоследок, вывели девушку из равновесия. Она плюхнулась на колени и отбросила метлу в сторону, как только Основатель скрылся из виду. Лихорадочно схватившись за сердце, Эрестер затараторила:

— Что за фигня со мной творится… Чёртов монстр, что ты со мной сделал? — голубые глаза стыдливо смотрели вниз, а зрачки ещё больше расширились.

      Тем временем самодовольный вампир заходил в свой особняк в приподнятом настроении. Улыбка не сходила с его лица, а в голове прокручивался образ девушки в мельчайших деталях.

— Arcus nimium tensus rumpitur, скотинка.°

¤¤¤

Жизнь не прощает нас.


Мы не прощаем жизнь.


Жизнь не проходит по судьбе,


Здесь каждый сам по себе.


Сам отвечай и сам решай.


Борись за жизнь — она твоя.

Примечание к части


Название главы - ошибки учат.

* - Дело закончено, можно расходиться.


** - Берегись, чтобы не упасть, Вайлети.


° - Слишком натянутая струна уже лопается.

20.Последняя капля

Неземное моё искушение


Раскалённая лава желания,


Взрыв эмоций в застенках томления,


Отречение от обладания…

Я в тебе растворяюсь дыханием,


Отдаваясь незримым течениям…


В странном мире страстей и желания,


Не предай меня каре забвения!

Ты — погибель моя и спасение,


В тайных недрах души воссиявшее…


Неземное моё искушение,


Мою душу навеки распявшее…


¤¤¤


      Голубоглазая полночи крутилась в кровати, не в силах успокоиться, но всё же усталость взяла верх, и Вай погрузилась в мир сновидений. Правда вместо снов или кошмаров девушка увидела пред собой лукаво улыбающегося Молоха. Его алые глаза светились от радости, ведь Кроули смог задеть за живое его замкнутую в себе хозяйку. Эрестер даже противно стало от такого взгляда, и она прикрыла веки в надежде избежать нежелательного разговора. Но, как и ожидалось, демон не собирался молчать.

— Так-так-так, моя дорогая, холодное сердечко начало оттаивать? — издеваясь, прошептал монстр, хлопая юную особу по коленке.


— О чём это ты говоришь? Ничего такого. Просто этот нахал меня раздражает, вот и всё! Ха, а разве мы с тобой разговариваем? — Вайлети повернулась на бочок, не желая продолжать беседу.


— Аха-ха! Я больше не злюсь на тебя. Убила глупую девчонку, да ещё и таким милым способом — сразу выросла в моих глазах! Но сейчас не об этом речь. Вампир тебя не раздражает, а смущает, и в этом есть разница. Твоё сердечко начинает биться чаще, а щёки так мило краснеют! Дышишь так, словно марафон пробежала, и мысли путаются, как от сильного опьянения… Чем тебе не доказательства? — брюнет выиграл в этом противостоянии. Серовласая, не найдя что возразить, смирилась с доводами бессмертного.

— Даже если и так, то что с того? В конце концов, со мной впервые говорят в таком тоне и делают столь непредсказуемые вещи. Я, как и любая девушка, не имеющая опыт в подобном, растерялась. Нет, Молох, я не нравлюсь Юсфорду, ни капли. В его глазах я — служанка, с которой можно поиграть в свободное время. Не строй иллюзий на этот счёт.

      Слова смертной только вызвали улыбку у алоглазого. Он спокойно лёг рядышком с хозяйкой и смело посмотрел в её голубые глаза.

— Хм, а я не утверждаю, что ты ему нравишься, Вайлети. Я говорю лишь о твоих чувствах, дорогуша. Нравится он тебе, ведь так? — щеки серовласой залились румянцем, а глаза смущённо потупились в пол.


— Нет… Я его на дух не выношу…


— Ха, ты такая врушка, Вайлети, — демон вытянул руку и легонько потормошил волосы собеседницы.


— Заткнись, идиот, — холодно кинула Эрестер и отвернулась, надув щёки, словно обидевшийся ребёнок.

¤¤¤


      Нит хвастался Эрестер о том, что он всё же стал начальником, и уже сотый раз доказывал, что достойней него никого не было и быть не может. Многие слуги были в ужасе от этой печальной новости, но с другой стороны, Норай исправно выполнял свою работу, и у хозяина не было претензий к кареглазому, когда он заменял Мирай. Да и парень пересмотрел своё отношение ко многим вещам после того, как Вай высказала всё о его отвратительном характере прямо ему в лицо.

      Сегодня для девушки наступил долгожданный выходной, который подразумевал полное одиночество, но новоиспечённый начальник неугомонно стучал в дверь юной особы, и ей пришлось встать раньше, чем она планировала, чтобы выслушать парня. Спорить с шатеном — бесполезная идея. К тому же он принёс Вай огромный бутерброд — в честь своеобразного праздника. Грешно отказываться от такого редкого удовольствия, вот серовласая и смирилась с ранним пробуждением; теперь она терпеливо выслушивала Нита, довольствуясь халявной едой.

— Эх, Вай, как хорошо, что выбрали именно меня! Была правда и другая кандидатура — один мерзкий блондинчик с перекошенным лицом! — возмущался парень, зачёсывая волосы назад.


— Угу, — блаженно пережёвывая кусочек огурчика, согласилась собеседница. Хотя сейчас ей было совершенно не до этого.


— Козёл несчастный! В начальники лезть вздумал, не имея опыта и характера. Просто кошмар! Ну, получит у меня — нагружу работой, да так, что без задних ног падать будет.

«Вот блин, его понесло не в ту степь. Столько возмущается, хотя уже достиг всего, чего хотел. Победил, но продолжает выносить мозг. Ненавижу эту черту его характера. Но то, что Нит стал главным, для меня только плюс, ведь, учитывая его ко мне отношение, у меня появился хороший союзник. Если что-то пойдёт не так, Норай сможет мне помочь. Что ж, иногда общение вовсе не вредит! Ах, ещё и халявная еда будет, если надавлю на жалость! Просто за-ме-ча-тель-но».

      Эрестер и кареглазый сидели на краю прудика и общались уже около десяти минут, не замечая, что за ними пристально наблюдают. Кроули стоял чуть поодаль, не в силах оторваться от этой «парочки». Вся его белоснежная форма была в крови, как и уголки рта. Вернувшись с задания, вампир хотел сменить одежду и принять душ, но никак не стоять и смотреть на горничную. Основатель не в первый раз видел их вместе, и это ему явно не нравилось. Раньше недовольство заключалось в том, что оба много болтают… Но, слава Богу, работают. А сейчас всё было немного сложнее — внутри Кроули происходило что-то вовсе непонятное. Видя горничную рядом с самодовольным типом, Юсфорд непроизвольно хмурился, чувствуя нарастающую злость. Ему так и хотелось расчленить парня ни за что. Причины этой агрессии напрягали мужчину. Он не так давно понял, что привязался к голубоглазой и не хочет её с кем-то делить, будь то даже обычная беседа. Всё тщательно проанализировав и сто раз посомневавшись, клыкастый осознал — девушка ему не безразлична, и его к ней тянет не как к источнику крови, а как…

«Этого просто не может быть», — сто раз твердил себе Кроули, пытаясь отдалиться от юной особы как можно дальше, но в итоге вновь и вновь возвращался — потакал своим желаниям. Обуздать их не получилось, а от этого страдала гордость бессмертного: «Я ведь вампир, а она лишь жалкая человечишка! Но она моя… Моя скотинка». Самобичевание пожирало его изнутри, как и проснувшиеся человеческие чувства, от которых не терпелось избавиться, но и отбрасывать их насовсем вовсе не хотелось. Противоречия, словно качели, то сближали вампира с Вай, то отдаляли, и с этим нужно было что-то делать. Нельзя оставлять чувства без внимания. Да, такое случается слишком редко, но случается! Один шанс из тысячи, о котором будешь жалеть, если упустишь.

      Аристократу надоело ждать и сомневаться. Плюнув на всё, он просто подошёл к смертным, надеясь так приглушить свою ревность.

— Разве ты не должен выполнять свои обязанности, скот? — холодно кинул Основатель, даже не смотря в сторону Нита. Он непрерывно оглядывал серовласую, которая вовсе сникла, увидев Юсфорда.


— Извините, господин! Я немедленно приступлю к своим обязанностям, — выпалил шатен, подпрыгнув от неожиданности. Он мельком взглянул на Вай, а затем, поклонившись, ушёл.

      Кроули молча наблюдал за девушкой, которая не удосужила его даже мимолётным взглядом. Голубоглазая неторопливо мотала ногами, страшась поднять голову и увидеть пронзительный взгляд в свою сторону. В голове крутился лишь один смертельно важный на данный момент вопрос: «Когда же он уйдёт?» Минута сменяла минуту, но вампир даже не двинулся. Тогда Вай решила покинуть злосчастное место самостоятельно. Только Эрестер приподнялась и тут же почувствовала давление на плечах. Аристократ плавно обхватил девушку и, придвинувшись достаточно близко к уху, спокойно произнёс:

— Я голоден.

      За этой фразой последовал сильный толчок, и голубоглазая влетела прямо в бортик пруда. Спина нещадно заныла, и Вайлет стиснула зубы, чтобы не завыть от боли. Серые волосы наполовину намокли, а хрупкие руки упёрлись в широкую грудь, но вампиру было всё равно.

— Прекратите, прошу вас, — выдавила из себя юная особа, ощутив мерное дыхание возле своей шеи.


— О-о-о, так ты всё же заметила меня. Видимо, мне нужно поступать именно так, чтобы привлечь твоё внимание! — тон аристократа показался Вай очень странным — не холодный как обычно, а неровный, недовольный.

      Несчастная уже приготовилась к укусу, но в следующее мгновение шокировано открыла рот. Влажный язык мучительно медленно стал водить по бледной коже, вырисовывая непонятные круги. Пальцы смертной вцепились в испачканный плащ, как в спасательный круг.

— Хва-тит, — прерывисто шепнула покрасневшая до ушей горничная, но не получила никакой реакции в ответ.

      Сильные руки обхватили её талию мёртвой хваткой, не оставляя ни единого шанса вырваться из плена. Ожидание укуса сводило с ума, ведь то, что сейчас вытворял монстр, нравилось смертной. Но она этого совершенно не хотела, ведь от таких действий её гордость разлеталась на мелкие кусочки. Нужна была доза боли, чтобы вернуться в реальность. Юсфорд слегка прикусил кожу, и Эрестер тихо застонала, внутри проклиная себя за слабость. А аристократ наслаждался своей властью над беспомощной и жаждал полного подчинения.

— Н-не надо, господин, — закусывая губу, просила юная особа, чувствуя себя очень непривычно. Ей было щекотно, стыдно, но приятно.

      Наконец острые клыки аккуратно прокусили плоть, но вместо привычной боли Вайлети почувствовала эйфорию. Её тело задрожало, а изо рта вырвались тихие, сдержанные стоны. Кислорода критически не хватало, и дыхание из-за этого участилось. В голове мыслей почти не осталось, и впервые Эрестер не хотелось сбегать от бессмертного. Юсфорд же наконец хоть немного утолил свою жажду. На поле боя он пил кровь врагов, но ничто не могло удовлетворить его.

      Кроули почувствовал, что пора заканчивать, иначе голубоглазая умрёт. Трудная задача была выполнена, и мужчина прекратил свою трапезу, неохотно отстраняясь.

      Служанка тяжело дышала и робко смотрела на своего хозяина, не в силах оторвать от него свой взгляд. Она прекрасно видела азарт в глазах хищника и невольно дрожала, медленно покоряясь ему. Девушке хотелось провалиться сквозь землю от стыда; она никогда не чувствовала себя так растеряно, и это пугало. Маленькая капелька девичьей крови сорвалась с уст Основателя, падая на розовые губы смертной.

Это была последняя капля.


      Аристократ чуть наклонился, глядя то в голубые глаза, то на искусанные губы. Его взгляд был туманным, мутным. Кроули мог бесконечно наблюдать за столь невинным лицом, но просто не смог… больше не смог сдержать себя.

      Юсфорд вцепился в губы девушки жадным поцелуем, вводя ту в ступор. Вай пыталась оттолкнуть наглеца, но быстро сдалась, осознавая собственную беспомощность. Его клыки царапали губы Эрестер, а всё из-за того, что она отчаянно пыталась стиснуть их, дабы прекратить всё это. Но натиск со стороны Кроули заставил серовласую покорно расслабить рот и впустить чужой язык…

«Что на него нашло?! Я должна оттолкнуть его… должна сопротивляться… должна… но я не хочу, чтобы он прекращал…»

¤¤¤


А в голове сплошной туман,


Моя душа кричит и бредит,


Нет, если дальше так пойдет,


То непременно крыша съедет.


Александр Андре.

21.Последствия ошибки

В плену греховных наслаждений


Не замечаем иногда


как гаснет яркость впечатлений,


Как загрязняется душа.


¤¤¤


      Вайлети старалась дышать, как можно глубже, чтобы не отключиться от недостатка кислорода, только вот давалось ей это крайне нелегко. Язык монстра исследовал каждый миллиметр миниатюрного ротика: напористо, жёстко, без капельки сочувствия. Кроули знал, что девушка в таких делах — ноль, но всё равно продолжал мучить её. Эрестер уже не могла себя контролировать и тихо постанывала от необычных ощущений. Боль и наслаждение одновременно — самая адская пытка из всех. Только ты хочешь сбежать, скрыться от мук, как тебя с головой окунают в омут блаженства. Такой контраст сводит с ума. Хочется плакать, кричать, сопротивляться, но в то же время полностью отдаться искушению.

— М-м-м…

      Вайлет ещё крепче сжала одежду хозяина, но отталкивать не собиралась — она послушно исполняет его прихоть. Ей больше ничего не остаётся кроме этого. Мужчина сильнее, быстрее, прирождённый убийца, привыкший к подчинению. Непокорность юной особы привлекла Юсфорда, и даже сейчас он знал, что смертная вовсе не желала сдаваться, как и вампир, собственно говоря. Алоглазый ещё крепче стиснул хрупкое тело в своих руках; он вовсе не обнимал, а лишь прижимал к себе жертву, чтобы не сбежала — животные повадки. Основатель чувствовал кровь у себя во рту, и это сносило ему крышу. Но всему есть свой предел. Аристократ осознал, что переборщил, и теперь думал, как правильно поступить. Он же не может неожиданно заявить: «Ты меня привлекаешь, как девушка. Знаю, что звучит безумно, но это правда!»

      Хозяин дома прервал необузданный поцелуй и выпустил серовласую из крепкой хватки. Она ослаблено сползла вниз по бортику и начала глубоко дышать ртом, жадно глотая свежий воздух. Девушка уставилась на ботинки Тринадцатого Основателя, в то время как мужчина глазами изучал нежные девичьи колени, выглянувшие из-под задравшейся юбки. Они оба молчали и не смотрели друг на друга. А о чём им было беседовать? Он бессмертный, считающий людей скотом, а она — человек, призирающий вампиров за их самолюбие и жестокость. То, что сейчас произошло — ошибка, которой не должно было быть…

— Лучше бы занялась работой, а не болтала с кем ни попадя, — низким голосом кинул вампир через плечо, направляясь в сторону своего особняка.

      И вновь у Эрестер куча вопросов, на которые ей никто не собирается отвечать. Снова странные чувства, отрицать которые — бессмысленная затея. Проблемы, связанные лишь с одной персоной, да и только. Но кто мешает Вай сбежать и забыть обо всём? Она могла сделать это давным-давно, но не стала. Почему? Очередной вопрос, который остаётся без ответа…

      Дрожащей рукой девушка легонько коснулась потревоженных губ и провела по ним пальцами. Во рту чувствовался металлический привкус собственной крови, а исцарапанный язык неприятно пощипывал. Ощущения были довольно странные, но приятные… Вернее, телу хорошо, а сознанию плохо.

— Ну и что это было, чёрт возьми? — спросила девушка саму себя, подняв глаза в голубое небо. Но даже эта необъятная синева не могла успокоить её. Сердце всё никак не затихало, из ранок от клыков сочилась алая кровь, стекающая на грудь и оставляющая красные следы на коже. Тело до сих пор пробирала лёгкая дрожь — последствие мучительной пытки.

Вай уже поздно строить план побега — она раз и навсегда приковала себя к несносному вампиру… Вернее, так распорядилась непредсказуемая судьба.

      Тем временем аристократ уже подошёл к своему кабинету и с силой распахнул дубовую дверь, чуть ли не снося её с петель. Внутри всё кипело, и не понятно: то ли от злости, то ли от разочарования в самом себе. Он позволил себе сорваться, а это просто непростительно. Увидев хозяина в плохом настроении, Мэри аж передёрнуло. Она понимала, что может попасть под горячую руку, но продолжала уборку, стараясь не выдавать свой страх. Её руки дрожали, а глаза нервно бегали по книжным полкам. Вампир не сразу заметил горничную, но увидев её, хищно облизал свои губы и мгновенно приблизился к смертной. Он, не медля ни секунды, вцепился клыками в шею и начал жадно глотать кровь.

— А-а-а, — не выдержав такой адской боли, закричала служанка, но аристократ грубо закрыл ей рот рукой.

      Как бы сильно она не противилась, но выбраться так и не смогла. Почти полностью осушенное тело обмякло в мужских руках. Девушка быстро отмучилась. В уже безжизненных глазах больше не было страха и слёз, лишь неизменная пустота. Алоглазый разжал руки, и тело с грохотом упало на пол. Он холодно взглянул на труп, а затем, стянув с себя испачканный плащ, сел в своё кресло, закинув ноги на стол.

«Что за невыносимая девчонка! Эти срывы только из-за неё… А всё потому, что я жажду всё больше и больше, только вот Вайлети совершенно этого не понимает. Глупая… такая глупая…»

Сангвинем.


      Тусклый свет фонарей освещал немноголюдные улочки, где обычно мало кто ходил, особенно по вечерам. Возле огромного подземного дворца была улица пошире и намного светлее — там и собирались подростки. Они общались, ругались, порой дрались, но никто в их разборки не вмешивался. По этой самой улице любили гулять Тоширо и Итару, чем они, собственно говоря, сейчас и занимались. Но речь сейчас не о них, а о хрупкой синевласой девушке, мирно сидящей на витой лавочке. Вид у неё был серьёзный. Она что-то рисовала у себя в альбоме. Сразу можно было сказать, что девушка — настоящий талант. Выражать чувства человека в произведениях живописи не каждому дано, а у юной особы это отлично выходило: лица детей были настолько живыми, что создавалось ощущение, будто это вовсе не картина, нарисованная карандашом, а фотография.

      Болотные глаза* замерли, увидев неподалёку следователя. Он которую неделю подряд вертится здесь. Рыжеволосый всё ещё опрашивал скот, дабы найти свидетелей тех убийств. Каждый раз, когда Осана видела Ригала, её сердце пропускало несколько ударов. Почему? Всё просто: она — свидетель. В ту ночь именно синевласая заметила Вайлет на улице, но вовремя скрылась. Эрестер тогда не почудилось. Почему же смертная не рассказывает о том, что видела? Она сама не знала. Скорее всего из-за страха и сомнений, ведь ей очень не хотелось сдавать серовласую.

«Нет-нет, нужно тихо встать и уйти прочь, тем более кровосос не обращает на меня никакого внимания».

      Осана спокойно поднялась и побрела в противоположную от вампира сторону. Её сердце стучало очень быстро, а ноги подкашивались — страх всё нарастал. Вскоре шаг перешёл в бег — весьма необдуманный поступок. В один момент ноги заплелись, и синевласая свалилась, а её красивые рисунки разлетелись по дороге. Из носа пошла кровь — переизбыток эмоций, а не травма.

— Господи, как же ты так умудрилась, дорогая? — приятный девичий голос немного успокоил художницу, и она отважилась поднять голову. Перед ней возник образ обаятельной блондинки с большими синими глазами.


— Эй, за тобой прям не угнаться, — кинул сероглазый мальчишка, подбежавший к девушкам.


— Ах, Тоши, нужно помочь ей подняться и собрать рисунки, — улыбка не сходила с бледного лица. Осана с радостью приняла протянутую ей руку помощи.


— С-спасибо…

¤¤¤


      Курето стоял возле настежь открытого окна. Равнодушно глядя на закат, мужчина размышлял о задании Вайлети Эрестер. Хиираги заподозрил неладное и хотел убедиться в своей правоте. Он просто не мог проиграть. С самого детства старался быть лучшим во всём и безжалостно шагал по головам ради достижения своих целей. Семья для него — источник средств, знаний, власти, но уж точно не любви. Отец был занят только работой, бесчеловечными экспериментами и удовлетворением своих прихотей. Для него сын — преемник и отличное оружие.

      Курето жаждал занять место Тенри и даже не скрывал этого. Начальник с прекрасными воинскими навыками. Безжалостный и коварный манипулятор, он без каких-либо колебаний откажется от своих товарищей, если сочтёт их бесполезными. Он даже допускает мысль о предательстве, если того потребует ситуация. Он рассчитывает на полную лояльность со стороны коллег и подчиненных, отчего всегда уверен в себе, своих планах и поступках. Это фатальная ошибка. Человек не может знать всего наперёд и самоуверенность в данном случае — губительная черта характера.

— Господин Курето, мы так и не смогли связаться с Эрестер. Смею предположить, что девушка либо мертва, либо до сих пор не может найти цель. Что прикажете делать? — поинтересовался зашедший подчинённый.


— Хм, как обстоят дела с объектом 732?


— Испытания прошли успешно. Нет побочных эффектов, все показатели даже выше, чем мы ожидали. Скажу больше — это наше величайшее достижение! Несомненно, лучший из всех предыдущих.


— Это хорошо, продолжайте в том же духе. Что касается Вайлети Эрестер, то тут я с тобой не соглашусь. Человек, который убивал людей и монстров в огромном количестве, не мог умереть так просто. Думаю, что она предала нас. Свяжись со шпионом и передай следующий приказ: цель уничтожить — больше нет в нём необходимости, как и в Эрестер, — сказал мужчина тоном, не терпящим пререканий.


— Вас понял.

¤¤¤


Случайно ничего не происходит…


Есть тайный смысл законов бытия.


Написано: кто ищет, тот находит,


И кто стучит, тому и отворят.


Случайно ничего не происходит…


Вся жизнь — большая книга перемен.


Кто ищет, свою жизнь в трудах проводит


И ничего не требует взамен.


Случайности у жизни не бывает…


В судьбу свою ты верь или не верь,


Но, коль на стук тебе не открывают,


То громко ли стучишь и в ту ли дверь?


Случайно ничего не происходит…


Случайно повстречались, разошлись?


И если что теряем и находим,


То из таких случайностей вся жизнь…

Примечание к части


* - Редким и необычным считается болотный цвет глаз. Это как бы переходный цвет между зеленым и коричневым. Если цвет радужки представляет собой нечто среднее между зеленым, коричневым и серым, значит, перед вами человек, у которого болотный цвет глаз.

22.Падение в пропасть


Я не хочу расстраивать тебя,


Но я в тисках ада.


Все-таки, это всё для тебя,


Я не хочу скрывать истину…


¤¤¤


      Осана завороженно наблюдала за Миями, её жестами и каждый раз, замечая на себе взгляд блондинки, смущенно улыбалась. Она чувствовала тот свет и доброту, что исходили от девушки, и ей хотелось слушать Итару ещё и ещё.

      Пока девушки мило беседовали, Тоши собирал с пола рисунки, с интересом разглядывая каждый из них и не переставая удивляться их количеству. Взяв в руки последний листок, мальчик вздрогнул. Он долго всматривался в набросок, затем ринулся к Миями и стал тыкать рисунком ей в лицо.

— Эй, что ты делаешь?.. — синеглазая выхватила бумагу из рук брюнета и непонимающе уставилась на него. Мальчик подошел к ней и, взяв за руку, развернул набросок так, чтоб Итару могла его видеть. Миями мельком взглянула на него, посмотрела на Кейторо, затем снова перевела взгляд на набросок, открыв рот в немом вопросе. Девушка на рисунке, пусть и незаконченном, выглядела точь-в-точь, как Вайлет.

— Что-то не так? — поинтересовалась синевласая, удивлённо наблюдая за новыми знакомыми.


— Не могла бы ты рассказать, что это за рисунок? — Итару развернула лист к болотноглазой, и та нервно сглотнула, попятилась назад.


— Эй! — Тоширо шагнул ей навстречу, но девушка пошатнулась и, схватившись за голову, опустилась на колени. Ребята поспешили к ней.


— Т-ты чего? — Миями взяла её за плечи.

      Девушка совсем ослабла. Все звуки для неё были где-то далеко. На тело нахлынула волна слабости.


— Да она от голода в обморок свалилась! Посмотри, какая бледная… — Тоши помог Итару уложить Осану на лавочку.


— Нельзя её так оставлять.


— Конечно.

¤¤¤


      Последнее время в особняке Юсфорда царило спокойствие. Не было ни убийств, ни других страшных происшествий. Вся прислуга слаженно работала, решая мелкие бытовые проблемы. Нит исправно выполнял свои обязанности, но даже он не мог помочь Вайлет — ей по-прежнему приходилось прислуживать хозяину во время приёма гостей. Хотя их и гостями-то не назовёшь — эти особы вели себя, словно у себя дома.

— Эй, разве ферзь стоял здесь? — непонимающе поинтересовалась Чесс, пальчиком раскачивая шахматную фигуру.


— Да, он был именно на этом месте. Не пытайся свалить свой проигрыш на меня! — самодовольно парировала блондинка.

      Аристократки играли в шахматы уже второй час подряд, болтая между ходами с Кроули, который увлечённо изучал присланные ему от других вампиров отчёты. Он часто улыбался, видя, как Хорн в который раз обыгрывает свою соперницу. Хотя, если так подумать, то синевласая никогда не выигрывала, но упорно пыталась вырвать победу. Пока вампиры развлекались, серовласая стояла с подносом в руках, неотрывно глядя в пол. Девушка была крайне расстроена — после того как она принесла кровь, хозяин не отпустил её. Мужчина ведь знал, что голубоглазой нелегко сейчас, но делал вид, что ему до этого нет дела.

— Эй, налей-ка мне ещё крови, — высокомерно кинула Хорн, делая последний ход в партии. Шах и мат. На её бледном лице заиграла надменная ухмылка, вызвавшая у Основателя смешок.

«Боже, если ты есть, сделай так, чтобы эти мерзкие сучки сгорели заживо, корчась от боли… Хотя стоит ли мне рассчитывать на подобный подарок судьбы? Наверное, перед смертью я сама займусь этим вопросом, как обычно — полагаясь лишь на себя».

      Вай спокойно взяла графин и приблизилась к «юной» особе. Алая кровь, струясь, заполнила хрустальный бокал. Красные, бездушный глаза зловеще сверкали, а взгляд не предвещал ничего хорошего. Вай чувствовала, что за каждым её движением наблюдают, но оставалась невозмутимой. Выполнив то, что ей приказали, она уже хотела вернуться на прежнее место, но в этот момент вампирша, улыбнувшись, выставила ногу вперёд. Вайлет заметила это и сделала шаг назад, чтоб устоять, но запуталась в юбке и, выпустив поднос из рук, феерично полетела вниз. Цыкнув, серовласая зажмурилась, готовясь к болезненному приземлению. Но вместо твёрдого пола Вай уткнулась в мужскую грудь — хозяин моментально оказался позади неё и нежно притянул её к себе. План Хорн с треском провалился. В зале воцарилась тишина, только человеческое сердце бешено колотилось в груди.

      Вай подняла голову и посмотрела на вампира. На мгновение всё прочее для неё перестало существовать. Время будто остановилось. Зачем она взглянула на вампира, сама толком-то и не понимала. Девушка застыла от недоумения… Она ожидала увидеть грозный или до боли знакомый, насмешливый взгляд, но сейчас в глазах Кроули была такая непривычная теплота. Её ладони вспотели, а дыхание сбилось, словно от быстрого бега. Щёки покрылись едва заметным румянцем, а талия, за которую мужчина столь крепко схватил девушку, покалывала.

— Изви-ните, — сглотнув, пролепетала серовласая, пытаясь вырваться из лап вампира.


— О-о-о, Кроули-сама, до чего в последнее время у вас неаккуратная прислуга. Ха, хотя чего ещё ожидать от скота. Могу посоветовать…


— Думаю, вам пора идти, — приказной тон ввёл дам в ступор.

      Раздражённый взгляд Основателя устремился прямо на Чесс; синевласая тут же нервно улыбнулась и, пробормотав что-то непонятное, засеменила к выходу, таща за собой блондинку. После ухода боле нежеланных гостей, Вай и Юсфорд остались наедине.

— Я… мне нужно идти, — смертная попыталась встать, но вампир с силой притянул её к себе, усаживаясь между бёдер горничной, тем самым вгоняя ту в краску.


— Разве? — полушёпот звучал немного зловеще и не предвещал ничего хорошего.

      Вайлет перевела свой печальный взгляд на монстра, не скрывая растерянности. Ей уже некуда бежать, так что оставалось лишь проиграть затянувшееся сражение. Девушке не были противны прикосновения бессмертного, как и его баритон, вечно меняющий интонацию, его хищные глаза и необузданные животные повадки. Серовласая привыкла к этому всему, но только не к собственным ощущениям. Она никак не могла признать тот факт, что влюбляется в своего мучителя, как и он в обычную смертную. Вся эта ситуация казалась немыслимой, ведь хищник не может влюбиться в жертву, пойти против своей природы.

      Кроули напрягся и сильнее прижал к себе Эрестер, когда она приблизилась к его лицу, аккуратно дотрагиваясь своей ладошкой до его щеки. Основатель с интересом наблюдал за служанкой, в тайне наслаждаясь столь невинными прикосновениями. Голубые глаза скользили по тонким губам, бледной коже. Заметив острый клык, Вайлет тихо выдохнула, вспомнив ту сладострастную дрожь во всём теле от нежного укуса. Она хотела повторить эту незабываемую пытку, чтобы вновь окунуться в безмятежную реку наслаждений.


— Господин, вы делаете странные вещи… Меня это пугает, — её голос был очень тихим, ведь слова вырвались непроизвольно.

      Монстр ехидно улыбнулся и зарылся одной рукой в девичьих волосах, прижимая хрупкое тело к себе. Он чувствовал бешеное сердцебиение и лёгкую дрожь, исходящую от живого существа, и это Кроули нравилось. Юсфорд понимал, что всё-таки добился своего. Эрестер осознала, что всё происходящее не игра, а довольно серьёзные действия со стороны вампира, от которых никуда не денешься. Из обычного скота Вай стала для аристократа незаменимым человеком…

— А как ты думаешь, кто в этом виноват? — поинтересовался Юсфорд, смотря прямо в столь затягивающие очи. Его уверенность немного пугала, но она же и манила, как магнит. Робость, усталость, боль — всё как рукой сняло! Сейчас хотелось лишь одного: вцепиться в губы несносному мерзавцу, дать сдачи! Расстояние сокращалось, а вампир всё крепче обнимал её. Когда между их губами оставались считанные миллиметры, Эрестер прошептала:


— Только я?

      Эти слова стали последней каплей для изголодавшегося монстра. Кроули вцепился в сладостные губы так сильно, что у опешившей девушки вырвался стон. На этот раз она не сопротивлялась и не подчинялась, а делала то, чего так давно желала. Их отношения перешли на новый уровень, ведь чувства невозможно скрыть даже за тысячей замков, но…

Так началось её падение…падение на самое дно тёмной бездны… Именно в этот момент Вайлети окончательно подписала себе смертный приговор…

¤¤¤


Твои глаза сияют так ярко,


Я хочу сохранить их свет.


Я не могу сбежать,


Пока ты не покажешь мне как.

23.Откровение

Время бежит слишком быстро. Его не остановить, не вернуть. Жизнь Вайлети не вечна, и она об этом помнит… Хотя такое невозможно забыть, вечно слушая тиканье часов…

Тик-так… Тик-так… Тик-так…

До конца осталось сорок три дня.


¤¤¤


      Приятный запах ударил в нос синевласой и буквально вытянул её из сна. Медленно открыв глаза, девушка начала осматривать комнату, щурясь от непривычно яркого освещения. Ей в глаза кинулась витая люстра, висевшая в центре белоснежного потолка…

— Эй, ты в порядке? — рядом раздался нежный голос Итару.


— М-м-м, где я?


— В одном из зданий дворца. Мы с Ити принесли тебя сюда, когда ты упала в обморок. Знаешь, это было так внезапно! Тем более мы спрашивали кое о чём безумно важном, — с чувством говорил Тоши, пока блондинка не кинула на него сердитый взгляд. Юнец понял, что слишком много болтает, и смиренно замолчал.


— П-простите я… я… н-не могу сказать… Просто! — в испуганных глазах появились слёзы.

      Девушка сжалась в комок и уткнула голову в колени, пытаясь заглушить собственный плач. Ей было страшно что-то рассказывать. Хотя это вполне естественно — в таком «обществе» следует держать язык за зубами. Осана и так совершила ошибку, нарисовав увиденное и запустив тем самым смертельный механизм. Теперь судьбы этих троих связаны…

— Тише-тише, успокойся! Поверь, мы никому ничего не скажем, ведь знакомы с этой девушкой, — болотноглазая приподняла голову и удивлённо уставилась на Миями.


— Чёрт! Да не бойся ты! Мы ничего тебе плохого не сделаем. Просто расскажи нам, что на твоей зарисовке, и всё, — без остановки тараторил малец, пока Ити не отвесила ему звонкий подзатыльник.


— Хватит ругаться! Не видишь — она в шоке, так ты ещё здесь со своими вопросами. Послушай, Осана, то, что я тебе сейчас скажу, безумно важно. Никогда… Слышишь меня, никогда и никому не рассказывай про этот рисунок! Мы с Тоширо планируем уничтожить его, естественно с твоего позволения. Пойми, что это очень важно… Можешь не рассказывать, при каких обстоятельствах ты встретила нашу знакомую, но просто сохрани этот секрет… Договорились?

«Она просит меня молчать? Да я и не собиралась рассказывать. Они, видимо, с той незнакомкой друзья… Значит, прикрывает её спину. Всё же Итару хорошая девушка, думаю, можно с ней поделиться…»

— Хорошо, я не раскрою ваш секрет…

      Мальчик с облегчением выдохнул, а синеглазая широко улыбнулась. У художницы на душе сразу же полегчало от такого удачного разрешения дел. Радостный момент прервал весьма громкий звук, исходящий из желудка оголодавшей. Синевласая резко покраснела и опустила взгляд.

— Как насчёт завтрака? — непринуждённо поинтересовался Кейторо, еле сдерживая смех.


— Я только за!

¤¤¤


      Прохладная вода плавно стекала по телу Вайлет, успокаивая и снимая усталость. Голова гудела от нахлынувших эмоций. Столько мыслей и чувств, что казалось, она сейчас лопнет. Хотелось упасть в небытие, забыться. Покрасневшие участки кожи немного покалывали, а нежные губы до сих пор полыхали. Девичья рука медленно спустилась ниже, проводя линию от груди до середины живота.

— Что это? — тихо шепчет Эрестер.

      Внутри приятно щекотало, а пальцы на ногах непроизвольно сжимались. Вай хочет опустить свою руку ещё ниже, но вместо этого крепко сжимает ладонь в кулак и с силой ударяет в стену. В ванной раздаётся громкий выдох и несвязное бормотание. Девушка убирает мокрые пряди назад и подставляет лицо под поток воды, вспоминая недавние события…

Воспоминания Вай.


      Смертная стиснута в объятьях монстра, который жадно впился в неё губами. Сильные руки обхватили тонкую талию, не давая ни шанса на побег… Вскоре со стола была скинута шахматная доска, и фигуры с грохотом разлетелись по полу. Вай почувствовала боль в спине: вампир слишком грубо опрокинул её на стол. Необузданный поцелуй напрочь сносил крышу, а тихие стоны становились всё громче и раскованней. В голове почти не осталось здравых мыслей, ведь желание окутывало каждую частичку юного тела.

      Девушка, немного осмелев, запустила свои пальчики в волосы аристократа, плавно перебирая их. Юсфорду явно нравились такие нерешительные, но до умопомрачения приятные прикосновения. Монстр почувствовал во рту такой знакомый, желанный привкус крови и несдержанно рыкнул, углубляя поцелуй.

      Эрестер замычала. От такого дикого напора со стороны хозяина у неё кружилась голова, а тело пробирала мелкая дрожь. Мужчина, оторвавшись от измученных губ, стал медленно спускаться ниже, покрывая шею и нежные ключицы быстрыми поцелуями. Да-а, серовласой определённо нравилось такое вот развитие событий. Смертная ждала, когда острые клыки вонзятся в её плоть, и она вновь почувствует то неописуемое чувство расслабленности и блаженства… Руки хозяина неторопливо водили по ножкам горничной, невольно щекоча и царапая бледную кожу. Эрестер выгнулась навстречу губам Юсфорда, сгорая от нетерпения. Юная особа чувствовала прерывистое дыхание у себя возле сонной артерии и готовилась к мучительно-сладкой пытке, но вместо этого услышала лишь тихий смешок:

— Ты так быстро заводишься, Вайлет, — голубые глаза мгновенно распахнулись. Томный непонимающий взгляд устремился прямо на несносного вампира. Аристократ лишь ухмыльнулся — он был явно доволен собой. — Я не буду кусать тебя… Не сегодня, Вай-ле-ти…

Настоящее время.


      Эрестер вылезла из душа с угрюмым выражением лица, обмоталась полотенцем. Ей так хотелось спать, но это желание казалось недосягаемым, ведь взбунтовавшиеся мысли не собирались щадить хозяйку.

— Зябко, — буркнула себе под нос девушка и невольно поёжилась, ступая босыми ногами за порог ванной комнаты. Вскоре её внимание переключилось на парня, мирно сидящего на краю кровати. Его карие глаза с негодованием осматривали подчинённую, но позже взгляд смягчился… Шатен негромко кашлянул и отвёл глаза в сторону, стараясь скрыть смущение.


— Не хочешь объясниться, Вайлет? — сразу спросил начальник, невольно рассматривая карманные часы, лежавшие на прикроватной тумбочке.


— Не начинай, Нит!

      Реплика Эрестер была не холодной, как обычно, а скорее наоборот — агрессивной. Кареглазый даже удивлённо открыл рот, не в силах проронить ни слова. Голубоглазая схватила подарок демона и тут же надела его обратно на шею, ощутив привычный холодок металла.

      Слуга тихо наблюдал за Вай и старался выкинуть из головы то, что недавно застал серовласую в крепких объятиях аристократа. Норай никак не ожидал увидеть подобное зрелище, поэтому до сих пор пребывал в состоянии шока. Он нёс письмо для Кроули, но когда стал свидетелем такой откровенной картины, замер у двери с открытым ртом. Как ни странно, бессмертный ничего не сделал юноше и даже не прогнал: лишь взял конверт из трясущихся рук и ушёл.

— И-и давно у вас с ним ТАКИЕ отношения? — шатен немного заикнулся вначале, дивясь непринуждённости Эрестер, которая спокойно начала натягивать трусики в присутствии начальника.


— Такие отношения? Нет у нас с ним ничего… Кроме того, что я беспрекословно подчиняюсь его прихотям, ломая свою человеческую гордость словно так и должно быть. Ещё и ты со своими вечными нравоучениями! Не вмешивайся во всё это — так будет лучше для нас обоих. Просто смирись и продолжай выполнять свои обязанности, как это делал до моего появления, — голубоглазая кинула в сторону собеседника холодный взгляд и громко выдохнула, намекая Ниту, чтобы он удалился из её «покоев».


— Хорошо, будь по-твоему… Но! Если что-то случится, то скажи мне, договорились?


— Эх, ладно-ладно! Только уйди, пожалуйста…

      Норай медленно поднялся и подошёл к непокорной особе, протянул руку и потрепал её по голове. Вайлети замерла, но руку не убрала, лишь тупо уставилась в пол.

«Что с ним, чёрт возьми, не так? Уже ушёл… Это всё к лучшему. Не нужно вмешивать этого эгоиста в мои дела… Мне следует поспать… Просто взять и уснуть…»

¤¤¤


Сангвинем. Кабинет Второго Основателя.


      Ригал стоял перед своим господином с опущенной головой, страшась взглянуть прямо в глаза Вальдо. Основатель был очень разочарован в следователе, даже отчитал его за некомпетентность, хоть и редко занимался подобным. Обычно Джиллес разговаривал с подчинёнными холодно и сухо, но не в этом случае.

— У тебя было предостаточно времени на выполнение поставленной мной задачи. В итоге я не получил ровным счётом ничего. Нет доказательств? Преступник должен давным-давно стоять передо мной на коленях, допрошенный! Я отстраняю тебя от дела. — У Ригала непроизвольно сжались кулаки. Сложившаяся ситуация выводила его из себя. Даже бессмертному будет неприятно слышать такие жёсткие слова в свой адрес.

      В дверь постучали. С позволения Второго Основателя в кабинет вошёл мужчина. Он был чуть ниже Джиллеса, но шире в плечах. Сиреневые волосы, аккуратно уложенные на бок, едва доставали до плеч. Алые глаза источали азарт и неимоверный интерес. Роберт давненько мечтал о такой работе и лукаво улыбался от предвкушения.

— Здравствуйте, мой Лорд. Я прибыл, как вы и приказывали, чтобы найти нарушителя в кратчайшие сроки, — слащавый голос и самоуверенный взгляд не понравились бывшему следователю, но вампир промолчал и смиренно передал Пелиру папку с материалами дела.

— Свободен.


— Да, господин Вальдо.

      Ригал вылетел из кабинета, повесив нос — даже у кровососов есть гордость. Сиреневоволосый мужчина не спеша присел напротив своего Лорда и, закинув ногу на ногу, быстро просмотрел зацепки.

— Ах, дело действительно интересное… Думаю, справлюсь за месяц… Плюс-минус неделя. — Пелир небрежно швырнул папку на стол.


— Хм, не слишком ли самоуверенно? Ригал сказал мне почти тоже самое, — вскинув бровь, констатировал Джиллес.


— Я — не он и знаю, с чего следует начать… Поверьте, в моей голове уже сложились несколько весьма убедительных цепочек событий. Скоро преступник будет найден и наказан, не сомневайтесь в этом.

      Горящие и уверенные в победе глаза говорили о многом. Вайлет стоило бы подготовиться, ведь за ней началась самая настоящая охота…

¤¤¤


      Сегодня целый день было пасмурно, и только под вечер облака рассеялись, давая возможность насладиться столь привычным, но прекрасным закатом. Лучики заходящего солнца падали на фонтан, из-за чего бьющая вода казалась золотой. Кое-где в окнах поместья уже горел свет — прислуга закончила с работой на улице.

      В парке было безлюдно. Вечернюю тишину прерывал только звук струящейся воды. Кроули сидел напротив прудика, удобно раскинувшись на витой лавочке. Его ноги были широко расставлены, а голова наклонена вбок; чёлка неаккуратно прикрывала левый глаз, а взгляд был опущен вниз. Мужчина ждал, когда придёт эта несносная, раздражающая, но желанная горничная и принесёт Основателю письмо от Ферида Батори.

— Господин, прошу, возьмите, — вампир дёрнулся от неожиданности.

«Невероятно… Как можно быть настолько тихой? Нет, видимо, это я слишком задумался и даже не ощутил столь дурманящий аромат её крови. Похоже, Вайлет совсем не спала: лицо уставшее, под глазами мешки, да и кожа бледнее обычного. Аха, что я вижу? Неужели это румянец на щеках? Ха-ха, как же трудно скрыть улыбку. Скотинка всегда такая серьёзная, неприступная, дерзкая… эгоистичная и в этом смахивает на Ферида. Этот идиот пишет, что соскучился и приглашает в гости на чай… Никогда не пойму, что у него в голове, но от этого становится только интереснее…»

— Ну-ка, присядь, — весело кинул Кроули, хватая юную особу за руку. Эрестер резко приземлилась на лавочку и с негодованием уставилась на мучителя. Её тело ужасно болело от усталости и бесконечной работы в особняке.


— Господин, мне бы хотелось пойти обратно в особняк… Есть несколько незаконченных дел и начальник…


— Неужели ты думаешь, что кто-то посмеет перечить мне? — немного несдержанно сказал вампир, явно намекая на Нита. У мужчины была явная неприязнь к смертному, и побороть её аристократу не удавалось.


— Ха, очень в этом сомневаюсь, — голубоглазая заёрзала и села поудобней, невольно приблизившись к вампиру. Она старалась не обращать внимания на мужскую руку, обнявшую её за плечо.


— Знаешь, мой так называемый друг всегда играет в свои грязные игры у меня за спиной. А я делаю вид, что всё хорошо, и редко задаю вопросы, прекрасно осознавая, что не дождусь правдивого ответа. Что бы ты сделала с таким другом? Попыталась его раскусить или продолжила бы идти с ним бок о бок? — Юсфорд жаждал услышать мнение хрупкого создания, сидящего подле него.


— Я бы его убила, — на автомате выпалила Вай, а затем, резко вдохнув, посмотрела на Основателя, нервно прикусывая губу.

«Чёрт! Я идиотка… Как можно было сказать такое?»

      Кроули хищно улыбнулся и придвинулся вплотную к девушке, не давая той опомниться. Он чувствовал, как бешено колотится в груди её маленькое сердечко, и видел столь растерянный взгляд.

— М-м-м, как же ты очаровательна, когда находишься в смятении, — пленительно шепнул хозяин, убирая выбившуюся прядь за ухо смертной.


— Я… ну… просто…


— Т-ш-ш, не оправдывайся. Я давно уже понял, что ты можешь быть очень жестокой…Aut vincere, aut mori, — в голосе монстра чувствовались победоносные нотки.


— Aut vincere, aut mori*, — повторила юная особа, наслаждаясь холодным прикосновением пальцев к её губам.

«Я сдаюсь… Он безумный и умелый манипулятор, которому не так обидно проиграть…»

— Это нечестно… Ты слишком послушная, а от этого в голове происходит сбой… Хочется вцепиться в твою шею так сильно, чтобы ты кричала, срывая голос до хрипа. Хотя знаю, что ты так не сделаешь, ведь безумно упрямая девочка.

      Кроули уткнулся носом в макушку горничной и ещё крепче стиснул её в собственных объятьях. Они оба осознавали, что всё это неправильно, но никак не могли унять собственные чувства. Юсфорду впервые в жизни так сносило крышу от простых объятий, и это его отчасти пугало.

— Обними меня, — шепнул монстр.


— Н-нет, — противилась серовласая.


— Обними меня! — крикнул аристократ, и тут же ощутил нежное прикосновение рук к своей спине. Даже через одежду мужчина ощущал тепло, исходящее от человеческого тела, и довольно улыбнулся.


— И что теперь? Вы довольны, мой повелитель? — язвительно поинтересовалась пленница.


— Я буду доволен, если ты будешь звать меня просто Кроули.

      Вампир ослабил хватку и прижался своим лбом ко лбу девушки, наблюдая за её реакцией. Вай пробежалась глазами по губам хозяина и остановила свой взгляд на ярко алых глазах. Она видела, как сильно расширились зрачки хищника, и неосознанно сглотнула. Эрестер не понимала, почему чувствует себя настолько странно… Ей было просто невыносимо от этого жуткого желания быть ближе к Юсфорду, ощущать прохладу его тела и приятный запах.

— Хорошо, Кроули… Просто поцелуй меня…


— Ха, какая дерзость!.. Дерзость, перед которой невозможно устоять, Вайлети.

      Мужчина посмотрел в обворожительные голубые глаза и робко придвинулся ближе. На этот раз в нём не было напористости, лишь волнение и желание. Кроули слегка дотронулся языком до нежной кожи губ, боясь сделать лишнее движение, но увидев невинную улыбку на устах служанки, не выдержал боле ни секунды. Их губы слились в нежном поцелуе, который уносил их за пределы реальности и стирал рамки дозволенного…

¤¤¤


Отчего-то, если в пропасть смотришь,


В себя прыгнуть манит глубина.


Но без крыльев знать полёт не можешь,


И найдёшь лишь смерти боль у дна.

Примечание к части


* - Или победить, или умереть.

24.Затишье

Сердце, сердце… Что же бьешься?


Да не в ритм, не в такт, не в лад.


То окрепнешь, то сорвешься,


Снова пляшешь невпопад.


Отчего ты замираешь?


Дай вздохнуть свободно мне.


Щемит, будто погибаешь,


Иль пылаешь, как в огне. 


♤♤♤


      Ночью поднялся сильный ветер, и вот-вот должна была начаться гроза. Настежь открытое окно пропускало в комнату свежий воздух, и лежащие на столе бумаги с шорохом улетали в дальний угол. Вайлети сидела на подоконнике, свесив одну ногу вниз. Её голубые глаза сейчас были закрыты, а сухие губы плотно сомкнуты. Девушка глубоко вдыхала этот тяжёлый влажный воздух, так сильно напоминавший ей день, когда её бросили… День, полностью изменивший судьбу малышки.

— М-м, раньше терпеть не могла дождь, но отчего-то сейчас я хочу, чтобы эти тёплые капельки падали с неба… Ах-ах, что за бред я несу…

      Эрестер улыбнулась и облокотилась на стену, медленно выдыхая. На ней была лишь коротенькая белая ночнушка, едва прикрывающая нижнее бельё, так что серовласая отлично чувствовала, как ветерок пробирался под одежду и щекотал её невинное тело. Прекрасное ощущение, сравнимое только с прикосновением холодных пальцев Кроули.

«Душно. Безумно хочется пить, но нет никакого желания двигаться. Давненько мне не удавалось просто сидеть здесь, возле открытого окна, и ничего не делать. Такую замечательную возможность нельзя упускать. Кроули, этот несносный, невыносимый, беспардонный вампир, которого я просто терпеть не могла, стал частью моей израненной души. Ну кто бы мог подумать… Почти всю свою жизнь я осознанно шла к смерти, готовилась к ней морально и физически, а теперь понимаю, что просто не хочу умирать! Впервые за долгое время у меня появился стимул жить, но я отлично понимаю, что все мои наивные мечты, сокровенные желания никогда не осуществляться в полной мере. Нужно было бежать, когда была возможность, и сейчас бы не пришлось так страдать… Но я же такая идиотка! И это не изменилось со временем».

      Внутри сознания девушки начала появляться белая комната, где, удобно расположившись на полу, сидел демон. Его насмешливый взгляд был устремлён прямо на Эрестер, которая с грустью смотрела в сторону брюнета, ожидая очередной разговор по душам.

— О-о-о, а кто-то говорил, что «никогда и ни в кого не влюбится»!.. Милочка, а как же клятва умереть невинной и не вкусить плотской любви? Неужели твои слова не стоят и гроша? Я был о тебе другого мнения! — Молох всегда искусно манипулировал людьми, особенно теми, кто шёл на поводу у эмоций. Почти любого человека можно вывести из себя, только у демона это получалось гораздо искуснее и быстрее.

      Голубоглазая стиснула зубы и тихо усмехнулась, ведь ей нечего было ответить на слова брюнета, а факт того, что она проиграла самой себе, отнюдь не радовал. Часть девичьей гордости раскромсали в пух и прах, не оставляя и шанса на победу. Между двумя собеседниками возникло напряжение, которое можно было заметить невооруженным взглядом. В этот раз Молох был прав: серовласая действительно влюбилась в вампира.

— Безнадежно проигранная партия, как же нелепо, — шепнула Вай и легла на спину.


— Ну-ну, не расстраивайся понапрасну — в этом есть и свои плюсы. Например, ты проживешь остаток дней не в одиночестве, как хотела, а в компании очаровательного мужчины, который словно дикий зверь хочет насладиться тобой целиком и полностью. Меня лично устраивает такое положение дел.

      Закончив говорить, алоглазый улегся рядом с юной особой. Он плавно начал перебирать её серые локоны, неторопливо наматывая их на свои длинные пальцы. Эрестер не сопротивлялась — на самом деле девушке всегда нравилось, когда демон касался её волос. Его пальцы были такими же холодными, как и у Юсфорда — от этого сердце даже начинало биться чаще.

— Провести остаток своих дней с ним? Так спокойно говоришь об этом, а всё потому, что ты демон, и у тебя нет чувств. Но я, к сожалению, человек и чувствую боль.

      Голубоглазая впервые за долгое время посмотрела на брюнета не со злостью или равнодушием, а с самым настоящим отчаянием. В её глазах виднелись слёзы, но девушка боролась с этим и не позволяла эмоциям выплеснуться через край. Бессмертный замер от неожиданности, но спустя несколько секунд продолжил говорить в привычной ему манере:

— Господи, что я вижу! Такая бездушная кукла, как ты, может страдать так сильно? Удивлён, удивлён, — своими словами он ещё больше ранил смертную, но та лишь улыбнулась и отвела грустный взгляд.

      Вайлети и не надеялась на сочувствие с его стороны. Бездушный монстр, который пожирает людские души, не мог понять её. Если так подумать, то и от души девушки ничего толком-то не осталось… Зато есть ускользающее, словно песок сквозь пальцы, время. Как бы сильно ты не пытался его поймать, ничего не выходит — тебе лишь остаётся смиренно наблюдать, как песчинки медленно падают на землю. Вселенная и время бесконечны, значит, любое событие неизбежно, даже невозможное…

— Бездушный здесь только ты, Молох. Не забывай, что у меня ещё есть душа. Да, возможно, она и невелика, но она есть, и я не позволю съесть её до последнего дня… Как бы тяжело ни было, я останусь с Кроули как можно дольше. Знаю, что он возненавидит меня после того, как узнает правду, а я уверена, что он её узнает! Ведь правда всегда выплывает наружу, как бы старательно мы не пытались скрыть её за стенами лжи. Я буду скрывать свою боль под маской безразличия, под маской радости. Если любишь кого-то, никогда нельзя причинять ему боль. Никогда. Пока я чувствую боль — я жива. За всё в этом мире приходится платить, даром ничего не даётся. Маленькое счастье — маленькая боль, большое счастье — большая боль. От простых истин не спрятаться. Страдание преследует меня на протяжении всей жизни, я не смогу скрыться от него, даже если очень постараюсь.

      Девушка говорила спокойным, размеренным тоном, но голос всё равно дрожал от нарастающего чувства безысходности и осознания своей ошибки. А время — оно не лечит. Оно заштопывает раны, просто закрывает их сверху марлевой повязкой новых впечатлений, новых ощущений, жизненного опыта… И иногда, зацепившись за что-то, эта повязка слетает, и свежий воздух попадает в рану, даря ей новую боль… и новую жизнь… Время — невероятно плохой доктор… Он заставляет тебя забыть о боли новых ран, нанося всё новые и новые. Так и ползём по жизни, как её израненные солдаты… И с каждым годом на душе этих плохо наложенных повязок становится всё больше…

— Знаешь, Вай, самые страшные страдания человеку может причинить лишь тот, кто подарил ему больше всего счастья… Так было всегда… Так будет и у тебя.

— Никого не любить — это величайший дар, делающий тебя непобедимым, так как никого не любя, ты лишаешься самой страшной боли… Везёт же тебе, Молох, ведь твоё сердце не знает жалости, пощады и тем более любви. Ты проживаешь столетие за столетием, развлекая себя лишь пытками и убийствами. Я стала неким исключением из правил, но это совершенно не обнадеживает. Иногда мне кажется, что я поступила крайне неразумно, согласившись продлить свою жизнь. Я только и делала, что занималась убийствами, прямо как ты… Да, иногда было весело, а порой грустно… Теперь всё совершенно непонятно, я так запуталась! А весь привычный серый мир перевернулся с ног на голову лишь из-за одного мужчины, которого поначалу ненавидела. Порой даже хотела прикончить его, когда была подходящая возможность. Только вот никогда не решалась сделать нечто подобное. Ты ведь сразу понял, что я начала влюбляться, но я не поверила тебе: всё время занималась самоотрицанием, ведь так было нужно. Ты всегда искушал меня поддаться чувствам, физическому влечению, якобы желая мне счастья.Аха, и что теперь, Молох? Такого счастья для меня хотел?… Хотя, ты ведь демон… Тебе должно быть всё равно.

      Смертная отвернулась от собеседника, сжавшись в комок, и попыталась заснуть. Пожиратель детских душ ещё долго лежал молча, просто наблюдая за девушкой. Его алые жестокие глаза сейчас не выглядели такими устрашающими, скорее выражали несвойственную демонам грусть…

Сердце, сердце… Влюблено ты?


Тише, тише — не скачи.


Мне понять и не дано —


Хоть терзайся. Хоть кричи!..


Потушить я все пытаюсь


Пламя жаркого огня.


Только как я не стараюсь,


Коль гореть — сгореть дотла…

Что ж, стучи, мой молоточек,


Хочешь — даже невпопад.


Может кто-то, очень-очень,


Твоей пляске этой рад. 


¤¤¤

Два дня спустя. Сангвинем.


      В столице вампиров всё шло своим чередом. В городе по-прежнему было уныло, а у многих жителей началась депрессия от постоянных гонений и непрекращающихся допросов. Следователь, назначенный Вторым Прародителем для раскрытия дела об убийстве нескольких стражников, сейчас находился в крыле для гостей. Его апартаменты были одними из самых роскошных в данном здании.

      Не важно, сколько роскошеств ты получишь, всё равно чего-то будет не хватать. Так и нашему вампиру не хватало должного обслуживания. Пелир был весьма придирчивым мужчиной при жизни, и после смерти его отрицательная черта характера только усилилась. Пребывание кровопийцы в Сангвинеме было адом для всех слуг. В конечном итоге, практически все отказались от обслуживания данной персоны, кроме одной юной горничной. Осана вынуждена была согласиться на столь неприятную работу, ведь являлась новенькой. Чтобы не подвести ребят, девушка должна была трудиться в поте лица.

— Эти недоумки посмели прислать мне неумелую девицу, которая, трясясь от страха, пролила на меня стакан со свежей кровью, — следователь говорил строгим тоном, явно намекая на синевласую.


— П-простите меня, я просто… просто… извините…

      Больше всего на свете болотноглазая ненавидела оправдываться. Она крайне неубедительно врала и в большинстве случаев читалась, как открытая книга. Будучи таким простым человеком, Осане тяжело приходилось в этом жестоком мире. Ведь если ты не умеешь выкручиваться из трудных ситуаций, отменно врать, то ты толком-то и не жилец. Обязательно наступит тот день, когда умрешь из-за собственной глупости и неприспособленности к такой отвратительной жизни.

      Горничная поспешно начала вытирать плащ аристократа, пытаясь тем самым исправить свою нелепую ошибку. Алые глаза с презрением следили за её нелепыми действиями. Маленькие пальчики неуклюже протирали складочки между тканью, хотя затея была совершенно бессмысленной, ведь вещь безнадёжно испорчена.

— Оставь это, — ледяной тон заставил девушку вздрогнуть и отступить. Испуганные глаза метались по полу, пытаясь найти хоть маленький уголок, где можно было скрыться от гневного взгляда хозяина комнаты. — Скот нынче крайне неуклюжий, что не может не огорчать. Ну да ладно, что взять с бесполезной людишки. Скажи-ка мне лучше, — взгляд Пелира упал на недавний отчёт, — знаешь ли ты что-нибудь про недавнее убийство солдат в этом замечательном месте?

      Осана нервно сглотнула и непроизвольно сжала ткань юбки. Она чувствовала себя безмерно виноватой перед новыми друзьями, ведь не сдержала своё обещание: девушка должна была сжечь тот рисунок, который мог погубить жизнь Вайлет, но так и не сделала этого. Смертная была под впечатлением от своей работы. Нет! Скорее она словно под гипнозом смотрела на этот рисунок, каждый раз вспоминая тот загадочный образ. Такое поведение можно даже назвать помешательством… И чем оно вызвано, было непонятно.

— Простите, господин, я ничего не знаю, ведь совсем недавно работаю здесь, — собрав всю волю и силы в кулак, Осана ответила на вопрос вампира, неуклюже поправляя выбившийся из пучка локон.

— Хм, всё же ты крайне бесполезная, — мужчина облокотился на спинку кресла и прикрыл глаза, погружаясь в раздумья.

— Господин, позвольте мне исправить свою ошибку. Я неплохо рисую и могла бы сделать ваш портрет в качестве извинения, — ни с того ни с сего выдала девушка, заливаясь румянцем от стыда. Ей было нелегко сказать эти слова, но синеволосая подумала, что так будет правильно, и монстр не пожалуется на неё начальству.

— Какое нелепое предложение. Я бы мог счесть это за дерзость! Хотя… почему бы и нет. всё равно Знаю, что твоя цель весьма корыстна — вы, людишки, ничего не предлагаете просто так. Если мне не понравится портрет, то ты здесь работать больше не будешь.

      Взгляд аристократа смягчился, а на губах появилась лукавая улыбка. Он не заметил, что девушка скрывает нечто важное только из-за того, что посчитал её слишком глупой, и в этом была ошибка знаменитого следователя. Горничная неторопливо подняла свой взгляд и непроизвольно закусила губу, ещё больше краснея.

— Да, господин Пелир…

Дурной поступок мучает нас не тогда, когда он только что совершен, а когда, спустя долгое время, вспоминаешь его, потому что память о нём не угасает.


¤¤¤

Особняк Тринадцатого Основателя.


      Летом нужно обязательно самому побывать на природе, чтобы будничные невзгоды и мирские заботы перестали волновать, чтобы понять всю прелесть яркой, летней гармонии, увидеть разнообразие цветов, трав, послушать пение птиц… Но делать это желательно не в такую жару, как сегодня. Почему-то именно в этот день вампир решил устроить себе пикник в саду.

— М-м, нет, поставь его чуточку левее, — неторопливо произнёс Кроули, удобно расположившись на мягком покрывале. Вампир выглядел немного озадаченным, всё пытался подобрать верное место для огромного зонта, чтобы тот полностью загородил беспощадное солнце.

— Так сойдёт? — стиснув зубы, поинтересовалась серовласая, в очередной раз переставляя тяжёлую вещь. Сейчас девушке было очень душно и до жути хотелось раздеться. Она про себя возмущалась тому, что остальные слуги пережидают жару в прохладном особняке, пока она корчится здесь. Но кто ей позволит ослушаться хозяина?

— Хм-м, нет, всё же раньше он стоял лучше, тебе так не кажется? — мягкий баритон звучал крайне надменно из уст обнаглевшего мужчины.

— Мне кажется, что сейчас этот чёртов зонт замечательно стоит! И солнце на вас не попадает, что не нравится то?! — прошипела Вайлет, вытирая испарину со лба. Юная особа уже около получаса двигала туда-сюда тяжёлый зонт, проклиная всех и вся.

— Ладно, оставь это и налей мне крови.

      Аристократ облизнулся, тем самым заставив горничную немного покраснеть. Несмотря на отвратительный характер, Юсфорд всё равно оставался крайне обаятельным. Сегодня пуговицы на рубашке Основателя были расстегнуты, хотя такого раньше никогда не наблюдалось средь белого дня. Голубоглазая не знала, как на это реагировать, поэтому просто промолчала. Её сердце билось часто, заставляя кровь быстрей бежать по венам. Девушка толком-то не понимала, от чего это происходит, но вот бессмертный точно знал причину — возбуждение. Их чувства взаимны, но долгое отрицание и воздержание привело к безудержному желанию.

«Чем упорней она сопротивляется, тем сильнее меня к ней влечёт.Я давно поймал себя на этой мысли, и сейчас она никак не вылетает из головы… Если я буду напористым, мой мышонок не сбежит от меня?»

      Влечение — странная вещь. Вроде бы оно наше, но мы над ним не властны. Мы решаем, как нам поступать, но на самом деле влечение часто решает за нас, толкая на самые странные, безумные поступки. Чувственное влечение обладает такой силой, что способно восторжествовать и над разумом, и над волей. Люди часто боятся признаться в том, что их друг к другу тянет, страшатся быть непонятыми, отвергнутыми! Но сейчас не тот случай, чтобы медлить и подавлять в себе нарастающее возбуждение.

— Ваша кровь, сэр! — бросила Вайлети, пихая бокал вампиру прямо в лицо. Тот, усмехнувшись, принял его и сделал несколько глотков. Эрестер тем временем поправила вечно спадающие чулки и громко выдохнула, показывая тем самым степень своей усталости.

— Nitinur in vetitum semper, cupimusque negate*, — шепотом произнёс монстр, заставив горничную покраснеть пуще прежнего и стыдливо посмотреть на алоглазого.

      Кроули не торопясь стягивал с себя рубашку, бесстыдно оголяя мужское тело. Серовласая стояла красная как рак, не в силах отвести взгляд от вампира. Наблюдая за ним, Вай непроизвольно облизнула свои мгновенно пересохшие губы и томно выдохнула. Кроули заметил, что она осматривает его, и довольно хмыкнул.

— Забери, скотинка, — негромко сказал аристократ, протягивая пустой бокал своей подчинённой.

      Как только девичья рука коснулась хрустальной поверхности, вампир не церемонясь схватил её, утягивая Вайлет на мягкое покрывало. Мужчина взял смертную за подбородок и заставил посмотреть в свои алые глаза. Эрестер застыла на мгновение, заворожённая столь пленительным взглядом, который говорил о многом.

 — Я так долго терпел, боролся с внутренним зверем, но, кажется, больше не в силах сдерживаться… Только не мешай мне, Вайлети, прошу.

      Его слова звучали не как предупреждение, а скорее как мольба о подчинении. Но Кроули не обязательно было говорить об этом человеку, изнывающему от таких же чувств. Эрестер притянула лицо аристократа к себе и нежно поцеловала, пытаясь донести до него, что вовсе не против такого поведения с его стороны.

— Ахах, как по-детски, — окончательно убедившись в ответном желании, он больше не сдерживался.

      Основатель жадно впился в губы смертной, показывая тем самым, что значит настоящий поцелуй. Его животные инстинкты затуманивали разум, разрушая границы дозволенного. Холодные руки медленно поглаживали ножки возбуждённой красавицы, неторопливо поднимаясь всё выше и выше, задирая подол платья. Медленно поддаваясь


очарованию любимой, отвечая время от времени на поглаживания её рук, он блаженно чувствовал, как она постепенно начала распаляться рядом с ним, подвигаясь всё ближе и ближе. Нет, здесь не нужны были ни слова, ни мысли… Кроули просто знал — она хочет большего. Его длинные пальцы довольно быстро добрались до трусиков Эрестер и осторожно проникли под тонкую ткань. От этого девушка вздрогнула, понимая, что теряет рассудок от невыносимого желания.

— М-м-м, ты так сильно этого хочешь? — он требовал её ответа, побуждал её, умоляя ответить.

— Прошу тебя, только не останавливайся, — с дрожью в голосе шепнула серовласая, немного приподнимая бёдра. Да-а, она просто сгорала от стыда, но не отступила от своего эгоистичного желания мужской ласки.

— Плохая девочка.

      Пальцы голубоглазой забрались в его волосы, стали перебирать их, а мужчина в это время добрался до самого сокровенного источника наслаждения и принялся с осторожностью ласкать его, одновременно покрывая поцелуями нежную шею. С девичьих уст сорвался тихий, протяжный стон. Вай изо всех сил пыталась молчать, но не выходило. Каждое движение пальцев разрывало её на кусочки, унося куда-то далеко, приближая к заветному пику. Эрестер выгнулась, ощущая нарастающее удовольствие, которое резко стихло, ведь аристократ прекратил какие-либо движения. Горничная не понимающе открыла глаза, пытаясь сдержать недовольный возглас.

— Я ведь и сам хочу большего, Вайлет, — Эрестер замерла, наблюдая, как алоглазый облизывает свои пальцы, явно намекая на мучительно-сладкое продолжение.

      Юсфорд стянул с юной особы трусики и небрежно откинул их в сторону. Резко потянув девушку за бёдра, вампир придвинул её к себе. Эрестер опешила от такого поворота событий и немного побледнела, но не стала сопротивляться.

— Больно? — прошептал он, когда ввел в неё один палец, на что девушка отрицательно замотала головой.

      Он ввел второй палец, продолжая манить её узелок.

— А так?

— Нет, — вздохнула она и прикусила губу.

      Податливое тело с радостью приняло это прикосновение, задрожав от волнения и удовольствия. Её тело будто звало его, и мужчина, ощутив призывное биение сердца, ответил на этот зов. Горничная вдруг почувствовала, что сходит с ума от этого приступа возбужденной страсти, сжигавшей все её тело. Разве можно было удержать это буйство внутри себя и сохранить рассудок?

      Бессмертный, не вынимая своих влажных пальцев, прильнул губами к набухшему клитору и продолжил свои ласки. Острые уколы наслаждения пронзали всё невинное тело под его губами. Это было подобно пытке, но Вай мечтала, чтобы она продолжалась вечно. Язык Основателя не останавливался ни на секунду, доводя серовласую до громких стонов. Ей хотелось вдохнуть полной грудью, задержать дыхание и ощутить всю прелесть надвигающегося оргазма. Маленькие пальчики сжали покрывало с такой силой, что костяшки побелели; сознание затуманилось, уступая место безудержному желанию.

— Да-а…м-м-м…быстрее, прошу тебя! — крикнула Эрестер, двигая бёдрами в такт с холодными пальцами Юсфорда.

      Аристократу определённо нравилось такое положение дел, ведь слышать из уст возлюбленной столь нужные ему слова безумно приятно. Основатель ускорил свои движения, доводя смертную до пика наслаждения и такой желанной эйфории… Вайлет сильно прогнулась в спине и запрокинула голову, широко открыв рот. Её ножки пронзила судорожная дрожь, тут же распространившаяся по всему телу, а внизу живота продолжалась сильная пульсация.

— Ты такая сладкая, — шепнул монстр, повиснув над смертной, которая непроизвольно перевернулась на бок, пытаясь отдышаться. Её всю трясло от восхитительного чувства удовлетворения. Кроули улыбнулся и плюхнулся рядом с малышкой, крепко прижимая её за талию к своей обнажённой груди.

 — Это… я… слишком громко, — хрипло выдала Эрестер, беспокоясь о своём развязном поведении.

— Ахах, разве это громко? Уверен, ты можешь ещё громче, но это мы проверим в другой раз, — облизывая мочку девичьего уха, заявил вампир, вгоняя Вай в краску.

— Кроули, ты думаешь, это правильно? — в её словах чувствовалось волнение.

      Девушка была права, ведь, по сути, их отношения не должны были зародиться, но это произошло, и последствия неизбежны. Он бессмертный монстр, а она просто влипшая по уши смертная. От чувств никуда не деться, не спрятаться, не убежать… Остаётся лишь принять их как должное с ворохом проблем в придачу.

— Аха, плевать. Мне хорошо, да и тебе, как я посмотрю, тоже… Просто доверься мне и если что, то я всё улажу, моя Вайлети…

      На лице юной особы проскользнула мимолётная улыбка. Ей осталось совсем не долго, но Кроули этого не знает. Вай прекрасно понимала, что поступает очень низко, но старалась на время забыть о своей лжи, чтобы урвать хоть маленький кусочек счастья.

Мне бы с памяти стереть плохое,


Злые лица… глупые слова.


Удалить ненужное, пустое,


Сжечь ошибки с прошлого дотла.


Наизнанку вывернуть ложь с болью,


Позабыть о грустных серых днях.


И остаться tete-а-tete с любовью


В мире, где есть только ТЫ и Я.

¤¤¤

Около трёх часов ночи.


      В небольшой библиотеке на шатком стуле, находившемся возле окна, сидел Нит, крепко стиснув в руке клочок бумаги. Его потухший взгляд был направлен куда-то вдаль, что делало парня очень задумчивым. Сегодня он получил приказ от начальства, который пошатнул сознание Норая.

«Убить Тоширо Кейторо, как неудачную подопытную свинку… Найти и уничтожить Вайлети Эрестер за предательство ЯИДА…Так значит, твоя настоящая фамилия Эрестер, а не Кейторо. Да, она тебе действительно подходит. Что же ты так напортачила, дорогуша, неужели не знаешь этих суровых законов, написанных семьёй Хиираги. У этой семейки практически за всё ты платишь жизнью. А ведь я бы выполнил приказ, если бы не узнал тебя, Вайлет. Без капли колебания, как и учили с детства… Смерть была бы безболезненной и быстрой, поверь, я умею делать это качественно. Но что сейчас об этом думать? Я ведь и пальцем к тебе не прикоснусь».

      Юноша уткнулся лицом в ладони и глубоко выдохнул. Ему хотелось провалиться сквозь землю, умереть на месте, но только не испытывать такую боль. Человек, убивающий людей с детства, неожиданно влюбился в свою жертву. Бездушный монстр, уничтожающий по приказу всех без разбору проникся нежностью к такой же жестокой по натуре Вайлет. Вот ведь ирония судьбы…

— Я не знаю, как поступить… Сказать ей или продолжать лгать? Что будет, если Вай узнает обо мне? Неужели…

      Нит ухмыльнулся и снова уставился в окно, пытаясь найти утешение в разглядывании темноты.

И если ждать умеешь без волненья,


Не станешь ложью отвечать на ложь,


Не будешь злобен, став для всех мишенью,


Но и святым себя не назовешь…

《До конца осталось 40 дней》

Примечание к части


* Мы всегда стремимся к запретному и желаем недозволенного.

25. Не сейчас

Я знаю, ты не терпишь декораций, Порой серьёзна, словно та царевна… Но даже, если не в чем признаваться, Не надо проверять меня на ревность!

¤¤¤

Счастлив даже в тоске своей тот, кому Господь даровал душу, достойную любви и несчастья.


   Сегодняшний день стал началом разногласий и недоверия между Тоширо и Осаной. Словно тяжёлые тучи, появившиеся из ниоткуда, пришли неприятности. Болотноглазая, как и обещала следователю, рисовала его портрет. Она вкладывалась в свою работу как в самое важное в своей жизни дело. Девушка прорисовывала каждую деталь с упоительным наслаждением, полностью отдаваясь во власть искусству. Теоми кайфовала от рисования, забывала обо всём, целиком и полностью сосредотачиваясь на работе. Вампир отметил её усердие и даже сказал это вслух, вгоняя девицу в краску.

      После того, как юная особа закончила и показала свой шедевр Пелиру, тот удивлённо выпучил глаза. Такой изумительной работы, выполненной карандашом, мужчина не видел ни разу за всю свою бесконечно долгую жизнь. На бледном лице появилась едва заметная лукавая улыбка. Алоглазый предложил слуге стать его личным «писарем» и помогать в расследовании. Девушка была шокирована таким неожиданным заявлением со стороны высокомерного аристократа, но, недолго подумав, с радостью согласилась. Записывать мысли следователя, его догадки и помогать с расследованием, не привлекая к себе и друзьям внимания, было её первоначальной целью. Девушка планировала сообщать о продвижении дела Миями и Кейторо, чтобы они предупредили Вайлет в случае острой необходимости. Её помыслы чисты и невинны. Синеволосая действительно жаждала отплатить за своё спасение.

      Тоширо безразлично наблюдал за этим, по его мнению, нелепым зрелищем из окна. От юнца так и веяло холодом. Он изначально не верил девушке, а сейчас подозрения лишь усилились. Брюнет чувствовал угрозу, исходящую от новой знакомой и тихо негодовал, стараясь не докучать Ити своими домыслами. Плотно прильнув к прохладному стеклу, мальчик протяжно выдохнул и укоризненно изрёк:

— Не к добру всё это.


¤¤¤

      Кабинет Юсфорда освещало солнышко. Лучики пробирались даже в самые тёмные уголки помещения, даря свет и тепло. За своим огромным столом сидел вампир, внимательно просматривая принесённые бумаги. ЯИДА не прекращали военных действий, чем напрягали вампирское руководство. Так же остро стоял вопрос и о шпионах, влившихся в ряды слуг при Основателях и дворянах. Но Кроули сейчас было совершенно плевать на войну между людьми и вампирами, а также на Ферида, вечно играющего с огнём. Юсфорд прекрасно понимал, что Батори замешан во многих интригах. Его взбалмошный друг определённо доставит ему проблем.

     Однако на данный момент бессмертного волновала лишь одна малышка, не вылезавшая из мужской головы на протяжении долгих четырёх дней его отсутствия. За это время он успел навестить Ферида и побывать на очередном бестолковом собрании.

     Даже сейчас ему пришлось разгребать документы, принесённые Хорн. Вампирша прибыла вместе с хозяином особняка и не давала ему даже минутки, чтобы встретиться с Вайлет. Он так истосковался по ней: её телу, запаху, непослушным волосам и таким манящим губам. У них только начали налаживаться отношения, и Эрестер открылась мужчине, показывая тёмные стороны своего характера и настоящие эмоции. Кроули знал, что их притяжение взаимное, как и вожделение, граничащее с самым настоящим безумием! Рыжеволосому хотелось впиться в непослушную малышку, даря той наслаждение. Прикоснуться к её обнажённым ногам и спине, медленно снимать одежду, наблюдать за невинным смущением и шептать что-то пошлое на ушко, дразня и выводя на эмоции…

      В аристократе проснулся такой азарт и жажда плотской любви, которой не было, даже когда он был человеком. Наверное, Вай стала его первой любовью, и от этого бессмертная душа цвела. Осознание, что вечная жизнь может подарить нечто большее, чем бессмысленное существование, дарило ощущение счастья, заставляло забыть о своём статусе и расе. Однако сейчас Основателю приходилось сдерживать страстный порыв, находясь в кабинете со своей подчинённой. Скульд спокойно сидела на краешке стола и с интересом наблюдала за своим господином. Неожиданно раздался стук в дверь, и с разрешения блондинки в кабинет зашла голубоглазая, вводя аристократа в ступор.

      Её кружевные шортики прекрасно подчёркивали все достоинства фигуры, ровно как и расстегнутая на две верхние пуговицы чёрная рубашка. Кроули разрешил ей не носить эту, по словам смертной, «убогую форму», о чём сейчас очень жалел. Как только представил, что кто-то другой видел её в таком амплуа, то сразу же старался сдержать острый приступ негодования и ревности. Никто не должен был видеть её в таком виде, кроме него самого.

  Эрестер удивлённо уставилась на вампиршу и своего хозяина, недовольно сжимая серебряный поднос с бокалом крови. Она не видела его четыре дня и поняла, что соскучилась. Правда осознала она это только после подсказки Молоха. Вайлети совсем разучилась понимать свои эмоции, но сейчас начала вспоминать, как это делать. Высокомерие спутницы её вампира выводил горничную из себя. Голубоглазая учтиво поприветствовала двух монстров и направилась к столу.

 Аристократ, хищно улыбнувшись, заправил спавший на лоб волосок Хорн. Серовласая чуть челюсть на пол не обронила от неожиданности. В груди болезненно закололо сердце, а глаза поникли. Девушка даже взглядом не удостоила алоглазого наглеца и скоропостижно вылетела из комнаты, перед этим с грохотом поставив поднос на стеклянный столик.

      В голову ударил адреналин и хотелось вернуться, чтобы показать мужчине, как она зла на него. Девушка с таким трепетом подбирала одежду, чтобы угодить бессмертному и получить хоть толику его недостающего внимания. Раньше юная особа ничего и ни от кого не хотела, но сейчас желания обрушились на неё как шквальный ветер.

«Что за мерзавец! Сначала уезжает, не ставя в известность, на сколько, а теперь ещё и этот низкосортный флирт на уровне детского садика! Ещё бы и в щёчку чмокнул эту напыщенную страшилу, для большего эффекта. А на что я надеялась? На то, что сейчас Кроули вскочит и крепко стиснет меня в своих объятьях на глазах у подружки?! Так, спокойно Вайлет, ведь ты выше всего этого. Я не должна так злиться из-за ерунды. Это же чёртов Юсфорд, а такое поведение для него норма… Нужно просто немного подождать, и он сам приползёт ко мне извиняться…»

      Смертная топала в сторону спальни Лорда, где ей и предстояла уборка. По правде говоря, девушка никогда раньше не ступала за порог его комнаты, и это будоражило Вай изнутри, разжигая нешуточный интерес. По сути, смертная всегда могла воспользоваться такой привилегией, но отчего-то ей даже в голову не приходила такая замечательная мысль. Раздражение сменилось отголосками предвкушения. Подойдя к покоям вампира, Эрестер нахмурилась, ведь дверь была открыта, а неподалёку от неё стояли вёдра и швабры.

— Эй, ну ты где там ходишь? Я тебя минут десять уже жду. Давай быстрее!!! — ворчал Нит, скидывая грязное постельное бельё на пол.

— Я думала, что буду убирать комнату Кроули с Митой-чан, — в голосе серовласой слышалось разочарование.

— Тебя что-то не устраивает, Кейторо? - полюбопытствовал юноша, наконец взглянув на смертную.

   Его зрачки заметно расширились, что явно указывало на возбуждение. Слуга непроизвольно сглотнул и отвернулся, стараясь больше не думать об откровенных шортах Вай. Норай и сам не понимал, что это вдруг на него нашло сегодня. Целый день только и думает о наряде своей подчинённой.

— На-ка вот, — на выдохе произнёс парень и бросил подушку прямо в девушку.

— Эй! Ты совсем страх потерял? — холодно огрызнулась голубоглазая, замахиваясь, чтобы вмазать подушкой наглецу по лицу.

— Меняй наволочки и не страдай фигнёй. Твой ненаглядный вот-вот придёт и всыплет мне за невыполненную работу…

   Эрестер покраснела от слов шатена и обиженно прикусила губу. Не став больше спорить с начальником, Вайлети принялась за работу, попутно осматривая комнату. Помещение было просторным и светлым, с минимальным количеством мебели. Огромная кровать с чёрным балдахином завораживала своей необъятностью. Юная особа представила, как бессмертный лежит на удобном матрасе и читает книгу, задумчиво переворачивая страницу за страницей… А потом, резко оборачивается и смотрит своим цепким взглядом в её сторону, намекая на то, чтобы горничная присоединилась к его увлекательному занятию… От собственных фантазий серовласая даже поперхнулась.

— Воу, Вай, ты в порядке? — начальник подлетел к девушке и несильно похлопал ту по спине.

— Нормально-нормально, не нужно меня бить! — фыркнула Эрестер и попыталась сделать шаг назад.

   Наступив на простыню, горничная потеряла равновесие и полетела на кровать, попутно утаскивая за собой Нита. Шатен не успел выставить руки и навалился всем своим телом на голубоглазую… Секунду погодя, двое осознали всю трагичность произошедшего — их губы были плотно прижаты друг к другу, а глаза широко распахнуты. Шок обуял Вайлет, и она даже не оттолкнула начальника. Зато парень отстранился и невнятно произнёс:

— Прости, я случайно…

— Н-ничего…

      В комнате повисла тишина. Парень хоть и приподнялся, но не слез с серовласой. Он замер, ощущая невероятное желание, так внезапно возникшее и распространившееся словно разряд тока по всему телу. Нит смотрел на Вай с такой нежностью и трепетом, что даже горничная заметила это и по-дурацки улыбнулась. Ей пришлось отвести взгляд и по привычке закусить губу, чтобы хоть как-то избежать пристального наблюдения. Девушке было неловко от непонимания происходящего, ведь начальник впервые вытворяет вещи, вгоняющие её в самый настоящий ступор.

— Эм, может, слезешь? — вежливо поинтересовалась юная особа. Если бы Кроули застал их в такой позе, то пришлось бы собирать ошмётки его плоти по всей комнате, а это очень энергозатратное занятие.

 Эрестер дёрнулась, почувствовав на своих устах чужие губы и попыталась оттолкнуть наглеца, но не вышло. Норай был намного сильнее смертной, что повергло ту в немой шок. Она и подумать не могла, что этот лицемер способен на такое. Её боевые навыки были на высоте, но сейчас Вайлети явно уступала.

 Нит жадно впивался в припухшие губы, чувствуя сопротивление, но старался не обращать на это внимание и наслаждался моментом. Он чувствовал ненавязчивый запах свежести, дурманящий голову и разжигавший желание. Теплота девичьего тела манила своей нетронутостью и изящными изгибами. Хотелось поскорее избавить подчинённую от одежды и резко ворваться внутрь, заставляя ту кричать и молить о продолжении.

     Эрестер ощущала жар, исходящий от начальника. Он не был холодным, как Юсфорд, и это казалось девушке очень необычным. Она уже привыкла, что вампир не может согреть её, зато разжечь нешуточный пожар внутри — запросто. Но сейчас не было намёка даже на небольшой костёр, лишь неизменное состояние прострации. Рука юноши блуждала по оголённой коже живота горничной, от этого девушку пробрала на удивление приятная дрожь. Щёки заалели, и сознание наконец вернулось… Вай с силой ударила Норая в пах, опрокидывая его на пол и усаживаясь на краешек кровати. Пока парень корчился от боли, голубоглазая, рвано дыша, тёрла потревоженные губы…

— Какого чёрта ты вытворяешь, придурок? — прошипела Эрестер, сдерживая крики негодования — никто не должен был узнать о маленьком происшествии.

— Я… извини, не знаю, что на меня сегодня нашло…

     Начальник выглядел настолько растерянным, что серовласая даже готова была поверить ему, если бы их не прервал вампир, весело переступивший порог… Он не слышал, что произошло между смертными, но напряжение читалось в его пронзительном взгляде.

— Вайлет? — озадаченно произнёс бессмертный, делая небольшой шажок в её сторону.

— Нит, выйди, я всё объясню, — мгновенно выдала юная особа, пытаясь уберечь парня от гнева Основателя.

«Какого хрена я прикрываю этого… этого идиота?»

     Норай встал, учтиво поклонился и, аккуратно обойдя аристократа, вышел из комнаты, плотно закрывая дверь. Юсфорд не шелохнулся, не перевёл взгляда от возлюбленной, а подозрительно тихо смотрел на покрасневшие губы Вай.

— Кроули, я…

      Девушка и слова не успела вставить, как почувствовала сильную хватку у себя на запястьях и мягкий матрас под спиной. Сердце ёкнуло, а душа ушла в пятки от таких резких движений. Она слышала, как рычит монстр и дышит ей в шею, что-то невнятно шепча себе под нос.

      Эрестер страшится открыть свои глаза… Боится увидеть рассвирепевшее чудовище, потерявшее к ней интерес.

— На тебе его запах, — бросил рыжеволосый и посмотрел на человека холодным, бездушным взглядом.

      Вайлети широко распахнула глаза и инстинктивно сжалась, словно маленькая девочка, боящаяся темноты. Ком встал в горле, а руки непроизвольно тряслись. Это безумие в глазах вампира ужасало.

— Э-это вышло случайно… Правда… Я спотыкнулась, и Нит попытался поймать меня, но не вышло… Я упала на кровать, а он навалился сверху, и наши губы соприкоснулись… Нит извинился, и я его простила, ведь по сути никто не виноват! А губы красные, потому что я их тёрла… Мне было неприятно, вот и всё… А ты вместо того, чтобы быть со мной, с блондиночкой развлекался…

     Последние слова вылетели случайно, но именно они и смягчили убийственный настрой монстра. Юсфорд ещё пару мгновений с недоверием смотрел на свою малышку, но потом расплылся в хищной улыбке. Она приревновала, но при этом так холодно смотрела на него. Вайлети старалась убедить аристократа в своей правоте, но тот воспользовался этим в свою пользу.

  Влажный язык прошёлся по сухим губам, пробуждая импульсы удовольствия. Эрестер была удивлена такому резкому потеплению, но особо не стала противиться: так, для приличия попыталась возразить, но быстро умолкла, погружаясь в бездну своих тёмных желаний. Да, она так истосковалась по прохладе и властной натуре мужчины. Вай хотелось тонуть в его объятьях вечно, забывая обо всём на свете.

— М-м, где он ещё тебя касался? — шепнул Кроули, снимая с себя рубашку и плавно поглаживая внутреннюю сторону бедра своей девочки.

— Мгх, он у-упал на меня…— сумбурно ответила Эрестер, зарываясь пальчиками в мужские волосы, параллельно отвечая на сладострастный поцелуй.

— Значит, везде, — не без недовольства изрёк вампир, скидывая шорты и другую одежду смертной на пол, оставляя ту лишь в трусиках.

     Мужчина по собственнически сжимал упругую грудь девушки; перебирая пальчиками, играл с её, уже затвердевшими, сосками. Он удобно устроился между ног горничной, специально касаясь своим пахом её промежности. Вай дрогнула, почувствовав напряжённый член. Даже через штаны аристократа он казался ей огромным, и это не на шутку напугало Эрестер.

— М-м, как же я хочу тебя, — соблазнительно шептал Юсфорд, покрывая нежную шею быстрыми поцелуями.

     Вай тяжело дышала, утопая в нарастающей похоти. Её пульс зашкаливал, а зрачки расширились от возбуждения. Горячее тело жаждало ласки и нежности, но… Эрестер понимала, к чему всё идёт, осознавала намерения мужчины, однако напряглась, когда Кроули начал вести себя излишне напористо. Он жадно целовал её грудь, выводил линии вокруг затвердевших сосков, стремительно спускаясь всё ниже и ниже. Мужчина хотел взять то, что так давно возжелал. Вожделение затуманило разум, вывело на поверхность все порочно-сладкие желания аристократа. Мозг медленно, но верно отключался, давая волю инстинктам.

— К-кроули, — нервно выдала Вай, когда мужчина содрал с неё последнюю вещь и нещадно впился клыками в её бедро. Тихий всхлип сорвался с губ смертной, а лицо исказилось от боли.

      Серовласая мгновенно охолодела, и былой настрой окончательно скрылся за пеленой страха. Сейчас перед ней не сдержанный вампир, а самый настоящий, возбуждённый и доведённый до запретного предела, мужчина. Он, словно обезумевший, глотал сладкую кровь, не замечая испуганного состояния горничной. Властные руки крепко сжимали бёдра голубоглазой, постепенно притягивая смертную ещё ближе.

— Пожалуйста, прекрати, — рвано прошептала Вай, слыша, как на пол падают его брюки.

  Рыжеволосый оторвался от своего занятия и страстно вцепился в припухшие губы девушки, проникая своим языком внутрь рта. Жадно, ненасытно, словно последний раз в жизни, аристократ завоёвывал неприступную крепость с диким азартом. Эрестер своими хрупкими ладошками упёрлась в грудь мучителя в попытке оттолкнуть, но всё тщетно. Не спеша Основатель сделал небольшой толчок вперёд, показывая тем самым, как сильно его желание.

— Я сказала хватит! — заорала Вайлети, как только монстр оторвался от её губ. Юсфорда будто треснули по голове тяжёлой дубинкой, и сознание вернулось.

    Алые глаза удивлённо уставились на серовласую, растрёпанную красавицу, которая сжалась, как комочек под ним, прикрывая грудь. Её напуганный вид вызвал в вампире смешанные эмоции. Эрестер чуть ли не плакала от такого потрясения, хотя думала, что вполне спокойно отнесётся к потере девственности. Она хотела Кроули, но только не так. Мужчина понял, что произошло, и слез с малышки, прикрывая ту покрывалом.

—… Извини, я повёл себя неразумно, — хрипло выдал Основатель, находясь еще в очень возбуждённом состоянии. Его член так и готов был рваться в бой, только вот с этим вампиру придётся справляться самому.

 Аристократ наклонился к Эрестер и невинно улыбнулся, надеясь, что Вай простит его ненасытность и резкость. Услышав выдох и непонятное бурчание, бессмертный догадался, что прощён, и горничная поняла, что бороться с собственной похотью Кроули очень тяжело.

— Больше не флиртуй с той блондиночкой, — недовольно кинула голубоглазая и надула щёки.

— Ты такой ребёнок, — после этих слов холодные губы вампира прислонились к тёплому лбу, даря невесомый, наполненный чувствами поцелуй.

— Мне нужно… отлучиться…

    Юная особа хотела было возразить, но потом, покраснев до ушей, зарылась в одеяло и тихо угукнула…

Нужно очень много терпения, чтобы научиться терпению.

26.Крепкий яд любви и греха

Печаль, тоска, сожаление, отчаяние — это невзгоды приходящие, не укореняющиеся в душе; и опыт нас учит, как обманчиво горькое чувство, под влиянием которого мы думаем, что наши беды вечны.


Жан-Жак Руссо


∞∞∞


      Тут было так спокойно и умиротворённо — отличный повод поразмышлять над всеми проблемами. Этим и занимался Молох — погрузился в омут мыслей. Он вспомнил их с Вайлети первую встречу и её наполненные горем глаза. В тот день девочка потеряла смысл жизни, её сердце покрылось неизлечимыми ранами, а душа начала чернеть от скрытого желания к фатальному разрушению.

— У неё была не самая худшая жизнь, пока её мамаша не решила обратиться к темной магии и вызвать меня. Возможно, это я виноват в том, что Вай стала такой бессердечной и закрытой. Я даже благодарен Кроули за то, что помог сбросить ледяные оковы с её сердца — от этого душа стала лишь вкуснее. Не хочу признавать, но, кажется, что дни с Вайлети были довольно весёлыми и отвлекли меня от бессмертной жизни. Года — лишь мгновение для меня, а для людей это целая жизнь, наполненная спектром чувств и эмоций. Меня прокляли за грешную жизнь и не лишили воспоминаний, хотя я бы с радостью хотел позабыть всё… всё, кроме серовласой девчонки. Я понимаю, что саморучно убью её и на этом моим развлечениям конец, а такой финал отнюдь не радует. Таковы условия сделки, которые абсолютно точно нерушимы. Что ж, я всё равно бесчувственный монстр: найду себе новую жертву и дело с концом. Надеюсь, что быстро забуду её и вернусь к грехопадению.

₰₰₰


      От пекла на улице спасал лишь ветерок, а вот от нескончаемого потока мыслей ничего не помогало. Нит уже около пяти минут прятался за деревом и наблюдал за голубоглазой красавицей, которая с головой погрузилась в чтение книги. Юноша хотел извиниться за произошедшее и расставить все точки над «i», чтобы со спокойной душой продолжить общение с объектом своих тёплых чувств. Она его первая и, наверное, единственная любовь…

— Вай, я знаю, что ты не хочешь со мной разговаривать, но, прошу, выслушай! — начальник стремительно приближался к девушке, от неожиданности та подскочила и прижалась спиной к дереву, прожигая юношу взглядом.

— У-би-рай-ся, — холодно произнесла горничная, откидывая книгу в сторону. Она собиралась уйти, но Норай прижал хрупкое тело к дереву, не отступая от своего плана действий.

— Я влюблён в тебя! Прости, что говорю об этом так внезапно, но прошу, дай мне шанс на…

По укромному уголку сада разнесся стон боли и хруст костей. Эрестер кинула парня на землю и поставила ногу рядом с его пахом, показывая тем самым своё недовольство. Девушка дала понять смертному, что он пересёк черту дозволенного и разозлил её не на шутку. Никто не имел права так обращаться с голубоглазой, кроме Кроули — служанка очень хотела, чтобы её немедленно прижал к дереву несносный Основатель.

— Что ты несёшь? Влюблён? Это что, шутка такая? — Эрестер надеялась, что слова начальника ложь, ибо если это правда, то парень вляпался. — Ты ненормальный. Нит, знаешь же, что я с Кроули, и он убьёт тебя, если вдруг узнает…

      Серовласая дёрнулась от собственных слов. Перед ней лежал обычный, жалкий по её меркам, человечишка, но отчего-то девушка не желала его смерти. Карие глаза наполнились неподдельной печалью, что было довольно редким явлением, ведь вся жизнь Норая — фальшь, тонкий расчёт. Хладнокровность Вайлети куда-то исчезла, ей не хотелось убивать юношу, ведь, возможно, он стал её первым никудышным другом. Смертная не испытывала к нему нежных чувств, напротив, шатен частенько бесил её, но к нему Вайлет не испытывала отвращения или привычного равнодушия. Военная убрала ногу и тяжело вздохнула, увидев слёзы в глазах собеседника.

— Я не люблю тебя, Нит, — слова вылетели без всякого труда и обернулись молнией для слуги, ударившей прямо в трепещущее сердце. — Не буду извиняться за свои слова, ведь ты и так всё знал… Тот поцелуй я сочла шуткой, но не проявлением чувств — мой просчёт. Заметила бы раньше, предотвратила бы недоразумение…

      Голубоглазая старалась держаться холодно и обойтись без соплей. Парень вытер слёзы и улыбнулся, показывая тем самым, что всё отлично. Очередная ложь. Его отшили, и от этого грудь пронзила немыслимая боль, а дышать становилось всё тяжелее. Нит сдерживал вскипевшие чувства как мог, и Эрестер заметила это. Она просто похлопала начальника по плечу, невесомо поцеловала горячий лоб и безмолвно ушла прочь, даже позабыв об интересной книге. Как только юноша перестал слышать звук шагов, то сразу же дал волю эмоциям. Думаете, мужчины не плачут? Ошибаетесь. Разбитое сердце никогда не заживёт до конца, а рана периодически будет открываться, пуская в жизнь очередную порцию отрезвляющей боли.

      Убийца считал, что не заслужил счастья. Поломанный, искалеченный, он надеялся на её благосклонность, ведь они так похожи. Но девичье сердце уже было занято, и это уже не изменить. Смирение в данном случае — лучший и единственный выход для Нита.

Ты уходишь, меня оставляя одну,


Чувства в сердце моем растекаются болью,


И ночами так хочется выть на луну


В бесполезных попытках проститься с любовью.

Но она всё живет, проедая насквозь,


Забираясь сквозь раны под тонкую кожу…


А тебе всё равно, вместе мы или врозь,


Но моё сердце вряд ли забыть тебя сможет.


₰₰₰


Неделю спустя


      Звонкий голос симпатичной блондинки разлетался по комнате, даря умиротворение. Итару репетировала очередную песню для Второго Прародителя, стараясь выложиться на полную. Ей нравилось петь для бессмертного, а после, если он был благосклонен к ней, побеседовать на различные темы. С Вальдо никогда не было скучно.

— Ити!!! — кричал Тоширо, сбиваясь со счёта… Он никак не мог достучаться до своей подруги, ведь девушка просто-напросто не слушала мальчика.

— Хватит. Мне это уже надоело! Ты мешаешь репетировать и только портишь настроение, — синеглазая ответила жёстко, стараясь вразумить юнца.

— Итару, прислушайся ко мне! Как же ты не понимаешь, что Осана предаёт нас… Она каждый день ходит за этим следователем, словно собачка. Она влюбляется в него, неужели не видишь? Чувства сделают дурочку уязвимой и разговорчивой. Осана выдаст наш секрет. Если ты не забыла, то мы обещали Вайлети, что не выдадим тайну ради всех нас… Этот кровосос наприсылал шпионов, в надежде что-то узнать, но всё это бессмысленно. Я убил тех стражников, и она об этом знает, но молчит… Пока молчит, чёрт возьми! — сероглазый схватил блондинку за рукав и привстал на носочки, пытаясь выглядеть более убедительным и донести свои мысли, чувства, сомнения.

— …Ты, как и Вай, никому не хочешь верить, но не все люди плохие, понимаешь? Дай ей шанс, прошу. Договорились, Тоши? — Миями нежно погладила ребёнка по голове, невинно улыбаясь. Брюнет поумерил свой пыл, но точно осознал, что его подруга безнадёжна.

      Её наивность была той ещё занозой для юнца, но он продолжал верить этой набожной девице, рискуя собственной жизнью. Любовь заставляет идти на жертвы, кому-то застилает пеленой глаза, а кого-то беспощадно поглощает и превращает в монстра.

Где-то неподалёку раздался скрип и невесомые шаги, предвещающие неминуемые неприятности…


Поместье Кроули Юсфорда


      Пар в ванной комнате окружал Вайлети, словно туман в тёплую летнюю ночь. Девушка закончила вытирать своё тело, приступив к ненавистным серым волосам. Ей часто говорили, что они похожи на грязь, но недавно Кроули сказал, что они словно серебро, переливающееся на солнце. Вспомнив об этом, голубоглазая тут же покраснела и облизнула влажные губы, неторопливо наматывая мокрый локон на палец.

— Вайлет, ты долго? — ворвавшись в ванную, воскликнул вампир, но замер, словно статуя, при виде обнажённой девушки.

      Смертная обернулась и инстинктивно прижала к груди полотенце. Она пыталась сказать что-то мужчине, но не смогла вымолвить и звука. Дыхание предательски усилилось, как и сердцебиение. Неловкость нарастала с каждой секундой всё больше и больше, как и возбуждение, затуманивающее разум.

      Юсфорд не мог оторваться от хрупкого тела, буквально пожирал его взглядом, рассматривая каждый изгиб фигуры с диким азартом. Он почувствовал напряжение в штанах и сжал кулаки, нервно сглатывая. Алоглазый готов был накинуться на свою малышку прямо сейчас, прижать к стене и жёстко отыметь её, снять накопившееся напряжение за прошедшие дни. Вампир еле сдерживал себя и пытался быть джентльменом, потому что действительно любил голубоглазую. Именно поэтому аристократ развернулся и ушёл, оставив горничную наедине со своими мыслями.

      Эрестер присела на корточки и шлёпнула себя по щекам, издав при этом весьма необычный звук. Ей было до жути неловко и одновременно обидно, что возлюбленный ушёл. Да, в нашей Вайлет проснулась самая настоящая извращенка, жаждущая похоти и страсти. Наверное, всё от того, что времени осталось совсем немного. Столько всего нужно было успеть, а Кроули сдерживался, думая, что у них впереди огромное количество счастливых дней.

«Я так больше не могу… Эти чувства сводят меня с ума, а ложь извращает душу. Хочу признаться ему, но просто не в силах сказать правду…»

      Девушка пробыла в ванной около десяти минут, а затем спокойно вышла, переодевшись в ночную сорочку. Неожиданно серовласую обвили холодные руки и закинули её на широкие плечи. Вай инстинктивно попыталась выбраться — рефлекс, как-никак, но вскоре прекратила брыкаться, услышав звонкий смех аристократа.

— Кроули, ты ужасен…

— Ахах, кто же виноват, что ты такая трусишка, — мужской баритон был усладой для голубоглазой. Мимолётная улыбка проскользнула на лице смертной, ведь она находила очень забавным, что её считали трусишкой, хотя Вай уже готова была свернуть шею монстру.

      Юсфорд плавно опустил горничную на кровать, укладываясь рядом с ней. Вайлети удивлённо посмотрела на наглеца, быстро хлопая глазками. Лукавая улыбка появилась на лице Основателя и Вай непроизвольно улыбнулась в ответ. Мужчина невесомо прикоснулся к горячей щеке и провёл дорожку до ключиц своей малышки, даря той бурю приятных ощущений. Это было так невинно, но чертовски сексуально.

— И как это понимать? — поинтересовалась Эрестер, плавно придвинувшись к вампиру. Она положила свои ладошки ему на грудь и прижалась к сильному телу, ласкаясь, словно котёнок.

— Я хочу, чтобы отныне ты спала со мной. Освобождаю тебя от любой работы, кроме прислуживания мне и только мне, — Юсфорд зарылся носом в макушку смертной, глубоко вдыхая запах свежести, исходящий от влажных волос.

— Ты давно освободил меня от всякой работы… Все уже знают о наших отношениях и шепчутся за спиной, но я не обращаю внимания. О-о, я надеюсь, ты не брыкаешься во сне?

      Услышав это, аристократ впился в губы серовласой, несдержанно сминая их в ненасытном поцелуе. Его действия были жёсткими, властными, но до упоения прекрасными. Возбуждение ударило в голову, словно гром среди ясного неба. Хотелось зайти дальше и переступить запретную черту, но бессмертный недовольно оторвался, крепко прижимая к себе малышку…

— Ты же понимаешь, что если продолжим, то я уже не сдержусь, — охрипший голос с примесью отчаяния прозвучал очень тихо, но горничная всё равно его услышала.

      Она не могла ему ответить абсолютно ничего. Всё девичье тело горело, жаждало прикосновений, ласки, разрядки, которой ей так не хватало. Эрестер хотела продолжить, но не смогла пошевелиться — бессмертный стиснул её и не собирался отпускать. Он не мог позволить себе сорваться и превратить первый раз его малышки в несдержанный выброс эмоций, подкреплённый диким животным желанием. Да, это похоже на мазохизм…

«Чёрт, я должна признаться ему! Я должна всё рассказать… Мне больно от того, что обманываю его. Кроули так сдерживается ради меня, а я веду себя как последняя сволочь — хуже Молоха…»

— К-кроули, я…

— М-м, говори…

— Я-я…на самом деле… в общем… брыкаюсь во сне, — выдала Вайлет и крепко стиснула зубы от злости на саму себя. Она считала себя никчёмной и жалкой.

— Правда? Мне плевать, ведь я люблю тебя.

      Голубые глаза широко распахнулись и наполнились слезами. Всё хрупкое тело задрожало, словно листик на ветру, и из глаз потекли горячие слёзы. Вампир удивлённо отодвинулся, не понимая причину такой реакции. Девушка не плакала уже очень долго. Она сдерживала себя всё это время? Нет, ей просто было плевать на окружающих людей и события, происходившие вокруг неё. Равнодушие стало занимать огромное место в её холодном сердце. Так было до встречи с Юсфордом… Он признался ей в любви и остатки ледяных оков рухнули — разлетелись на мелкие кусочки, открывая место для других эмоций и чувств.

— Спасибо тебе, Кроули, — шепнула Эрестер и крепко обняла мужчину, не собираясь его отпускать.

      Она знала, что не заслуживает такой любви и от этого очень страдала, сгорая изнутри от чувства вины. Вампир обнял смертную в ответ, не проронив ни слова. Он подумал, что это слёзы радости, но никак не адской душевной боли…

Heu conscienta animi gravis est servitus*


₰₰₰


      Брюнет запивал свой завтрак сладким зелёным чаем, одновременно поглядывая на Итару, которая до сих пор смеялась над мальчиком: он уронил на себя целую тарелку омлета, спотыкнувшись об ковёр. Тоширо надул щёки и отвернулся, что-то бурча себе под нос, как старый дед.

— Ладно тебе, с кем не бывает, Тоши… Я тоже часто падаю, знаешь же. Просто это было очень неожиданно и смешно, — Миями еле сдерживала улыбку.

      Вскоре хорошее настроение девушки сменилось самой настоящей паникой. Блондинка вскочила и подлетела к упавшему ребёнку, который захлёбывался собственной кровью. Его всего трясло, а приглушённые крики боли так и вырывались из груди, словно нескончаемый поток.

— Кто-нибудь, на помощь!!! — синеглазая кричала так громко, как могла. Она пыталась помочь юнцу, но всё было тщетно. Девушка даже подумать не могла, что его отравили…

      Осана, наблюдавшая из-за угла, нервно сглотнула и медленно сползла по стене, впиваясь пальцами в волосы. Позже она прикрыла уши, чтобы больше не слышать этих отвратительных воплей мальчишки.

— Чёрт, неужели яд не сработал… Он должен был подействовать мгновенно… Что я наделала…

      Этот поступок был роковой ошибкой, совершённый глупой трусливой девчонкой. Она хотела уберечь себя, а в итоге только подставила. Любовь затуманила её рассудок? Нет, это был банальный человеческий страх…

До конца осталось 28 дней


Примечание к части:


* Хуже рабства - угрызения совести.

27. Любовь так порочна

Сердца стук. И тишина.

Пополам мир разделился.

Он один. И я одна.

Мир в тумане мне приснился.

₰₰₰

В то время, когда удушливый зной летнего денька, словно морской отлив, медленно, но бесповоротно убегает прочь, всё как будто замирает. Жёлтое, ослепительно яркое солнце меняет свой цвет и оттенок на более мягкий и теплый, который, словно невесомая шаль, укрывает всё вокруг. Вся природа в закатных лучах чудесным образом преображается. Зелёный цвет растений становится все насыщеннее. Всё живое, которое вело активную деятельность днем, готовится ко сну. Именно в такой чудный вечер Кроули решил устроить своей малышке сюрприз.


Вайлети сидела на балконе и смотрела вдаль на заходящее солнышко, периодически поглядывая на накрытый столик. Девушка невинно улыбалась, блаженствуя от мимолётной внутренней гармонии. В последнее время на неё столько всего навалилось, что голова готова была взорваться. Хорошо, что Юсфорд решил устроить романтический вечер, видя, как страдает его любимая. Он не знал причину её замкнутости и гадал, почему же Эрестер плакала в тот день. Всё было так сложно, что аристократ решил разрядить обстановку и поговорить по душам.


Кроули давно не испытывал таких нежных чувств, да и не должен был, ведь равнодушие, безэмоциональность — своеобразная плата за бессмертие. Мужчине хотелось столько всего рассказать девушке, чем он и занимался в последние дни, а Вай лишь молчала и улыбалась, изредка добавляя язвительные комментарии. Юсфорд не мог раскусить её, и это угнетало. Она оставалась такой загадочной и недосягаемой, словно звезда на необъятном небосклоне. Основатель считал её слабой, хрупкой, но крайне необычной. Порой её хладнокровию мог позавидовать даже вампир, а от леденящего душу взгляда сердце уходило в пятки.


— Вайлет, присаживайся, — игриво произнёс аристократ, наполняя бокал вином.


Девушка без лишних слов присела на удобное кресло и аккуратно взялась за ножку бокала. Они чокнулись и улыбнулись, словно два подростка, флиртующих в первый раз. За увлекательной беседой влюблённые успели поговорить о многом, включая реакцию окружающих на их отношения. Кроули пообещал, что уладит любые проблемы и защитит Вай от невзгод… Голубоглазая лишь кивала и с печальным взглядом старалась улыбаться, не показывая, что борется со внутренними переживаниями и душевными терзаниями. Он говорил так искренне, что мужчине действительно хотелось верить, только вот смысла не было, ведь всем мечтам не суждено было сбыться — дыхание смерти уже почти настигло военную… Она слышала его всё отчётливее, особенно перед сном — изо дня в день одно и тоже. Вай готовилась погрузиться в кромешную темноту…


— … Ты недавно плакала из-за моих слов и даже не объяснила причину, но я и не стану спрашивать об этом. Пусть тайна так и останется тайной. Главное, что я хотел донести сегодняшним ужином, так это то, что я люблю тебя, Вайлети, — властное и до упоения сексуальное признание вызвало целую волну мурашек, стремительно распространившихся по юному телу. Вай захотелось рыдать и выть от боли, ведь совесть грызла с утроенной силой, а сердце билось, точно в последний раз…


«Я так больше не могу… Но и не в силах признаться! Сколько времени у меня осталось? Мало, это я знаю точно. Настолько мало, что по сравнению с годом эти несчастные дни кажутся мигом. Я так хочу рассказать тебе обо всём, Кроули. Хочу, но не могу… Однако кое на что я всё же способна решиться…»


Эрестер скинула со стола все фрукты и даже хрустальные бокалы, чем повергла аристократа в шок. Она залезла на столик и приблизилась к мужчине до критического минимума, томно вздохнув полной грудью и соблазнительно облизнув нижнюю губу. Её голубые глаза источали желание, а взгляд был направлен исключительно на оцепеневшего бессмертного. Юсфорд почувствовал немыслимую жажду и тяжело сглотнул, приблизившись в ответ. Приятный аромат, исходивший от возлюбленной, проникал глубоко внутрь монстра, раззадоривая его и возбуждая. Здравый смысл начал покидать алоглазого, как и сдержанность, сравнимая сейчас с тоненькой кромкой льда.


— Я хочу, чтобы ты взял меня прямо сейчас, — властно прошептала Вайлети, с вызовом и мольбой смотря на своего господина.


На этот раз Кроули не стал сдерживать своего внутреннего зверя — был просто не в состоянии противиться такому сладострастному искушению. Он припал к губам любимой, сминая их в упоительно долгом поцелуе. Его руки забрались под льняную рубашку, обуяв прохладой горячую кожу. Вайлети вздрогнула и прогнулась в спине, тихо простонав, ни на секунду не отрываясь от бледных губ. Да, она наконец получила необходимую дозу противоядия, чтобы окончательно не свихнуться от собственных развратных фантазий.


Прикосновения вампира по-прежнему были осторожными и нежными, но Эрестер хотелось жёстче! Вся её жизнь — боль и страдания, и даже сейчас она хотела тонуть в разрушительных эмоциях, чтобы запомнить этот момент навсегда. Девушка рыкнула, углубив поцелуй, намекая Основателю на свои желания. Юсфорд улыбнулся, подумав про себя: «Плохая девочка!». Он подхватил ненасытную особу на руки и направился прямиком к кровати. Вай почувствовала прикосновение к прохладным простыням и только тогда оторвалась от бессмертного. Кроули плавно стянул с себя рубашку и небрежно кинул её на пол, приступив к своему долгожданному «десерту». Постепенно мужчина снял со своей девочки всю ненужную одежду, оставив её обнажённой…


Нет, Эрестер не смущалась, но всё равно покраснела от нахлынувшего предвкушения и неконтролируемого жара. Аристократ жадно пожирал каждый сантиметр бледной, нетронутой кожи, а затем невесомо прикоснулся к ней: плавными движениями монстр выводил узоры на дрожащем теле, спускаясь всё ниже и ниже. Мужчина не оставил ни единого участочка без страстных ласк, поцелуев… Он взял её груди и слегка сжал их, проведя большими пальцами по ореолам сосков. Вай прикусила губу и прошептала что-то несвязное, граничащее с бредом. Удовольствие затуманивало рассудок, а непроизвольные стоны было нереально контролировать.


Серовласая зарылась пальчиками в шелковистые волосы, не сильно сжимая их, пытаясь подарить любимому хоть толику того удовольствия, которым он с ней делиться. Этот невинный жест подлил масла в огонь, раззадорив вампира не на шутку. Кроули стремительно опустился вниз, раздвигая девичьи ножки в стороны. Так же стремительно он припал к влажному лону, погружаясь языком внутрь.


— К-кроули! — крикнула Эрестер, сжимая простыню и пальцы на ногах.


Дыхание стало частым, сбивчивым, и грудная клетка вздымалась вверх-вниз, а сердце неумолимо стучало в груди. Внизу живота зарождалось приятное тепло и колкие импульсы, стремительно распространившиеся по телу. Оргазм накатил с такой силой, что смертная забилась в конвульсиях, словно раненая птичка в клетке: её ноги дрожали, а низ живота сильно пульсировал… Охрипшие мольбы не останавливаться сводили мужчину с ума, срывали крышу! Наконец Юсфорд оторвался от своего занятия, пошло облизываясь на глазах у любимой. Она была такой уязвимой, что хотелось искусать её с головы до ног, глубоко погружаясь клыками в манящую плоть. Однако аристократ понимал, что если сделает так, то просто-напросто убьёт свою пташку.


Напряжённый член нуждался в разрядке, да и сам Кроули уже не мог контролировать животные инстинкты, бушевавшие в нём. Мужчина стянул с себя оставшуюся форму и навис над запыхавшейся, ещё не отошедшей от оргазма, девушкой, с любопытством всматриваясь вглубь голубых глаз. Они так и манили своей отчуждённостью, пропитанной похотью и нестерпимым желанием быть покорённой. Расширенные зрачки придавали взгляду уверенности, чему Основатель был несомненно рад. Его непокорная малышка сейчас полностью доверилась ему.


— Сейчас будет больно, но останавливаться я не собираюсь, — властно прошептал монстр на ушко своей жертвы, даря той очередную порцию адреналина.


Эрестер почувствовала прикосновение холодных губ к её шее и немаленькое достоинство, упиравшееся ей в бедро. Кроули старался сделать этот момент менее болезненным, поэтому по-прежнему продолжал ласкать малышку, ещё больше возбуждая. Наконец, взглянув в последний раз в невинные глаза, плавно вошёл внутрь горячего лона. Вайлети недовольно поморщилась и схватилась за мускулистые плечи мужчины. Он подождал лишь несколько секунд и вновь продолжил двигаться, постепенно ускоряя темп.


— А-а-ах, — прерывисто выдохнула смертная, ощутив ранее невиданное чувство.


Боль сошла на нет, а внутри влагалища разгорался нешуточный пожар. Девушка с откровенным непониманием смотрела на довольного и напряженного вампира, который продолжал двигаться просто в бешеном темпе, раздирая все преграды дозволенного на мелкие кусочки. Вместо стонов в комнате наступила мимолётная тишина, ведь Вай, выгнувшись словно змея, задержала дыхание, чтобы в полной мере ощутить немыслимое удовольствие, которое ей никогда не доводилось испытывать. Вместо лёгкой дрожи голубоглазая почувствовала приятные спазмы, дарившие умопомрачительное наслаждение. Она больше не могла контролировать своё тело, свой уже охрипший голос…


Аристократ вбивался в податливое тело, погружаясь в омут вожделения с головой. Он просто не мог насытиться малышкой, не мог остановиться! Единственное, на что он был способен, так это на резкие, сильные толчки и сдержанные стоны, больше похожие на рычание неугомонного зверя. Голос любимой вторил его имя, просил не останавливаться ни на секунду. Кроули так долго этого ждал, что просто не в силах был сдерживать свой порыв. Сильные руки перевернули девушку на живот, а затем поставили её на колени — немного перебор для первого раза, но кого это волнует?


Мужчина сжал растрепанные волосы в кулак, словно вожжи и, сбавив темп, продолжил двигаться. Вайлети почувствовала себя самой настоящей рабыней, вымаливающей у своего хозяина пощады. Ей хотелось быстрее, но бессмертный издевался, умело манипулировал своей жертвой — ловил кайф от происходящего. Сама мысль о том, что его хочет эта маленькая льдинка, будоражила монстра изнутри — высшая степень любовного извращения…


— К-кроули…прошу тебя, быстрее! — осипший голос звучал чертовски сексуально.


— М-м-м, проси ещё, — игриво прошептал аристократ, полностью остановившись.


— А-а, п-пожалуйста!!! — крикнула Эрестер из последних сил и почувствовала глубокий толчок и небольшую боль — так глубоко вампир ещё не входил в неё.


— Хорошая девочка…


Ноги предательски задрожали под гнётом нескончаемых движений. Пик удовольствия приближался, ровно как сладострастная истома. Девушка и представить себе не могла, что существует такая степень близости и обладания. Основатель планировал быть с ней в первый раз нежным, чутким, но вышло так, что тело больше не принадлежало ему, стремясь утолить съедающий изнутри голод. Мужчина мог думать лишь о том, чтобы вбиваться в смертную ещё глубже, доказывая всем и ей, что она его. Никогда ещё близость с женщиной не дарила ему таких неописуемых эмоций.


Он чуть изменил угол вхождения, и теперь каждый раз малышка ощущала давление в ту или иную часть стенки влагалища. Когда же вампир сделал круговое движение бёдрами, которое отозвалось сладкой истомой в её измотанном теле, Вайлети громко застонала. Продолжив движения бёдрами, он полностью вогнал себя внутрь, вырвав ещё один желанный стон, заполнив каждый миллиметр внутри смертной. Это было больно, но она желала этой боли. Влажные шлепки их тел казались развратными и зародили волну стремительно распространившегося наслаждения, толкающую Эрестер подаваться с каждым ударом ему навстречу.


Судорога начала сводить каждую клеточку её тела с удвоенной силой. Ноги предательски разъезжались, не выдерживая его напора, и когда горничная подумала, что вот-вот упадёт, то сильная рука легла на горячий живот, удерживая её от неминуемого падения. Вайлети почувствовала, как мужское тело начало содрогаться, а толчки становились реже, но глубже. С каждым разом Кроули умудрялся пробиться ещё дальше, а через несколько мгновений сладкой пытки военная почувствовала струю внутри себя и взорвалась в ослепительно ярком оргазме.


Мир расплылся словно туман… Вайлети ещё долго пыталась прийти в себя после такого взрыва ощущений. Девушка просто лежала и чувствовала его мерное дыхание, приятные поглаживания по спине, рукам, бёдрам и понимала, что вот оно — счастье! Сейчас она нуждалась лишь в этом и только в этом. Ей не нужен был мир, грязный и отвратительный, люди, погрязшие в грехах. Эрестер нуждалась лишь в наглом и самодовольном вампире, подарившем ей самую лучшую ночь в её ничтожной жизни.


— Я люблю тебя, малышка, — бессмертный обнял свою девочку со спины, вновь произнеся слова о любви, которые сами вылетели из его уст.


— И я тебя, Кроули, — шепнула девушка, чувствуя, как по щеке стекает горячая слеза… Её счастье не вечно, а дни сочтены, и с этим остаётся лишь только смириться.


Раны от любви, в отличие ран от пуль, никого не убивают, но и не заживают никогда.


₰₰₰

В Сангвинеме дела обстояли немного хуже, чем рассчитывала Осана, пытаясь воплотить свой ужасный замысел в жизнь. Девушка ведь почти убила парня, но тот оказался крепок не только душой, но и телом. Те многочисленные эксперименты закалили его, сделав сильнее многих даже взрослых людей, однако Тоши по-прежнему оставался уязвимым ребёнком, которому была необходима помощь близкого человека. Итару приходила навещать юного непоседу каждый день, в надежде развеселить того хоть немного…


Осана стояла у порога его временной комнаты, с подносом в руках и заметно нервничала. Мальчик прищурился и пригласил служанку войти, но только лишь для того, чтобы убедиться в своих догадках. Он был на девяносто девять процентов уверен, что тем отравителем была именно художница.


— Тоширо, я рада, что тебе стало лучше! — с дрожью в голосе молвила девушка.


— Правда? А что же тогда не приходила ко мне всё это время, пока я валялся здесь? — мальчик был настроен крайне решительно, поэтому не стал притворяться паинькой.


— Т-тоши, но это же не от меня зависит… Господин Пелир просил помочь ему, а я не могла отказать, иначе поплатилась бы за это собственной жизнью!


— О-о, а как меня травить, так это ты с радостью? — Осана дрогнула и сделала шаг назад. В её болотных глазах запросто читался страх и удивление, смешанные с чувством вины. — Молчишь… Ты просто неблагодарная дура, вот что я тебе скажу. Настолько отвратительного человека ещё поискать нужно. Мы спасли тебя, и ты выручила нас, так в чём же тогда проблема? Может, в твоей гнилой натуре или же внезапно проснувшихся чувствах к этому ублюдку?! Плачешь… Правильно делаешь, только вот слёзы тебе уже ничем не помогут, дорогуша. Ещё раз ты вытворишь подобное, и я убью тебя… Приблизишься к Итару слишком близко или же расскажешь про сестричку Вайлет, и тебе конец! Больше не приходи сюда и постарайся забыть о нашем существовании. Дальше играй в бессмысленную игру со своим следователем, пока он тебя и сам не осушил до последней капли. Хотя кому захочется прикасаться к такой, как ты!


Устрашающий голос мальчика пробирал до дрожи, вызывая лишь одно чувство — неизмеримый страх. Его глаза сейчас казались слишком тёмными, а от этого девушка ещё больше ужаснулась и, не вытерпев нарастающего давления, пулей вылетела из комнаты, даже не прикрыв за собой дверь. Это сражение выиграл Тоши, но победил ли он в войне?


Сад Кроули Юсфорда.

Облокотившись на дерево, Нит сидел и бессмысленно смотрел вниз, разглядывая собственные пальцы. Его сердце бешено колотилось в груди, а тело горело. Это был конец — он сломался. Норай начал прерывисто дышать, больше не сдерживая собственные неконтролируемые эмоции. Парень закинул голову назад и ударился об ствол, крепко стиснув зубы. Начальник заплакал от нестерпимого чувства ревности. Шатен увидел их мельком, целующихся на балконе самой шикарной комнаты особняка. Вайлети выглядела такой счастливой и до безумия сексуальной, но не его… Норай понял, что их отношения с вампиром зашли слишком далеко, и у него нет ни шанса на успех. Парень просто ушёл, грустно улыбнувшись себе под нос. Вот уже около часа он здесь, не в силах подняться и пойти спать. Поток мыслей, глубоко проникший в голову, просто не давал покоя и умиротворения…


«Как можно быть таким идиотом и влюбиться в ту, за которой тебе приказано следить? Чёрт, а это оказывается больно — любить того, кому ты безразличен…»


Смертный прикрыл глаза и медленно поднялся. Он всё же направился в сторону особняка, подставляя лицо под прохладный порыв ветра, который хоть немного смягчил головную боль. Юноша хотел забыться и напиться, что он и собирался сделать, пока хозяин особняка занят… Кареглазый вынул руки из карманов, чтобы утереть слёзы и даже не заметил, как из-под его одежды выпал маленький клочок потёртой бумаги… Ветерок унёс клочок вглубь сада, навсегда меняя ход истории и судьбу несчастного убийцы.


Случайности в этом мире обладают весьма продуманными схемами…


До конца осталось 20 дней

28.Хочется кричать

Подозревать хуже, чем знать. У реальности есть границы, но воображение безгранично!

₰₰₰

Напряжение — очень противоречивое состояние, при котором тяжко собраться с мыслями и унять непонятную дрожь. Оно обволакивает, затуманивает рассудок и сбивает с правильного пути. Ты начинаешь медленно тонуть в собственных мыслях, теряясь в них словно в тёмном непроглядном лесу. Нечто похожее происходило сейчас с Осаной, которая стояла как вкопанная, не зная, что ответить Пелиру на его многочисленные вопросы.

Следователь очень заинтересовался случаем с отравлением и начал подозревать в этом кого-то из персонала. Мужчина не мог понять мотива убийства, поэтому зацепился за этот случай, как за спасательный круг. Интуиция вторила ему, что мальчик причастен к нераскрытому делу, но только вот каким образом? И зачем кому-то убивать обычного ничтожного мальчишку? У аристократа была лишь одна догадка — Тоши с убийцей замешаны в давнем инциденте. Пелир начал подозревать синевласую по одной простой причине — она единственная не навещала Кейторо несколько дней, в то время как остальные приходили к брюнету просто из любопытства. Девушка не задала ему ни одного вопроса и, казалось, вовсе не интересовалась этой ситуацией, хотя именно сероглазый спас её когда-то…

«Это ничтожество что-то скрывает от меня и в открытую лжёт. Я слышу, как сильно колотится её сердце, и вижу, как она теребит краешек рубашки. Девчонка не может смотреть мне в глаза, не в силах внятно ответить хоть на один простой вопрос. Она точно что-то знает и боится сказать, осталось лишь узнать причину такого несуразного поведения и, возможно, я останусь в плюсе! Господин Вальдо и так желает, чтобы я раскрыл этот случай поскорее… Я не могу подвести его!».

— Осана, ты можешь идти. То, что ты не ходила к Тоширо из-за, меня весьма похвально, поэтому я прощаю тебя за такие нелепые ответы, — властно сказал мужчина, прожигая невинную овечку хищным взглядом. Болотноглазая слегка улыбнулась и учтиво поклонилась, а после направилась к выходу, оставив следователя одного…


Чтоб от лжи не страдать в ледяной тоске,

Ты с лгуном говори на его языке.

Не смущайся, любые узлы вяжи.

Пусть изведает сам результаты лжи!

₰₰₰

Комната Кроули Юсфорда.


Из открытого окна, колыхая шторы, в комнату проникал тёплый ветерок. Сейчас было практически пять часов вечера, и вампир уже давно проснулся, но по-прежнему оставался в кровати, с любопытством и неизмеримым удовольствием наблюдая за своей малышкой. Вайлети только недавно начала ворочаться и пробуждаться от долгого сна. Её растрепанные волосы в солнечных лучах переливались, словно чистое серебро, чем завораживали вампира. Он всегда думал, что её буйные пряди выглядят чертовски сексуально и не мог согласиться с жалкими людишками, которые сравнивали драгоценность с грязью.

Юсфорд пожирал взглядом её шею и плечи, дивясь бледности нежной кожи. Он взял её вчера и готов был повторить это прямо сейчас, но понимал, что так нельзя. Девушка слишком долго спит после вчерашнего несдержанного секса и всплеска эмоций, поэтому не стоит торопить события. Вай глубоко вздохнула и приоткрыла заспанные глазки, неприятно щурясь, затем выгнулась в спине и сладко потянулась, блаженно улыбаясь. Юсфорд довольно облизнулся и прильнул к припухшим губам горничной. Та тут же ответила на поцелуй и обняла аристократа за шею, мурлыча от удовольствия словно котёнок.

Его язык словно в первый раз исследовал желанный ротик, не пропуская ни миллиметра. Осторожно обхватывал её губы, соскальзывая с них всякий раз, и тут же прижимаясь опять, напористо и плотно. Кроули знал, что девушке нравилось, и это доставляло ему умопомрачительное удовольствие. Он практически всегда был монстром, безжалостно убивал, но Эрестер приняла его таким без лишних вопросов и осуждений. Вампир и не догадывался, что его крошка была такой же убийцей.

— М-м, я надеюсь, что не проспала завтрак, — хрипло выдала голубоглазая, поглаживая щёку своего любимого.

— Вайлети, ты проспала даже обед, — бессмертный опустился чуть ниже после своих слов и начал невесомо целовать шею, на что девушка ответила тихим стоном.

— М-м-м, уже столько времени… Я даже п-поверить не могу, — горничная начала прерывисто дышать, когда ощутила дыхание внизу живота. Вампир почувствовал нелепое сопротивление со стороны малышки, но быстро с ним справился — Вай едва могла пошевелить своими ножками, а тем более бороться с Основателем. — К-кроули, а как же завтрак? — прошептала смертная, невольно прикусив нижнюю губу от прикосновения языка к её возбуждённому клитору.

— Малыш, а чем я по твоему занимаюсь?

Его движения были быстрыми, но чертовски чёткими, продуманными — мужчина точно знал, как и когда двигаться внутри влажного лона! Кроули вытворял своим языком нечто невообразимое, что заставляло ноги дрожать, дыхание прерываться, а сердце выпрыгивать из груди. Эрестер уже счёт потеряла, сколько раз успела кончить под натиском непрекращающихся движений своего господина. Она сдалась ему полностью, даже не поборовшись, чтобы возбудить рыжеволосого ещё больше… Аристократ и без этого безумно желал её. Закончив сладострастную пытку, мужчина поднялся и аккуратно прокусил тонкую шею, вынудив девушку громко застонать и сильно покраснеть. Юсфорд давно не пил столь желанную кровь, но сейчас подумал, что заслужил подобного рода награду. Каждый глоток дурманил голову и утолял голод ненасытного монстра…

Час спустя.

Юсфорд уехал, оставив свою спящую красавицу и дальше валяться в кровати, но Вай всё равно встала, пусть после трёх неудачных попыток — ноги почти не держали. Девушка накинула мужскую рубашку и натянула бриджи, а затем направилась в гостиную, где на маленьком стеклянном столике стояла большая корзинка с фруктами. Серовласая схватила спелое яблочко и побрела в сад, не обращая внимания на заинтересованные взгляды прислуги.

Она чувствовала колючую травку под ногами и наслаждалась даже этим, ведь была счастлива. Правда, голова кружилась, и это происходило с ней довольно часто. Тело болело, а внутри всё медленно умирало. Вайлети скрывала своё состояние от бессмертного и пряталась за нелепой улыбкой в надежде, что он ничего не заметит. Проходя мимо фонтана, девушка печально улыбнулась, вспомнив их первый поцелуй. Это было совсем не романтично, но зато крайне необычно и запоминающееся.

— Боже, этот засранец действительно заставил меня тогда понервничать… А-а, что это?

Эрестер неуклюже нагнулась с яблоком во рту и схватила непонятную бумажку, лежавшую в ямке рядом с фонтанчиком. С любопытством развернув клочок, смертная тут же пожалела об этом. Яблоко упало прямиком к босым ногам и откатилось в сторону. Счастливое лицо мгновенно померкло, а губы задрожали. Это был приказ… От ЯИДА, адресованный Ниту, в котором было чётко написано, чтобы он убил её и Тоширо. Серовласая прикрыла глаза, разорвала бумажку на куски и бросила в воду, а затем приложила ладонь на часто вздымающуюся грудь, в надежде унять боль.

«Нит Норай, чтоб тебя! Этот высокомерный идиот? Боже, а ведь я доверилась ему и как ни странно даже подумала, что он неплохой человек… Нит, ты до сих пор не убил меня, но ты можешь испортить последние дни рядышком с Кроули… Нет-нет, только не снова… Мне придётся убить его… Убить друга?»

— Вайлети, ты чего это босая по улице расхаживаешь? — приятный голос заставил Эрестер подпрыгнуть и обернуться. От вида улыбающегося паренька внутри всё сжалось. Смертная просто не могла поверить в то, что можно так искусно притворяться. Но всё было гораздо проще — начальник не лгал.

— Тебе то какая разница? — в привычном тоне ответила горничная, старясь вести себя как обычно.

— Воу, узнаю твой буйный нрав… Не хочешь прогуляться, пока твой ненаглядный не вернулся? — в шутке всё ещё проскальзывали нотки ревности. Парень и не надеялся получить согласие, ведь голубоглазая всегда посылала его куда по дальше.

— Да, почему бы и нет, — от таких слов шатен выпучил глаза, не зная, что и сказать.

Эрестер не дождалась ответа и побрела вперёд по дорожке вглубь сада. Парень ринулся за ней, светясь от счастья. Они просто шли и болтали о всякой ерунде, периодически подкалывая друг друга. Им было весело и легко общаться, как будто между ними никогда и не было разногласий или неразделённых чувств. Только реальность была жестокой, а видимость мира лишь очередной иллюзией. Юноша рассказал серовласой о своём непростом детстве и о семье, которая его ненавидела. Он не лгал, но и не говорил правды, а Вай об этом прекрасно знала, но всё равно слушала Нита. Ей просто хотелось говорить с ним как раньше: до того, как Эрестер узнала неприятную истину.

— Моя мать просто бросила меня и брата посреди поля и уехала со своим ухажёром куда-то далеко, больше я её не видела. Затем детдом и апокалипсис…

Ну, фактически, Вай говорила правду, однако никакого брата у неё и в помине не было. Кареглазый грустно улыбнулся и похлопал девушку по плечу — дружеский жест поддержки и заботы, который вызвал у Эрестер внутренний конфликт. Мужчина был так добр к ней, и голубоглазая осознавала, что начальник искренен, но именно это и убивало военную больше всего на свете. Лучше бы парень был просто шпионом, беспрекословно выполняющий жестокие приказы начальства, тогда постоянно не мелькали бы мысли о пощаде и сожалении, дружбе и привязанности.

Наконец смертные остановились, чтобы посмотреть на закат. Заходящее солнышко отображалось на гладкой поверхности большого пруда, окрашивая воду в разноцветные краски. Палитра цветов была такой яркой, что девушка даже прищурилась, чтобы не «ослепнуть» от такой красоты. Серовласая повернула голову в сторону слуги и увидела на его лице незатейливую улыбку. Норай прикрыл глаза и нежился на солнышке вместе с ней. Убийца ничего не говорил, но Вайлети будто могла читать его мысли… Голубоглазая и подумать не могла, что когда-нибудь сблизится с этим высокомерным лжецом. В голове неожиданно нахлынули воспоминания, связанные с вампиром, и сердце начало ускорять свой ритм. Место от укуса приятно закололо, а всё тело покрылось мурашками от этих сладких, страстных мыслей о любимом. Смертная ещё раз посмотрела на довольного юношу и нервно закусила губу, а позже опустила взгляд, крепко сжав ладони в кулак.

«Нит, прости меня…»

— Чёрт, я не закончил подготовку к ужину, — ругнулся начальник и зачесал волосы назад, делая недовольное лицо. — Поговорим позже, Вайлети… Спасибо за прогулку — она была просто восхитительной!

Эрестер кивнула и дождалась пока парень отвернётся и направится прочь. Сейчас отличная возможность убить его! Эффект неожиданности, как-никак, но серовласая от чего-то медлит и стоит на месте. Её голубые глаза выглядят несчастными и потерянными, а лицо мрачным.

— Если ты и умрёшь от моей руки, то только как друг, а не заклятый враг…


Смерть — величайший математик, ибо безошибочно решает все задачи.


₰₰₰


10 дней спустя…

Этот вечер был особенным для вампира, ведь он решил устроить своей малышке очередной сюрприз, уповая на её положительную реакцию и бурю эмоций. Каждый день, находясь рядом с Вайлети, вампир влюблялся ещё больше, постоянно удивляясь, как это вообще возможно. Столько веков его чувства спали непробудным сном, а сейчас, точно по волшебству, выплеснулись наружу, словно горячий гейзер где-то далеко на Кавказе. Они обжигали его, завладевали душой и телом, открывали дорожку к свету и человечности. Основатель с головой погружался в этот сладкий омут, радуясь, что встретил такого замечательного человека.

Эрестер отдавалась Кроули без остатка, нарушая все правила и законы бренного мира. Она страдала душевно и физически, но тщательно прятала боль за широкой улыбкой. Девушка никогда так много не улыбалась, и с непривычки её щёчки болели. Каждый день смертная ощущала невыносимую слабость, а в последнее время даже не было желания есть, но она делала исключение и пыталась впихнуть в себя хоть кусочек рядом со своим приручённым монстром. Юсфорд заметил излишнюю бледность своей любимой и полагал, что всё это его вина… Однако военная никогда не отказывала в близости аристократу, а в большинстве случаев была инициатором бурного животного секса. Ей этого хотелось, а мужчина не в силах отказать малышке.

— Я хотел подарить тебе кое-что особенное в качестве доказательства моих сильных чувств. На самом деле, я всегда считал это полнейшим бредом, но повстречавшись с тобой, взглянул на этот предмет с другой стороны, — алоглазый поднялся и подошёл к удивлённой и ничего не понимающей Вайлети, а затем встал на колено, протягивая горничной коробочку с кольцом.

Эрестер открыла рот, не в силах произнести и звука. Удивление стало причиной конкретного ступора, но Кроули отнёсся к такой реакции с пониманием, поэтому просто молчал и властно улыбался. Девушка же думала о том, какая же она сволочь. Угрызения совести легли на её плечи тяжким бременем, которое останется с ней до конца жизни. На глазах наворачивались слёзы, а дрожащая улыбка выглядела так нелепо-привлекательно, что Основатель готов был наброситься на смертную в этот же миг!

— …М-м, ты делаешь мне предложение, что ли? — захлёбываясь в слезах, прошептала Вай.

— Маленькая моя, ты абсолютно права… Станешь моей на веки вечные? — каждое слово вампир произносил чётко и чертовски сексуально, а главное убедительно и честно. Эрестер, недолго думая, протянула свою руку и через секунду почувствовала прохладу металла у себя на безымянном пальце. Она была «счастлива». — Mea vita et anima es*

Бесмертный стиснул её в крепких объятьях и начал что-то говорить ей на ушко, но Эрестер ничего не слышала. Девушка уткнулась любимому в плечо, чтобы он не видел выражение её лица. Военная плакала отнюдь не от счастья и старалась сдерживать крики отчаяния. Почему жизнь так несправедлива? Сначала делает так, чтобы её ненавидели, а потом, когда уже всё потеряно, дарит то, ради чего хочется жить. У серовласой осталось так мало времени, а от этого становится просто невыносимо.

Вай отстраняется и властно целует своего господина, слегка ударяясь зубами об острые клыки. Сегодня она ведущая в их поцелуе и аристократ не в праве возражать. Он поддаётся ей и позволяет делать то, чего девушка так сильно желает. Эрестер решила всё рассказать любимому за день до своей смерти, чтобы до этого он не возненавидел её, а дарил самое, что ни наесть настоящее, счастье…


До конца 10 дней


Жизнь — странная вещь. Много я думал, долго размышлял о ней, но с каждым днем она кажется мне все более непонятной. Почему у нас такая жажда жизни? Ведь жизнь — это игра, из которой человек никогда не выходит победителем. Жить — значит тяжко трудиться и страдать, пока не подкрадется к нам старость, и тогда мы опускаем руки на холодный пепел остывших костров. Жить трудно. В муках рождается ребенок, в муках старый человек испускает последний вздох, и все наши дни полны печали и забот. И все же человек идет в открытые объятия смерти неохотно, спотыкаясь, падая; оглядываясь назад, борясь до последнего. А ведь смерть добрая. Только жизнь причиняет страдания. Но мы любим жизнь и ненавидим смерть. Это очень странно!


Примечание к части

*Ты моя жизнь и душа

29.Жестокое расставание

Молчи, прошу, не смей меня будить. О, в этот век преступный и постыдный. Не жить, не чувствовать — удел завидный… Отрадно спать, отрадней камнем быть.


₰₰₰


      Каждый человек, когда получает то, чего так отчаянно желает, становится в разы веселее, и душа больше не тревожится, разве это не чудесно? Думаю, что в нашем случае, это совершенно не так. Бездушный, зацикленный на деле вампир, наконец получил своё весомое доказательство, которое уничтожит всех причастных. Пелир сидел на девичьей кровати, широко расставив ноги, и удовлетворённо рассматривал рисунки Осаны. Клыкастый давно заприметил её талант и попросил работать с ним, но аристократ даже не догадывался, что ему так повезёт!

— М-м, тогда я подумал, что скотинка просто труслива и глупа, но она, оказывается, просто покрывала преступницу… Я бы может даже и не заподозрил ничего толком, обыскав комнату, и бросил бы эту затею, но подписать рисунок и оставить в тумбочке — редкостная глупость. «Прекрасная убийца в свете уличных фонарей» — ах-ха-ха, как же это нелепо. Что ж, осталось только выяснить, кто ты, неуловимая тень…

Гостиная в особняке Кроули.


      За окном виднелась огромная луна, завораживающая своим величием и недосягаемостью. При всём желании до неё нельзя было дотянуться или допрыгнуть, можно было лишь наблюдать издалека с придыханием и эстетическим удовлетворением. Эрестер уже около часа ждала своего любимого, периодически коря себя за принятое решение. Сегодня она осознала, что больше не может скрывать истину, поэтому решила поменять план действий и признаться. Интуиция сошла с ума и кричала: «чем быстрее, тем лучше», и девушка сочла разумным прислушаться, да и совесть порядком замучила.

      В помещении раздался сильный кашель, принадлежавший юной особе. Она вся дрожала, то ли от нервов, то ли от холода… Голубые глаза с печалью разглядывали кровавый след на ладони, а сама девушка не выглядела удивлённой. Она знала, что когда-нибудь её тело начнёт умирать вместе с душой. Так и происходило. Всё началось с банального головокружения, затем усталость и непонятная апатия, бессонница, боль по всему телу, неровное сердцебиение, а теперь ещё и кровавый кашель. Прекрасный цветок стремительно увядал; даже любовь и забота его не спасли.

      Кроули как нарочно уехал на очередное собрание и должен был вернуться лишь к завтрашнему утру, а серовласая, не в силах уснуть, бродила по особняку в поисках покоя. Эрестер приподнялась и направилась в библиотеку, крепко стиснув серебряные часы в руке. Она слышала тиканье и мысленно повторяла его, пытаясь успокоиться хоть немного. Ночь была такой звёздной, будто бы нереальной, но такой манящей и загадочной. Обычно темнота отталкивает, но только не Вай, которая практически каждую ночь проводила у окна, любуясь тёмным пейзажем, озарённым бликами и светом звёзд…

«Я осознаю, что Молох отчасти прав и мне следовало бы убить Нита ради собственного спокойствия и благополучия, но от чего-то рука не поднимается… Он ведь не рассказал Кроули обо мне, да и навряд ли посмеет, но риск всё же есть…»

      Голубоглазая подошла к закрытому окну и продолжила рассматривать ночной вид, ежась от холода. Пальцы на ногах сводило, а внутренняя дрожь стремительно распространялась по телу. Девушка даже слышала стук собственных зубов, что конкретно её нервировало. Внутри особняка было довольно тепло, но отчего-то Вай замерзала… За спиной раздался звук шагов и такое привычное ворчание Нита, по которому Эрестер будет скучать, когда покинет дом и останется наедине с демоном.

— Ахах, Вай, твои ночные прогулки начинают меня пугать. Ты превращаешься в сову? — начальник пытался поддержать подчинённую, а заодно и узнать причину её бессонницы.

      Вайлети медленно выдохнула и, не оборачиваясь, задала юноше один простой вопрос: «Почему ты перестал звать меня по фамилии?» — надеясь, что он ответит на него с сарказмом или солжёт! Она кинула монетку, чтобы решить судьбу этого парня, потому что посчитала это разумным: ради собственного счастья и безопасности Тоши с Итару. Умерев, она хотела знать, что именно эти люди останутся жить в «мире» и относительной безопасности. Смертная не желала оставаться эгоисткой до самого конца. Нет, она должна была поступить правильного хоть раз в жизни, попытаться искупить грехи.

— Как давно ты знаешь обо мне, Вайлети, — ровный тон колоссально отличался от привычного, был взрослее и жёстче. Горничная дрогнула, ведь всё пошло наперекосяк. Сейчас она жаждала лжи и не хотела слышать ни капли правды.

— Я нашла твой приказ возле фонтана. Бумага была истёрта до дыр, а значит прошло довольно много времени с тех пор, как ты получил её… Почему не уничтожил, Нит? Это же глупо оставлять приказ, а потом ещё и потерять его, — Эрестер обернулась и направилась в сторону друга.

— Это было ошибкой. Изо дня в день я доставал его и думал, как поступить. Убить тебя или нет? Знаю, что звучит безумно, но этот несчастный клочок подтверждал мне, что ты не иллюзия, а реальная девушка, в которую я влюбился. До этого задания я не верил, что существую и периодически задумывался о самоубийстве, ведь жизнь, по сути, не имела никого смысла… Потом я встретил тебя и с течением времени понял, что попался в ловушку. Такая холодная, дарящая свою улыбку лишь чудовищу и изредка мне. Когда я узнал, кто ты, то понял, что мы так похожи и проникся чувствами ещё больше. Боже, я думал, что схожу с ума…

      Вайлети понимала его чувства и слова, ведь отчасти испытала то же самое. Весь мир казался иллюзией, обманом. В такое трудно было поверить, но жизнь действительно преподнесла приятный подарок. Однако сложившаяся ситуация не могла испариться просто так. Нит сейчас больше походил на злодея, нежели на приятеля, ведь запросто мог разрушить крошечный мир, построенный Вайлети с таким трудом. Любовь не далась ей легко, и девушка не могла просто так сдаться и разрушить возведённый замок их с Кроули чувств. Твёрдый камень не может превратиться в песок из-за вмешательства посторонних лиц. Нет, Эрестер никому не позволит сотворить такое с остатками её растерзанной души.

— Мне так жаль, Нит, что мы прощаемся вот так…

— Что? Неужели ты думаешь, что я всё расскажу Кроу… — шатен не успел договорить, ведь девушка начала действовать.

      Вайлети сделала замах ногой и прошлась мыском в нескольких миллиметрах от виска начальника, практически задевая смертельную зону. Мужчина увернулся и с изумлением посмотрел на серовласую, которая практически убила его с первого удара. Норай двинулся вперёд и перехватил следующий удар, пытаясь скрутить Эрестер, но через мгновение почувствовал тупую боль в колене. От неприятных ощущений кареглазый вздрогнул и пошатнулся назад, тем самым давая преимущество для нескольких безуспешных атак со стороны военной.

      Они вцепились друг в друга словно две огромные, побитые жизнью собаки, сражающиеся за собственное существование. Двое убийц схлестнулись в отчаянном сражении, которого никогда могло бы и не быть. С полок посыпались книги, с грохотом падая на пол: Нит прижал юную особу к стене и мёртвой хваткой вцепился в девичьи запястья. Они тяжело дышали и смотрели друг на друга с грустью в глазах. У мужчины из сломанного носа капала кровь, пачкая воротник его формы. Серые волосы спутались и прилипли ко лбу, загораживая половину лица… Всё могло закончиться, но Вай было уже не остановить: смертная со всей силой и жестокостью оттолкнула шатена, ударив того ступнями в живот. Кареглазый упал на спину и попытался встать, но так и не смог сделать этого. Нежные руки обвили его шею, словно змеи, беспощадно душащие свою добычу.

— Агх…эгх, — Нит пытался что-то сказать, но вместо слов выходили лишь несвязные звуки, больше походившие на мычание.

      Эрестер почувствовала спиной прохладу ламината; Норай не оставлял попыток спастись от удушливого треугольника, но лишь упростил задачу для подчинённой. Его горло горело, а лёгкие жаждали получить хоть чуточку живительного кислорода. Сознание начало уходить на второй план, зато появилась непривычная слабость и расплывчатость в глазах. Вай ещё сильнее пережала мужское горло, стиснув зубы и закрыв глаза. Недавно ей было холодно, но сейчас девушка чувствовала пожар внутри себя и зарождающийся крик отчаянья. Тело парня потихоньку переставало двигаться, а горячие слёзы стекали вниз прямиком на руки голубоглазой. Она чувствовала это, но молчала. Девушка могла всё прекратить, но не стала…

— Я…кхг…люблю…

      Эрестер ещё сильнее сжала руки и закончила мучения несчастного, попросту сломав тому шею. Еще некоторое время Вай не двигалась, но потом всё же разжала смертельное кольцо и подняла свои покрасневшие руки вверх, чтобы увидеть, как они дрожат… Дыхание начало прерываться и теперь больше походило на хрипы. Девушка приподнялась и стащила труп Нита со своей груди. Эрестер медленно повернула голову и, замерев, посмотрела в лицо друга. Оно было бледным, чего не скажешь о его покрасневшей шее. В уголках карих стеклянных глаз виднелись слёзы, а из приоткрытого рта вытекала струйка крови.

      Вайлети схватилась за голову и упёрлась лбом в колени, несдержанно рыдая. Её сердце начало нещадно колотиться, распространяя импульсы боли по всему телу. Внутренний пожар с колоссальной скоростью сжигал все внутренние органы, вызывая очередной приступ кровавого кашля. Девушка часто дышала и утирала горькие слёзы, пачкая своё лицо кровью, а потом пыталась вытереть её, но всё было тщетно.

— А-а-а-а…а-гха-а-а-гха-а-а-а

      Плач становился похожим на вой, а труп в лунном свете выглядел просто ужасно. Девственно-белый свет показывал все следы совершенного убийства, не упуская из виду ни одну деталь. Горничная закрыла рот руками, пытаясь сдержать крики и вопли, что ей, собственно говоря, удалось сделать, хоть и с большим трудом. Прошло довольно много времени прежде чем Эрестер начала успокаиваться. Она просто сидела и смотрела в пол, вымотанная и внутренне опустошённая. Сегодня голубоглазая поняла, что Норай действительно был дорог ей, и она потеряла своего первого и единственного друга… Больше не будет глупых подколов или душевных разговоров, нет, лишь неизменная оглушительная тишина. Смертная поступила так из-за Кроули… А может, всё это очередная ошибка?

— Нужно избавиться от тела, — шепнула юная особа и посмотрела на покойника, сдерживая очередной порыв истерического плача. Горячая ладонь прикоснулась к холодному лбу, а затем двинулась ниже, навеки закрывая глаза. — Нит, прости меня… Знаю, что ты этого уже не услышишь, но молю, прости меня, друг…

Она никогда не оправиться от этого греха и душераздирающей боли, поселившейся глубоко внутри. Это очередной шрам на сердце, который не залечит ни время, ни любовь…


Сангвинем.


      Ночь зачастую диктует свои правила и если хочешь выжить, то будь любезен — исполняй их с умом. В гостиной, обставленной дорогой мебелью, стояла гробовая тишина, хоть здесь и присутствовали люди, да и вампиры тоже… На роскошном ковре лежала синевласая, изредка издавая еле слышные звуки — так она пыталась дышать. Девушка была сильно избита, а грудная клетка повреждена не на шутку. Казалось, что каждый её тяжёлый вздох может быть последним, но горничная цеплялась за жизнь, как за самое бесценное сокровище. Стоявшие неподалёку Ити с Тоширо изумлённо смотрели на умирающую, плотно прижавшись друг к другу, пытаясь найти в этом непроизвольном жесте хоть капельку утешения. Блондинка уже не плакала, а лишь непроизвольно всхлипывала, страшась даже шелохнуться и перевести взгляд с подруги. Кейторо же уже перестал испытывать немыслимое отвращение к болотноглазой, а переключился на бессмертного, который так безжалостно поступил с ними.

      Пелир с хищной улыбкой наступил девушке на голову, раздавив черепную коробку, словно банку от газировки: кровь, смешанная с мозгами, растекалась по ковру и выходила за его пределы, пачкая паркет. Миями плюхнулась на колени и, уткнувшись лицом в ладони, заплакала, осознавая, что частично причастна к её смерти. Именно в этот момент вера в Бога пошатнулась, а на её место встала ненависть к бесчеловечному чудовищу. Она с раннего детства читала молитвы и, на удивление, они всегда помогали смертной, но не в этом случае. Тоши дрожал от страха, резко вскипевшей злобы и готов был растерзать аристократа самым изощрённым способом, однако сдерживался, чтобы не показать синеглазой свою тёмную сторону.

— Как я и говорил раньше, вас двоих мне будет достаточно для того, чтобы предоставить господину Вальдо все необходимые доказательства. Этот скот всё рассказала мне, пусть и, на удивление, долго сопротивлялась… Правда, я так и не понял, кому из вас были адресованы её последние слова. Как же там было…м-м-м, кажется, вспомнил: «Я просто хотела быть счастлива вместе с тобой, ведь так сильно полюбила…» — неужели это ничтожество влюбилось в тебя, мальчишка? — насмешливый тон бил ножом в сердце смертному, который прекрасно понимал, кому были адресованы эти наивные слова.

— Они были адресованы вам! — неожиданно крикнула девушка и вскочила с колен. Кейторо от неожиданности чуть не упал.

      В мгновение весь мир для юноши стал словно в замедленной съёмке. Он чётко видел спину своей названной сестрёнки и её прекрасные белые волосы с золотым отливом. Она ринулась прямиком к монстру, чтобы рассказать ему о чувствах Осаны — так опрометчиво и смертельно глупо! Маленькая рука потянулась за Ити, в надежде поймать подол её платья и оградить от ошибки, но было слишком поздно. Тоши, руководимый собственными страхами, успел увидеть лишь исход данного поступка: его драгоценная подруга отлетела в стену, а после падения начала извиваться, будто от приступа эпилепсии. Ком подступил к горлу брюнета, а зрачки сузились до критических размеров. Шок обуял мальца, и он не мог даже шелохнуться, лишь застыл, словно статуя.

— Надоедливая сука. Охраняйте мальчишку! Он не должен никуда уйти, ведь причастен ко всей этой заварухе. Странно, Осана говорила, что он убил тех стражников. Очень в этом сомневаюсь — мальчишка такой же жалкий, как и все остальные. Ничтожный скот, — закончив свою презирающую речь, следователь отправился ко Второму Основателю, чтобы доложить о проделанной работе.

      Стражники начали что-то обсуждать, но их голоса мелькали лишь незатейливым фоном. Мальчик медленно подошёл к вздрагивающей Итару, которая изо всех сил пыталась что-то сказать, но так и не вымолвила и слова. Девушка больше не сможет говорить. Миями безумно сильно ударилась головой и с трудом соображала, что вообще происходит. Окружающий мир стал таким блеклым, будто чёрно-белым или же серым и колоссально отличался от прежнего. Мысли путались, и девушка напрочь забыла, какой сегодня день, зато вспомнила мать и отца, чьи лица, казалось, точно стёрлись из памяти.

— Ити, глупенькая… Зачем ты так поступила?! Осана мертва, так зачем…

      Мальчик прижался к груди смертной и тихо заплакал, чувствуя, как неровно дышит его близкий человек. Всё тело извивалось и билось в конвульсиях, сознание улетало, унося с собой частичку жизни и памяти. Мальчик боялся, что вот-вот потеряет Миями, и именно это сподвигло его к действиям. В серых глазах промелькнул огонь, разъедающий все нравственные принципы и нормы дозволенного… Злость взяла вверх над разумом и уничтожила все преграды для побега, превратив стёкла в пыль, а вампиров в кровавое месиво. Юноша, сам не помня каким образом, вынес Ити из особняка и скрылся где-то в Сангвинеме, поглощённый желанием убить Пелира. Мальчик, казалось, никогда столько не убивал, как сегодня, обрушившись на столицу словно кровавый дождь…

₰₰₰


Моя боль — это только моя боль. Она никогда и никого не интересовала, так всегда было и так всегда будет. Она останется только со мной.


      Сплетни — гадкая всеразрушающая штука, которая иногда может оказаться оглушительной правдой, но от этого не становиться легче. Весь особняк переполошился от новостей, пришедших из Сангвинема, и Эрестер уже знала о том, что её счастью пришёл конец и нужно было прощаться с Кроули как можно скорее. Она расскажет ему правду и уйдет из его жизни так же внезапно, как и пришла… Девушка, нервничая, искусала сухие губы до крови и надеялась, что он ничего ещё не знает, что у неё есть хоть крошечный шанс рассказать всё самой. Заплаканное лицо сейчас выглядело просто ужасно, а руки, перепачканные в крови и земле, так и не удалось до конца отмыть. Весь внутренний мир Вайлет пошатнулся и начал разрушаться, причиняя юной особе боль.

      Голубые глаза потускнели, в них не было живого огонька или даже намёка на радость или страх, лишь обречённость. Военная надела чёрное незамысловатое платье по колено с белым воротничком, оно как раз подходило под её угнетённое состояние души. Прислуга за дверьми прекратила громко разговаривать, а перешла на уважительный тон — господин вернулся. Сердце кольнуло в груди, а дыхание стало тихим. Вай затаилась, пыталась расслышать всё, что скажет её любимый…

— Все вон, — ледяной, властный, до удушения яростный тон сразу расставил все точки над «i».

      Эрестер даже с места не сдвинулась, так же продолжала стоять посреди гостиной, словно потерянный ребёнок. Она уже испытывала это чувство в детстве, но теперь оно её не пугало, лишь расстраивало. Девушка не хотела такого финала для своей «сказки», нет, она мечтала умереть на его руках, понятой, до безумия любимой и прощённой. В итоге горничная потеряла всё: и друга, и любовь… Эрестер вспомнила, как долго решала, что же делать с трупом: утопить, сжечь, закопать? В итоге остановилась на последнем варианте, потому что не могла поступить иначе. Он не должен был умирать… Только не так и не от её рук! Всё могло сложиться иначе. Его смерть оказалась бессмысленной, а этот факт сжигал девушку изнутри, подливал масла в огонь, чтобы мучения казались невыносимыми и длились целую вечность.

      Дверь скрипнула, а затем резко захлопнулась. Странно, что от такого сильного удара дверь не слетела с петель. Вампир встал возле входа и замер, наблюдая из далека за своей малышкой, которая так сильно ранила его… Как и предполагала Эрестер, бессмертный всё же узнал о ней. Вальдо сказал ему об этом в своём кабинете, а мужчина стоял и старался не закричать от злости, смешанной с отчаяньем, обидой и горем. Пелир хотел поехать в особняк к Основателю, но Юсфорд уверил его, что сам задержит убийцу и приволочёт её за волосы…

— Ты ненавидишь меня, Кроули, — шепнула серовласая и развернулась лицом к хозяину.


Алоглазый выглядел взбешённым и отстранённым, как будто между ними ничего и не было.

— Ненавижу? — с насмешкой переспросил Юсфорд. — О-о, а разве ты заслуживаешь моей ненависти? Нет, Вайлет, предатель заслуживает только отвращения!

      В голубых глазах не было удивления, лишь неизменное смирение. Она была ему противна. Он отвергал даже мысль о том, что её чувства были правдивы, поэтому Эрестер приняла для себя довольно трудное решение. Лучше уж пусть ненавидит, чем мучается всю жизнь от несчастной любви. Девушка умрёт, но всё равно предоставит монстру выбор, как к ней относится после смерти… Но сейчас ей придётся сыграть самую отвратительную роль в своей жизни.

— Я никогда не любила тебя, Кроули. Всё было лишь ради задания и выживания, — холодный, безразличный тон превратился в острейший кинжал, что так безжалостно вонзился в сердце бессмертного, нанося неизлечимую рану.

      Вампир будто стал ещё бледнее, и впервые за столько лет ему хотелось плакать. Слёзы так и рвались наружу, но мужчина стойко сдерживал их, продолжая смотреть на возлюбленную. Он готов был простить ей всё что угодно, но только не такое… Аристократ доверился человеку и поплатился за это остатками светлых чувств. Он думал, что всё будет замечательно и когда-нибудь Эрестер станет вампиром, чтобы разделить вечность с ним, но все мечты рухнули словно карточный домик.

— Раздевайся, — кинул алоглазый, расстёгивая ремень. От такого поворота событий Вайлети нервно сглотнула и сделала шаг назад.

— …Зачем ты это делаешь, Кроули? Я ведь противна тебе…

— Не хочешь… Значит я помогу.

      Смертная впечаталась грудной клеткой в стол и сдавлено вскрикнула. Мужчина унизительно поставил её раком и задрал подол платья, разрывая кружевные трусики в клочья. Голубоглазая почувствовала холод пальцев у себя на спине и упёрлась лбом в стол, стискивая ладони в кулаки. Она знала, что сейчас будет больно, и мужчина уж точно не собирается заботиться о ней, скорее выместить свою злость. Что ж, он имеет на это право.

— Я использую тебя, как это делала ты, а потом ты уберешься из моего дома и жизни навсегда… Я позволю тебе сбежать только потому, что в отличие от тебя, Вайлет, я не лгал о своих чувствах и не могу позволить другим убить тебя… А теперь будь хорошей девочкой и не вырывайся, поверь, я знаю, на что ты способна. Закончим и разбежимся, — властный тон и такие неоднозначные слова заставили Эрестер покраснеть от стыда и внутреннего диссонанса чувств.

      Серовласая почувствовала, как аристократ вошёл в неё одним резким, грубым толчком, доставляя той дискомфорт, но Вай молчала. Она должна была молчать… Аристократ начал безжалостно вбиваться в юное тело, чем поверг малышку в шок. Мужчина двигался настолько быстро, что это доставляло отнюдь не удовольствие, а самую настоящую боль. Животная агрессия, приправленная болью от разбитого сердца, снесли вампиру крышу. Он потерял контроль и отрывался на хрупкой смертной, желая, чтобы она страдала так же сильно.

— А-а-а-а!!! — это был не стон, а душераздирающий крик, принадлежавший горничной. Ей было невыносимо больно, и как бы она не просила мучителя остановиться, монстр не слушал её. По ногам начали стекать тоненькие струйки крови, пачкающие ботинки аристократа и серый паркет.

      Сделав попытку подняться, юная особа очень пожалела об этом: её прижали к твёрдой поверхности ещё сильнее, частично прерывая доступ к кислороду. Из глаз полились слёзы, плавно стекая по щекам. Кричать уже не получалось — девушка сорвала голос и связки горели даже от крошечной попытки что-либо сказать. Но Кроули это не волновало, он почти достиг пика наслаждения и ускорился, делая последний толчок и взрываясь от нахлынувшего оргазма. Пару секунд спустя, монстр вышел из горячего лона, отпуская смертную. Вайлети не выдержала и плюхнулась на колени, обхватив себя руками. Она молчала и слушала, как Кроули застёгивает свой ремень и говорит ей на прощание самые неподходящие слова:

— А теперь, убирайся.

      Девушка сидела, не в силах произнести и звука. Ей оставалось лишь просто уйти, но первым это сделал мужчина, громко хлопнув дверью. Эрестер обернулась, чтобы хоть краем глаза увидеть его спину, но аристократа там уже не было… Голубые глаза наполнились слезами, а губы задрожали. Вай пыталась сказать «прощай», но не вышло, ей оставалось только смириться и беззвучно плакать, сидя в небольшой лужице собственной крови. Вай облокотилась головой о ножку стола и свернулась в клубочек, дрожа от боли и невыносимого холода…

До конца осталось 4 дня.


Я знаю боль. Сначала тебе кажется, что сможешь вынести её, а на деле оказывается, что не можешь. И когда это происходит, ты либо находишь причины жить дальше, либо…

30.Memento mori

Где-то в груди маленьким злым зверьком зашевелилась боль, подкатила к горлу, сжалась комком и притаилась, чтобы того и гляди раствориться в слезах…

₰₰₰


      Тяжёлые тучи обволокли небо, но дождь не спешил начинаться. От невыносимой духоты не спасал даже ветер, что так стремительно проникал внутрь разрушенных зданий, поднимая пыль в воздух. Заброшенный город выглядел уныло в полутьме, а рёв всадников апокалипсиса омрачнял его ещё больше. В дверь одного из заброшенных домов постучали, заставив Тоши вскочить с кровати и ринуться к выходу. Мальчишка насторожился и приготовился к худшему, ведь вампиры шли по их с Итару следу с тех пор, как они сбежали из Сангвинема.

— Я уничтожу вас всех! — злобно прорычал Кейторо, готовясь открыть дверь.

— М-м, а силёнок то хватит?

      От знакомого голоса внутри паренька что-то дрогнуло. Он незамедлительно отпер дверь и уставился на неожиданную гостью. Тоши, сдерживая слёзы, тут же обнял Вайлет, чуть ли не сбивая ту с ног. Тёплая улыбка появилась на устах Эрестер — она так давно не видела мальчишку, что даже успела соскучится. Такое незнакомое чувство преследовало голубоглазую последние несколько дней, буквально обволакивая изнутри и не отпуская ни на секунду.

— К-как ты нашла нас? — поинтересовался брюнет, наконец оторвавшись от юной особы.

— Выследила. Это было довольно просто, так что вам следует поменять дислокацию, ведь вампиры не дремлют, — её голос был тихими и хриплым, а связки по-прежнему болели, поэтому девушка старалась не напрягать их лишний раз.

      Тоши провёл её к Итару, которая до сих пор пребывала в забвении. Она даже звука не издала, лишь смотрела мутным взглядом куда-то вдаль, будто бы и вовсе не замечала своих друзей. Военная печально улыбнулась и поздоровалась с Миями, хоть и понимала, что всё бесполезно. Покалеченная голова была неумело перебинтована, а на светлых волосах до сих пор виднелись следы крови. Кейторо старался изо всех сил ухаживая за больной как мог, даже насильно кормил ту, чуть ли не плача от безысходности. Его серые глаза источали самое настоящее отчаяние, смешанное со страхом, что жизнь Ити вот-вот оборвётся.

      Горничная нежно погладила подругу по руке, зная, что это их последняя встреча. Она пришла попрощаться с людьми, которые ей были не безразличны. Рука Итару была ледяной и непроизвольно дрожала, а ног девушка и вовсе не чувствовала. Блондинка больше не сможет ходить. Эрестер понимала, что шансы на выздоровление очень малы, но брюнет считал иначе. Смертная видела в серых глазах надежду, но понимала, что она совсем скоро растает, словно кубик льда в жару. Когда это произойдёт, то голубоглазой не будет рядом, и мальчик должен будет пережить эту ситуацию, словно ночной кошмар, перешагнуть через боль утраты.

— Я пришла кое о чём поговорить с тобой, — сказала юная особа, запрокинув голову к небу. Они с юношей уселись на крыльце, чтобы не тревожить и так изувеченную девушку.

— Да, конечно… Но сначала скажи мне, почему ты выглядишь так ужасно, Вайлет? — брюнет непонимающе смотрел на улыбающуюся Эрестер, а сердце его неприятно кололо от жалости и волнения.

      Вай действительно выглядела просто ужасно: бледная, словно у трупа кожа, огромные синяки под глазами и поникший, обречённый взгляд. Казалось, будто девушка заглядывала прямо в душу. От холода и невыносимого озноба не спасала даже тёплая одежда, поэтому серовласая дрожала и стучала зубами, словно находилась на северном полюсе. Лицо осунулось, и теперь девушка напоминала оголодавшую попрошайку, которая не ела уже как минимум две недели.

— М-м, а, по-моему, я как всегда прекрасна…— Эрестер поджала потрескавшиеся губы, а затем быстро слизала с них кровь.

      Кейторо выдохнул и недовольно взглянул на собеседницу, которая явно не собиралась ничего ему рассказывать про свой внешний вид. Мальчишка хотел было высказаться, но не стал, увидев, как девушка что-то достала из кармана и положила на колени, прикрыв руками. Тоши наклонил голову вбок, пытаясь понять, что это, но так ничего и не увидел.

— Всю свою жизнь я только и делала, что отстранялась даже от одной крохотной мысли о счастье. Я просто существовала. Работая на ЯИДА, я столько жизней погубила, ты даже представить себе не можешь, но самое страшное, что чувства вины нет и не было… Встретив тебя и Итару, я стала задумываться о том, что я такой же человек, как и все, и имею право на дружбу, заботу, любовь. Не так давно все эти чувства казались мне глупостью, ведь утратили для меня какую-либо ценность… Вы стали отправной точкой для обретения моей утерянной человечности. Тоширо, именно благодаря вам я стала жить, а не существовать, и позволила себе влюбиться, забыться и отхватить крошечный кусочек счастья, взлететь к солнцу, обжечься и… упасть! Но я ни о чём не жалею… Сегодня я просто хотела сказать «спасибо», — дрожащий шёпот был едва слышен, но Кейторо не пропустил ни одного искреннего словечка.

      Юноша застыл, не зная что сказать и как реагировать. Его чувства смешались, а мысли мелькали в хаотичном порядке, их не получалось склеить в связное предложение. Эрестер не была удивлена, увидев такую реакцию, поэтому молча подняла руки с колен и протянула мальчишке сложенный конверт. Кейторо машинально взял его и развернул, но с обеих сторон было пусто.

— Кому это, Вайлет? — удивленно спросил брюнет, чувствуя, как его руки начали непроизвольно дрожать, а к горлу подступил ком. Он очень тревожился услышать ответ и не понимал, что здесь вообще происходит, ведь поведение Эрестер больше смахивало на прощание.

— Этот конверт ты отдашь Кроули Юсфорду завтра вечером ровно в пять часов пятьдесят пять минут. Я хочу, чтобы ты сделал так, как я тебе скажу. Если он тут же разорвёт конверт, то просто беги как можно дальше отсюда вместе с Итару. Не оглядывайся, не сомневайся, а просто беги, потому что эти кровососы не оставят тебя в покое… А если Кроули всё же прочтёт письмо, то будь уверен, что он поможет тебе уничтожить Пелира. Ты всё понял, Тоширо? — юноша вскочил, ведь Эрестер встала и начала медленно спускаться по ступеням, явно намереваясь уйти.

— Стой! Вайлет… Ты что, прощаешься со мной? — глаза юнца нервно бегали из стороны в сторону, но Эрестер была на удивление спокойной. — Мы же увидимся снова? — тонкие губы задрожали, и мальчишка готов был расплакаться.

— Прощай, Тоши…

      По детским щекам потекли слёзы, но Кейторо и с места не сдвинулся, а лишь молча смотрел на удаляющийся силуэт. Он знал, что девушка больше не вернётся, но даже не догадывался о причине её исчезновения… У брюнета была лишь одна догадка — Вай смертельно больна, и отчасти мальчик был прав, ведь смертная сгорала заживо от неизлечимой болезни души.

₰₰₰


      Пустой бокал, стоявший на столе, был пятым по счёту. Вампир пытался уничтожить свою боль в бессмысленном насилии, поглощении крови, но её ничто не заглушало. Аристократ сидел в полурасстёгнутой рубашке, перепачканной в капельках крови и смотрел в потолок, пытаясь взять себя в руки. Он вспоминал Вайлет каждый божий день, просто не способный забыть её образ, запах, тело… Как же он мечтал найти предательницу и вцепиться в неё клыками, сделать хоть глоток безумно вкусной крови, а затем грубо взять её, целиком и полностью. Юсфорд мечтал о хрупком теле, словно о запретном гримуаре. Хотел вбиваться в неё беспощадно, подчинить себе и наказать за совершённое… Кроули желал поймать Вайлети и больше никогда не отпускать, даже если она ничего к нему не чувствует. Он истосковался по теплу, нежности и буйному нраву…

— Господин, к вам тут какой-то мальчик, — дрожащим голосом сообщила вошедшая служанка, которая была до чёртиков напугана таким поведением хозяина. С исчезновением Нита, она стала его заменой. Юсфорд думал, что они вместе с Вай работали и к тому же были любовниками, а от этого душа билась в муках, пытая своего хозяина.

— Какой ещё мальчик! Разве я позволял входить детям в свой особняк? — мужчина думал, что это какой-то попрошайка и хотел было отдать приказ вышвырнуть незваного гостя, но девушка перебила его:

— Он говорит, что это насчёт… Вайлет.

      Юсфорд вскочил с дивана и посмотрел на служанку, словно на спасательный круг, а затем опустил взгляд и увидел юнца, который с удивлением смотрел на бессмертного без капли страха в глазах.

— Энуэт, выйди, — короткий приказ немедленно исполнили. Горничная была рада исчезнуть из проклятой гостиной, в которой господин сидел уже несколько дней и заливал своё горе кровью. — Кто ты такой? Неужели тот самый мальчишка, которому помогала Вайлет? Хах, что тебе от меня нужно? — вампир был очень груб и раздражён.

— Вайлети просила кое-что передать вам, — юноша протянул помятый конверт монстру, который с презрением оглядел мальчика с ног до головы и выхватил вещь из его рук.

— О-о, эта дрянь решила написать мне письмо? Кто сказал, что после всего сказанного я ничего не понял? Жалкая скотинка решила слать мне никчёмные письма… Чёрта-с два я его прочту! — Кроули с бешеными глазами надорвал конверт, но брюнет прервал его занятие громким криком.

— Стойте!!! Я прошу вас… Нет, умоляю! Просто прочтите его, господин… Вы будете жалеть, если не сделаете этого, хоть я понятия и не имею, что Вайлети написала…

      Юсфорд злобно посмотрел на мальчика. Мужчина был в ярости. Девушка, которой он признался в любви, подло предала его, а теперь пишет какое-то письмо, чтобы сгладить вину или же может посмеяться над Основателем? Бессмертный открыл конверт и кинул его на пол, небрежно раскрывая письмо… Через несколько секунд его лицо помрачнело, а глаза забегали по клочку бумаги, стараясь не пропустить ни единого слова:

«Мой дорогой Кроули, я совершенно не умею писать письма, так что извини, если получилось не очень. Я знаю, что, возможно, ты никогда не прочтёшь это письмо, а скорее растерзаешь его и выкинешь, но надежда умирает последней. Начну с того, что представлюсь. Меня зовут Вайлети Эрестер, и я работала на ЯИДА на протяжении долгих лет, выполняя грязную работу. Я убивала вампиров, монстров и людей. Естественно, я не горжусь этим, но благодаря моей последней миссии я встретила тебя, Кроули.

      Знаешь, а ведь я должна была умереть ровно тринадцать лет назад из-за глупости собственной матери. Она променяла… Нет, продала мою душу демону, ради собственного счастья. Когда я думала, что вот-вот умру, предо мной явился демон, пожирающий детские души. Веришь или нет, моя никчёмная душа оказалась ему по вкусу, и мы заключили сделку: я живу ещё тринадцать лет, а он питается моей душой, растягивая удовольствие. Это была одна из причин, почему я всё тебе не рассказала раньше…

      Встретив тебя, я абсолютно по-другому взглянула на мир и вместо самоотрицания начала жить по-настоящему. Хах, признаться по-честному, я тебя раньше терпеть не могла, но старалась ради задания… А потом, даже не знаю каким образом, влюбилась по уши… Я буквально сгорала от страсти, вожделения и желания быть рядышком с тобой. Моё сердце нещадно билось в груди, а щёки краснели от одного твоего пронзительного взгляда. Я так люблю тебя. Как же мне жаль, что это не означает: «Никогда не сделаю больно».

       Я так запуталась, Кроули. Всё смешалось в моей голове в единый ком! Я перестала работать на ЯИДА, как только поняла, что начала чувствовать нечто странное… Скажу честно, это началось не из-за тебя, а из-за мальчишки, которому я поручила отдать это письмо. Тоширо хороший мальчик, верный своим принципам, настрадавшийся за свою жизнь не меньше меня… Я должна была убить его, но не смогла. Сначала думала, что это из-за Итару — моей раздражающей знакомой, но потом осознала, что просто сама не хотела этого. Они очень дороги мне, любимый, так что помоги им разобраться с проблемами, потому что я уже точно не смогу.

      Кроули, прости меня за то, что наговорила, но знай, что всё это неправда! Castigo te non quod odio habeam, sed quod amem.* Я каждый день вспоминаю твои нежные прикосновения, соблазнительные слова, разжигающие во мне пожар, твой образ и наш с тобой секс. Да, чёрт возьми, я тащилась от этого! Фух, думаю, что смущение никогда не позволило бы сказать об этом тебе вживую. Веришь или нет, но я вся красная от того, что написала такие пошлости…

      Мне пришлось убить Нита. Он стал моим первым и единственным другом, но Норай влюбился в меня, и я так боялась, что он откроет тебе правду из-за приступа ревности и… Я узнала, что он работает на ЯИДА: совершенно случайно нашла приказ, в котором было написано, что он должен был избавиться от меня и Тоши… В ночь перед нашим с тобой расставанием я убила его и закопала в саду. Этот ужасный поступок я себе никогда не смогу простить. А потом мне пришлось лгать ещё и тебе. Я была настолько подавлена и убита горем, что просто решила уйти…

      Кроули, я действительно готова была стать твоей на веки, но судьбу не переиграешь. Я не понимаю, почему это разрушающее чувство называют разбитым сердцем. Такое ощущение, что все мои кости сломаны тоже, а в сердце воткнут охотничий нож, который режет столь беспощадно… Совсем скоро я окажусь на краю обрыва, неподалёку от которого мы с тобой проезжали, когда ты решил устроить мне пикник, а затем отдам душу Молоху и прыгну в бездну, теряясь в волнах. Надеюсь, что ты всё же прочтёшь письмо и простишь меня, дуру, что так внезапно ворвалась в твою жизнь и ушла из неё словно последний предатель. Своё кольцо я оставляю тебе в качестве памяти о моей любви. Надеюсь, что когда-нибудь ты подаришь его своей возлюбленной, но искренне верю, что память обо мне будете жить вечно в твоём сердце…

Навеки твоя, Вайлет».

      Аристократ, дочитав письмо, обернулся к мальчишке, и увидел в его глазах печаль. Мужчина поднял скомканный конверт и нашел там кольцо, а затем сжал его в руке. Алые глаза обречённо смотрели в пол, а чувства просто зашкаливали. Он просто остолбенел от шока… Она не предавала его и любила искренне, только вот должна была умереть сегодня… Сейчас!!!

— Тоширо, что она сказала тебе? — нервно выпалил монстр.

— Эм, ну, отдать вам письмо… Больше ничего. На самом деле, мне кажется, что она больна и… Стойте, куда вы! — мальчишка удивлённо смотрел на вампира, который почти скрылся из виду.

— Никуда не уходи, дождись меня, — кинул напоследок Юсфорд и ринулся к тому самому обрыву, в надежде увидеть свою малышку…

₰₰₰


Твои следы исчезнут через час, но она тебя не забудет никогда. А ты так и не сказал ей. Жизнь короче, чем ты думаешь. Люби, пока можешь…


      Прохладный ветерок пронизывал каждую клеточку Вайлети, даря ей незабываемые ощущения жизни. Вот и настал тот самый злополучный день, когда смертная должна была умереть, отдав душу демону. Девушка всегда мечтала сделать это здесь — на высоком скалистом обрыве, бесстрашно прыгнув в воду. Она стояла на краю и смотрела вниз, внимательно изучая могучие волны, бьющиеся о скалы. Страха не было, лишь предвкушение желанного падения. Эрестер поняла, что смерть решит все её проблемы. Довольно эгоистично, но отчасти справедливо. Естественно юной особе не встретится со своими родственниками или же Нитом, ведь её душа будет полностью поглощена Молохом. Вайлети просто исчезнет, испариться, как будто её никогда и не существовало.

— Вайлет, тебе разве не холодно стоять в одной ночнушке? — поинтересовался демон, который стоял неподалёку, серьёзно глядя на смертную.

      Девушка обернулась, а ветер ловко подхватил её волосы и поднял их вверх, отчего военной пришлось убрать локоны за ухо. На лице всё та же печальная улыбка, которая вот-вот ослабнет и вовсе исчезнет. Бледные губы дрожали и приобретали всё более насыщенный синий цвет. Эрестер замёрзла, но всё равно решила умереть именно в таком виде. Без разницы, сколько бы одежды на ней не было, всё тщетно — холод пробирал до костей, не давая и шанса в последний раз ощутить тепло.

— Холодно… Очень холодно, Молох, — алоглазый дёрнулся и опустил взгляд, стараясь совладать с собой.

      Смертная была неким разнообразием в его бессмертной жизни, с ней не было скучно, но мужчина понимал, что девушка вообще не должна была столько жить. Сейчас её тело чахло, ведь сосуд для души «исчерпал свой срок годности». Горничная была похожа на живого мертвеца, и этого уже ничто не исправит. Срок, данный ей для жизни, подошёл к концу и до исполнения условий сделки оставались считанные минуты. Темная натура монстра жаждала поглотить желанную пищу до самой последней капли, ведь она изначально была особенной для него. Своеобразный наркотик, от которого скорее всего начнётся дикая ломка, но брюнет должен справится с этим…

— Время пролетело так быстро… Hoc est vivere bis, vita posse priore frui**

— Благодаря тебе я прожила чуточку дольше. Спасибо, Молох, — дрожащий голос исходил от чистого сердца, и демон прекрасно это чувствовал.

      Он удивлённо посмотрел на смертную и тут же оказался рядом с ней, оберегая ту от преждевременного падения. Мужчина крепко обнял её и не отпускал, ведь хрупкие руки из последних сил сжали его чёрный плащ, показывая тем самым, что Вайлети хочет постоять именно так. Секундная стрелка по-прежнему двигалась, издавая привычный тикающий звук. Голубоглазая тяжело выдохнула и немного отстранилась от демона, чтобы снять серебряное украшение с шеи и положить его в мужской карман…

— Я хочу, чтобы ты отдал их Кроули, — от тихих слов брюнет даже пошатнулся. Ему так хотелось увидеть девичье лицо, но девушка крепко прижалась к нему всем телом, не давая такой возможности.

— Отдать ему… Хорошо, как скажешь, Вай, — внутри демона всколыхнулись нотки раздражения, ведь он намеревался забрать часы себе, но от чего-то не мог отказать смертной.

— Я так полюбила его… Просто не в силах выкинуть Кроули из головы, — изо рта серовласой вытекла струйка крови, которая плавно стекла по её шее, пробираясь всё ниже и ниже. Внутренние органы начали потихоньку прекращать свою работу, напоминая юной особе, что смерть уже замахнулась своей косой над её головой. — Нит, Тоши, Итару… Все они подарили мне нечто незаменимое — свои чувства и эмоции, совершенно бескорыстно, безвозмездно, а я, как обычно, сплоховала. Порой мне кажется, что я испортила им жизнь, а Нита вообще погубила из-за собственного страха потерять любимого. А что в итоге? Я потеряла обоих, хотя могло сложиться иначе…

— Ты не виновата ни в чём, поверь. Нит покончил бы с собой в любом случае, даже если бы и не повстречал тебя… Тоши был бы менее человечным и доставлял бы проблемы Итару, которая в конечном счёте перестала бы с ним общаться, узнав, каков он в гневе. Ты стала их общей проблемой и ниточкой, связавшей две души навек. Кроули же… Он просто не влюбился бы, а продолжил бы жить, следуя за Феридом Батори, в надежде избавиться от скуки. Ты стала для него залогом человечности, хоть и растоптала его чувства. Жаль, что Юсфорд не знает, что ты старалась избавить его от мучений…

      Они стояли, обнявшись, пока стрелка на часах неожиданно не остановилась и Вайлети стало трудно дышать, а каждый глоток живительного кислорода откликался агонией по всему телу. Девушка сделала шаг назад, оказавшись у самого обрыва, и медленно подняла голову, вглядываясь в затягивающие алые глаза, которые источали непонятные для смертной эмоции. Из потускневших глаз полились слёзы, а дрожащая улыбка была своеобразным прощанием для демона.

— Как же я… хочу… встретиться… с ним вновь…

      Последние слова с трудом слетели с губ. Они оба знали, что такого никогда не произойдёт, но девушка сказала лишь то, чего так отчаянно хотела. Властная рука аккуратно убрала серые локоны с бледного лица. Мужчина наклонился вперёд, последний раз смотря в живые глаза смертной с несвойственной ему заботой. Девушка почувствовала мерное дыхание возле своих губ и прикрыла глаза, отдаваясь во власть монстру. Молох припал к ледяным губам, истинно наслаждаясь моментом — он просто поцеловал её, а затем сделал шаг вперёд, и они с оглушительной скоростью понеслись вниз, навстречу волнам… Эрестер почувствовала всем своим телом прохладу воды, которая окутывала её, даря спокойствие…

      Через секунду горничная ощутила невыносимую боль и распахнула глаза… Её душа ускользала из тела, навеки забирая с собой Вайлети Эрестер. Сознание начало расплываться, а под конец и вовсе осталась пустота. Последнее, что увидела голубоглазая, расставаясь с кусочками сознания и памяти, был её Кроули, который широко улыбался и что-то говорил, а потом… Ничего. Кромешная тьма. Серовласая больше не держалась за Молоха. Мужчина оторвался от сладких губ и ошарашенно посмотрел в стеклянные глаза. Они были широко распахнуты, но в них не было абсолютно никаких эмоций и живого блеска. Волосы плавно двигались в воде, а пузырьки воздуха перестали выплывать из лёгких Вай.

       Она могла спокойно идти ко дну, но демон всё никак не отпускал смертную. Его пальцы не хотели разжимать мёртвую хватку и отпускать погибший цветок. Всё казалось таким нереальным, ведь мужчина, поглощая желанную душу, вспомнил их первую встречу и последующие вместе проведённые годы… Он привык к ней, но должен был отпустить… Бледные пальцы разжали ткань ночной сорочки, и Эрестер камнем пошла ко дну, исчезая где-то далеко в морской бездне. А Молох до последнего смотрел в прекрасные голубые глаза, что так манили своей пустотой…

«Mors nescit legem, tollit cum paupere regem.*** Прощай, Вайлети…»

Несколько минут спустя…


      Молох смотрел на заходящее вдали солнце, стиснув в руке свои серебряные часы. Он потерял её, поглотив остатки души. Однозначно её душа была самой изысканной и бесподобной, такого лакомства демону уже не попробовать. Брюнет выглядел расстроенным, но не плакал или убивался, нет, ему просто было грустно. Мужчина потерял то, к чему привязался и естественно, что монстру будет крайне не хватать Вайлети… Только вот бессмысленное существование на этом не заканчивается. Нужно искать новую жертву, чтобы выжить и исполнить свой долг перед высшими силами, которые превратили его в чудовище.

— А ты долго, Юсфорд. Думал, что всё же успеешь попрощаться с ней, — высокомерно произнёс алоглазый и обернулся, с полным равнодушием посмотрев на Кроули, который отчаянно оглядывался по сторонам, пытаясь отыскать свою любимую.

— Ты ведь тот самый демон… Где она? — тихо произнёс монстр, заранее зная ответ на вопрос.

— Умерла. Ты опоздал, вампир.

      Весь мир для Кроули перевернулся с ног на голову, а на глаза навернулись слёзы. Бессмертный начал часто дышать, а потом засмеялся, упав на колени… У него началась самая настоящая истерика. Мужчина вцепился своими ногтями в землю, а затем начал выдирать траву раскидывая её вокруг. Демон наблюдал за этим зрелищем с каменным лицом, понимая, что впервые видит бессмертное, по сути, бездушное существо в таком состоянии. Внутри Основателя что-то оборвалось, а гнев смешался с горечью утраты. Он не успел, не понял, причинил боль той, кого так безмерно любил и желал. Мужчина выл от боли, словно обычный человек, а душа разрывалась на маленькие кусочки, которые никогда не склеятся.

— А-а-а-а, Вайлет… А-а-а-а, прости меня!!! — кричал Юсфорд, прислонившись лбом к холодной земле.

      Его тело дрожало, а горло жгло от нахлынувшей жажды. Глаза неприятно щипали от слёз, а внутренняя боль не исчезала, а наоборот лишь возрастала и распространялась, нещадно калеча рыжеволосого. Молох спокойно подошёл к мужчине и подняв его голову, повесил серебряные часы ему на шею. Аристократ удивлённо посмотрел на брюнета.

— Она хотела, чтобы это осталось у тебя… Представляешь, эта глупышка сказала мне, что хотела бы встретиться с тобой вновь, но это невозможно. Её душа не сможет переродиться, ведь я поглотил её до последней капельки. Ты отхватил свой кусочек счастья, даже вновь смог чувствовать! Но теперь страдаешь. Бессмертным чувства не нужны, потому что они будут с нами вечность. Людям проще, ведь их жизнь так коротка… Ты сам впустил страдания в свою жизнь, тебе с этим и жить. Знаю, ты рассчитывал на любовь, но получил жестокую реальность. Весь этот мир находится в руках высших сил, которые просто не могут позволить таким, как мы с тобой, жить, словно их обожаемые людишки, недолго, но интересно. Мы же сильны, иногда даже всевластны, но практически безэмоциональны… Прощай, Кроули. Благодарю тебя за то, что сделал её душу ещё слаще…

      Юсфорд хотел было набросится на наглеца, но тот просто испарился в воздухе, словно галлюцинация. Вампир стиснул часы между ладоней и прижал их к груди. В сознании начали всплывать воспоминания, связанные с Эрестер. Читай книги на _к_н_и_г_о_ч_е_й._н_е_т_ Её образ, счастливые голубые глаза, прекрасные серые волосы, что так ярко переливались на солнышке точно чистое серебро… Её обворожительная улыбка, которая предназначалась лишь ему, и румянец, выступавший на щёчках от смущения. Её бледное, хрупкое тело и каждый изгиб, который монстр старательно целовал, помечая свою территорию. Вкус её крови — в меру сладкий, но столь пьянящий, словно некрепкое вино, которое можно было пить и смаковать целую вечность… Её холодный голос, который сменялся стонами, когда мужчина занимался с ней любовью… Каждая крошечная деталь всплывала в голове у аристократа, словно он видел свою малышку наяву. Такой она останется навечно в его памяти. Он просто не сможет забыть Вайлети…

— Её больше нет, — вылетело из уст бессмертного…

      Последний лучик солнца быстро пробежал по лицу Кроули и исчез, оставив мужчину одного сидеть возле обрыва. Он слышал плеск воды и шум волн, а так же завывающий ветер, но ничто не могло отвлечь аристократа от мыслей о возлюбленной… Юсфорд просто сидел и плакал, крепко прижав часы к груди. Он потерял её, а с ней ушло и счастье, оставив мужчину в полном одиночестве…

Когда кто-то исчезает из твоей жизни и ты больше никогда его не увидишь, но ты хотел бы сказать ему то, что не успел, что-то очень важное… Ты берешь бумагу и карандаш… И пишешь письмо. Оно может быть длинным, а может в одно слово… Ты пишешь тому, кого уже нет… Но не отправляешь, а просто складываешь, подносишь к огню и сжигаешь… И ветер уносит пепел и ту боль, которая была внутри тебя…

Примечание к части

* - Наказываю тебя не потому, что ненавижу, а потому, что люблю


** - Уметь наслаждаться прожитой жизнью - значит жить дважды


*** - Смерть не знает закона, забирает и царя, и бедняка

В скором времени выложу эпилог(сегодня или завтра)

Эпилог

Мой остров просветления и веры,


Я упустил тебя из виду в чьих-то снах.


И в притяжении воинственной Венеры


Слова любви замерзли на устах.

Но я в руке держу чужую руку,


Стоп. Не чужую, а, конечно же, твою.


Мы превратили в радость эту муку:


Стоять по одиночке на краю.


***

Даже Боги не могут изменить прошлое…

147 лет спустя


      На огромной сцене выступал очередной член совета, говорящий об успехах и реформах, произошедших за год. После заключения Мира между вампирами и людьми много времени утекло. Новое общество жило в относительном спокойствии, несмотря на колоссальные различия между расами. По началу всё было очень трудно, ведь противоречивость, ненависть и превосходство бессмертных над людьми не могли исчезнуть по щелчку пальцев. Были бунты и восстания, казни и революции, но всё постепенно встало на свои места. Сегодня был великий праздник — «День единства», на который съехались жители со всей Японии, включая кровопийц. Бездушные создания держались очень гордо и ходили с задранной головой, но на это уже никто не обращал внимания.

      Среди огромной толпы стоял Кроули, прижав руки к груди и бессмысленно смотря вдаль. Ферид затащил его на празднование, а сам увлёкся разговорами с юными школьницами-черлидершами, которые вот-вот должны были выступить на сцене. Пусть его лицо оставалось спокойным, в глазах виднелась печаль. Основатель думал о Вайлети, точнее сказать, он не забывал её ни на миг своей бессмертной жизни. Юсфорд был бы счастлив, если бы серовласая стояла рядышком с ним и смотрела на выступление, а мужчина, в свою очередь, прожигал бы любимую взглядом, не обращая внимания на мелькающих людей и разнообразие незатихающих голосов.

— Кроули, я, пожалуй, схожу к Фериду, а то он ведёт себя неподобающе, — ровным тоном молвил Тоширо, который сейчас выглядел лет на двадцать, не больше.

      Его ранее насыщенные серые глаза стали ярко-алыми, а при разговоре можно было заметить два острых, аккуратных клыка. Юноша был одет в парадную белую форму с позолоченными рисунками на кителе. Кейторо стал командиром одного из элитных отрядов объединённой армии. Его талант и острый ум способствовали стремительному продвижению по карьерной лестнице. Смерть Итару подкосила мальчика: он сломался, словно тонкий стебелёк полевого цветка при сильнейшем урагане. Миями скончалась через три дня после смерти Вайлети, и брюнет ничем не смог помочь. Он зашёл к ней в комнату, чтобы рассказать об их с Кроули мести Пелиру, но её души уже не было на этом свете, а тело неподвижно лежало в чуть тёплой кровати…

— Это совершенно бесполезное занятие, — пробубнил вампир и отвёл взгляд в сторону.

      Мужская рука непроизвольно коснулась часов и крепко сжала их. Из груди бессмертного вырвался тихий болезненный стон. Как же тяжело жить без неё. После смерти Эрестер вампир наглухо запечатал чувства внутри себя, проявляя интерес лишь к мальчишке. Кейторо стал его бременем и спасением одновременно. Основатель исполнил просьбу Вай и помог разобраться со следователем, действительно наслаждаясь его убийством. Кровосос был причастен ко многим вещам, которые доставили голубоглазой немало проблем, так что можно считать это личной упоительной местью. Кроули пришлось нелегко, ведь после смерти Итару Тоши хотел покончить с собой, но вампир остановил его, хоть и сам частенько думал о самоубийстве. Аристократ воспитывал юнца и обучил его многим вещам, а затем превратил в такого же монстра, как и он сам. У него была весомая причина, чтобы пойти на такой отчаянный шаг — брюнет был серьёзно ранен и почти погиб, но Юсфорд пообещал себе заботиться о нём и сдержал слово.

      Алоглазый долго не мог прийти в себя, побороть боль утраты и часто плакал в одиночестве, рассматривая единственную фотографию, на которой была изображена его любимая. Разбирая служебную комнату, горничная нашла небольшую железную коробку, в которой хранились вещи Эрестер. Девушка при жизни была довольно холодной, но никогда не забывала про свою мать и хранила её портрет, а также свою фотографию в военной форме, которую так и хотелось порвать на кусочки. Воспоминания о серовласой были на каждом шагу: их кровать, обеденный стол, который зачастую играл роль «матраса», книги с загнутыми страничками, нелепые фигурки из оригами, которые всё никак не поддавались Вай… Мужчина порой чувствовал себя ненормальным, ведь видел свою малышку наяву и даже бегал за ней по особняку, но никогда не мог поймать свою желанную галлюцинацию.

      На сцену вышел Вальдо Джиллес, и зрители поприветствовали его бурными овациями. Второй Основатель стал кумиром и примером для многих, ведь был чертовски умён и хладнокровен. По сути, война закончилась благодаря его благоразумию: вампир, перешагнув гордость, пошёл на уступки, посчитав это мудрым решением, что поможет выжить обеим расам. Читай книги на Книгочей.нет. Поддержи сайт - подпишись на страничку в VK. Кроули облизнул сухие губы и мельком посмотрел в сторону, где столпилась целая свора детей из интерната. Его шокированный взгляд задержался на одной очаровательной девочке. Она была точной копией Вайлети, только младше, лет эдак на пять. Девчонка стояла буквально в метре от него и недовольно ворчала на дразнящих её мальчишек, которые играючи толкались, вынуждая серовласую сдвигаться в сторону Юсфорда. Внутри монстра всё замерло, а ошалелый взгляд был направлен только на юную леди, одетую в короткий топ и синие зауженные брючки. Основатель непроизвольно открыл рот, не в силах справиться с нахлынувшими эмоциями и шоком.

      Голубоглазая приподнялась на мысочках и хорошенько потянулась, а потом сладко зевнула и прикрыла уши, недовольно морща носик — девочку раздражал этот невыносимый шум. Серовласая начала оглядываться по сторонам и случайно наткнулась на Юсфорда. Смертная замерла, непонимающе смотря на взрослого мужчину, который выглядел крайне нелепо, стоя с открытым ртом. Губы малышки задрожали, а потом она и вовсе начала хохотать, хватаясь за живот. Мужчине будто дали отрезвляющую пощёчину, и он наконец прикрыл рот, а затем невинно улыбнулся, ощущая приятную дрожь по всему телу.

— А-ха-ха! Что же это вы стоите с открытым ртом, как будто призрака увидели? Боже, а часы на вашей шее — это что, стиль такой, да? — её звонкий голосок обволакивал бессмертного с ног до головы, пробираясь всё глубже и глубже к израненному сердцу.

— Ты считаешь это глупым? — хрипло выдал монстр, глубоко вдыхая и пропуская через свои лёгкие пьянящий аромат.

— Нет-нет, довольно оригинально для вампира, — широко улыбаясь, сказала растрёпанная девочка.

— Опять ты за своё, Вайлони!!! Господин, прошу, простите её грубость… Она хоть и вздорная девочка, но очень добрая и…

— Что вы, Вайлони просто чудо. Я не против поболтать с ней, если вы не возражаете, — на бледном лице появилась ослепительная улыбка, которая запросто решила все проблемы. Воспитательница залилась румянцем и неловко убрала прядь рыжих волос за ухо, учтиво кивнула и отошла.

— А вы женский угодник, как я посмотрю! — серовласая сделала шаг вперёд и тут же почувствовала прикосновение холодных пальцев на оголённой части спины. Кроули поднял малышку и крепко прижал к себе, зарываясь носом в её макушку. Девочка по началу хотела возразить, но потом обняла мужчину в ответ, чувствуя себя в полной безопасности. Она подумала, что бессмертному стало грустно и проявила невинный жест заботы.

— Хочешь посмотреть на выступление? — поинтересовался аристократ, осознавая, что ведёт себя довольно странно. Но что он может поделать со своими чувствами?! Как ему совладать с собой, когда рядом находится человек, который так похож на Вайлети, да ещё и пахнет так же сладко.

— На Вальдо? Мне хватает его по телевизору! — рыжеволосый впервые за долгое время искренне засмеялся, поражаясь категоричности ребёнка.

— Меня зовут Кроули Юсфорд…

      Серовласая отодвинулась и заглянула в алые глаза, которые ей казались живыми, а не бездушными. Девичье сердце забилось чаще, а щёчки покраснели — она впервые встречает такого необычного вампира, который к тому же кажется ей очень родным. Вайлони немного рассказала о себе и своих непутёвых родителях, которые отдали её в интернат из-за семейных трудностей. Она знает, что скорее всего не нужна им, поэтому готовится оказаться в детдоме. Из разговора с малышкой мужчина узнал о её пристрастиях к языкам, в том числе, латыни. Вайлони очень хотела поступить в Японскую Академию Наук, чтобы изучать проклятия и переводить древние тексты; а после добиться в своей жизни небывалых высот и быть независимой! Юсфорд слушал непоседу с неистовым удовольствием, рассматривая каждый миллиметр её лица. Он буквально пожирал её взглядом. Аристократ однозначно не собирался никому её отдавать, ведь считал малышку перерождением Вайлети…

      На сцену выбежали черлидерши и начали свой номер с акробатических элементов, что так заинтересовали голубоглазую красавицу. Она обернулась и с восхищением смотрела на них, словно на нечто сверхъестественное. Юсфорд непроизвольно дёрнулся, почувствовав знакомый запах, и начал быстро бегать глазами по многолюдной толпе, а затем переключился на крыши домов и увидел там Молоха. Кроули скрипнул зубами и озлобленно посмотрел на демона. Основатель, потеряв смысл жизни, пытался вызвать Молоха и заключить с ним сделку на любых условиях, лишь бы только пожиратель детских душ вернул ему Вайлети, но тот ни разу не откликнулся на его зов. Брюнет понимал, что всё это бесполезно, и Эрестер никогда не переродится, чтобы он ни делал, однако аристократ так отчаялся, что его сознание затуманилось от безысходности.

— Кроули, это сделал не я, — аристократ от удивления даже сделал шаг назад. — Поверь, это просто совпадение, или точнее гены. У матери Вайлет родился сын, а у того были свои дети… А потом на свет появилась Вайлони. Они чертовски похожи, но душа у неё своя, как и жизнь… Девочка не Вайлет, но я, как посмотрю, тебя это мало волнует… Вцепился в неё, как самый настоящий хищник! Дам совет — на этот раз не отпускай её, Кроули, — Молох ехидно улыбнулся и исчез, оставляя вампира с маленькой чертовкой, которая даже не догадывалась, что окончательно и бесповоротно «вновь» украла сердце бессмертного.

«Так значит, вы с ней родственники… Плевать, ведь ты так похожа на неё! Больше никому тебя не отдам… Никогда тебя не потеряю, слышишь!»

— Ой-ой, я сейчас задохнусь! — прокряхтела малышка, высказывая своё недовольство по поводу крепких объятий со стороны аристократа.

— М-м-м, ita injuriosum retines*, — прошептал алоглазый, властно посмотрев на ребёнка.

      Девочка мгновенно покраснела и сжала рубашку аристократа, непроизвольно закусив губу, как это по обыкновению делала Вайлети. Вампир улыбнулся и с упоительной нежностью заглянул прямиком в голубые глаза, постепенно пробираясь к невинной душе и захватывая ту в сладострастный плен на веки вечные…

Конец.

Примечание к части

*- такая непослушная


Оглавление

  • 1.Начало конца