КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 435084 томов
Объем библиотеки - 600 Гб.
Всего авторов - 205465
Пользователей - 97370

Впечатления

kiyanyn про Ефременко: Милосердие смерти (Медицина)

Какое-то очень уж грустное чтение... Сводится, в общем-то, к "как здорово, что я уехал из рашки в Германию - тут и свобода, и врачи, и медицина... а в России вы все сдохнете, там не врачи, а рвачи, которые вас в гроб загонят... Был один суперврач - я - да и тот уехал..."

Из интересного - ихтамнет - не Донбасское изобретение, когда в Сербию военврачи ехали - "Мы были никем. В случае попадания живыми в руки врагов сценарий был следующим. Мы были уже давно уволены из армии, вычеркнуты из списков частей и подразделений и находились на гражданской службе. Мы просто решили заработать шальных денег, поработать наемниками."

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
kiyanyn про Терников: Завоевание 2.0 (Альтернативная история)

Ну что сказать... Почему-то вспомнилось у О.Генри: "иду на перекресток, зацепляю фермера крючком за подтяжку, выкладываю ему механическим голосом программу моей плутни, бегло проглядываю его имущество, отдаю назад ключ, оселок и бумаги, имеющие цену для него одного, и спокойно удаляюсь прочь, не задавая никаких вопросов" - вот такое же механическое описание истории испанских открытий в Новом Свете, обрывающееся - хотелось бы сказать, на самом интересном месте, но - увы! - интересных мест не наблюдается.

Дотянул с трудом, скорее из принципа...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Colourban про Михайлов: Низший-10 (Боевая фантастика)

Цикл завершён!

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
DXBCKT про Молитвин: Рэй брэдбери — грани творчества и легенда о жизни (Эссе, очерк, этюд, набросок)

С одной стороны — писать «аннотацию на аннотацию», как-то стремно, но с другой стороны — а почему бы и нет)).

Честно говоря, сначала я подумал что ее наличие объясняется старой-старой советской привычкой, в конце книги писать всякие размышления и умствования «по поводу и без». Что-то вроде признака цензуры — мол книга действительно «правильная» и к прочтению товарищей признана годной!))

Однако все мои худшие ожидания все же не оправдались, П.Молитвин (сам как довольно известный автор) поведает нам: как и чем жил Р.Бредбери «до и после». В этой статье нет места заумствованиям или «прочим восторгам». Перед нами (лишь на минутку) «пролетит» жизнь автора, его удачи, его помыслы и его стремления...

В целом — данная статья является вполне достойным завершением данного сборника, который я начал читаь примерно в феврале 2019-го)) И вот так — рассказик, за рассказиком и... )) И старался читать их с утра (перед выходом на работу). Как ни странно, но если читать что либо подобное (перед тем, как погрузиться в нервотрепку и проблемы) создается некий «буфер» в котором вполне возможно «выживать» и во время этой самой... бррр! (работы))

Рейтинг: 0 ( 1 за, 1 против).
vovik86 про Воронков: Император всея Московии (Альтернативная история)

Нечитаемо.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
fangorner про Дынин: Между львом и лилией (Альтернативная история)

Идея неплохая. Не заезженная. Но есть и то, что лучше поправить. Слишком много персонажей говорят от первого лица. С учётом того, что все персонажи (мужчины, женщины, аборигены, попаданцы) говорят совершенно одним языком, это портит впечатление. Если в следующих книгах автор это поправит - будет явнг интереснее!

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).

Беллона Карлеаль, или сестра изгнанника (СИ) (fb2)

- Беллона Карлеаль, или сестра изгнанника (СИ) (а.с. Орден Стеллы Нордмунской-3) 1.83 Мб, 560с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - AlmaZa

Настройки текста:




Пролог

Мягкий пушистый снег кружился между небом и землёй и вспыхивал, словно искры, попадая под свет фонарей. Дороги, тропинки и обочины припорашивало этими белоснежными хлопьями, которые превращались в сплошные блестящие пространства. Слегка подтаявшие сугробы обещали обратиться в отражение кучевых облаков — дайте только вьюге этой ночью взяться за дело. Тонкий серп луны то показывался, то вновь скрывался в глубинах чёрного тучного купола. Мороз стоял не сильный, воздух пощипывал кожу только когда начинал дуть ветер.

Экипаж ехал уже не так быстро и теперь выглядел скорее торжественным, чем спешащим. Преодолев последнюю часть пути по открытым полям, смотревшимся угнетающе неживыми в темноте этого вечера, он приближался к королевскому дворцу. Тот, в свою очередь, просто ослеплял предпраздничной иллюминацией и светился уже издалека. Почти во всех окнах горел свет, на стенах, помимо дежурных, закрепили дополнительные факелы. От него буквально веяло жаром веселья и отголосками смеха. Четвёрка лошадей затормозила у ворот. Они быстро распахнулись, встречая ожидаемых путников. Экипаж торопливо пропустили внутрь высоких стен, ограждающих дворец от внешнего мира, и остановили перед парадным входом, из которого мигом выбежал лакей и, с поклоном, отворил дверцу кареты. Из неё изящно выпрыгнула девушка, которой он не смел подать руку — неприкосновенно для низкородной прислуги. За ней показалась следующая фигура. Маленькие ножки в бежево-серебристых сапожках ступили на откидную ступеньку и через секунду ловко очутились на земле. Лакей и появившийся из тёплого помещения камердинер низко раскланялись второй юной особе. Их удостоили еле заметного кивка головы, с которой при этом соскользнул капюшон. Под снежинками, напоминающими крылья волшебных фей, зазолотились густые, светящиеся нимбом волосы. Девушка подняла лицо и выпустила изо рта облачко пара, растопившее ледяные узорные комочки до того, как они успели его коснуться.

— Ваше высочество, прошу вас, накиньте плащ плотнее, иначе простудитесь, — предупредила первая леди, но её просьба осталась безответной.

— Ваше высочество, мы ждали вас ещё два дня назад. Что вас задержало? — подошёл камердинер.

— Мы не могли мчаться быстрее. Мы и так отправились в путь в тот же день, как получили послание от нашего венценосного отца и торопились, как могли. Что-то случилось из-за нашего опоздания?

— Нет-нет, всё в порядке! Просто, его величество начинали волноваться…

— Что ж, тогда идёмте, обрадуем и успокоим их.

Девушки, в сопровождении мужчины, покинули двор и вошли во дворец.

Возвращение принцессы из Флай-о-Фреш, где она провела почти два месяца, не считая времени ушедшего на дорогу туда и обратно, было первым предзнаменованием оживления во дворце Карлеалей. После отлучения королевской дочери от двора, всё будто замерло. По началу, пока не улеглись все страсти, ещё были какие-то движения в столице, домах дворян и залах в них, но потом, когда мало-мальски удалось обойти скандал и объяснить всё как можно более приличнее и правдоподобнее, жизнь Феира остановилась на месте. Спустя столько времени, многие поверили в миф о тяжёлой болезни принцессы, такой тяжёлой, что девушку уже считали мёртвой, но она чудом исцелилась и, чтобы поправить здоровье, удалилась к далёкому Южному морю и его побережью, которое славилось лечебными источниками. Некоторые остались при мнении, что изначальные слухи были правдивы, и дочь короля была похищена, а потом вырвалась из плена олтернского рыцаря. Беллона, перед возвращением домой поинтересовалась, что говорят о ней в народе и, услышав последнюю версию, горько ухмыльнулась. Нет, из плена олтернского рыцаря она не освободилась. Она научилась сдерживать себя, но не смогла забыть его. Она научилась смиряться, но не смогла простить себе гибель любимого человека. Ведь она и никто больше не был повинен в казни графа. Поэтому душа её полностью находилась в его власти, власти, которую не дано было никому разрушить, разве что, призраку Дерека. Как она прочла в письме брата (единственном послании, которое ей разрешила прочесть, ведь она была наказана и отсутствием возможности общаться с друзьями), сэр Аморвил был препровождён на Олтерн и обезглавлен в собственном поместье, где его и погребли рядом с предыдущим графом Аморвилом. С этим последним известием из её прошлой, беззаботной жизни, Беллона и прибыла к бабушке, по слухам, холодной и строгой женщине. Виктория Карлеаль, в девичестве Виктория Мэри Эл Рой, представлялась отдельной частью наказания, которая будет постоянно надоедать, и заставлять раскаиваться в своих поступках и страдать от них пуще прежнего. Несмотря на мрачные предчувствия, они не исполнились, и королева-мать вообще не стала сама первая навязываться внучке, лишь встретив её по приезде. Дни летели, принцесса