КулЛиб электронная библиотека
Всего книг - 579645 томов
Объем библиотеки - 869 Гб.
Всего авторов - 231877
Пользователей - 106473

Впечатления

a3flex про Кощиенко: Сакура-ян (Попаданцы)

Я думал автор забросил этот цикл. Рад возвращению хорошего чтива.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Влад и мир про (Cyberdawn): Музыка Имматериума (СИ) (Космическая фантастика)

Общее впечатление начала книги - словесный панос. Однозначно в мусорную корзину. Не умеет автор содержательно писать, не матом (Краб), не псевдоумным философствованием. Философия - это инструмент доказывания с элементами логики, а не пустой трёп, типа я вот какие слова знаю и какой я умный, дивитесь мной! Не писатель, а чудо-юдо какое то. Детсад, штаны на лямках с комплексами. А кому это надо? У хороших авторах даже мат и пошлости в тему и к

подробнее ...

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).
Влад и мир про Евдокимов: Котяра (СИ) (Самиздат, сетевая литература)

Простенько, но читается легко и интересно.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Stribog73 про Довбенко: Сбор и заготовка грибов (Справочная литература: прочее)

Уважаемые пользователи!
В нашей библиотеке появилась новая функция. Теперь вы можете добавить в "Избранное" понравившиеся вам книги, авторов, серии и жанры. Все они появятся в секции "Избранное" вашей "Книжной полки". Просто нажмите на сердечко возле книги, автора, серии или жанра. Это значительно упростит вам навигацию по нашей библиотеке.
Данная функция особенно полезна для

подробнее ...

Рейтинг: +10 ( 10 за, 0 против).
DXBCKT про Доценко: Срок для Бешеного (Боевик)

Самое забавное — что прочитав 2-ю, 3-ю и четвертую части, я так и не удосужился прочитать начало... В конце концов в той стопке книг (которую я взял по случаю) ее не было... вот я и решил пропустить часть первую «по уважительным обстоятельствам»)). Но начав читать — все же решил (пусть и с опозданием) соблюсти хронологию и ознакомиться с первой книгой данного цикла.

С одной стороны — первая часть книги такова, что я уже хотел

подробнее ...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
DXBCKT про Калашников: Гнев орка (Публицистика)

Вообще-то не совсем в моих правилах комментировать (еще) непрочитанную книгу, но поскольку поток мыслей «уж очень велик»)), рискну сформулировать кое-что прямо сейчас (ибо к финалу боюсь забуду если не все, то большее) из того что пришло на ум...

С одной стороны, на «вторичном рынке» (книг!)) полным полно всяческой литературы, написанной десятилетия назад... Так опять зайдя в старый «книжный развал» (на самом деле — мини-магазинчик),

подробнее ...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Влад и мир про серию Гром

Книга сухая, читается как справочник. Много повторов и пафоса. И глупости с крышей. Оказывается, что бы одному человеку или 50, без разница сколько, жить в своё удовольствие нужно всех поставить раком и враждовать со всеми. Спрашивается, что есть счастье? Посидеть утречком или вечерком с удочкой на речке, сходить в лес за гребками или плюнуть в чужой огород? Есть тонны взрывчатки для уничтожения прохода к нам и никаких проблем. Хочется

подробнее ...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).

Твари красных песков [СИ] [Lutea] (fb2) читать онлайн

- Твари красных песков [СИ] (а.с. Наруто: фанфик ) 129 Кб, 7с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - Lutea

Настройки текста:



Lutea ТВАРИ КРАСНЫХ ПЕСКОВ

Красное солнце Дорна палило нещадно, выжигая землю, воздух, людей. В такие дни, как этот, даже обитатели этих пустынных мест, привычные к жаре, избегали покидать дома без особой надобности, не говоря уже о путешествиях.

Конь под ним, прекрасный дорнийский скакун, весь взмок и храпел надсадно, однако Оберин Мартелл гнал его, не зная жалости — впереди уже показались башни и стены Солнечного Копья, а вскоре стали видны на фоне иссушенной почвы по цвету мало от неё отличавшиеся домишки Тенистого города, жавшегося к замку, как слабый ребёнок к ногам матери. Отряд, сопровождавший принца, порядком отстал, и Красный Змей не был намерен поджидать свой эскорт, торопясь попасть в замок и даруемую им прохладу. Однако, проехав под первыми из Тройных ворот, Оберин всё же осадил коня, чтобы не раздавить людей, которые вынуждены были в это пекло покинуть дома. Завидев принца, горожане почтительно уступали дорогу, выкрикивали приветствия — простой народ любил Оберина куда больше, чем его брата Дорана, правителя этих земель. Впрочем, Красный Змей не придавал этому большого значения, хотя и умел использовать народную любовь на благо себе; так, к примеру, он знал, что стоит ему призвать к оружию, весь Дорн от Блэкмонта до Дощатого города поднимется и пойдёт воевать. Вот бы ещё можно было направить их мечи против тех, на чьих руках до сих пор неотомщённая дорнийская кровь.

Замок встретил Оберина тишиной и расслабляющей прохладой. Как доложили слуги, с поклонами выбежавшие встречать его, принц Доран два дня назад уехал в Водные Сады вместе со всеми детьми — своими тремя и бастардами брата. Оберина это вполне устраивало — говорить сейчас с Дораном, рассказывать о своём долгом и изнуряющем путешествии в Песчаник через красные пески ему не хотелось; хотелось отмыться от дорожной пыли и поесть, выпить вина и отдохнуть, ну а после…

После долгих дней, проведённых в пустыне, Оберин нуждался в женщине, однако Эллария в скором времени должна была разрешиться от бремени, и Оберин не тревожил её. Красный Змей знает привязанность, но не знает верности — и Эллария принимает это, иначе бы вряд ли пробыла рядом с ним так долго.

После заката Тенистый город, чьи нестройные кварталы и извилистые улочки начинались сразу за замковыми стенами, встретил принца запахами дыма, пыли и разгорячённых тел. Нестройный гул голосов нёсся со всех сторон, и когда Оберин проходил мимо людей, голоса делались громче — многие узнавали и приветствовали Красного Змея, своего принца. Сегодня не в настроении скрываться, Оберин ленивой усмешкой приветствовал мужчин, блестел глазами в сторону женщин, прикидывая, оценивая, кто бы мог окрасить для него яркими красками эту ночь. Но пока никто не цеплял глаз, и принц проходил мимо, углубляясь в запутанный лабиринт с коричнево-жёлтыми стенами хибар, дорогу через который знал с юных лет. Он держал путь на запад, туда, где рядом с постоялыми дворами и винными погребками помещаются перинные дома — их он изучил не хуже улочек Тенистого города, познал многих из тамошних обитательниц. Сейчас Оберин перебрал их в памяти, пытаясь выбрать, но ни одна его не прельщала; оставалось надеяться, что за то время, что он не посещал этот район, в перинных домах появились новые приятные глазу девушки или юноши. Оберин никогда не делал между ними различий, наслаждался всем, что предлагала природа, и теперь склонялся к мысли, что отведает этой ночью разных блюд, прежде чем утром отправляться в Водные Сады и говорить с братом о политике и том, как важно Дорну доказывать свою верность этой жалкой, больше львиной, чем оленьей, короне.

— Наше время придёт, — говорил ему Доран, крепко сжимая руку Оберина, будто боялся, что если отпустит, младший брат прямо сейчас, как сразу после гибели Элии, бросится собирать знамёна в поддержку маленького Таргариена. — Пусть принц Визерис ещё подрастёт и окрепнет. Маленького дракона можно задушить подушкой, как какого-нибудь щенка, но большой дракон — зверь, с которым нужно считаться. И тогда мы отомстим за Элию и её детей.

Но когда оно наступит, это неопределённое «тогда»? Со смерти Элии минуло уже десять лет, однако они, каждый проклятый день лишь отдаляли Оберина от глотки Тайвина Ланнистера и Горы — заказчика убийства Элии и её детей, маленьких Рейнис и Эйгона, и исполнителя злодеяния.

«Он изнасиловал её… Он убил её… Он убил её детей…»

Оберин крепко стиснул кулак, представляя, как однажды сомкнёт с такой же яростной силой пальцы на горле старого льва. О нет, не задушит его, по крайней мере, не сразу; куда лучше будет заставить Тайвина страдать, отравив самым медленно убивающим, самым ужасным из ядов, которые найдутся в Вольных городах — в бывших колониях Валирии знают толк в том, как сделать смерть как можно более мучительной.

Горячая кровь бурлила в венах, стучала в ушах, и Оберин ускорил шаг. Теперь он был абсолютно уверен, что не удовлетворится одним блюдом сегодня.

В конце тихой улочки, где та разделялась на две ещё уже, возле небольшого трактира одиноко стояла первая женщина за этот вечер, что привлекла взгляд Оберина. Тирошийка, наверное, — кому бы ещё пришло в голову окрасить волосы в светло-фиолетовый цвет, напоминающий о сочных плодах слив. Женщина и сама была сочная: стройная, полногрудая, с округлыми бёдрами, на которые будет приятно опустить руки. Лёгкий дорнийский наряд из песчаного шёлка ни в коей мере не мешал насладиться её силуэтом, резко очерченным светом, льющимся из окон трактира. Тирошийка стояла к Оберину боком и выжидательно смотрела на одну из боковых улочек, время от времени нетерпеливо теребя кулон на шее. Ступая легко и неслышно, Красный Змей, не отрывая взгляда от своей добычи, обошёл её полукругом, держась в тени домов, и приблизился со спины.

— Ты приглянулась мне, — проговорил он, склонившись к уху женщины; от неё пахло чем-то пряным и терпким, приятно кружащим голову. — Поднимемся наверх?

— Не думаю, что это хорошая идея, — женщина обернулась и посмотрела на принца с лукавой улыбкой. Глаза у неё были светло-карие, немногим темнее, чем борское золотое, и очень живые, озорные. — Мой спутник вряд ли одобрит.

— Его ведь здесь нет, — заметил Оберин, уверенно кладя руку ей на талию.

Тирошийка, однако, выскользнула у него из рук, юркая, проворная, будто змея, подняла взгляд со всё той же игривой улыбкой.

— А в этом я не была бы так уверена, мой принц.

На обращение Оберин усмехнулся — подумать только, даже гости из Вольных городов знают его в лицо. Впрочем, в отличие от Дорана, он не прятался от народа за стенами Солнечного Копья, а кроме того, много путешествовал, когда был моложе.

— Знаешь, кто я, и всё равно отказываешь? — произнёс Оберин, делая шаг к женщине. Пока его забавляла игра, но едва она наскучит, он силой возьмёт то, чего хочет, если к тому времени тирошийка не сдастся сама.

— Отказываю Змею, чтобы не иметь проблем со Скорпионом, — кивнула она.

— Неожиданно для тебя благоразумно, — с той стороны, куда прежде тирошийка нетерпеливо всматривалась, появился мужчина и, приблизившись, сделал лёгкий полупоклон в сторону принца. — Принц Оберин. Надеюсь, моя спутница не успела сказать вам ничего такого, за что можно было бы вырвать ей язык? — он говорил с мягким южным акцентом и был, скорее всего, выходцем из Мира или Лиса, хотя Оберин всё же склонялся к последнему. Мирийцы в большинстве своём обладают оливковой кожей и тёмными глазами, чем похожи на приморских дорнийцев, таких же потомков ройнаров, а у мужчины перед принцем была светлая, ничуть не тронутая загаром кожа, ярко-карие глаза и рыжие, отдающие в красноту волосы. Низкий, поджарый, он обладал вкрадчивой грацией воина — не северного рыцаря, закованного в сталь, тяжёлого и неповоротливого, но того, кто танцует с мечом и копьём, будто с любовницей.

— Ничего такого, — ответил Оберин и вновь посмотрел на тирошийку. — Да и зачем вырывать язык, который, не сомневаюсь, способен на многое помимо колкостей?

«О, не сомневайтесь!» — говорила её бесовская улыбка.

— За него один из магистров Лиса предлагал мне девять камней душителя, — произнёс лисиниец, одарив тирошийку таким взглядом, будто оценивал, не продешевил ли, решив отказаться от редчайшего яда в пользу её языка.

— Ну, восемь ты в итоге всё равно получил, — заметила женщина, с наглостью и простотой влезая в мужской разговор. — Один, конечно, пришлось оставить на память магистру…

Она развела руками, невинно хлопнув ресницами, и Оберин хохотнул; ему нравились её озорство и дерзость, и принц хотел проверить, так ли она хороша в постели, как в разговоре. По правде сказать, он бы испробовал и этого хладнокровного лисинийца тоже.

— Кажется, это занятная история, — сказал Красный Змей, глядя на них. — Расскажите мне её за вином.

— Мы проделали долгий путь сегодня, — возразил лисиниец, — а завтра нас ждёт ещё более дальний.

Весьма необдуманно с его стороны. Оберин прищурился.

— Вижу, помимо имени вы мало что знаете обо мне, — негромко проговорил он с нотками пока ещё тихой угрозы. — Я всегда получаю то, что хочу, — принц словно невзначай повернулся так, чтобы кинжал с золочёной рукоятью, висевший у него на боку, предупреждающе блеснул в свете окон таверны. Может, у него и нет сегодня при себе верного копья, но кинжал под рукой, как и ампула с ядом.

Лисиниец скользнул по клинку спокойным взглядом.

— Ваша слава дуэлянта гремит не только в Вестеросе, — ответил он и мимолётно коснулся пальцами собственного кинжала, закреплённого на правом боку. — Однако у вас один клинок против наших двух.

— Меня не впутывай, — тут же сказала тирошийка, разведя руками. — Меня, в принципе, любой расклад устраивает, если он без трупов.

Они трое замерли в полутени между квадратами света от окон и непроглядной чернотой у стен домов: женщина — в нарочито-расслабленной позе, мужчины — напряжённые, готовые ответить на выпад врага. Вокруг разлилась опасность, и Оберин расширил ноздри, впитывая её вместе с начавшим медленно остывать после дня сухим воздухом Дорна. Дурманящий жар разлился по телу, наполняя силой мышцы, обостряя инстинкты, — это другой вид возбуждения, но не менее пьянящий.

Его противник, однако, не поддавался прелести момента. С видом равнодушным, почти скучающим, он произнёс:

— Сражение ни к чему хорошему не приведёт. Мы оба сможем друг друга ранить и тогда либо обменяемся противоядиями, либо оба умрём. Сомневаюсь, что любой из вариантов нас устроит.

— А ты уверен в себе, Скорпион, — сказал Оберин, вспомнив, как женщина звала своего спутника. — Или ты сир Скорпион?

— Я не являюсь рыцарем, принц Оберин, — карие глаза сверкнули в свете факелов. — Я наёмник.

— В самом деле? — Красный Змей заинтересовался. — Я сам прежде сражался за Младших Сынов. В каком отряде бьёшься ты?

— Воинов Рассвета, — ответил Скорпион с мимолётной усмешкой, скорее ироничной, чем гордой. — Не трудитесь вспоминать, это небольшой отряд и малоизвестный.

— Только в определённых кругах, — вставила женщина с каким-то подтекстом.

Осадив её предупреждающим взглядом, Скорпион повернулся к принцу.

— Мне и моей спутнице стоит употребить оставшиеся до рассвета часы на сон, — произнёс он тоном, приличествующим скорее лорду, который привык к тому, чтобы его словам повиновались, чем простому наёмнику. — Ваше предложение разделить с вами вино лестно, однако сегодня мы вынуждены его отклонить.

— Хотя, — вновь встряла тирошийка, не обращая внимания на гнев, полыхнувший в глазах лисинийца, — если дорога вновь приведёт нас в Дорн…

— Найдите меня, — подхватил её мысль Оберин. — У всех нас найдутся добрые истории, которыми можно будет развлечь друг друга.

— Разумеется, — озорная улыбка вновь расцвела на её губах, и женщина скользнула к принцу, остановилась перед ним. — А это — обещание, — привстав на носках, тирошийка коснулась губами его губ, слегка прикусив нижнюю, но отступила прежде, чем Красный Змей успел поймать её и удержать.

— И я запомню его, — уверил Оберин и посмотрел на лисинийца, лицо которого стало будто бы каменным.

— Ваше высочество, — отчеканил Скорпион с коротким кивком и, крепко стиснув запястье тирошийки, увлёк её ко входу в трактир.

Даже после того, как они скрылись из вида, Оберин некоторое время стоял, задумчиво глядя им вслед. «Что со мной, дорнийским хищником? — тряхнув головой, спросил себя он, сбрасывая наваждение и продолжая путь. — Обычно я не позволяю добыче ускользнуть…»

Лишь когда над Тенистым городом занялся рассвет, и солнце слегка приподнялось над высокими стенами Солнечного Копья, Оберин, стоя на террасе перинного дома, нашёл ответ на свой вопрос.

С этими двумя, наёмником Скорпионом и его проворной, точно змея, спутницей, Красный Змей не чувствовал себя хищником. Едва ли не наоборот.