КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 426003 томов
Объем библиотеки - 582 Гб.
Всего авторов - 202713
Пользователей - 96501

Впечатления

poruchik_xyz про Чжан Тянь-и: Линь большой и Линь маленький (Сказка)

Это старая версия книги, созданная на облегченном редакторе. Сегодня я залил более качественную версию - если решите качать, скачивайте её!

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
imkarjo про Усманов: Выживание (Боевая фантастика)

Грибы? Грибы в весеннем лесу! Белые. Хочу, хочу, хочу.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
DXBCKT про Уиндэм: День триффидов (Научная Фантастика)

Чем больше я читаю данную книгу, тем больше понимаю что это — «книга пророчество»... И не сколько в реальности угрозы «непонятного метеоритного дождя (после которого все ослепнут) и не сколько в создании неких «шагающих растений» (которые станут Вас караулить на площадке возле подъезда)... Нет! На мой (субъективный) взгляд — пророчество этой книги в том, как именно должен себя вести (случайный) индивидуум выживший после катастрофы вселенского масштаба. Автор как бы говорит нам, что:

- уже через 5 минут после катастрофы, начинают действовать другие законы (жизни) и вся цивилизационная мораль не только «летит к черту», но и становится основной причиной смерти. Конечно полная «отмороженность» ГГ (спокойно наблюдающего как красивая женщина выпрыгивает из окна) мне совсем не импонирует, но если задуматься над тем что именно должен делать герой (единственный «зрячий» посреди города слепых) начинаешь чуть-чуть понимать его точку зрения...

- и конечно (на самом деле) я бы хотя-бы попытался помочь (остановить, отговорить), но автор тут же дает нам примеры того как «добрые самаритяне» мновенно становятся «вещью» в руках толпы отчаявшихся (и слепых) людей... Думаю в этом отношении автор так же прав и в случае «дня Пи...», любой человек обладающий полезными навыками (умением, ресурсами) мновенно превратиться в объект торговли (насилия, рабовладения и тп), поскольку выживание не может не означать отмену «всех конституционных прав» (по мысли сильного или того кому терять больше нечего). В финале книги нам дается дополнительный пример того как «объявившиеся спасители» мгновенно начинают «строить» (выживших) главгероев (обосновывая это разными моральными соображениями и необходимостью выживания «всего человечества»). При этом — мотивировка по сути совсем не важна... важно лишь то, принимаешь ты приказ «от новых господ» или находишь в себе силы «послать их на...»;

- что же касается «нездорового» (но вполне оправданного) цинизма ГГ (а по сути автора) к миллионам слепых сограждан (оставшихся «один на один» в условиях анархии), то по автору — либо Вы «пытаетесь тянуть в одиночку» весь тот груз который (худо-бедно) раньше исполняло государство (всех накормить, всех построить и всех уговорить), либо Вы равнодушно набираете «гору хабара» и попытаетесь «тихо по английски» уйти с места событий... По типу — а что я могу? И самое забавное (при этом) что стать трупом (пусть и действуя из самых благих побуждений) гораздо проще именно «спасая толпу», а не игнорируя ее...

- так же в этой книге автор пытается донести до читателя, что никакой «сурвайв» одиночек просто невозможен (в плане предстоящих десятилетий) и что выжить (в обозримом будущем) сможет только большая группа (община) построенная по принципу четкой иерархии... Данный факт еще раз подтверждает (предлагаемый соперсонажем) способ решения «демографической проблемы» — взятие «под опеку» зрячими — незрячих только при условии полезности (например «в жены для гарема», как это принято в прочих «отсталых странах»). Не хочешь? Ну и иди на все четыре стороны... и попытайся выжить со своими «передовыми взглядами на сексизм, феминизм и прочими незыблем-мыми правами женщин»)) Как говорится — ничего личного... в группу вступают только те люди кто полностью «осознает масштаб грядущих жертв», и никакая оппозиция (мнящая себя кем угодно, но по факту являющаяся лишь индивенцами) более никем содержаться не будет... просто потому что «дураки уже вымерли». В книге автор неоднократно продолжает разговор «о равноправии полов» (кто кому «что должен» в условиях «пиз...ца») и о том что «в новом обществе» нет места приспособленцам, или (даже) «просто хорошим людям» которые не обладают абсолютно никакими (полезными для выживания) навыками.

- в группе «новой формации» конечно должны быть люди, которые занимаются умственным трудом (а не физическим), плюс это учителя, медики и тп... Но все эти «преимущества» отдельных лиц должны быть строго регламентированны (и что самое главное) оправданы результатом (их труда) по отношению к другим «работающим членам общины»... А остальные «работающие в поле» (в свою очередь) должны иметь возможность прокормить «лишние рты» (не задействованные в производственной цепочке). Уже это одно показывает неспособность выживания малых групп, а в конечном счете означает их вырождение (через одно-два поколение). ;

- сразу стоит сказать что представленная (автором) проработанность факторов апокалипсиса (первый — метеоритный дождь и второй триффиды) мотивированны вполне убедительно и не выглядят «дико» (даже по прошествии времени). И конечно (хоть) происхождение «данного вида» мутантов несколько... хм... Однако то что «причина всеобщего конца» обязательно грянет из закрытых военных лабораторий (как следствие именно военных разработок) тут автор (думаю) попал «прямо в точку»;

- еще одним «предвидением» (автора) стала (описываемая им), неспособность освоения «нынешним поколением» длинных передач (обучающего или просвещающего характера), не более 1 минуты — дальше «мозг отключается» и информация не усваивается... Блин! А ведь этот роман написан не пару лет назад... и даже не 10 лет назад... Он написан в 1951-м году!!!!!! Бл#!!! В это время еще тов.Сталин прекрасно жил и поживал!!! И никакого жанра «постапокалипсиса» еще не существовало и в помине...

- В общем (автор) очень емко разложил «все сопутствующие» катастрофе явления, которые могут помочь или помешать «выживанию индивидуума». Когда читаешь эту книгу — возникает множество мыслей, но (думаю) я и так уже (несколько сумбурно) изложил некоторые из них... Еще одной (разницей) по сравнению с «более современными собратьями», стало то (что автор) дает описание не только «первого года» после катастрофы, но и последующего десятилетия — очень красочно изобразив все то, что останется от «вечно доминирующего человечества», спустя 5-10 лет после катастрофы.

P.S Я тут совсем недавно купил (с дури) очередную «шибко разрекламированную весчЬ» (которой предрекали место «САМОГО ВЕЛИКОГО ТВОРЕНИЯ» десятилетия... П.Э.Джонс «Точка вымирания» (цикл «Эмили Бакстер»)... По ее поводу я уже высказался отдельно — однако (если) поставить два этих произведения и сравнить... Думаю что «шикарная книга П.Э.Джонс'а, лауреат чего-тотам» от стыда «должна сгореть» прямо на глазах... Это как раз тоже аргумент к вопросу «о вырождении»))

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).
1968krug про SilverVolf: Аленка, Настя и математик (Порно)

super!

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Витовт про Престон: Сборник "Отдельные триллеры". Компиляция. Книги 1-10 (Триллер)

Как и обещал, выполнил обещанное, приятного чтения!

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
Витовт про Престон: Циклы: "Уаймэн Форд" и "Джереми Логан". Компиляция. Книги 1-9 (Триллер)

Переделанный вариант предыдущего файла. Сделана разбивка на два цикла (пока). Позже сделаю отдельные триллеры, отдельной компиляцией. Дело в том, что в старом варианте существует проблема со ссылками. Вот этот огрех и хочу исправить. Этот файл без проблем! Sorry!

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).

Металлическое сердце (fb2)

- Металлическое сердце [СИ] (а.с. Металлика-2) 293 Кб, 78с. (скачать fb2) - Анастасия Грейс

Настройки текста:



Металлическое сердце

Часть 1 Темные тени забвения

Глава 1 «Темный мир»

Я ожидала, что кану в забытье, сотрусь из версии этого мира, а оставшиеся воспоминания обо мне станут мучителями моих близких. Ожидала легкой смерти, плавной, будто во сне. Но вместо свободы я получила заключение в темной клетке. Врата были лишь входом, проводником в другое место — место тьмы. И едва я подумала, что все кончилось, раскрыв глаза, поняла, что все началось с новой страницы. И ее первые строчки мне не нравились…

Я застряла в заброшенном уголке, одиноком и мрачном. Пылающий огонь врат позади исчез, а с ним и выход из этого места. Я обняла себя руками, вглядываясь во мрак. Мне чудились картины моей прошлой жизни, знакомые лица, и я безмолвно рыдала, наблюдая, как они стирались в пыль. Я долго сидела на коленях, прислушиваясь к окружающей меня тишине, к своему ровному дыханию и биению сердца. Казалось, что здесь существую только я, я единственная узница этой тьмы. Зачем? Почему я застряла именно здесь? Что это должно было значить?

Я отгоняла прочь терзавшие мое сердце мысли, сосредотачиваясь на логике и здравом смысле. Если это место не рай или ад, значит, здесь должен быть выход. Может я застряла здесь не просто так? В любом случае я могу попытаться. Это лучше, чем сидеть здесь и гадать, можно ли выбраться из этой пустоты или нет?

Внутри возродилась надежда.

Поднялась с колен, вытерла слезы и встряхнулась. Я сделала шаг, потом еще один, перешла на бег. Мне мерещились тени и звуки, я продолжала бежать, и ничто не встретилось на моем пути. Я чувствовала усталость и тоску, но чем больше я бежала вперед, тем яснее становилось, что кроме тьмы здесь нет ничего.

Я уснула во мраке и не смогла увидеть снов, а их маленькие проблески были черно-белыми. Наверно в этом мире нет света, и он не знает, что такое изумруд травы и голубизна неба. Теперь я жила в ритме усталости, не осознавая течения времени, я металась, бежала, переходила на шаг, а может и вовсе бродила кругами, но ни о чем из этого я не могла узнать.

Моментами на меня накатывала паника, безысходность, но я тут же доставала из задворок памяти моменты, которые никакая тьма не заберет у меня. Горячие губы Бастиана, его последние слова и невероятный свет, который излучали его глаза. Его морозный запах, с которым я просыпалась, и казалось, будто он был рядом…

Я вспоминала невозмутимость и собранность Киана, его всплески гнева и моменты неизбежной заботы. Вэйс и Нильс заняли добрую половину моего сердца, инь-ян нашего альянса, теперь мои дни лишены их противоборства и смеха.

Но чаще всех ко мне приходил отец, во снах, в мимолетных движениях воздуха здесь, везде был он, и больше всего на свете я хотела знать, что он жив. Я была готова еще раз пройти сквозь огненные врата, чтобы снова его спасти, уже зная, что будет ждать меня по ту сторону. И та надежда, что я выберусь и увижу его, давала мне силы идти, разрезая этот мрак светом своего горящего сердца.

Я хотела жить и это место не способно сломать ту, что рождена в Альянсе Чести.


В один из бесконечных дней в этом темном мире я почувствовала легкое дуновение ветра. Резко открыла глаза, наблюдая, как прямо передо мной трепетал крохотными крылышками светлячок. Я ущипнула себя, не веря своим глазам. Протянула руку, но насекомое тут же отпорхнуло, а потом и вовсе полетело в темноту. Я вскочила, не желая упускать его из виду. Он стремился к какой-то цели, упорно разрезая крыльями тьму. Мне казалось, что с каждым его движением тени рассеивались и вперед проступали статуи и колонны, очертания крыш и каменных стен.

И это не было игрой воображения.

Чем дальше я шла за светилом, тем отчетливее могла разглядеть окружавший меня город, а это был именно он. Тонкие шпили на высоких зданиях из тяжелого камня, множество окон, длинные колонны, что держали массивные крыши величественных зданий, тонкие стволы деревьев, оплетающие стены и заборчики, везде были разбросаны серебристые цветы и один за другим загорались тусклым светом фонари, что торчали до самого неба.

Я и не заметила, как светлячок исчез, и я оказалась одна посреди темной улицы. Я всматривалась в окна домов, но свет нигде не горел. Высматривала тени, но город оказался пуст. Я долго бродила среди высоких фонарей и длинных крылечек, тонких бесконечных деревьев и цветов, что уныло покачивались на ветру. Наконец я заметила большой дворец, он находился в конце широкой улицы и светился больше остальных и больше остальных был пустынен. Пришлось приложить усилия, чтобы отворить тяжёлые дворцовые ворота.

Мрачные мраморные палаты навевали отголоски теней былых времен, времена великих королей и могущественных королевств. Я почувствовала привкус жизни внутри этих палат с высокими потолками и витиеватой лепниной на стенах. Я проводила рукой по рисункам на колоннах. Этот замок будто был вырван из времени, его не коснулась природа и металл, он замер, избавляясь от присутствия прошлых хозяев, хотя может, их не было вовсе? Я распахивала двери огромных комнат, которые мне приходилось видеть только в мечтах. Казалось, этот замок вместил бы в себя всю Металлику с ее узкими улочками и тонкими строениями. Даже мрачный и забытый он выглядел восхитительнее сверкающего великолепия замка королевской семьи. Я стала проникаться этим местом. Повсюду канделябры, высотой с человеческий рост с чистейшим стеклом, малахитовые столы и отделка стен, золотые ручки дверей и узоры на створках панорамных окон. Красные бархатные диваны, пол из мрамора и золота с удивительной плиткой, на которой разворачивались события из истории миров.

Я любовалась этой красотой, она захватывала в плен мое израненное сердце и пыталась понять, как это место осталось никем не тронутым? И видел ли его кто-либо из живых? Или это подарок тем, кто решил отдать свою жизнь добровольно?

Я проходила одну комнату за другой. Столовые, бальные залы, спальни и замерла перед самой высокой, массивной и роскошной дверью этого замка. В небесно-голубых тонах с отливами серебра она будто излучала свет. Я коснулась тончайших серебряных ручек, и дверь с шумом распахнулась настежь.

Пустующий зал, созданный из стеклянных окон по всему периметру замер, открывая мне могущественный трон, который показался самым прекрасным предметом в этом мрачном мире. Высокий, будто сделанный из кристаллов он возвышался над стеклянным полом, который ловил каждый отблеск света трона. Несколько ступеней делали его недоступным для восхождения простых смертных. Мое сердце замерло от восторга, будто я стала маленькой девочкой, и попала в свой кукольный домик. Я делала нерешительные шаги к вселяющему чувство страха трону. Мне хотелось почувствовать под пальцами холод кристаллов. Пусть я почти мертва, но ведь должна я получить хотя бы это взамен…

Мне казалось, будто свет трона зовет меня, притягивает невидимыми нитями. И я шла к нему, превратившись в невесомого светлячка. Бесшумно ступала по стеклянному полу, оглядываясь по сторонам. Что, если здесь есть кто-то еще и я, решившись прикоснуться к запретному нарушу его покой?

Я протянула руку к сияющим кристаллам, ощущая холод на подушечках пальцев. Мне показалось, будто мир замер в этот момент, свет от трона завис в этом зале, а затем ослепил меня, заставляя упасть на колени. Я схватилась за голову, крича от ужаса. Картины былой войны проносились в моей голове. Боль, кровь, страх, все смешалось на поле боя. Магия и металл схлестнулись, уничтожая друг друга. Я видела все — солдат, истекающих кровью, магов, чьи тела превращались в пыль, умирающий альянс, а с ним и исчезающую магию. Мое лицо стало мокрым от слез, а тысячи голосов и криков разрывали сознание.

— Хватит! — я кричала в пустоту. — Хватит! Оставьте меня!

Звон оружия, пожары, стужа льда.…Будто все это проходило сквозь меня. Я пыталась встать, отползти от трона, но не могла сдвинуться с места. Я пересматривала одни и те же кадры один за другим, и они становились все мрачнее и мрачнее. Ловушка тех времен захлопнулась внутри меня, и мне стало понятно, откуда вырван этот город и этот замок — из мира магии, из разрушенного альянса…

***

Я лежала у подножия трона, с засохшими слезами на щеках и звоном в голове. Все кончилось. Чтобы встать, мне пришлось облокотиться на это кристальное строение. Я ощутила странную пульсацию под пальцами. Будто этот зал ожил, и теперь в его центре билась жизнь. Темноту разрезали лучи света, и я повернулась к огромным окнам. В них был рассвет, розовые облака вперемешку с солнечным светом озарили мрачный город, наполняя его цветом.

Настал день, в бесконечном царстве ночи.

Я зажмурилась от яркого света, вставая с колен и не веря своим глазам. Столько дней, а может и недель во тьме… Может это знак, что мое время в этом промежуточном мире закончилось и пора, наконец, умереть? Я улыбнулась, разглядывая небо, не веря в то, что, наконец, увидела его. Но почему сейчас? Кристальный трон засиял, превращая зал в великолепие света и разноцветных бликов. Послышались шаги, и тихий шепот…я обернулась к двери, наблюдая, как зал наполняется существами, из миров, которые мне неведомы….

Я замерла у трона, лихорадочно вспоминая все приемы самозащиты, так как оружия в наличии не имелось. А зал тем временем заполнялся животными и полулюдьми, и все они замирали, будто ожидая чьего-то появления. Наконец, толпа стала расступаться и вперед вышла высокая женщина с оленьими ушами и копытами. Я перестала дышать.

— Это место слишком долго нуждалось в хозяйке…. — она улыбнулась, а я замерла не в силах поверить в происходящее. Голова закружилась, и последнее что я помнила, это ее лицо, склоненное над моим, перед тем, как окунуться в темноту.

Глава 2 «Замок из теней»

Мне снилась широкая кровать с прозрачными занавесками балдахина, снился запах света и медовых цветов абрикоса, снилась пышная перина и нежные женские руки…

Я очнулась, понимая, что мой сон вполне реален, а одни из покоев дворца теперь заняты мной. Необычная женщина сидела на софе, листая книгу. Она сразу заметила мое пробуждение и, отложив чтение, улыбнулась, выпрямляясь во весь рост.

— Кто вы? — первый вырвавшийся вопрос заставил ее внимательно посмотреть на меня и присесть на кресло рядом с кроватью. Я напряглась, рассматривая ее с ног до головы. Я знала, что это против всех приличий, но она была не из нашего мира и тем больше притягивала мой интерес.

— Я Айла, хранительница этого мира.

Я замерла, вникая в смысл ее слов. Но все время отвлекалась на ее темные кудри, которые обрамляли вытянутые уши, на звериные очертания глаз и на узкий нос.

— Понимаю, моя внешность необычна для тебя, но здесь, это вполне нормально.

— Простите, — я опустила глаза, коря себя за такую бестактность.

Айла встала, и грациозно подошла к огромному окну, высотой во всю стену.

— Тебе не за что извиняться, это мы должны извиняться перед тобой за столь холодный прием, — она стояла спиной, всматриваясь куда-то далеко за пределы замка.

— Я не понимаю…

— Этот мир не просто так ожил, — Айла повернулась ко мне, внимательно смотря мне в глаза, будто желала, чтобы каждое ее слово отпечаталось в моем сознании. — Пришла ты, та, которая вдохнула в это место свет. Ты вернула нам жизнь и истинного правителя.

Я закрыла глаза и охватила лицо руками. Я была не в силах понять, что происходило и почему Айла смотрит на меня так, будто знает меня очень давно и к тому же знает кто я такая на самом деле.

— Не говорите загадками, — я серьезно посмотрела на нее, желая получить все ответы. — Что это за место? И о какой магии и правителе идет речь? Объясните же!

Айла улыбнулась и взмахнула рукой. Мы зависли в пространстве, отдаляясь от замка. Стали бестелесными призраками. Я открыла рот от неожиданности. Разве такое возможно? Айла взяла меня за руку и мы, набирая скорость, перемещались с одного уголка планеты на другой.

В момент задержки, перед моими глазами предстала битва магии и железа. Только теперь эту битву я видела глазами хранительницы. Я четко разглядела ее фигуру в куче воинов и существ. Я вновь посмотрела на нее, выделяя девичьи черты лица, но, сколько ей было лет на самом деле? Сто? Или существование в темном мире обременило ее тысячелетиями?

Я с ужасом отворачивалась от поля боя, пока мы пролетали мимо мертвых тел и разгромленных замков.

— Тогда металлическое королевство было уверено, что с нами покончено, что больше ни одна магическая тварь не ступит на их священную землю. Нам пришлось заточить себя в пустоту и темноту, чтобы спастись и ждать.

— Чего вы ждали?

— Правителя, что должен был вернуться к нам спустя столетие. Мы оберегали наших правителей, хранили их во тьме, а когда они погибли, мы позаботились о том, чтобы их дитя выжило.

Я замерла, всматриваясь в темный замок, который теперь исчез с лица земли, но в те времена он превосходил своим великолепием замок Металлики. Я наблюдала, как целый город стирался и уходил в легенды и книги, которые позже сжигали. Об этом месте все забыли, никто даже не догадывался, что именно внутри Ока Дракона располагался могущественный город магов, укрытый от всех легендами о чудовищах и мифических существах.

— Ты должна увидеть еще кое-что, — Айла потянула меня дальше, сквозь время. Мы замерли в лесу, оставаясь бестелесными душами. Я увидела женщину. Она бежала, преодолевая километры леса, точно зная дорогу. Ей встречались сумеречные лисы, которые освещали путь и следовали за ней, морские бабочки осушали участки озера, чтобы она могла пройти. На руках темноволосой женщины я заметила младенца. Она от чего- то бежала, постоянно оглядываясь назад. Мое сердце забилось чаще. Я почувствовала странную связь с этой женщиной. Наконец она остановилась у ворот альянса Чести, стала что-то шептать, и сквозь высокую ограду образовался проход, она нырнула в полумрак двора и замерла перед домом главы альянса.

Я все поняла, глаза стало щипать, я прижала руку к груди, чтобы унять колотящееся сердце. Я бросилась к женщине, но она не могла меня увидеть, я взглянула в ее лицо, понимая, что она была невероятно красивой и пугающе могущественной. Ее огонь волос слепил глаза, а слезы безмолвно стекали по ее щекам. Она поцеловала ребенка в лоб, проводя рукой по голове и шепча какое-то заклинание.

Я пыталась запомнить все ее черты, прежде чем ее кожа начала сереть, а одежда растворяться.

— Что происходит? — я зажала рот рукой, наблюдая, как моя мать превращается в пыль.

— Это плата за твое спасение. Жизни твоих родителей в обмен на твою. Тьма не отдает никого просто так.

— Нет, не может быть… — я зарыдала, наблюдая за оставшимся в одиночестве младенцем. Его плач и крик привлек Бриона, который поднял сверток с крыльца и скрылся в доме.

Айла сжала мою руку. Ее глаза заблестели теплом и сочувствием.

— Теперь ты знаешь все.

Картины прошлого стали таять, возвращая нас в спальню дворца.

— Я дам тебе время. Отдыхай, — женщина тепло поцеловала меня в лоб и покинула комнату. Я осталась наедине со слезами и неподъемной тяжестью в груди. Разве можно было в это поверить? Правда была перед моими глазами, но моей смелости не хватало чтобы осознать — я рождена той, на кого охотятся. Я не воин, я та, кто владеет магией. Я такая же, как Бастиан, запрещенное существо, которое истребляют. Знает ли об этом Брион? Может поэтому он никогда не воспринимал меня в серьез и считал простой женщиной, твердил, что я не воин и никогда им не буду? Теперь все стало ясно.

Я вспомнила женщину. Мою мать. Она отдала свою жизнь, чтобы достать меня отсюда и вернуть в мир. Она хотела, чтобы я выжила и жила обычной жизнью, еще и рядом с теми, кто мог убить меня, узнай кто я такая.

Что пришлось пережить моим родителям, прежде чем они спаслись? Я подошла к окну, не переставая вытирать горькие слезы. Последний раз они лились из моих глаз, когда мое сердце разрывали на части, когда я сама отказалась от своей любви.… Но если мама смогла выбраться, значит, у этого места есть выход.

Я посмотрела вдаль, где на фоне неба выделялись крыши домов и вековые деревья, будто огромный кусок вырезали с карты и поместили в мрачный сундук. Я понимала, что это было моим домом, этот город построили мои предки. Но я не чувствовала с ним связь. И если я была магическим существом, где моя сила?

Так много вопросов и ни одного ответа.

Я покинула комнату, в надежде избавиться от давящих тяжёлых мыслей. Замок встретил тишиной и умиротворением, я быстрыми шагами преодолевала коридоры и широкие лестницы, пока не наткнулась на сад. Распахнула стеклянные двери, и мир вдруг наполнился миллионами цветов и запахов. Я всегда любила природу, мне казалось, что я знаю ее дыхание, вижу мерцание, которое отбрасывают пробудившиеся цветы. Я закрыла глаза, прикасаясь к тонким листьям и цветам. Я представляла себя невесомой бабочкой, способной подняться выше тех чувств, которые меня сейчас захлестывали.

Нежные цветы встречали меня радостью, оставляя шлейфы невероятных ароматов, голова кружилась, выветривая все мысли. От обилия зелени рябило в глазах, а воздух, что был здесь, хотелось унести с собой. Позади я услышала шелест и обернулась. Прямо в нескольких метрах от меня перекрывая путь к выходу, стояла пантера. Огромная, с шерстью, цвета воронова крыла, она переливалась в свете солнца, становясь то черной, то снова синей, при каждом движении мышц животного. Черные бездонные глаза неотрывно смотрели на меня. Зверь замер, а затем начал делать медленные шаги ко мне. Я стояла на месте, пытаясь молниеносно придумать план действий. А животное с каждым шагом все больше и больше становилось похожим на человека. И вот прямо передо мной возник высокий парень.

— Либо ты бесстрашная, либо это шок заставил тебя замереть на месте, — глубокий голос заставил меня понять, что оборотни существуют.

— Я почти что мертва, поэтому глупо бояться новой смерти.

Парень улыбнулся, блуждая по мне глазами.

— Кто ты такой?

Оборотень с черными волосами, спускающими до плеч, и бездонными мрачными глазами прищурился, испытывая мое терпение.

— Айла попросила присмотреть за тобой и помочь освоиться.

— Это лишнее.

Я чувствовала себя неуютно в обществе оборотня в незнакомом мире. Приятно, что Айла решила позаботиться обо мне, но пока я должна была разобраться во всем сама.

— Этот мир не так безобиден, как ты думаешь, — он улыбнулся, протягивая руку. — Дхан.

— Катрина, — я пожала протянутую руку, и парень вдруг дернул меня на себя, крепко сжимая ладонь. Его дыхание прикоснулось к моей шее, и я резко отпрянула, наблюдая, как его глаза заволакивает дымкой, зрачки исчезают в россыпи белых точек. Он смотрел на меня нечеловечески, отчего становилось и по-настоящему страшно. Этот взгляд будто проникал в самые глубины моей души.

— Ты пахнешь силой. Но она запечатана. Пока запечатана, — его голос звучал неестественно глубоко, заставляя воздух дрожать.

Затем Дхан затряс головой, снова приобретая человеческий голос.

— Что это, черт возьми, было?! — я хватаюсь за шею, ощущая нервозность и холодок на спине.

— Прости, это неконтролируемые инстинкты. Это одна из моих особенностей, — он пожал плечами, — не хотел тебя напугать.

— Что это значит? Что значат твои слова? О какой силе идет речь и что значит «запечатана»?

— Много вопросов, принцесса. Все по порядку. Пройдемся, — он приглашающим жестом показывает на выход из сада.

Я долго смотрю на него, отказываясь верить, что все это реальность. Так не бывает. Не со мной! Не в нашем мире. Но вот он Дхан, стоит передо мной, а у меня из головы не выходят его глаза цвета дымки и голос, что звучал нечеловечески. Что это за место и кто такие маги, на что они способны на самом деле? Я собиралась задать все эти вопросы и не покину это место, пока не узнаю все.

Парень вел меня по широким коридорам, показывал на портреты, попутно рассказывая их историю. Упоминал о напольных вазах, что стоят здесь уже тысячу лет. В общем, оттягивал момент действительно важных тем.

— Перейдем к сути, — мой голос звучал твердо, отчего парень улыбнулся.

— Чувствуется повелительный тон. Практика тебе полезна, давай, хочу послушать твой голос с нотками властности, — он размахивал руками, и признаться это выходило до вычурности грациозно. Будто он всю жизнь репетировал эти взмахи.

— О какой силе шла речь? — не отступала я. Я готова была задавать этот вопрос тысячу раз, пока ему не надоест и он, наконец, не ответит на него. А потом я буду метко целиться в его сгорающее терпение порцией новых вопросов. Таков был мой план, но Дхан к моему удивлению сдался еще на первом вопросе.

— Правители этого города не зря носили королевский титул. Их магия превосходила по силе любого мага по отдельности. Конечно, объединись мы все, силы были бы не равны. Но один член королевской семьи ровнялся по силе трем магам. Этот дар был виден с самого рождения. Он витал в воздухе, запах силы заставлял остальных завидовать. Некоторые искусные маги, обладающие особенной способностью, могли скрывать свою силу. Такой способностью обладала твоя мать.

Мы остановились у гигантского портрета величественной женщины в изумрудном платье. Ее огненные волосы струились по ткани волнами. Голубые глаза излучали тепло, она притягивала взгляд и внушала уважение. Я сглотнула, сдерживая слезы. Почему мы не встретились? Почему я была лишена шанса побыть с ней, хотя бы мгновение? Почему этот мир оказался несправедлив и жесток к таким как она?

Я почувствовала теплую ладонь на своем плече.

— Ты унаследовала от нее внешность и силу. Так что будь, уверена, вы и сейчас вместе.

Я кивнула, вытирая щеки. Дхан улыбнулся и убрал руку, продолжая неспешный шаг вдоль портретной галереи.

— Вот я и дал ответы на твои вопросы. Надеюсь достаточно?

— Значит, вот какое заклинание шептала мама, когда оставляла меня. Она хотела скрыть от всех, кто я такая.

— И у нее получилось. «Держи врагов ближе к себе» — наверно этим она руководствовалась, когда оставляла тебя, и наверняка знала, что ее заклинание не будет длиться вечно.

— Когда спадет ее печать? — я встревоженно обернулась к нему. Дхан медлил с ответом, внимательно смотря мне в глаза, будто пытался понять, выдержу ли я правду или нет. Наконец он решился.

— Когда ты вернешься в Металлику.

Глава 3 «Город пепла»

Слова Дхана будто зависли в воздухе и воспылали огромной надписью. Теперь передо мной встал непростой выбор. Если я останусь здесь, никто не узнает, что я жива, тайна моей семьи и моего происхождения не будет раскрыта никогда. Мне придется остаться, скрывая правду от остального мира.

Если вернусь назад, пелена спадет и воины поймут кто я такая. Я стану объектом преследования, и больше никогда не смогу вернуться в свой альянс.

Если останусь — никогда не увижу тех, кого люблю.

Если вернусь — те, кто меня любят, станут ненавидеть меня…


День клонился к закату. Я стояла на балконе, всматриваясь в небо, гадая, откуда в этом мрачном мире взялось звездное небо? И этот хвойный запах? Неужели магия настолько могущественна, что способна укрыть целый город и сделать так, чтобы жители не чувствовали себя в коконе? Наверно поэтому магов боялись. Никто точно не знал масштабов их могущества, но знали ли сами маги, на что способны на самом деле?

Я смотрела вдаль, на разноцветные огни окон засыпающих домов, на мерцание звезд в озерной воде. Там и здесь зажигались фонари и силуэты людей и животных отбрасывали тени на широкие улицы. Между домами ютились магазинчики, с пестреющими цветами, которые разбрасывали волшебную пыльцу на каменные дорожки. Эта пыльца взмывала вверх, создавая причудливые фигуры и вихри, превращаясь в маленьких светлячков, которые потом скрывались за кронами деревьев. Маленькие кофейни с широкими террасами приглашали к себе чарующими запахами кофейных напитков, рецепты которых создавались индивидуально по вкусам посетителей. Дхан обещал сводить меня туда и рассказать о волшебных кофейных зернах.

Посреди города был разбит великолепный сад с волшебными молодыми магнолиями, чьи цветы только начинали набирать цвет, отчего казались юными девами с нежными розовыми волосами. В самом центре сада плескались солнечные рыбы, освящая всю воду своей чешуей и привлекая к себе светлячков.

Здесь на этом балконе, мне было прекрасно видно умиротворение и счастье, которое царило в этом городе. Разве можно было все это разрушить? Столько крови и слез омыло этот город. Сколько магов отдали свои жизни, чтобы Аквилея устояла.

Я обняла себя руками. Мне стало одиноко и неуютно, и я не знала чем вызвано это чувство. Тем, что я там, где жила моя семья, но которую уже не вернуть или тем, что я осталась совсем одна в этом мире, и если вернусь стану чужой, а если останусь, буду здесь чужой. Мне невыносимо не хватало улыбок Гая, редкой нежности моего брата, и неукротимой суровости отца. Сейчас я была согласна на все его упреки, на его грозные речи, лишь бы он был рядом. Я желала каждое утро быть облитой холодной водой, лишь бы видеть лица Нильса и Вэйса. Я хотела бы каждый день сражаться с огненными волками, лишь бы Бастиан был рядом со мной. Я мечтала бы каждый день упиваться чаем из трав Нереи, лишь бы она его заваривала только для меня. Мне была невыносима мысль о том, что они страдают, думая, что я мертва. Но пока я не приму решение, все должно оставаться так. Я должна оставаться мертвой.


Это была первая ночь в замке теней, шелест ветра в занавесках и слабый огонь звезд не смогли успокоить мое ноющее сердце. Я переворачивалась с бока на бок, пытаясь уснуть. А когда сон, наконец, принял меня в свои объятья, я увидела Бастиана.

Он был так реален, что сердце бросилось вскачь. Фиалковые глаза светились любовью, волосы цвета жидких звёзд были в беспорядке. Это был он, я запомнила его самодовольным красавцем с татуировкой орла на груди. Это была сцена в лесу, которую я никогда не забуду. В свете утреннего солнца Бастиан был невероятен, будто дымка, к которой боишься прикоснуться. Он шел ко мне.

— Я так долго ждал тебя, — он горячо обнял меня, прижимая мое хрупкое трясущееся тело к себе. Я прикоснулась к нему кончиками пальцем. Казалось, что он действительно был здесь. Я вцепилась в него, будто он был единственным человеком в этом мире.

— Не оставляй меня, — прошептала я, закрывая глаза. Я хотела замереть в этом моменте. Сейчас я была счастлива как никогда. Пусть это был сон, но я была готова остаться в нем навечно.

— Никогда, — он обнял мое лицо, поглаживая большими пальцами кожу. Этот невероятный цвет его глаз будет преследовать меня вечно, но я готова на это. Я водила руками по его плечам, рукам, очерчивала пальцами крылья орла. Он дышал тяжело и прерывисто, изучая меня глазами, будто боялся, что я исчезну.

- Помнишь, что я сказал тебе? В тот самый вечер, когда ты ушла?

— Я буду ждать тебя, — эти слова врезались в мое сознание и мучили. — Что ты имел в виду?

— Только то, что ты должна вернуться ко мне, — прошептал Бастиан, целуя меня. Его мягкие губы терзали мои, будто это был последний наш поцелуй. Его руки блуждали по моим плечам, спине, волосам.

— Ты должна вернуться, слышишь? Ты нужна мне.

Он говорил все то, что согревало мое сердце и разбивало его на мелкие кусочки. Он коснулся горячими губами моей шеи, и я вздрогнула.

— Я люблю тебя, — я готова была повторять ему это сотни раз, лишь бы он был рядом. По-настоящему.

— Я знаю. Только вернись… — он обнял меня, прижимая к себе. А я плакала, понимая, что это лишь сон, который начал таять. Я хваталась за это видение не желая отпускать. Я была не готова сейчас отдать это видение пустоте.

— Бастиан… Бастиан! — но он растворялся, превращаясь в пыль. — Бастиан!

Я проснулась в поту и со слезами на щеках, понимая, что это был лишь сон… 

Глава 4 «Якорь»

Дхан сдержал свое обещание. И когда солнце поднялось над городом, мы покинули замок и отправились в город, кипящий жизнью. На улицах пахло свежим кофейным напитком и хлебом, только что выложенным на прилавки маленьких уютных пекарен. Жители открывали ставни высоких окон, впуская в дом утреннюю прохладу. Небольшой рынок наполнялся покупателями, которым помогали волшебные существа, упаковывая товар или выбирая самые спелые фрукты. На широкой площади дети резвились со своим домашним питомцем — миниатюрным драконом, который распылял воду из пасти на детей, тем самым приводя их в восторг. Стайки разноцветных бабочек проносилась вихрем мимо магазинчиков и кофеен, принося на своих крыльях радугу.

— Невероятно, — прошептала я, замирая от восторга.

— Здесь невероятен каждый день, — улыбнулся Дхан, приглаживая волосы, которые выбились из хвоста. — Пойдем, — его теплая рука легла мне на поясницу, подталкивая вперед. Я не стала придавать этому большого значения и с улыбкой направилась к одной из кофеен.

Плетеные кресла и стол завораживали одновременно своей простотой и изяществом. Над головой раскачивались шарообразные цветы, служившие источником света.

— Прошу, — Дхан отодвинул стул, и я аккуратно присела на самый край. Решила именно сейчас вспомнить манеры. — Я держу обещания, и по этому, уступаю тебе честь первой сделать заказ.

Я рассмеялась, оглядываясь в поисках официантов или кого-то в этом роде.

— Забыла, что здесь все волшебное? — парень взял меня за руку и положил ее в небольшое углубление в центре стола.

— Что это такое? — над моей рукой взвилось мерцание, полился легкий свет, а потом все резко исчезло. Я подняла руку, рассматривая ее. Никаких изменений.

— Волшебное меню, с тонким анализом твоих предпочтений.

— Я не совсем понимаю, — я нахмурилась, размышляя над этой необычной технологией. Дхан проделал тоже со своей рукой.

— 1,2,3… - протянул оборотень, и я улыбнулась, наблюдая, как стол полнится тарелками и бокалами с напитками. Цитрусово-коричный кофе? Как они догадались?

— Теперь все стало ясно, — от вида блюд, у меня заурчало в животе. Сколько я бродила в темноте без пищи и воды? Как я вообще там выжила?

— Это только начало, принцесса, с каждым днем ты будешь узнавать все больше об этом месте.

— С чего ты взял, что я останусь здесь?

— В это место не возможно не влюбиться, — он обвел город рукой. И в чем- то был прав. Но это место не мой дом. — Ты здесь своя, к тому же фактически этот город принадлежит тебе.

— Но мой дом в Металлике, там моя семья, — зарождающийся спор между нами убавлял аппетит, и теперь курица в апельсиновом соусе казалась не такой великолепной.

Пантера откинулся на спинку стула, внимательно меня разглядывая. Наверно он не верил в то, что я только что сказала. Его темные глаза сузились.

— Твоя семья не примет тебя такой, и ты это знаешь.

— Этого никто не может знать, даже ты, — я чувствовала внутри прилив силы, какой возникал всегда, стоило кому-то посягнуть на мои собственные решения.

— Значит, одного самоубийства было мало? — он тщательно прожевывал стейк, смотря мне прямо в глаза. Зачем нужно было портить такое чудесное утро?

Я отложила приборы и отодвинула кофе.

— Тебя не должна беспокоить моя судьба, в своей жизни выбор делаю я. И только я.

— Все так, но видишь в чем проблема — теперь твоя жизнь принадлежит не только тебе, теперь она связана с этим городом. И твои решения повлияют на всех нас.

— Что ты хочешь сказать? — я подалась вперед. Теперь моя взрывная безумная натура вылезала наружу.

— То, что у наследниц огромная ответственность, с твоей смертью, это место наврятли выстоит. Оно связано с твоими жизненными силами. Я решил, что тебе нужно знать.

Я не знала что сказать. Я обернулась на резвящихся детей, на цветущие лужайки и замысловатые строения, на шныряющих по улицам лис с рогами и кроликов с ушками-крыльями. Неужели это все может исчезнуть?

— Королева прекрасно знала об этом и поэтому ценой своей жизни спасла тебя, чтобы магия продолжала жить внутри тебя, а вместе с тобой и это место.

Теперь Дхан смотрел на меня так, будто ждал определенного ответа. Это было слишком. Я резко встала, особо не притронувшись к еде.

— Вернемся назад.

— Конечно, — он тоже встал и подставил локоть. Я взялась за него, и мы медленно направились к замку. Я почти не смотрела на окружавшее меня великолепие. В моей голове роились сотни противоречий. Теперь решать было еще тяжелее.

— Эй, — Дхан остановился, едва мы подошли к замку, — я не хотел, чтобы это утро было таким.

— Все в порядке, я рада, что ты сказал все сразу, — я быстрыми шагами направилась в свои временные покои, надежно заперлась, оставаясь один на один с тяжёлым сердцем и мыслями.


Следующие несколько дней я бесцельно бродила по саду, боясь посещать другие места, чтобы не привязываться к этому городу. Наверно, где-то в глубине души я все решила для себя. И если уйду, не хочу тосковать по месту, где когда-то жили мои родители.

Ни Дхан, ни Айла не беспокоили меня, решив оставить решение за мной, и не давить. Иногда я бродила по улицам города, не переставая заглядываться на полулюдей, существ и прочую живность. И все они без исключения кивали мне, улыбались или наклоняли голову, отдавая почтение. Они точно знали, кто я такая и ждали определенных действий. Но я не знала кто я теперь. Я будто застряла среди миров.

Мой прошлый мир разрушен, потеряны все те, кого я люблю, потеряно мое «я» дочери главы альянса Чести.

Мое настоящее, это поиски ответов и понимание происходящего.

Мое будущее — большая дыра. Я не вижу ничего впереди. И сколько бы ни всматривалась, не могла увидеть. Кем я буду? Магом или умершей дочерью?

Никогда прежде я не ощущала такой пустоты внутри. Раньше все было ясно. Я хотела быть воином, но мне не было позволено. Хотела быть любимой, но тот единственный не ответил мне взаимностью. Хотела настоящую семью, но нашла ее, лишь встретив отголоски смерти, которая их и забрала.

Теперь я хотела лишь одного — гармонии. С собой. Со своим настоящим, прошлым и будущим. Я хотела все сделать правильно. Впервые в жизни никто не сможет решать за меня. И я должна была принять ответственность за себя.

Не будет отца, который оградит от всех ошибок.

Не будет Киана, который ринется защищать меня и уводить от навязчивых кавалеров.

Не будет Бастиана, который не бросит перед лицом опасности.

Не будет Нереи, которая всегда готова слушать и соглашаться на все мои безумства.

Не будет Нильса, который обязательно осчастливил бы своей пакостью мой день.

Не будет Гая, который всегда находил для меня добрые слова и сладости в самые мрачные дни.

Теперь только я и мои решения. Я и мои желания.

Эта перспектива заставляла меня по-настоящему испугаться. 

Глава 5 «Обычная жизнь необычных»

В один из дней, моего скоромного пребывания в замке, я заинтересовалась книгами на полках. Это не были романы, как я ожидала. И даже не книги магии или науки. Я обнаружила нечто, что удивило меня не меньше города. Это были магические путеводители. Так значилось на обложках. В моей спальне их было около десяти. Все в разных цветастых обложках. Я взяла одну наугад и раскрыла. Вверх взметнулась пыльца и туман. От неожиданности я отбросила книгу и в этот миг комната исчезла. А вместо нее, возникла одинокая гора, посреди моря Слез. Я помнила это место в мельчайших подробностях. Помнила, как впервые увидела лицо обманщика и негодяя. Как сбиралась его убить. Помнила соленый запах воды и ветер, который не смолкал ни на минуту. Это место и правда, было пугающим, заставляющим трепетать. А пещера, внутри горы была настоящим склепом путников. Я заметила книгу, валяющуюся на камне. Она оказалась здесь, вместе со мной? Я подняла ее и в тот же момент оказалась в своей комнате в замке теней. Я повертела книгу, наверно ожидая увидеть там невидимый проход или путь, но ничего подобного не было. Лишь двигались страницы, подражая игре волн с мрачной скалой. Я стала листать ее, но в этой книге была лишь одна иллюстрация на все листы. Мне стало не по себе от такого путешествия. Но любопытство было сильнее. Я взяла синюю книгу, она показывала изображение замка в Металлике. Но это последнее место, которое я хотела бы видеть.

Желтая книга показала альянс Нереи, оранжевая — природный альянс. Я улыбнулась. Здесь было собрание всех альянсов. Была одна книга без надписи, в серой обложке. Едва я раскрыла ее, как поняла, что это место никогда не видела прежде, но судя по картинке, это была деревня. Деревня отверженных. Дом Бастиана. Я замерла с этой книгой в руках, не решаясь окунуться в тот мир. Я была не готова увидеть это место и надеялась, что когда-нибудь буду стоять там по-настоящему.

Со злостью захлопнула и поставила книгу на место. Раздался стук.

За дверью меня ждала Айла, приветливо улыбаясь и щурясь от яркого света.

— Ты не должна постоянно охранять эту комнату, довольно сидеть. Пойдем со мной.

Долго уговаривать меня не пришлось.

— Айла, куда мы идем? — мы шли к выходу из замка, и, судя по озорным глазам моей спутницы, она замыслила что-то необычное.

— Терпение, — она подмигнул мне своими огромными глазами, которые казались бездонными молодыми озерами.

Мы прошли вдоль широкой улицы, минуя дома и магазинчики. Я вдыхала аромат цветов, и не переставала удивляться новым существам здесь.

— Сколько же здесь разных магических созданий!

— Да, это, правда, никто не знает, сколько сотен, а может тысяч насчитывает магическое разнообразие. Магия ведь необуздана, создает все по своему желанию, без ограничений и требований. Поэтому и натура магов такая же — дикая, горячая и непостижимая. В тебе тоже есть этот дух не подвластности.

Айла улыбнулась какому-то мужчине с длинными рогами, а тот в ответ снял шляпу.

— Там, за этой тьмой, я встретила однажды мага, — прошептала я невольно. Бастиан, правда был таким, как вся магия вокруг меня — диким и непостижимым.

— Кто он? — Айла выгнула бровь. Я почувствовала, будто говорю со старшей сестрой. Я могла и должна была поделиться с ней фрагментами своей жизни. Это залог доверия. А я хотела бы кому-то здесь довериться.

— Бастиан Киар, он из деревни отверженных.

— Проклятый морозный демон? — Айла будто задумалась. — Я знала его родителей.

— Почему вы назвали его проклятым демоном?

— Его прокляли демоническим обликом — черная кожа, огромные рога и тонкий острый хвост. Размах и сила крыльев поражает взоры и плоть.

Я вспомнила ту ночь, когда он зашел в воду и вернулся оттуда существом из другого мира. Он был так прекрасен, что я с трудом поверила, что это проклятье. Скорее дар. Дар для очень могущественного мага.

— Почему его прокляли?

— Кто знает мотивы древних прародителей. Они играю нашими судьбами, будто фигурами на доске, — Айла повернулась и на ее лице застыло хитрое и любопытное выражение лица. — Почему ты так интересуешься им?

Я поняла, что не знаю, как ответить. Потому что люблю его? Потому что хочу знать о нем чуть больше? Потому что возможно Айла сможет рассказать мне то, чем Бастиан никогда бы не поделился со мной?

— Мы связаны, — наконец нашла самый безопасный ответ я. — Он сказал, что я сосуд, который дает ему силу. Он брал ее у меня несколько раз, и я не уверена, что понимаю, что именно он делал и что значит это слово.

Айла кивнула, наблюдая за оживленным городом.

— Это прочная связь и довольно редкая. Несмотря на то, что твоя сила запечатана, ты все равно можешь быть сосудом. Если бы ты знала, то могла бы брать силу у него взамен.

Я замерла, силу взамен? Как это?

— Но тогда, твоя сила раскрылась бы мгновенно. Так что твое неведение помогло нам встретиться. Кто знает, как сложилась бы твоя судьба, проснись твоя сила в том мире?

Я размышляла над сказанным, понимания, что я ничего не знаю о мире магии. Она живет по своим определенным законам, без знания которых можно не выжить.

— Но не позволяй ему делать это слишком часто, — вдруг прервала мои размышления женщина, заглядывая в глаза, — это может свести с ума.

Я лишь кивнула.

Мы добрались до центра города и свернули в узкий проулок. Дома постепенно заканчивались, и перед нами раскинулась поляна с неприметным обветшалым домиком. Два этажа со скромной изящной лестницей на улице, маленькие окошки с резными ставнями. Полдома заросло мхом и плющом. Он был выдернут будто из глухой лесной чащи, домик какого — нибудь охотника или лесника, но довольно зажиточного.

— Что это за место?

Айла открыла дверь, и в нос ударил запах трав и цветов, апельсина и клубники.

— Эти дни были тяжелыми для тебя, так что я решила, что стоит хоть на несколько мгновений забыть о проблемах и насладиться легким головокружением.

— Головокружением? Это что, кабак? — я рассмеялась, когда Айла победно кивнула.

— Он самый. И здесь лучший фурион во всем городе.

— Что такое фурион? — Но Айла уже не смотрела на меня, а ловко подскочила к барной стойке и заказала два этих самых фуриона. Барменом был высокий мужчина с длинной бородой и кошачьими глазами. Все его лицо и мощные руки обросли каштановыми волосами, отчего он был похож на человеческую кошку, только без длинных усов. Он кивнул и улыбнулся Айле, обнажая ряд острых треугольных зубов. Меня это зрелище привело в шок и восторг одновременно. Наверно этому бармену лучше не попадаться на глаза, когда он в гневе, такими зубищами можно и пол руки откусить.

Я отвернулась от кота, не вслушиваясь в милую болтовню моей спутницы и этого получеловека, и сосредоточилась на кабаке. Поначалу, мне показалось что это и правда, развалившаяся хижина. Но здесь внутри все было иначе. Я бы назвала это изящной древней таверной. Здесь было тускло, дневное солнце почти не заглядывало в узкие окна, но свечи в резных канделябрах давали возможность рассмотреть каждого посетителя. За маленькими столиками, изогнутой, восьмеричной формы ютились гости, устроившись на мягких тумбах-пуфах, похожих на высокий барабан. Они сидели, сложив ноги в форме птицы, наложив одну пятку поверх колена. Это напоминало мне чаепитие в гостях, но на столе отнюдь был не чай. Высокие бокалы-шары возвышались на каждом столе, как и маленькие серебряные подносы с закусками. Я заметила, что кентавры и обладатели копыт едят стоя, совершенно не выказывая неудобства. Под потолком раскачивались веревочки с привязанными камнями. Все они были разных цветов и форм, все искрились, отдавая недостающий этому месту свет. Это было больше похоже на обереги, чем на украшения. Грубые подоконники из дерева сочетались с тонкими канделябрами, высокие тумбы-сидушки с неотёсанными и полу зелёными досками пола. Будто два мира соединились в одном месте.

Тем временем Айла взяла наши стаканы, такие же сферообразные и повела к дальнему столику, где мы уселись, сложив ступни на колени.

— Если ты не попробуешь его, считай что и не была в этом городе.

Сейчас женщина казалась моложе своих лет, превращаясь в девушку, которой недоставало подруги. Я все гадала, сколько ей лет на самом деле, но спросить было бы невежливо.

— Тогда сделаем это, — я обхватила всей ладонью широкий бокал, в котором плескалась фиолетовая жидкость и поднесла к носу. Аромат цветов и трав ударил в нос, внося неясность в мысли.

— За правильные решения и за мир, — провозгласила Айла тост и сделала большой глоток. Я тоже последовала ее примеру и осторожно отхлебнула, боясь испачкаться. В горло ударила резкость, кислота и сладость одновременно. Такое необычное сочетание встречалось мне впервые.

— Не могу поверить, что ты привела меня сюда выпить, — я широко улыбнулась, понимая, что назвала Айлу на «ты». Но она, кажется, не обратила на это внимания. К столу подошел маленький мальчик и протянул поднос с воздушными конусами, выстроенными в ровный круг.

— Иногда стоит отвлечься от всего, это помогает увидеть все в другом свете, — пожала плечами Айла.

— И даже забыть прошлое? — наш разговор снова тянулся к горестям и болезненным воспоминаниям.

— Нет, всего лишь притупить его, но сегодня не будем о плохом, — былая боль, проскочившая в глазах хранительницы испарилась, и она снова сделала большой глоток, на этот раз без тоста.

— Можно вопрос?

— Конечно.

— Как ты стала хранительницей? Судя из того что я здесь узнала и увидела, это довольно высокий статус.

— Этот титул передается по наследственности. От матери к дочери. Только по женской линии. Так что все было ясно еще до моего рождения.

— И ты не хотела бы быть кем-то другим?

— У нас никогда даже не возникало такого вопроса. Пусть магия и своевольна, но есть законы, которые четко определяют сознание и жизнь. Во избежание хауса в нашей жизни мы следуем этим законам. Но таких не много.

— И в чем смыл твоей работы?

— Оберегать этот город и мир магии от вторжения других. Сохранять мир и покой. Все довольно просто.

— Но ведь ты одна, разве по силам одной волшебнице защитить целый народ? — мое любопытство, подкрепленное фурионом, разыгралось и теперь поток вопросов наврятли кто-либо смог бы остановить.

— Это не так, я не одна. Члены королевской семьи всегда были рядом с хранителями, а хранители не существовали отдельно от них. Только объединенные силы смогу нас всех уберечь.

— То есть, все это время, ты справлялась здесь одна?

— Это было не просто, но я жила надежной, что ты когда-нибудь вернешься. И так и случилось, — она тепло посмотрела на меня и сжала руку. — Есть шанс, что мы снова возродимся, поднимем былое величие как в прежние времена.

Я посмотрела на нее, гадая, что она имеет в виду и можно ли такое осуществить. Прошло столько лет и это мир не вынесет кровавую войну дважды.

Я промолчала и Айла больше не стала продолжать эту тему. Вместо этого она начала рассказывать о своей семье, о былых временах, светлых и могущественных. Она помнила все в мельчайших подробностях, будто это мир существовал еще вчера. Но она не знала, что Металлика ожесточилась, придумала ошейники, подавляющие магию и что бледнолицые снова начали охоту на простых людей. Возможно ли в этом хаосе найти место для этого города? Он слишком прекрасен и безмятежен и не готов встретить новый жестокий мир.

— Катрина? Ты слушаешь?

— Да-да, просто задумалась, так о чем это мы? — я снова сделал глоток, удивляясь, что вкус фуриона каждый раз меняется, становясь больше кислым или больше резким.

— Я рассказывала о правителе местных гор.

— Айла наверно и века не хватит, чтобы рассказать мне всю историю вашего мира.

— Все знать и не надо, даже те, кто живет здесь больше сотни лет, едва ли помнят момент образования магии.

— Момент? — я удивилась и подалась вперед, желая услышать эту историю.

— Именно момент. Все случилось так внезапно, что никто не понял, что произошло на самом деле. Но последствия этого момента ты видишь сейчас.

Существа, наделенные обычной внешностью, существовали со времен образования мира. Но они были пусты, лишь их облик был чем-то невероятным. А в остальном они были самыми обычными. В какой-то момент, одно безобидное существо угодило в ловушку к мясоедному шакалу. Конечно, это случалось не так уж и редко. Кто-то создан, чтобы убивать, кто-то чтобы быть добычей. И тогда одна девушка из местной деревни, оказавшаяся недалеко от этой ловушки, осмелилась нарушить этот порядок и освободила бедняжку. На нее обрушилась кара шакала. Их силы не были равны. И бой длился недолго, он загрыз девушку в отмщение за упущенный обед. И это был тот самый момент. Когда сострадание победило смерть. Когда любовь одолела жажду убивать. Мир содрогнулся, доставая из закромов магию. Грянул гром и наш мир перестал быть обычным. Резкий ливень одарил силой тех, кто попал под него, изменяя их облик и даря величие. Это был лишь один момент и один подарок небес.

— Но это значит, что сила досталась не избранным, а всем тем, кто захватил этот момент.

— Без светлого не бывает темного. Конечно, этот момент погрузил мир в хаос. В торжество сильных над слабыми, в борьбу благодетелей и искусителей. И она длится и сейчас. Злые люди, злые маги и злое волшебство никогда не уходит. Как жажда или голод. Кто-то всегда будет желать крови и власти, а кто-то всегда будет желать победы над такими людьми. Однотонный мир был бы слишком предсказуем и склонен к вымиранию.

Айла снова сделала большой глоток, осушая широкий бокал, и помахала рукой, подзывая мальчика. Я отправила в рот медовое воздушное пирожное.

— Так жаль, что все это было стерто из памяти людей и забыто, — я посмотрела на эту таверну, на улыбки посетителей, на их схожесть и различия одновременно. Здесь царил мир, и это место внушало лишь покой и гордость.

— Мы никогда не будем забыты, — заявила Айла, забирая маленькую чашку ароматного кофе. Я удивилась, что она не заказала фурион снова. — По крайне мере, в людях всегда будет жить страх, который напоминает о магии. А это все равно, что увековечивание магии. Стирается все, кроме страха.

— Это так, — прошептала я. Этот день не был веселым или отвлекающим от мыслей и решений. Это был день открытий и погружения. Я поняла, что стала вязнуть в этом мире все больше.

— Кстати о страхе, надеюсь, у тебя нет боязни публичных выступлений?

Я вопросительно выгнула бровь.

— Допивай!

Айла поднялась с места, тряся своими необычными ногами, и потянула меня за руку. Я тоже встряхнула ногами, сбрасывая затекшее ощущение. Только сейчас я ясно расслышала веселую музыку, которая исходила из дальнего угла таверны. Женщина, с внешностью русалки исполняла веселую и зажигательную песню. Я была заворожена ее голосом и потоками энергии, которые исходили от него, заставляя тело двигаться. И я повиновалась. Айла была напротив меня, а ее кудряшки подпрыгивали в такт музыке, которая лилась из волшебных инструментов. Русалка, с голубыми волосами и чешуей вместо кожи увеличивала темп и громкость. Я поняла, что не танцевала слишком давно, отчего казалось, будто совсем забыла, как это делается. Но судя по улыбкам Айлы, все получалось. Я закрыла глаза и поддалась чувствам. Все ушло на дальний план. Была только я, великолепный голос русалки и фурион, распространяющийся под кожей. Я ощутила тепло во всем теле, покалывание, будто музыка задевала струны моего тела. Я улыбалась, а Айла кружила меня. Потом хранительница и вовсе забралась на один из столов, чем раззадорила гостей еще больше. Вся таверна будто ожила, столики пустовали, а вокруг них выплясывали существа. Все здесь казалось таким обычным и привычным.

Я с изумлением поняла, что это место отражение Металлики. А волшебные существа отражения людей. И в них нет ничего, что подлежало бы уничтожению. 

Глава 6 «Цветные полулюди»

После дня и вечера проведенного в таверне я легла спать измученной и счастливой. А наутро счастье испарилось, и вместо него пришла боль в ногах, спине и в голове. Видимо фурион не слишком отличался от остальных алкогольных напитков в Металлике. Что в волшебном мире, что в обычном — они имели одни и те же свойства и последствия. На тумбочке у кровати я заметила стакан с голубой жидкостью и записку, выведенную прекрасным подчерком: «Спасибо за день, давно я не была в такой чудесной компании. И выпей это, поможет»

Я улыбнулась, вспоминая прекрасное время с Айлой в кабаке. Там, мы были друзьями, в обычной таверне, с обычными танцами и искренним смехом. Там мы были жителями обычного города, никогда не знавшего тьмы и пустоты…

Но Аквилея никогда не была обычным городом.

Аквилея отожествлялась с орлом, означающим свободу и силу. Это название как нельзя лучше выражало дух этого места.

Мне вспомнился орел на груди Бастиана. Наверно так он увековечил память об утерянных друзьях и родных.

Еще чаще мои мысли возвращались к семье, оставшейся там, за огненными вратами. Моя вера в то, что все получилось, и что испытания были не напрасными, грело сердце. И пусть я не знала наверняка, но что-то внутри подсказывало ответ — отец выжил. И как бы я не хотела туда вернуться, сейчас я не могла. Это место тоже связало меня моим же прошлым. Я не была готова так легко оставить Аквилею. 

***

Как только в моей голове закончились стуки железного молота, я направилась в сад. Это место притягивало меня, куда больше, чем остальные комнаты огромного замка, которые всегда пустовали. Я полагала, что Айла живет в одной из спален, возможно, и Дхан. И на этом все. Когда была магия, не нужны были слуги или повара. Это величественное строение жило само по себе и само являлось центром жизни. Теперь, когда я стала постоянной посетительницей этого замка, он не казался таким мрачным и заброшенным. Он обрел величие и силу, насытился былой и новой историей и поражал меня все больше с каждым днем. Наверно, он никогда не был многолюдным, лишь во время приемов или заседаний советов. Магия заменяла здесь любых людей, оберегая замок от людских посягательств. Лишь сад казался самым обитаемым местом, где говорили, жили и рождались цветы и деревья.

Здесь росли обычные яблони и вишни, по пути я сорвала сочное красное яблоко, и улыбнулась, ощущая знакомый сладковатый вкус. Здесь были и высокие лианы, привезенные с земли бледнокожих, но большую часть занимали живые существа-деревья. Каждое из них являлось домиком волшебных мотыльков и бабочек, на толстых стволах располагались широкие дупла для крылатых сов, а в корнях путались ходы для маленьких клыкастых волков, с раздвоенными хвостами.

Цветы с телами женщин, кусты, жившие прямо в раковинах улиток, медузоподобные деревья — все это напоминало картинку, в которую нечаянно попал, схватив нить другого мира. Зубастые колокольчики клацали у ног остриями-бритвами, создавая забавные постукивания, больше похожие на ритм музыки, а орхидеи с дымчатыми листьями создавали потрескивания, будто звездочки на их листьях лопались, вторя клацанью зубов.

Сквозь эту «музыку» я услышала тихие шепотки и раздвинула широкие листья деревьев. На клумбе, около одного из высоких цветов суетились три девушки. Звук листвы привлек их внимание, и они одновременно как одна, обернулись. Я почувствовала неловкость из-за того, что отвлекла их от занятия, но отступать было поздно. Девушки испуганно переглянулись.

— Мы просто…

— Один из цветов…

— И мы хотели исправить….

Каждая из них перебивала другую и получался бессмысленный набор слов. Я улыбнулась и шагнула к ним. Цветные девушки робко склонили головы, и на клумбе я заметила объект их внимания. Подошла ближе, разглядывая цветок, который источал неприятный запах, отчего я закашлялась.

— Что с ним случилось?

— Похоже на стресс, — пожала плечами девушка, цвета спелого солнца. Ее волосы напоминали непослушный шар из сплетенных лучей солнца. Глаза были широко распахнуты и утопали в свете, на самом деле они были почти белые, но этим только больше красили ее милое личико. Тонкие руки, узкая талия и длинные ноги придавали ей хрупкость и невинность.

— Разве у цветов бывает стресс?

Девушки переглянулись, будто я сказала глупость.

— Его друзей пересадили, и он остался один в этой части сада. Ему одиноко, — пояснила другая девушка, цвета бледного моря. Она была копией солнечной девушки, только ее волосы закручивались длинными волнами, доставая до пола, а глаза напоминали самое яркое небо — густые, темно-синие оттенки.

— Почему же его оставили?

— Наверно забыли, или не заметили. Это случилось, когда он был еще малышом, а теперь его переживания не дают ему спокойно расти, — грустно улыбнулась третья девушка, похожая на спелую клубнику: кожа нежного розового оттенка, пухлые красные губы и узкий маленький нос, глаза изумрудного оттенка, прямые красные волосы раскинулись на плечах, а челка закрывает высокий лоб.

— Вы ведь поможете ему, правда?

— Не волнуйтесь, — сказали они в унисон. — Мы сделаем все необходимое.

— Могу я понаблюдать? — я смутилась, не желая докучать девушкам, но их лишь обрадовало мое предложение. Они улыбнулись и втроем аккуратно достали цветок из земли. Они сморщили курносые носики и медленно понесли его в другую часть сада, а я последовала за ними. Наконец они остановились у одной из клумб, где росли высокие красные цветы, с бархатистыми широкими лепестками и желтыми тычинками. Невероятно нежные и красивые. Их аромат сложно было уловить на фоне вони, исходящей от страдальца.

Девушка-клубника вырыла небольшую ямку и поместила туда цветок, присыпая корни землей. Девушка-море погладила землю вокруг саженца, и она заметно почернела. А девушка-солнце прикоснулась пальцами к каждому лепесточку и листу. Затем они одновременно встали и замерли. Я стояла рядом, изумленно наблюдая, как цветок окрасился в красный и пошел ввысь, достигая ростом своих соседей и наклонился в их сторону.

И тогда я почувствовала великолепный аромат.

Девушки заулыбались и стали обниматься.

— Это волшебство! Как вы смогли это сделать?

— Все просто. Я — Мила, — и мой дар радость и умиротворение, я подарила его цветку, когда опускала в землю, — произнесла девушка-клубника, — это — Нилла — ее дар — вода, она увлажнила землю, чтобы цветок мог расти, — она указала на девушку с волосами-волнами, — а это — Крилла, волшебница света, она подарила светлый путь цветку, согревая его листья и лепестки.

— А я Катрина, — я протянула руку, восхищенная этими девушками. Но они вмиг изумленно посмотрели на меня и разулыбались.

— Не могу поверить! Крилла, она та самая! — залепетала Мила, тряся сестру за руку (я решила, что они сестры, потому что их лица были одинаковы, за исключением цвета глаз и волос)

— Неужели! — воскликнула Нилла, — тряся мою руку в рукопожатии слишком активно. — Мы столько слышали о вас.

— Пожалуйста, уберите этот тон. Я просто Катрина, никаких вы, хорошо? — я улыбнулась, не привыкшая к такому вниманию и покрылась румянцем.

— Весь город только о вас…тебе и говорит, — вздохнула Мила, рассматривая меня во все глаза.

— И что же они говорят? — я прищурилась, готовая к любым ответам.

— Что вернулась королева.

***

Когда я смотрела на своего отца, на короля, то восхищалась ими. Только по-настоящему великому человеку под силу управлять жизнями других. Мне казалось, они управляли самой Судьбой. Ведь другого объяснения такой обширной власти не было. И эта власть сохраняла мир, укрепляла дух и могла называться справедливой. Быть правителем, называться этим титулом, всегда казалось мне чем-то возвышенным, эфемерным и неподъемным для обычного человека. Я видела и женщин и мужчин, которые были достойны такого титула, но не была готова, когда его причислили мне. Три милые девушки — Мила, Нилла и Крилла были абсолютно искренни и не ожидали, что их слова введут меня в отчаяние. Вот уже несколько дней это слово резало и кололо — Королева. Это слово парило надо мной, будто надоедливая муха и легче было бы ее убить на месте, чем позволять мучить. Теперь это слово стало моим якорем.

Я стояла у окна, наблюдая за погружающимся в сон городом. Он был прекрасен. В переливах огней и мерцания, в свете воды в центре удивительного сада, в тихом пряном ветре, в спокойном сне горных вершин, которые было почти не различить среди густой листвы, в тонкости и изяществе мостовых и шпилей домов, в магических созданиях, которые бродили в полном умиротворении, наслаждаясь порхающими сумерками.

Этот мир перечеркнул все то, что я видела раньше, что знала и что слышала. Он запустил в меня свои мягкие коготки. 

Глава 7 «Тени безумства»

Я тянула время, понимая, что все дальше отдаляюсь от дома и привязываюсь к этому месту. Аквилея умела восхищать и пленять душу. И больше всего, мне бы хотелось, чтобы этот мир возник в Металлике, вырвался из тьмы, и моя семья смогла бы разделись со мной великолепие этого места.

Но глупым иллюзиям не место в моем сердце.

Этого никогда не будет, я знала Бриона и дух Металлики. Они скорее будут согласны на новую войну, чем позволят магам вернуться. От этих мыслей мне становилось только хуже.…

***

Я проснулась от неопрятного ощущения в груди. Это не было болью или покалыванием, и даже не относилось к моим органам и коже. Это было что-то внутри, глубокое и только зарождающееся.

Это была она — запечатанная магия.

Но с чего ей начать просыпаться? Я посмотрела в окно, откуда были видны крыши домов и извилистые улочки. Мое внимание привлекло яркое пятно на мрачной улице, похожее на огненные вспышки. Я подбежала к окну, вглядываясь в хаотичные огненные всполохи, которые исходили из одной точки. Этой точкой был человек. На первый взгляд можно было подумать, что это жонглёр огня, но если присмотреться, то можно заметить что человек в панике, а остальные жители Аквилеи разбегаются в разные стороны, будто боясь, чудовища, которым являлся псевдо жонглёр.

Я захватила накидку и покинула свои покои, добежала до ворот замка и вырвалась наружу.

— Катрина! — я услышала голос Дхана и обернулась. Что он делает здесь ночью? Может тоже увидел это безумие?

— Что происходит? — я вновь посмотрела на огонь, который был похож на необузданное животное. Он был опасен, а человек был не способен его приручить. Я вновь рванула на площадь, но оборотень схватил меня за руку и дернул на себя.

— Тебе туда нельзя, — сказал он холодно, вглядываясь в происходящее за воротами замка.

— Объясни мне ЧТО. ТАМ. ПРОИСХОДИТ?! — я с силой вырвала руку, ожидая объяснений.

Дхан молчал, смотря сквозь меня и раздумывая над ответом.

— Ответь, иначе я пойду туда, и ты не сможешь меня остановить! — я серьезно посмотрела на него и Дхан, наконец-то увидел меня. Я была полна решимости пойти на площадь и попробовать помочь этому человеку. Я не знала, как я сделаю это, но чувствовала, что должна хотя бы попытаться. Эта картина вблизи наводила ужас и вселяла страх. Я видела драконов и огненных лис и знаю, насколько опасно прикосновение огня, особенно первобытного, животного. А этот человек не представлял, что ему делать и поэтому он жег, опалял и разрушал.

— Это опасно для тебя, — он повернул меня в сторону ворот, а сам остался стоять сзади. Я почувствовала его дыхание у виска и запах гор с примесью родниковой воды.

— Это Велиар — безумец. В нашем мире их называют так. Таких как он тысячи. Велиары не способны контролировать свою силу. Их магия поклоняется не им, а хаосу, смерти и безумству. Они рождены разрушать города, убивать тысячи людей, уничтожать огромные территории и все, что попадается им на пути.

— Я думала, магия не бывает … такой…. — я не могла подобрать слов, а то, что видела, вселяло ужас. Я замечала, как огонь становился все яростнее и чудовищнее, он распространялся так быстро, что никто вокруг не мог понять, в чем дело, и таких зевак засасывало в эту воронку, откуда доносились лишь крики.

— Никто из Велиаров не выбирал такую судьбу, они не знают о своем безумстве, лишь до того момента, пока оно не проявится. А когда это случается…

- Что? Что с ними происходит? — я наблюдала, как вокруг юноши, а это был он, хотя сквозь огонь сложно было что-то разглядеть, сужается кольцо из защищенных броней людей и полулюдей. И будто почуяв опасность, его зверь становится еще более опасным, отбрасывая борцов словно игрушки.

— Их убивают, — закончил Дхан и в этот момент один из рыцарей вонзил острие в спину мага. Он покачнулся, а его смертоносный огонь исчез. Велиар повалился на землю и больше не поднялся. Я зажала рот рукой. Выросшая в альянсе Чести я не раз слышала о смерти, но никогда не видела ее. Я убивала лишь животных, но человеческая смерть была для меня страшным преступлением. И я не была уверена, что когда-нибудь смогу вот так просто отнять у кого-то жизнь, как делали это воины на поле битвы.

Слезы безмолвно катились по щекам, пока я наблюдала, как молодого парня сжигают и уничтожают, будто его и не было вовсе.

— Это несправедливо, он не виноват, неужели нельзя было найти другой способ?

— Если бы он был, принцесса, мы бы им воспользовались. Думаешь, магам нравится убивать своих? Нас осталось не так много, и потеря одного наносит серьезный ущерб. Самый гуманный способ в таких случаях — это смерть. Иначе Велиар унесет с собой сотни жизней. Иногда, правильнее пожертвовать одной жизнью, чтобы спасти тысячи.

Дхан сжал мое плечо и развернул к себе.

— Теперь ты знаешь, что у магии есть цена, а у Аквилеи темная сторона.

***

Еще долго после этой ночи перед моими глазами стоял тот юноша и его огонь. Страшное завораживающе чудовище в руках того, кто не силах его контролировать. Это был словно кошмар наяву. И я не могла забыть это, будто один и тот же кадр проматывался много раз — кинжал входит в тело юноши и он закрывает глаза. Навсегда. А вокруг крики и слезы, кровь, огонь, боль.

Эта ночь всколыхнула во мне что-то. Я поняла, что маги никогда не смогут вернуться. Я видела лишь одну смерть, но если два мира соединятся, кровь зальет Металлику и она уже не сможет ее смыть.

***

— Ты когда-нибудь хотел вернуться? В Металлику?

Дхан и я сидели на траве у озера со светящимися рыбами. Из окон замка оно казалось крошечным, а теперь простиралось так далеко, что казалось, будто это целое море. А рыбы не просто излучали свет, а сами были разноцветными, отчего вода казалась перемешанной палитрой самых ярких красок. И я боялась даже пальцами коснуться этой красоты, чтобы не нарушить ее.

Дхан молчал. А я испугалась, что задала слишком личный вопрос. Он смотрел вдаль, даже не вглядываясь в красоту этого места. Может, он сидел здесь уже сотни раз, и выучил наизусть каждый цвет, а может и пересчитал рыб.

— Это сложный вопрос, Катрина, — он покачал головой. Его карие глаза на солнце казались янтарными, а кожа еще более загоревшей, будто он каждый день работал на солнцепеке. — Если ты спросишь любого здесь, они ответят одно — нет. Но это ложь.

Дхан улыбнулся, будто вспомнил что-то приятное.

— У нас есть путеводители в разные уголки мира, через них можно подсматривать за альянсами и дальними уголками Металлики. Это будто маленькое путешествие в другой мир. В эти моменты, кажется, будто вокруг действительно есть что-то еще: другие города, огромное море Слез, а не тьма и пустота. Но у этого путешествия есть один недостаток — он захватывает лишь один момент времени. И ты можешь путешествовать только в один день этого места. Поначалу это кажется пустяком, но потом понимаешь, насколько безнадежно ты застрял в Аквилее и что время здесь не движется вперед. Как и в этих книжках-путеводителях.

— Металлика в сто раз лучше, чем в дурацкой книжке. И ты увидишь ее. Обязательно, — я улыбнулась, желая поддержать его. Но лишь это я и могла — говорить, в месте, где время и правда замерло… — Увидишь механических зверей и паровых лошадей, которые дышат пламенем, увидишь механизмы в фонтанах и поющих кукол, увидишь тонкие шпили королевского замка, идеальные аллеи и горожан с механическими тростями и странными прическами.

Дхан рассмеялся, закидывая голову. Сейчас он казался совсем мальчишкой. Мальчишкой, у которого отняли возможность путешествовать и узнавать мир. Который представлял в своей голове великий город, оставляя его на глупых страницах книг-однодневок.

— Как это работает, разве может лошадь состоять из шестеренок?

— Она ничем не отличается от настоящей, — я пожала плечами, — просто не такая изящная и пахнет не травами и цветами.

— Звучит невозможно, — Дхан улыбнулся, поворачиваясь ко мне всем корпусом, а потом откинулся назад, опираясь на локти и скрещивая ноги в лодыжках.

— Для меня слово «оборотень» тоже звучало невозможно, до тех пор, пока я не увидела его прямо перед собой. А когда увидела, что пантера может быть человеком, решила что схожу с ума.

— Правда? Поверь, я здесь самый обычный.

— Нет, это не так, — я серьезно посмотрела на него, — каждый из вас уникален, а Металлика на фоне Аквилеи кажется заурядной.

— Легко говорить, когда ты видела два мира.

— Не говори так, будто бы для тебя это невозможно.

— Я смирился, и наслаждаюсь тем, что имею. Но знаешь, я и правда однажды видел Металлику, — Дхан улыбнулся и поднялся с травы. — В тебе, в твоем голосе, в твоих рассказах. Это было путешествие в новый момент времени.

— Дхан…

Я почувствовала, как мое сердце потеплело. Он говорил так, будто бы я сделала, что-то значимое, и мне очень хотелось верить, что именно так и было. Что я смогла подарить ему частичку другого мира.

— Сегодня, ты должна побывать в одном месте, — он протянул руку, помогая мне встать и стараясь сменить тему. Видимо нежность не входит в арсенал пантеры.

— Что это за место?

— Переулок воображения. Но там есть одно правило. 

Глава 8 «Переулок воображения»

Мне пришлось вытаскивать тайну у Дхана клещами, до тех пор, пока он не сознался, что в этом переулке можно появиться только в маске. Я знала лишь то, что переулок воображения отрывается раз в год. В одну из ночей, когда луна разделяется на половинки, тем самым открывая путь в переулок. Все горожане собирались в одном месте, самом загадочном месте Аквилеи. И я была просто обязана туда попасть!

Я застряла на площади в поисках подходящего магазина. Вокруг гуляли парочки и компании друзей, бурно обсуждавшие предстоящую ночь. Для них это действительно был чем-то важным. Я подумала о том, что наверно в мире тьмы им просто было необходимо еще больше волшебства.

Наконец, я отыскала нужное место, сжимая в руке мешочек, который дал Дхан, чтобы я законно заплатила за покупку.

Маленький магазинчик масок был похож на уютный дом старушки-барахольщицы. Здесь все стены и витрины засыпали маски, разных цветов, размеров и предназначений. А у порога на ковре было написано «Отыщи свою маску, если сможешь». Звучало как вызов.

— Есть здесь кто? — в ответ я услышала лишь тишину. И шагнула в магазин, закрывая за собой дверь. Здесь пахло кожей и краской, новой бумагой и пылью. Наверно, этот магазин пользовался популярностью лишь раз в год — в день открытия переулка воображения, и поэтому годовой слой пыли оставался на полу и витринах. Побродив среди огромных куч масок, я решила последовать совету ковра и начала искать именно свою маску в горах других сваленных в кучу масок. После второй кучи я сдалась, откидывая в сторону маски петуха и змеи. От залежавшихся масок вверх поднялась пыль и заклубилась в воздухе, отчего я принялась чихать. Послышался грохот, и я обернулась, замечая, что мой чих заставил одну из масок свалиться со стеллажа. Я подняла огромную маску обезьяньего шамана и только потянулась к полке, чтобы вернуть ее на место, как мое внимание привлекла изящная черная маска, с россыпью звезд, которая пряталась за упавшей обезьяной. Я достала ее, рассматривая со всех сторон и поняла, что нашла именно СВОЮ маску.

Хозяйка магазина так и не появилась, поэтому я оставила деньги и вышла, заметив, что надпись на ковре изменилась: «Маска нужна лишь за тем, чтобы открыть что-то новое, а не скрыть нечто от других»

***

В полночь Дхан обещал встретить меня на площади, чтобы отвести в переулок. Я чувствовала волнение и сцепила руки в замок. Это место невероятно меня размягчило, я стала восторженно — чувствительной девицей. Приказала себе собраться и подняла подбородок. На площади я заметила знакомые фигуры. Три сестры щебетали о чем-то у фонтана. Они были разодеты в пышные платья и в разноцветные маски — красная, желтая и синяя. Едва я повернулась в их сторону, как они заметили меня и, расплывшись в улыбках, двинулись навстречу.

— Катрина!

— Как мы рады встрече!

Крилла, Нила и Мила улыбались, сверкая глазами, отчего я тоже улыбнулась, радуясь их обществу.

— Вы…ты…

— Собираешься идти в этом?

Я осмотрела себя и пожала плечами. Штаны и рубашка были моей повседневной одеждой. Я не знала, что сегодня нужно было одеться как-то иначе. Хотя судя по нарядам сестер, я поняла, что поступила очень опрометчиво, не купив платье.

— У меня нет ничего другого, — это была ложь. Наверняка в шкафах замка имелись платья, но я даже не заглядывала туда.

— Что же ты не сказала! — воскликнула Крилла, самая теплая и солнечная, и переглянулась с сестрами.

— Сегодня мы…

— Твои феи! — заключила Мила и захлопала в ладоши.

— Что… — я хотела было спросить, что они задумали, но тут вокруг меня закружился разноцветный туман. Синяя, жёлтая и красная краски смешались, создавая кокон, полностью скрывающий мое тело. Я подняла руки, замечая как ткань рубашки растворяется, как и штаны, но это длилось лишь секунду, и вместо моей привычной одежды появляется струящаяся черная ткань, легкая и в то же время жесткая. Длинная юбка со складками, которая струится по каменной клади площади, лиф обрывается в районе груди, оставляя руки и плечи обнаженными. Я улыбаюсь, чувствуя покалывание внутри. Наверно моя потухшая магия отзывается на магию сестёр. Наконец туман рассеивается, и я слышу восхищенные вздохи.

— Великолепно!

— Чудесно!

— А теперь идем! — сестры берут меня под руки, и я не успеваю сказать, что должна встретиться с Дханом.

Они ведут меня по узким улочкам, будто по лабиринту, мимо высоких домов, чьи крыши закрывают все небо. Я оглядываюсь по сторонам, пытаясь запомнить дорогу, но получается с трудом. Может это сделали специально, чтобы случайные путники, или нежелательные гости не смогли попасть в переулок?

Наконец череда однообразных поворотов заканчивается и перед нами вырастает тонкий магический шар, размером с большую деревню.

— Что это?

Я задираю голову, изучая блики, гуляющие по шару, отчего кажется, будто он пропитан раскатами молнии.

— Это защитный купол, чтобы магия не навредила городу, — пояснила Мила, поправляя волосы.

Сестры прошли через стену шара, а я помедлила, остановившись у самого края.

— Идем! — сестры ждали меня по другую сторону.

Я выдохнула и прошла сквозь купол, почувствовав при этом легкость и тепло. Магия с каждым разом казалась мне еще более невероятной, будто светящееся солнце, которое согревает и гладит кожу.

Внутри шара бушевала музыка, голоса и смех, всполохи разноцветной магии. Переулок, размером с городок искрился и полнился магией разных мастей. Я ахнула, наблюдая за резвящимися в воздухе драконом и огромной птицей, сделанных из волн. Здесь были оборотни, которые исполняли акробатические трюки, каждую секунду меняя облик. На необычных коврах соревновались на скорость мальчишки. В середине переулка дрались на мечах два иллюзорных рыцаря, а в углу сидел укротитель бабочек и звуки его музыки заставляли их создавать замысловатые фигуры. Я кружилась на месте, стараясь все рассмотреть и порывалась подойти поближе, но каждый раз видела что-то более удивительное. Здесь были элементали, живые воплощения стихий, они жонглировали кусками огня или шарами воды. Призрачный конь, проносился мимо горожан, поднимая ветряные вихри. Целый оркестр волшебных инструментов исполнял веселую быструю мелодию, тут же сменяя ее медленными песнями. Я потеряла сестер из виду и направилась в центр переулка.

Заметила мальчика, который сидя на мостовой, пускал мыльные пузыри прямо изо рта, они разлетались, подхватывая с собой горожан и кружа их в воздухе. Я видела дриад, которые выращивали целые поля и высокие деревья, превращая мостовую в ковер зелени. Мое внимание привлекла черная пантера, которая будто цирковой артист прыгала через огненные кольца и преодолевала полосу препятствий. Рядом с ней были лев и змей.

— Дхан… — это должен был быть он.

Он первым пришел к финишу и толпа радостно завизжала. Пантера начала трансформироваться, как и лев со змеем. Рядом с Дханом теперь стоял высокий парень с длинными рыжими волосами и тонкая девушка с черным каре.

Все увиденное поражало мой разум и заставляло восхищаться. Я дрожала от переизбытка царившей магии вокруг, чувствуя, что мой замок внутри истончается. Я осознавала красоту волшебного мира и стала искренне не понимать людскую зависть, которая достигла масштабов войны.

Я рассматривала горожан, которые улыбались и смеялись, разодетые в невероятные наряды, изящные и счастливые. Энергия, исходившая от этого места, кружила голову, и я поняла, почему Дхан так восторженного говорил о переулке воображения. Он был словно яркий свет внутри тонущего во тьме города. Я видела лишь красоту магии и хотела бы быть хоть чуточку похожей на одного из магов. Меня восхищали их призрачные звери, водяные колесницы, которые создавались искусными виртуозами лёгкими движениями рук. Я заметила певицу, которая исполняла песню невероятным чистым птичьим голосом. Вокруг нее собрались горожане, следящие за каждым ее движением.

— Сбежавшая королева, наконец, посетила праздник, — я обернулась, встречаясь глазами с Дханом. — Мне пришлось долго ждать тебя на площади.

Он был расслаблен и настроен на поддразнивания.

— В этом не было моей вины, сестры не дали мне и рта раскрыть, — я указала на разноцветную троицу.

Дхан рассмеялся, приглаживая волосы.

— Это на них похоже, — он блуждал глазами по моему лицу и телу, и в его глазах читалось восхищение. Сам он был одет в строгий черный костюм, наглухо застёгнутый под горло. Костюм идеально подчеркивал его натренированное тело. Хотя, чему удивляться, он был первым, кто прошел полосу из огня, даже в облике пантеры.

— Тебя было сложно узнать… ты… будто другая….

— Это всего лишь платье, — я улыбнулась, разглаживая невидимые складки. Черт, почему я так волнуюсь.

— Нет, дело не в нем, — он шагнул ко мне, наклоняя голову, как тогда в саду, в нашу первую встречу. Шумно втянул воздух у моей шеи и замер. — Твой запах… печать все тоньше, и магия начинает приобретать цвет и запах. Невероятно…

Я замерла, вслушиваясь в его слова. Я чувствовала то, о чем он говорил. Теперь я убедилась, что мои ощущения не надуманные.

Дхан не отстранился, а прикоснулся губами к моей шее, отчего я вздрогнула и отошла.

— Прости, сложно удержаться, — он прямо посмотрел мне в глаза, своими потемневшими.

Я постаралась скрыть свое удивление и наконец, восстановила дыхание, не зная, что сказать. Дхана было сложно понять, в прочем, как и всех магов. Они отличались движением мысли и мотивами. А сейчас я не хотела разбираться в этом, я хотела наслаждаться этим местом и этой ночью.

— Покажешь мне все здесь? — я улыбнулась, разбавляя напряжение. Дхан взял меня за руку и повел в самую гущу толпы.

— Если вздумаешь отстать или потеряться, я найду тебя. Теперь я везде найду тебя, — он крепче сжал мою руку, — где бы ты ни была. 

Глава 9 «Сон, в котором хочется остаться»

Ночь переулка воображения была великолепной. Мы бродили там до самого утра, пока я не начала засыпать на столике в кофейне. Последнее что я помнила, это как Дхан садит меня в ту самую водяную колесницу, и мы быстро достигаем замка. Крепкие руки опускают меня на кровать, и я засыпаю самым крепким сном.

Но этот сон не дает мне отдохнуть. Я оказываюсь на берегу моря Слез. Теплый песок согревает мои ступни, а солнце слепит глаза. Я прикасаюсь к воде, ощущая ее холод и печаль. Море Слез всегда навевало тоску. Я оглядываюсь, но берег пуст. Прохаживаюсь вдоль берега, замечая на себе то самое черное наколдованное платье.

— Тебе идет, — я слышу до боли знакомый голос, и оборачиваюсь. Бастиан стоит прямо за мной и внимательно изучает глазами. На нем черные штаны и расстегнутая белая рубашка.

— Бастиан, — я вкладываю всю нежность в свои слова, чуть не плача от радости, что, наконец, снова вижу его.

Маг касается пальцами моей щеки, проводя дорожку от подбородка к ключице.

— Скажи мне, где ты? — его глаза цвета индиго мерцают, и море кажется блеклым на фоне красоты его лица. Я запускаю пальцы в его серебряные волосы и улыбаюсь, чувствуя их мягкость. Будто он действительно рядом со мной, и все это не игра моего тоскующего сердца.

— В городе магии, — шепчу я, водя пальцами по его медовой коже, — в Аквилее.

Он внимательно смотрит на меня, а затем резко прижимает к себе, впиваясь в мои губы поцелуем. Я задыхаюсь от сплетения наших чувств. В той жизни, в Металлике Бастиан был всегда холоден и мрачен. Наверно, я создала его здесь таким, каким хотела бы видеть — горячим, не скрывающим своих желаний и чувств. Была ли это любовь, или слепая страсть я не знала. Я бы спросила, будь он сейчас передо мной. А пока я просто отвечала на поцелуи так же страстно и самозабвенно.

— Я бы хотела, чтобы ты был таким по-настоящему, — прошептала я, обхватывая руками его волосы, чтобы еще больше приблизить к себе. Его кожа разгорячилась, я чувствовала бешеный стук его сердца. Цвет его глаз потемнел.

— Это по-настоящему, — голос мага охрип от избытка чувств, — и у меня больше нет сил скрывать все то, что ты пробуждаешь во мне.

— Что ты… — не успела я договорить, как его руки резко переместилась за мою спину и ткань платья с треском была разорвана. Он отбросил жалкие остатки платья в море, оставляя меня в тонкой сорочке. Бастиан вновь завладел моими губами, осыпая поцелуями шею и плечи.

— Бастиан… — больше всего мне хотелось продолжить это безумие, но я хотела его по-настоящему. И только в настоящем. — Бастиан!

Он становился, поднял затуманенный взгляд на меня. Я коснулась рукой его щеки и грустно улыбнулась.

— Я хочу этого, но не здесь, а в Металлике, в альянсе, где угодно, даже на одинокой скале. Только чтобы по-настоящему ощущать биение твоего сердца, — я погладила его грудь, — чувствовать твое дыхание на коже.

— Тогда ждать осталось недолго, — он поцеловал мои пальцы и улыбнулся. И эта улыбка не предвещала ничего хорошего.

— О чем ты?

Но Бастиан снова начал таять, оставляя меня в окружении загадок и вопросов без ответов.

А когда я проснулась, то заметила на себе лишь сорочку, а постель пахла морем и песком.


В дверь постучали, и я тут же вскочила, встретив на пороге Айлу.

Ее улыбка тут же сползала с лица, едва она увидела мою тревогу и растерянность. Я и правда не понимала, что значили слова Бастиана, и почему я нигде не могла найти волшебное платье.

— Что случилось?

— Нет, все хорошо, просто приснился странный сон.

— Сны магов всегда странные и еще они не такие невинные как у людей.

Хранительница подошла к окну и распахнула его, впуская в комнату солнечный свет и свежий воздух. Мне стало легче, а сон начал рассеиваться.

— Что значит не такие невинные? — я присела на кресло, всматриваясь в лицо хранительницы. Теперь ее облик был привычен и даже зауряден наряду с другими полулюдьми здесь.

— Они несут смысл, всегда о чем-то говорят. Ни один сон здесь не приходит просто так. Вот почему мы так редко видим сны. Почти никогда.

Я кивнула, еще больше задумываясь над тем, что видела.

«Это по-настоящему» — сказал маг. Что он имел в виду?

— Дхан сказал мне, что вы прекрасно провели прошлую ночь.

— Да, переулок воображения невероятен, лучше, чем в самых смелых мечтах, — я улыбнулась, вспоминая большой купол и то, что происходило внутри него — буйство магии и энергии.

Айла была удовлетворена моим ответом. Интересно, Дхан обо всем рассказывает ей?

— Ты и Дхан…

— Он мой верный друг, — улыбнулась Айла, — и я доверяю ему настолько, что поручила оберегать тебя. Не каждый может быть удостоен чести быть рядом с королевой.

— Я не королева, — я покачала головой, вглядываясь в город за окном.

— Пока нет. Но скоро все изменится. Как только магия пробудится, все встанет на свои места, дорогая.

— Айла, моя магия…я чувствую ее.

Хранительница не удивилась. Лишь улыбнулась и взяла меня за руку.

— Это вполне естественно. Она чувствует зов этого города и твоего сердца. Ты все больше готова впустить ее в себя. Но будь осторожна, когда это случится.

— Почему? Что произойдет?

— Она вырвется со всей своей мощью, таившейся столько лет внутри. Это будет словно извержение вулкана — неизбежно и смертоносно. И лучше, чтобы в этот момент ты была одна. 

Часть 2 Рассвет веры

Глава 10 «Бездна отчаяния»

(Бастиан Киар, лидер деревни отверженных)

Спустя некоторое время, после самопожертвования Катрины…

Деревня отверженных

Раньше я думал, что смерть это обычный ритуал. Умирают все, это неизбежно. И чем быстрее ты это поймешь, тем легче будет жить дальше. Естественный порядок вещей нельзя нарушать. Этот закон царил в магии и в Металлике. Я потерял семью и брата, и продолжил жить за них. Стал тем, кем они хотели меня видеть — лидером, сильным и холодным магом, который отказался от чувств ради тлеющего огонька магии в этом мире. Меня все устраивало, я убегал от воинов, снова и снова строил свой маленький альянс из пепла и крови, укреплял свою силу и надсмехался над простыми людьми.

Но все изменилось, и я не смог понять, когда точно это произошло. Когда я невольно спас рыжеволосую девушку или когда первый раз поцеловал ее. Катрина де`Ламор не была похожа ни на одну девушку, которую я знал. Она не принадлежала альянсу Чести, не принадлежала Металлике и даже не принадлежала мне. Сначала казалось забавным укреплять с помощью ее сосуда свою силу, соглашаться на ее безумства. Но потом, она вошла в огненные врата и больше не вернулась.

В тот момент я понял, что моя жизнь померкла. Все краски схлынули, оставляя меня с моими демонами. До ее смерти я не казался себе таким жалким. Самозваный лидер пал и оказался слишком слабым, чтобы спасти ту, которая смогла разбить сердце ледяного черного демона. Я разбрасывался силой и легко менял одни жизни на другие, но все это оказалось бесполезным. Я оказался не способным на настоящий поступок. Я оказался трусом, который не смог признать, что полюбил.

Я жалел, что промолчал, что стер ее решительность и позволил запомнить себя беспощадным холодным магом.

Катрина спасла отца, обменяв свою жизнь на жизнь убийцы и деспота. А я застрял в забвении, понимая, что потерял ее. Потерял свою любовь.

Первые несколько дней я впадал в ярость и громил все на своем пути, жестоко наказывал предателей и был готов истребить весь род воинов, лишь бы только это смогло вернуть ее. Я не желал верить в то, что она исчезла навсегда. Что смерть смогла так легко забрать себе огненную воительницу.

Я стал бредить. Мне снились кошмары, в которых я раз за разом терял ее. И эта боль не прекращалась ни во сне, ни наяву. Чтобы спастись, я ограбил королевскую библиотеку и вытащил все книги о магии. Я искал одно — способ вернуть ее назад. Предательское сердце нашептывало, что она жива, мучая меня еще больше.

Я потерял счет времени, дни пролетали минутами, пока я отчаянно искал способ. Но его не было.

***

Нильс пришел ко мне, когда я уснул среди книг, разлив во сне на ветхие ценные страницы крепкую настойку.

— Эй! Маг — пьяница, вставай!

Я разлепил глаза и уставился на воина. Он начинал меня раздражать, приходя в деревню тайком и мучая меня своей поддержкой. Он нашел во мне объект, на которого можно изливать заботу.

— Какого черта! Я же сказал тебе, забудь дорогу в это место! — я зарычал, поднимаясь с пола. Спина и шея нещадно ныли, я стал разминать затекшие конечности, сверля глазами воина. — Ты все еще здесь!

— Успокойся, — бросил Нильс, поднимая книги с пола и вчитываясь в страницы. — Зачем тебе это?

— Не твоего ума дело! — я вырвал книгу из его рук и отшвырнул. Все равно они были бесполезны. — Зачем ты пришел? Думаешь, нам вдвоем будет легче признать, что ее больше нет? — заорал я, поднимая бутылку с пола и намереваясь отпить щедрый глоток этой дряни.

Нильс молниеносно возник рядом со мной и вырвал бутылку из рук, со всей силы разбив ее о стену.

— У меня есть одна идея, идиот! — голубые глаза подростка засверкали, делая его лицо на несколько лет старше. Не знай, я, сколько ему лет, решил бы, что мы ровесники.

— И какая на этот раз? Думаешь, я не перерыл все книги в этой чертовой королевской библиотеке? Мне пришлось тащиться к друидам, выслеживать их несколько дней, чтобы услышать, что такого способа просто не существует! И, ты, воин-недоучка, знаешь способ получше?! Просвети же меня!

— Обойдемся без твоей тупой иронии! — Нильс сжал кулаки. — Я говорил с Нереей.

— Это… — я напрягся, вспоминая, что где-то уже слышал это имя.

— Это целительница, которая помогла мне выследить вас в той пещере.

— И что, она нарвет чудодейственных травок и все исправит?

— Ты можешь хоть раз дослушать! — Нильс тяжело вздыхает, а я затыкаюсь. Он не на шутку взволнован, а это значит, что он нашел что-то стоящее.

— Она знает один способ, как мы можем добраться до нее. Но это сработает, если она действительно не умерла. А в это верим, похоже, только мы двое!

— Потому что мы оба были там! А эта змеюка слишком странно улыбалась.

— Она сказала, что Катрина уже никогда не будет прежней. Что она имела в виду?

Я вспомнил женщину со змеиным хвостом и огненные врата. Они стояли перед моими глазами каждую минуту, и я не мог избавиться от этого видения. Как и от лица Катрины, ее огненных волос и ее сладкого запаха. Он был со мной повсюду.

— Она что-то знала! — Нильс серьезно посмотрел на меня. И был прав. Может змеюка и знала что-то, но сказать уже не могла, потому что сгинула в тех огненных вратах.

— Но мы уже не узнаем…что там с этой Нереей? — я ждал чего угодно, самой великой глупости, и был на нее согласен, лишь бы вернуть мою огненную воительницу назад.

— Она знает способ проникновения во сны.

— Она снотворящая? — я недоуменно посмотрел на Нильса. Воин нахмурился.

— Говори по человечески! Я не понимаю ваших магических слов!

— Снотворящие умеют создавать сны и проникать в чужие, делая сон реальным, имея возможность заглядывать в уголки подсознания и получать нужную информацию. Но снотворящие лишь тень былых времен. Их истребили задолго до кровавой войны.

— Сомневаюсь, что она…эта самая…

— Снотворящая, — подсказал я, опускаясь на пол. — Если она не обладает этим даром, тогда она просто обычная лгунья.

— Тогда спросишь у нее об этом сам. Я верю ей. И если она сказала, что может помочь нам с этим, значит, действительно может.

— Это самая идиотская идея, но у нас нет других, — я развел руками, понимая, что согласен на что угодно, лишь бы это сработало.

— Тогда вставай, она ждет нас в своем альянсе.

Я усмехнулся.

— Как думаешь, каковы шансы мне добраться туда живым?

— Никаких, — твердо и мрачно заявил Нильс и протянул руку. — Но я с тобой, а значит, твои шансы возросли ровно на пятьдесят процентов.

— Ты слишком самоуверен, — я схватился за руку и поднялся с пола, натягивая на плечи черный плащ. Я посмотрел на Нильса, который тоже накидывал на голову капюшон. Как бы мне не хотелось этого признавать, но Нильс отличный напарник и друг, и такой же безумец. Может, у наших миров все же есть точки соприкосновения. 

Глава 12 «Снотворящая»

— Не верю, что иду на поводу у представителя альянса Чести! Если бы кто-нибудь несколько месяцев назад сказал мне о том, что я послушаю воина и соглашусь с ним, я бы плюнул ему в лицо.

— Что, не можешь признать, что не только у магов бывают дельные мысли? — усмехнулся Нильс, прорубая мечом терновник, который преграждал путь к альянсу Ночи. Мы выбрали самый тяжелый, но безопасный путь. Я мог воспользоваться магией или услугами своей птицы, но было бы слишком заметно, а воины после ухода Катрины (язык не поворачивается произнести слово смерть) обезумели. Особенно ее братец, был готов любого мага искромсать на мелкие кусочки, потому что считал, что мы виноваты в ее исчезновении, создав амулет жизни. Я был врагом номер один, ведь именно я затащил ее в ту пещеру и позволил войти во врата. Альянс чести узнал обо всем от Моро. Нильс признался во всем и теперь больше не пользовался уважением и доверием у главы альянса. Воины обвинили его в бездействии и помощи врагу. Он стал почти изгоем. Все изменилось с уходом дочери Бриона из Металлики. И я боялся даже думать о том, что будет, если она вернется.

— О чем думаешь?

— Хреново, что нельзя воспользоваться магией, этот лес начинает меня раздражать.

— Надо было взять настойку, она бы тебя успокоила, ах да… это же была последняя бутылка.

— Лучше заткнись, — я продвинулся еще не сантиметр в этой гуще, испепеляя воина взглядом.

Нильс принялся хохотать.

— Я спас тебя от алкоголизма!

У воина очень ловко выходило сражаться с терновником и выводить меня из себя. Он первым вышел из этих дебрей, тем самым еще больше раздражая меня.

— Не причисляй эту заслугу себе, — рыкнул я, наконец, выбравшись из ловушки. Вся одежда превратилась в лохмотья, и теперь плащи не могли скрывать наши личности.

— Знаешь, я не подписывался на спасение твоей жизни.

Нильс держал меч наготове, потому что в Оке Дракона ценна каждая секунда. Если отвлечешься, считай ты уже нежилец.

— Тогда что ты все еще делаешь здесь? — я оглядывался по сторонам, прислушиваясь к любой мелочи.

— Если кому-нибудь расскажешь, что я это сказал, я тебя убью. Но я считаю тебя другом. А друзей не оставляют в беде.

Я промолчал. Не хватало еще распускать слюни. Нильс тоже вызывал у меня симпатию, но я ни за что и никогда в этом ему не признаюсь. Пусть он считает меня напыщенным придурком магом.

Мы шли в молчании, осторожно переступая через ветки и любые препятствия, которые могли создать шум. Вдруг я почувствовал странный запах и тут же затащил воина за дерево.

— Какого…. — я зажал ему рот рукой, и показал на стаю псов. Воин замер, и я отпустил руку.

— Видишь этих костеломов? Один такой может перегрызть твое тело пополам, не говоря уже о том, что может сделать целая стая.

Мы наблюдали, как стая облезлых собак с вытянутыми мощными челюстями вынюхивала что-то в траве.

— Если они нас учуют, это будет проблемой, — прошептал Нильс.

— Медленно, идем назад, — я махнул ему и стал делать осторожные шаги дальше от костеломов. Мы с Нильсом двигались бесшумно, отдаляясь от поляны с собаками, которые сосредоточились на поиске.

Вдруг над нашими головами пролетела птица и громко закричала. Псы подняли головы и тут же заметили нас.

— Бежим! — крикнул Нильс и бросился вперед.

— Вот черт!

За спинами слышались рык и клацанье зубов. Конечно, спастись бегством было глупой идеей, ведь скорость костеломов была довольно приличной. Они ловко перепрыгивали через массивные ветви и поваленные деревья. И зловоние из их пасти медленно заволакивало воздух вокруг нас.

— Сделай что-нибудь! — заорал Нильс, перепрыгивая очередную преграду.

— Хочешь, чтобы нас заметили?

— А есть варианты лучше?!

Я резко остановился, выпуская на волю морозную магию. Лучше чтобы здесь размахивали мечами воины, чем мы с Нильсом превратились бы в куски мяса. Псы стали превращаться в ледяные статуи, что давало нам фору.

Мы прибавили скорость.

— Альянс близко, — прокричал Нильс, поравнявшись со мной.

Вдруг мою лодыжку пронзила острая боль, и я рухнул на землю, вместе с псом, который вцепился в мою ногу. Боль была настолько невыносимой, что слезы покатились из глаз. Я закричал, отпинывая собаку от себя. В глазах начало мутнеть. Я собрал последние остатки магии и бросил в пса морозный шар, он сбил собаку с ног, а Нильс довершил начатое, вонзив в тушу меч.

— Это яд… — прошептал я, пытаясь не закрывать глаза.

Нильс схватил меня за руку и поднял с земли.

— Давай, вместе мы дойдем. Осталось чуть-чуть. Не отключайся, эй, Баст! Смотри на меня!

Я слушал его голос, который доносился, будто с самого края леса и двоила на эхо. Деревья вокруг превращались в размытое пятно и стило невероятных усилий передвигать ноги. Нильс буквально тащил меня на себе. Я слушал его пыхтение, чтобы не отключиться.

— Ну, давай же! Еще немного.

Я стал падать во тьму, и единственное что меня держало, это лицо Катрины, которое словно дымка возникло перед глазами… А дальше пустота.


— Бастиан!

Я резко поднялся с кровати, услышав крик. Это был голос Катрины. И она кричала мое имя. Что за черт? Я огляделся, отмечая, что был совершенно один в высоком доме со стеклянной крышей. Повсюду вились растения, и пахло цветами. В ушах все еще звенел голос, который сжимал мое сердце. Я медленно опустил ноги, сжимая зубы от боли. Кто-то наложил тугую повязку на лодыжку, довольно умело обработав рану.

— Вижу, тебе уже лучше, а то белая смерть тебе не к лицу, — я услышал женский голос и обернулся. В проеме стояла странная девушка, увешанная амулетами и многочисленными слоями одежды. Ее розовые волосы аккуратно приглажены, а голубые глаза цепко изучают меня. Я заметил ее руки, испещрённые знаками и рунами. Поднял взгляд на лицо, рассматривая символ на лбу.

Прорицательница.

Я считал их всех сумасшедшими, верующими в многоликих богов и в амулеты с рунами, ведь все это было сущей чепухой и пережитком времени. Надежнее магии в этом мире не осталось ничего. Ну, кроме крепкой стали мечей.

— Я полагаю, ты Нерея?

— Нерея Флаун, очень приятно познакомиться, маг, — она протягивает руку, и я отвечаю рукопожатием. Слово маг на мое удивление она произнесла довольно равнодушно. Это хороший знак.

— Твоя работа? — я показываю на ногу, и она кивает. В целительстве она хороша.

— Рад, что ты не откинул кони, — в дверях появляется Нильс с чашкой, из которой валит пар.

— Рад, что ты не бросил меня подыхать, — я усмехнулся. Слово спасибо редко входило в мой арсенал.

Нильс улыбнулся и протянул чашку мне.

— Что это? — я скептически осмотрел непонятную жидкость.

— Этот отвар восстановит силы, — произнесла Нерея, — тебе они нужны, если ты хочешь увидеть ЕЁ.

Я чуть не поперхнулся чаем, который на вкус был, не так плох как на вид.

— Так это правда? Что ты знаешь об этом?

— Знаю то, что мы все ее потеряли. И я в вашей команде.

— Кто ты такая? — я потерял интерес к чаю, рассматривая дочь главы альянса Ночи. На вид она была ничем не примечательна. Обычная хрупкая девчонка, боящаяся всего на свете (учитывая количество амулетов на руках и шее и маленькие кинжалы, заткнутые за пояс юбки), изучающая цветы и растения и колдующая с обычными отварами. Но была ли эта маска настоящей? Обычная прорицательница не может знать о древних способах возвращения ушедших.

— Я та, кто вам нужен именно сейчас, — отрезала Нерея, сделав акцент на последнем слове. — Так и будешь задавать глупые вопросы или мы начнем?

Нильс описывал ее как странноватую подружку Катрины, которая боится каждого шороха в кустах и прячется в своей оранжерее. Тогда откуда эта решительность и сталь в голосе?

Похоже, Катрина заставила все и всех здесь измениться.

— Что нужно делать?

— Крепко уснуть, — как только Нерея произносит это, я чувствую навалившуюся усталость.

— Что было в этом чае… — шепчу я, впадая в забытье.

— Спи…

***

Меня выбрасывает на берег моря Слез. Этот пейзаж я не видел уже очень давно. Здесь царит буйство волн и безопасность. Едва я приближаюсь к берегу, как замечаю тонкую фигуру у кромки воды. Мое сердце замирает и бросается вскачь. Я где угодно узнаю этот огонь волос. Делаю шаг, но замираю, понимая, что не готов. Столько дней я мечтал увидеть ее, не в кошмаре, а в простом сне, что не верил, что это действительно произошло и все чувства, которые я так усердно прятал и сдерживал, вырвались наружу. Я крепче сжал кулаки и направился к ней, пытаясь скрыть свое волнение и страх.

— Тебе идет, — сказал первое, что пришло мне на ум. Вот идиот! Я разглядывал ее черное струящееся платье и не мог отвести взгляд. Она еще прекраснее, чем в последний раз, когда я видел ее.

Катрина резко оборачивается и замирает.

— Бастиан… — я вздрагиваю от всей боли и нежности, что она вкладывает в мое имя. Я чувствую, как холодеет моя кожа и как дрожат пальцы, когда я прикасаюсь к ее щеке. И чувствую жар ее кожи. Будто она рядом со мной. Будто, она никогда не уходила.

— Скажи мне, где ты… — если она и правда здесь, и Нерея снотворящая, Катрина скажет то, что происходит с ней на самом деле.

— В городе магии… в Аквилее, — шепчет она, мерцая синевой глаз. А я задыхаюсь.

Не может быть… он разрушен и погребен под кровью и землей. Но чистые глаза воительницы говорят правду. Внутри у меня все трескается, лед разлетается, когда я понимаю, что она жива. И находится в городе, который исчез несколько десятилетий назад. А если этот город существует, мы можем добраться до него.

Это дает мне сил и надежда, что почти потухла, возгорается огнем. Я резко притягиваю ее к себе и впиваюсь в губы поцелуем. Я хотел этого слишком долго. Чувствую ее сердце, готовое вырваться из груди, чувствую нежность и жар ее кожи, ее сбивчивое дыхание и любовь, которую она вкладывает в каждое касание губ. Я забываю о своем ледяном панцире рядом с ней, устав от своей запертой внутри любви. Я жалел, что не сказал ей этого тогда, но я могу показать ей ее сейчас. Понимаю, что безнадежно влюблен, и пусть это сон я готов спать сутками напролет, лишь бы она была рядом.

— Я бы хотела, чтобы ты был таким по-настоящему, — шепчет Катрина, крепче обхватывая мои волосы руками, притягивая к себе. Я чувствую себя живым огнем рядом с ней, сердце ускоряет темп, едва наши тела тесно прижимаются друг к другу. Мой голодный демон вырывается на волю и все что он сейчас хочет — это Катрина. Каждый сантиметр ее тела.

— Это по-настоящему, — мой голос охрип от переизбытка чувств внутри, — и у меня больше нет сил, скрывать все то, что ты пробуждаешь во мне.

— Что ты… — но у нас нет времени на пустые разговоры. Я хочу ее всю, я слишком долго тосковал, а теперь чувствую, что возвращаю назад свое разбитое сердце. И не намерен терять ни секунды. Рву ткань корсета ее платья и отбрасываю этот ненужный предмет одежды. Тонкая белая сорочка струится по ее медовой коже, и я схожу с ума.

— Бастиан… — Катрина останавливает меня, отстраняя ладонью. Я чувствую как она дрожит, как распалена и как хочет того же, что и я. Но что-то останавливает ее. Счастливые синие глаза меркнут, и я напрягаюсь.

— Я хочу этого, но не здесь, а в Металлике, в альянсе, где угодно, даже на одинокой скале. Только чтобы по-настоящему ощущать биение твоего сердца, — она проводит ладонью по моему орлу, заставляя меня дышать чаще, — чувствовать твое дыхание на коже.

И как бы я не хотел и безумно не любил ее сейчас, она была права. Когда она будет со мной, все будет правильно.

— Тогда ждать осталось недолго, — я улыбнулся, чувствуя, что сейчас счастлив как никогда, потому что знаю, где она и у меня есть целительница, которая притворяется обычной. Теперь все изменится.

— О чем ты?

Я хочу ответить, рассказать ей так много, но чувствую, что что-то тянет меня назад. Пляж тает, так же как и Катрина, оставляя меня во тьме. Но она мне уже не страшна, я нашел свой свет и намереваюсь вернуть его, во что бы то ни стало. 

Глава 13 «Инанна»

— Эй, что ты видел? — меня осаждает голос Нильса, а голова раскалывается. Я еле открываю глаза, натыкаясь на любопытные голубые глаза воина. Нерея же стоит, прислонившись к шкафу, и улыбается так, будто была там, рядом с нами и видела все, что мы делали. От этой мысли у меня по спине пробегает холодок.

— Катрина жива и застряла в Аквилее, — выдыхаю я, начиная лихорадочно размышлять о том, как чертов город магии мог сохраниться.

— Это же хорошо, правда? — с сомнением протягивает Нильс, оборачиваясь к Нер.

— Не совсем, — она пожимает плечами, — сначала я думала что придется туго, ведь мы решили вытащить ее из того света. Но задача сейчас еще сложнее. Вытащить ее из места, которого не существует.

— Но мы ведь не опустим руки, когда узнали где она?

— Ни за что, — рычу я, встречаясь глазами с Нереей, — нам нужно поговорить, целительница, — я выплевываю последнее слово, потому что перед нами настоящая обманщица.

— Эй, Баст, что ты видел там еще? Что происходит?

— Не сейчас, нам нужно поговорить, — я взял Нерею за локоть и потащил прочь из комнаты.

— Если ты не забыл, мы в одной команде, — процедил Нильс. Ему явно не нравилось чего-то не знать. Но я пока сам не понял кто такая целительница, и поэтому хотел сказать воину правду, а не мои догадки. А для этого Нерея должна мне все рассказать.

— Дай мне несколько минут, — зарычал я, захлопывая с треском дверь. — А теперь, ты скажешь мне, кто ты такая на самом деле, — я прижимаю девушку к стене, сдавливая горло. Но в ее глазах ни капли страха. По правде говоря, в них совсем ничего нет.

— Наигрался в главного? — шипит девушка и отталкивает меня так сильно, что я едва не падаю. Что за черт?

— Ты не Нерея, — шепчу я, приходя в ужас от собственных предположений. Девушка хищно меня разглядывает и усаживается в кресло, царственно расставив ноги и раскидывая локти.

— А ты не так глуп. А то я уже устала играть в отгадайку. Нереи никогда не существовало. Она была лишь плодом сплетения магии и крови. Она была создана из связи с Катриной. Что-то вроде частицы матери рядом с дочерью.

— Ее мать создала ее, — прошептал я, разглядывая существо передо мной. Это была лишь оболочка. Внутри этого образа сидело нечто иное.

— Когда Катрина потеряла связь с этим миром, Нерея растворилась, оставляя только оболочку. И я заняла ее. Нечего добру лежать просто так.

— Кто ты такая? — снова спросил я. Я уже не понимал, что творилось в этом мире, откуда повылезали все эти загадки и существа. Видимо я слишком долго сидел в панцире и упустил момент, когда потухшая магия стала вновь набирать силу.

— Инанна, — шепнула она, и ее лицо озарилось победоносной улыбкой.

Теперь все встало на свои места. Древняя ведьма, многоликое существо, которое умело использовать чужие дары, воровать их на время. Только так можно было объяснить ее способности к снотворению.

— Вижу, ты слышал обо мне. Но мы не враги, — она поднялась и подошла ко мне. Пустота в глазах выдавала ее оболочку, и мне становилось не по себе от ее присутствия. Кто знает, что она задумала и почему забрала это тело.

— Почему ты помогаешь нам? — это было нелогично. Что ведьма забыла в обществе мага и воина, и к тому же согласилась помочь.

— У меня на то свои причины. Считай, что я тоже хочу вернуть твою возлюбленную, — она отворила дверь, но остановилась и обернулась, — и к тому же Нильс довольно мил, — она захлопала ресницами и улыбнулась.

— Не смей приближаться к нему, — я сжал кулаки. Нильс не должен узнать об этой твари в теле его знакомой.

— Расслабься птенчик….и не зли меня, если хочешь ещё раз покувыркаться во сне с Кэти.

Она вышла, оставив меня наедине со своей яростью. Было сложно признать, что я теперь завишу от нее. Только она способна пробираться во сны. И если она тоже хочет найти Аквилею, значит, обладает достаточными знаниями. С ней, мы сможем вытащить Катрину.

Я возвратился к Нильсу, который и не подозревал в какую задницу мы вляпались.

— Все нормально? — наверно я выглядел так, будто наелся ядовитых грибов.

— Да. Я все уладил, — я посмотрел на «Нерею», которая подмигнула мне, попивая чай. — И каков план теперь? Ты ведь главная.

— Ну, если я главная, значит, придется приложить усилия и найти зацепки или любую информацию об Аквилее.

— Если что-то и было, то давно уничтожено, — пожал плечами Нильс.

Думай, Баст, должен быть способ. Должна быть тонкая ниточка связывающая Аквилею и Металлику. Города не исчезают просто так.

— Может, стоит посетить королевский дворец? Семейка Металлики не могла все стереть, это было бы глупо, — пролепетала Нерея, строя из себя невинную девушку.

— Для того чтобы туда пробраться, нужно для начала знать что искать, не думаю, что они оставили бы все на видном месте, — вслух размышлял я, откидываясь на стуле.

Должно было что-то остаться…хоть что-нибудь…

— Никто и не рассчитывал, что все будет просто, — Нильс стал расхаживать по комнате, — может Брион чем помог бы.

— Даже не думай об этом, — прошипел я, поднимая голову, — он скорее прикончит нас, чем поможет.

— Это лучше, чем не делать ничего, — бросил воин.

— Для начала нужно продумать план!

— Мальчики, успокойтесь! — Нерея поднялась с кресла и подошла к Нильсу, кладя руку на его плечо. Я стиснул зубы. Да она играет! — Думаю, нам стоит прогуляться на свежем воздухе.

— Меня убьют быстрее, чем я сделаю шаг за порог этого дома.

— Я могла бы помочь с порталом, — растянулась в улыбке Нерея.

Нильс скептически посмотрел на девушку. Да такими темпами он скоро все поймет!

— Катрина любила гулять по дикому лесу, — прошептала целительница, будто и в правду знала ту, о ком говорила. Но было в ее словах нечто, что заставило меня резко встать.

— Око Дракона! Почему я раньше не подумал об этом!

— О чем ты? — мои спутники непонимающе смотрели на меня.

— Аквилея образовалась и всегда находилась в этом лесу. Если и искать ниточки, то только, в том месте, где она стояла столько лет.

— Ты сошел с ума? Она исчезла несколько десятилетий назад! Да в Металлике нет ни одного человека, кто бы столько прожил и хоть что-то помнил о мифическом городе магии!

— В Металлике может и нет такого человека. Но у нас он есть, — я широко улыбнулся.

— Что ты…. — Нильс хотел было возмутиться, а потом его глаза округлились, — Сколько тебе лет?

— По вашим меркам, мне 21. А по меркам мира магии, 107 лет. И я единственный, кто помнит Аквилею до Кровавой войны.

Лицо Нильса выражало крайнюю степень шока, а вот Инанна наоборот хищно улыбалась. Ну конечно, для нее это не было новостью. Она подобрала себе прекрасную команду. Вот только для какой цели? Об этом я собирался узнать, когда мы окажемся в стёртом городе. 

Глава 14 «Сталь и лед»

Каждый в Металлике и в любом другом уголке нашего мира знает, что Око Дракона является самым опасным и непредсказуемым местом на этой планете. Кровожадным и не терпящим вторжений. Маги выбрали идеальное место для своего укрытия, и любой, кто бы посмел напасть на город, сначала столкнулся бы с яростью этого леса. Иногда магии удавалось приручать и успокаивать диких существ, иногда приходилось выстраивать купол, чтобы звери не могли навредить жителям. Лес платил магам своей защитой, как и маги, защищали священный лес. Все было в равновесии, до Кровавой войны. Металлика больше не могла жить в тени Аквилеи, а самым действенным способом было лишь убийство, что они и совершили, создав многочисленную армию из стали и жажды крови. Мои кошмары возвращали меня в тот город очень часто. Я помнил все, будто это было вчера. И каждый раз задавался вопросом, почему я? Почему я остался жив? Почему именно мне, семилетнему ребенку пришлось наблюдать за смертью семьи и разрушением целого города. Почему именно меня спасла незнакомая женщина и вырастила как сына?

Я уже один раз потерял все, что имел. А то, что обрел, не приносило мне удовлетворения. А после я обрел смысл вновь и вновь его потерял. Но на этот раз все по-другому. Я не испуганный ребенок, и во мне плещется магия. Я смогу все исправить. И это давало мне сил.

— О чем задумался? — Нильс шел рядом, озираясь по сторонам.

— Ничего серьезного, — соврал я, рассматривая местность, чтобы попытаться узнать хоть что-то. Это было невероятно тяжело. Прошло достаточно времени, чтобы лес обновился и теперь чтобы найти здесь тонкий шлейф Аквилеи уйдут недели.

— Эй, — он дернул меня, чтобы мы как можно дальше отошли от Нереи, — думаешь, я совсем идиот? О чем вы на самом деле говорили с ней? И кто она такая?

— Нильс… — я разозлился, потому что не мог сказать ему, что лучшая подруга Катрины теперь превратилась в многоликую ведьму.

— Только правду! Неужели после всего, через что мы прошли, я не заслужил знать чертову правду?

— Я молчу, не потому что не доверяю тебе! А потому что опасаюсь, что ты к ней не готов.

— Что, заделался моим папочкой? Хватит смотреть на меня как на ребенка. Это я вытащил твою задницу, спас, когда костелом пытался откусить тебе ногу. Это я, был в той пещере и помогал вам не сдохнуть! Разве этого недостаточно? Не веди себя так, будто тебе все равно на других. Не быть одиночкой не так плохо!

— Ты закончил? — я скрестил руки. Этот правдолюб выводил меня из себя.

— Пора начать верить другим, — бросил парень.

— И к чему это привело? — я зарычал, сверля Нильса глазами. Моро встал в оборонительную позу, смело смотря мне в глаза. — Посмотри! Мы в этом лесу, ищем невесть что, в одиночку, потому что люди, которым мы доверяли либо мертвы, либо бросили нас. Разве это правильно? Разве доверие сделало нас счастливее? Нет.

Инанна все это время стояла в стороне, бросая на нас странные взгляды. А я был настолько зол, что мог бы свернуть ей шею. Но она была нужна нам. И ей я тоже не доверял.

— Вы всех тварей привлечете своими спорами.

— Лучше тебе замолчать, пока я не вырвал твой язык! — процедил я, сжимая зубы и закрывая глаза, чтобы успокоиться.

— И откуда только в такой ледышке столько огня… Я даже начинаю завидовать Кэти…

— Еще одно слово о ней, и… — я сжал ее горло, отчего она начала хрипеть и задыхаться.

— Баст! — зашипел Нильс, оттаскивая меня от ведьмы и замирая на месте.

Я почувствовал запах железа и обернулся.

Их было двое.

Один был копией Нильса, но более мрачной, с пустыми глазами и резкостью в движениях. Высокий и такой же худощавый. Черная татуировка четко выделялась на загорелой шее. Темные волосы в беспорядке, а черная одежда больше напоминает траур.

Второй был мне знаком. Киан,…кажется, так зовут братца Катрины. Настоящая гора мышц. Они с Катриной были похожи лишь решительностью и бесстрашием на лице. А в остальном Киан был копией своего отца — с каштановыми волосами и изумрудами глаз.

Они выглядели так, будто пришли убить нас. Близнецы долго смотрели друг другу в глаза, будто ведя немой диалог. А Киан прожигал взглядом меня, присутствие здесь Нереи вообще вызвало у него крайнюю степень шока, который он тут же попытался скрыть. Ну конечно, воины никогда не проявляют свои чувства, так же холодны как сталь их мечей и так же безжалостны. Впрочем, они не чем не отличались от нас, магов.

— Думаешь, вы вдвоём справитесь с нами? — начал я, делая шаг к воину. Я нисколько не боялся его. Теперь ни он, ни его проклятая сталь не остановят меня тогда, когда я так близок к цели.

— Для начала мы пришли поговорить, — выплюнул Киан, не выпуская меч из рук.

— О чем?

— О возвращении Нильса в альянс и о добровольной сдаче.

Я сначала думал, что ослышался. Что это какая-то шутка. Но воин выглядел очень серьезно. И тогда я расхохотался.

— Я не настолько глуп, — я видел, как воина корежит от моего смеха и слов. Да он сейчас готов изрубить меня на мелкие кусочки.

— Нильс, — Киан обратился к бывшему члену альянса, ожидая его согласия. Я тоже посмотрел на своего друга. Он, наконец, оторвался от гляделок с братом и твердо и четко произнес.

— Я не вернусь.

Киан некоторое время стоял молча, видимо не мог поверить в это.

— Ты уверен? — Вэйс сочувственно посмотрел на брата.

— Да.

Вэйс кивнул, будто действительно понял решение брата.

— Тебе не выжить одному, — процедил Киан, цепляясь за последние ниточки, чтобы удержать воина.

— Я не один, — он пожал плечами. В этот момент я был поражен смелостью воина и его готовностью бороться за наше дело. Он верил мне, он был в моей команде.

— Он? Думаешь, он будет спасть твою задницу? Да он скорее закроется тобой от стрел, чем будет помогать.

Киан был зол, все крепче сжимая меч, до белых костяшек. Броня безразличия рушилась на моих глазах. Зачем им так нужен Нильс? Или они просто не могли потерять свой авторитет, признав, что один из воинов перешел на сторону отверженных?

— Ты во всем виноват! И я жалею, что не убил тебя раньше, — Изумруды братца Катрины горели диким огнем. Он так слепо ненавидел меня, что эта ненависть застилала глаза. К чему бы это? Мы ведь встречались лишь однажды.

Я заметил, как он делает шаги в нашем направлении.

— Нильс! — я толкнул парня в сторону, чтобы быстро наколдовать морозный меч, и отразить атаку. Воин действительно хотел моей смерти. Именно сейчас. Он бился так, будто я был источником его боли, его страданий и несчастий. Будто он хотел искоренить очаг всего зла. Я уступал ему в силе и мастерстве. Мне было все сложнее уклоняться и давать отпор. Когда я совсем выдохся и повалился на землю, острие меча застыло у моего горла. Даже теперь глаза воина пылали дикой яростью и жаждой крови.

Я начал нашептывать заклинание, но в этот момент увидел, как Инанна встала у моей головы напротив воина.

— Ты не тронешь его, — отчеканила она, заставляя воина прийти в изумление. Что она творит?

В момент, когда воин отвлёкся, я успел стать дымкой и вновь принять боевую позицию.

— Нер, какого…

Девушка остановила поток грязных слов взмахом руки.

— У нас есть шанс спасти Катрину, и маг нужен нам.

В этот момент я хотел забыть о ее способностях и свернуть ей шею. Она не имела права рассказывать. Но было поздно. Её слова ударили в цель — прямо в раненное сердце Киана.

Ее заявление привело гостей в шок.

— Ты не могла держать свой рот закрытым? — зашипел Нильс.

— Я не хочу потом собирать ваши останки в мешочек, — Нерея скрестила руки, на груди обводя всех нас взглядом полным торжества. Вот же стерва! Она не была так глупа, чтобы раскрыть карты так легко. Это было частью плана. Её личного плана.

— Что она несет? — Киан снова повернулся ко мне, и желание убивать в его глазах поубавилось, стоило упомянуть имя его сестры. В этот момент мне даже захотелось ему посочувствовать, но это был лишь момент…

— Не вижу смысла лгать, это правда, — я равнодушно пожал плечами.

— Что?! Моя сестра мертва! — он заорал как сумасшедший, как человек, который не смирился с потерей члена семьи.

— Ты ошибаешься, — четко произнес я, чтобы до этих пустоголовых, наконец, дошло.

Несколько минут Киан и Вэйс (кажется, так его звали) разговаривали о чем — то поглядывая на нас. Мы будто разделились на два лагеря, и теперь каждый обсуждал свои проблемы.

— Уже поздно отказываться от своих слов, — твердо заявил я, — а ты еще заплатишь за свои слова.

Меня не пугала ведьма, которая заявилась в этот мир и пыталась сделать нас своими марионетками. Она не древнее чем магия. А я не бесполезный мальчишка. Инанна промолчала. Умная ведьма.

— Что если, они поверили? — Нильс серьезно задумался, — и захотят проверить говорим ли мы правду или нет?

— Они не поверят магу и предателям.

- Ты плохо знаешь Киана. Одно упоминание о Катрине и у него сносит крышу. Он пойдет на что угодно, если будет знать, что сможет и правда ее вернуть.

— Это становится проблемой, и нужно решить ее сейчас.

Я погружаюсь в тяжелые мысли, пытаясь найти мирный выход.

— Их компания нам не навредит, — произнесла Инанна.

Я резко поднял глаза, надеясь, что она пошутила.

— Повтори, — сказал я, отчего она поморщилась. — Я сказал, повтори!

— Я сказала, что они будут полезны. Для прорыва материи, нам нужна энергия. А кроме как человеческой энергии мы никакую другую не сможем найти в таком количестве. Даже когда мы обнаружим точное местонахождение города, нужно будет сломать покров, в котором заточена Аквилея. А чтобы это сделать, нам нужно как можно больше нитей, который связывают этот мир и Катрину. У нас троих есть достаточно воспоминаний о ней, и вы с Нильсом сильны, ваша энергия подойдет, но ее недостаточно.

Нерея указала на двух воинов, которые о чем-то яростно спорили.

— Вэйс был другом Катрины, значит, его воспоминания тоже имеют энергию, а Киан ее брат, их семейные узы достаточно сильны.

Я размышлял над ее словами. У нас не было оснований верить ей, но разве был выбор? Я ничего не смыслил в ее способностях. И никогда не слышал о такой энергии.

— Ты же понимаешь, что это саморазрушительный союз — маги и воины.

— От вашего накала страстей, эта планета скоро развалится, но именно это нам и нужно, — широко улыбнулась Нерея.

— Мне все это не кажется хорошей идеей, — Нильс скрестил руки на груди, с сомнением осматривая снотворящую. Отлично, мы оба ей не доверяли.

— Какая разница, хорошая идея или нет, главное, что она сработает. 

Глава 15 «Сопротивление»

— Если она жива, мне нужны доказательства.

Видимо воины пришли к мнению, что готовы выслушать нас и возможно объединиться.

— Доказательств у нас нет, — я сложил руки в карманы, сжав в кулаки, и приблизился к Киану. — Тебе придется просто поверить мне.

— Маги не заслуживают доверия, — отрезал брат Катрины.

— Тогда поверь Нильсу. Он воин.

Киан посмотрел на Моро, долгим тяжелым взглядом. Но я уже знал, что выиграл.

— Мы идем с вами.

— Учти, я не убью вас лишь потому, что Нерея сказала, что вы можете помочь. После возвращения Катрины я не ручаюсь, что не перережу тебе горло ночью.

— Не думай маг, что и я упущу момент, когда ты потеряешь бдительность, после нашего путешествия.

Я улыбнулся. Приятно иметь дело с равным себе.

— Тогда, заключим временный нейтралитет.

Мы с Кианом пожали друг другу руки, при этом прожигая глазами, в которых плескалась ненависть. Но этого было достаточно для нашей будущей совместной миссии. И вовсе не означало, что я расслаблюсь и поверю в наше хрупкое соглашение.

— Какой план? — уточнил Вэйс, откровенно разглядывая меня. Неужели ни разу не видел живого мага?

— Для начала поймаем Эроса.

По всеобщему молчанию, я понял, что никто не имеет понятия о существах этого леса, тем более о таком древнем.

— Итак, курс для тех, кто особо не читает книг. Эрос или его еще называют «зверь ненависти» древнее создание этого леса, которое питается человеческими эмоциями, а точнее одной — ненавистью. Поймать его достаточно сложно, но ещё сложнее сделать так, чтобы он доверился нам.

— И в чем смысл? — Инанна вскинула бровь.

— Эрос не просто древнее создание, он достаточно стар для того, чтобы помнить лес, еще до Кровавой войны.

— Постой, — Вэйс выглядел озадаченным, — ты хочешь использовать его в качестве проводника?

— А ты не глуп, — я улыбнулся. — Аквилея стерта, но след все еще где-то в этом лесу. Раньше, во времена расцвета города, Эросы принадлежали членам королевской семьи, они сильные и умные существа. Но во время войны, все существа покинули город. А значит остались здесь, в глубинах этого леса. Если мы найдем зверя ненависти, он сможет с помощью своих воспоминаний показать нам место, где был город.

— Звучит неплохо, — кивнул Киан, — но ты сам сказал, что они достаточно умны. Ты уверен, что мы сможем его поймать? Если нет, то потеряем время зря, стоит придумать другой вариант.

— Другого нет, — произнес я. — Мне нужна подпитка сознания, и Эрос подойдет лучше всего. Объединив наши воспоминания, мы сможем найти Аквилею.

***

Нам пришлось выкопать огромную яму, достаточно глубокую, чтобы там поместился человек и широкую, чтобы человек и зверь не смогли в первую же секунду разорвать друг друга. На это ушло несколько дней. Воины были достаточно выносливы и это ускоряло процесс. Лишним звеном в нашей команде сейчас была лишь Инанна, на которую была возложена обязанность добывать еду. В нашем импровизированном лагере мы распределили время для дежурств. И почти каждую ночь нам приходилось сражаться с теми, кто посчитал нас ужином. Это было непросто. Аквилея уплывала все дальше, а Катрина с каждым днем все больше сливалась с городом, без возможности выхода.

Я потерял счет часам, закатам и рассветам, солнце перетекало в луну, а мы даже не замечали этого. За несколько дней мы все вымотались, не оставалось сил даже для обычных бесед. Я и Киан держали дистанцию, на вражду и споры просто не было времени. Бывали моменты, когда я мирился с его присутствием и казалось, будто мы были обычными знакомыми, без ненависти и различий в происхождении. Но это были лишь моменты…

Нильс и Вэйс были неразлучны. Несколько месяцев разлуки братья наверстывали сейчас — в тревожные ночи и однотонные дни. Я занимался обдумыванием плана, но выходило плохо — я не знал, во что превратился город за столько лет, и какое место в их иерархии теперь занимает моя огненная воительница. Маги никогда не жаловали воинов, и я надеялся, что они не поймут что она из альянса Чести. Тогда нам не успеть застать ее живой.

Мои сны становились все мрачнее с каждым днем. И чем усерднее я думал и работал, тем чернее было будущее. Инанна больше не проникала во сны, ее силы истончились, и я больше не мог встречаться с Катриной. Это делало меня раздражительным и резким. Неизвестность пугала больше всего. Но еще больше пугала неудача. Все, кто был сейчас со мной, согласились на мой план и изматывали себя. Но если он провалится… я распадусь на части. 

***

— Поговорим? — Киан подошел ко мне. Серьезный, замкнутый, но где-то в глубине его глаз прятался страх. И только он толкнул меня согласиться на разговор.

Мы отошли от лагеря, над которым сгущались сумерки. Нильс был назначен дежурным и значит, мы могли поговорить. Впервые поговорить. Этот жест вызвал у меня удивление и вместе с тем я знал, что разговор будет не легким.

Я уже и забыл, что значит жить. Просто плыть по течению, принимать простые решения и быть счастливым. Но в мире Металлики все выживали. Даже те, кто находился под «крылом» короля были вынуждены бороться за славу, уважение. А я всегда боролся за право жить. Сначала за свое право, потом за право всей деревни. Меня придавливало, ломало и уничтожало все, с чем я боролся. А бороться приходилось каждую минуту. И теперь отпустить контроль, было немыслимо. Даже сейчас, все зависело от меня одного — жизнь Катрины и даже такая мелочь как разговор с Кианом.

Воин присел на траву и прислонился к дереву. Круги под глазами и взлохмаченные волосы были отражением меня самого. Мы выглядели как две поистрепавшиеся куклы. Но как не странно, это было то состояние, когда мы могли поговорить.

— Ты уверен в своем плане?

Я был не удивлён такому вопросу. И собирался быть честным.

— Не уверен, — я покачал головой. Мы сидели друг напротив друга, и я видел каждую эмоцию на лице воина — страх и разочарование. — Но если он сработает, все станет реальным.

— Ты видел ее? — его голос дрогнул.

— Да, и это было так, словно она действительно стояла рядом.

— И как она?

— Уверен, что с ней все в порядке, — я улыбнулся, — она была лучше, чем в моих воспоминаниях. Что — то в ней изменилось. И когда мы ее вернем, она не будет прежней.

Киан тяжело вздохнул и опустил голову.

— Ты должен знать, что ее уход разбил Альянс. Я винил тебя в том, что ты ее не остановил. Но на самом деле, это моя вина. Я даже не догадывался о болезни отца, закрывал глаза, когда должен был стать первым, кто поможет ему. Вместо этого я позволил ей спасти нас всех. Я чувствую себя слабаком и трусом.

— Если бы ты был там, она бы все равно выбрала себя. Она из тех, кто принимает решения самостоятельно и никому на них уже не повлиять.

— Да, она была такой всегда. С самого детства. Наверно это от ее настоящих родителей.

Я кивнул, понимая, что этот разговор начинает резать мою душу и сердце.

— Не стоит винить себя. Это должно было случиться. А сейчас нам нужно сделать все возможное, чтобы исправить это и вернуть ее.

— Ты любишь ее?

Киан смотрит серьезно и напряженно. И знает ответ, но все равно спрашивает.

— Ты знаешь, что да. И готов на все, чтобы она была со мной.

Воин кивнул.

— Тогда я должен сказать, что тоже ее люблю. И это больше чем родственные чувства. И я тоже готов на все, чтобы она была моей. Даже если придется убить тебя.

— Спасибо за откровенность, — я усмехнулся и встал.

— Решил, что ты должен знать об этом. Потому что все, что касается Катрины должно быть честно.

Я промолчал, наблюдая, как воин направляется к лагерю. И понял, что его слова меня совсем не удивили. Где — то в глубине души я знал это, чувствовал это, вспоминая его реакцию там, в лагере альянса Чести, когда я выкрал ее из под носа воинов. Я бы мог сказать ему, что у него нет ни единого шанса, но, что если это не так? Они были вместе все эти годы и их не связывают никакие родственные узы. Отношения воина с воином не запрещены в этом мире. И Киан был бы отличным вариантом, если бы не одно но — я никогда не отдавал то, что принадлежит мне.  

Глава 16 «Зверь ненависти»

Короткими изматывающими шагами мы приближались к моменту, когда сможем увидеть путь к городу. Терпение не было моей самой сильной стороной, но пришлось потрудиться над собой и ждать. Ловушка была идеальной, и должна была сработать. Теперь оставалось самое сложное — найти в себе силы на эмоции. Настоящие и сильные, достаточные, чтобы зверь почуял их за километры.

— Это должен быть Киан, — произнес Нильс, размахивая ножкой саблезубого орлана, будто палкой.

— Голосую за, как ни странно, — пробурчал Вэйс, делая какие-то пометки в тетради, заляпанной жиром от нашего ужина.

— Думаю, мое мнение уже не в счет, — Киан усмехается, прожевывая жесткий кусок мяса. Я отдал должное Инанне, которая была полезна хотя бы в охоте, благодаря которой, мы все еще живы.

После того разговора «по душам» прошло несколько дней и Киан заметно расслабился. Между нами что-то треснуло, и я чувствовал, что это правильно. Пришло облегчение и какое-то подобие понимания. Теперь наша вражда была не такой мелкой — альянсовые распри уже никого не удивляли, это было нечто сложное и сильное, то, что не преодолеть просто так. Кто-то из нас должен был пасть в этой битве, и в любом из исходов сердце Катрины будет сломлено.…

— Они правы, — кивнула Инанна, грея руки у костра, ее одежда превратилась в лохмотья, а юбку, истерзанную зубами зверей и заляпанную кровью пришлось подвязать так, чтобы получилось маленькое платье. Сейчас она была похожа на бешеную обитательницу Ока Дракона, открывая всем сущность древней ведьмы. — Вы двое способны на вселенскую ненависть, она так и застыла между вами, требует освобождения.

Мы с Кианом переглянулись, в молчаливом согласии. Этот ритуал должны были исполнить именно мы. Ведь только для нас Катрина значила слишком много — значила все.

— Тогда завтра утром начнем, — я кивнул, откидываясь на траву и складывая руки под голову. Мне нравилось наблюдать за бескрайним небом и ощущать себя незначительным мелким человеком, от которого ничего не зависит. Но такую роскошь я не мог себе позволить даже сейчас.…На самом деле все внутри сжималось от мысли, что минуты убегают слишком стремительно, и завтра наступит очень скоро, и если оно окрасится неудачей, все пропало. Я закрыл глаза, прогоняя мысли прочь, вырисовывая образ той, за которой я пойду на край света.

— Эй, — Нильс грохнулся радом со мной, отбивая весь сон.

— Не вздумай ничего портить, Нильс, иначе ты не доживешь до завтра, — предупредил я его.

— Ты и сам прекрасно все портишь, моя помощь ни к чему, — пожал он плечами и я улыбнулся. — Я просто… знаешь, не встреть я тебя, так бы не узнал, что маги бывают людьми.

— Что за бред ты несешь? — я нахмурился и повернулся к нему.

— Вы не такие, как мы все представляли себе. Ты не кровожадный и не алчный, не жестокий и не скользкий. Такие как ты не заслуживают смерти. Это неправильно.

— Нильс…

— Дай закончить! Ты хоть раз можешь меня дослушать?!

Я поднял руки в смиренном жесте и замолчал.

— Даже если завтра ничего не выйдет, мы найдем другой способ. Потому что верим тебе. Все мы, пусть некоторые и не признаются в этом, — он кивнул на Вэйса и Киана. — Но все мы понимаем, что ты тот, за которым хочется идти. Ты настоящий лидер, и ты способен на многое, хотя сам этого пока не понимаешь.

— Куда подевался проказник, со своей легкостью и несерьезным отношением к жизни?

— Я заразился от тебя взрослостью и занудством, — Нильс растянулся в ухмылке и хлопнул меня по спине.

— В лучшее завтра! — он широко улыбнулся и встал.

Я знал, что должен был что-то сказать, но не смог. Воин хотел подбодрить меня, и его слова задели странные, до этого момента не ведомые мне уголки души. И я был благодарен ему за это.


Сон, больше похожий на метания бредившего прервался осознанием того, что момент пришел. Я резко встал, наблюдая за дремавшим лагерем безумцев. Именно ими мы и были. Мы собирались изловить самого опасного зверя, и приручить его. Не это ли безумие? Но еще безумнее было надеяться найти исчезнувший город, который сгинул несколько десятков лет назад. Но я держал свою веру в тисках, не давая ей рассыпаться. Я всегда боролся, так было и сейчас, и пусть план был самоубийственным, я его исполню.

Я снова повернулся к своей команде (теперь я мог ее так называть) и заметил, что место Киана пустует. Я бесшумно встал, желая найти своего напарника по ненависти.

— Он скоро вернется, — Инанна резко села, сверля меня взглядом.

— Что, ведьмы никогда не спят?

Инанна фыркнула.

— Ты ничего обо мне не знаешь, и к твоему сведению, ведьма, весьма обидное прозвище.

— Плевать, не строй иллюзий насчет себя, ты здесь только потому, что имеешь связь с подсознанием Катрины.

— Да, это так, — она сощурилась, и тоже поднялась. — И знаешь что? Благодаря этой связи, я чувствую ее эмоции, ее саму, будто между нами мост. И она не метается в страхе и не растеряна.

Я посмотрел на ведьму, не понимая, что это значит. Катрина никогда ничего не боялась. Очевидно, что страху не овладеть ею.

— Она счастлива и сильна, как никогда. И пока мы все тут пытаемся вытащить ее задницу, она и не думала уходить. А что если и вовсе захочет остаться там?

— Лучше замолчи, — прошипел я, понимая, что начинаю выходить из себя. Я не верил ни единому ее слову. Инанна коварное и кровожадное существо, и то, зачем ей нужно в этот город, не может быть благородной миссией. Я знал, что она играла нами всеми, и будет продолжать это делать. Но какое-то противное чувство внутри, заставляло меня думать, что отчасти она говорит правду. Я тоже почувствовал изменения в огненной воительнице. Они были почти незримыми, для обычного смертного. Но я уловил тонкий шлейф…чего? Я пока не знал.

— Правда не всегда бывает сладкой, — скривилась ведьма. — И поэтому нужно поторопиться, пока наша пташка окончательно не решила остаться в Аквилее навсегда. Кто знает, что она там нашла, или кого…

— Хватит! — поток грязи прервал резкий голос Киана. — Что с тобой происходит Нер? Если бы я знал, что за спиной моей сестры ты говоришь такое…то…

— И что бы ты сделал? Я, как дурочка, была влюблена в тебя столько времени, но сейчас не вижу ничего привлекательного, одно занудство. И из вас всех, — ведьма обвела весь лагерь рукой — я выбрала бы тебя, красавчик, — розоволосая девушка приблизилась ко мне, проводя рукой по груди. Я резко оттолкнул ее, отчего она упала на землю, хохоча.

— Никогда не смей трогать меня, — я нагнулся, чтобы всмотреться в ее глаза — пустые и расчетливые. — А если еще раз посмеешь открыть свой рот, я залью его льдом, который медленно будет растекаться по венам, принося адскую боль, а ты будешь продолжать жить и пребывать в аду каждую секунду. И только я решу, когда с тебя хватит. Ты поняла меня?

Ведьма замолчала. Я решил, что это согласие.

Воин как-то странно посмотрел на Нер, я был уверен, что он все понял. Тем лучше, эта идиотка даже не пыталась скрыть свою настоящую сущность.

— А нельзя тише ругаться? Или вы начали без нас? — Нильс широко зевнул, наблюдая за притихшей жертвой, отчего на его лице возник молчаливый вопрос.

— Раз все проснулись, пора начинать, — заключил я.


Все знали, что у нас был лишь один шанс. Мы с Кианом были главными действующими лицами пьесы. Остальные должны были ждать и быть готовыми к любому исходу.

Мы остановились недалеко от ловушки, так чтобы зверь точно в нее попал. Оставалось только возродить в себе ненависть, вспомнить все плохое, что было между нами с воином. Сначала, когда мы встали друг напротив друга, как соперники на дуэли это казалось неисполнимым. Но потом…перед глазами всплыли холодные тела магов, обезображенные лица, кровавая одежда, пепелища и сталь мечей. Этого хватило для того, чтобы начать драку. О чем сейчас думал Киан, я не знал, но это ЧТО-ТО сильно подстегивало его. Тем лучше…

Я не чувствовал боли, лишь разрастающийся комок гнева, ярости и силы. Я сконцентрировал его на человеке напротив и забыл, что не должен его убивать. Мои истощенные силы вернулись, и я стал кровожадным монстром, стремящимся уничтожить врага. Киан не уступал в бою, железная машина для убийств активизировалась, не зря он наращивал свои мышцы столько лет.… Все плыло в красных тонах, смешалась земля и небо, деревья превратились в водоворот. В моих ладонях заледенела магия, я уже не был способен контролировать это. Я был готов нанести последний удар…

Рычание где-то рядом заставило вернуться в реальность. Я помотал головой, испаряя ледяной кинжал. Киан лежал подо мной, едва хватая воздух. Я резко встал, понимая, что упустил весь бой, пребывая в клетке ненависти.

— Сработало… — прошептал воин и закрыл глаза. Я повернулся к своей новой жертве, вытирая кровь с губ.

Зверь ненависти был точно таким как описан в бестиариях Металлики — светящаяся синяя шерсть, длинная, стоящая дыбом, огромные рога, будто из сказок про рогатых дьявольских существ, мощные лапы с длинными когтями и четыре глаза, которые сосредоточились на мне.

— Ну, вот он я… — я закричал, раскидывая руки стороны. Зверь зарычал, раскрывая огромные клыки, смертоносные орудия убийства.

— Давай! Ты же почуял это — ненависть, так подойди и возьми все! Ну же…

Я улыбнулся, как безумец, наблюдая за резкими прыжками и оглушающим ревом, который потонул в яме. Ловушка захлопнулась.

Я вдохнул, тут же закашлявшись кровью, но приблизился к обрыву. Там внизу барахтался зверь ненависти, роя когтями землю, пытаясь выбраться. Я наблюдал за безуспешными попытками, выравнивая дыхание и успокаивая эмоции. И как только я полностью успокоился, зверь выдохся и завалился на самое дно. Его еда закончилась, а значит, мы могли поговорить.

— Огооо! Вот это зверюга! — Нильс тут же нарисовался рядом, как и Вэйс, что-то скрупулёзно вырисовывающий в своей тетради.

— Я же не давал знак!

— Мы все поняли и так! — отмахнулся Нильс.

— Помогите ему, его нужно привести в чувство, — я кивнул на воина. — Я закончу сам.

Братья кивнули, забирая с собой изумленную Инанну. Я спрыгнул вниз, помогая себе потоками ледяного ветра, который еще остался на кровавых пальцах. Грозный зверь превратился в скалящегося волчонка, залег в тень, обороняясь рычанием.

— Я не причиню тебе вреда, — я сел напротив него, склонив голову и открывая руки. — Я пришел, просить о помощи.

Привалился к противоположной земляной стене, пытаясь успокоить трясущиеся руки и тело. Этот поединок истощил меня сильнее, чем я мог себе представить. Я выплеснул все, что так долго сидело внутри, оставляя внутри меня лишь пустоту. Сейчас я был слаб и уязвлен. Мы с Эросом теперь были на равных.

Рычание прекратилось и теперь четыре глаза уставились на меня, не мигая. Мне пришлось собрать всю волю в кулак, расслабиться и подумать о той, кого люблю. Она помогала мне даже тогда, когда не была рядом.

— Я знаю, что ты был в Аквилее. Ваш род — несменяемые хранители королевской семьи. Мне нужно попасть в этот город, и только ты сможешь указать мне путь. Твои воспоминания помогут найти его, и это все что мне нужно.

Зверь покинул свое укрытие и приблизился ко мне, резко вдыхая.

— Да, это запах отчаяния. И тонкий аромат надежды. Это все, что у меня есть.

Я знал, что лишь откровенностью можно добыть его расположение. Чистое сердце я не мог предложить, но правду вполне.

Существо застыло напротив меня будто пытаясь понять, говорю я правду или лгу. Я ждал. Но ничего не менялось. Он сидел напротив меня, явно не собираясь помогать.

— Этого недостаточно? Что ты хочешь услышать? — я сжал кулаки, справляясь с яростью. Мой шанс на победу таял… — Я не смогу без нее, и поэтому должен вернуть ее любой ценой! Слышишь?! Она заперта в чертовом городе, путь в который знаешь только ТЫ! Это правда. Как и то, что я готов на что угодно, если ты не согласишься помочь.

Но зверь продолжал молчать.

— Я глупец, раз поверил, что это может сработать…

Отчаяние и боль ворвались в мое сердце, заставляя содрогнуться. Я почувствовал невероятную пустоту внутри, будто меня лишили души.

Все кончено…

Это был единственный шанс.

Я смотрел на зверя и понимал, что он равнодушен к моей просьбе, бесполезен и слаб. Я почувствовал, будто сам заперт в клетке — клетке своей беспомощности.

Единственное, что я сейчас мог сделать — это не налечь гнев Эроса на себя, поэтому собрав ниточки магии, я освободил его и себя из ловушки. Черные глаза устремились к лесу, и он исчез, будто давно потеряв к нам интерес и не понимая, к чему мы тратили его время…

Я хотел закричать, хотел разорвать бесполезное существо на части, но сил не было… Никто не был виноват в том, что зверь не поверил мне. Видимо он не счел меня достойным, меня и мою цель, видимо моя любовь оказалась слишком незначительной…

— Баст… — Нильс потряс меня за плечо. Но я даже не поднял взгляд.

— Это конец… — прошептал я, растворяясь в своем отчаянии. Образ Катрины предательски таял, а я пытался ухватиться за ее глаза и огонь волос, но тщетно… — нет, нет, НЕТ! Не уходи…

— Баст, Баст! — Нильс схватил меня и начал трясти, стараясь привести в чувство. — Приди в себя!

— Все кончено… — я оттолкнул его руки и поднялся. 

Глава 17 «Синие огни»

Этой ночью никто не спал. Мы собрались у огня, пребывая в молчании, которое казалось как никогда гнетущим. Я знал, что только я сам виноват во всем, и ждал обвинений, ждал оскорблений и драки, и позволил бы себя бить. Но было лишь молчание. И оно было самым худшим наказанием.

Я знал, что всех подвел.

Знал, что шанс один на миллион, но все равно решился на это безумство. Мы потеряли время и силы. И потеряли нить с городом магии. Навсегда.

Я наблюдал за Кианом, который сосредоточенно смотрел на огонь, будто находя в нем утешение, за Нильсом, который так непривычно пытался читать, но выходило с трудом — одна страница за десять минут, не уверен, что он вообще понимал хоть слово, потому что мысли его были далеко. Даже Инанна перестала плеваться ядом.

— Хватит! — я резко встал, чувствуя, как эта тишина давит на меня, а дыра в груди разрастается все больше с каждой секундой. — Давайте, сделайте хоть что — нибудь! Ведь это я виноват, я во всем виноват!

— Баст… — Нильс захлопнул книгу и тоже встал. — Тебя никто ни в чем не обвиняет.

— Это правда, мы все облажались, — произнесла Инанна. Ее тоже больно ударило, ведь она так отчаянно хотел попасть в Аквилею…. а теперь…

— Мордобоем и оскорблениями ничем не поможешь, — Киан поднял голову, отвлекаясь от огня. — Видимо, наша ненависть оказалось недостаточной.

— Или моих чувств оказалось недостаточно… — я внезапно понял, что зверь не поверил мне, потому что моей любви оказалось недостаточно,…чтобы вернуть ее…

— Что за чушь?! — тут же встрепенулся Нильс, делая шаг ко мне. — Ты проделал такой путь, потратил столько сил, чуть не сдох в драке, спрыгнул в яму к самому опасному существу в этом мире и после этого смеешь говорить, что твоих чувств недостаточно?! Да ты просто идиот!

Внезапно я услышал смешок, и все обернулись на его источник. Вэйс. Угрюмый заучка начал смеяться как сумасшедший.

— Кажется, его подкосило наше путешествие… — покачал головой Нильс, взволнованно глядя на брата, который не переставал хохотать.

Меня начало раздражать это и я тут же схватил Вэйса, встряхивая его.

— Какого черта?!

— Все получилось! — он был похож на безумца, а потом просто протянул руку.

— Что за… — Последнее время Нильс ругался очень часто, но сейчас… Мы все обернулись, наблюдая за рукой Вэйса.

— Не может быть… — ахнула Инанна, пока я пребывал в шоке.

Лес окрасился в синий, а между деревьев стояли они — Эросы. Десятки хранителей древней магии. Их шерсть озаряла листву и эту ночь, казавшуюся до этого момента беспросветной.

Я перестал дышать. В самом центре стоял он — зверь, пойманный сегодня утром. Он смотрел на меня другим взглядом — осознанным и человеческим. А потом, он склонил голову. В знак добрых намерений.

Внутри меня все загорелось жаром, а в голове вертелась лишь одна мысль — все получилось.

— Баст, это невероятно… они…

— Тише, — шепнул я, понимая, что это еще не конец представления.

Свет от их шерсти начал усиливаться. Пока не вспыхнул одним ярким синим огнем, и исчез, оставляя после себя дыру — дверь, в другой мир — мир Аквилеи, забытый мир магии.



Оглавление

  • Металлическое сердце
  •   Часть 1 Темные тени забвения
  •     Глава 1 «Темный мир»
  •     Глава 2 «Замок из теней»
  •     Глава 3 «Город пепла»
  •     Глава 4 «Якорь»
  •     Глава 5 «Обычная жизнь необычных»
  •     Глава 6 «Цветные полулюди»
  •     Глава 7 «Тени безумства»
  •     Глава 8 «Переулок воображения»
  •     Глава 9 «Сон, в котором хочется остаться»
  •   Часть 2 Рассвет веры
  •     Глава 10 «Бездна отчаяния»
  •     Глава 12 «Снотворящая»
  •     Глава 13 «Инанна»
  •     Глава 14 «Сталь и лед»
  •     Глава 15 «Сопротивление»
  •     Глава 16 «Зверь ненависти»
  •     Глава 17 «Синие огни»