КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 426003 томов
Объем библиотеки - 582 Гб.
Всего авторов - 202714
Пользователей - 96501

Впечатления

poruchik_xyz про Чжан Тянь-и: Линь большой и Линь маленький (Сказка)

Это старая версия книги, созданная на облегченном редакторе. Сегодня я залил более качественную версию - если решите качать, скачивайте её!

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
imkarjo про Усманов: Выживание (Боевая фантастика)

Грибы? Грибы в весеннем лесу! Белые. Хочу, хочу, хочу.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
DXBCKT про Уиндэм: День триффидов (Научная Фантастика)

Чем больше я читаю данную книгу, тем больше понимаю что это — «книга пророчество»... И не сколько в реальности угрозы «непонятного метеоритного дождя (после которого все ослепнут) и не сколько в создании неких «шагающих растений» (которые станут Вас караулить на площадке возле подъезда)... Нет! На мой (субъективный) взгляд — пророчество этой книги в том, как именно должен себя вести (случайный) индивидуум выживший после катастрофы вселенского масштаба. Автор как бы говорит нам, что:

- уже через 5 минут после катастрофы, начинают действовать другие законы (жизни) и вся цивилизационная мораль не только «летит к черту», но и становится основной причиной смерти. Конечно полная «отмороженность» ГГ (спокойно наблюдающего как красивая женщина выпрыгивает из окна) мне совсем не импонирует, но если задуматься над тем что именно должен делать герой (единственный «зрячий» посреди города слепых) начинаешь чуть-чуть понимать его точку зрения...

- и конечно (на самом деле) я бы хотя-бы попытался помочь (остановить, отговорить), но автор тут же дает нам примеры того как «добрые самаритяне» мновенно становятся «вещью» в руках толпы отчаявшихся (и слепых) людей... Думаю в этом отношении автор так же прав и в случае «дня Пи...», любой человек обладающий полезными навыками (умением, ресурсами) мновенно превратиться в объект торговли (насилия, рабовладения и тп), поскольку выживание не может не означать отмену «всех конституционных прав» (по мысли сильного или того кому терять больше нечего). В финале книги нам дается дополнительный пример того как «объявившиеся спасители» мгновенно начинают «строить» (выживших) главгероев (обосновывая это разными моральными соображениями и необходимостью выживания «всего человечества»). При этом — мотивировка по сути совсем не важна... важно лишь то, принимаешь ты приказ «от новых господ» или находишь в себе силы «послать их на...»;

- что же касается «нездорового» (но вполне оправданного) цинизма ГГ (а по сути автора) к миллионам слепых сограждан (оставшихся «один на один» в условиях анархии), то по автору — либо Вы «пытаетесь тянуть в одиночку» весь тот груз который (худо-бедно) раньше исполняло государство (всех накормить, всех построить и всех уговорить), либо Вы равнодушно набираете «гору хабара» и попытаетесь «тихо по английски» уйти с места событий... По типу — а что я могу? И самое забавное (при этом) что стать трупом (пусть и действуя из самых благих побуждений) гораздо проще именно «спасая толпу», а не игнорируя ее...

- так же в этой книге автор пытается донести до читателя, что никакой «сурвайв» одиночек просто невозможен (в плане предстоящих десятилетий) и что выжить (в обозримом будущем) сможет только большая группа (община) построенная по принципу четкой иерархии... Данный факт еще раз подтверждает (предлагаемый соперсонажем) способ решения «демографической проблемы» — взятие «под опеку» зрячими — незрячих только при условии полезности (например «в жены для гарема», как это принято в прочих «отсталых странах»). Не хочешь? Ну и иди на все четыре стороны... и попытайся выжить со своими «передовыми взглядами на сексизм, феминизм и прочими незыблем-мыми правами женщин»)) Как говорится — ничего личного... в группу вступают только те люди кто полностью «осознает масштаб грядущих жертв», и никакая оппозиция (мнящая себя кем угодно, но по факту являющаяся лишь индивенцами) более никем содержаться не будет... просто потому что «дураки уже вымерли». В книге автор неоднократно продолжает разговор «о равноправии полов» (кто кому «что должен» в условиях «пиз...ца») и о том что «в новом обществе» нет места приспособленцам, или (даже) «просто хорошим людям» которые не обладают абсолютно никакими (полезными для выживания) навыками.

- в группе «новой формации» конечно должны быть люди, которые занимаются умственным трудом (а не физическим), плюс это учителя, медики и тп... Но все эти «преимущества» отдельных лиц должны быть строго регламентированны (и что самое главное) оправданы результатом (их труда) по отношению к другим «работающим членам общины»... А остальные «работающие в поле» (в свою очередь) должны иметь возможность прокормить «лишние рты» (не задействованные в производственной цепочке). Уже это одно показывает неспособность выживания малых групп, а в конечном счете означает их вырождение (через одно-два поколение). ;

- сразу стоит сказать что представленная (автором) проработанность факторов апокалипсиса (первый — метеоритный дождь и второй триффиды) мотивированны вполне убедительно и не выглядят «дико» (даже по прошествии времени). И конечно (хоть) происхождение «данного вида» мутантов несколько... хм... Однако то что «причина всеобщего конца» обязательно грянет из закрытых военных лабораторий (как следствие именно военных разработок) тут автор (думаю) попал «прямо в точку»;

- еще одним «предвидением» (автора) стала (описываемая им), неспособность освоения «нынешним поколением» длинных передач (обучающего или просвещающего характера), не более 1 минуты — дальше «мозг отключается» и информация не усваивается... Блин! А ведь этот роман написан не пару лет назад... и даже не 10 лет назад... Он написан в 1951-м году!!!!!! Бл#!!! В это время еще тов.Сталин прекрасно жил и поживал!!! И никакого жанра «постапокалипсиса» еще не существовало и в помине...

- В общем (автор) очень емко разложил «все сопутствующие» катастрофе явления, которые могут помочь или помешать «выживанию индивидуума». Когда читаешь эту книгу — возникает множество мыслей, но (думаю) я и так уже (несколько сумбурно) изложил некоторые из них... Еще одной (разницей) по сравнению с «более современными собратьями», стало то (что автор) дает описание не только «первого года» после катастрофы, но и последующего десятилетия — очень красочно изобразив все то, что останется от «вечно доминирующего человечества», спустя 5-10 лет после катастрофы.

P.S Я тут совсем недавно купил (с дури) очередную «шибко разрекламированную весчЬ» (которой предрекали место «САМОГО ВЕЛИКОГО ТВОРЕНИЯ» десятилетия... П.Э.Джонс «Точка вымирания» (цикл «Эмили Бакстер»)... По ее поводу я уже высказался отдельно — однако (если) поставить два этих произведения и сравнить... Думаю что «шикарная книга П.Э.Джонс'а, лауреат чего-тотам» от стыда «должна сгореть» прямо на глазах... Это как раз тоже аргумент к вопросу «о вырождении»))

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).
1968krug про SilverVolf: Аленка, Настя и математик (Порно)

super!

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Витовт про Престон: Сборник "Отдельные триллеры". Компиляция. Книги 1-10 (Триллер)

Как и обещал, выполнил обещанное, приятного чтения!

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
Витовт про Престон: Циклы: "Уаймэн Форд" и "Джереми Логан". Компиляция. Книги 1-9 (Триллер)

Переделанный вариант предыдущего файла. Сделана разбивка на два цикла (пока). Позже сделаю отдельные триллеры, отдельной компиляцией. Дело в том, что в старом варианте существует проблема со ссылками. Вот этот огрех и хочу исправить. Этот файл без проблем! Sorry!

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).

Настоящее (СИ) (fb2)

- Настоящее (СИ) 274 Кб, 17с. (скачать fb2) - (Becky Kill)

Настройки текста:



Тупик был глухим, а лавка в нём — захудалой даже по меркам Лысой горы. Узкая, кривая и грязная улочка, изломанная словно ветка проехавшимся по ней колесом, в которую и свет-то попадал еле-еле, отползшая далековато от торгового квартала — Сашка сюда раньше не забредала, хотя жила на Лысой горе уже довольно давно и любила пошнырять по всяким её любопытным закоулкам. Но прелесть Лысой горы и состояла в том, что старые лавки, бары, салоны и гостиницы тут исчезли как по мановению руки, а несколько новых вырастало словно грибы после дождя за одну и ту же ночь. Так что заскучать во время прогулок по волшебному городку и его окрестностям было сложно — Сашка это ценила.

Грязь сразу заляпала обувь по самую щиколотку, но Бейбарсову это ничуть не беспокоило — в отличие от того, что каблуки в новеньких сапогах, дорогих и как нельзя плотнее обнимающих черной замшей ногу почти до самого колена, оказались неудобными и к этому времени уже реально её убивали. Ведьма вот настолечко была близка к тому, чтоб стащить обувь и отправиться домой босиком. Не сказать, что это был бы первый раз, когда она так делала — и на неё даже не косились прохожие. Это Лысая гора, здесь и вовсе голой пройдись — мало кого бы удивило! А уж мешать тем более бы не стали.

Дойдя до конца тупика, Сашка плюхнулась на сложенные из тёмного булыжника ступеньки какой-то лавки и с наслаждением вытянула перед собой ноги. Некоторое время поизучав взглядом ничем не примечательные, заклеенные старыми объявлениями кирпичные стены домов вокруг, она наконец обернулась через плечо: поглядеть на вывеску.

«666 МЕЛОЧЕЙ», — сообщали тусклые металлические буквы над входом, а ниже по дереву шла витиеватая приписка: «всё для колдовства». Ещё ниже, на досках двери, недавно выкрашенных краской недружелюбного бордового оттенка, криво было нацарапано: «ВхОд тОльКО ДЛя тЕмныХ МаГоВ!!!» Прищурив светло-зелёные глаза и вглядевшись, Сашка различила в пыльных, явно сто лет не мытых стёклах витрины классическую замануху подобных магазинчиков: несколько чаш из черепов — что-то подсказывало ей, что настоящих, — несколько ларцов с художественной резьбой сомнительного содержания, шар для гадания на массивной подставке и перехваченный кокетливой фиолетовой ленточкой набор чёрных свечей.

Ведьма хмыкнула. Без черепов на кухне она вполне готова была обойтись, как и без ларчиков с иллюстрациями жертвоприношений в своей спальне, а вот свечи для заклинаний и гаданий, да и просто если нежить снова перегрызёт проводку и свет вырубят, были штукой полезной, могли в любой момент пригодиться — а у Сашки на днях как раз кончились. Чем не предлог заглянуть?

Ведьма, вздохнув, обобрала с чёрных штанов несколько клочков серой шерсти Контрабандного, которые только сейчас попались ей на глаза, и легко соскочила со ступеней — о неудобных сапогах она уже и думать забыла, переключив своё внимание на другое.

Взбежав на крыльцо и не найдя взглядом ручки, Бейбарсова пожала плечами и приложила к двери свой магический перстень. По доскам от того места, где она их коснулась, словно от брошенного в омут камня, разбежалась тусклая алая рябь, и дверь, щёлкнув замками, качнулась на скрипучих створках внутрь. «А надпись-то не врала, — заходя, отметила про себя ведьма. — Сюда и правда пропускают только тёмных. Хорошо, что я подхожу, а то тащиться за одними свечами ещё несколько кварталов… Хотя на кой они мне вдруг так сдались?» — поморщившись, зевнула она.

Старомодный медный колокольчик над дверью звякнул, когда Сашка вошла в лавку.

***

Музыка в клубе не просто била — ожесточенно лупила по ушам. Коротко стриженная ведьмочка максимально миловидной наружности за диджейским пультом бесстрашно миксовала зарубежные рок-хиты двухтысячных с электронными битами. Сашке нравилось. Она сидела за барной стойкой сбоку от танцпола и наблюдала, как синие и фиолетовые лучи прожекторов мечутся по дрыгающейся в полутьме толпе, лениво отмечая, что вампиров к магам сегодня подтянулось как-то многовато — праздник у них, что ли, какой-то? Иногда легкую наколдованную дымку, окутывающую большой квадратный зал, простреливали тонкие красные лучи, и высоко над головами танцующих рассыпались снопы алых и серебряных искр, медленно тающие в воздухе. Саша улыбалась. Она любила этот клуб, хоть и бывала тут редко. Пожалуй, лучшее из подобных заведений, что открылось на Лысой горе после того, как «Руки-Ноги» трагично сгорел во время концерта Ведуний Нудных Вуду.

— Нашёл! — перекрикивая музыку, сообщил ей на ухо жизнерадостный голос.

Сашка, не скидывая ногу с ноги, крутанулась на барном стуле.

— А я и не пряталась! — наклонившись чуть вперёд, крикнула она Роме Накамуре, усевшемуся на соседнее, только что освободившееся место.

В белых штанах и футболке, да ещё в бежевой джинсовке поверх, кицунэ выглядел здесь возмутительно светлым пятном и резко контрастировал с тотально «чёрной» Сашкой, на которой было узкое платье с длинными рукавами, расшитое мерцающими пайетками, и высокие замшевые сапоги поверх узорчатых колгот.

— Ты размазала глаз.

— А?!

Сашка щёлкнула пальцами, стряхивая с перстня красную искру и отодвигая звуки музыки на второй план, чтобы можно было друг друга нормально расслышать.

— Что ты сказал? — любознательно переспросила она.

— Сейчас.

Рома улыбнулся и подался вперед. Сашка послушно и не без удовольствия стерпела его тёплую ладонь на своей щеке, пока большой палец Накамуры очень негигиенично возякал под её левым нижним веком.

— Теперь красиво? — осведомилась она, когда Рома закончил и быстро чмокнул её в другую щеку перед тем, как отстраниться.

— И раньше было красиво — только несимметрично! — с широкой улыбкой заверил Накамура, примостив локоть на барную стойку и подперев кулаком подбородок.

Ведьма развернулась лицом к стойке и своему почти допитому коктейлю. Рома остался сидеть полубоком, любовно изучая её профиль в разноцветных вспышках софитов.

— Я думала, ты только завтра вернешься… — протянула Сашка, выпуская из губ мягкий пластмассовый кончик трубочки. — Ну что, решили по поводу нового дракона для Сборной? Как его там, Дьявол, да? Подходит?

— О, ещё как! — с энтузиазмом подтвердил Рома. — Ты бы его только видела! Красивый —прямо жуть! Нет, правда: он жуткий, у меня от него мурашки, смотри!.. Чешуя алая-алая, рогов на морде — целых три пары, а размах крыльев раза в два больше, чем у нашего старого. Но главное тут, конечно, что у нас с ним связь почти сразу наладилась, им управлять будет легко, — Рома пожал плечами. — Гораздо проще, например, чем драконом-бабочкой, с которым я работал у Кицунэ, помнишь? Так что с Дьяволом сказочно повезло! Поэтому я и вернулся раньше — долго думать не пришлось, новые ворота утвердили единогласно. Ну сперва, конечно, опробовали в деле. Так вот: за тридцать минут твоим родителям едва-едва раз удалось нас прошибить, представляешь? А когда я защищал Горыныча, обычно они справлялись за десять-пятнадцать.

— Папа, небось, бесился, — усмехнулась Сашка.

— Да нет, вообще-то: это мама твоя чересчур распалилась под конец, а Глеб всё время спокойным был, — засмеялся Рома.

— Спокойным как обычно, или очень спокойным? — деловито уточнила Сашка.

Рома подумал.

— Очень спокойным.

— Значит, конкретно бесился, — удовлетворенно заключила она, одновременно рассеянно вороша трубочкой лед в стакане и вылавливая взглядом барменшу.

— Так как ты сюда добрался? Ты же не дружишь с поисковыми заклинаниями… как и вообще с любой местностью, — хихикнула ведьма, меняя исчерпавшую себя тему.

Накамура пожал плечами.

— Отыскал примерный район, намотал по нему несколько бесполезных кругов, а потом увязался за компанией, которая громко кричала, что некому Фёдору нужно прекращать помирать в кустах, если они хотят оказаться в «Седьмых петухах» до заката. Мы как раз успели к последним лучам, кстати — сразу после того, как мы вошли, секьюрити запечатали вход до рассвета.

— Да, но откуда ты узнал, что я буду в «Седьмых петухах»?

— Интуиция и немного логики! — самодовольно заявил Рома и огляделся. — Тебя не оказалось дома под вечер и, поскольку я должен был вернуться только завтра, а ты ненавидишь спать одна, я пришёл к умозаключению, что ты сегодня решила не спать вовсе. Очень в твоём духе… Это ведь тот клуб, куда ты затащила меня на наше первое свидание, верно? Я проспорил, кто из нас выиграет в полуфинале, и ты выбирала место, — с довольной улыбкой вспомнил он. — Ты была такая вредная!

— А ты — слишком довольным для проигравшей и покалеченной стороны! — задиристо парировала Сашка.

— Но разве я не заработал тогда пару очков на твоей жалости? — Рома подсунул к ней лицо и кокетливо захлопал пушистыми ресницами.

— Не смешно! Тебя так приложило… — помрачнела Сашка, отворачиваясь. — Просто чудо, что у тебя хватило ума не слушать вашу двинутую Венлинг и подстраховаться Ойойойсом перед матчем.

Рома только беспечно отмахнулся.

Диджей за пультом сменился, и теперь под электрогитару и ритм барабана из множества колонок рубило надрывное русское:

«Память о тебе, как жвачка в волосах

И, видимо, слишком глубоко в башке застряли корни

Холодно в аду, нечем дышать на небесах

Вселенной больше нет, но я о ней зачем-то помню!..»*

От другого конца стойки к ним подошла барменша — молодая на вид ведьма с вороными, слегка вьющимися волосами, из которых змейками выныривали несколько тёмно-зелёных прядей — и деловито поинтересовалась, кивнув на пустой бокал напротив Сашки:

— Ещё чего-нибудь?

— Ага, — Бейбарсова уложила локти на стойку и подалась вперёд. — Мне ещё один «Труп невесты», а ему — «Труп жениха»!

Барменша вздёрнула тонкую, проколотую пирсингом бровь и усмехнулась:

— Поздравляю. Но нет такого коктейля — «Труп жениха».

— Она знает, — весело заверил Рома, снова подперев ладонью подбородок. — Мне сок, пожалуйста. Апельсиновый. Большое спасибо!

— Большое спасибо! — эхом пропела Сашка, то ли передразнивая его, то ли всерьёз.

Ведьма с пирсингом оглянулась, отходя от них.

— Та-ак, ну всё: прекрати, пожалуйста, флиртовать с барменшей! — рассмеялся Рома.

— Я не флиртовала! — возмутилась Сашка и после паузы, сощурив густо обведенные чёрным глаза, лукаво добавила: — Ну, может, совсем чуточку… Не специально! Она симпатичная и брутальная. Но какая разница?!.. Потанцуешь со мной?

Рома вскинул брови.

— А что, напитков ждать не будем?

— Напитки подождут нас! Ты вообще сколько раз бывал в магических клубах?

— Столько же, сколько и в обычных: два, — невозмутимо ответил Рома, за руку увлекаемый Сашкой к танцполу. — Сегодня второй, а первый — тогда, с тобой на свидании.

Бейбарсова громко вздохнула, лавируя в толпе и буксируя за собой жениха.

— Это объясняет, почему ты так ужасно танцевал!..

— Я ужасно дрыгался, — с готовностью признал Рома, поднимая руку и прокручивая Сашку под ней, — но с танцами у этих телодвижений мало общего! Ты же знаешь: на уровне виртуоза я топчусь на месте под тягучие гитарные баллады, а ещё могу вальс и…

Сашка скривилась.

— Ага, умничка. Но вальс оставь для свадьбы! — перекричала она снова во всю мощь ударившую по ушам музыку и, вскинув руки, запрыгала вокруг Ромы, изгибаясь под бит.

Накамура, смеясь, неловко затоптался на месте, то и дело изображая руками какие-то странные движения и получая случайные тычки по спине и ребрам от отплясывающих вокруг магов и вампиров. Сашка как-то ухитрялась не на кого не налететь в густой толпе, хотя, казалось, вообще об этом не заботилась. Её длинные волосы разлетались, а ноги едва-едва касались пола.

— Никак не могу понять: как ты можешь так беззаботно скакать на таких каблуках? – спустя четверть часа возвращаясь с ней к бару, недоумевал Рома, указывая на её новенькие замшевые сапоги. Он успел запыхаться даже при том, что не так уж и «оторвался», а вот Сашке было хоть бы хны!

Ведьма пожала плечами.

— Они очень удобные!.. О, смотри: тролль-вышибала выкидывает с наших мест пару гоблинов!.. Ой, кажется, один успел плюнуть тебе в сок, — сочувственно скривилась Сашка и сделала глубокий вдох: — Обожаю это место! Кстати, ты покормил кота? Кажется, я забыла…

— Да, я так и подумал, когда он повис у меня на штанине и начал истошно орать, — рассмеялся Накамура. — Хотя на его запасах жирка, уверен, Контрабандный смог бы выживать ещё пару месяцев, не испытывая никакого дискомфорта. Может, посадим его на диету?

— Нет! Я не собираюсь морить свою кису голодом специально. Мы будем любить его таким, какой он есть! — безапелляционно распорядилась ведьма, плюхаясь на освобождённый вышибалой стул.

— Безусловно. Только таким, какой он есть, его сделали как раз вы с Юрой, — как бы между прочим заметил Рома, аккуратно отодвигая от себя апельсиновый сок, отныне содержащий дополнительные ингредиенты.

Сашка угостила его своим коктейлем.

— Тем более!

***

— Класс! Очень красиво! Мне нравится, — энергично одобрил Юра с маленького пухлого диванчика, установленного в одной из задних комнат лысогорского свадебного ателье.

— Ещё бы: ты же сам фасон выбирал! — с широкой усмешкой фыркнула Сашка, вертясь на месте перед большим овальным зеркалом на подставке.

Вертеться было не так-то просто: юбка свадебного платья была не просто в пол, но ещё и со шлейфом, и какая-нибудь менее ловкая ведьма, чем Сашка, в ней наверняка бы уже запуталась.

— Потому что ты собиралась зайти в ближайший магазин и купить «первое, которое сядет, не как попона на скелет лошади». Ты не будешь выходить замуж в первом попавшемся! Моя сестра заслужила исключительно шикарное платье вроде этого, сшитое специально для неё, — выразительно жестикулируя, объявил Бейбарсов, выпрямляя спину.

— Не отпирайся, я знаю: тебе оно тоже нравится, — расплылся он в самодовольной ухмылке.

— Нравится! — любовно вздохнула Сашка, проводя ладонью по длинному кружевному рукаву до открытого плеча, где он обрывался, сливаясь в одну линию с овальным декольте.

У платья, сшитого на заказ, определённо имелись преимущества перед теми, что она мерила неделю назад: каким-то образом оно сидело на её костлявой фигуре так, что та вовсе не казалась костлявой, да и вообще становилась похожей на, собственно, фигуру. И она любила не повседневные и красивые наряды. И ещё в данный момент любила Юру, очень: за то, что, кажется, он больше переживал, как пройдёт её свадьба, чем за свою собственную несколько лет назад.

— Но мне не нравится его цена, — цокнула она языком. — Как у них совести хватает столько с людей драть?!

— Как ты вообще узнала, сколько оно стоит? — Юрино лицо изумлённо вытянулось.

— Я-то без понятия, сколько — но ты только что подтвердил, что реально дохрена! — ткнув в него накрашенным черным лаком ногтем, выразительно заметила сестра. — Ну пожалуйста, давай хотя бы напополам заплатим! Так нельзя…

— Льзя!

— Блин, ты такой противный!

— Меня зовут Юра.

Бейбарсов расхохотался и, откинувшись назад, поднял руки, закрывая ими лицо, когда Сашка подскочила и, подобрав белоснежные, кое-где мерцающие в ярком свете помещения юбки, попыталась избить его ими. Платье громко зашуршало.

— Тихо-тихо, порвёшь же! — Юра изловчился, ухватил Сашку за тонкую талию, развернул и дёрнул её назад, повалив рядом на диван.

В этот момент открылась белая с декоративной позолотой дверь и в комнату заглянула сотрудница ателье.

— У вас всё хорошо?

Близнецы, хихикая и поджимая губы, молча продемонстрировали ей большие пальцы.

— Тогда я снова приглашу портниху. И к вам тут пришли, — махнула рукой сотрудница, удаляясь.

Её каблуки зацокали по коридору, а в дверь просунулась голова Ромы — с закрытыми глазами.

— Эй, кто тебя впустил?! — возмутился Юра. — Тебе смотреть нельзя!

— Так я и не смотрю: честно! — заверил Накамура, — Просто меня уже отпустили, и мне скучно. Вы, ребята, ещё долго? — взмолился кицунэ.

Сашка поднялась с дивана и с шорохом оправила ткань шлейфа. Голова Ромы заинтересовано склонилась набок.

— Ого, звучит так, как будто там много юбок! Готов поспорить, ты похожа на принцессу.

— Не твоего ума дело, хитрая лисья морда! — пропела Сашка, придерживая складки платья и подходя к двери.

— А почему только на какую-то захудалую принцессу? Почему не на королеву? Царицу? Императрицу? — одновременно провокационно сощурился Юра, доставая из заднего кармана джинс тренькнувший мобильный и проглядывая пришедшее сообщение.

— Потому что… — вдохновенно начал Накамура, но подкравшаяся с другой стороны двери Сашка, ухватив кицунэ за шею, поцеловала его и не дала договорить.

Юра театрально скривился на заднем плане.

— Всё, а теперь выметайся! — скомандовала Бейбарсова, ладонью закрывая Роме глаза и разворачивая его лицом к коридору. — Платье отпад, ничего менять не надо, так что я минут через семь уже выйду. До новых встреч!

Ведьма захлопнула дверь и обернулась к близнецу.

Юра, наклонившись вперед и опираясь локтем о колено, строчил сообщение в телефоне — наверняка Лере. Из ворота его синей кофты, выскользнув, болтались на шнурках два очень схожих амулета.

Сашку вдруг кольнуло что-то: странное, тревожное чувство… Совсем неуместное сейчас, и потому пугающее.

Она подошла и поймала на ладонь один из Юриных амулетов: небольшую монетку с дыркой по центру и чеканным иероглифом.

— Откуда это у тебя?

Юра удивленно задрал на неё голову.

— Оттуда же, откуда и у тебя: Накамура подарил когда-то, — напомнил он, указывая на декольте Сашкиного платья, где среди других украшений болталась на тонкой цепочке такая же монетка. — Сначала тебе подарил, перед матчем полуфинала, а потом мне — какое-то время спустя. Ты говорила, он тебе обещал, что у меня тоже такой будет — иначе ты не хотела брать.

— А… А, ну да. Точно, — пробормотала Сашка, рассеянно потирая пальцами висок.

Иррациональная паника отступила, но тревога так до конца не улеглась. Потому что в тот момент, как она увидела у Юры монетку, всё, всё происходящее вдруг показалось ей неправильным… Как будто этого просто не могло быть.

Но тут в комнату зашла портниха и выдернула невесту из ступора.

Через десять минут Сашка, уже переодетая в штаны, футболку и джинсовку, нашла Рому в прихожей ателье любознательно листающим «Сплетни и бредни», целая стопка которых высилась на журнальном столике возле кожаного диванчика для гостей.

— Гляди: тут о нашей свадьбе пишут, — демонстрируя ей разворот журнала, довольно поделился наблюдениями кицунэ. — Расхваливают тебя так, что если бы я даже тебя в глаза до этого момента не видел, то немедленно помчался бы покупать кольцо и падать на одно колено!

— Вау… С каких пор в «Сплетнях и бреднях» пишут о ком-то что-то хорошее? — сдвинула брови Сашка, забирая у Ромы журнальчик и пробегая взглядом статью.

Её снова начало что-то грызть внутри. Действительно, о невесте защитника Сборной Мира ни одного плохого слова! Даже безбожно приукрашено! И фотки в статье удачные, хоть в инстамаг заливай.

Накамура беззаботно пожал плечами, отбирая у неё журнальчик, возвращая на столик и аккуратно поправляя стопку.

— А что странного? Ты вот даже моим фанаткам нравишься! Про нас и фанролики на магтубе уже сделали, с красивыми эффектами и под музыку, хочешь глянуть? — расплылся в озорной улыбке Рома.

— Хочу! Уф, ну какое счастье, что меня одобряют твои фанатки! — в притворном облегчении округлила глаза Сашка. — А то пришлось бы с тобой немедленно расстаться! Или натравить на них наших с Юрой фанатов и устроить бойню до последнего выжившего! — смеясь, закончила она, уже выходя с Накамурой на улицу.

— А почему мы вышли через чёрных ход? — запоздало спохватилась ведьма, оглядываясь.

Они оказались в узком переулке у мусорных баков, хотя она почему-то была уверена, что Рома вёл её к стеклянным дверям, выходящим на широкую торговую улицу.

— Потому что нас кто-то подставил, и у центрального уже дежурят пять магпортёров и маленький отряд ребят с плакатами, жаждущий автографов: я из окна видел, — спокойно пояснил Рома, широким шагом переступая через лужу. — Бежим скорее, пока они нас не отыскали!

— Но убегать от поклонников невежливо! — смеясь, поддразнила Сашка, шагая за кицунэ. — Это мои родители бегают от фанатов, а ты своих поклонников уважаешь! А я люблю, когда меня любят, и мне нравится быть в центре внимания, так что я бы тоже не… — она запнулась, улыбка медленно растаяла на её губах.

Сашка застыла в тени, прямо у выхода из проулка.

Рома, уже шагнувший на центральную улицу, по которой сновали туда-сюда с покупками ведьмы и маги, обернулся к ней. Дневной свет сползал бликами по его иссиня-чёрным волосам. Тёмные раскосые глаза кицунэ удивленно расширились.

— Почему ты плачешь? — растерянно произнёс он.

— Это не по-настоящему.

— Что?

— Всё, — дрожащими губами вымолвила Сашка и всхлипнула. — Этого не может быть.

Кицунэ не спеша склонил голову и сочувственно спросил:

— Почему?

— Потому что я не помню, что было между клубом и тем, как я оказалась в свадебном салоне. Потому что у Юры нет настоящего удачливого амулета, как у меня. Потому что в «Сплетнях и бреднях» действительно никогда не печатали ни о ком ничего хорошего. И потому что ты мёртв. Ты давно мёртв.

И едва Сашка произнесла эти ужасные слова — ужасные слова стали правдой. Единственной правдой, толкнувшей её в грудь и вышибившей дух так, что в глазах потемнело. А когда она моргнула — проулок и улица, и Рома исчезли. Она стояла между полок в старой, обветшалой лавке, набитой колдовским хламом. И красивые дорогие замшевые сапоги снова жали ей, а каблук был неудобным.

Сашка сделала судорожный вдох, пытаясь прийти в себя, затем ещё один — и торопливо принялась вытирать ладонями мокрые щёки. Она всё ещё находилась в какой-то прострации, не могла собрать разбегающиеся мысли. Зачем-то всё же посмотрела на правую руку, понимая, что тонкого, серебряного обручального кольца с маленьким изумрудом там не увидит.

Не увидела.

Послышались шаги, легкое шуршание юбок — и из-за полки со свечами вынырнул силуэт. Женщина в цветастых цыганских одеждах вальяжной походкой приблизилась к ведьме по проходу, позвякивая браслетами — пока не встала в луч тусклого света, пробивающегося сквозь пыльные окна витрины.

Она стала старше. Старше, чем Сашка её запомнила — но осталась всё такой же нереально, устрашающе, завораживающе прекрасной. И, несмотря на то, сколько лет прошло, Бейбарсова без труда, сразу же её узнала — цыганку из табора, откуда они с Юрой и Софьей, учась в школе, едва унесли ноги.

— Зара!.. — побледневшими губами прошептала ведьма.

Красавица расплылась в улыбке, поправляя повязанный на блестящих густых волосах пёстрый платок.

— Ай, смотри: вспомнила! Вот и я тебя вспомнила, сразу вспомнила, едва ты сюда вошла… — покачала головой цыганка, кривя алые губы в задиристой усмешке. Она выглядела чрезвычайно довольной.

— Как… Как ты меня отыскала? — выдавила Саша, непроизвольно попятившись и настороженно озираясь. Но в лавке они были как будто одни — уж по крайней мере, других цыган, знакомых или нет, видно не было.

Зара вдруг рассмеялась — звонко, мелодично. Всплеснула широкими рукавами.

— А я тебя и не искала вовсе — ишь, больно надо! Ты сама меня нашла. Это моя лавка — я её недавно купила! Я не с табором уж давно, — Зара задиристо вздёрнула подбородок и уперла ладонь в крутое бедро. — Гляжу — ба, знакомое лицо, а тут и должок припомнился: невежливо вы с нами расстались, ай, невежливо!.. — она укоризненно цокнула языком и покачала длинным пальцем. — Вот и развлекла немного: тебя, себя… Не нужно было мне тогда в глаза глядеть: не было бы у меня сейчас власти над тобой!

— Знаешь, а братец твой скорее с моим гипнозом управился, — задумчиво добавила она и притворно сочувственно сморщила хорошенькое личико: — А ты, бедняжечка, так хотела верить в свои фантазии!.. Ну как, понравилось?

— Нет, — сквозь зубы, пытаясь сдержать закипающие злые слезы, выдавила Сашка: — Не понравилось.

Её душу как будто выкорчевали из земли, словно куст, и заново воткнули на старое место, едва-едва притрусив корни землей. И она готова была упасть от любого сильного порыва ветра.

— Чудно! На то был и расчёт, — улыбнулась Зара и сверкнула чёрными, ониксовыми очами. — Но ты заглядывай ещё, коль захочешь повторить.

Сашка, ощущая, как накаляется её магический перстень, переборола в себе безрассудный порыв накинуться на Зару и если не проклясть, так расцарапать ей лицо. Вместо этого ведьма сорвалась с места и, проскочив мимо цыганки, кинулась к выходу из лавки.

— Уже уходишь? — насмешливо неслось ей в спину. — А как же свечи, а? Ты ведь за ними пришла!

Дверь хлопнула. Сашка выскочила из проулка и, ощущая, как перекинутая через грудь сумка колотит её по бедру, пробежала целый квартал прежде, чем перейти на шаг и постепенно его замедлить. К тому времени она уже успокоилась. Потрясение сгладилось, лживые образы лишенной печалей жизни, навеянные колдовством цыганки, потускнели, словно сон. В груди всё ещё болело — но уже не кололо, не сжимало: просто ныло. Фоново, переносимо.

«Всё в порядке. Это пройдет, — непроизвольно поднеся руку к шее и сжимая в кулак монетку-амулет, повторила себе Сашка. — У меня всё хорошо».

Она поправила лямку сумки, пропустила мимо пожилую ведьму в крысином манто, крутящую педали древнего одноколесного велосипеда, и на перекрёстке свернула на соседнюю, менее оживленную улицу. На ходу резинкой с запястья завязала длинные спутавшиеся волосы на макушке и зашла в рыбную лавку купить вкусностей для Контрабандного.

Из рыбного, от души поругавшись с продавцом, в лучших традициях Лысой горы пытавшимся надуть её на целых двадцать дырок от бублика, Бейбарсова вышла только пятнадцать минут спустя. Пряча в сумку кулек с рыбой, вперёд она не глядела и в результате налетела на чью-то спину.

В следующее же мгновение её схватили за куртку, пихнули и прижали к указательному столбу у края тротуара, надавив локтем на горло.

— Стоп! — ошарашенно моргнув, прохрипела Сашка, поднимая руки ладонями вверх и изучая косым взглядом лезвие маленького складного ножа, опасно соседствующее с её сонной артерией.

Нож ещё несколько секунд в нерешительности поугрожал ей, а затем Сашку отпустили.

— Ну, допустим, извини, — нехотя произнесла девица в кожаной куртке, складывая нож и засовывая его в задний карман тёмно-зелёных джинс. — Я думала, это вернулся уродец, который только что пытался угнать мой байк. И это пятый раз на неделе, между прочим. Ну что за мерзкий городишко! — досадливо скривилась она, хлопнув по бокам руками.

Сашка, сложив свои на груди, обежала любопытным взглядом припаркованный на тротуаре мотоцикл. В мотоциклах она совсем не разбиралась, но готова была признать, что даже при своих небольших размерах выглядел он внушительно: черный, хромированный, ухоженный, с большим баком. Красивый, в общем, за неимением другой характеристики, которую она могла бы ему дать.

— Хах, а ты что, только на Лысую гору перебралась?

— Нет. Я здесь уже долбанную вечность. Это не делает её менее мерзкой! — отрезала ведьма, садясь на корточки перед мотоциклом и зачем-то осматривая фару.

Прическа у неё была классная: тут и там вьющиеся вороные локоны, среди которых иногда выныривали тёмно-зелёные пряди. А ещё Сашка заметила пирсинг на левой угловатой брови.

— Слушай… — подозрительно щурясь, протянула Бейбарсова. — А ты случайно не работаешь в ночном клубе тут неподалеку?

— Только подрабатываю, — не оборачиваясь, буркнула другая ведьма.

— А работаешь где? — автоматически заинтересовалась Сашка.

— В библиотеке, — последовал максимально неожиданный ответ.

Бейбарсова вскинула брови:

— На Лысой горе?

— Нет, на Марсе!

Сашка хмыкнула.

— Надо же… Я живу в городе пять лет и до сих пор не знала, что тут есть библиотека.

— Никто не знает. Поэтому там никогда никого нет, и именно поэтому я там работаю, тупица! — выпрямившись, раздраженно обернулась к ней собеседница и с чувством прибавила: — Ненавижу людей.

— Но ты подрабатываешь в клубе, язва, — не осталась в долгу Сашка и выразительно уточнила: — Там много людей.

Другая ведьма пожала плечами.

— Ну, пару раз в неделю за хорошее денежное вознаграждение я готова притвориться, что мне не хочется отгрызть кому-нибудь лицо.

Сашка не удержалась от провокационной усмешки:

— Моё лицо всё ещё на мне.

— Я не голодная, — отрезала собеседница.

Сашка расплылась в улыбке и расслабленно прислонилась лопатками к деревянному столбу, к которому её ещё недавно так бесцеремонно пригвоздили.

— Забавно. Ты напоминаешь мне одну знакомую в её худшие годы. Но только она была угрюмая, а ты прямо… злобная.

Хозяйка байка, боком присев на его сидение, издала странный смешок.

— Ещё не встречала кого-то, кого бы это так восхищало. Ты садомазохистка?

— Нет, просто сочетание имени с характером прикольное. Тебя же зовут Света. Ну, Светлана.

Собеседница насторожилась.

— Откуда ты?..

— На твоём бейдже было написано. Я вспомнила. Я видела тебя в «Седьмых петухах» в эту среду. Ты ещё смешала мне «Труп невесты» — нормальный, а не разбавленный газировкой в два раза, как тут обычно делают, и даже не спросила, есть ли мне уже восемнадцать, — скривилась Сашка. С её детскими чертами лица её до сих пор принимали за несовершеннолетнюю, и это раздражало больше, чем льстило. — Я приятно удивилась.

— Значит, ты мне понравилась. Я мешаю по рецепту только тем, кто мне нравится, остальным разбавляю в три раза, — дернув плечом, сообщила Светлана и, перекинув ногу через сидение, уселась на мотоцикл уже по-нормальному.

Сашка отлепилась от указательного столба.

— Меня зовут А-

— Я в курсе, — незаинтересованно перебила её Света, одергивая куртку. — Я смотрю драконбол. Ты играешь за «Лысогорских комет».

Бейбарсова кивнула, хотя Светлана, очевидно, в подтверждении этой информации с её стороны не нуждалась. Затем дёрнула кончиком тонких губ.

— Так когда, говоришь, у тебя следующая смена?

— Я молчала.

Света со щелчком убрала подножку, выжала сцепление. Взревел мотор.

Сашка вздохнула, признав поражение, и, не видя смысла формально прощаться, уже пошла по тротуару в противоположную сторону, когда Светлана, закусив щеку, обернулась через плечо:

— В воскресенье. Приходи: у нас будет исключительно тупорылая шоу-программа и отвратительный диджей! — неопределённо махнув рукой, добавила она.

Затем мотоцикл с ведьмой сорвался с места, пропылил по грунтовой дороге куда-то в сторону рынка и исчез за поворотом.

Сашка довольно растерла шею руками. На душе ещё чуть-чуть полегчало, и думалось уже всё больше не о Заре и её жестоких фокусах, а о предстоящем воскресенье.

Жизнь снова входила в привычную колею. Не идеальная жизнь. Зато настоящая.

Комментарий к

*(с) Noize MC — Жвачка