КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 426009 томов
Объем библиотеки - 582 Гб.
Всего авторов - 202714
Пользователей - 96501

Впечатления

poruchik_xyz про Чжан Тянь-и: Линь большой и Линь маленький (Сказка)

Это старая версия книги, созданная на облегченном редакторе. Сегодня я залил более качественную версию - если решите качать, скачивайте её!

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
imkarjo про Усманов: Выживание (Боевая фантастика)

Грибы? Грибы в весеннем лесу! Белые. Хочу, хочу, хочу.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
DXBCKT про Уиндэм: День триффидов (Научная Фантастика)

Чем больше я читаю данную книгу, тем больше понимаю что это — «книга пророчество»... И не сколько в реальности угрозы «непонятного метеоритного дождя (после которого все ослепнут) и не сколько в создании неких «шагающих растений» (которые станут Вас караулить на площадке возле подъезда)... Нет! На мой (субъективный) взгляд — пророчество этой книги в том, как именно должен себя вести (случайный) индивидуум выживший после катастрофы вселенского масштаба. Автор как бы говорит нам, что:

- уже через 5 минут после катастрофы, начинают действовать другие законы (жизни) и вся цивилизационная мораль не только «летит к черту», но и становится основной причиной смерти. Конечно полная «отмороженность» ГГ (спокойно наблюдающего как красивая женщина выпрыгивает из окна) мне совсем не импонирует, но если задуматься над тем что именно должен делать герой (единственный «зрячий» посреди города слепых) начинаешь чуть-чуть понимать его точку зрения...

- и конечно (на самом деле) я бы хотя-бы попытался помочь (остановить, отговорить), но автор тут же дает нам примеры того как «добрые самаритяне» мновенно становятся «вещью» в руках толпы отчаявшихся (и слепых) людей... Думаю в этом отношении автор так же прав и в случае «дня Пи...», любой человек обладающий полезными навыками (умением, ресурсами) мновенно превратиться в объект торговли (насилия, рабовладения и тп), поскольку выживание не может не означать отмену «всех конституционных прав» (по мысли сильного или того кому терять больше нечего). В финале книги нам дается дополнительный пример того как «объявившиеся спасители» мгновенно начинают «строить» (выживших) главгероев (обосновывая это разными моральными соображениями и необходимостью выживания «всего человечества»). При этом — мотивировка по сути совсем не важна... важно лишь то, принимаешь ты приказ «от новых господ» или находишь в себе силы «послать их на...»;

- что же касается «нездорового» (но вполне оправданного) цинизма ГГ (а по сути автора) к миллионам слепых сограждан (оставшихся «один на один» в условиях анархии), то по автору — либо Вы «пытаетесь тянуть в одиночку» весь тот груз который (худо-бедно) раньше исполняло государство (всех накормить, всех построить и всех уговорить), либо Вы равнодушно набираете «гору хабара» и попытаетесь «тихо по английски» уйти с места событий... По типу — а что я могу? И самое забавное (при этом) что стать трупом (пусть и действуя из самых благих побуждений) гораздо проще именно «спасая толпу», а не игнорируя ее...

- так же в этой книге автор пытается донести до читателя, что никакой «сурвайв» одиночек просто невозможен (в плане предстоящих десятилетий) и что выжить (в обозримом будущем) сможет только большая группа (община) построенная по принципу четкой иерархии... Данный факт еще раз подтверждает (предлагаемый соперсонажем) способ решения «демографической проблемы» — взятие «под опеку» зрячими — незрячих только при условии полезности (например «в жены для гарема», как это принято в прочих «отсталых странах»). Не хочешь? Ну и иди на все четыре стороны... и попытайся выжить со своими «передовыми взглядами на сексизм, феминизм и прочими незыблем-мыми правами женщин»)) Как говорится — ничего личного... в группу вступают только те люди кто полностью «осознает масштаб грядущих жертв», и никакая оппозиция (мнящая себя кем угодно, но по факту являющаяся лишь индивенцами) более никем содержаться не будет... просто потому что «дураки уже вымерли». В книге автор неоднократно продолжает разговор «о равноправии полов» (кто кому «что должен» в условиях «пиз...ца») и о том что «в новом обществе» нет места приспособленцам, или (даже) «просто хорошим людям» которые не обладают абсолютно никакими (полезными для выживания) навыками.

- в группе «новой формации» конечно должны быть люди, которые занимаются умственным трудом (а не физическим), плюс это учителя, медики и тп... Но все эти «преимущества» отдельных лиц должны быть строго регламентированны (и что самое главное) оправданы результатом (их труда) по отношению к другим «работающим членам общины»... А остальные «работающие в поле» (в свою очередь) должны иметь возможность прокормить «лишние рты» (не задействованные в производственной цепочке). Уже это одно показывает неспособность выживания малых групп, а в конечном счете означает их вырождение (через одно-два поколение). ;

- сразу стоит сказать что представленная (автором) проработанность факторов апокалипсиса (первый — метеоритный дождь и второй триффиды) мотивированны вполне убедительно и не выглядят «дико» (даже по прошествии времени). И конечно (хоть) происхождение «данного вида» мутантов несколько... хм... Однако то что «причина всеобщего конца» обязательно грянет из закрытых военных лабораторий (как следствие именно военных разработок) тут автор (думаю) попал «прямо в точку»;

- еще одним «предвидением» (автора) стала (описываемая им), неспособность освоения «нынешним поколением» длинных передач (обучающего или просвещающего характера), не более 1 минуты — дальше «мозг отключается» и информация не усваивается... Блин! А ведь этот роман написан не пару лет назад... и даже не 10 лет назад... Он написан в 1951-м году!!!!!! Бл#!!! В это время еще тов.Сталин прекрасно жил и поживал!!! И никакого жанра «постапокалипсиса» еще не существовало и в помине...

- В общем (автор) очень емко разложил «все сопутствующие» катастрофе явления, которые могут помочь или помешать «выживанию индивидуума». Когда читаешь эту книгу — возникает множество мыслей, но (думаю) я и так уже (несколько сумбурно) изложил некоторые из них... Еще одной (разницей) по сравнению с «более современными собратьями», стало то (что автор) дает описание не только «первого года» после катастрофы, но и последующего десятилетия — очень красочно изобразив все то, что останется от «вечно доминирующего человечества», спустя 5-10 лет после катастрофы.

P.S Я тут совсем недавно купил (с дури) очередную «шибко разрекламированную весчЬ» (которой предрекали место «САМОГО ВЕЛИКОГО ТВОРЕНИЯ» десятилетия... П.Э.Джонс «Точка вымирания» (цикл «Эмили Бакстер»)... По ее поводу я уже высказался отдельно — однако (если) поставить два этих произведения и сравнить... Думаю что «шикарная книга П.Э.Джонс'а, лауреат чего-тотам» от стыда «должна сгореть» прямо на глазах... Это как раз тоже аргумент к вопросу «о вырождении»))

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).
1968krug про SilverVolf: Аленка, Настя и математик (Порно)

super!

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Витовт про Престон: Сборник "Отдельные триллеры". Компиляция. Книги 1-10 (Триллер)

Как и обещал, выполнил обещанное, приятного чтения!

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
Витовт про Престон: Циклы: "Уаймэн Форд" и "Джереми Логан". Компиляция. Книги 1-9 (Триллер)

Переделанный вариант предыдущего файла. Сделана разбивка на два цикла (пока). Позже сделаю отдельные триллеры, отдельной компиляцией. Дело в том, что в старом варианте существует проблема со ссылками. Вот этот огрех и хочу исправить. Этот файл без проблем! Sorry!

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
загрузка...

Мой муж — дракон (fb2)

- Мой муж — дракон (а.с. Империя драконов Шитар-2) 622 Кб, 177с. (скачать fb2) - Екатерина Вострова

Возрастное ограничение: 18+


Настройки текста:



Екатерина Вострова Мой муж — дракон

Глава 1. Спаситель

Бар был грязным, темным. Заплеванный пол вызывал брезгливость даже ходить по нему, но деваться было некуда. Убегая среди ночи из дому, много денег Маргарита взять не смогла, потому дорогие столичные отели были не по карману. Бродить же по улицам до рассвета представлялось куда более опасным занятием.

Стараясь не поднимать высоко голову, девушка прошла к барной стойке и осторожно присела на краешек высокого стула. Резкий запах алкоголя мешался с запахом курительных смесей и еще чем-то кислым. Она еле пересилила себя, чтобы не прикрыть лицо платком.

Спиной чувствовались чужие взгляды. Кажется, слишком уж разительно отличалась она от здешних обитателей.

Местный контингент составляли подвыпившие мужчины в мятых одеждах всех возможных цветов и фасонов, женщины в фривольных платьях, выставляющих напоказ их прелести.

Маргарита привыкла к тому, что статус крови всегда можно легко определить по тому, во что человек одет. Черное — драконы, красное — неодаренные, коричневое — полукровки. Но тут никто не спешил выставлять себя напоказ. Да и она сама, убегая, накинула поверх коричневого платья длинный темно-зеленый плащ.

— На вывеске написано, что вы сдаете комнаты… — Обратилась она к стоящему за стойкой мужчине.

Лучшим вариантом было снять номер до того, как кто-нибудь прицепится, но не успела она договорить, как рядом уже сидел невысокий тощий парень:

— Чем тебя угостить? — Спросил он, обдавая перегаром.

— Спасибо, я не хочу…

— По лицу вижу, что хочешь, милашка. — Хохотнул он, взъерошивая левой рукой и без того торчащие во все стороны волосы. — Я Рональд. Как тебя зовут, милашка?

Маргарита постаралась отодвинуться, но тут же уперлась спиной в кого-то другого.

— Ронни, познакомишь со своей новой подружкой? — Пробасил прокуренный голос сзади.

Девушка дернулась. Кто-то бесцеремонно ухватил ее за талию и подтащил к себе, усаживая на колени.

— Отпустите меня!

Но ее просьбу никто и не думал выполнять. Чужие потные руки крепко удерживали. Грязная ладонь зажала ей рот.

— Давай ее напоим? — Снова засмеялся тот, что назвался Рональдом. — Чтоб не рыпалась.

— Я люблю, когда сопротивляются. — С этими словами второй мужчина противно облизал ее щеку.

Маргариту передернуло от омерзения. Она заметалась из стороны в сторону, но хватка была слишком сильной. Внутри что-то оборвалось.

«Гера! Не успела выйти из дома, как вляпалась в неприятности» — пролетела паническая мысль в голове. Вот сейчас ее напоят, изнасилуют, и хорошо, если в живых оставят.

Перед глазами замаячила небольшая кружка. В нос резко ударил запах крепкого алкоголя.

Маргарита всхлипнула. Какая же она неудачница! И толку сейчас от ее магии и талантов, если она ничего не умеет? В Академии не училась, хотя ей уже восемнадцать. Даже постоять за себя не может, не то, что брат.

Шершавые пальцы зажали ей нос, пытаясь заставить расцепить зубы и вылить пойло в глотку. Она мычала, вырывалась, но все без толку.

— Отпустите девочку, она не ваша. — Резкий надменный голос заставил мужчин остановиться.

Маргарита притихла. Ее весьма ощутимо колотило. Скосив глаза, она увидела фигуру в черном плаще и старомодном черном цилиндре. Дракон! Отец вернулся домой раньше и, узнав о ее побеге, начал поиски?

Мысль об этом принесла облегчение пополам с сожалением. Маргарита сбежала, чтобы поступить в Академию. И если ее сейчас заберут домой — следующий шанс появится не раньше, чем через год.

— Твоя, что ли? — С опаской спросили пристававшие к ней, но руки все же разжали. Связываться с драконами — себе дороже, особенно, если нет под рукой парочки замедлителей.

— Моя. — Лаконично ответил дракон.

Маргариту толкнули в его сторону, и если бы пришедший на выручку мужчина не поддержал — она обязательно упала бы на вызывающий гадливость пол бара.

Спаситель выглядел недовольным. Неудивительно. Наверняка он был одним из подчиненных отца, которого сорвали из дома посреди ночи, чтобы отыскать беглянку.

Несмотря на весь ужас и испуг от того, что могли с ней сделать пьянчуги после того, как напоили бы до бессознательного состояния, девушка невольно содрогнулась при мысли о том, что будет, когда отец узнает из какой ситуации ее пришлось спасать.

Единственной, кто мог успокоить отца — это мама, вот только здесь она наверняка будет полностью на его стороне.

С этими невеселыми мыслями Маргарита и не заметила, как спаситель вывел ее из бара и посадил в повозку.

— Я успел вовремя. — Усмехнулся мужчина.

Его мрачное выражение лица показалось смутно знакомым. Должно быть, она уже видела его раньше, только где? К ним домой отец никого не приглашал, а сама она нечасто где-то бывала.

Настроение было отвратительным, а руки мелко дрожали. Хотелось позорно разреветься, но вместо этого она упрямо стиснула зубы и вздернула подбородок повыше.

— Я бы и сама справилась. — Девушка отвернулась к окну.

Конечно, она врала, не справилась бы. У многих полукровок были особые таланты, которые они могли использовать без какого-либо обучения. Ее таланом был взлом. Она легко снимала чужие чары, вскрывала замки, для нее не существовало закрытых дверей. Вот только толку от этого дара в сегодняшней ситуацией не было никакого.

Мужчина вновь усмехнулся, никак это не прокомментировав. Маргарита искоса глянула на него. Драконы живут долго, гораздо дольше, чем люди в родном мире ее матери. Интересно, сколько лет сидящему перед ней? Тридцать пять? Сорок? Сто?

Длинные черные волосы, высокие скулы, крючковатый нос. Нет, определенно она его где-то видела.

— Мы с вами не знакомы? — Наконец, прервала она тягостное молчание.

— Если только заочно. — Мужчина насмешливо поглядывал на нее. — Но я много о вас знаю.

«Еще бы», — мелькнуло у нее в голове, — «папа на работе наверняка всякие небылицы про свою непутевую дочь рассказывает».

— И что же вы обо мне знаете? — Немного резче, чем следовало, спросила девушка.

— Знаю, что вы талантливая, храбрая, немного безрассудная. — Дракон кивнул в сторону, явно намекая на недавнее происшествие.

Он наклонился вперед, слегка понижая голос, и Маргарита инстинктивно наклонилась к нему на встречу.

— Еще знаю, что вы очень красивы, но совершенно не умеете красотой пользоваться. Родители слишком опекают вас, но их нельзя за это винить.

Девушка почувствовала, как на щеках загорается краска. Впервые кто-то посторонний сказал ей о том, что она красива. Это было… волнительно и приятно. Она вдруг почувствовала себя старше, взрослее. Мужчина напротив расплылся в хищной улыбке.

В повозке моментально стало жарко. Захотелось скинуть с себя плащ, дыхание участилось. Что это с ней?

И этот дракон напротив нее… такой сильный, опасный, загадочный. Как его зовут? Она, должно быть, прослушала, когда он представлялся. Переспросить, наверно, будет невежливо. Как же узнать, как его зовут?

Девушка инстинктивно облизала губы, борясь с собой. Чтобы отодвинуться и оторвать взгляд от резко очерченных губ, пришлось приложить всю силу воли.

— Расскажите, почему вы сбежали из дома? — Низкий бархатный голос обволакивал.

Маргарита резко втянула в себя воздух. Кажется, ей еще никто так не нравился, как этот мужчина. Или просто дело в том, что до этого она ни с кем не бывала так близко, да еще и наедине?

— Утром зачисление в Академию. — Пожала плечами она. — А отец против поступления.

— Отец беспокоится за вас.

Маргарита на это лишь закатила глаза:

— Да что со мной там может случиться?

— Ну, например, вас могут похитить. — Новый знакомый расплылся в завораживающей улыбке хищника, и у Маргариты перехватило дыхание. Как же он был красив!

— Я так и не поблагодарила вас за спасение…

— Так давайте это исправим. — Промурлыкал дракон, а в следующий момент ухватил рукой за подбородок и притянул к себе, впиваясь в губы жестким поцелуем.

Мир буквально взорвался. «Неужели это взаправду?» — мелькнула заполошная мысль, но тут же растаяла под шквалом эмоций.

Губы неумело пытались отвечать. Дракон надавил языком, и они раскрылась навстречу.

Длинные пальцы коснулись шеи. От бархатных прикосновений по телу прокатилась сладостная истома. Его рука спустилась ниже, скользнув вдоль позвоночника, вторая впилась в волосы, оттягивая назад. Маргарита резко выдохнула, запрокидывая голову. Горячее дыхание обожгло ключицу, отзываясь искрами удовольствия.

Несмотря на охватывающее желание, она понимала, что нужно остановиться, пока все не зашло слишком далеко. Марго попыталась отодвинуться, но хватка у дракона была железной.

— Пожалуйста, перестаньте…

Тот словно не слышал. Ее плащ полетел на сидение, а мужчина уже оглаживал руками лиф платья. Возбуждение моментально сменилось страхом и паникой.

— Хватит! — Крикнула она, и, что было сил, толкнула его. — Что вы себе позволяете?!

Сердце билось часто-часто, руки дрожали. Ухватив плащ, она попыталась им прикрыться и отодвинулась подальше, насколько это позволяли размеры повозки.

— Я думал, вы хотели меня поблагодарить. — Как ни в чем не бывало, ответил мужчина, поправляя сюртук.

Маргарита отвернулась к окну. Солнце вот-вот должно было взойти. Но уже сейчас по освященной первой лучами местности можно было точно сказать, что они выехали за город.

— Куда мы едем? — Нахмурившись, спросила она.

Она думала, что ее довезут до работы отца, а оттуда через стационарный телепорт отправят домой.

— Знаете, Маргарита. Пожалуй, я должен извиниться. — Задумчиво пробормотал новый знакомый вместо ответа на вопрос.

— Я никому ничего не скажу. — Напоминание о поцелуях отозвалось горячей волной. Стыдно признаваться, но ей действительно были приятны его прикосновения.

— Вы меня не так поняли. — Отмахнулся дракон. — Извиниться за то, что не представился.

В повозке повисла тишина, нарушаемая лишь скрипом и стуком колес о выбоины на дороге.

— Достопочтимый Элигос Дивуар. К вашим услугам. — Мужчина театрально взмахнул рукой, изображая принятые в старые времена церемониальные поклоны.

Маргарита замерла, чувствуя, как начинает задыхаться. Вот теперь ей стало по-настоящему страшно.

— Мы ведь не домой едем? — Сдавленным голосом прошептала девушка, ругая себя последними словами. Дура, какая же она дура!

— Нет, моя дорогая. Я вас похищаю.

Дракон оказался рядом в мгновение ока. Переместился так, как умели только чистокровные — с невидимой для обычного глаза скоростью. Прижал к лицу какую-то дурно пахнущую тряпку. Вдох-другой, и мир погрузился во тьму.

Глава 2. Ритуал

От лежания на холодном камне затекла спина. Маргарита попыталась пошевелиться, но руки и ноги, опутанные веревками, уже почти не чувствовались. Ночной ветер пронизывал платье насквозь, забираясь под исподнее. Они были в какой-то роще. Солнце уже встало, высвечивая верхушки высоких сосен. На краю сознания она поразилась тому, как далеко они забрались — хвойные породы росли в основном на самых окраинах империи.

Маргарита извернулась, пытаясь заглянуть в лицо нависшему над ней мужчине. Отчаянно хотелось плюнуть в него, да мешал вставленный в рот кляп.

Еще двадцать лет назад Элигос Дивуар был одним из самых завидных холостяков в Шитаре. Глава знатного рода, дракон, к которому благоволила императорская семья. А потом была попытка переворота, в результате которой в живых из всей семьи остался только он — подавшийся в бега преступник, лишенный владений и титула.

Теперь-то она знала, почему его лицо показалось знакомым. Она видела его однажды на портрете в пожелтевшей от времени газете. Кошмар ее юности с тех пор, как она узнала о существовании старого судебного решения.

Давным-давно ее отец убил на дуэли полукровку из рода Дивуар. За это суд обязал отдать отца полукровку из своего рода взамен убитого. Её.

Девушка помнила, как вздрагивала от каждого шороха по ночам, боясь, что это Элигос явился за ней. Но время шло, страхи забывались, а преступник так и не объявился. И вот теперь, спустя столько лет, она по собственной глупости попала в его руки.

Элигос, увидев, что она очнулась, прицокнул языком.

— Дорогая, я сейчас вытащу кляп, а ты постарайся не делать глупостей. — Мужчина потянулся, освобождая ее рот.

— Отпустите меня! Если отец узнает… — Зашипела Маргарита, стараясь, чтобы голос звучал как можно более грозно.

— Не так уж он и всесилен, как тебе казалось. — Мужчина презрительно фыркнул.

В его руке блеснул нож.

— Вы… вы меня убьете? — Весь напор тут же улетучился. Умирать ей совсем не хотелось.

Дракон тем временем приблизил острие кинжала к самой ее шее, слегка надавил и повел вниз. От опасной близости холодного металла замирало сердце. Ощущение чужой власти заставляло трепетать. Кажется, она даже дышать стала через раз.

— Убить? — Элигос задумался. — Признаюсь, я рассматривал такой вариант. Вот только в чем смысл от подобной мести, если я даже не увижу выражение лица старины Хелвина в тот момент, когда он узнает о твоей безвременной кончине. Ни толка, ни удовольствия.

— Тогда что вы собираетесь делать? — Маргарита говорила с предыханием, не в силах оторвать взгляд от острия, скользящего по ее телу.

Дракон расплылся в той самой улыбке, которая в момент их встречи так понравилась девушке. Вот только теперь хищное выражение лица вызывало страх. Вместо ответа он принялся срезать пуговицы на лифе ее платья. Маргарита дергалась каждый раз, как от пощечины, когда очередной кусок перламутра отскакивал в сторону.

— Что-нибудь слышала о ритуале «Уном анимам»?

Девушка сглотнула. Конечно, она слышала. Любая девчонка, читавшая в детстве сказки, знала, что это такое. «Жили они долго и счастливо и умерли в один день». Долго и счастливо этот ритуал не гарантировал, а вот умереть в один день — пожалуйста.

Когда-то ей казалось это безумно романтичным. Связать с кем-то, кого любишь, свои судьбы. Чтобы твоя боль — была его болью, а смерть одного — несла смерть и для другого. Она долго не могла взять в толк, почему родители, которые так любили друг друга, не решились на этот ритуал. «А если что-то случится, со мной или папой…» — пыталась объяснить ей мама в ответ на расспросы. — «Мы же вас тогда совсем одних оставим».

— К чему вы клоните?

Нет, действительно. Причем тут свадебный ритуал? Не хочет же он и в самом деле… Нет, быть не может! Для проведения подобного ритуала он должен получить как минимум согласие отца, как главного в роду, а иначе магия просто не откликнется. От мысли об этом стало немного легче.

Элигос тем временем разделался с последней пуговкой. Платье распахнулась, обнажая корсаж, поддерживающий грудь. Мужчина резким движением вспорол шнуровку.

Маграгита всхлипнула, инстинктивно пытаясь свести руки, чтобы прикрыться, но от этого движения только свело судорогой плечи. Ветер обдувал неприкрытую кожу, заставляя соски твердеть от холода. Впервые посторонний человек видел ее в таком виде. Было в этом что-то неправильное, запретное.

Дивуар потянулся убрать испорченную одежду, но неожиданно замер, оценивающим взглядом рассматривая девушку.

Она вдруг резко ощутила всю беспомощность своей позы. Выставленная грудь, обездвиженные руки, разведенные в стороны ноги, привязанные за щиколотки. Маргарита зажмурилась. С каждой секундой безнадежность положения все сильнее и сильнее давила на нее. Надежда на то, что кто-нибудь приедет и спасет ее, угасла, оставляя вместо себя лишь страх.

Она ведь сама все спланировала. Идеальный, по ее мнению, план. Брат был на учебе, а родителей до утра в Шитаре не должно было быть. Они навещали бабушку в родном мире ее мамы. Отец, конечно, был параноиком, но его следилки, благодаря своему дару, она научилась снимать еще в пять лет. Готовясь к побегу, она год вела себя безупречно. Усыпляла бдительность, чтобы в нужный момент они позволили ей остаться дома одной. И вот теперь все это обернулось против нее же.

Маргарита почувствовала легкое прикосновение к своей щеке, дракон осторожно убрал с ее лица волосы. Она распахнула глаза, испуганно гладя на Элигоса.

— Ты когда-нибудь была с мужчиной? Не то, чтобы я был привередлив, но у Уном анимам есть побочные эффекты, и лучше обсудить все заранее, пока мы оба еще способны соображать.

— Вы не сможете провести его. Без согласия моего отца — магия не откликнется, а он никогда…

Ее сбивчивую речь прервал раскатистый смех Дивуара.

— Дорогая моя, ты неподражаема. Только причем здесь опять же старина Хелвин? Его мнение никого не интересует. Видишь ли, Марго… ты не против, если я буду так тебя называть? Так вот, двадцать лет назад твой ублюдочный папаша был помолвлен с моей кузиной. Та была больная на всю голову, а поскольку твой отец все-таки не полный кретин, он быстро понял это и бросил ее. В итоге дражайшая кузина подговорила моего бастарда вызвать Хелвина на дуэль. Дэуль состоялась. Сын погиб, ибо сестрица знатно проехалась ему по мозгам, чтобы бился до последнего за ее честь и не признавал поражения. А потом был суд, который признал дуэль полукровки против дракона — незаконной. Твоего отца обязали выплатить компенсацию — отдать полукровку в наш род взамен убитого. Так что формально ты — моя. Можешь не переживать. Магия обязательно откликнется.

Элигос говорил зло, хлестко, буквально выплевывая каждое слово. Для Маргариты все это было очень далеким. Двадцать лет — да она живет на этом свете меньше. Но вот в речах мужчины, нависшего над ней, чувствовалась такая жажда мести, что, кажется, никакой срок — ни двадцать лет, ни сто двадцать — не смогут ее затушить.

«Ты когда-нибудь была с мужчиной?» Маргарита закусила губу и часто-часто заморгала, пытаясь остановить подступающие слезы. О чем обычно жалеет девушка в день свадьбы? Явно не о том, что успела сохранить девственность.

Дивуар залез во внутренний карман сюртука, доставая оттуда ритуальный уголек.

Почувствовав прикосновение угля к коже, девушка резко выдохнула. Дракон действовал неторопливо, сосредоточенно вычерчивая на обнаженной груди черные руны.

— Еще до того, как Шитар стал империей, на его территории существовало множество мелких королевств. Ритуал использовали, когда враждующие королевские семьи решали, что плохой мир — лучше доброй войны, и женили своих детей. В случае покушения с любой стороны умирали сразу оба новобрачных, — голос мужчины был низким, завораживающим. Маргарита чувствовала себя кроликом, застывшим перед большой змеей. — А побочный эффект был нужен для того, чтобы они сразу не убили друг друга. Юному возрасту свойственен максимализм. Можно решить, что навязанный брак — хуже смерти.

— А разве это не так?

— Не так. Хуже смерти может быть только смерть. Долгая и мучительная, я имею ввиду. Но ты мы сможем поспорить на эту тему. Эффект держится часов десять. Не больше.

Маргарита почти не слушала, слишком сложно было сосредоточиться. Она ощутила медленное движение кисти над кожей. Вот мужчина словно случайно задел сосок, прочертил дорожку к пупку.

Было ли это воздействие магии? Побочный эффект, о котором упоминал Дивуар? Она сама не заметила, как начала дышать чаще, глубже. Ветер больше не казался холодным. Теплые волны пробегали по телу, отзываясь на малейшее прикосновение.

Что с ней такое? Почему она выгибается навстречу чужим ладоням?

— Я почти закончил. — Голос мужчины стал неожиданно хриплым и низким.

Говоря это, он облизнул губы, и Маргарита поняла, что неосознанно повторила движение. Ярко вспомнился их поцелуй в повозке. Дурманящий, пьянящий. Напор дракона, его властные руки, подчиняющие движения языка. Что было бы, если бы она не остановила его тогда?

В голове замелькали порочные образы. Только вот в них она сама проявляла инициативу, вплетала пальцы в смоляные волосы Элигоса, бесстыдно прижималась к нему, усаживалась на колени.

Мужчина тем временем закончил вычерчивать знаки на ее груди и ненадолго остановился:

— Это труднее, чем я думал. Еще две руны. — Прошептал он словно бы сам себе, а затем резко сорвал остатки платья.

Все, что осталось надето на Маргарите — тонкие трусики и чулочки с подвязками, вот только смущения больше не было.

Еще одно касание — уголек расчертил внутреннюю сторону бедра, вырвав сладостный стон.

Вторая рука Элигоса вдруг мягко коснулась ее живота, поглаживая. Она выгнулась навстречу. Незнакомые, волнительные ощущения захватили ее. Дивуар не выдержал, провел рукой снизу вверх, охватывая грудь, зажимая сосок между пальцами. От его манипуляций внизу скрутило тугой спиралью, раскаляя желание до предела. Все ее естество наполнилось нетерпеливым ожиданием продолжения мягких осторожных касаний.

— Гера! — Выдохнул сквозь зубы дракон, с явным сожалением отрывая ладонь от ее груди.

Пока он готовил заключительные руны, Маргарита лишь кусала губы, захваченная ощущениями.

Элигос очертил подушечками пальцев линию ее белья, а затем одним движением порвал трусики, отбрасывая прочь.

От взгляда, которым он одарил ее там, томящее ощущение только усилилось. Она невольно постаралась развести ноги шире — но веревки не дали ей этого сделать.

Все сомнения стерлись. Она больше не властвовала над своими чувствами. При этом разум был кристально чист. Абсолютно ясное понимание происходящего. Вот только страх перед опасным преступником, человеком, которого разыскивает вся империя, таинственным образом превратился в трепет.

Последняя руна была вычерчена прямо над треугольником темных волос, и Элигос с видимым облегчением отбросил уголь в сторону. Снова взялся за нож, без сомнения разрезая ладонь. Алые капли падали на живот Маргариты в то время, пока мужчина читал слова ритуала.

Магия откликнулась на призыв. Девушка видела, как небо пронзили яркие линии. Плетения рун начали нагреваться. Ее бросило в жар. По телу словно блуждали десятки невидимых рук, лаская, нежно гладя самые сокровенные места. Она застонала, не в силах сдерживаться.

Сладкая волна накатила, словно из ниоткуда, захватила, заставляя выгибаться дугой. Низ живота наполнился огнем, мир вспыхнул миллионом цветов. Переведя взгляд на дракона, она поняла — он сейчас испытал то же самое.

Тяжело дыша, мужчина смотрел на нее голодным взглядом:

— Объявляю нас мужем и женой. А теперь можно поцеловать невесту.

Глава 3. Эйфория

Элигос нетерпеливо срезал веревки, удерживающие Маргариту: сначала освободил руки, потом ноги и, не удержавшись, припал губами к ее стопам.

Девушка потянулась, но затекшие конечности не желали слушаться. Вопреки ожиданиям, это вызвало у нее только тихий смешок. Дракон, увидев проблему, улыбнулся и подхватил ее на руки. Маргарита прижалась к мужчине и вскинула голову.

Их уста встретились, языки сплелись, изучая, лаская друг друга. По телу пробежала дрожь удовольствия. Руки мужчины обхватывали и мяли обнаженные ягодицы, в то время как остатки платья соскользнули на землю. Маргарита попыталась что-то сказать, но ее слова потонули на горячих губах Элигоса.

Когда тот спустился ниже, прокладывая дорожку влажных поцелуев от шеи к ключице, она запрокинула голову от удовольствия. Они были на небольшой полянке рядом с маленьким домиком и покосившимся колодцем. Вокруг стоял нечастый сосновый лес.

В этот самый момент дракон добрался до ее груди, лизнув за сосок. Маргарита ахнула, покусывая губу.

Дивуар, не спуская ее с рук, понес к домику. Внутри была только одна комната. Все, за что зацепился взгляд девушки — узкая железная кровать в углу.

Элигос положил ее на покрывало и принялся нетерпеливо расстегивать пуговицы на сюртуке. Но пальцы, подрагивающие от возбуждения, не желали слушаться, и тогда он просто рванул полы одежды в стороны. Барабанная дробь осыпающихся на пол пуговиц заставила Маргариту вздрогнуть, но желания это ничуть не поубавило. Она призывно развела ноги в стороны. Стыд, стеснительность — все это осталось снаружи, распятое на ритуальном камне и смытое волнами магии. Здесь и сейчас больше не было ни сомнений, ни противоречий. Память о том, что это враг, что он похитил ее, никуда не ушла. Просто сейчас это казалось неважным. Отошло в сторону. Она хотела его. А что может быть естественнее, чем слиться воедино с желанным мужчиной?

Элигос, сбросивший одежду, тут же припал к ее груди. Лаская языком, слегка прикусывая зубами. Второй рукой он гладил ее живот, пробираясь все ближе к чувствительным складкам, охраняющим вход в тело.

Маргарита выгнула спину, давая лучший доступ к своему лону. Ей хотелось этих прикосновений. Бесстыдных, откровенных. И дракон не разочаровал, начав ласкать стремительно наливающийся кровью клитор. Она никогда прежде не испытывала подобного, и оттого вела себя неумело. Ей хотелось бы доставить взаимное удовольствие, но она понятия не имела, как это сделать.

В этот самый момент он ввел в нее палец. Девушка охнула от внезапного ощущения постороннего и чужеродного внутри нее.

— Тише, тише… — Зашептал Дивуар, давая время привыкнуть.

Он снова принялся ласкать языком ее грудь, теребя соски, отвлекая от дискомфорта, но как только Маргарита начала отвечать стонами на движения его языка и губ, к первому пальцу добавился второй.

Элигос осторожно двигал ими.

— Ты очень узкая. — С жаром и каким-то затаенным восхищением проговорил он.

Маргарита повернула голову, цепляясь зубами за край подушки. Она наконец разглядела мужское достоинство Дивуара, и от взгляда на него возбуждение отступило. Каким образом такие размеры уместятся в ней?

Но дракон уже вытащил пальцы и умостился сверху. Головка члена уперлась в ее влажный вход и слегка потерлась об него. От этого простого действа по телу пробежали электрические разряды.

Маргарита затрепетала. Мужчина наклонился, впиваясь в ее губы, и она с жаром ответила, прильнула, чувствуя, как трепет перерастает в огонь.

Язык Элигоса властно двигался у нее во рту, и в этот самый момент он вошел, вставляя член на всю глубину. Она застонала в его губы, ощущая себя переполненной до предела. Было больно, но вместе с тем все ощущения обострились, эмоции накалились до предела. Дракон двигался осторожно, стараясь не делать больше резких толчков. Его руки ласкали ее грудь и тело, губы целовали шею, и под действием этих ласк девушка почувствовала, как сама начинает поддаваться вперед, стараться насадиться глубже и сильнее.

Дракон, опьяненный ее отзывчивостью и податливостью, начал ускоряться.

— Какая ты сладкая… — Шептал он ей на ухо, срывая стоны с ее губ.

Он снова и снова сжимал, мял в своих руках готовое отдаваться тело, входил в него, распиная на узкой кровати.

Маргарита с готовностью принимала его, отвечая стонами удовольствия, сладострастно вскрикивая от особенно глубоких толчков.

Они подошли к пику наслаждения одновременно. Маргарита почувствовала все ускоряющиеся движения мужчины, казалось, каждый раз он входил сильнее и глубже, чем предыдущий, при этом словно задевая что-то внутри нее. Она выгнулась, чувствуя, как настигает горячая волна.

— Еще! Сильнее, только не останавливайся…

Она не сразу поняла, что это были ее слова. Это она хотела еще более яростных движений, она хотела, чтобы происходящее длилось и длилось.

Волна обрушилась в тот самый момент, как она почувствовала пульсацию члена внутри себя. Не в силах сдержаться, она застонала в голос, прижимаясь к дракону всем телом.

Элигос обнял ее, буквально рыча от застигшего оргазма.

Они так и лежали, обнявшись, не размыкая рук. Дракон был все еще в ней, но ни один из них не спешил разрывать контакт.

Маргарита тяжело дышала, прислушиваясь к мерному стуку чужого сердца. Похоть немного отступила в сторону, желание поутихло. Почему тогда ей до сих пор хочется прикасаться к этому мужчине? Почему так приятно лежать рядом, обнимая его?

— Побочный эффект от ритуала еще действует, — словно прочитав ее мысли, отозвался Элигос.

Маргарита тихонько вздохнула. Сейчас ей казалось, что все было не случайно. Ее глупый побег, бар. Дракон, в которого она влюбилась с первого взгляда. Ритуал, связавший их воедино. Хотя — стоп! Влюбилась ли? Или мысли об этом и есть тот самый «побочный эффект», о котором твердит Дивуар. В любом случае, сейчас ей было слишком хорошо, чтобы думать об этом. Сильные мужские руки, обнимающие ее, дарили тепло и чувство защищенности. Девушка внезапно осознала, что счастлива. Прямо здесь и прямо сейчас — в душе царила полная гармония, а губы сами собой расплывались в улыбке.

— Как ты оказался в баре? — спросила она, приподнимаясь на локтях.

Взгляд сам собой остановился на поджарой фигуре. Она не удержалась и прочертила пальчиком замысловатый узор.

— Следил за тобой. На самом деле я не думал, что все окажется настолько просто. Всего то и пришлось, что вырубить приставленную к тебе охрану.

— Охрану? — Маргарита нахмурилась, не понимая, о чем идет речь.

— Ты же не думаешь, что глава тайной Канцелярии, зная, что я на свободе, понадеялся лишь на благоразумие дочери, оставляя ее одну дома? Но удача сегодня была определенно на моей стороне.

— Это еще как сказать. — Она прищурилась. — У меня дурной характер, я всегда считаю, что я права, и частенько влипаю в неприятности.

— Моя дорогая, — Дивуар соблазнительно улыбнулся, — я смотрю, мы с тобой удивительно похожи. Я тоже всегда прав.

Маргарита в очередной раз залюбовалась улыбкой и, не выдержав, прильнула к его устам.

Обжигающе сладкие поцелуи были похожи на шампанское. Томительные ласки — неторопливые, нежные.

В домике обнаружился чайник, для подогрева которого Элигос использовал свою магию. Обычно драконы колдовали из рук вон плохо. Это была плата за возможность совершить оборот, за возможность взмыть в небо на собственных крыльях. Но некоторые заклинания Дивуару все же удавались, а потому немного мяса и овощей под чарами стазиса в убежище нашлось.

— Только не говори, что все двадцать лет ты живешь в этой лачуге. — Маргарита никогда не считала себя привередливой, но жить в лесу — не было пределом ее мечтаний.

— По большей части да. — Элигос досадливо скривился. — Я считаюсь государственным изменником. Ловить и казнить таких типов — полномочия главы тайной Канцелярии. А твой отец невероятно хорош в своем деле. Так что пришлось затаиться. Правда, из-за последней вылазки в столицу, возможно, придется сменить место обитания.

Несмотря ни на что, день был похож на чудесный сон. Дивуар оказался умным, интересным собеседником с приятным чувством юмора. Они гуляли по лесу, собирая чернику и дразня друг друга фиолетовыми от поедания ягод языками. Вместе готовили обед и ужин, вместе пытались починить ее испорченную ритуалом одежду. Но рано или поздно пробуждение наступает, и, как правило, в самый неподходящий момент.

Она стояла у окна, любуясь закатным небом, просвечивающим сквозь ровные стволы деревьев, и откинувшись назад. Элигос обнимал сзади. На ней была одна из мужских рубашек — платье было безнадежно испорчено. Сильные руки мимолетно прошлись по телу, и Маргарита ощутила бедрами его возбуждение. Это было невероятно лестно — чувствовать себя желанной. Мужчина по-хозяйски скользнул рукой по внутренней поверхности бедра.

— Ты меня хочешь. — Сладострастно шепнул он ей, бесцеремонно запуская палец внутрь тела, прижимаясь к ней уже готовым к соитию органом.

Девушка застонала от удовольствия, двинувшись на встречу, насаживаясь на палец. Тот тут же сменился членом.

Элигос толкнулся вперед, входя в нее. Его губы скользили по шее девушки, прикусывая нежную кожу. Руки мягко оглаживали ягодицы, властно сминая, удерживая в попытке натянуть на себя.

— Марго… — Рыкнул он, не в силах сдержать порывы, — Ты просто сводишь меня с ума.

И вдруг что-то изменилось. Настроение моментально испортилось. Несколько секунд Маргарита еще продолжала двигаться навстречу мужчине, а потом вдруг поняла, ЧТО она делает.

Она извернулась, отталкивая его.

— Гера, ты просто больной ублюдок! Ты что сотворил со мной?

Девушка часто-часто дышала, держась рукой за щербатую каменную кладку домика. Дивуар, похоже, тоже пришел в себя от воздействия магии, поскольку удивленным не выглядел. Криво улыбнулся, бросив брезгливый взгляд на Маргариту, и принялся натягивать брюки:

— Можно подумать, связать жизнь с избалованной девицей — предел всех моих мечтаний. А насчет сотворил… что-то я не заметил, что ты осталась недовольна. Кричала, что те вороны под окнами.

Она аж задохнулась от подобной наглости. Это она — ворона? А он тогда… а он… Но подходящий эпитет все не находился, пауза затягивалась.

Взгляд зацепился за порванное платье. Она схватила его, набрасывая поверх мужской рубашки, и порывисто развернулась, направляясь к двери.

Элигос перехватил ее руку, больно удерживая за запястье:

— Далеко собралась?

— Чем дальше, тем лучше. И не думай, что я все оставлю, как есть. Найду способ обратить ритуал и после этого самолично сдам тебя отцу.

— О, какой коварный план. — Насмешливо потянул мужчина. — Только вот далековато до дома, а летать ты не умеешь.

Маргарита и сама прекрасно понимала, что идти сейчас некуда, но с человеком, против ее воли совершившим над ней ритуал подобной силы, а после лишившем девственности, она оставаться в одном доме тоже не собиралась. А потому, сделала шаг к нему навстречу и, что было силы, наступила на ногу.

— Ублюдок… — прошипела она сквозь стиснутые зубы.

И вдруг собственную ногу пронзила боль, словно это ей только что ногу отдавили. Маргарита от неожиданности коротко вскрикнула и дернулась, дракон ослабил хватку. Девушка отпрыгнула в сторону, неверящим взглядом смотря на него. Все это смахивало на плохой сон. Разве такое бывает на самом деле? Нужно было уходить, и плевать, куда.

Она выскочила за дверь, бросившись в лес. Подумать только. Еще вчера она была дома, а сегодня — замужем за самым разыскиваемым преступником всего Шитара.

Но уйти далеко она не успела. Разом стемнело, а вокруг то тут, то там послышался негромкий знакомый свист — звук телепорта. Она задрала голову и поняла, в чем причина внезапной темноты — небо закрывали черные крылья сразу трех драконов.

Рядом появился высокий молодой мужчина в серой форме агента канцелярии.

— Сударыня Хелвин? Я агент тайной Канцелярии — Валентин Деменс. Я помогу вам.

Маргарита обернулась на маленький домик — его уже окружали другие агенты. Спустя секунду раздался сдавленный крик Элигоса, а мгновением позже Маргарита поняла, почему он кричал.

Она ощутила, как все внутренности разом словно стянули в одну точку и хорошенько взболтали раскаленным железным прутом. Она согнулась, чувствуя, что ее сейчас вывернет наружу, прямо под ноги Валентину, но тут пытка повторилась.

В глазах потемнело от боли и тело не выдержало, погружая сознание в благословенную тьму.

Глава 4. Странные сны

Сколько себя помнила, Маргарита всегда видела странные сны. В них было много огня и мало смысла. В детстве они вызывали ужас, оставляя после себя пугающие ощущения. Тело не желало слушаться, грудь сдавливало, не давая толком сделать вдох, а вокруг роились неясные тени.

Отец приводил докторов, те проводили диагностику, пичкали лекарствами, заставляли делать медитативные упражнения — но ничего не менялось.

Как-то после очередного «обследования» она подслушала вызванного специалиста, сообщающего родителям поставленный диагноз:

— Ее магический потенциал слишком велик. Если бы мать не была человечкой, вероятно, организм девочки бы справился. Гены, переданные ей матерью, слишком слабы, чтобы выдержать такую мощь, и в итоге внутри нее образовался кокон. По крайней мере, не вижу других причин для подобного явления.

— Кокон? — Родители были не на шутку встревожены.

— Недоступная часть магического ядра. Не могу определить, что там. Но вполне вероятно, что симптомы — это просто попытки силы пробиться. Организм сопротивляется, поскольку это может его разрушить.

Доктор говорил еще что-то, родители переспрашивали, уточняя детали, пытаясь выяснить способ лечения. Но ей ничего не помогало, и Маргарита, видя переживания мамы и папы, просто перестала рассказывать им о приступах. Да и постоянная необходимость в приеме лекарств и совершении дыхательных упражнений ужасно злила.

Как ни странно, но после того, как доктора перестали ей досаждать — сны стали беспокоить ее куда реже. Последние два года и вовсе не снились.

Вот только родителям было все равно. Они, памятуя о «коконе», были непреклонны — никакой учебы. Должно быть, боялись, что постоянные магические практики расшевелят ядро, и высвободившаяся сила навредит ей.

Для девушки это было ударом. Все ее способности ограничивались вскрытием замков и снятием чужих чар, кому она нужна будет в этом мире без образования? Да ее же ни на одну работу не возьмут! Перспектива сидеть всю жизнь сначала на шее у отца, а потом мужа — не очень-то прельщала.

Хотелось свободы, приключений. Но по законам Шитара полукровки могли считаться дееспособными и, соответственно, имеющими право самостоятельно определять свою судьбу, только после окончания академии.

И вот, когда до желаемой цели оставался всего один шаг, в дело вмешался Элигос Дивуар.

В этот раз ей снился он. Злость, которую она к нему испытывала, требовала выхода, и во сне девушка заставляла его извиняться перед ней. Падать на колени, вымаливая прощение. Это было приятно. Вид поверженного дракона, смотрящего снизу вверх, целующего ее ноги, завораживал. Все-таки стоило признать, что Дивуар был невероятно хорош собой. Но в какой-то момент сон изменился. Стало душно и жарко, воздух наполнился огнем, вызывая приступ удушья. Маргарита запаниковала, царапая горло руками, нужно было звать на помощь, но она была одна. Одна в тесной маленькой комнатке, запертая изнутри и снаружи.

Она проснулась, мгновенно сбросив наваждение, слушая, как колотится сердце, и мысленно уговаривая себя, что все, что привиделось — всего лишь плод воображения. Как же давно ее не беспокоили эти сны… неужели это началось снова?

Отдышавшись, девушка приподнялась, осматриваясь вокруг. Маленький кабинет с кожаной мебелью и книгами в стеллажах по периметру стен. На столике в углу — бронзовый бюст императора размером с три больших мужских кулака.

Виски и затылок жутко ломило, а по телу разливалась слабость.

— Сударыня Хелвин! Наконец-то вы очнулись, я сейчас же приведу вашего отца.

Она повернулась на голос — это оказался тот самый агент Валентин, уже виденный ей в лесу. События вчерашнего дня тут же всплыли в голове — побег из дома, бар, в котором ее чуть не споили силком, Уном анимам, побочный эффект, из-за которого она и Элигос превратились во влюбленную парочку, облава на маленький домик… Гера! В какую задницу она угодила. Она опустила глаза, осматриваясь — на ней было новое платье. Хорошо хоть ее переодели, но сколько же времени она была в отключке?

— Постой… Валентин, правильно? — Тот кивнул, вопросительно глядя на нее, — Прежде, чем ты позовешь папу, может, расскажешь, что произошло? И вообще, где я?

Мужчина выглядел слегка озадачено, но все же кивнул:

— Вы в главном здании канцелярии, в столице. Мы спасли вас от похитителя. Что-то еще?

— А где похититель сейчас? — Осторожно уточнила она. Не то, чтобы она беспокоилась за Элигоса, вот только последствия ритуала уже давали о себе знать, не хотелось бы, чтобы его снова начали пытать.

— Возможно, он уже мертв. Или скоро будет мертв, вам не о чем беспокоиться. Шеф, то есть ваш отец, решил не ждать официального судебного решения. Так что из камеры отправится сразу на погребальный костер.

— Его нельзя убивать! — Это вырвалось прежде, чем она подумала.

— Почему? — Валентин подозрительно оглядел ее.

Маргарита несколько раз открыла и закрыла рот, но ничего сказать так и не сумела. Они не знают о ритуале? А еще называются «профессионалами»! Ну и как ей самой о таком рассказывать? С другой стороны, вид, в котором ее нашли, вполне ясно говорил о том, что над ее честью надругались. В конце концов, постороннему легче о таком рассказать, чем родному отцу. Оставалось столько стиснуть зубы и, стремительно краснея, произнести:

— Он провел ритуал.

— Следов магического воздействия обнаружено не было. Вы переволновались, так что вполне естественно, что…

— Подождите, послушайте!

— Давайте я позову вашего отца, и вы все расскажете ему.

Валентин развернулся на каблуках и, не прощаясь, вышел из кабинета. В этот же самый момент кто-то словно пнул в живот. Она согнулась пополам, хватая ртом воздух. Проклятье Геры! Да она умрет прежде, чем кто-то придет сюда. А даже если и нет, как объяснить что с тобой, если от боли и говорить не можешь?

Впрочем, один плюс от этого удара был — головная боль почти перестала ощущаться.

Она встала с диванчика и, держась за стены, побрела к выходу. Удар повторился. От боли на глаза выступили слезы. Она схватилась за столик, чуть не уронив бюст императора. В этот момент ничего так не хотелось, как размозжить голову того, кто мучает ее, этой самой статуэткой. А потому, когда Маргарита, наконец, смогла распрямиться, то прихватила ее с собой, несмотря на тяжесть.

Отец однажды брал ее и брата с собой на работу. Они тогда устроили тут прятки, а благодаря способности Марго — закрытых дверей для них не существовало. Так они забрели в комнату для допросов — мрачное место с кучей цепей, железных прутьев и жуткого вида приспособлений. Отец их потом за это на неделю оставил без сладкого и больше с собой не брал, но путь она запомнила. Оставалось надеяться, что Дивуар — там.

Дважды ей пришлось прятаться, чтобы не попасться к встречным агентам, и трижды останавливаться, пережидая приступ боли.

Нужная дверь распахнулась от первого же ее прикосновения. Элигос действительно был там. Прикованный цепями к полу со спутанными, пропитавшимися кровью волосами. Неужели, пока она была без сознания, его успели так отделать?

— Сударыня Хелвин? — Мужчина, стоявший над Дивуаром, моментально узнал ее, а вот ей самой он был не знаком. Невысокого роста, всего на пару сантиметров выше ее, лысый, да еще и с усами.

— Дорогая моя! — Поприветствовал ее Дивуар, сплевывая кровью на пол. — Выглядишь отвратительно. Моя рубашка шла тебе куда больше.

Маргарита опешила от подобной наглости, не зная, как на нее реагировать. Зато среагировал охранник. Развернулся и с размаху ударил тяжелым ботиком в живот Элигоса.

— Заткни свой поганый рот в присутствии дамы.

Девушка вновь согнулась пополам, чувствуя, что еще чуть-чуть, и она выплюнет внутренности через рот.

Дивуар хохотал безумным смехом, то и дело выплевывая кровь и начиная кашлять. Приставленный к нему охранник стоял спиной к Маргарите, потеряв всякий интерес к девушке.

— Я сотру эту улыбку с твоего лица. — Пригрозил он, примеряясь ударить снова.

Она сделала это быстрее, чем задумалась о последствиях. Желание предотвратить новый приступ боли было сильнее здравого смысла. Она просто вскинула руку с зажатой в ней статуэткой и, что было силы, ударила мужчину по затылку.

То ли бюст императора оказался тяжелее, чем ей казалось, то ли отчаянное нежелание вновь задыхаться от чужых ударов придало ей силы, но охранник рухнул, как подкошенный.

— Ты проломила ему череп. — С легким удивлением прокомментировал Элигос. Он больше не смеялся и выглядел в полнее адекватным.

Маргарита тупо уставилась на кровь на затылке. Неужели она убила человека? Упрямо стиснув зубы, она наклонилась, прижимая два пальца к жилке на шее.

— Он жив.

— В таком случае, нам следует поторопиться.

— Нам? — Девушка встала, скрещивая руки на груди. — Нет никаких «нас» милый! Как только придет отец, я все расскажу ему про ритуал, а потом мы с ним вместе придумаем, как снять чары. И после этого — я лично встану в первых рядах, чтобы наблюдать за твоей казнью.

— Как патетично. Только вот, моя дорогая, ты не учла одной маленькой детали. — Элигос зло улыбнулся.

— Это какой же? — Маргарита чувствовала подвох.

— У меня очень высокий болевой порог. — С этими словами он странно вывернул ногу под неестественным углом, а затем разом перенес на нее свой центр тяжести.

Это было больно. Гораздо больнее, чем ощущались удары охранника. Словно кто-то медленно и со вкусом решил сломать ей ногу. Боль была острой, но при этом усиливалась с каждым мгновением.

— Прекрати! Хватит!

— Освободи меня. А то, знаешь, есть ведь и вторая нога.

— О, Гера, нет!

Расстегнуть кандалы ей ничего не стоило. Всего то и нужно было, что провести по ним рукой.

— Доволен? Тебе все равно далеко не уйти отсюда.

Но дракон ее и не слушал. Стоило ему обрести свободу, как он кинулся обыскивать все еще бессознательного охранника.

— Никто и не собирается уходить пешком. — Пробурчал себе под нос мужчина. — О, кажется, нашел.

Девушка осторожно начала пятиться к двери. Нужно было бежать отсюда, пока этот ненормальный не додумался взять ее в заложники. Впрочем, он ничего не сказал охране об Уно анимам, когда те избивали его. Кто знает, быть может, этому извращенцу доставляют удовольствие мысли о том, что ей больно.

— А ты куда собралась, дорогая?

Он оказался рядом в одно мгновение. Схватил, одной рукой прижимая к себе за талию.

В дверях показалась фигура отца.

— Кто не успел, тот опоздал. — Элигос демонстративно прижал ее еще крепче.

Отчего-то ей было жутко стыдно посмотреть папе в глаза. Если бы она слушала их с мамой, то всего этого бы не произошло.

Вильгельм Хелвин тенью метнулся в их сторону, но было поздно. В руках у Дивура щелкнул переключатель, раздался короткий свист. Она почувствовала рывок, а за ним невесомость.

Глава 5. Домик тетушки Жули

Они оказались в каком-то закоулке между невысокими домами. Она часто пользовалась телепортами, но до этого — только стационарными. После них всегда мутило и кружилась голова. Сейчас же пришлось буквально вцепиться в Дивуара, чтобы не рухнуть на брусчатку от накатившей слабости.

— А двадцать лет назад портативные телепорты были только у императорской семьи, да парочки криминальных гениев. — Фыркнул Элигос, — А теперь они есть даже у второсортных агентов. Ты как? Идти можешь? На руках носить я тебя не собираюсь.

— Никуда я с тобой не пойду.

— Куда ты денешься, моя дорогая? — Криво улыбнулся мужчина, дергая ее за руку.

Маргарита не выдержала и с размаху влепила ему пощечину. Собственную щеку тут же обожгло болью, голова дернулась, а в глазах заплясали звездочки.

— Гера, какой же ты мерзавец. Мне из-за тебя больно! — Она схватилась за пострадавшую сторону лица.

Самым обидным было то, что Элигос выглядел так, будто совсем ничего не почувствовал.

— Ты сама меня ударила. — С возмущением отозвался дракон. — И вообще, хорош придуриваться. Твой папаша может явиться в любой момент и испортить медовый месяц.

— Я. Никуда. Не пойду! — Отчеканила девушка, упирая руки в бока.

— Видимо, все-таки придется.

— Придется что? Ай! Отпусти меня!

Дракон подхватил ее на руки, а затем перекинул через плечо. Маргарита вырывалась, колотила руками его по спине, но делала этим больно только себе.

— Это не честно! — Хотелось надуть губы и затопать ногами. Совсем как в детстве, когда она жаловалась родителям на то, что брат отбирает ее игрушки.

— Честность для слабаков.

Они вышли из проулка на довольно оживленную улицу. Маргарита собиралась закричать и позвать на помощь, но не успела. Драконы в человеческой ипостаси способны очень быстро двигаться. Пусть на маленькое расстояние, но этого вполне хватило, чтобы проскочить улицу и снова оказаться в одном из тупиков. Они ускорялись и останавливались еще четыре или пять раз. Дважды использовали телепорт снова.

— Занятная вещица. Жаль, что нужно выкинуть. Большая вероятность, что его можно отследить. — Пояснил Дивуар.

— Скажешь хотя бы, куда мы направляемся?

Маргарита постаралась устроиться на плече дракона поудобнее. Если она не может ничего сделать, стоило попытаться хотя бы выглядеть достойно.

Некстати вспомнился день после ритуала, то, как выглядела широкая мужская спина без одежды. Нельзя отрицать, что мерзавец был невероятно хорош собой. Интересно, а удовольствие, которое она получала — это тоже следствие ритуала, или это всегда так?

Она представила, как сейчас выглядит со стороны Элигоса. Он держал ее за ноги, платье слегка задралось, а попа выпячена прямо рядом с его лицом, ему стоит лишь слегка скользнуть руками по бедрам чуть выше…

«Проклятье Геры!» — мысленно выругалась она, чувствуя, как против воли начинает возбуждаться.

— Мы идем в самое безопасное место столицы. Я там несколько раз прятался. Теперь спрячу тебя на то время, пока буду обсуждать с твоим отцом изменившиеся обстоятельства.

— Значит я — заложница? — на самом деле сейчас больше волновало, заметил ли дракон ее состояние.

«А ведь он еще даже не успел ничего сделать. Что же будет, когда он и впрямь решит залезть мне под платье?»

Фантазия живо подсунула подходящие образы. Внизу живота потеплело, а ноги непроизвольно захотелось сжать вместе.

— Не говори глупостей. Мы все-таки женаты. — Элигос хохотнул, весьма вульгарно хлопнув при этом по попе.

— Что это ты себе… — Маргарита попыталась возмутиться, но умолкла, увидев, где они остановились.

Заведение располагалось всего в паре домов от оживленной торговой площади. Красивое здание с колоннами и витражами. Цветные стекла изображали драконов в их истинной форме и юных дев, склонившихся перед ними. Над входом гордо красовалась изящная надпись: «Домик тетушки Жули».

— Только не говори, что это и есть твое самое безопасное место в столице.

— Дорогая моя. Да ты сноб.

В этот момент Дивуар снял ее с плеча, аккуратно ставя на ноги. Он задержал руки на талии чуть дольше, чем требовалось. Их взгляды встретились.

При свете дня дракон выглядел еще хуже, чем в комнате для допросов. Кровь на волосах спеклась и поблескивала на солнце, рубашка была грязной и рваной, а на скуле расцветал синяк.

— У тебя прическа… растрепалась. — Пробормотал мужчина, поправляя ей выбившуюся прядь и стремительно отводя взгляд. — Нам не стоит стоять на улице. Идем.

Девушка подозрительно оглядел вывеску.

Сказать по правде, ей действительно было интересно, что скрывается за фасадами. Всю жизнь родители опекали ее. Заботились, ограждали. И в итоге, несмотря на множество прочитанных книг и выученных уроков, она понятия не имела, что представляет собой реальная жизнь.

Маргарита понимала, что в мире полно грязи и несправедливости, но стоило подумать о том, что она могла бы совершить, как кровь начинала кипеть, а сердце замирало от предвкушения.

И, Гера забери, ей действительно было любопытно, как выглядит эта тетушка Жули. К тому же, голова почти перестала болеть, так что жажда приключений вспыхнула с новой силой.

Первое, что ощутила девушка, был стойкий запах благовоний. Он был легким, цветочным, но весьма навязчивым. Стоило им зайти в холл, как к ним вышла пухлощекая улыбающаяся девица. Одета была она странно. Типичная одежда рабынь — короткий топ и длинная юбка с большим разрезом, вот только эта одежда была красного цвета, цвета, который носили свободные неодаренные.

— Здравствуйте, достопочтимый, сударыня. — Кивнула им девица, не спуская с лица широкой улыбки.

— Привет, Клара. Я к Жу-жу. Она у себя?

— Девочек прихорашивает. — Неодаренная неопределенно махнула рукой в сторону.

Очевидно, Элигос прекрасно знал, куда нужно идти, поскольку кивнул и двинулся в глубь здания.

— Ты тут частый гость, я смотрю. — Маргарита еще не поняла, что она чувствует по этому поводу, но вот ответ ей явно не понравился.

— Не настолько частый, как бы хотелось.

Прихорашивающихся девочек они нашли на втором этаже. Большая комната с зеркалами и столиками по периметру. Внутри с десяток рабынь и одна статная красивая женщина в черном пиджаке и брюках.

— Эл! Отвратно выглядишь. — Драконица мгновенно узнала его, жеманно подставляя щеку для приветственного поцелуя. — Долго тебя не видела. Боялась, что уже точат черви.

— Жу-жу, моя дорогая, я же обещал, что умру, только если твои девицы вздумают меня загонять до смерти. Правда, девочки?

«Девочки» буквально пожирали дракона глазами, а когда он обратился непосредственно к ним, и вовсе окружили мужчину, бесцеремонно оттеснив Маргариту.

«Человечки…» — раздраженно подумала она, наблюдая, как две из них принялись жаться к дракону, поглаживать его, явно пытаясь вызвать возбуждение. Еще одна попыталась обнять сзади.

В их поведении не было ничего необычного. Секс с драконами вызывал у человеческих особей весьма стойкую зависимость. Брат рассказывал Марго, что он был на вечеринках, где приводили рабынь. Ради очередной «дозы» те были готовы буквально на все.

Наблюдая за поведением «девочек», Маргарита чувствовала, как изнутри поднимается нечто темное, злое, отдающее покалыванием на кончиках пальцев. Что они себе позволяют? Это ее мужчина! Ее дракон! И пусть он редкостный засранец, это не отменяет того факта, что в данный момент он принадлежит ей.

— Мы можем помочь принять Достопочтимому ванну… — услышала она предложение рабыни.

Стоило представить Дивуара в компании этих похотливых куриц, как затрясло от бешенства. Внутри словно что-то щелкнуло.

Элигос обернулся, мягко отодвигая девиц.

— Дорогая?

Маргарита не поняла, к чему это относилось, мельком осмотрела себя и увидела кровь на руке и следы от ногтей. Что это — она сама? И даже не заметила?

— Эл, представишь спутницу? — Заворковала Жули, подходя ближе и придирчиво осматривая ее.

— Марго, моя жена. — Дивуар подошел к Маргарите и бесцеремонно положил руку на талию.

В другой раз она непременно оттолкнула бы наглеца, высказав все, что думает относительно его грязных рук и дурных наклонностей, но сейчас лишь подняла брови, в ожидании, когда ей представят владелицу заведения.

— Марго, это моя давняя подруга, мадам Жули. У нее лучшие девочки в городе.

Зря он это сказал, определенно зря. Успокоившаяся была злость накатила снова, причем сильнее, чем до этого.

— Жена? Эл, ты полон сюрпризов. Когда ты успел жениться, негодник? — Мгновенно переключилась Жули на новую тему. — Мы с тобой должны это отпраздновать. Девочки за счет заведения.

— Ему сегодня не до девочек. — Не удержалась Маргарита. — У него по плану встреча с тестем. — На лице сама собой расцвела фальшивая улыбка.

Почему она не дракон? Вот обернулась бы и сожрала эту самую Жули вместе с ее девочками.

— А кто у нас папа? — Жули изящно двинула бровью, словно не веря, что существует кто-то, на кого можно променять ее рабынь.

— Глава тайной Канцелярии, Вильгельм Хелвин. — Не спуская улыбку с лица, с притворной любезностью подсказала Маргарита.

На то, как менялось выражение лица мадам, было откровенно приятно смотреть.

— Ты в конец лишился мозгов, тащить ее ко мне?! Хочешь, чтобы и меня казнили?! — Взвизгнула драконица, — А вы что стоите? А ну, за работу, бездельницы, живо!

Девиц как ветром сдуло. В комнате с зеркалами остались они трое. Жу-жу подошла к одному из туалетных столиков, вытащила сигару. Откусив кончик, сплюнула прямо на пол и щелчком пальцев заставила ее тлеть.

— Я все еще жду объяснений. — Жули скрестила руки на груди.

Дивуар бросил на жену укоризненный взгляд.

— Мне нужно место, где у тебя принимают особо буйных клиентов. Она все равно уже здесь, так что лучше, если ты мне поможешь.

Женщина поколебалась, а затем порывисто, словно боясь передумать, открыла тот же ящик, где брала сигареты.

— Только на этот раз, Дивуар. И чтобы больше я ни тебя, ни твою дражайшую в моем заведении не видела. — Она швырнула Элигосу длинный ключ с увесистым синим брелоком в форме конуса.

— Я тоже тебя люблю, Жу-жу. Спасибо. — Дракон отвесил шутливый реверанс и, повернувшись к Маргарите, галантно предложил руку.

Марго поколебалась, но мысль о том, что в случае отказа она снова окажется на плече с выпяченной вперед попой, заставила протянуть ладонь.

— Ты про себя, я надеюсь? — Спросила она уже коридоре. — Что за комната для буйных?

— Не бери в голову. Обычный номер, как и все у тетушки Жули. Просто с секретом. — отмахнулся мужчина, — О, мы пришли.

На обычный гостиничный номер это не походило. Слишком большая кровать стояла посредине комнаты. Постельное белье из красного бархата, шкаф с предметами, которые она скорее ожидала увидеть в комнате для допросов канцелярии: наручники, плети, странные плетения из кожаных веревок, короткие гладкие палки с закругленными концами.

— Это и есть… секрет? — Маргарита застыла перед стеклянно дверцей шкафа, борясь с искушением открыть его и начать рассматривать приспособления.

Что подобные вещи могут делать в таком месте, да еще и на виду?

— Не обращай внимания. И нет, секрет не в этом. Ты не возражаешь, если я приму душ?

— Эм… — От подобной постановки вопроса она несколько опешила. — А почему ты спрашиваешь?

— Видишь ли, я тебе не доверяю, моя дорогая. Одну тебя не оставишь — сбежишь. Так что…

— Я не собираюсь лезть в ванну вместе с тобой.

Да что этот самоуверенный тип себе позволяет?!

— Что за дурные мысли водятся в твоей голове? Зачем мне хотеть затащить тебя в душ, когда тут полно жаждущих моей любви человечек? — Дивуар фыркнул, скептически оглядывая ее. — Просто посидишь рядом, чтобы я тебя видел.

— А когда ты с рабынями развлекаться будешь, мне тоже смотреть?

Маргарита снова злилась. Образы наглых девиц с драконом начали вставать перед глазами. Как же жалко, что нельзя отвесить Элигосу пощечину. Руки так и чесались, чтобы стукнуть его.

Презрительно хмыкнув, девушка вновь повернулась к шкафу, мечтательно поглядывая на один из длинных хлыстов. Вот бы пройтись такой штукой по широкой мускулистой спине, оставляя красные полосы. Чтобы он вскрикивал каждый раз, шептал ее имя, вымаливая прощения. «Марго, ты просто сводишь меня с ума…» — прозвучал в памяти страстный шепот.

— Марго! Эй, ты меня слышишь?

Она встрепенулась:

— Ты что-то сказал?

Вместо ответа он кивнул на дверку, ведущую в ванную, и сделал приглашающий жест, давая понять, что пропускает вперед.

Маргарита ухмыльнулась. Что ж, если он настаивает, она с удовольствием за ним понаблюдает.

Глава 6. Комната с секретом

После такой колоритной комнаты Маргарита ожидала нечто похожего и от ванны в доме тетушки Жу-жу, но она оказалась самой обычной. Разве что расцветка стен была черно-красной.

Чугунное корыто стояло у самой стены, а напротив располагалось несколько мягких лавочек, все так же обитых бархатом. Видимо, к этому материалу здесь питали особую слабость.

Маргарита села туда, сложила руки и выпрямила спину. Если бы ее учителя этикета увидели бы ее сейчас — заплакали бы от умиления. Идеальная поза для благовоспитанной дамы.

Элигос прошел за ней, прикрывая дверь и, как ни в чем не бывало, принялся снимать с себя грязную и рваную одежду, не замечая девушку.

Спина дракона была вся в ссадинах и кровоподтеках. Под ребрами виднелись красные полосы. Все-таки здорово ему досталось, и хорошо, что она все это время была без сознания.

— Тебе больно? — не удержалась девушка.

Так хотелось подойти и дотронуться до него, провести рукой по изгибам тела. Мужчина ей действительно нравился.

Вот только, как он тогда сказал, когда эффект от ритуала кончился? Что-то про истеричную девицу и вынужденность их связи. В любом случае, она для него лишь способ достигнуть цели, не более.

— У драконов хорошая регенерация, — отозвался Дивуар, снимая с себя брюки.

Маргарита сдавленно сглотнула. Он стоял к ней спиной, демонстрируя великолепную фигуру. Накаченные ноги, упругие ягодицы, широкая спина. Девушка почувствовала, как вновь начинает возбуждаться.

Чтобы отвлечься, она спросила:

— Ну, и каков план?

— Что? — мужчина повернулся.

Маргарита ойкнула, заливаясь краской и пытаясь спрятать глаза. Отвлеклась, как же.

— Я говорю, что если ты планировал шантажировать отца тем, что в случае твоей смерти, умру и я, то нужно было сообщить ему о ритуале, как только нас нашли.

Элигос пожал плечами:

— Все ждал подходящего момента. А потом явилась ты, и весьма кстати. Да ещё и с бюстом императора. Весьма символично. Хоть на что-то его гребаное величество еще годится.

— И что теперь? — Маргарита сделала вид, что не услышала выпад в сторону правящей персоны, — Со мной или без меня, но ты по-прежнему разыскиваешься за измену.

— Учитывая, что дело ведёт твой папочка, с тобой все же предпочтительнее. У императора, к сожалению, нет дочери. Если и была, в этом случае ритуал не провести из-за отсутствия согласия родителя. С тобой вышло весьма удачно. Старый долг, ты родилась девочкой. Теперь, если старина Хелвин не хочет лишиться дочери, он просто обязан помочь мне получить помилование. Идеально.

Он включил воду, залез в ванну и принялся смывать грязь и кровь. Даже не смотрел на нее, наверняка уверенный, что попробуй она бежать, он со своей драконьей суперскоростью сможет её остановить.

Значат ли откровения новоиспеченного супруга, что она ему совсем не нравится? Ритуал был лишь способом вернуть положение в обществе, и, будь воля дракона, он бы предпочел ее обществу человечек?

Мысли подобного толка ей определенно не нравились. Они злили, заставляя искать способы насолить дракону. Один был — прямо перед ней. В детстве пару раз так удавалось подшутить над братом.

Маргарита встала и подошла к краю ванной. Дивуар наблюдал за ней с настороженным и любопытным взглядом.

Сверху висело зеркало. Она взглянула на свое отражение. Хотелось верить, что, несмотря на все злоключения, она всё ещё прилично выглядит. Русые волосы растрепались, под глазами залегли тени, будто она не спала двое суток, от былого румянца на щеках не осталось и следа. Пожалуй, стоит самой помыться и привести себя в порядок.

Неожиданно отражение подмигнуло ей, а в ушах раздался задорный голос: "Идея с хлыстом мне понравилась".

Маргарита отпрянула от неожиданности, испуганно зажмурившись.

— Что-то случилось? — подозрительно приподнял брови Дивуар.

Она открыла глаза, осторожно глянув на зеркало. Неужели показалось?

— Марго? Все в порядке?

Обеспокоенность, промелькнувшая голосе, внезапно показалась очень обидной.

Какое ему дело? Этот самоуверенный наглый тип просто использует ее, какая ему разница, как она себя чувствует? Зачем притворяться, что она небезразлична?

— Марго?..

Вместо ответа она улыбнулась и мимолётно коснулась крана с холодной водой, снимая с него чары.

Вода, лившаяся на дракона, тут же обратилась в сплошной кипяток. Элигос на секунду замер, а затем, не спеша, стал подниматься.

— Гера забери! — не выдержала Маргарита, хватаясь за кран с горячей водой и перекрывая его. — Больно же!

— Я предупреждал насчёт высокого болевого порога. И это была глупая шутка. — фыркнул мужчина, осуждающе качая головой.

— Глупой шуткой было спасти меня, чтобы похитить самому! — Девушка обиженно засопела.

Ну и как прикажите бороться с драконом, если она даже детский розыгрыш не может с ним провернуть, не навредив при этом себе?

— Перестань дуться, а то ты становишься жутко соблазнительной. Я все-таки не железный. Двадцать лет в лесу — это не шутки.

Маргарита скептически скрестила руки на груди. Ей показалось, что сказано это было лишь с той целью, чтобы посмеяться над ней.

— Соблазняй местных рабынь, уверена, они будут счастливы скрасить твое существование. Ты же дракон. А все знают, как на вас реагируют человечки. Оторвешься за все двадцать лет.

— Знаешь, это странно, но ты говоришь как чистокровная.

— И что в этом странного? — с вызовом отозвалась она.

Если он сейчас пройдется насчет ее полукровности, то она его точно ударит, и плевать, насколько больно при этом будет ей.

— Странно слышать такое пренебрежение к человеческим особям со стороны того, у кого мать — эта самая человечка.

— Никакого пренебрежения, только констатация фактов.

Она кисло улыбнулась. Нет, свою маму Марго, безусловно, любила. Вот только нельзя было не признать, что с того самого момента, как она узнала о «коконе» и собственной бракованности из-за за человеческого происхождения матери, она нет-нет, да задумывалась о том, что бы было, женись отец на ком-то другом.

Дракон тем временем взял висящее на стене полотенце и принялся вытираться. Первое смущение прошло, и теперь Маргарите приходилось бороться с отчаянным желанием не начать рассматривать мужчину.

— Подай мне, пожалуйста, халат. — обратился к ней Дивуар, вытирая голову. Безразмерные халаты всех возможных цветов обнаружились на полках прямо за спиной Маргариты. Она вытащила чёрный и протянула Элигосу. Их руки на секунду встретились, по коже словно пробежал электрический ток. Девушка опустила глаза, забывая, как дышать. Капли воды стекали по обнаженной груди вниз к пупку и оттуда прямиком…

Маргарита наткнулась взглядом на возбужденный, слегка подрагивающий член.

— Я предупреждал, что я не железный. — Смущенно пробормотал он, разворачивая халат.

Она почувствовала разочарование. Он что, даже поцеловать не попробует?

Словно прочитав ее мысли, мужчина внезапно сделал к ней шаг, дернул за руку, разворачивая к себе, и прильнул к устам. Он замер на мгновение, словно спрашивая разрешение.

Девушка подняла вверх руки, оплетая его шею. Разгорающийся в теле огонь был готов перерасти в бушующее пламя.

В животе все сладко напряглось от предвкушения, а Элигос задрал ее платье, сжимая бедра и прижимая к себе. Руки скользнули под нижнее белье, отодвигая в сторону уже мокрые трусики.

В следующий момент она оказалась развернута на сто восемьдесят градусов и прижата к черному мрамору, которым были покрыты стены. Он прикусил мочку уха, срывая стон наслаждения. Кто бы знал, что уши могут быть столь чувствительны? Особенно, когда головка члена упирается прямо в лоно, готовая ворваться внутрь в любой момент.

Маргарита обернулась, встречаясь взглядом с драконом. Тот смотрел с едва уловимой тревогой, словно ожидал протеста.

— Ты всегда такой медлительный? — Ухмыльнулась она, слегка качнув бедрами.

Повторять дважды не пришлось, мужчина вдвинулся вперед, входя в нее, осыпая поцелуями шею и спину.

Их обоих не хватило надолго. Кончая, Дивуар вцепился ей зубами в плечо, слегка прикусывая, и это было последним, что подтолкнуло Маргариту в вулкан наслаждения.

— Ты сводишь меня с ума… — Пробормотал он, целуя место укуса.

— Повторяешься. — Ехидно отозвалась она.

На самом деле сейчас ей абсолютно не хотелось ругаться, но задевать этого мужчину было от чего-то безумно приятно.

— Как насчет еще кое-что повторить?

Элигос подхватил девушку на руки и понес на кровать.

Пробуждение было приятным. Маргарита потянулась и повернулась в сторону Элигоса. Интересно, насколько крепко спит дракон? Может быть, ей удастся улизнуть?

Воспоминания о прошедшей ночи отдавались во всем теле сладким томлением.

Врать себе Маргарита никогда не умела. Дивуар был хорошим любовником и чертовски ей нравился, но это ещё ничего не значило.

Какие бы планы он не лелеял, в ее жизненные приоритеты замужество не входило.

Она приоткрыла глаза. Половина кровати рядом была пуста. Девушка обернулась, а затем резко села. Никого. Не веря своему счастью, она на всякий случай проверила ванну.

Дракона нигде не было. Ох, не стоило оставлять ее одну. С ее-то даром, убежать будет делом техники.

Маргарита осмотрела комнату, примечая раскиданную по всему полу одежду.

Платье было безнадежно помято, но как-либо исправить это ей было не под силу. Существовала сотня бытовых чар, которые могли бы сейчас ей помочь, вот только она совершенно ничего не умела.

Мысли об этом в очередной раз всколыхнули в душе обиду на родителей. Неужели они считали, что даже банальные чары для устранения складок на одежде ее убьют?

В любом случае, сейчас это было абсолютно не важно.

Она оделась и подошла к двери, дёргая за ручку. Закрыто. Маргарита нахмурилась и несколько раз провела пальцами по замку, направляя потоки силы. Подергала снова. Никакого эффекта.

«Что за…»

В течение следующего часа она крутилась вокруг проклятой двери, пытаясь и так и эдак, но все было без толку.

«Ладно…» — прошептала Маргарита, наконец, сдаваясь и отходя к окну. Третий этаж не особо внушал оптимизм, однако и эксперименты с окном показали, что его ей так же не вскрыть.

«Чудненько…» — девушка скрипнула зубами, от нечего делать подходя к шкафу, так поразившему ее своим содержимым при входе.

Пусть этот мерзавец только попробует явиться, она обязательно воспользуется чем-нибудь из местного арсенала.

Она подхватила плетения, значение которых вчера так и не поняла, и повертела. Внезапно те отскочили, самостоятельно защелкиваясь на левом запястье. Маргарита попыталась снять чары и освободится — опять не вышло.

Она удивлённо присмотрелась. По всей длине веревок шла рунная вязь. Откуда подобные штуки в публичном доме? Это же целое состояние!

Специалистов по рунам в Шитаре можно было пересчитать по пальцам, а потому любые вещи с их использованием стоили безумно дорого. Даже у отца их было не много.

Пара ограничителей магии, установленных для защиты дома, да еще кое-что из семейных раритетов.

Внезапная догадка расставила все по местам. Как она сразу не поняла? Ограничитель магии. Вот что за секрет имел ввиду Элигос, говоря, что номер предназначен для буйных клиентов. Вот почему дверь не желала открываться.

Хотя это все равно было очень странно. Учитывая специфику данного заведения, кто может желать быть связанным при «общении» с рабынями?

Воображение нарисовало скованного по рукам и ногам Дивуара в окружении десятка бесстыдных женщин в белом рабском одеянии. Внутренний голос, встрепенувшийся от этой картинки, внезапно так громко рыкнул: «мое», что Маргарита вздрогнула.

Веревки, обхватившие запястье, снимались плохо. Но зато пока она одной рукой пыталась их развязать и при этом снова не попасть в ловушку, в голове созрел план.

Все оставшееся до прихода дракона время Маргарита провела в приготовлениях к его воплощению. Приняла душ, сделала причёску и потренировала выражение лица и улыбки в зеркале.

Когда дверь щелкнула, Маргарите вновь показалось, что отражение ей подмигнуло.

Времени на анализ уже не было, девушка кинулась к креслу, принимая, как она надеялась, одну из своих самых красивых поз.

Дивуар выглядел задумчивым.

— Привет. — Маргарита медленно поднялась, подходя навстречу. — Как все прошло?

— Хуже, чем хотелось бы, но лучше, чем ожидалось. Надеюсь, мне удалось оторваться от хвоста на обратном пути, иначе Жу-жу сожрёт меня и на том свете.

Девушка протянула в ответ глубокомысленное "ммм…" и зашла сзади, кладя руки на плечи мужчины. Интересно, а какие отношения их связывали с владелицей заведения? Маргарита тряхнула головой, отгоняя непрошенные мысли.

— Мне тут было скучно одной. — Она надеялась, что голос звучал соблазнительно.

— Ты злишься?

— Только не говори, что чувствуешь себя виноватым. — Фыркнула девушка, осторожно направляя его в сторону кровати.

Элигос послушно сел, поворачиваясь к ней.

— Я втянул тебя в события двадцатилетней давности. Что бы я ни думал по этому поводу, ты в них в любом случае не участвовала. Да и я слишком хорошо знаю, каково это, чувствовать себя запертым…

«Вот только не надо пытаться быть милым!» — она и сама не знала, что ее разозлило. План требовал воплощения, а лишние эмоции лишь могли помешать ей. Она толкнула мужчину, вынуждая откинуться на спину и садясь на него сверху.

— У тебя красные искры в глазах… — Подозрительно прошептал он.

«Замолчи уже!»

Девушка прижалась к его губам, прерывая все разговоры. Руки Элигоса скользнули по талии, задирая платье.

Возбуждение разгорелось мгновенно. Как же сладко, как томительно…

Сквозь собственные трусики и ткань мужских брюк Маргарита ощутила напрягшийся член и несколько раз двинула бедрами, потеревшись об него.

Нужно было срочно выполнять задуманное, а иначе она рискует потерять голову, и ничего не выйдет.

Элигос тем временем покрывал поцелуями шею, пытаясь стащить платье.

— Марго… — ее имя, произносимое горячим шепотом, ласкало не хуже, чем губы.

Безумно хотелось ощутить на себе его руки, почувствовать внутри горячий член, насаживаясь на него сверху, но вместо этого она потянулась вперед, вытаскивая из-под подушки веревки с рунной вязью, предварительно перекинутые через металлический ободок в изголовье кровати.

Мужчина хотел повернуть голову, пытаясь увидеть, что там у нее. Маргарита тут же прижалась к нему всем телом, впиваясь горячим поцелуем. Затем осторожно взяла его запястья, поднимая вверх.

Мужчина не сопротивлялся, захваченный страстью. А когда веревки обернулись вокруг рук, стало уже поздно.

Он дернулся, пытаясь высвободиться. Затем дернулся сильнее.

— Ты что творишь? — Хрипло прорычал он.

Кажется, ее игра ему совсем не понравилась.

«Надо же, как мы свирепо сверкаем глазами» — Марго довольно улыбнулась. Она слегка укусила его за шею, с упоением втягивая запах его кожи, затем лизнула щеку. Такой притягательный, такой желанный, и полностью в ее власти.

Все внутри буквально пело от упоения силой. В этот момент она действительно ощущала себя всемогущей. «Пожалуй, такой вариант замужества, мне нравится…»

Маргарита запустила руки ему под рубашку. Как же хорош!

Одну за одной она принялась расстегивать пуговицы, открывая взору упругий мускулистый живот и часто вздымающуюся грудь дракона. Не удержавшись, она наклонилась, прикусила горошинку его соска.

Элигос сдавленно выдохнул сквозь сжатые зубы.

— Значит, тебе не нравится, когда девушка сверху?

Расстегнув ремень, она высвободила его напряженный член, касаясь горячей кожи. Элигос закусил губу и чуть выгнулся. Как же приятно было видеть его борьбу, его стремительно капитулирующий самоконтроль, и ощущать себя хозяйкой положения.

Она обхватила ладонью его достоинство, неумело скользнула вверх-вниз. Дракон не выдержал и издал тихий стон.

— Что? Совсем-совсем не нравится? — Промурлыкала она, склоняясь над его пахом и щекоча головку своим дыханием.

Невысказанная мольба во взгляде Дивуара вызывала восторг и отзывалась горячим желанием в собственном теле. Как никогда прежде ощущалась пустота внутри, желание опуститься на подрагивающий в ее руках член и двигаться на нем, самой выбирая темп, ритм, сводя с ума своего мужчину.

Не удержавшись, она осторожно обвела языком уздечку, а затем снова провела рукой по стволу сверху вниз.

— Марго… — прошептал Элигос, кажется, уже готовый сдаться на милость победительницы.

Как жаль, что в ее случае лучше поторопиться. Кто знает, может эти руны имеют ограниченный срок действия, и другого шанса не будет.

Маргарита откинула упавшие на лицо волосы, с сожалением вставая с дракона. Замешательство в его взгляде ей понравилось.

— Развяжи меня. — В голосе послышались металлические нотки.

— А то, что? — Насмешливо спросила девушка, приподнимая брови.

— Если не развяжешь, в следующий раз я испробую эти штуки уже на тебе.

Марго хохотнула. На ней? Ну, уж нет. Здесь диктовать правила будет она. Поправляя платье и волосы, она повернулась к Дивуару и показала ему язык:

— Сначала попробуй, догони.

И, бросив напоследок взгляд полный сожаления, она, наконец, вышла из комнаты.

Глава 7. Тест

Найти выход оказалось несложно. Ни встреченные рабыни, ни клиенты заведения, с которыми она столкнулась на входе, не обратили на нее внимание. Она снова попала на оживленную улицу, растерянно оглядываясь. В столице она почти не ориентировалась. Перед побегом из дома она смогла только изучить на карте дорогу до академии, но не из этой части города.

— Профессор Валинор такой душка!

Громкое высказывание заставило оглянуться. Мимо проходили две девушки примерно ее возраста. На них была темно-коричневая форма с нашивкой с эмблемой столичной Академии.

Студентки заливисто смеялись, обсуждая неизвестного профессора. Маргарита пропустила их вперёд и двинулась следом.

— Ох, у него такой голос. Он так сексуально выговаривает "р". Вчера он та-ак посмотрел на меня своим синими глазами и говорит: "Корстон, назовите основные принципы работы замедлителя…"

— Он точно на тебя запал! Никто не задаёт таких вопросов в первый учебный день. Девушки снова расхохотались.

К счастью, обсуждение достоинств неизвестного Профессора длилось недолго. Спустя пятнадцать минут удача, наконец, улыбнулась Маргарите, и они вышли к зданию Академии.

Марго остановилась, как вкопанная, не веря своему счастью. Она так хотела, столько ночей не спала, и вот — осталось лишь переступить порог, и ее мечта сбудется. Не чувствуя ног, она вбежала по ступенькам, перепрыгивая через одну. На крыльце то тут, то там сидели студенты обоих полов. Тяжёлая двустворчатая дверь все время открывалась и закрывалась, пропуская через себя потоки учащихся. Маргарита, зачарованно озираясь, прошла внутрь. Холл храма науки был просто огромен и поражал своим размахом и величественностью. По периметру стен стояли колонны, увенчанные вырезными из камня драконами.

— Сударыня, вы по какому вопросу?

Рядом с Маргаритой стоял пожилой полукровка в форме и доброжелательно улыбался.

Девушка растерялась. Что делать дальше она совершенно не представляла.

— Я по поводу поступления.

— Приемная комиссия закончила работу вчера, так что приходите на будущий год.

— Я не могу ждать год. Я хочу учиться уже сейчас!

— Сударыня, ради вас одной никто не будет собирать комиссию заново, а без решения комиссии принять вас в студенты никак нельзя. Где же вы были до этого?

— Я… — Маргарита замялась.

Ярко вспомнилось все, что пришлось пережить за последние два дня. Элигос со своим проклятым ритуалом, отец со своей привычкой решать за нее. В этот момент она была зла на обоих. Оба не считались с ее мнением, заботясь о собственных целях. Неужели так будет всю жизнь?

— Проблемы, Карлос? — Спросивший это очень сильно картавил.

— Нет, всего лишь желающие учиться.

Маргарита растерянно смотрела на приблизившегося худощавого паренька, на вид не старше ее самой. Единственное, что выделялось на его лице — это ярко синие глаза, паутинка морщинок вокруг которых выдавала истинный возраст.

— Профессор Валинор? — предположила девушка.

— Мы с вами знакомы, сударыня? Как вас зовут?

— Маргарита Хелвин.

— Хелвин? Родственница Вильгельма Хелвина?

— Я его дочь.

Валинор внезапно расплылся в улыбке.

— Дочь самого большого дракона в Шитаре хотела бы учиться у нас? У вас должно быть удивительный магический потенциал, широкий спектр возможностей… — глаза профессора заблестели.

— Наверное… — Маргарита слегка опешила от такого напора.

— И почему же вы не пришли к нам раньше?

— Так получилось. — Маргарита улыбнулась, прикидывая, каковы шансы на то, что заинтересованность Валинора сыграет ей на руку. — Но я бы очень хотела быть зачисленной. Скажите, у меня есть шанс попасть в этом году?

— Можно что-нибудь придумать.

— Но, Профессор, — удивился Карлос. — как же быть с комиссией.

Валинор легкомысленно отмахнулся:

— Ради такого потенциала я сам всех оббегу и завизирую решение о приеме вчерашним днём.

— Ну, дело ваше… — Старичок проворчал ещё что-то и поспешил отойти к небольшой стойке у дверей, облокачиваясь на нее.

— Ну что, идём? — голубые глаза профессора горели предвкушением, а сам он только что не пританцовывал на месте.

— Э… то есть я принята?

Это было настолько неожиданно, что девушка не знала, радоваться ей или подозревать Валинора в дурных наклонностях и скрытом умысле.

— Ну, какие-то формальности соблюсти придется. Проведём стандартный тест. Идём! — он махнул ей рукой, указывая на широкую лестницу.

Здорово было идти по коридорам храма науки, представляя, что вскоре она будет здесь учиться. Снующие всюду студенты здоровались с профессором и спешили дальше по своим делам. Они ходили поодиночке и группами, шумные и тихие, веселые и задумчивые. Она будет одной из них. Это вдохновляло и заставляло верить в лучшее.

Валинор привел ее в кабинет с большим прямоугольным столом в центре. Напротив стола стоял стул и металлическая стойка.

— Садитесь.

Профессор прошел за стол, а Марго указал напротив.

— Можете представить, что я тут не один. В комиссии десть человек, но на вступительном тесте главное, чтобы был кворум. Это шестеро, не более. Так что если вы меня впечатлите, в чем я не сомневаюсь, ещё пятерых преподавателей я легко смогу уговорить подписать бумаги. Начинайте.

— Эм… — Маргарита огляделась, не понимая, что конкретно ей предлагают начать. Подозрительно покосилась на стойку. Та чем-то напоминала подставку для цветов. Вертикальные железные прутья с ответвлениями в разные стороны. — И что я должна сделать?

— Вы никогда не тестировали свой уровень силы? — Удивлённо вскинул брови профессор. — В первый раз встречаю полукровку высокого происхождения, которая бы не знала, как делать тест.

— Почему?

— Ну… — Профессор неопределенно махнул рукой. — Чем выше магическая сила, тем больше возможностей сделать выгодную партию для бастарда.

Маргарита помрачнела. Ну да, полукровка знатного рода — это всегда бастард. Драконы редко вступают в брак с кем-то, кроме себе подобных.

— Что нужно делать? — Вскинула подбородок девушка, желая поскорее закончить.

Профессору пришлось подойти, чтобы объяснить ей принцип действия. Руками нужно было зажать определенные прутики, затем закрыть глаза и сосредоточиться.

Сосредоточиться оказалось не так просто, дурацкая железяка при касании начинала вибрировать, отчего ладони жутко чесались.

— Ой, все, больше не могу. — Маргарита разжала руки, вставая со стула и отходя в сторону.

— Всё? Хм… Ну, что ж. Давайте посмотрим.

Девушка напряжённо следила за действиями профессора. Он подошёл к железяке, коснулся одного из прутиков. Стойка окрасилась разными цветами и окуталась парами радужного дыма.

— Хм… — Валинор загадочно улыбался, молча рассматривая появившуюся палитру. — У вас действительно большой магический потенциал. — Сказал он после продолжительной паузы.

— Это ведь хорошо? Я принята?.

— Знаете, Маргарита. Вы позволите называть вас по имени? Так вот, специфический дар, или склонность к какому-то виду магии — явление среди нас, полукровок, не редкое. Но, иногда, один случай на сотню тысяч, дар бывает такой силы, что на остальное способностей не хватает.

— И что это значит?

Тон Валинора ей не понравился.

— Это значит, что смысла обучения в нашей академии для вас нет. Теорию можно выучить и самостоятельно, а практика вам доступна лишь на уровне, которым владеет большинство драконов. То есть только самое основное, и то через раз.

— Но вы же сказали, у меня потенциал!

Маргарита буквально слышала, как трескается идеальная картинка, которую она успела себе нарисовать.

— Сударыня Хелвин! Вы меня чем слушали? — Жестко отрезал профессор, — Все ваши магические силы сосредоточены в одном направлении. Вот его вам можно и нужно развивать. Остальное — недоступно. Будете упорны, сможете научиться пользоваться заготовками чужих заклинаний.

Слово «недоступно» напомнило о части силы, отделенной от магического ядра, и к которой у нее не было доступа. Если бы ее мать не была человечкой, то никакого "кокона" бы не было. Она бы сейчас прошла этот дурацкий тест и смогла бы учиться в академии.

— Спасибо, что уделили мне время, профессор Валинор. — выдавила из себя Маргарита, разворачиваясь и направляясь к выходу. Тот не стал ее останавливать.

Обратная дорога была куда менее приятной, чем путь до кабинета приемной комиссии.

Романтический ореол растаял, как туман над водой. Хотелось кричать от обиды. Так не бывает. Так просто не бывает. Все полукровки обладают магией, а она — нет.

Вернее обладает, но что толку от ее дара, если главная область применения — это вскрытие замков и снятие чужих чар. Кем она может быть, умея только это? Взломщиком? Вором?

Или, может, прав отец: удачное замужество — ее предел. Хотя, благодаря Дивуару, и на это уже рассчитывать не приходится.

Маргарита сцепила зубы, порывисто смахивая непрошеные слезы. Ну уж нет! Дудки! Она так просто не сдастся. Если магия ей не доступна — она найдет себе другое занятие. В конце концов, в Шитаре полным полно неодаренных, а значит, и она сможет найти свое призвание.

«А эту богадельню мы спалим!» — радостно подсказал внутренний голос. «Стоп! Это уже перебор» — ответила она сама себе. Впрочем, мысль определенно была заманчива.

Была бы у нее сила, она обязательно показала, чего стоит. Очень хотелось заставить Валинора кусать локти от потери такого перспективного студента.

«Мы можем заставить его отрезать и сожрать собственное достоинство. Этот человечий выкормыш слишком много о себе думает…» — Собственный кровожадные мысли начинали пугать. Пожалуй, стоило отвлечься.

Ведь если дверь захлопнулась, всегда можно вылезти в окно.

Выйдя обратно на крыльцо, она поняла, что нужно быть поосторожнее в желаниях. Гера может запросто воспринять их буквально. На ступеньках, нисколько не скрываясь, сидел Дивуар. Разве что одежда на нем была темно-синего, а не черного цвета. Захотелось развернуться и действительно вылезти через окно, но уже с другой стороны здания.

Элигос поднялся навстречу. Бежать от дракона было бесполезно — он все равно быстрее. Маргарита постаралась принять как можно более невозмутимый вид и величественно вышла на улицу.

— Дорогая моя, я уже заждался. — Расплылся в улыбке он. — Ну, как все прошло? Тебя можно поздравить с зачислением?

Девушка сделала вид, что не заметила его и прошла мимо. Дракон увязался следом.

— Судя по твоему настроению — прошло не очень.

— Выбрался? — насмешливо спросила она, меняя тему.

Вряд ли он станет мстить за ее выходку в людном месте. Тем более, действительно интересно. Если уж она не могла обойти ограничители магии, то дракон и подавно. Наверняка тому пришлось звать на помощь. При мысли о том, как это было унизительно, Маргарита злорадно усмехнулась.

— Я не делаю вещей, которые можно использовать против меня же.

— Что? — Она резко остановилась, с сомнением уставившись на Дивуара. — В каком смысле «не делаю»?

— Не в том смысле, в котором ты наверняка подумала. Бандажи — не моя работа. Я подобным не увлекаюсь. А вот руны на них ставил я. Как, в прочем, и на всей остальной комнате. Так что, когда я говорил, что там самое безопасное место во всем Шитаре, я не шутил.

На языке крутилось одновременно два вопроса. И если первый был касательно умений в ритуалистике и рунах, то второй: «Гера, побери, почему бордель?»

Элигос, словно прочитав ее мысли, пояснил:

— Ну, знаешь, сложно существовать, когда не можешь получить доступа ни к счетам, ни к манору. Приходилось пользоваться бартером. Жу-жу помогала в обмен на изделия моего изготовления. Конечно, в любом другом случае, я бы за такие заказы не взялся, но выбирать не из чего. Зато теперь у нее нет отбоя от желающих на подобные игрушки.

— Значит ты Мастер в области рун?

— Двадцать лет назад я считался лучшим в Шитаре. — Грустно улыбнулся Элигос. — Если бы мне тогда кто-нибудь сказал, чем буду заниматься, то я посчитал бы это оскорблением и вызвал на дуэль.

Маргарита внезапно поняла, что сочувствует. Разве у нее самой ситуация не была похожа? У нее так же была сила, которую она не могла использовать. И пусть в ее случае в этом было виновато человеческое происхождение матери, а в случае Дивуара — статус беглого преступника, это не отменяло того, что у них было что-то общее.

Ужаснувшись собственным мыслям, девушка затрясла головой. Этот человек насильно провел над ней брачный обряд и лишил невинности. Какое еще к Гере сочувствие?! Да и потом — он же сам во всем виноват.

— Ну и как, был смысл связываться с мятежниками, что бы лишится всего? — Вышло излишне ядовито, но Марго была этому только рада. Путь Дивуар не думает, что его печальная история ее растрогала.

— Когда Августа, бывшая жена его императорского величества, решила свергнуть супруга, я сразу узнал об этом. Великие чистокровные семьи не пошли бы за ней. Но у нее появился план — заполучить силу богини Геры с помощью древнего ритуала.

— И при чем здесь ты? — Девушка оглядела его с головы до ног, пытаясь представить дракона в бою.

— Я проводил расчеты и готовил ритуал. Пожалуй, из-за него я и согласился. Не каждый день выпадает возможность соприкоснуться с божественным.

— Что ж. В таком случае ты зря хвастался. Не хочу тебя расстраивать, но ты не настолько хорош как о себе думаешь, — Язвительно заметила Марго. — Переворот то в итоге провалился, и никакой силы Августа не получила.

Элигос внезапно подмигнул, расплываясь в той самой хищной улыбке, которая покорила ее в их первую встречу:

— Моя дорогая. Если я говорю, что я — лучший, значит, так оно и есть. Ведь кто сказал, что силу должна была получить она?

Глава 8. Шантаж

Первое, что показалось странным — это тишина вокруг. Она обернулась, чтобы понять, в чем же причина. Площадка около академии опустела. Кажется, даже птицы прекратили кричать.

— Ты так и не сказала, как все прошло? — Дивуар словно не замечал, что что-то не так. Или старательно делал вид.

— Плохо прошло, мне сказали, что у меня совсем нет способностей к общей магии, и не приняли. Куда все делись? — Она нахмурилась и снова начала озираться.

Элигос вдруг подхватил ее за подбородок и заглянул прямо в глаза.

— Моя дорогая, запомни. Им нельзя верить.

— А кому можно? Тебе?

— Верить нужно себе. И в себя.

С этими словами он наклонился, запечатлевая поцелуй на ее губах. Нежный, почти невесомый. От него потеплело в груди, а руки буквально зачесались от желания обнять дракона.

— Если все против тебя, то приходится быть против всех. — Шепнул он ей на ухо прежде, чем отстраниться. — А вообще, общая магия — это просто фокусы по сравнению с тем, что может ритуалистика. — Как ни в чем не бывало, продолжил он совсем другим тоном. — Можешь для начала посмотреть краткий рунический алфавит. Выучить его легко, достаточно запомнить правило десяти пальцев.

— Может быть нам все-таки стоит уйди отсюда?

Дивуар на это лишь покачал головой:

— Не выйдет.

Агенты тайной канцелярии появились еще более неожиданно, чем в прошлый раз. Не было ни свиста, ни хлопков. Должно быть площадку накрыли барьером против телепортации, потому что они просто вышли из-за зданий, окружив их плотным кольцом.

Дурное предчувствие, появившееся в тот момент, когда Маргарита уловила изменившуюся атмосферу, подтвердившись и обратилось в настоящий страх. Но не за себя.

— Улетай. — Шепнула она Элигосу.

Вместо того, чтобы обратиться в дракона и взмыть в небо, тот лишь стоял и смотрел на нее. На губах играла задумчивая улыбка, а его рука перебирала кончики прядей ее волос.

— Проклятье Геры, улетай же! — Она оттолкнула его.

Почему он медлит? Его же схватят, поймают. И даже если не казнят, то у отца хватит ресурсов, чтобы пожизненно держать Дивуара пленником где-нибудь на задворках Шитара.

Но тот ничего не предпринимал, а потом стало поздно. Агенты подошли к ним слишком близко, направили на дракона сразу несколько замедлителей, и вырвавшееся из длинных палок голубоватое свечение полностью обездвижило его.

Собственное тело стало ватным, каким оно бывает, когда отлежишь руку или ногу. Маргарита прикусила губу, наблюдая за замершим в одной позе Элигосе, но вскоре и ее подтолкнули в спину, отводя в сторону. В отличие от дракона, двигаться она могла, хотя ощущения все равно были не самые приятные.

Почему Дивуар решил сдаться? Двадцать лет успешно прятался, мог бы скрыться и сейчас. Она же с ума сойдет, если теперь все время его будут держать под замедлителями. Вот только мысли о собственном незавидном положении отошли на второй план, стоило увидеть черную фигуру отца. Он стоял всего в пяти шагах от нее. Губы поджаты, руки скрещены на груди. И без того мрачный профиль выглядел еще более устрашающе из-за залегших под глазами теней.

Маргарита несколько раз успела прокрутить в голове эпитеты, которыми он, возможно, сейчас награждал непутевую дочь. Неужели, она думала о том, что приставучие пьяницы в третьесортном баре — это страшно? Или о том, что жутко, когда тебя похищает давний враг? Настоящий кошмар — это собственный стыд, и необходимость получить по заслугам.

— Снимайте барьер. — Отдал команду отец, после чего шагнул к ней.

Но вместо того, чтобы накричать, он внезапно обнял ее и тут же включит телепорт. Щелчок, свист и недолгое ощущение полета.

Они оказались дома. Перенеслись прямо на красный помост для стационарной телепортации. Отец осторожно отстранился.

— С тобой все в порядке? — В этот момент Маргарита поняла, что ему сейчас ничуть не легче, чем ей. — Прости, что подвел тебя. — Внезапно сказал он.

— Я сама во всем виновата…

Они прошли в холл. На журнальном столике стояла початая бутылка с крепким алкоголем, а диван выглядел так, будто на нем спали несколько ночей подряд.

— А мамы дома нет?

Вильгельм сел в свое любимое кресло, а Маргарита устроилась напротив.

— Она пока гостит у твоей бабушки. И она не знает о том, что произошло.

«И лучше бы ей и не знать» — это повисло недосказанным продолжением, но она все и так поняла. Папа всегда старался оградить маму от любых волнений, а тут возможно сыграло еще и то, что он чувствовал себя виноватым. Что ж, теперь не нужно спрашивать, в кого у нее такая нелюбовь к признанию своих ошибок.

— И что теперь будет?

— А теперь ты отправишься в свою комнату и ляжешь спать. Все остальное будем обсуждать завтра.

Маргарита была благодарна ему за это. Пожалуй, разговоры действительно лучше оставить на утро.

В комнате ее ждал горячий ужин, и только увидев сервированный столик, она поняла, что уже давно ничего не ела. Значит, отец заранее знал, что ее удастся спасти? Странно…

После быстрого ужина она поняла, что уснуть будет не так то просто. Слишком много тем предстояло поднять завтра. Но кое-что можно было сделать уже сегодня.

Все документы в их доме хранились в отцовском кабинете, вход в который находился в родительской спальне.

Мамы не было, папа спал на диване в холе, а благодаря ее способностям — закрытых дверей не существовало.

Подшивки старых газет она нашла быстро. Сейчас ее интересовали только те, что были выпущены двадцать лет назад. Вряд ли официальная информация соответствовала действительности хотя бы на половину, но других источников у нее не было. Родители никогда не поднимали эту тему в разговорах, а на прямые вопросы отшучивались или попросту отказывались говорить.

Раньше она думала, что это из-за судебного решения, по которому ее должны были отдать в чужой род, но теперь начинала подозревать, что было что-то еще.

«Кто сказал, что силу должна была получить она?» — насмешливый голос дракона никак не шел из головы.

Она снова и снова вчитывалась в пожелтевшие от времени страницы.

«Что за игру ты ведешь, Элигос Дивуар?»

* * *

Хелвин-манор был удивительно унылым местом. Профессор Валинор, привыкший к постоянному шуму в стенах родной академии, чувствовал себя не в своей тарелке в этом мрачном доме.

— Было бы лучше, если бы я сам к тебе пришел, Ксандр. — Поморщился хозяин в ответ на его визит.

— И когда бы это случилось? Можно подумать, я не знаю, как сложно тебя выловить — профессор бесцеремонно прошел в холл, и, не дожидаясь разрешения, плюхнулся на диван.

Не то, чтобы они с Вильгельмом были друзьями, но после сегодняшнего глава тайной Канцелярии определенно был ему должен.

— Воссоединение прошло удачно?

Хелвин на это лишь приподнял одну бровь, всем своим видом показывая, что семейные дела он обсуждать не собирается.

— Тогда к делу. Ты ведь помнишь, что я участвовал в изучении последствий попытки переворота двадцать лет назад?

— К чему ты клонишь? — Вильгельм отвечал с деланным безразличием, но Ксандр прекрасно видел, как дракон насторожился.

— Помнится, тогда я проводил замеры магического потенциала твоей рабыни, подвергшейся воздействию ритуала, который проводила Августа. Император так боялся любых проявлений божественного, что приказал тебе отправить ее обратно в родной мир.

Дракон подцепил графин с журнального столика и налил себе выпить. Профессор усмехнулся этой демонстративности — ему выпить предложено не было.

— Агата там, где приказал император. — Пожал плечами дракон.

— Вот только боялся император отнюдь не твою рабыню. А того, что было заключено в ней. И сегодня, когда я проводил замеры потенциала твоей дочери…

— Говори прямо, чего ты хочешь.

Ксандр улыбнулся. Он сам не любил ходить вокруг да около, но ситуация требовала того, чтобы дракон понимал всю серьезность его угроз.

— Долг велит мне сообщить его императорскому величеству о том, что я выяснил. Скорее всего, тот примет решение отправить дочь вслед за матерью. А заодно проследит, чтобы путь в наш мир был навсегда ей заказан. Правда, это может вызвать сомнения в твоей лояльности и компетентности. Столько лет бок о бок с девочкой, и ничего не заподозрить. Плюс не мешает проверить еще и сына… Кстати, как так вышло, что от человечки родился чистокровный дракон?

Профессор видел, как дернулась щека у дракона, хотя тот продолжал все так же расслабленно сидеть в кресте. Стоило отдать Хелвину должное, учитывая общий для всех драконов взрывной темперамент и мерзкие наклонности — выдержка у него была.

— У меня всего два вопроса. Удивите меня. — После непродолжительного молчания произнес Вильгельм. — Во-первых, что вы хотите за свое молчание? А второе, что мешает мне убить вас прямо здесь и сейчас?

Вот это уже был деловой разговор. Готовясь к посещению Хелвин-манора, Ксандр несколько раз прокрутил в уме варианты диалога с хозяином дома, но ни в одном из них он не доходил до своих требований так быстро. Что ж, браво, достопочтимый. Вы недаром занимаете свой пост.

— Во-первых, я хочу подробнее изучить вашу дочь. С научной точки зрения — она бесценна. Работа с ней продвинет общую магию на столетия вперед. Открытия, которые можно будет совершить, войдут в анналы мировой истории.

— И прославят вас, разумеется. — Кисло заметил дракон. — Во-вторых будет?

— А, во-вторых, — передразнил его тон Ксандр. — Как я понял, вы, наконец, поймали Элигоса Дивуара. Даже если он растерял большую часть своих умений за время скитаний, то все равно он — лучший ритуалист и специалист по рунам в Шитаре. Я хочу, чтобы он работал на меня. Его знания мне пригодятся.

— Скромно. — Лаконично подытожил дракон.

Профессор согласно кивнул. Он действительно считал свои запросы скромными. Ничего невыполнимого, а, кроме того, все, чего он хотел — несло пользу обществу и было направленно исключительно на научные цели.

— А что насчет моего второго вопроса?

— Я позаботился, чтобы в случае моей смерти император узнал о содержании нашего сегодняшнего разговора.

— И все? — Вильгельм поднялся с места, отходя к высокому резному бюро в углу холла.

— В каком смысле «И все»? — это явно сбило с толку профессора.

За спиной Ксандра раздался щелчок и тонкий свист — сработал портативный телепорт. Он обернулся и увидел переместившегося прямо в холл человека в серой форме агента Канцелярии.

— Вызывали, шеф? — Не обращая внимания на профессора, спросил агент.

— Валентин, у тебя появилась отличная возможность закрыть свой недавний промах. Это профессор Валинор, и он считает, что шантажировать главу тайной Канцелярии — это хорошая идея. Профессор Валинор — это Валентин Деменс. Полукровка с одним очень специфическим талантом.

Ксандр напрягся. Его план летел прямо к Гере в пасть. Все-таки не стоило сюда приходить. Такие разговоры нужно вести на своей территории.

— Кажется, это было где-то тут… — Вильегельм вновь отвернулся, продолжал рыться в бюро. — Прошу меня извинить, судари, мне нужна всего секунда. Где-то тут должна быть заготовка заклинания с пологом тишины. Маргарита дома, спит она очень чутко. Не хотелось бы беспокоить мою девочку.

Профессор поднялся с дивана и попятился в сторону выхода.

— О, нашел. — Хелвин достал небольшую деревянную дощечку.

Выражение лица дракона неуловимо изменилось, на губах заплясала предвкушающая улыбка:

— Поджарь ему мозг, Вал. Хочу знать, кто еще в курсе относительно информации по моей дочери.

Хозяин дома переломил заготовку пополам, и холл мгновенно окутало синим свечением.

Вильгельм поднимался по ступеням манора. С наглым полукровкой, возомнившим себя светилом науки, было покончено. Теперь необходимо проверить, что Маргарита спит, и ночные визитеры ее не побеспокоили. Вот только комната девушки оказалась пуста. Еще полчаса ушло на то, чтобы убедиться, что ее нет не только в комнате, но и во всем доме.

Глава 9. Воспоминания

Маргарита услышала шум внизу как раз в тот момент, когда выходила из родительской спальни. Время было позднее, а папа редко когда занимался рабочими делами дома. Может быть, вернулась мама?

Она спустилась вниз, но мужские голоса, доносившиеся из холла, заставили замереть и прислушаться.

— Поджарь ему мозг, Вал. Хочу знать, кто ещё в курсе относительно информации о моей дочери.

По спине пробежали мурашки, а сердце забилось быстрее. «Кажется, он всё-таки взял работу на дом…»

После характерного треска сработавшей заготовки, стало ясно, что отец поставил полог тишины.

Девушка прижала руки к щекам. Прямо сейчас что-то происходит. Причем это что-то — из-за нее. Появилась безумная мысль зайти туда и потребовать ответов. Вместо этого она развернулась и тихо прошла в свою комнату.

Кончики пальцев нервно подрагивали, она неосознанно кусала губы, наматывая круги по спальне. Больше всего раздражало и злило, что все вокруг знают о ней больше, чем она сама.

«Они считают, что в праве решать за нас…»

Маргарита резко остановилась. Что это было?

«Но в итоге, мы все делаем по-своему».

— Кто здесь? — она несколько раз крутанулась вокруг своей оси. Голос напоминал ее собственный, но это странное «мы» несколько пугало.

Неровный свет ночной лампы отражался от зеркала, в котором она увидела свое отражение. Медленными шагами Марго подошла ближе, заворожено глядя на красные искры, сверкающие в расширившихся зрачках. Она протянула руку, касаясь стекла.

Перед глазами замелькали неясные образы. Люди, которых она никогда не видела, события, в которых никогда не участвовала.

…Высокий широкоплечий мужчина нависал прямо над ней. Темные густые волосы ниспадали на плечи. Белки глаз были полностью черными, и от этого тяжелого неестественного взгляда становилось не по себе. Он был полностью обнажен, как и те, что шли за ним. Марго обернулась, видя, как жмутся сзади нее одетые в белое девушки.

— Как посмела ты, ведьма, обратить меня в жалкое, подобное тебе, существо? — Потребовал ответа мужчина, не отрывая своего страшного взора.

— Я сделала это, чтобы доставить тебе и твоим подданным удовольствие, дракон. Эти девушки, — она небрежно махнула себе за спину, — могут быть гораздо слаще, если использовать их не в пищу, а иным образом.

— Это каким же?

Вместо ответа Марго распустила пояс на своем платье, позволяя тому соскользнуть, полностью обнажая тело. Призывно покачивая бедрами она подошла к ящеру в человеческом обличии и опустилась перед ним на колени. Тот смотрел подозрительно, но возражений не делал. Девушка осторожно приблизила голову к паху, вобрала в рот мягкий невозбужденный член, слегка посасывая. Тот среагировал буквально мгновенно, наливаясь кровью и увеличиваясь в размерах. Дракон сделал несколько глубоких вдохов, впиваясь руками ей в волосы, пытаясь помешать отстраниться, глубже насаживая на свое внушительных размеров достоинство. Маргарита, продолжая двигать головой и скользить языком по самым чувствительным местам, мягко, но настойчиво отодвинула мужские руки.

Она лизнула головку, проводя под уздечкой, слегка оттянула плоть, доставая член изо рта, обвела им собственные губы, слегка постукивая по ним. Дракон достиг пика довольно быстро, цепляясь за ее плечи и оставляя на них следы красных полос. К этому времени остальные мужчины принялись во всю развлекаться с другими девушками.

Прямо за ней одну из рабынь жестко брали два дракона. Сорвав одежды и обнажив худое тело, они зажали ее между собой. Та вырывалась и плакала. «Глупая…» — промелькнула презрительная мысль, — «Она еще не понимает той чести, что ей выпала…»

— Как тебя зовут, ведьма? — Дракон не сводил с нее своих черных глаз.

Он подал руку, поднимая девушку с колен. Оргазм ничуть не ослабил его вожделения, и когда Маргарита поднялась, ей в живот уперлось наполненное желанием достоинство.

— Меня зовут Гера, дракон. — Марго слабо удивилась словам, вырвавшимся из ее уст.

— Ге-ра… — Тот пожевал губами, словно пробовал имя на вкус. — Мне нравится. Похоже на то, что дано при рождении мне — Герилион.

С этими словами он резко развернул ее, надавил на спину, вынуждая наклониться, стиснул до синяков ягодицы и ворвался, одним движением входя на всю глубину огромного члена. Дракон вцепился в бедра, с остервенением вколачиваясь, натягивая на себя.

Поза ничуть не понравилась, но всем существом сейчас владело лишь одно ослепительно яркое желание — отдаться. Тем не менее, она попыталась поднять спину, но дракон не позволил ей. Он намотал конец ее длинных волос на руку и потянул вниз, вынуждая подчиняться. Но она не была бы собой, если бы не сделала по-своему. Вытащила из кармана маленький короткий нож и одним взмахом обрезала волосы, изгибаясь и выворачиваясь. Дракон от неожиданности выпустил ее, отступая на шаг. Черные глаза не выдавали эмоций, но прищур явно стал более заинтересованным.

— Я думал, ты желала доставить мне удовольствие. — В его руке все еще остались, зажаты светлые локоны.

Маргарита откинула нож в сторону. Тот упал с громким звуком на камни. Против дракона он был бесполезнее булавки.

— Больше всего на свете я желаю доставить тебе удовольствие, Герилион. — Она шагнула к нему, оплетая руками его шею. — Но делать я буду это на своих условиях.

Она прижалась к нему губами. Их языки мгновенно спелись в ожесточенном страстном поцелуе.

Вокруг в это время царили похоть и разврат. Кричали и плакали рабыни. Драконы рычали и хохотали, вновь и вновь насилуя принесенных им в жертву человечек…

Маргарита оторвала руку от зеркала. Видение было настолько реальным, словно все это действительно произошло с ней. Она никогда не считала себя особенно верящей в древние тексты, хоть и привыкла поминать Геру по поводу и без, но не узнать сцену, привидевшуюся ей — было невозможно. Легенды гласили, что раньше Шитар населяли люди. Драконы, что прилетали к ним на охоту из другого мира, были попросту крылатыми ящерами. В качестве дани им отсылали рабынь, которых те сжигали заживо и сжирали. Однажды в число жертв попала прекрасная колдунья — Гера. Чтобы сохранить себе жизнь, она превратила драконов в мужчин, и те благословили рабынь своим семенем. Современное население Шитара — это потомки тех самых детей, что появились от столь странного союза.

Маргарита никогда не верила, что все было именно так, как твердили легенды, но даже если так, почему видения преследуют ее? И почему в этих видениях она — непосредственный участник действа?

Девушка сделала глубокий выдох и вдох, собираясь с мыслями. Ей нужно показаться врачу. Это все проклятый ритуал. Дивуар где-то напортачил, взывая к древним силам. Теперь она медленно сходит с ума, и ей открываются картины прошлого.

Она подошла к столу, на котором лежал нож для бумаги, и легко кольнула себя в левую ладонь. Секунд через десять точно такой же легкий укол отозвался в правой руке.

Маргарита невольно усмехнулась — словно приветствиями обменялись. Интересно, что собирается с Элигосом делать отец? Можно ли обратить древний ритуал вспять? Если так, то Дивуар наверняка мог согласиться в обмен на помилование. Мысли об этом ухудшили и без того нерадостное настроение. На секс до брака в Шитаре смотрели лояльно, а, учитывая древность рода ее отца, тот быстро найдет ей подходящего муженька.

В окно постучали. Марго вздрогнула, вжимая голову в плечи. Хелвин-манор находился на высоком утесе, расположенном в горной скалистой местности. Добраться до дома снаружи мог только дракон. Девушка взглянула на ладони — Дивуару удалось бежать? Но как тогда он смог «передать привет» в полете?

Стук повторился. Маргарита крадучись подошла к тяжелой портьере и резко отдернула в сторону.

На выступе с той стороны окна сидел широкоплечий черноволосый мужчина. Даже сквозь стекло чувствовалась аура силы, окружающая его его. Под коленками задрожало, а сердце неровно стукнуло от узнавания этого тяжелого черного взгляда. Герилион, собственной персоной.

— Вот дерьмо. — Это были единственные слова, которые она смогла выговорить.

Глава 10. На моих условиях

Никогда прежде ей не доводилось летать на драконе. Чувствовать под собой работу мощных мускулов, касаться пальцами чешуйчатой кожи, ощущать бьющий в лицо ветер. Если бы не сюрреализм ситуации, то, возможно, ей бы даже понравилось. Но как только Маргарита начинала задумываться над тем, что ее только что похитил из родного дома, приняв за древнюю колдунью, истинный дракон, то все наслаждение полетом тут же заканчивалось.

Они приземлились на забытую всеми гору. Герилион стряхнул ее на землю, окутываясь черным дымом. Марго упала на руку, разодрав платье и сильно ушибив предплечье. Когда она поднималась, ящер уже принял людское обличье и с интересом наблюдал за ней своим пугающим взглядом. У всех драконов при трансформации чернели глаза, а у отца так бывало еще, когда он сильно злился или был в ярости, но чтобы ходить постоянно…

Герилион склонил голову на бок, рассматривая Маргариту. Девушка невольно сглотнула, боясь, что неосторожное движение или жест выведет дракона из себя. Еще больше пугала его нагота. Когда она мечтала о приключениях, то представляла себе их совсем по-другому. А тут — третье похищение за неделю. Вроде, уже можно привыкнуть, но нет, на лбу холодный пот, руки дрожат, а тугой комок в горле мешает дышать.

Марагарита понимала, что еще чуть-чуть, и она позорно грохнется в обморок.

— Миленькое место… — пролепетала девушка.

— Здесь мы впервые встретились, помнишь? — голос Герилиона был низким и раскатистым.

Он протянул руку к ней, чтобы коснуться волос, но девушка инстинктивно отдернулась. Дракон ухмыльнулся.

— Боишься? Ты и тогда боялась, хоть никогда и не признаешься в этом.

Маргарита невольно вспомнила видение, так поразившее ее. Что она чувствовала, когда побывала на месте Геры? Возбуждение, предвкушение, восторг. Страха не было, чего нельзя было сказать о том, как она чувствовала себя сейчас.

— Что вы собираетесь со мной сделать? — Маргарита оглянулась — летать она не умела, а иных путей к отступлению не было.

Она вновь повернулась к дракону и вскрикнула от неожиданности — тот, бесшумно переместившись, стоял впритык к ней, гипнотизируя своим чудовищным взглядом.

— Все, чего я хочу — это разбудить тебя.

Герилион наклонился, захватывая ее губы своими. Поцелуй был жестким, сминающим, он буквально насиловал ее рот, словно не в силах насытиться, лишал инициативы, крепко прижимая к себе.

Марго заколотила в его грудь, пытаясь оттолкнуть. Мужчина перехватил ее руки, заламывая назад. Острая боль пронзила предплечья, но ее крик потонул на его губах.

Его возбужденное естество упиралось прямо в живот. То ли от боли, то ли от недостатка воздуха закружилась голова.

В какой то момент дракон отстранился и прокусил себе запястье, прижимая кровоточащую рану к ее рту. Марго попыталась отвернуться, за что Герилион тут же ударил ее по щеке:

— Пей.

Кровь была противная, пресная. Совсем не похожая на тот вкус, что ощущала она всякий раз, как прокусывала себе язык или зализывала разрезанный ножом палец.

Она крутила головой, отбрыкиваясь из последних сил. Тягучая влага все равно попадала в рот, вызывая тошноту и еще больше усиливая головокружение.

Словно что-то щелкнуло. Она перестала сопротивляться. В уши ударил поток слов, чужих голосов, смеха, плача, стонов. Она была собой и одновременно кем-то еще. Кем-то гораздо более сильным, умным, гордым и яростным.

Где заканчивается одна и начинается другая?

Она сильная ведьма, владычица Шитара, оставившая его своим детям и ушедшая с возлюбленным покорять иные миры. И ей снится сон, в котором она видит свое отражение и чувствует свою прежнюю мощь.

Или нет. Она — полукровка. Опекаемая родителями дочь. И ей снится сон, в котором она видит отражение своих мечтаний о том, что бы магия покорилась ей.

Маргарита тонула, открывая рот в немом крике, захлебывалась тягучими воспоминаниями, что утягивали ее за собой в водовороте непрожитых лет. Черные глаза дракона заполнили собой все пространство вокруг, погружая в беспросветную тьму.

Жизнь словно проживалась с самого начала. Путь от беспризорной сироты, напросившейся в услужение к старой чернокнижнице, до девочки, что выросла в благополучной любящей семье.

Так кто же она?

Маргарита вновь ощутила землю под ногами. Герилион больше не держал, лишь продолжал поить своей кровью, сосредоточенно всматриваясь в ее лицо.

Она перехватила его запястье и, с силой надавив, отвела в сторону.

— Кажется, ты кое-что забыл, дракон. — Губы сами собой сложились в улыбку, полную превосходства. — Здесь всё — только на моих условиях.

Лицо Герилиона посветлело. Он вновь попытался поцеловать, и она ответила, зарываясь руками ему в волосы.

Ей всегда нравились их игры. Нравилась их жестокость.

Все это уже было здесь. Все это было правильно. Так, как должно быть. Так кто же она? Сирота или любимая дочь? Могущественная ведьма или неудачливая полукровка? Сейчас, когда сознание слилось воедино, она не была ни тем, ни другим. Она была страстью, была огнем, горящим в груди. И этот огонь требовал выхода. Лишал воли и заставлял подчиняться.

Герилион неожиданно толкнул ее. Маргарита отлетела, уперевшись спиной в широкий камень. Дракон, улыбаясь, двинулся к ней. Предвкушающе. Многообещающе.

Одно движение его рук — и платье затрещало по швам и полетело на землю. Она переступила с ноги на ногу, чтобы сбросить его окончательно.

Мужчина резко развернул ее, его ладонь со звоном опустилась на ее ягодицу. На секунду обожгло болью, она попыталась вывернуться, но дракон не давал, всем своим весом прижимая к холодному камню.

Возбужденный член находился совсем рядом с ее лоном. Низ живота наполнился тягучим желанием. Она сделала несколько поступательных движений бедрами.

Этого оказалось достаточно, чтобы окончательно лишить его самоконтроля. С глухим рыком Герилион ворвался внутрь ее лона, сжимая ягодицы, кусая за плечи.

Она повернула голову, чтобы видеть его глаза и обнаженную шею. Так хотелось припасть к безупречной коже, оставляя на ней багряные следы укусов, хотелось располосовать его спину когтями, только бы передать ему хоть малую толику того иступленного неистовства, что бушевало в ней.

Продолжая остервенело вколачиваться, Герилион с силой дернул ее за волосы, второй рукой смяв грудь.

— Хочу слышать тебя. Не сдерживайся! — Приказал он, выдыхая сквозь зубы.

Как же ей это нравится. Сильный, могущественный зверь, зависимый от ее тела, от нее самой.

Он ускорил темп. Горячий ствол скользил между влажных лепестков, и при каждом проникновении задевал что-то, высекая разряды, пробегающие по телу. Это было жарко, непристойно. Маргарита стонала в голос, не сдерживая себя. Руки Герилиона терзали ее, пальцы выкручивали до боли соски.

Он двигался. Глубже. Острее. Быстрее.

Чувствуя приближающийся пик, она потянулась к нему. Их губы встретились, кусая друг друга, борясь за право вести поцелуй. Низ скрутило спиралью, которая затем резко выпрямилась. Наслаждение затопило сознание, сминая сомнения, барьеры, вопросы определения себя, маячившие где-то в подкорке.

Часть ее ужаснулась тому, что произошло, она была напугана и растеряна. Но эту часть быстро удалось подмять. Происходящее было слишком хорошо, чтобы останавливаться.

Герилион вцепился в ее бедра, насаживая девушку на себя. Он рычал, приближаясь к пику.

Умелые пальцы легли на низ живота, скользнув к плотно сомкнутым складкам, каждое его движение высекало искры. Тело содрогалось от удовольствия. Каждый новый толчок, ласка вызывали громкие стоны. Еще чуть-чуть, и ее захватила вторая волна, оказавшаяся еще сильнее первой.

— Гера… — Прорычал он ее имя, до крови прокусив ей шею.

Оргазм захватил их обоих. Несколько долгих минут они ловили стоны и рык друг друга, а те, резонируя, усиливали ощущения каждого из них.

Тяжело дыша, Маргарита, наконец, расслабилась, оперевшись дракону на грудь. Тот поглаживал ее волосы.

— Я долго ждал тебя. — Первым нарушил молчание Герилион. — Без тебя было скучно.

— Так значит, ты пришел в надежде, что я тебя развлеку? — Усмехнулась она, игриво царапая ноготками его кожу.

— Лучшим развлечением для меня будет напомнить местным людишкам, что вернулась их королева.

— И как же мы это сделаем?

— Как в старые добрые времена. Устроим костер в твою честь, да пожарче. Давно мы здесь не охотились.

Реальность дрогнула. На мгновение она снова разделилась. Одна часть ее с восторгом представляла, как будут полыхать охваченные пламенем города и кричать сгорающие заживо люди, а другая не желала этого от слова совсем.

Она словно была одеялом, которое перетягивали два человека, спящие на одной кровати. В один момент она хотела одно, в другой — уже другое. Мысли скакали из стороны в сторону, не желая сходиться к одному знаменателю.

«Ты же хотела показать, чего стоишь! Спалить проклятую академию. Что толку в ней, если местные профессора не в силах разглядеть истинный талант и силу?»

Это была минутная слабость. Всего мгновение, чтобы представить, как бы это было. Но этого хватило, чтобы разделение пропало, и там, где было две, снова осталась лишь одна.

— Как в старые добрые времена, дракон. И я даже знаю, с чего мы начнем.

Глава 11. Герой или изменник?

Элигос сидел в одиночной камере в отделении предварительного заключения, предназначенного для особо знатных персон. Стоило отдать Хелвину должное — свое слово он сдержал. По сравнению с тем, что могло ждать, тут — почти райские условия. Даже внешне — если бы не стальные решетки на окнах да вместо двери, можно было бы легко представить, что он снял комнату в каком-нибудь недорогом отеле. Кровать была узкой, но с чистым бельем. В центре стоял круглый добротный стол с двумя стульями. На стенах, выкрашенных в светлый цвет, висел одинокий пейзажик. Принесли даже газеты и комплект сменной одежды. Учитывая, как порой приходилось перебиваться за последние двадцать лет — действительно отличное место.

Вот только стоило устроиться, поужинать и сесть за газету, как достопочтимый тесть явился собственной персоной. Дивуар нахмурился — время было позднее, не похоже, чтобы тот успел соскучиться. Что ему понадобилось?

Элигос проследил за тем, как Хелвин входит внутрь, и уже приготовился выдать язвительно приветствие, как тот метнулся к нему, хватая за грудки:

— Где она?

Дивуар разом растерял весь свой запал. Что-то с Марго? Нет. Быть не может. Он ведь почувствовал бы? Или нет? В груди шевельнулся неприятный червячок.

— Для начала, не плохо бы поздороваться. — Он вырвал ворот из рук Вильгельма, прекрасно зная, что тот ничего ему не сделает.

— Где она? — Повторил свой вопрос Хелвин, на этот раз уже более грозно.

Элигос неторопливо поднял уроненную газету, положил ее на стол и сел:

— Ваша дочь снова сбежала? Быть может, решила попытать свое счастье в еще какой-нибудь Академии? На редкость целеустремленная девушка. — Говоря о Марго, он не смог сдержать улыбки.

Он старался не позволять себе думать об этом. Но нет-нет, да и представлял, что было бы, будь они с ней нормальными молодоженами. Маргарита обязательно все переделала бы в его доме. Жаловалась бы ему на то, что предложенные дизайнером эскизы все как один скучные и однотипные. Ругалась бы на садовника, не так подстригшего кусты. Хотя нет, вряд ли Марго усидела бы в маноре. Скорее вытаскивала бы его из кабинета, и они вместе отправлялись в какое-нибудь путешествие. Мысли о девушке неизменно отдавали теплотой и едким чувством щемящей грусти. Как жаль, что все не так…

Хелвин тем временем навис над ним, скрещивая руки на груди. Дивуар мимолетно поразился сходству отца с дочерью. Да и характером Марго определенно пошла в папочку.

— Маргарита не пользовалась телепортом. А, учитывая местонахождение моего дома — уйти ей определенно помогли. Так что последний раз спрашиваю. Где. Моя. Дочь.

Угроза была бы весомей, если Элигос не был уверен в том, что физического вреда ему причинить не посмеют. Родных у него не осталось, а чем еще можно шантажировать, Дивуар не представлял сам. Вот только все это было не так уж важно, потому что доводы Хелвина имели резон. Если Марго ушла из дома не сама, то кто ей помог? Или же ее похитили? От мыслей о том, что девушка сейчас в беде, на голове буквально зашевелились волосы. Первым порывом было бежать — нужно найти, спасти. Должно быть, что-то такое отразилось на его лице, потому что Вильгельм отступил и нахмурился:

— Это не ты?

— Проклятье Геры, я все это время был здесь! — рявкнул он. — Как ты мог в очередной раз проворонить собственную дочь?! — Ярость и злость подняли головы, пробиваясь наружу. — А если с ней что-то случится?

Это же Марго. Его дорогая милая девочка. Кто посмел украсть ее?

— Боишься за свою шкуру? — Прошипел Вильгельм, презрительно сверкая глазами, но по его лицу было видно, что он уже узнал все, что хотел, и раз новой информации не будет — скоро уйдет.

Элигос обругал себя. Не стоило забывать, что сила сейчас на стороне главы Тайной Канцелярии, а он — просто заключенный.

— Возьми меня с собой. Я помогу отыскать ее. Думаю, что смогу высчитать руну для поиска через нашу с ней связь.

— Ну, уж нет. Хватит с меня твоих проклятых рун.

В этот самый момент к двери кто-то подбежал и прокричал через решетку:

— Шеф, очевидцы утверждают, что видели очень большого дракона пролетающего над местечком, в районе Ранты, но по названным приметам я не смог опознать никого из высших. Думаю, вам стоит самим поговорить с ними, — говоривший был сильно взволнован.

Хелвин сорвался с места.

— Подожди, возьми меня с собой! — Элигос тоже поднялся, надеясь, что еще сможет переубедить Вильгельма. — Я действительно могу помочь.

Но замок на двери щелкнул, оставляя его в одиночестве.

В раздражении мужчина схватил стул, швыряя об стену. Тот разлетелся на куски, картина с пейзажиком с тупым стуком хлопнулась сверху. Беспокойство только нарастало. Он кругами ходил по камере, как загнанный зверь, а невозможность действовать изматывала больше чем что-либо.

А потом он почувствовал, как выкручивают руки. Не ему. Марго.

Элигос бросился к двери камеры, как бы он ни относился к собственному тестю, здесь речь шла уже не об их старых размолвках, а о жизни дорогого им обоим человека. Он кричал и звал. Охраны на посту не было. Куда все, Гера побери, подевались? От безысходности попытался выломать дверь. Та, рассчитанная и на куда более сильных заключенных, ни в какую не поддавалась.

Сердце стучало, как сумасшедшее. Невозможность узнать, что происходит, и как-то помочь сводила с ума. Удар по лицу. Кто-то посмел дать ей пощечину. Гера тебя побери, Хелвин. Твоя дочь страдает, а ты отмахнулся от возможности быстро найти ее?

Он знал, как ей можно помочь. Сделать так, чтобы она сама расправилась с любым противником. То, чему он хотел помешать, то, из-за чего он потерял двадцать лет своей жизни — казалось сейчас логичным выходом. Думать надо было быстро, а еще лучше — не думать вовсе. Ибо если представить последствия, он не решится никогда.

Частичная трансформация давалась плохо, но он все же сумел вызвать когти на одной руке. По предплечью потянулась кровавая вязь выцарапываемых рун. Он действовал быстро — знал, что нужно писать.

Элигос понял, что получилось в тот самый момент, когда поставил черту над последним символом. Щека — горящая от удара, перестала ощущаться. Тяжесть в руках ушла. Словно между их душами и телами, зеркально отражающими боль друг друга, поставили преграду. Он знал, что это за преграда. Сила, двадцать лет назад случайно попавшая в невинное дитя, находящееся в утробе матери.

Регенерация у драконов проходила быстро. Очень быстро. Но до тех пор, пока не заживут кровавые руны на его руке, Маргарита перестанет быть собой. Зато она станет тем, кто легко сможет справиться с любой опасностью.

Оставалось лишь надеяться, что он не совершил вторую большую ошибку в своей жизни.

Он так и не смог заснуть, гипнотизируя взглядом предплечье. Связь вернулась не сразу. Часа через три глубокие раны затянулись, оставляя после себя неровные борозды.

Еще часа два ушло на то, чтобы они разгладились окончательно. Сила, вырвавшаяся наружу, уступала место законной хозяйке.

Последние пять минуть, когда красные следы стремительно бледнели, до Элигоса дошли отголоски сильных эмоций. Она с кем-то целовалась в этот момент.

Захотелось схватить последний оставшийся в камере стул и разломать и его. Дивуар закрыл глаза, яростно сжимаемая им столешница треснула от напора. Он только мимолетно поразился этому — несмотря на сверхчеловеческую силу драконов, так он никогда раньше не мог.

Она была с кем-то. Имел ли он право ревновать? Он, следивший за ней последние двадцать лет, скрывший от нее правду, насильно привязавший к себе?

Но ритуал, который их соединял, не был предназначен для предотвращения измен. Как только от рун на руке не осталось и следа, все вновь пришло в норму.

Что все-таки случилось с Марго? Помог ли он ей, дав возможность постоять за себя? И кто был тот, с кем она соединяла свои уста? А может быть и тело…

Уже когда рассвело, он почувствовал укол в левую руку и ответил точно таким же в правую. От этого простого обмена «любезностью» внезапно стало легче. Может быть, зря он переживает? С Марго все в порядке? А поцелуй — это была не она, а остатки воздействия желающей развлечься Силы? Оставалось дождаться тестя, может быть удастся у того узнать, где же пропадала маленькая негодница.

Но ни на следующий день, ни через день — Хелвин так и не появился. Марго неизменно отвечала на его «приветы», да и по ощущениям была вполне невредима.

Лишь когда на третий день щелкнул замок, и в камеру ввалились солдаты в форме стражи императора, он понял — что-то пошло не так.

— Господа, вы уверены, что пришли по мою душу? — Спросил Элигос, отрываясь от недавно принесенного завтрака.

Вместо ответа один из вошедших направил на него замедлитель, а второй с размаху ударил в живот.

«Видимо, уверены», — промелькнула досадливая мысль. Боль от удара не шла ни в какое сравнение с тем, что он почувствовал, поняв, что и Марго сейчас так же больно. Больше он спорить с этими парнями не рисковал.

Не говоря ни слова, его вывели из камеры, уводя прочь. В коридоре на столе у охраны лежала утренняя газета, которую ему так и не успели принести. Кричащий заголовок было невозможно не заметить:

«Арестован глава тайной Канцелярии. Вильгельм Хелвин — герой, спасший город, или изменник?»

Глава 12. В цепях

Когда они достигли столицы уже начало светать. Огромный дракон с наездницей на спине не мог не вызвать недоумения. Стоило приземлиться, как в их сторону бросилось несколько человек в форме императорского патруля.

Маргарита сделала небрежный жест, и на их с Герилионом плечи легли черные парадные мантии. Где-то внутри, малая часть ее, поразилась насколько легко и естественно далось колдовство.

Второй взмах рукой — десяток патрульных падают на землю. Они живы? Или она…

— Можно было спалить разом весь город. К чему такие сложности, моя королева?

Герилион, вышел вперед, небрежно перешагнув через распластавшееся тело.

Они стояли перед зданием Академии. Величественное, монументальное, даже новой ей оно внушало почтение. Но в месте с тем, при взгляде на него росли гнев и раздражение. Никто и никогда не смел ей отказывать. Темные эмоции множились, достигая своего придела. Марго мрачно улыбнулась, и послала воздушный поцелуй. Из ее рта вырвалась струя пламени, разом охватывая крыльцо и двустворчатые двери. Еще несколько таких поцелуев и огонь уже повсюду. Превосходно.

Над головой захлопали черные крылья. Герилион усмехнулся и, на миг, окутавшись тьмой, вновь обратился в исполинских размеров ящера. Снеся хвостом соседнее здание, он оттолкнулся задними лапами от брусчатки и взлетел, оставив после себя здоровенные вмятины.

Его атаковали сразу три дракона, но в сравнении с Герилионом они были как карманные собачки в сравнении с матерым волком. У них не было шанса.

В этот самый момент из академии выбежал старик Карлос. Пожилой полукровка, что все время стоял у входа. Откуда он там в такую рань? Кроме него набежало еще несколько десятков человек. Не обращая внимания на Маргариту, они принялись пытаться потушить пожар. Кто-то магически создавал потоки воды, кто-то левитировал огромные бочки с песком.

Земля содрогнулась, когда один из противников Герилиона тяжелой тушей упал на город, грохот обрушившихся обломков, крики и стоны. Еще два мертвых ящера — и еще больше разрушений. Маргарита с наслаждением втянула в себя мгновенно пропитавшийся паникой воздух. По оставшемуся в небе дракону били с земли заклинаниями, мощными заговоренными стрелами — но что могли людишки против истинного? Что три тысячи лет назад, что сейчас — она даровала им магию и крылья, а они по-прежнему ни на что не способны.

Герилион разделавшийся со своими противниками в небе обратил взор на копошащихся внизу магов. Она видела, как внутри него разгорается магический огонь, готовый вырваться в любую минуту и спалить всех до кого дотянется его пламя.

«Он же убьет их!» Сознание неожиданно снова поплыло, не выдерживая противоположных эмоций, испытываемых одновременно. «Какое тебе дело до человеческих выкормышей? Они не достойны жизни».

Та часть ее, что была наделена состраданием, была в ужасе, а вот вторая половина напротив — предвкушала отличное зрелище.

В этот самый момент в небе появился еще один дракон. Она не могла его не узнать. Самый крупный дракон империи, тот, кого по слухам опасался даже сам император. Вильгельм Хелвин.

Герелион был больше в полтора раза. Старше, опытнее. У Хелвина не было шансов, но он без малейших колебаний ринулся в бой.

Рычанье драконов, лязг зубов, шум крыльев — все смешалось в единое целое. Вильегельм все пытался подняться выше — уводя противника подальше от города, но тот ему не давал, раз за разом вынуждая играть по своим правилам.

В тот момент, когда они сцепились в смертельной схватке, Маргарита, та ее часть что со страхом наблюдала за тем, как отец бьется с исполинских размеров драконом, внезапно поняла, что овладевшая ей сущность начинает слабеть, но при этом, знания, опыт и сила, все еще были открыты.

Волна магии прошла из груди по рукам, выходя темной дымкой, срывающейся с кончиков пальцев, и взлетела вверх. Оба дракона сцепившиеся в один клубок, окутались темной пеленой. Черной кометой они полетели к земле, приземляясь рядом. Отец отбросила в сторону, а вот Герилион устоял на ногах.

— Моя королева?

Сейчас, когда Гера стремительно уходила в глубины сознания, страх перед ним возвращался. Черные глаза смотрели вопросительно. Тот, кого тысячи лет назад считали божеством. Знающий тайны перемещения между мирами. Но… ведь он рассказал о них ей. Той части ее, что обладала по истине великой силой.

— Я не твоя королева. — Прошипела Марго, шепча всплывающие в памяти строки заклинания.

Дракон в один момент оказался рядом, хватая ее за подбородок:

— Что-то пошло не так. Ты должна была поглотить чужую душу. Почему девченка еще жива? Гера! — С этими словами он сгреб ее в охапку, вынуждая запрокинуть голову и принять его поцелуй. Властно раздвинул ее губы, скользя по ним языком.

Ах, вот оно что! Маргарита почувствовала, как страх сменятся яростью. Значит, ее в живых оставлять не предполагалось? Сила откликнулась на ее эмоции, ударяя дракона в грудь.

В этот самый момент черная тень метнулась к Герилиону, нападая сзади. Марго взвизгнула от неожиданности, отскакивая в сторону.

По земле мимо нее прокатился комок из сплетенных тел. Отец боролся с Герилионом, и тот, ослабленный ее магическим ударом, заметно проигрывал.

Марго вновь выпустила силу. Сведя руки вместе, она создала портал. Вильгельм среагировал мгновенно, отшвыривая противника в закручивающуюся в вздохе воронку.

Повсюду слышались звуки телепортов, в небе показалось еще несколько драконов.

Марго закрыла портал, а уже спустя несколько секунд не могла точно сказать как она это сделала.

— Ты в порядке? — Отец, прихрамывая, бежал к ней. Рука вывихнута, бровь разбита, а на скуле красовался огромный синяк.

— Папа! — Она бросилась к нему на шею. — Это я! Это все я виновата!

Слезы подступили к глазам, а в горле застрял тугой комок. Ну почему она все время попадает в неприятности? Краем глаза заметив, как непроизвольно морщится отец от ее объятий, она отстранилась. Должно быть, он, вдобавок ко всему, еще и сломал себе что-нибудь.

— Тебе нужно уходить отсюда. — Он сунул ей в руку кольцо с телепортом. — Это перенесет тебя в мой охотничий домик. Жди там, я приду, как только смогу и все объясню. Просто дождись меня там, поняла?

— Но папа, ты не понимаешь! Это я сделала. Я подожгла академию, и этот дракон…

— Это не ты. Слышишь меня? — Вильгельм заглянул ей в глаза, смотря с предельной серьезностью. — Ничего не бойся. Все будет хорошо. Просто дождись меня.

Маргарите ничего не оставалось кроме как кивнуть и взять из его рук кольцо. Оно тут же сработало. Магическая сила дернула ее вверх, даря невесомость и молниеносно пронося над городскими крышами.

Оказавшись в месте назначения, она тяжело переступила, хватаясь за стену. Нет, определенно, этот способ передвижения — не для нее.

Она огляделась — домик, в котором она оказалась, чем-то напоминал лесное убежище Дивуара. Только что выглядел куда более необжитым. Он был весь сделан из камня, даже стоящий в середине стол.

Подошла к маленькому диванчику в углу, но стоило на него сесть, как в воздух тут же поднялась пыль. Маргарита громко чихнула.

«Будь здорова! Кажется, в ваше время принято желать здоровья…»

Она подскочила, напуганная голосом.

— Это снова ты! — Марго принялась озираться по сторонам. Казалось, что Гера вот-вот появится где-то поблизости. — Что тебе от меня нужно?

«Глупый вопрос, не находишь?»

— Мое тело?

«Милочка, тут нет ничего твоего и моего. Здесь все — наше».

Ситуация была хуже некуда. Внутри сидела богиня древности и в открытую насмехалась.

Видимо ей мало того, что Герилион напоил своей кровью, и она на какое-то время потерялась, растворилась в воспоминаниях Геры.

Память старательно подсовывала образы один развратней другого. Она же переспала с этим драконом!

Вот только картинки произошедшего нисколько не возбуждали. Захотелось залезть под горячий душ и смыть с себя грубые прикосновения, растереть кожу мочалкой, чтобы перестать ощущать на себе жесткие цепкие пальцы. Этот дракон был убийцей, маньяком охочим до свежей крови.

Она понимала, что стоит сейчас задуматься о произошедшем, как у нее начнется истерика. Сколько людей сегодня погибла? Сколько погибли конкретно из-за нее?

Нужно было отвлечься. Ее истерика не поможет делу. Но мысли о Герилионе заставили вспомнить его слова: «Ты должна была поглотить чужую душу. Почему она еще жива?»

Марго закусила губу, обдумывая эту фразу. Действительно, почему она еще жива? Вряд ли полукровка способна на равных противостоять древнему божеству.

Из этого вопроса вырос еще один. Если бы Гера сумела поглотить ее душу, что случилось бы с Элигосом? Остался бы он жив?

«А если умрет он? Умрет и Гера, или только я?» — подобные мысли не способствовали душевному покою.

На душе внезапно стало тоскливо, вспомнилось, как они сидели с драконом в похожем домике и разговаривали обо всем на свете.

Как же тогда все было просто!

Что с ним сейчас? Она поискала взглядом: в углу стоял буфет, на котором обнаружилась подставка с кухонными приборами. Совсем как тогда в своей комнате она легко ткнула ножом в раскрытую левую ладонь. И через несколько секунд ощутила точно такой же укол в правой.

«Не ужели он и впрямь тебе нравится?»

Марго сделала вид, что не услышала вопроса. Быть может, если Геру игнорировать, она уйдет?

Входная дверь оказалась закрыта, но замок проблем не составил. На улице пахло близостью воды. Буквально в паре десятков шагов виднелась широкая полноводная река. Течение было спокойное, но противоположный берег вырисовывался с трудом.

Вокруг все поросло кустарником, а рядом начинался густой лиственный лес. Красивое место. Почему она раньше здесь не бывала?

Над водой поднималось утреннее солнце, еще не начавшее пригревать в полную силу. Пели птицы, на одной ноте трещали цикады. Она оглядела покрытую росой траву, жалея, что не захватила плед из домика.

Пришлось возвращаться назад. Скорее бы уже пришел отец!

Но он не приходил. Маргарита успела выплакаться, затем выспаться, а с утра найти в буфете кое-какую еду и даже немного прогуляться по лесу.

Когда отец не пришел и на второй день, она начала не на шутку волноваться. Может быть, древний дракон вернулся, чтобы закончить начатое? Сжигает сейчас города, убивает людей, а она сидит здесь, не зная, что ее родным угрожает опасность.

Еще недавно казалось, что брачный ритуал с Элигосом — большая проблема. Вот только по сравнению с Герилионом и Герой — Дивуар просто душка.

По крайней мере, у него нет садистских наклонностей и желания спалить к чертям весь Шитар просто, чтобы развлечься и напомнить о себе.

Она сидела на берегу, бросая камушки в воду, чувствуя, как начинает клонить в сон. Переживания потихоньку отступили на второй план, глаза стали закрываться. Как скоро придет отец? И придет ли вообще…

Стоило бы ей вернуться в домик. В этот момент она почувствовала удар прямо в солнечное сплетение. С минуту она хватала ртом воздух — не понимая, что происходит, а, придя в себя, осознала — это ощущения Дивуара. Но, он ведь рассказал отцу о ритуале? В чем же дело?

В мрачных мыслях она просидела у реки почти весь день.

Бросая очередной камушек, Маргарита зевнула, потирая глаза руками, а когда убрала руки, то увидела тень, мелькнувшую за деревьями.

Какое-то животное? Или показалось?

Девушка присмотрелась. Нет, там действительно кто-то был. Маргарита осторожно повернула голову и поняла, что и с другой стороны от нее тоже кто-то есть. По спине пробежали мурашки. Отец бы точно не стал прятаться.

— Ты там? — прошептала она, надеясь, что Гера ее услышит.

За эти дни, древняя ведьма больше не давала о себе знать. Это не могло не радовать, ведь той твари, что сидела внутри нее и мечтала об убийствах, насилии и подчинении, волю лучше было не давать. Вот только Гера, не смотря на то, что была форменным злом и мечтала избавиться от Маргариты, злом была уже известным. А вот кто прятался за деревьями, оставался загадкой.

Ведьма ей так и не ответила. Маргарита осторожно поднялась с травы, и в этот же момент в нее полетело заклинание. Чужие чары опутали, роняя на землю, лишая возможности двигаться.

Марго понадобилось меньше двух секунд, чтобы снять заклинание, вот только шевелиться она не спешила.

Из-за деревьев показались несколько десятков человек в форме личной охраны императора.

«Кажется, папочка опять облажался».

Мысли были явно не ее собственные. Значит, ведьма все еще пряталась внутри. Марго попробовала вспомнить что чувствовала, когда Гера поджигала академию. Но ничего не получалось, даже страх и опасность не вызывали прилива магии.

Что же делать? Бежать некуда. Разве что попытаться нырнуть в воду, да только плавала она из рук вон плохо.

Что же все-таки случилось с отцом? Если вместо него появились солдаты — дело плохо. Наверняка, император прознал про то, что это она подожгла академию, отец попытался ее защитить…

Один из солдат подошел вплотную. Маргарита наблюдала за ним из-под опущенных век.

«Человеческий выкормыш…»

Солдат осмотрел ее, слегка пнул ботинком под бок и поднял на руки.

Откуда-то с боку раздалось командирское:

— Проверьте дом!

Дом проверяли недолго — да и нечего там было проверять, по сути.

Мужчина, держащий ее на руках, неловко залез в карман, доставая портативный телепорт.

Рывок, невесомость — и вот они уже на месте. Самым сложным, пожалуй, было не скривиться от накатившей тошноты, продолжая играть роль бессознательной жертвы.

Открывать глаза Марго боялась, но сквозь ресницы разглядела каменные стены и несколько магических ламп под потолком. Эхо от шагов раздавалось так, будто они шли по подземелью.

— О! У меня, наконец, появится компания? — Насмешливый низкий голос заставил невольно встрепенуться.

Солдат почувствовал ее движение и ускорил шаг.

— Ей? Ребята, вы решили исполнить мое желание и привести девочек перед казнью?

Маргарита не удержалась и распахнула глаза. Они находились в большом каменном мешке, в котором по кругу было расположено пять тяжелых покрытых рунами дверей. На каждой — по маленькому решетчатому окошечку, за одним из которых виднелось знакомое лицо.

«Мужчина в цепях, это так сексуально…»

Хлопнула дверь камеры, ее внесли внутрь одной из дверей, положили на жесткую койку. Солдат разве что бегом не убежал.

Оставшись в одиночестве, Маргарита поняла, что улыбается, рассматривая стену, за которой находился Элигос. Что ж, теперь-то она точно вытрясет из него ответы на все свои вопросы.

Глава 13. Правда

Опытным путем удалось выяснить две вещи: во-первых, тут стоят ограничители магии — дверь ни в какую не желала поддаваться; во-вторых, поговорить с Элигосом не получится — стражник, сидевший перед камерами, моментально включал какой-то артефакт всякий раз, как они начинали говорить. В ушах сразу шумело так, что услышать нельзя было собственный голос, не то, что чужой.

Вдобавок ко всему, пальцы постоянно покалывало. Сначала она думала, что отлежала руку, но потом поняла, что дело вовсе не в этом.

— Гера забери, что ты творишь, Дивуар? — тихо прошептала она.

Может быть, это какой-то шифр?

Маргарита попыталась отследить в уколах хоть какую-то закономерность. Указательный, большой, мизинец. Затем снова указательный. Причем кололо всегда в разных местах. Она пыталась представить, что пальцы — это буквы алфавита, но все равно получилась какая-то тарабарщина.

«Что мы имеем?» — рассуждала девушка. — «Дракон-ритуалист пытается подать мне знак. Каким способом он будет пользоваться?»

И тут на ум пришел их последний разговор, где Элигос говорил ей о малом рунном алфавите и правиле десяти пальцев. Ну конечно!

Его действительно было просто выучить, даже Маргарита, никогда серьезно не обучавшаяся магии, его знала, как детскую песенку-считалку. Вот только что толку от перечислений названий рун, если максимум, что она может — сказать, как они выглядят?

Но Дивуар был упорен, повторяя одно и то же раз за разом. Девушка взяла ложку, которую принесли вместе с обедом, подошла к двери камеры и принялась чертить обратной стороной столового прибора знаки рун, которые так настойчиво сообщал Элигос. Как только она закончила последнюю руну, полученный рисунок слегка засветился. Маргарита, поражённая внезапной догадкой, направила свою магию на дверной замок и сразу же почувствовала отклик — получилось! Девушка выглянула сквозь решетчатое окно на сидящего к ней спиной охранника.

— Эй, вы там про меня не забыли? — Крикнула она. — Я уже второй день тут сижу, может быть, мне хотя бы объяснят… — дальнейшие слова потонули в шуме из-за включившегося артефакта.

Охранник даже не повернулся. Что ж, это он зря. Марго ухмыльнулась, толкнула дверь, тихонько выскользнула и подошла к соседней камере, чтобы открыть дверь Элигосу.

Тот выглядел вполне довольным жизнью — разве что волосы спутаны, да одежда грязная. Он подмигнул Маргарите и подошел к ничего не подозревающему стражнику. Тот потянулся, чтобы прекратить действие прибора, но, очевидно, что-то почувствовал и обернулся.

Дракон вырубил его с одного удара. Охранник распластался по полу, задев артефакт. Прибор упал, расколовшись на части, и перестал шуметь.

— Ну, наконец, моя дорогая. Я думал, ты будешь соображать куда быстрее. — Подал голос Элигос в своей обычной насмешливой манере.

— Ты издеваешься? — Маргарита ожидала от него какого угодно приветствия, но только не того, что он начнет упрекать ее в недогадливости.

— Издеваться над своей драгоценной женушкой? Да никогда в жизни! — Фыркнул мужчина, подходя ближе и смачно чмокая ее в щеку. — Я скучал. Честно.

— Позер. — прошептала она, вытирая щеку. Хотелось накричать на него, но для выяснения отношений место было не самое походящее.

— А ты мне не рада? — Дивуар напряжённо всматривался в темноту коридора. — нам надо уходить отсюда.

Он подхватил ее на руки и помчался вперед по темному коридору. Со стороны выхода показалось около двадцати солдат в императорской форме, все вместе они не вмещались даже в проход, стоя друг за другом. Те, что были впереди, держали в руках замедлители.

— Проклятье! — он резко затормозил, ставя девушку на землю и задвигая за свою спину.

— Ничего себе, сколько их. — Марго попыталась свистнуть, но вместо это вышло только тихое «уф», — Не многовато для двоих сбежавших?

— Нас высоко ценят. — Дракон переминался на месте.

Маргарита еще раз окинула толпу взглядом. Вдвоем им со всеми ними явно не справиться.

Очевидно, солдаты решили так же, поскольку после небольшой заминки кинулись на них, активируя замедлители. Дивуар с легкостью откинул от себя первых двух нападавших. Те ударились об стену и потеряли сознание. Еще трое налетели на дракона следом, четвертый успел направить на него голубое свечение, способное обездвижить любого дракона. Двое окружили ее саму. Марго выставила вперед руки в защитном жесте, чувствуя, как начинает покалывать тело от воздействия замедлителя на Элигоса.

В этот самый момент изнутри поднялась волна, прошлась по плечам и вырвалась из ладоней. Весь туннель озарился на миг ярким ослепляющим светом. Когда свет исчез, и глаза обрели способность снова видеть, оказалось, что на ногах остались стоять только Маргарита и Элигос.

— Этому ты научилась, когда зашла разок в Академию? Что же будет, когда ты туда на целый семестр попадешь… — Попытался пошутить Дивуар, но было видно, что от магического выброса ему не по себе.

— Ты вроде говорил, что нужно бежать?

Маргарите и самой было не по себе. Гера молчала, а доступ к ее силам не сулил ничего хорошего. Прошлый раз, получив его — она отправилась поджигать столицу, причем с полной уверенностью, что это очень весело.

Коридор привел к выходу, который охраняло всего трое солдат. Расправиться с ними для дракона не составило труда.

Выбравшись наружу, оказалось, что они находятся среди нескольких одинаковых строений, напоминающих казармы или бараки.

По улицам по двое и по трое ходили караульные, а местность была обнесена высоким забором со смотровыми вышками по углам.

— Понятия не имею, где мы. Но есть способ узнать. Посмотреть сверху.

— Ты имеешь в виду забраться на вышку?

Маргарита оценила их шансы пробежать мимо караульных. Кто знает, сможет ли она снова усыпить всех разом?

Элигос усмехнулся:

— Ты, кажется, забыла, моя дорогая, что один из нас умеет летать.

Глаза его почернели, черты лица исказились, а тело начало растворяться в густом дыме. В какой-то момент он обхватил ее, черные клубы закрыли собой все вокруг. Маргарита почувствовала, как тянет вверх, а затем ощутила, что сидит, упираясь руками в теплую ороговевшую чешую.

Дым развеялся так же быстро, как и появился, открывая взору тело ящера.

«Сюда бы еще стремена и седло».

Дракон Элигоса был гораздо меньше, чем тот, в которого обращался ее отец, и уж тем более меньше Герилиона, но стоило признать, что сидеть на нем было удобно.

Внизу закричали солдаты, засверкали лучи заклинаний, но Элигос уворачивался с невероятной ловкостью. Маргарита видела, как караульные на одной из башен зарядили орудие, напоминающее катапульту, и спустя секунду в их сторону полетела гигантская стрела, затем еще одна и еще. Дракон сделал головокружительный кульбит, уходя в крутое пике. Сердце замерло, а руки мертвой хваткой обхватили его шею.

Марго надеялась, что стоит им отлететь на достаточное расстояние, как все прекратится, но позади раздался шум хлопающих крыльев — за ними гнались драконы.

Ящеры выстреливали струями огня, заходя с разных сторон. Маргарита прижималась к коже дракона, надеясь, что Элигос окажется достаточно быстрым. Если их обгонят, то возьмут в кольцо.

Еще и местность как на зло была полностью открытой. На километры вокруг — сплошные степи. Оставалось наедяться лишь на выносливость и скорость Дивуара.

Погоня длилась целую вечность, пока преследователи, наконец, не отстали. Дракон повернул к ней свою морду, скаля пасть, словно спрашивая, понравилось ли ей.

Если бы могла, Марго обязательно ему бы ответила каким-нибудь ругательством, вот только она замерзла, от постоянного напряжения свело спину, а руки почти не ощущались, — того и гляди разожмутся, и она рухнет вниз. На споры просто не было сил. Больше всего на свете ее интересовало сейчас, когда они прилетят хоть куда-нибудь, и можно ли будет оттуда связаться с отцом. Что же с ним случилось? И почему, Гера забери, ее держали в соседней камере с Дивуаром?

Держаться за шею дракона становилось с каждой минутой все сложнее. Она уже хотела просить устроить привал, как увидела небольшой замок. Он раскинулся на берегу ручья и был окружен неухоженным заросшим садом. Когда-то давно кусты и цветники были посажены по единому плану, но сейчас они разрослись так, что на земле случайный путник увидит лишь заросли.

Дракон начал снижаться, пока не опустился прямо перед ступеньками каменного крыльца. Черный дым окутал ящера. Ей не пришлось даже спрыгивать — ноги мягко коснулись вымощенной плитками дорожки, а рядом уже стоял Элигос. Мужчина кинулся к двери. Глаза его странно блестели, он то и дело поминутно облизывал губы.

— Тут наверняка навешана куча всего, чтобы сообщить, если я попробую вернуться. Не поможешь? — Он нетерпеливо обернулся к Марго.

— Это твой дом? Не очень-то умно приходить сюда, учитывая, что ты, а теперь и я, в бегах.

— Да, да… Но мне жизненно важно добраться до моей библиотеки. Нужно кое-что перепроверить…

Она никогда еще не видела его таким суетливым. Это было странно. Подойдя к двери, Марго разом смахнула все наложенные когда-либо и кем-либо чары. Если бы ее попросили снять что-то конкретное — с этим была бы проблема, а так…

Внутри оказалось довольно симпатично. Пыльно и грязно, но в целом ей определенно нравилось. Высокие потолки, светлые стены, из окон виднелся сад. Дивуар закрыл за ними дверь, вычерчивая на той незнакомые руны.

— Это на случай, если все же придут гости — пояснил он.

После этого кинулся вверх по лестнице. Марго ничего не оставалось, кроме как последовать за ним.

— Нам стоит обсудить кое-что. За то время, пока ты был в заключении, обстоятельства несколько… Гера забери…

Все слова вылетели из головы, стоило ей зайти в ту комнату, в которую вбежал Дивуар. Стены в ней были исписаны мелом. На полу валялись тысячи мелких и крупных листков, исчерканных формулами. Часть из них была закреплена на стенах, часть покрывала стол, стул и диван.

— Я всегда подозревала, что ты чокнутый, но чтобы настолько… — В этот раз ей даже удалось свистнуть.

Элигос взялся за стопку книг, пестрящих закладками, и с остервенением принялся их листать.

— Не здесь, не здесь… — Одну за одной он отбрасывал книги в сторону и тут же хватался за новые.

Маргарита тем временем рассматривала формулы и графические зарисовки, расчеты времени, положения небесных светил, нанесенные прямо на стены.

— Это ведь расчеты того ритуала, о котором ты говорил? — Было в нанесенных мелом рунах что-то странное. Что-то, что цепляло глаз. — Ну, тот самый, из-за которого ты подался в бега.

— Два десятка лет… неужели, я снова просчитался? — Прошептал себе под нос мужчина, по-прежнему игнорируя девушку.

Марго обошла комнату по периметру. Что же такого было в этих знаках, что не давало покоя?

Спустя минуту она поняла. Большая часть символов для расчета была изображена перевернутыми. Считалось, перевернутые руны благоволили неодаренным и человеческим особям. Что бы это значило?

— Ты испортил тот ритуал с призывом божественного… — предположила она.

На этот раз дракон повернулся к ней.

— Не испортил. Просто скорректировал с поправками на твою мать.

— Что это значит? Эй! — Она подошла к Дивуару, упирая сердито руки в бока. — Ты не думаешь, что после всего, что ты сделал, ты должен мне как минимум объяснения?

— Я объясню, — Элигос захлопнул очередную книгу, откладывая ее в сторону, — Но для начала расскажи мне… после того, как твой отец схватил меня. Куда ты пропала из дома?

Маргарита нахмурилась, кусая губы. Откуда он знает об этом, если был в тюрьме? Рассказывать о том, что случилось, было страшно. Пусть даже это была не она. Стоит ли говорить о Гере и Герилионе? О том, сколько людей пострадало? После недолгого раздумья девушка тряхнула головой, выбрасывая сомнения прочь. В конце концов, Дивуар — ритуалист, быть может, он как-то поможет избавиться от надоедливой сущности, поселившейся внутри? А что касается Герилиона… она была с ним не по своей воле. Вот только как все это объяснить.

— Внутри меня оказалась скрыта Гера. Ее возлюбленный похитил меня и пробудил ее. Они переспали, а потом полетели жечь столицу и убивать людей. Прилетел папа, начал биться с Герилионом. Я как-то смогла подавить Геру. Конец. — Она произнесла это скороговоркой, на одном дыхании.

— Подожди, не так быстро… Что ты сказала? — Элигос привстал от удивления. — Что значит переспали?

— Из всего, что я сказала, ты уловил только это? — Марго сердито сжала кулаки.

— Эм… — Дивуар явно все еще пытался переварить полученную информацию. — Хорошо. — Наконец, выдавил из себя он. — Ты должна знать, как все было. Только, прошу тебя, дослушай до конца. Двадцать лет назад императрице удалось заполучить ключ к вызову древней правительницы Шитара — Геры. Августа мечтала повторить ее путь. Свергнуть мужа и единолично править. А потом мне предложили подготовить ритуал по передаче древних сил. Но я прекрасно знал, чем это может закончиться. Если бы Гера пробудилась — Шитар утонул бы в огне. В нашей семье сохранились рукописи свидетелей тех времен. Учитывая, что наш род периодически роднился с полукровками и даже неодаренными, нас бы перебили первыми — за порчу чистой драконьей крови.

— Почему ты не отказался? — Тихо спросила Маргарита. О да, кому, как не ей, знать, насколько кровожадна может быть Гера.

— Моя кузина. Она могла с этим справиться. У нее ушло бы больше времени. Но она бы смогла. Представители нашего рода всегда были хороши в рунах. Если бы не согласился я — это сделала бы она. А пойти и донести на члена собственной семьи у меня не хватило бы духу.

— И ты решил предотвратить возвращение Геры иным образом?

Элигос задумчиво кивнул, по его виду казалось, что он мысленно перенесся на двадцать лет назад.

— Августа планировала принести в жертву твою мать. Та была беременна, и магия ребенка подходила идеально. Я все учел. Ключ, о котором я говорил, должен был не дать пострадать ни женщине, ни младенцу, и, при этом, нейтрализовать императрицу. Больше ничего не должно было произойти. Пустышка. Я все рассчитал. Кроме одного.

— И что же ты упустил?

Элигос хвалился, что он лучший — что же он мог не учесть?

— То, что детей окажется двое. — Дивуар сжал пальцами виски и прикрыл веки. — Сила нашла лазейку. Неучтенный ребенок. Не защищенный от ее влияния. Ты. — мужчина посмотрел на нее, и Марго поразилась, сколько боли и раскаяния было в его глазах. — Я бежал, сразу как схватили сестрицу — она моментально выдала мое участие. Но главное было не это. Я знал, что из-за моей ошибки может случиться непоправимое. Сила была в тебе. Твой брат не подходил — на нем ключ сработал как надо, и он получил возможность оборота в дракона. А вот за тобой я наблюдал. Все же я на редкость хорош в создании всякого рода артефактов. Двадцать лет с помощью них мне удавалось водить твоего отца за нос. Сначала я размышлял, как убить тебя, уничтожив и силу. Хотел исправить то, что натворил. Но чем больше я наблюдал… В общем, древний ритуал подошел как нельзя кстати. Ну и потом, так я мог похоронить старую ошибку. Выбить через твоего отца помилование и жить счастливо. А скованная ритуалом сила не должна была пробудиться.

— Но она пробудилась. — Маргарита отступила от него на шаг. — Ты хоть представляешь, что я творила, пока она сидела в моей голове?! А тот проклятый дракон! Меня до сих пор трясет от воспоминаний о том, что делали те двое.

— Это была не ты.

— Скажи это тем, кто погиб!

— Я виноват перед тобой, очень. И если бы я мог, то отмотал бы время вспять, чтобы все исправить. Не уверен, что ты когда-нибудь сможешь меня простить…

— Виноват? По твоей милости в меня вселился дух тысячелетней убийцы, и ты считаешь, что то, что ты решил меня великодушно не убивать, тебя извиняет? — Чувство вины мгновенно обратилось в ярость. — Хотя ты сам, оказывается, тот еще маньяк. Следил за мной? Может, еще и вещи воровал? И после этого тебе нужно мое прощение?

Он неожиданно обвил руками ее талию, притягивая к себе:

— Ты моя жена, в конце концов. Конечно, нужно. — Он поцеловал ее куда-то в макушку, вдыхая запах ее волос.

— Не смей обращать все в шутку!

Она забилась в его руках, колотила кулаками по груди, не обращая внимания на собственные ощущения. На глазах появились слезы, тело начала бить дрожь. Он ведь ей нравился. Очень нравился. А теперь оказывается, что все проблемы в ее жизни были из-за него. Кокон — теперь-то уже ясно, что это была за скрытая сила. Проклятая магия Геры, ждущая своего часа. И если все это берет свои корни из того, что произошло так давно, то и родители наверняка в курсе. Все вокруг были в курсе, кроме нее.

Элигос обнимал ее за плечи, гладил по спине, пытаясь успокоить, шепча на ухо слова извинения вперемешку с комплиментами.

Спустя время Маргарита успокоилась, но вот горький осадок никуда не делся.

— В таком случае, я могу тебя простить. — Наконец произнесла она. — Помоги мне избавиться от этой силы, а затем разорви связывающий нас ритуал.

Дракон нахмурился:

— Я что-нибудь придумаю насчет Геры. Но ритуал отменять не буду. — В голосе дракона внезапно прорезался металл.

— И что это значит? — Маргарита вновь почувствовала, как поднимается злость. Да что этот дракон себе позволяет.

— Что ты — моя. — Скрипнул зубами мужчина, явно борясь с охватившими его чувствами.

Марго поджала губы, мысленно подбирая для Дивуара эпитет покрепче.

— Когда ты сердишься, ты особенно прелестна. — Он крепче прижал ее к себе и шепнул на ухо. — И все равно я заставлю тебя меня простить.

— И как же ты это сделаешь? — она вновь попыталась отодвинуться.

Простить? Ну уж нет! Как же она ошибалась, считая, что Дивуар лучше Герилиона! Древний дракон хотя бы честен в своей одержимости разрушениями, а вот этот — прикрываясь благими намерениями, превратил ее жизнь в ад!

Вот только от шепота Элигоса по спине пробежали мурашки, тело охватил трепет. Она неосознанно прикусила губу, проклиная себя за охватившее тело сладкое предвкушение.

— Я задумал коварный план. И, сразу предупреждаю, тебе он не понравится.

С этими словами он прижался своими губами к ее, вовлекая в томительно сладостный поцелуй.

Глава 14. Новый порядок

Она наслаждалась их мучениями, а потому упросила Герилиона не сжигать всех сразу. Кого-то добила сама — памятуя как ее, посмевшую отказать королю Рафаилу, жестоко избили местные стражники, а затем по очереди взяли ее. Ничтожные человеческие выкормыши. Они думали избавиться от нее, принеся в жертву, спалив в драконьем пламени? Отныне она отказывается причислять себя к их числу.

Когда она верхом на драконе пролетала над селениями и городами, она видела, как гонцы стремятся с вестями во дворец. Но может ли человек быть быстрее того, кто обгоняет ветер? Ну уж нет, она сама расскажет презренному корольку о новом положении дел.

Отныне порядок в Шитаре изменится.

Король прятался с семьей в потайной комнате, начинающейся прямо за троном. Герилион выломал резное деревянное кресло вместе с куском стены.

Рафаил дрожал, прячась за спинами своей жены и детей. Как низко. Этот трус не достоин был и жизни, не то, что власти.

— Вас убить, или отойдете сами? — Ее враг совсем скоро будет в полной ее власти, а потому она была настроена на редкость великодушно.

Королева оказалась не безнадежна, отскакивая от мужа в сторону, как от прокаженного, и утаскивая за собой отпрысков.

— Что тебе надо? — Голос Рафаила дрожал, потный лоб блестел в неровном свете подвешенных к потолку ламп. — У меня много сокровищ. Я отдам тебе все!

— У тебя много сокровищ? — Расхохоталась Гера. — Сейчас даже собственная жизнь не принадлежит тебе, а ты твердишь о каких-то побрякушках.

Дракон метнулся к Королю и, перехватив, переломил тому позвоночник. Хруст сломанных костей и распростертое на полу тело. Но тот еще был жив. Нелепо открывал и закрывал рот в попытке набрать воздуха в сведенные предсмертной судорогой легкие. Нет уж, человеческий выкормыш, ты так легко не отделаешься!

Она наклонилась, шепча заклинание, что позволит Рафаилу страдать еще долгие и долгие часы.

Превосходно!

Герилион подошел к ней сзади, с шумом вдыхая запах ее кожи:

— Твое торжество пахнет так вкусно, ведьма.

Она повернулась, заглядывая в черные туннели глаз. Даже находясь под воздействием обращающего заклятья, они выдавали его нечеловеческую природу. Ящер, всесильный хищник, способный справиться с кем угодно. Единственный, кому она отныне согласна принадлежать.

Дракон поднял Геру на руки и понес прочь из коморки обратно в тронный зал, враз лишившийся и короля, и трона. Повсюду была кровь, трупы стражников. Перешагнув через один из них, Герилион поставил ее рядом с окном, откуда открывался вид на полыхающий город.

Тянуло дымом и отчаянием. Дракон стоял за ее спиной:

— Тебе нравятся твои новые владения, ведьма?

Он просунул руку под белье, грубо оглаживая ее между ног, вынуждая их развести шире.

— Я должна сказать за них тебе спасибо, дракон.

Он с рычанием прикусил ее плечо. Гера почувствовала, как вниз по груди потекла горячая струйка крови. Дракон схватил ее за волосы, вынуждая запрокинуть голову.

— Ну как, ведьма, тебе нравится быть королевой?

Он приставил свое возбужденное достоинство к ее лону, слегка надавливая на вход.

О, да! Видят боги, ей нравилось. Нравился ужас в глазах людей, нравилась жестокость и легкость, с которой Герилион убивал всех, на кого она указывалась. Нравилась его сила, мощь, запредельная власть.

А вот собственная охватывающая страсть — была слабостью. Напоминанием о том, что она по сути так же была человеком.

Дракон тем временем сорвал с нее остатки плаща, в который она завернулась после их пребывания на горе, и смял ее грудь.

— Что же ты молчишь, ведьма? — Он толкнулся вперед членом, входя сразу на всю глубину. Гера застонала от боли, вызванной чрезмерной величиной органа, смешанной пополам с наслаждением.

— Так уже лучше. Стони громче, ведьма. — Прорычал Герилион. — Пусть весь Шитар слышит, что я делаю с его новой королевой.

В какой-то момент это перестало доставлять ей наслаждение. Дракон грубо вколачивался в ее тело, выставленное напоказ в окне. Он до крови прокусывал ее кожу в порыве страсти, с силой выкручивал соски, бил по ягодицам, распаляясь от этого все сильнее и сильнее.

Она не выдержала. В тот момент, когда Герилион в очередной раз взял ее за подбородок, чтобы заглянуть в глаза, она извернулась и прокусила ему запястье.

Терпкая кровь наполнила рот. Но, как ни странно, дракон не отдернул руку. Гера сделал глоток, еще один. Теплая, на удивление пресная. Она струилась по небу, прокатывалась на языке. Не отдавая себе отчет в том, что она делает, она глотала снова и снова. И с каждой секундой ощущала себя более сильной, полной энергии, магии, самой жизни.

Боль от яростных толчков Герилиона больше не ощущалась, она снова начала получать наслаждение.

Дракон наконец убрал руку, заменяя ее своими губами. Их языки танцевали, опьяненные разделенным на двоих могуществом. Их тела сливались в единое целое, их души обретали связь.

— Теперь и отныне ты только моя, ведьма. — Рычал дракон. — Я всегда и везде тебя найду. В любом мире, в любом обличии.

Тело сводили сладкие судороги. Пальцы Герилиона, блуждающие по ее телу, перестали казаться грубыми. Его остервенелая жестокость стала для нее лучшим из видов самых изысканных ласк.

— Отныне я королева, дракон. — обожгла она своим дыханием его кожу.

— Моя… только моя, королева…

Он внезапно сильнее прочего прижал ее к себе, и этого простого действия оказалось достаточно, чтобы окончательно обрушить лавину наслаждения. Удовольствие, витающее в воздухе, пьянило.

Она чувствовала его семя внутри себя и его магию, вместе с кровью пульсирующую по ее венам.

Пытаясь отдышаться после ослепительного мига блаженства, она еще раз оглядела свои новые владения. На кончиках пальцев плясали магические вихри, отзывающиеся на ее желания.

— Ты улыбаешься, моя королева. — Герилион слизнул кровь у нее с плеча.

— Королева, кажется, впервые задумалась о том, что такое счастье.

Глава 15. Ужин

Тело горело неудержимым огнем желания. Объятия. Касания. Дразнящие, раззадоривающие. Руки Элигоса блуждали по ее телу, опьяняя, накрывая с головой.

Маргарита таяла, с головой уходя в темный омут страсти. Пальцы дракона тискали грудь, сжимали бедра, все крепче прижимая ее к себе, давая почувствовать его возбуждение.

Элигос скользнул рукой под платье, лаская внутреннюю часть бедер.

— Как же я скучал…

Его голос внезапно отрезвил. Напомнил о рассказанной им правде. Она вынырнула из его объятий, отпрыгивая в сторону:

— Не приближайся. — Она тяжело дышала, чувствуя, как все внутри сжимается от обреченности.

Хотела ли она его? Хотела, с этим было бессмысленно спорить. Вот только как быть с ним после того, что она узнала?

— Марго… — Элигос выглядел растеряно, волосы растрепались, а глаза потемнели, как в момент трансформации, чего она за ним раньше не замечала.

— Ты пришел сюда ради книг? — Она надеялась, что ее голос звучит твердо. — Вот и читай.

Лицо Дивуара мгновенно окаменело, превратившись в непроницаемую маску. Секунда — и вот перед ней действительно стоит один из высших. Опасный дракон из древнего рода, аристократ до мозга костей. В купе с черным взглядом и длинными волосами его сходство с Герилионом в этот момент было настолько велико, что Маргарита невольно содрогнулась, отступая назад.

— Я пришел сюда, чтобы выяснить, каким образом тебе стала доступна сила, если связь между нами действовала. Я имею ввиду случай в подземелье. — Дивуар вновь подобрал одну из книг и принялся ее пролистывать. — Ну, и в свете вновь открывшихся обстоятельств, меня несколько напрягает возможность встретиться с древним драконом.

— Случай в подземелье его напрягает, а то, что я чуть город не спалила — это в порядке вещей?

— Там я сам выпустил Геру, так что да, все в порядке. — Будничным тоном отозвался мужчина, уже полностью погрузившийся в чтение.

— Что ты сделал? — Обманчиво ласковым тоном спросила Марго.

— Не строй из себя оскорбленную невинность. Я почувствовал, что ты находишься в опасности, твой отец сказал, что тебя похитили.

Маргарита несколько раз сжала и разжала кулаки. Оскорбленную невинность? На кончиках пальцев тотчас заплясали еле заметные искорки. Девушка всплеснула руками, и все прекратилось.

Нет. Это уже явно перебор. Пусть Дивуар катится прямо к Герилиону в пасть, а она, пожалуй, отыщет в этом доме душ и что-нибудь, во что можно переодеться. А затем ей предстоит выяснить, что случилось с отцом.

Элигос увлеченно что-то чиркал на одном из клочков бумаги и совершенно не среагировал на ее уход из комнаты.

Дом оказался большим, но с гораздо более простой планировкой, чем манор ее отца. Никаких запутанных коридоров, смежных комнат, в которых можно заблудиться, ходя по кругу. Обходя все в поисках ванных комнат, она невольно залюбовалась высокими потолками и просторными залами. Впрочем, живи она здесь, то обязательно бы все переделала. Обновила мебель, перекрасила бы стены. Было бы здорово, если бы каждая комната имела свой особый цвет. И потом можно было бы говорить слугам: «Отнесите вещи гостей в фиолетовую гостиную».

С такими мыслями она успела обойти практически весь дом и отыскать и подходящую ей одежду, и работающую ванную.

Правда, одежда нужного ей размера оказалась лишь в комнате слуг и практически вся была красного цвета, который носили неодаренные. Но выбирать не приходилось.

После недолгого заключения ощутить на себе теплые струи воды, омывающие тело, было особенно приятно. После водных процедур она еще долго приводила в порядок волосы, расчесывая их случайно найденным гребнем и рассматривая стоящую на столике изящную голубую вазу. Монотонные действия успокаивали, помогали отвлечься от мыслей об отце, от которых на душе скребли кошки. Что же с ним случилось?

Она как раз заканчивала одеваться, выгибаясь, чтобы дотянуться до крючков на спине, как в дверях комнаты, в которой она устроилась, показался Элигос. Судя по мокрым волосам, идея освежиться пришла не одной ей.

— Если ты пришел с чем-либо, кроме ужина — можешь идти обратно. — Фыркнула девушка, досадуя на то, что дракон застал ее в такой нелепой позе.

Вместо ответа тот мгновенно оказался рядом, перехватывая ее руку:

— Я помогу.

От его прикосновений по телу пробегали искры. Один за одним, он прошелся по ряду крючков на платье, застегивая их. Добравшись до последнего, разгладил невидимые складки и положил ей руки на талию.

Маргарита кашлянула, отходя в сторону:

— Что насчет ужина? Я бы предпочла выдвигаться на сытый желудок.

— Куда это? — Нахмурился Дивуар.

— До того, как меня поймали солдаты, мы должны были встретиться с отцом. Но он так и не пришел. — Врать не было смысла. Элигос мог хотя бы подсказать, с чего ей начать поиски.

Тот неожиданно на секунду смутился, но быстро взял себя в руки:

— И ты собралась его искать? Как ты себе это представляешь?

— Он мой отец, на минуточку. И раз он не смог придти, хотя обещал — с ним наверняка случилась беда. А в Шитаре мало человек, способных причинить моему папе вред. Так что не важно, представляю ли я, как ему помочь, или нет. Я просто должна это сделать.

— Ты, на минуточку, — передразнил ее дракон, — сбежала из императорской тюрьмы. Так что вряд ли от тебя будет много пользы. Хелвин в состоянии разобраться со своими проблемами, не прибегая к помощи взбалмошных девиц.

— Что ж ты сам не побрезговал помощью взбалмошных девиц?

До того, как Дивуар заявился к ней, она была твердо намерена с ним не ругаться. В конце концов, сейчас они были в одной лодке, и только дракон мог помочь ей избавиться от проклятой силы. Но, как, оказалось, выдержать характер Элигоса та еще задачка!

— Ты моя жена, как никак. — Насмешливо напомнил ей дракон, — Так что и в горе, и в радости.

— Ну, так будь со мной в моем горе! — Маргарита уже практически кричала. Почему он не хотел понимать таких очевидных вещей? — Я же с ума схожу от беспокойства за папу. Помоги мне узнать, что с ним случилось.

Он рассматривал ее с минуту, словно что-то прикидывая. Затем вздохнул и полез во внутренний карман жилета, встаскивая сложенный во много раз газетный лист.

— Новости слегка устарели, но, думаю, вряд ли на данный момент что-то изменилось.

Маргарита опасливо взяла бумагу, развернула.

«Арестован глава тайной Канцелярии. Вильгельм Хелвин — герой, спасший город, или изменник?»

Она еще раз перечитала заголовок. Затем еще два раза. Посмотрела на портрет отца, изображенный под крупными буквами. Вильгельм Хелвин восседал в массивном кресле за письменным столом. Брови сдвинуты, взгляд — пронизывает до глубины. Ни дать ни взять — то ли преступник, то ли наоборот смотрит на преступника.

Маргарита поежилась. Чушь какая-то.

— Где ты это взял?

— Какая разница. Это просто газетный выпуск четырехдневной давности. Теперь-то ты понимаешь, что искать отца — глупая затея.

— Ты все это время знал, что папу арестовали, и не сказал мне? — Маргарита почувствовала, как улыбается. Вот только, судя по тому, как передернулся Дивуар, ему эта ее улыбка отнюдь не понравилась.

— Ни ты, ни я помочь ему сейчас не можем, так что давай смотреть правде в лицо. От того, что ты узнала — легче не стало.

— И как долго ты был намерен скрывать от меня эту информацию?

И снова на пальцах заплясали искры, а в груди разгорался то ли гнев, то ли живой огонь.

— До тех пор, пока мы не решили бы свои проблемы.

Голубая ваза, которая так ей понравилась, внезапно с громким хлопком лопнула, разлетаясь тысячей мелких осколков.

Дракон вздрогнул, инстинктивно хватая Марго в охапку и прикрывая собой.

— Эй! — Возмутилась девушка, но вырваться попыток не сделала.

На тело внезапно навалилась апатия, а злость куда-то ушла, оставив после себя усталость.

Элигос, нахмурившись, переводил взгляд с Маргариты на остатки вазы и обратно. Потом, словно что-то решив, сказал:

— Ладно. Допустим, я соглашусь. Ведь как ни крути — он твой отец. Но сперва мне нужно закончить расчеты. Не знаю, сколько времени мы еще сможем тут прятаться, а без справочников и книг нормальную работу не провести. Когда я закончу, будем думать, как спасать старину Хелвина. Хорошо?

Маргарита кивнула. На самом деле в этот момент она была готова кивнуть буквально на все. Что это с ней? То чересчур раздражительна, то подозрительно равнодушна. Да и Геры давно не слышно.

— Идем вниз? Я нашел в доме кое-что из еды под чарами стазиса. Нам повезло, что заклятья не выветрились за такой срок, так что ничего не испортилось.

Марго ожидала, что они спустятся в холл, но, как оказалось, Дивуар-манор еще был способен преподнести сюрпризы. В доме обнаружился цокольный этаж, ничуть не похожий на подвал, который был у отца.

Высокий потолок, ковры, разве окон не было. Пыли, как ни странно, тоже. Чистая ковровая дорожка, шкафы и полки без следа налета времени.

Рядом с большим диваном стоял круглый стол, на который было выставлено множество яств. Мясо, овощи. Даже несколько нанизанных на шпажки закусок.

— Решил устроить романтический ужин? — Подозрительно приподняла бровь Марго, плюхаясь на диван.

Дивуар сел на приставленное напротив кресло:

— Даже если и так. Ты разве есть не хочешь?

Есть действительно хотелось. При виде всего этого великолепия непроизвольно заурчало в животе, а рот сам наполнился слюной. Пока Элигос разливал по бокалам вино, Маргарита успела уже отрезать себе большой кусок мяса и наполовину его прикончить. Может быть, это было не слишком вежливо и культурно, но правила этикета сейчас заботили в последнюю очередь.

— За что выпьем? — спросила она, принимая бокал из рук дракона. Судя по тому, что он не спешил положить себе чего-нибудь съестного, дракон наверняка перекусил, пока накрывал на стол.

— За то, что нас объединяет. — Улыбнулся мужчина.

— Нас объединяет столько дурных вещей, если подумать. Гера, твои проклятые руны, старое судебное решение, и да, теперь мы оба — сбежавшие преступники. — Маргарита отсалютовала бокалом, — Давай лучшее за то, чтобы все это поскорее перестало нас объединять. И вообще не имело с нами ничего общего. — Она залпом осушила бокал. Терпкая горечь обожгла язык, небо и приятно защекотала нутро. В голове моментально зашумело.

Дивуар хищно улыбнулся, заставив Марго нервно сглотнуть. Ох, не стоило ей быть так неосторожной с вином. С родителями пить приходилось всего пару раз — да и то не больше пары глотков каждый.

Элигос зеркально отсалютовал, выпил свой бокал и подошел. Она зачарованно наблюдала за его приближением. Словно лань за хищником.

Дракон провел по ее волосам, очертил линию скул и приподнял лицо за подбородок, осторожно целуя.

По телу пробежали мурашки, и не смотря на все обиды, она раскрыла губы, поддаваясь навстречу. Всего лишь мгновения слабости, прежде чем остановить себя и прекратить это.

Он сжал плечи, невесомо провел по ним, и вдруг резко поднял ее руки вверх.

Марго почувствовала, как что-то оплело запястья. Подняла глаза — она оказалась привязана веревками прямо к спинке.

— Я же сказал, что собираюсь вымаливать твое прощение. И тебе это не понравится.

Глава 16. Будь моей

Маргарита дернулась, стараясь избавиться от пут, но в тот же момент еще одна веревка скользнула по коже, опутывая лодыжки. Она тяжело дышала, переводя взгляд с веревок на дракона и обратно. Ее буквально трясло, то ли от гнева и бешенства, то ли от боязни того, что дракон может сделать.

— Гера забери тебя, Элигос! Что за дурацкие шутки? Отпусти меня, сейчас же!

Злость мешалась с яростью и выпитым вином. Она не собиралась с ним спать, тем более так. Не после того, как выяснилось, что Дивуар все это время знал о Гере внутри нее, мало того, сам приложил к этому руку! Вся ее жизнь была пущена Герилиону под хвост руками этого человека. Она для него — игрушка, нелепый эксперимент в научных игрищах.

— Я предупреждал тебя, что испробую эти штуки на тебе. — Усмехнулся дракон. — Не стоило быть такой самонадеянной. Ведь я всегда выполняю свои обещания.

Он деловито отодвинул стол в сторону, становясь напротив. Навис над ней, мечтательно вдыхая аромат ее волос, наклонился, прикусывая мочку уха, скользя руками по спине, зарываясь в прическу.

Его движения были нежными, распаляющими. Касания — осторожными, но при этом уверенными.

Маргарита дернулась еще раз, отчего веревки только больнее впились в кожу.

— Перестать! Что ты творишь? Я не хочу тебя, Дивуар! Совсем не хочу… — остаток фразы потонул в чувственном стоне. Тело не слушалось, предавая ее, откликаясь на чувственную игру дракона. — Ни капельки….

Пальцы мужчины проникли под бюст платья, сжали сосок. Она невольно выгнулась навстречу. О да! Как же сладостно, как же хорошо… Запястья снова обожгло от пут, но на сей раз боль показалась лишь восхитительной приправой. Низ живота наполнился желанием, тело требовало продолжения прикосновений.

— И даже так не хочешь? — Низкий чувственный шепот обжег ухо, вызывая очередную волну дрожи.

Элигос не стал расстегивать платье полностью. Лишь пару крючков сзади, да тех, что удерживали лямки. Верх соскользнул, обнажая грудь. Соски моментально затвердели, то ли от холода, то ли от возбуждения. Собственная беспомощность, неспособность контролировать ситуацию странным образом заводили. Возмущение стремительно уступало место вожделению. В том, чтобы тебя ласкали против твоей воли, заставляли содрогаться от удовольствия, была своя сладость.

Только гордость и врожденное упрямство не позволяли Марго расслабиться, полностью отдаваясь на милость победителя.

— Что бы ты не делал, тебе это… ммм, да!.. не поможет. — ее голос срывался. — Я не собираюсь тебя прощать только из-за того, что ты… Ах…

С каждой секундой возбуждение становилось почти болезненным. Элигос невесомо прошел пальцами по ее ногам, пощекотал икры, огладил колени, поднимаясь все выше. Задрал юбки платья, массируя внутренние части бедер. Жар между ног становился невыносимым. Стараясь унять его, она попыталась свести ноги, поерзала на месте, но бесполезно. В этот момент собственное тело ей не принадлежало.

— Ты ведь хочешь меня, моя дорогая? — дракон искушающе улыбнулся, заглядывая в глаза. Они потемнели, в очередной раз придавая ему сходство с древним драконом и вызывая еще больший трепет и даже страх.

— Нет. — соврала девушка, кусая губы, чтобы не застонать в голос.

Элигос на это только ухмыльнулся и пошел дальше, скользя под белье. Надавил пальцами на нежные складочки, туда, где скрывался влажный от желания вход.

Она снова застонала, выгибаясь навстречу. Полная власть дракона над ней в этот момент не казалась чем-то ужасным. Порочность собственной беспомощности и подчиненного положения только усиливали возбуждение. Мужчина мог делать с ней все, что захочет, и она не в силах была этому помешать.

— Прекрати это… — противореча своим словам, она поддалась навстречу, насаживаясь на его палец.

— Прекратить что? — Элигос гипнотизировал невозможно черными глазами. — Это?

Он добавил к первому пальцу второй и, сделав несколько поступательных движений, остановился. Марго захныкала от острого сводящего с ума желания.

— Проклятье! Уже просто возьми меня! — Выкрикнула она, сама не понимая, что говорит.

— Ну, уж нет, моя дорогая… — дракон чувственно поцеловал ее за ушком, слегка задевая языком мочку уха. — сначала ты немножко побудешь на моем месте.

— Я же тогда ничего не сделала! — возмутилась Маргарита, вспоминая, как не так давно она сама привязала дракона к кровати и оставила в номере дома тетушки Жули.

— Вот именно. Не сделала. — Усмехнулся он.

Он вновь положил руку меж ее ног, невесомо поглаживая набухшую точку подушечками пальцев.

Накрыл грудь губами, прикусил сосок, втягивая его в себя, обводя языком по кругу. Затем отстранился и подул. Холодный воздух подействовал сродни разряду, обостряя чувство чужой власти.

— Я ведь говорил тебе, что следил за тобой. И если в начале ты просто была одной из тысяч детей во всем Шитаре, то последний год… — Он встал перед ней на колени, силой заставляя ее раздвинуть бедра. — Это было летом. Ты ходила вместе с отцом и братом за покупками, а потом вы зашли в кафе. Ты была вся такая невесомая, воздушная. В коричневом платье, отделанным кружевом. Сидела, с серьезным видом изучая меню, когда официант пролил на тебя целый кувшин с напитком. Платье промокло насквозь, прическа была испорчена. Другая бы на твоем месте истерику закатила, а ты просто улыбнулась. Сначала робко, краснея от неловкости ситуации, а потом так открыто и искренне. Уговорила отца, чтобы тот не добивался увольнения криворукого бездельника, и вы отправились домой. А я впервые в жизни почувствовал, что есть что-то, чем я хочу владеть безраздельно. Этой улыбкой. И тобой.

Маргарита замерла, не зная, что ответить. В горле пересохло, а голова слегка кружилась.

— Тебе не кажется, что ты выбрал не самый удачный момент для того, чтобы рассказать мне все это.

— О нет. — Дракон ухмыльнулся. — Самый подходящий. Хочу, чтобы ты осознала и смирилась. Я не оступлюсь и не откажусь от тебя. Ты ведь будешь быть моей?

С этими словами он вновь прильнул к ее груди губами, руками лаская самую чувствительную точку на ее теле. Марго застонала, поддаваясь навстречу и неловко дергаясь в своих путах. Удерживающие веревки лишь усиливали все ощущения. Действия Элигоса сводили с ума, заставляя стонать в голос.

Внезапно она почувствовала, как мужчина отстранился, а уже секунду спустя его горячее дыхание обожгло внутреннюю часть ее бедер. Она попробовала вновь свести ноги, от мыслей о подобной близости стало страшно. Она была слишком отрыта, слишком беззащитна перед драконом.

Но стоило Элигосу скользнуть языком по влажному от желания бугорку, как она сдавленно выдохнула, всхлипывая.

— Будешь моей? — повторил Дивуар свой вопрос.

Каждое его движение рождало сладкую истому. Упоительно. Горячо. Восхитительно. Все, что угодно. Только пусть это не заканчивается.

— Я не слышу, моя дорогая. — дракон на секунду оторвался, вновь вводя пальцы в ее лоно. — Поведай мне о своих желаниях.

— Я хочу тебя. — покорно пролепетала Марго, сама не понимая, о чем ее спрашивают.

— Я знаю, что ты меня хочешь. — Элигос вновь прильнул губами к ее естеству, продолжая свою чувственную пытку. — Только мне этого мало. Я хочу владеть тобой без остатка. Всегда.

Удовольствие было ярким, оно затопляло сознание, заставляя неосознанно двигаться в такт движениям мужчины. Его горячее дыхание, его пальцы, губы, руки — все это сливалось воедино, исступленно подводя ее к краю пропасти. И в самый последний миг, когда падение было уже близко, он снова остановился, дразня ее горячим шепотом:

— Скажи, что ты моя.

— Твоя… — откликнулась она в ответ.

В этот же момент веревки, наконец, ослабли, затекшие руки ослабленно упали на диван. Если бы она могла, то бы впилась, зарываясь пальцами в его волосы, прижимаясь лоном к его губам, но вместо этого приходилось лишь хныкать и поддаваться навстречу.

Ей хватило одного легкого прикосновения языка, чтобы мир обрушился на нее в оглушительном оргазме, расцветая от наслаждения. Одна за другой тело окатывали волны блаженства, низ живота содрогался в сладостных спазмах. Она закусила губы, чтобы не начать униженно молить его двигаться быстрее.

Элигос не выдержал, сорвал с себя одежду и один движением вошел на всю глубину. Марго сладостно стонала. Каждый толчок продлевал удовольствие, усиливая его.

— Громче, моя дорогая. — рыкнул дракон.

Словно щелкнуло в памяти. Что-то такое уже было. Вот только где? Когда? И с ней ли вообще?

Элигос, не останавливаясь, вколачивался в ее тело, подминая, присваивая, окончательно стирая любые мысли, кроме желания отдаваться.

Их уста соединились в упоительном поцелуе. Руки уже отошли от пут. Она могла бы сейчас оттолкнуть его, но не хотела. Все, чего она желала — это принадлежать ему.

Глава 17. Номер тринадцать

Покинуть Дивуар-манор незаметно труда не составило. Всего-то надо было дождаться, когда Элигос вновь усядется за расчеты, и сбежать через окно первого этажа, прихватив несколько найденных в одной из комнат монет. Дом дракона находился в живописной, но весьма глухой местности. Куда идти она не знала, а потому просто пошла вниз по течению ручья.

Сбегать было глупо и нелогично, вот только, несмотря на все, что устроил Элигос — обида никуда не делась. Напротив, теперь врожденное чувство противоречия заставляло ее еще сильнее злиться на муженька. Неужели он думал, что, связав ее, распалив до потери контроля, заставит ее простить? Или в этом ему должно было помочь его признание?

И пусть идти ей было некуда, но оставаться с ним под одной крышей ей не хотелось. Правда, пусть Маргарита себе и не признавалась, но в глубине души она надеялась, что Элигос примется искать ее и найдет. Далеко все равно не убежать. Она понятия не имела, в какой стороне находится каждая из сторон света, не то, что где пролегает путь до ближайшего поселения.

Но если таковое отыщется, то самое логичное в ее ситуации — попытаться связаться с братом. Отыскать какую-нибудь забегаловку, воспользоваться там стационарным телепортом и передать весточку в учебный корпус, где Михаил должен находиться. Может быть вместе им удастся спасти отца.

Русло ручья привело к устью, где тот сливался с большой полноводной рекой. Выбрав наугад направление, она снова пошла вдоль воды. Если где-то и искать жилые места — то именно тут. Неодаренные всегда предпочитали селиться на берегах рек. Это маги и драконы обычно выбирали для жилья отдаленные и труднодоступные места, ведь им не нужно было заботиться об урожае, скоте и наличии дорожного сообщения. Телепорты сокращали расстояния, магия значительно упрощала поиск работы — после окончания Академии всем полукровкам-магам помогали с трудоустройством. Что уж говорить о драконах, для которых всегда и везде были открыты любые двери.

А вот тем, в ком крови дракона хватало лишь на то, чтобы не считаться человеческими существами, и коих в Шитаре было большинство — приходилось гораздо хуже. Большинство из них не получали даже образования, трудясь на полях, в шахтах, или, если повезет, исполняли роль обслуги в богатых и знатных домах.

Когда Маргарита впервые узнала, чем отличается человек от неодаренного, она даже на секунду усомнилась, а не лучше ли быть человеком? Ведь их в Шитаре осталось очень мало, и они ценились как дорогие элитные игрушки. Их холили и лелеяли, о них заботились. Причина была в том, что связь с драконами вызывала у человеческих особей привыкание, зависимость. А кому бы не хотелось, чтобы дома у тебя обитало бесконечно преданное, послушное существо?

Оставалось лишь надеяться, что у мамы и папы все было по-другому. В конце концов, она видела, как трепетно отец относится к маме и, пожалуй, любит ее даже сильнее, чем она его.

С такими невеселыми мыслями она вышла к небольшой деревеньке, раскинувшейся по обоим берегам, которые между собой соединял маленький веревочный мостик.

Маргарита покрутила головой, стараясь по положению солнца определить, сколько же времени прошло с того момента, как она ушла от дракона. Часа два, не больше. Впрочем, увлеченный расчетами Дивуар наверняка еще не покидал пределов своего кабинета.

Значит, стоило воспользоваться планом «б» и поискать, откуда здесь можно связаться с братом. Место нашлось почти сразу — невысокий домик с выцветшей надписью «Чайная». Внутри чайная оказалась обычным магазином, с тем лишь отличием, что напротив стеллажа с товаром расположился единственный круглый стол.

За прилавком с унылым видом стояла тучная невысокая женщина в красной рубашке и брюках. Она машинально поздоровалась, но поняв, что видит Маргариту впервые, уставилась на нее с подозрением.

— Здравствуйте. — Вежливо ответила Марго. — У вас случайно нельзя воспользоваться телепортом?

— У нас нет телепорта. — Фыркнула продавщица с таким видом, словно ее спросили о чем-то очевидно невероятном. — Ты с сосны, что ли, свалилась? Откуда бы ему тут взяться? — Женщина рассмеялась низким раскатистым смехом. — Телепорт ей подавай…

— Эм… — Марго постаралась сохранить невозмутимый вид, но, смотря на то, как над ней насмехаются, это было сделать сложно. — Быть может, вы знаете тогда, где ближайший?

— Отчего же не знаю — знаю. — Пожала плечами продавщица. — В сельском управлении. Наш староста через него к большому начальству на поклон бегает. А тебе зачем? Чья вообще будешь?

— Не подскажете, где это самое управление находится? — проигнорировав вопросы, спросила она в ответ.

— Недалеко. Верст десять к югу. До туда прямая дорога ведет через несколько деревень. Как выйдешь — направо до разбитого молнией дуба, а оттуда увидишь. Там только одна дорога.

— Спасибо.

— Эй! А деньги? Спасибо в карман не положишь. — Возмущенно крикнула ей в след продавщица, но Марго уже поспешила на выход.

Деревня оказалась маленькая. Невысокие домики в ряд, куры, снующие тут и там. Лай цепных собак. Дуб нашелся быстро. Как и сказала женщина — она повернула направо и уже минут через пять дошла до располовиненного дерева, прямо за которым начиналась широкая, очевидно предназначенная для телег и повозок, дорога.

Марго остановилась перед деревом, задумавшись, разве оно не должно было сгореть полностью? От корня отходило два толстых ствола, и если один из них был зеленым и свежим, то второй — сухой, безжизненный и местами угольно-черный.

— Как там тебя, подожди. — Девушка обернулась, сзади за ней торопилась все та же продавщица. В руках у той была небольшая бутылка. — На вот. Вода. А то день сегодня жаркий, мало ли от жары еще хлопнешься где на дороге.

— Эм… Спасибо. — Марго удивленно взяла бутыль. Она была маленькая, глиняная, заткнутая деревянной пробкой. — Мне нечем вам заплатить.

На самом деле деньги, взятые из Дивуар-манора, у нее были, но они могли понадобиться, чтобы заплатить за то, чтобы воспользоваться телепортом в сельском управлении.

— Не страшно. — Улыбнулась ей женщина. — Ты как до места дойдешь — передай пустую бутылку в такую же, как у меня, Чайную, я ее тамошней владелице задолжала.

— Хорошо. Обязательно передам, спасибо.

Пить действительно хотелось. Можно было бы воспользоваться водой из реки, но сейчас она уже отошла от нее, и не хотелось бы возвращаться обратно. А дорога, судя по всему, пролегала не через речку.

Интересно, сколько ей понадобится времени, чтобы пройти десять верст? По пути Маргарита то и дело поглядывала на небо, ожидая, что вот-вот покажется дракон. Такими темпами даже если Дивуар и заметит ее отсутствие — то вряд ли отыщет ее.

Ну и пусть! Марго рассердилась на саму себя. Почему это она должна переживать, что он ее не найдет? Она же для этого и сбегала от него, в конце концов. Он ей жизнь испортил! Наглый, упрямый, самовлюбленный… дракон в худшем смысле этого слова!

Она откупорила бутылку, делая большой глоток. Первое, что она поняла — это не вода. Приторно-сладкая жидкость скользнула по пищеводу, вызывая рвотный рефлекс. Марго наклонилась, отплевываясь. В голове зашумело. Гера забери, что это?!

Перед лицом словно мушки залетали, она отмахнулась, с удивлением смотря на собственную руку, внезапно замершую в полете. Что с ней происходит?! Что это за дрянь ей подсунули?!

Бутылка выпала, на несколько секунд зависнув в воздухе. Это что, магия?

— Смотри, Ронни, прямо не верится, кто тут у нас. Старая знакомая! — Низкий прокуренный бас казался знакомым.

— Точно. Та самая милашка из бара. Дракон ее, видимо, поморосил да бросил. — Хохотнул еще один. — Ну, нам-то все сгодится.

Марго попыталась обернуться, но не смогла. С обеих сторон ее подхватили под руки два разномастных типа. Один невысокий и тощий, а второй массивный, с огромными шершавыми ручищами. Узнав обоих, захотелось заплакать. Ну почему из всех мест Шитара она оказалась рядом с этими типами, уже пытавшимся до нее добраться. Кто они вообще такие?

— Что… вам… нужно? — Язык отказывался слушаться, и фраза получилось совсем невнятной.

— Гляди, Ронни. Еще и разговаривать может. Странно. Надо влить ей добавки, а то еще сболтнет чего лишнего в нужный момент.

— А она точно неодаренная? — Ронни подозрительно оглядел ее, доставая из-за пазухи точно такую же бутыль, что дала ей проклятая продавщица.

— Ну, в красном же. Кто ж из полукровок в красное будет рядиться? — Резонно заметил второй, хватая своими огромными ручищами Маргариту за плечи и зажимая ей нос. Впрочем, это было лишнее. Сопротивляться она сейчас была не в состоянии.

Противное пойло потекло внутрь. Глоток, второй, третий.

— Сколько же ей надо, чтобы она отключилась?

Но она так и не отключалась, пребывая в тупом оцепенении.

В родном мире ее матери ей очень нравилось такое развлечение, как кино. Вот и сейчас она чувствовала, словно смотрит на все происходящее со стороны. Смотрит, а принять участие не может. Ронни со своим дружком вытащили портативные телепорты и перенесли их в какую-то городскую подворотню. Марго покорно шла следом, периодически сбиваясь с шага и запинаясь. Голова заваливалась то набок, то назад.

Она не чувствовала ничего. Ни боли, ни страха. Только равнодушие к собственной участи.

Идти нужно было недолго. Низкая дверь, маленькая комнатка с загаженным мухами потолком.

— Еще одну поймали. Забрела в чужую деревню, судя по всему — сбежала из дома. То, что надо для наших целей, шеф.

Шеф оказался усатым стариком грозного вида, обряженный в вычурный темно-зеленый костюм.

— Чего это она в сознании? — Подозрительно спросил старик.

— Ну, так это. Проще ж за человечку выдать будет. Скажете, что под сайлсом.

В последующий час Марго еще несколько раз перешла из одних рук в другие. Не встречая с ее стороны сопротивления, ее раздели, нацепили ошейник, и через какое-то время она оказалась сидящей рядом с десятком точно таких же обнаженных девушек, как она.

Хлопнула дверь. Внутрь вошли двое. Первый — высокий, с точеным профилем в обрамлении жестких черных волос. С сигарой в одной руке и стопкой с документами в другой. Бросив документы на стол, он уткнулся в них, не смотря на сидящих за его спиной девушек.

— Достопочтимый Нокс, достопочтимый Нокс! — обращавшийся к первому был смешным и лысым. Он поминутно всплескивал руками, то и дело переходя на фальцет. — Это катастрофа. Форменная катастрофа! Поставка товара сорвалась, завтрашний аукцион придется отменять. Сегодня еле набрали лотов. Пришлось даже связаться с новыми охотниками…

Достопочтимыми называли только драконов, да и фамилия Нокс была ей знакома.

— Непроверенными? — Не отрываясь от документов, спросил Нокс.

— Документы у них были в порядке. — Поспешил успокоить его лысый. — Но если так пойдет и дальше… Это бойкот. Точно бойкот. Достопочтимый Нокс. Ассоциации не понравилось, что вы выкупили аукционный дом, и они…

— Не говори чушь. — Нокс кинул сигару на стоящую на столе пепельницу. — Бойкот тут ни при чем. Все дело в охотниках, с которыми мы работали. Хелвин помогал с разрешениями на порталы в обход… бюрократии. Проклятье Геры… как же не вовремя он вляпался!

Они говорили об отце. Возможно, дракон и ее узнает. Нужно только привлечь к себе внимание. Нужно только позвать. Или встать.

Она сидела в самом углу у стены. Свет на нее не падал, видно ее не было. Но ведь до Нокса рукой подать, почему же она так и продолжает сидеть, тупо раскачиваясь из стороны в сторону?

Дверь снова открылась:

— Достопочтимый Нокс, там к вам посетитель пришел. Парнишка-дракон. Представляться отказался. Сказал, вы его ждете.

— Сейчас спущусь. — Дракон повернулся к лысому, отдавая распоряжения. — Отменяй завтрашний аукцион, сегодняшний проведешь как обычно, а завтра с утра пошлешь карточки с извинениями.

— Вы надолго?

— Понятия не имею. — Нокс бросил последний взгляд на документы и вышел из комнаты.

Прошло совсем немного времени или, напротив, очень много, прежде чем лысый подошел к ней и дернул за цепочку, отходящую от ошейника:

— Пойдем, лот номер тринадцать.

Глава 18. Перевернутый Урус

— Лот номер тринадцать. Человечка, восемнадцать лет. Неодаренная. Начальная ставка две тысячи.

Проклятое пойло, которым ее накачали, потихоньку начало отпускать. Марго часто-часто моргала, пытаясь что-то увидеть, но из-за бьющего в лицо света перед ней лишь маячили темные тени сидящих в зале людей.

Где она? Что происходит?

— Три тысячи от сударя, пожелавшего остаться неизвестным. — Рядом с ней стоял лысый коренастый мужчина и тараторил бойким голосом. — Три с половиной — достопочтимый Максвелл. Четыре тысячи…

Маргарита попробовала сделать шаг, но ее ощутимо повело. По спине пробежал холодок от чего-то металлического. Лысый дернул рукой — шею сдавило, и ее потянуло следом. Она привязана, что ли?

Шум в голове мешал сосредоточиться. Марго опустила взгляд вниз. Обнаженное тело, торчащие соски на неприкрытой груди, темный треугольник волос. Из одежды — лишь ошейник с закрепленной на нем цепочкой.

От попыток вглядеться туда, где должны были сидеть люди, закружилась голова. Гера забери, как же трудно просто стоять на месте.

— Четыре пятьсот!

— Пять тысяч! — Голоса, раздававшиеся вокруг, доносились словно из-под толщи воды.

О чем это они все? Затуманенный мозг все пытался и не мог связать все воедино. Ее похитили, раздели и теперь что… продают?

Но как такое возможно? Она же не человек! Она дочь дракона. Они не имеют права! Вместо возмущенного протеста из горла вырвался лишь слабый стон.

Лысый тем временем снова дернул за цепочку, подтягивая к себе. Затем схватил за руку, крутанув на месте, словно куклу.

— Замечательный экземпляр! — он повернул ее спиной.

Ягодицу обожгло от смачного шлепка ладонью. Марго дернулась, на миг протрезвев. Она заполошно повернулась к ведущему и, превозмогая тошноту, еле выговорила:

— Это ошибка. Я не… — Ее снова повело. Тело налилось тяжестью.

— Не бойся, милая. Мы подберём тебе хорошего хозяина. Ещё спасибо скажешь. — шепнул с усмешкой лысый, продолжая озвучивать предложения покупателей.

Она никогда не задумывалась о том, как отец познакомился с матерью. Неужели все было так же… гадко? Но ведь папа не такой! Он ведь не стал бы… покупать себе рабыню.

— Восемь пятьсот.

— Восемь семьсот.

— Девять тысяч!

Цена за ее жизнь шла вверх, а пропорционально цене увеличивался и блеск глаз аукциониста.

— Девять пятьсот от достопочтимого Максвелла… Посмотрите на этот замечательный лот. Она станет достойным украшением любого дома. Послушная ласковая человечка. Сейчас редкость встретить в открытой продаже не дикую особь. Не упустите свой шанс!

Сосредоточиться. Нужно было как-то сосредоточиться и сказать, что они все ошиблись… а если нет? Что будет с ней, если проклятое пойло не отпустит, и ее продадут? Поставят идентификатор, посадят на цепь. Сколько раз ее успеют изнасиловать прежде, чем разберутся в ситуации? И захочет ли новый владелец отпустить ее, рискуя засветиться в нарушении закона. Рабами разрешено делать только человеческих особей.

Отец в тюрьме, мама в другом мире… сможет ли Элигос ее найти?

Лысый, видя интерес публики, решил накалить торги еще сильнее и надавил ей на плечо, заставляя опуститься на колени.

Единственным плюсом было то, что снизу не так сильно слепило, да и голова чуть меньше стала кружиться. Она, наконец, разглядела торгующихся. Мужчины за круглыми столиками в черных и темно-коричневых одеждах. Несколько женщин-драконов.

На породистых лицах присутствующих отражались похоть и возбуждение. Красивая обнаженная девушка с цепью на шее, стоящая на коленях и покорно ожидающая своей участи, распалила многих из них.

Послушная и ласковая — как отрекомендовал ее аукционист. О, да… подождите только! Вот сможет стоять нормально и говорить, так сразу покажет, какой послушной и ласковой она может быть.

Магия отозвалась, заплясав на кончиках пальцев, несколько искр упали прямо под ноги. Всего-то и надо, что дать им понять, чем помочь их хозяйке. Да как это сделать, когда мысли путаются, играя в чехарду друг с другом?

— Десять тысяч! — Марго подняла глаза на назвавшего новую цену.

Коричневый сюртук, коротко срезанные волосы, а на глазах смешные круглые очки. Сердце пропустило пару ударов, откликнувшись прежде, чем задурманенный мозг узнал, кто перед ней.

— Десять тысяч от сударя, пожелавшего остаться неизвестным!

Высокие скулы, крючковатый нос, колючий взгляд и сосредоточенное выражение лица. Короткая стрижка была очень даже соблазнительной. А вот коричневое ему определенно не шло, да и стремительно темнеющие глаза выдавали происхождение с головой. Что это? Злость? Ревность? Или его попросту заводит ее беспомощное положение?

Их взгляды встретились, и словно время остановилось. Она все еще стояла на коленях, пытаясь преодолеть действие дурмана. Дивуар сидел напротив, и лишь сжимающиеся кулаки выдавали то, что он не был расслаблен.

Аукционист дергал за цепочку, заставляя то и дело откидывать шею назад, выставляя напоказ обнаженную грудь с торчащими от холода сосками.

— Десять пятьсот.

— Десять семьсот!

Когда же это уже закончится.

— Тридцать тысяч! — Элигос поднялся со своего места.

В зале повисла тишина, лишь восторженно ахнувший лысый аукционист принялся монотонно отсчитывать:

— Тридцать тысяч — раз! Тридцать тысяч — два… Тридцать тысяч…

* * *

Карандаш сломался в самый неподходящий момент. Элигос поднялся с места — спина затекла, а в животе громко заурчало.

— Перевернутый Урус, вектор на созвездие Андромеды, двойной Туризас… — он несколько раз повторил это, пока, наконец, не обнаружил еще один закатившийся карандаш под столом и не записал это.

Теперь оставалось провести расчет вероятности, после чего прикинуть, как можно снизить риски того, что в результате переселения Геры из тела Марго что-то пойдет не так.

Он вновь уселся за стол, но из-за неудачного расположения окна солнце уже начало бить по глазам.

Впрочем, неудачным расположение считал лишь он, да его отец, когда еще был жив, кабинет раньше принадлежал ему. Мать специально поставила стол таким образом, чтобы во время обеда за ним нельзя было сидеть — по-другому главу семейства заставить оторваться от работы было просто невозможно.

Что ж, возможно и ему сейчас стоило прерваться. Когда он поднимался сюда — Марго еще спала. Он оставил ей записку на прикроватной тумбочке о том, что будет занят расчетами и ушел. Оставалось надеяться, что девушка выспалась после вчерашнего и не сильно скучала.

Стоило подумать о том, что произошло, как член оживал, а пред глазами вставал образ русых волос, разметавшихся по диванным подушкам. Закушенные губы, чувственные стоны. В начале он просто хотел попугать ее, наказать за то, как она сама оставила его связанным в номере борделя. Слегка подразнить, насладившись властью над упрямой гордячкой. Вот только составляя эти планы, он сильно переоценил свою выдержку, а уж после того, как она крикнула ему в лицо, чтобы он взял ее…

Кажется, такой потери самоконтроля он еще ни с кем не испытывал, даже в юности, когда бушующие гормоны толкали на безумства.

Он дважды обошел дом, но Марго нигде не было. Открытое окно на первом этаже говорило само за себя, неужели она решила прогуляться по саду?

Это было глупостью с ее стороны — ведь их могли обнаружить. То, что император до сих пор не прислал никого проверить дом — было большой удачей, но ведь везение никогда не длится вечно.

Чтобы оббежать заросший неухоженный сад, пришлось потратить еще немного времени. Их все-таки выследили? Но если Марго у императора, то почему его оставили в доме?

Нервозность увеличивалась с каждой минутой. Пальцы сами собой сложились, складываясь в руну для поиска. Элигос ругал себя, что не сделал этого сразу, как только не обнаружил Марго дома. А что если… что если вновь тот древний дракон вернулся? Что если он…

Нет! Дивуар выдохнул, запретив себе об этом думать.

Скорее всего, его своевольная женушка решила показать ему всю степень своей обиды и попросту сбежала. А в чем собственно проблема? Она недовольна тем, что он связал силу внутри нее, чтобы та не пожрала ее душу? Или ей не нравится то, что он тратит сейчас все свои умения на то, чтобы избавить ее от этого довеска?

А может быть ей неприятен он? Да ведь она сама соблазняет его раз за разом. Все эти ее улыбки, жесты. Он же теряет голову каждый раз, когда она намеренно выводит его из себя, стараясь распалить посильнее! И теперь вот эта показательная обида. Да все только для того, чтобы заставить его понервничать. Она хочет, чтобы он вымаливал прощение? Вот только за что? За то, что связал ее — так ведь он предупреждал, что свяжет. Не стоило играть с ним подобным образом. Он дракон, в конце концов. Или быть может ей не нравится, что он не отправился по первому требованию вытаскивать ее отца из тюрьмы?

Тут уж ей придется его простить — интересы свои и своей жены он ставит выше, чем интересы человека, много лет назад ставшего причиной гибели его сына. И конкретно сейчас стоило позаботиться о том, чтобы избавить Марго от Геры внутри нее.

Руки обдало жаром, а сердце сбилось с ритма. Руна сработала и, благодаря их связи, теперь, пока он не найдет, их сердца будут стучать в унисон, а он будет точно знать, в какой стороне она находится.

Лететь в драконьем обличии было опасно, все-таки они в бегах, а Марго могла забрести в одну из близлежащих деревень. Поддаваясь действию руны, Элигос побежал сначала вдоль ручья, затем по берегу реки. Как он и предполагал, Марго забрела в деревню.

Пусть только попадется ему, он ей устроит «прогулку вдоль речки»! Отшлепает, как пить дать, отшлепает. Это же надо уйти одной, в неизвестной местности, да еще и без средств элементарной связи и самозащиты. У нее даже телепорта ведь с собой нет, чтобы сбежать от опасности в случае чего!

Сердце внезапно стукнуло и резко замедлило свой бег. Что это? Совсем немного времени прошло, прежде чем руна дала понять, что направление резко сменилось — это могло значить только одно. Она воспользовалась телепортом. Или кто-то другой воспользовался.

Дивуар остановился. Отшлепает, как пить дать, отшлепает!

Трансформация прошла практически мгновенно. Поддаваясь мысленной воле, тело начало меняться, наполняться силой, расширяться в размерах. За спиной расправились могучие крылья. Взмах, другой… ему кажется, или его дракон стал больше?

Подлетев к воде — взглянул на свое отражение.

Как такое, Гера забери, возможно? Так же попросту не бывает…

В этот момент поисковая руна снова резко сменила свое направление. Элигос выругался, поднимаясь выше.

В следующий час руна незначительно отклонялась еще несколько раз, происходило это резко, а значит, Марго пользовалась телепортами. Успокивало то, что боли не было, а это значит, что никто не посмел ее обидеть.

Магия привела его к столице. Должно быть, стоило благодарить предков за внезапно изменившийся облик дракона — никто не узнал его, когда он спустился на окраине города, принимая привычный облик.

В город удалось проскользнуть незамеченным. Несмотря на недавние происшествия — стражников на городских стенах не было. Оно и понятно — от Геры и Герилиона никакая охрана не поможет.

Когда руна привела его в элитный район города, он испытал одновременно тревогу и облегчение. Тревогу, потому что тут его с легкостью могли узнать, а облегчение — от того, что нахождение здесь Маргариты означало, скорее всего, то, что она здесь с братом.

Но когда руна его привела к огромному вычурному особняку, украшенному витиеватыми вензелями с буквами «А» и «Н», он понял, насколько ошибся.

Обрезать волосы труда не составило, как и найти коричневый сюртук — он просто зашел в один из магазинов и купил первый попавшийся.

Вот к чему он оказался не готов, оказавшись, наконец, внутри, так это увидеть Маргариту, выведенную на сцену мерзкого вида распорядителем:

— Лот номер тринадцать. Человечка, восемнадцать лет. Неодаренная. Начальная ставка две тысячи.

Глава 19. Аукцион

Проснувшееся чутье било тревогу. Вряд ли брат устроил бы Марго свидание в таком месте. Впрочем, фамилия Нокс была знакома. Август, владелец этого заведения, был дружен с Хелвином.

Вот только старый недруг сидел в тюрьме, стоило ли надеяться на то, что приятели не отвернулись от него и его семьи? Не стоило забывать, что Марго теперь тоже разыскивают. Могут польститься на благосклонность императора за помощь в поимке преступницы.

В любом случае нужно поскорее отыскать Марго и утащить из этого места. Попасть внутрь оказалось не так-то просто. Он знал, как все устроено. Расчет системы необходимых чар и стационарных рун для одного из аукционных домов был в свое время его первым заказом после окончания обучения.

Для того, чтобы войти, необходимо заплатить немаленький взнос, и взнос увеличивался втрое, если посетитель хотел остаться инкогнито. Обычно этим никто не пользовался — высшие аристократы знали друг друга в лицо.

Пришлось понадеяться, что нелепый маскарад: обрядиться в коричневый сюртук, обрезать ножом волосы и нацепить смешные очки, — сработает.

Служащий на входе принял от него сумму взноса и подсунул магический договор на подпись. Стандартная процедура для таких мест — предосторожность от того, что кто-то решит сорвать продажу лота завышенной ценой, или же просто не сможет оплатить покупку. В случае, если покупатель не сможет оплатить выигранный лот в течение суток, то в собственность аукционного дома переходит как сам товар, так и иное имущество, принадлежащее покупателю, равное заявленной сумме сделки.

Это условие гарантировало то, что случайных ставок не будет. Элигос подмахнул подпись, почти не глядя, человеческие рабы ему были без надобности, и торговаться за них он не собирался. Всего-то и нужно отыскать Марго и покинуть это место до того, как его маскарад раскроется.

Он прошел вглубь зала, ведомый руной. Ни за одним из столиков ее не было. Оставалось искать в служебных помещениях.

— Лот номер тринадцать. Человечка, восемнадцать лет. Неодаренная. Начальная ставка две тысячи.

Он мимолетно взглянул на сцену, отвернулся, затем взглянул еще раз, снова отвел взгляд.

Осознание прошибло холодным потом. Первым инстинктом было подбежать, схватить, укрыть от чужих глаз и унести прочь из этого отвратного места. Это было невозможно. Немыслимо. Каким образом полукровка, дочь самого крупного дракона в Шитаре, аристократа, могла оказаться публично выставлена на торги, как какая-то… человечка? Да такое не привидится и в самых кошмарных снах.

Гибкое тело, вздымающаяся при дыхании грудь, длинные изящные ноги. Соски, напряженные от холода, растрепавшиеся на плечах волосы. Ошейник совершенно не шел ей, но вместе с тем добавлял ее образу какой-то особой порочности. При любых других обстоятельствах Элигос плюнул бы на собственную конспирацию и объявил устроителям аукциона об их ошибке, унес бы ее, а после вернулся и оторвал руки и ноги лысому хмырю, посмевшему нацепить на его жену поводок. Затем и всем остальным, кто прямо или косвенно имел отношение к этому заведению.

Вот только Марго, как и он, в розыске. Если вскроется, кто она, то прямиком отсюда она отправиться за решетку, а он вместе с ней. Вокруг не меньше десятка драконов и вдвое больше сильных полукровок — у него просто нет шансов вызволить ее силой.

Кто-то отдал за Марго две с половиной тысячи. Мозг хаотично метался в поисках выхода, а рука меж тем сама собой поднялась вверх:

— Три тысячи, — Хрипло поставил он.

— Три тысячи от сударя, пожелавшего остаться неизвестным. — Бойко затараторил распорядитель. Его профессиональная улыбка так и просила кулака в лицо.

Он не был сторонником силовых методов, но вот прямо сейчас желание свернуть кому-нибудь шею было физически ощутимым.

— Три с половиной — достопочтимый Максвелл.

Леонид Максвелл — престарелый извращенец, приближенный императора, его ближайший друг и советник. Жу-жу рассказывала, что тот был постоянным клиентом, пользующимся изготовленными Элигосом игрушками.

Седовласый дракон чуть ли не облизывался, глядя на его жену. От его сального вида ярость клокотала в горле, заставляя кулаки непроизвольно сжиматься. Никто не смеет пялиться на нее! Никто, кроме него!

Лысый хмырь дернул за ошейник, отчего девушка дернулась. Как же невыносимо видеть ее такой беспомощной, нуждающейся в защите, и не иметь возможности помочь!

— Четыре пятьсот!

— Пять тысяч!

Распорядитель посмел дернуть Марго за руку, разворачивая к торгующимся спиной.

— Замечательный экземпляр! — Он ударил ее ладонью, отчего ягодица тут же заалела.

Девушка дернулась, а Элигосу оставалось лишь напрягать всю свою силу воли, чтобы самому не выбежать на сцену и не вцепиться в горло ублюдку. Если он раскроет себя, то сделает ей только хуже.

Извращенец-Максвелл поставил девять с половиной тысяч. Что ж, пожалуй, и ему он тоже свернет шею. И плевать, что род Леонида имеет более чистую кровь, а, следовательно, как дракон — он крупнее. То бешенство, что плескалось сейчас в Элигосе, с лихвой окупит недостаток в размахе крыльев и длине когтей.

Лысый хмырь нахваливал достоинства его жены. Послушная, ласковая…

Дракон мрачно хмыкнул. Это было явно не про его огненную женушку. Та скорее палец себе откусит, чем кого-то послушает. Вот и сегодня. Сбежала, наплевав на собственную безопасность, а теперь стоит обнаженной перед несколькими десятками человек, мечтающими трахнуть ее.

Распорядитель заставил ее опуститься на колени. Марго чуть не упала от его толчка, и в итоге задышала еще чаще. Отстраненное выражение лица, порочно приоткрытый рот, выгнутая спина.

Против воли в нем проснулось желание, и, густо замешанное с гневом, оно начало подсовывать картины того, как он берет ее. Здесь и сейчас, утверждая свое право на нее.

— Десять тысяч! — Еще немного и он рискнет. Плюнет на все, и попробует просто сбежать отсюда вместе с ней…

Память услужливо напомнила о подписанном на входе договоре… Попытка увести ее силой будет считаться кражей, а за кражей последует магический откат… Проклятье! Их взгляды встретились. Рассеянность в ее глазах уступила место узнаванию. А вот он понял, что зол. На нее. За то, что умудрилась влипнуть в такую скверную ситуацию. За то, что сбежала из-за глупых обид. Но сильнее всего на себя. За то, что не уберег. За то, что в попытке польстить своему эго вместо примирения обидел ее еще больше. За то, что не знал и не умел, как правильно вести себя с ней. За то, что, несмотря на весь ужас ситуации, чувствовал неуместное возбуждение, мечтая взять ее — грубостью, силой.

Встряхнуть, стереть это равнодушное выражение, отражающееся на ее лице сейчас. Ее явно чем-то опоили. Ничем другим его объяснить было нельзя.

— Тридцать тысяч!

Элигос поднялся, прекрасно понимая, что, скорее всего, победил. Но этот балаган пора было заканчивать. Вряд ли кто-то здесь будет готов дать за человечку, коей все присутствующие считают Марго, больше. И пусть — это все деньги, которые у него были, стоило пожертвовать ими, чтобы уже забрать Маргариту отсюда.

— Тридцать тысяч — раз! Тридцать тысяч — два… Тридцать тысяч…

— Пятьдесят тысяч.

Элигос обернулся на Максвелла, перебившего ставку. А проклятый лысый хмырь уже начал считать заново:

— Пятьдесят тысяч — раз! Пятьдесят тысяч — два…

Где взять деньги, если ты — разыскиваемый преступник? Да у него банально не хватит времени, чтобы продать что-нибудь или найти через Жу-жу заказ на артефакты.

Недостающие двадцать тысяч — огромные деньги. Пятьдесят — целое состояние. С чего вообще старый хрыч решил вывалить такую сумму за человечку?

Максвелл в свою очередь повернулся к нему и кивнул, презрительно выгибая бровь. Узнал. Точно узнал. Если не Маргариту, то его. А это, учитывая приближенность Леонида к императору — практически одно и то же.

— Пятьдесят тысяч — три! Продано! Достопочтимому Леониду Максвеллу!

Элигос сел обратно на свое место, подняв стоящий на столе бокал с легким аперитивом. Напитки выставляли на столы, и они были бесплатны в любом количестве. Предполагалось, что с ними ставки делаются охотнее.

Стекло треснуло в руке. Гера забери! Коктейль пролился, расплываясь пятнами на сюртуке и брюках.

Дивуар выругался, стряхивая осколки на стол и пол. Он знал, что должен сейчас сделать, вот только это ему совсем не нравилось.

Маргариту тем временем увели со сцены. Значит, действовать надо быстро.

Подхватив один из осколков, он направился в уборную. За ним поднялись и пошли двое. Времени было мало.

Несколько секунд, кровавые руны на предплечье, и Марго снова перестанет быть собой. Что будет потом — будет известно лишь Гере. Воистину.

— Смотрите, кто пожаловал в старую компанию. — Двери в тамбур, ведущий к уборным, распахнулись, и вошли два молодых дракона. Дивуару их лица известны не были.

— Старую? Что-то я вас не припомню, достопочтимые. — Хмыкнул Элигос.

С Марго все будет в порядке. Получив силу, она выберется без посторонней помощи. А вот ему следует уходить. Несмотря на

ограждающие руны, ритуал все еще действовал. Их жизни связаны, а, следовательно, попадаться нельзя.

— Я Арей Максвелл, а это мой кузен Кресс. Дядя намекнул нам, что за твою голову назначена награда.

Кучерявый парень с пухлыми губами выглядел неуклюжим, но внешность была обманчива. Максвеллы были третьими по древности и чистокровности родом Шитара. Первыми были Хеливины, а вторыми — род императора. А чем древнее и чистокровнее род дракона, тем больше его сила. Элигос огляделся в поисках путей к отступлению — в открытом противостоянии ему против них двоих делать нечего.

Кресс был полной противоположностью своего брата. Крепко сбитый, высокий, с огромным несуразным носом, напоминающим детскую пятку.

— Обрядиться в цвета бастардов… — он сплюнул на пол. — Леонид уверен, что это он?

— Сейчас узнаем. Сам подойдешь, или нам? — Гадко ухмыльнувшись, спросил Арей.

Элигос выдохнул, переступая с ноги на ногу, готовясь к отражению атаки.

— Не подойдешь сам — сделаю так, что ты вообще ходить не сможешь. Никакая регенерация не поможет. — Кучерявый предвкушающе облизнулся. Видимо, уже проделывал такое не раз.

Бежать было некуда, выходов в аукционных домах было лишь два — предосторожность от краж и ограблений. Первый — парадное крыльцо, ведущее на улицу, а второй — стационарный телепорт в глубине служебных помещений. Портативные телепорты же отбирались служащими при входе.

Пусть Элигос был не самым хорошим бойцом, зато точно знал — уступать нельзя. Тело застыло, готовое биться до последнего. Вряд ли ему снова повезет оказаться в соседней камере с Марго. Хорошо, если просто повезет оказаться в камере, а не убьют раньше.

Но если он должен защищаться, то лучшая защита — это нападение.

— Я подойду.

Дракон рванул навстречу, с размаху ударяя в висок кучерявому. Затем развернулся и двинул локтем в солнечное сплетение второму.

Оставалось прорваться к выходу, но противники пришли в себя слишком быстро, преграждая дорогу.

— Убью! — Взревел Кресс, бросаясь на Дивуара.

Драконы умели двигаться быстро, очень быстро. Время словно замирало, давая им фору. Вот и сейчас, все трое использовали сверхскорость. Только почему же Элигосу казалось, что кузены необычайно медлительны?

Он опрокинул противников на вычурный мраморный пол, внезапно осознавая, что бьется не в полную силу.

Арей попытался встать, но, получив кулаком в челюсть, отлетел к противоположной стене.

Откуда в нем это? Вспомнилось отражение дракона в воде, все те странности, что происходили в последние дни.

Все это требовало осмысления, вот только времени не было. Из кармана Кресса выпал телепорт. Какая удача! Элигос подобрал его, и тут же рванул прочь.

В этот момент из дверей явственно потянуло вонью паленого мяса, а тихая музыка сменилась криками ужаса.

Глава 20. Аукцион продолжается

Ее вели по узкому коридору, ведущему от сцены, когда обрушилась лавина.

«Скучала по мне?»

Нет, она не скучала, нисколько! Маргарита отчаянно цеплялась за осознание собственного я, не желая впускать кого-то ещё.

От высвободившейся магии дурман, охвативший тело, стал отступать.

Лысый аукционист, заметив, что она остановилась, дернул за цепочку:

— Ну же, иди! Повезло тебе с хозяином. Как я и обещал. А мне повезло с тобой. Это ж надо, на одной тебе сделали дневную выручку! — с этими словами он ухватил ее за попу, крепко сжимая ягодицу. — Не зря согласился тебя на продажу взять. Повезло. Стребую с Нокса процент…

И Гера, пытающаяся отвоевать место в ее голове, и она сама были в этот момент солидарны в одном — этот урод должен получить сполна.

— Провезло? Это как посмотреть.

Она ухватила его за локоть, выкручивая руку. Лысый закричал, сгибаясь пополам от боли, а круглые от удивления глаза чуть не выпрыгнули из орбит.

Ну да. Не каждый день человечки ведут себя подобным образом.

Марго пнула его ногой в грудь, вкладывая магический импульс и опрокидывая на пол.

Сорвать ошейник тоже труда не составило. Больше она не будет ничьей рабой. Никогда.

Перед глазами замелькали бесконечно далекие воспоминания, когда ей, избитой, изнасилованной десятком стражников, нацепили хомут на шею и повели на веревке через весь город, словно кобылу.

Даже сквозь толщу веков она ощущала боль и ненависть, сжигающую изнутри.

Маргарита нахмурилась, ее ли это воспоминания? Такого не было. Не было гогочущих солдат, пытающихся кулаками выбить способность к сопротивлению, бесконечных ударов в лицо и в живот. Не было ярости к тем тварям, что по очереди брали ее сломленное тело.

… Или же нет? И боль, и ярость, и жажда отмщения — это все в ней. Это все ее. Это все — она…

— Что происходит? — Достопочтимый Максвелл, уставший ждать, вошел за ними следом.

Маргарита повернулась и слегка склонила голову набок. Сильный дракон, хоть и старый. Не такой сильный, как Герилион, но все же…

Хватило одного взмаха руки, и ноги Максвелла подкосились, он рухнул перед ней на колени.

— Решил купить меня, крылатый?

Мужчина сопротивлялся чужеродной магии изо всех сил, но бесполезно. Та, что пила кровь и магию истинного дракона, гораздо сильнее любого в Шитаре.

— Что за игры? Отпусти меня, потаскуха! Если ты сейчас же этого не сделаешь, клянусь Герой, я скормлю тебя псам!

— О… — Насмешливо потянула Маргарита, подходя ближе. — Клясться именем, когда-то принадлежавшим мне… забавно.

В глазах Максвелла промелькнул страх, это было приятно. Она приподняла его за подбородок, царапая ногтем.

— Кстати о песиках… — С этими словами она подняла отброшенный в сторону ошейник, закрепляя его на драконе. — Будешь моим питомцем?

Это оказалось последней каплей, мужчина заголосил, зовя на помощь. Да так громко, что у Маргариты заложило уши. Она поморщилась и дернула цепочку, позволяя тому подняться с колен. Плохой песик. Не хватает дрессировки.

— Если не заткнешься, я тебя убью. Открывать рот будешь только для того, чтобы ублажать меня.

Видимо что-то в ее тоне заставило понять, что она не шутит. Действительно — убьет. Дракон резко замолчал, часто дыша и вращая глазами по сторонам.

На крик никто не выбежал, чувствовалось, что местные коридоры были рассчитаны и не на такое. Человечки, которых по ним водили, должно быть часто бывали весьма несдержаны.

Собственная нагота нисколько не смущала, но для пущего эффекта она взмахом руки наколдовала на плечи черный плащ.

— Достопочтимая публика! — Крикнула Маргарита, вновь поднимаясь на сцену. — У нас новый лот.

Дернув цепочку, девушка выставила вперед дракона.

Щелчок пальцев, и Максвелл вновь упал на колени. По залу прокатилась волна ропота.

— Где же ваши предложения?

Она видела, как к ней направились двое полукровок крепкого вида. Местная охрана? Ну, нет. Она не позволит прервать развлечение. Ни один не уйдет живым, пока она не отплатит за то унижение, которому ее подвергли. Она надругается над всеми. Заставит их почувствовать то, что чувствовала она. Заставит молить о пощаде. Темный огонь разгорался внутри нее, требуя выхода. Она выдохнула мощную струю огня, отправляя ее в тех, кто решил помешать ее играм.

Охранники вспыхнули мгновенно. Их смерть была быстрой. Остро завоняло горелой плотью, и Маргарита с наслаждением вдохнула запах смерти. Превосходно.

Посетители закричали, вскакивая со своих мест и стремясь к выходу. Она подняла руку, магией сковывая каждого из тех, кого видели ее глаза.

— Куда же вы так быстро? — Она спустилась с помоста, кружа между замерших тел.

Они были в сознании, но могли лишь яростно вращать глазами и говорить. Но то ли от испуга, то ли опасаясь привлекать внимание, они молчали.

— Даже не верится, что передо мной драконы. Элита Шитара, цвет нации… Вы просто жалкие ящерицы, черви.

Маргарита обходила присутствующих одного за другим. Какие они все ничтожные, жалкие. Человеческие выкормыши, недостойные глотать пыль под ее ногами.

— Кто ты такая?

Она резко развернулась к задавшему вопрос. Молодой парень, полукровка. Породистое надменное лицо, дорогая одежда.

Подойдя вплотную, он схватила его за волосы, наклоняя вниз.

— Я разрешала тебе говорить?

— Отпусти меня! — Противно взвизгнул полукровка. — Ты хоть знаешь, кто мой отец?

— Не знаю, и знать не хочу.

Она коротко дунула в его сторону. Вырвавшегося пламени хватило, чтобы обратить выскочку в горсть пепла.

— Еще кто-то желает высказаться?

— Марго!

Маргарита обернулась на голос. Вспотевший лоб, неровно обрезанные пряди волос и смешные круглые очки.

В проеме, ведущем в глубь здания, стоял высокий дракон. Кажется, она была с ним знакома. И, кажется, это ему стоит сказать спасибо за то, что она сейчас здесь. Память подсказала имя — Элигос Дивуар. Колючее, как и сам хозяин.

Медленно двигаясь между дрожащими от страха живыми статуями, она подошла к дракону.

— Какой интересный экземпляр… Пожалуй, тебя я убивать не буду. — Она по-хозяйски протянула к нему руку, гладя по щеке. — Вот только я помню, как ты меня связал. Это было неправильно.

Резкий удар. Голова дракона мотнулась, из разбитой губы просочилась кровь, но мужчина не сказала ни слова, лишь сплюнув на пол и продолжая сверлить ее взглядом. Хороший мальчик.

— Я передумала играть с ними. — Расплылась она в улыбке. — Пожалуй, убью разом, и займусь тобой.

Она уже хотела призвать магию, как Элигос спросил ее:

— Мной? Герилион не будет ревновать тебя?

— Конечно же будет, — она ухмыльнулась и, схватив за подбородок, слизнула с его губы кровь, — сожжет тебя заживо и съест обугленные останки. Но, если ты будешь хорошим мальчиком, я смогу с ним договориться.

— Отпусти всех, и мы действительно сможем договориться, Гера. — Без тени страха ответил дракон.

Его уверенность в себе возбуждала, и он совсем ее не боялся. Пожалуй, ей это даже нравилось.

— Гера? — Маргарита задумалась. — Когда-то меня действительно звали так, но сейчас я лишь тень былого могущества. Даже кровь истинного дракона не смогла полностью вернуть меня. Так что можешь называть так же, как и хозяйку этого тела.

Элигос внезапно расплылся в самодовольной улыбке, сделавшей его еще более притягательным.

— А хотела бы вернуть старое имя? Мы действительно можем договориться, Гера. В моих силах дать тебе новую жизнь. Не в этом теле, но, думаю, это не принципиально.

— Весьма самонадеянно, крылатый. — Ухмыльнулась Маргарита. — Говори.

— Не здесь. — Покачал головой дракон. — Наедине. Уйдем туда, где нас никто не потревожит.

— Может, хоть песика захватим? — Она махнула рукой в сторону все еще стоящего на сцене на коленях Максвелла.

— Пожалуйста, просто уйдем. И не надо никого убивать. Не то, чтобы я был сильно против, но Марго это не понравится.

— Тогда моим песиком будешь ты.

Как же приятно было пошатнуть эту непробиваемую самоуверенность. Увидеть его нервозность. Не хочет быть ее игрушкой?

Тяжело сглотнув, Дивуар протянул ей руку, а второй достал из кармана странный маленький приборчик.

— Если ты не против, обсудим это на месте, Гера.

Она вздохнула и щелкнула пальцами. Если не убивать, то пусть хотя бы помучаются. Статуи попадали на пол одна за другой.

— Что с ними?

— Просто уснули. — Говорить о том, что все присутствующие погрузились в мир своих самых страшных кошмаров, она не стала.

— Тогда идем?

Она взяла его за руку. Тут же раздался щелок и свист, за которыми последовало ощущение рывка вверх.

Что же ей предложит дракон?

Глава 21. Клятва

Они оказались посреди холла Дивуар-манора.

— Я все проверил, похоже, они успели сбежать… — из коридора прямо им навстречу вышел солдат в форме стражи императора.

Маргартита оказалась рядом с ним, перехватывая за горло и поднимая над полом.

— Стой! — Элигос подскочил и зашипел на ухо. — Ты ведь можешь не убивать его? Сделать так, чтобы он забыл, что видел нас?

Онв задумалась. Могла ли? Конечно да, вот только зачем? Убить человеческого выкормыша будет гораздо лучше. Свернуть ему шею до приятного хруста, услышать звук падения на пол мертвого тела…

— Пусть они все уйдут отсюда, тогда нам никто не будет мешать.

— Если они умрут, то тоже абсолютно мешать не будут. — Она никак не могла уловить логики дракона. К чему лишние сложности?

— Ты хочешь, чтобы я вернул тебя, или нет? — Не выдержал Дивуар, говоря это громче, чем следовало.

— Марк, что там у тебя? — Закричали из другой комнаты.

Маргарита вздохнула, закатывая глаза и опуская стражника на пол. Магический импульс прошелся от ее руки, проникая в тело, подавляя чужую волю.

— Марк?..

Мужчина часто-часто заморгал, оглядываясь по сторонам:

— Все в порядке. Тут тоже никого нет. Мы зря время теряем. — С этими словами он развернулся и вышел из холла.

Элигос сделал знак подниматься по лестнице, и она последовала за ним. Слишком уж интригующими были его обещания, да и эмоции к этому дракону, которые испытывала Маргарита — та ее часть, что была менее склонна к жестокости — оказывали слишком большое влияние.

В кабинете, куда они пришли, обнаружился еще один стражник. Ей пришлось снова применить магию, и в результате он ушел, так ничего не поняв.

— Я тебя слушаю, крылатый. — Она склонила голову набок, ожидая, что ей предложат. — Ради чего же я помиловала стольких недостойных?

— Я могу помочь тебе возродиться. По-настоящему. — Элигос скрестил руки на груди, а в его взгляде решимость мешалась с тоской.

— Фу. — Она поморщилась. — Не смей смотреть на меня так, ты же дракон, а не бесхвостая ящерица!

— Ты — не она. — ответил Дивуар, пожимая плечами. — Ну, так что, примешь мое предложение?

— Естественно, я — не она. Я лучше. — Маргарита подошла к нему, покачивая бедрами. — И я гораздо более честна и сведуща в своих желаниях, чем эта наивная дурочка, в которою ты влюблен. Как насчет того, чтобы скрепить нашу договоренность поцелуем? — Она встала вплотную, прильнув к телу дракона, ощущая его прерывистое дыхание, его тепло. — Ты же хочешь это тело, признайся.

— Хочу. Именно поэтому ты возродишься в другом. — Мужчина отступил на шаг, но тут же уперся в стену.

— Я не хочу другое! — Раздраженно прошипела Маргарита.

Да что этот выкормыш себе позволяет? Она уже сделала свой выбор и хочет оставить то, что принадлежит ей по праву. Руки сами собой сжались, призывая магию.

Дракон почувствует ее недовольство.

Мужчина схватился за горло, безуспешно пытаясь сделать хотя бы вдох, царапая шею, стремительно краснея лицом от недостатка воздуха.

— Если… убьешь…

— Тогда что? — Самодовольно ухмыльнулась Маргарита. — Думаешь, я не знаю о вашем маленьком миленьком ритуальчике? Вместе с тобой сдохнет и хозяйка тела, и я займу его единолично.

— Не выйдет… Предохранитель… Тело обратится в прах. Я изменил… — Дивуара уже практически не было слышно, но она почувствовала — он говорил правду.

— Проклятье! — резко выдохнула и прекратила воздействие.

Дракон рухнул на колени, попеременно кашляя и шумно дыша.

— Ну, и что ты предлагаешь, крылатый? — Она отступила на шаг.

Элигос с трудом поднялся, покачиваясь и держась за стену. Кажется, она немного перестаралась. Он был еще нужен, ни к чему убивать раньше времени.

— Я проведу ритуал. Переселю тебя из этого тела в другое. Ты полностью сможешь подчинить его себе.

— Любое я не хочу.

— Найду то, что тебе понравится. Но у меня будет ряд условий.

Ну, уж нет. Это было чересчур! Условия тут должна ставить она, а не это крылатое недоразумение, по ошибке считающее себя драконом. Маргарита подняла руку, намереваясь еще раз показать Дивуару его место, но он, предвосхитив ее жест, поспешно затараторил:

— Прежде, чем ты убьешь меня, подумай, готова ли ты рискнуть собственной жизнью.

— Есть много способов мучить, не убивая. — Расплылась она в кровожадной улыбке.

— Да, но я все равно смертен. Вечных мук не получится.

Маргарита вздохнула и, поразмыслив несколько секунд, все же опустила руку.

— Что за условия?

— Получив новое тело, ты уходишь из Шитара. Не устроив при этом всеобщего геноцида и оставив меня и Марго в живых. И ни ты, ни Герилион сюда не возвращаетесь. И ты не будешь отправлять кого-либо из другого мира, что бы отомстить.

Она на секунду задумалась. Шитар она любила и ненавидела, но во вселенной было множество других миров, в которых одна могла бы править. Пожалуй, после столь долгого отсутствия здесь, тут вряд ли получится добиться почитания, не превратив Шитар в империю трупов. А Герилиону все равно этот мир никогда не нравился… Но тем не менее, разве она может соглашаться на условия того, кто ей не ровня? Кто гораздо слабее?

— Естественно, мы скрепим соглашение договором душ. Чтобы ты его не нарушила.

— Готов заложить свою душу? И ради чего?

— Ради кого. — Поправил ее дракон.

Его слова неожиданно всколыхнули далекие, почти истершиеся воспоминания. Герилион, его сильные руки, его властные губы, его настойчивость и ее смертность, вставшая между ними. Кровь и магия дракона сделали ее жизнь длинной. Настолько длинной, что она почти забыла, что когда-то была человеком. Но природа взяла свое. Сто, триста, пятьсот лет… а потом тело просто не выдержало и начало стремительно стареть. Они пытались это остановить. Искали множество способов. Принесли тысячи жертв множеству богов, которым молились в бесчетных мирах, что они покоряли. Пока, наконец, в одном из них Герилион не наткнулся на странное колдовство, позволяющее создать слепок, не дающий душе уйти за грань и служащий для нее пристанищем, пока она не обретет новое тело.

Она долго сомневалась, и тогда Герилион в первый и единственный раз встал перед ней на колени, умоляя согласиться… И она согласилась, ведь ей было, ради кого остаться.

— Хорошо. — Хрипло отозвалась она, выныривая из нахлынувших воспоминай. — Мы заключим с тобой договор, крылатый.

Элигос словно только этого и ждал. Моментально собрался, нашел в шкафу маленькую ленточку, испещрённую рунами, обернул один конец вокруг своей руки, а второй протянул ей. Вздохнув, Маргарита проделала то же самое. В этот же миг что-то коснулось сердца, а затем кольнуло чуть повыше солнечного сплетения.

— Клянусь своей душой пред землей и небом, пред вселенной и священным древом. — Хором провозгласили они.

— Обязуюсь провести ритуал и возвратить именуемую прежде Герой в новом теле к новой жизни.

— Обязуюсь никого не убивать и навсегда покинуть Шитар после возвращения к жизни, а так же не посылать, кого бы то ни было из других миров в Шитар.

Лента вспыхнула, принимая слова клятвы и осыпалась пеплом.

— Ну что, ты доволен, крылатый? — Маргарита раздраженно тряхнула рукой. Оставалось надеяться, что она не пожалеет о своей скоропалительной клятве.

— Не совсем. Что насчет Герилиона? Он вернется? Когда?

— За него я клясться не могу. — Фыркнула она, понимая, что Дивуар прекрасно осознает изъян собственного плана. — А насчет когда… лучше спросить у твоей подружки, понятия не имею, куда она его забросила.

— В каком смысле?

Маргарита раздраженно закатила глаза, сама удивляясь тому, что объясняет это:

— Во вселенной миры — ветви единого дерева жизни. Они не всегда растут параллельно друг другу. В нашем мире проходит год, два, столетие. В другом — это может занять день, час, мгновение. И наоборот. Я не знаю, куда был открыт портал. Герилион вернется, но когда… это ведают лишь ветви священного древа жизни.

— Будем наедяться, никогда… — проворчал Элигос.

Маргарита усмехнулась.

— Правильно надеешься, крылатый. Но зря. — Все-таки действительно было лучше сменить тело. Эмоции этого были слишком сильными, она не могла их полностью взять под контроль.

Высокий черноволосый мужчина невероятно манил. Быть может, когда она получит новое тело, стоит взять его с собой в качестве личного раба? Она ведь не обещала обратного…

Поддаваясь наваждению, она схватила его за волосы и впилась в строго очерченные губы, подавляя его волю к сопротивлению своей магией.

Затем чуть отстранилась, вглядываясь в лицо, на котором гнев и ярость мешались с возбуждением. Глаза слегка затуманились, грудь часто вздымается. Он хотел ее. Или не ее. Важно ли это?

И она его хотела. Жаждала, пылала страстью.

Она целовала его, чувствуя привкус крови от прокушенных губ, обвивала его тело, ощущая возбуждение…

В какой то момент мысли, начали путаться. Жажда власти и обладания отступили, уступая место растерянности и благодарности. Неужели Элигос готов рискнуть своей душой ради нее? Это ли не доказательство его искренности?

Какая разница, что их история началась неправильно, не так, как у всех. Разве на том, что есть сейчас, нельзя построить счастье?

Маргарита отстранилась, тяжело дыша, и схватилась рукой за стенку, чтобы не упасть.

— Марго? — Взволнованно прошептал мужчина, осторожно беря ее за руку. — Это ты?

— Не уверена. Я, кажется, больше вообще ни в чем не уверена. — Она подняла глаза на Элигоса. — Это было… ужасно…

— Марго, милая… прости меня. — Он обнял, прижимая девушку к себе и нежно поглаживая ее по голове. — И помни, это была не ты. Не ты убивала тех нечастных, тебе не стоит корить себя за это.

— Нечастных? — Она всхлипнула, понимая, что еще чуть-чуть, и у нее начнется истерика. — Да чтоб они все сдохли! Они… Они меня продавали. Ты же был там! — Она принялась зло размазывать слезы по щекам, но плотина была прорвана, и их уже было не остановить.

К собственным эмоциям все еще примешивались воспоминания Геры, ее ненависть к тем, кто когда-то ломал, но не сломил ее.

— Это целая сеть, понимаешь? Человечек мало, мотаться в другие миры небезопасно, дорого и требует лицензии. Они просто похищают неодаренных и продают их! Они и меня хотели продать… а потом… потом все просто торговались. Как будто бы я — животное.

— Прости меня, пожалуйста. — Элигос только и мог, что гладить ее да шептать слова извинений.

Они так и стояли, обнявшись. Марго плакала, выплескивая наружу все, чего не в силах была удержать в себе. Единственное, о чем она умолчала, была горечь от осознания того, какой грязью и ложью могли на самом деле оказаться отношения ее родителей. А отец… неужели он причастен к торговле людьми?

До этого она никогда не задумывалась о природе рабов в Шитаре. Они были частью жизни, безмерно от нее далекой. Такой, с которой почти не сталкиваешься, но, все же, привыкая к этому с детства, трудно представить иной путь. И только побывав по другую сторону, она поняла, какие нечистоты скрыты за всем этим. И образ отца, всегда казавшегося образцом честности и порядочности, моментально пошатнулся.

Вдруг что-то стукнуло снаружи. Они встрепенулись, размыкая объятия. Через окно было видно, как по периметру дома стоят люди. Они поднимали правые руки все выше и выше, а из их пальцев лились магические потоки.

— Что они делают? — Нахмурилась Марго. — За своими переживаниями она совсем забыла, что на их поиски император отправил людей проверить дом.

— Кажется, они… ставят сигнальный контур.

— Нам что, теперь не выйти?

— Скорее уж им не зайти и не помешать нам. — Подмигнул дракон и, улыбнувшись, стер поцелуем слезинку на ее щеке.

Глава 22. Самое безопасное место

Сплетенные вместе пальцы, разметавшиеся по подушке волосы…

— Моя… — Как этот хриплый голос успел стать родным за столь короткий срок?

Дом окутан тишиной, и лишь изредка были слышны тихие потрескивания от чар, навешанных на наружные стены. Но это все было не взаправду, не по-настоящему. Весь мир — не по-настоящему. Реальны были только они. Их переплетенные тела, дыхание — одно на двоих, комната, наполненная горячим шепотом и пламенем, что бурлило в крови.

Элигос покрывал поцелуями ее тело. Ласковыми, неуловимыми, как крылья бабочки, но при этом сводящими с ума. В каждом настойчивом властном прикосновении была скрыта нежность, забота. Маргарита запустила ему руки в волосы, желая пролить сладостные мгновения.

Они двигались друг другу навстречу. Брали и отдавали. Были единым целым. Страстью, льющейся по венам, биением сердец в унисон.

Это было словно впервые. Никогда еще они оба не были охвачены таким беззаветным желанием, никогда еще не было столько щемящей нежности, смешанной с иступленным желанием получить и доставить удовольствие.

Просто забыть обо всем, ведь реальны только они двое. Не думать о последствиях, словно завтра не наступит.

И просто любить. Пить стоны друг друга, глухие выдохи, ловить губами губы друг друга. И шептать на пике блаженства имена друг друга.

Завтра все же наступило. Маргарита проснулась от того, что Элигос пытался вытащить из-под нее свою руку и при этом не разбудить.

— Доброе утро, моя дорогая. — Смущенно улыбнулся он.

— Ты снова собираешься уткнуться в свои расчеты? — Маргарита потянулась, ощущая расслабленную негу во всем теле.

— Там осталось совсем немного. — улыбка его вмиг потускнела, и он о чем-то задумался.

— Эй, что такое? Что-то не так?

— Все в порядке, не бери в голову. — Элигос с преувеличенным интересом осмотрел свою рубашку, прежде чем надеть.

— Ты меня обманываешь? — С болью в голосе спросила девушка. Она же видела, что он что-то скрывает, почему же молчит?

— Марго… Это из-за ритуала. Дело в том… — Он снова замолчал, пытаясь подобрать слова.

— Ты не сможешь изгнать из меня Геру? Но ты же заключил договор. Клялся своей душой… — Сердце замерло и ухнуло куда-то вниз при мысли о том, что Элигос может умереть. Нет, нет! Она этого не допустит. — Мы что-нибудь придумаем. У нас все получится.

— Ты не так поняла. — Он сел на кровать и притянул ее к себе. — Я могу это сделать, но, согласно расчетам, проводить ритуал надо в определенном месте.

— И куда нам надо?

— В императорский дворец.

Маргарита задумалась, но лишь на секунду.

— Перед тем, как совершить ритуал, нам надо вытащить моего отца. Можно попробовать снова пробудить Геру, что бы она помогла.

— Вряд ли спятившую древнюю ведьму легко уговорить сделать крюк.

— Тогда попытаемся сами. Ведь так?

Дивуар тихо вздохнул, крепче прижимая ее к себе.

— Ради тебя, все что угодно…

Весь день они провели в подготовке к предстоящей вылазке. Дракон закончил расчеты, а Марго обошла дом в поисках того, что бы можно было взять с собой. По словам Элигоса, дом был разграблен еще двадцать лет назад, когда арестовывали членов его семьи, деньги, которые он зарабатывал после этого, частично хранились в лесной избушке, которая тоже теперь была недоступна, частично в анонимной банковской ячейке.

Все что ей удалось найти — это несколько плащей темно-синей расцветки с глубокими капюшонами.

— Артефакты для сокрытия внешности забрал твой отец, когда поймал в первый раз. Какая ирония. Если бы он этого не сделал, нам было бы проще его спасать.

Было решено использовать портативный телепорт, который Элигос смог утащить из Аукционного дома. Собравшись, они накинули капюшоны, и Марго сняла чары с дома, мешающие им переместиться.

— Готова? — Дракон обхватил ее за талию и покрепче прижал к себе.

Со всех сторон, словно по команде, раздавались щелчки и свист. Вокруг них возникло множество фигур. Неужели они все только сидели и ждали, когда она снимет чары? Или это сработала так называемая «сигналка»? Лучи заклинаний устремились в их сторону, но Дивуар уже нажал кнопку прибора, утягивая их вверх.

Они прыгали в пространстве из точки в точку, сбивая след и меняя направление. Несколько раз Элигос оборачивался драконом и пролетал приличные расстояния, чтобы переместиться снова. Затем телепорт был выброшен, и часть пути ему пришлось бежать, неся ее на руках. Когда они остановились, выяснилось, что он даже не запыхался.

— Я думала, драконы не умею использовать суперскороть на таких больших расстояниях.

— Я тоже так думал. — Хмыкнул дракон. — Понятия не имею почему, но в последнее время у меня буквально прилив сил.

— И куда твой «прилив сил» нас занес?

Они были в столице. По крайней мере, ей так казалось по смутно знакомым очертаниям ночного города. Магически напитанные фонари освещали только главные улицы города, а это место хоть и находилось невдалеке от светлой дороги, все же располагалось немного в стороне, и тут было довольно тихо.

— Ты говорил, что мы собираемся сначала узнать важные новости, чтобы оценить обстановку. Что-то это место не похоже на главный рассадник сплетен. Я думала, мы будем сидеть в каком-нибудь пабе.

— Поверь мне, тут можно выведать любую информацию.

Дверь здания напротив открылась, и оттуда бесшумно выскользнула фигура, закутанная в такой же, как у них, плащ. Из распахнутых дверей послышалась приятная музыка, а от прошедшего мимо незнакомца пахнуло приторно-сладким запахом духов.

— Все еще не узнала? — Элигос ухмыльнулся. — Мы в самом безопасном месте в Шитаре.

— Никогда бы не подумала, что в борделях по ночам так тихо. — Фыркнула Марго, понимая, к чему он клонит. Если это заведение и впрямь посещают сильные мира сего, то есть большой шанс того, что те могли обмолвиться какой-нибудь информацией.

— Благодаря моим подделкам, тут начали оказывать специфические услуги, и домик тетушки Жу-жу быстро стал элитным заведением. Ну, что? Идем?

Второй раз впечатления от посещения этого места были несколько иными. Если в прошлый раз днем их встречала неодаренная служанка, то сейчас на входе оказалась лично тетушка Жу-жу. Она расплылась в дежурной улыбке, но стоило им скинуть капюшоны, как улыбка превратилась в оскал:

— С ума сошел сейчас приходить? — Она подлетела к Дивуару и зашипела прямо в ухо. — Ты хоть знаешь, кто сейчас здесь?

Сверху послышался неспешный шум шагов. Жули сделала страшные глаза, отрыла боковую дверь и с силой, которой не ожидаешь от женщины, впихнула их туда. Дверь захлопнулась и, судя по глухому стуку, драконица прислонилась к ней, закрывая собой:

— Уже уходите? Ваше императорское высочество? Достопочтенный Максвелл?

Маргарита замерла, забыв, как дышать, а Элигос сильнее стиснул ее в объятиях. Император в публичном доме? Серьезно?

— Мадам Жули, — голос был мягким, но с такими снисходительными интонациями, что сразу становилось понятно, что говоривший считает себя много выше не только хозяйки борделя, но и всего мира. — Это было занимательно. Пожалуй, я воспользуюсь вашим предложением. С утра пришлю человека. Пусть все будет готово.

В подсобке было темно и прохладно, но от напряжения Маргарита почувствовала, как взмокла спина. Сердце стучало от страха так громко, что казалось, его звук может их выдать.

— Я же говорил, что вы оцените. — А вот этот самодовольный голос был ей знаком.

— Благодарю за рекомендацию, достопочтенный Максвелл. — Сахарным голосом пролепетала драконица.

Элигос судорожно стиснул руки и чуть скрипнул зубами, и по его реакции Марго вспомнила, где слышала второго мужчину. Именно этот человек был готов заплатить за нее пятьдесят тысяч на аукционе. Снова вернулись стыд и отчаяние от осознания пережитого ужаса, но еще сильнее был гнев, помогающий справиться со страхом, взять себя в руки.

Высокие гости, наконец, ушли. Жули выждала время, а затем распахнула дверь кладовки. Яркий свет на секунду ослепил, заставляя щуриться и прикрывать ладонями лицо.

— Проклятье Геры, чего приперлись? Смерти моей захотели? Я пока тут стояла, думала, умру от страха!

— Я тоже рад тебя видеть, Жу-жу. — Хмыкнул Элигос, выходя в холл.

— Тоже? Тоже? Твою мать, Эл, ты меня в гроб загонишь! — Ноздри женщины раздувались, а руки мелко дрожали.

Неожиданно она дернулась, словно к чему-то прислушиваясь.

— Надели капюшоны и к моему кабинету, живо! Посетитель идет. Дай Гера, на сей раз не венценосная особа.

Дважды упрашивать не пришлось, спрятав лица, они поднялись по лестнице. Кабинет Жули, куда ее привел дракон, был закрыт. Марго провела по ручке и та щелкнула, пропуская гостей.

Внутри было вычурно, под стать заведению. Огромный письменный стол с резными боковинами, зеркало в золочёной раме, люстра, подходящая больше торжественной зале, чем рабочему месту, ковер…

Маргарита села на кожаный диван, предусмотренный для посетителей, Эл принялся рассматривать книги, стоящие на полках. Наверное, нужно было обсудить случайное столкновение с императором, но они оба молчали.

Мотивов Дивуара Марго не знала, наверное, он просто ожидал хозяйку. А вот девушка была попросту растеряна.

— О, Гера! — Жули зашла в кабинет, закрывая за собой дверь на защелку. — Я сказала «к кабинету», а не «в кабинет»! Эл, где твои манеры? Взламывать чужие владения противозаконно.

— Ты сама поняла, кому ты это сказала? «Противозаконно»? — Фыркнул дракон, отвлекаясь от книг и становясь рядом с сидящей на диване Марго. — Что здесь делал император?

— Какая тебе разница? Это мое дело. — Взвизгнула драконица, скрещивая руки на груди.

Элигос хотел ей что-то ответить, но неожиданно для всех, и в первую очередь для самой себя, Марго поднялась с места:

— Когда вы так визжите, закладывает уши. И, да. Мне плевать на то, насколько дружеские отношения вас связывают с моим мужем, на кону жизнь моего отца. Считаете, что это нас не касается — замечательно. Но если я узнаю, что информация могла нам помочь, а вы ее от нас утаили, то поверьте, заставлю вас пожалеть. В конце концов, близкое общение и укрывательство преступника на протяжении двадцати лет — само по себе компромат.

— Да что ты себе позволяешь, полукровка?! — Жули пересекла комнату, вставая к ней лицом к лицу.

Элигос среагировал моментально, задвигая жену за спину и прикрывая собой.

— Я не позволю себя шантажировать какой-то мелкой пигалице. Путь знает свое место, получеловечка!

Получеловечка? Маргарита отстраненно смотрела на брызжущую слюной женщину. Она назвала ее получеловечкой? Приравняла к тем девицам, телами которых она тут торгует? Мысли стали очень четкими, ясными. Гнев словно помог упорядочить их.

— Жули, заткнись. Я не позволю оскорблять мою жену. — Элигос говорил спокойным, но весьма внушительным тоном. — мы пришли сюда не для этого.

— А зачем еще? Я же просила не приводить ее сюда больше! Видеть ее не хочу, пусть сдохнет так же, как и ее ублюдочный папочка!

В этот момент что-то щелкнуло, сорвалось с поводка. Ей захотелось схватить драконицу за горло, сжать ее шею, заставить хрипеть от удушья. И она совсем не удивилась, когда Жули начала задыхаться.

— Что ты сказала? Мой отец… он умер?

Женщина царапала руками шею, бесполезно открывала и закрывала рот:

— Жив… пока… — прохрипела она.

— Марго, прекрати! — Элигос обернулся, хватая за плечи, разрывая зрительный контакт с жертвой. — Что ты делаешь?… как?…

Девушка вздрогнула, отвлекшись и теряя контроль над магией. Жули повалилась на пол, жадно вдыхая воздух.

— Ты меня напугала, — дракон обнял Маргариту, успокаивающе поглаживая за плечи.

Драконица, воспользовавшись тем, что они на нее не смотрят, подскочила с места и бросилась к двери, но реакция Дивуара была быстрее. Он преградил путь:

— Жули, мы много лет сотрудничаем, но, по-моему, сегодня ты перегнула палку.

— Я перегнула? — Снова завизжала женщина, но, опомнившись, замолчала, испуганно оглядываясь на Марго.

— Сделаем скидку на то, что ты перенервничала из-за визита императора. — Хмыкнул дракон. — Итак. Спрошу снова. Зачем он приходил?

Было видно, что отвечать ей не хочется. Совсем. Хозяйка молчала с минуту, рассматривая свои длинные выкрашенные ярким лаком ногти, прежде чем, наконец, скривиться и с кислым выражением лица ответить:

— Последняя партия товара, что ты мне делал. Предыдущие шли очень даже неплохо, поэтому я ее попридержала. Пустила слух, что подумываю устроить торг — отдать тому, кто больше заплатит. А сегодня явилось его гребанное величество и милостиво сообщило, что забирает товар.

— Он не поинтересовался, кто мастер?

— Я соврала, что делала заказ через гильдию. И ведь я на самом деле делала. Правда, то, что выдали тамошние умельцы, нельзя даже на человечках использовать.

— Почему вы так сказали о моем отце? — Марго не интересовали ни извращенные вкусы императора, ни сложности «отмывания» нелегальных артефактов. — Вы что-то знаете?

Жули поджала губы, было видно, что грубость так и просится наружу, но драконица сдержалась, ограничившись едкой ухмылкой:

— Знаю ли я? Только то, что известно широкой общественности. На завтрашнее утро назначена публичная казнь Вильгельма Хелвина, бывшего главы тайной канцелярии.

Глава 23. По ту сторону зеркала

Сидя в огромном деревянном ящике доверху набитом артефактами, предназначенными для сексуальных увеселений, Марго пыталась прикинуть варианты того, что их затея обернется успехом.

— Ты уверен, что твоя Жули нас не сдаст? — тихо спросила она, и неудачно пошевелив локтем, заехала Элигосу в глаз.

— Оу! Осторожнее. — зашипел он, и, дернув головой, задел какую-то палку. — Проклятье…

— А я говорила, что это плохая затея. — Фыркнула девушка. — Вот распакуют нас в прямиком в камере, будешь знать.

— Я взял с Жу-жу клятву и уверен, она не предаст. По ее словам, груз велели доставить прямиком в спальню к императору. Твой отец, скорее всего, содержится в подвалах дворца. Я почти уверен, что он там.

— Не нравится мне твое «почти». — Мысли о нависшей над отцом угрозе, сильно нервировали. — Завтра утром казнь, а мы даже не знаем, где его держат.

— Не знаем, согласен. Но у нас есть целый день, что бы это выяснить. И самое главное, мы знаем, где он будет завтра. — Назидательно заметил Дивуар.

Марго пораженно выдохнула. Гера побери, он, что издевается над ней? В этот момент их снова тряхнуло. Повозка, на которой ехал ящик, остановилась, поэтому перепалки пришлось отложить. Их сняли, поставили на носилки, и, судя по мерному покачиванию, потащили к месту назначения. Оставалось надеяться на удачу, что бы никто из любопытных слуг не заглянул внутрь до того, как они успеют покинуть ящик.

Прошло минут двадцать. Их вместилище подскочило, а затем жестко ударилось об пол. Марго прикусила губу, но мужественно не издала ни звука. Приехали.

— Теперь ждем. — Шепнул Элигос.

Вот только вопреки тому, что они задумали, ждать не пришлось. Послышался звук вскрываемого замка, крышка со стуком откинулась в сторону.

Первым среагировал дракон. Он опрометью кинулся наружу, сбивая с ног того, кто открыл их. Град из артефактов разных размеров и форм, уложенных по краям ящика, посыпался на Маргариту. На этот раз она не удержалась, зашипев от боли. С минуту она так и сидела, придавленная веревками, хлыстами, и даже искусственными фаллосами в купе с непонятными коробочками, цепочками и прочим, но никто не спешил ее оттуда доставать.

Осторожно разгребая руками это богатство, она поднялась, а затем выглянула наружу. Элигос крепко держал в руках оцепеневшую от ужаса женщину в белых одеждах. При этом сам дракон выглядел не менее шокированным.

Дивуар узнал рабыню императора?

Они находились в императорской спальне. Тяжелый балдахин на огромной кровати, шкаф, позолоченные нити, обвязывающие шторы, высокий потолок, дверь, ведущая, должно быть, в уборную, и огромное зеркало во всю стену.

— Марго? — Дивуар встрепенулся, словно только вспомнил о ее существовании. — Вылезай, я тебя кое с кем познакомлю.

Делать было нечего, неуклюже перевалившись через край ящика, она упала на покрытый пушистым ковром пол. Мужчина даже не дернулся, что бы помочь ей встать, не отрывая лица от притихшей рабыни.

Маргарите пришлось подниматься самой. Она осторожно подошла к заставшей парочке, вставая справа от мужа. Откуда он знаком с этой женщиной? Может быть, это одна из «девочек» Жу-жу? От этой мысли в груди поднялась волна возмущения. Сразу вспомнился их первый визит в увеселительное заведение. Как толпа разгоряченных рабынь, почуявших дракона, кинулась на него в надежде, что он выберет одну из них, что бы переспать.

Ногти до боли впились в ладони. Как только все передряги закончатся, она с ним обязательно поговорит. Он ведь не думает, что его визиты туда смогут продолжаться?

Стараясь не поддаваться мрачным мыслям, Марго тряхнула головой, взглянув, наконец, в лицо рабыне. И тут же обомлела сама, чувствуя, как волоски на всем теле буквально встают дыбом. Что это? Какая глупая то шутка?

Женщина была напугана. Глаза округлились от ужаса, а нижняя губа тряслась не в силах произнести ни звука. Она заметно тряслась, и если бы Элигос не держал ее, то упала бы прямо к нему под ноги. Белый топик, длинная юбка с разрезом до основания бедер, на запястьях широкие золотые браслеты, на шее — ошейник, но самое странное и пугающее было не все это, а ее лицо.

Прямой нос, очерченные углом брови и высокие скулы. Она была похожа на саму Маргариту. Словно близкая старшая родственница.

— Марго, познакомься. Это моя кузина. Лаура.

Но не успела Марго что-либо сказать или сделать, как Лаура ожила, отталкивая от себя брата, и пятясь назад. Женщина часто дышала, ее била крупная нервная дрожь, а глаза лихорадочно блестели:

— Ты не настоящий, ты не настоящий… — На мотив веселой песенки протянула она, что в купе с остальным образом смотрелось очень безумно.

— Лаура, успокойся.

Элигос сделал шаг, но она, упершись спиной в стенку, вдруг сползла вниз, сжалась в клубочек и принялась жалобно скулить.

Марго ухватила дракона за рукав:

— Подожди, дай я попробую.

Она вышла вперед, и осторожно присела на корточки рядом с женщиной.

— Привет. Ты Лаура?

Та в ответ лишь испуганно затрясла головой.

— Нет? А кто тогда? Ты же можешь говорить? — Марго говорила нарочито мягким голосом, медленно и доброжелательно. Она помнила, как когда-то Элигос обмолвился, что у его кузины было не все в порядке с головой, но она даже не подозревала, что настолько.

— Почему ты молчишь? — Спросила она снова.

Лаура облизала пересохшие губы и тихо выдавила, избегая смотреть в глаза:

— Мне не разрешили.

От этого безжизненного голоса буквально упало сердце.

— Я тебе разрешаю. Как тебя зовут?

— Меня? — Хрипло переспросила кузина дракона. — Никак. Я всего лишь подстилка. В глазах застыла боль, краска схлынула с лица. Какие мысли сейчас роились в его голове? Поняв, что он не намерен вмешиваться в разговор, она продолжила.

— Расскажешь, почему ты стала… подстилкой? — последнее слово далось с трудом, но сейчас она остро чувствовала потребность докопаться до правды, и быть может до самой Лауры.

Не ужели это император сломал ее? Обрядил драконицу в белое? Да что же случилось с Шитаром, если рабами теперь делают не только человечек, но и всех остальных? Неужели Гера права в том, что эту империю исправит только огонь?

— Я… — Лаура запнулась. — Я всегда ей была. Мой хозяин, его императорское величество, просто открыл мне это. Он очень добр ко мне…

— Почему она? — Неожиданно подал голос Элигос. — Почему не Августа? — тон его становился громче с каждым словом. — Он публично казнил собственную жену, а мою сестру сделал рабыней? Почему ее?

— Хозяин запрещает произносить это имя при нем. — Лаура вдруг снова сжалась в комочек и заскулила, обхватив себя руками и раскачиваясь из стороны в сторону.

— Какое имя? Августа?

Лаура, услышав вопрос, зажала уши и замотала головой.

— Подстилка хорошая, она не слышит имени. Ей нельзя произносить это имя своим поганым языком, нельзя слышать его своими погаными ушами…

— Вот тебе и ответ. — Марго снова обернулась к мужу. — Император любил свою жену. А твою сестру взял, что бы отыграться за предательство Августы.

— Было официально объявлено, что Лауру казнили. — Он немного помолчал, а потом сдавленно добавил. — Лучше бы ее убили…

Сложно было не согласиться. За двадцать лет издевательств Лаура была полностью сломленной и раздавленной. В ней ничего не осталось от гордой драконицы, какой она могла когда-то быть. Каким извращенным желанием мести надо обладать, что бы проделать такое? Низвести до подборного состояния. Но что бы не сделал император, где-то внутри все еще должна быть та, что встала на сторону императрицы, помогая готовить переворот.

— Лаура, расскажи, ты слышала, что-нибудь о моем отце? Вильгельме Хелвине? Император упоминал о нем?

Женщина перестала раскачиваться, услышав имя главы Тайной Канцелярии.

— Хозяин водил подстилку к нему в камеру. Он приказал отсосать у него, но Хелвин больно ударил. Хозяин пожалел свою рабыню, больше не заставлял. Хозяин очень добрый. А Хелвин говорил много плохих слов про хозяина.

— Это просто… — Элигос сжал виски пальцами и грязно выругался.

— Полностью с тобой согласна. — Марго нервно сглотнула. — Зачем императору это? Как то… даже не верится.

— Они были помолвлены. Твой отец и моя кузина. Быть может это такой показательный жест с целью сломить твоего отца? Вроде как смотри, во что превратилась твоя бывшая невеста? И бойся, что я сделаю с тобой? — Предположил Дивуар.

— Ничего он с ним не сделает! Лаура… то есть… В общем, ты можешь показать мне, где находится Хелвин?

Та замотала головой:

— Подстилке нельзя выходить из комнаты без разрешения хозяина.

Марго поняла, что если еще раз услышит слово «хозяин» произнесенное рабским лепечущим тоном, то не выдержит и просто ударит Лауру. Отец находится здесь, совсем близко — его свобода в ее руках. Маргарита должна ему помочь! А вместо этого, ей приходится выслушивать самоуничижительные причитания спятившей несчастной?

— Лаура! Послушай, ты не чья-то подстилка. Ты — дракон! Ты должна вспомнить кем ты была раньше!

— Нет, нет… Хозяин будет недоволен. Подстилка — хорошая, она всегда стремиться угодить своему хозяину.

— Я этого не вынесу! Лаура, посмотри на меня! — Она встряхнула женщину за плечи, вынуждая поднять голову. — Ты не подстилка! Ты не раб! Ты кровь от крови дракона и ты немеешь права так унижать себя!

В голове вдруг прояснилось, мысли упорядочились, и возникло четкое понимание того, что делать дальше. На кончиках пальцев заплясала энергия. Поддавшись порыву, Маргарита дотронулась указательным пальцем до лба Лауры.

— Слушай меня и подчиняйся!

Лаура кивнула, впервые за время разговора прямо посмотрев в глаза Маргарите.

— Когда сюда должен прийти император? — Спросил Элигос.

Марго повторила его вопрос.

— Хозяин сказал, что будет через час, после того как привезут игрушки.

— Проклятье Геры. — Выругался мужчина. — Мы потеряли слишком много времени. Идти спасать твоего отца сейчас — плохая идея.

— И что предлагаешь? Оставить его в заключении?

— Нет. — Он повертел головой, словно ища что-то. — Можно спрятаться в этой комнате, а потом напасть на императора. Свяжем его и пойдем искать старину Хелвина.

Марго прикусила губу, обдумывая этот план.

— И где прятаться? В шкафу? Под кроватью?

— Можно там. — Лаура встала, и подошла к огромному зеркалу, берясь за край рамы.

Рама была дверью, ведущей в еще одну комнату. С обратной стороны зеркало оказалось обычным стеклом.

— Какой занятный Артефакт… — Хмыкнул дракон, рассматривая его.

— Хозяин иногда отдает подстилку другим драконам, а сам смотрит. Наверное, что бы проследить, что бы она была хорошей.

Марго скривилась. Проклятый извращенец. Никогда до этого она не подозревала, какие нелицеприятные тайны может скрывать императорская спальня. А так ли неправа была Августа, когда пыталась свергнуть своего муженька?

— Запрещаю тебе говорить о нас хозяину. — Потребовала Марго, надеясь, что пока ее чары действуют, Лаура ничего не скажет. Вот только долго ли продлится эффект, если она наложила заклинание опираясь лишь на интуицию?

И откуда у нее такие способности? Неужели это Гера, каким то образом передала часть своих сил? Покинут ли ее, эти силы, когда Гера уйдет?

Но пока они были с ней, стоило этим пользоваться. А действовать, между тем, надо было быстро.

Послышались шаги за дверью. Оставалось спрятаться в комнате за зеркалом и наблюдать, как в спальню вошел высокий широкоплечий мужчина. Статный, величественный. С небольшой бородой и вьющимися волосами.

Закрыв дверь за собой на ключ, он хмыкнул и скомандовал низким, слегка скучающим голосом:

— К ноге!

Сквозь тонкую грань стекла было видно, как Лаура испуганно вжала голову в плечи, рухнула вниз и поползла на коленях к хозяину, не смея поднимать на него взгляд.

— Смотрю, ты успела залезть в коробку? — Недобро ухмыльнулся мужчина. — Отвечай!

— Хозяин, вы ведь сами оставили ключ, и я подумала…

— Что я тебе говорил насчет оправданий? — Хлестким голосом перебил ее император. — Ты ведешь себя недостойно. — Он скривил губы. — Понимаешь, что должна сделать?

По Лауре было видно, что она желает угодить мужчине, но просто не понимает, что от нее хотят. От растерянности у нее слегка приоткрылся рот, отчего выражение лица стало еще более жалким.

— Ты не только воспользовалась моим ключом, но и трогала без разрешения мои вещи.

Он подошел к коробке, осматривая содержимое. Лаура вздрогнула, бросив мимолетный взгляд на зеркало, но внушение Маргариты работало, и женщина лишь тряхнула головой, снова поворачиваясь к хозяину.

— Простите, хозяин.

— Тебе следует принять свое наказание. Подойди.

Лаура неловко поднялась с коленей и засеменила к императору. Чем ближе она подходила, тем чернее становились глаза дракона, тем более свирепым казался весь его образ.

Как только она приблизилась, он схватил ее за волосы и дернул вниз.

— На колени. — он выудил из коробки толстую палку с несколькими кожаными ремнями на конце и кинул Лауре под ноги.

Она подняла ее дрожащими руками.

— Накажи себя. — Ухмыльнулся император.

— Нужно остановить его. — Тихо-тихо шепнула Марго. — Мы что, так и будем стоять и смотреть?

— Дождемся, пока он окончательно расслабится. Кто знает, какие чары тут висят.

Лаура тем временем принялась хлестать себя, с резким звуком рассекая воздух. По ногам, по плечам, бедрам. От каждого прикосновения ремней к коже она вздрагивала и коротко вскрикивала.

— Тебе что, доставляет удовольствие наблюдать за этим? — Марго чувствовала, что еще чуть-чуть, и она не выдержит. Ворвется в спальню, отберет у рабыни плетку и изобьет ею извращенца, что по недоразумению зовется императором Шитара.

— Марго, меня это выводит из себя не меньше, чем тебя, но мы на чужой территории. В замке полно охраны. Имей терпение и доверься мне. — Элигос крепко взял ее за предплечья, словно боялся, что она вот-вот сорвется с места.

— Ты сможешь пробудить Геру… — прошептала она. В этот момент призвать силу казалось идеальным выходом.

— Ты сама себя слышишь? — Дивуар развернул ее лицом к себе. — Она — спятившая на всю голову древняя ведьма, мечтающая о том, чтобы все вокруг или сдохли, или стали ее рабами. — Император — ее прямой потомок. Ее и Герилиона. Вряд ли в ней проснутся родственные чувства, но предугадать действия Геры невозможно. Кто знает, вдруг ей понравятся его садистские замашки? И потом… она влияет на тебя. Ведь ты помнишь все то, что она делает, будучи в твоем теле. Не стоит относиться к этой силе легкомысленно.

— И что нам делать? — Марго поджала губы, чувствуя легкое разочарование от проповеди Элигоса.

В этот момент Гера не казалась ей такой уж сумасшедшей. Скорее разочаровавшейся в людях…

— Пока остается лишь ждать.

Император тем временем расстегнул ширинку, высвобождая возбужденный член. Его явно заводили чужие мучения.

Подойдя к рабыне, он отобрал у нее плетку и несколько раз ударил женщину сам. Затем отбросил в сторону, намотал на кулак волосы и приблизил к своему паху, с силой надавливая на голову.

Марго понимала, что Элигос прав. Сильнее императора во всем Шитаре был только ее отец. Пытаясь прервать мучения Лауры раньше времени, они могли просчитаться, и в результате — потерять шанс спасти папу.

И как бы цинично ни было это признавать, ради спасения отца девушка была готова на время смириться с тем, что происходит за стеклом.

Императору тем временем надоело насаживать голову рабыни на себя, он снова толкнул ее, поворачиваясь к коробке. Вытащил оттуда два увесистых искусственных члена.

— Это тоже ты делал? — Марго бросила непонимающий взгляд на мужа.

Элигос давно уже отвернулся и смотрел только на стену.

— Зачаровывал — я. Гера забери, думаешь, так просто заработать денег, если тебя вся страна ищет?

Не смотря на весь ужас ситуации и рассерженное шипение Дивуара, Маргарита поняла, что ему стыдно.

Она коротко усмехнулась, не в силах сдержаться:

— Первый ритуалист империи зачаровывает члены.

— Ты. Никому. Не расскажешь. — убитым голосом выдавил дракон.

Тем временем издевательства над Лаурой продолжались. Император приказал ей встать, наклониться. Затем поднес артефакты к лицу рабыни, заставив их облизать. Он вставил их сразу оба. Лаура лишь слегка постанывала от боли, когда мужчина вошел в нее этой вещью там, где это не было предусмотрено природой.

Марго даже подумать не могла, что то отверстие можно использовать в сексе, но, судя по тому, как реагировала рабыня, с ней такое уже проделывали.

Император хлопнул в ладоши, и дилдо задвигались.

— Какая прелесть… — Он довольно улыбнулся, поглаживая хнычущую от переполненности рабыню по спине. — Определенно удачная покупка. Нужно будет связать тебя и оставить в таком положении на денек или два.

Марго видела, как сжимаются кулаки Элигоса, как трудно ему сдержаться, чтобы не ворваться туда сейчас.

Сцена за стеклом продолжалась, мужчине надоело тем временем просто смотреть на рабыню, он освободил ее от игрушек и, пристроившись сзади, вошел сам.

— Тебе понравились новые развлечения, подстилка?

— Да, хозяин. — Пролепетала женщина, поддаваясь назад и сама насаживаясь на его член. — Мне нравится все, что вы со мной делаете.

— Врешь! — Он с силой ударил ее по ягодице, затем схватил за волосы, притягивая к себе.

По лицу рабыни было видно, что ей больно, но она лишь кусала губы, пытаясь не разреветься.

Император грубо вколачивался в ее тело, а с его губ срывались грязные ругательства в адрес Лауры.

Черные глаза смотрели прямо в зеркало, и казалось, что он знает, что Марго с Элигосом прячутся там. Но нет — тот просто наслаждался видом того, как страдает женщина в его руках.

Затем темп начал все ускоряться, он прижался к рабыне, содрогаясь всем телом.

Элигос среагировал мгновенно. Император, расслабленный оргазмом, не успел даже пошевелиться, когда черный молниеносный вихрь сбил его с ног, отбрасывая в сторону и наваливаясь сверху. В руке дракона сверкнул нож. Мгновение — и Дивуар обрушил на правителя Шитара целый град ударов.

Марго тем временем подхватила Лауру, поправляя одежду рабыни, которую император даже не стал снимать с нее:

— Идти можешь? Покажешь, где держат отца?

Женщина тупо кивнула, словно только что вспомнив о существовании кого-то еще в этой комнате.

Элигос, тяжело дыша, отступил от тела. Рубашка на нем была забрызгана кровью. Поколебавшись, он вытащил из находящегося в спальне шкафа плащ и накинул сверху.

— Идем.

Лаура шла не так быстро, как бы хотелось, Марго то и дело приходилось подгонять ее. Элигос двигался последним. Как только кто-либо попадался навстречу, он, действуя на опережение, кидался вперед, вырубая противника сильным ударом в голову.

Третий этаж, второй… лестницы, переходы. Им повезло, что слуги в это время дня были заняты в основном каждый своими делами, и слоняющихся по коридорам было не так много. Вход в подвал охраняло трое стражников, и дракон легко разделался с ними со всеми. Маргарита сняла охранные чары с двери, пропуская их внутрь.

Длинная винтовая лестница, за которой каменным рукавом тянулся узкий проход с небольшими клетушками-камерами по правой стороне.

Первые три были пустые, а в четвертой она увидела отца. Спутанные волосы, оборванная одежда, заросшее густой щетиной серое лицо.

— Папа! Папочка! — Закричала она, пытаясь вскрыть дверь камеры. — Гера забери, тут ограничители.

— Дай мне пять минут. — Дивуар сразу же принялся за дело, пристально изучая замок.

— Марго? — Отец встрепенулся, отчего зазвенели оковы на его руках. — Что ты здесь делаешь? Тебя поймали?

Она собиралась уже успокоить отца, как из камеры, расположенной чуть подальше, раздался еще один до боли знакомый голос:

— Марго? Это правда ты, сестренка?

Глава 24. Секрет бессмертия

Михаил выглядел не лучше отца, хоть и провел в заточении гораздо меньше времени.

— Про меня не забудьте. — Надменный голос из соседней с Михаилом камеры она узнала почти сразу, хоть и слышала всего раз.

— Достопочтимый Нокс? И вы здесь?

— Спасатели хреновы. Пытались организовать побег, а в итоге попались сами. — Мрачно прокомментировал отец. — Впрочем, тебя бы я здесь тоже видеть не хотел.

— Имейте уважение к дочери, она только и думала о том, как вам помочь! — В пику ему ответил Элигос, не отрываясь от манипуляций с замком.

— А тебя вообще никто не спрашивал, Дивуар. Не думай, что тебе сойдет с рук то, что ты сделал.

— Старина Хелвин решил показать большого злого дракона? Как-то не очень эффектно, учитывая, что… сколько ты уже здесь сидишь?

— Прекратите немедленно! — Маргарита не понимала, зачем они начинают задевать друг друга. — Мы все на одной стороне.

— Сестренка, если этот урод тебя обижал…

— Ну, зачем бы я пришел вас вытаскивать, если бы обижал ее? — вздохнул Элигос. — И да, малыш, в следующий раз, прежде чем угрожать кому-то, проверь, развязаны ли у тебя руки.

— Я не с тобой разговаривал, мразь! Отец рассказал про ритуал! — Михаил сделал выпад, угрожающе брякнув цепями.

— Дивуар, а у меня к тебе претензий нет. — Вставил свои пять копеек Нокс. — Так что плюнь на этих ворчунов и займись моим замком. У меня управляющий наверняка с ума сходит. Гера меня дернула вложиться в аукционный дом! Как же все не кстати….

— Управляющий? Если только он жив остался… — Хмыкнула Маргарита сама себе, но ее все равно услышали.

— В каком смысле?..

— Что ты делала в аукционном доме? — Моментально среагировал отец.

— Эта облезлая ящерица таскала тебя в такое заведение? — Брат не отставал от отца.

Лаура, ошалело переводящая взгляд с одной камеры на другую, прижалась к стене и заскулила. В этот же момент Элигосу надоело выслушивать оскорбления, и он принялся отвечать на них тем же.

— Тихо! — Крикнула Маргарита.

От яростного желания заставить всех замолчать вновь проснулась дремлющая магия. По подземелью прошла волна силы, и все разом погрузилось в тишину.

— Михаил, Папа… — Она запнулась, подбирая слова, а потом, зажмурившись, выпалила, — В общем, я, кажется, люблю его, поэтому давайте без взаимных оскорблений. Эл, они мои родные, так что тебе тоже придется проявить к ним уважение.

Элигос поднял голову, отрываясь от замка и смотря на нее сияющими глазами:

— Я тоже тебя люблю, моя дорогая. И, кстати, уже закончил.

Следующие полчаса прошли в благословенной тишине. Дивуар по очереди снимал ограничители на всех замках. Брат с отцом молчали, видимо, отходя от шока. Только когда всех троих пленников освободили, папа отмер:

— Дома тебя ждет серьезный разговор.

— Дом будет нескоро. — Элигос кивнул в сторону выхода, — до тронного зала бы добраться.

— Что? Зачем? — Нокс явно нервничал.

— Внутри меня дух Геры, который можно изгнать, только проведя ритуал в тронном зале дворца. Не спрашивайте меня, почему так, я, папа, по вашей с мамой милости, не училась, и в расчетах ритуалов не смыслю ровным счетом ничего. Так что да, мы собираемся в тронный зал.

— Конечно мы с тобой, сестренка! — Михаил почесал коротко стриженую голову, — А дух Геры — это в переносном смысле?

Он все еще бросал гневные взгляды в сторону Дивуара, но теперь, по крайней мере, не высказывал в слух все, что о нем думал.

— И как вы предполагаете туда проникнуть? Если император сейчас там, то вокруг полно охраны. — отмахнулся от сына Вильгельм.

— А мы не сказали? — Невинным тоном спросил Элигос. — Императора я убил.

— Может мне лучше в камере подождать? — Нокс сдавленно кашлянул и отступил назад.

— Не подбивал бы моего сына на спасательную недоперацию — был бы дома. — Вильгельм скрестил руки на груди, недобро посмотрев на приятеля.

— Это кто еще кого подбил. — Скорчил кислую мину Август.

Так, тихо переругиваясь, они все же смогли организоваться и выйти из подземелья. Элигос с Вильгельмом шли впереди, в середине — Маргарита с безучастной ко всему происходящему Лаурой, сзади Август с Михаилом, на случай атаки с тылу.

— Подозрительно мало людей во дворце. — Хмурился Вильгельм, когда они вшестером осторожно пробирались по этажам, стараясь быть не замеченными.

— Ты просто редко тут бываешь и всегда по делу. — Возразил Нокс. — После… случая с Августой, когда прислуга и дворцовая стража перешли на сторону… императрицы, наш правитель стал несколько… параноидален в отношении тех, кто живет во дворце.

Тем не менее, у самого тронного зала охрана все же обнаружилась. Правда, для четырех драконов трое полукровок не стали серьезным препятствием.

Элигос сразу же бросился в центр зала перед единственным резным троном с высокой спинкой, достал черный уголек, использующийся в письме рун, и принялся чертить на паркете магические символы. Вильгельм, Михаил и Август тем временем искали запасные входы и выходы на случай атаки.

— И в кого мы будем перемещать силу? — Нахмурилась Маргарита, присев рядом с мужем.

Дракон выразительно посмотрел на Лауру, сидящую на полу у входа.

— Если мы это сделаем, то Гера растворит ее в себе. Твоей сестры больше не будет.

— После того, что ты сегодня видела и слышала, ты думаешь, что сейчас она есть? От Лауры осталось лишь сломленное тело, а душа впала в безумие. Она держится только на твоем колдовстве. Иначе бы наверняка рыдала над телом доброго хозяина.

Нужные руны были вычерчены быстро. Два больших круга, наполненных магическими символами. Марго пришлось лечь в один из них, а кузину Элигоса положили в другой. На ладони каждой из них сделали по короткому надрезу, и они взялись за руки, смешивая выступившую кровь.

— Ты уверен, что это безопасно? — Отцу совершенно не нравилось происходящее, а также то, что приходится доверять жизнь дочери давнему недругу. Но стоило отдать ему должное, ради Марго он держал себя в руках.

— Можешь не верить, но она дорога мне не меньше, чем тебе. — С этими словами дракон сжал голову Маргариты ладонями и принялся читать заклинание, активируя руны и запуская процесс.

Его монотонный голос убаюкивал, веки тяжелели. Стало казаться, что огромная парадная люстра, маячившая перед глазами, начала раскачиваться из стороны в сторону. Девушка хотела спросить, не кажется ли ей это, но не успела. Сознание начало ускользать, растворяться, пока окончательно не погрузилось во тьму.

* * *

Гера сидела на троне, рассматривая очередного мага, приведенного на допрос. Он находился в темнице уже месяц, а потому выглядел соответствующе — грязь, порванная одежда, чрезмерная худоба — она не считала нужным кормить вдоволь тех, кого все равно придется убить.

— Начинайте! — Приказала женщина страже.

Пленника толкнули к деревянной дыбе, закрепляя на ней руки и ноги. Это местное изобретение для пыток так ей понравилось, что она не уставала наблюдать за процессом каждый день.

Вопросы были одни и те же. Герилион и она пришли с единственной целью, и не уйдут, пока не получат желаемое.

Открывая портал в мир магов, открывших секрет человеческого бессмертия, она предполагала, что здесь будет что-то особенное, но было все то же. Боль, войны, разруха и стенания страждущих. А какие красивые легенды слагали об этом месте! И что же они увидели, когда оказались тут? Кучку надменных властолюбивых индюков, приносящих в жертву простой народ в бесконечной борьбе за собственные амбиции. Все, как и везде.

И все же, было кое-что особенное. Магия, которой она не встречала больше нигде. Каждое слово обретало буквальное значение, каждый жест мог стать заклинанием.

Маг держался стойко. Впрочем — все, кто был здесь до него, пытались храбриться в начале, а затем кричали и визжали, умоляя и прося добить поскорее. Жалкое, но такое приятное зрелище. И, тем не менее, ей нужны ответы, и она их получит, путь даже для этого ей придется перебить все население этого мира.

В огромное арочное окно влетели два окутанных тьмой сгустка, и, ударившись о землю, превратились в людей. Герилион с его ближайшим другом — Кхароном.

Секунда, и возлюбленный оказался рядом, приникая к ее устам, сжимая в объятиях тело. Волна жара моментально согрела Геру, заставляя забыть о пленнике. Она потянула его на себя, усаживая на трон, а сама вывернулась и уселась сверху, оказавшись с драконом лицом к лицу.

Ее совершенно не волновали случайные свидетели их мимолетной страсти. За прошедшие столетия, что они провели вместе, их окружение ни один, ни два, и даже ни десяток раз полностью менялось — так стоило ли думать о том, как они выглядят в глазах слуг и рабов?

Соски затвердели в ожидании ласк, между ног заполыхал пожар. Она чувствовала его возбуждение рядом с лоном, и от осознания того, что, несмотря на прожитые столетия, они до сих пор не могут насытиться друг другом, закружилась голова. Чем больше лет проходило, тем сильнее они нуждались в телах друг друга, тем порочнее и развратнее становились их соития. Тем более неистовыми оказывались встречи.

Герилион сжал ее ягодицы, прижимая к себе, вдохнул запах волос, прошелся цепочкой из поцелуев от шеи вниз…

От этой невинной ласки внутри все скрутило ожиданием. Она поерзала на его бедрах, мечтая сейчас лишь о том, как он окажется в ней.

На краю сознания неожиданно всплыло понимание, что чего-то не хватает. Чего-то, что только что было, доставляло удовольствие и вдруг прекратилось.

— Эй! — она чуть отстранилась от возлюбленного, обернулась к пленнику и пытающей его страже. — Почему вы остановились? Почему он не кричит?

Стражники отмерли, лепеча извинения и вновь принимаясь за дело. Жалкие людишки.

— Мне нравится, с каким энтузиазмом ты взялась выполнять мою просьбу, моя королева. — Промурлыкал Герилион ей на ухо, — Которого мага ты уже допрашиваешь за месяц? Пятидесятого? Сотого?

— Есть ли смысл их считать? Ну и, кроме того, дело не в твоей просьбе, дракон. Дело в удовольствии от процесса.

— Мне кажется, мы зря теряем здесь время. — Подал голос Кхарон. — Легенды оказались пустышками. Никто здесь не знает того, что нужно. — Он подошел к дыбе, проводя рукой по деревянной конструкции. — Еще и эти приспособления. Мясо на них начинает портиться еще до того, как еда издыхает.

— Пойди и сожри кого-нибудь снаружи. — Фыркнула Гера.

— Сожрал уже. Миль на двадцать вокруг ни души.

Кхарон странствовал с ними последние двести лет и вечно был слишком голодным. Последнее время они не задерживались в одном и том же мире подолгу в основном из-за него, тот слишком быстро сводил местное население к минимуму. Но Герилиону было скучно охотиться в одиночку, поэтому они брали Кхарона с собой.

— Я расскажу. — Неожиданно подал слабый голос Маг. — Я знаю, как обрести бессмертие.

Гера расплылась в улыбке, звонко поцеловала Герилиона и спрыгнула с его колен на пол.

— Отвяжите его. — Приказала она страже. — Что ж, маг. Ты сумел меня заинтересовать. Я слушаю.

Пленник еле стоял на ногах, и пришлось усадить его на лавку. Мужчина был бледен, но на лице застыла какая-то обреченная решимость.

— Можно привязать душу того, кто хочет жить вечно, к ключу. И когда этот человек умрет, его душа не уйдет за грань. Но возродиться заново можно будет только в том мире, где был рожден.

— И как это сделать?

Маг в ответ лишь пожал плечами:

— Ключ всегда обладает силой, а сила манит и влечет людей. Достаточно отнести ключ в родной мир. Уничтожить его нельзя, а безумцы, готовые его активировать, надеясь на власть, найдутся сами.

— Я не про это, как создать этот ключ. Как привязать душу? — Требовательно спросила Гера.

Герилион, заинтересованный беседой, тем временем подошел ближе, вставая почти вплотную к своей женщине.

— Привязка осуществляется магическим ритуалом. Я дам его описание. Ключ обращается в камень и, став якорем для души, обретает силу.

— Еще чуть-чуть, и снова отправишься на дыбу. — Она не любила, когда ее заставляли повторять дважды. — Где взять ключ?

— А это самое интересное. — На бледном лице пленника неожиданно расцвела улыбка. — Мне кажется, для вас это будет просто.

— И? — Гера начинала терять терпение.

— Нужно всего лишь сердце истинного дракона. — Триумфально продекламировал маг, но, не рассчитав сил, закашлялся.

Кхарон с громким проклятием развернулся, укутываясь тьмой, но Герилион оказался быстрее. Он проделал это в человеческом обличии, рукой проломив другу грудную клетку. Когда дракон вытащил еще бьющееся трепещущее сердце, Гера облизнулась. Еще никогда прежде она не видела такой соблазнительной картины, а ведь она за прожитые века видела многое.

Кхарон упал замертво. Заклятья обращения начали спадать, грозя оставить их один на один с исполинской мертвой тушей. Пришлось использовать магию и испепелить его до того, как замок обрушился бы под весом мертвечины.

Держа в одной руке исходящее паром сердце, Герилион подошел к ней, притягивая к себе и увлекая в сладкий поцелуй.

— Теперь ты не оставишь меня, моя королева. Мы всегда будем вместе.

Капли крови, стекающие с оторванной плоти, перепачканные руки Герилиона, его несокрушимая сила, которая принадлежала ей. Она ухмыльнулась, ощущая, как вновь заводится:

— Бессмертие без меня слишком скучно?

— Слишком бессмысленно.

Глава 25. Неожиданный поворот

Когда процесс был запущен, все, что оставалось — это ждать.

— Ты уверен, что все получится? — Спросил Хелвин, подходя ближе.

Элигос невольно поежился от этого взгляда. Рядом с Вильгельмом он сам себе начинал казаться неопытным юнцом, отчего и без того противоречивые чувства к тестю приходили в полнейший раздрай.

Их знакомство состоялось, когда Дивуару было семнадцать. Отец и старший брат еще были живы, мать не слегла от горя, и он, полный надежд и мечтаний об известности, славе и лаврах лучшего в своей области, в первый раз вышел в свет. Он помнил как сейчас — это был прием в честь дня рождения императора. Отец представил его всем высшим чистокровным, в числе которых был и глава Тайной Канцелярии. Дракон, которого боялся весь Шитар. Поговаривали, что и император тоже. Надо ли говорить, что на юнца, у которого еще и молоко на губах толком не обсохло, Хелвин так же успел произвести впечатление? Элигос даже предложил ему свои услуги в качестве мага-артефактора и ритуалиста. Шутка ли, если твоим заказчиком станет лицо такого полета? Да лучшей рекламы для начинающего и сыскать нельзя!

Вот только на щедрое предложение и готовность работать почти за даром, глава тайной канцелярии ответил холодно: «не заинтересован».

Возможно, не стоило обращать на это внимания, вот только юношеский максимализм заставлял чувствовать себя так, будто бы ему нанесли смертельное оскорбление. И когда вечером молодая неодаренная служанка, давно строившая ему глазки, спросила, как прошел выход в свет, он выложил все, как на духу. Ей потребовалось немного сочувствия и слов ободрения, чтобы затащить его в койку.

А через одиннадцать месяцев родился ребенок. Бастард, его сын. Мать в бешенстве кричала, отец разочарованно молчал. Служанка радовалась отступным деньгам.

Закон обязывает признавать полукровок, рожденных от драконов, и у него официально появился сын. И кто в этом был виноват? Правильно — Хелвин, испортивший ему настроение в тот злополучный день. По крайней мере, в семнадцать он считал именно так.

С мальчиком Элигос почти не общался, сначала он ушел с головой в учебу, а затем — в первые заказы. Потом отец с братом погибли вследствие неудачного эксперимента, после чего разбитая горем мать, прожила не долго. Заботу о племянниках, о его сыне и детях брата милостиво согласилась взять на себя Лаура — его кузина.

На Элигоса легло бремя главы семьи, и в водовороте новых дел и обязанностей он так и не нашел времени, чтобы сблизится с собственным ребенком. А потом стало поздно. Самым паршивым в этой ситуации было то, что сколько бы он ни повторял, что это Хелвин убил его сына, менее виноватым он себя перестать чувствовать не мог.

И все последующие обращения в суд и попытки уязвить Вильгельма были ни чем иным, как способом заставить замолчать собственную совесть. Он ведь даже о дуэли узнал после ее печального завершения. Может, интересуйся он чуть больше тем, что происходит внутри его семьи — мальчик был бы жив?

Двадцать лет отшельничества только усилили его самобичевания. Быть может, поэтому он с таким остервенением искал способ помешать Гере вернуться? Желание исправить хоть что-то из того, что он натворил. А потом была Марго, ее улыбка, и желание не только исправить содеянное, но и получить возможность вернуться к нормальной жизни. И уже никогда не повторять ошибок.

Он ведь не соврал Хелвину, когда встречался с ним, оставив Марго запертой в номере в борделе. Объяснил суть ритуала, сказал, зачем он это сделал. Вильгельм про Геру, как оказалось, знал давно, а вот его рвения в спасении Маргариты почему-то не оценил. Впрочем, он был готов на сотрудничество и даже пообещал достойные условия содержания, если тот сдастся и вернет ему дочь. Пойди все по плану, и он бы смог получить амнистию, а затем, решив проблему возвращения древней богини, завоевать сердце девушки самым старомодным способом — с ухаживаниями, любовными письмами и прогулками под луной. По-настоящему, а не насильно проведенным брачным ритуалом.

Но все пошло не по плану, и вот они здесь.

Хелвин смотрит на него, как волк на пса, брат Маргариты того и гляди ринется в драку. Да уж, послала Гера родственничков. Но ради Марго он был готов терпеть их общество.

— Так долго — это нормально? Так и должно быть? — В очередной раз отвлек его вопросом Вильгельм.

— Ты спрашиваешь так, будто я подобные ритуалы провожу пачками каждый день. — Не выдержал Дивуар, наконец, вставая с колен.

Теперь, когда процесс был запущен, его участие больше не требовалось. Оставалось только ждать.

В этот самый момент двери зала вышибло ударной волной магии. С обратной стороны то же самое произошло с черным ходом. Тронный зал наполнился людьми. Солдаты, высшие драконы. Их четверых, вставших вокруг руных кругов, окружили, направляя в их сторону замедлители.

Элигос переводил взгляд с одного лица на другое, узнавая некоторых из присутствующих. Часть из них он уже видел не так давно — в аукционном доме, другие были знакомы по приемам и раутам двадцатилетней давности.

И когда Дивуар уже думал, что больше сюрпризов не будет, толпа расступилась, и вперед вышел император. Живой и полностью невредимый.

— Какой приятный сюрприз. Вся компания в сборе. — Мягким баритоном произнес правитель.

Действительно сюрприз. Как такое могло случиться?

— Ты же сказал, что убил его? — Недовольно спросил Хелвин.

— Разве можно верить изменникам, Вильгельм? — Хмыкнул император. — Уж кто-кто, а ты должен знать, что любую новость лучше перепроверить дважды.

Элигос замер, оценивая обстановку… Они полностью окружены. Сзади Марго и Лаура в бессознательном состоянии. Даже если они четверо обратятся и попытаются прорваться с боем — Марго ему не забрать, особенно сейчас, пока рунные круги активированы. Когда же закончится чертов ритуал? Почему так долго?

— И что теперь, ваше императорское величество? — Выплюнул тем временем обращение Хелвин. — Убьешь нас прямо здесь? Для этого приволок такую компанию? Боишься не справиться?

В этот момент Элигос действительно был благодарен тестю за то, что тот тянет время. После всего того, что он видел в спальне императора, он был не способен на светскую беседу с этим садистом и насильником. Сзади на поясе все еще был спрятан нож, которым он думал, что убил императора до этого, и, если повезет, сможет забрать на тот свет с собой сейчас.

В то, что из этой переделки получится выйти живым — почти не верилось.

— Знаешь, как глава Тайной канцелярии, ты должен быть проницателен. Но двадцать лет назад ты проглядел Августу, а сегодня — недооценил меня. Правильно, что я тебя уволил.

Элигос переминался, каждую секунду ожидая атаки, но император не спешил отдавать приказ. И это было странно. Зачем он медлил? Утверждает свой авторитет перед подданными?

Словно бы в ответ на его мысли, правитель Шитара посмотрел прямо ему в глаза и победно улыбнулся:

— Впрочем, меня недооценили все. Думал, что самый хитрый и изворотливый, Дивуар?

— Ты явно хочешь чем-то похвастаться. — Не выдержал Элигос.

— Я знаю о клятве. Знаю о том, что за ритуал вы проводите, а также о том, что после него Гера никого не убьет и свалит, наконец, из Шитара.

Что? Как? Откуда? Элигос дернулся вперед, но в его сторону сразу было направлено несколько замедлителей. Пока не активированных, но намерения императора сразу стали ясны. Так вот чего все ждут. Завершения ритуала и ухода Геры.

— Нет, серьезно, Дивуар. Глупостью было возвращаться в собственный дом. Впрочем, должен сказать тебе спасибо, ты смог разрешить проблему, двадцать лет висевшую над Шитаром, как топор палача над шеей. Вильгельм, да будет в скором времени земля ему пухом, скрыл от меня о том, что сила Геры переселилась в его дочь. А когда милая маленькая Маргарита превратилась в кровожадного монстра, стало уже поздно. Я приказал допросить лечащего врача девочки и сложил полученную информацию с событиями двадцатилетней давности. Ты ведь пытался увести ее в другой мир сам, да, Вильгельм?

— Пытался. — Нехотя отозвался Хелвин.

— И каждый раз, когда девочка уходила через порталы к матери, сила давала о себе знать. А когда вы перестали ее туда отправлять — все прошло. И ты закрыл глаза на проблему. Сделал вид, что твой ребенок нормальный, а не угроза национальной безопасности. Как непрофессионально. Зато когда спустя столько лет вдруг всплыл предатель со своими фокусами, ухватился за него, как за последнюю соломинку. Впрочем, должен признаться, я тоже. Ради этого даже запер двоих голубков в соседних камерах. Потом был их побег, не скажу, что он меня сильно обрадовал, но в итоге все вышло даже лучше, чем я мог предполагать.

— Как ты узнал о клятве? — Элигос никак не мог взять в толк то, что рассказывал император.

— Драконы плохо разбираются в магии, а ты, Дивуар, каким бы книжным червем ни был, все же дракон. После того, как вы сбежали, я послал людей проверить дом. Не сразу, конечно, глупо было предположить, что вы туда сунетесь. И ни ты, ни полукровка-недоучка не смогли распознать подслушивающих заклинаний. А дальше, дождаться вас здесь было делом техники. Еще вопросы? — Усмехнулся император. — У нас всех есть время до того, как Гера очнется и, наконец, уйдет.

Было видно, что пока ритуал не закончен, он боится использовать магию рядом с Марго.

Дивуар обернулся на девушку, с горечью смотря на разметавшиеся по полу волосы. Дурак, какой же он дурак! Подвел ее, подставил под угрозу. Что будет, если они не смогут выбраться? Император убьет четверых драконов, а из Марго сделает очередную рабыню?

— Почему ты не сдох? — Выплюнул он, чувствуя, как ярость мешается с отчаянием, а руки так и тянутся к припрятанному ножу.

Даже если ему сегодня суждено умереть, этого урода он точно заберет с собой.

Император на оскорбление отреагировал лишь мягкой улыбкой хозяина положения.

— Ты же не думал, что я не проверяю то, что заносится в мой замок? Когда сигнальные чары показали, что в посылке, которую я велел доставить — двое людей, то предложил Достопочтимому Максвеллу развлечься с рабыней вместо себя. В конце концов, нужно же было как-то вас заставить поверить в собственную победу и провести ритуал.

— Максвелл? Но я же видел…

— Это были чары обмена личиной, только и всего. — Мерзко захохотал император. — Твоя кузина начинает течь от одного моего вида, а Леонида она боится. Я как-то отдавал ее ему развлечься на несколько дней. Но не переживай. Теперь, когда у меня будет новая игрушка, — он кивнул в сторону Маргариты, — Лауру можно будет казнить.

Элигос видел, как напрягся Хелвин, но он не собирался отдавать ему право убить ненавистную тварь, считающую, что может распоряжаться их жизнями. Он сжал рукоять ножа, готовясь наброситься. У него был лишь один шанс и одна попытка.

Стены содрогнулись, посыпалась штукатурка. Кто-то не устоял на ногах, валясь на пол, замок хорошенько тряхнуло. С грохотом упала люстра, погребая под собой кого-то из людей. А спустя мгновение обрушился потолок.

Несколько магов среагировали вовремя, выставляя щиты и отбрасывая основную массу обломков в сторону. Элигосу удалось отбить два больших камня, чуть не раздавивших Марго и Лауру.

Все прекратилось так же внезапно, как и началось, да и длилось всего несколько секунд.

Маги и драконы, пришедшие по велению императора, переглядывались, словно спрашивая друг друга, что это было, и кто побежит первым.

Утробный оглушающий рык заставил всех замереть и поднять головы. Вместо обрушившегося потолка скалилась морда исполинского дракона.

Элигос никогда прежде не видел его, но кто это — понял сразу.

Подданные императора тут же потеряли к их четверке всякий интерес, медленными шагами расступаясь по периметру зала. В центре остались лишь они, окружившие ритуальные круги, и правитель Шитара, удивленно хлопающий глазами и непонимающий, где же он прокололся.

— Приветствую тебя в Шитаре, истинный дракон! — наконец, громким голосом произнес он.

Герилион на это приветствие наклонился, словно стараясь получше рассмотреть говорящего. Затем клацнул зубами, одним махом перекусил императора и сожрал его, слегка поджарив в струях собственного пламени.

Глава 26. Крылья и когти

Маргарита проснулась от того, что ее сильно тряхнуло. Глова была тяжелая, руки и ноги слушались с трудом. Девушка разлепила веки, и сквозь прищуренные ресницы увидела нависшую над тронным залом пасть Герилиона. Захотелось себя ущипнуть для верности. А уже через полминуты древний ящер сожрал императора.

Гробовое молчание длилось и длилось. Подданные почившего правителя замерли в испуге, опасаясь привлекать к себе внимание. Герилион мотнул головой, запуская процесс трансформации. На короткое время его окутала тьма, и вскоре перед ними стоял полностью обнаженный мускулистый мужчина.

— Элигос! — Позвала она шепотом.

Муж, прикрывающий ее собой, обернулся и, увидев, что она очнулась, подхватил на руки, отходя в сторону.

Герилион шел прямиком к ритуальным кругам, ни на кого не отвлекаясь. Лаура все еще была без создания, и он, присев на колени, склонился над ней. Дракон прокусил себе запястье и, сжав руку в кулак, обагрил ее рот своей кровью.

Секунда. Две. Десять. Женщина закашлялась, приподнимаясь на локтях, но, увидев, кто перед ней, расплылась в улыбке.

— Моя королева!.. — шептал Герилион, когда она обвивала руками его шею, когда целовала, размазывая его кровь по лицу.

— Мы тут явно лишние. — Шепнула Марго на ухо Дивуару.

Муж с ней был согласен. Отец, стоявший рядом, сделал всем знак следовать за ним. Нужно было убираться, пока эти двое заняты друг другом.

Гера тем временем уже успела оседлать своего возлюбленного и, нисколько не смущаясь толпы, с упоением отдавалась ему на глазах у сотни магов и драконов.

Рабский белый наряд был варварски содран, обнаженные разгоряченные тела сплетались. Запах похоти и разврата витал в воздухе.

Неожиданно Гера вскрикнула, хватаясь за сердце и сгибаясь пополам.

— Проклятье! Клятва! — Тяжело дыша, она отстранилась от Герилиона. На лице проступали следы боли и гнева.

Щелчок пальцев, и позади нее сформировался голубой шар, начавший стремительно расти до тех пор, пока не стал полноценным порталом.

— Мы уходим, моя королева? — Герилион выглядел обеспокоено и удивленно.

Гера нашла глазами Марго и Элигоса и, обращаясь к ним, пропела:

— Меня обманом заставили поклясться, что я уйду отсюда сразу после возрождения. И не пошлю никого в Шитар ради мести.

Марагарита напряглась, чувствуя в голосе ведьмы предвкушение и торжество. Элигос остановился.

— Клятву я выполню. Не буду никого посылать сюда. — Елейным голосом продолжила Гера. — Поэтому у меня к тебе просьба, Герилион. Раз уж ты и так тут. Прежде чем отправишься за мной, спали Шитар до основания. Хочу, чтоб этот мир перестал быть обитаем.

— Ради тебя я готов уничтожить тысячи миров, Моя королева. — Дракон подошел, запечатлев на ее губах поцелуй.

Ведьма вновь схватилась за сердце и, подгоняемая клятвой, скрылась в портале. Голубая вспышка озарила зал, и портал исчез, словно и не было.

Герилион оскалился, рассматривая тех, кто стоял вокруг. Это послужило сигналом. Полукровки схватились за замедлители, драконы принялась обращаться.

В древнего ящера устремились лучи заклинаний. Но все они не причиняли ему никакого вреда, словно были обычным светом.

Элигос поставил Марго на пол, задвигая за спину.

— Лучше тебе спрятаться. — Шепнул он.

Первыми на Герилиона кинулись небольшие драконы из присутствующих в зале. Неужели они надеялись застать врасплох, пока тот ещё был в человеческом облике? Урвать свой кусок славы? Так или иначе, они погибли мгновенно. Герилион обернулся и разделался с ними, как с хищник с мелкой добычей.

Кровь и кишки растерзанных ящеров брызнули во все стороны. Началась паника. Маги, способные сдержать огонь гигантской твари, выставили щиты из заклинаний, но Герилиону было достаточно ударить хвостом по полу, чтобы поднявшаяся волна сбила людей с ног, руша и без того пошатнувшийся замок, уже лишившийся крыши. Марго упала, откатившись к стене. Родных не было видно. Подскальзнувшись на чужой крови, она на четвереньках отползла в сторону упавшей колонны и затаилась там.

«Сильнейшие жители Шитара перед ним как дети…» — Марагарита ужаснулась открывавшимся перспективам. Если те, кто сейчас находятся здесь, не справятся с Герилионом, то больше его никто не остановит — он действительно сможет выжечь всю империю дотла.

Она увидела, как в небо поднимаются брат с отцом. Они были в полтора раза меньше истинного дракона. Маргарита с замиранием сердца следила за недолгим боем. Герилион был опытнее, злее, сильнее. Что такое сотня лет, по сравнению с несколькими тысячами? Никто не спешил к ним на помощь. Кто-то бежал, кто-то улетал.

Трусы.

Элигоса нигде не было видно. Неужели он тоже сбежал? Его боли она не чувствовала, а значит, он не ранен.

А она сама разве лучше? Стоит, уворачиваясь от сыплющихся стен и летящих обломков. И ничего не может сделать, чтобы помочь родным. Ни-чего-го! Гера ушла вместе с магией, а умение вскрывать замки сейчас явно лишнее.

Герилион, издав яростный рев, вцепился брату в глотку. Черный дракон Михаила сумел сбросить с себя кровожадную тварь, но уже через мгновение тьма окутала его, и он упал вниз в человеческом обличье.

Марго зажмурилась от ужаса, закрывая лицо ладонями и сглатывая тугой ком в горле.

«Это конец…» — но панические мысли прервал еще один рев. Она осторожно убрала руки и пораженно ахнула. Михаил, зажимая рану на шее, сидел рядом с отцом.

«Живой!..»

Рев повторился, она снова подняла голову и увидела, как друг напротив друга зависло два дракона. Одинаково большие скалящиеся пасти, огромные крылья, поднимающие ветер. И если первым был Герилион, то кто же второй?

И лишь когда летающие твари атаковали друг друга, царапая когтями и впиваясь зубами — она поняла, кто противник древнего монстра. Элигос.

Она чувствовала его боль, как свою. Но вместе с ней пришел азарт, ярость и жажда крови.

Драконы отлетели друг от друга, Герилион вспорол когтями воздух, пытаясь достать противника.

Элигос трижды менял направления, кружа вокруг более опытного врага. Ударял короткими выпадами, пытался достать клыками до горла — но все напрасно. Каждый раз Герилион отвечал ударом на удар. Опыт неизменно брал свое.

Небо над головой было таким же хмурым, как и замершие в страхе маги, что наблюдали за поединком драконов. Все, кто имел крылья — либо улетели прочь, либо как и родные Маргариты зализывали раны. Брат еще держался, но, судя по всему, помощь, оказанная ему отцом, была недостаточна. Если в ближайшее время древний ящер не будет побежден, все может закончиться очень плохо.

Пять минут. Десять. Элигос не справлялся. С каждым разом пропуская все больше и больше ударов. Он уступал могучему сопернику, даже несмотря на то, что почему-то был равен ему в размерах.

От страха за мужа сводило живот. При взгляде на сочащиеся рваные раны на жесткой чешуе, губы сами собой начинали трястись, а к горлу подкатывала истерика. Хотелось заскулить от ужаса, закрыться в непроницаемом коконе отрицания.

«Не смей!» — злясь, приказала она себе.

И словно в ответ на эту злость на кончиках пальцев заплясали видимые глазу магически искры.

В голове вспыхнуло и погасло далекое истершееся воспоминание, словно виденное во сне. След пребывания другой души в ее теле. Герилион, поящий своей кровью возлюбленную ведьму, и Гера, ощущающая в себе после этого его жизнь и его магию.

Маргарита ведь тоже пила кровь древнего дракона. Его магия теперь навсегда будет в ней. И поскольку ритуал, связывающий их с Элигосом, синхронно дублировал внешнее воздействие сразу на обоих — его дракон также вырос.

Значит ли это, что и она сейчас обладает силой? Ответа не было, но искры, скользящие между пальцев, вспыхивали ярче с каждой секундой. Паника отступила, в этот момент Марго соображала четко и ясно.

Она подняла руку, направляя вперед энергию, как всегда делала, пытаясь снять чужие чары. Просто голый поток силы, выпущенный вперед с единственной целью — уязвить противника.

Из пальцев вырвалась тонкая синяя молния, прорезая воздух и ударяя в грудь Герилиону. Дракон жутко зарычал, чудом уцелевшие стены замка задрожали от полного ярости утробного звука.

Она видела, как оставшиеся в живых устремили на нее свои взоры, но ее интересовал лишь Элигос. Они встретились глазами, и он понял ее без слов. Опустился, зависнув над выщербленным полом, протянул к ней крыло, по которому она забралась на спину.

— А теперь покажем этой зарвавшейся ящерице! — Крикнула она, опьяненная магией, забурлившей в крови, крепче вцепляясь в наросты на шее.

Они вновь атаковали. Когтями, зубами, магией.

Удивительно — он удержаться на спине дракона оказалось просто. То ли это волшебство не давало упасть, то ли запал сражения позволял проявлять чудеса ловкости и силы.

Герилион слабел, отступал, пока, наконец, не рухнул на площадь перед замком, за пределы которого они давно вылетели.

Поверженное чудовище тяжело вздымало грудь, из раскрытой пасти раздавалось глухое рычание.

Элигос начал снижаться, пока призванная тьма не окутала его. Спустя краткое время Марго и он уже стояли рядом с умирающим противником.

Маргарита протянула руку, едва касаясь чешуи. Герилион повернул морду, встречаясь с ней тоскливым взглядом.

Несмотря на то, что эта тварь хотела разрушить ее родной мир, убить всех и каждого, девушке стало его жаль. И жаль ту, что будет обречена вечно ждать его.

Тоска стала почти осязаемой, отзываясь болью в груди. Она выдохнула эту боль, и вместе с ней вырвалось пламя, мгновенно охватившее тушу. Огненные языки ласкали тело ящера, пожирая его, вздымаясь до небес.

Элигос отдернул в сторону, уводя на ступеньки разрушенного дворца. Вряд ли собственный огонь мог причинить вред, но, тем не менее, она пошла за ним.

Они стояли, обнявшись, глядя на полыхающее пламя. Марго не знала, о чем думал в этот момент муж, но сама она не могла перестать думать о ведьме, что ждет с победой своего возлюбленного. Стоила ли месть грядущего одиночества?

Останки истинного дракона еще догорали, когда на площади начали собираться люди. Маги, драконы, неодаренные. Они толпились вокруг, не решаясь подходить ближе.

Маргарита сначала не обращала внимания, но с каждой минутой людей становилось все больше.

— Почему они так на нас смотрят? — Шепнула она Элигосу, — Нам пора вновь подаваться в бега?

Будто в ответ на ее вопрос, от толпы отделилось несколько мужчин в одеждах драконов, которые направились в их сторону. Марго стиснула руку мужа, тот тоже заметно напрягся, готовый защищать и нападать, если потребуется.

Но подошедшие остановились в пяти шагах и встали на колени, прижимая к груди правую руку. Как по команде все остальные, кто был на площади — сделали то же самое.

Маргарита пораженно выдохнула, не понимая, как на это реагировать, а Элигос усмехнулся и наклонился к ней, шепча на самое ухо:

— Старый император мертв, да здравствует новая императрица.

Эпилог

Мама сидела напротив, изящно скрестив руки на груди и рассматривая свою непутевую дочь, сына и мужа, с недобрым прищуром.

Выглядела она хорошо — загорелая, отдохнувшая. На ней были узкие джинсы и футболка — Агата вернулась в Хелвин-манор уже несколько часов назад, но переодеться так и не успела. Михаил огорошил ее новостями прямо с порога. Терпение никогда не было его добродетелью.

— Так, я подытожу. — Хмыкнула мама. — Пока я была на курорте с бабушкой, вы трое умудрились угодить в тюрьму, выбраться из нее, посодействовать уничтожению династии. Вдобавок к этому Маргарита вместе с кем-то убила легендарного древнего дракона и стала новой императрицей Шитара?

— В общих чертах. — Хохотнул Михаил, за что получил чувствительный тычок от отца.

Мама картинно кашлянула и подняла бровь в излюбленном отцовском жесте. Тот намек понял, отходя в сторону. Она сильно злилась на него за то, что он держал ее в неведении столько времени.

— Да уж. Сколько всего можно успеть за три недели. Повезло еще, что Рита замуж не вышла. — Агата нервно усмехнулась.

— Кстати, насчет этого… — Маргарита виновато улыбнулась.

Отец за спиной матери сделал страшные глаза, отчаянно мотая головой.

— Что насчет этого? — Медленно, почти по слогам переспросила Агата, затем обернулась к мужу. — Вильгельм?!

От стали в голосе стало не по себе даже Марго, а отец побледнел так, что его стало даже жалко.

— Ничего. Замуж не вышла, не переживай, мам. — Поспешила успокоить ее Маргарита.

— Слава Богу! — Выдохнула Агата, облегченно проводя рукой по волосам.

— Но собираюсь… — Девушка зажмурилась, опасаясь реакции.

Официальная торжественная свадьба была инициативой мужа и отца, Марго же была против подобного праздника. Несмотря на то, что люди единогласно признали ее и Элигоса новыми правителями Шитара, все это очень отдавало показухой. Впрочем, после свадьбы ожидалась еще и коронация. А какая из нее императрица? Ни знаний, ни опыта.

— Ты что — беременна?! — Мамин голос заставил вынырнуть из собственных мыслей.

— Нет, конечно, нет, мам. Откуда такие мысли…

— И за кого ты собралась замуж?

— Агата, я тебе все объясню… — Попытался вступить в разговор папа, но был остановлен властным жестом.

— Я разговариваю с дочерью, а не с тобой. Итак. Кто он?

Маро переводила взгляд с отца на мать и обратно. Судя по тому, какие молнии метали глаза Агаты, папе сегодня придется несладко.

— Элигос Дивуар.

Сказать, что мама была в шоке — значит не сказать ничего. Рот приоткрылся от удивления, глаза округлились, брови взлетели вверх. Спустя секунд десять молчания она громко и длинно выругалась.

Единственным, кто наслаждался всей ситуацией, был Михаил. Наблюдал за разворачивающейся сценой, сидя в кресле, и давил смешки. Марго тайком показала брату кулак.

— Мам, все хорошо, правда. Я люблю его, и он меня любит. Тебе не о чем волноваться.

Мама смерила ее долгим пронзительным взглядом, словно пытаясь проверить искренность ее слов. Затем, тяжело вдохнув, устало прикрыла глаза:

— Ребята, оставьте нас с папой на пару слов, пожалуйста.

Дважды предлагать не пришлось — Маргарита пулей вылетела из комнаты и побежала по ступенькам вверх. Вот тебе и правительница Шитара — бежит без оглядки от гнева собственной матушки.

Папу было откровенно жалко, когда мама была в гневе — ее боялась вся семья. Впрочем, она не сомневалась, что рано или поздно мама отойдет, и родители помирятся.

Люк, ведущий на крышу манора, был запечатан чарами, но Марго быстро с ними разделалась. Откинула крышу в сторону и поднялась по лестнице вверх.

Ее тут же подхватили и закружили сильные мужские руки.

— Эй, отпусти! — Счастливо засмеялась она. — Эл!

Мужчина остановился, притягивая ее к себе и нежно целуя.

— Как мама? Может мне спуститься и поздороваться? Мы не были друг другу представлены…

— Нет! — Поспешила отказать ему Маргарита. — Не сегодня. Она там папу песочит, так что лучше не лезть под горячую руку. Лучше полетели к тебе? А оттуда потом уже отправимся проверять, как идет постройка нового дворца. И еще расскажи, как достопочтимые отреагировали на мой первый указ.

— Ты про запрет на продажу человеческих особей и отмену рабства? — Хмыкнул Дивуар. — Конечно, они недовольны. Но, Марго — мы для них воплощение древних богов. Они стерпят, даже если прикажем каждому отсечь себе руку.

— Скажешь тоже…

Маргарита скривилась от приведенного сравнения. Неожиданная власть ее совсем не радовала, но она намеревалась во всем разобраться и попытаться быть хорошим правителем. Пусть она и понимала, что первое время ее правление будет чисто номинальным, пока она во всем не разберется, придется полагаться на мужа.

Тем не менее, один указ она уже все-таки издала. Со вчерашнего дня покупка и продажа рабов была запрещена. Слишком уж свежи были воспоминания о том, как она сама стала лотом в аукционном доме. Ни одна девушка или женщина больше не пройдет через подобное унижение.

Элигос обернулся драконом, сел на крышу и вытянул вперед крыло, чтобы ей было удобнее на него взобраться.

Стоило признать, что внезапное увеличение размеров было не слишком удобно. На маленьком драконе летать гораздо проще и захватывающе.

Сидя сверху на исполинской туше, Маргарита ощущала себя верхом на плавучем острове. Можно было встать и пройтись от шеи до хвоста, не боясь при этом свалиться, хотя летели они очень быстро.

Дивуар-манор был все в таком же запущенном состоянии, несмотря на новый статус владельца. Просто-напросто из-за свалившегося объема дел искать прислугу, садовников, заниматься приведением дома в порядок было решительно некогда. Но сейчас Маргарита была этому несказанно рада. Несколько часов наедине — это то, о чем она мечтала уже несколько дней.

— У меня для тебя сюрприз. — стоило им зайти внутрь, как мужчина потянул ее наверх в одну из комнат

— Кстати о сюрпризах… — Задумчиво потянула Марго. — Мама мне тут напомнила кое-что, о чем я совершенно до этого не задумывалась. Что, если я беременна?

Элигос остановился, заглядывая в глаза.

— А ты хотела бы?

— Нет. — Девушка сама поразилась, как категорично это прозвучала. — В смысле, когда-нибудь, конечно, да. Но сейчас? Еще только ребенка мне не хватало. Если окажется, что это так…

Дивуар грустно пожал плечами:

— Тогда можешь не переживать, ты точно не беременна.

— Как ты можешь быть так уверен?

— Предохраняться я научился в семнадцать лет после одного случая, и с тех пор нужное заклинание у меня выходит на автомате, даже несмотря на то, что у драконов традиционно плоховато с магией.

— Спасибо. — Маргарита облечено сглотнула. — Серьезно, ну какие дети? Я пока не готова. Пообещай, что в ближайшие лет пять мы к этой теме не вернемся. Эй, ты чего?

Дракон выглядел откровенно расстроенным, но все же улыбнулся ей:

— Пять лет я смогу подождать. — И, кашлянув, поспешил сменить тему. — Ты забыла про сюрприз. Идем.

Сюрпризом оказался продолговатый конверт, лежащий на кровати в одной из спален. Маргарита озадачено повертела его в руках. На белом конверте красовалась эмблема столичной Академии.

— Они ведь не счет прислали? На восстановительные работы. Я же знатно подпалила их… — Марго почесала кончик носа и, не выдержав интриги, надорвала бумагу.

«Ее императорскому величеству Маргарите Дивуар…»

— Когда я это успела взять твою фамилию? Да еще и чтобы все знали об этом? — Девушка оторвалась от чтения, глядя на загадочно улыбающегося мужа. — Официальная свадьба через неделю.

— Посмотри до конца.

Марго пожала плечами и вновь обратилась к письму:

«…настоящим сообщаем, что вы зачислены…» — Она сбилась, пробежала текст, выхватывая из него основные тезисы: «сообщить о своем решении в срок… в случае согласия прибыть для выбора курсов и согласования сроков обучения…»

Дойдя до конца, она принялась перечитывать снова, затем еще раз.

— Они что, предлагают мне у них учиться?

— Не думай, что у тебя получится ощутить полноценную студенческую жизнь, положение обязывает, так что часть программ придется сдавать экстерном. Но я подумал, что с новыми силами надо что-то делать. Можно было бы пригласить учителей индивидуально, но я помню, как ты рвалась в академию. — Улыбнулся дракон. — Но решать, конечно…

Конец его фразы был бесстыдно прерван. Маргарита обхватила его за шею, звонко чмокая в нос и смеясь.

Мужчина подмигнул и, обернувшись, распахнул дверцу у прикроватной тумбочки. Там оказалось ведерко со льдом и воткнутой в него бутылкой. Бокалы нашлись тут же.

— Отметим?

Марго со смехом уселась на кровать, принимая бокал. Игристое вино искрилось на языке, отдавая фруктовыми нотами.

Месяц назад она бы все отдала, чтобы получить подобное письмо. Хотела ли она туда сейчас? Определенно, да. Но спроси ее сейчас, она ни за что бы не согласилась обратить время вспять и отменить их с Элигосом встречу.

И пусть впереди маячило много проблем: начиная от драконозависимых рабынь, с которыми надо было что-то решать, и заканчивая недовольной аристократией, не все из которых с восторгом приняли новых правителей, но теперь у нее была цель. И был тот, кто поддержит и всегда будет рядом.

Хорошо, что тогда она не попала в академию.

У последовавшего поцелуя был винный вкус. Такой же пьянящий, игривый. Бумага с еще недавно таким желанным приглашением полетела на пол.

Академия полностью забылась. Остались лишь осторожные прикосновения, томительное ожидание внизу живота, губы, властно и нежно ласкающие шею, плечи.

— Я люблю тебя. — Прошептал муж, продолжая осыпать поцелуями.

Эти три таких простых слова заставили сердце учащенно биться, а тело отзываться сладкой томительной дрожью. Марго протянула руку, чтобы отставить бокал в сторону, но промахнулась мимо тумбочки. Комнату взорвал звук бьющегося стекла.

— На счастье. — Хмыкнул муж, не отвлекаясь от неторопливых ласк, от которых внутри раскатывались колючие волны, и бросало в жар.

Она прижалась и, откинувшись на спину, утянула вслед за собой. Тяжесть мужского тела сверху была приятной. Марго слегка приподнялась, лизнув его уголок губ.

— Моя дорогая, ты слишком нетерпелива. — Хмыкнул дракон, перекатываясь в сторону и соблазнительно улыбаясь. — Я еще не раздел тебя.

Дразня, он протянул руку, медленно обводя большим пальцем контур губ и вызывая непреодолимое желание обхватить его губами, что Маргарита и сделала.

С губ Элигоса сорвался восторженный выдох, когда она чуть прошлась язычком по подушечке большого пальца. Увидев реакцию мужчины, она, усмехнувшись, поднялась с кровати.

— Ну, раз мы никуда не торопимся, то я, как большая девочка, могу раздеться сама. — Игриво подмигнула она, начиная нарочито медленно расстегивать пуговки на вороте платья.

Дракон заворожено смотрел, а в его глазах плескались восхищение и восторг. Марго повела плечами, потянулась, вытягиваясь в струнку и выставляя изгибы своего тела в наилучшем свете. Еще одна пуговка, и платье беззвучно скользнуло на пол, оставляя ее лишь в чулках, нижнем белье и туфлях. Почерневшие глаза мужа при этом говорили о его желаниях больше, чем тысяча слов.

Грудь дракона вздымалась, сквозь ткань штанов было видно его напряженное достоинство.

Маргарита игриво стрельнула глазами и наклонилась, проводя руками по телу и бедрам прямиком к туфелькам. Начала неспеша расстегивать ремешки.

Элигос, судя по лицу, уже несколько раз пожалел, что призвал не торопиться. Встал, подходя к ней, обхватывая руками бедра. Она попыталась выпрямиться, но была остановлена твердым властным движением, не давшим поднять спину.

— Ты что делаешь! — С притворным возмущением воскликнула она, наконец, сбрасывая туфли.

— Мне нравится твоя поза. Весьма изящно.

Его руки по-хозяйски огладили тело, пальцы скользнули под ткань бюстье, нащупывая соски и сжимая их.

Марго ахнула и невольно поддалась бедрами назад, уперевшись прямиком в возбужденный член. Когда только успел достать его?

Девушка сглонула, сделав еще одну попытку подняться, но муж держал крепко.

— Ну, уж нет, моя дорогая. Ты слишком меня распалила. — Усмехнулся он, и от его бархатистого голоса и ее положения в целом по спине поползли колючие мурашки предвкушения. — Плохая девочка. Знаешь, что делают с плохими девочками?

— Нет. — Хрипло ответила она, сама не узнав свой голос. Между ног было горячо и влажно, грудь требовала прикосновений.

— Их трахают большие злые драконы. — Хмыкнул он, надавив членом на сочащийся влагой вход.

Она инстинктивно расставила ноги чуть шире и поддалась навстречу, но вновь была остановлена.

— Не так быстро.

Марго застонала от нахлынувшего разочарования и так остро начавшей ощущаться пустоты. Элигос не двигался, продолжая ласкать ее, сжимать грудь, выкручивая соски, порхающими движениями проходиться по клитору, сводя ее с ума.

— Хочешь меня?

— Да! — Не просто хотела, жаждала.

Мечтала о том моменте, когда его член уже окажется в ней, до предела наполняя собой и подчиняя ее. Ноги подкашивались от желания, и казалось, еще чуть-чуть, и она начнет скулить от острого, опьяняющего возбуждения, не находящего выхода.

— Ну же, возьми меня!

В ответ на ее мольбу, Элигос усмехнулся и резко вошел до предела. Из груди вырвался сладостный стон. Мужчина принялся вколачиваться. Быстро, глубоко, яростно.

Оргазм был быстрым и ошеломляющим, удовольствие затопило с головой. Дракон, почувствовав, как сжимается ее вход, приподнял девушку, словно пушинку, и уложил на кровать на спину.

Не успела она отдышаться, как он припал губами к ее соску, и она дернулась, почувствовав обжигающий холод.

Мужчина отстранился, хищно улыбаясь и демонстративно перекатывая на языке кусочек льда. Проложив себе дорожку из холодных поцелуев, он спустился вниз и, взявшись руками за бедра, поцеловал нежные складочки.

Отголоски пережитого удовольствия вновь вспыхнули, тело содрогалось от наслаждения, от малейшего касания набухшего и ставшего невероятно отзывчивым бугорка. Колючий холод перемежался с обжигающими губами. Маргарита стонала в голос, не в силах более сдерживаться. Ласкала сама себя за грудь, представляя, что это делает он.

Мужчина ввел палец в содрогающийся от множественного оргазма вход, водя им в такт движениям свого языка. Затем еще один. Марго только и оставалось, что насаживаться на них, но этого было безумно мало. Волны наслаждения нахлестывались одна на одну, мешая не то что говорить, но даже просто связно мыслить.

— Хочу… твой член. — Только и смогла произнести она.

Она действительно хотела. Причем не только там, где сейчас ее ласкал муж, но и взять его в рот тоже.

Ласкать языком, облизывать головку, чтобы Элигос входил до конца, вынуждая принимать ствол полностью.

Мужчина тем временем наконец-то сжалился, заменив свои пальцы тем, чего она жаждала больше всего, и ворвался в ее лоно.

Стремительные толчки, громкие стоны, руки, губы, плетения тел и нескончаемое удовольствие, одно на двоих.

* * *

На краю миров на вершине огромной скалы сидела Гера. Повинуясь движению пальцев, над ее ладонью танцевали сотканные из тени фигуры. Дракон и женщина, оседлавшая его, парящая вместе с ним.

Сколько времени нужно, чтобы уничтожить ненавистную империю? Ветви дерева жизни причудливы, их узор затейлив. Никогда не знаешь, как извернутся временные потоки.

Дракон превратился в мужчину, и фигурки принялись с упоением предаваться страсти. Томящее чувство зудело где-то внутри, напоминая о сладости соития. На языке отчетливо проявился привкус крови возлюбленного.

Гера не отрывалась, заворожено наблюдая за собственным колдовством. Сколько бы времени ни понадобилось, она дождется. Ведь бессмертие без Герилиона — слишком бессмысленно.


Оглавление

  • Глава 1. Спаситель
  • Глава 2. Ритуал
  • Глава 3. Эйфория
  • Глава 4. Странные сны
  • Глава 5. Домик тетушки Жули
  • Глава 6. Комната с секретом
  • Глава 7. Тест
  • Глава 8. Шантаж
  • Глава 9. Воспоминания
  • Глава 10. На моих условиях
  • Глава 11. Герой или изменник?
  • Глава 12. В цепях
  • Глава 13. Правда
  • Глава 14. Новый порядок
  • Глава 15. Ужин
  • Глава 16. Будь моей
  • Глава 17. Номер тринадцать
  • Глава 18. Перевернутый Урус
  • Глава 19. Аукцион
  • Глава 20. Аукцион продолжается
  • Глава 21. Клятва
  • Глава 22. Самое безопасное место
  • Глава 23. По ту сторону зеркала
  • Глава 24. Секрет бессмертия
  • Глава 25. Неожиданный поворот
  • Глава 26. Крылья и когти
  • Эпилог