КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 468497 томов
Объем библиотеки - 683 Гб.
Всего авторов - 219002
Пользователей - 101678

Впечатления

vovih1 про Шаман: Эвакуатор 2 (Постапокалипсис)

Огрызок, автор еще не дописал 2 книгу.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
медвежонок про Кощиенко: Айдол-ян - 4. Смерть айдола (Юмор: прочее)

Спасибо тебе, добрая девочка Марта за оперативную выкладку свежего текста. И автору спасибо.
Еще бы кто-нибудь из умеющих страничку автора привел бы в порядок.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
каркуша про Жарова: Соблазнение по сценарию (Фэнтези: прочее)

Отрывок

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Stribog73 про Касперски: Техника отладки приложений без исходных кодов (Статья о SoftICE) (Статьи и рефераты)

Неправда - тихо подойдешь
Па-а-просишь сторублевку,
Причем тут нож, причем грабеж -
Меняй формулировку!

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Алекс46 про Фомичев: За гранью восприятия (Боевая фантастика)

Посредственно.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Алекс46 про Фомичев: Предел невозможного (Боевая фантастика)

И снова отлично.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).

Под светом чужой звезды - 2 (fb2)

- Под светом чужой звезды - 2 [СИ] (а.с. Бедный родственник -5) 907 Кб, 253с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) (скачать исправленную) - Андрей В. Никонов

Настройки текста:



Под светом чужой звезды - 2

Пролог

- Когда мы в последний раз так собирались? – эгир царства Киш, молодой с виду человек, с ястребиным носом и тонкими губами, насмешливо оглядел присутствующих. В семи креслах вальяжно развалились пятеро мужчин и две женщины.

- Когда Урук и Лагаш не могли поделить одну звездную систему, - один из сидящих, эгир Ларсы, причмокнул толстыми губами. – Лет восемь тому назад.

- И что, нельзя было решить все по голосвязи? Или лугалям поручить, а не вмешивать в это старые семьи? – стройная молодая женщина с платиновыми волосами иронично посмотрела на нуна Ур-Наммурапи. – Ты такую таинственность развел, будто мы открыли изначальный мир. Это ведь не так, правда? Что ты улыбаешься? Гил-хаас, мы сто пятьдесят лет знакомы, я знаю эту улыбку.

Нун Гил-Хаас Ур-Наммурапи кашлянул. Похлопал ладонью по подлокотнику, привлекая внимание.

- Сразу скажу – точных данных нет. Но вы поймете, почему я не хочу вмешивать в это лугалей.

- Ближе к делу, - платиновая блондинка, эгир царства Лагаш, кивнула головой. – Докажи, что мы тут не просто так, и мы не собрались обсуждать внутренние вопросы твоего царства. Громеши – сильная семья, но нам плевать на отдельных ас-ариду, ты должен сам с ними разобраться.

Остальные, судя по их виду, были полностью с ней согласны.

- Нет, с Громешами я все решу сам, тут другое, хотя, к слову, эта семейка имеет к произошедшему прямое отношение. Начну с истории, ничего нового не скажу, но все же, - Гил-Хаас поднял ладонь, упреждая возражения, - все мы знаем, что случилось с восьмым царством. До сих пор находим в разных частях галактики разрозненные поселения, но практически всегда это деградировавшие потомки, скатившиеся чуть ли не к обезьянам, от которых, как некоторые идиоты утверждают, мы произошли.

- Не все мы, но вот Кас точно, - еще одна женщина, смуглая, маленькая, кивнула на темнокожего мужчину, и вправду немного похожего на гориллу.

Эгир Ура только рассмеялся. Несколько раз ухнул.

- Три с половиной тысячи лет назад, когда было обьявлено Переселение, многие народы захотели получить по планете, - продолжал Ур-Наммурапи. – А заодно и независимость от нас. Все отчеты о перемещениях были утеряны через пять сотен лет, во время цифрового восстания, когда общий ИИ на недолгое время оставил нас без связи и данных. С тех пор мы храним независимые архивы в разных местах, каждые десять лет они синхронизируются. Девятьсот пятьдесят лет назад носитель с небольшой группой, кажется, четыре или пять тысяч человек, дал сигнал, что найдена пригодная для жизни планета. Лагаш, который был в ответе за этот отряд переселенцев, послал для контроля крыло, которое в этом месте ничего не нашло.

Блондинка кивнула.

- Поселенцев списали на потери, про планету на время забыли. Но данные по звездной системе хранятся в архивах.

В центре комнаты появилось изображение звездной системы – вокруг звезды вращались четыре планеты.

- Больше двухсот лет назад ИИ носителя одного из последних жрецов, эн Уриша, передавал данные по посещенным системам. И одна из них точно совпала с этой. Только координаты были другие, и, если учесть расстояние, она должна была перемещаться по тому же принципу, что и носители. Расстояние между первым и вторым положением системы – около пятнадцати тысяч световых лет. Обработчик данных посчитал, что произошла ошибка, и отложил информацию до выяснения подробностей. Как вы знаете, через какое-то время эн Уриш пропал.

- Это очень познавательно, - эгир Ура картинно зевнул. – Сейчас ты расскажешь, как ее открыли в третий раз.

- Да, - Ур-Наммурапи кивнул. – Эн Миллин из царства Урук сообщил, что один из представителей его семейства нашел эту же систему, двадцать лет назад. Без жителей, замечу. Находке был присвоен код Ни-ис. Через несколько дней крыло, обнаружившее систему, пропало, в том числе зу Александр Миллин, амаль-коммандер.

- Я помню этот случай, - смуглая эгир Урука кивнула. – Да, действительно, та же самая система. И код Ни-ис сохранился. Помнится, проводилось расследование, никаких результатов не было. Миллины – не слишком влиятельная семья, за последние пятьсот лет они влезли в несколько проигрышных предприятий. Даже заявку на эту находку не подавали, пытались продать, но никто не заинтересовался.

Эгир Исина улыбнулся.

- Десять дней назад один из представителей Уришей заявил свои права на систему, один в один такую же, но в совершенно другом месте.

- Опять Уриш. Новый хранитель, из прыгунов, который непонятно что забыл в нашем мире? – эгир Киш поморщился. – Дай угадаю – он пропал, и системы нет на месте. Нет? Удиви меня, Гил.

- Ты угадал, - Ур-Наммурапи несколько раз хлопнул в ладоши. – Но есть кое-какие сложности. Десять лет назад мы начали отмечать возросшее количество попыток кражи технологий. Поэтому мы ввели на своих предприятиях новый протокол безопасности – некоторые из вас его оценили. Как минимум сто тридцать раз инциденты не были инициативой других царств. Мы отсекли пиратов, внешние миры, и осталось семнадцать, которые никуда не вели.

- Что-то не так с твоим протоколом, - блондинка ослепительно улыбнулась.

- Последний случай связан с кражей экспериментального носителя. Угадайте, кто был на нем?

- Уриш, - эгир Киша пожал плечами. – Гил, ты не среди своих тупых нунов сидишь. Переходи к сути.

- Конечным получателем был Александр Миллин.

- Царство Урук отрекается от незначительного представителя семейства Миллин, не входящего в число старых семей, и не претендует на систему, - незамедлительно ответила маленькая смуглянка.

- Предусмотрительно, - Ур-Наммурапи рассмеялся.

И вывел в центр комнаты изображение барельефа.

- Это оттуда? – смуглянка сморщилась и стала похожа на мартышку.

- Да. Вторая планета. Десять миллионов жителей. Всего в системе больше двенадцати.

- Ладно, Уриш в своем праве. Людей там в двенадцать раз больше, чем нужно для подтверждения контроля, непонятно только, где они все прятались до этого. Но в чем твоя выгода? – растягивая слова, спросил эгир Ларсы. – Зу Уриш – прыгун, сегодня он там, а завтра – в других мирах. А система, если вдруг снова обьявится, временно отойдет Громешам, которые и так слишком укрепились в твоем царстве, со дня на день Иту станет хранителем традиций семьи в отсутствие наследника, и тогда уже тебе придется с ним считаться – сам отдал весь флот по его командование.

- О выгоде речь не идет, - Ур-Наммурапи достал красный камешек, бросил эгиру Ура.

На этот раз молчание длилось дольше.

- Хорошо, - эгир Ура разжал кулак, подбросил камешек на ладони. – Культ проклятой, теперь красные кристаллы. Пропадающая система. Давай, Гил, свой козырь. Пора уже с него зайти.

- Ну же, Гил-Хаас, давай, выкладывай, - смуглянка поддержала темнокожего. – У нас так давно ничего стоящего не происходило.

- Хорошо, - Ур-Наммурапи подождал, пока стихнут возгласы, раскрыл ладонь, над ней появилась еще одна картинка. – Оранжевое светило, спектр чуть сдвинут. А теперь смотрите.

Звезда чуть заколебалась, моргнула, потом ее приблизили. Внутри словно буря бушевала из огромных плазменных смерчей.

- Вот даже как, - протянул эгир Ларсы. – Кто тебе это прислал?

- Ан Траг.

- Этот придворный шут Громешей? – усмехнулась блондинка. – Он ничего не напутал?

- Он не самый сильный Усмиряющий, но отличный исследователь, и я склонен ему доверять. – Ур-Наммурапи покачал головой. – Других доказательств все равно нет.

- Ладно, а что дальше? – эгир Киша перетянул поближе к себе изображение. Попытался чуть сдвинуть дошедшую до какой-то крайней точки и остановившуюся волну.

- Дальше – вы уже знаете. Системы больше нет на месте, - Ур-Наммурапи развеял картинку. – Сфера диаметром в четыре световых часа исчезла. Все остальные обьекты, включая станции наблюдения, никуда не делись. Все прибывшие туда войска, попавшие в эту сферу, пропали вместе со звездой, планетами и поясом астероидов. В том числе и наследник Громешей.

- Думаешь, старого Громеша убил Иту? – спросила блондинка.

- Скорее всего он замешан, но лично - нет. В это время он был в пятидесяти световых годах от Земли. Системы безопасности зафиксировали нападение, но деталей установить не удалось. Сейчас это не важно, Иту уже подтвердил все договоренности, так что никаких оснований для вмешательства в дела семьи я не вижу.

- Но он знал, - уточнила эгир Лагаша. – Если Иту что-то скрывает, Совет должен знать – что.

- Думаю, что тоже самое только что узнали мы. Он просто воспользовался ситуацией, любой на его месте поступил так же.

- Осталось только убедиться, это та самая система, которую от нас уже столько времени требуют энси, - мрачно заметил гориллоподобный эгир, - или очередная аномалия. Не один десяток уже был, и что? Ничего. Мифических чужаков там встретили или нет? Где страшные монстры из других галактик, до которых мы все никак не можем добраться, и которые нас хотят уничтожить?

- Ты прав, - улыбнулся Ур-Наммурапи. – Может быть, мы зря волнуемся. Но если вдруг этот момент наступит, мы должны быть готовы.

- Знать бы еще, к чему, - эгир Киша покачал головой. – Тэйра, что случилось?

Смуглянка из Урука подняла голову.

- Только что сообщили, что нун Маас-Арди убит культистом, тот же почерк, что и у Громешей. И хранителем имени по очередности становится эн Феран Маас-Арди. Повелитель потоков, регал-командор флота Урук.

- Маас-Арди – это те, кто производит оболочки для носителей и маяки? – уточнила блондинка из Лагаша. – Как думаете, кто следующий? 

Глава 1

Мы таскались по выеденному изнутри астероиду уже битых четыре часа. Мы – это я, Пашка, капрал Линник, Ним Арраш, Мелек Тодин и лейтенант Кир Громеш. Остальные поисковые группы свернулись и улетели обратно, на базу. А я все еще надеялся что-то найти.

- Не пойму, - Тодин провел рукой по гладкой стене, - с чего ты вообще решил, что здесь был какой-то пункт управления? Людей раз-два, и обчелся, обычные работяги, которые никаких мифических хозяев в глаза не видали, три десятка охранников, оборудования практически нет, центральный реактор работает на сотую часть полной мощности. В центре астероида пустота, для чего может понадобиться сфера радиусом в десять километров? Тут два вывода напрашиваются. Или кто-то все это вывез за два дня до перехода и день после него. Или..

- Это декорация, - закончил за него Кир. – С самого начала было ясно, что здесь ничего нет. Никто не повез бы потенциально опасного псиона в самое логово. Да, камера, где тебя держали, нашлась, ничего особенного, технологии такие уже давно известны, хоть и не каждый может ими воспользоваться. Пора валить отсюда.

- И правда, Марк, хватит тут уже бродить. Ты таких чудес про планету понарассказывал, что не терпится поскорее на твердую землю, - Тодин закивал головой. – Как ты говорил – варес и чамби? Выпьем, пожрем, по девочкам прошвырнемся.

Линник фыркнула.

- А капрала здесь оставим. Эирин, ты ведь на девочек еще не перекинулась? – Тодин подмигнул рыжей капральше. И получил заслуженный подзатыльник.

- Хорошо, возвращаемся, - вздохнул я. Никакого уважения к командиру. – Сколько там зонды обнаружили обьектов с диаметром больше километра, около сорока миллионов? Максимум две-три недели, и найдут что-нибудь. Главное, чтобы за это время никто посерьезнее в систему не пожаловал.


Эти несколько дней – до и после, были суматошными и заполненными хлопотами. Я даже с ребятами поговорить не успел толком, погрузившись с головой в текучку.

Можно сказать, вернулся в прошлое, только теперь у меня работали не два десятка ленивых офисных дармоедов, а около несколько сотен квалифицированных профессионалов.

Автоматизированные комплексы переработки прибыли, как и обещал Иту, на следующий день после его появления. Каждый занимал почти все пространство среднего носителя, и разворачивался в пятикилометровый диск. Дроны добычи ресурсов, энергетические модули, ремонтные доки и производственные линии и комплектовщики обслуживались шестью операторами, двумя инженерами и одним псионом, отвечавшим за выпуск требующей его умений продукции. Общий контроль за работами вела группа инженеров, человек двадцать, во главе с очень активной женщиной, вроде как из Громешей. В их работу я не вмешивался, пока комплексы развернутся, как раз потребности посчитаем. Этим занимался единый центр управления с ИИ и двумя операторами.

Боевые станции заняли свои места на полюсах системы, возле второй и третьей планеты. Каждая – с несколькими пустотными штурмовиками, укомплектованными экипажами, и тремя крыльями истребителей под управлением ИИ. Станции, висящие возле планет, дополнительно укомплектовали атмосферными десантными ботами. Там же базировались наемники – четыре отряда по пятнадцать бойцов, и рота десантников.

Крыло дяди Толи – пять транспортных ныряльщиков, в несколько раз крупнее моего, несущих в себе каждый по десять пустотных штурмовиков, три сотни истребителей и несколько десятков тысяч крошечных, полметра в диаметре, атакующих дронов, висело возле собственной станции поддержки. Там же висели входящие в крыло одиннадцать ныряльщиков-штурмовиков, один в один как мой, с экипажами из двух человек. К станции были пристыкованы большой носитель и мой средний, на котором обитала исследовательская группа из четырех псионов. Представителем семьи Громешей, вот уж я не удивился, оказался ан Траг, вот только приступать к работе он не спешил, изучая пока само светило.

А еще рядом со станцией поддержки висел местный космический транспортник, так неудачно для него залетевший сразу после переноса. Не знаю, что за мир мы открыли, но технологии тут были на уровне двухтысячелетней давности, а то и древнее, подпространственный движок, стоящий на пришельце, у инженеров ничего кроме смеха не вызвал, там даже ядра не было, огромное корыто разгонялось до субсветовых скоростей, уходило на струну, пыталось пройти еще чуть глубже, и в итоге полет на десяток световых лет мог длиться почти неделю субъективного времени, и около года – объективного, без всяких гарантий попасть в нужный сектор космоса.

Другое дело, что местным такие сложности были ни к чему, звездные врата, которых в мире Громешей не было, и которые считались невозможными, тут прекрасно существовали и работали. Не у каждой звезды, но у обитаемых – почти всегда на полюсе системы находилось такое красно-синее кольцо, диаметром от двух до десяти километров, которое моментально переносило объект в другое место, причем, на зависть шумерским инженерам, расстояние вообще роли не играло.

Так утверждали члены команды космического торговца, прилетевшего в мою систему за моим чамби. В обмен на качественное бухло в трюме корабля был сложен неликвид вроде спутниковых систем, двигателей для пустотных буксиров, автоматизированных добытчиков сырья и прочей дешевки, которая с разворачиванием комплексов переработки вообще теряла какую-то ценность. Ну и оружие еще, его было много, причем количество в качество не переходило. Капитан команды на мифического Хозяина, которого я надеялся увидеть, никак не тянул, ни о чем подобном не слышал, торговал исключительно с внешниками, и очень удивился, когда его корабль оказался под прицелом энергетических пушек, а дроны вывели из строя маршевые двигатели. Торговый транспорт заходил в местную систему вот уже лет пятнадцать, с периодичностью раз в полгода, и, судя по записям в журнале, система всегда была на месте, никуда не исчезая. Один раз он, правда, замешкался, и те, с кем он здесь торговал, практически силой заставили уйти торговца к вратам. А потом, как ни в чем ни бывало, вернули обратно.

Разговаривал незваный гость на едва понятном языке – мой модуль и то не сразу подхватил его, так что целый час перед тем, как приступить к полноценному допросу, торговец лежал в капсуле, где с него снимали визуально-смысловой ряд. А заодно и подлечили, в качестве бонуса.

Остальных членов экипажа тоже поместили в капсулы, но не для лечения. Только один из них был человеком, остальные двое – антропоморфные рептилоиды, с чешуйчатой кожей, вертикальными зрачками, отсутствием волосяного покрова, в общем, стандартные инопланетяне. И что интересно, на том же языке, что и торговец, они изъяснялись бойко и без проблем с челюстным аппаратом. Метаболизм у них, за некоторыми исключениями, тоже был вполне человеческим.

- Не пойму, откуда они могли взяться, - дядя Толя был озадачен. – Марк, есть идеи?

Идеи были у ан Трага, но почему-то они сейчас с дядей Толей друг друга не переваривали. Не то что не разговаривали, даже взглядами старались не встречаться. А ведь раньше прям не разлей вода были, друзья.

- Может, мутация, - предположил я. – Смотри, они вылитые люди, только с чешуей, физиономией как из фильма ужасов, когтями и слегка модифицированными органами.

- Так может, реально инопланетяне? – дядя Толя на моей Земле был большим любителем саги про Звездные войны. Иномирные знания позволяли ему обсирать происходящее на экране со знанием дела. – Мало ли планет в галактике.

- ИИ медблока утверждает, что генетическая связь прослеживается. И именно от людей.

- Этот торговец явно не знает ничего. Блоков никаких нет, в сознание влезли как домой. Ан Траг, - эн Громеш произнес имя псиона так, словно вытошнил, - утверждает, что и способностей нет никаких, стоят модули, позволяющие управлять кораблем, я бы такое дерьмо не то что себе – даже пленным ставить не решился. Все, что у них есть – это звездные врата, инженеры вроде начали ими заниматься, но никаких результатов нет. Наши корабли туда не проходят – просто пролетают сквозь кольцо. Значит, где-то на их корабле должен быть ключ.

- Согласен. Зато мы определили, где находимся.

- Да уж, - Громеш поморщился. – На другой стороне галактики, как мы вообще такое расстояние смогли преодолеть?

- Мы с исследовательской группой сегодня с утра совещались. Без тебя, хотя твое присутствие не помешало бы.

- Ты отлично справляешься, - дядя Толя улыбнулся, - словно для тебя это еще один проект.

- Так и есть. В общем, мы не знаем, куда попали.

- Аллилуйя. Удиви меня еще чем-нибудь.

- Мы сравнили динамические координаты известных звезд, так, как если бы находились в этой точке и смотрели на небо с учетом расстояния и времени, за которое свет это проходит, искажений, линзирования и прочего. Так вот, до приближения в сотую долю процента наши миры совпадают. Но дальше начинаются расхождения, которые только деятельностью разумных обьяснить невозможно.

- Да наплевать, - дядя Толя посмотрел на дверь, проем открылся, и в каюту вошла Элика с чашкой кофе. Одной. Все-таки земные привычки не изжить – Громеш предпочитал, чтобы кофе ему приносила помощница, хотя прекрасно мог с этим справиться сам. Элика прошла мимо меня с гордо поднятой головой, изображая отсутствие интереса к потенциально пустому месту, поставила чашку перед Громешем, и так же, не обращая на меня внимания, вышла. – Слушай, чего это с ней?

- Не знаю, - пожал я плечами. – Может, влюбилась в меня.

- В тебя? Элика? Марк, ты хороший парень, но где ты, и где она, мозгами пошевели. На Илани-то пришлось тебя насильно женить, невеста упиралась до последнего, - дядя хитро сощурился. – Может, отобьешь ее у Пашки обратно?

Я встал.

- Эн Тоалькетан Громеш, возвращайся к своим обязанностям. Завтра утром жду отчет о развертывании группировки над второй планетой.

- Вот ты засранец, - дядя Толя ничуть не обиделся. – Мало Лёва тебя порол в детстве, но я тут за него, если что, позабочусь, чтобы твоя задница помогала мозгам работать. Все уже развернуто давно. Слушай, если тебя это развеселит, можем какой-нибудь материк стереть, или маленькую войнушку тут устроить. Нет, не хочешь? Ты как с моим отцом поговорил, прям в депрессию впал, и это не удивительно, у него хобби такое – людей в тоску вгонять. Отдохни, по бабам прошвырнись, я смотрел местные новости, они тут фигуристые, хорошенькие такие, и сам бы не прочь, как с текучкой разберусь. До тех пор, пока твои комплексы производственные не развернутся, делать нечего особо, а это три-четыре недели, а то и больше. Или лучше делом займись стоящим. Когда, ты говорил, будет обратный переход?

- Через месяц, скорее всего, но не факт. Примерно. От двух недель до полугода.

- Ну вот. Сколько раз тебе говорил, Марк, не лезь в дела, в которых ничего не смыслишь. С военными я разберусь, сотня десантников тут основную планету подошвой прижмет, твой дружок ан Траг, - на этот раз дядя решил его презрением не поливать, - займется культом и исследовательской группой, инженерный отдел занимается своим делом, и им вообще мешать не рекомендуется.

- И что ты предлагаешь?

- Займись торговцем. Мы все, что могли, из него вытянули, но чувствую, что-то тут не то. И попробуй найти ключ, корабль мои ребята обшарили, но не нашли ничего такого, что позволяет перемещаться через это гребанное красное кольцо. А это шанс, Марк. Посмотреть, что там. Сотни тысяч обитаемых планет, как минимум две разумные расы, и при этом мы похожи. Мы думаем одинаково, этот торговец, у него те же потребности, что и у всех нас. Заработать бабла, а потом выпить, пожрать, трахнуть кого-нибудь. Раз он торгует, значит, и деньги тут есть, а если в ходу деньги, мы найдем с этими ребятами общий язык, но не в этой системе, она слишком закрыта. Надо искать информацию за кольцом,

Я кивнул. А ведь верно дядя Толя рассуждает. Ну да, он бизнесом начал заниматься, когда я даже под стол еще не ходил, а там девяностые, двухтысячные, госконтракты и делишки его по всему миру.

- Вот, - дядя торжествующе поднял палец, - интерес в глазах появился, смысл жизни найден. Давай, и Пашку с собой возьми, он от учебы своей совсем опух, еще полсотни кило прибавил, не меньше. На меня волком смотрит.

- С чего это?

- Так, недопонимание у нас с ним небольшое, мелочи. Разберемся. В общем, ему тоже развеяться неплохо бы. А, что там, бери всю команду, толку от вас все равно нет.

Дядя был в своей стихии. Это не в поместье киснуть, размеренно существовать. Видно было, что он еще больше помолодел, хотя куда уж там, сейчас едва лет на тридцать тянул, хорошее питание и магическая медицина способствовали.


Пашка с момента нашей встречи меня как-то сторонился, словно был за ним какой-то косяк. Так что откровенного разговора нам было не избежать, и чем раньше, тем лучше. Собственно, начать я хотел не с него, а с Арраша, но вот что-то останавливало меня. Тем более что и возможностей поговорить наедине особо не было, четверо наемников держались дружной компанией.

- Слушай, ты как не родной, - я зашел в его блок. Брательник сидел в кресле, перебрасывая плазменный шарик из одной руки в другую, и мрачно смотрел в одну точку. Силен, чертяка, судя по напряжению поля у ладоней, мне с ним не тягаться.

- Да ты чего, Марк, просто столько всего, - Пашка сперва обрадовался, а потом покраснел. – То ты пропал, потом появился, про тебя этот маг из вашей реальности рассказывал, Артур. Говорил, что все хорошо у тебя. А потом я сюда попал, а тебя опять нет, как второй раз похоронил. И тут ты снова.

- Как там родители? – дипломатично перевел я разговор со скользкой темы. – Лизка с Серегой?

- Нормально. Было, когда о них последний раз что-то слышал. Серый и Лизун в Питере, приезжали, когда ты пропал, но потом обратно уехали, а как выяснилось, что с тобой все в порядке, больше при мне и не появлялись. Дядя Лева и тетя Оля все за городом живут. Жили, сейчас-то не знаю. Им Артур собак привез, представляешь, два добермана, здоровые такие, как телята, сразу прижились. Но это сразу перед тем, как я сюда отправился, было. Там еще проблемы возникли, с приятелями отца. С главврачом этим, помнишь, Лейбмахером?

- Дядей Ёсей? Ну да, дочка у него еще была, Машка, кажется, хотели сосватать мне. Или тебе.

- Ага. Так он меня убить хотел.

- Кто, дядя Ёся? Паш, ты чего там, пациенту две левые ноги сделал, или лекарства на сторону продавал?

- Нет, - Пашка помялся, - все сложнее. В общем, у них дела были с моим отцом какие-то криминальные.

- Да, знаю.

- Ты знал?

Я вздохнул. Вот так рушатся иллюзии о порядочности родственников и друзей.

- Знал, Пашка. Но это дело прошлое. Вернусь на нашу Землю, надеру там всем задницы, не беспокойся. И дядю Ёсю, если надо, закопаю со всей их мутной компашкой. Я теперь прыгун, знаешь? Могу без кристаллов по реальностям шастать, шариками огненными пулять.

- Ага, - брат кивнул. – Дед Иту говорил, что таких как ты мало, беречь надо. А чего не вернешься-то никак?

- Глючный девайс мне попался, - вздохнул я. – Но – нет таких приборов, чтобы русский человек не мог их доломать окончательно.

Модуль и вправду после перехода затих, таймер времени до восстановления функций переноса замер, видимо, надо было в тот мир, нулевой, возвращаться. Никаких грозных сообщений не было, он даже на перемещение нас вместе со звездой и планетами никак не отреагировал, словно ничего не произошло. Хорошо хоть остальные функции работали, в связке с чуть было не уничтожившим меня браслетом.

- Ты, как будешь готов, скажи. А то за мать беспокоюсь, - тут Пашка отчего-то замялся, крепко сжал плазменный шарик в руке, развеял. Волнуется парень, понятное дело.

- Обязательно. Ты лучше скажи, как тебя угораздило на моей вдове жениться? – я не удержался, рассмеялся.

- Мне ее фотку Артур на твоем смартфоне показал, сказал, мол, жена твоя.

- Интересно, - задумчиво проговорил я. Значит, я, похоже, один, кто этого не знал до моего переноса. – А что он еще сказал?

- Ничего. Но она мне сразу понравилась, - Пашка всегда был откровенным и простодушным. – Нет, ты не подумай, если бы у вас все было серьезно, я бы никогда, но мне сказали, что это формальность была, и она, и нун местный, как его, который прадед мне.

- Забей, - я махнул рукой, - мы с твоей женой друг друга на дух не переносим, какая там любовь и семейная жизнь. Наоборот, я тебе благодарен, что избавил меня от этой стер.. прости, прекрасной, доброй и любящей женщины.

- А ребенок?

- Какой ребенок? – в этот момент ан Траг мне скинул очередной отчет, и я слегка отвлекся

- У Илани будет ребенок скоро.

- Поздравляю, братан! – я шутливо пихнул Пашку в бок кулаком. – Ну ты отжег, красава. Выходит, я дядей стану? Слушай, своих детей нет, так хоть твоих повоспитываю, ты молодец, зря времени не терял.

Пашка как-то покраснел опять, хотел что-то сказать, но передумал. Ну да, папашка молодой, пеленки там, распашонки, или что у местных родителей в ходу, не знаю.

- В общем, молоток, - хлопнул я брата по плечу. – Рад за тебя.

Брат покраснел еще больше. Прям как девица.

- Слушай, - вдруг поменял он тему, - я тебе не рассказывал, Артур с твоей девушкой там встречаться начал.

- Это с какой из них?

- С Катькой Уфимцевой.

- У которой отец в полиции, а дядя – в ФСБ? Мы ж расстались давно. Вот бедолага, а! Слушай, это прям двойной праздник. Жену бывшую пристроил, девушку бывшую – тоже, за это надо выпить. Я тут одну забегаловку знаю, на планете, там такой нектар наливают, закачаешься. Сейчас с ан Трагом переговорю, и слетаем с тобой. Не пожалеешь. Я тебе под это дело расскажу, как сам женился. Это что-то, окрутили так быстро, что и сам не заметил, но – вовремя сбежал. Сиди здесь, жди.

Глава 2

Ключ для перехода через кольцо мы нашли. Треугольник из семи крохотных красных кристалликов на пластине из палладия, лежал в незаметном отсеке панели в рубке управления кораблем торговца. Скрытая полость разблокировалась кольцом капитана корабля, впрочем, в нем особой нужды не было, мы ее и так открыли. А потом еще раз кольцом – никакой разницы.

По данным судового журнала, который ИИ торговца выдал, чуть посопротивлявшись более продвинутым технологиям, транспортник ходил от одной системы к другой с интервалом в сто-двести дней. Переход через красное кольцо бесплатным не был, за каждую такую попытку со счета снимались местные деньги, для удобства так же названные переводчиком кредитами. Около трехсот тысяч кредитов за большой корабль, в два раза меньше за малый, плюс еще за груз. Оплата происходила сразу после перехода, система безопасности транспортника видеозапись не вела, а вот в памяти торгового капитана мы нужную информацию раскопали – до таможни тут додумались, и работала она четко.

Когда корабль подходил к кольцу, над каждым из камушков возникало название системы, в которую он мог попасть. И стоило выбрать нужную, корабль туда перемещался – не нужно было высчитывать координаты, думать, далеко ли это. У торговца был не самый дешевый вариант, простейшие ключи были всего с двумя камнями, родной системы и пункта назначения, а бывали и такие, по его словам, что включали сотню доступных систем. И как большая редкость – вездеходы, лети хоть куда.

Рядом с кругами во многих системах висели космические станции, выполнявшие роль таможен – они-то и брали дань с каждого прошедшего в систему корабля. Поэтому мы, кстати, не стали запускать беспилотник с ключом, мало ли что, единственной возможности выбраться отсюда во внешний мир лишаться не хотелось.

Красный круг – это то, о чем ан Траг так хотел со мной побеседовать. Группа уже прошлась по части подземелья, обнаруженного мной на островах, один из псионов, с задатками Усмиряющего, составил подробное описание зеленых схем, но вот применить их на практике не смог, не хватило сил. Зато подробно изучили портал, через который бандиты переходили из одного полушария в другой, и пытались установить его связь с космическими вратами. А что, цвет похожий, портал опять же.

Оранжевое солнце находилось в этом мире постоянно, со стабильными координатами – с учетом общего движения звезд в галактике, никуда не исчезая, в скоплении из нескольких сотен похожих звезд. Зато в мире победивших шумеров появлялось в совершенно неожиданных местах, и потом так же хаотично исчезало – периоды появления и исчезновения какому-то закону чисел не подчинялись. Для местных жителей изменение звездного неба над головой было делом привычным, первые полста лет еще как-то удивлялись тому, что периодически не находили в космосе знакомых ориентиров, а потом перестали на это внимание обращать. Статистика велась, и сейчас она нам очень помогала.

Получалось, что время в двух мирах текло не совпадало, разница изменялась скачками – один мир постепенно обгонял другой. Каждый раз, когда звездная система исчезала из этого мира, тому, шумерскому, добавлялось какое-то количество дней. Но все равно погрешностей в строении галактики это не обьясняло. ИИ построил модель нашего мира, с учетом известных ему перемещений звезд, но точно такой же картины не получалось даже при разрыве в миллионы лет – а ведь параллельные миры, которые исследовали Старые семьи и я заодно с ними, развивались синхронно, секунда в секунду. Исследовательская группа аж светилась от радости, такая загадка для них чем-то вроде подарка была. Только ан Траг был совершенно спокоен, как будто происходящее было не более чем рутиной.

- Ну и что такого, - в ответ на прямо заданный вопрос сказал он, - вон дед твоего сомирянина, Иту Громеш, взорвал несколько звезд, орбиты других чуть сдвинулись, гравитационное взаимодействие-то никуда не делось, и через десяток миллионов лет различия будут заметны. Так и здесь наверняка то же самое произошло. Мы и раньше догадывались, что наш мир не в самом начале цепочки, подумаешь, получили подтверждение. Пока практической ценности оно почти не имеет, технологии тут развиты хуже, насчет пси-воздействия мы не знаем ничего, но, судя по попавшим к нам аборигенам, псионика тут вообще в загоне. Только гипер-кольцо, да, оно представляет интерес. Сможете добыть технологию, мы будем в ману купаться. Так что смотри – вот ключ доступа к чужим звездам. Всего семь кристаллов, видишь?

- Ага, - кивнул я.

- Средний кристалл – родной мир торговца. Выбираешь его, и оказываешься в небольшой системе желтого карлика. Пять твердых планет, на четвертой триста миллионов обитателей, и один газовый гигант. Какие-то производства там есть, но для нас они интереса не представляют. Кристаллы в вершинах треугольника чуть крупнее, обозначают, как я понял, стабильные элементы, откуда есть доступ дальше, по галактике. А если торговец не врет, и в другие тоже можно попасть. Правда, он говорил о каких-то ключах особых, которым узловые точки не нужны, но парень вообще с фантазией, то ли от наркоты, или чамби этот контрабандный дегустирует слишком часто.

- А ты говоришь, отсталые они, - резонно заметил я. – Мы-то в другие галактики не летаем.

- Согласен. Слушай дальше. Маленькие кристаллы в центре каждой стороны треугольника – нестабильные системы, вроде этой, порталы то работают, то нет. На пластине их три, но два – не активны, наш гость говорит, что раньше вроде были открыты, а сейчас попасть туда невозможно. Так что остается, кроме этого, еще четыре мира. Все миры – в местном скоплении, думаю, проблем со связью не будет. Ты отчет посмотрел?

- Да.

- У этих дикарей даже связи полноценной внутригалактической нет, посылают специальные трансляторы через гипер-кольца, или вот такие вот торговцы перевозят сведения и загружают их во внутрисистемные сети - вид местного бизнеса. Если соберетесь лететь, исследовать чужие системы, возьмете с собой зонды – они будут маяками, и заодно передатчиками, так мы точные данные сможем получить, а то что-то тому, что мы вытащили из внутренней памяти этой лоханки летающей, доверия у меня мало. Но я бы на твоем месте не дергался, подождал до следующего перехода, а там уже тебе Иту выделит разведгруппу, они все и исследуют. Марк!

Он покачал головой.

- Я твой этот взгляд помню, подумай хорошенько. Обещаешь?

- Обещаю.

- Отлично. Но если вдруг соберешься, бери свою команду. Ты с ними тренировался, да и старший Громеш – командир опытный, при нештатных ситуациях знает, что делать.

- Какой старший Громеш? – искренне удивился я. – Разве эн Тоалькетан не тут остается?

Ан Траг засмеялся.

- Ты иногда своей проницательностью в тупик ставишь, а иногда дальше собственного носа не видишь. Кир Громеш – дядя твоего дяди Толи, сын нынешнего главы семьи. Советую тебе, как на Земле окажешься, повнимательнее изучить родственные связи внутри Старых семей, а то ты как простой лу себя ведешь. Договорились, зу Марк Уриш?

- Да, - я кивнул. И вправду, пробел этот надо было устранять. Но кто бы мог подумать, дядя младше племянника. Это что, Кир мне практически дедушка, что ли? Будет чем подколоть лейтенанта.

- Отлично. Кого из местных посоветуешь, так, чтобы они могли от посторонних наши исследования в подземелье оберегать? А то, боюсь, без жертв не обойдемся – не в прямом смысле, я о тех любопытных, которых бойцы охраны пристрелят. Чужаков нигде не любят

- Выбирайте, - предложил я. – Можно привлечь национальную гвардию, они вроде как уже там побывали. Или есть тут повстанческое движение, хочет свергнуть правительства южных островов, даже бандитов к ним посылало. Я им денег обещал, а для революционеров это и средство, и цель.

- Давай так сделаем, - подумав, сказал псион-уми, - мы своего присутствия тут еще не раскрывали, и связываться только с верхушкой будем, простым людям ни к чему о нас знать. Возьмем под незаметный контроль спутниковые группировки и потоки между планетами, там, кажется, внешники контролируют экваториальный континент? Теперь внешники – это мы. Кроме той пустышки, где тебя держали, мы еще два центра командных нашли, а там не местные главарями, а пропавшие из нашего мира – которые с Миллином сюда попали. После небольших манипуляций их сотрудники теперь уверены, что работают на нас. Так что твое участие не так уж и необходимо. Но повстанцы эти – то, что нужно, если мы и дальше в этой системе будем находиться, в любом случае нам придется налаживать контакты со всеми, и иметь карманное правительство в южном полушарии самой населенной планеты, это оптимальный вариант. Ты же знаешь, кодекс запрещает прямо вмешиваться в дела населенных систем.

- Погодите, так вы нашли заводы, где собирались ныряльщик копировать?

- Нет, - ан Траг вздохнул, - скорее всего, они это делали в других системах, тут после астероидного пояса пустота. Исследуем еще, но наши новые работники утверждают, что ничего кроме попыток скопировать нужные детали не было, а все результаты забирал какой-то мифический хозяин, про которого только Миллин что-то знал и его помощник. Ты их так удачно разложил на молекулы, что и не спросишь теперь.

Я виновато развел руками.

- Сначала думай, Марк, а потом делай. Хозяин этот из нашего мира приходил, теперь затаится, не найдешь его. Зонды пояс астероидов обследуют, но найдут ли что-то неучтенное, неизвестно. Ладно, по правде сказать, без тебя бы мы вообще ничего не нашли, Зоис эта, которая с тобой в носитель попала, ее бы просто высадили в промежуточной системе, и все. Поэтому систему за тобой и оставили, хоть прямо ты не можешь тут ничего существенного делать, местным богом тебе не стать, но негласно управлять придется.

- Пока что меня только шпыняют все, - я сьехидничал, - как мальчика на побегушках.

- А ты такой и есть, - ан Траг вздохнул. – Дай тебе волю, таких дел наворочаешь, потом Совету эгиров не разгрести.


Для путешествия по звездам и скоплениям мне выделили пустотный подпространственный корабль класса С, дядя называл его эсминцем, по старой армейской памяти. Сплюснутый эллипсоид с большой осью под полкилометра, шириной в двести пятьдесят и высотой в сто, отлично помещался в трюм корабля-торговца, особенно после того, как там все переборки снесли. Впридачу в эллипсоид запихнули три штурмовика, кучу истребителей и беспилотников, в том числе наземных, репликаторы, зонды, в общем – множество всяких ненужных в обычной жизни вещей, которые обычно берут в поход, таскают на себе, а потом приносят обратно домой и клянутся, что больше никогда и ни при каких обстоятельствах с собой не возьмут. Сначала, правда, вместо эсминца хотели носитель в корму поместить, но были у инженеров сомнения, что ядро переживет перемещение через кольцо.

Родной мир торговца находился в трех десятках световых лет, так что при необходимости, в самом крайнем случае, носитель с десантом должен был прийти к нам на выручку за один-два прыжка, главное – не забыть зонды и маяки отстрелить в нужных местах. А так задача казалась простой, раздобыть такие же ключи, несколько штук хотя бы, и тогда крыло штурмовиков-ныряльщиков, если верить полученной информации о местном технологическом уровне, вполне могло разнести на кусочки систему обороны практически любой из местных систем, а сам эсминец – вызвать нестабильность небольшой звезды. Сверхновой не получится, но вот жесткий магнитный ураган, сметающий все и вся, обеспечен.

Корабль торговца тоже переделали, он, кроме эсминца, должен был еще нести груз чамби по тридцать местных кредитов за бутылку. Так что центральный отсек освободили от хлама, на который предполагалось выменять выпивку, ну а большую часть товара я собирался закупить из собственных средств.


- Мы станем пиратами! – Пашка, услышав, что я собираюсь отправиться куда-то в космос, загорелся и ни в какую не хотел оставаться. – Капитан Травин – не звучит, а вот капитан Уриш прямо как из книг Стивенсона. Так и видится мрачная, жестокая личность с повязкой на глазу.

- Жестокий – это не про меня, - я вывел атмосферник с орбиты на нужную траекторию, обещал же показать, где наливают лучший бренди в этой системе. – Тут мной каждый вертит, как хочет. Даже твой отец. Вы чего там с ним не поделили?

- Так, - видно было, что Пашка не хочет на эту тему говорить, - не важно. Ну что, долго еще?

- Фюнф минут, - усадил аппарат на том же месте, где ныряльщик прятали, выпрыгнул из кабины. – Дальше ножками, ножками.

Трехэтажный дом с огромными окнами никуда не делся. Даже толстяк, валяющийся перед входом, был, кажется, тот же самый. Внутри тоже ничего не изменилось, пигалица за прилавком, увидев нас, вроде как-то приободрилась, а когда разглядела, кто пришел, погрустнела немного.

- Чамби, варес? – озвучила она обычное меню.

- Так, красотка, нам по двойной порции чамби. Варес не нужно.

- А что это? – спросил Пашка, с любопытством оглядваясь.

- Сигариллы местные, вроде как даже с коноплей. Ты как, курить не начал?

- Не, - замотал он головой, - раньше думал, что вредно, а сейчас – какой смысл. Тут сядем?

- Нет, пойдем за столик. Красавица, нам вон туда принеси все, еще мясо с овощами, мне одну порцию, а вот ему – две.

Пигалица оценивающе посмотрела на Пашку, показала три пальца.

- Думаешь, сьест?

Она молча кивнула.

- Ладно, давай. Пошли, сядем за столик, а то смущаем людей.

При нашем появлении, и вправду, разговоры умолкли. Пузатый усач, который в прошлый раз практически проиграл мне свое заведение, сегодня своим привычкам не изменил и сидел на том же месте, за тем же столиком. Рядом с тем, который я выбрал.

- Привет, - помахал я ему рукой. – Как дела? Сыграем еще раз?

Усатый в это время что-то жевал. Мое предложение, видимо, не сочеталось с тем, что он ел, потому что хозяин заведения чуть не подавился, закашлялся, пытаясь вытолкнуть застрявший кусок из дыхательных путей. Пашка, не долго думая, встал, подошел и врезал бедолаге по спине, вот что значит врач, всегда готов на помощь прийти. Небольшой кусочек вылетел изо-рта пузана и отлетел куда-то в зал.

- Нет, - прохрипел он, - сегодня мы не играем. Нельзя. День не тот.

- Ага, - поддержали его другие посетители, пряча кости и карты. Почти все. За одним столиком так и остались играть, не обращая внимания на происходящее.

- А что случилось? – Пашка отпил глоток чамби, сощурился, блаженно икнул. – Слушай, такое к нам на Землю привезти, озолотимся.

- Наша Земля теперь сам знаешь где, - напомнил я ему, - нравится?

- Нектар, - подтвердил брат.

- Это еще что, у меня тут рецепт выкуплен, так там вкус в сто раз хуже, а ощущения – в сто раз лучше, пойло просто чума. Как тебе местная обстановка?

Обстановка делала вид, что ест и пьет, и прислушивалась к нашему разговору.

- Отлично, - Пашка кивнул. – Давай еще по две, а потом возьмем пару бутылок. Ты же знаешь, я как выпью, пошуметь люблю. Тут ведь не против будут?

Подавальщица, несшая нам по второй порции выпивки, услышав его слова, резко изменила маршрут.

- Он шутит? – усатый осторожно наколол на вилку кусок мяса.

- Конечно, - заверил его я. – А когда выпьет, такие шутки у него, от смеха помереть можно.

- Не смущай людей, - Пашка принялся за мясо. – Слушай, тут и готовят отлично. Что ты к ним прицепился?

- Так, по привычке. Не торопись, чувствую, у нас гости будут.

Пашка не торопился. Он доел первую порцию рагу, потом продегустировал еще пару шотов, принялся за вторую тарелку. Я не торопясь ел фруктовое мороженное, все-таки натуральная еда не сравнится с искусственно выращенной, да, в космосе можно создать все условия, от земных не отличишь, и все равно, под настоящим солнцем, на настоящей почве какие-то другие продукты получаются.

Когда третья порция исчезала в животе моего соседа по столику, я уж было подумал, что зря ждем, не придет никто. Но ошибся.

- Тут не занято, милый? – низкий хрипловатый голос, казалось, заглушил бормотание потихоньку пришедших в себя посетителей. Вот ведь достается кому-то такое без всякого дара.

- Садись, - кивнул я Аглае.

- А это кто с тобой? – лейтенант Оморхес с интересом поглядела на Павла. Сначала. А потом взгляд стал томным таким, ласкающим. – Что за красавчик?

- Родственник мой, - похлопал я Пашку по плечу. Тот невозмутимо доел третью порцию и принялся за мороженое. Женатый человек, его взглядами не прошибешь. – Разве не видно, что мы похожи?

- Одно лицо, - кивнула лейтенант, отодвинула немного стул, закинула одну шикарную ногу на другую. Одеждой она, как всегда, не заморачивалась, надела самое короткое и просвечивающее. Мужики за соседними столиками – так вообще про еду забыли. Только усатый еще кое-как разумно смотрел, ну да, не чужие ведь люди, родственники.

- Мы можем поговорить здесь, - я кивнул на клубы табачного дыма, хозяин забегаловки принципиально не включал расщепитель, - или поплавать в бассейне. Павлос – чемпион по купанию в бассейнах голышом.

- Уговорил, милый, - Аглая грациозно поднялась, мужская часть зала затаила дыхание. Потом поманила нас пальцем, на общем выдохе. – Ты всегда знаешь, что предложить даме.

Глава 3

- Я должна была попытаться, - Аглая улыбнулась как ни в чем не бывало.

Во дворе ее дома на земле лежали двадцать человек – дюжина простых бойцов и восемь местных псионов. Да, они отлично умели кидаться файерболлами, но вот что касается схем-ловушек, их качество не выдерживало никакой критики. Мне даже помогать не пришлось, Пашка раскидал этих недоучек как детишек малых, троих спеленав парализующим коконом, еще троих – оправив в бессознательное состояние тремя касаниями. Одного он приклеил лицом к стене, не давая пошевелить руками – а без рук псионы тут были как без рук.

Последний махос, мой давний знакомый капитан Гидус, наиболее из всей своей команды продвинутый в псионских техниках, под конец уже не стеснялся, обстреливая Пашку опасными для жизни обычного человека зарядами, брательник просто подошел, не обращая внимания на разряды и щиты, и заехал противнику кулаком в лоб. Сверкнуло оранжевым, Гидус побледнел и плашмя грохнулся на землю.

Обычных бойцов я обездвижил в самом начале торжественной встречи, и потом только любовался, как Пашка расправляется с местными одаренными.


- Это будет стоить еще десять миллионов, - кивнул я. За наезд – еще недорого. Посмотрел на небо, где висел наш атмосферник, по боевой мощи превосходящий десяток местных аппаратов, два из них сунулись было, и теперь валялись неподалеку кусками металла и пластика.

- Я не могу одна такое решать, - попыталась соскочить лейтенант. – Если твой истребитель не будет палить во все стороны, можем пригласить сюда полковника. Или экзарха. Или тирана.

- Нет, - решил я. – Все вопросы я буду решать через тебя. Как ты поняла, теперь я представляю внешников. И я выбираю, с кем мне удобно работать. Ты ведь не против, дорогая?

Судя по виду Аглаи, она была очень даже против. Но вызывать сюда всю национальную гвардию не стала, значит, мозги у дамочки на месте, не ошибался я в ней.

- Нет, - наконец выдавила она. – И что дальше?

- А дальше – как и договаривались, - я подошел к стене ее дома, поводил ладонью, вызывая пульт управления, выдрал его с корнем и вытащил инфопластины. Модуль легко взломал код, считывая информацию. Да, она мне тоже пригодится, на оригиналы я не претендую, так что и местным что-то достанется. – Или твое начальство решило меня обмануть?

В ответ на мои слова модуль сообщил, что на привязанный местный счет Марка Аврелия пришли шестьдесят миллионов криматас. Улыбнулся – с этими ребятами можно иметь дело, и перевел два миллиона Аглае. Судя по расширившимся зрачкам, получился сюрприз.

- Ну а теперь – купаться, - я хлопул Пашку по плечу. – Нам наверх, там такой бассейн, закачаешься.


Мы с Аглаей сидели в шезлонгах, а молодой Усмиряющий наматывал в прохладной воде один круг за другим. Поговорить за деньги Пашке никогда не было интересно, вот сколько его дядя Толя пытался в бизнес вовлечь, ни в какую. Два раза пытался, потом провальные попытки прекратил. Не будь дара, так бы и просидел врачом всю свою жизнь. Хоть я немного миров повидал, ни один из них не создан для честных и порядочных людей, везде проходимцы вроде меня всплывают наверх.

- Ты хочешь, чтобы я решала все вопросы за тирана? – Аглая явно не была рада тому, что решила меня проведать в забегаловке родственников.

- Нет, куда тебе, - успокоил я шикарную брюнетку. Умею я подчиненных себе выбирать, хотя, судя по ее взлядам, мужской идеал не рядом с ней сидит, а в бассейне плещется. – Раньше вы работали с внешниками через представительство на центральном континенте. Теперь мы решили, что будет несколько разных групп. Одна – для южных островов, другая, в моем лице, для сверных. И отдельное руководство центральным материком. Для вас ничего не изменится, просто наверху произошла небольшая революция, к власти пришли разумные люди. Вы ведь заказывали сельхозтехнику и медкапсулы? Первая партия поступит завтра, минуя хабы на центральном континенте. И даже, скажу тебе по секрету, будет по качеству куда лучше, чем прежние. Кроме тебя, я тут не знаю почти никого – из официального начальства, и знать не особо хочу, так что будешь передавать мои пожелания своим хозяевам.

- А что взамен? – судя по затуманившемуся взгляду, в разговор вступили руководящие органы.

- Ничего, - я пожал плечами. – Ничего не меняется. Вы покупаете оборудование, продаете чамби и варес – то, что за тысячу лет вы научились делать лучше всего. Кстати, сейчас мы закупаем тройную партию – нашли новых покупателей. Не будете лезть в мои дела, это, - и я кивнул на лужайку перед домом, - не повторится. Будете – прежнее руководство внешников было слишком мягкотелым. Проморгало попытки местных бунтовщиков вмешаться в дела южных правительств, нам нужны надежные и стабильные партнеры, а не кучка параноиков.

- И что ты сделаешь с этими бунтовщиками, милый? – лейтенант чуть расслабилась. Быть говорящей головой – не такая уж большая честь, но зато это гораздо безопаснее, чем тянуть одеяло на себя.

- Капитан, - поправил я ее. – С вашими бузотерами я как-нибудь разберусь.


- А вот здесь я копал чамб, - я показал Пашке на болото внизу. – Видишь, люди копошатся? Вытаскивают из-под земли клубни такие, на картошку похожие. Вот из этого напиток и делают.

- И ты тут тоже копался? – он недоверчиво поглядел на меня.

- Обижаешь. Я тут был работником месяца. А если по-честному, то и года, наверное. Не думаю, что мой рекорд кто-то переплюнул.

Майя на расстоянии со мной разговаривать не пожелала – судя по внешнему виду девушки и ее тону, она вообще недовольна была, что я внезапно объявился, ну и ладно, раз обещал, надо сделать, а то совесть будет грызть. Если вдруг проснется.

Истребитель сделал круг над островом-каторгой, местные охранные периметры молчали, я же теперь свой в доску. Завис рядом со вторым поселением. Девочки со зверушкой и странными значками на теле тут не было, маркер я ставил слабенький, так что она не на острове – это факт, но где – пока неизвестно. Уже позже, приводя внутренние дела в порядок, я через модуль проанализировал символы на пластинах и на Каллисте. И те, и другие были из одного языка, одинаково бессмысленные, но все равно разница была. С вероятностью в 95 процентов надпись на девочке с надписями на золотых прямоугольниках ничего общего не имела, так считал модуль, и я склонен был ему доверять. Поэтому девочку пока решил оставить в покое, никуда она не денется. Тут вроде детей не убивают, не похищают и не продают в рабство, это со взрослыми особо не церемонятся. Даже с такими красивыми.

Я отвлекся от своих мыслей и помахал Майе рукой. Население второго лагеря частично было на работах, а частично наблюдало за мной издали – висящий на высоте десяти метров истребитель с частотой в один герц окутывался отлично видимым коконом силового поля, просто чтобы показать, что он не просто так здесь присутствует.

Судя по мокрым растрепанным волосам, девушка променяла пляж на меня.

Павел при виде Майи чуть покраснел и взгляд отвел, женатые люди всегда так поступают, когда из одежды на незнакомках только обернутый вокруг бедер прозрачный кусок ткани.

- Прокатимся? – я сделал приглашающий жест.

- Нет. Идем ко мне.

В своих апартаментах брюнетка избавилась от последнего элемента одежды, совершенно не стесняясь нас с Павлом, правда, быстро натянула на себя комбинезон, уселась в кресло.

- Обстоятельства изменились, - она обвела взглядом стены.

- Нас никто не слушает и не видит, - успокоил ее я.

- А он?

Павел прикинулся предметом мебели.

- Это, Майя, мой самый лучший друг. Практически как вот вы с Мией.

- Ты и это знаешь? Хорошо, не важно. С нами связались внешники, готовы поддержать нашу борьбу.

- Хороша борьба, - иронично заметил я. – Засылать бандитов к мирно воюющим гражданам.

- Тебе не понять, - судя по лицу Майи, она вообще не была в восторге от моих умственных способностей. - В общем, у нас есть теперь поставки оружия и все идет к тому, что мы победим. Свергнем тиранов, установим власть простых граждан и дадим им мирную жизнь.

- С помощью оружия?

- Да. Иногда приходится кого-то убить, чтобы другие жили долго и счастливо, - она кивнула. – Мы же делаем это для людей, если они не согласны, то значит, им это счастье не нужно, и от таких мы будем избавляться.

- А кто определит, какое именно счастье нужно людям? – Пашка решил вмешаться в разговор.

- Мы, - презрительно посмотрев на нового собеседника, процедила Майя. – Посмотрите вокруг, все построено на власти денег, кумовстве, взяточничестве и криминале. Здесь мы ничего не можем сделать, начать здесь восстание значило бы, что брат будет убивать брата. А там нас ничего не держит.

- И сколько людей вы собираетесь убить? Больше миллиона? – просто так поинтересовался я, готовясь обнять девушку. Она такая красивая, когда глупости говорит. К тому же тактильный контакт нужен, чтобы выбить эти глупые мысли их ее хорошенькой головы.

- Ты что, идиот? Двух, - пожав плечами, сказала юная революционерка. – Двух старых маразматиков, которые никак не могут решить, кто из них старше. Раньше нам их было не достать, приходилось вон – бандитов засылать, чтобы хоть как-то контролировать ситуацию, а теперь, с помощью внешников, мы в два счета избавимся от них.

- А как же их окружение? – Павел тоже изучал историю в школе и в институте, поэтому был в какой-то мере политически подкован.

- Послушайте, - девушка устало потянулась. Нет, все равно обниму, просто так. – Хватит уже всякую чушь нести. А кто работать будет? Может, вы? В общем, Марк, деньги мне теперь не нужны. И подарки тоже. Мы неплохо провели время, но на этом закончим. Хотела тебе это лично сказать, с глазу на глаз, а ты вон с собой охрану привел. Обидно. Что это?

- Подарок, от которого ты хотела отказаться, - улыбнулся я, покачивая розовым кристаллом на тонкой серебристой цепочке.

- Я же сказала…

Я легонько дотронулся до кристалла пальцем. Белоснежный дракончик, возникнув в воздухе рядом с ним, облетел Майю вокруг головы и уселся ей на плечо. И пропал.

- И что это было?

- Безделушка. Просто дотронешься пальцем, он снова появится. Держи. Не понравится, выбросишь.

Майя, всем видом показывая, что такую дешевку она наденет только из вежливости, а потом забросит в самый дальний угол, нацепила на себя ожерелье, не удержалась, дотронулась пальцем до кристалла. Дракончик вылетел снова, завис перед ее лицом, показал девушке раздвоенный язык и спрятался в камень.

Против воли Майя рассмеялась. Вот так, даже у пламенных революционерок есть свои слабости.

- Ладно, уговорил.

- Еще один вопрос.

- Только один.

- Где та девочка, у которой символы были на плече нарисованы, Каллиста, кажется? Вроде я нашел, как расшифровать надпись.

- Тирос забрал ее вместе со своей племянницей, - дракончик пролетел через сомкнутые в кольцо пальцы, сделал в воздухе пируэт и даже выпустил маленькую струйку почти настоящего пламени. – Всех детей отсюда вывезли, и остальных заключенных тоже переводят на другие острова. Внешники тут будут исследования проводить. А кто-то из них, говорят, вообще собрался остров себе выкупить.


- Странная девушка, - мы не спеша летели обратно. Пашка вывел перед собой только ему одному видимый экран и что-то там пальцем выбирал, старые привычки никуда не делись. – Ты с ней тоже мутил?

- Ага. Один раз, и то за деньги.

- Проститутка, что ли?

- Фу, Паш, выбирай выражения. Майя – приличная девушка, замужняя, между прочим. К тому же сам слышал, от денег отказалась.

- Она вообще себя как-то вела..

- Наигранно, - закончил я за Павла предложение. – Но, друг мой, мы тут не в игрушки играем. Обещание я постарался выполнить, дракончик, если что, за ней приглядит, и вообще, думай глобальнее. По сути, и эта планета, и другие – они мои. А мне войны на моей временной собственности не нужны.

- Временной?

- Да. Я же не собираюсь тут оставаться. Не забывай, я – прыгун. Могу по мирам шастать, как по квартире из комнаты в комнату. Правда, на многих комнатах замки, но ключи я постепенно подберу или получу. А как смогу обратно к нам вернуться, на нашу Землю, постараюсь перетащить родителей и брата с сестрой, не сейчас, но со временем. А пока там им условия нормальные обеспечить. Хотя то, что ты об этом Ануре-Артуре рассказал, мне не нравится. Уж очень вольготно он себя у нас чувствовал, как хозяин, думаю, ты просто многого не знаешь.

- Согласен, - Пашка кивнул, - раньше, когда вместе в нашем мире были, не задумывался, а сейчас, когда могу кое-что, представляю, что может повелитель. И чем он на самом деле там занимался. Ты прав, если он там закрепится, или договариваться надо, или вывозить.

- Да. А эта планета – уж слишком лакомый кусок, за нее и пришибить могут. Посмотри, кроме Громешей, сколько сюда разных представителей семей прилетело. Весь Исин, практически, и у каждого свой интерес. Поэтому оставлять ее себе я не буду, хотя сначала и собирался. Я ее продам.

- Кому?

- Тетке твоей, Марике, как-никак мы с ней теперь из одной семьи, вот в узком семейном кругу все и устроим. Она женщина богатая, сторгуемся. Но некондицию Марика покупать не будет, поэтому наведем здесь порядок, кое-что подшаманим, придадим, так сказать, товарный вид, планетку разовьем до нормального уровня, бизнес с бухлом наладим. Год-два, и будет конфетка.

- Мы?

- Паш, я только тебе доверяю. Даже дяде Толе не очень, уж извини, ты же знаешь, меня тут прикончить хотели. А кредиты в вашем семейном счастье лишними не будут. Или ману возьмем, все равно мне кристаллы переноса нужны будут, а они по двадцатке идут. Ну и ты, чтобы их активировать, гордый потомок шумеров. Так что не отвертишься, вместе будем это все расхлебывать, а потом наших вытаскивать.

- Эх, Марк, вечно ты в какие-то авантюры влипаешь, - Пашка рассмеялся. – Конечно я с тобой, какие вопросы.


Не стал говорить Пашке, что все сложнее, чем кажется, зачем ему зря голову забивать. Куда лучше забить качественным чамби трюм торговца.

Тирос, наладивший выпуск нового сорта и уже вовсю им торговавший – только маленькими партиями и только среди своих, зато по баснословным ценам, идею с поставками во внешние области принял на ура. Я не стал настаивать на своих правах на этот рецепт, он сделал вид, что я его лучший друг, и поэтому имею право покупать продукт почти по цене обычного, так что мы поладили. Метки Каллисты в его поместье я не обнаружил, но и интересоваться не стал, и так слишком много внимания к этой девочке, вон, Майе пришлось память чуть почистить, чтобы она не проговорилась.

Подземный комплекс я оставил на потом, красные кристаллы – это очень интересно, но порталы и так прекрасно работали на планете по уже отработанным шумерскими псионами технологиям. Да, красный круг над оранжевой звездой и красные камни – все эти три элемента, несомненно, связаны, но сам я все равно в этом не разберусь, если группа ан Трага наткнется на что-то стоящее, пусть. Должны же у людей быть какие-то бонусы от работы на моей планете в моей системе. Если рассуждать логически, то изначальным языком все же являлся эме-галь, а другие, и эме-гир, и эме-саль, происходили от него. Названия систем на треугольнике торговца именно на эме-галь выводились, причем сам торговец эти названия прочитать не мог – обходился теми, которые были на его родном языке. Ан Траг, думаю, пытается расшифровать древнюю клинопись, флаг ему в руки. Пока что единственный носитель языка здесь – я. Но раз он используется, значит, есть и другие. Или были.

Не то, чтобы я очень уж жаждал их найти и поговорить о том, о сем, но, если местные высокие технологии, а ведь кроме гиперпространственных ворот еще обязательно что-то должно быть, связаны с этим языком, у меня в этом мире есть огромное преимущество. Я тут словно единственный мальчик в группе детского сада, который умеет читать и знает, что на кастрюле написано «манная каша», а значит, от такой кастрюли надо держаться подальше. Так что пусть Пашка будет со мной рядом, так безопаснее. И Арраш пусть будет рядом, так спокойнее. Ну а Громеш, Линник и Тодин прицепом пойдут.

А вот Элику я оставлю. Во-первых, никто мне ее не даст, а во-вторых, обиженные женщины способны на нерациональные поступки, поэтому прощения просить лучше на мирной территории, а не когда пули у виска свистят. Можно было бы с собой Аглаю взять, только боюсь, тогда с Эликой придется распрощаться навсегда, такого демонстративного жеста она точно не простит.

Я ошибался.

Глава 4

- Ну что, свободный капитан зу Марк Уриш, принимай под свое управление пятерку, - дядя Толя в мундире с местными орденами на рукаве, и двумя Красной Звезды на груди, довольно улыбался. Торговец и его экипаж были в нужном ключе обработаны и проинструктированы, сам корабль-транспортник переоборудован, эсминец занял свое место в трюме, а пластина с камушками – ключ к местным звездным системам, лежала у меня в кармане. Модуль, тот аж на полную мощность включился, пытаясь ее интегрировать, но ничего у него не вышло, значит, у мира «минус один» есть свои секреты, ему неподдающиеся. Тем интереснее.

- Лейтенант Ким Громеш, командир. Сержант Мелек Тодин, псион. Сержант Ним Арраш, разведчик. Капрал Эирин Линник, снайпер. Сержант Павел Громеш, псион, штурмовик. Ком-лейтенант Элика Эсте, пилот.

- Эн Громеш, я умею считать до пяти, - тихо предупредил я дядю.

- А что делать, - он тоже ответил шепотом. Громким, чтобы все слышали. – Она сама напросилась. Будет великолепная пятерка и вратарь, то есть пилот. Справишься.

Пятерка и пилот молча глазели на меня. По стойке смирно никто не стоял, Линник так вообще чуть ли не в носу ковыряла, изображая презрение к штатским, с какой-то стати решившим, что могут отдавать команды настоящим воякам. Кир, тот вел себя прилично, в струнку не вытягивался, но и не выражал своим видом возмущение. И хорошо, мне, на самом деле, с ним контактировать, не буду же я вправду каждому из бойцов задачу ставить.

- Бойцы, - вышел я перед строем, напутственное слово – это традиция. – Мы с вами отправляемся в неизвестность, откуда, возможно, никогда не вернемся. Сейчас есть возможность отказаться, кто передумает, сделайте шаг назад.

И посмотрел на Элику.

Остальные тоже посмотрели на нее, видимо, наши нестабильные отношения не были секретом. Рыжая капральша дернулась было – не шагнуть, а очередную гадость сказать, но под строгим взглядом лейтенанта Громеша передумала.

- Ну что же, я предупредил, - вздохнул свободный капитан зу Марк Уриш, хранитель и носитель. На корпоративах проще было, сказал пару слов, вдохновил, потом накатили, и понеслось. А тут я даже не знал, что дальше-то делать.

- Вольно, разойдись, - решил за меня проблему дядя Толя. – Марк, тебе еще надо поработать над командным голосом, и вообще, над подчиненностью. Представь, что одного щелчка пальцами хватит, чтобы раздавить любого, но потом долго надо руки отмывать в кипяченой воде с хлоркой. Взвесь, стоит ли одно другого.

Я поблагодарил эн Громеша за совет. Судя по реакции присутствующих, очень ценный. Зу Кир Громеш посоветовал щелкать пальцами погромче, чтобы наводимый ужас был невыносим для подчиненных, двести кило лу Павла Громеша насмешливо просопели. А капральша Линник изобразила, что я там буду давить. Грубо, но другим понравилось. В общем, добавил мне дядя Толя авторитета, спасибо ему.

Правда, после торжественной части Кир подошел ко мне и сказал, мол, чтобы я на ребят не обижался, они только в такой обстановке себя свободно ведут, а как до серьезного дела дойдет, не узнать.

- Ну вы четверо – понятно, - кивнул я. – А что с внучком твоим?

- С Павлом? – усмехнулся Кир. – Знаешь уже, да? Нормальный парень, мы с ним полигон в течение месяца почти каждый день проходили, на первый взгляд сработались, с тобой, какой ты был год назад, не сравнить – у парня большой потенциал и способности неплохие. Как замена Конташу, не будь его имя тут помянуто, он еще зеленый, но в реальном деле пооботрется. К тому же, лишний псион, да еще Усмиряющий, хоть и слабенький, это, считай, не один, а десяток бойцов.

- А Элика?

- Ком-лейтенант Эсте – пилот. На нее мои полномочия не распространяются, пилот подчиняется напрямую командиру, а во время полета – никому, наоборот, это мы должны делать все, что она прикажет. Так что сам с ней разбирайся, - Кир ободряюще похлопал меня по плечу. – Не знаю, как и что ты с ней сделал, но, если прознают в крыле моего племянника, чувствую, врагов у тебя прибавится – ее боятся и любят одновременно. Так что ты постарайся, пока мы не вернулись обратно, в мир-ноль, с ней определиться. А еще лучше – до того, как отсюда улетим, сам понимаешь, сложные отношения пилота и командира, экипажу не на пользу.

Элика со мной отношения выяснять не пожелала. Процедила сквозь зубы, что не мне ее учить, как должен вести себя ком-лейтенант, что по рангу повыше какого-то свободного капитана. И чтобы я не смешивал личные отношения и рабочие. И что всякие слишком много о себе думают, а на самом деле ничего из себя не представляют. И еще много всего, в общем, думаю, если бы не народ вокруг, быть мне изнасилованным.


На планете осталось еще несколько нерешенных проблем, ан Траг и дядя Толя потихоньку подбирали систему под себя, но это все не важно, реальная власть, она не на влиянии основана, а на том, кто будет финансовые и информационные потоки контролировать. А именно это я мог делать, закрепив систему за собой – хоть Ур-Наммурапи и грозился простить кредит, но пока долг за мной за все оборудование, наемников и прочее висел гигантский, семье эгира никто не даст прибрать систему себе, так что кредитор был моим лучшим союзником, и в большой мере защитой.

Так что пусть работают для моего блага, у всех в системе оранжевой звезды свои интересы.

Уми с культом Эреш-кигаль и наследием царства Кут. Он почему-то считал, что порталы настолько древние. Эн Громеш – с вопросами наследства, с одной стороны его отец с непонятными никому амбициями, с другой – сын деда, который тоже, наверное, на что-то претендовал. Уж слишком простецким, в доску своим парнем был Кир Громеш, не доверяю я таким демократичным принцам. Ну и внешники - третья с четвертой планетой и поясом астероидов, управлялись теперь нами, но старых работников никто не прогонял, наоборот, старались использовать как можно более эффективно.

Можно все делать самому, можно заставить работать других. Лучше всего, когда тебя об этом просят, чуть ли не требуют. Деньги, власть, положение – это все важно, но куда важнее другие мотивации, человек хоть и стал сознательным, и вон, даже одаренным, а потребности, страстишки те же остались, да и любопытство, которое двигает цивилизацию, никуда не делось.

Вот как у меня – неизведанное влекло куда больше, чем желание захапать себе еще кусок. Даже страшно было представить, что бы я делал, если бы в одно субботнее утро не решил поехать с друзьями на дачу, на рыбалку. Сидел бы сейчас в своем захолустье, потихоньку закрывал дядины проекты, там еще работы на несколько лет оставалось, ездил на море и в горы, проводил выходные с родителями, в Питер обязательно скатал, брата и сестру повидать, с друзьями бы почаще виделся, как они там… Стоп, что-то я не о том. Некогда ностальгировать, ждут меня великие дела.


Торговец Рурре Иман Лиг Таш, должным образом мотивированный на уровне подсознания, встретил нашу команду, словно мы лет пятьдесят с ним летали. Два ящера и второй человеческий представитель экипажа на нас внимания не обращали вообще, есть мы или нет, их не интересовало. Ан Траг, похоже, перестарался с внушениями, такие зомби только лишние подозрения вызовут. Их имена даже выяснять особо никто не стал, Рурре их звал Первый, Второй и Третий, и эти ребята вроде как в собственности у него были. Первый и Второй ящеры отвечали за груз, а Третий человек – просто был на подхвате, чинил то, что сломалось, и доламывал то, что пытался починить. Мы в этом ему мешать не стали, какая разница, что с кораблем торговца произойдет, нам бы до ближайшей звезды долететь.

Перед погружением в красный круг мы все немного волновались – все, кто прибыл сюда из мира-ноль, а вот Рурре, глядя на кольцо через огромный прозрачный иллюминатор, совершенно спокойно выбрал центральный камушек на выданной на время пластинке, нажал на него несильно, и корабль словно в омут затянуло, при том, что до самого круга было не меньше миллиона километров.

И выплюнуло по ту сторону. Вокруг желтого карлика, как и говорил ан Траг, кружились планеты, из которых нас интересовала только одна – четвертая. Но раньше мы сами заинтересовали станцию слежения, медленно перемещавшуюся неподалеку от звездных врат. От нее отделились несколько летательных аппаратов, размером до двадцати метров, и не спеша двинули к нам. А вот еще одну консервную космическую банку, длиной в полтора километра, заходившую на кольцо, они игнорировали. Зато я воочию понаблюдал, как от кольца в сторону уходящего корабля вытянулся красный жгут в сотню тысяч километров длиной, и рывком дернул цель на себя. Краем глаза я в это время наблюдал за спутниками.

То ли у Громешей было такое стальное самообладание, то ли они действительно ничего не видели, но ни Кир, ни Пашка и глазом не повели. Равно как и Арраш, и Тодин. А вот Элика чуть дернулась. Едва заметно, и в общем-то на ее никто не смотрел, но все равно – на заметку я это взял. Пилот по определению должен быть хоть слегка одаренным, но это означает – от минимума и до бесконечности, а, по словам дяди Толи, Элика была очень хорошим пилотом. Талантливым. Gifted, как говорят американцы. Бог в макушку поцеловал. Но без искры – сколько не пытался приглядеться, ни разу не заметил, чтобы ком-лейтенант могла с энергией бору что-то вытворять.

Четыре бота заняли позиции возле корабля-транспортника, а один – пристыковался в шлюз. Предстояла вторая встреча с аборигенами.

Кир с командой и Эликой заняли места в нашем корабле, в крайнем случае один выстрел, корма транспортника вылетает в космос, эсминец утюжит пространство, и потом ждет подкрепление – аварийный маяк мы уже выбросили, носитель через полчаса появится.

А я остался с торговцем и его разноплановыми друзьями.

Состав досмотровой команды тоже был пестрым. Впереди вышагивал человек, небольшого роста, очень из себя важный, в чем-то вроде такт-костюма с элементами скафа. Его сопровождали три ящера, вооруженные до зубов, и один колоритный персонаж, до боли похожий на недочеловека, которого я встретил в поместье Уришей. Как их там торговец называл – к-ранги? При допросе и считке сознания на это внимания не обратили, ну подумаешь, какие-то уродцы, мало ли всяких народностей на одной только Земле, а тут огромные пространства с генетическими экспериментами.

К-ранг был одет в строгий костюм – халат с блестками, боты и красные перчатки на руках. Единственный в команде без скафандра. Ни единой эмоции на нарисованном лице. И та самая забавная артикуляция, что и у моего земного слуги, по губам и не прочитаешь, что говорит.

- Рурре, давно не виделись, - проскрипел он. – Смотрю, в этот раз груза больше, чем обычно. И часть техники не распродал?

- Как скажешь, Камгапачиллате, - торговец улыбался к-ранку как родному. И даже шире. – Мой товар – твой товар.

- Смешно, ха-ха, - к-ранг ненатурально изобразил улыбку. – А это кто, новенький? Идентификатор есть?

- Нет, но будет, - заверил Рурре. – Дай только на склад все поместить, заказчики ждут.

- Кто ждет? – человек-таможенник высокомерно поморщился.

- Ох, прости, господин. Конечно, ваша часть уже грузится в бот. И там есть особый ящик, он промаркирован зеленым, новый сорт. Обязательно попробуй.

- Попробую, но смотри, если мне не понравится. Ну что там?

К-ранг поводил пальцем на выведенном в воздух экране с какими-то закорючками, явно промелькнула схема нашего корабля.

- Как обычно, и треть сверху. – И достал черную пластинку.

Торговец вытащил из кармана свою – местный аналог банковской карты, дотронулся до пластинки к-ранга. Вымученно улыбнулся.

- Молодец, Рурре, никогда не споришь. Не забудь зарегистрировать новенького.

- Конечно, господин, - Рурре низко поклонился. – Как прикажешь.

Таможенная команда отчалила так же быстро, как и появилась. Рурре оттер бисеринки пота, хоть я его и приободрил перед разговором небольшим хлопком по спине, но даже схема не избавила от волнения.

- Ну что там? – заорал он. Ящеры появились, как двое из ларца.

- Все в порядке, капитан, - заверил один из них. – Как ты и сказал, двадцатую часть груза отдали. Пятый советник Рипо доволен.

- Сам вижу, что доволен, иначе гнить вам в болотах, - недовольно пробурчал Рурре. Потом, вспомнив, что у него тоже есть начальство, повернулся ко мне.

- Делай все как обычно, - подтвердил я. В гипер-кольце появился еще один обьект, а мы направились к планете. Лететь предстояло почти сутки, изношенные двигатели торгового корабля инженеры подлатали, и теперь они были как новые. Мы же не изверги, когда к нам с добром, отвечаем тем же. Ремонтник, который Третий, в знак благодарности украл бутылку чамби со склада, и теперь кемарил где-то возле силовых линий, коммуникации на этой древности шли отдельными пучками.

Кир доложил, что все в порядке, зонды отстрелили, мимо, в паре миллионов километров, проходил какой-то метеорный поток, их туда и встроили. Через несколько дней шарики диаметром десять сантиметров, с батарейкой, обеспечивающей сотню лет работы, разлетятся по системе, возьмут под негласное наблюдение инфопотоки, определят безопасные частоты, свяжутся с зондом-маяком, замаскированным под десятиметровый метеор, а тот - со станцией в нашей системе – гиперсвязь на таком расстоянии в этом мире отлично работала. Странно только, что за десять-пятнадцать лет, пока Миллин тут сидел, он этого не сделал. Купить зонды не слишком накладно, да и украсть гораздо проще, чем ныряльщик с носителем угнать. Хотя теперь не спросить.

- Подождем? – мы как раз пересекали кучку астероидов. Разброс от плоскости эклиптики в этой системе был градусов сорок, и начали попадаться кое-какие скопления космических тел. Редкие, но плотные. Элика должна была отстыковаться от транспортника и зависнуть где-нибудь неподалеку, первым ступить на первую нашу планету в этом мире, не считая болтающейся, как в проруби, системы оранжевой звезды, предстояло мне.


Торговец даже в мыслях считал себя не слишком богатым. Этому бедняку принадлежал выведенный на орбиту местного очага жизни астероид, в пять километров диаметром, от которого осталась только двухсотметровая оболочка. Внутри все было неплохо оборудовано – склады, причальный док, даже какие-то жилища для обслуживающего персонала. Рурри с гордостью показывал свою собственность, пока дроны сгружали контейнеры с чамби. Вообще торговец выглядел довольным жизнью, от части забот мы его избавили, не нужно было теперь задумываться о том, как сбыть технологический неликвид. Все поставки чамби оплачивал я, оставалось только поделить прибыль.

- Тут ничего сверху обычного продавать не буду, - Рурри махнул рукой в сторону последнего контейнера, - все отвезу в другие системы, там с руками оторвут. Но надо выждать немного, а то слух пойдет, что товара стало больше, и цена может упасть. Готов? Пошли.

Поведение торговца менялось. Он стал слегка заносчивым, даже поглядел один раз на меня свысока. Дома и родные стены помогают, Рурри постепенно возвращался к обычному своему состоянию, лебезить перед вышестоящими, пинать тех, кто ниже, с равными хвастаться и хитрить. Я про себя усмехнулся. Будет себя так вести – у склада, у корабля и вообще у всего его имущества появится другой хозяин.

Бот скользнул к планете, преодолевая сопротивление атмосферы – тут она была более плотная и низкая, чем на Земле, но общие характеристики примерно совпадали. И гравитация, и температуры, состав воздуха, даже размеры. Словно по образу и подобию делали. Да что там, даже луна была, в двухстах тысячах километров, только она, в отличие земной, вращалась.

Среди огромного океана располагались два материка, один напротив другого. Оба протянулись от северного полюса до южного, на экваторе жара доходила до сорока, на полюсах – морозец в минус двадцать не давал таять ледяным шапкам. Нашей целью был тот континент, что поменьше, с высоты в десяток километров сквозь облачный покров открывалось слабо заселенное пространство, для такой планеты триста миллионов жителей, это совсем немного. Народ больше селился ближе к центральным широтам, там, где теплее, мы же полетели почти на север.

- Сначала нужно получить карточку, а потом – все остальное, - предупреждая мой вопрос, ответил Рурри. Только сейчас вспомнил? Хотя взяли-то из воспоминаний по верхам, только чтобы общее представление иметь.

Глава 5

К мрачному невысокому зданию из черных блоков, стоящему на скале, вилась очередь по горному серпантину – человек пятьсот, не меньше.

- Что-то сегодня многолюдно, - подтвердил мои наблюдения Рурри. – Тут регистрируют всех новичков, у кого нет карты жителя Союза. Вроде тебя.

- Откуда они берутся? – на улице было холодно, заметно ниже нуля, ветер бросал хлопья снега прямо в лицо. Бот мы пристыковали к мачте в километре отсюда, и оставшееся расстояние прошли пешком по утоптанной широкой тропе. Навстречу шли люди, приобщившиеся к Союзу.

- До сих пор находят планеты, оторванные Нашествием, - Рорри вытащил сигариллу-варес, закурил. – Оттуда и рабы.

- Так тут рабы?

- В основном. Не бойся, никто тебя в рабство не возьмет, уж больно ты много жрешь, - хохотнул торговец. И тут же опасливо на меня зыркнул. По глазам вижу, и соскочить ему хотелось, чтобы не делиться прибылью, и будущие доходы манили к себе. – Свободных тоже хватает, есть те, кто в глуши живет, приходят с родственниками или односельчанами. не всех же родители до пяти лет успевают зарегистрировать на месте.

Мы встали в конец очереди, которая, впрочем, двигалась довольно быстро. Люди в ней кучковались группами, во главе каждой – местный житель, который поручался за каждого, получающего гражданство Союза. Только эти вот поручители, да мы с Рурри, были более-менее прилично экипированы, а вот будущие низы общества одевались кто во что горазд. Было видно, что многие из них мерзли, но все равно терпели.

- В храме нам направо, - наставлял меня торговец. – Для свободных людей идет особая процедура, ты же свободный человек?

- Щас в рыло дам, - предупредил я.

- Шучу, шучу, - Рурри захохотал. На своей планете он чувствовал себя гораздо свободнее. – Мы с тобой, Марк, тут таких дел понаворочаем, да я через лет десять в первую тысячу выбьюсь. А то и в сотню. Этот новый чамби просто бомба, с руками оторвут. Сколько, ты говорил, его делать можно?

- Да хоть все, - пожал я плечами. – Но сам понимаешь, сырье дорогое, он и стоит поэтому десятикратно.

- Ага. Все не надо, быдло всякое и обычным обойдется. А вот уважаемые люди, им можно и дороже продать. Поэтому будем возить понемножку, пусть привыкают. Да что там люди, даже ящеры оценили, а у них рецепторы вкусовые модифицированы, могут хоть грязь жрать. А вот новый чамби и у них пошел, они с него дурнеют и больше уже ничего не хотят. Ох, развернемся. Надо будет ключ новый прикупить, на шестнадцать систем. Или на двадцать семь! – размечтался торговец. – Не верил я отцу, когда он этот ключ мне отдавал, что озолочусь. Думал, бредит старик, триста общих годков как-никак, нерабочий неликвид подсовывает. Эх, если встречу, отблагодарю, не пожадничаю.

Общий год – чуть меньше земного, 354 земных дня. Жители Союза, в быту используя привычное мне десятеричное счисление, для привязки ко времени применяли восемнадцатеричное. Секунда длилась на десять процентов меньше, в минуте было 324 таких секунд, в часе – 18 минут, и так далее, до года из 18 месяцев. В каждой системе использовались три даты, внутрипланетная, внутрисистемная и общая. Наверное, удобно. Мне так вообще было все равно, модуль прекрасно переводил из одной даты в другую, никакого дискомфорта.

А еще он чуть не взвыл, стоило подойти к потертым деревянным створкам, преграждающим вход в храм.

«Опасность. Перевод в аварийный режим. Принудительное выделение ложной личности».

Наверное, было из-за чего. На массивной каменной балке символами эме-галь, точно такими же, как на золотых пластинах са-гир, было написано – «Центральный пункт считывания Ордена восемнадцати в системе 75297».


- Сюда, - у входа нас встретил людоящер в трико. С половыми признаками ген-модификаторы погорячились, может, свои фантазии воплощали, не знаю. Сотрудник центрального пункта коротко поклонился, презрительно глядя на рабскую часть очереди, уходящую налево, и когтем ткнул в правый коридор. – Свободный?

- Да, - залебезил торговец, - вот, торговый партнер из отдаленной системы, родители не озаботились получением ид-карты, пришлось беспокоить тебя.

- Разберемся, - ящер в трико шагал впереди, длинный узкий коридор заканчивался квадратной комнатой с тремя каменными сидениями, стоящими треугольником. – Занимайте свои места, я сейчас подойду.

Мы с торговцем уселись на жесткие сидушки, высокие подлокотники имели выемки для рук, я торопиться не стал, а вот Рурри поерзал, опустил свою карточку в прорезь правого подлокотника, положил руки в ложбины, закрыл глаза.

Ящер вернулся через минуту, сел точно так же, как торговец, серебряная карточка зашла в щель до половины. Он кивнул мне, мол, чего ждем?

Я аккуратно дотронулся локтями до камня. И тут же почувствовал, как кто-то пытается покопаться в моем мозгу.

Судя по виду торговца, в его мозгах уже вовсю шуровали. Я восхитился предусмотрительностью ан Трага, тот полностью стер все воспоминания о пришельцах и боевых станциях. Не знаю, насколько качественно он это сделал, оставалось только надеяться, что крохи, которые остались, внимания не привлекут.

Модуль вовремя сориентировался. Я ощущал себя Марком Травиным, он же зу Марк Уриш, псионом и представителем дремучей реальности. Вся моя память никуда не делась. А рядом в мозгу, чуть для вида сопротивляясь считывателю, сидела другая личность. Маарк Аврелий, житель слабо заселенной системы, хозяин плантации, на которой выращивали сырье для чамби. Модуль взял мои впечатления об оранжевой системе, исключил внешников, дополнил сконструированным детством, окружением, какими-то событиями, я даже всплакнул чуть, когда считыватель дошел до смерти родителей. Той частью, вымышленной.

Считыватель вылез из мозга. А потом неожиданно снова проник, может, заподозрил что. Но модуль был на высоте, та же самая вымышленная личность снова подставилась под удар.

Прошло минуты две, не больше, ящер вздохнул, оторвал левую руку от подлокотника, что-то там написал в воздухе. Внимательно на меня посмотрел. Точно подозревает.

На подлокотниках сформировались два красных сгустка, начали медленно подниматься в воздухе на уровень глаз. А потом, словно тот паучок из хозяйства княжича Тятьева, проникли мне в глаза. Штирлиц был на грани провала.

Еще две минуты.

Сгустки не торопясь выскользнули обратно, спустились в подлокотники, растворились там, правый подлокотник пискнул, и из него вылезла черная карточка с двумя узкими золотыми полосками. Судя по ошарашенному виду торговца – произошло что-то необычное.

Две полоски – почти всегда означают, что произошло что-то из ряда вон. Меня так уже разыгрывали, помнится. Да и ящер чуть поднапрягся при виде выскочившего результата теста. Но тут же снова принял невозмутимый вид, это просто с такой-то чешуйчатой мордой, поднялся и слегка поклонился.

- Поздравляю, хеис Марк Ур Иш. Для подтверждения второго исключительного ранга гражданства Союза тебе нужно посетить одну из пограничных систем в течение трех общих лет. Тогда временная карта будет заменена на постоянную, если, конечно, результаты теста подтвердят твое право на этот или более высокий ранг. Я не знаю, как это происходит, - поспешил он ответить на невысказанный вопрос, - всего лишь скромный служитель этого храма. Матрица в моей голове что-то определила, но что именно, мне самому знать не дано. Счет уже привязан к карте, универсальный ключ с маршрутом Пути до границы центральных миров ты можешь получить на выходе. Не смею задерживать, господин.

- И часто тут такое? – не удержавшись, спросил я.

- На моей памяти второй раз, - чуть подумав, ответил ящер. – А я тут уже триста лет. Чистые потомки древних, хоть редко, но встречаются. Первый исключительный выскакивает часто, второй – гораздо реже, третий – почти никогда. Многие, как и ты, господин, могут не подозревать о высоком происхождении, но при первом посещении любого храма это выясняется.

- А центральные миры, что там мне нужно делать?

Ящер очень по-человечески вздохнул.

- Посети любой храм в этих мирах, господин, и там тебе ответят на все вопросы. Все, что знал, я уже рассказал. Хотя нет, вот что еще. Временный универсальный ключ действует три общих года, после этого доступ в центральные миры нужно получать в обычном порядке. Не смею советовать господину, но лучше это сделать в ближайшее время.

- И на этом спасибо, - кивнул я. – Ладно, где там мой вездеход?


- Если бы я знал, - торговец теперь на меня как на бога смотрел, - мы бы сначала в этот храм пошли, а потом уже товар перевозили.

- Это почему?

Рурри взволнованно всплеснул руками.

- Ну как же так, господин. Исключительный ранг, это ведь никаких пошлин, никаких поборов. Ох я бы утер нос этому выскочке пятому советнику. Он бы у меня, ой, нет, у тебя, господин, в ногах валялся. Руки бы целовал. У самого только серебряный квадратик, а гонору, словно полоса. А помощник его, этот к-ранг, ведет себя, словно не пришлый какой, а самый что ни на есть человек.

Я поморщился.

- Будешь много болтать – накажу.

- Виноват, господин, - Рурри искренне огорчился. – Я ведь только от радости, такое событие. На всей нашей планете, считай, исключительных ни одного, да как узнают, что у меня такой…Такой…

Торговец явно подбирал какую-то превосходную степень нашего знакомства.

- Не важно, - я подошел к причальной мачте, нажал на панель лифта. – Ты, главное, про мою долю не забудь. Сам говорил, часть товара уже продана.

А то забалтывает он меня.

Услышав за деньги, торговец сразу погрустнел, но покорно достал карточку. Стоило мне прикоснуться своими двумя полосками к его обычному черному прямоугольнику, на счет капнули три миллиона местных кредитов. Значит, на пять миллионов товара этот жук уже продал. Что делать с местными деньгами, я не очень хорошо себе представлял, по сути, пока конвертировал одну бесполезную валюту, криматас, в другую – этого мира.

- Теперь, мой друг, нам нужно в космос, - оборвал я торговца, расписывающего, какую встречу он устроит мне у себя дома. – У тебя дела, нужно продать товар, и как можно быстрее, следующая партия ждать не будет. У меня тоже дела, нужно все подготовить. Что, ты говорил, нужно для свободного ввоза?

- Только подтвердить твою собственность на товар, господин.

- Как это сделать?

- Через карту, - как само собой разумеющееся, сказал Рурри.

Модуль к карте подключиться напрямую не смог, даже не пытался. Наоборот, всеми своими паразитскими силами пытался от этой связи уклониться. А вот браслет Уриша без проблем подхватил инфопоток, и я без труда нашел и имя торговца, и номер партии товара, а после того, как мы оба подтвердили, что он всего лишь посредник, номер партии изменился – добавился буквенный код. Потом пришлось заполнить заявку в местный совет по сбору дани с честных торговцев, и заявить свои права на чамби. Все-таки две полоски действовали безотказно, теперь средства с продажи любой партии этого бухла будут приходить мне.

Торговец немного погрустнел, когда понял, что отдал своими руками всю выручку практически незнакомому человеку.

- Мы, исключительные граждане второго ранга, мелким обманом не занимаемся, - успокоил я, как мог, Рурри. – Главное, торгуй активнее, но не торопись, цену держи. Если я буду в других системах, как связь держать?

- Только сообщения, господин. У храмов своя связь, нам, простым людям, она недоступна, но вот через карту и порталы они позволяют посылать короткие инфопакеты и деньги. Поэтому трудностей не должно возникнуть, - разьяснил абориген пришлому нуворишу. Причем слово «деньги» выделил особо.

- Ну и отлично. А теперь давай, полетели на склад, а там я пересяду на свой корабль. Дела. Опять же, надо ранг подтвердить.

- Верно, господин, - торговец при напоминании о действии, на которое мне три года отводилось, оживился, - чем скорее, тем лучше. А вдруг третий исключительный ранг дадут? Или вообще – полное исключительное гражданство? Мы же тогда с центральными мирами сможем торговать, а это совсем другие деньги. Совсем!

Рурри уже видел себя в золотой ванной с шампанским. Нет, скорее в бассейне с чамби и девочками.

- Господин уже успел купить корабль? Надо было сказать, и я бы нашел самый лучший вариант, - не унимался торговец.

- В следующий раз, - пообещал я, доставая карту и вызывая новую серию восторженных вздохов.

На обратной стороне шла линия из одиннадцати красных камушков – ключ доступа к центральному миру, шаг за шагом, система за системой. Одиннадцать прыжков через красный круг. Как бы намек мне, что никуда не надо в сторону сворачивать, и три года – это так, ради красного словца. А на самом деле хорошо бы и поспешить.


Штурмовик подобрал меня прямо на складе, сплюснутая пирамидка висела рядом с шлюзом, так что мне оставалось только напомнить торговцу, что родина его не забудет, и перейти с бота на боевой корабль, а оттуда – на эсминец.

Команда, пока я валял дурака на планете, с заданием справилась на отлично, и зонды уже дали первый сигнал, прошла тестовая передача, и план системы был составлен. Тайные фабрики по производству межпространственных двигателей так и не нашли, ожидаемо, но зонды шаг за шагом будут обследовать систему. На мой взгляд, совершенно бесполезное занятие, их тут миллионы, на каждую зонда не хватит.

Кир был со мной согласен.

- Но приказ есть приказ, - развел он руками, - и пока что о миллионах речь не идет. Сколько там, одиннадцать систем, которые нужно посетить? Вот там и будем зонды ставить. На каждую по три сотни, не так уж много-то и выйдет.

- А у нас столько есть?

На меня поглядели как на идиота.

- Это эсминец, - наконец разродилась Элика. – Тут собственный репликатор стоит, с дублирующей системой, можем из доступного сырья все что угодно делать. Даже такого, как ты, слепим, а то, чувствую, под чутким командованием исключительного гражданина второго ранга мы еще тех дел понаделаем.

- Ага, - поддакнула рыжая капральша, - и этот другой Марк будет намного лучше и продуктивнее. Репродуктивнее.

Пока все хохотали, я пристально смотрел на Пашку.

- А что, - отсмеявшись, сказал он. – Ну рассказал я им, что у нас две полоски значат. Смешно же.

- Обхохочешься, - подтвердил я. – Так, веселая команда. Давайте решать, возвращаться или нет обратно.

Тодин аж куском подавился.

- Ты и решай, - просипел он, хлопая себя ладонью по горлу и восстанавливая связки, - ты командир. Но мое мнение – надо лететь, чего просто так сидеть. Попали в новый мир, не каждому такое выпадает в жизни, надо использовать на все сто.

Остальные дружно поддержали сержанта-псиона.

- Но, надеюсь, вы понимаете, что в центральный мир нам соваться просто так, без подготовки, не нужно? – продолжил я.

- Капрал Линник, - Кир Громеш строго поглядел на рыжую. – У нас Марк Травин еще проходит курсантом?

- А как же, - капральша плотоядно улыбнулась. – Курс не закончен.

- Отлично. Я вижу, наш капитан страдает нерешительностью, а это отлично лечится занятиями с метателем и атакой мини-дронов.

- И меч тоже отлично подходит для восстановления душевного равновесия, - улыбнулся Ним Арраш. – Несколько глубоких порезов взбодрят нашего капитана, выгонят из головы дурные мысли, а если попасть в голову, то и остальные тоже.

Я посмотрел на веселящихся наемников, холодно улыбающуюся ком-лейтенанта Эсте, мнущегося Пашку, который не мог решить, чью сторону принять, но судя по пробивающейся улыбке, уже почти выбрал.

- Отдыхаем, да? Значит, времени много свободного? Лейтенант Громеш, на тебе подготовка плана проникновения в первую систему. Информация, порядок действий, распределение обязанностей. Сержант Арраш и капрал Линник, оказываете помощь лейтенанту Громешу. Сержант Громеш, назначаю тебя замом по тылу, обследовать все запасы, и доложить о наличии и отсутствии. Ком-лейтенант Эсте, немедленно отправляться спать. Впереди дальняя дорога.

Глава 6

Редкостный долбо...

Примерно так дядя Толя высказался в мой адрес, когда мы наконец вернулись. Узнав, что решение было совместным, то же самое про остальных сказал. Нет, он по-другому выразился, более жестко, и еще добавил, мол, что семь дебилов – это сила. Для человека, планировавшего военные операции, почти похвала.


А пока, все начиналось с того, что последний камушек, который, как я предполагал, вел в центральный мир – он и по размерам немного выделялся, и цветом был гуще, что-ли, так вот, этот красный кристаллик был неактивным. Когда, при подлете к кольцу, я начал выводить названия систем, на известном только мне языке – эме-галь, было написано – «Мир недоступен». Так что мы не стали долго раздумывать, и перенеслись в тот, который был доступен. В средний, шестой по счету с любой стороны – логика, любой бы поступил так же.

И теперь болтались возле белого карлика, жизни никакой ожидаемо в этой системе не было, жесткое излучение просто не оставляло шансов. Выпущенный маяк с связался со станцией, и оказалось, что прыгнули мы больше чем на две тысячи световых. На носителях такое расстояние без промежуточных маяков даже за десяток прыжков не преодолеть, при максимальном ресурсе в двадцать, так что поддержки ждать не приходилось. Зонды связи тоже были бесполезны, без промежуточных узлов.

Казалось бы, чего проще, вернись обратно, и готовься лучше. Вот только кристалл, самый первый в ряду, означающий мир Рурри, стал тоже неактивным, и надпись возле названия системы была точно такая же, как и про центральный. А даже если бы и был, гипер-кольцо само оказалось выключенным. Двухкилометровый бублик тускло сиял при максимальном приближении, выводил текущую общую дату, но реагировать на карточку отказывался.


- Марк, кажется, я понял, - Пашка по жизни оптимист, так что не унывал, - это квест.

- Какой еще квест? – несколько сотен зондов, выпущенных в системе, пересылали первые сведения. Возле звезды вращались две планеты – по одной орбите, только на разных полюсах. Вращались быстро, за земные сутки делая полный оборот. Одна планета вращалась чуть быстрее, и через три-четыре миллиона лет расстояние между ними станет достаточным, чтобы разорвать обе планеты гравитационными силами. В миллиарде километров от белого карлика ледяной гигант с развитой системой колец и спутников, похожий на Уран, неторопливо перемещался вокруг него, очень неторопливо. Практически висел на месте. Сто пятьдесят земных лет на один оборот.

- Смотри, - Громеш-младший отобрал у меня карточку, остальные с интересом прислушивались и приглядывались. – Тут одиннадцать кристаллов, первый – вход, последний – выход. Мы не можем выйти через вход, это против правил. И мы не можем дойти до выхода, пока не пройдем все этапы, вот эти девять камушков.

- Это любимая игра вашей реальности? – спросил Кир.

- Примерно, - кивнул я. – По сути, мы так живем. Ну а дальше-то что?

- Как что, - Пашка даже головой помотал, мол, ты чего тупишь, - мы должны пройти каждый этап, каждый уровень. Только обычно начинают с самого легкого, первого, а ты выбрал пятый.

- Логика в этом есть, - Тодин потряс руками, уничтожая следы жира и соуса, и взял следующий бутерброд, - старые вирт-игры тоже вроде вот так были устроены. Сейчас, правда, никто этим не увлекается, но когда-то давно народ было из капсул не вытащить. А во внешних мирах и сейчас такое безобразие творится.

- Хорошо, - я отобрал у Пашки карточку. – Если это квест, где задание?

- Да как где! На предыдущем уровне, наверное.

- Спасибо, Паш, ты мне очень помог.

- Он хоть чем-то помог, - Элика теперь была на стороне любого, кто был против меня, или хоть в чем-то со мной спорил. – А ты, командир, чем займешься?

- Лягу спать, - решил я. – Зонды через сутки обследуют систему, а лезть куда-то без подготовки я не люблю. Вас не заставляю, можете на штурмовиках вон полетать, или на мечах посражаться, а мне нужен полноценный двенадцатичасовой сон, и желательно в одиночестве.

Рыжая и блондинка синхронно фыркнули. Вот и ладушки, на самом деле спать столько необходимости нет, полчаса-час в сутки вполне обеспечивали необходимый отдых и восстановление, но раз командир сказал – тихий час, значит, тихий час.


Свое же решение я выполнять не стал, действительно, если столько спать, всю жизнь проспишь, заперся у себя и установил связь с основным ИИ Эсминца и вспомогательными, в том числе установленными на штурмовиках. Они и так общались пакетами, обьединенные в общую сеть, но теперь еще и на меня работали, вместе с модулем. ИИ эсминца получал пакеты от зондов, остальные их обрабатывали, каждый со своей спецификой, и постепенно начала вырисовываться какая-то картинка.

Когда-то давно в этой системе произошло сражение. Обломки, вписанные в кольца местного Урана, вращались вместе с ними, по параметрам вращения, разлета и прочим данным удалось реконструировать события очень-очень древних времен. Главный ИИ определил примерную дату, сто шестьдесят тысяч лет назад. Система наверняка была необитаема, но остатки станций, добывающих комплексов, практически целый комплекс переработки на одном из астероидов четко указывали на местную активность. Которую сто шестьдесят тысяч лет назад что-то резко прервало. Судя по следам стычек, даже сопротивления не было, вторгшийся в систему объект методично уничтожал одно творение человеческих рук за другим. Почему я это знал?

Зонды его нашли – практически неповрежденный, он висел между двумя кольцами ледяного гиганта. Правильный октаэдр с идеальной, до сантиметра, геометрией, с длиной ребра в полтора километра. Обьект с тускло-серой поверхностью был совершенно точно искусственным, мало того, что природа не терпит абсолютной симметрии, к тому же зонды обнаружили возле обьекта гравитацию. В сотую часть земной, но это означало, что на поверхности можно стоять, не улетая в космос. И на расстоянии в сто километров от октаэдра зонды отказывались работать, не знаю, как такое вообще возможно. Залетевшие в эту зону дроиды болтались в пространстве, медленно перемещаясь по вектору движения. Связь не прерывалась, а вот датчики накрылись, стоило пересечь невидимую границу. В общем, если исключить непосредственное исследование обьекта, общую информацию мы о нем получили.

В принципе такая же конструкция могла быть построена где угодно, было бы желание. И нужные материалы, на расстоянии зонды так и не смогли определить, из чего сделана ее поверхность.

Один из углов октаэдра был словно сточен, буквально на несколько метров, словно пирамидку отрезали. И на образовавшейся плоскости светлело отверстие – что-то или кто-то подсвечивал нам вход.


Я выдержал паузу, и появился в кают-компании ровно через двенадцать часов. Все попытки связаться со мной до этого успешно игнорировал, так что остальные члены экипажа успели понервничать, успокоиться, посовещаться и прийти к какому-то решению – по их решительным лицам я понял, что авторитет спящего командира резко упал.

- Возьму только одного, - сразу предупредил я.

Не потому, что не хотел отсидеться в безопасном эсминце, пока кто-то там шарит по незнакомым октаэдрам. Оказалось, что пластинка, которую я получил, работает только у меня – какой-то эксклюзивный вариант. Знать раньше, остаться торговцу без своей карты, вдруг бы сработала.

- В критической ситуации необходимо согласование с командующим, - Кир оглядел свою команду, - но раз это невозможно, думаю, ты уже все обдумал.

- Именно. ИИ считает, что при любом развитии ситуации у эсминца хватит мощности и возможностей, чтобы разнести эту штуку на кусочки. Поэтому для остающихся особого риска нет, кроме того, что придется ждать помощи. С учетом фаз – до полугода.

- Пропадешь в этой штуке, мы найдем, чем без тебя заняться, - пригрозила Элика.

- В любом случае, просто так нам не выбраться. Или этот обьект как-то блокирует кольцо, или они просто связаны, не знаю, надо просто пойти и узнать. Могу и один сходить, - пожал я плечами, - тут недалеко.

- Выбирай сам, - Громеш-старший легонько похлопал ладонью по столу. – Мы все равно не знаем, что ожидать, так что любой выбор может как сыграть, так и провалиться. А одному тебе лучше не ходить, без тебя наши шансы выбраться живыми, здоровыми и вовремя не слишком велики.

Логично.

Элика и Эирин отпали сразу. Лучший пилот, ну, после меня, конечно, остается на корабле. Равно как и самая бесполезная боевая единица – в команде Линник отлично работала, а вот со мной наверняка будут сложности. Ну и с неработающим оборудованием от нее толку не будет никакого.

Тодин и Громеши – можно было бы взять кого-то из них, два псиона – это отлично. И, по правде говоря, стоило остановить выбор на Кире – сильный Усмиряющий с большим боевым опытом, и к тому же опытом командования, а значит, умением быстро принимать решение.

Но лично мне хотелось кого-то посолиднее, чтобы, при случае, помощь действительно была очень весомой.

- Арраш, - наконец решил я. – Разведчик – как раз то, что мне нужно.

- Хорошо, - согласился Кир. – Но, если будут сложности с работой оборудования, отправляешь его обратно. Ним, твой меч как всегда при тебе?

Арраш кивнул, продемонстрировал черный клинок. Не тот, которым Конташа рубил, а другой, который приносил на тренировки. Кир взял его в руки, что-то там пошаманил над вставленным в рукоятку кристаллом.

- Снаряжение усиленное. Связь держим постоянно, при разрыве немедленно возвращаетесь. Зонды могут не работать, но передача нейро-ИИ должна действовать. Арраш как раз имплантат обновил, заодно и проверим, что ему подсунули на базе.

Ним улыбнулся.

- Чего зря рассиживаться. Пошли, Марк.


Десантный мини-бот отключил двигатели, стоило нам пересечь границу невидимой зоны. Проверили оружие – все, что работало на кварковых источниках энергии, не действовало. Связались с лейтенантом.

- Ожидаемо, - Кир ничуть не расстроился. – Высылаю дроида поддержки с минус-батареями. К сожалению, их у нас мало, и на репликаторе не воспроизводятся, так что постарайтесь не потерять.

- Что за минус-батареи, первый раз слышу? - спросил я Арраша.

- Старая технология, ей почти две тысячи лет. Берет энергию прямо из внутриатомного вакуума, раньше эти штуки размером с небольшой астероид были, слишком высокая нестабильность, но сейчас как-то придумали их уменьшить. Отдача энергии в разы меньше, чем у кварковой, и стоят в десятки раз дороже, но зато практически вечные, - охотно поделился Ним. – Для хапу сойдет, а вот метатели заметно хуже будут стрелять. У меня в скафе три таких стоят, так что насчет моей мобильности и боеспособности не беспокойся.

Подлетевший футбольный мяч скорректировал вектор движения нашего бота, подводя к освещенной площадке, а потом, стоило нам покинуть челнок, и вовсе развернул его обратно, к кораблю-носителю, придал нужное ускорение. И вернулся к нам.

Срезанный треугольник у вершины октаэдра не был абсолютно плоским. Оставалась площадка шириной в несколько метров, отделенная от остальной конструкции стеной. Или дверью. Анализатор на скафе Арраша пискнул, выводя данные.

- Какая-то разновидность стекла, - Ним не стал строить загадочного парня. – С добавкой тяжелых металлов и органики.

Я дотронулся до стенки. Вопреки ожиданиям, она поддалась нажиму.

- Что решим, командир? – Арраш постучал по своему шлему. – А то голову припекает.

Местная звезда, светившая нам в затылок, способна было скорее охладить.

- Иду вовнутрь, - решил я. – И сразу возвращаюсь назад. Фиксируем все, проверяем связь. Если через пять минут не появляюсь, стоишь, ждешь еще полчаса. Возвращаюсь – иду снова, уже с дроидом, оставляю там, возвращаюсь за тобой.

- Разумно, - согласился Ним. – Если не выходишь через полчаса, оставляю дроида здесь, и возвращаюсь на корабль. А там что-нибудь придумаем. Но помни, если с тобой что-нибудь внутри сделают, мы обязательно отомстим, и очень жестоко. Так их и предупреди.

- Непременно, - кивнул я, делая шаг вперед.

Материал стены пропустил меня, словно я через туман шагнул, никакого сопротивления. Огромное помещение пирамидальной формы, со следующей стенкой метров через сто, с какими-то конструкциями, прилепленными к стенкам, и большим, метров пять в поперечнике, матовым черным кубом по центру. Я постоял несколько секунд, проверил связь – ее не было. Ни обычной, ни магической. Модуль ничего экстраординарного не зафиксировал, словно я просто погулять вышел. То, что я ни с кем не могу связаться, его совершенно не волновало.

«Угроз не обнаружено», - снизошел паразит до диалога. – «Аномальные возмущения, чужеродное вмешательство, колебания поля, агрессивная внешняя среда – в пределах нормы».

Вот так. Как хочешь, так и понимай.

Постоял еще немного, фиксируя детали, и вернулся обратно.

- С возвращеньицем, - отметил этот факт Арраш. – А то я уже заждался. Еще на полминуты?

- На пять, - напомнил я, беря дроида в руки – тот уже побился своей круглой головой-телом об стену, и без всякого результата. – Жди меня, рыжая крошка.

Ним хохотнул, оставшиеся на эсминце – тоже, посыпались советы, что от меня ждать Аррашу. Выходило, что ничего хорошего. Дожидаться, пока подключенные к линии связи наемники доведут свои шутки до логического конца, я не стал, снова продавил барьер.

Дроид на моих руках спокойно прошел вместе со мной. Даже не пискнул, вот что значит бездушная железяка.

- Мусс арбайтен майн либе рунд фройнте, - я подкинул дроида в воздух. Футбольный мячик на незнакомый язык внимания не обратил, сразу принявшись за работу. Он бодро облетел зал по контуру, практически не останавливаясь, потом сделал круг над черным кубом, вернулся к периметру, уже более тщательно обследуя конструкции.

Пять минут я стоял на месте, предоставив дрону возможность проявить себя. И он таки проявил. Подлетел к кубу и домогался его почти минуту, забираясь то с одной стороны, то с другой, то сверху, то сзади, в общем, немудрено, что за такие неуклюжие знаки внимания поплатился. Красный жгут обхватил мячик и втянул его в куб, в тот же момент связь с ним пропала. Хорошо хоть все данные писались на внешний источник.

- А где твой круглый друг? – Арраш расслабленно стоял на том же месте.

- Похоже, теперь у меня на одного друга меньше, - вздохнул я, передавая данные на корабль.

Пока ИИ обрабатывал данные, и корректировал схему работы зондов, мы ждали. Минуты три, не меньше.

- Возвращайтесь, - Кир выглядел взволнованным. – Это не приказ, а рекомендация. Но советую к ней прислушаться. ИИ только что поднял уровень опасности до критической. Восемьдесят семь процентов. Предлагаю дождаться расшифровки данных, хотя, на мой взгляд, и так все понятно.

Я поглядел на Арраша, тот едва заметно покачал головой.

- Поделись.

- Смотри, - Кир загнул первый палец, - состав внешней оболочки нам неизвестен. Атмосфера внутри есть, но она насыщена фтористыми и хлорными соединениями, для человека ядовита. Даже модифицированный в ней проживет недолго. И тут еще много всего, излучение, магнитное поле странной конфигурации, энергоблоки.

- Какие энергоблоки?

- ИИ считает, что нашлепки на стенах – установки для выработки энергии. Температура отличается от той, что внутри этой штуки, на три десятых градуса. И куб – не нравится он мне. Если так легко дроида заглотил, то и вас может.

- Уже подумал об этом, - согласился я. - Но идти придется. Ним, можешь возвращаться на корабль.

- Нет уж, - Арраш решительно двинулся вперед. – Я, может, сейчас увижу, как тебя кто-то сожрет. Пропустить такое? Никогда!

Глава 7

- Спрашивай, - мы стояли почти у входа. Ну может метров на десять отошли, не имело значения, по какой из четырех стен передвигаться – гравитация в полторы земных распространялась на три метра от каждой плоскости. Арраш ковырял мыском ноги пол – дурацкое занятие, тут даже шанцевым инструментом ничего не сделать. Вокруг ничего не происходило, куб висел на своем месте, предполагаемые реакторы – на своих, никто не ломился в зал, чтобы нас уничтожить. Вообще никакой активности не предвиделось, самое время языком почесать.

- Что?

- Ну ты же не просто так меня с собой взял. Удиви меня, Марк, задай вопрос, который я не жду.

- Хорошо, - пожал я плечами, отводя ладонь чуть в сторону.

Меч, презирая реальности, расстояния и вообще все внешние факторы, материализовался в моей руке.

- У тебя получилось, - Арраш внимательно рассматривал меч. – Подними его на уровень глаз, горизонтально. Ага, вот так. Видишь тут три синие искорки, прямо на лезвии? Ты, я так понимаю, у пропавшего двести лет назад Уриша эту штуку отобрал?

- У него, - не стал скрывать.

- Каждый такой предмет носит отпечатки бывших владельцев. Когда-нибудь и твой – тоже. Сейчас у вас с мечом, можно сказать, первая любовь. Судя по тому, как он возникает, сопряжение практически полное. Но вот эти искры – это твой долг. Прежнему хозяину. Были какие-то дела несделанные, или неубитые враги, или еще что-то. Сейчас искры горят ярко, а где-то через год-полтора начнут тускнеть. Не сделаешь то, что в наследство получил, погаснут все три, меч пропадет и больше не вернется.

- А что за долги-то?

Арраш рассмеялся.

- Это тебе надо было старика Уриша спрашивать, прежде чем ты его казнил.

- С чего ты взял? – попытался соскочить я.

- Вот, - Ним показал на едва заметный черный ободок прямо возле рукоятки. – Значит, новый хозяин убил старого хозяина. Если бы Уриш сам тебе его отдал, добровольно, тут бы синий ободок был.

Какой ободок у самого Нима, я спрашивать не стал, поделикатничал. Спросил все-таки другое, ожидаемое.

- Зачем я это сделал? – переспросил Арраш. Ненадолго задумался. – Знаешь, мог бы и соврать сейчас, сказать, что вдруг решил спасти молодого, перспективного псиона из другой реальности, который в общем-то неплохой парень и даже раздражения не вызывает своими дурацкими и совершенно не по ситуации вопросами. Но – нет. Сам бы я в это дело не влез, меня попросили.

- Спрашивать – кто, бесполезно?

- Угадал. Меч убери, этой штукой лучше не сверкать где попало, узнают, что у тебя такой есть, долго не проживешь, в любом мире отыщут, рано или поздно. Пока ты с мечом полностью не связан, отобрать нетрудно. И не думай, что это решение всех проблем, защиту любого псиона ты пробьешь с легкостью, а вот технологичные вещи лучше разрушать такими же технологичными предметами.

И продемонстрировал свой черный клинок.

- Разговор по душам закончен? – уточнил он. - А то у нас тут кругом непонятные вещи творятся, а мы словно на прогулку вышли.

- Да, - я кивнул, озираясь по сторонам.

Наросты на стенах, похожие на комки грязи и по цвету, и по форме, размерами с ведро, редкими шлепками смотрелись так, словно кто-то тут что-то готовил, и не убрал. Я подошел к одному, попинал ногой – материал по строению как резина. При температуре, близкой к абсолютному нулю достаточно мягкий, чтобы при ударе нога пружинила.

- Интересно, как они тут энергию вырабатывали?

Вместо ответа на риторический по сути вопрос, Арраш достал из кармана батончик – прямо через материал скафа, надорвал обертку, делая ее сьедобной, и бросил на пол рядом с непонятным образованием. Нашлепка зашевелилась, тихо загудела, наползла на батончик и затихла.

- Это не энергоблоки, - догадался я.

- Точно. Эти твари живые. Смотри, - Арраш провел одной ладонью по другой, высвобождая кисть из скафа. То, что вокруг атомы мерзли, его не волновало. Комок грязи зашевелился, словно напрягся, и прыгнул прямо на сержанта-разведчика.

Мелькнул меч, и кусок распался на два поменьше. Ни внутренних органов, ни каких-то манипуляторов у твари не было, на разрезе совершенно однородная субстанция точно такого же грязного цвета. Две половинки полежали на полу, недолго, пару секунд, потом задрожали синхронно и так же синхронно снова прыгнули на Арраша.

Снова сверкнул меч, еще раз, и еще – через полминуты вокруг разведчика копошились с сотню маленьких комочков грязи. Они уже не пытались прыгать. Ним отошел на пару шагов назад, наблюдая, что же произойдет дальше.

Комочки сливались. Буквально за минуту тварь восстановилась, но не успокоилась. Хуже того, остальные нашлепки тоже пришли в движение. Каких-то повреждений скафу сержанта они не нанесли, не считая мелких царапин, тут же зарощенных самим костюмом.

- Мы так можем еще долго их расчленять, - Ним чуть отвел меч в сторону, наблюдая за местными жителями.

- Значит, нужно понять, что их уничтожит, - согласился я.

И запустил плазменным шаром прямо в ближайший комок.

Тот взорвался, стоило плазме коснуться поверхности, разлетелся во все стороны. Часть мелких кусочков улетела в пространство зала, какая-то часть попала на нас и шевелилась на скафах, словно червячки. Были и куски побольше. Один, почти в треть изначального, шлепнулся на практически восстановившийся первый кусок. И слился с ним.

Червячки зашевелились интенсивнее, казалось, мы их больше не интересовали. Гроздьями они отпадали со скафов и ползли к увеличивающемуся комку. Тот, прибавив в весе раза в полтора, выглядел куда бодрее – и передвигался быстрее, и движения стали более резкими. Внезапно, задрожав, он прыгнул, но только не на нас, а на такой же кусок местного дерьма. Шлепнулся прямо сверху.

- Они что, и друг друга едят?

- Нет, - Арраш покачал головой, внимательно следя за обитателями октаэдра. – Он растет. И кажется, это ему только на пользу.

Я прикинул – в зале было минимум полсотни таких комков, каждый литров на пятнадцать обьемом, тут почти кубометр получится, когда они все объединятся. Плотность у этой гадости повыше, чем у воды, значит, через некоторое время у нас будет противник с массой в тонну.

- Очень быстрый и прожорливый, - подтвердил мою догадку Ним. – Идеальный хищник, никаких уязвимых мест, высокая температура на него не действует, лед тут бесполезен, и так холодно. Электричество?

Он выпустил разряд в подбирающийся к нам комок. Тот словно и не заметил, что в него чем-то запульнули.

- Не работает. Остается одно. Ты как, Марк, относишься к схемам отрицания сущности?

- Что? – я даже вопроса не понял.

- Вижу, с ан Трагом вы этого не проходили. Видел когда-нибудь такое?

И у ладони Арраша стала формироваться черная клякса.

- Угу, - я попытался изобразить такую же, из арсенала Тятьева, но ожидаемо почти ничего не вышло, только маленькая черная искорка возникла в воздухе и сразу пропала.

- Вижу, что нахватался в других реальностях. Ничего, научишься, ты у нас парень способный, - клякса уже достигла десяти сантиметров в диаметре, Ним сделал легкое движение кистью, и черная слизь оказалась на поверхности такого же черного комка. Первую секунду так и оставалась кусочком грязи, налепленным на большой кусок. А потом растеклась по нему маслянистой пленкой, и начала сжиматься.

Комок отчаянно сопротивлялся. Кое где он словно щупальцами прорывал пленку, пытаясь высвободиться, но заклинание было сильнее, оно заращивало прорехи, отсекая вылезшие части твари, сжимаясь и сжимая содержимое. Через полтора десятка секунд от куска размером с большое ведро остался маленький черный мячик для пинг-понга. Клякса, словно удовлетворенная своей работой, снова собралась из пленки в прежнее состояние, и повисла в воздухе.

Черный мячик не пытался сдвинуться с места. А когда я, в свою очередь, долбанул по нему электрическим разрядом, разлетелся в крошево.

- Предельная плотность, - подтвердил мою догадку Арраш. – Если что-то сильно сжать, часто меняются физические свойства. В вашей реальности как с физикой?

- Сложно, - я растер подошвой остатки агрессивного монстра. Поглядел на остальных потенциальных врагов. – Ну что, зачистим помещение?

И мы зачистили. Ним сотворил еще три такие же сжималки, которые принялись за работу, я, сколько не старался, не смог воспроизвести эту схему – вот чувствовал, что могу, если поднакоплю энергии раз в двадцать больше, чем у меня есть, но как это практически осуществить, не представлял. Поэтому взял на себя роль палача – расправлялся с образующейся мелочью. Комки не пытались убежать, разум в них не чувствовался, только желание жрать – брошенный на пробу еще один батончик между тремя тварями привел к драке, результатом которой стал утроенный монстр. Сжатый потом в маленький комок.

- Вроде все, - Арраш огляделся. Помещение стало чище, только черный куб невозмутимо висел в центре. – Если их тут целый носитель, провозимся долго. А я привык к четкому режиму питания и сна.

- Та же фигня, - согласился я. – И куб еще этот – нервирует.

- Тут дело не только в нем, - Арраш вглядывался куда-то за куб. – Посмотри, если увидишь. Точнее говоря, что увидишь – скажи.

Я тоже пригляделся. От куба к поверхности, отделяющей нас от остального пространства этого космического пришельца, шла тонкая красная ниточка. Настолько тонкая, что заметить ее просто так было практически невозможно, не ткни кое-кто меня в нее прямо носом. И заходила эта нить прямо в стену. Именно так я все озвучил.

- И почему я не удивлен, - Ним оттолкнулся ногами от пола, вылетел за пределы гравитационного поля. И осторожно, не дотрагиваясь до нити, пролетел вдоль, в конце мягко приземлившись на ноги – под углом ко мне. – Что интересно, каждый псион вроде как должен видеть энергию по-своему, а все равно, цвета мы различаем одинаковые.

- Что из того? – я проделал тот же путь вдоль нити.

- Так, странности, на которые я ищу ответы. Где там твоя карта? На куб не смотри, поднеси ее к нити.

Я достал карту уникального двухполосочного аборигена, и аккуратно приблизил к красному лучику.

От нити отделилась петелька, обхватила центральный камушек, подержала его так и исчезла. Исчезла и стена между нашим залом и следующим.

Мы оказались внутри октаэдра – целиком внутри. С исчезновением переборки осталось только общее пространство, внутренние стены были щедро усыпаны такими же наростами, а в центре колыхалась огромная черная масса, окруженная красной сеткой. Монстр с километровыми параметрами. Нить шла прямо к нему. Или к ней?

Пока Арраш что-то там анализировал – судя по задумчивому виду, идеи так и кишели у него в голове, я подошел к ближайшему комку, оторвал от пола-стены и запустил в центр. Комок беспрепятственно прошел через сеть, ударился о поверхность огромного собрата, оскочил обратно к сетке, спружинил, снова шлепнулся на поверхность гигантского монстра. И растворился в общей массе.

- Говорят, что дурацкие идеи – самые правильные, - Ним поднял еще один кусок, повторил мои действия. – И что дуракам везет.

- Спасибо, - искренне поблагодарил я.

- Обращайся, если что. Ну чего встал? Помогай.

Комков слизи было много. Очень много. Думаю, несколько десятков тысяч, так что час мы вкалывали как негры на плантациях – с песнями, плясками и маханием рук. Понятно, что за каждым комком не нагнешься, и не бросишь его, силовые захваты хватали их пачками, отправляя центральному монстру. Мне показалось, или тот даже урчал от удовольствия. Через час стены сияли чистотой. Стоило последнему куску оказаться за сетью, она заколебалась, становясь гуще, и резко начала расширяться, выдавливая нас наружу. Вместе с кубом. Мы вылетели из октаэдра словно две пробки из одной бутылки. Три – куб вылетел вместе с нами. Полыхнул – и исчез, вместе с беднягой-дроном.

- Что там творится? – Кир снова был на связи.

Я поглядел на Арраша, тот едва заметно покачал головой. Ладно, над общими показаниями потом поработаем.

- Не знаю, - пришлось отвечать, я же за старшего. – Внутри ничего нет, нас просто выкинуло наружу. И больше я туда не пойду.

- И не надо, срочно возвращайтесь, - Кир был явно возбужден. – Ворота активировались. Судя по интенсивности, они уже сейчас в половину от того, что мы раньше видели, и яркость растет. Дрон где? Там остался? Ладно, высылаю еще одного, постарайтесь хотя бы его не просрать.

Мы с Аррашем позволили дрону подтолкнуть нас силовыми захватами к эсминцу. Сам он остался в зоне октаэдра – собирать оставшиеся зонды. Скорость нам придали приличную, километров пятьсот в час, так что через десять минут мы вышли из зоны, а там уже на работоспособном боте вернулись на эсминец. Слабый псион и бездарный разведчик именно так должны были поступить.

Судя по настроению экипажа, за нас особо не волновались – куда больше эмоций вызвала потеря дрона с новой батареей. Фиксирующий модуль на скафе Арраша ожидаемо прекратил запись, как только тот перешел через барьер, так что команде осталась только отредактированная запись с нейро-импа сержанта, я с удовольствием полюбовался на себя, глядящего в абсолютную пустоту, на прилепленные к стенам конструкции, которые поглощали все и не выдавали ничего, на куб, который исчез в яркой вспышке прямо в центре октаэдра, режиссер из Арраша был так себе, но на большее просто времени не хватило.

- И что это было? – подытожил общее впечатление от просмотра Кир.

- Им просто повезло, - рыжая капральша зевнула, - там бы и один Марк справился, нечего Нима было посылать. Не пойму только, почему эти ворота, как вы говорите, зажглись.

- Чужая логика – потемки, - ответил за нас Пашка. – Может, надо было просто этот куб потрогать. Хотя нет, они даже не дотрагивались. В центр поместить, вот! Восстановилось равновесие.

Элика с сомнением поглядела на младшего Громеша. В глазах ее читалась догадка – есть среди всех реальностей такая, где одни дебилы живут.

- Дуракам – везет, - повторила она слова Арраша. – И вообще, мне кажется, там наверняка было что-то интересное. В следующий раз мы с Эирин пойдем, а то мужская часть нашей команды, не вся конечно, но большая – не слишком блещет.

- Про следующий раз, - Кир кивнул на пластину, - куда отправимся?

На мой взгляд все кристаллы были одинаковые. Как там Пашка говорил – квест? Надо начинать сначала? Я потер пальцем второй камень, вызвал список систем. Названия мне ничего не говорили, изображения – тоже, но вот вторая. Что-то она мне напоминала. Может, и вправду надо все по порядку делать? А не как тогда с тумбочкой – сначала завернуть длинные шурупы, а потом думать, как короткие ввернуть в отверстия, которые оказались закрыты привернутой деталью?

- Стартуем через три часа, - решил старший Громеш. – Марк, Арраш, отдыхайте.

- А то они очень устали от безделья, - вставила свои пять копеек Элика.

- Да. Начинаем с нырка, потом сближаемся на обычных скоростях, как раз как отдохнут – подойдем к порталу. Какое расстояние нужно, чтобы он сработал?

- У торговца на трехстах тысячах. Но так вроде до миллиона.

- Значит, за десять минут до контакта надо будет выбрать систему. Не расслабляйтесь.

Интересно, а чем еще можно было заняться в течение трех часов? Я слонялся по кораблю – благо помещений у эсминца было множество, внутренние конструкции словно были созданы для вот такого времяпрепровождения. Кроме кают-компании, где собирались все члены экипажа, отдельно имелась столовая – большая, рассчитанная на сотню человек, сейчас совершенно пустая, оранжерея с какими-то растениями, видимо, чтобы десантники сидели на скамеечках и релаксировали, и зал для релакса – с настоящим бассейном длиной в пятнадцать метров, который оказался занят.

Фигура в бассейне, казалось, зависла на месте – а на самом деле боролась с встречным потоком воды, подстраивающимся под пловца. Пловчиху. Светлые волосы, затянутые в узел, заставили меня облегченно вздохнуть. Только рыжей мне тут не хватало.

- Ну чего завис, - Элика помахала мне рукой, поток воды тут же стих. – Или плавать не умеешь?

Это я? Если даже не умел, то сразу бы научился.

Глава 8

Не знаю, чем руководствовались неведомые составители квеста «Дойди до центральных миров», но фантазия у них была чуть более чем нулевая. К тому же оказалось, что первый кристалл не ведет в мир моего торгового партнера – при пересечении портального круга он сам сработал, без моего вмешательства. Видимо, незримое око, следящее за мной, решило, что свобода действий – не для такого, как я, и прямо-таки принуждало делать все по порядку.

Первая по расположению кристалликов система не представляла собой ничего особенного, кроме того, что находилась на другом краю галактики, и связь с центром – читай, с дядей Толей, через зонд-маяк была невозможна. Пакеты уходили в никуда, обратных ответов не было, и это всего через каких-то пятьдесят тысяч световых. Технология в шумерском мире по сути так себе была, местные, хоть и летали на корытах, а через свои бублики в любое место сообщения доставляли. Чем я и воспользовался – теперь общение с оставшимися в системе оранжевой звезды шло через торговца, точнее говоря, через его карту, а оттуда к ретранслятору на его складе-астероиде. На русском языке, пусть попробуют прочитать, если смогут.

Камешек номер один привел нас в безлюдную систему с желтым карликом и нормально работающим порталом – только карта стала неактивной. Мы полюбовались планетой-океаном – одной из трех, вращающихся вокруг звезды, с соленой водой, температурой на поверхности в двадцать цельсия и насыщенной водяными парами кислородной атмосферой, даже нырнули вглубь на одном из штурмовиков – вдруг подводные города там построены, и какие-нибудь лопоухие фанаты хип-хопа живут?

Нет, океан был практически пуст – ни рыб, ни морских животных, только водоросли и жрущие их и друг друга беспозвоночные, хотя возраст звезды был сопоставим с солнечным, и как бы намекал, что пора уже и эволюции как-то себя проявить. Когда-то на планете было несколько материков, но все они оказались под толщей воды, и уже давно – если и было на них что-то, представляющее интерес, время и вода ничего от этого не оставили.

В морские глубины мы спускались зря, разгадка кольца была в самом кольце.

Дымчатый бублик красно-синего цвета был с виду вполне исправен. Возможно, чуть тусклее, чем те, что мы раньше видели, но ни разрывов, ни каких-то видимых изьянов у него не было.

- А это что? – Тодин отложивший ради осмотра кусок чего-то ярко-красного с пронзительно-зеленым, ткнул пальцем в экран. - Смотрите, вон там, посередке?

- Кубик какой-то, - Пашка даже прищурился, привычка, оставшаяся с до-псионных времен. – Черный.

Не какой-то. Куб был точно таким же, как в огромном октаэдре шестой системы – черным, поглощающим лучи, и размеры примерно совпадали.

- Такой же, как та падла, которая нашего дрона сожрала, - Тодин все сводил к еде. – Может, тот же самый гаденыш? Элика, ты сможешь эсминец через портал провести?

Ком-лейтенант не ответила, только хмыкнула презрительно.

- Нет, - решил я. – Сначала запустим беспилотник, пусть он пролетит через портал. Если кольцо его не захватит, попробуем с живым грузом, возможно, перенос без человеческого присутствия не предусмотрен, поэтому торговец сам мотается по системам, а не автомат посылает. Эсминец – отличная идея, куда бы нас не забросило, все будет лучше, чем неопределенность. Только мне кажется, что все это без толку. В кубе проблема.

С кубом и правда была проблема. Если мы смотрели на него через кольцо, казалось, он находится где-то позади. Сбоку от кольца он прятался за толстым жгутом-окружностью. Семьдесят зондов визуально фиксировали его местоположение, и у каждого получались свои данные. А вот как материальное тело его определить не смогли, словно и нет ничего.

Установили, что куб двигается в десятикилометровом промежутке – словно не выходя за пределы сферы, очерчиваемой дымчатой окружностью, и только если в этой условной сфере никаких обьектов нет. Появляющийся там зонд, хотя бы один, заставлял куб исчезнуть. Беспилотник беспрепятственно пролетел через портал, развернулся, пролетел еще раз, стараясь попасть в то место, где, предположительно, находился куб, но этот, в отличие от предшественника, на железяки не кидался и всякую гадость не поглощал.

Эсминец тоже особых успехов не добился. Элика провела его перпендикулярно окружности, прямо по центру. Потом под углом, потом еще в нескольких местах, то ближе, то дальше от дымчатого сине-красного жгута. Результат был одинаков – стоило нам попасть в условную сферу, куб исчезал, а корабль спокойно пролетал через бездействующий портал.

- Чертовщина какая-то, - Пашка почесал затылок, - а что с предыдущим переходом, если наложить?

- То же самое, - Кир покивал головой, - на куб мы внимания не обратили, а системы его зафиксировали. Слизнуло нас тогда с расстояния в двести тысяч, промежуток этот словно исчез. Наверное, он как-то различает пилотируемые и беспилотные объекты. Не удивлюсь, если он уже все про нас знает. Например, в кого Эирин втюрилась, а то последнее время ходит как потерянная.

Под хохот мужской части экипажа капральша покраснела и пообещала открутить Громешу яйца. Обоим Громешам. А точнее, всем, у кого они были. И добавила еще, что я-то как раз могу быть спокоен.

- Ну вот видишь, Марк, теперь ты уже не любовь всей ее жизни, - Тодин скептически поглядел на протеиновый цилиндрик, словно прикидывая, насколько его хватит, на один укус или два. – Появился конкурент, смотри, отобьет у тебя девушку, кто тебя будет на тренировках калечить.

- Это место занято Марком навсегда, - успокоила нас девушка. – Давайте лучше сделаем что-то, а то вы вон от безделья чем заняться – не знаете.


- Надо идти, - решил я. А то мы так действительно ничего не добьемся. – В прошлый раз дрон сработал, когда рядом был я. Точнее говоря, сожрали его. Поэтому снова иду. Раз в прошлый раз с карточкой сработало, и этот куб с нашим дроидом запустил кольцо, то почему бы в этот раз не проделать то же самое?

- За неимением других мыслей, проверим эту, - согласился Кир. Даже на меня не посмотрел, в роль командира ему вживаться не надо было. – Элика, ты что думаешь?

- Кольца срабатывают на большом расстоянии, но минимально, то, что мы видели, когда были в системе торговца – десять-пятнадцать тысяч. Не знаю только, должен ли корабль двигаться, зависнем на двадцати тысячах, и дадим тысячи две-три в час. Но тогда мы улетим без Марка.

- Нет, это не подойдет, - покачал Кир головой, - без Марка нам тут вообще делать нечего. Высаживаем его возле кольца, и отходим на максимум, сколько там – полмиллиона? И только потом, Марк, ты что-то делаешь.

- Попробую, - кивнул я. – Но я могу и сам добраться, подумаешь, полмиллиона кэмэ.

- Тогда тебе придется брать штурмовик, - резонно заметила Элика, - а сам видишь, как эта иномирная погань на технологичные аппараты реагирует. Еще попытается сожрать, и подавится насовсем.

Логика была так себе, но – ладно, на том и порешили.


Эсминец подошел почти вплотную к условной сфере – километров семьдесят оставалось, не больше, и выбросил нас в открытый космос.

Кир, настаивал, что пойдет, точнее говоря – полетит со мной, и почти убедил. Не знаю, может быть, мне хотелось выглядеть героем в глазах девушки, с которой у нас вроде как только начало все налаживаться, или дурацкая, еще с детства привычка делать важные дела в одиночестве, когда никто не мешает – решил все-таки один этой проблемой заняться.

- Ты уверен? – Кир и вправду за меня беспокоился.. – Кто-то тебя обязательно должен подстраховать. Кольцо это, да еще с кубом – штука непонятная, а все непонятные вещи потенциально опасны.

Ох, как Громеш прав, это он еще про Арраша не знает. Или знает? У меня аж мурашки по спине пробежали, сам, добровольно взял с собой этот ходячий ужас в прошлый раз.

- Нет, - подумав для приличия, ответил я. – Не уверен. Но и не уверен в обратном. Опять же, если у меня что-то не получится, или что-то случится, у вас есть все шансы рано или скорее поздно выбраться. И это лучше делать полным, ну или почти полным составом.

Пашку я встретил у шлюза – тот уже нацепил скаф и ни в какую не соглашался пускать меня одного, ему на приказы было, похоже, наплевать.

- С тобой пойду, и не спорь, - ага, спорить с двумя центнерами Усмиряющего – себе дороже. Так что просто приказал.

- Сержант Громеш, выполнять приказ – налево кругом, в кают-компанию марш.

- Щас, - Пашка даже дорогу мне загородил. – Тебе еще работать и работать над командным голосом.

- Хорошо, - решил я подавить на логику. – Мы полетим вместе. Чем ты мне поможешь? Один я буду беспокоиться только за себя, а с тобой – еще и за тебя. Паш, тут не знаю, на сколько задержимся. Если увидишь, что у меня проблемы, тогда вот даже не раздумывай, лети спасай. А до тех пор, ты же знаешь, не люблю я в компании сложности решать, мне свободное пространство нужно. Будешь маячить за спиной, ничего не получится. Или у тебя есть идеи, как этот куб заставить работать?

- Нет, - прогудел брательник. – А ты подумал, как я себя буду чувствовать, если с тобой что случится?

- Подумал, - кивнул я. – Плохо. Но если будешь мешать, обязательно что-нибудь случится.

- Не буду, - не отступал тот. – И даже не возражай. В прошлый раз с тобой не пошел, до сих пор жалею. Я и так тебя два раза хоронил, не хочу больше.

- Нашел, что вспомнить, - плюнул я.

И выругался. И еще раз.

Так что Пашка болтался рядом со мной в невесомости – в таком же скафе, только в два раза больше.

Ради семидесяти километров мы даже в бот не стали грузиться, десантные скафы развивали неплохую скорость, а если внутри псион – то даже и хорошую. Рядом с нами в пустоту из грузового отсека скользнул штурмовик, полмиллиона километров обратно добираться то еще удовольствие, а эсминец гонять туда-сюда никто без особой необходимости не собирался.

Штурмовик остался висеть на приличном расстоянии от кольца, а мы, два героя, отправились к кольцу. Прямо как эти хоббиты, как их там? Федор Сумкин и его дружбан Сеня?

Десятиметровый жгут, издали казавшийся каким-то туманным образованием, вблизи оказался сложнейшим плетением красных и голубых энергетических нитей. Не бору – на наши попытки определить их или воздействовать дымчатое образование никак не отзывалось, сами нити были отлично видны простому человеку, на физическое воздействие никак не реагировали, я даже рискнул плазменный шарик зажечь внутри жгута, плазмоид вспыхнул и тут же погас, а нити, как ни в чем не бывало, остались на своих местах. Цвет их не был стабильным, словно рождественская гирлянда, каждая нить менялась в этом цветовом диапазоне, точнее говоря, между этими двумя оттенками. Красиво и непонятно.

Пашка, вот не успел я его одернуть, попытался в этот жгут сам залезть, но тут уже иномирная конструкция проявила характер, словно завернувшись в упругую оболочку.

- Может, рвануть? – бывший травматолог не признавал полумер, если резать, так к чертовой матери.

- Ага, - я внимательно разглядывал красно-голубую мешанину. – Сапер ошибается только один раз, когда профессию выбирает. Нет, рвать мы не будем. Ты что сам думаешь?

- Красиво, - зачем-то сказал Пашка. – Завораживает.

Точно. Вот что цепляло меня – мешанина нитей и вправду затягивала сознание. Хотелось окунуться туда, не так чтобы очень влекло, но где-то в подсознании возникал вектор действий, интересно, до какой степени вовлеченности должно дойти, чтобы оболочка нас пропустила? И поглотила?

- Ты прав, - Пашка, когда я озвучил ему свои мысли, отодвинулся от жгута подальше, - ну его нафиг. И чего мы к нему вообще полетели, нам куб нужен, а не эта гирлянда новогодняя.

Куб оказался на месте – точнехонько в центре окружности, и как его зонды не замечали. Наощупь гладкий, ради такого я даже перчатку втянул в скаф, и температура явно не нулевая, может быть, минус сорок-пятьдесят. Нарастил перчатку обратно, восстановил кисть, от космоса слегка пришедшую в негодность. И облетел куб со всех сторон.

Пашка раздеваться на морозе не стал, ограничился постукиванием ногой.

- Открывай, сова, медведь пришел, - просипел он. – Слушай, Марк, а где у этой хрени вход?

- Там же, где и выход, - облет обьекта результатов никаких не дал.

Ни щелей, чтобы карточку засунуть, ни выпуклостей, ни отверстий. От куба к бублику шли тонюсенькие нити – от вершин красные, а от центра каждого квадрата голубые, они были абсолютно прямыми, словно натянутыми, и уходили точно под равными углами от вершин, и под прямым углом – от каждой грани. Бублик, словно подстраиваясь, превратился в сферу.

- Чудеса, - Пашка отлетел чуть дальше, - а здесь нитей нет, и снова бублик, а не сфера. Как такое возможно?

- Еще год назад то, что ты сейчас делаешь, тоже было не очень-то реально, - я проверил нити, поднес к каждой карточку, безрезультатно. – А теперь вон смотри, колдун в космосе.

- Ага, - он расхохотался. – Кому из наших рассказать – не поверят.

- Точно, - рассеяно подтвердил я. Потому что на модуле проступили символы моего третьего местного языка.

«Доступ проверяется. Жди.»

- Жду, - вслух сказал я.

- Чего? – Пашка внимательно посмотрел на черную поверхность, - ты чего-то увидел? Что ты там де…

Я хотел ему ответить, но не успел.

Резкий переход, и темнота вокруг. Я висел в центре куба, судя по размерам, какого-то другого, от стенки до стенки было не меньше двадцати-тридцати метров. По внутренним граням пробегали искры, позволяя хоть как-то ориентироваться. Пригляделся, искры бегали не просто так. Еле заметно они рисовали на квадратах стен символы языка эме-галь.

- Бойся, - прочитал я. И еще раз перечитал. Странное какое-то послание мне тут оставили. – Страшись. Ужасайся.

Эме-галь на синонимы был небогат. Но все оттенки страха, которые я должен был пережить, до меня постарались донести. Тот, кто пытался меня испугать, после третьего десятка уже притянутых за уши оттенков ужаса решил, что достаточно морально меня подавил. И перешел к визуальному ряду.

На расстоянии двух- трех метров от меня возникла звездная система – очень похожая на ту, в которой мы находились, кроме того, что на планете-океане проступали очертания материков. Над поверхностью воды. Детально ничего нельзя было рассмотреть, ну да, какие-то облака, невысокие горы и тому подобное, человеческой деятельности особо видно не было, а может там и людей-то не появилось еще. Мамонты какие-нибудь, динозавры, олени с птичками. Зеленый лесной покров точно присутствовал.

Благостную картинку прервало появление нового элемента системы.

Над светилом зажглось крохотное красное колечко. Первое время ничего не происходило, думаю, очень долго – для наглядности планеты закружились вокруг своего солнца, словно лопасти вентилятора, за секунду прошло не меньше тысячи лет. А может, и больше. Покрутившись так с полминуты, небесные тела замедлили движение, снова перешли к своему обычному, хоть и ускоренному в сотни раз темпу, а сквозь красное колечко протиснулся знакомый мне октаэдр.

Тут мне уже дали рассмотреть происходящее более подробно. Октаэдр вышел на орбиту условно обитаемой планеты, покрутился какое-то время – явно не несколько секунд, может дня три. А потом разошелся по шву, превратившись в две пирамиды, а из середины прямо на планету словно черная сопля выпала – маленькая по сравнению с целью, ну так, может километр в поперечнике.

Шлепнулась куда-то в лес, тут мне дали еще детальнее насладиться повествованием – сопля не лежала неподвижно, она ползла, оставляя за собой практически безжизненный след, и одновременно росла. Сначала она увеличилась раза в два, потом остановилась, задрожала. И распалась на четыре улитки поменьше. Те поползли в разные стороны, тоже особо с природой не церемонясь.

Изображение задрожало, видимо, неизвестный мне режиссер нагонял драматизма, потом снова стабилизировалось. Планета преобразилась – суша, на которую попали черные кусочки, была полностью уничтожена, точнее говоря, не сама суша, а растительность на ней, и вероятный животный мир. Кусочки слизи лежали на берегу, не в силах преодолеть водную преграду. По одиночке. Слизь помечтала так под морским ветерком, и начала обьединяться. Видно было, что срастание дается ей с трудом – до километра, изначального размера, все шло неплохо, а вот потом каждое присоединение требовало времени и усилий. Максимум – десятикилометровые горы получались, да и те были нестабильными, могли распасться.

Один из кусков слизи выпустил красное щупальце, доставшее до октаэдра – а это тридцать тысяч километров. И взмыл на корабль, а оттуда – на другой континент. Казалось, следующий материк разделит судьбу предыдущего, но не тут-то было.

Из красного кольца появились космические корабли – не меньше десятка. Октаэдр отреагировал оперативно, в сторону гостей полетели явно не цветы с подарками, какие-то красные кляксы пробивали защиту, прилипнув к корпусу кораблей. Но вторые по счету пришельцы сдаваться или отступать не собирались. Под действием какого-то устройства кляксы сьеживались, отлеплялись от внешней обшивки и улетали в открытый космос.

А потом пять кораблей выстроились в ряд, и вдарили по октаэдру, от того только куски полетели.

- Знай наших, - азартно выкрикнул я. – Щас вам устроят Хиросиму с Нагасакой.

Ну да, я хоть и не из зеленых, которые по убеждениям, но тех, кто природу портит, не люблю.

Октаэдр пытался огрызаться, но силы были явно неравны. Тогда он попытался улизнуть через красный бублик, раз, другой, пролетая в дырочку, но тот на пришельца не реагировал, от слова совсем. По простой причине – устроители шоу приблизили ко мне портал, и я увидел, что возле бублика подвесили черный куб, соединенный с порталом толстым голубым жгутом.

Когда неугомонный тригонометрический враг природы зашел на четвертый заход, его достали окончательно. Корабль исчез в вспышке, вроде и гореть в пустоте нечему, но тут прямо взрыв настоящий был.

Потом защитники природы долго и упорно зачищали испоганенный континент – слизь сжигали, разогревая до такой степени, что земля превратилась в гладкую блестящую поверхность. Я-то знал способ поэффективнее, но и эти ребята старались как могли.

До конца мне досмотреть не дали. Картинка с системой исчезла, а на поверхности появилась надпись.

«Мы смогли, и ты сможешь».

Эпично.

Меня явно на что-то настраивали. Ну да, октаэдры, слизь – враги. Ребята, которые смогли исправить портал, они вроде как союзники, раз меня тоже считают практически в своих окопах. Я потянулся, чтобы добраться до стенки.

И оказался снаружи.

- … лаешь?

- Лаешь? – переспросил я Пашку.

- Ага. Чего карточкой лезешь? Там же нет ничего, ни щелей никаких, ни датчиков.

Я с сомнением поглядел на двоюродного брата. По моим прикидкам, отсутствовал я минут тридцать, не меньше.

- Я тут все время был? – на всякий случай переспросил его.

- Ты с этим завязывай, с шуточками своими, - предупредил Пашка, и кулак показал. В перчатке скафа – еще внушительнее. – Замер около этого кубика на секунду, а теперь потерявшего память разыгрываешь? Что у тебя там? Покажи-ка карту.

Я показал. Заодно и сам посмотрел – второй камень на карте чуть мерцал.

- Тикаем отсюда, Пашка, - почему-то тихо приказал я. – А то сейчас нас в этот бублик засосет, а я на спейсшипах передвигаться привык.

Глава 9

- И снова – здравствуйте.

Системы со второй по четвертую мы пролетели почти без остановок. Путешествие больше походило на неспешный рассказ о вторжении – несколько небольших пирамид напали на нас во второй системе, для эсминца они были, что называется, на один зуб, но Элика, взявшая при первом сигнале тревоги управление в свои руки, расстреливать их не спешила. Мы потеряли семнадцать беспилотников, исследуя возможности врага.

А они были так себе – энергетический удар плазмой, силовой щит, изредка, если рядом попадался космический мусор, гравитационный бросок кинетическим снарядом. Создавалось впечатление, что корабли противника скорее хотят отпугнуть, чем действительно разрушить цели. Во всех системах были планеты с атмосферой, в четвёртой так даже обитаемая, не людьми, а животными всякими, и везде следы нападения – выжженные континенты или острова уже давно заросли растениями и заселились фауной, но все равно отличались от остальных.

Фильмов больше не было, кубики висели на своих местах, зачем нам все это показывали, непонятно. На вторую систему мы потратили несколько часов, беспрепятственно переместившись в третью. Там зависли почти на сутки, зонды обнаружили явно человеческий космический корабль, такой же почти, как мне показали в первой системе. В виде вытянутого ромба, с двигателями в противоположных вершинах, надстройками систем вооружения на поверхности.

- Кто так строит, - Кир разочарованно похлопал по консоли управления. – Зачем все эти сложности с разделением систем двигателей и атаки, посмотрите, как нерационально они размещены.

- Напоминает мне корабли, которые делались до Цифровой революции, - кивнула Элика, большой спец по всякого рода средствам космического передвижения. – Тогда тоже увлекались такими извращениями. Мне все-таки кажется, что они не приспособлены для перемещения по струне, а вот как в гипер входили, понять пока не могу.

От ромба осталось не так много – частично корпус, две грани были относительно целые, даже двигатель сохранился. Зонды за пятнадцать часов обследовали остатки корабля, записали все данные, никто из нас желания отправиться туда и помочь бездушным железякам не изъявил, ничего такого, ради чего стоило бы лезть в перекрученные остатки конструкций, не было. Ну да, пришельцы способны были и наподдать хозяевам галактики, если прижмет, это мы поняли.


Четвертая система встретила нас небольшой вражеской станцией-октаэдром, совершенно пустой, в отличие от шестой системы с затаившейся черной тушей здесь это была просто оболочка, без каких-то признаков жизни. Правда, ворота не хотели нас пропускать, пока мы эту оболочку не уничтожили, с пятого раза.

Первые четыре выстрела – энергетика, волновой, гравитационной волной и роем кинетики, потрепали октаэдр, но полностью не разрушили. Материал корабля пришельцев успешно сопротивлялся атакам, заращивая повреждения. Мы специально делали перерыв, и потом, когда октаэдр восстанавливался, атаковали снова.

Наконец, Киру это надоело, и он запустил кварковую торпеду. Стандартный заряд находился в гравитационной капсуле, так что, в отличие от зоны покоя шестой системы, тут кварки сработали как надо – стоило поменять вектор гравитации на противоположный, кварковый заряд рванул, на месте октаэдра появилось маленькое солнце, а самого корабля пришельцев не стало, только обломки разлетелись в разные стороны

- С батареями так не прокатит, - предупредил Ним Арраш. – Обычный источник питания существует в закапсулированном виде, там внешние воздействия не имеют значения, но и взрыва не произойдет. А при нестабильном колебании гравитонных полей, которые, как оказалось, на эту зону покоя действуют, батарея вот в такой снаряд превратится.

- Красота, - Линник показала на вспышку. – Надо было тебе в это путешествие девушку брать, а не наемников, похоже скорее на увлекательную поездку, чем на рейд, риска никакого. Зато романтики – хоть отбавляй. Вон, звезду зажгли, это так трогательно.

Элика рассмеялась. Подмигнула рыжей. И повела эсминец к порталу, ведущему в пятую систему.


Огромная, километров десять в поперечнике космическая станция, и не какой-нибудь там выдолбленный астероид, а самое что ни на есть искусственное сооружение, вращалась вокруг желтого карлика, аккурат между орбитами первой и второй планеты. Причем вторая планета была явно когда-то обитаема, на поверхности угадывались контуры каких-то сооружений. Никакой активности не обнаруживалось, сигналы отсутствовали, зонды спустились на высоту в несколько метров от земли, облетели на большой скорости четыре континента - людей не было.

Не было и необходимого, как оказалось, кубика в центре красно-голубой окружности.

- И что они от нас хотят? – Элика на людях меня упорно игнорировала, поэтому сейчас обращалась к Киру. – Странные какие-то головоломки.

- А по-моему, ничего странного, - Пашка, как всегда, был полон идей. – Смотрите. Первая система – Марк смотрит кино про вторжение пришельцев. Кстати, откуда они?

- Об этом создатели фильма умолчали, - резонно заметил Тодин. Запись эпического сражения мы пересмотрели несколько раз – зачем, непонятно, псиону достаточно одного раза увидеть, чтобы потом сколько угодно у себя в голове прокручивать, ну а у неодаренных соответствующие модули были в черепушках. Интересно, тут только девушки такие, или они тоже замаскированные Повелители?

- Будем считать, что из другой галактики, - Пашка махнул рукой, мол, не важно. – Ладно, кино – это как пролог. Тут пришельцы атакуют, уничтожают органику, а потом наши уничтожают этих тварей. И придумывают, как перехватить управление порталами на себя, так?

- Угу, - капральша восхищенно посмотрела на сержанта Громеша. – Павел, ты гений. Скажи честно, ИИ на нашем эсминце, это только для вида, а на самом деле ты за него?

- Ну вот пусть тебе ИИ дальше рассказывает, - надулся Пашка.

- Сержант, зато у тебя голос красивый, - Линник ласково похлопала его по ноге, благо в соседних креслах сидели. – Давай дальше. Растопи даме сердце.

- Ладно, - тот махнул рукой, здоровяк никогда долго ни на кого не обижался. – Первая система – знакомство. Нам показали, что пришлось сделать с планетами, на которые твари уже высадились. Вторая – учили бороться с этими пришельцами, в третьей – что пришельцы могут сделать с нашим кораблем, четвертая – тут мы научились уничтожать их корабль-матку, пока без экипажа.

- Дай продолжу, - рыжая усмехнулась, - пятая – тут мы должны научиться создавать эти кубики. Смешно.

- Ну в общем-то, - осторожно заметил Кир Громеш, - ИИ пришел к тому же выводу. Тут мы должны перехватить управление порталом. Чтобы в шестом освободить пульт управления, а потом уничтожить корабль с маткой.

- Уничтожить?

- Да, ИИ считает, что мы вернемся в шестую систему еще раз. Осталось только понять, где эти кубики производились, на станции или на планете. Лично нам с ИИ кажется, что на станции. На размеры внимание обратите, она как раз диаметром точь-в-точь как портал.

- С нее и начнем, - решил я. – Со мной пойдут Тодин и Линник, вы же заскучали, детки? Будет вам развлечение. Лейтенант Громеш – прикрытие, ком-лейтенант Эсте – общее руководство, сержант Арраш – отдых.

- А я? – возмутился Пашка.

- А ты – дежурный по кухне.


Маяки ожидаемо подавали только признаки связи, все пять систем находились дальше десяти тысяч световых от системы оранжевой звезды, и использовать зонды можно было только для теоретической наводки носителей на цель. Для передачи информационных пакетов расстояние было слишком большим. Сейчас между собой общались только зонды второй и пятой систем, расстояние между ними было около двухсот световых, пакеты шли кое-как, мы дублировали все, что нарыли в предыдущих системах, на всякий случай. Космос большой, кто знает, куда нас занесет в следующий раз, может, цепочка и выстроится какая-то.

Станция – плоский блин десяти километров в диаметре и толщиной в сто метров, не подавала признаков жизни. Зонды пустотной разведки беспрепятственно подлетели к ней, сканируя внутренности – от единственного шлюза на боковой грани к центру вел спиральный коридор – семь витков, архимедова спираль длиной в двести двадцать километров, шириной и высотой в двадцать метров. Центральная часть – шар диаметром в триста метров, выступала с обеих сторон блина. Второй шлюз находился на той ее части, которую мы по умолчанию решили считать верхней.

Никакого желания проделывать путь длиной в двести километров у нас не было – к шлюзу на боковой грани подлетел десантный бот, высадил защитную панель и зарастил пробоину силовым щитом. Команда дронов начала свой путь по спиральному коридору, бот следовал за ней.

Штурмовик приклеился к центральному шлюзу, проделывая проход через замкнутые створки, устройство причальных автоматов очень напоминало такие же у земных космических станций, болтающихся в пятистах километрах от моей Земли, какие-то разьемы, герм-камеры, прочие совершенно ненужные устройства – вытянувшийся силовой хобот смел все помехи, и мы прямо по нему выдвинулись вперед. Стоило нам перейти в переходную камеру, штурмовик отклеился, занял место над шаром, включил режим подавления случайных атак.

Шар, в отличие от остальной станции, был защищен от сканирования, зонды не смогли определить его внутреннюю структуру, и только попав вовнутрь, мы смогли это сделать.

Центральная часть была разделена на семь горизонтальных отсеков-уровней. В верхнем, где мы находились, располагался шлюз, в центральный заходил тот самый спиральный коридор, по которому сейчас двигались в нашу сторону абордажник с дронами, проход с уровня на уровень каждый раз был в новом месте. Сейчас мы должны были прямо в центре отсека спуститься на несколько метров вниз, чтобы оказаться в соседнем.

- Погоди, - Линник подняла руку, вызвала экран. – Элика, ты все видела?

- Да, - ком-лейтенант выглядела взволнованной. – Очень похоже на Звезду Наргала.

- На что? – переспросил я. И тут же получил пакет с информацией.

«Звезда Наргала», первый носитель с подпространственным ядром, был сделан более трех с половиной тысяч лет назад. Именно с него началось Переселение, покоренные шумерами народы рванули с Земли в космос, заселяя галактику. Первые двигатели были вихревого типа, они не утягивали обьект в никуда вместе со специальной оболочкой, а словно ввинчивали, для их работы требовалась уйма энергии, разгон до высокой скорости и определенное местоположение над центром масс системы. Дальность прыжка была не больше десяти световых лет, а их количество до выработки ресурса – три-четыре. Ядра этого типа были нестабильны, почти треть кораблей того времени пропала в подпространстве. Носитель прыгал без маяка, ориентируясь исключительно на гравитационные возмущения. В общем, так себе корабль, я бы на таком не полетел никуда.

- Думаешь, это он?

- Нет, конечно, - Элика покачала головой. – Но очень похож. И поэтому вам обязательно нужен пилот.

- Не беспокойся, - я похлопал себя по груди, - перед тобой сертифицированный пилот корпорации «Иштар». Разберусь. Ком-лейтенант, приказываю оставаться на месте. Покидать корабль запрещаю.

Элика пообещала, что припомнит мне это, и отключилась.

- Странно, - Тодин опять что-то жевал, - откуда здесь наш носитель. Или похожий. И вообще этот мир странный, так и хочется пройтись огнем и мечом.

- Тебе еще представится такая возможность, - Линник получала данные с зондов. – Авангард обстреляли, сейчас противник подавлен, бот продвинулся на пятьдесят километров. Внизу тоже какое-то шевеление наблюдается.

Я на всякий случай проверил активированные динамические щиты, добавил еще пару схем, мало ли что, скаф – дело хорошее, но и пси-защита не помешает. Тодин проделал то же самое.

- Капрал Линник, держишься за нами, - скомандовал я. – Тодин, ты впереди. Выдвигаемся к проходу.

Наемники не возражали. При реальной угрозе шуточки куда-то исчезли, пришла собранность и четкость движений. Рыжая коротко кивнула, отслеживая возможное нападение с тыла и сверху, Тодин послал в сторону прохода следящую схему, от нее тянулась к сержанту-псиону тоненькая оранжевая ниточка.

- Проход чист, - доложил он. – Перехожу на нижний уровень.

И исчез в отверстии в полу.

Я спрыгнул за ним – гравитационные захваты подхватили меня и бережно опустили на пол следующего этажа, а это не много ни мало почти сорок метров.

Сравнительно небольшое помещение было разделено на пять частей – центральную, где мы сейчас стояли, и еще четыре сектора. Спуск на следующий уровень находился справа от нас, но вот прямого прохода туда не было, зато проем в соседний сектор был открыт. То, что он находился на высоте пятнадцати метров, трудностей не представляло – силовые захваты скафа подтянули меня, я перевалился через небольшой выступ и оказался на площадке пять на пять, где уже стоял Тодин. Движение сзади, и к нам присоединилась капральша.

Внизу, под нами, в хаотичном порядке стояли боевые роботы, штук пятьдесят. Все антропоморфные, на двух ногах, с оружием в руках, высотой в несколько метров, они словно сошли сюда из низкосортных фантастических фильмов. Ни один нормальный производитель оружия не будет выпускать такие конструкции, человек – одно из самых уязвимых созданий, стоит лишить конечности, или даже лучше – оторвать голову, и он уже небоеспособен. По крайней мере, на время, пока в медкапсуле не отрастят. К тому же, боевые группы не берут с собой ручное стрелковое оружие, для этого есть турели на плечах и предплечьях, в руках удобнее держать что-то типа хапу.

Вот как мы сейчас.

- Что за цирк, - Тодин недовольно поморщился. – Никто в здравом уме не будет так нерационально использовать внутренние помещения носителя. Да еще эти железные человечки. Нам что, предлагают их перебить?

- Есть возражения? – Линник была явно не против размяться.

- Никаких.

- Так чего мы ждем?

Я был с ней полностью согласен. И запулил плазменным шаром в ближайшего железного дровосе.. солдата.

Башка робота взорвалась, из нее вывалилось что-то черное, упало на пол. Похоже, взрыв не нанес мозгу никакого вреда, и мозг этот мне не понравился. Видел я уже такие черные комочки, не так давно.

Остальные бездушные бойцы пришли в движение, словно мы нажали на выключатель, и механический кукольный театр начал отыгрывать свою пьесу. Один за другим они поворачивали головы в нашу сторону, глаза загорались красным, и вот уже первый, самый сообразительный, взял нас на мушку.

- Йо! – выкрикнула Линник, прыгая вниз. При своих полутора с кепкой метрах она смотрелась среди этих великанов смешно, но только сверху. Если бы эти механические андроиды могли смеяться, то им бы все равно было не до веселья.

Капральша лихо взмахнула атомарным кнутом, отсекая у ближайших к ней робокопов ноги, лишенные конечностей, солдаты падали, успевая выстрелить. Только не в нас, а большей частью в своих товарищей, ну еще в стены и в потолок. Несколько самых резвых и стоящих вдали от Линник, подпрыгнув метров на двадцать, попытались приземлиться на нашу площадку, но Тодин небрежным жестом откинул их обратно, в кишащую внизу массу. Линник расправилась с большей частью ног и принялась за головы, отрубая их теперь уже клинком. На взгляд, повреждений на ней не было никаких, только скаф подпален в двух местах, и то из-за того, что силовая броня стояла сначала на минимуме.

- Поможем? – я показал сержанту-псиону на бойню внизу.

- Дай девочке размяться, - Тодин уже убрал шлем, создав вокруг себя воздушную оболочку, развернул какой-то сверток и счищал с блестящей красной поверхности налипшие листочки, одновременно отмахиваясь от самых активных противников. – Засиделась в вашем корабле, вон какую задницу отъела.

Линник погрозила Тодину кулаком, расправляясь с последними противниками. Черные кусочки чужеродной плоти поспешно выползали из недееспособных механизмов, собираясь возле прохода в смежное помещение.

- Как я их, - задорно крикнула рыжий капрал, размахивая хапу, - одной левой.

Тодин одобрительно хмыкнул, а я пожал плечами. На мой взгляд, все только начиналось.

Глава 10

Со стороны казалось, что куски черной резины что-то не поделили. То один, то другой набрасывался на соседа, после короткой борьбы поглощая его. Пока не осталось два больших комка – некоторое время они валялись друг напротив друга, мелко дрожа, а потом слились чуть ли не в экстазе.

- Чем это они занимаются? – Линник не была свидетелем наших с Аррашем приключений в октаэдре, и также, как и другие члены экипажа, знала о произошедшем только с наших слов.

- Мне кажется, у них должна родиться маленькая черная сопля, - поделился своими мыслями Тодин. – Марк, а ты как думаешь?

- Думаю, сейчас нас ждет второй раунд, - я активировал силовую броню, зарастил шлем, выпустил атомарный клинок.

Глядя на меня, наемники резко раздумали веселиться и тоже приготовились к сражению. Вовремя. Слившийся комок грязи начал меняться. Проступили конечности, человеческие – с пальцами, кистями рук, ступнями, коленями и локтями, обозначился торс, из него вылезла голова, жалкая пародия на настоящую, с впадинами на месте глаз, толстым носом, верхней губой. Появилось одно ухо, второе. Даже вроде как волосы вылезли, но потом убрались обратно.

- Вы с этим сталкивались в шестой системе? – Тодин перекинул из одной руки в другую плазменный шарик.

- В общих чертах. Только плазма тут бесполезна. Их надо уплотнять.

- Как?

- Ну план такой, - грязевой монстр тем временем отрастил вместо кистей мечи, и двинулся к нам. Медленно, словно раздумывая. – Эирин, ты рубишь это чучело на кусочки. Тодин, какого размера они должны быть, чтобы ты смог их заключить в силовую сферу и сжать раз в десять-пятнадцать, а лучше в сто?

- Вот такие, - Тодин развел ладони, показывая, что чуть меньше головы. – А поможет?

- Отлично. Эирин, сможешь?

- Ага.

- А я возьму на себя кусочки поменьше. Рубим, создаем сферы, сжимаем, то, что спрессовалось, выжигаем плазмой. Если остается черная пыль, значит, получилось. Готовы?

Монстр ответил за нас. Резким прыжком он сократил дистанцию, а потом, словно огромная обезьяна, прыгнул вверх. При гравитации на станции чуть выше земной это смотрелось впечатляюще, противник даже не напрягся, казалось, что он только слегка оттолкнулся от пола. Черный меч, еще недавно бывший аморфным чуть ли не жидким кусочком, легко отрезал от нашего балкона кусок вместе со стоящей на нем Линник. Капральша рухнула вниз, впрочем, сразу собравшись, она еще в полете отсекла атомарным клинком несколько кусочков, а упав, рубанула по ноге.

Куда там, меч прошел сквозь черную плоть, словно через туман, не причинив видимого вреда. А отрезанные кусочки зашевелились и поползли обратно к монстру.

- Не давай им слиться, - приказал я Тодину. Впрочем, тот и сам прекрасно знал, что делать. Накинутые захваты подтянули куски к нам, одновременно сортируя по размеру. Мне достались два, чуть больше чем кулак, а три куска побольше сержант забрал себе.

Сферы, подсмотренные у Арраша, обволокли черную слизь, сжали, превращая теннисные мячики в шарики для пинг-понга, а потом в крупную дробь. Схема Тодина была погрубее, разглядев мою, он одобрительно и одновременно удивленно ухнул, но концентрацию не терял.

Я зажег плазменный шарик сначала в одном кусочке, потом во втором, убрал сферы, на месте слизи остался только черный порошок, не подававший признаков жизни.

- Сзади, - заорала Линник, отбиваясь от монстра. Поняв, что рыжая пытается его уменьшить, каждый ее наскок противник встречал ударом, отбрасывая капральшу к стене. Сила была настолько велика, что переборки кое-где чуть погнулись, а скаф Эирин показывал, что на подпитку брони ушло уже несколько десятых процента заряда батареи.

Монстр оторвал от себя кусок и бросил в нашу сторону. Приземлившись на балкон, комок размером с комод превратился в змею и напал на Тодина. Черные челюсти легко проминали и пси-броню, и обычную силовую, корежа скаф.

- Что же это такое, - Тодин отбросил от себя змею, засадил ей льдышкой в то место, где был обозначен глаз. Ледышка легко пробила оболочку противника и растворилась внутри. – У них уязвимое место есть?

- Нет, - я рубанул атомарным клинком хвост, отсекая кусок, сжал его в сфере, отрубил еще один. – Только расчленять и сжимать. Других способов не знаю.

Вдвоем мы справились со змеем меньше чем за минуту. Потеряв две трети туловища, он попытался сбежать, зацепившись за черные мечи, крушащие все вокруг, но я успел перехватить беглеца, швырнуть в соседнее помещение, то, откуда мы пришли.

- Добивай, а я Эирин подстрахую, - крикнул Тодин, пытаясь охватить сферой голову монстра.

Я выпрыгнул в проход, на лету сбивая на пол пытающегося вернуться противника. С потерей массы тот стал вялым, особо не сопротивлялся, так что хватило десятка секунд, чтобы разрубить его на кусочки, сжать и сжечь. А потом вернуться обратно.

Монстр обкорнал балкон почти под корень – оставалась неровная полоска метра в полтора, так что я даже задерживаться там не стал, прыгнул вперед. Эирин явно переоценила свои возможности, она не нападала, а только пыталась увернуться от грязевого эменталя, а тот топтал ее ногами, пытался зарубить и, видя, что не удается это сделать, пулял в нее маленькими грязными комочками, легко пробивавшими защиту. Те пытались залезть к капральше под скаф, так что и от них она должна была отбиваться.

Без поддержки скафа Линник пришлось бы нелегко, а так вроде отбивалась. Метатели против монстра были бесполезны, а вот хапу кое-как работал, куски разного размера валялись по всему полу, и Тодин их методично уничтожал, уворачиваясь от прилетающих ему ударов. Черная клякса, попавшая на спину, практически подобралась к его затылку, но сержант мимоходом и ее заключил в сферу, сжал и испепелил.

Не сказать, чтобы монстр сильно уменьшился. Ну, может быть, четвертую часть мы с него сняли, и то не без его же помощи – уничтоженный змей стоил грязевику солидного куска туловища. Так можно было еще час-два провозиться, и если мы с Тодиным продержимся, тут сомнений нет, то Эирин надо было как-то выводить из игры. Или ускорить процесс.

- Будем взрывать, - я подкинул в руке кварковую гранату, броня вокруг наемников моментально засветилась, переливаясь всеми цветами радуги, очень энергоемкий, но и очень эффективный режим защиты. И метнул снаряд в монстра. Тот попытался ее отбить, но если псион решил, что заряд должен попасть в определенное место, он туда попадет. Так что граната воткнулась острым концом грязевику прямо в грудь и буквально ввинтилась в месиво.

Тело монстра вспучилось – и это от почти пяти килотонн в тротиловом эквиваленте. А потом разлетелось на куски, которые мы минут за пять, не давая им собраться, уничтожили.

- Больше так не делай, - Тодин поводил носком такт-ботинка по полу, растирая черный пепел, - где ты вообще ее взял? Кварковые гранаты запрещены для операций в закрытых пространствах.

Я пожал плечами, где взял, там их еще полно. А что запрещены, я человек гражданский, мог и не знать.

- Чем ты вообще думал, - скаф Эирин заращивал повреждения, а она сама присела на пол. – Нас тут могло всех вынести в открытый космос, изнутри переборки слабее держат, чем снаружи. Да тут от станции бы мало что осталось. Марк, против кого мы вообще сражались? Эта тварь почти выдержала взрыв, мне кажется, будь заряд чуть меньше, и он бы цел остался. Что это вообще за хрень?

На выведенном в воздух экране возникла команда проверяющих – запись нашего с торговцем прохождения таможни.

- Ничего вам этот пластилиновый человечек не напоминает? – кивнул я на видеоряд.

- Думаешь? – Тодин разглядывал одновременно схему станции, нам оставалось перейти в соседнее помещение, а оттуда спуститься на два этажа. – Не может быть. Если они такие агрессивные, что они делают среди людей?

- Думаю, нам это еще предстоит узнать, - подключился к разговору Кир. – Марк, вы как?

- Нормально. Немного застряли, но думаю, дальше будет легче.

- Отлично. Группа поддержки уже недалеко, им километров пятнадцать осталось, но там высокая плотность огня, будут добираться еще минут десять, и после этого окажутся на минус первом уровне.

- Думаю, мы там будем раньше. Вот только Эирин отдохнет. Поспит немного.

- Капрал Линник, встать! – Рыжая подскочила, словно ей шило в зад воткнули, вытянулась. – Три минуты отдых, потом выдвигаетесь.

- Есть, лейтенант, - хором ответили наемники. А я скромно промолчал, но зарубку себе в памяти оставил – вот нефиг лезть с командами к моему отряду. Кир хоть и хороший парень, но вот встревать куда не просят ему бы не следовало.

Через соседнее помещение мы попали на ярус ниже, там нас ждали стандартные рубежи обороны корабля, которые мы подавили за несколько минут, заодно разгромив какое-то очень ценное, я бы даже сказал – антикварное, оборудование. Дроны, которые наконец-то обрели способность двигаться, после того, как мы раздолбали генератор помех, разлетелись по этажу, обследуя все уголки почти трехсотметрового круга. Но нет, ничего интересного нас не ждало, кроме того, что прохода на центральный уровень не было.

- Тут перекрытия всего по два метра, можем прожечь, - Линник после битвы с аморфным гигантом смотрела на наш поход с оптимизмом, - стандартный материал, только посредине идет лист лирита в полметра толщиной, минут двадцать понадобится, чтобы дырку сделать.

- Погоди, - я пнул ногой обломок древнего дрона-уборщика, - ты же понимаешь, это не просто рейд. Мы должны что-то доказать.

- Так доказали же, убили монстра, - Тодин выстраивал схемы обнаружения, - нет, словно тут и не было прохода вниз. Как они вообще перемещались?

- Думаю, центральный ярус вообще закрыт. Тодин, что у тебя с телепортацией?

- Смеешься, - псион поморщился. – Только открытое пространство, и то метров на десять, максимум. А так, через препятствие - потом буду еще час восстанавливаться. Это вон ан Трага надо было с собой брать. Или Кира, но он тоже вроде не очень.

- Ясно, - решил я. – Тогда ждите меня здесь. Лирит сигналы пропускает?

- Какая разница. Через зонды пройдет, если что. А ты что собрался делать?

Я отвечать не стал, только подмигнул. И переместился вниз.


Центральный ярус, как и предыдущий, создатели корабля переборками не украшали – огромное открытое пространство, в десяток футбольных полей, и высотой в те же тридцать пять – сорок метров, использовалось совершенно нерационально. По контуру стояло какое-то оборудование, занимавшее практически всю круглую стенку, а в центре находился черный цилиндр, огромный, не доходящий до потолка буквально чуть-чуть. Видимо, это и был нужный нам проход – рваные края сооружения говорили о попытке его разрушить. Нижняя часть цилиндра, высотой около двадцати метров, немного отличалась от верхней, во-первых, она была глянцевой, такой, что как в зеркало можно смотреться, а во-вторых, температура поверхности была на десяток градусов выше, при том что вся колонна была нагрета.

Я даже ладонь приложил, чтобы убедиться – кожу без защиты чуть обжигало, градусов пятьдесят, не меньше. Большая черная печка. Но это был явно не реактор, и анализатор скафа, и мой зоркий пси-глаз определили, что внутри эта штука практически однородна. С плотностью, почти равной плотности воды.

- Ты как там? – Кир был немного взволнован. Сидящий рядом с ним Пашка – гораздо сильнее. А вот наемники, Тодин и Линник, судя по всему, вообще не нервничали, сержант опять что-то жевал, а капральша трепалась с кем-то по закрытому каналу.

- Нормально, - вывел изображение с визора, передал данные анализатора.

- Есть идеи?

- А как же, - похлопав черную глянцевую поверхность, и для порядка попинав ногой, соврал я. На карточку цилиндр не реагировал, на прикосновения – тоже, поверхность была настолько твердой, что хапу даже не поцарапал ее. Залез туда, где две части соприкасались, верхняя была полой, и резалась легко.

Обошел оборудование по кругу – почти километр быстрым шагом, ничего особенного. Безликие блоки в виде метровых кубов, стоящих в ряд. Ни огоньков, ни мониторов, ничего такого, что обычно бывает в сериалах, когда главный герой находит непонятную аппаратуру. Хотя что-то такое цепляло глаз на высоте примерно два с половиной метра, аккурат посредине третьего ряда этого набора кубиков для детишек-гигантов.

Да, верно, по всей окружности шла тоненькая полость, причем не по поверхности, а на глубине нескольких сантиметров. Физически она определялась как слегка измененная структура материала. Каждые четыре кубика от нее отделялась еще одна, и уходила вверх, к потолку.

- Группа поддержки внизу, - предупредил Кир, словно я и сам этого не видел. – Уровень зачищен, прохода наверх нет.

- Пусть ждут, - я задумался. Кубы не были монолитными, под десятисантиметровой оболочкой располагались какие-то сложные структуры, на репликаторы вроде не похоже, но что-то ведь они должны делать.

Полость наверху тоже шла по окружности, и тоже в третьем ряду, только от потолка. Что могут предложить потенциальному уникальному второму гражданину галактики, так, чтобы и совсем тупого члена общества не получить, и мало-мальски соображающего не потерять?

Искал недолго, соединяющий цилиндр и кубы пустотелый кабель шел не по прямой, а по спирали, так что только по невнимательности не наткнулся на него раньше. Не доходя до цилиндра примерно в метр, канал обрывался. Словно кто-то намеренно забил его чем-то.

Черная слизь, до идентичности слившаяся с материалом пола, такой же плотности и структуры, даже когда я ее обнаружил, вылезать не хотела. Только попробовала сбежать. Тварь, это ей почти удалось. Потом я какое-то время удалял черный порошок из канала, вскрывать его не стал, пришлось делать отвод и вытягивать мусор на поверхность, а потом заращивать все это. Но результат того стоил.

Как только канал освободился, цилиндр загудел, чуть повернулся вокруг своей оси. И на глянцевой поверхности появилась прорезь, аккурат по размеру моей двухполосной карточки.


Сборка управляющего куба заняла двадцать минут – между цилиндром и налепленым на стену оборудованием растянулись силовые линии, они шли от каждого куба к поверхности цилиндра, заканчиваясь символом, обозначавшим готовность к работе. Только два куба оказались неисправны, но на общую производительность это практически не повлияло. Канал заполнился какой-то зеленой субстанцией, которая подавалась непрерывно, заполняя все полости. По моим прикидкам, из цилиндра ее перешло не меньше нескольких сотен литров – субстанция была сверхтекучей и перемещалась по полости с огромной скоростью.

Силовые линии очертили площадку, где слой за слоем начал появляться черный куб. Внутри он не был полым, не знаю, куда меня в прошлый раз засосало – формирующий внутреннюю структуру материал заполнял практически весь обьем, создавая какую-то сложную монолитную конструкцию. Что-то очень технологичное, ни я, ни анализатор скафа, ни ИИ эсминца, получающий данные в постоянном режиме, ничего не поняли. Но тщательно зафиксировали.

В кубе с ребром в пять метров сто двадцать пять кубометров обьема, материал брался практически ниоткуда, я так и не смог отследить, как энергетические линии преобразуются в материальную составляющую. Разряженная атмосфера точно не могла дать такое количество материи. Одновременно цилиндр восстанавливал разрушенную верхнюю часть, дойдя до потолка, она отделилась, сдвинувшись по краю, отошла от основания на несколько метров и продолжила достраиваться, уже снизу.

А на образовавшейся поверхности появился вполне земного вида ложемент. К нему вела дорожка из символов на древнем языке – эме-галь, фраза, переводившаяся на русский, примерно как «Скажи мне, кто твой враг, и я скажу, кто ты», смысл был приблизительно такой. Ее я оценил, когда, удобно улегшись в пилот-кресло, увидел перед собой экран.

На нем красным цветом были подсвечены мой эсминец, зонды, абордажная команда внизу и скучающие наемники наверху.

«Станция 18001 приветствует нового командира. Условные полномочия подтверждены. Обнаружены вражеские цели. Задача – уничтожить».

Глава 11

- Станцию точно нельзя было утянуть с собой? – Кир Громеш хотел казаться доверчивым и доброжелательным, но не получалось у него. – Что-то ты темнишь, Марк.

- Не веришь, можем вернуться, - кофе на эсминце получался так себе. Можно было магически, точнее говоря псионически, его обработать, но – лень, проще с вкусовыми рецепторами поиграть.

Первая атака все-таки прошла – надстройки станции выплюнули в сторону эсминца несколько торпед, которые тот даже сбивать не стал, силовая оболочка и не на такое была рассчитана. Хлам возрастом в сотню тысяч лет – он и есть хлам. Кроме непонятной пока функции воссоздания гипер-куба, которая, кстати, была тоже построена на пси-схемах, которые мы воспроизвести не могли, остальное оборудование станции никуда не годилось. Источники энергии работали почти на тех же принципах, что и термоядерные реакторы, ну может быть чуточку продвинутее технология была, большая часть пустых отсеков, шедших вдоль спиралевидного тоннеля, предназначались для топлива, которое давно закончилось. Один энергетический модуль на кварках, а таких на эсминце было три, мог заменить все это недоразумение.

Создание куба и воссоздание межэтажного тоннеля практически истощило возможности станции, так что на повторную атаку просто не хватило сил. А потом я перетянул управление на себя, для этого даже не пришлось искать настоящий центр управления, команды передавались по материальным каналам. Сжег одну из контрольных систем, вместо нее поставил схему подавления, и вместо условного подчинения подключил полное. Если бы не карта – ничего не вышло, управляющая схема зацепилась за последний кристалл, и только после этого станция признала меня полноправным командиром.

Понятное дело, что никто не стал подключать к недружелюбному обьекту один из трех реакторов, и с топливом для энергосистемы тоже заморачиваться не стали, оставили несколько зондов внутри и снаружи. Черный куб, за полчаса воссозданный на центральном уровне, телепортировался в портальный круг, через который мы беспрепятственно пролетели в шестую систему, большего от станции никто и не требовал.

Октаэдр ждал нас на том же месте – зона отчуждения никуда не пропала, портал, напротив, перестал работать, настало время разобраться с непрошенными гостями.

- Что-то здесь не так, - Пашка, насупившись, увеличил изображение транспорта и разглядывал его со всех сторон. – Мы точно должны это взорвать?

Элика пренебрежительно усмехнулась. Вывела систему атаки на большой экран, подсветила цель, отозвала зонды. И выпустила кинетическую торпеду.

Кинетический заряд не должен лететь слишком быстро – тогда он прошивает цель, словно не замечая ее, и начинка не успевает взорваться. И не слишком медленно, тогда импульс низок и есть вероятность, что защита сможет отразить нападение. Километровую цель торпеда со скоростью в сотую световой пролетает насквозь за тысячные доли секунды, и этого вполне достаточно.

Результат попадания мы смотрели в замедленном режиме.

Вот метровый цилиндр возникает перед оболочкой эсминца, уже разогнанный до нужной скорости, и немного корректирует курс, проходит десять тысяч километров до цели, входит в зону, где кварковые батареи не работали, и в этот момент октаэдр раскрылся, словно цветок. Черное щупальце далеко за гранью возможностей живого существа схватило цилиндр и будто отправило в пасть. Шевелящаяся черная масса чуть вздрогнула, когда сработал заряд, но целостности своей не потеряла – ее было отлично видно сквозь разошедшиеся стенки корабля. А потом октаэдр закрылся как ни в чем не бывало, и на это потребовалось ему несколько сотых секунды.

- На такой корабль, как наш, этой ракеты маловато, но вот десантный бот разлетелся бы на атомы, - задумчиво проговорила Элика, отправляя две торпеды с разницей в несколько секунд.

Корабль пришельцев, игнорируя инерцию, успел сожрать первую ракету, сомкнуть грани, снова их раскрыть и поймать вторую.

- Теперь три, - предположил Кир.

- Нет уж, - Элика покачала головой. – Чтобы пополнить боезапас, придется найти подходящий астероид с нужным набором минералов, а кто знает, что нас ждет дальше. Кварковые торпеды гарантированно разнесут этот кусок дерьма, но они ведь там не взорвутся, да?

- Есть такая вероятность, - согласился я.

- Ну что же, я попробую, но нам придется задержаться в системе на некоторое время, - предупредила красавица-пилот, поглядев на меня исподлобья. Я намек понял, но подмигивать не стал.

Эсминец чуть загудел, раздвигаясь – два овала оторвались друг от друга, образуя промежуток в несколько метров. Только центральная часть осталась на месте. Подключился резервный реактор, потом запасной, гудение стало громче, так, что вибрация ощущалась. А потом от корабля отделилась светящаяся капля диаметром в несколько метров и неспешно полетела в сторону врага.

Примерно за минуту капля достигла октаэдра, обтекая его поверхность тонким слоем. Ни зона отчуждения, ни попытка вражеского корабля удрать не были помехой. Луч прервался, энергетическая жидкость, иначе не назовешь, засветилась всеми цветами радуги, и пошла волнами.

- У нас и это есть? – восхитился Кир.

- А что это? – капральша была явно не в курсе передовых военных технологий, так же, как и мы все, ну кроме этих двух лейтенантов.

- Гравитационный ми-деструктор, - словно нехотя, объяснила Элика. наслаждаясь нашим удивлением, – секретная разработка, между прочим, твоей корпорации, Павел, вместе с еще одной компанией из Урука. Сама первый раз вижу, как она работает на таких больших объектах. Сейчас, ей надо одну-две минуты, не больше.

Пашка только руками развел, мол, не в курсе. Не удивлюсь, если всем в его семье заправляет жена. Нет, даже так – уверен.

Меж тем волны стали сильнее, кое-где превращаясь в небольшие водовороты. Они проникали внутрь цели совершенно беспрепятственно, словно не было переборок, стенок, защиты и прочей чепухи, защищающей октаэдр от повреждений. Сам корабль пришельцев тоже пошел волнами, оболочка словно сминалась складками.

- А вот сейчас, - проурчала ком-лейтенант, - как…

Казалось, кто-то ударил по шарику воды битой – вся эта конструкция разлетелась на мелкие кусочки, но они не отлетели далеко друг от друга, а собрались обратно, как будто гигант лепил снежок. Сжал его посильнее. Еще. Через десяток секунд от километрового октаэдра остался маленький комочек, буквально в несколько сантиметров – зонды приблизили изображение, видно было, как пыль вокруг комочка собирается в диск.

- Нейтронная звездочка, – Элика была явно довольна результатом. – Как назовем? Она тут еще несколько миллионов лет будет крутиться, пока не соберет достаточно материи, чтобы стать пульсаром. Или в черную дыру превратится.

- И так будет с каждым, - зачем-то добавил Пашка. И кулаком погрозил.

- Погоди, - я похлопал ладонью по панели, - что-то не пойму, то у нас не было энергии, чтобы станцию оживить, а тут вон какой резерв ухнули, могли бы просто раздолбать эту тварь чем-нибудь. Нет, ты смотри!

И все посмотрели на мою карточку. Ширина одной из полос увеличилась в два раза, и еле заметная черточка разделила ее надвое вдоль.

- Растешь, Марк, - Элика насмешливо прищурилась, - мы тут вкалываем в поте лица, а ты смотри, третий ранг решил получить. Все, что тебе с этого обломится, поделим.

Я махнул рукой, мол, шкуру неубитого медведя всегда готов по-братски разделить.

Ми-деструктор был дорогим удовольствием, в смысле расхода энергии – батареи пришлось дозаряжать, в тонкости процесса я не вникал, репликатор досоздавал разрушенную структуру, чтобы потом ее запитали чем-то. Человеческий мозг тоже имеет ограничения, все, или какую-то часть, знать можно, а вот понимать – это требует времени и труда.

Поэтому я то время, пока одно чудо шумерской технологии восстанавливало другое, проводил с пользой – отдыхал, иногда даже в одиночестве, пытался научить экипаж древнему языку, их это просто бесило. Или рассказывал о своих похождениях в предыдущем мире.

Пашка понимал, кто такие князья и бояре, Кир, как ни странно, тоже, а вот другим приходилось обьяснять разницу в социальном устройстве. И осторожно обходить другие вопросы – а чем я там занимался в свободное время, что используют тамошние колдуны и как все-таки умер Ас-Эрхан Уриш. Прошлись основательно по моему боярскому происхождению, Тодин заявил, что сразу распознал во мне урожденного аристократа, по тому, как я устриц малиновых жевал, а Линник добавила, что своей неуклюжестью я напомнил ей шумерских героев древности, которые кроме как совращением девственниц и пьянством больше ничем особо не занимались.


Следующие два прыжка прошли практически впустую. Мы появлялись в системе, в первый раз – возле пульсара – нейтронной звезды, давно растерявшей все планеты, а во второй около голубого свергиганта, вообще без спутников, только с аккреционным диском. Ни следов пришельцев, ни каких-то подсказок в системах не было, порталы исправно функционировали, так что никто из нас не понял, для чего вообще эти шаги в непонятном квесте существовали.

Нейтронные звезды – отличное топливо для кварковых элементов, так что специальный зонд с расстояния в несколько тысяч километров захватил немного жидкого ядра звезды магнитным захватом, и перенес поближе к эсминцу, а там уже резервный источник энергии с встроенным преобразователем как-то все это усвоил. Хоть возвращайся в пятую, и чини станцию. Но нет, наш путь лежал вперед, к центральным мирам.

То, что системы были ближе к центральным – это чистая условность. Та же восьмая система лежала в тысяче световых лет от моей оранжевой звездочки, при острой необходимости носитель сможет сюда добраться. Оставалось только построить сеть маяков, и разлетятся шумеры по новому миру, сеять зло и несправедливость. Мало-ли что ждет впереди, все эти местные разборки с пришельцами, способными поглощать любую органику, мне не очень-то нравились.


Портал из восьмой в девятую систему сработал без сбоев и капризов, и наш эсминец вывалился в ста миллионах километров от желтого карлика.

- Что там? – Кир кивнул на карточку, на которой проступили новые символы.

- Похоже, время отсчитывает, - то, что я каким-то образом понимаю непонятный им язык, все давно поняли, но сами его освоить не могли.


Эме-галь не был похож ни на один из известных мне и им языков. Несколько символов могли заменить обычный текст обьемом в десяток страниц, а сотня – одно слово на эме-гир. Прочитать то, что написано, в привычном смысле этого слова, было невозможно, во-первых, надо было видеть весь текст целиком, а во-вторых, только целиком он что-то означал.

Помню, когда команда только втягивалась в лингвистические игры, я нарисовал, а точнее - скопировал маленький треугольник.

- И что это значит? – Пашка скептически относился к возможности выучить непонятный язык, а остальные точно также – к невозможности.

- Здесь описывается, как мы сейчас все сидим в кают-компании, - чистую правду ответил я. – Ты, я, Элика, Кир и Арраш.

- Бред, - Кир недоверчиво воспроизвел символ. – Давай что-нибудь еще. Это что?

Десяток символов, почти ни одного повторяющегося.

- Не поверите, это рука, - снова чистую правду сказал я.

- Просто рука?

- Конкретно – моя.

- Марк, ты нас разыгрываешь, - Элика недовольно поморщилась. – Не хочешь рассказывать, не надо.

И что самое обидное, на самом деле я хотел. И пытался. Но невозможно было обьяснить, что вот один крохотный клинышек, обозначавший Солнце, обозначал именно эту звезду среди триллионов других, ее место в галактике, краткое строение солнечной системы и даже частоту появления пятен. Текст на эме-галь не нужно было читать, его нужно было понимать. Как это сделать – ни псионы, ни ИИ эсминца понять не могли. Они анализировали толщину линий, размер, очередность символов, но никаких закономерностей не нашли.

Доступными для понимания были только около сотни отдельных символов, в основном обозначавших простейшие команды – «вверх», «вниз», «нажать», «сьесть», «идти» и тому подобное. Их команда выучила в первый же день, но никто не мог понять, почему, когда я к символу «вверх» добавляю символ, означающий местное светило, получается нечто бессмысленное. А «налево» и «вперед» вместе вообще ничего не значат.

Фонетики я просто не знал, прочитать и перевести – пожалуйста, воспроизвести на языке оригинала – нет, таких знаний мне модуль не подогнал. Но и того, что было, хватало, чтобы я чувствовал себя особенным. В хорошем смысле этого слова.


- И что пишут? – рыжая капральша, во время нашего путешествия оставшаяся как бы в стороне, пыталась лезть во все дела.

- Мы должны пробыть тут десять земных часов.

- Что в этой системе такого, что стоит этого времени? – Линник не унималась.

- Может быть, - Кир прикрыл глаза, связываясь с ИИ, - потому что это наша система. А звезда – Солнце, Шамаш.

Над центральной панелью возникло изображение звездной системы. И Юпитер со Ганимедом и Каллисто, и Сатурн с дисками, и Меркурий с Венерой, все были на месте. Только у Марса не было спутников, и Земля смотрелась странно – плотно затянутая облаками, и океаны были ниже привычного уровня почти на километр.

ИИ проанализировал орбиты планет, и выдал расхождение в полтора миллиона лет. Не в нашу пользу.

- Что это, наше будущее? – Элика вела эсминец к родной планете. – И почему такая разница?

- Хотелось бы знать, - я вглядывался в изображение Земли. Бурная растительность заполняла планету, без единого пятнышка пустынь, рельеф был сглажен, многие горы превратились из скал в холмы, словно кто-то прошелся ластиком по всей поверхности. Анализатор показал повышенное содержание водорода и кислорода в воздухе, а вот азота было в два раза меньше.


Сканирование планеты результатов практически не дало – на Земле почти никто не жил. Только на Антарктиде какие-то явно искусственные постройки были разбросаны хаотично, соединяясь в небольшие группы энергетическими куполами.

ИИ выдал несколько прогнозов того, что могло произойти. Самым вероятным был единовременный сброс атмосферы, а срок восстановления после этого – от пятидесяти до ста тысяч лет.

- Что дальше? – в летательном аппарате были только я и Элика, но особых преимуществ в плане личностных контактов мне это не дало, девушка вела себя отстраненно. Вот и сейчас никаких эмоций, кроме как обеспокоенности, не было.

- Может, поцелуемся? – предложил я.

- Помечтай, - блондинка была непреклонна. В следующий раз возьму штурмовик с бассейном, может, он играет решающую роль. – Сконцентрируйся, Марк. Иногда ты выдаешь идеи, в которых есть искра разума. И включи связь с кораблем, может, там что-то умное скажут.

- Летим к Луне, - решил я. Луна – планета влюбленных, мы рядом, полметра отделяет меня от очаровательной ком-лейтенанта. Все логично.

Элика логики не поняла, но курс изменила.

- Dark side of the Moon.

- Что?

Вместо ответа я переключил на внешнюю аккустику запись Any Colour You Like с модуля, переводя обшивку в прозрачный режим. Только мы, космос и музыка.

- Это ваша дикарская музыка? – Элика поморщилась, но как-то ненатурально.

- Да, - кивнул я. – Под эти звуки мы крадем девушек, утаскиваем их в свои пещеры и там оставляем навсегда.

До конца композиции мы сидели молча. А потом блондинка улыбнулась

- А знаешь, ты не безнадежен. Илани тоже также в пещеры завлекал?

- Мы уже обсудили это, - в мире шумеров фейспалм тоже был известен, так что мне оставалось только приложить ладонь к глазам. – И мне кажется, ты прекрасно знала, что произошло, гораздо раньше, чем узнал это я.

- Кто ж тебя знает, ты вообще мужчина разносторонний, - Элика оседлала любимого конька, вот женщины, дай только повод, - песнями завлекаешь, стейками кормишь, и это я еще почти ничего не знаю о твоих похождениях за те девять месяцев, что тебя не было в нашем мире. И когда обратно перенесся - тоже, обязательно порасспрошу твоих подружек, когда вернемся в твою систему, Марк Уриш. Да ладно, шучу я. Мы свободные люди, поступаем, как считаем нужным, да?

Если женщина задает такие вопросы, по сути риторические, лучше на них вообще не отвечать. Мой небогатый жизненный опыт подсказывал, что в такой ситуации спасает только какое-то неординарное событие. Или надо сказать что-то необычное.

- Гагарин.

- Что?

- Не что, а кто. Гагарин – вон, видишь кратер? В нашем мире он так назывался в честь первого человека, полетевшего в космос.

- Судя по тому, что мне Тоальке рассказывал и показывал, вы там вообще дальше околоземных орбит не летаете, - блеснула осведомленностью ком-лейтенант. – Так, какой-то сигнал. Идет расшифровка.

- Это здесь, - ИИ еще только просчитывал варианты, а мой модуль уже что-то опознал, - видишь вон там, в дальней части, выступ?

Вместо ответа Элика приблизила то место, на которое я показывал – если при приближении в тысячу раз обьект был похож на горошину, то сейчас было видно, что это какой-то плоский обьект, похожий на тарелку.

- Двадцать метров в диаметре, - вслед за ИИ повторил я. – Просят о помощи. Как думаешь, кто это?

Элика резко повела штурмовик на снижение.


Диск висел в трех метрах над поверхностью Луны, силовой цилиндр диаметром в несколько метров, словно поддерживая его, упирался в твердую почву. Внутри цилиндра какая-то маленькая фигурка в скафе, увидев, что кто-то появился, замахала руками.


- Мы можем высадиться, - Кир, после того, как я включил полноценную связь, отправил к обьекту несколько зондов. Руками, как оказалось, нам махал какой-то паренек. – Мало ли что там, это может быть небезопасно. Ловушка.

- Все, что мы тут делаем, небезопасно, - философски заметил я. – Пойду один.

Если бы Элика была псионом, думаю, я бы загорелся. От одного ее взгляда.

- Ладно, мы пойдем вдвоем.

- Точно? – Кир явно сомневался. – Марк, я понимаю, что ребенок вам обоим может надавать хорошенько, но, может, сходит кто-то один? Сигнал стабильный?

- Да, - я погладил Элику по бедру, такой успокаивающий жест, ничего интимного, и телепортировался на спутник Земли. Давно о таком мечтал. И о жесте, и о прилунении, если что. – Думаю, справлюсь. Парнишка с виду безобидный.

Безобидный парнишка замахал руками еще активнее, показывая вверх и что-то крича. Слова трудно было разобрать, уж очень он взволнован был, а так сканеры снимали с поверхности энергетической защиты какие-то междометия.

- Занимаем позицию на орбите, если что, спустим бот, - подбодрил меня Кир. – Элика, ты как там?

- Включила подавитель, - ком-лейтенант, судя по виду, погрузилась в работу, - система защиты у этой лоханки никакая, я ее хоть сейчас могу к нам затащить в эсминец.

- Нет, погоди, - я подошел к цилиндру, приложил ладонь к искрящейся поверхности. Паренек внутри нажал пальцем на висящую в воздухе пластину, и силовой экран стал тоньше, пропуская меня.

Глава 12

- Там мама, она умирает, - парнишка чуть ли не рыдал, но старался говорить спокойно. – Ты не из наших, вроде.

- Нет, не из ваших, - судя по виду мальчика, ответ скорее обрадовал его, чем огорчил.

Подьемная пластина медленно затащила нас внутрь летающей тарелки. Защитная оболочка сьедала два метра из пятиметровой толщины, так что пространства внутри было не очень много. Пульт управления в центре, совмещенный с реактором, вокруг которого оставался свободным трехметровый диск. Нам пришлось обходить реактор по кругу, пока мы не уперлись в капсулу, в которой лежала женщина. Тело ее было скрыто до груди, лицо расслаблено и улыбалось.

- Точно умирает? – умиротворенный вид пациентки с предполагаемым состоянием не сочетался.

- Она рожает, ты что, не видишь? Быстрее, а то она умрет.

Я пригляделся к значкам, висящим в воздухе над капсулой, действительно, той, что внутри, было очень хреново. Отказали почти все органы, дышала она внутривенно, кислород подавался прямо через оболочку артерий в кровь. Но особых оснований для беспокойства, как ни странно, не было. Капсула обещала, что в таком состоянии сможет удержать ее как минимум десяток дней. И ребенка тоже – женщина уже родила, младенец находился в капсуле, абсолютно здоровый. Здоровая девочка.

- Так, не ори, - предупредил я пацана, - больным нужен покой.

За оболочку капсулы звуки не проникали, но парень заткнулся. И хорошо, только истерик мне тут не хватало.

Приложил руку к голове женщины, разделяющее нас оборудование для сканирования помехой не было. Странно, что такого нужно было подхватить, чтобы вот такого состояния достичь. Печень практически отсутствовала, оставался небольшой кусочек, который отчаянно пытался сымитировать работу полноценного органа, одной почки не было вообще, у второй оболочка почти исчезла, а большую часть занимала киста. С остальными органами была та же фигня, или в растворенном состоянии, в виде сгустков занимали свое место, или почти не функционировали. Только кости и мышцы были на месте и почти не пострадали.

- Пашка, мне нужна помощь медика, я один не справлюсь, - поставил стабилизирующую схему, влил небольшое количество энергии. – Дуй сюда.

- Буду через пять минут, - врач, а они, как известно, бывшими не бывают, даже спорить не стал, - встречайте.

- Иди встречай, сейчас скорая приедет, - кивнул я пареньку. – Давай, он уже на подходе.

Мальчик бегом рванул к шлюзу, пластина поехала вниз. Десантный бот уже отделился от эсминца.

- Время прибытия скорой помощи – не больше двадцати минут, - пробормотал я. – Элика, как дела? Я тут человека спасаю.

- Ты мой герой, - бодро ответила блондинка. – На все руки мастер, и девушку кадрить, и роды принимать. Может, отец тоже ты?

- Нет, я пока только готовлюсь к этой роли, - призывно подмигнул ком-лейтенанту, та, впрочем, ничуть не смутилась.

- На месте, - Пашка прибыл даже раньше на минуту, вот что значит клятва Гиппократа.

С появлением доктора в кабине стало тесновато, отьевшийся на шумерских харчах врач-псион, казалось, занял все свободное пространство.

- Стабилизировал? Молодец, не зря в общагу нашу лазил к студенткам, хоть чего-то полезного нахватался, - Пашка, когда волновался, всегда начинал какую-то пургу нести. – Так, капсула будет мешать, отключай ее. Знаешь, как?

Это он пацану. Тот замотал головой.

- Марк?

- Сейчас. – Я зашел в меню управления, все было предельно просто. Сама по себе капсула решала, когда ей включаться, а когда – наоборот, человеческий фактор исключался полностью. – Вот зараза, придется вообще вырубать.

- Ну так давай. А то тут помехи идут, мне бы хорошо руками ее пощупать.

Я хлопнул ладонью по затемнению над головой женщины, выжигая у капсулы квантовые мозги. И, отращивая атомарный клинок, взрезал прозрачную оболочку на всю длину.

Капсула кое как справлялась, удаляя продукты жизнедеятельности и кровь, но мощности ее не хватало. У обычного человека от открывшегося зрелища точно инфаркт бы случился, а парню хоть бы хны, только блевать пошел за колонну.

Пашка, не обращая внимания на грязь, положил женщине ладонь на лоб, другой рукой запахивая на ней остатки одежды и одновременно отсекая пуповину с плацентой.

- Начал лечение. А ты за ребенком посмотри. Вроде здоров, но все равно, легкие надо прочистить. Знаешь, как?

Как – я не знал, простая схема излечения, стандартная, отлично легла на покрытую реденькими волосами головку, чтобы почти сразу стечь.

- Пашка, фигня какая-то здесь, - я расчистил как мог тельце, на голове ребенка проступили символы. Точно такие же, как у девочки с планеты оранжевой звезды, у Каллисты. – Конструкты не работают.

- Щас, погоди, - травматолог чуть ли не светился от накладываемых схем. И женщина тоже – на месте старых органов уже начали образовываться новые, благо клетки-то никуда не делись, кровь и испражнения втягивались в кожу, превращаясь в нужные минеральные вещества, даже часть одежды, кажется, пошла в дело. – Еще минуту, и я займусь ребенком. Она как?

- Замечательно, - честно ответил я. Девочка была не то что здорова, она была здорова абсолютно. Чистые легкие, без слизи, пуповина сама затянулась, даже глазки раскрылись. А вот криков не было, удивительно спокойный малыш. – Не кричит, это нормально?

- Нормально. Займись пока другим ребенком. А то что-то он затих.

Парень и вправду сознание потерял. То, что из него вышло, робот-уборщик уже зачищал, одежда тоже была с системой самоочистки, я похлопал мальчика по щеке, потом, подумав, наоборот, погрузил его в сон – пусть поспит чуток, после таких переживаний.

Энергетический каркас на женщине и схема стазиса сознания отлично работали вместе. Повреждения постепенно исчезали, все-таки Пашка был в разы сильнее меня, и к тому же знал, что делает, пятнадцать лет практики, как-никак, со второго курса на скорой работал. По блату, конечно, отец устроил, попробовали бы его не взять. Точнее говоря, попробовал бы он не пойти туда.

- Нет, все равно придется ее долечивать, сутки на ней все это продержится, а потом в медкапсулу можно опять, - лу Громеш посмотрел на раскуроченный агрегат. – Да, проблема. Кир, что думаешь?

Голограмма Кира появилась возле нас. Командир наемников был серьезен и сосредоточен.

- Женщину можем у нас подлечить. А ребенка убейте.

- Зачем? – это я спросил. А Пашка – тот эмоциональнее выразился. Матом.

- На ней знаки Кут. Культа свергнутой богини, - спокойно обьяснил Кир. – Не понятно, откуда они здесь, но у нас культистов уничтожают сразу. Местных обычаев я не знаю, может быть, тут так принято, а от ребенка надо избавиться.

- Ну уж нет, - ответил твердо Громеш-младший. И даже встал так, чтобы от голограммы загородить ребенка. – Мы детей не убиваем.

- Ну как знаешь, - Кир пожал плечами. – Тебе в храме истины за это отвечать. На твоем месте я бы отрубил девочке голову, и сжег ее вместе с проклятыми знаками. Желательно в плазме.

Судя по лицам Тодина и Линник, они придерживались того же мнения. А вот Элика – нет. И это меня порадовало.

- Никого мы убивать не будем, - решил я. – К тому же, вроде как подкрепление спешит на помощь. Следите, чтобы эти, как ты говоришь, культисты, никаких глупостей не сделали.

- Проследим, - заверила меня капрал Линник. По ней было видно, что всем ударам она предпочитает превентивный.


Из такого же диска вышли три фигуры и бегом, насколько это позволяло притяжение Луны, направились к нам. Они очень торопились, даже притоптывали, когда платформа затаскивала их в аппарат.

В мире шумеров я не видел ни одной старухи. Вот вообще ни одной, были женщины, которые намеренно выглядели старше, но, видимо, женская природа не давала им довести себя до нормального старческого вида. Большей частью это выглядело как грим.

Славянская реальность на пожилых женщин была побогаче, но все равно, мало их там я встречал, может, прятались где-то, или косметикой волшебной пользовались.

Вошедшая женщина была очень стара. Если не считать вполне нормальных зубов, то – вылитый Милляр в роли Бабы Яги. Седые редкие патлы торчали в разные стороны, крючковатый нос, казалось, рос прямо из морщин, кожа на шее висела неряшливыми складками. Пигментные пятна, бородавки и косматые седые брови органично вписывались в общий облик.

А вот спутницы ее, видимо для контраста, были молодыми и очень даже привлекательными. Если бы не налысо выбритые головы с такими же знаками, что и у младенца, вот прям знакомиться бы полез. Правда, вовремя себя одернул – неподалеку в ложементе штурмовика сидела не менее привлекательная блондинка, и начни я тут подкатывать к аборигенкам, думаю, висеть нам над лунной поверхностью в виде облачка атомов. По крайней мере, на ее лице вот именно это читалось.

Пашка, настоящий женатый человек, попытался что-то комплиментарное произнести, но троица ни на него, ни на меня внимания не обратила. Старуха бросилась к ребенку, я уж думал, задушит его, но нет, подняла бережно над собой, насколько позволял трехметровый потолок, две ее спутницы грохнулись на пол, мешая друг дружке, и растянулись в почтительной позе, отклячив круглые попки вверх.

- Великая Мать родилась, - девочку окутало белое сияние, со стороны казалось, что она светится, а на самом деле старуха просто светляка соорудила, кстати, так себе, слабенького. По уровню она была почти никакая – видимо, светляком ее способности и ограничивались. А, нет, еще оранжевые искорки побежали к тельцу девочки, и, в отличие от моих схем, прекрасно впитались. – Что с Алви?

- С кем? – я сразу и не понял, что она женщину в капсуле имеет ввиду. – А, с пациенткой? Ей лечение нужно, а так вроде неплохо.

Старуха передала ребенка спутницам, те осторожно закутали девочку в какую-то красную тряпку, и подошла к роженице. Небрежно провела рукой вдоль тела. Что интересно, конструктов Пашки она даже не заметила, брательник, конечно, мастер и все такое, все было сделано на высшем уровне, но даже чувствующий определил бы, что человек заключен в конструкт.

А вот гостья наша – нет, не смогла. Блока на ее сознании не было, так что определить, есть ли реакция, не составило труда.

- Странно, должна была помереть. Все в воле Тринадцатой, - старуха небрежно махнула рукой, одна из помощниц начала вытаскивать больную из капсулы.

- Поаккуратнее. Раз так решилось, что она должна жить, пусть живет, - старуха попинала ногой валяющегося паренька, - а с ним что? И что вы тут делаете?

- Помогаем, - ответил я.

- Пуповину вовремя обрезали, молодцы, а то бы померла Алви. И так чудом жива осталась, - сварливо проскрипела противная старушенция. – Не подай этот малолетний идиот сигнал, так бы и думали, что сбежала. Спит, паршивец. Ох, задам я ему, когда проснется. А вы, что помогли кое-как, хорошо, а теперь делать вам тут нечего. Как вообще вас в систему Тринадцатой занесло?

Я поколебался, стоит ли это делать, и показал свою карточку.

- А, будущий гражданин. Понятно, давно вас тут не залетало. Откуда только беретесь. Сколько осталось тебе до перехода, два часа? Чтобы через это время вас тут не было, а то…

- Они все же были здесь, когда родилась… - вступилась за нас одна из спутниц. Та, которая постройнее. – И вот помогали они.

- Ладно, - решила старуха. – Долг за мной. Если что понадобится, обращайся, но не сейчас. Праздник у нас сегодня, чужаков на нем видеть не желаем.

Пашка, оскорбленный таким отношением, сначала рот открыл, чтобы что-то сказать неприятное, потом схему почти собрал, чтобы из старухи сделать маленькую черную дыру, но потом плюнул, махнул рукой и пошел к выходу. А что, не в первый раз такое отношение к себе видит, знаю я, как у нас в России ко врачам относятся. Если по серьезному что-то, могут и отблагодарить, но большей частью матом кроют и жалобы пишут, а потом к шарлатанам идут, долечиваться.

- Один вопрос, - я помахал перед лицом старухи рукой, а то она только на девочку внимание обращала. – Что эти знаки значат, на головах ваших?

- Благодать Тринадцатой. Тебе такое не нужно, только для женщин неизмененных, - серьезно ответила недовидящая. – Мы верим, что она когда-нибудь вернется. И тогда остальные десять пожалеют, что изгнали ее и ее последователей. Ты что, никогда об Отступнице не слышал?

- Нет, - честно сказал я.

- Доберешься до цели, узнаешь. А сейчас уходи.

- А он? – я кивнул на парня.

- Ничего с ним не случится. Оклемается, а нет, так в капсулу засунем, у нас их много еще. Но помни, только один долг у меня, захочешь чего, эта система для тебя открыта. Только один раз.

- И вам хорошего дня, - искренне сказал я. Не ей, а ее спутницам, те заулыбались, видимо, не разделяли феминистских взглядов своей начальницы. – А женщина эта, Алви, может помочь ей?

- Сами справимся, - решительно ответила старуха. И нарисовала в воздухе знак. – Что, не знаешь, что это такое? Язык древних – только для посвященных. А значит этот знак, чтобы не мешал ты нам, а то проклянет тебя Тринадцатая навсегда. Брысь.

Да, лучше уйти, чего с чокнутыми разговаривать. А то и вправду сделаю то, что знак требовал. Краткое описание ритуала с семью черными клинками, видел я такое как-то раз, вспоминать не хочется. Да, главное при Элике Милу не вспомнить, вот сейчас она прямо перед глазами моими, лежит на черном камне, уже не живая почти. Наверное, что-то такое промелькнуло в моих глазах, отчего старуха шарахнулась в сторону, упала на одно колено, и со страхом на меня поглядела.


- Вот тварь, - Пашка загнал бот в штуромовик и возвращался на эсминец в моей и Элики компании, впрочем, не до интимности нам было. – Вроде уже забывать начал, какие эти родственники больных сволочи. Сколько раз зарекался врачом быть, хотел работу бросить, и вроде получилось, а стоило вернуться, по полной получил. Марк, вот за что, а?

- Забей, - меня больше волновала реакция наемников на символы на голове девочки. И Арраш, тот странно как-то на приказ Кира отреагировал. – Дура старая, что с нее взять. Альцгеймер там наверняка, деменция вперемешку со старческим маразмом.

- Сенильная деменция и старческий маразм – одно и то же, - моментально среагировал бывший врач.

- Не важно. Помог, и хорошо. Как там, в клятве Гиппократа? «Честно исполнять свой врачебный долг»…

- Не, - Пашка поморщился, - это клятва Минздрава. А так – «в какой бы дом я ни вошел, я войду туда для пользы больного, будучи далек от всего намеренного, неправедного и пагубного, особенно от любовных дел с женщинами и мужчинами, свободными и рабами».

- Ну вот. Ты же с рабами и мужчинами там любовных дел не имел, для пользы больного вошел? Значит, клятву сдержал. А на старуху эту плюнь.

Элика не сдержалась, хихикнула.


- Так что там с убийствами младенцев? – прямо спросил я Тодина. Мог бы и Кира спросить, но тот, кажется, слишком эмоционально ко всему относился. А вот обжора долго волноваться не мог, это мешало процессу пищеварения.

- Тут такое дело, Марк, - зу Тодин протянул мне какое-то пирожное. – Хочешь? Ну нет, так нет. Ты лучше в своих архивах поройся, у вас, ас-ариду, информации-то побольше будет.

- В двух словах, - попросил я.

- В двух словах – хреновый культ. Было когда-то царство Кут, о нем не любят говорить, и богиня там была, Эреш-кигаль, ну та самая, по храму которой ан Траг сейчас ползает. Так с тех пор, как богиня исчезла, якобы, на самом деле никто не знает, была ли она вообще на самом деле…

- Короче.

- Да, так вот, последователи ее решили, что если девочкам прямо в утробе матери, вот такие знаки наносить на части тела, то родится одаренная.

- И как?

Тодин вздохнул.

- Рождаются. Только в четвертом или пятом поколении. А до этого – трое из четырех младенцев умирает в первые десять минут, все органы одновременно отказывают. Сама женщина после этого родить уже не может.

Я посчитал. Еще раз.

- Это получается, что, чтобы родить одаренную, нужно больше двухсот женщин?

- Да. Причем столько же, считая потомство, умрет.

- А одаренные?

- Появляются, - признал Тодин с кислым видом. - Максимум – слабая видящая, правда она, как Повелитель, с рождения одаренная, но вот дальше не развивается. В общем, не стоит оно того. Да, еще, когда одаренная рождается, мать ее умирает. Как тебе такое?

- Не слишком.

- Вот и я о том же. У нас этот культ запрещен, если находят кого, уничтожают. А здесь, видимо, особо ими никто не занимается. Так что Кир прав был, зря вы всю эту гадость не зачистили.

- Так еще не поздно, - подошедший Кир отобрал пирожное у Тодина, заработав укоризненный взгляд.

- Нет, поздно, - я кивнул на карточку, там кристалл последнего мира уже ярко светился. – Валим отсюда, а то эта Земля заброшенная, культисты поганые, все это настроения хорошего не прибавляет.

Глава 13

Вокруг звезды земного типа вращались пять планет, из них одна – газовый гигант типа Юпитера, и кольца астероидов. Два ближайших спутника местного солнца были обитаемы. Первый – чуть меньше Земли, второй – чуть больше, оба с плотной атмосферой, по составу не слишком отличающейся от мне привычной, сила тяжести тоже была в пределах комфортной, меньше земной, но не слишком. Большую часть поверхности обеих планет занимал океан, люди селились на больших островах, но, в отличие от системы оранжевой звезды, плотность населения тут была куда выше. И наконец-то я увидел города будущего, с устремленными в небо огромными зданиями, подвесными дорогами, стаями летающих машин, даже какая-то реклама была.

Сюда мы прыгнули через еще одну пустую систему, ну как пустую – в смысле загадок. Восемь планет, две обитаемых, огромные города и оживленный межпланетный трафик. Может быть, надо было спуститься вниз, на одну из населенных планет, и хорошенько развлечься, но доступ к последней цели был открыт.

Последняя система явно ждала нас с распростертыми объятиями.

К эсминцу, отдалившемуся от портала на значительное расстояние и вышедшему на орбиту светила, приблизились три местных летательных аппарата размером с штурмовик, необычные для этого мира – слишком простые, без вычурных утолщений на поверхности. И маневровые двигатели у них были практически такими же, как наши. Двое синхронизировали свою скорость с нашей, а третий – пошел на стыковку.

Через силовой переход, протянувшийся от одного шлюза до другого, к нам постучала странная процессия. Странная опять же для местных реалий – ни пластилиновых чиновников, ни ящеров-боевиков, исключительно люди. И один из них – одаренный.

Впрочем, дальше предшлюзовой камеры они ломиться не стали, терпеливо стояли и ждали, когда мы их впустим.

- Карта? – вместо приветствия спросил местный псион.

Я протянул ему карточку с кристаллами, он подержал ее между ладоней, вернул.

- Только один? Хорошо. Чужаки, мутанты на борту есть? Держите их на корабле, высадка разрешена только людям.

- Только люди и есть, - заверил я проверяющего.

- Штраф – триста тысяч, нелюди уничтожаются, - спокойно предупредил тот, видимо, в который раз уже. – Претенденту на гражданство разрешена высадка на площадку храма, остальным до подтверждения его статуса – нахождение даже на станции подхвата не рекомендуется, но это уже под твою ответственность.

- А что может случиться?

- Если статус не подтвердят – штраф.

- И уничтожение?

Одаренный скептически на меня посмотрел. Как на умалишённого.

- Вы в своих глубинах ... Людей никто не тронет. Но высадка запрещена.

- Если подтвердят?

- Тогда – пожалуйста, - одаренный от скромного бонуса отказываться не стал, а то что-то заскучал мужик, скис совсем. Стоило ему кредитов кинуть на кольцо – повеселел. – Ты первый в этом месяце, так что процедура быстро пройдет. Карту я тебе скинул, спустишься со станции к храму, обратно – тем же путем, через портал. Еще с даром древних есть кто? Если есть, тоже могут пройти проверку.

И рассмеялся.

- Шучу, - обьяснил он, - или правда кто есть?

- Нет, один я такой.

- Ух, а то я уже испугался, службу контроля хотел вызывать. Двое с даром на одном корабле, да на такое все тут сбежались бы посмотреть. – Псион получил еще немножко кредитов. – Значит, только ты и один сопровождающий. Остальные пусть сидят, ждут.

Я цирк из нашего появления устраивать не стал, местный псион на осмотре корабля не настаивал, и вообще, кажется, мы подружились. На финансовой почве.


- Значит, вот в чем причина, они одаренных вылавливают, - Тодин для разнообразия перешел на фрукты. – Может и нам попробовать? Какой у тебя там ранг, второй? Я бы наверняка третий получил, а Кир с Павлом – вообще вне конкуренции.

- Обойдемся, - Кир покачал головой, - отправим Марка на разведку. А там как пойдет. Если не получится, сначала Павел попробует, потом – я. Но не хотелось бы тут лишнюю шумиху устраивать. Так что остаемся здесь. Элика, и ты тоже, сказали же, только Марку и еще одному на поверхность можно. Не пилоту, пилот нужен здесь.

Ком-лейтенант ничего не сказала, но Кир от взгляда ее поежился. А когда она ушла, даже дышать ровнее стал.

- Марк, что у вас с ней, - напрямую меня спросил он, - все хорошо?

- Мужчины на такие темы не распространяются, - довольную улыбку я сдержать не смог. И не захотел.

- Она и так не подарок была, не знаю, как племянник мой там не повесился от такой жизни, а сейчас вообще как с цепи сорвалась.

- Да вроде спокойная, - заступился я за девушку.

- Я ее лет десять знаю, еще с десанта, и поверь, если это – спокойствие, то, когда она чуть разволнуется, нам лучше самим в деструктор залезть. Будет не так больно.

Вот наговаривают на девушку. Хотя, если Кир с ней так давно знаком, то, наверное, она постарше меня будет. С этими шумерами и их возрастом проблема, я к Марике чуть ли не подкатывал, а ей-то уже за сотню, бодрые тут старушки. Хотя нет, это я по сравнению с ними пацан малолетний. Отвлекся, краем уха слушая Кира, и выловил ценную информацию.

- Арраша с собой возьмешь. Если что случится, он хоть свяжется с нами через модуль свой. Да, Ним?

Рыжий кивнул головой и скорчил смешную рожу. Вот если Марике сотня, то сколько ему?


Десантный бот пристыковался к станции подхвата у первой планеты. Люди лились нескончаемым потоком, расходясь на четыре десятка шлюзов, вот только отлетающих лифтов или ботов видно не было.

Маршрутный пунктир привел нас к отдельному выходу, кроме меня и Арраша, никто сюда не шел. Для випов проход. За открывшейся переборкой скрывался обычный коридор. Мы зашли, переборка закрылась, а потом открылась противоположная. Выходящая на поверхность планеты.

Телепортация для меня всегда была связана с пси-энергией. В тех немногих мирах, где я уже побывал, чистых технологий перемещения живых существ не существовало. А здесь никакой магией не пахло, ни кристаллов, ни псиона-оператора, ни схем каких-то, мы прошли в отсек, одни двери закрылись, другие открылись – и мы оказались совсем в другом месте.

Арраш тоже удивился.

- Надо прикупить такое, - неожиданно рационально предложил он. – У нас с руками оторвут. Смотри, мы почти три сотни миллионов километров проделали за секунду, это как с Земли на Марс, никаких ботов и станций, мгновенное перемещение.

- Сторгуемся, - самонадеянно кивнул я.


Шлюз открывался прямо на заснеженную землю, я, выйдя, оглянулся, никаких признаков обратного пути не было. Зато неподалеку стояла стыковочная мачта, совершенно пустая.

- Немноголюдно, - Арраш даже защитную оболочку наращивать не стал, хотя снаружи было минус сорок, не больше.

Храм находился прямо на полюсе второй планеты, на отдельном, только для этого предназначенном острове. Километровый купол сиял в лучах никогда не заходящего солнца, сутки на планете были в два раза короче земных, так что полный оборот центр делал за двенадцать часов. От места высадки до золотого купола предстояло пройти не меньше двух километров по расчищенной от снега тропинке. По свежему воздуху, в хорошей компании, отчего бы не прогуляться. Сигнал до эсминца и обратно доходил отлично, так что, считай, мы все вместе прошлись до храма. И только там сигнал отрубило, метрах в двадцати от входа. Начисто.

Перед входом нас уже ждал местный служитель, розовощекий, чернобородый служитель в белоснежном халате с розовым поясом, прямо босыми ногами стоящий на снегу. Он внимательно осмотрел мою карточку, поводил ей над небольшим столбиком, жестом предложил Аррашу подождать снаружи, и потянул меня за собой.


Внутри купол порадовал комфортной, около двадцати градусов тепла, температурой. И пространством – никаких стен, перегородок, переборок не было, огромная пустая комната с массивным столбом посредине. И пол, почти полностью разрисованный энергетическими линиями всех цветов радуги. Возле входа

- Что-то малолюдно, - начал я разговор. А то молчать как-то невежливо.

Чернобородый улыбнулся, махнул рукой в сторону столба, и выжидающе на меня посмотрел.

Видимо, мне предлагалось найти дорогу к центру.

Я прикинул расстояние – полкилометра, а если буду еще с каракулями разбираться, все десять выйдет. И это медленным шагом, часа четыре убью. Возникло желание плюнуть на все, и телепортануться к цели, хоть и нет у меня таких технологий, но пси-способности никуда не делись. Однако, приглядевшись, решил – ладно, уважу хозяев, пройдусь.

Схемы, наваленные на пол, по идее должны были меня испепелить, разрубить на части, развеять на атомы, а потом на кварки, и все это спрессовать. Это только из знакомых, а были и такие, которые я видел в первый раз и усиленно запоминал. Но, помимо схем, на полу были нанесены надписи на знакомом мне древнем языке.

Чтобы убедиться, что я все делаю правильно, показал на одну из них служителю.

- Что тут написано?

Мужик в банном халате пожал плечами. Грустно помолчал. И наконец разродился.

- Это язык основателей. Только хранители и полные граждане знают его. Мне известно всего лишь несколько символов. Вот этот, например, - и он показал на ближайшие к нам четыре клинышка, - означает, что надо повернуть направо.

Чернобородый лгал, причем осознанно. Надпись всего лишь была одной из форм приветствия, а справа, куда мне предлагали свернуть, шла еле заметная схема распада. Я похлопал мужика по спине, мол, хорошая попытка, и двинулся по энергетическому лабиринту.

Конструкты активировались, если наступить в определенное место, так что обычной осторожности было достаточно. Кратчайший путь до столба был меньше двух километров – сначала прямо, потом наискось назад двести метров, а потом снова по прямой к центру. Но я не спешил, обходя круг за кругом, и вчитываясь в оставленные на полу инструкции. Схемы из тончайших белых нитей были, наверное, самыми древними. Они точь-в-точь соответствовали надписям, и после активации самовосстанавливались. Те, что других цветов, были гораздо грубее, и наносились в произвольном порядке. Мужик в халате внимательно следил за мной, так что пришлось несколько раз вляпаться в самые безобидные, каждое срабатывание заставляло его с надеждой смотреть на результат, который неизменно его разочаровывал. Спустя три часа я все также бодро шел к цели. Жаль, что белая, чистая энергия мне была недоступна, схемы с ней поражали изяществом и простотой. Там, где обычных линий бору потребовалось бы целое нагромождение, эти обходились тремя-четырьмя штрихами. А в некоторых местах целый конструкт заменял один символ, как раз такой конструкт и описывающий. Я их запоминал, на будущее задел, вдруг модуль сподобится и сделает меня супер-пупер-магом, в качестве компенсации за все свои косяки.

Наконец, когда схемы начали повторяться уже даже не по третьему разу, я решился, и перенесся к столбу, тем более что до него метров двадцать всего оставалось. И завис над полом в полуметре, над пятиметровым кругом, чистым от линий. Отсутствие ловушек не значит, что их нет.

Служитель схалтурил, нет чтобы за мной отправиться, он зашел в какую-то выемку в стене и вышел из столба, оказавшись прямо рядом со мной.

Золотой столб был разделен на сектора, возле каждого из которых стоял клинышек, означающий конец пути. Я пригляделся – да, можно было пойти и другим путем, точнее говоря, еще почти два десятка вариантов прохождения этого лабиринта, судя по всему, я пропустил. Как назло, выбрал самый сложный и долгий, а мог бы и раньше добраться. Наверное, где-то по пути я должен был сделать выбор, где свернуть, и в зависимости от этого выйти к одному из восемнадцати секторов. А вышел, считай, в никуда. Запорол квест.

- Я должен выбрать? – больше для порядка поинтересовался я, чувствуя, что нет, не прошел испытание – вон как мужик в халате скалится радостно.

- Нет, - раздался голос позади меня.

Служитель в розовом пояске рухнул на пол, распластался там и лежал, не поднимая головы. Я обернулся – мой новый собеседник сиял. В буквальном смысле этого слова, от его фигуры исходили волны белого света, так что лицо разглядеть было практически невозможно. Ни обычным, ни пси-зрением.

- Но, если бы выбирал – кого? – спросил сияющий.

Задумался.

В каждом из восемнадцати секторов было изображено несколько символов все того же древнего языка. Все они наверняка что-то означали, по отдельности или в другом порядке, но вот в том, в котором тут предлагались, никак не читались. Кроме одной из граней, где сияющим по золотому мне предлагалось сделать выбор. Не выбрать этот сектор. А выбрать что-то вообще.

Я ткнул рукой в эту надпись, мол, вот же написано, сделай выбор, а что выбирать и как, неизвестно. Но мой жест истолковали неправильно.

- Так я и думал, - сияющий оказался рядом со мной, протянул руку, дотронувшись до надписи. Та потекла, видоизменяясь и сливаясь в один большой символ, означающий какое-то животное. Тигра, что ли? Нет, даже не само животное, а ту опасность, которую оно представляло лично для меня. – Давай, чего ждешь, жми прямо на центр.


Не знаю, почему власть имущие везде, где бы я их не встречал, любят золото, не самый дорогой и редкий, по сути, металл. Хотя есть у меня догадка, из-за того, что этот металл единственный из благородных - желтого цвета. Там, где я оказался, только лишь притронувшись к клинышку, золота было слишком много. Золотые столбы опирались на золотой же пол, уходя в высь на невообразимую белоснежную высоту. В центре зала стоял золотой трон, к которому вели золотые ступени. И что хуже всего, сам металл был холодным. Слишком холодным. А мои пси-способности, видимо, остались за границами этого зала.

Модуль «порадовал» надписью о собственной блокировке – как всегда, очень вовремя, еще один минус ему в карму. Так что, не будь я в такт-обуви, точно бы замерз и заболел, хотя бы косоглазием – уж очень тут все сверкало.

Сиятельный господин переместился в свое золотое кресло, потом зачем-то встал и пошел мне навстречу. Стоило мне попытаться сдвинуться с места, как я почувствовал, что мои ботинки словно прилипли к полу.

Наконец, хозяин дошел до какой-то нужной ему точки, уселся на пол, поманил меня рукой. Пол перестал меня удерживать, но оставшийся путь я проделал осторожно, мало ли еще какую подлянку придумают. Добрел до их сиятельства, уселся напротив. Прямо попой на пол.

- Приветствую тебя, Марк Уриш, - хозяин похлопал по золотой плите, и между нами появился низенький столик из белого камня. – Положи сюда карточку.

Я аккуратно опустил пропуск на стол, одновременно оценивая внутреннее состояние. Пси-силы, пропав, возвращаться не собирались, ядро было наглухо заблокировано, никакой внешней подпитки. А вот ощущение внепространственного меча сохранялось, если что, я им воспользуюсь – не знаю, насколько эффективно это будет, но ощущение доступности оружия успокаивало.

Сияющий слегка приглушил внутреннюю подсветку, на вид оказавшись молодым, лет двадцати, парнем. Абсолютно лысым, без каких-либо татуировок и украшений, из одежды – только золотой балахон.

- Ты – древний? – в лоб задал я вопрос.

Собеседник рассмеялся.

- Нет, конечно. Основателей никто не видел уже десятки тысяч лет, не уверен, что они вообще существуют, точнее говоря, остались здесь, а не отправились куда-то еще. Но – тссс, это тайна, - и подмигнул мне.

- Которую я никому не расскажу?

- Это не секрет. Я – хранитель. Обычно мы встречаем ищущих уже тогда, когда они сделали свой выбор, но это должно происходить неосознано, а ты прямо вчитывался в надписи. Понимаешь их?

- Только одну, - признался я. – Ту, которая предлагала мне выбор сделать. А на самом деле я хотел выбрать другую, рядом. Так что, получается, ты сделал выбор за меня.

- Что сделано, то сделано, - хранитель ничуть не смутился. – Но раз ты смог прочитать обращение Отступницы, значит, тебе оно и предназначено.

- Знать бы еще, кто это такая, - я пожал плечами. – С тех пор, как выбрался со своей захудалой планеты, часто о ней слышу.

Хозяин рассмеялся, легко поднялся на ноги, поманил меня за собой.

Только что мы находились в огромном зале, мгновение, и очутились в совершенно другом месте, пол, потолок, стены – все было отделано белоснежным светящимся камнем. Казалось, я попал в пустую операционную.

На стене в ряд висели восемнадцать плиток, на каждой из которых была надпись на эме-галь. Десять плиток были черными, а восемь – серыми.

- Наши основатели, - кивнул на плитки хранитель, – оставили для каждого из своих последователей наставление. Древние существа, которых никто никогда не видел. Точнее говоря, не видел в истинном обличии. Раньше, до Нашествия, могли появляться в любой форме, а потом – оставшиеся десять скрылись у себя в обособленном пространстве.

- А эти восемь?

Хранитель подошел к плиткам, прошелся вдоль них, проводя рукой по надписям.

- Странный язык у древних, только тот, кому обращено послание, может его прочитать. Вот я, хранитель Третьего, могу понять его историю, и рассказать своими словами, но хранителей восьми ушедших нет, и некому прочитать то, что здесь написано. Ты что видел, когда переходил из системы в систему?

Я вкратце рассказал, как мы путешествовали. Без лишних подробностей.

- Стандартный путь, - кивнул хранитель. – Сначала вы узнали, как на нас напали чужаки, потом научились их уничтожать, поняли, как взять под контроль их порталы и как создавать управляющие центры. Историю нашествия, которое началось сто пятьдесят тысяч общих лет назад, и то, на что человечество потратило почти тридцать тысяч лет, вы проскочили за несколько дней. Не слишком впечатляет, но представь, что бы произошло, не сумей древние совладать с порталами. Это сейчас к-ранги живут среди людей, а когда-то и их, и людей почти не осталось.

- А ящеры?

- Появились потом. Люди испугались, что Нашествие – это только начало, и создали армию. На всякий случай. Для каждого из идущих сюда – свой маршрут, у кого-то всего несколько систем, у кого-то несколько десятков. Ты увидел все, что именно тебе нужно увидеть. Но вот предпоследняя остановка у всех одинакова. Вы попадаете в систему Тринадцатой, на ее планету, которую она сама и создавала. Когда она и ее семь последователей сбежали, оставшиеся древние уничтожили всю жизнь в этой системе, так сказать, в назидание.

- Там еще были странные люди, последовательницы этой вашей Тринадцатой. С надписями на голове, - я показал, где.

- Да, непонятная секта. Пытаются вырастить одаренных, но таким способом только последних неизмененных людей губить. Появились недавно, с десяток тысяч лет назад, первое время очень популярный культ был, много женщин умерло. А сейчас остались единицы, мы их не одобряем, но угрозы они не представляют. А что на планете Отступницы селятся, так пусть. Соберутся все в одном месте, закроем систему навсегда. Тем более что таких, как ты, с древним даром, и не осталось почти во внешних мирах, слишком много мутаций.

- Я понял, - кивнул, пытаясь запомнить, что написано на табличках. Надписи никак не хотели откладываться в памяти, только та, что принадлежала неизвестной мне женщине с пафосным прозвищем, кое-как усвоилась.

- Тебе так кажется. Ты еще не был в центральных мирах, так что и не видел ничего в этой жизни.

Хранитель потер ладони, и мы снова оказались в золотом зале.

- А что там?

- Тебе бы, наверное, понравилось, те, кто переселяется даже в большой круг, обратно не спешат. Но ты ведь так и не прошел путь до конца. Перепрыгнул, - он провел над моей карточкой рукой, две полосы слились в одну, сжались в квадрат, который разделился на четыре поменьше. Один черный, и три серых.

- Когда кто-то не справляется, это не значит, что с ним покончено навсегда, - собеседник пододвинул мне карточку, - видишь, черный квадрат означает, что ты чего-то достиг. А серые – что тебе есть еще, чем заняться. Обычно мы просим сделать что-то несложное, но полезное, например, навести порядок в какой-нибудь системе, где ситуация вышла из-под контроля, или расчистить сектор пространства от агрессивных чужаков, такие еще остались. Или встать на сторону одного из внешних образований, мы стараемся не вмешиваться в их выяснения отношений, а вот ты бы мог. Если бы мы это тебе поручили, одаренные ведь многое могут, правда?

- Так что я должен сделать?

Хозяин зала снова улыбнулся.

- Ты можешь читать послания Тринадцатой, пусть не все, но одно-то точно, а это может значить, что ты каким-то образом с ней связан. Может, кто-то из твоих предков был ее жрецом или хранителем знаний, - махнул он рукой на мой протестующий жест, - всякое случается. Я дам тебе карту мест, где она может проявиться, где ее последователи что-то построили или обряды проводили, вдруг ты найдешь что-то, что сокрыто от обычных глаз. Когда окажешься там, и обнаружишь, что есть канал связи с Отступницей, а ты это сразу почувствуешь, передай вот это.

И он нарисовал в воздухе символ.

- Что это? – я повторил надпись. И еще раз – для надежности.

- Она поймет, - хранитель удовлетворенно кивнул. – Только она. Или ее хранитель.

- Просто показать?

- Да, если будет кому. И когда она его получит, будем считать - ты сделал все, что от тебя требовалось, будущий полный гражданин Марк Уриш.

- А если у меня ничего не выйдет?

- Ты лучше постарайся, хотя бы сотню мест из списка посети. Ну а если не получится, возвращайся, найду, что тебе поручить. Люди с даром всегда нужны. И да, разрешение на торговлю и доступ к системе порталов ты получишь, точнее, уже получил. Еще увидимся, хеис Марк.

Глава 14

Хранитель немного слукавил. Как мне обьяснил служака с гламурным розовым пояском, я мог-таки посещать центральные миры, но ненадолго – не больше общих суток, потом меня ждал штраф и еще какие-то грозные санкции. Первый раз можно было отправиться на экскурсию не сразу, а только через месяц примерно, до этого считалось, что я все еще неполноценный гражданин, не доказавший своей лояльности режиму.

Полученная карта, при всей кажущейся нелепости такого средства идентификации, была продуктом очень технологичным, и главное – привязывалась к одному владельцу. То есть ко мне. Потерять, уничтожить, отдать кому-нибудь ее было невозможно, точнее говоря – бессмысленно. Мужик в халате, без предупреждения, выхватил уж меня мой ай-ди, и поджег маленьким плазменным шариком. Карточка отлично горела, пепел от нее валялся на снегу. А новая карта очутилась у меня в руках. Примерно то же самое происходило, стоило ее оставить и отойти дальше чем на несколько шагов – старая карта обращалась в пепел, а новая появлялась у меня. В чужих руках пепел появлялся через десять секунд. Карту можно было трансформировать в любой предмет – в кольцо, подсвечник, даже при желании в домашнее животное, но местные предпочитали носить ее именно в таком виде, растворяя в коже предплечья и восстанавливая, когда это было нужно.

В общем, я был и доволен, и не доволен одновременно. Карта торговца позволяла хоть и по ограниченному числу систем, но летать любому, кто ее в руках держит, главное, чтобы владелец был рядом, или в местном храме передал ее насовсем. А моя – только мне, без права передачи. И в центральные миры – только одному и телепортом, красных порталов в них не было вообще.

Отдельное спасибо стоило сказать адепту Третьего за список систем с местами, которые мне следовало посетить. Во-первых, их было около пяти тысяч, Тринадцатая тут была популярна. А во-вторых, практически все эти системы находились в местах боевых действий, внешние миры, при всей их заброшенности, жили активной общественной жизнью, обьединяясь в союзы, завоевываясь и враждуя, это нам, фактически, повезло, что Оранжевая находилась в спокойном захолустье, в обособленном скоплении. Хотя и в этом захолустье нашлось место для десятка потенциально интересующих меня мест.

- Значит, не видать нам центральных миров? – Пашка со всей нетерпеливостью российского туриста уже был готов идти за собственной визой, хорошо хоть Кир его остановил, такие действия без предварительной консультации с нашим центром лучше было не предпринимать.

- Пройдет какое-то время, попаду туда, и привезу тебе фотки и магнитик, - попытался успокоить я двоюродного брата, но тот надулся и голос разума в моем лице слушать не желал. Обидно, я-то дольше ему родственник, чем Кир, подумаешь – дедушка. Не родной ведь.

- И вправду, Павел, у нас свои миры есть, гораздо лучше, - осторожно вставил свою реплику Кир. – Пограничная система тоже вроде ничего так.

– Вот, меня не хочешь слушать, дедулю послушай, он плохого не посоветует, - откликнулся я на поддержку.

Дедуля тут же насоветовал плохого. Пограничный мир был удивительно богат на всякие развлечения, все население делилось на две части – одна тут отдыхала, а другая, поменьше, обеспечивала отдых. Обслуживающий персонал в какой-то мере заменялся неодушевленными системами, но иногда без людей было не обойтись, тем более что клонам в пограничные миры, равно как мутантам, ящерам, к-рангам и прочим нелюдям, ход был заказан. Не то чтобы я радел за чистоту человеческой расы, но в какой-то мере подход был правильный. Очистить человечество от всякой плесени – хорошая задумка. Главное, чтобы до крайностей не доходило.

- Прилетим на Дефтерон, я вам все устрою, - попытался образумить я наемников, но не получилось.

Только Тодин переспросил:

- Точно устроишь?

- Есть у меня знакомые из криминального мира, - начал я, но этой четверки уже и след простыл. Точнее говоря, пятерки, Пашка тоже за ними увязался.


- А ты что же? – Элика никуда не собиралась.

- Лучше с тобой побуду, - попытался заработать себе в ее глазах несколько очков. А потом еще несколько, рассказывая, как весело провел время в предыдущем мире. Кое-какие подробности пришлось опустить, но и без них те несколько месяцев, что я провел в качестве боярина Травина, оказались насыщенными событиями. Мне даже назад захотелось.

- Это ты уже рассказывал несколько дней назад, - прервала меня блондинка, стоило мне начать описание моего поединка с княжичем Тятьевым. Жаль, мне как раз еще кое-какие мысли на этот счет пришли, ну как я маленькую княжну из охваченного огнем терема вытаскивал, или крестьян выводил за ограду – сначала стариков, потом женщин и детей, и все это с огромным риском для моей жизни. – Расскажи-ка мне лучше про родственницу ростовщика этого, как ее там, Беляна, да? С голубыми глазами?

- Да что там рассказывать, - вздохнул я. Один раз сдуру про нее упомянул, и этого, оказывается, хватило

- Кажется мне, что есть – что, - Элика строго посмотрела на меня, понимаю я дядиных подчиненных, тут собственный особист сидит, ничего от нее не скроешь.

Хотя, почему бы их с Жданом-Ирием не свести, даже пусть в «воспоминаниях»? Отличная пара получится, колоритная – бретёр-разбойник и хрупкая провинциалка. Да, точно, пусть в конце наших похождений осядут в симпатичном таком домике с бассейном, ну почти как мой, который в Смоленске остался, с ребятишками. Мальчик и девочка. Нет, лучше две девочки, близняшки. Так Элике и рассказал, женщины любят такие истории. У бедняжки аж слезы на глаза навернулись, когда ведомый моей твердой рукой рассказчика, Ирий, после потери любимой сестры, нашел утешение в тихом семейном счастье. Даже вопросов не задавала, откуда я все это знаю – перенесся-то я сразу после возвращения из нашего похода в гости к старику Уришу, правда, временные рамки повествования я старался обходить и до этого.

Наемники вернулись только на через день, довольные и расслабленные. С моего счета ушло около полумиллиона, не знаю, что на эти деньги тут можно купить из материального, но хорошее настроение – точно.

За это время я успел с Эликой отношения укрепить, и с псионом, который нас первым встретил, переговорить. Это только на первый взгляд между людьми из разных миров мало общего, а если подумать и покопать, столько точек соприкосновения найдется, что надолго хватит. Взять хотя бы мой экспортный продукт, получалось, что его теперь только тут будут покупать, цены с тем, за что мог продать суперчамби торговец, не сравнить.

- Станешь богатым человеком, - псион, хеис Лмейт, любовью к новому продукту проникся сразу. В его глазах горела наценка, которую получит продукт, стоит ему пересечь границу между этой системой и центральными мирами, где у хеиса были свои люди.

- Мы станем богатыми людьми, - поправил его я. И получил в пограничном мире лучшего друга. А еще его лучшего друга, полного гражданина, с транспортным порталом – чтобы мог мой товар прямо со склада торговца забирать и в центральные миры возить. Так что, когда возникла проблема с одним заведением, которое наемники разгромили вчистую, все удалось уладить спокойно и к общему удовольствию. Да, так всегда – все развлекаются, а Марк работает.

Так им и сказал, когда вернулись.

- Мы в тебя верим, хеис Уриш, и ради этого готовы снова сюда вернуться и еще немного развлечься, - Кир и Тодин, совершенно трезвые, как и подобает настоящим псионам, по возвращении тут же занялись делами – ушли в корабельный тренировочный отсек.

А вот Арраш выглядел слегка пьяным. Что и доказал.

- Эирин и Павел целовались, - с дурацкой улыбкой выпалил он. И попытался их обнять. Линник не сразу сориентировалась, ткнув сослуживца в бок кулаком, а вот Пашка – молодец, схему лечения отравления кинул, Арраш сразу изобразил, что протрезвел, и уже с дурацкими подробностями не лез.

Клоун рыжий.

- Тебе не стыдно, женатый человек, - Элика стояла рядом, и я подумал, что слегка побыть моралистом не помешает. Но блондинка на провокацию не поддалась, заметила, что они в рейде, а в рейде не важно, кто женат, а кто нет. И ушла, сказала, что управлять эсмицем из своей каюты будет, и желательно в одиночестве.

- Что, Марк, не вышло? – Линник ничуть не обиделась, ни на меня, ни на Арраша. – Мы свободных взглядов придерживаемся.

По Пашке видно было, что он тоже хотел бы придерживаться свободных взглядов, но воспитание не дает. И потому лу Громеш слегка грустил.


Обратная дорога много времени не заняла. Мы приблизились к порталу, я на своей карте выбрал систему торговца, и мы нырнули туда. А потом, даже не заходя вглубь системы – к оранжевой звезде. Причем прыгнуть туда я смог, только позаимствовав на время у Рурри карту – только тогда на моей появилась эта система. А до этого – словно и не было ее вообще, так же, как и остальных двух, помеченных на карте торговца тусклыми камушками. Не всесильной карта была, только стабильные порталы показывала, значит.

Пока мы путешествовали по городам и весям, новое владение Уришей изменилось, не разительно, но существенно. Две смонтированные в космосе автоматические линии уже принялись за разработку ресурсов астероидного пояса, одновременно начав выпуск необходимой техники, прежде всего для монтажа боевых станций. Оборудование для добычи экспортного сырья, заказанное мной, тоже пошло в серию, а значит, чамби будет много. Столько, что вся вселенная захлебнется.

Дядя Толя развернулся вовсю, осваивая масштабный проект, в его собственной семейке до серьезных дел эн Громеша не допускали, и зря – я-то уж точно знал, на что способен бывший спецназовец. И он не подвел. Первым делом, не очень-то надеясь на расторопность местных революционеров, он произвел собственный переворот на южных островах, там теперь на месте старых маразматиков сидели преданные делу шумеров люди. Майя с товарищами вроде как без куска власти не остались и на этом успокоились, тем более что девушка дяде Толе понравилась – и внешне, и своими лидерскими качествами, он даже меня похвалил, мол, умею я ценные кадры охмурять.

Мою помощницу – Алгаю, он тоже переманил к себе, та вроде как сомневалась, что может вот так с любимым командиром поступить, но эн Громеш был очень убедителен.

- Баба – огонь, - так он мне и заявил. – Будь она одаренной, цены не было бы, но и так просто сокровище, смышленая, слова лишнего не скажет, и вообще, может, с собой заберу в наш мир, в смысле, к себе. Ты как, не возражаешь?

Судя по виду дяди Толи, вопрос был риторический, и моего согласия не требовалось. Но я попытался.

- А как же Элика?

- Никуда твоя Элика не денется. Засиделась в лейтенантах, будет заместителем моим работать, амль-комом. А то, как вы улетели, тут вся команда от радости чуть ли не перепилась, эти сволочи кроме нее никого не боятся. Даже меня. Только ей не говори сейчас, а то, сам понимаешь, мы вроде как в рейде, вот вернемся, тогда и назначу.

- Да я понял все, - о тете Свете я напоминать не стал, Тоалькетан Громеш – мужчина самостоятельный, как-никак, почти девяносто годков, способен своим умом жить, к тому же рейд, судя по всему, здесь понятие святое. – Что там с южными островами?

- Марк, я твою идею понял, пять миллионов готовых бойцов, с пеленок не боящихся крови и привыкших держать хапу и метатели в руках, и это я детей и стариков не считаю – отличный ресурс. Но сам понимаешь, для десанта они может и сгодятся, а вот с одаренными там совсем плохо. Сколько ты времени у эгира выторговал, десять лет?

- Думаю, раза в полтора больше, миры не синхронизированы.

- Все равно мало. Ты чего улыбаешься, может, знаешь что-то такое, чего я не знаю? Марк, надо бы тебя спецам из контрразведки отдать, уж больно ты довольный.

- Просто настроение хорошее, - почти не соврал я.

- Ну-ну, - дядя покачал головой. – А вот и наш учитель пожаловал.

С ан Трагом они не то что помирились, но уже разговаривали, и то хлеб.

Уми, в своей неизменной тройке, коричневых штиблетах и искрящейся белой сорочке, на кресло посмотрел брезгливо, движением руки сделал из него диван и развалился на нем, нога на ногу.

- С храмом проблема, - с ходу заявил он. – У меня всего два помощника, а работы там непочатый край. Так что сейчас пусть едет, а потом забираю лу Громеша надолго. Толку от него мало будет, но кому-то ведь нужно тяжести перетаскивать.

- Пашка – способный, - встал на защиту отпрыска дядя.

- Способный он только жрать и баб тискать, - проворчал уми, - весь в отца пошел. А лучше бы в деда. Двоюродного. И к тому же, мне он здесь нужен, так что, Марк, после возвращения на него не рассчитывай. Твою схему мы посмотрели, тебе на комм перекинул возможные варианты. Я бы на твоем месте не надеялся, даже если местная Отступница и Эреш-кигаль – одно и то же существо, то не думаю, что ты где-то найдешь действующий храм. Но попытаться стоит.

- Тем более, что зонды сами себя не разместят, - подхватил дядя Толя. – Около двадцати-тридцати систем хватит, чтобы сигнал пошел по цепочке и охватил большую часть местного скопления, а остальные, сколько получится, тоже потом подтянем – нам необязательно все время данные получать, достаточно будет, если зонды повисят в пассивном режиме, а потом просто снимем информацию, когда понадобится. Мы из этой вселенной сделаем нормальное цивилизованное местечко. Принесем дикарям знания и работу. Или только работу. Сколько мы еще можем ходок в этот пограничный мир сделать?

- Нисколько, - отрезал я. – Хейс Лмейт предупредил, чтобы какое-то время туда не шастали, и так примелькались. Обычно одаренный прилетает, потом уходит на задание и возвращается за полным гражданством. А не подрабатывает водителем маршрутки для всяких сомнительных личностей. И безопасник твой, из сомнительной семейки Конташей, который затаиться хотел – в следующий раз сам за него штраф платить будешь.

- Вот уроды, - дядя кулаком по столу треснул, - все следят. Ты говоришь, портал подсчитывает всех?

- Не я говорю, друзья мои в службе проверки прибывающих. И так на несколько случаев глаза закрыли, не нарывайтесь. И да, это дорого, и нет, я оплачивать буду только из вашей доли.

- Хорошо, хорошо, - дядя поднял ладони, - нет, как они портал без линий бору сделали, а? Как они вообще эти порталы сделали? Если мы такой к себе привезем, ты представь, Марк – за секунду с твоей планеты на Землю. Это какие мы… ты деньги поднимешь. Вместе с нами. А?

- Скоро отправляемся, - оставил я без ответа дядино желание на любом проекте погреть руки. – Эсминец готов?

- Готов, - эн Громеш довольно улыбнулся, - и эсминец, и пилот. Элика отправляется с вами.

- Элика-то зачем? – удивился я.

Эн Громеш и ан Траг переглянулись, синхронно вздохнули.

- Ты ее сам попробуй спроси, - ответил дядя. – Если останется, я только «за».


- Я лечу с тобой, - Элика выглядела спокойной и даже расслабленной, но этот вид мог обмануть только того, кто ее не знал. Какой-то офицер, проходивший мимо нас, при виде ком-лейтенанта чуть побледнел, вытянулся и дальше проследовал, только дождавшись еле заметного кивка. Ох, чувствую, ждет меня веселая поездочка.

- Может, останешься? Дело опасное, мало ли что случится, - нет, я был совсем не против провести какое-то время в компании с девушкой, тем более что, как я предполагал, ничего интересного нам все равно не светило.

- Нет, Марк, если ты не хочешь, чтобы я с тобой отправилась… - выдала вариант коронной женской фразы блондинка-пилот.

«Нет, ну если ты думаешь, что это платье мне не идет…», «Нет, ну если ты не хочешь ехать к моим родителям в эти выходные…», «Конечно, если тебе не нравится это кино…». Сколько раз я уже это слышал. Одно время пытался говорить, что – нет, конечно же идет, хочу и нравится. И чуть было не женился. Так что кое-какой иммунитет на подобные вопросы у меня выработался.

- Нет, не хочу, - честно ответил я. – Неизвестно, что нас ждет. Это только кажется, что прогулка предстоит легкая, но чувствую, эти местные не так просты. Помнишь боты службы надзора? И это в пограничном мире, где тебя станции в кварки разотрут, и не поморщатся. Со мной только четверка наемников, и какой-то инженер для реализации безумных дядиных идей. Мне будет спокойнее, если ты останешься.

- Хорошо, - кивнула блондинка. И улыбнулась.

- Значит, ты остаешься?

- Я лечу с тобой. Пойдем.

- Куда?

- Посмотришь, как мы эсминец переделали. Заодно и на инженера этого посмотрим.


Команда инженеров во главе с нин Понс Громеш-Арке, привлекательной женщиной средних лет, по совместительству матерью Кира Громеша и дальней родственницей Илани, моей кратковременной бывшей, постаралась на славу. Внутри эсминец почти не изменился, только добавились дублирующие системы ведения огня, два наземных ховера, несколько десантных ботов и целый отсек беспилотников. Много места заняли маяки и зонды, к оборудованию добавили небольшой автоматический добытчик, способный перерабатывать мелкие космические тела на нужные нам элементы, и репликаторы заменили другими моделями.

Внешняя обшивка украсилась допотопными надстройками с ионными пушками, если их отстрелят, не жалко. Добавились насадки на двигатели, они только мешали, снижая мощность процентов на двадцать, но при необходимости их можно было отстрелить, а потом поставить новые.

- Миленько, - похвалил я Понс. Впрочем, ком-инженеру на мои похвалы было наплевать, равно как и на меня.

- Не волнуйся, дорогуша, он не в моем вкусе, - так и заявила она Элике. – Но если что-то сломает, то я ему руки оторву.

- Не волнуйся, нин, - блондинка даже не подумала за меня заступиться, - я сама это сделаю, если потребуется.

Тодин уже тестировал пищеблок – как всегда, рыжий сержант-псион был весел и доволен жизнью. Понс ласково потрепала его по щеке, посетовала, что такой хороший мальчик попал в такую плохую компанию, и наказала за нами приглядывать. На что зу Тодин пообещал делать это иногда, и хлопнул мать своего непосредственного начальника по круглой заднице. Мне, воспитанному в пуританских постсоветских традициях, это было непривычно, а вот сама ком-инженер, ее помощницы и Элика восприняли такое проявление внимания как должное.

- Глаз с него не спущу, - для пущей важности Тодин надул щеки и достал из кармана серебряную монетку-шиклу. – Спорим, он будет вести себя хорошо?

Элика достала три монетки. Понс – еще столько же. Тодин добавил еще две. Все мои ману оставались у Марики, а то бы я сейчас поднял немного шумерских денежек.Нин Понс сгребла монетки, подмигнула мне, мол, ты знаешь, что надо делать, шалун, чтобы тетя выиграла, и удалилась.

- Гроза наемников, - пожаловался Тодин, убедившись, что ком-инженер ушла и никаких следящих схем не оставила, специально кристаллом-амулетом поводил вдоль стен. – Наш интендант, стоит нин на базе появиться, ложится в медкапсулу и до ее отъезда вылезать отказывается. А Кир, как ее видит, аж трясется. Ждет не дождется, когда мы наконец отсюда вылетим.

- Все комплексы – из детства, - авторитетно заявил я. – Вот я только не пойму, эта Понс – она же вроде как нынешнего нуна жена? Или нет?

- Они друг друга с самого начала ненавидели, - ответила Элика, - просто их ген-карты идеально совпадали, поэтому Кир такой способный получился. Но уже, наверное, лет сорок уже друг с другом не разговаривают. И вообще, у одаренных обряд для зачатия потомства и обряд для совместной жизни – две большие разницы.

И внимательно так на меня посмотрела. И на Тодина.

- Конечно, - первым нашелся тот. И с уверенностью добавил, - у одаренных вообще все не как у людей.

Кто бы говорил.


Все, что я успел сделать отлетом – это пройтись с ан Трагом по подземельям. Трое его учеников вовсю трудились, расшифровывая схемы, пытаясь добыть красные кристаллы без жертв, осваивая порталы и приставая к местному женскому населению. Была надежда, небольшая, что найденный храм как раз тем местом, которое мне нужно, и является.

- Этим постройкам четыре тысячи лет, - обнадежил меня уми, по обычаю, рассевшись на диване. Прямо в портальном зале. – Ты лентяй и лоботряс, давно надо было заняться историей, настоящей историей восьми царств.

- Семи, - поправил я. Просто так, из вредности.

- Царство Кут было разрушено еще до цифрового восстания, так что особых свидетельств не сохранилось, только записи в родовых кристаллах, - ан Трагу мои подначки были как мамонту укус комара. – Эреш-кигаль, восьмая богиня, как раз тогда и исчезла, не знаю, что остальные семеро с ней сделали, но явно ничего хорошего. Да и не только там в каких-то идеологических противоречиях дело, думаю. Царство Кут уж слишком богатым было, вот другие и решили его к рукам прибрать, разделить, так сказать. Первые носители, первые пустотные батареи, да что там, Повелители сначала рождались только в царстве Кут. Даже говорят, что портальные маяки сначала были только у нее.

- Может, не она?

- Логика подсказывает, что местные восемь ушедших – это наши боги и есть. Письменность похожа, язык местный общий определенно с эме-гир одни корни имеет. Но знаешь, Марк, Эрши была уж слишком кровожадна, кровавые обряды, жертвы, люди толпами под нож шли, боги вообще жестоки, но такое даже они не приветствуют. Кристаллы красные, которые мы нашли и которые из людей делают, тоже она придумала. А девочки эти с татуировками – сколько их выживает? Одна из сотни – это в нашем мире, здесь все иначе, гораздо хуже. Девочки тут с даром не рождаются из-за мутаций, мы проверили. Наложение полей неправильное, мы это не чувствуем, потому что уже родились, а здесь, на этой планете, мальчики с даром рождаются, только если их сделали, хе-хе, на нашей стороне.

- А как же в остальной вселенной?

- Ты сравнил, Марк. Тут триллионы людей, не считая других разумных. Хоть кто-то с даром, но родится, но я бы на армию одаренных не рассчитывал. Слишком большой разброс по параметрам планет, представь, сколько изменений нужно было в организм внести, чтобы человек смог выживать.

- Так может, не стоит богиню эту вообще искать?

- Ну-ка еще раз знак нарисуй.

Я послушно изобразил в воздухе белый клинышек.

- Нет, даже повторить не могу. Но ты сам видишь, везде уже свой знак показал, в ее храме, а толку?

Псионы открыли все двери, все проходы исследовали, обнаружили еще два храмовых зала и некоторое количество статуй, но ни одна на значок не откликалась. И вдоль стен ходил, и наносить на колонны пытался, все без толку.

- Отклика нет, - подтвердил ан Траг. – Мы у себя на Земле, когда обряд омовения статуи проводим, или поднесения крови, сразу чувствуется, что боги откликаются, а здесь словно пустое место, так, слабый ответ есть, но это может быть из-за того, что раньше здесь было. Эманации остаточные. Но вообще место тут интересное.

- Особенно бассейн?

- Загадочная штука. Давай, попробуешь нырнуть в него, может, до дна донырнешь и скажешь, что там, а то что-то никак не выходит у нас с ним разобраться. Нет, не хочешь? Вот что мне такие ученики попадаются все время, не любопытные.

- Любопытные все кончились, наверное, - не упустил я возможность подколоть уми.

На что ан Траг только вздохнул.

Глава 15

Первый переход мы привычно сделали в систему торговца – бедолага уже и забыл, наверное, когда отдыхал, только мотался туда-сюда с грузом, оборудованием и вот теперь с эсминцем. Даже таможне тамошней уже надоело нас проверять, пятый советник и пластилиновый Камгапачиллате получили свою долю сразу на месяцы вперед и до непонятных перемещений не докапывались. Плохо только, что карта такая была одна-единственная, кроме Рурре в систему Оранжевой никто не летал.

Для кого-то рейд – развлечение, а для нашей команды с влившимся в него штатным инженером, одной из подчиненных нин Понс – рутинная работа. Найти ближайшую систему, перейти туда через портал, сбросить зонды и маяки, проверить связь со своей системой, получить ценные указания дяди Толи, ан Трага, выслушать наставления для Кира от его матери, поиздеваться над Киром, выслушать советы для Пашки от его отца, пройтись по ним тоже, составить программу исследований для зондов и прыгнуть в следующую систему.

В списке, который у меня был, восемь систем могли быть пристанищем культистов. В них мы тоже не задерживались, оставляя всю работу автоматике. Пока мы держались в зоне охвата связью, все результаты поисков получали тут же.

На расстоянии в пятнадцать-двадцать световых связь держалась идеально, автоматика отлично справлялась с поиском обьектов, а заодно подбирала места для базовых станций, зонды и маяки, хоть устройства и неприхотливые, тоже надо было обслуживать. Поэтому первые двадцать систем мы прошли буквально за несколько дней, построив небольшую сеть. Само освоение пространства могло затянуться на десятилетия, носителям нужно было освоить координаты, аналитикам и ИИ – оценить потребность в ресурсах, к тому же местные мешались, во всех системах имелось свое население, которое отчего-то считало, что ресурсы принадлежат только им.

Проблема заключалась в том, что Оранжевая, система торговца и посещенные нами системы находились в одном звездном скоплении, растянувшемся на три сотни световых лет. Галактика только кажется однородной, на самом деле сотни миллиардов звезд пытаются объединиться, если не по интересам, то хотя бы по времени образования. Со всех сторон скопление было окружено колониями молодых звезд и красными карликами, которые интереса для построителей порталов практически не представляли, так что из двадцать четвертой по счету системы нам предстояло переместиться в систему, связь из которой с другими, уже освоенными, не поддерживалась.



- И почему нельзя сделать зонды связи, которые работали бы на любом расстоянии? – ответ я, в принципе, знал, но неподалеку сидела Элика, а Трис, наш инженер, принадлежащая к семье Ису-Таке, высокая брюнетка и слабенькая видящая, всегда рада была что-то обьяснить.

- Ты, зу Марк, как будто из отсталой внешней системы к нам попал, - брюнетка пододвинулась ко мне поближе, едва не касаясь пышным бюстом, и томно вздохнула. – Вот смотри, это одна частица.

И она показала указательным пальцем на зрачок левого глаза.

- А это другая, - другой указательный палец переместился к правому глазу. – Они двигаются синхронно. Так и гратоны в зондах, реагируют синхронно на возбуждение. Если один гратон возбудить, то и другой, который с ним связан, тоже возбудится.

При слове «возбуждение» она облизнула губы.

Я крутанул одним зрачком в одну сторону, другим чуть погодя – в другую, нам, псионам, такое сделать - раз плюнуть. И на Элику незаметно посмотрел, та вроде как делами своими занималась, но нас очень внимательно слушала.

- Ладно, ты можешь так сделать, а частицы – нет, - чуть добавила хриплости в и без того низкий голос Трис. – Они всегда друг за другом переходят в другое состояние, так работают маяки. А для того, чтобы передать информацию, нужно, чтобы не только сам факт возбуждения был, а еще и его направленность совпадала, и сочетание не нарушилось, а это возможно примерно до расстояния, которое обычное излучение в обычном пространстве проходит за пятнадцать-двадцать лет.

И развела указательные пальцы сантиметров на двадцать друг от друга.

- А если расстояние больше, начинаются проблемы, - продолжила она. – Вот тут мы, настоящие исследователи, и работаем, пытаясь найти решение. А то, что меньше двадцати световых, нам не интересно. Понятно?

- Конечно, - кивнул я. – Вопросов больше не имею.

– Я понял, что у вас наука отсталая, - вклинился в разговор Пашка. - Вот в одной отсталой окраинной системе, где мы с Марком жили какое-то время, нормальным считается расстояние в сорок девять с половиной световых лет.

Тодин, скреплявший четыре сэндвича в один гигант какой-то светящейся малинового цвета пастой, хрюкнул и чуть куском копченого мяса не подавился.

- Когда вернемся, может быть, ты покажешь, где эта ваша система находится? – Трис развела пальцы на полметра, скептически хмыкнула.

- Обязательно, - лу Громеш галантно кивнул. – Я еще и не то могу показать.


Соглядатаев из разных семей царства Исин хватало. Лу Трис Ису-Таке подчинялась Понс Громеш-Арке, дальняя родственница Арраша занималась базовыми станциями, с торговцем плотно работал главный аналитик, он же представитель Ур-Наммурапи, из ассу-аридес, новых семей. Правда, до канала с центральным миром я его не допускал, да и на самой планете теневые воротилы пока предпочитали иметь дело со мной, но это обязательно изменится.

Из нескольких сотен человек, отправившихся со мной в межмировое путешествие, обычные люди, не принадлежавших старой и новой аристократии, были разве что в десантной команде. Царство Исин не желало пускать на самотек такой перспективный проект. И не то чтобы эти люди попали в систему Оранжевой специально, они и раньше занимались именно этими делами, но, думаю, когда вернемся, каждый будет тянуть одеяло в сторону своих родственников. А пока все они чудесным образом друг с другом ладили.

Но когда система вернется в мир шумеров, они все решат, что я им что-то должен. Неплохая гарантия безопасности, никто не станет сразу уничтожать человека, у которого столько долгов. К этому времени они должны понять, что один формальный владелец ворот в другой мир лучше, чем несколько. Да и здесь, в нашу экспедицию, я постарался взять представителей нескольких заинтересованных сторон, пусть приглядывают лучше друг за другом, чем за мной.

И к тому же, я пока единственный мог передавать сообщения через систему порталов. ИИ центральной базы системы почему-то посчитал, что другим представителям нашего мира обозначать свое присутствие вот таким способом, через храм, все еще нежелательно. Среди того огромного обьема информации, который ему скормили, одна вовремя подсунутая инфопластина просто затерялась, но то, что на ней было, ИИ учел. Потом непременно обнаружат нестыковки, но не раньше, чем через два-три десятка лет, необходимую статистику я поправил, а других источников данных просто не было. К этому времени, если не удастся все подмять под себя или сбагрить этот актив, хорошо бы мне оказаться подальше от будущих разборок.

- Что дальше, капитан? – Кир с наемниками только вернулись из тренировочного отсека, кстати, мне бы тоже не мешало туда наведаться.

- Сейчас спросим, - коллективная ответственность, это великая вещь.

- Других вариантов нет? – появившееся голо дяди Толи картинно оглядело центральную рубку. Наемники даже как-то подтянулись.

- Не знаю, - я пожал плечами. – Остальные варианты еще дальше. Трис говорит, что оттуда сигнал будет неустойчив.

- Если вообще пойдет, - Трис покачала головой. – Дайте нам пару лет, и тут все будет зондами утыкано.

- Но главное – эта система помечена как перспективная. Уж очень неохота мне сотню мест посещать, честно говоря, надоело.

- Ладно, - подумав, решил эн Громеш, - держим связь через твоего торговца, у него как раз несколько новых сотрудников появилось. И все, как-то так получилось, из наших.


Можно понять логику пришельцев, расположивших порталы возле звезд солнечной группы – органика, ради которой они подорвались из другой галактики в нашу, с наибольшей вероятностью росла именно там. Однако изредка попадались звезды, от Солнца существенно отличающиеся.

Красные карлики – один из самых распространенных типов звезд в Млечном Пути. А может быть, и в других местах Вселенной тоже. Светят такие звезды тускло, а значит, планеты, чтобы как-то поддерживать азотный вид существования существ, должны находиться где-то поблизости от центрального светила. Что, в свою очередь, не слишком хорошо влияет на развитие жизни, кроме света, и другое излучение есть.

К тому же, практически все красные карлики сформировались задолго до желтых, все, что могло на них вырасти, уже давно сгнило, наверное, систем такого типа я насчитал не больше нескольких тысяч – это из тех, возле которых был портал, и которые были внесены в общую маршрутную карту. Наверняка были и другие, вроде нашей Оранжевой, которая в общих картах отсутствовала, но туда, по понятным причинам, я попасть не мог.

Система красного карлика была помечена хранителем как перспективная, и была рекомендована для жителей центральных миров. К тому же территориально она находилась недалеко от мира Отступницы-Тринадцатой, иначе говоря – от Солнечной системы, всего-то в полусотне световых лет. Куда не погляди, сплошные аргументы «за».


Единственная планета, вращавшаяся вокруг звезды, оказалась обитаемой. Наше появление незамеченным не прошло, возле портала висела боевая станция, на взгляд Элики – гораздо продвинутее тех, которые нам встречались. Бот, который к нам направился, ИИ промаркировал как опасный, а значит, местные кое-где кое-чего достигли.

Посетителей было трое – два ящера-солдата и один пластилиновый третий советник с трудно произносимым именем.

- Установлен карантин – тридцать общих часов, - заявил он, приложив считыватель к моей карточке. – Планета рекомендована к посещению полными гражданами и их сопровождающими, поэтому или покидаете систему в течение десяти минут, или все время карантина находитесь здесь. Тебе, хеис, разрешено спуститься на планету в сопровождении команды, корабль можешь пристыковать к станции на орбите. Для торговли нужно специальное разрешение, до получения постоянного гражданства его стоимость…

- Мы просто так, с экскурсией, - прервал я недочеловека. – Посмотреть на развалины храмов и часовен.

- Таких у нас нет, - проскрипел пластилиновый. – Но, если господин хочет, можем что-нибудь оперативно построить и разрушить. Это будет стоить…

- Обойдемся, - поставил я точку в разговоре. – Просто спустимся, погуляем, где тут у вас пляж?

- Не пойму, что господин хочет, - восьмой советник смешно развел руками.

- Ну море, песок, пальмы и выпивка.

- А, человеческий курорт, ясно. Самый дорогой и красивый – на острове Эо, господин. Только для людей.

Я проверил счет – самый дорогой и красивый курорт вполне мог себе позволить. Торговля чамби шла вовсю, друзья хеиса Лмейта из пограничного мира свою долю отрабатывали на двести процентов.

Планета в системе красного карлика была всегда обращена одной стороной к звезде – эффект приливного захвата, так что понятия времени суток на ней не было. На одной стороне вечный день, и вечная ночь с искусственным освещением - на другой. Остров, куда нас пытался заманить пластилиновый советник, находился почти на границе дневной и ночной сторон, с красным солнцем чуть выше горизонта, белым песком, сильными ветрами и пышной растительностью. То, что листья у растений были сине-красных оттенков, никого не смущало – спектр, сдвинутый в инфракрасный диапазон, диктовал свои условия.

Нужное мне место находилось на освещенной части планеты. При имеющихся средствах передвижения – меньше часа лету туда и столько же обратно. Остальное время нужно было потратить с пользой - расслабиться и отдохнуть.

Море было похоже на бассейн, никаких волн – совершенно неподвижная гладь воды, только ветер пытался что-то такое сымитировать, но кроме небольших всплесков, ничего у него не получалось. Курорт оказался действительно неплохим, на абсолютно круглом острове архитектор раскидал две сотни бунгало, с собственными садиками, бассейнами, фонтанами и цветниками. Красный карлик был на удивление спокоен, никаких вспышек, ровное свечение, по спектру похожее на лампочку накаливания, очень комфортное и прогревающее до самых костей.

Нас заселили в большой куполообразный дом, впрочем, тут других не было. Восемь спальных комнат – их число на самом деле ограничивалось только количеством при мне появившихся стен, огромный центральный этаж без перегородок, и подсобные помещения внизу, ниже уровня земли. На эсминце осталась только Элика, если его решат захватить, малочисленная команда не поможет, а встроенные системы обороны отлично справлялись и без нас. Так что я намеревался, закончив свои дела, присоединиться к ней наверху, а ребята пусть отдыхают. С их точки зрения, они это заслужили.


Остров, который нам посоветовал пластилиновый человек, был на планете одним из немногих мест, где люди вообще появлялись. Темная сторона была занята недочеловеками, светлая – ящерами, и друг с другом они почти не пересекались, даже на курорте, а представители человеческой расы на планете прижились только в качестве гостей.

При всех различиях между народами, даже живущими в разных мирах, всегда есть то, что объединяет. Это желание есть, пить и развлекаться. Кто-то охотится на крокодилов, кто-то прокалывает себе щеки и пляшет у костра, есть и те, кто ходит в театр или на жертвоприношения, но по сути это одно и то же, человек вырывается из обыденности, и привносит в жизнь что-то новое. Пусть это не всегда то, что ему нужно.


- Я это жрать не буду, - Пашка решительно отодвинул от себя плоскую деревянную дощечку, на которой горкой было навалено что-то малоаппетитное. Мне даже показалось, что там были чьи-то глаза и ногти. – У них что, нормальной еды нет? Море рядом, рыбу хочу.

Наемники, те были поопытнее. Перекинули обслуживающему нас ящеру свои предпочтения в еде и напитках, умяли что-то вполне съедобное и свалили на пляж, прихватив с собой женский инженерный персонал, плавать и ничего не делать. А Пашка решил выпендриться, аутентичную пищу вкусить. Пластилиновый халдей на радостях чуть было в человека не превратился, местная еда стоила раз в двадцать дороже стандартной, готовилась почти час и была почти такой же мерзкой на вид, как улыбка официанта.

- Не будешь – выброси, - посоветовал ему. Вообще, с лу Громешем я остался исключительно из братских чувств, так-то меня на острове ждал храм, а наверху – Элика. – Паш, ты вообще чем думал, когда еду заказывал? Мы не то что не на Земле – вообще непонятно где. Может быть, это турист, который не заплатил.

Мне показалось, или официант чуть кивнул.

- Да понял я уже, - Пашка отшвырнул доску, та шлепнулась на соседний столик, наш халдей метнулся туда, провел рукой по растекшемуся месиву, впитывая его. С удовольствием провел, гад. На людях пластилиновые ели с помощью рта, но, если забывались, или обстановка была располагающей, могли любой частью тела органику впитать, не проблема. – Так и хочется в морду кому-нибудь заехать.

- Ты эти свои привычки брось. Пряничным человечкам плевать, хоть ногами пинай, нет у них внутренних органов. А ящера задолбаешься бить, скорее руку сломаешь.

- Ничего, усилю удар, башню только так снесу. А руку, если надо – вылечу, - бывший врач-травматолог отхлебнул что-то синее, по вкусу похожее на квас, - вот эта штука сильная, возьму еще с собой. Тебе захватить?

Я покрутил головой. Эта сильная синяя штука нормально пахла и на вкус была приятна первые сорок минут, а потом резко начинался процесс ферментации, и она превращалась в мутную бурую слизь с запахом мазута.

- Ты Трис видел? – под навес заглянул Тодин.

- Нет. – Трис с самого спуска вниз отдыхала слишком активно, будто до этого на планетах никогда не была.

- Исчезла куда-то.

- Может, достали вы ее, - я пожал плечами. – Только и пялитесь на бедную девушку, поприличнее компанию себе найдет. Метка ее где?

- Так нет метки, - Тодин отобрал у Павла кувшин, налил себе в деревянную плошку. – А на связь не выходит. Исчезла пятнадцать минут назад у причальных мачт. Такое бывает, если не обновлять долго, а ответственный у нас ты.

- Кто не без греха, - философски заметил я.

И вправду, нехорошо, с одаренных метки только так летят, и за себя они постоять вполне могут, но все равно, если что, виноват я, мне и расхлебывать. Вдруг случилось что-то с девочкой. – Пойду, узнаю. Порасспрошу у местных таксистов. Оставайтесь, я один справлюсь, тут народ мирный.

- Если что – зови, как доем, прилечу, - Пашка переключился на стандартную еду, и правильно, привычное – оно организму полезнее. – Ан Траг мне практиковаться велел, а я тут не пойми, чем занимаюсь. Мирное население, особенно с такими рожами, как у местных – самое оно для тренировок.

Глава 16

Технологии – это не только растущий уровень жизни и долголетие, но и вытеснение людей автоматами и машинами. Нет такой области, в которой человек имел бы преимущество перед настоящим искусственным интеллектом, наверное, в развитии любого общества должен наступить момент, когда люди понимают, что они, в сущности, лишние. Не создатели, а потребители, лишнее звено эволюции. И поняв это, начинают бороться за свое место под солнцем.

Именно поэтому и в мире шумеров, и в других технологичных мирах для человеческого труда расчищали место. Убирали все, что мешало людям развиваться и давало возможность проводить дни свои в неге, прокрастинации и созерцательности. Этот мир пошел еще дальше. Если на Земле-ноль беспилотные автоматы широко использовались, то здесь были запрещены, за пультом управления должен был находиться разумный субьект. Пусть не человек, но хотя бы ящер. Или пластилиновая пародия.

Так что окрестности причальной мачты напомнили мне один из московских аэропортов начала двухтысячных, когда еще не было яндекса и убера. С крутящими на пальце ключи представителями южных республик, славянами с хитрым прищуром и представителями старой гвардии в скрипящих кожаных куртках и кримпленовых брюках. Только в этом мире рынок перевозок был плотно оккупирован чешуйчатыми.

- Спроси у Ррегха, - первый встречный бомбила, с вызолоченными зубами, махнул когтистой рукой в сторону небольшой группы ящеров, игравших во что-то прямо на земле. – Он тут старший.

Я развеял изображение Трис, подошел к игрокам.

На земле лежала здоровая, в смысле размера, рыба – в другом смысле она была уже совсем мертвой. Острым когтем играющий вытягивал какую-то часть внутренностей, пытаясь не дотронуться до других и не потянуть их следом. Каждая неудача сопровождалась ревом, хлопаньем по чешуе и прочими восторгами. Одеждой мутанты не заморачивались, с их кожным покровом что в жару, что в холод было комфортно, на лицо для меня все они были как китайцы – на одно, так что старшего я можно сказать угадал. По серебристой серьге в ухе.

Ррегх как раз вытянул какой-то сложный орган, на вид кусок печени, и бросал камешки, чтобы выбрать внутренность для следующего игрока. Я особо церемониться не стал, потыкал мутанта носком ботинка в бок.

- Чего тебе? – ящеры немного шепелявили и подрыкивали, но речь от человеческой ничем не отличалась. – А, эта девка, да, видел ее. Она улетела с пришлыми людьми на соседний остров. Вроде как даже спорила с ними сначала, а потом согласилась. Что, ты ей заплатил, а она тебя кинула?

- Типа того, - кивнул я.

- Все бабы – твари продажные, - ящер, к которому перешел ход, облажался под хохот остальных и был слегка расстроен. – Только деньги подавай, а как до дела доходит, не найдешь.

- Пятьсот, - Ррег даже внимания на реплику товарища не обратил. – И две сотни, чтобы слетать туда и обратно.

- Идет, - я достал карточку, провел над татуировкой на кисти ящера. – Долго?

- Три стандартных минуты туда, три – обратно, а остальное от тебя зависит. Больше часа ждать не тебя никто не будет, в ваши дела не влезаем, - предупредил мутант. – Если нужна поддержка, могу дать двух парней. Вон, Вварка возьми, он кишки только из рыбы плохо умеет доставать, потому что она маленькая. А человек – большой.

- Нет, справлюсь, - самонадеянно махнул я рукой. Три стандартные минуты – пятнадцать земных, не так уж далеко, если что, псионы придут на помощь.

- Дело хозяйское, - ничуть не расстроился Ррег. – тогда вот он с тобой полетит.

И показал на хлипкого на вид парнишку.

- Керрк, летишь с господином.


Керрк уходом за транспортным средством занимался, наверное, все свободное время. Похожий на половинку дыни антиграв хоть и был стареньким и потрепанным, но выглядел аккуратно. Ящер вырастил второе кресло рядом со своим, махнул мне рукой, мол, садись, и активировал дронов. Те сноровисто покрыли корпус летательного аппарата какой-то блестящей смазкой, зависли перед аппаратом, готовясь расчищать путь при необходимости.

- Чтобы пыль не приставала, - обьяснил мутант, прыгая в свое кресло и проводя рукой в воздухе по голографической панели.

- Слушай, я тебе должен что-то? – на всякий случай спросил я. – А то Ррегху уже заплатил.

- Это нормально, - успокоил меня Керрк, осторожно отстыковываясь от мачты. – Ты, наверное, больше среди людей живешь, с нашими мало знаком?

- Ну да, в основном и мало.

- Мы друг друга не обманываем, - без всякого пафоса сказал мутант. – Раньше, тысячи лет назад, обманщика могли диким скормить, а потом привыкли, поняли, что, когда честно друг с другом, лучше получается. Мы, наоборот, удивляемся, почему вы, люди, так друг друга ненавидите и пытаетесь кинуть.

- Сам удивляюсь, давно уже, - признался я. – Может, когда вас выводили, улучшили что-то?

- Ага, - Керрк рассмеялся, точь-в-точь как человек, - просто вы, люди, слишком нежные. И от еды вам плохо, и от воздуха грязного, и вода слишком теплая или холодная, в пустоте без скафов и минуты не продержитесь. Вот и пытаетесь как-то это компенсировать. Особенно когда есть с кем сравнить, вроде нас.

- Ты еще скажи, что ящеры людей любят, - подколол я водителя. Судя по его настрою, он ни капли не обижался.

- Привыкли, - водитель уверенно вел машину на север. – Говорят, когда первых наших выводили, с ними как со скотом обращались, но это давно было. Мы не обижаемся, на слабых ведь не обижаются. Но помним. Ученые постарались, память у нас хорошая. Здесь, на планете, людей нет почти, только на островах пришлые вроде вас, а на других, где люди и мутанты рядом живут, говорят, между ними дружба и согласие. Так?

- Можешь быть уверен. Это что за остров? – показал я на виднеющийся слева берег.

- Туда мы не полетим, он для людей победнее. Не все могут за общие сутки сорок тысяч выложить. Тот, куда мы летим, такой же как ваш, для богатеев.

Я с интересом поглядел на ящера. Все, что он говорил – и про людей, и про социальное расслоение, было совершенно без злости, так, факты констатировал. Даже с юмором, настроение легко было прочитать.

- А вот и он, - мутант показал на приближающийся пляж. – Высадка только в центре. Жду общий час, если захочешь, чтобы дольше, надо доплатить.

- Пять сотен хватит? – я достал карточку. Час – он и в Африке час, то есть, тут всего в полтора раза нашего длиннее.

- Ого, почти полный гражданин, - удивился мутант, - тогда понятно. А что за путь, господин?

- Да так, - уклончиво сказал я. – Ищу тут храм Отступницы, дождешься меня, туда слетаем. Может, добавить?

- На сутки я твой, господин. Могу даже на это время назвать бот твоим именем.

- Обойдемся, - я вылез из половинки дыни. – Будь на связи.

И на всякий случай прицепил на ящера метку. Мы хоть и доверяем друг другу, но я же человек.


- Пятый блок, господин, - халдей, получив от меня сотню, готов был родную мать продать, или кто там за нее у пластилиновых, - туда ее увели. К нам даже не зашли.

В местный пивбар я заглянул не просто так – увидел знакомую деревянную бутылочку. Однако, напиток моей новой вотчины и тут оказался популярен, только стоил раз в пятнадцать дороже, чем в мире моего первого торгового партнера. Представляю, во сколько обойдется посетителям новая, улучшенная версия. Да и от Трис пришла весточка, что у нее все в порядке. Но от помощи, раз уж я рядом, она не откажется.

- Сколько их было?

- Трое. Одного я знаю, он у нас часто бывает, а остальные по виду тоже из Центра, - официант плеснул еще чамби в опустевший стаканчик. – Отличный выбор, господин. Что еще желаете? Есть развлечения на любой вкус, и ящеры, и к-ранги, и даже люди. Желание клиента для нас важнее всего.

- Я подумаю, - пообещал я. – Сначала – дела. И это, если решишь их предупредить, не стесняйся. Я не против. Где этот пятый блок?

- Вон там, - пластилиновый человечек махнул пластилиновой ручкой, - прямо возле пляжа.

- Отличное место, - я поднялся, провел карточкой над столом, - сразу видно, люди солидные, отдыхать умеют. Пойду, может и мне там чего обломится. Дай-ка мне бутылку, а то неприлично просто так в гости заваливаться.

- Конечно, господин.


Возле купола-бунгало скучал ящер, в строгом соответствии с ролью охранника демонстрирующий выпирающие бицепсы, трицепсы и квадрицепсы.

- Тебе туда нельзя, - предупредил он, преграждая вход.

- Уверен? – я посмотрел сквозь бутылку на вечно заходящее солнце. – Мы подружимся, обещаю.

- Да, господин. Там люди из Центра, двое из них - хеис. Для твоего же блага, господин.

- Могут побить, и даже ногами?

Ящер промолчал, но судя по его виду, случись что, до ног может и не дойти.

- Зачем тогда их охраняешь?

- Не их, господин, от них. Чтобы остальные отдыхающие не пострадали.

Я показал ему изображение девушки.

- Не стоит тебе в это ввязываться, господин, - ящер сделал шаг в сторону. – Но если пожелаешь…

Нижний этаж был разделен переборками на несколько частей. В той, куда я попал, стоял диван, а на диване сидели двое, оба – лысые, без одежды. Очень близко. И одного пола.

- Ну что, голубки, не пускают вас на групповушку?

Левый вытаращил глаза, а правый вскочил, как был – с болтающимися причиндалами, и бросился на меня. Вскакивая, он хлопнул в ладоши, растягивая между ладонями какую-то энергетическую слизь, на вид противную, но судя по насыщенности – почти безобидную. Этой штукой он собирался, наверное, меня задушить, руки пошли навстречу друг другу, сопля сложилась в кольцо и чуть отделилась от заклинателя. Будь нападавший чуть дальше, может, пришлось бы мудрить, завязывать ему эту штуку вокруг его же горла. А так – с места пробил пенальти в ничем не защищенную паховую область.

Как там Пашка говорил – усилить удар? Гравитационная схема, в отличие от направленной, не уменьшает площадь соприкосновения, а наоборот, увеличивает, сохраняя силу удара на единицу этой самой площади, так что лысому будто мячом попали куда не нужно, он как резко ко мне рванул, с такой же примерно скоростью и продолжил двигаться, только в обратном направлении. Впечатался в спинку дивана, попытался заорать, но лишние звуки совершенно ни к чему, пришлось его парализовать. Одаренность на нем при рождении потопталась только слегка, наложенной схемы должно минут на двадцать хватить.

- Достал ствол – стреляй, - напомнил я второму азбучную истину. Этот дятел вообще одаренным не был, и вот чего полез, спрашивается, с голой жопой против танка. Продолговатый предмет в его руке потек, металл тоже может быть жидким при комнатной температуре, надо только знать, как на него воздействовать. Это в мире-ноль от таких воздействий научились страховаться, используя специальные стабилизированные органические сплавы, а тут, судя по ошеломленному виду второго лысого нетрадиционала, о таком не слыхали, поэтому он второй рукой попытался свое оружие вернуть в первоначальное состояние. Так оно и застыло, сковав обе руки.

Оранжевые искорки пробежали по импровизированным наручникам, первый, вот ведь упорный, пытался освободить второго. При его способностях, минут сорок, не меньше. Если сил хватит. Но лежачих и сидячих не бью, оставил их как есть – голых, беспомощных, но сопротивляющихся. Бутылку им на диван бросил, чтобы было чем заняться, если вдруг смогут друг друга спасти.

Переборки в блоке были сделаны кое-как, со сканированием через них спокойно справился даже мой такт-костюм, пси-способности не понадобились. Низ полушария состоял из пяти помещений – прихожей, где я нарушил интимную обстановку хозяев, еще трех таких же секторов, и центрального круга. Как раз там определялись два живых существа, причем одно из них наверняка с развитыми полушариями. Что-то мне подсказывало, что собрались они не просто так побеседовать.

Проход открывался обычным наложением рук, небольшой импульс, и стена разошлась, пропуская меня к месту действия.


Трис спокойно сидела на полу, скрестив ноги. Злодей, молодой лысый паренек, валялся рядом, крепко спеленутый силовым коконом. И чего я, собственно, заявился, может у них тут любовь такая?

- Он сам виноват, - девушка виновато на меня поглядела. Потом, для подтверждения слов, поднялась, подошла к парню и с размаха заехала ему ногой в пах. Тот жалобно взвыл, но как-то устало, наверное, не в первый раз за сегодня вот так получал. – Поднял руку на ас-ариду. Хорошо, что не ударил, не пришлось убивать.

- Ты чего с ним поехала?

- Обещал что-то интересное показать, тварь. Теперь он это интересное показывать только для смеха будет. Ты смотри, трясется. Может смеется над нами?

Чего это он? Подошел и тоже ему врезал, от души. Десантный силовой кокон только тому что внутри не дает активность проявлять, а то, что снаружи, может делать со спелёнатым все что угодно. Но не для этого я лежачего бил, уж если одаренный, то изволь сам себя лечить и от таких вот воздействий защищаться. А тут – полная пассивность. Искорки по ладоням пробегали, но и только.

Приложил пленнику ладонь ко лбу, просканировал. И еще раз – для уверенности, что, собственно, обнаружил. У парня стоял модуль, практически такой же, как у меня, когда я только на Землю-ноль попал, с набором заклинаний. Сверился с сохраненными данными, принцип действия был другим, но функционал – похожий. Сейчас, наверное, этот утырок шарил по менюшкам, отыскивая доступные еще схемы, чтобы меня…

Встал, вышел в коридор, приветливо кивнув голой парочке, те от радости аж затряслись. Провел то же самое сканирование с активным псионом, да, такой же модуль и у него в голове стоял. Зеленый щуп выскользнул из ладони, пошуровал в сиреневой кляксе возле левого виска, модульно-одаренный закатил глаза и затих.

- Живой, - успокоил я второго, так и не расставшегося с расплавленным оружием, - проснется, увидишь, тестостерон у него из ушей лезть начнет. В переносном смысле. А если будете дергаться и меня нервировать – в прямом.


В комнате Трис явно с кем-то переговаривалась.

- Это ты мне потом обьяснишь, - кивнул я на десантный кокон. И добавил для ясности, - что там у тебя еще спрятано, хапу, беспилотник, штурмовик, может носитель где рядом с нами висит? Инж-капрал, да? Переберемся на эсминец – под арест посажу.

Достал карту, связался со своим центральным другом – в куполе был стационарный пульт связи, позволявший переговариваться через систему порталов, очень дорогой и очень редкий, мне такой, к примеру, не продали ни за какие деньги.

- Марк, во что ты влип? – хеис Лмейт появился в комнате над небольшим серебристым диском, огляделся – не сам, конечно, уменьшенная голограмма. – Это кто тут у нас валяется?

Я помахал картой пленника – красной, с одной полосой. Издалека, чтобы не загорелась.

- Ага, первый ранг, ну это не страшно. Ну-ка, к своей поднеси, сейчас мы узнаем, что за…

Лмейт нахмурился.

- А попроще ты никого не мог вырубить? Его папаша полный гражданин, хеис аис, в центральных мирах чем-то крутит. Тиввет из клана Ари, - и нарисовал клинышек в воздухе, - не скажу, что такой уж влиятельный человек, но, если будешь с ним ссориться, меня не приплетай. Клан Ари мне не по зубам.

- Хорошо, - кивнул я. – Ты ведь из службы контроля? Мы с этим парнем поссорились, получается. Он мою подчиненную захватил, хотел… Ты чего хотел, падаль?

Модуль парня попытался защититься. Потом – перейти в пассивный режим, свернуться. Но что один псион поставил, другой может снять. Или сломать, особенно если есть приемы, которые местным создателям средств защиты неизвестны.

Падаль держалась первые две минуты, хеис Лмейт даже погрустнел. А потом пошли угрозы вперемешку с признаниями, завываниями и слезами.

- Дело серьезное, - голограмма псиона из службы контроля хлопнула в ладоши, мол, прекращай этот цирк, - он тут такое наговорил, что ты вправе его убить. Он точно все это хотел сделать – ну там продать ее потом ящерам? И всех вас – главное, что тебя? Хотя, что я, он же себя контролирует, значит, осознает. Могу обращение зафиксировать, претензий с нашей стороны не будет, это не центральный мир. Тут любой разумный равен другим.

- Нет, - махнул я рукой, - тут воспитательный момент важен. Можно устроить поединок. Когда двое выясняют, кто останется в живых, а потом оставшийся поедает печень еще живого врага. А лучше – мозг серебряной ложечкой.

- Это ты от ящеров понабрался? - рассмеялся Ллмейт. – Да, давно когда-то такое практиковалось. Сейчас просто откупаются. Но многого не жди.

- Жаль, - вздохнул я. – Твой совет?

Голограмма исчезла, Ллмейт связался со мной напрямую. Через браслет.

- Марк, клан Ари так это не оставит. Убьешь его – наживешь врагов. И по сводке, с ним сопровождающие должны была быть.

- Видел я ее, двое голозадых.

- Нет, не только, будь осторожен. Точно не хочешь жалобу нам подать? Тогда на время от тебя отстанут. Нет? Все, отключаюсь.

Глава 17

Изображение с эсминца, зависшего в десятке тысяч километров над островом, фиксировало все передвижения вокруг купола. Так что приземлившийся болид я заметил гораздо раньше, чем Лмейт мне решил об этом сказать.

Из приплюснутого треугольника, свободно севшего на землю острова – даже мне этого не позволили, выскочили два ящера в каком-то подобии обмундирования, подбежали ко входу, один заехал в корпус местному охраннику, другой что-то пролаял, охранник сначала хорохорился, но быстро сдулся и сдал меня с потрохами. Хотя он и не обязан был меня покрывать. Из бота тем временем выбрался еще один ящер, великан даже по сравнению со своими двухметровыми собратьями – не меньше двух с половиной метров роста, и весом, наверное, килограмм под триста. А с ним – небольшой пожилой человечек, ну прямо в пупок ему дышал. В свободной рубахе и штанах, никакого официоза.

Два бойца заняли место у входа, а великан с карликом, словно подгадав, когда я с псионом разговор закончу, проследовали вовнутрь.

Человек, брезгливо взглянув на голую охрану, зашел к нам в зал, а ящер остался снаружи. По старшинству расставились.

- Ты, полагаю, хеис Марк Уриш? – на Трис он только короткий взгляд кинул. – Хеис По, младший надзиратель клана Ари. Надеюсь, с хеис Эгри Тиввет Ари Дрир все в порядке, и мне не придется тебя убивать.

Очень самонадеянное заявление, судя по схеме, сформировавшейся возле левой ладони младшего надзирателя, слабее меня он был раза в два, и это не считая моего секретного призрачного оружия.

- Пусть только попробует тебя тронуть, я весь остров на атомы разнесу, - пообещала с орбиты Элика. Отличный способ и от меня избавиться, и сразу же отомстить, любящие женщины только так и поступают.

- Пока он еще жив, - я демонстративно попинал валяющееся тело, которое тут же подало признаки жизни. – Но это ненадолго. Клану Уриш нанесено оскорбление, а мы, жители отдаленных систем, в таких делах очень щепетильны.

- Клан Уриш? – хеис По насмешливо поморщился, - не слыхал о таком в центральных мирах. Но это неважно, уверен, у себя в отдаленных звездных скоплениях вы весьма уважаемые, почтенные и богатые люди. Так что вопрос только в том, во сколько будет оценено это нападение. Хотя это даже не вопрос.

И он назвал число.

- Хорошо, - я достал карточку, помахал ей в воздухе.

Человечек чего-то ждал. Помахав еще немного, я изо всей силы пнул скалящегося Эгри. Прямо по зубам.

- Я жду.

- Чего? - человечек даже слегка оторопел.

- Когда клан Ари заплатит мне за жизнь этого куска дерьма, - терпеливо обьяснил я.

Хеис По вытянул шею и противно засмеялся. А через секунду его снесло влетевшим в зал телом ящера-великана.

- Что тут происходит? – двести кило Пашки втиснулись в проход следом за охранником, бот с Линник за штурвалом и лу Громешем в качестве десанта появился через несколько минут после прибытия гостей. – Что за голые извращенцы на диване в обнимку сидят, и почему ящер этот хотел на меня напасть?

Трис бросила на Пашку восхищенный взгляд. Вот обидно, я ее спасал, а тут он приходит на все готовенькое, и вот такое внимание получает. Ладно, не в первый раз, привык уже.

Пашке такое внимание польстило, он приосанился. И сразу ушел чуть в сторону, пропуская мимо себя прозрачно-синее лезвие.

- Вот ведь неугомонный, - легко уходя от слившегося в сияющую ленту клинка, словно между делом, здоровяк еще и меня остановить успел. – Не надо, Марк, я разберусь.

Я вздохнул, загасил плазменный шар, заодно погрозил пальцем младшему надзирателю, тот, похоже, в спину собирался ударить. Но потом как-то резко передумал и повалился на пол в точно таком же, как и у предыдущего пленника, коконе.

В какой-то момент казалось, что ящер все-таки зацепит шумерского аристократа, но Пашке просто прыгать из стороны в сторону надоело, он замедлился, отобрал одной рукой у мутанта меч, отбросив его в сторону, а другой - провел ему прямой в голову. Чешуйчатая морда мотнулась, шея хрустнула, и противник повалился на пол, прямо на своего начальника.

Ящер признаков жизни не подавал, усмиряющий слегка перестарался. Пашка схватил его за ногу, стащил с младшего надзирателя, тот валялся без сознания. Трис выключила кокон, бывший простой московский врач оказал представителю клана Ари первую помощь, она же последняя – пациент после воздействия выглядел вполне здоровым, даже сломанная рука начерно срослась, и все это под прямо-таки пламенными взглядами инженерши, от волнения выпятившей грудь на максимум. Вот как он так делает? Эта Трис, казалось, на него сейчас была готова кинуться и изнасиловать.

- Лу Громеш – женатый человек, - предупредил я ее, на что она только фыркнула, - хеис По, ты как, готов расплатиться и забрать своего хозяина?

- Мой хозяин – клан, - мрачно заявил человечек, активируя пульт связи своей картой. Над диском повис светящийся шар, кто-то на другом «конце провода» свой истинный облик показывать не хотел, а ложный – не по чину ему, наверное.

У шара глаз не было, но вот комнату он точно оглядел. Остановился на валяющемся до сих пор на полу Эгри, тот от избытка впечатлений прикрыл глаза и притворялся спящим, на младшем надзирателе, на Пашке и на ящере. На нас с Трис внимания практически не обратил.

- Говори, - наконец, разродился абонент. И По заговорил. Я аж восхитился – четко, по делу, не пририсовывая подробности и не убирая неприятные моменты, младший надзиратель описал произошедшее, в том числе и то, что до его появления произошло.

- Что с Кгетом? – похоже, ящер интересовал представителя клана Ари больше, чем родственник.

По просеменил к ящеру, приложил ладонь к его лбу, выдал перечень внутренних повреждений – внешних практически не было. Пашка от себя добавил еще несколько – усмиряющему не было нужды дотрагиваться до больного, чтобы диагноз поставить. Заодно заработал еще несколько очков в глазах Трис, те аж светились.

По всему выходило, что ящеру не выжить, медблок скафа с повреждениями не справлялся. Оно и понятно, пси-удар, он полевыми средствами не лечится, в лучшем случае – в медкапсуле.

- Сможешь его восстановить? – шар оставался неподвижным, но почему-то было понятно, что обращается он к Пашке.

Лу Громеш в свою очередь посмотрел на меня. Молодец.

Я для вида подумал, кивнул. Пашка не торопясь подошел к ящеру, зеленое сияние окутало его руку, постепенно стекая на огромное чешуйчатое тело в полускафе. Буквально через несколько секунд ящер открыл глаза, попытался встать, но мощная ладонь придавила его к полу.

- Лежите смирно, больной, - привычно прогудел травматолог.

И ящер послушно лежал смирно, пока внутренние органы не пришли в норму. Минуты три. А потом поднялся, прорычал что-то невнятное, и протянул Пашке фигурку какого-то уродца на цепочке, которую тот машинально взял.

- Клан Ари может заплатить, - теперь шар обращался именно ко мне. – Если ты хочешь.

Я подумал. И назвал цену.

Шар на секунду пропал, потом снова появился.

- Хорошо, - произнес он. – По, на следующие пять минут ты – старший надзиратель.

И исчез.

Человечек аж засветился. Он подбежал ко мне, достал свою карту, приложил к моей, контур карты засиял красным.

- Поздравляю, - торжественно сказал он, - дружба клана Ари стоит гораздо дороже любых денег.

- Неизвестно, кто еще в выигрыше останется, - пожал я плечами. – Ты чего так радуешься, всего пять минут?

Человечек аж задохнулся от возмущения.

- Сначала пять минут, потом навсегда, - наконец, отдышавшись, веско заявил он. – Я тоже помню добро, хеис Марк Уриш.

- Хорошо, старший надзиратель. Что с этим будем делать? – и я кивнул на предмет спора, до сих пор спеленутый десантной сетью.

- Оставь его нам, корабль поддержки уже входит в систему, там ему окажут помощь, - По даже в таком состоянии пытался на меня давить.

Я только по плечу его похлопал, придавливая к полу, тоже кое-что могу. Кивнул Пашке, тот подхватил изображающую слабость Трис, и мы этот негостеприимный дом покинули.


Возле бота уже дежурила местная охрана – посадка на поверность острова была запрещена, только вот некоторых вроде клана Ари это не касалось. Но небольшой штраф и такой же небольшой бонус самим охранникам быстро все разрешил, мне посоветовали в следующий раз не пользоваться местными перевозчиками, а вот так приземляться. Чудесная планета, чего тут только за деньги не сделают.

- Что теперь? – Пашка уж очень хотел узнать, что я выторговал у светящегося шара. Но с глазу на глаз.

- Я по делам лечу. А вы – возвращайтесь обратно, отдыхайте, часов через десять встретимся.

- Нет уж, я с тобой, - лу Громеш нахмурился.

- И я, - Трис вылезла вперед, отодвинув Пашку внушительной грудью.

- Ладно, - пожал я плечами, кивнул я вылезшей из бота рыжей, - капрал Линник, арестовать инж-капрала за самовольную отлучку с места отдыха. Сопроводить на эсминец, обеспечить отдельную каюту с ограниченным доступом.

С одной стороны, рыжей капральше, даже не сменившей еле заметный купальный костюм на что-то более приличное, хотелось с Пашкой остаться. А с другой, изолировать от него грудастую конкурентку тоже неплохо было бы. Мой приказ только разрешил сомнения.

Девушки залезли в бот. И двинули на орбиту, к еще одной, которая обещала мне по прямому каналу эту Трис так запереть, что из каюты та до конца рейда не выберется и на глаза мне больше не попадется.

А мы с Пашкой не торопясь пошли к причальной мачте.

- Тут вот какое дело, - обьяснил я номинальному владельцу немаленькой земной корпорации, акуле шумерского бизнеса и по совместительству ас-ариду, - есть в местной практике договор о помощи. Если я вдруг в затруднительную ситуацию попаду, то один раз смогу попросить клан Ари. И если те захотят, то помогут, а если нет, то придется разбираться самому. Но тут такая фишка, что не помочь они не смогут, потому что нет таких проблем, которые авторитетный клан не может решить. Или с ним потом считаться не будут.

- А с чего вдруг они решили тебе заплатить?

- Кто у нас командир?

- Ты, только нос не задирай.

- Вот. Они тоже так решили, и раз уж мой подчиненный круче их главного телохранителя, а они ящера за какую-то провинность с этим мелким клопом послали, то и дружить со мной лучше, чем ссориться. Логика такая местная.

- Тем более, мне кажется, ты продешевил, - Пашка недовольно сощурился.

- Не знаю, но по мне, так отличная сделка. Развлеклись, размялись, ты вон новую цыпочку склеил. А то бы сидели на пляже, как дураки. И за это еще и бонус получили.

- Это да, - согласился лу Громеш. – Как я его с разворота, а? Даже не усиливал почти, эти ящеры – слабаки, а потом раз, меч отобрал, и джеб, чистый нокаут. Ты еще не видел, как я тех двоих у входа уложил, два удара – два тела. Подлечил потом немного, но и бил так, едва удар наметил. А голозадые что в комнате делали, а? А как Трис на меня смотрела? Нет, ты не думай, я Илани люблю, но она – просто огонь! Нет, Эирин – тоже ничего, и вроде у нас все неплохо. А тебе какая больше нравится? Я подвинусь, если что, ты же знаешь, для тебя мне ничего не жалко.

Я только вздохнул. Вот как ему удается? И на Земле нашей так же, иногда с двумя одновременно встречался, они друг о друге знали, и никаких возражений. И с бывшими своими отношения отличные сохранял. Не то, что я – разошлись, значит, разошлись. С битьем посуды, блокировкой в сетях и подчеркнутым игнорированием при встрече.


Керрк при виде нас не торопясь вылез из своего дынного пепелаца, приветливо оскалился.

- Возвращаемся, хеис?

И тут его взгляд упал на фигурку, которая болталась на цепочке, зажатой в Пашкином кулаке. Но нет, ничего не сказал, только пялился на нее. Наверное, дорогая. В смысле – цепочка, за уродца я бы и кредита не дал.

- Нет, полетим вот сюда, - и я показал на возникшей в воздухе карте остров с нужной мне целью. – Знаешь, где это?

- Конечно, хеис, - Керрк приглашающе махнул когтистой рукой, залез в салон. Как он умудрялся не терять кулон из виду, скребя по сенсорной панели, не знаю. Казалось, глаз у него на затылок перелез. Причем сохранялся в таком положении, когда мы в воздух поднялись, если не автопилот, я бы даже волновался, не упадем ли.

- На дорогу смотри, - вспомнил фразу из старой жизни. – Что, понравилась безделушка?

- Откуда она у вас? – по-еврейски ответил ящер.

- Вот, такой же как ты, только в три раза больше, другу моему подарил. За победу в честном бою, да, лу Громеш?

Пашка важно кивнул. И нацепил висюльку себе на шею.

- И ничего не сказал?

Я как мог изобразил благодарственный рык.

Керрк, видимо, узнал все, что хотел, потому что перестал изображать зайца с его практически неограниченным полем зрения, и сосредоточился на маршруте. Видимо, плохо сосредоточился, остров, на котором находился нужный мне храм, оставался слева по ходу движения.

- Тебе туда не надо, хеис, - заявил водитель. И на мой взгляд пояснил, - там только макет для туристов, мы туда возим любопытных, которые слышали, что Отступница посещала нашу планету, но не знают, где и когда она тут была.

- А на самом деле?

- Увидишь, хеис. Мы, ящеры, всегда считали Тринадцатую своей покровительницей. Ты же знаешь, что первый ящер был создан именно ей?

- Да, слышал. Но логично было, если бы вы ее за это ненавидели.

- Это невозможно, хеис, - твердо сказал ящер-водитель. – Как можно ненавидеть собственную мать? Прошло очень много лет, раньше ей поклонялись, а сейчас – просто помним и почитаем. Старый храм, который тебе нужен, он немного дальше. Будем там через несколько минут.

Я только вздохнул. С тщательно скрываемым раздражением посмотрел на Пашку, гордо восседающего на сидении. Только настоящего храма мне не хватало, если бы я хотел донести до этой Тринадцатой послание местного хранителя, я бы сделал это. Не сейчас, чуть позже, и уж точно не тогда, когда это нужно местным с непонятными намерениями и интересами. Древние, основатели, боги – стоит только влезть в их игры, и останешься без головы, в любом смысле. Мне и обычных властьимущих хватает, вон уже, нацелились на мою планету, на мою систему Оранжевой. Хорошо хоть с Иту успел договориться, а то эта затея с протекторатом Уриш, поначалу такая заманчивая, могла плохо закончиться, адмирал Громеш мне популярно все обьяснил, по пунктам.

Вот, пока ныл про себя и про свою тяжелую жизнь, мы уже и подлетели.

- И где? – я смотрел на покрытую однородной растительностью поверхность острова – за многие миллиарды лет достигнутый баланс сократил разнообразие живых организмов до минимума, пик вулканической активности и эволюции был давно пройден, и оставались несколько десятков видов различных растений и примерно столько же животных, создававших устойчивую пищевую цепочку. Постоянное излучение звезды не давало им спать, а когда мало спишь, аппетит растет пропорционально. Поэтому в местных лесах только ящеры и могли выживать, людям тут было бы некомфортно.

- Внизу, хеис, под островом, - терпеливо обьяснил Керкк. И решительно направил летательный аппарат прямо в воду.

Возле поверхности жизнь кипела, но стоило погрузиться на две сотни метров, и все, будто отрезало – красный спектр светила поглощался верхними слоями воды. Летающая, а теперь и ныряющая дынька зарулила в какую-то нору, проплыла немного, и пошла вверх, очутившись в подземном озере.

Огромная пещера освещалась вполне современными светильниками – висящими в воздухе шарами, и имела, по крайней мере частично, природное происхождение. Потолок так и остался необработанным, а вот по полу и стенам прошлись, разгладив их до идеально гладкого состояния. На высоте десяти метров по периметру пещеры шел балкон, в стену уходили проходы, какие-то помещения были помимо основного зала. На балкон шли две лестницы, в разных концах пещеры, а озеро, в котором мы всплыли, находилось точно по центру.

Водитель остался в машине, предложив нам вылезти, благо припарковался он рядом с берегом. А потом, стоило нам оказаться на твердой почве, ушел на глубину. И остались мы совершенно одни в огромном помещении, под толщей воды.

- Как думаешь, ловушка? – лу Громеш, вдохновленный недавним поединком с мутантом, был настроен решительно, и потенциальной опасности был только рад.

- Думаю, нет, - я огляделся. Стены были исписаны текстами на понятном нам языке, в них рассказывалось о каких-то непонятных личностях с зубодробительными кличками, ящеры вообще на это дело были большие затейники, то, как они себя называли в обычной жизни, с их настоящими именами имело мало общего. – Я, если что, обратно это шайтан-такси выдерну, на системе управления мой жучок стоит. О, смотри, а вот текст на эме-галь.

Пашка насупился. Невозможность выучить язык била по его самолюбию.

- И что там говорится?

Текст был общедоступным, любой, кто знал язык, мог его прочитать. Не то что личные или специальные послания.

- Примерно следующее – некий маг соорудил эту пещеру в честь Тринадцатой через тысячу четыреста общих лет после уничтожения ее планеты. И перенес сюда из тамошнего храма, читай – с Земли, реликвии, которые оказались подделкой, и не работали. Дальше он пишет, что к-ранги совсем распоясались, стали жить среди людей, а древние им потакают. И поэтому он отдает на время эту систему и сам храм ящерам, которые к-рангов не любят. А сам отправляется в новые миры, которые древние создали для таких как он, и больше сюда ни ногой.

- Что за маг?

- Хеис Эрисо, - раздался голос позади нас. Крупный ящер незаметно, как ему казалось, подобрался сзади и слушал, о чем мы тут разговариваем. – До сих пор его потомки, если так можно назвать людей с микроскопической долей его крови, думают, что владеют этой системой. Что привело вас сюда, тонкокожие?

Глава 18

- Сто девятнадцатый? – еще раз переспросил я.

- За несколько тысяч лет, - подтвердил ящер, назвавшийся полным именем из почти сорока звуков. И снизошедший до беседы после того, как я свободно это имя повторил. А что, нам, псионам, такое – раз плюнуть. – Кто-то в центральных мирах решил, что, раз уж у Тринадцатой появились последователи, обретающие дар, то и она тоже может вернуться. Думаю, именно это ты должен ей передать.

Я пожал плечами. С личностями, стоящими гораздо выше обычных людей, ни в чем нельзя быть уверенным.

Храм, если так можно назвать общежитие для почти тысячи мутантов, занимающихся чем угодно, кроме молитв и бдений, имел еще и нижний уровень, небольшое помещение с реликвиями, якобы перемещенными сюда магом-хеисом в достопамятные времена. Реликвий было две - статуэтка со зверьком, отдаленно напоминающим кота, черного камня и сантиметров тридцати высотой, и каменная табличка с символами, висящая в воздухе. К ним нас допустили только после того, как лу Громеш провел три показательных боя с местными силачами. Зрители ревели и ликовали, даже несмотря на проигрыш товарищей, я так думаю – из-за того, что не потеряли их насовсем, может со стороны видно и не было, но землянин поддавался.

- Фигня какая-то, - без всякого почтения к древности артефактов заявил Пашка. – Страшный дворовый котяра и поделка детсадовского уровня, а, да, на половинку странички книги похоже. Что там написано?

- Ничего, - совершенно честно ответил я. Табличка и вправду напоминала страницу, у которой оторвали половину. Причем самую ценную – те пять символов, которые остались, на восемьдесят процентов совпадали с закорючками на золотой карточке. На восемьдесят – потому что один символ был новым.

Но даже с его добавлением набор клинышек на карточке понятней не становился. А символ был последним, значит, где-то было и начало.

Ящер терпеливо ждал, пока мы впитаем в себя благодать старины, мне даже показалось, что он заснул – пришлось хорошенько тряхнуть его, чтобы привлечь внимание. Вот тогда он и рассказал о моих предшественниках. Похоже, хранители с упорством раздавали такое же, как у меня, задание, направо и налево. Это только в этом храме и поддельном, с соседнего острова, сто восемнадцать человек до меня рисовали в воздухе символ. Ящер, с эме-галь незнакомый, но достаточно на все это насмотревшийся, подтвердил, что да – тот же самый.

Обидно, я уже посчитал себя единственным и неповторимым, а тут такой конвейер из псионов. Раз в пятнадцать лет, в среднем. И это только в этой системе, а сколько еще таких же, как я, шастает по галактике.

- Ты четвертый, который знает язык древних, - попытался приободрить меня ящер. – А на моей памяти – второй. Из тех, кто еще не получил полное гражданство.

- Так значит, если я переселюсь в центральный мир, то выучу этот язык? – Пашка тут же ухватил мысль.

- Конечно, - ящер поглядел на лу Громеша с нежностью, амулет, перепавший Пашке от ящера, его самого практически вводил в дружную семью мутантов. – Ты – достойный.

И на меня искоса поглядел, мол, какие-то прощелыги получают доступ в общину избранных неизвестно за какие заслуги, а такие, как Пашка, победители чемпионов, вернувшие потом чемпиона из страны вечной охоты за к-рангами, вынуждены при них обретаться. Вообще, такая несправедливость возмущала ящера до глубины души. И несколько раз он мне об этом прямо сказал.

Знал бы я, что этот трехсоткилограммовый слуга Ари – знаменитость местного племени, сам бы его вырубил и вылечил, но нет, мой двоюродный братец и тут подсуетился, в свойственной ему манере. Ладно, мне для Пашки ничего жалко не было, ни амулетов, ни любви мутантов. Даже если вот женят его на какой-нибудь местной змеюке, только порадуюсь.

- И давно этот второй, который до меня, тут появлялся? – осторожно спросил я.

- Очень, - успокоил меня ящер. А то я уже кое-кого подозревать начал. – Я тогда совсем маленьким был, мой прадед тут верховным жрецом служил. Лет четыреста назад. А может триста, не помню. Давно это было, тогда и к-ранги были крупнее, и рыбы в море водилось куда больше.

- Выходит, зря мы шляемся по планетам и туманностям, - изобразил я уныние. – Думаешь, без толку?

Ящер задумался. Может даже снова заснул, четыреста лет – срок большой, дедуля вообще должен был сейчас в маразме родичей своих пинать, а он вот, даже мысли внятно излагает. От этого и притомился. Но только я замахнулся ногой, чтобы вернуть собеседника к общению, он открыл левый глаз.

- Ладно, - словно сомневаясь, сказал он, - ходит у нас легенда, у ящеров, что есть еще один храм Тринадцатой. Настоящий.

Я покачал головой. Примерно так же втюхивали на моей Земле лекарства для похудания. Уникальные.

- Ну или не легенда, - ящер следил за моей реакцией. – Но сведения верные.

Пашка хрюкнул. А что, сидели как-то вместе за покерным столом.

- Зуб даю, - сказал я. Чего тянуть-то.

- Что? – не понял ящер.

- Помогаю тебе. Ты же поклясться хотел, проще сказать – зуб даю. Вроде как клянешься, но без последствий, кому нахрен твой зуб нужен.

Старый змей обиженно утопал куда-то, потом все-таки вернулся, пряча что-то за спиной.

- Вот это, - веско сказал я и положил Пашке руку на плечо, правда, тянуться пришлось, отьелся парень на шумерских харчах, - победитель чемпионов, спаситель ящеров и усмиряющий. Что это такое, ты не знаешь, и лучше бы тебе не знать. И ты еще торгуешься, морда резиновая?

Нет, старика не проняло. Но Пашка помог, обнял мутанта и сказал, как он любит их народ и вообще теперь все ящеры – его лучшие друзья. Искренне, как все врачи, когда пишут направление на платные анализы. И только тогда чешуйчатый спекулянт впарил мне за тридцать тысяч прозрачный листик.

- Что там написано, я не знаю, но тот, кто четыреста лет назад тут был, утверждал, что нашел еще один храм, и написал, где он находится.

- И что, никто не пробовал прочитать?

В чем преимущество мутантов – у них нет морщин. Так что не понять, врут они или нет. А в чем слабость – сознание, хоть и защищено с самого рождения, но при достаточной сноровке спокойно открывается уже набившим на этом руку псионам. Змей не врал. Он заставлял гостей из центральных миров разбирать каракули, но те только руками разводили, и советовали обращаться к хранителям, мол, не тот уровень владения родным языком. А хранителей и вообще всех, кто с оставшимися древними был связан, ящеры ненавидели на генетическом уровне.

Я бил себя в грудь пяткой, чуть ли не рыдал, в общем – сполна отплатил ящеру за жадность. Мутант твердо был уверен, что развел лоха по полной программе, но переведенные деньги напрочь задавили слабый росток совести.

Только перед нашим уходом местный жрец наконец вспомнил, кто он и зачем вообще здесь находится.

- Если вдруг, - он выделил последнее слово, вложив в него все сомнение и неверие в мой успех, - тебе удастся достучаться до Тринадцатой, скажи ей, что народ ушум-галу всегда верно служил и будет служить ей. А ты, - он повернулся к Пашке, - помни, что в любом месте и в любое время можешь рассчитывать на нашу поддержку, если мы сможем, и будет кому поддержать. И прилетай через общий год, лучший боец клана хорошенько подготовится и сразится с тобой, а то вдруг ты недостоин нашей великой дружбы.

Пашка, само собой, не обещал, но сказал, что постарается. Но что опасается последствий для этого бойца, потому что троих самых сильных храмовых служак он и так еле вылечил после того, как они решили засомневаться в его победе над ящером-чемпионом.


На мой скромный взгляд, денег своих прозрачное стеклышко стоило. Система, которая там описывалась, в списке хранителя отсутствовала, это раз. А во-вторых, местоположение храма там было указано точно, не «где-то в южном полушарии на четной планете», а с привязкой к координатам. И все это в пяти клинышках, обожаю древний язык за лаконичность.


Система, куда нас направил неизвестный посетитель храма ящеров, ни к одному звездному скоплению не принадлежала, перемещаясь вокруг центра галактики по собственной траектории. И что примечательно, вот уже несколько тысяч лет она как раз летела через то скопление, где находилась Оранжевая, проходя его по самому краю. В принципе, на этом храме я решил и закончить метания туда-сюда.

Лишние уши и глаза мне не требовались, под предлогом того, что миссия практически завершена, я заскочил в систему Оранжевой, выпустив Трис из кают-камеры. Пашку тоже пришлось оставить, ан Траг вцепился в него как клещ.

Перед отлетом со мной связалась Майя, но узнав, что отсутствовать я буду всего несколько дней, сказала, что поговорит позже. И очень серьезно. На что Элика, присутствовавшая при нашей беседе, пообещала революционерке тяжелую и болезненную смерть, если та хоть какие-то виды на меня будет иметь. Правда, не в лицо, а через меня передала. И сдается мне, что не Майе это послание было предназначено.

Вообще, наши отношения все больше напоминали мне мои прошлые увлечения, когда девушки, такие нежные, заботливые и ненавязчивые, через какое-то время начинали считать меня своей собственностью. В голосе появлялись покровительственные нотки, любой мой знак внимания принимался как нечто само собой разумеющееся, а мой самый невинный флирт с другими представителями женского пола – как тяжкое преступление. Что должно было за этим последовать – я не знаю, при первых признаках мы расставались. Сейчас же что-то держало меня. Не то чтобы мне это нравилось, но бывает такое, когда плюсы перевешивают минусы. А они – перевешивали.

- Поторопись, - перед очередным отлетом сказал дядя. – Скоро фаза.

И Аглая, стоящая у его кресла, за спинкой с левой стороны, важно кивнула. На что я пообещал, что, когда вернусь, подчиненную себе верну, и сразу же хорошенько накажу. А то нос задрала.


После активации нужного пункта на карте красный жгут портала слизал нас из системы торговца. Переход происходил не мгновенно, тысячные доли секунд на него уходили все равно.


Когда взрывается сверхновая, то, что было возле нее, разносит в разные стороны. То, куда мы попали, раньше было частью системы двойной звезды. Желтый карлик вращался вокруг гиганта, и был вытолкнут из образовавшейся туманности вместе с планетой. По непонятной случайности планета оказалась на нужном расстоянии от звездочки, пыль, окружавшая их в момент взрыва, собралась в систему колец, а остатки других космических тел закрепились на орбите светила. И теперь эта система неслась по вытянутой орбите вокруг центра галактики с десятой частью световой скорости, пересекая плоскость эклиптики под углом почти в тридцать градусов. Через несколько миллионов лет она сделает очередной полный оборот.

Вся эта информация содержалась в семи клинышках, которые остальные воспринимали просто как вариант написания названия системы – древний язык эме-галь мне нравился все больше и больше.

Красный портал по определению предполагал, что мы выходим к планете с органической жизнью, существа, организовавшие Нашествие, время впустую не тратили и дымчатые окружности располагали исключительно в местах с доступным питанием. Уверен, до сих пор где-то существуют миры, где черная масса, так и не мутировавшая в к-рангов, жрет все подряд, но на моей карте таких не было – только очищенные от чужаков планеты с черным кубом в красном колечке.

- На месте, - Элика снова никак на момент переброса не отреагировала, я уже начал думать, что в первый раз мне просто показалось. – Что будем искать?

Вопрос был конкретно мне, наемники – те привычно бездельничали.

- Выходим на орбиту планеты и ждем.

Планета была живой – на одном из континентов извергался вулкан, выбрасывая пепел в атмосферу, в воздухе летали птицы, значит, плотность атмосферы позволяла, приближение дало рассмотреть даже отдельные растения, не похожие на земные, но с зелеными листьями. Следов человеческой деятельности видно не было, но для того и зонды нужны, чтобы на максимальной скорости облететь планету и передать данные корабельному ИИ, а тот уже вычленит нужное и доложит своему начальству. Увы, не мне, на время полетов старшей была Элика. А я так, для мебели, формальный руководитель экспедиции.

- Смотри, - ком-лейтенант вывела на большой экран первые результаты.

На планете раньше явно кто-то жил, растительность уверенно отвоевывала любые свободные участки, но можно было угадать остатки больших городов. Некоторые конструкции сохранились – пластобетон может и миллион лет пролежать, ничего ему не будет, особенно если он с режимом самовосстановления. Зонды в нужных участках снизились до высоты несколько метров и обнаружили и дороги, и какие-то площадки, и даже целые здания.

- Полное сканирование займет несколько дней, останемся здесь, или оставим зонды и вернемся потом?

- Уйдем через местные сутки-двое максимум. Сколько тут они?

- Семнадцать часов.

- Вот. Два полных оборота. Если за это время ничего интересного не произойдет, уходим. Активности вроде нет, значит, или люди деградировали до первобытного состояния, или давно отсюда сбежали в более приличные места. И смотри, видишь мыс такой?

- Ага, - Элика кивнула.

Я приблизил изображение, ткнул пальцем.

- Мне кажется, там отличный пляж. А рядом живописные развалины. Как насчет отдохнуть?

- А как насчет поработать? – это она уже не мне, а Тодину сказала. – Развалины эти похожи на то, что мы ищем. Или я зонды посылаю?

- Вот еще, - Кир подключился по общему каналу. – Я точно иду, а то мой хапу уже заржавел.

- И я, - Тодин аккуратно отодвинул тарелку с какими-то фиолетовыми ошметками, с сожалением на нее поглядел. – В таких местах должны скрываться сокровища. Да, Эирин?

- Твоя семья и так богатая, - Линник, как раз появившаяся в проеме переборки, потянулась, - а вот некоторым бедным капралам прибавка к скромному жалованию не помешала бы.

- Тогда грузимся, - решил я.– Элика на посту. Эсминец с орбиты не убираем.


Черный треугольник штурмовика мягко выскользнул из разошедшейся обшивки шлюза и скользнул к верхним слоям атмосферы. В воздухе планеты была небольшая примесь серы и аммиака, не так, чтобы обычный человек сразу задохнулся, но без модулей, имплантатов и пси-способностей дышать на поверхности долго не рекомендовалось. А вот птицы и животные чувствовали себя отлично, радар обнаруживал все новые и новые формы жизни вокруг.

Штурмовик завис над широкой, почти в километр, песчаной полосой, рядом с приглянувшимися мне скалами, выпустил силовой рукав. Мы с Киром и Тодином телепортировались, а вот Линник и Арраш – тем пришлось спускаться более привычным способом.

- Красиво, - Кир убрал силовой шлем, попрыгал на белоснежном кварцевом песке, - тут можно остаться денька на два. Костер разведем, поймаем какого-нибудь зверя и зажарим его. Как наши далекие предки делали, да, Тодин?

- По мне, так пищевой аппарат куда лучше, но ты прав, натуральную пищу тоже надо есть иногда, - спокойно ответил тот, подходя к воде. – Океан почти пресный, даже пить можно при желании. Водорослей много. Надо набрать, они полезные.

Из штурмовика вылетел небольшой дрон и отправился подальше от берега.

Я тем временем подошел к скалам, заглянул в привлекшую мое внимание пещеру.

- Вот оно! Кир, Тодин, идите сюда.

Посреди пещеры на каменном квадратном основании стоял шар. Явно не проделки природы – кто-то из разумных постарался, идеально гладкая поверхность была в некоторых местах украшена клинообразными символами.

- Ого, похоже на язык жрецов, эме-саль, - Кир оживился. – Вот этот значок – вроде как первый слог, потом вот этот. Откуда они здесь? Ага, вот оно что.

Тодин-то ничего не разглядел, а Кир, приблизившись почти вплотную, обнаружил зеленую сетку, соединяющую символы.

- Координаты совпадают?

- Примерно, - в списке, который мне дал хранитель, это место занимало строку с четырехзначным номером, среди таких же малоперспективных. – Плюс-минус десяток километров. Так что, может быть, это совсем не то, что мы ищем.

- Наверняка, - Кир похлопал шар по круглому каменному боку. – Уверен, это наши потеряшки из первых жителей системы добрались сюда. А к тому времени Эреш-кигаль уже низвергли давно. Немудрено, что местные на это внимания не обратили, у них язык сильно отличается.

- Все равно, непонятно, почему на других планетах такой точности не было, - проворчал Тодин. То, что мы видим зеленые энергетические линии, а он нет, его немного задевало.

- Не знаю. Но, похоже, наше звездное образование серьезно вообще никто не воспринимает. А обьект, который мы должны были в первую очередь обследовать, в трех тысячах световых отсюда.

- Ты молодец, Марк, - Кир искренне улыбнулся. – Умеешь найти то, что нужно. Пусть тут даже нет ничего, все равно за любые сведения о сбежавших семьях можно будет что-то у энси получить. Ману – точно.

- Так что делать будем, а то обед скоро? – Тодин сосредоточенно исследовал шар. – Нет, не чувствую ничего. Словно слепой среди зрячих. Завидую я вам, ас-ариду, вы мир по-другому видите.

- Ничего необычного тут нет, - Кир провел пальцем от одного символа к другому, потом дальше. – Простая задачка. Надо соединить начальную и конечную точку так, чтобы ходов было как можно меньше. Здесь всего двадцать символов, нужных – десять, правильно соединим, получим какую-то фразу, или строчку из назидания богини, или еще какую-нибудь чушь, но возможно это ключ к проходу в храм. Соединим неправильно, попадем в какую-нибудь ловушку, только и всего.

Самым простым и очевидным было соединить символы спиралью, стирая ненужные нити. Я предоставил Киру возможность проявить себя, а сам уселся на основание – отличная каменная скамейка. И ладонью ощутил какую-то неправильность. Под каменной поверхностью шел канал, почти такой же, как на найденной нами станции. Поглядел на Кира с Тодиным – те оживленно что-то обсуждали, Кир стирал одни нити, растягивал другие, Тодин тоже не отставал, хоть и не видел, но все равно, дотронувшись, чувствовал их. Пусть себе играют.

Я встал, обошел камень – четыре крупных красных кристалла были вплавлены вглубь постамента по углам. Каналы шли, соединяя три из них по периметру, и от центрального по диагонали к четвертому. Образуя стрелку? Да, определенно. И показывала она в совершенно непримечательный угол пещеры, где сидел Арраш. Притомился, видать, и решил отдохнуть. А вот Линник, наоборот, на солнышке стояла, ну да, какая барышня упустит возможность позагорать.

Подошел к Аррашу, показал глазами на место рядом с ним, тот едва заметно качнул головой. Ладно, нельзя, так нельзя. Продолжая следить за сержантом-разведчиком, вернулся к камню, и сел рядом с крайним из трех соединенных по периметру камней, положил ладонь как раз над ним. Арраш пожал плечами.

- Командир, ну как? – с ленцой спросил он.

- Ним, не до тебя, - Кир вырисовывал что-то на поверхности шара. а Тодин записывал на полу пещеры символы в том порядке, в котором они складывались. – Мы уже почти разгадали этот ребус. Как думаешь, что тут?

Камешек под моей ладонью чуть вздрогнул, и едва заметная оранжевая искорка медленно, словно сомневаясь, начала перемещаться по каналу к центральному кристаллу. Арраш, словно отвечая на реплику Громеша, покачал головой, но с пола не поднялся. Искорка тем временем добралась до цели, вспыхнула чуть ярче, разделилась на две. Одна побежала дальше по периметру, а другая – по диагонали к четвертому кристаллу.

- Ну вот, - Кир самодовольно улыбнулся. – Что там получилось?

- Камень, управляющий тростником, - прочитал Тодин. – Бред какой-то.

В этот момент вторая искорка достигла последнего кристалла. Зеленые нити на шаре вспыхнули, потекли в постамент, заполнили каналы, стрелка вспыхнула, белый луч ударил прямо туда, где сидел Арраш, и вместо части стены появился портал.

Глава 19

- Минус один, - Кир тут же связался с Эликой. – Ты видишь его?

- Да. Почти под вами, в километре. Высылаю бур.

- Хорошо, - Кир провел ладонью возле портала. – Арраш вроде жив. Я не чувствую его метку, слишком далеко, но детектор эсминца его спокойно обнаруживает.

Арраш был определенно жив и здоров, даже пульс почти не подскочил. И вообще, он был последним человеком, за которого я бы беспокоился. Этот парень определенно должен справиться с любой ситуацией.

Кир так не считал, поэтому через несколько минут в атмосферу планеты вошел, а потом и приземлился возле нас цилиндр диаметром в пять метров и высотой в десять. Силовой барьер замерцал вокруг него, и цилиндр начал вворачиваться в землю, одновременно оставляя тонкую оболочку.

- С Аррашем связь что есть, что ее нет, помехи идут, что-то мешает, - включилась Элика, - так что можете подождать, пока бур сделает тоннель до ближайшей полости. Час ему понадобится, если никаких накладок не будет. Там получится больше километра длина, диаметр входа будет где-то полтора метра. Протиснетесь. Тодин, хватить жрать, а то не пролезешь.

Тодин только головой покачал, мол, и чего эта неодаренная на псиона наговаривает. У нас, осененных благодатью, свой обмен веществ. От Арраша никаких сообщений не было.

- Час – слишком много, - Кир покачал головой. – Марк, остаешься с Тодиным, будете контролировать портал. А я пойду, мой подчиненный в опасности.

- Нет уж, - решил я. – Вы сейчас все мои подчиненные, так что слушай мою команду. Иду я, а ты и Тодин контролируете портал. Все равно от меня толку здесь не будет, пока я бездельничал, вы переход открыли. Значит, вам и следить за ним. Нет, Кир, я понимаю, но сам посуди, от меня там будет больше пользы, мы-то с тобой всегда можем связаться, на таком расстоянии. И мы мне сможешь прийти на помощь, если что, а я тебе – не знаю, не уверен.

- Хорошо, принимается, - подумав, кивнул Кир. – Точка входа бура в полость у тебя есть, постарайтесь находиться поблизости. Если все в порядке, сообщи, если сигнал будет нечеткий или его совсем не будет, присоединюсь через пять-десять минут.

- Яволь, мой генерал, - я постучал себя кулаком по груди. И шагнул в черный круг.


Если пчелы жужжат, это неспроста. Если наемник сидит и ждет, когда его перекинет неизвестно куда, это тоже неспроста. И Кир, и Тодин в упор отказывались видеть красные кристаллы, для них камни сливались с окружающим минералом, а вот Арраш – явно видел и совершенно точно понимал, что произойдет. Значит, там не так уж опасно, и мага-недоучку не ждет немедленная и страшная погибель.

Портал перенес меня в большую подземную пещеру, свод терялся где-то в высоте, до него метров сто было, не меньше, и размеры самой пещеры тоже были немаленькие, в длину не меньше полукилометра и в ширину метров тридцать. Переход заканчивался на каменном круге, по контуру обведенному прозрачным выступом, он слегка светился, я задерживаться не стал, слез с постамента, благо высота была небольшой. Тут же сообщил Киру, что добрался благополучно, и что вокруг вроде тихо. И что Арраш обнаружился тут же, и с ним тоже все в порядке.

Лу Арраш сидел на каменной скамеечке возле стены. Дроны поддержки развешивали по пещере светильники, заодно обследуя все вокруг на предмет ловушек, мин, скрытых оружейных батарей и прочей пакости.

- А, это ты, - равнодушно сказал он.

- Кого ты ждал?

- Думал, Кир кинется меня выручать, - наемник показал на свободное место рядом с собой. – Что там наверху, запустили бур?

- Ага.

- Часа полтора ковыряться. Эн Громеш будет минут через десять?

Я кивнул.

- Там, - Арраш показал на правый отвод пещеры, скрытый чем-то клубящимся, словно дымовая пушка работала, - что-то есть. Не очень опасное, но явно недружелюбное. Хочешь проверить? И не смотри на меня так.

- И все же, каждый раз я не уверен, что могу тебе доверять.

- Зачем? – Ним усмехнулся. – Я – простой сержант, очень дальний родственник главы младшей ветви старой, но не самой влиятельной семьи, Марк. Так и надо ко мне относиться, похоже, ты чего-то там надумал себе и воображаешь меня всемогущим повелителем, чуть ли не богом.

- Что-то такое есть, - признался я.

- Я не отличаюсь от тебя, Кира или Тодина, - уклончиво обьяснил Арраш, - так что старайся рассчитывать только на себя и на возможную поддержку наемников, в том числе обычного разведчика.

- Так зачем ты Кира ждал? – перевел я разговор на другую тему.

Арраш вместо ответа кивнул мне на противоположную стену, покрытую выжженными в камне и раскрашенными рисунками. Люди с основательно выступающими носами и черными шевелюрами занимались обычными бытовыми делами – что-то строили, кого-то убивали и даже плыли на лодке прямо над землей. На петроглифе, на который кивнул сержант, важный вельможа, развалившись на диване, протягивал ногу униженно стоящему на коленях слуге, держащему в руках какой-то ботинок.

- Когда семеро богов изгнали Эреш-кигаль, царство Кут осталось без покровительницы. Так что жившие там семьи влились в другие царства. Например, Уриши перешли к Исину, Маас-Арди – к Уруку, в общем, кто куда успел, тот туда и перебежал. Тогда не было еще такого строгого разделения родов на восемь государств, в каждом были только три главные семьи, а остальные время от времени мигрировали из одного в другое, ничего плохого в этом никто не видел. В Куте правили Апа-Илту, Аш-Урб и Зибу. Вот эти три семьи исчезли, видимо, их тогда уничтожили почти полностью. Заодно и в других царствах проредили верхушку знати, так что старые семьи на самом деле – не самые старые.

- Познавательно, - осторожно поддержал я разговор о совершенно неинтересных мне людях.

- Человек на стене, который на церемониальной скамье сидит - эгир Апа-Илту, один из самых могущественных Повелителей того времени. Все записи давно уничтожены, по слухам, он мог движением руки планеты двигать и звезды зажигать. Вранье, будь Апа-Илту такими всемогущими, с ними бы так не расправились.

- И что?

- Слуга у его ног – нун Громеш, - рассмеялся Арраш. – Теперешние Громеши когда-то были пылью у трона эгира царства Кут. Арраши, кстати, тоже не очень-то возвышались, если заменить этого толстяка на диване на Ур-Наммурапи, то тот, что на коленях ползает, вполне мог и моим предком быть. Вот так, Марк, прошлое ничего не значит. Сегодня одни думают, что правят миром, завтра то же самое думают другие. А потом время расставляет все так, как ему захочется. Вот и наш лейтенант, ровно через десять минут.


Кир не выглядел встревоженным, только сосредоточенным. Кивнув нам с Аррашем, он мельком оглядел петроглиф, не слишком искренне улыбнулся.

- Мой предок ползает перед великим эгиром Кута? Обязательно покажу Иту, как вернемся, а то он совсем нос задрал.

- Всю задницу отсидел, - Арраш вскочил, потянулся.

- Тодин говорит, что портал схлопнулся, будто только и ждал, что я пройду.

– Ну что тогда, командир, ждем или пошарим тут?

- Конечно, пошарим. Апа-Илту были богатой семьей, если здесь их храм, то может быть, удастся разбогатеть, а, Ним?

- Неплохо бы, - поддержал лейтенанта Арраш. – Вон Марк, только появился, так звездную систему к рукам прибрал, а мы только прыгаем с планеты на планету уже сколько лет.

- Ничего, и на вашей улице перевернется грузовик с шиклу, - подбодрил я наемников.

Дрон, подлетевший к показанному Аррашем опасному месту, вспыхнул и пропал. Чернота колыхнулась, выпуская что-то аморфное. Похожая на чужую слизь субстанция собралась в комок, капля проступила на поверхности, стекла вниз и покатилась в нашу сторону, оставляя за собой черный след. Не докатившись до нас шагов тридцать, капля приподнялась, словно голова змеи покачиваясь на черном теле. Кир Громеш выставил щит и что-то такое кастовал, Арраш по его жесту отошел подальше назад, взяв непонятное чудище на прицел. Дрон поддержки подлетел к капле, завис в полуметре с активированным анализатором.

- Ничего, - доложил Арраш. – Словно и нет там ничего. Но я ее вижу.

- Это плохо, - Кир набрасывал на пол схемы. – Если ты видишь, значит, все гораздо серьезнее.

- Почему, командир?

- Черные сгустки действуют только на псионов, - Громеш выпустил зеленую нить и теперь соединял схемы одну за другой. – На обычных людей – нет, это та же пси-энергия. Но если ты ее видишь, значит, и для обычных людей представляет опасность, и значит, там не только бору, но что-то еще. Отойди подальше. Марк, ты тоже. Смотри, чтобы сверху никто не подобрался. А то знаю я эти штуки, по одиночке они не ходят.

И вправду, от сгустка отделилась вторая капля и, игнорируя силу притяжения, потянула за собой черную нить вверх, к потолку.

- Понял, - кивнул я, не выпуская из вида нового противника.

– Следи за ней. Ты же с зеленью работал, будет нападать, пробуй, иногда помогает. И не давай проникнуть через глаза, защищай их.

- Может их хапу порезать? – Арраш выпустил атомарное лезвие.

- Может и хапу, я таких не видел раньше. Бур будет только через двадцать пять-тридцать минут, что с порталом?

Я залез на каменный пьедестал, никаких признаков того, что это не просто камень.

- Тодин, пробуешь? – Кир приложил ладонь к окружающему возвышение стеклянному кругу.

Наверху зу Тодин пытался активировать портал снова. Но, судя по всему, у него ничего не получалось. Черная капля, которая поднялась с пола, видимо, уже устала смотреть, как мы суетимся, и плюнула в Кира.

Крошечная черная сопля перешибла щит Усмиряющего, словно и не было его, но завязла в одной из схем. Арраш подскочил, рубанул лезвием по едва видимой черной точке, та превратилась в серый светящийся шар. И лопнула. Атомарное лезвие пропало, сержант поводил пальцем над рукояткой, но хапу не отзывался.

- Хана мечу, - пожаловался разведчик, - хорошо хоть запасной есть.

И рубанул по кинувшейся сверху нити с утолщением на конце. Хапу перерубил энергетическое чудище с первого удара, то, что отрезалось, упало на пол, собираясь в шарик, а оставшееся без головы нитевидное тело дернулось и словно резинка, утянулось в большой сгусток.

- Валим отсюда? – предложил я.

- Ну уж нет, - Кир достал черную рукоятку, провел по ней большим пальцем, по выскочившему ярко-желтому лезвию побежали оранжевые всполохи. – Чтобы наемник перед какой-то черной соплей отступил, не бывать такому.

Арраш только головой покачал. А лейтенант решительно направился к сгустку, срубая вытягивающиеся в его сторону черные ленточки. Про щиты он тоже не забывал, добавив зеленых линий в схемы, сами щиты уплотнились, даже синее что-то в них было.

Мы с сержантом не торопились, но и не отставали, наследник Громешей поначалу осторожничал, а потом прям разошелся, рубил направо и налево. Схемы-ловушки с успехом сжигали отсеченные кусочки, те вспыхивали, осыпались пеплом, который тут же исчезал. Сгусток постепенно уменьшался, но все же оставался достаточно большим.

Одна из лент кинулась на меня, я махнул своим ультрасовременным мечом, но черная субстанция атомарное лезвие просто не заметила, змейкой проскочила по руке вверх к лицу, без затруднений через щиты проникла в левый глаз.

«Обнаружена опасность», - тут же среагировал модуль. Чернота в голове, словно чернила каракатицы в паэлье, рывком распространилась по нейронным пучкам, я на мгновение потерял сознание, а когда очнулся, житель моего мозга почти расправился с захватчиком, обволакивая его белой пленочкой, Лента дернулась, оторвалась, и скрылась все там же, в сгустке.

Кир ничего не заметил, он как раз подобрался к источнику черноты и начал кромсать его своим пижонским мечом, с руки его сорвался зеленый шарик и, очутившись на поверхности слизи, расползся по нему тонкой сеткой. Отведя клинок, Громеш сжал кулак, и повинуясь его жесту, сетка тоже начала сжиматься, уплотняя содержимое. Сильнее и сильнее.

Пока сгустку это не надоело.

Субстанция запузырилась, процесс шел очень быстро, буквально доли секунды, было видно, что слизь чуть раздалась вширь, запуская зеленую сеть в себя, и та с готовностью сжалась в комок в самом центре сгустка. А тот прыгнул на Громеша, обволакивая его со всех сторон.

Кир сопротивлялся. Было видно, что слизь не может проникнуть ему под кожу, но сгусток не сдавался, пробираясь к глазам. Щиты возле лица Громеша замерцали, словно горнолыжные очки под лучами яркого высокогорного солнца, продержались пару секунд, вспыхнули и пропали.

Черная субстанция начала затапливать лейтенанта, втягиваясь в глазницы.

- Чего стоишь, - Арраш силой притянул меня к осевшему на пол телу. – Клади руки ему на шею. Да, вот так, с обеих сторон, чтобы большие пальцы соприкасались. Хорошо.

Он положил свои руки поверх моих.

И я почувствовал, как белый свет, вливаясь в меня, проходит сквозь подушечки пальцев и впитывается в шею Громеша. Если бы не эта имитация удушения, вообще не переставал бы таким заниматься. Ощущения были не просто приятные, так классно не чувствовал себя даже тогда, в первый раз, когда сотворил первую схему. Как там ан Траг говорил – пси-оргазм? Нет, сейчас было лучше – не качественно, а совсем по-другому, будто организм проснулся и наконец заработал на полную мощность.

- Хорошо, - словно через вату, послышался голос Арраша, - что, Марк, почувствовал себя Повелителем? Не сопротивляйся.

Я и не думал.

Белый свет заливал Громеша изнутри, выжигая черноту. Сгусток, почти целиком забравшийся в лейтенанта, даже и не думал сопротивляться. Казалось, ему тоже нравится, что он кайфует от того, что его пожирает светящаяся белизна.

- Вот так, еще чуть-чуть, - Арраш почти отпустил мои руки, дотрагиваясь до больших пальцев. – А теперь вспомни, что ты можешь выпускать зеленый жгут. Давай, из обеих ладоней.

То, что получилось у меня сейчас, скорее можно было назвать струей. Мощный поток зеленой энергии буквально вымывал из тела Усмиряющего остатки и белизны, и черноты, и сработавших схем, смывал щиты и наложенные блоки. Про вирусов с бактериями я уже и не говорю, простерилизовал организм командира звезды наемников на совесть.

- Ну все, достаточно, - Арраш отступил назад, и сразу поток иссяк, - а то ядро твое сгорит. И так перенапряжение есть. Да, Кир очнется, он будет знать, кого благодарить. Не вздумай с ним спорить.

Командир наемников спал. Мы тут корячились, спасали его, грохнули какое-то чудовище, а он взял, и заснул. Минут на пять, так сержант и сказал. Оставил меня охранять посапывающее тело, а сам скрылся в тумане, клубящемся поодаль.

Я не обижался, и так, можно сказать, не лучшим образом себя повел, так что все сокровища, золотые дублоны там, изумруды и сапфиры, пусть берет. Арраш появился из тумана буквально через пару минут.

- Ничего интересного, сейчас наш спящий красавец очнется, и вместе сходим, - сказал он.

Ответили на вызов Элики, та беспокоилась, куда мы пропали. Изображение спящего лейтенанта привело девушек в восторг, еще бы, такой бесстрашный парень, опасность кругом, а он спит безмятежно аки младенец. Особенно после такого сражения – дроны исправно фиксировали все наши действия, и в их интерпретации один не очень расторопный псион пытался задушить другого, когда тот почти победил, а сержант-разведчик отчего-то вообще где-то в стороне расправлялся с остатками практически поверженного врага.

Вот как ему это удается, а? Мне, чтобы дрона перепрограммировать на расстоянии, нужен специальный инженерный комплект, пси-модулем не обойтись.

Кир заворочался, сел, похлопал себя по щекам.

- Так, с ядром у меня проблемы.

Он создал поочередно светляка, плазменный шар, попробовал переместиться на небольшое расстояние, с каждым усилием все больше хмурясь.

- Что за гадость меня облепила?

Достал откуда-то две золотые монетки, приложил к вискам, те втянулись в голову. Поморщился, растворил в черепе еще две.

- Вот так-то получше. Но все равно, дней пять восстанавливаться придется, не меньше. Марк, это ты меня зеленкой так продул насквозь?

- Ага, - я понял, что благодарности не дождусь. И ошибся.

Кир стиснул меня в обьятиях, похлопал по спине, - Я твой должник, зу Марк Уриш.

- Эй, а ну хватит лапать моего… - Элика запнулась, словно подбирая слово. И тут же от Линник посыпались предложения, как лучше меня назвать.

- Ладно-ладно, - Кир поднял ладони вверх, мол, ручки прочь, скорчил умильное лицо, - не претендую на него. Но, Марк, если наш ком-лейтенант тебя бросит, помни, рядом есть я. А теперь пойдем, поглядим, что там эта гадость охраняла.

Глава 20

- Может, Тодина и Линник подождем? – Арраш подошел к тому месту, где наверху должен был появиться тоннель. – Или плюнем на этот проход? Дроны дальше метра не залетают, мало ли там что.

- Нет, мы уже на подходе, - рыжая капральша, судя по изображению, готовилась прыгнуть в тоннель. – С эсминца спустили шингалу.

Про эту штуку я знал, что она у нас есть – особый вид условно-разумной бронированной техники, способный проникать в полости, растекаясь слоем до сотых долей миллиметра и собираясь обратно. Основу шингалу, в обычном виде похожему на змею длиной в десять метров и диаметром в четверть метра, составляло какое-то особое вещество, обладающее распределенной памятью. По сути, это был конструктор, из которого при желании можно было собрать все, что угодно – гигантский хапу, танк с энергетическим оружием, великана-голема, вроде тех, что напали на нас на заброшенной станции, или сделать тысячу-две маленьких паучков, которые при необходимости соберутся обратно в единое целое. У шингалу было два недостатка, первый – энергию и материю для преобразований змей брал из собственных запасов, так что постоянно уменьшался, и второй – при разделении на части какая-то доля функций терялась. И все это без всякой пси-магии, чистые технологии, возможно, позаимствованные в каком-то из миров.

Потолок над нами треснул, оплавился, показался контур прорезающегося тоннеля – порода, через которую проходил проходчик, спрессовывалась до кристаллического состояния, образуя толстые стенки, которые для надежности удерживались телескопической системой бура. В километровую трубу сначала плюхнулся шингалу, превратившись на полу в подобие спасательного батута, а потом туда же на полной скорости ухнули Тодин и Линник, я уж думал, все, разобьются, но гравикомпенсаторы сработали в пяти метрах от пола, и наемники почти плавно опустились на импровизированную подушку.

Шингалу раскатался в длинный шнурок с утолщением на конце, из которого выросли несколько голов на тонких шеях, и заскользил в сторону туманного прохода. Но, как и дроны, далеко не продвинулся, буквально несколько заполненных не то что клубами воздуха – мельчайшими черными нитями метров, и втянул свои псевдо-головы обратно. Отрастил на их месте такие же, как у хапу, атомарные клинки, и превратился в небольшой вентилятор.

Дела у аморфного змея шли неплохо, черные нити легко отсекались от поверхности, собираясь в комочки, которые, в свою очередь, сползались в новое пока что неагрессивное образование.

- Это та же штука, которая на меня напала, - Кир был готов взять реванш. Фамильный меч с искрящимся бело-желтым лезвием так и просился в бой. – Я – впереди, Марк, Тодин, страхуете меня, Ним и Эирин, держитесь подальше. А то мало ли что там скрывается.

Не знаю, как Ниму Аррашу, а Эирин эта штука точно не грозила, черная субстанция реагировала явно только на одаренных. На лучших из нас. Стоило бравому лейтенанту приблизиться, как чернота собралась в комок, даже какие-то тоненькие ножки отрасли, штук сто, и бросилась в атаку. Но командир наемников был в этот раз готов, наверняка его пси-образование проанализировало прошлый бой и нашло нужный режим, и теперь на помощь энергетическому лезвию пришли заклинания. На левой ладони Громеша вырос оранжевый шарик, от которого невидимой щепотью отрывались кусочки и швырялись в противника. Каждая – отдельная схема, я аж залюбовался. Мне, чтобы вот так непринужденно и легко создавать раз в секунду совершенно новый конструкт, еще много лет тренировок понадобится, а у наследника шумерского престола явно чувствовался опыт. Удар лезвием, чернота чуть расступается, в образовавшуюся, микроскопических размеров полость. влетает схема и вплетается в нити. И еще раз, и еще. Черное месиво не уменьшалось, а наоборот, увеличивалось, становясь черно-красным. И под конец сдалось, замерев на месте.

- Возьмешь под контроль? – Тодин осторожно приблизился к тому, что получилось.

- Нет, не получится, - мне показалось, или Кир действительно запыхался. Сколько ему понадобилось, пять, десять секунд на все? Я бы уже на третьей сдох. – Это временно, час, два, потом эта штука их переварит, и все по-новой. Так что у нас не так много времени. Надо найти, откуда оно появляется, ну и пошуровать, вдруг найдем золотой трон Апа-Илту. Анур как-то говорил, что одна из оставшихся нин их семьи вошла в нашу, так что эта сидушка по обычаям – моя.

- А подлокотники – мои, - Эирин опасливо ткнула выращеным из хапу хлыстом в черно-красный шар. Тот заколыхался, но агрессии не проявлял. – Ты себе всегда все самое лучшее оставляешь. Мы вот даже не подрались как следует, да, Мелек?

Тодин только собирался ответить, что, мол, нафиг надо, как Кир поднял руку в предупреждающем жесте.

- Видишь?

Я – видел, Тодин – нет. Пол был расчерчен такими же зелеными линиями, как и в храме, оставшемся в Оранжевой системе. И открывшийся после узкого прохода зал был похож, только меньше, белого камня колонны в ряд, только без аппендиксов, единое помещение, и в конце его – ступени, ведущие куда-то вверх.

Кир взмахнул рукой, рассеивая по залу светляки, они высветили каждый уголок помещения.

Если на Дефтероне храм был идеально чист и давил своей строгостью и важностью, то этот выглядел явно заброшенным. Тут даже статуй не было мерзопакостных, с одной стороны – хорошо, а с другой, какой же храм без скульптур. Везде, на полу, на колоннах, даже на потолке, были прилеплены черные ошметки, по структуре один в один со встреченной нами мерзостью. Я опасливо поглядел вокруг, но они не шевелились.

- Ничего не чувствую, - Тодин огорченно плюнул на пол, потянулся ногой, чтобы сделать пол еще грязнее, и вляпался в зеленую схему. – Ого, это вот так действует?

- Да, тут живет огромный Усмиряющий, - улыбнулся Кир. – Так что, Мелек, аккуратнее. Иди за мной след в след. Или вон за Марком иди, он тоже эти штуки видит, да, зу Уриш?

Тодин проворчал, что я – вообще ходячая несправедливость, когда заслуженным псионам – ничего, а дикарям, которые еще год назад каменными топорами мамонтов рубили – все достается за просто так.

У Кира был свой способ избавления от зеленых нитей. Он создал что-то вроде домашнего робота-пылесоса, который закрутился по полу, собирая все, что плохо лежит, и за короткое время оставил зал с почти идеально чистым полом.

Шингалу, не дожидаясь команды, рванул вперед и растекся в тонкую веревочку, заползая по ступеням вверх.


Верхний зал и шел вбок от оси нижней пещеры, так что бур через него не проходил. Жаль, придется спускаться вниз, чтобы подняться на поверхность. Идеально гладкий пол был замощен черными шестиугольными плитами в три ряда, образующими коридор шириной метров двенадцать вокруг центральной угловатой колонны, соединяющей бледно светящийся пол и невысокий потолок. Получалось, что центральные семь плит она закрывала. В центре почти каждой плиты торчал кристалл.

- Накопители, - Тодин наступил на один, - пустые. Сколько их тут всего?

- Сорок два, - ответил я, - если не считать те, что могут быть под колонной.

- На цветочки похоже, - с женской проницательностью отметила Эирин Линник.

Действительно, плиты с кристаллами образовывали шестиугольники из семи элементов, один из которых примыкал к выступу колонны.

- А по мне, на пчелиные соты похоже, - Тодин сдвинул шкалу сравнения в сторону еды, - натуральный мед такая вкусная штука. Привозили мне с одной планеты бочонок, скажу я вам, даже просто так идет отлично.

- Ладно, полюбовались, что с этим делать будем? – Кир дотронулся ладонью до колонны, та никак не отреагировала. – Взорвем или вскроем?

Робот-шингалу обвил колонну кольцом, из прозрачного тела выделились отросточки, которые тут же попробовали расковырять поверхность. Одновременно дроны и мы пытались просканировать, что находится внутри. С тем же успехом мы могли бы сканировать вакуум, по всем данным, за тонкой оболочкой из непонятного материала ничего не было вообще.

Вакханалия поискового азарта набирала обороты. Тодин пытался прожечь оболочку одной схемой за другой, Линник рубила колонну мечом, переводя его из режима в режим, Кир тоже не оставал, пробуя конструкт за конструктом. Только мы с Аррашем стояли в стороне – он вроде как разведчик, что мог, разведал, а я – тут уже высказывались претензии в мой адрес, так что пусть теперь им повезет.

Не повезло, десяти минут хватило, чтобы наемники показали весь свой арсенал. Моя коллекция пси-фокусов пополнилась десятком новых приемов, Арраш отдохнул, Тодин устал, а Линник разозлилась и под конец просто пинала колонну ногой.

- Побаловались, и хватит. По данным анализаторов, толщина оболочки пять сантиметров, - Кир, ничуть не огорчившись неудаче, отошел на пару шагов и теперь глядел на колонну, чуть склонив голову в сторону. – Метровый слой защитной брони десантного бота два псиона вскроют за минуту. А мы тут втроем прыгаем уже десять. Что же это такое? Марк, может ты посмотришь своим проницательным взором?

Посмотрел, мне не жалко. Кроме отполированной черной поверхности, ничего не увидел. Подвесил светляки – не увидел их отражения тоже.

- Точно, - Тодин похлопал матовый бок колонны, - она поглощает свет и энергию. Причем полностью. Но мне кажется, дело в кристаллах, что будет, если их зарядить? Накопители-то слабенькие, я один спокойно шесть штук заполню за час. Давайте хотя бы один комплект осилим. Какой выберем?

- Не знаю, - Кир пожал плечами. – Надо спросить независимую сторону. Арраш, ты бы какую часть колонны выбрал?

Ним чуть подумал, для вида, наверное, и похлопал рукой по ближайшей к нему. Логично, все они одинаковые.

- Ладно, начнем, - лейтенант присел у центрального кристалла.

Тут проявилась мощь усмиряющего. Пока мы с пси-сержантом вдвоем заполняли один кристалл, он за это время расправлялся с двумя, так что часа не потребовалось. Через двадцать минут семь кристаллов комплекта сот, примыкающего к одной из граней колонны, неярко светились – это если особым взглядом посмотреть. А по мнению Линник, мы только время потеряли, все как было, так и осталось.

- Что дальше? – Кир скептически поглядел на дело своих и наших рук, - может, надо стишок прочитать или попрыгать?

- Ой, я вижу, - вдруг сказала Эирин.

- Что?

- Как он светится.

Действительно, и в обычном зрении центральный кристалл засветился. Сначала еле-еле, а потом разгорелся, вытягивая энергию у соседних, от него отделился светящийся шарик, завис на высоте полутора метров, а потом дернулся в сторону колонны и впитался в нее.

Грань исчезла.

На открывшейся шестиугольной плите лежали три золотые монетки с дыркой посредине.

- Ого, - Кир улыбнулся. – Ману, аж три штуки. Как будем делить?

- Поровну, - предложил я. Что-то такое, когда стенка растворялась, я почувствовал.

- Это как?

- Первая находка – твоя, раз ты командир звезды. А остальные – каждый выберет себе грань, и что там найдется, то – его.

- Граней шесть, на нас – четверо, с тобой - пятеро.

- И Элика, - напомнил я.

- Элика, точно, - Кир кивнул, - это справедливо. Элика, ты капитан корабля, тебе первой выбирать.

Ком-лейтенант, все это время находившаяся на связи, поначалу комментировала наши усилия, а потом то ли уснула, то ли занялась своими пилотскими делами, но при первых словах о добыче оживилась.

- Для меня Марк выберет, - заявила она. – Я ему доверяю.

Арраш рассмеялся.

- Ну все, Марк Уриш, ты конкретно попал. Выберешь не то, быть тебе без сладкого долго-долго. Давай, покажи, где копать.

Нужный мне сектор располагался с другой стороны колонны. Но это только на уровне ощущений, которые иногда подсказывали совсем не то, что нужно. Я попинал ногой участок колонны справа от открывшейся.

- Пусть этот будет.

- Хорошо, - согласился Кир. – Тогда выбирай еще один, потом Арраш, Эирин, и Тодин. Последнему всегда все самое лучшее достается.

Мелек Тодин флегматично пожал плечами.

Мы быстро разобрали участки колонны, я выбрал наконец себе нужный сектор, остальные, судя по всему, выбором не заморачивались. Кир грамотно определил очередность, оставив Линник всего два варианта, с одной стороны, она могла выбрать, а с другой, будь их шесть, ждать нам день-два, пока определится, она из двух-то выбирала минут пять, не меньше, советуясь и передумывая.

Элике досталось кольцо с красным камнем. Очень красивое и очень бесполезное, камень с красными кристаллами, найденными нами в системе Оранжевой, ничего общего не имел, обычный очень слабый накопитель. В основании лежала небольшая схема, которая срабатывала на тактильное воздействие, над камнем появлялась маленькая кошечка, которая могла прыгать вокруг непродолжительное время, а потом исчезала. Пилоту понравилось.

- Эреш-кигаль была на этих животных помешана, - Кир протянул палец к снова появившемуся эфемерному существу, светящийся котенок потерся об него, мне даже показалось – заурчал. – Поэтому их уничтожили всех. А вот в других мирах встречаются, я видел несколько раз, ничего особенного, только жрут, гадят, спят и заставляют себя гладить. Если не запрет, привез бы одного сюда, Марике в подарок. Давай, Марк, твоя очередь.

На самом деле очередь была наша – не мне же одному заряжать кристаллы. Линник нас подбадривала, а Арраш посмеивался, сидя на полу в уголке. Хотя мог бы и помочь, паразит, у него бы это минуту, наверное, заняло – на весь пол. Сколько там его не было – две? Небось, все ценное уже припрятано.

Шарик на моем центральном кристалле дернулся, и впился в колонну, открывая проем.

На полу лежала золотая монетка, а над ней, на высоте в метр, висела золотая карточка – третья по счету. Солить мне их, что ли?

Кир разделил мой скепсис.

- Редкая вещь, но бесполезная. За четыре тысячи лет никто не понял, что с этим делать. Но вроде символы тут такие же, как те, которые ты читать умеешь?

На карте был тот же набор символов, что и на других.

- Такие же, - вздохнул я. – Только вот что тут написано, понять не могу.

- Добро пожаловать в тайное общество, - Кир, видя мое недоумение, рассмеялся. – Таких карточек немного, около полусотни нашли, одно время даже бешеных денег стоили, чуть ли не по двадцать ману отдавали за каждую, теперь вроде успокоились, но не все. У Анура есть, ты, как увидишь его, порасспроси, он уже лет восемьдесят с ней носится, в компании таких же чудаков, а до этого его отец тоже что-то разыскивал, пока не пропал. Но советую продать, хоть цена упала, но ману-другую ты выручишь за нее. А лишние ману никому еще не помешали.

- Так и сделаю, наверное, - кивнул я. – Ну что, кто следующий?

Аррашу досталась такая же золотая пластинка. И я сразу же передумал продавать свою.

Могу чем угодно поклясться, но, когда створка только начала открываться, в проеме валялась какая-то золотая безделушка. А потом она исчезла, и появилась эта карта. И подозреваю, лежала она там раньше, пока кто-то ее оттуда не забрал. Я понаблюдал краем глаза за Киром и Тодиным, но они вроде не заметили ничего, Арраш им обзор перегородил. А мне оставил, словно нарочно.

Пока сержанта-разведчика хлопали по плечам, уверяя, что и такая находка – тоже отличное приобретение, два ману для наемника, это почти всю жизнь вкалывать на трех планетах одновременно, Эирин нетерпеливо поглаживала свою часть колонны, что-то нашептывая.

- Капрал Линник, отставить культовые приемчики, - распорядился лейтенант. – Или нам перерыв устроить на обед?

Тодин его тут же поддержал, заявив, что обед – это святое. А Линник пообещала, что этот обед будет последним в нашей жизни, если мы тут же, вот сейчас же и тотчас же, не откроем ей хранилище.

Капральше достался браслет. Тот, что должен был Аррашу достаться. Тонкая полоска серебристого металла с тремя черными камушками, и еле заметным орнаментом, изображавшим охоту на какое-то диковинное животное. Любая женщина тут же нацепила его себе на руку и гордо всем бы показывала. И выложила в инстаграмм. И подруг позвала, чтобы такое отметить.

Видимо, служба наемником дает толчок развитию логических способностей. Эирин до браслета даже не дотронулась. Сначала его осторожно рассмотрел Кир, проверил камни на возможные скрытые ловушки и заклинания, потом, для надежности, Тодин, ну и мне досталась часть работы.

Все три камня соединяла тонкая красная ниточка. В этот раз я не стал отмалчиваться, честно на нее показал, хоть никто, кроме меня, ее и не видел, но Кир, проведя пальцем, смог почувствовать.

- И что эта штуковина делает? – Эирин терпеливо ждала, когда мы разберемся с ее находкой.

- По орнаменту похожа на те, что принадлежали Апа-Илту, - ответил Кир уклончиво, - у нас в хране тоже пара таких безделушек есть. По большей части ничего хорошего, не фатально, но напакостить может, как другим, так и самому хозяину.

Я нацепил браслет на кисть, под возмущенный вопль Элики, мол, нечего всякую каку на руку надевать, подал энергию на камни, подождал, когда они засияют красноватым светом, и направил сжатый кулак в стену.

Словно в замедленной сьемке, черная клякса размером со спичечную головку сорвалась с браслета, шлепнулась в стенку, впиталась и исчезла. Кристаллы на полу фиолетово вспыхнули, центральные части каждой из шести отдельных сот зажглись красным – плита целиком, внешняя часть колонны ушла вверх, обнажая центральную, где что-то невообразимо-черное только и ждало момента, чтобы кинуться на нас.

Глава 21

Это модуль показал мне, что произойдет, если я подам пси-энергию на камни. Видимо, решил, что без меня ему грустно станет.

- Ты уверен? – Кир внимательно меня выслушал.

- Да, ничего не получается. Такое впечатление, что он испорчен. Но пока работал, что-то мне подсказывает - вреда от него было больше, чем пользы.

- Я тоже не чувствую в нем энергии. Только что-то нехорошее, поэтому рисковать не будем, - переглянувшись с Тодином, решил зу Громеш, - может быть, это ключ, который открывает центральный отсек, а что там в центре, мы не знаем. Но интуиция у псиона на первом месте стоит. Я тоже, как на этот браслет глянул, что-то нехорошее почувствовал. Эирин, твоя находка, тебе решать, что с ней делать, я не в смысле – использовать как-то или нет. Забираешь?

- Ну ее, - Линник огорченно вздохнула. – Ну почему мне всегда не везет?

Бывают моменты, когда мне становится жалко девушку, совершенно постороннюю. Вот просто так, без каких-то обязательств с ее стороны или вообще просьб, просто хочется помочь. Правда, не всегда за этим следует благодарность, но воспитание – требует.

- Держи, - я протянул рыжей монетку ману. – А то нечестно, у Арраша вон только пластинка, а у меня еще и монетка.

- Нет, так нельзя, - остановил меня Тодин. – Если наемник, а пока ты с нами, считай, что из наших, что нашел - это его. Делиться – плохая примета.

По глазам рыжей капральши видно было, что примета эта плоха сама по себе, и лучше бы ее не было.

- Нельзя, так нельзя. А давай, я у тебя этот браслет куплю, - предложил я рыжей мучительнице. Ладно, вроде она меня тренировала, хоть и издевалась больше, но чему-то я научился. – Раз нельзя делиться, продавать можно?

- Можно, - Линник моментом повеселела, отобрала у меня монетку с дыркой, чмокнула меня в щеку под яростное сопение Элики, - я теперь богатая. Могу себе жениха одаренного подобрать, если что.

- Уж я тебе помогу, - прилетело с корабля. Ком-лейтенант не выпускала меня из виду ни на минуту.

- Марк, тебе бы ману тоже не помешало, - видно было, что Кир доволен, но чувство справедливости требовало этих слов. – Зря разбрасываешься.

- Ну во-первых, не разбрасываюсь, а отдаю боевому товарищу, - заработал я в глазах наемников еще пару очков, - а во-вторых, у меня еще есть. У Марики хранятся.

Кир рассмеялся, он наверняка о моих баснословных богатствах знал, Тодин завистливо хмыкнул, мол, опять этому дикарю где-то повезло, а Линник оценивающе на меня так посмотрела. Долго и внимательно.

- Твой внутренний голос тебе насчет доли Тодина ничего не сказал? – спросил Кир. – Нет? Тогда давайте, последняя створка осталась, и сваливаем отсюда, и так день неслыханно удачный, как бы не спугнуть.

Тодину досталась длинная серебристая цепочка с синим камушком, по мне – дешевка, но псион обрадовался как ребенок. И заявил, что этот артефакт он не за какие деньги не продаст. Представитель очень даже обеспеченного семейства новых аристократов оказался заядлым коллекционером всяких древностей, а ритуальные предметы царства Кут были большой редкостью.

Стоило последней створке раскрыться, кристаллы на плитах пола растрескались, и больше уже не откликались на попытки их реанимировать.


Бур, поднимая нас наверх, одновременно заделывал тоннель, так что в следующий раз, если нам вдруг приспичит спуститься, придется рыть подкоп снова. С эсминцем и его экипажем за наше отсутствие ничего не произошло, Элика, стоило нам появиться, тут же отобрала свое кольцо, нацепила на палец и принялась возиться с котенком.

- Погружаешься в темные пучины культа Эреш-кигаль, - предупредил ее Кир, - это опасно для незащищенного разума. Давай, я пока поношу. А как модуль тебе обновят, отдам обратно.

Элика рассмеялась, но кольцо не отдала. На поносить. Подержать – пожалуйста, каждый, кто хотел, мог вызвать этого тамагочи и вдоволь с ним наиграться. Светящийся зверек был совершенно не против.

А вот браслет пришлось отдать в единоличное пользование. Ком-лейтенант взглянула на меня серьезно, Кир кашлянул, Тодин рыгнул, Линник пнула меня ногой и проворчала что-то про пустоголовых мужчин, и только Арраш прямым текстом сказал, что подарок стоимостью в сотню миллионов кредитов не каждый может себе позволить. А вот зу Марк Уриш – может. До этого я еще сомневался, стоит ли девушке отдавать украшение, но раз тайный повелитель считает, что можно, так тому и быть. Элика тут же нацепила серебристую полоску на правую руку, полюбовалась на камни, поглощающие свет без единого отблеска, и разрешила себя при всех обнять. Ну как разрешила, потребовала практически.

- Браслет – первый шаг к совместной жизни, - меланхолично отметил Тодин, когда мы вдвоем с ним сидели в корабельном пищеблоке. – Молодец, надо же было когда-то решиться.

Организм псиона может многое. В частности, подавить рефлекс, когда кусок мяса попадает не в то горло, и переместить его в нужное, так что моей невозмутимости мог бы Дэн Колман позавидовать. Но внутренне я слегка напрягся, да что там слегка, очень даже. Про брачные игры шумеров я знал только одно – они любят спаивать потенциальных женихов, а потом ночью, когда те нихрена не соображают, проводить над ними какой-то обряд. Сеть была недоступна, ИИ и его архив такой информацией не обладали, все-таки старые семьи не выставляли свои традиции напоказ. Так что сразу возникла куча вопросов – а что мне делать, надо ли знакомиться с родителями, и где у этого эсминца спасательная шлюпка.

- Элика – девушка хорошая, - продолжал добивать меня Тодин, - только властная немного, все ее боятся, даже эн Громеш. И один, и второй, она раньше в штабе флота Исин служила, но Иту, как только Тоалькетан вернулся из другой реальности, тут же ее сыночку спихнул. Говорят, штабные три дня не просыхали от такой новости, а пятая эскадра собиралась в наемники перейти всем составом. Но ты не такой, вы отлично сойдетесь.

Я хотел возразить, что мы и так уже отлично сошлись, куда уж больше, слишком интенсивное движение вперед тоже небезопасно, но только улыбнулся, поднял стакан, выпил до дна ярко-фиолетовый сидр – успокаивает, и пошел искать Арраша. Благо вторые сутки только начались, еще несколько часов в системе, и обратно, к Оранжевой.


Не такой уж большой, этот эсминец, всего-то несколько этажей по нескольку футбольных полей, но Арраш как сквозь землю провалился, не иначе как в релакс-отсеке. Там его тоже не было, я посидел на траве под березкой, выращенной специально для меня, помечтал, что скоро все кончится, модуль наконец перестанет шалить.

И он почти откликнулся.

«Модуль перемещения переведен в рабочий режим. Перенос будет возможен через семьдесят два часа».

Но тут же исправился.

«До достижения пятого уровня перенос невозможен. Несовпадение координат».

И чуть подсластил пилюлю.

«Модуль хранения доступен в ограниченном режиме».

Ну что же, не жили богато, и нефиг начинать. Когда там этот пятый уровень, сколько мне миров надо будет облазить, пятьдесят, сто? Мне даже показалось, что модуль злорадствует, тыча мне в лицо моей неполноценностью. Но, и это было важно, значит, из этого мира перенос возможен. Помнится, на том деревце, который я видел в мое первое и пока единственное попадание в таинственный интерфейс системы, ниже мира шумеров находился еще один, красненький. Может, я в нем, а это значит, что из этого мира можно попасть куда угодно.

Заглянул в отсек для тренировок, тут же Линник вспомнила, что я до сих пор ее курсант, хоть и капитан, и гоняла меня целый час, отрабатывая монетку. Наверное, самое дорогое занятие будет занесено в летопись наемников, если такая вообще существует.

Но даже через этот час неуловимый сержант-разведчик так и не попался на глаза, на вызовы тоже не отвечал. Что подозрительно – Элика тоже. Не то, чтобы я ревновал, но все-таки какой-то червячок изнутри грыз.

И когда он уже нагрыз достаточно, чтобы я позволил эмоциям проявиться, а проще говоря – взбесился, Арраш сам меня нашел.

- К тебе в каюту, - пришло короткое сообщение.


- Элика в медотсеке, - огорошил он меня прямо с порога, не знаю, что за система допуска на этом корабле, но сержанта она пропустила спокойно, он меня прямо в моих двухкомнатных апартаментах дожидался, сидя на низеньком диванчике. Поднял ладонь, предупреждая мои вопросы. – Сейчас появится сообщение во внутреннем интеркоме, обычное недомогание. Полчаса-час ее лучше не беспокоить, потом снова будет все в порядке. Ничего особенного, о чем тебе следовало бы беспокоиться. Лучше доставай пластину, а то твоими взглядами можно было стенку в той пещере прожечь.

Если таинственный псион, способный играючи обходиться с энергией, доступной только повелителям, говорит – доставай, лучше действительно достать.

- Са-гир, - он забрал у меня пластинку, провел пальцем по длинной стороне, та засияла белым светом. – Ты же знаешь, как они называются, да? И что за символы на ней?

Я кивнул. И помотал головой.

- Эме-галь полностью невозможно выучить, можно только знать. Каждый получает это знание своим путем, кто-то, как ты, например, когда в первый раз активирует модуль переноса. Кто-то как-то еще, не важно как. Мы хоть и оторваны от этого мира, но и в нашем очень редко, но что-то подобное можно найти. Вот, например, как на этих карточках.

- Или на игрушках, - вспомнил я фигурку человека в золотой тоге, с красным кристаллом на ладони, там вроде бы тоже что-то на подставке было написано.

Арраш на меня внимательно посмотрел, но уточнять не стал.

- Ты уже заметил, что по отдельности символ может означать одно, а в группе с другими – другое, общих слов, которые известны на базовом уровне, около сотни, их можно со временем освоить любому человеку. Но кроме кратких инструкций, куда идти и что делать, они никакой информации не несут, а при сочетании даже они примут совсем другое значение. Группа символов – это как картина, когда смотришь и видишь ее целиком. Так себе сравнение, конечно. Очень приближенное.

- Но я тут ничего не вижу.

- И я тоже, - Арраш улыбнулся. – Здесь не хватает двух символов, один в начале, другой в конце. Говорят, древние такое часто использовали, когда хотели, чтобы один и тот же фрагмент текста имел множество вариантов. Для этой пластины я знаю только два. Один – дает человеку способности, слабые. Как ману, только монет нужно больше сотни впитать, а тут всего одна карточка и восемнадцать монеток, по девять с каждой стороны, ну и пси-возможности получаются, скажем так, хоть и крохотные, но расширенные. И второй – ты помнишь, как в первый раз перенесся?

- Говорят, что-то в меня впиталось, - пожал я плечами, - и до сих пор эта штука во мне сидит.

- Кристалл. Если положить обычный кристалл переноса на пластину, то он превратится в модуль переноса, настоящий, такой, как в тебе. До поры до времени будет портальный камень работать, на вид не отличить, пока не активируется – причем почти всегда у неодаренных. Как в твоем случае.

- Но…

- А как же. Пластины одноразовые, используешь – и больше их не будет. И еще, если решишь вдруг модуль сделать, получается с одним портальным камнем из девяти-десяти. Для верности бери двенадцать пластин и двенадцать камней, ну еще и монет пятьдесят где-то надо найти, хотя и в первый раз может сработать, при удаче. Четыре ману по краям, кристалл в центр, пишешь символы, и получаешь модуль. Как тебе такое, Марк Уриш?

- Травин, - поправил я.

- Не зарекайся, - Арраш улыбнулся. – Символы отыщешь сам, иначе совсем неинтересно будет. Да и нет уверенности, что то, что я знаю, у тебя сработает. И будь осторожен, если что-то пойдет не так, пластина останется, а ты – нет.

- Кристаллы тоже разрушаются?

- Портятся, - кивнул Арраш. – Их после этого уже нельзя использовать в качестве портальных.

Ценная оговорка. Помню, сталкивался с таким.

- Так что там с Эликой? - попытался я снова перевести разговор на другую интересную тему.

- Браслет, - как мне показалось, не слишком искренне ответил псион. – Но я все исправил, не волнуйся. Будет носить как обычное украшение, а то эти старые вещи с богатой историей иногда такие сюрпризы подносят, что лучше бы их и не было. Это нам, одаренным, проще, заблокировали воздействие, и все. А у обычных лу защитный модуль только на известные и не самые сильные пси-атаки рассчитан, чуть какие отклонения, может не сработать.

Медкапсула в корабельном интеркоме окрасилась зеленым, так что я рванул в медотсек, лично убедиться, что с девушкой все в порядке.


Элика была совершенно здорова, в отличном настроении – я в этом тут же убедился, и совершенно спокойна. Остальные члены команды ограничились дистанционным проявлением заботы, только вот я прискакал лично. Браслет выглядел почти так же, как и когда мы его нашли. Только красных ниточек стало две, одна параллельно другой, и шли они не через центры кристаллов, а по бокам, только касаясь. Модуль, который по долгу службы должен был предупреждать меня об опасностях, на этот раз смолчал.

- Все в порядке, - успокоила меня блондинка, когда мы все-таки нашли время поговорить. – А теперь быстро вставай. Кажется, у нас гости.

Команда уже собралась в рубке. Шесть выращенных ложементов, из которых четыре были заняты наемниками, а остальные два ждали нас.

- Что он там делает? – рыжая ткнула пальцем в экран. Все мы отслеживали одновременно несколько изображений, зонды в системе передавали их с разных ракурсов, на голоэкране было одно.

Черный шар, диаметром чуть больше километра, завис прямо в портальном кольце.

- Отличный вопрос, капрал Линник, - пока все пялились на пришельца, я внимательно разглядывал само кольцо и свою карточку доступа к местной транспортной системе. – Мне кажется, он отключает портал.

- А такое возможно?

- Мы же его включали. Значит, кто-то может выключить, - совершенно честно ответил я. – Нет, Тодин, я включать такое не умею и выключать тоже, в тех случаях нам просто давали готовые решения, и проверки на этом закончились.

- Как думаешь, это твои новые друзья? – Кир задумчиво вертел в руках золотую монетку.

- Клан Ари? Может быть. Думаю, ящер, о котором я рассказывал, продал нас кому-нибудь. Но не думал, что они так скоро сориентируются.

- А они сделали это, - Элика активировала системы нападения одну за другой, отслеживая реакцию черного гостя. С поверхности эсминца исчезали ненужные декорации, эскадрильи беспилотников готовились к вылету, каждый из нас уже получил по десятку подопечных. – Пусть только дернется, сделаю с ним то же, что и с тем странным многоугольником, как он там назывался?

- Октаэдр, - напомнил я. – Это такая штука с восемью треугольными гранями.

- Пока вы там в земле копались, не все, кроме Марка. Который нашел много ценных и красивых вещей, - ком-лейтенант послала мне воздушный поцелуй, под хохот наемников, - я привела все системы в порядок и на всякий случай, не знаю зачем, предактивировала М-тяговые двигатели. Так что в крайнем случае прыгнем отсюда на пару световых, или долбану из них по этому шарику. Но перед этим я хочу узнать, что за тварь перекрыла мне дорогу. Так что в лучшем случае ему придется нас пропустить.

- Ком-лейтенант Эсте, - Кир осторожно кашлянул. – А не надо ли нам сначала спросить у них, что они хотят?

- Зачем? – Элика включила внешний обзор, выводя корабль на прямую перед портальным кругом, на минимальное расстояние – всего несколько тысяч. Полупрозрачная громадина эсминца, всего лишь в два-три раза меньше черного шара, начала покрываться какой-то оболочкой. – Понс хорошо поработала, а потом мы с Трис тут все доделали как надо.

При имени матери Кир привычно вздрогнул.

- Если Понс приложила свою руку, я спокоен, - меланхолично заметил Арраш. Ну да, ему-то чего волноваться.

Между тем вторгшийся в систему пришелец решил все за нас. Шар окутался ярко-белой оболочкой, чуть повисев на месте, она стянулась перед ним в огромное белое облако, раз в сорок больше самого корабля, и начала сжиматься. Почти минуту мы ждали, когда же из этого что-то получится.

Тучка сжалась до размера мелкой монеты, увидеть ее глазами было, естественно, невозможно на таком расстоянии, только приборы фиксировали, и выстрельнуло вперед, прямо на нас. С почти световой скоростью.

Мюон, частица всего лишь на четверть больше протона, несущаяся со скоростью на триллионные доли меньше световой, передает при столкновении энергию в 50 джоулей – примерно как камушек, упавший с высоты человеческого роста на ногу. Вес образовавшейся пули был куда больше, так что, попади она по эсминцу, думаю, как минимум сквозная дырка была бы обеспечена.

Естественно, эти мысли возникли уже после того, как грав-щит спокойно отвел кинетическую цель вбок, и она унеслась дальше, к планете, которая оказалась на одной прямой с нами и противником. Только бы в пещеру не попала, центральная часть колонны, несмотря на таящуюся там потенциальную опасность, все еще меня интересовала.

- Понеслось, - Элика с довольной улыбкой откинулась на ложементе и прикрыла глаза.

Глава 22

Один известный шахматист с шумерской фамилией и еврейским происхождением Зигмунд Тарраш как-то сказал – «При правильной игре с обеих сторон ничья неизбежна». Ход белых был мощным, но увы, неправильным, наш противник дебют проиграл вчистую, а почему? Потому что правильно была выстроена защита.

Видимо, расчет был на поражение с первого выстрела, зонды засняли, как белая монетка, скорректировав курс и врезавшись в ближайший астероид, не пролетела его насквозь, а взорвалась внутри, мгновенно расширившись до первоначального обьема. Хорошо, что это произошло в нескольких миллионах километров от нас, а то, думаю, урон нам бы нанесли нешуточный.

- Грав-оружие, - спокойно отметила ком-лейтенант, - от него давно уже отказались, слишком велика доля ошибок.

Второго такого облака у черного шара не нашлось, а потом уже Элика нанесла ответный удар. Десять беспилотников образовали пятиконечную .звезду. Центральный пятиугольник остался на месте, двигаясь с равномерной скоростью, а пять вершин начали расходиться, постепенно охватывая шар. Даже издалека было видно, что поверхность его не монолитная, на ней располагались какие-то надстройки, и две пятерки истребителей прошлись по ним плазменным дождем.

Обычная плазма ничего не сможет сделать с космическим кораблем – априори такие конструкции рассчитаны на высокие температуры, но вот особый вид плазмы, когда разогнанные до предельных скоростей частицы тормозили перед препятствием и начинали как бы стекать по нему, а потом резко распадались на кварки, сносил все подчистую. Казалось, полировочная машина прошлась по неровностям, идеально заглаживая защитную оболочку шара. Выставленные энергетические щиты, пропускавшие плазму свободно, на таком расстоянии защитить не смогли.

То, от чего мы избавились, видимо, было средством защиты, несколько выстрелов из надстроек по беспилотникам, выпущенные кинетические снаряды, мельчайшие дробинки, на огромной скорости прошивающие цель – один беспилотник мы потеряли, от чего Элика просто в бешенство пришла.

Выругавшись, она чуть развернула эсминец и приготовилась всей мощью шумерского инженерного гения напрочь уничтожить пришельца.

- Погоди, - успел сказать я. – Если ты на атомы его разнесешь, как мы включим портал?

- Вероятность? – Элика времени зря терять не хотела, зачищая обратную сторону.

- ИИ дает 39 процентов, - доложил Кир то, что мы и сами видели.

- Хорошо, командир, что делаем?

- Надо туда высадиться, - сказал я. – Думаю, сначала команда дронов, а потом и я схожу, посмотрю, что к чему.

- Твоя задача руководить, капитан, - резонно заметил Тодин, - а наша – сражаться. К тому же добыча у нас была, а серьезного дела – нет. Боги могут отвернуться.

Боги – это серьезно. Даже серьезнее, чем приметы. Наемники решительно напряглись, готовые вот прямо сейчас рвануть на абордаж.

- Нет-нет, сначала дроны. Потом – шингалу. А уже потом – наемники.

Кир с деланным разочарованием хмыкнул, хотя и так было понятно, что мои команды у людей, которые воюют десятки лет, только смех вызовут.

- Ты командир, - добавил Тодин.

- Строгий, но справедливый, - внес свои пять копеек Арраш.

- И щедрый, - подмигнула Линник.

Я пожал плечами и в дальнейший ход событий практически не вмешивался. Чтобы не навредить.


Сотня серебристых шариков ринулась на черного великана, словно косяк пираний на аллигатора. Но сжирать не стали, а, подлетев к одной из разрушенных надстроек, просочились внутрь.

Километр в диаметре – это очень много. Обычному человеку достаточно ста кубов, чтобы комфортно разместиться, в такой шарик может войти около 10 миллионов – это если их как на складе разместить. С учетом всех ходов и технологических пространств – миллион. Километровые носители у шумеров свободно перевозили сотню тысяч вместе с техникой при освоении планет.

В этом шаре персонала было меньше трех сотен. Корабль словно специально проектировался для отражения абордажных атак, множество переходов, защитные турели, перекрывающиеся отсеки и трансформируемые перегородки, при приближении противника меняющие планировку этажей. Внутри шар был разделен на десяток слоев индивидуальными защитными оболочками, центральный шарик, он же реактор, диаметром в пятьдесят метров, был ими надежно защищен от внешних воздействий.

- Не могу заглушить, - пожаловалась Элика. – Надо слой за слоем проходить, хотя бы две оболочки до их энергомодуля останутся, и я его вырублю. Марк, мы точно не сможем переместиться?

- Не знаю, до ближайшей системы с маяками почти пятьсот световых, а карта отказывается портал активировать. Как ты думаешь?

Элика только пробурчала, что если бы она была командиром, не стала бы долго рассуждать.

- Отлично. – Я помахал карточкой в воздухе. – Ком-лейтенант Эсте, передаю командование операцией тебе.

Пилот только кивнула. По сути, пустая формальность, от меня тут толку было столько же, сколько в торговом центре, когда мы с очередной подружкой там ходили – таскать сумки и активно использовать карту.


Первый десяток дронов мы потеряли через несколько минут, сотня завязла в первом слое, который был просто напичкан системами защиты. Но на подходе была еще почти тысяча, дроны распадались на небольшие группы, проникая внутрь через любые отверстия и трещины, благо их после работы истребителей было немало. Репликатор на эсминце работал вовсю, выдавая по дрону в минуту, на всякий случай. Ну и запас был еще немаленький.

Пока что мы просто ждали. На внешнем слое не было ни одного разумного, ни людей, ни ящеров, ни пластилиновых человечков, только техника, которая сопротивлялась до последнего излучателя. А ведь я подспудно ждал, когда же появятся солдаты в белых пластоидных бронежилетах поверх черного термобелья, с бластерными винтовками, стреляющими медленно летящими лучами. Но нет, ни одного имперского штурмовика не появилось. Сканирование нашло теплокровных в центральных слоях, немногочисленные группы из внешних постепенно мигрировали ближе к центру. Дроны обнаружили тоннели, соединявшие оболочки, и пытались их взломать, но при повреждениях те блокировались каким-то вязким материалом, так что проще оказалось пробурить оболочку насквозь.

Черный шар пытался огрызаться, надстройки вырастали на поверхности и делали несколько выстрелов, количество истребителей, кружащих над врагом, выросло до сотни. Но после того, как все тоннели от предпоследней оболочки к внешней были разрушены, активная оборона на внешней сфере прекратилась.

На третьем, если считать с внешней стороны, слое обнаружились живые организмы – несколько ящеров, не успевших эвакуироваться ниже, попали под обстрел дронов и были уничтожены, к этом времени количество нападающих шариков увеличилось до трех тысяч, больше Элика отказывалась посылать, оставляя до сотни на каждом пройденном слое.

Четвертый слой порадовал оборонительными центрами, создававшими защитные системы на внешней оболочке. Тут дроны завязли на полчаса, разнося все в пух и прах, поданной телеметрии было достаточно, чтобы понять – такие производственные мощности для нас интереса не представляют. А вот на пятом враг применил кинетику, разогнанные до высоких скоростей кусочки материи эффективно прошивали дронов, и мы потеряли там почти тысячу.

Элика материлась – даже это ей очень шло, я сидел и любовался. За что получил от Эирин подзатыльник, мол, хватит пялиться на нового командира. Причем командир, похоже, против не была.

Шестой слой порадовал полигоном военной техники – сотни так и не взлетевших аппаратов, какие-то склады и мастерские, все фиксировалось, зачищалось, образцы паковались и отправлялись на эсминец, остальное обездвиживалось как механически, так и энергетическими коконами. Только несколько аппаратов смогли сдвинуться с места, и тут же были уничтожены.

На седьмой слой просочилась почти тысяча дронов – ком-лейтенант сняла половину из оставшихся во внешних слоях, чтобы восполнить потери. И уровень неожиданно оказался абсолютно пустым

- Что-то тут не так, - задумчиво произнес Арраш. И оказался прав.

Весь слой затопило ярко-фиолетовое сияние, практически ослепившее системы наблюдения, а когда оно исчезло, в активном состоянии осталось не более десятка дронов, у остальных был выжжен управляющий контур.

- Отлично, - совершенно не к месту обрадовалась Элика. И снизошла до обьяснений, - новый вид защиты, данные у нас есть, месяца за три обработаем и воспроизведем.

Наемники тоже повеселели, а потом обьяснили, как мне тоже повезло. Полученные данные можно было за хорошую цену продать, тому же Пашке, а точнее – корпорации его жены. Правильно, все в семью.

- Шингалу? – спросил Тодин.

- Мы двинемся следом, - решил Кир, - внешние оболочки зачищены, бур уже проделал тоннель на седьмой, источник вспышки мы нашли, шингалу его обезвредит, а дальше мы его вперед пустим. Триста тел – немало. Как на четвертой Луфура, когда мы бункер местного олигарха штурмовали.

- Да, было весело, - подтвердил Тодин, цепляя на грудь активатор скафа, - Арраша тогда еще не было с нами, вчетвером всех положили.

- А пойду-ка и я с ними, - решила я. – Развеюсь, а то сижу, как неприкаянный. Мешаться не буду, если что, прикрою тылы.

- Идет, - согласился Кир, заказывая себе со склада что-то убойное. – Размяться не помешает. На каждого по шесть десятков, это, считай, легкая прогулка.

- Но вперед не лезь, - Элика вставила свои пять новообретенных командирских копеек, - если что случится, я с тобой сам знаешь, что сделаю. И с ними. И вообще с этой галактикой.

- Строгая, но справедливая, - вздохнул я, проверяя снаряжение. Хапу, запасной хапу, пустотный скаф, наплечная турель, десяток дронов поддержки, два беспилотника и я сам – лучшее оружие и защита. Ну и призрачный меч где-то вдалеке, но доступный. Оглядел собравшуюся команду, оборудование уже ждало в боте. – Нас будет трое, из которых один раненый, и в придачу юноша, почти ребёнок, а скажут, что нас было четверо.

- Кто раненый? – Линник покачала головой, мол, на голову отшибленный один – точно есть.

- Это из книжки одной, про наемников. Как-нибудь расскажу, - пообещал я, - tous pour un, un pour tous.


Тот же бур, что доставил Тодина и Линник в подземный храм, пробурил нам широкий тоннель до седьмого уровня, где в невесомости летали наши дроны, и сам же их оттуда и убрал, переправил на эсминец для ремонта.

Шингалу растянул свое мощное тело до едва видимой веревочки, словно опоясывая сферу, замкнулся и начал вращаться вокруг невидимой оси, обследуя каждый миллиметр. Причину излучения он нашел быстро, маленький черный кубик с мигающим индикатором – еще один аттавизм. Кубик попытался было повторить свой подвиг, но мельчайшие частицы биоробота облепили его, созданное вокруг поле почти не дало излучению выйти за пределы прибора, а отражатели, направлявшие излучение по слою, были заранее уничтожены.

Иномирный девайс, аккуратно упакованный, вслед за дронами переправился на эсминец.

В отличие от других слоев, из седьмого в восьмой вел вполне нормальный шлюз, даже с каким-то устройством доступа. Шингалу, собравшись покомпактнее, активировал его, и видимые створки разьехались.

- Дикари, - пренебрежительно проронила Линник.- Что нас ждет дальше, лучевые метатели?

Ящеры.

Их было много, но из-за большой площади сферы казалось, что оборона у «звезды смерти» очень редкая. Мутанты особым разнообразием приемов не отличались, одетые в тяжелые скафы, которым выстрел из метателя повреждений почти не наносил, они становились легкой мишенью для всяких пси-приемов. Легкие воздействия эффекта не давали, кое-какая защита у улучшенной версии людей была генетически, а вот парализующие заклятия и обездвиживающие ловушки отрабатывали на все сто. Аррашу с Линник оставалось только паковать тела, пленных наемники не убивали. Но допрашивали.

За последней полусотней пришлось даже гоняться, на последний уровень ящеров не пускали, а шансов у солдат против нас не было. Линник мрачно ругалась, активируя очередной энергококон, Арраш только усмехался, а мы втроем, словно загонщики, собирали остатки вражеского войска в кучку. Которая не сдавалась и билась до последнего.

- Триста восемнадцать, - доложил Арраш. – Мертвых четверо, раненых с полсотни, остальные хоть сейчас на полевые работы. Сканеры нацеплены, вон те трое, вроде, из старших.

Допросом занялся Кир. Ну как допросом, три нацепленные на чешуйчатые головы схемы, и пленники, полностью осознавая, что они делают, сдали своих хозяев.

В последнем слое, прямо возле реактора, собрались два десятка, и среди них двое моих старых знакомых, младший надзиратель По и мелкий говнюк из клана Ари, хеис Эгри Тиввет Ари Дрир. Ящера-чемпиона, которого Пашка вырубил, а потом вылечил, среди них не было, пластилиновых – тоже, только люди и производные людей.

Вход на последний уровень был технологичным – со сплошной динамическойы стеной, и при толщине защитных оболочек в несколько метров проход прорубать пришлось минут десять. Защита на этом уровне была усилена, руководство себя любило и оберегало.

За спрятавшимися даже бегать не пришлось – через проделанное буром отверстие появились гости, и мы оказались в кольце вооруженных бойцов. По, Эгри и еще кто-то третий жались позади, обступившие нас люди и ящеры, наверное, целились с решительными лицами, за шлемами не видно было.

- Предлагаю сдаться, - Кир развел руки, яркое плазменное солнышко не меньше чем в полметра диаметром зажглось, заставляя защищать глаза. И это он после фактической потери ядра, сколько там, неделю восстанавливаться? Силен.

На окруживших это тоже произвело впечатление, они даже на шаг отступили, но оружие не опустили.

- Внимание, - включилась Элика, - что-то очень мелкое вошло в систему через портал. Похоже на человека. Скорость высокая, только что перешел на внешнюю оболочку.

Хозяева шара, видимо, тоже были в курсе, кольцо вокруг нас разорвалось, отходя подальше, вытянулось в полукруг, расталкивая бойцов, вперед вышел По. Вместе с ним – полный мужчина средних лет, с непокрытой лысой головой.

- Хеис Марк Уриш, какая встреча, - неискренне попытался улыбнуться он, но не сдержался, засмеялся противно, как тогда, когда его ящер снес. Лысый толстяк недовольно поморщился.

- Клан Ари решил нарушить договор? – спросил я.

- Клан Ари тут не при чем. Семья Тиввет на время вышла из клана, - сказал толстяк.

По снова противно засмеялся. – На время. Не предлагаю сдаться, хеис Уриш, а вот остальные могут. Может быть, их даже оставят в живых. Рыжую – точно.

- Два уровня от вас, - предупредила Элика. – Оно не торопится. Шингалу?

- Нет, - решил Кир. – Если оно идет так спокойно, то про змея знает. Подождем. Эй ты, мелкий, пока твой спаситель ползет сюда, ты сто раз умрешь.


По развел руками, мол, и такое может случиться, и предусмотрительно спрятался за спинами своей охраны. Те тоже вроде как должны были расслабиться, но наоборот – напряглись еще сильнее. Интересно, что их могло напугать больше, чем Усмиряющий?

- Сзади, - мотнул головой Кир. Совершенно спокойно.

Но я и сам видел. Оболочка, поддавшаяся только буру, и то с трудом, растворялась. Круг диаметром в метро стал прозрачным, а потом и вовсе пропал. В образовавшееся отверстие вошел ярко-белый сгусток, только приглядевшись, можно было угадать в этом сияющем облаке человека.

- Прощайте, - раздался писклявый голос из-за ряда бойцов, это младший Тивет решил поучаствовать. Ну да, раз молчал до этого времени, значит, теперь чувствовал себя в безопасности.

Наемники еще при первых признаках опасности наложили на себя все щиты, какие были, шингалу перетек через тоннель и занял позицию за спиной нового гостя.

А тот, ни слова не говоря, напал на Арраша – наемник стоял позади вместе с Линник, и оказался первым, на кого пришелся удар.

Глава 23

Кир дернулся вперед, но нападавший отгородился от нас светящейся стеной, даже усмиряющий ничего не смог сделать. Линник тоже бросилась на помощь, барьер отбросил ее назад, словно мячик о стену ударился. Какие-то символы плыли по мутной поверхности, внутри угадывались вспышки, словно Арраш сопротивлялся. Но недолго, экран вспыхнул и развеялся.

Светящийся остался один. Он стоял в десяти метрах от нас, чуть покачиваясь, держа в руке длинный черный кинжал, и спокойно глядел на нас. Молодой человек лет двадцати-пяти, с белой бородкой, такими же белыми волосами, в свободной одежде. Позади него лежала маленькая кучка черных хлопьев.

- Нарвались на местного повелителя, - угрюмо сказал Кир. – Где Арраш? Только пепел остался?

По пискнул из-за спин охраны, что хесе расправится с нами, мол, сопротивление бесполезно. Ну да, Арраша он ведь убил. Или нет? Тела нигде не было видно.

Хотя почему не было, вот же он! Живой Арраш стоял позади противника, в нескольких шагах. Странно, что кроме меня его никто не видел, в том числе и сам пришелец. Свет от новенького шел пожиже, чем от хранителя, но все равно, мощь чувствовалась, должен был хотя бы заметить, что бывший партнер по спаррингу жив и здоров. Может, глюки?

Арраш улыбнулся, поднял меч на уровень лица, кивнул мне. И я сделал шаг вперед.


- Ты куда, Марк? – Кир спросил встревоженно и одновременно с каким-то облегчением, словно мое решение разрешало давно наболевшую проблему. Мне так показалось, наверное. Что-то много всего мне сейчас кажется, где правда, где ложь, разобрать тяжело.

Хесе чуть поднял уголки губ, сжал ладонь с кинжалом посильнее, и тот пропал. Поманил меня рукой, сделал круговое движение, словно очерчивая границы. И нас отделил от остальных мутно-белый барьер – через него отлично было видно происходящее снаружи, а вот зрители, похоже, только мутный занавес и видели. Местный колдун покачал головой, словно говоря – вот, еще один дурачок решил голой задницей на танк, и свел руки перед грудью, заставляя кончики пальцев светиться еще ярче, словно маленькие лампочки.

Еще шаг. Линник дернулась вперед, держа активированные хапу в каждой руке, но Кир удержал ее. Правильно, через барьер с этими штуками не прорваться. И вообще, не надо нам мешать.

Еще. Повелитель чуть развел ладони, свет на кончиках пальцев начал приобретать красный оттенок. Почему местные так любят красный цвет? На самом деле я мог спокойно думать о чем-то постороннем, будто кто-то еще управлял моими движениями.

Шаг вперед. Ладони разошлись еще больше, краснота начала концентрироваться между ними. Уголки губ опустились, лицо пришельца стало равнодушным. Он меня даже за противника не считал.

Еще шаг. Красное облако приняло форму шара, в центре начал формироваться черный сгусток. Элика что-то кричала, вроде как отправила штурмовик мне на помощь. Интересно, как он сможет меня выручить, если что случится. Кир двинулся за мной, осторожно вытянув руку ладонью вперед, а Арраш позади хеиса успокаивающе головой покачал. И показал глазами на меч. Нет, рано, слишком рано.

Еще шаг, я уже почти на расстоянии вытянутой руки. Красный шар, сорвавшись с ладоней местного повелителя, влепился в меня, обтекая со всех сторон, уничтожая все, к чему касался. Горела и сгорала кожа, мышцы растекались, словно кисель, кости превращались в порошок, если я двигался, то только каким-то чудом, на остатках ядра. Казалось, еще мгновение, и от меня не останется ничего. Модуль взвыл, пресекая проникновение в организм чужеродной субстанции, но он не справлялся, только сообщениями меня донимал о том, что перемещение невозможно. Бесполезный паразит. Еще чуть-чуть, и облепленный черными сгустками мозг перестанет работать, а вместе с ним и все остальное, что еще двигалось.

Выводя кисть вперед, ладонью ощутил рукоять меча. Казалось, я целиком переместился в эту небольшую площадь соприкосновения руки и оружия, держался за эту реальность именно вот этим ощущением. И, продолжая движение, вонзил клинок в ненавистный белый свет. В последний момент хесе что-то заподозрил, потянулся, но не от меня, а наоборот, ближе, пытаясь дотронуться до меня руками, и не успел. Прозрачное лезвие вошло прямо в сердце.

Местный маг смотрел не на то место, куда вошел меч, а мне в глаза. Показалось, что длился этот взгляд вечность. Но на самом деле – мгновение. А потом потерявший сияние человек шлепнулся передо мной на колени, слитным движением я вытащил клинок из тела, чуть отвел назад и перерубил ему шею.

Голова осталась на месте, а вот оружие померцало в воздухе с секунду, и исчезло. И барьер – тоже.

Арраш вытянул руку вперед, от призрачной фигуры отделился белый шарик и ударил мне в лоб. Сразу стало легче, я снова почувствовал свое тело, осознал, где нахожусь, ощутив себя стоящим с пустыми руками, прокашлялся – надо же, легкие вернулись обратно.

От моего противника на полу остались только черные хлопя, поскреб их мыском ноги. Почувствовал, что клинок вроде как стал послушнее, или наоборот, подобрал ко мне ключик. Посмотрел на сержанта-разведчика, того уже на месте не было. Привиделось? Тут же навалилось запоздалое чувство опасности, уже прошедшей. И удовлетворения от правильно сделанной работы. И то, что кроме хлопьев, мыском я еще какие-то предметы нащупал.

Наклонился, поднял карту – белую, с красным кругом. Ну прямо один в один японский флаг. И черный кинжал. Знакомая вещица, был у меня когда-то похожий.

Карточка, в полном соответствии с раскраской, сделала себе сеппуку – вспыхнула, не пережив смерти хозяина.

А кинжал я убрал от греха подальше, а то еще порежется кто.

Обернулся.

Тодин стоял, чуть раскрыв рот от удивления, Линник – та, похоже, ничего не поняла. А вот Кир смотрел на меня как-то странно.

- С тобой все в порядке? – спросил он. – Как ты смог?

- Тренировался долго, - уклончиво ответил я, практически полностью приходя в себя.

Охрана жителей центра отступила, три фигуры оказались на первой линии.

- Мы заплатим, - поспешно сказал По. – Сколько скажешь. Хочешь, забирай все.

Толстяк угрюмо кивнул. А молодой, казалось, вообще потерял способность говорить, только моргал.

Я посмотрел на Кира.

- Извини, Марк, если наемника убивают, у его звезды вариантов нет, - тот достал фамильный меч, оранжевые искорки побежали по лезвию.

На то, что дальше произошло, я старался не смотреть. Бойня, другим словом назвать нельзя, слишком неравны были силы, трое против тридцати. Никаких заклинаний, ловушек, тяжелой артиллерии, только меч или хапу, наемники расправлялись с противником молча, без всякого видимого удовольствия, словно выполняя неприятный, но необходимый ритуал. Охранники Тиввет сопротивлялись, понимая, что пощады не будет – в полную силу, используя все ресурсы, которые у них оставались. И даже казалось, что смогут переломить ход сражения, когда наемников с помощью дронов зажали в угол возле одной из переборок. Но даже и тогда Кир и Тодин не стали явно пользоваться своими способностями, хотя, подозреваю, если бы дело пошло совсем плохо, их бы никакие правила и обычаи не остановили. Но – кроме явных преимуществ, у псионов есть и другие, способность себя лечить, повышенная реакция, интуиция и прочее. Чуть взвинтили темп, Линник переделала хапу из меча в кнут - немногочисленные летающие пушки были уничтожены, прореженная группа нападавших распалась, а потом просто добивали по одному-двух.

Троицу оставили напоследок.

Ключ-активатор оказался у старшего, одноразовый, похожий на символ шумерского языка кристалл. После разрушения портал вновь заработал, карточка услужливо выдала обычный список доступных систем, восстановился доступ к портальным сообщениям.

- Возвращаемся? – спросил Кир.

- А те триста, которые внизу?

- Солдаты не при чем, - Тодин занялся любимым делом – едой. И я его за это не осуждал. – Вот верхушка и приближенные, да, их вина налицо, они получили то, что заслужили. Марк?

- Остаюсь здесь, - сказал я, - пришел вызов, вы можете возвращаться, а я – чуть позже. Клан Ари хочет побеседовать, наверное, впечатлены нашей победой.

- Хорошо, - не стал настаивать на своей компании Кир. – Уходим.

Наемники начали свой путь по слоям наружу, а я поднялся в девятый – там уже Линник с Тодиным пошуровали, наверное, ценного ничего не осталось.

Переговорный круг нашел быстро, уровень был поделен на восемь секторов, пришлось открыть два прохода, чтобы очутиться в нужном. Рубка черного шара – кресла окружали круговой пульт управления, экраны, висящие в воздухе, показывали картинку разгромленного корабля. Яркий белый шар появился над пластиной, стоило мне поднести карточку, и превратился в голову не старой еще женщины.

- Хеис Ари, - представилась она. – Хеис Марк Уриш.

- Я, - чуть поклонился собеседнице.

- Клан Ари разрывает договор.

Я пожал плечами.

- Думаешь, это необходимо?

- Да, - женщина ответила сразу, не раздумывая. – Изменились обстоятельства, может возникнуть ситуация, когда мы не выполним то, что обещали, а это неприемлемо.

- Но ведь есть разные причины?

- Хеис Уриш, во внешних мирах существуют люди, которые растолковывают тем, кто о чем-то договорился, кто из них прав, кто – нет. В центральных мирах таких людей не существует. Знаешь, почему?

- Нет.

- Кланы договариваются только с равными. И нет никого выше кланов, кроме хранителей. Мы временно признали равными себе клан Уриш, это значит, что только мы решаем, могут ли сохраняться отношения. Но теперь произошло то, что делает положение твоего клана неопределенным. Выше стало положение клана Уриш или ниже, нас не касается. Назови свою цену

Я подумал, назвал.

- Минуту, - голова превратилась в сияющий шар, и вернулась ровно через местную минуту. Я терпеливо ждал.

- Цена признана справедливой, - женщина недовольно поморщилась. – То, что ты просишь, будет доставлено в систему в течение часа. Ты претендуешь на имущество семьи Тиввет?

- Только то, что успели взять, - я пожал плечами, - не возвращать же обратно.

- Это старье никому не нужно. Можешь делать с ним, что хочешь. Я говорю о другом.

- Остальное – нет. Пусть остается.

- Там останутся только долги, вызов хесе обошелся бывшей семье слишком дорого, - женщина позволила себе усмехнуться. Или голограмма сделала это. Кто знает. – Твое желание учтено. И еще, хеис Уриш.

- Да?

- У тебя есть десять общих дней.

Говорящая голова пропала. Я огляделся – долги, значит долги. Эта груда железа, пластика, прочих материалов, о которых я только теоретически знал, мне нахрен не сдалась, своего добра девать некуда, а в центральные миры, похоже, путь мне какое-то время заказан.


Когда я вернулся, наемники обсуждали, что делать дальше. Элика встала, подошла, обняла меня, прижала к себе крепко и стояла так, не двигаясь, какое-то время. Приятно. И спорящие поутихли, прониклись.

- Что там, Марк? – Кир сначала деликатно кашлянул, и только потом спросил.

- Час ждем, потом уходим. Посылку мне привезут, из дальних стран.

- Семья Тодин занимается разработкой астероидов, - как бы между прочим заметил зу Мелек Тодин, - и мы, вся семья, будем счастливы, если ты, зу Марк Уриш, обратишь на нас свой взор. У нас отличные возможности, если ты решишь, что тебе они понадобятся, наше предложение будет самым лучшим, не сомневайся.

- Ты чего?

- Сам посуди, - Кир слегка неестественно улыбнулся. – Живет в какой-то отсталой, уж извини, реальности скромный человек, звезд с неба не хватает, единственное, что у него есть – это муж сестры матери, та еще родня, неудавшийся наследник семьи Громеш, чистый ас-ариду. На самом деле, Тоальке и наследником-то никто никогда не считал, так, чтобы другие семьи позлить, на мой взгляд – зря, твой дядя – хваткий и умный, если что. Но речь не о нем. Человек этот скромный случайно находит кристалл, принадлежащий сыну эн Громеша.

Судя по лицам Тодина и Линник, они многое не знали. А вот Элика – слушала как какую-то давно известную ей историю.

- Кристалл активируется совершенно непонятным образом, - продолжал Кир, - и человек этот переносится в другую реальность. Понятно, что в нашу, других вариантов для жителей остальных вероятностей не существует. Здесь он тоже особых талантов не проявляет. Тренируется с наемниками, случайно попавшими в поместье моего племянника, пока я себе ногу отращивал, кое-какие, но очень слабые, пси-способности проявляет. Проходной вариант, даже вон Илани, которую надо было срочно обрядом привязать к семье, нос воротила, а ведь не в ее положении привередничать. В общем, обычный середнячок из лу, ближе к нижнему уровню, но как человек – хороший, не жадный, нос не задирает, знакомства заводит легко, слово при необходимости держит, на других не жалуется. Не обижаешься?

- Нет, - честно ответил я. – Все так и есть.

- Правда, врагов заводить не умеет. Поссорился с Конташами, старой семьей, наш приятель до такой степени его возненавидел, что напал на поместье Громешей. Сама по себе вещь неслыханная, но что случилось, то случилось. Казалось бы, все, пропал лу Марк Травин, слабый видящий. И он пропадает после удара по поместью, когда от того крыла, где он находился, разве что кучка атомов осталась. Пропадает на девять месяцев, неизвестно где. А потом в заброшенном поместье Уришей появляется зу Марк Уриш, хранитель традиций и носитель имени старой семьи, ас-ариду, прыгун, наследник легендарного Ас-Эрхана Уриша, открывает заново систему, которая была загадкой несколько тысяч лет, и присваивает ее себе. Честно присваивает, тут никаких споров нет. Еще оказывается, что у зу Марка вдруг прорезались таланты Усмиряющего, мало того – он видит красные линии бору, которые не вижу даже я, и знает древний язык, что, впрочем, у прыгунов не редкость. Ко всему в загашнике у странного аборигена отсталой реальности есть какое-то умение, которым он убивает Повелителей, и я не удивлюсь, если этот абориген этот в загашнике держит немало других секретов. Знаешь, в чем проблема, Марк?

- Да, - ответил я. – Твоему отцу надо было меня убивать, когда имелась возможность, но тогда всерьез меня никто не воспринимал. А сейчас – остается только смотреть, что получится.

- Именно, - Кир улыбнулся. – Ты пока-что выиграл, зу Уриш, схватку или время, или даже партию. Нун Ур-Наммурапи, мой отец, нин Ису-Таке, даже Марика, они все просчитались. Поэтому Тодин предлагает тебе семейные ресурсы, подожди до возвращения в наш мир, к тебе очередь выстроится из ассу-аридес, как только старые семьи про уничтоженного повелителя узнают. Им-то самим на поклон идти зазорно, пошлют своих прихлебателей.

- А зачем семьям знать про убитого чужого псиона, да еще неизвестно, что за сила у него была, может, не повелитель, а клоун обычный? – резонно спросил я. Оглядел наемников, кто из них первый проболтается?

- Мне придется рассказать, - признался Кир. – Обычаи, чтоб их, и традиции, на этом ас-ариду держатся, а силу другого псиона, ты же знаешь, можно увидеть, когда он ее применяет. И я увидел. Это вот у Тодина придется воспоминания стереть – он поэтому и подсуетился сейчас, потом не вспомнит, и у девушек наших - тоже, но все важное, что узнал представитель семьи, узнает семья, а от нее – эгир. И в этом случае секретничать не буду, и так много информации уже известно.

- Я одного не пойму, - вдруг сказала Линник. Перспектива потерять воспоминания о бое ее совершенно не смутила, видимо, не в первый раз.

- Что?

- Элика, ты как все это разглядела еще тогда, когда Марк только у нас появился?

Блондинка загадочно улыбнулась, но ничего не ответила.

- Ладно, - Кир хлопнул ладонью по панели, - Марк, тащи свой напиток богов. Выпьем за Арраша. Он хоть и недолго с нами был, года три, но – наш боевой товарищ. Как-то быстро наша пятерка уменьшилась. Может, ком-лейтенанта Эсте к нам позовем?

- Нет, - решительно ответил я за нее, - ком-лейтенант Эсте мне нужна самому.


Посылка от клана Ари прибыла через час, минута в минуту. Небольшой черный корабль скользнул через портал, завис в сотне километров от нас, оставил в пустоте контейнер и снова исчез в красном круге. В кубе со сторонами в два метра оказалась небольшая коробочка, легко помещавшаяся на ладони.

Появление нового гостя системы вывело ИИ из себя – аппарат затормозил, презирая законы инерции, и так же разогнался, моментально набрав скорость. Словно не в пустоте летал, а по шоссе ездил.

- Вот его надо было захватывать, а не это черное корыто потрошить, - выразила общую с ИИ мысль Элика. – Выходит, настоящую технику мы еще не видели. Привезу данные Понс, будет ей чем заняться. Заодно Кира в покое оставит. Нет, как это возможно, вот так летать? Хотя, если он перед остановкой нырнул, а потом тут же вынырнул, тогда да, инерция теряется, но кто это будет делать, и на таком коротком отрезке?

Этот вопрос занимал ее гораздо больше, чем посылка и предстоящая потеря кусочка памяти.

Никто с меня подробностей спрашивать не стал, хотя видно было, что остальным ужасно любопытно, что я себе выторговал. Но – личное есть личное. Коммерческая тайна.

Больше ничего нас в этой системе не держало, в прямом и переносном смысле, перед отлетом мы отправили пленных ящеров на планету, оставив им необходимый минимум оборудования, а Элика все-таки уничтожила корабль, перекрывший нам выход, все тем же сжимающим оружием – на месте черного шара осталась маленькая звездочка, окруженная магнитной сферой.

- Отличный памятник Аррашу, - так высказалась Линник перед тем, как лечь в медкапсулу для корректировки сознания, и все были с ней согласны. Даже я, хотя скорее, по моему мнению, это был бюст на месте подвига героя. В гибель сержанта-разведчика верилось с трудом.

Пройдя систему торговца и выскочив у Оранжевой, эсминец завис возле портала. Я достал коробочку, совместил на ней две красные энергетические ниточки, и убрал в свой находящийся неведомо где карман, к золотым пластинкам. Теперь кто-то сможет достать ее без моего согласия только в узле переноса – пусть попробует.

Глава 24

- Ты все сделал правильно, - успокоил меня дядя Толя. – Да, неприятно, что мы теперь отсюда только на носителе можем выбраться, но для того он и предназначен. Лучше обьясни, почему в потоке данных ИИ эсминца есть пробелы, и медкапсула использовалась для предусмотренных особым регламентом случаев. Что у вас такого произошло, из-за чего Кир решил эту процедуру запустить?

- Откуда я знаю, - попытался соскочить.

- Не строй из себя девственницу, - строго сказал эн Громеш, - тебя в этой капсуле не лежало. Ладно, с этим лейтенантом я еще поговорю.

На самом деле попытка выяснить, что же такое произошло в далекой-далекой системе, уже была, но Кир держался как Штирлиц, утверждал, что ни о каких пальчиках на капсуле не знает, и вообще доложит все только высшему командованию. Своему отцу, и по совместительству Толиному деду. Деда дядя Толя боялся, поэтому давить не стал.

Коробочкой, а точнее – пультом, полученным от местного мафиозного клана, я запер систему. Соединил две полоски, куб в центре красной окружности получил команду и деактивировался. Теперь активировать его можно было только с этой стороны. Тусклые камешки на карте торговца означали, что система нестабильна – вот она и вошла в очередную нестабильную фазу, портал снова закрылся. Рурри пока еще ничего не знал, следующая поставка намечалась только через два месяца – чамби продукт серьезный, на поточную линию не поставишь, чуть технология нарушится, и никому это пойло не нужно будет. Поточное производство можно в любой точке галактики развернуть, а вот ручное, по правильной технологии – только здесь. Надобность в торговце практически отпала, более того, он стал мешать. Но пока решили сохранить его.

Коммандер Громеш не расстроился, потому что мы до этого хорошо поработали, засеяли местное скопление зондами и маяками, построив основу для небольшой сети. И вскоре носители шумеров заскачут по системам, осваивая прилегающую территорию. В их родном мире эта стратегия уже отработана, думаю, лет через пятьдесят тут будет небольшой анклав, если, конечно, данные, которые у меня есть, верны, и фазы будут чередоваться стабильно. До поры, до времени.

До следующего перехода оставалось несколько дней, все признаки были налицо, Оранжевая словно ощетинилась пока еще еле выступающими невидимыми красными шипами, они набухнут, пойдет красная волна, и систему снова выкинет в мир шумеров, на этот раз в полутора тысячах световых от Земли.

Майя, которая так хотела поговорить, пропала куда-то – можно было бы отыскать местную Инессу Арманд через один подаренный недавно амулет, но я решил уважить право девушки на уединение. Тем более что за мной внимательно присматривали. Элика решила, что несколько дней внезапно получившегося отпуска мы должны провести вместе.

У мужчины возникает момент, когда он вдруг осознает, что в принципе, если уж очень прижмет, то согласен провести какой-то отрезок жизни с одной женщиной, в моем мире это обычно приводило к свадьбе, у шумерской аристократии – к загадочному обряду, на одном из которых я присутствовал в невменяемом состоянии. Но все равно, к избраннице возникает множество вопросов – что она любит, умеет ли готовить, кто ее родители и сколько ей, наконец, лет. Элика в этом отношении была не слишком стандартной.

С первым все было понятно, по должности она любила управлять летающими обьектами размером до десятка километров, а по призванию – строить людей. Мне, собственно, не привыкать, та же Катя Уфимцева гоняла на своем Эволюшне так, что пассажиры потом в себя неделю приходили, а людей строила почище своего дяди-фсбшника. Проблема приготовления пищи для меня больше не существовала, есть схемы, способные даже траве придать вкус черной икры, в этом отношении я стал бы идеальным мужем.

С родителями было все сложно. По словам дяди Толи, блондинка была сиротой, Кир Громеш утверждал, что Эсте - одна из новых, не слишком влиятельных семей ассу-аридес, и когда я появлюсь у себя в марсельском поместье, смогу это узнать точно, уточнив в защищенном справочнике для старых семей. Тодин, тот точно где-то встречал какого-то ее родственника, но где, когда и как этот человек выглядел, он вспомнить не мог, что для псиона вообще являлось совершенно нетипичным. Пашка со свойственной ему прямотой заявил, что жениться надо на сироте, и очень интересовался, как семья Уришей в моем лице относится к многоженству, потому что у него есть знакомый, молодой и перспективный ас-ариду, который не прочь перейти в другую семью с более широкими взглядами на семейные отношения. А сама Элика посоветовала мне этим голову не забивать, но обещала, что обязательно познакомит меня со своим отцом. Когда-нибудь.

И не мог же я спросить напрямую у нее, сколько ей лет, что, в принципе, было не так уж важно – главное, чтобы не моложе двухсот, но все-таки предрассудки моей реальности сказывались.

Оставалось только дождаться Иту, раз уж она служила у него, разыскать сержанта Пашду – едиственную ниточку к семье Элики, и тогда уже все выяснить.

Похвалив себя за обстоятельность и внимание к деталям, я на них забил. Вполне возможно, что никакого обряда не предполагалось, мы так чудесно проводили время вместе, зачем все портить штампами в несуществующих здесь паспортах.

Бывшую каторгу я присвоил себе. Трудно спорить с человеком, который скупает на планете почти весь чамб, у которого за плечами летающие крепости и который может дать допуск в медкапсулу, возвращающую молодость. По местным меркам я был кем-то между экзархом и афентикосом. Причем в треугольнике, который мы составляли, их вершины лежали на основании, а моя гордо возвышалась.

Заключенных, пока мы путешествовали, отпустили на свободу, следы их пребывания сравняли с землей, чамб теперь собирали автоматы, а на месте третьего поселения мне построили небольшой домик с бассейном. И пещера в нескольких шагах, и пляж с белым песочком и водопадом недалеко, и вообще, с возрастом становишься консерватором, приобретаешь необъяснимую склонность возвращаться на то же место.

А ко всему катакомбы прямо внизу, доступ через прежнюю базу охраны, по возвращении я еще раз посетил подземный храм, для успокоения начертил в воздухе знак – ожидаемо никто не откликнулся, и это радовало. Ан Траг, не удовлетворившись своими помощниками и Пашкой, рекрутировал на планете способное видеть энергетические линии население. Капитаны, три полковника, два десятка лейтенантов и даже курсанты теперь были под его началом. Не знаю, что они рассчитывали получить в этом старом давно заброшенном месте, кроме неприятностей, лежащий за спорным арт-обьектом лейтенант Орес явно не хорошел со временем. Наступит день, и появится новый зомби, или, если брать во внимание его способности, слабенький лич.

Судьба маленькой девочки Каллисты как-то отошла на второй план, зверек был точно жив и с активной меткой, это я чувствовал, а вот где он, понять не мог, видимо, слишком велико было расстояние. Мог бы подорваться и отправиться искать, но – накатила лень, видимо, сказалась усталость от постоянной беготни.

Как хорошо было раньше, маленький домик с медными трубами, камин трещит дровами, в соседнем кресле – Мила со своей ехидной улыбкой, Шуш готовит кофе, кот валяется где-то рядом, в руках бутылка местной настойки. А за окном метель заметает свет далеких звезд. Есть вещи, которых не вернуть, но о которых приятно вспоминать. Хоть и грустно.


Наслаждаться мне выпавшим отпуском, но тут проявился неугомонный эн Громеш.

- Марк, - заявил он, - ты толстеешь. Смотри, какую ряху нажрал, в зеркало уже не помещаешься.

На мое резонное замечание, что метаболизм псиона позволяет мне быть любым, под настроение, бывший подполковник российского спецназа только рукой махнул.

- У нас сложности с южным островом. Который номер 2. Не знаю, где эти ребята столько энергии берут, но одна база никак не хочет сдаваться, там вроде племянник бывшего главного засел. Доброе слово они не понимают, а вот с пистолетом от них можно чего-то добиться.

- А я тут при чем?

- Ты тут главный, - решил в кои то веки вспомнить об этом дядя Толя, - тебе и разруливать вопрос. А то скажут, что ты так, для декорации, только за спинами солдат отсиживаешься.

- Как любой здравомыслящий военачальник, - отметил я.

- В общем, там десять тысяч хорошо вооруженных бойцов. Даю тебе твою команду наемников, и десантный взвод – это семь звезд плюс лейтенант. С наемниками и тобой как раз сорок разбойников получится. Выкуришь этих бандитов из их гнезда, Али-Бабу в плен захватишь и розгами выпорешь, будет тебе почет и уважение. Так наши аналитики решили.

- Главные бандиты – это твои аналитики.

- Твои. Мы тут все работаем на тебя, - ушел от ответственности настоящий полковник. – Местные не любят, когда за них все решает техника, так что беспилотных аппаратов – по минимуму, поддержка с воздуха – только в крайнем случае. Считай, что это пиар-акция. Чего ты рожу скорчил? Один псион может тыщу обычных бойцов спокойно раскидать.

- Если он повелитель, - не сдавался я.

- Но ведь ты стремишься. Все, давай, сам на рожон не лезь, но ты и твой подвиг должны быть на виду, народ тут со своими тараканами. Марк Аврелий, простой эмпо из внешников, чудом забравшийся на вершину Олимпа. Тут, кстати, этой горе какое-то непонятное значение придают. Так вот, станешь национальным героем.

- Или убийцей демократии.

- Ты при мне таких слов не говори, - строго сказал дядя Толя. – Народу только дай власть, вмиг все растащат. И вообще, ты какой-то не представительный, что это за рубашка, штаны, шлепанцы какие-то. Форму тебе уже приготовили, за возврат носителя и проведение секретной операции висюлькой наградили. Не знал? А она есть. Ну или будет, просто заранее прилепим тебе на рукав. Красавчик будешь, как под пули пойдешь, женщины от восторга будут визжать, а мужики – кулаки за тебя сжимать и чамби глотать бутылками, заодно и наваримся на этом. Все, капитан Марк Уриш, нет, Марк Аврелий, вперед. За пару дней управься, а то нам еще в свою реальность возвращаться, а там, сам понимаешь, ждут результат, а не проблемы.


Я понимал, что отпуск мой закончился, так Элике и сказал. Она, даже обидно как-то стало, восприняла это совершенно спокойно, посоветовала себя беречь и чужих жен в плен не брать, со мной в боевой рейд не рвалась, а наоборот, сразу сказала, что займется своими делами. Какие свои дела могут быть у ком-лейтенанта, находящегося фактически в увольнительной, я интересоваться не стал. Лишние вопросы – они только вредят отношениям.

- Но ты поезжай, развейся, - она покачала пальцем висюльку у меня на форменной куртке – какая-то птичка, расправившая крылья, на ворона не слишком похожая. – Тебе полезно будет. Мой герой.

В чем польза, уточнять не стала.

Пашку дядя Толя не посчитал совершенно справедливо, тот хоть с наемниками и тренировался, но в основном находился у ан Трага на побегушках, и тот такой ценный кадр терять даже на время не хотел. Хотя сам лу Громеш очень переживал, что отпустит меня на войну одного, и просил прислать ему парочку пленниц помоложе и постройнее.

Поредевшая до треугольника звезда наемников тоже особой радости не высказала, Линник, ту вообще потеря Арраша словно пыльным мешком стукнула, растеряла рыжая свою энергию и задор. А Кир прямо сказал, что на такие авантюры посылают штурмовик, который за десять минут превращает врага в однородную субстанцию. Цветом под заказ. И вообще, по-хорошему, меня, его и Тодина вполне хватит, чтобы всех там разогнать. Без всяких десантников, которых он хорошо знает и которые наверняка накосячат.

Только Тодин был готов. Он уже все узнал, в южных морях водились особые рыбы, длиной в полтора метра, мясо которых, остывая после приготовления, изменяло вкус, на мой взгляд, уж слишком радикально – там даже фруктовые оттенки появлялись, а фрукты с рыбой не едят. Но для сержанта-псиона возможность получить новый гастрономический опыт перевешивала неудобства походной жизни.


Южные материки рельефом особым не обладали, в отличие от северной и особенно центральной части планеты, вулканическая активность там присутствовала в океане, производя тайфуны и цунами. Но до обжитых мест они не доходили, растворяясь в толще воды.

Пять миллионов населения, три – на одном, и два – на другом, селились равномерно, небольшими селениями по несколько сотен человек, так что десять тысяч в одном месте – это почти мегаполис, только растущий вглубь, укрепрайон занимал разветвленную сеть пещер, выходящую в нескольких местах на поверхность, и еще в нескольких – прямо в морские глубины. И там, и там коллаборационистов поджидали враги из местных, но вот внутрь, на уровень минус двести пятьдесят метров, никто соваться не решался. В свое время главарь восставших против меня имел прямой доступ к кормушке, и неплохо своих сторонников вооружил, а место обитания – обустроил.

Оставалось только найти этого главаря, если он еще раньше не сбежал, я бы на его месте так и поступил. И про розги дядя Толя не ради красного словца сказал, тут такой обычай был, вроде как отхлестал ветками главного врага по голой попе, и все, больше за ним никто не пойдет. То, что главарь окажется женщиной, мне заранее не сказали, решили удивить. Так что мне предстояло спуститься с небольшим количеством бойцов, разыскать эту атаманшу, выволочь ее на свет и при всем честном народе совершить садомазо-акт. Я прям чувствовал, что от этого мой авторитет подскочит на офигительную высоту.

- Не, а чего, - Тодин и тут был готов подставить дружеское плечо, - не хочешь, я могу. Отхлещу так, что месяц на задницу не сядет. У меня рука тяжелая.

И для наглядности продемонстрировал эту руку, с зажатой в ней куриной ножкой.

Лейтенант десантников, лу Такеш, только покачала своей головой с фиолетовым ежиком. Я ей даже позывной придумал – Соник, якобы для краткости и секретности. Бойцы с практикой позывных знакомы не были, системы связи легко обеспечивали доставку информации куда нужно, и идеей не прониклись, а жаль. Я бы вот, к примеру, Вороном был.


- Выдвигаемся, - скомандовал, глядя на выгрузившуюся из бота команду. Беспилотные дроны были надежно закреплены на комбезах, на виду их не выпускали, а в подземельях мало ли что произойдет. Никто не собирался один против сотни с голыми руками выходить. Это потом, когда финальная схватка случится, я отброшу хапу и легким ударом отправлю эпике Этрагос в нокаут, а сейчас, в подготовительной фазе, риск старались исключить.


Первая пятерка скрылась в расщелине, за ней – вторая, третья и четвертая заходили в другом месте, пятая и шестая проникали через проход в трех километрах отсюда, а нам –седьмой пятерке, их начальнице и поредевшей команде наемников во главе со мной, предстояло проследить, как все пойдет, и отправиться вниз через последний, четвертый вход в пещеры, находившийся в местном храме в десяти километрах отсюда. Там нас уже ждали представители истеблишмента и просто любопытные.


Храм, окруженный толпой пришедшего поглазеть на нас народа, от таких же на моей Земле отличался мало. Утончающиеся вверх колонны, опирающиеся на стилобат, одновременно служащий и ступенями, и полом, двускатная крыша наверху с малым углом – снега-то не было, можно и плоскую было соорудить, и небольшим закрытым помещением – целлой, по центру, где как раз и находился вход. Статуи местных богов равнодушно смотрели, как отряд из десяти бойцов собирается зайти в это место для того, чтобы потом совершить ритуал торжественной порки.

Внутри, в целле, было всего четыре колонны, и по центру гранитный куб. Сейчас он был сдвинут в сторону, и вниз по спирали уходили ступени. Много ступеней.

- Серьезно, лестница? – капрал Линник поморщилась, достала хапу и спрыгнула вниз, прямо в колодец – оборудование такт-скафов работало без сбоев.

Глава 25

В фантастических фильмах подземелья изображаются в мрачных тонах – капающая с низкого потолка вода, скудное освещение, изрытые трещинами стены. Вероятно, в каменном веке именно так все и было, но с тех пор прошло много времени, человечество поставило перед собой цель как можно меньше прикладывать усилий и как можно больше получать удобств, и неплохо продвинулось в этом направлении.

Гладко отполированные стены освещались яркими светильниками, подвешенными в достаточном количестве, двери, разделяющие группы помещений, были сделаны из пластика и снабжены электронными замками, функциональная мебель в комнатах дополнялась какими-нибудь милыми мелочами, вроде коврика на полу или тарелки с росписью на стене. Или вазочкой с цветами.

Наши однополчане укладывали пленных штабелями, счет шел уже на сотни, а нам вообще никто не попадался. Даже обидно, вроде как все затевалось для моего подвига, а никаких предпосылок к тому, что он вообще будет, не наблюдалось. Дроны разлетелись по доступным уголкам, такое впечатление, что те, кто здесь жил, снялись с места и резко ушли. Жилые помещения, зоны отдыха, лаборатории – все носило на себе отпечаток недавнего присутствия людей.

Основные силы врага еще не вступили в схватку, часть попыталась убежать через морские тоннели, но там их уже поджидали, и группы прорыва повернули обратно, наглухо заделав выходы. Были особо хитрожопые, которые ждали, пока группа захвата пройдет мимо, и старались проскользнуть наверх. Но там их ждали группы дронов. В рядах моих бойцов царила скука, ни одного опасного противника. Парализаторы не встречали достойной защиты, с очисткой от впавших в неподвижность солдат противника занимались вспомогательные устройства – упаковщики, допрос взятых в плен тоже ничего интересного не дал, да, атаманша была здесь, внизу, готовила какую-то пакость, но какую, никто сказать не мог. И даже сами пленные не особо верили, что такая пакость существует.

- В вашу сторону выдвинулись две группы, человек по двести, - предупредил командир второй пятерки. Сначала свою лейтенантшу, а уж потом она – меня.

Мы бы их встретили, но между остальными частями подземелья и этим, где мы находились, шел узкий коридор, разделенный на две части толщей известняка метров в десять, и зонды ни одного прохода не нашли. Зато деактивировали с десяток взрывных устройств, залегающий выше метров на сорок артезианский водоносный слой вполне мог при желании превратить подземелье в еще один водонос.

Коридор, соединяющим две части базы противника, начинался из просторной залы с высоким потолком, бассейном олимпийских размеров, лежаночками и скамеечками. По стене к бассейну спускался небольшой слабенький водопад, дальше вода уходила в море.

- Сканер засек движение сверху, - доложила Линник.

Мы это и так видели – замаскированный колодец, уходящий вверх прямо над бассейном, заканчивался в большой полости, где скопились три десятка человек. Два зонда начали вкручиваться в породу, подумаешь, два десятка метров в камне, за пять минут небольшие шарики вполне могу проделать себе путь.

Ребята наверху терпеливо ждали, когда же мы доберемся до них, а те, кто шел к коридору с другой стороны дружной толпой, уже попали в поле зрения пробравшихся на ту сторону зондов-разведчиков.

- На ловушку похоже, - Кир показал на изображение, - смотри, снаряжение новое. Значит, кто-то их приодел. Скафы предпоследней модели, у аборигенов таких быть не может. И турбинные пушки, тут одной хватит, чтобы нас всех разметать. Ну по крайней мере десантников.

- Меня больше волнуют те, что сидят сверху, - кивнул я. Да, заметил. – Особенно двое.

- Чувствую только одного, - зу Громеш раскинул руки, формируя конструкт долга, затейливую схему, обьединяющую все находящиеся поблизости в единую, но совершенно бестолковую сеть. Приказы по ней отдавать было нельзя, каждая схема все равно действовала по-своему. Зато можно было точно определить, какие возможности есть у любого псиона, колдующего на расстоянии нескольких десятков метров от нас. – Ого, Марк, отличная работа, ты где такое подсмотрел?

- Там еще есть, - неопределенно ответил я. – Лейтенант, бери бойцов и займи позицию где-нибудь на входе в этот зал. Линник, ты с ними.

Лу Такеш без вопросов отвела своих солдат прочь из зала, организуя небольшой завал-укрытие, Эирин скрылась там же.

- Справимся? – спросил Тодин.

- Сверху двое Видящих, и еще семеро у нападающих по коридору. Все – слабенькие. Но народу слишком много, можем не выдержать.

Оба псиона вопросительно поглядели на меня.

Дядя Толя ответил сразу.

- Ты был прав.

- И кто это?

- Человек эгира из группы аналитиков. Снаряжение никто не считает, лишние пятьдесят комплектов ушли, никто и не заметил – из восьми тысяч. И две турбины. Уже допрашивают эту гниду, пока молчит, но ан Траг его быстро расколет. Боевая станция находится почти над вами, продержитесь минут пятнадцать, и мы оборудование заблокируем, а вас эвакуируем.

- Нет, - решил я, - есть у меня другая идея. Раз хотели из этого шоу устроить, я им устрою.

И связался с другим человеком. Не то, чтобы я доверял, и не то чтобы надеялся на все сто, но интуиция, бывает, меня не подводит.

- Трис, как дела?

- На месте давно, - бодро ответила инженер. – Оптимально – третий вход.

- Нет, давай через храм запускай, будет им развлечение, до конца жизни не забудут. Тем более что, если будут плохо себя вести, не успеют просто. Но только по моей команде.

- Идет подкрепление? – догадался Кир.

- Ага, ждите, - кивнул я, и переместился вверх, телепортация у меня получалась все лучше и лучше.


- Привет, Майя, - поздоровался я через строй нацеленных на меня метателей. Группа захвата сориентировалась быстро, но, по правде говоря, я особо и не скрывался, специально замедлил движения, не нападал, только взял под контроль ближайшего бойца, который на кнопку нажать собирался. Теперь вон мучается, бедолага, вспоминает, чего сделать хотел.

- Все кончено, - заявила мне революционерка. Рядом с ней стояла женщина средних лет, предводительница кучки моих непослушных подданных.

- Что именно? – поинтересовался я.

- Все, - заявил один из видящих, формируя какую-то жуткую схему. По виду и по исполнению. Вот этой штукой он хотел меня обездвижить.

- Хорошо, сдаюсь, и что дальше?

- А дальше, - Майя рубанула ладонью, - все твои дружки с планеты уберутся. Даем три часа. Или мы тебя…

По-видимому, что со мной делать, они не решили. Ну да, я же смертью храбрых должен был погибнуть, чтобы народ, который наверху собрался, понял, кто тут главный и молодец.

- На куски, - подсказал я.

- Что? – предводительница неласково поглядела на Майю, уж не знаю, что ей там девушка наобещала.

- На куски порежешь и скормишь собакам.

- Извращенец! – заявила брюнетка, и даже спиной ко мне повернуться собралась, но передумала.

Второй видящий, постарше и поспокойнее, тоже что-то крутил в руках, но после моего предложения быстренько конструкт развеял и спрятался за спины бойцов. Умный, надо его на заметку взять.

- Эпике Эстрагос, - я чуть поклонился предводительнице, - у меня есть к тебе предложение. Но сначала я кое-что вам всем покажу. Только обещайте вести себя спокойно.

И вывел изображение системы.

- Вот здесь, - ткнул я пальцем в небольшую точку между третьей и четвертой планетой, - висит базовая станция. Видели наших десантников? У меня таких две сотни, а через неделю будет несколько тысяч. Эта станция может снести с орбиты планету вроде вашей. Не верите? А зря. Смотрите дальше. Вот эта черная точка, сейчас я ее приближу, хороший блинчик диаметром в два километра, да? Станция поддержки. Одно мое слово, и от вашего материка не останется ничего. Вижу, вас это не пугает, правда? Тогда более наглядный пример.

И я перевел камеру на происходящее внизу, а точнее – пока наверху. И скомандовал.

- Трис, запускай.

От невидимого бота отделилась капля и устремилась вниз, к храму, в полете превращаясь в длинную веревку. Веревка проскользнула между людей, большинство ничего не поняло, а отдельные умные личности – сообразили и поспешили подальше отойти. И стекла в колодец, по пути принимая облик змеи. Проскользнула по коридорам, растекаясь на мелкие части, те через мельчайшие отверстия проникали в комнаты, изображение разделялось на тысячи частей, а потом сливалось снова, и все это на фоне общего плана. Добравшись до зала с десантниками и псионами, змей снова слился в целое и принялся за монолит, разделяющий две части коридора.

- Шингалу, - обьяснил я присутствующим, - биоробот. Не советую вставать у него на пути, впрочем, сейчас сами увидите.

Змей проделал тоненькое отверстие в десятиметровой толще и перелился из одной части коридора в другую. На самом деле, там был открывающий механизм, но вся эта толща должна была пойти в зал, выдавливая нас из коридора, и нападавшим давно следовало так сделать. Но они протупили, и за это были наказаны.

Шингалу, появившись на вражеской территории, а для этого ему нескольких секунд хватило, взорвался, словно кто-то камень в лужу воды бросил. И оказался почти целиком в рядах противника. Первым делом он вывел из строя турбинную пушку, занятие даже для подготовленного инженера сложное. Но мельчайшие частицы шингалу просто проникли в орудие и создали параллельную цепь управления, которая деактивировала подачу энергии. Одновременно остальные брызги выводили из строя одного за другим экипированных в наше снаряжение, сложного там ничего не было, змей как раз для таких задач создавался. В памяти биосущества лежали все способы уничтожения шумерских устройств, с чем-то местным и оригинальным он, может быть, и не справился бы, а вот с родным – запросто.

Пятеро видящих не испугались, и попытались непонятное существо обездвижить. Но как можно остановить воду палкой? Она просто обтечет препятствие со всех сторон, так же и шингалу, преспокойно обошел все ловушки, большую часть мельчайшими частицами активировал, а некоторые для демонстрации своих возможностей развеял. И принялся за одаренных – остальные уже были деморализованы, а те, кто наше снаряжение нацепил – обездвижены им же.

Змей – существо специфическое. В реальности шумеров одаренные рождались почти всегда на Земле, и там же становились частью одной из семей, если еще ей не были. Так что оружие, создаваемое в той реальности, псионам вред нанести могло только в одном случае – если другой псион, более сильный, этого хотел. На любого видящего, решившего восстать против государства, всегда находился преданный государству повелитель. Или, как в нашем случае, усмиряющий.

Так что Киру не было нужды пробираться через каменную пробку и лицом к лицу вступать в сражение с местными одаренными, все схемы легко ложились на одну часть шингалу и собирались в другой части. Разрозненные капли слились в прозрачную змею с плоской головой, хвост уходил в монолит прямо к зу Громешу.

Змея зашипела, зеленый раздвоенный язык высунулся изо рта, и хлестнул по наложенным на одаренных щитам. Одного прикосновения хватило, чтобы схемы нарушились, а жалкие попытки напасть – были пресечены. И когда местные видящие решили сбежать, по шингалу побежали искры, и на опасных, по сравнению с другими, противниках наросли десантные коконы.

- Пять-ноль, - прокомментировал я слегка прифигевшим зрителям происходящее внизу. – Как вам такое оружие?

Предводительница быстро переглянулась с обоими видящими, потом коротко кивнула головой.

- Взять.

И грозная революционерка с северных островов, не сама, ей помогли, сомкнула ладони на фиксирующей пластине. Даже дракончика выпускать не пришлось из амулета.

- Предательница, - прошипела Майя.

- Ох, - вздохнул я. – Вовремя предать, неподкупная моя, это не предать. Это – предвидеть. Не так ли, эпике Эстрагос?

Женщина улыбнулась. Люблю таких, неразговорчивых. Махнула рукой, те, кто еще не опустил оружие, расслабились, первый видящий наконец справился со своей схемой и теперь думал, как ее развеять. Пришлось помочь. А второй – тот потихоньку вернулся обратно, в строй.

- А теперь мне предстоит нелегкий выбор, - продолжил я, - кто из вас двоих истинный предводитель этого восстания, кто получит розгами на глазах тех людей, что собрались сверху?

- Ненавижу, - прошипела Майя. А я смотрел на эпике.

- Я, - улыбнулась и коротко ответила та.

- Как пожелаешь, - я подошел к колодцу, который раскладывался в удобную лестницу. Похоже, на южных островах я нашел представительницу.


Атаманшу я отхлестал символически. Главный в этой местности преподнес мне ветку какого-то их местного священного дерева, я перекинул хоть и стройную, но фигуристую женщину через колено, пару раз дотронулся веткой до голых ягодиц, натянул ей штаны обратно и отпустил. Еще руку она мне поцеловала, на мой взгляд, неискренне. Не знаю, что там дядя Толя нарыл про эти обычаи, но на авторитет предводительницы экзекуция почти не повлияла, ей так же низко кланялись и обращались уважительно, по крайней мере на торжественном фуршете, устроенном тут же, она во главе стола сидела. Напротив меня. Ну а моих бойцов откровенно побаивались. Настолько, что пришлось десантников обратно на станцию отослать, вместе с ужасным шингалу.

- Что думаешь? – Кир отщипывал виноградину за виноградиной.

- Странная какая-то ловушка, будто хотели, чтобы я из нее выбрался.

- Не считай людей такими умными и всезнающими, этот Риссе, подручный Ур-Наммурапи, поступил так, потому что других возможностей у него не было. Ты лучше подумай о другом, зачем он вообще это сделал.

Я поглядел на Тодина, ставящего рекорды под дружные выкрики новых собутыльников. Псион собрал вокруг себя таких же любителей пожрать и выпить, и возглавил эту компанию. Вот у кого забот нет никаких.

- По дурости?

- Главный аналитик?

- Да, верно. Объясни.

- Подумай сам, - предложил Кир. – Для чего кому-то нужно, чтобы ты чувствовал себя героем, в полной безопасности? Кто хочет, чтобы ты думал, будто все идет по плану? Или, наоборот, сомневался в этом?

Отвечать я не торопился. Отломил кусок теплого ноздреватого хлеба с хрустящей корочкой, чуть обмакнул в оливковое масло с пряностями, мне углеводы с жирами можно, метаболизм позволяет. Запил белым вином, предварительно охладив, мы можем, нам не трудно. Терпкий вкус с нотками смолы отлично дополнял пряный вкус трав, словно опять на Крите оказался.

- Думаешь, не потяну я все это. Хочешь, продам тебе? Дорого не возьму.

- Ну уж нет, - рассмеялся Кир. – Это не моя игра, Марк, тут ставки слишком высоки. Даже стань я главой семьи, не полез бы в это дерьмо. Надеюсь, у тебя есть какой-то козырь в рукаве, более того - уверен, иначе бы ты не сидел так спокойно. Мой совет, попридержи, не выкладывай пока.

Я кивнул. Этот откровенный разговор тоже мог быть пазлом из складывающейся мозаики, а мог быть просто разговором.

- Знаешь, что мы сейчас сделаем? – спросил у лейтенанта. Тот поджал губы, мол, порази меня. – Напьемся. Ты пробовал вон то вино, оранжевое такое? Нет? Похоже, я нашел, кроме чамби, еще один шикарный экспортный продукт. Там та же травка, которая накапливает энергию, как ши.

- Не может быть, - Кир потянулся прямо через пышногрудую соседку, чуть ли не улегшись на ее бюст, притянул к себе кувшин, прямо из него отхлебнул, подмигнул девушке. – Отличная вещь. За это надо выпить, есть такой обычай, мужчина и женщина пьют из одного бокала, а потом целуются. А потом снова пьют. Их мысли растворяются в каждой капле вина, сливаются вместе. Как тебе такое, красотка?

Красотка была согласна. Я оглядел длинный стол, стоящий прямо на траве, нашел взглядом воркующую с главным по местности атаманшу, Майю, которую давно уже освободили, и теперь она старалась не смотреть в мою сторону. Весь этот пьющий, жрущий и гуляющий народ, который сегодня отдыхает, а завтра, если надо, возьмет в руки метатели и хапу – в этот раз их удалось напугать, а в следующий они будут готовы - другим уже на этом не сыграть. И принялся за рассольный сыр.

Глава 26

- Ты придаешь слишком много значения мелочам, - Элика лежала возле бассейна на крыше дома, одетая в повязку для волос, - разбрасываешься. Хочешь и торговать, и управлять, и бросить все, и постоянно думаешь, что сделал так, и что – не так.

- Да, я такой, - подтвердил, следя взглядом за случайно залетевшей за периметр птицей. – Мне свойственна масштабность.

Блондинка насмешливо поглядела на меня, щурясь от солнца.

- Знаешь, что самое смешное?

- Нет. – Птица пошла на снижение, может, на острове ей что-то приглянулось.

- Твой дядя Тоалькетан, старый нун Громеш, ан Траг, Иту, Кир, эн Ур-Наммурапи, даже Павел – все считают, что ты стараешься для них. И выполняешь их команды, как дрессированный волк.

- Волки дрессировке не поддаются, - рассеяно заметил я. Полет вторгшегося в периметр пернатого проходил где-то над пещерой. – Но только ты видишь, что происходит на самом деле.

- Но не могу понять, - вздохнула Элика. – Или ты гений, или прикидываешься.

- Нет, не гений, - честно признался я. – У меня есть цель, я знаю, что мне нужно для нее, и просто хочу получить это как можно скорее.

Птица передумала снижаться у берега, и решила посмотреть, что интересного есть на острове. Где-то в районе нашего дома. Пролетела мимо.

- И я тоже – для этой цели?

Я задумался. Бывают же люди, которые могут в двух словах все объяснить. Завидую им.

- Ты – часть этой цели, - наконец нашелся я. – Важная.

- А меня ты спросил, хочу ли я быть этой частью?

Представил, как опускаюсь на одно колено, достаю из кармана коробочку, а там – крючок для фоторамки. Меня всегда смешили такие моменты, этот раз не стал исключением.

- Нет, упустил как-то этот момент. Согласна? – подавив улыбку, спросил я.

- Ага, - Элика кивнула.

Птица развернулась, не такая уж она большая, если приглядеться. На вид совершенно безобидная. Чуть приподняв левое крыло, она сделала разворот над берегом, и по нисходящей траектории, набирая скорость, помчалась прямо на наш дом.

На меня.

Нападать сзади – нечестно. Да еще так. В полете птица распалась на несколько частей, то, что казалось живым существом, тремя безобразными кляксами, вытянутыми в одну прямую, нацелилось на мой затылок.

Но я ничего не замечал, не до того было - любовался лежащей блондинкой. Грациозной, стройной, красивой, и вообще прямо хотелось вот так стоять, смотреть и не отвлекаться ни на что. Особенно на всякие черные пакости. Спокойная улыбка Элики, теплый ветерок, шелест волн в бассейне, бьющих о борт, все это расслабляло, двигаться не хотелось.

Десять метров. Девять.. Восемь…

Черные кляксы превратились в стреловидные обтекаемые фигуры.

Семь. Я дернул рукой, чтобы почесать затылок. Такое движение занимает до секунды, а при набранной бывшей птицей скорости хорошо, если успею чуть сдвинуть кисть.

Пять. Казалось, все вокруг остановилось. Небольшой всплеск у самых ног застыл в воздухе, капли воды словно в стазисе замерли, нанизанные на остановившиеся солнечные лучи.

Два. И даже на миллиметр не сдвинулись. Клинышки разогнались до нескольких тысяч километров в час, только чудо могло их остановить. Если бы я мог их увидеть раньше, поставил щит. А так – без шансов. У псионов тоже есть предел скорости.

Сорок сантиметров.

Что-то мазнуло перед глазами. Узкая женская ладонь преградила черным каплям дорогу. Одна за другой они били о словно окутанную белой перчаткой кисть и собирались в одну большую каплю.

Время рывком вернулось к обычному ритму.


- Это обязательно нужно было делать? – Элика брезгливо смахнула черноту на пол, та зашипела и без следа испарилась.

- Да, - очень серьезно кивнул я. – Обязательно. Не то чтобы я не люблю, когда от меня что-то утаивают, и не то чтобы мне нужна предельная ясность во всем, но какие-то вещи лучше узнать раньше, чем позже.

- А если бы я не стала тебя спасать? Ты ведь, мой дорогой, ничем не рисковал, с собственным-то конструктом.

- У нас, в нашей реальности, - пояснил, - такая позиция называется цунгцванг. Это значит, что любой ход игрока приводит к проигрышу. Нет, наоборот, к выигрышу, и по-другому называется, но это не важно.

- Ты мог бы просто спросить, - Элика пожала плечами.

- А ты бы не ответила. И вообще, есть вопросы, которые задавать неприлично.

- Да, - засмеялась блондинка, - я оценила твою деликатность. Первый переход, да?

- Да.

- Просто не ожидала, бывает и такое, мы же все - люди. Ты, кстати, тоже аж рот открыл, когда нас эта красная петля утягивала. Но в какой-то момент ты поверил, что я ничего не видела?

- Почти.

- Не понимаю, - Элика нахмурилась.

- Арраш, - пояснил я. – Он рассказал, как работает вот это. Прямо намекнул, какие есть два варианта.

И достал золотую карточку с древними символами. Протянул девушке. Элика повертела ее в руках, вернула. Посмотрела на меня.

- Ним очень старался, - продолжал я. – Даже интонацией выделил то, что мне нужно знать. Уложил тебя в капсулу и оставил настройки видимыми только для меня. Арраш конечно – та еще загадка, но меня больше ты интересуешь, не хочется думать, что я – тоже для какой-то цели. Если ты скажешь, что нам надо расстаться, я пойму. Но предупреждаю – буду скучать.

- С чего это ты, зу Марк Уриш, решил, что можешь со мной расстаться? – блондинка улыбнулась. – Только попробуй, и ты узнаешь, что я могу сделать, когда рассержусь.

- У меня сейчас уйма свободного времени. Очень хочу на это посмотреть.


Проснулся я в гордом одиночестве, никаких записок, посланий губной помадой на стекле, оставленных вещей – словно Элики здесь не было. Никогда. Что делать, все хорошее когда-то заканчивается. Вышел на крышу – нравятся мне местные архитектурные стили, бассейн на высоте гораздо лучше смотрится и используется, чем то же самое на уровне земли. Прихватил с собой бутылку чамби Спешиал Резерв, плюхнулся в шезлонг и уставился в бесконечное ультрамариновое небо.

Улыбнулся, вспомнил, как Кир отказался, но глазки-то его блеснули, он хоть на секунду, а примерил на себя эту систему. И эн Громеши, папаша с сыночком. И эгир. И другие тоже захотят. Глупо думать, что эта система принадлежит только мне, я тут скорее – маленький винтик, без которого части конструкции начнут отлетать одна за другой. Причем для каждого свой. Для Ур-Наммурапи я тащу часть имущества Уришей в их общую с Громешем казну, для Иту – создаю базу для его собственного личного флота, для дяди Толи – даю возможность заняться любимым делом. Знать бы еще, что я делаю для неведомого Хозяина, но думаю, он сам мне объяснит, когда проявит себя.

Когда вернемся в свою реальность, тут будет не протолкнуться от представителей семей, все они захотят получить свой кусок в новом мире. У Марка Травина они бы даже спрашивать не стали, а вот у хранителя традиций и носителя имени Уришей – спросят, куда денутся. Не то, чтобы я манией величия страдал, или власти над миром захотелось, но предложи мне сейчас кто вернуться к моей прошлой жизни, не соглашусь. Вошел во вкус, так сказать.

Нет иллюзий, что я тут умнее других – эти шумеры по сотням лет живут, для них я как дитя, наверное, но нет у них полноты картины. И как там Кир сказал, козыря в рукаве? В голове, лейтенант Громеш, в голове у меня козырь, паразит такой. Надо только добраться до игрального столика, где его можно выложить. Поэтому полежу немного, и на Землю.

Есть и другая сторона медали, просто так из этой игры мне не выйти. Не получится, не отпустят. И среди этой толпы умников обязательно найдется идиот, который решит подмять все под себя. Его уничтожат, но главное, чтобы до этого он не уничтожил меня.

Это только в фильмах погибают целыми батальонами, поддерживая друг друга, когда нет никаких надежд на благоприятный исход. Лучший выбор, это когда каждый за себя. Тогда у кого-то есть шанс спастись. Поэтому нам с Эликой придется расстаться, ненадолго, и семью свою я сюда пока не потащу. Рисковать нужно собой. Мне не привыкать.

Оранжевая звезда на небе начала наливаться красным, шипы, едва заметные на таком расстоянии, чуть набухли, выпустили отростки, соединяясь друг с другом, один, второй, я смотрел, как местное светило покрывается сеткой из красных линий. Обязательно надо будет выяснить, одна она такая, или нет. Сейчас звезда замерцает, сначала чуть-чуть, потом сильнее и сильнее, а через два часа вспышка переместит нас обратно, в мир-ноль.


Просто так лежать – занятие скучное, так что даже задремал. И пропустил великий момент переноса целой системы из одной, большой реальности, в другую, поменьше. А когда проснулся, обнаружил, что один из поставленных маячков проснулся. Тот, который был на смешном зверьке, которого я подарил девочке со странными символами на предплечье. И, судя по направлению сигнала, зверек этот был прямо подо мной.


Я не против строительных работ, но когда с поверхности острова пробуривают тоннель, да еще наискось, на пятикилометровую глубину, ландшафт неизбежно портится. Для этих целей я отдал ту часть, которая была ближе к порту, и никогда туда не заглядывал. А вот теперь пригодилось. Охрана пропустила меня без всяких вопросов, перемещение на такое расстояние обеспечивали кабинки грав-лифта, чуть прижало к спинке, потом – к ограничителям, и через пару минут я оказался в системе храмов.

Лифтовый зал был пуст, скопление людей угадывалось где-то ближе к портальному залу. Туда я и направился. Беглый взгляд на безлюдное помещение с портальным кругом, спуск вниз, бросок через лабиринт, и я оказался в храмовом зале.

Тут людей было побольше – ан Траг с помощниками, Пашка, два каких-то местных паренька в белых простынях, лейтенант Орес – на привычном месте, за бассейном стояло еще с десяток гостей, и среди них – Элика. Я посмотрел на нее, блондинка покачала головой и отвела взгляд. А рядом с бассейном, на каменных плитах, поднятых над уровнем пола почти на метр, два человека.

Кир Громеш и девочка-аборигенка.

Кир, судя по всему, был без сознания, а вот девочка – вполне все осознавала. Никто ее не привязывал и не удерживал, она сидела на плите, болтая ногами, и поймав мой взгляд, помахала рукой. Зверек валялся возле нее, на меня вообще внимания не обратил, жевал что-то, надо будет Тодину такого же подарить. Не обращая внимания на ан Трага, впрочем, тот даже удержать меня не пытался, я подошел к Киру, положил ему руку на лоб. Лейтенант спал. Спокойным, сладким сном.

- Привет, Каллиста, - поздоровался я.

- Привет, - девочка попыталась вспомнить, как меня зовут. – Марк? Ты пришел посмотреть на представление?

- Именно. Только сначала узнаю, что тут представляют. Паш?

Пашка развел руками, потом потянулся смахнуть с моей одежды какую-то невидимую пылинку, он часто это делал, когда волновался.

- Прости, Марк, - прогудел он, - с тобой ничего не случится.

- А что со мной должно случиться?

Вместо ответа Пашка сжал мне плечо. Черная клякса соскользнула с его руки, модуль взвыл, что-то попытался сделать, может, даже и успел.

Темнота накрыла меня. 

Эпилог

 - Входи, - ан Траг заносил данные на инфопластину, занятие бессмысленное, но подчиненные должны приучаться к порядку, а значит, им нужен перед глазами пример.

Блондинка в мундире ком-лейтенанта остановилась около проема, три помощника под ее строгим взглядом вылетели наружу.

- Они скоро будут бояться тебя больше, чем меня, - засмеялся уми.

- Он догадался.

- Да я понял уже, Марк – не такой дурак, каким кажется на первый взгляд. Его проблема только в том, что он вечно попадает не в то место, и не в то время. Вы расстались?

- Вот еще, - Элика села на стул, закинув ногу на ногу, - не дождешься. Хотя он иногда ищет возможность, чтобы соскочить, но кто ему даст.

- Вся в мать, - засмеялся ан Траг, - такая же решительная и упертая. Кстати, не мешало бы тебе взять с нее пример, а то тридцати лет нет еще, а уже спутника жизни себе нашла. Не слишком поторопилась?

- Ты лучше за сыном своим приглядывай, за две сотни перевалило, а все никак не нагуляется. Что ты собираешься делать с Марком?

- Не беспокойся, никто твоего Марка не тронет. Через три часа переход, тогда и узнаем, что там произошло, за время нашего отсутствия. Как ты?

Вместо ответа блондинка зажгла на ладони светляк.

- Неплохо, - ан Траг поморщился, - через год восстановишься. Но, как по мне, не стоило оно того. Не вовремя, подождала бы, пока Марк отдаст тебе одну пластинку, тогда бы и сделали все, как надо. А сейчас – слишком важный момент, чтобы рисковать.

- Ты против?

- Конечно же, нет, мы тем и отличаемся от обычных одаренных, что имеем право рисковать, когда сами этого хотим, и так, как хотим. И все же?

- Случайность, - Элика пожала плечами, - Ним нашел пластину, монеты у меня были с собой, глупо, да?

- Твой брат всегда умеет найти, в основном приключений на свою задницу. Вот как так получилось, два ребенка, два повелителя, а мозгов у обоих вместе как у одного чувствующего?

- Гены, папа, - авторитетно заявила блондинка. – Громеша привезли?

- Старшего или младшего?

- Ты знаешь, о ком я.

- Да. Для обряда в принципе любой одаренный подошел бы, а усмиряющий – в самый раз. Младший, кстати, тоже неплох, завел себе новую пассию из Ису-Таке, куда там своему отцу, деду фору даст.

- И что они в нем находят? – Элика поморщилась. – Марк намного лучше, у него внутренний стержень есть, не то что лу Громеш. Хлипкий он, ненадежный.

- Не спорю, дорогая. Но ты бы пригляделась, у парня большой потенциал. Если уж Анур не понравился, вот сдался тебе этот дикарь. Все, шучу, шучу. Останешься?

- Конечно. Разве я упущу шанс это увидеть. Говоришь, он останется жив? Не настолько он виноват, чтобы его убивать.

- Это обряд, детка. Никто не умрет. Наоборот, все только выиграют. И мы, и даже он.

Отец и дочь рассмеялись.


Храм, все такой же ухоженный, немного преобразился. В алькове с бассейном появились два каменных возвышения, ан Траг подошел к ним, погладил гладкую поверхность, начертил на левом несколько символов. Чернота в углу колыхнулась, из нее вышла эффектная брюнетка.

- Девочку привезли, Хозяин.

- Хорошо, Аглая. Как твой командир?

- Какой из них?

- Тот, который последний.

- Пикефалис Гидус сделал все, как ты приказал, Хозяин. Эн Громеш в ближайшее время тебя не побеспокоит.

- Ну и отлично, веди девчонку.


- Хозяин, - капитан Гидус подошел, острожно дотронулся до плеча ан Трага, - фаза началась. И еще, этот эмпо, Марк Аврелий, который из ваших, спускается сюда.

- Превосходно, - учитель похлопал лежащего на левом возвышении лейтенанта Громеша по щеке, - спи, Кир, сладким сном, проснешься – ждут тебя новости. Каллиста, ты готова? Отлично, садись вот на эту скамейку, и ничего не бойся. Помнишь, о чем мы говорили? Молодец. Зверек может остаться с тобой, ничего с ним не случится. Чувствуешь? Все идет как надо.

Ан Траг подмигнул девочке, и чуть дернулся, когда последняя вспышка от звезды прошла через него. Оранжевая звезда моргнула еще раз, и затихла. Новые звезды уже зажглись над планетой, в десятке световых часов группировка из десяти носителей выпустила несколько крыльев ныряльщиков.


В зал ворвался молодой человек в светлой рубашке и таких же светлых штанах, легких ботинках на босу ногу, он спрашивал и требовал, потом подошел к девочке, другой молодой человек, размерами раза в два больше, положил ему руку на плечо.

- Прости, Марк, с тобой ничего не случится.

Черная клякса рывком сползла с руки здоровяка, словно саван, натянулась на гостя, тот неловко упал прямо возле бассейна.

- Он жив? – лу Громеш требовательно посмотрел на ан Трага.

- Конечно, - ответил тот, - можешь проверить. Ничего с Марком не случится, сам же ему сказал, мы сто раз уже это переговорили.

Паша присел на корточки рядом с телом, приложил ладонь ко лбу, недовольно нахмурился, но, видимо, результаты его удовлетворили, больше он не спорил. Блондинка, стоящая среди гостей, внимательно наблюдала за его действиями. А потом подошла и тоже проверила, все ли с молодым человеком в порядке.


В сотне световых лет от системы адмирал Иту Громеш вытащил из ящика стола статуэтку черного камня, изображавшую женщину с маленьким дракончиком в руках, в диадеме с крохотным красным камушком, достал черный кинжал, поставил статуэтку перед собой, рассек вену на левой руке, выдавил лужицу крови на столешницу. Переставил в ее центр статуэтку. Начертил спереди, сзади и по бокам по символу, те вспыхнули, кровь впиталась в черную фигурку.

В пустом зале за сто световых лет от адмирала, над одной из дверей, ведущих от портального круга вниз, зажглись такие же символы.


Флагман синего крыла флота Урука завис на орбите Сатурна. Адмирал Феран Маас-Арди поставил черную статуэтку шестирукого чудовища с кровавыми глазами в лужицу своей крови, четыре кровавых символа легли рядом с ней. В портальном зале второй планеты Оранжевой звезды зажглись еще четыре символа, над одним из проходов.


В системе голубой звезды Шингалу лугаль царства Киш, зу Ферху Химес, чертил собственной кровью цепочку символов. Четыре.


Надписи в портальном зале зажигались одна за другой, над всеми проходами, кроме одного, восьмого. Ан Траг, словно чувствовавший, что происходит, усмехнулся, протянул над черным бассейном руку ладонью вверх. Струйка крови вырвалась из кисти, прямо через кожу, складываясь в воздухе в целую надпись, символы легли на черную неподвижную поверхность и исчезли. Восьмой проход засиял, возле каждого появилось призрачное существо, встало перед проемом, словно страж.


- Пора, - сказал ан Траг, и вонзил черный кинжал прямо в грудь лежащего Кира Громеша, сразу выдернул.

Тело сжалось, вытолкнув струю крови, и тут же успокоилось. Видно было, что, несмотря на потерю крови, наследник семьи Громешей дышит. Ан Траг меж тем водил в воздухе руками, кровь складывалась в символы, почти повторяющие татуировку на теле девочки, плюс два лишних – в начале и в конце. И когда надпись на древнем языке была закончена, рывком впитались в нее. Девочку выгнуло, казалось, все кости ее треснут, в храме потемнело.

И плитка рядом с каменными возвышениями стала золотой. Одна. Потом вторая. Потом еще.

Через минуту золотой пол засиял, потолок, в который упирались колонны, ушел куда-то вверх, словно в бесконечность. Девочка приподнялась на каменном основании, огляделась вокруг, словно только что попала сюда.

- Великая энси, - поклонился ан Траг, - надежда и опора небесного трона, повелительница молний и попирательница облаков…

- Оставь это, эгир, - казалось, голос девочки стал на полтона ниже. Она слезла с возвышения, прошлась по залу, дотрагиваясь до колонн. На тех появились золотые символы, поползли вверх, расширяясь и формируя потолок. Высоко, метрах в сорока. – Мне нужно отдохнуть. Вернешься через час.

Ан Траг поклонился, махнул рукой. Тут же все немногочисленные присутствующие заторопились к черному выходу, Павел Громов наклонился, чтобы поднять Марка.

- Нет, - девочка дотронулась до его руки, - оставь его, пусть лежит. С ним ничего не случится. Забери лучше вот его. Поднеси ко мне.

И она показала на одну из статуй, которая, словно оплыв, превратилась в яркий светящийся шар, освещавший сероватую фигуру бывшего лейтенанта местной безопасности.

Пашка с сомнением поглядел на недозомби, схватил его за ногу, подволок к девочке. Та дотронулась до плеча Ореса кончиками пальцев. Лейтенант открыл глаза, из тела стремительно уходила чернота. Он закашлялся, изо рта выскочил красный кристалл размером с кулак, упал на пол. Орес тяжело поднялся, огляделся, ничего не понимая, его подхватили под руки.

- Идите, - девочка чуть повысила голос, но и этого хватило, чтобы в зале почти никого не осталось, кроме нее и лежащего у бассейна тела. И зверька на каменной плите.

И блондинки в строгом мундире.

- Я пригляжу за ним, - девочка присела на корточки возле тела, погладила лежащего человека по голове.

- Обещаешь? – холодом в голосе блондинки можно было заморозить.

- Не дерзи, - девочка мило улыбнулась. – На первый раз прощу, а потом – могу и обидеться. И наказать. Пригляди за ним.

И кивнула на жующего зверька.

Блондинка подхватила с плиты поссума, тот к перемене хозяйки отнесся совершенно равнодушно, внимательно посмотрела на лежащее тело, на энси, и ушла.

А потом и девочка пропала. Растворилась в воздухе.

Тело Марка Травина так и осталось лежать. В одиночестве. Но – недолго.

Из бассейна вытянулся черный жгут, протянулся к телу, словно обнюхивая. Оторвался от черной маслянистой поверхности, собрался в комок, проступили глаза, мордочка, лапки. Черный котенок, месяца два-три, не большее, заурчал, потерся об голову Марка. Схватил его зубами за карман брюк, и поволок к черной глади. Несмотря на разницу в весе и размерах, он легко дотащил человека до края бассейна, перевалил через бортик, проследил, чтобы тот исчез под черной гладью.

И бултыхнулся вслед за ним.


КОНЕЦ КНИГИ.


Оглавление

  • Пролог
  • Глава 1
  • Глава 2
  • Глава 3
  • Глава 4
  • Глава 5
  • Глава 6
  • Глава 7
  • Глава 8
  • Глава 9
  • Глава 10
  • Глава 11
  • Глава 12
  • Глава 13
  • Глава 14
  • Глава 15
  • Глава 16
  • Глава 17
  • Глава 18
  • Глава 19
  • Глава 20
  • Глава 21
  • Глава 22
  • Глава 23
  • Глава 24
  • Глава 25
  • Глава 26
  • Эпилог