КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 432950 томов
Объем библиотеки - 596 Гб.
Всего авторов - 204837
Пользователей - 97082
MyBook - читай и слушай по одной подписке

Впечатления

медвежонок про Куковякин: Новый полдень (Альтернативная история)

Очередной битый файл. Или наглый плагиат. Под обложкой текст повести Мирера "Главный полдень".

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Serg55 про Ермачкова: Хозяйка Запретного сада (СИ) (Фэнтези)

прекрасная серия, жду продолжения...

Рейтинг: 0 ( 1 за, 1 против).
kiyanyn про Сенченко: Україна: шляхом незалежності чи неоколонізації? (Политика)

Ведь были же понимающие люди на Украине, видели, к чему все идет...
Увы, нет пророка в своем отечестве :(

Кстати, интересный психологический эффект - начал листать, вижу украинский язык, по привычке последних лет жду гадости и мерзости... ан нет, нормальная книга. До чего националисты довели - просто подсознательно заранее ждешь чего-то от текста просто исходя из использованного языка.

И это страшно...

Рейтинг: +1 ( 2 за, 1 против).
kiyanyn про Булавин: Экипаж автобуса (СИ) (Самиздат, сетевая литература)

Приключения в мире Сумасшедшего Бога, изложенные таким же автором :)

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Витовт про Веселов: Солдаты Рима (СИ) (Историческая проза)

Автору произведения. Просьба никогда при наборе текста произведения не пользоваться после окончания абзаца или прямой речи кнопкой "Enter". Исправлять такое Ваше действо, для увеличения печатного листа, при коррекции, возможно только вручную, и отбирает много времени!

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).
DXBCKT про Брэдбери: Примирительница (Научная Фантастика)

Как ни странно — но здесь пойдет речь о кровати)) Вернее это первое — что придет на ум читателю, который рискнет открыть этот рассказ... И вроде бы это «очередной рассказ ниочем», и (почти) без какого-либо сюжета...

Однако если немного подумать, то начинаешь понимать некий неявный смысл «этой зарисовки»... Я лично понял это так, что наше постоянное стремление (поменять, выбросить ненужный хлам, выглядеть в чужих глазах достойно) заставляет нас постоянно что-то менять в своем домашнем обиходе, обстановке и вообще в жизни. Однако не всегда, те вещи (которые пришли на место старых) может содержать в себе позитивный заряд (чего-то), из-за штамповки (пусть и даже очень дорогой «по дизайну»).

Конечно — обратное стремление «сохранить все как было», выглядит как мечта старьевщика — однако я здесь говорю о реально СТАРЫХ ВЕЩАХ, а не ковре времен позднего социализма и не о фанерной кровати (сделанной примерно тогда же). Думаю что в действительно старых вещах — незримо присутствует некий отпечаток (чего-то), напрочь отсутствующий в навороченном кожаном диване «по спеццене со скидкой»... Нет конечно)) И он со временем может стать раритетом)) Но... будет ли всегда такая замена идти на пользу? Не думаю...

Не то что бы проблема «мебелировки» была «больной» лично для меня, однако до сих пор в памяти жив случай покупки массивных шкафов в гостиную (со всей сопутствующей «шифанерией»). Так вот еще примерно полгода-год, в этой комнате было практически невозможно спать, т.к этот (с виду крутой и солидный «шкап») пах каким-то ядовито-неистребимым запахом (лака? краски?). В общем было как-минимум неуютно...

В данном же рассказе «разница потенциалов» значит (для ГГ) гораздо больше, чем просто мелкая проблема с запахом)) И кто знает... купи он «заветный диванчик» (без скрипучих пружин), смог ли бы он, получить радостную весть? Загадка))

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
DXBCKT про Брэдбери: Шлем (Научная Фантастика)

Очередной (несколько) сумбурный рассказ автора... Такое впечатление, что к финалу книги эти рассказы были специально подобраны, что бы создать у читателя некое впечатление... Не знаю какое — т.к я до него еще никак не дошел))

Этот рассказ (как и предыдущий) напрочь лишен логики и (по идее) так же призван донести до читателя какую-то эмоцию... Сначала мы видим «некое существо» (а как иначе назвать этого субъекта который умудрился столь «своеобразную» травму) котор'ОЕ «заперлось» в своем уютном мирке, где никто не обратит внимание на его уродство и где есть «все» для «комфортной жизни» (подборки фантастических журналов и привычный полумрак).

Но видимо этот уют все же (со временем)... полностью обесценился и (наш) ГГ (внезапно) решается покинуть «зону комфорта» и «заговорить с соседкой» (что для него является уже подвигом без всяких там шуток). Но проблема «приобретенного уродства» все же является непреодолимой преградой, пока... пока (доставкой) не приходит парик (способный это уродство скрыть). Парик в рассказе назван как «шлем» — видимо он призван защитить ГГ (при «выходе во внешний мир») и придать ему (столь необходимые) силы и смелость, для первого вербального «контакта с противоположным полом»))

Однако... суровая реальность — жестока... не знаю кто (и как) понял (для себя) финал рассказа, однако по моему (субъективному мнению) причиной отказа была вовсе не внешность ГГ, а его нерешительность... И в самом деле — пока он «пасся» в своем воображаемом мирке (среди фантазий и раздумий), эта самая соседка... вполне могла давно найти себе кого-то «приземленней»... А может быть она изначально относилась к нему как к больному (мол чего еще ждать от этого соседа?). В общем — мир жесток)) Пока ты грезишь и «предвкушаешь встречу» — твое время проходит, а когда наконец «ты собираешься открыться миру», понимаешь что никому собственно и не нужен...

В общем — это еще одно «предупреждение» тем «кто много думает» и упускает (тем самым) свой (и так) мизерный шанс...

P.S Да — какой бы кто не создал себе «мирок», одному там жить всю жизнь невозможно... И понятное дело — что тебя никто «не ждет снаружи», однако не стоит все же огорчаться если «тебя пошлют»... Главной ошибкой будет — вернуться (после первой неудачи) обратно и «навсегда закрыть за собой дверь».

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).

Дембель Советского Союза (СИ) (fb2)

- Дембель Советского Союза (СИ) (а.с. Дембель неизбежен-4) 961 Кб, 275с. (скачать fb2) - Олег Здрав (Мыслин)

Настройки текста:



Олег Здрав Дембель Советского Союза

Глава 1

8 июня 1989 года, Москва

Проходите товарищ Морозов. Присаживайтесь. Вот, вы какой, оказывается. Живой провидец, надо же. Наслышан о ваших заслугах.

— Спасибо, товарищ Лигачев. Всегда рад помочь родной стране.

— Обращайся по имени отчеству: Егор Кузьмич. Не надо скромничать. Председатель КГБ Владимир Александрович Крючков высоко оценил твою работу. И не только он. Товарищ Чаушеску просил передать личную благодарность и вручить высокую правительственную награду герою.

— Эээ. Служу Советскому Союзу! — немного растерялся я, поскольку понятия не имел, как надо отвечать при награждении румынскими медалями.

— Пригласили мы вас, вот, по какому поводу… Через две недели в Советском Союзе намечается военный переворот.

— Наконец-то. Давно пора!

Присутствующие уставились на меня, словно узрели Мика Джаггера, вместо заявленного на афише Пола Маккартни, во время концерта в Химках. Присутствовали, к слову, трое: товарищ Лигачев, упомянутый ранее Председатель КГБ Крючков В.А. и мой куратор генерал Леонтьев.

— Потрудитесь объяснить вашу странную радость, товарищ Морозов, — на правах хозяина, подал голос Егор Кузьмич. — Тебе кажется веселой мысль, о том что в СССР произойдет переворот?

Крючков ничего не сказал, но по его хмурому и озадаченному виду можно было догадаться, что он тоже удивлен. Лишь генерал остался невозмутимым и спокойным. Привык, наверное, к моим манерам и заскокам.

— Неудачный путч — лучший подарок, который только можно представить в нашей ситуации. То, что переворот провалится — сие очевидно, раз вы о нем уже знаете. К тому же, это будет поспешно и плохо подготовленный путч. Враги торопятся, ведь каждый день отсрочки играет в вашу пользу.

— Шапкозакидательство? Нельзя недооценивать противника. Вы там, у себя, в будущем, Союз уже развалили и похоронили. Позволь спросить, в чем же польза великая от провалившегося заговора?

— Дык, Егор Кузьмич! Очевидно же. Не мог Горбачев и Ельцин малыми силами осуществить развал такой страны. Значит, была у них серьезная опора и разветвленная сеть сторонников. Вы же пока только верхушку срезали, буквально поштучно убрали только самые важные фигуры. Вся основная масса подельников не только на свободе, но даже при должностях и портфелях остались сидеть.

— Не можем мы репрессии устраивать, чай, не тридцать седьмой на дворе. Свои же товарищи по партии сожрут.

— Вы правы. Если без повода — некрасиво получится. А ежели они сами вооруженное восстание устроить задумали — то грех потом жаловаться, что по сусалам получили. Под это дело много партийных товарищей можно отправить в солнечный Салехард целлюлозу заготавливать. Будете в полном своем праве при этом.

— Поддерживаю товарища предсказателя, — впервые подал голос Крючков. — Удачный момент, чтобы вычистить авгиевы конюшни. Особенно в национальных республиках. Совсем страх потеряли и стыд. В открытую об отделении говорят. Спасибо вам, товарищ Морозов, за ценную подсказку. Теперь все республиканские газеты у нас на постоянном контроле.

Леонтьев уже просветил меня, что задумка с газетами сработала на все сто. Его аналитики подняли архивы всех республиканских газет с начала года, в том числе, издающиеся на национальных языках. Если точно знать, в какой комнате сидит черная кошка, то с фонариком вы её легко найдете, даже если это кошка Шредингера. В том смысле, что без разницы — есть она там в реальности, или вы её с собой принесете.

В нашем случае заговор оказался реальным, поэтому не пришлось его самим организовывать. Но, как опытный менеджер среднего звена, я бы все-таки посоветовал возглавить переворот самим, чтобы точно не проиграть.

Интересная закономерность нашлась сразу. Если в апреле и начале мая региональные СМИ хранили осторожное молчание, словно воды «Боржоми» в рот набравшие, и не позволяли себе лишнего, то к концу месяца резко изменили интонацию и повестку обсуждения.

Произошел необъяснимый возврат к прошлогодним темам горбачевского периода. Снова полезло из всех щелей: «Хватит кормить Москву!».

Само по себе, это еще не доказательство, хотя синхронность очевидна — совпадение буквально до нескольких дней. Но главная ценность системного подхода, как раз, в том, что статистика дает возможность найти множество таких совпадений.

Во-первых: такое изменение «повестки дня» в СМИ произошло не во всех республиках! Мы даже поспорили с Леонтьевым, надо ли обрабатывать среднеазиатские республики. По моему мнению — только время зря терять. Однако, оказался прав мой оппонент. Конечно, никаких изменений там не обнаружилось, зато на контрасте с украинскими СМИ картина заиграла новыми красками.

Во-вторых: даже на Украине и в Армении далеко не все газеты «с цепи сорвались», как выразился генерал. Лишь отдельные, но весьма влиятельные СМИ изменили подачу материалов, перейдя к откровенно националистическим лозунгам. Кстати, это обстоятельство очень сильно облегчило задачу по выявлению заговорщиков. Вычислить, кто именно курирует газету и меняет информационную политику намного проще, чем просеивать всю национальную элиту республики.

Так же я предсказал, что будут исключения: Азербайджан и Белорусская ССР. Алиев в нашей упряжке сейчас и ему нет резона менять сторону, а сябры по привычке никогда никуда не лезут и не предают. Леонтьев не стал спорить, но в докладной записке отметил точность прогноза.

Впрочем, моя идея с анализом «информационного поля» оказалась не единственным способом выявить заговор. КГБ не даром ел свой хлеб, и без всяких провидцев уже знал о назревающем перевороте. Но раз, Крючков лично поблагодарил, то, значит, польза все же была. Общую картину и схему переворота так четче удалось выявить и обозначить.

— Еще один момент, о котором я хотел бы упомянуть. Разрешите?

— Пожалуйста, взгляд человека из будущего на наши мелкие проблемы всегда интересен. Согласен, Владимир Александрович?

— У меня нехорошее предчувствие, — не принял веселого тона Председатель КГБ. — Аналитическое управление дает расчет, что если мятеж начнется сразу во всех шести республиках, то мы можем не справиться. При этом до сих не ясна обстановка в Москве, есть подозрение, что в Ленинграде и Свердловске тоже готовятся к выступлению. Можете, товарищ Морозов посоветовать что-нибудь по этому поводу? Взгляд постороннего человека может быть интересен.

Не понравился мне эпитет «посторонний», очевидный и жирный намек на инородного «коммерсанта и бизнесмена» в их кругу истинных большевиков и прочих ленинцев. Впрочем, детей с ними не крестить, к советам иногда прислушиваются — и то польза.

— Прибалтику и Украину обязаны удержать. Пояснительную записку по балтийским республикам я подготовлю. Там совершенно точно будут действовать иностранные диверсанты, в том числе снайперы, которые будут стрелять и в наших солдат и в мирных демонстрантов. Нужно максимальное освещение этого факта, желательно взять их живыми и предъявить. Генерал Пуго — честный и верный товарищ, настоящий профессионал, он справится. Обязательно надо дать информацию в СМИ о финансировании оппозиции в Прибалтике из зарубежных источников. Не успеваем найти — сами организуйте, истинные демократы никогда от халявных денег не откажутся. Тут их и повязать под камеру. По Украине ничем помочь не могу — не моя тема, плохо разбираюсь в вопросе.

— Ты почему не упомянул Армению и Грузию?

— Егор Кузьмич, вы же знаете мое отношение к этим республикам. Это бездонная черная дыра, куда мы бессмысленно ухаем миллиарды. Рассадник коррупции, мафии и нескончаемый поток брака, который убивает советскую экономику. Вы в курсе, что девяносто процентов воров в законе и преступных авторитетов родом из Закавказских республик, что восемьдесят процентов промышленного производства в Армении — чистый брак? Пока они тянут Советский Союз на дно у нас нет шансов выбраться из кризиса.

— Владимир Александрович, это правда?

— У нас нет таких цифр, — ушел от ответа Председатель КГБ. — Но явления имеют место быть. В любом случае, мы не можем допустить отделение нескольких советских республик.

— Черте-что творится. Как может целая республика выпускать сплошной брак? Куда Госплан смотрит, Совет Министров, ЦК, Народный контроль? Чем они занимаются?

Поскольку вопрос ответа не требовал, то я продолжил.

— Совет Экономической Взаимопомощи очень удачно и вовремя развалился, поэтому еще одна черная дыра в советском бюджете закрылась. Товарищ Павлов сейчас проводит ревизию наших отношений со странами Восточной Европы, ожидаются фантастические результаты. По моим прикидкам, каждый год такого «сотрудничества» для СССР обходится дороже Чернобыля.

— Нельзя все мерить деньгами. Советский Союз и коммунистическая партия никогда не руководствовались меркантильными интересами. Мы всегда помогали братским народам и странам, вставшим на путь социализма! — включил знакомую, заезженную пластинку товарищ Лигачев.

— Егор Кузьмич! Разве я против, чтобы помогать братским странам! Однако, сначала надо найти эти братские народы и страны. В моем времени они предали нас мгновенно и абсолютно все. Кроме Кубы и Вьетнама, почему-то. Ханой нам даже долги возвращал в девяностые, был момент, когда платежи от «Вьетсовпетро» составляли десятую часть всего бюджета России. Но это единственный пример. Все остальные нас кинули, социализм тут же у себя извели под корень, а наши деньги присвоили и не вернули.

— Советский Союз не может отказаться от взятых на себя обязательств. Это будет колоссальный удар по нашей репутации и идеям социализма во всем мире. В вашем будущем после развала СССР наши союзники растерялись, испугались, потеряли ориентиры, оставшись без поддержки, одни против всего НАТО и США. Оправдывать их не будем, но понять можно. Тем более, что долги им пришлось бы отдавать буржуазной России. В нашей истории такого не будет. Мы не можем лишить их поддержки на основании твоих видений и возможного предательства, которое они не совершат!

Непробиваемым оказался товарищ Лигачев, я и забыл уже какой он упертый ортодокс и консерватор.

— Егор Кузьмич. Не выплывем мы с такой обузой. Кормить полсотни стран по всему миру, когда самим выжить трудно? И главное, была бы хоть какая польза от такой помощи. Поэтому предлагаю убедиться в их честности и надежности, пользуясь удачной ситуацией. Заговорщики захватывают ТАСС и обращаются ко всем нашим союзникам с просьбой признать государственный переворот. В обмен обещают полное списание и прощение всех советских долгов. А это десятки и сотни миллиардов долларов, между прочим. Гарантирую, почти все наши «союзники» предадут. После чего заговорщики арестовываются, а все страны-предатели получают по заслугам. СССР абсолютно чист, свободен от всех обещаний и никаких претензий к нему быть не может. Сами — все сами.

— Страшный ты человек, Александр. Мимоходом, ради сиюминутной выгоды готов миллионы людей во всем мире обречь на голод и нищету?

— Да, Егор Кузьмич, готов. Иногда хирургу, чтобы спасти пациента от гангрены приходится идти на ампутацию. Если мы не убережем СССР, то голодных и нищих во всем мире будут миллиарды, а у человечества вообще никаких шансов на светлое будущее не останется. И волнует меня в первую очередь судьба советского народа, а весь остальной мир прокормить и облагодетельствовать, все равно, не сможем, даже если последнюю рубаху с себя снимем.

— Мы обсудим с товарищами твое предложение. Будем думать. Пока же расскажи, что там с сельским хозяйством в вашем будущем? Очень интересно, как Россия, потеряв большую часть плодородных земель на Украине и в Казахстане, умудрилась стать мировым лидером по экспорту зерна. Читал твой отчет — неужели правда? При том численность занятых в сельхопроизводстве уменьшилась в пять раз? Быть такого не может.

— Ааааа!!!! — захотелось мне с разбегу удариться головой о ближайшую стену. В стране государственный переворот назревает, экономика вразнос идет, а товарища Лигачева интересует интенсификация посевов пшеницы и урожайность подсолнечника.

С ужасом понял, что Егор Кузьмич категорически не соответствует своей должности и масштабам проблем, которые стоят перед страной. Последние годы нынешний глава партии и ВКЧП трудился в должности председателя Комиссии ЦК КПСС по вопросам аграрной политики, поэтому тема урожая ему близка и понятна, даже глаза заблестели и румянец на щеках появился, так заинтересовался моим рассказом.

Удручающее впечатление на меня произвела сдержанная и невозмутимая реакция Крючкова. Он стоически терпел болтовню об урожайности, с переходом на личный опыт по разведению арбузов и сазанов в одном флаконе, извиняюсь, в одном пруду. Ни разу не перебил, хотя говорил минут сорок, и это очень плохой признак. Не врали биографы и современники: Крючков, проработав почти всю сознательную жизнь в должности заместителя, не приспособлен был для руководящей работы. Так и остался вечным заместителем, вторым лицом. Справедливости ради, пребывая в замах Крючков показывал прекрасные результаты работы.

Вот и сейчас, вместо того, чтобы прервать увлекательную беседу об успехах агрономии будущего, он стоически терпел праздное любопытство шефа в ущерб делу, даже не делая попытки вмешаться.

Очевидная, до обиды, мысль пришла в мою бедную несчастную голову: «Ровным счетом ничего не изменилось. Как не было в 1991 году нормального лидера у страны в момент ГКЧП, так и сейчас не нашлось.»

Партийный идеолог, специалист исключительно по сельскому хозяйству и вечный заместитель Крючков — вот и все, что у нас имеется в наличии. Есть еще Павлов, профессиональный экономист, но страной финансисты не управляют, это совершенно другая специфика. Здесь нужен харизматичный лидер и мощный управленец, но ни одной подходящей кандидатуры на горизонте не видно. Хоть Владимира Владимировича из ГДР срочно выписывай, но, уверен, что это не поможет. Всему свое время, и чтобы обычный подполковник из ПГУ КГБ стал настоящим руководителем страны обязательно нужны те самые десять лет управленческого опыта в жесточайших девяностых на всех уровнях, начиная с нулевого.

С другой стороны, если я не вижу такой фигуры, то это не означает, что её в реальности нет. Вполне возможно, что в КГБ существует своя теневая структура управления страной, некий мозговой центр, который и занимается реал-политик, принимает решения. Ведь в нашей реальности, в отличие от прошлой, свержение Горбачева и устранение Ельцина прошло идеально.

Глава 2

— Николай Сергеевич, не пора ли нам подумать о расширении наших возможностей?

— Хитрый ты, Шурик. На тебя работает целое Аналитическое Управление Комитета, а тебе все мало?

— Я вас умоляю! На себя вы работаете, лишь изредка к моим советам прислушиваетесь. Мои просьбы и пожелания по остаточному принципу рассматриваете. То вам не интересно, то не актуально, то сил и средств нету. Одни отговорки, а время, между тем, потихоньку утекает.

— Интересы у нас одни — государственные. Приоритеты разные. Прежде всего — безопасность страны, затем все остальное.

— И я о том же! Пора выделять меня в отдельную структуру, чтобы мог самостоятельно заниматься всякой мелочевкой, не отвлекая кадровых сотрудников уважаемой конторы от работы.

— Чем хочешь заняться? Неужели не обо всех твоих планах я еще знаю?

— Планов громадье! Даже простое перечисление займет кучу времени. Причем по самым разным направлениям придется работать, значит, получается многопрофильная сетевая структура.

— Страшно представить, куда простирается твоя фантазия. После лекции с «Лунной Аферой» к твоим прожектам следует относится очень осторожно.

— Зря смеетесь. Между прочим, сейчас самое время использовать эту козырную карту. Не важно, были американцы на Луне или наврали, тема для них больная и неприятная. Пока Советский Союз подтверждает полеты «Аполлонов» — их позиция крепка и незыблема. По крайней мере, до эпохи Интернета, пока десятки тысяч «разоблачителей» не доберутся до фотографий и документов НАСА.

— Сомнительная выгода для нашей страны. В первом случае просто не поверят, назовут «красной пропагандой» и посмеются. Если же доказательства будут убедительными, то получается, СССР тоже замазан в этой афере, и столько лет молчал, покрывая фальсификацию. И так плохо, и так не хорошо.

— Есть красивое решение этой проблемы. Доказательства выложим не мы, а какие-нибудь венгры! Классический слив через журналистов. Мол, это они сами случайно нарыли. Мы тут не причём. И чтобы обезопасить себя от обвинений в пропаганде, ключевой акцент сделаем на истории о передаче американцам «неучтенного» «Аполлона» в Мурманске в 1970 году. В архивах есть отличные фотографии с американскими и советскими офицерами и капсулой на фоне мурманского порта, через десять лет их все равно сольют через тех же венгров. Выкладываем с намеком, что это и есть доказательства сговора СССР и США. Понимаете в чем фишка? Мы свидетельствуем в первую очередь против себя — обвинения в подтасовке и пропаганде сразу отпадают автоматически.

— Мне ничего не известно о таком случае. Это правда?

— Абсолютная. Советский Союз провел фантастически сложную операцию, с участием сотен кораблей и подлодок, чтобы выловить спускаемую капсулу «Апполона». Даже пришлось инсценировать пожар на атомной подлодке, чтобы отвлечь противника. Американцы так и не признали факт утери аппарата. Но фотографии реальные, да и свидетели еще живы. Метод дозированного «разоблачения» Лунной аферы применили российские спецслужбы в 1999 году, отправив эти материалы венгерским журналистам. Намек американцы прекрасно поняли, поэтому передача власти от Ельцина преемнику прошла относительно спокойно. У нас ситуация очень похожа.

— Гм. Думаешь, испугаются и призадумаются?

— Думаю — да. Посчитают плюсы и минусы, поймут, что с нас взятки гладки, демонизировать СССР дальше просто некуда, поэтому удар будет по их репутации, а нам в принципе — все пофигу. И что самое смешное, не важно, были они там или инсценировали полет. Советское подтверждение для них очень важно. Мы же не обязаны дарить его бесплатно, поэтому можем с чистой совестью отозвать. Пусть Брежневу претензии предъявляют.

На этом тема полетов на Луну себя исчерпала. Леонтьев обещал подумать, посоветоваться с руководством, но с большой вероятностью план будет принят.

Дальше разговор зашел о создании научного или творческого центра под моим руководством. Решили, что пока остаюсь в Реутове, режим закрытого города дает много преимущест, грех от них отказываться. Шпионам и журналистам здесь не разгуляться.

— В качестве прикрытия предлагаю открыть в Реутове представительство Московского института электронного машиностроения. МИЭМ на фоне остальных технических ВУЗов столицы выглядит скромно, поэтому иностранные спецслужбы за ним не так пристально следят. И чтобы окончательно охладить их интерес назовем филиал кафедрой «Бухгалтерской и товарной электронной отчетности».

— Чем будет заниматься эта кафедра?

— Бухгалтерскими программами. У нас все честно. Что в названии, то и в реальности. Между прочим, очень важное стратегическое направление, пока никем не оцененное. Лет через пять осознаем нужность этих программ, но будет поздно, время упущено. При этом никто не мешает заниматься другими интересными разработками. Капитан Петров, все равно, без дела мается, меня одного сторожит, вот он и возглавит службу безопасности кафедры, чтобы ни одна мышь не проскочила и не проведали ни о чем другом, кроме интереса к бухгалтерии.

— С программированием понятно. Нашлись, кстати, твои Касперский и Ашманов. Хочешь пригласить на работу? Боюсь, не согласятся. У одного — интересная работа в НИИ, второй — вообще неблагонадежный гражданин, мечтает в Америку уехать.

— Ашманов не уедет, об этом я уже говорил. Просто, у него окружение в коллективе такое, все только и грезят об эмиграции. Им там оклады в десятки тысяч долларов уже обещаны. Это кстати, проблема, переубедить или перевоспитать их невозможно в принципе, а выпускать категорически нельзя, иначе все наработки по русификации и проверке орфографии, а так же задел по текстовому редактору утекут к конкурентам. Гнать их всех с волчьим билетом из сферы программирования, и запрет выезда на три года за границу.

— Неожиданно, однако. Обычно ты мягкий и добрый, иногда излишне.

— К предателям никакого снисхождения. Речь идет о будущем страны, а руссификация программ — ключ к тотальному превосходству врага на нашей исконной территории. Несколько лет форы нам жизненно необходимы, а эти продажные гад… люди за десять тысяч баксов лишат нас этого резерва. Ашманова предлагаю руководителем кафедры, точнее — руководителем проекта. Лично готов поручиться. Касперский пусть пока трудится на своем месте, потребуется несколько месяцев, чтобы сформулировать концепцию и техзадание для его коллектива. Все яйца в одну корзину класть не будем, поэтому антивирусное направление напрямую курирует КГБ, организуете лабораторию в своей структуре. Насколько я помню, один из основателей компании — бывший преподаватель Касперского с Технического факультета ВКШ им Дзержинского. Если в той жизни сработало, то сейчас и подавно.

— Не слишком много ты напланировал? Откуда средства и фонды брать?

— Товарищ генерал, деньги под ногами валяются — только поднимать их никто не торопиться. Взять, например, месторождением гипса в Баскунчаке. Австрийцы за такую концессию компьютеры прямо с завода привезут, и Касперскому, и Ашманову на две лаборатории каждому хватит. Привезут и подарят, ибо нигде в мире такого чистейшего гипса нет и не будет. Плюс инвестиции, налоги, технологии — все что положено по закону.

— Снова выгоду выкраиваешь? Знаю, что не себе лично, о земляках заботишься. С месторождением ничего не выйдет, рядом полигон Капустин Яр, только шпионов нам там не хватало. Они же под видом промышленного оборудования аппаратуру слежения установить могут.

Снова мне захотелось «выпить йаду», чтобы не мучиться. Тотальная секретность в СССР обычно превышала все разумные пределы и часто доходила до полного абсурда.

— Товарищ генерал, вы меня сильно удивляете. В Ахтубинске и Знаменске любой пуск ракеты в среднем пятьдесят тысяч зрителей видят. Что такого особенного могут узреть шпионы, чтобы их так опасаться? Или вы думаете, у них наблюдателей в этих населенных пунктах не имеется? В принципе, с волгоградской автомобильной трассы пейзаж и видимость точно такие же. Если уж, они все-таки додумаются до такой глупости, завезти шпионскую технику на завод, то радоваться надо. Очередной подарок судьбы нашим компетентным органам. Враги сами в, заранее подготовленную, ловушку лезут. С полным набором компромата.

— Выкладывай, зачем тебе австрийцы понадобились? Стал бы ты о них переживать, если бы выгоды не планировал.

— Так не интересно. Слишком быстро вы меня раскусили. Вот, что значит, генерал КГБ. На мякине не проведешь. Как догадались?

— Поверить, что капиталисты просто так, за красивые глаза, за ради будущего контракта, подарят десятки компьютеров, может только очень наивный человек. Таких в органах не держат. Колись, что удумал?

Пришлось рассказать историю о том, как компания «Пфайзер» в местечке с одноименным названием Пфайзер в 1991 году проводила испытания нового лекарственного препарата от сердечной и легочной недостаточности. Испытания прошли неудачно, выяснилось, что лекарство от указанных болезней практически не помогало. На этом история и закончилась бы, если бы не странное, необъяснимое поведение пациентов: некоторые из них наотрез отказались возвращать неиспользованные таблетки врачам.

— Ну и? Долго ты еще будешь меня потчевать байками? — непоколебимая стойкость товарища Леонтьева дала трещину, видимо, он придерживался ошибочного тезиса, что краткость — сестра таланта.

Впрочем, спорить на эту тему не стал, хотя любому учителю литературы известно, что краткое содержание книги — это путь к гарантированной двойке на экзамене.

— Вы будете смеяться, товарищ генерал, но когда стали разбираться, выяснилось, что лекарство обладает сильным побочным действием. Оно усиливает мужскую силу!

— Морозов, ты издеваешься?!! Какая к козе, еще мужская сила? Ты совсем сбрендил, больше поговорить не о чем?

— Силденафила цитрат, более известный под названием «Виагра», в первый год продаж собрал более миллиарда долларов выручки.

— Сколько?

Стоит отметить, что в этот момент мы ехали по МКАДу, и возглас сопровождался экстренным торможением, так что я чуть нос себе не расквасил о спинку переднего сиденья.

— Миллиард долларов. Тех самых, вечнозеленых.

Генерал пришел в себя, отдышался и тронулся с места, ибо позади нам уже кто-то сигналить начал, чтобы не перекрывали трассу.

— Зачем нам австрийцы? Может лучше наладить выпуск лекарства в СССР, и продавать его самим, через Внешторг?

— Я, конечно, не специалист в фамацевтике, но даже мне понятно, что это практически невозможно. Силденафила цитрат — это не формула, а имя препарата. В реальности полное название выглядит примерно так: дигидро-метил-пиразол-ацетат- и так далее, причем еще и с цифрами между ними. Нам же известно только общее латинское название, место производства и область применения. Чисто случайно помню, что в основе действие каких-то ингибиторов феромонов, больше ничего.

— До 1991 года еще далеко, может они только начали исследования?

— Тем лучше. Значит, проще будет украсть или выкупить патент. В последнем случае австрийцы нам пригодятся. Хотя, думаю, месторождение гипса их все же заинтересует, только надо профессионалу вести переговоры, а не членам ЦК или тем более генералам из КГБ. С клиентом надо уметь работать.

— Дай угадаю, такой профессионал — это ты?

— Не буду скромничать. Из всей нашей команды, только один человек разбирается в коммерции и бизнесе.

— Ну да, барыга у нас один.

— Николай Сергеевич, вы только не нервничайте сильно…

— Судя по началу, что-то неприятное сообщить хочешь? Или снова клянчить компьютеры станешь?

— Ни то, ни другое. Мне бы журнальчик какой-нибудь.

— Ты видишь где-то рядом с дорогой киоск «Союзпечати»? Что за странная просьба?

— Вы не поняли, товарищ генерал, мне нужен журнал, в смысле — весь, вместе с издательством. Можно «Собеседник», или на худой конец, какой-нибудь «Парус» из Минска. Очень качественная полиграфия у них, и тематика подходящая, и тираж под миллион. В самый раз для начала будет.

— И как ты себе это представляешь? Назначить тебя главным редактором? Двадцатилетнего пацана?

— За должностью не гонюсь, своих забот хватает. Посадим зиц-председателя, пусть занимается хозяйственными вопросами. Мне же редакционную политику и содержание доверим. Обязуюсь тираж до трех миллионов довести через год.

— Белорусское руководство на дыбы встанет. Популярный в масштабах Союза журнал так просто они не отдадут.

— Так я об этом и говорю. После неудавшегося переворота они и слова вякнуть не посмеют, тут мы и отожмем журнал, пользуясь удачным моментом!

— Тьфу. Кому война, а кому удачный момент отжать что-то с выгодой. Еще и выражения зоновские какие-то. Вякнуть, отжать. Срамота, да и только.

— Вот и прекрасно, что договорились. Берем «Парус», там коллектив провинциальный, более приятный. В «Собеседнике» гнилая интеллигенция московская, некогда их перевоспитывать.

Глава 3

Интерлюдия

Газета «Труд» 12 июня 1989 года

«Поглощение в ходе объединения»

1. Цели и задачи начального этапа.

1.1 Настроения в обществе.

Жители ГДР не имеют ярко выраженного стремления к объединению с ФРГ, их пожелания, в основном, сконцентрированы на построении «более хорошего, улучшенного социализма». Среди молодежи популярна тема о «свободе передвижения», но она локальная, не является важной и доминирующей. Изменение политического и экономического строя большая часть электората (избирателей) не поддерживает. Проведение референдума или иного общественного волеизъявления по теме объединения Германии не желательно. Господин Г. дал согласие на ускоренное присоединение, без проведения референдума.

1.2 Экономическое положение.

Ситуация в экономике ГДР будет дальше ухудшаться в ближайшие годы. Это связано с общим кризисом в странах социализма, прежде всего в СССР. Германская демократическая республика тесно связанная с Советским Союзом, большая часть промышленного экспорта поставляется в СССР и страны СЭВ.

Исходя из того, что экономика ФРГ более мощная и развитая, ни о каком равноправном объединении речь идти не может. Как старший партнер, Западная Германия, должна взять на себя полный контроль над процессом поглощения Восточных Территорий. ФРГ исторически более успешная страна в сравнении с ГДР, она доказала это на историческом опыте. Эта мысль должна быть доведена до каждого «осси» через средства массовой информации.

Господин Г. отказался от компенсации за вывод советских войск из ГДР. Предварительно сумма компенсации оценивалась в 200 миллиардов дойчмарок, но господин Г. попросил взамен о политическом содействии. Договоренность достигнута. Так же, безвозмездно передается все имущество группы советских войск на территории ГДР. Стоимость зданий и военного имущества около 20 млрд немецких марок.

1.3 Политическое и законодательное устройство.

Законодательство и государственное устройство Восточных Земель должно быть приведено в полное соответствие с законами ФРГ. Недопустимо существование элементов социалистического устройства после окончания переходного периода. Переходный период установить в 3–6 месяцев.

2. Цели и задачи второго этапа.

2.1 Для координации создать Управление по опеке над бывшими Восточными Территориями.

2.2 Управлению опеки подготовить план приватизации государственных предприятия бывшей ГДР.

2.3 Предварительная оценка на 1990-91 годы дает 2–2,5 миллиона безработных в результате падения объемов промышленного производства. Массовая трудовая миграция положительно скажется на экономике Западной Германии.

2.4 С государственной службы, МИД, МВД, армии должны быть уволены все бывшие члены СЕПГ.

2.5 Нехватка юристов, финасисторв, менеджеров государственного управления должна компенсироваться специалистами из Западной Германии. Преимущество при назначении на должность должно отдаваться жителям ФРГ, поскольку «осси» не обладают нужными знаниями и квалификацией.

2.6 Армия ГДР должна быть ликвидирована. Вооружения, как не соответствующие стандартам НАТО списаны и утилизированы, проданы в другие страны. Бундесвер заинтересован в сохранении в строю только истребителей МИГ-29 в течение десяти лет.

2.7 Реформа образования.

2.7.1 Необходимо провести обязательную переаттестацию всех учителей. Люди с социалистическими взглядами не должны быть допущены к учебному процессу. Для этого требуется создать в каждом регионе квалификационные комиссии для выявления идеологически неблагонадежных людей.

2.7.2 Ликвидировать в университетах исторические, юридические, философские и педагогические факультеты, поскольку они являются инструментами коммунистической пропаганды. Специалисты этих специальностей будут готовиться в университетах ФРГ.

2.7.3 Провести ревизию и замену учебников в школах. Отменить изучение русского языка в школах. Вменить изучение английского языка, как иностранного.

2.7.4 Ликвидация системы государственных «детских садов».

2.8 Принятие закона о реституции. Жители ГДР, незаконно изъявшие после 1945-го года собственность у настоящих владельцев, обязаны вернуть объекты недвижимости или возместить прежним хозяевам или их наследникам стоимость имущества. В случае отказа, имущество должно быть продано, а вырученные деньги выплачены законному владельцу.

3. Приватизация.

3.1 Социалистическая экономика в ГДР доказала свою неэффективность, поэтому она должна быть передана в частные руки. Жители Восточной Германии не обладают достаточными знаниями, чтобы управлять бизнесом в условиях капитализма. Так же «осси» не обладают сбережениями и денежными средствами для выкупа акций государственных предприятий. По плану 85 % предприятий ГДР должны перейти под управление и в собственность менеджеров из Западной Германии, 10 % предприятий может быть выкуплено иностранными инвесторами.

3.2 Единственной валютой на территории будущей Германии будет немецкая марка. Для жителей ГДР будет введен обменный курс 1:1, сумма ограничена 4000 марок.

3.3 Для предприятий и граждан суммы, свыше 4000 марок обмениваются по курсу 1:2. Это лишит промышленность половины оборотных средств, приведёт к кризису и снижению их стоимости для инвесторов из ФРГ.

4. Судьба Э. Хонеккера. Подлежит аресту и суду с вынесением пожизненного приговора. Господин Г. подтвердил, что СССР не предоставит убежище и выдаст Э. Хонеккера немецким властям.

Статья создана при помощи информационного алгоритмизатора на базе ЭВМ «ВКОНТАКТЕ-1500». Использованы данные из зарубежных СМИ.

Автор и компилятор К. Ученый

Примечание:

«Осси» — жители ГДР

Господин Г. - с вероятностью 99 % имеется в виду Горбачев М.С.

Конец интерлюдии


— Больше похоже на сценарий для фильма ужасов. Не сгустил ли ты краски, баснописец реутовский?

— Ни капельки! Наоборот немного приукрасил, иначе совсем фантастически смотрелось бы.

— Я назвал бы это не объединением, а варварской колонизацией с разграблением.

— Так точно, товарищ генерал. Классическая оккупация и мародерка в чистом виде. Только под прикрытием слов о братстве и объединении.

— Ты утверждал раньше, что ГДР мы не сможем спасти, намекал, что Гельмут Коль готов щедро заплатить за отказ от неё. Как я понимаю, речь о тех самых двухстах миллиардов марок? Хорошая сумма, не помешала бы нам сейчас.

— Не в деньгах счастье. Не дадут они сейчас столько, ситуация кардинально изменилась в их пользу. Начнут торговаться, время будут тянуть, а у нас его нет вообще, счет на месяцы идет.

— Почему Германия, а не Польша, например? География намекает, что спасти социализм у поляков намного проще будет. ГДР через пару лет окажется в полном окружении, если твои прогнозы верны.

— Поляки нам даром не нужны. Одни проблемы с ними, и никакой пользы, в любой момент предадут. Зато советская Германия в центре Европы — для них, как кость в горле будет. И пшеки не так возбухать будут, зажатые с двух сторон своими историческими противниками.

— Не перегибаешь палку?

— Да ладно, вам, политесы разводить. Исконные наши враги поляки и всегда ими были. Ни с кем столько не воевали, как с ними. Даже с турками меньше. Надо бы вам озаботиться качественный перевод на немецкий язык сразу сделать и товарищу Хоннекеру передать. Пусть во всех газетах опубликует на телевидение.

— Еще один орден хочешь? Теперь немецкий?

— Нафиг он мне сдался? Опять отберете и в сейф запрете. Пусть лучше товарищ Хонеккер два десятка компьютеров «Роботрон» советским детям подарит. Адрес обездоленных деток подскажу.

Глава 4

— Психушка по тебе плачет. Если бы не знал тебя, подумал, что с катушек съехал окончательно.

— Что вам мешает сделать такой вывод, товарищ генерал?

— Как ни странно, практически все твои дурацкие идеи, в конце концов, сработали, и результаты именно те, которые обещались. Поэтому, несмотря на всю абсурдность и нелепость твоих планов, приходится их воспринимать всерьез.

— Николай Сергеевич, увидите, эта операция войдет во все учебники спецслужб.

— Твоими устами, да мёд хлебать. Прямо из улья. Обязательно войдет в историю. Как грандиозный успех, или как глупейший провал.

Понять генерала можно, такое количество нестандартных идей и неадекватных пиар-методов в одной операции, наверное, еще никто не применял за всю современную историю спецслужб. Не нашлось сумасшедших рискнуть. Ведь, среди них до сих пор не было ни одного специалиста по рекламе и выборам из двадцать первого века. Конечно, мои познания в этой сфере вызвали бы смех у гуру маркетинга лет всего лет через двадцать-тридцать, и вряд ли заслужили бы высокую оценку, но сейчас конкурентов у меня практически нет, либо они еще только учатся в университетах.

Любой губернатор, точнее его, консультанты по связям с общественностью знают, как создать картинку для внешнего потребления, подразумевая под этим начальство в Москве, при этом она будет иметь мало общего с реальной жизнью в области или республике. Поэтому идея устроить виртуальный переворот исключительно для Запада показалась мне банальной и очевидной. И вправду, зачем напрасно нервировать советский народ? Так и до грешных мыслей о слабости и неустойчивости кремлевской власти не далеко! Хватит нам одного путча, второй будет явным перебором.

К сожалению, идея не встретила понимания и поддержки у руководства страны, товарищи из ВКЧП просто не поняли, как это можно сделать и в чем выгода. Пришлось писать очередную пояснительную записку, подробно разжевывая все по пунктам, но помогло мало. Всё, то же самое потребовали объяснить человеческими словами и показать на пальцах. Для этого генерал Леонтьев забрал меня к себе на дачу и принялся потрошить с необыкновенным усердием.

— У нас будут две информационные картины. Одна для внутреннего потребления, вторая для внешнего зрителя. Практически ни в чем не совпадающие. Настоящий военный мятеж нам не нужен. Всегда есть микроскопический шанс, что переворот окажется успешным. С этим, надеюсь, никто спорить не будет?

— Нельзя арестовать всех заговорщиков. До сих пор не все имена известны. Предъявить им сейчас по факту нечего.

— Обвинениями и доказательствами займетесь после победы. Это технические моменты, не стоит на них отвлекаться. Накануне путча пакуете всех, кого сможете. Остальные пусть выступают, масштаб не тот будет, да и совсем без восставшей массовки наша виртуальная картинка не слишком убедительной выйдет. Пусть на окраинах побузят немного — нам же руки развяжут. Опять же, счет к оплате будет повод выставить. Нам в бюджете деньги самим нужны, а националистов кормить — «дурных немае».

— Тьфу, коммерсантская твоя душа. Даже в такой момент о деньгах думает.

— Деньги всегда считать надо. Особенно на войне. Хотя бы для того, чтобы победа не оказалась пирровой. Иногда победоносная виктория дороже обходится, чем поражение. Не отделятся армяне и грузины — что тогда делать? Миллиард долларов в год каждому — лучше уж мне отдайте, я их с пользой для страны потрачу.

Разговор об отделении Армении и Грузии генерал не поддержал, вернув обратно к главной теме обсуждения. Решение по Закавказским республикам высокое начальство так и не приняло, оставив его на волю судьбы, пустив ход истории, по старой русской традиции, на самотек.

План мой оказался не таким и сложным, как можно было ожидать, скорее — оригинальным.

По пунктам:

1. Настоящий путч давим в зародыше, насколько это возможно. Вместо него виртуальный захват власти в Москве проводят фальшивые заговорщики. На роль «диктаторов» мной были предложены кандидатуры полковника ВДВ Грачева и бывшего военного летчика генерала Грамова, вызволенного недавно из афганского плена. Обе фигуры были близки к Ельцину, один числился министром обороны, второй вице-президентом в моей реальности успел побывать. Все кандидаты — на редкость, бездарные организаторы, так что шансов на успех у мятежников нет никаких, даже если не учитывать, что действовать они будут виртуально под полным контролем КГБ СССР.

2. Путчисты «захватывают» здание ТАСС и объявляют всему миру о победе демократов в стране. Иностранным Информационным агентствам и журналистам скармливают фальшивые фотографии и видеозаписи танков и БТР на улицах советских городов. С транспарантами «Долой ВКЧП!», «Перестройке быть», «Свободу Горбачеву!» И так далее.

3. Отдельным пуктом, за который я бился, аки лев против библейского Голиафа, было обращение к братьям по социализму и дружественным развивающимся странам с предложением признать новую власть в СССР в обмен на списание всех долгов. Почти час спорили — пока двум «кремлевским старцам» не надоело мое упрямство, и они не махнули рукой.

4. Предложение пустить в эфир фальшивую трансляцию «Голоса Америки» и «Радио Свобода» приняли условно, пока выясняют возможно ли это технически сделать.

5. Тотальная цензура всех центральных газет и телеканалов, вплоть до физического блокирования редакций и творческих коллективов. Все новостные материалы только нашего производства, заранее подготовленные и согласованные.

6. Все ключевые объекты инфраструктуры в Москве и Ленинграде взять под охрану бойцами дивизии имени Дзержинского и внутренними войсками. По неофициальной версии, для предотвращения паники из-за выброса на АЭС. Иностранцы, все равно, не смогут понять на чьей стороне внутренние войска, а мы им сольем дезу, что это восставшие войска — поди проверь.

Было еще несколько предложений, но именно шестой пункт вызвал больше всего споров и возмущенных воплей. Здесь еще слишком свежа в памяти Чернобыльская катастрофа, и вопросы связанные с радиацией воспринимаются болезнено.

— Категорически настаиваю именно на этой теме. Нужна бурная истерика, и только слухи о новой аварии на атомной станции способны её вызвать в короткие сроки. Пока народ будет заклеивать окна, искать противогазы и сушить сухари — путч закончится. Спокойно и незаметно для большинства жителей страны.

— Слишком цинично. Нельзя спекулировать на такой страшной теме.

— На какой такой? В Хиросиме и Нагасаки продолжительность жизни 87 лет. В Советском Союзе искусственно раздували истерию вокруг этой аварии, в том числе для развала страны. Атомная индустрия — краса и гордость СССР, в этой сфере Союз безусловный мировой лидер. Поэтому и устроили пляску на костях, раздули и преувеличили в сотни раз реальный вред от катастрофы. В моем времени авария на Фукусиме была в разы страшнее и опаснее, весь Тихий океан заср… загадили, но не было там ничего подобного в СМИ. Ибо «рукопожатые» АЭС, их сильно критиковать не выгодно и не интересно.

— Нельзя найти другую тему?

— Можно и нужно. Чем больше «негодных целей» для отвлечения внимания населения — тем лучше. Но атомная истерика лучше всего ложится в канву сюжета. Слухи нужно запустить за несколько дней до путча, так чтобы главный вброс совпал по времени.

— «Негодные» цели для отвлечения внимания еще будут? Забавное название.

— Название нормальное, удачно отражает суть манипуляции. Можно изменить программу телепередач. Только не надо «Лебединое озеро». Лучше сделать наоборот: целый день на ТВ показывать художественные фильмы, мультики, или музыкальные программы. Чтобы народ дома сидел и в ящик смотрел.

— Это все или еще что-то будет? — тоном официанта, принимающего заказ у неплатежеспособного клиента, поинтересовался генерал.

— Конечно. Главная новость этих дней — находка невероятно ценного клада во дворце Трубецких-Нарышкиных. Более сорока мешков серебряной и золотой посуды и драгоценностей.

— Кх. гм, — закашлялся от неожиданности генерал. — Сколько?! Сорок мешков?

— Если экскурсоводы не соврали. Крупнейший клад, найденный в России за последние полвека. Стоимостью в десятки миллионов евро.

— Это точная информация?

— Абсолютно. Лично наблюдал и комнату, и часть выставленной коллекции во время посещения особняка Трубецких. Сенсация случилась знатная, место стало туристической достопримечательностью после находки клада. Найти не сложно, схему дома нарисую и место укажу, только жильцов надо предварительно выселить, коммуналка сейчас вроде бы. Или Дзержинский райком партии, если не съехал еще — точно не уверен.

— С тобой, Морозов, не соскучишься.

— Скажите, товарищ генерал, по советским законам человеку, нашедшему клад полагается вознаграждение?

— Ага, проснулась мелкобуржуазная сущность! Денег захотел? — развеселился Леонтьев.

— Зачем обычному советскому студенту лишние деньги? Куда их девать прикажете, чтобы из образа не выйти и внимание не привлечь? Мне нужна телепередача на первом канале ТВ. Желательно сразу после программы «Время». Концепцию я уже расписал, нужна протекция с самого верха. Двадцать минут эфира.

Генерал вздохнул, укоризненно посмотрел на меня, и обреченно поставил плюсик против шестого пункта. План приняли.

Глава 5

Начало июня выдалось богатым на события.

В Иране умер аятолла Хомейни. Ровно в назначенный судьбой срок, предсказания никак не повлияли и не изменили этот печальный факт.

Китайские власти жестко и эффективно разогнали многомесячный митинг на площади Тяньаньмэнь, на этот раз обойдясь без жертв, или если быть совсем точным, не допустив появления мифа о тысячах невинно убиенных. Судя по всему, в этой реальности «события на площади Тяньаньмэ́нь» не попадут в учебники истории и энциклопедии.

Еще в начале июня в Реутове похоронили вдову академика Челомея. Проститься с супругой легендарного конструктора, основателя ОКБ-52, позже превратившегося в НПО «Машиностроения», пришел весь город, кроме тех, кто на вахте. Бескрайнее человеческое море из тысяч человек. Милиции пришлось организовать оцепление и перекрыть прилегающие улицы, иначе случилась бы настоящая давка. Во всех цехах объединения остановили работу, чтобы почтить память выдающегося человека и его супруги минутой молчания, затем трижды прозвучал пронзительный и тревожный заводской гудок.

Даже меня, прожженного циника, закаленного десятилетиями постсоветской жизни пробрало до глубины души. Представить такое в России будущего я бы не смог, при всей свой богатой фантазии. Другие кумиры, другие судьбы, да и люди другие стали.

Не все события первой половины июня были печальными. Не случилась катастрофа в Аше, где в моей исторической реальности два встречных пассажирских поезда сгорели во время взрыва газопровода. Больше тысячи спасенных жизней — это просто здорово. Забываю, только, поинтересоваться у генерала Леонтьева, в чем же была причина истинная катастрофы? Случайность или готовился теракт?

Удалось запустить все три квеста. Успех вышел невероятный, к концу первой недели работы аттракционов желающие записывались уже на конец июня. Воодушевленное начальство стало намекать, что неплохо было бы расширить ассортимент квестов, но из-за катастрофической нехватки времени у главного режиссёра и сценариста, идея поддержки не получила.

Приятная новость обнаружилась на страницах газеты «Советский спорт»: нижневолжское «Динамо» стало чемпионом СССР по гандболу. В моей реальности такого не было, в прошлый раз земляки скромно ограничились серебром. Подозреваю, что эта неожиданная победа исключительно моя заслуга. Товарища Юдина еще в мае пригласили тренировать дублеров, а вместе с ним в дубль попали четверо учеников нашей школы. В том числе брат мой, Мишка. За основной состав новички не успели сыграть, к сожалению, попали на самый конец чемпионата, но пользу принесли ощутимую. На их примере Юдин демонстрировал новые тактические приемы и схемы, и, судя по результату, их успешно применили.

Мелочь, как говорится, а приятно.

Подробности успешной карьеры брата поведал батя по телефону. По его словам, Миха уже осенью гарантировано будет играть за основной состав. Но звонил я не сколько из-за интереса к спортивной судьбе брательника, а совсем по другому поводу.

— Батя, как ты смотришь на то, чтобы получить Ленинскую премию?

После секундной паузы невидимый абонент на другом конце провода весело поинтересовался:

— Чего так скромно? Звезду Героя социалистического труда нельзя сразу?

— Нет, звание героя соцтруда я уже Петру Васильевичу обещал. Не дадут на одну семью сразу две. Но, если не ошибаюсь вместе с премией орден Ленина подагается. Устроит?

— Кх-гм… Эээ… Насчет Петра — серьезно?

— Такими вещами разве шутят? Как у него там дела, кстати? Строительство начали?

— Заезжал на прошлой неделе, весь в делах, спит по три часа в сутки, планов громадье, жалуется, завал по всем фронтам. Настроение оптимистичное.

— Привет передавай. В конце месяца наведаюсь, посмотрю, как у него дела.

— Дык, туда два часа ехать, обратно столько же — считай, день ушел. Ты на сколько прибудешь? На неделю?

— На пару дней максимум. Больше не получится. Но к дядьке в передовой колхоз «Красные баррикады» ехать надо обязательно, вы не обижайтесь только, что дома так мало побуду. Может в августе отпуск выпрошу перед учебой.

По официальной версии для родителей я числюсь абитуриентом, готовлюсь к поступлению, одновременно подрабатываю в доме культуры.

— Как насчет премии и ордена? Передумал уже? Маме можно обещать новый мебельный гарнитур или подождать?

— Бать, я серьезно. Вопрос по твоему профилю. Ты месторождение в Майске хорошо знаешь?

— Гм. Неожиданно. Решил пойти по папиным стопам? В последнее время ты меня удивляешь, с каждым разом все больше.

— Батя, межгород капает. Давай, ближе к делу. Ты должен знать о нём.

— Знаю, конечно. Не так, чтобы хорошо, но в общих чертах. Чего надо-то? Если нужны точные данные, то в геологоразведке уточню, мы буровики больше, в голове лишнее не держим. Майск — это в Туркмении, недалеко от Каспия. Открыли в семидесятом. Добычу начали лет десять назад. Большое месторождение. Что-то ещё?

— Спасибо, это я и так знаю. Навскидку, вспомни главные отличия от нашего Аксарайска?

— Гм. Содержание серы и глубина залегания отличаются. А так похожи, одна геологическая структура. Прикаспийская. Наш комбинат, по сути, серу производит, немного дизтоплива и бензин, газ — попутный второстепенный продукт. В Майске добыча и транспортировка газа идет, как основной процесс.

— Спасибо, буду знать, — на самом деле мне это и так известно еще из прошлой жизни, но лишний раз шокировать родителя не хочется. — Сера нас пока не интересует. Ключевое отличие — у нас подсолевое газоносное месторождение, а в Майске — надсолевое. Поэтому у них глубина буровых скважин — два километра, у нас — от трех и глубже. Так?

На другом конце междугороднего провода повисло молчание. Батю понять можно, на комбинате не всякий инженер, если он не с «Бургеологии» или с «промыслов» знает о структуре месторождения, а здесь родной отпрыск, еще год назад отчисленный из рыбного института за неуспеваемость, оперирует такими понятиями, причем осознанно.

Следует пояснить, откуда эти самые познания у меня взялись. Понятное дело, от родителя, от кого же ещё? Только не сейчас, а в будущем.

Когда в начале двухтысячных было открыто гигантское газовое месторождение Галканыш, то именно наши буровики и специалисты с Аксарайска вели там геологоразведку и разведочное бурение. Батя к тому времени как раз перешел на должность зама в «НижневолжскБурГеологию», поэтому непосредственно причастен к этому процессу. Правда, к тому времени ему уже было под шестьдесят, поэтому в Туркмению он не поехал, мать не пустила. Условия в туркменских степях даже для молодых и здоровых людей достаточно экстремальные, а для предпенсионного возраста — категорически неподходящие. Хотя платили там здорово — порядка двух тысяч долларов, что для того времени было запредельно много.

Батя, хоть, и не поехал в Минару (незалежные туркмены к тому времени уже переименовали город Майск), естественно был в курсе всех подробностей, и даже пытался Мишку сагитировать «махнуть на заработки».

Уникальность месторождения Галканыш в Майске в том, что его открывали дважды. Один раз в советское время, второй раз в 2008 году. Дело в том, что оно — двойное! Верхний слой, с достаточно крупными запасами газа, разведали и начали добычу еще во времена Брежнева. Но самое вкусное оказалось на глубине от трех километров, под соленосным слоем. Огромное, можно даже сказать, гигантское месторождение газа, более, чем на двести миллиардов кубов.

Почему сразу не догадались пробурить глубже? Сейчас трудно сказать. Наверное, обрадовались, тому, что уже нашли. Да и добывать с двух километров в разы проще и обычно дешевле. Но Галканыш уникален еще и тем, что газоносный слой здесь невероятно «толстый» — более километра, поэтому добыча оказалась очень выгодной.

В качестве приятного бонуса: сразу после этого там же нашли нефть. Не самые большие запасы в стране, примерно триста миллионов тонн, но зато какой! Это оказалась чистейшая нефть высочайшего качества, лучшая на всей территории бывшего СССР, практически без примесей.

Так что когда я намекал на Ленинскую премию, то нисколько не преувеличивал. За такое месторождение всем причастным наград хватит. Наши, по сути, его и открыли, только через двадцать лет в будущем. И теперь месторождение достанется всему Советскому Союзу, а не очередному Туркменбаши на прокорм. Только и всего. Справедливо со всех сторон зрения. И вообще, нефиг было Майск переименовывать в Манару какую-то. Город с самого основания так назывался. Может, я тоже был бы не против, чтобы его в Морозовск переиначили, но скромность не позволяет.

Отцу пришлось поведать байку, что я познакомился в Бауманке с командой разработчиков, которые создали чудесную программу для ЭВМ. И эта программа обсчитала и предсказала, что в Туркмении под Майским месторождением находится еще одно, в разы крпупнее, гигантское газовое Эльдорадо на сотни миллиардов кубов. Разделяет их лишь соленосный пласт, а на глубине от трех до четырех кэмэ находится «жирный» газоносный слой фантастической продуктивности.

— Ты хочешь сказать, что Майское месторождения — точная копия нашего, только в разы крупнее? — наконец батя сформулировал мысль вместо меня. Кристально четко и ясно. В точности, как в моем будущем, только на несколько десятилетий раньше.

— Именно! У нас верхний слой надсолевой бедный, поэтому стали бурить глубже, а там сразу наткнули на богатые газоносные слои, обрадовались и решили глубже не лезть, посчитали, что выйдет дороже и тяжелее. На самом деле, там богатейшие залежи.

— Неужели может быть всё так просто? Почему никто не дошел до такой очевидной мысли раньше?

— Никому не нужно было. Нынешних запасов на тридцать лет хватит. Когда они истощатся начнут, тогда и полезут на глубину. ЭВМ — бездушная машина, ей без разницы экономические расчеты, задачу дали, она посчитала. С вероятностью близкой к ста процентам выдает новое гигантское месторождение непосредственно под старым на глубине от трех до четырех километров.

Труднее всего оказалось убедить отца в том, что именно Нижневолжская геологоразведка будет заниматься этим проектом. Пообещал приехать и рассказать лично, по межгороду такие вопросы обсуждать неудобно и опасно. Хоть и разговаривал я с телефона в квартире товарища Петрова, но не по защищенному каналу, а по обычной междугородней связи, так что компетентные органы при желании вполне могут прослушать. При этом не факт, что это будут дружественные компетентные органы.

* * *

Среди череды побед и достижений закралось досадное поражение на личном фронте, и что самое обидное — из-за глупой случайности, которую никак нельзя было предугадать.

Вторая попытка охмурения Ирины Викторовны, нашей знойной красавицы-балетмейстерши, закончилась грандиозным конфузом.

По моему плану, как обычно гениальному и безупречному, директор клуба должен был поручить Ирине подготовку вечера советско-испанской дружбы. Поводом для этого события стала героическая оборона республиканцами острова Тенерифе в июне 1939 года. Событие это выдуманное, поскольку гражданская война в Испании к тому моменту уже успела закончиться, а праздновать полувековой юбилей с опозданием в несколько месяцев нелогично. Да и войну ту республиканцы проиграли, поэтому пришлось выдумать новую героическую дату, в надежде, что при отсутствии Интернета разобраться было оно или нет в реальности, почти невозможно, если ты не профессиональный историк, конечно.

Действительно, поначалу все шло идеально. По рекомендации Иосифа Давыдовича знойная брюнетка обратилась ко мне, как специалисту по испанским танцам.

Поначалу скептически отнеслась, но после первых минут занятий, удивленно обнаружила, что кабальеро и впрямь умеет двигать поршнями в такт музыке. И если с голосом и музыкальным слухом у меня — классическая дружба с медведем-топтуном, то занятия танцами мне нравились и удавались. Чувство ритма при таком музыкальном слухе почему-то сохранилось в норме, координация и физические кондиции превосходные, испанские учителя были прекрасны, да и занимался с большим удовольствием. К тому же, деньги уплачены были немалые, в валюте, а я, как истинный прирожденный торгаш, привык всегда выжимать из оплаченного максимум. Поэтому тренировался до седьмого пота, да и перед Машкой не хотелось ударить в грязь лицом. Машка — это жена моя бывшая, если кто забыл.

В первый день показалось, что я произвел неотразимое впечатление, и мадам уже готова пасть в мои объятия. Пусть даже без гитариста, всего лишь под магнитофонную запись, но я показал, все, на что способен. Резкие повороты корпуса, сильные всплески рук, подобные мечам тореадора, подтянутая спина, гордо выпяченная богатырская грудь, агрессивная постановка тела — все как учили, за мои кровные евро, между прочим. Настоящий «байлаор» — танцор, по испански.

Конечно, истинное фламенко без «токе» — музыкального сопровождения, без «канте» — живого пения — это профанация в чистом виде. Но как «байле» — танец очень неплохо получился, по крайней мере, мне так показалось.

На второй день занятий я решил «усугубить», как любил выражаться бывший генсек Горбачев. В ход пошло «сапатеадо» — отбивание ритма каблуками, «питос» — прищелкивание пальцами (между прочим, месяц учился) и даже «пальмас» изобразил — это ритмичные хлопки ладонями, только в удвоенном ритме от основного.

Затем пришла очередь для пасадобль. Это очень страстный танец, стилистически похожий на схватку быка и тореадора. Очень волнующий, горячий и чрезвычайно возбуждающий. После такого — без вариантов любая дама — ваша на веки! Или на вечер, при желании.

Однако, что-то пошло не так. Конечно, Ирина была хороша, восхитительна и танцевала просто бесподобно, но почему-то вместо сексуального влечения накатила тоска. Под жарким небом Андалусии точно также когда-то мы танцевали с Машкой.

Партнерша почувствовала изменение настроения и остановилась. Желание продолжать пропало окончательно.

— Зачем тебе нужно это?

— Ты о чем?

— О цирке, который устроил.

— Не понимаю. Объясни пожалуйста.

— Все прекрасно понял. Иосиф Давыдович тебя сдал с потрохами. После того, как прижала его к стенке. Сказки про юбилей обороны острова Тенерифе рассказывай деревенским дурочкам. Моя бабушка родилась в стране басков, прадед воевал на стороне республиканцев, затем их вывезли в СССР. Неужели ты думал, что я не знаю когда закончилась гражданская война в Испании?

Вообще-то именно так я и думал. Шанс, что Ирина окажется внучкой эвакуированных из Испании революционеров: один на миллион. Хотя, мысленно нечто «испанское» в ней определил сразу, подсознание на удивление точно сработало, в отличие от мозга, занятого слюноотделением при виде жгучей брюнетки.

С ужасом понял еще одну вещь: танцевала Ирина прекрасно. Если в первый день она искусно скрывала свой талант, то сегодня асфальтовым катком проехала по моему честолюбию и зазнайству. Занятый самолюбованием, я не понял сразу, что именно происходит, и только потом осознал, как ловко меня развели и посадили в лужу.

— Все плохо?

— На удивление, не так ужасно, как могло быть. У тебя определенно проблемы с музыкальным слухом. Твой танец больше похож на хорошее, качественное, но спортивное выступление. Фламенко — это танец души, а не тела. Хотя некоторые моменты удивительны. Поразительно, где ты им мог выучиться.

— Жалко. Хотел произвести на тебя впечатление.

— Не стыдно?

— Нисколечки. Ты мне очень нравишься, почему я не могу поухаживать за красивой незамужней девушкой.

— Пфф. Еще один малолетний ловелас. Найди себе ровесницу, не устраивай дешевый водевиль, я на четыре года старше, у меня есть жених, которого люблю. Так понятнее? Та, девушка из МВТУ, сипатичная, молодая, к тебе не ровно дышит. Полина, кажется. Чем тебя не устраивает?

— Ха. Все-то ты знаешь и замечаешь. Даже имена моих поклонниц! Значит, не равнодушна ко мне, интересуешься? Про жениха наверняка выдумка, никто его в глаза не видал!

— Невероятное самомнение, — рассмеялась испанская красавица. — Полина в нашей столовой постоянно обедает. Её давно все тут знают, она же сутками в нашем клубе, как прописалась. Недавно подсела ко мне за столик, про тебя расспрашивала. Так что, успокойся, не в моем вкусе ты. Слишком наглый, самовлюбленный и невоспитанный.

— Не поверишь, именно с таких слов обычно начинается большое и сильное взаимное чувство! Можно тебя проводить сегодня вечером до дома?

Глава 6

Статья о будущем объединении Германии произвела эффект сравнимый с попаданием фугасной бомбы в городскую очистительную станцию. В том смысле, что поражающее действие оказалось на два порядка круче, чем при обычном бомбометании.

Через два дня после появления статьи в газете «Труд» её одновременно перепечатали сотни немецких газет во всех городах Германской Демократической республики, естественно, уже в переводе на шпрахен-дойч. Еще через сутки цунами проникло на территорию ФРГ, где последствия оказались еще круче.

Есть нечто мистическое в таком невероятном эффекте от одной единственной статьи. Хотя, у меня есть вполне рациональное и логически непротиворечивое объяснение этому.

Дело в том, что никому и никогда не удавалось точно и безошибочно предсказать будущее. Великие ученые, самые известные фантасты и футуристы — абсолютно все ошибалась и давали прогнозы, которые не сбылись и на сотую долю процента.

Лишь редким гениям удавалось удачно предсказать отдельные моменты социального уклада или описать в общих чертах какие-нибудь изобретения. Все остальные предсказатели ошибались в 99,999 % случаев. Жюль Верн описал подводную лодку (в то время уже их строили в реальности вообще-то), Лёня да Винчи нарисовал неработающую схему вертолета, Азимов, рассуждая о роботах в будущем, пару раз случайно попал рядом. И это лучшие из лучших, но даже у них точность предсказаний не превысила 0,001 % если оценивать всю картину будущего, удачно описаны лишь отдельные изобретения, вырванные из контекста истории, вообще без привязки по времени, плюс минус столетие или даже тысячелетие. Чистая абстракция где-то в невероятно далеком будущем.

Именно поэтому, реально и подробно расписанное в деталях, предсказание имеет такое фантастическое воздействие. Все фрагменты достоверны и непротиворечивы, дополняют друг друга, идеально укладываются в общую картину. Зритель это сразу чувствует, поскольку ни один гениальный или талантливый автор не способен придумать или описать мир, лучше, чем сама реальность. Тем более, предсказать будущее в таких деталях. Ключевая проблема всегда кроется именно в них: чем больше мелких, но важных деталей, чем они точнее и подробнее, тем легче проколоться.

Чтобы убедится в этом, возьмите любое предсказание известного фантаста и футуриста за последние полвека, прочитайте и улыбнитесь — насколько оно наивное и нелепое с точки зрения человека, живущего в этом будущем, практически всё написанное «мимо кассы». При том, что основные вехи будущего уже имелись: авиация, космонавтика, ЭВМ, атом и так далее. Хотя, это никак не отменяет их заслуг, как ученых и просветителей в своем времени.

Второе обстоятельство, которое усилило эффект, это события в Румынии, связь с которыми журналисты и комментаторы обнаружили сразу. Жесточайшая чистка, проведенная Чаушеску не осталась без внимания. Все же, неординарное событие, в масштабах Румынии крупнейшие массовые репрессии за всю историю социализма. Как эти события связаны с похожей статьей в газете «Труд» комментаторы могли только гадать, но то, что одно предшествовало другому — это очевидно. Поэтому параллели провели сразу — слишком уж они бросались в глаза.

Стоит отметить профессионализм немецких спецслужб и пропагандистов: информационное цунами спланировали и провели блестяще. Принимая во внимание, насколько мало было время для подготовки — сработали выше всяких похвал. В Румынии, кстати, ничего подобного не было — Чаушеску лично руководил зачисткой, воздействуя на общественное мнение по минимуму. Так что немецким пропагандистам — респект, и в данном случае, это не ругательство, а уважаемая и нужная профессия, очень важная для безопасности страны.

Успех был бы в любом случае, но волна, запущенная на Западную Германию, вернулась обратно, усиленная в разы. Для правящей элиты ФРГ это стало настоящей катастрофой. Политический кризис разразился с такой силой, что правительство христианских демократов повисло над пропастью, а Гельмут Коль чуть не лишился поста канцлера. И хотя на должности он усидел, о следующем сроке и переизбрании он теперь даже мечтать не сможет, рейтинг рухнул ниже федерального немецкого плинтуса.

В моей реальности он еще дважды успел переизбраться, досидев почти до следующего тысячелетия, здесь же его карьера теперь похоронена намертво. Если там он был «объединителем Германий», то теперь у него клеймо человека, который похоронил это объединение.

Журналисты быстро раскопали, что план варварского разграбления ГДР после аннексии принадлежит именно ему. Некоторые идеи, он уже успел озвучить. Например, пункт об обмене марок по курсу 1 к 1 — именно Коль его проталкивал публично, естественно умолчав о лимите для предприятий и граждан в ходе приватизации (равно захвату).

Сам же, Гельмут Коль, пребывал в шоковом состоянии, и не смог организовать эффективную информационную оборону. Его понять можно, утечка такого масштаба ставила крест на нем, как на лидере партии и канцлере. Еще больше его волновало, что он никак не мог понять, как в статье оказались детали, которые он ни с кем публично не обсуждал, которые только планировал озвучить. С ужасом канцлер вынужден был признаться своим соратникам, что либо советские спецслужбы действительно просчитали его планы при помощи ЭВМ, либо крот сидит в его ближайшем окружении. И неизвестно, что хуже.

Столь циничная и наглая программа «Аннексии ГДР», название уже прижилось и поменять его теперь не представлялось возможным, такая программа вызвала возмущение даже у западных немцев, что тогда говорить о жителях Восточных земель. Идея объединения за считанные дни потеряла две трети сторонников среди «осси», а перспектива аншлюса растворилась где-то в отдаленном будущем.

Даже союзники по НАТО возмутились такому откровенному цинизму, хотя, не слишком искренне, лишь англичане долго и злорадно высмеивали своих извечных конкурентов, которые так неосмотрительно подставились. Канцлер же упорно отмалчивался, опасаясь нарваться на новую порцию компромата, подозревая всех и вся в работе на коммунистов. Западногерманские газеты сообщили о масштабных увольнениях и чистках в ХДС/ХСС и в высших эшелонах государственной власти.

Кризис в масштабах превзошел даже историю 1974 года когда предыдущий канцлер Вилли Брандт лишился своего поста, после того как выяснилось, что его личный референт был кадровым разведчиком из ГДР.

Даже если каким-то чудом Коль усидит на своем месте, то в ближайшие два года ему точно будет не до объединения, а там и нового канцлера выберут, которому придется входить в курс дела и принимать дела еще год-полтора.

Лишь несколько человек во всем мире знали о главной причине шока и растерянности немецкого канцлера. В первый день, когда появилась статья в немецких газетах, по каналам спецслужб он получил личное послание от лидера соседней страны Эрика Хонеккера. Само письмо было предельно коротким и лаконичным, и в нем сообщалось, что компьютер посчитал и выдал вероятность редкого генетического заболевания у гражданки ФРГ Ха́ннелоре Коль в 99 %. Заболевание передается по наследству и вызывает смертельно опасную аллергию на дневной свет. Провоцируется использованием антибиотиков, в частности пенницилина.

История вполне реальная, широко известная в узких кругах форумных конспирологов. Все же, аллергия на свет, именуемая так же «болезнью вампиров» чрезвычайно редкое заболевание, а чтобы первая леди страны болела — это единственный случай в истории, если не считать мифической Трансильвании и графа Дракулы.

Не то чтобы фигура Ха́ннелоре Коль вызывала хоть малейшую стмпатию, скорее наоборот, дама была лютой русофобкой и антисоветчицей, по официальной версии биографов, её изнасиловали солдаты в советской зоне оккупации и выбросили в окно, после чего она всю жизнь мучилась болями в спине. Своего сына назвала в честь брата, погибшего на Восточном фронте. Поэтому ненавидела СССР искренне и на протяжении всей своей жизни, до самого последнего дня самоубийства. К тому же, на склоне лет супруга вместе с канцлером была замазана в жирных коррупционных скандалах, но все же, таких мучений она наверное не заслуживает. Так что, если Гельмут Коль убережет свою супругу от такой участи — то и славно.

* * *

Семнадцатого июня ко мне в гости наведался нежданный гость. Капитан первого ранга, товарищ Громов заявился. Похудевший, уставший, но с горящим взором, полный оптимизма и боевого задора. Привез мешок подарков: лениноранские гранаты и лимоны, три пачки одноименного чая, знаменитые конфеты «Чинар», пахлаву в коробке и коньяк «КВ». Задерживаться не стал, заскочил всего лишь на четверть часа, прямо в ДК ко мне на работу, даже машину отпускать не стал. Насколько я мог рассмотреть из окна, за рулем сидел капитан Петров, значит визит согласован с генералом, отсюда напрашивался очевидный вывод, что Громова вызвали в Москву в связи с грядущим контр-переворотом.

— Прилетел назначение новое получать. Предлагают Закавказский особый округ возглавить, — косвенно подтвердил мои догадки капитан первого ранга.

Времени поговорить не было вообще, как и подарки передать землякам в часть. Еще в начале мая отправил своим братанам-сослуживцам посылку с волжской воблой и конфетами, затем почтовый перевод пятьдесят рублей на имя Жеки Огнева отослал. Письмо же, так и не успел написать.

О делах в отряде расспрашивать не стал, хотя очень хотелось, сразу перешел к делу, раз такая оказия удобная вышла.

— Не буду ходить вокруг да около. Нужна ваша помощь. Передайте товарищу Алиеву, что если он хочет удержать Карабах, то должен поддержать выход Армении из состава СССР.

— Ничего себе, заявочки. То, что это твоя идея-фикс, отрезать кавказские республики, хорошо помню. Но для этого есть высшее руководство — такие вопросы только они решают.

— Знаю. Говорил с ними. Товарищ Лигачев и Крючков пока думают, никак не решатся. Тем более, что я не насовсем предлагаю их отделять, на пару лет, или даже меньше. Только для деиндустриализации и понижения статуса республик, желательно до уровня автономий.

— Причем здесь Карабах?

— Все очевидно. Если Армянская ССР объявит о независимости, а Азербайджан останется в составе СССР, то Карабах автоматически останется в составе Союза в подчинении Баку. Объясните товарищам из ВКЧП, что националисты в Армении и Грузии все равно возьмут власть, руководство республик не дееспособно, если же мы военным путем задавим мятеж, то получим ненависть и саботаж на долгие десятилетия. Оно нам надо?

— Морозов, я уже успел забыть, какой ты неприятный тип. Никогда доброго слова не скажешь. Умеешь испортить настроение.

— Не я такой — жизнь такая! У товарища Алиева, да и у вашей конторы, наверняка есть агенты влияния в сопредельных республиках, пусть бросят все силы на раскрутку тезиса: «Россия нам не доплачивает за наши товары!». Такой лозунг националисты охотно подхватят. В том духе, что русские должны за наши автомобили, станки платить втрое больше, по нормальным рыночным ценам. До того момента запретить вывоз товаров из республик.

— Не пойму, откуда в тебе столько цинизма? Не жалко население? Ты же предлагаешь, по сути, уничтожить всю промышленность в этих краях. Представляешь, сколько людей останутся безработными?

— Жалко. Очень жалко простых людей. Но если речь о спасения всего Союза, десятков, если не сотен миллионов человек, то выбор очевиден. Жалость здесь не уместна. Товарищ Алиев тоже пусть не спешит радоваться: его республику ждет точно такая же деиндустриализация. Автомобильный завод в Кировобаде я уже у него отжал в пользу Ульяновска. Металлолома на дорогах у нас и так хватает, обойдемся без очередных гробов на колесах.

— Так уж прямо и гробы? Скажешь тоже.

— Товарищ капитан, забыли о наших мучениях на ЕРАЗе? Впрочем, мучился я один, вам-то что. Сели и поехали.

— Сам виноват. «УАЗ» тебе сразу дали, кто его утратил героически военно-морским способом? Почему-то у других водителей машины не взрывали и не сжигали. Ладно, не будем о грустном. Над просьбой подумаю.

На прощание Громов намекнул, чтобы я готовился встречать еще одного гостя, ближе к концу месяца. Пал Палыч, мой бывший командир отряда, получил звание полковника и новое назначение. Как мы и предполагали раньше, будет руководить Среднеазиатским пограничным округом.

Без ложной скромности, могу заявить, что это была моя идея. Полковник Тарасенко после благословления, полученного вместе с именным оружием от, покойного ныне, имама Хомейни, имеет уникальный авторитет в глазах иранцев, а они в свою очередь, обладают сильным влиянием на западе Афганистана. Так что Палыч теперь фигура ключевая в масштабах нескольких стран! При этом не зазнался, и помнит, кому обязан таким стремительным взлетом, поэтому обещал заглянуть, когда будет в Москве.

Меня даже ностальгия «пробила», такими милыми и уютными показались времена моей службы. Веселые были денечки, полные драйва и приключений. Не то что ныне: бесконечная писанина, компьютеры, программы, ученики, планерки и беготня по этажам. Ни бандитов, ни шпионов — одна работа, ещё и без признаков личной жизни. Печаль, а не приключения попаданца. Разве что, государственные перевороты разнообразие в жизнь вносят, да и то не надолго.

Глава 7

Не знаю, войдет ли «странный» путч 22 июня 1989 года в учебники спецслужб, но то, что в учебники психиатрии обязательно попадет — это несомненно.

Конечно, заговорщики не планировали выступление на эту знаменательную дату, слишком некрасивая аналогия напрашивалась, мятеж был назначен на двадцать четвертое июня, но в планы вмешалась коварная судьба в виде хитрого попаданца, продвинутого маркетолога. Грех было не воспользоваться такой оплошностью и не сдвинуть дату на пару дней раньше.

Это были три самых странных дня в истории СССР, странные настолько, что эпитет приклеился к названию путча. К слову, внутри Советского Союза о реальной подоплеке происходящих событий многие жители узнали лишь годы спустя. О том, что мятеж управлялся совершенно другими людьми и по факту начался еще двадцатого июня — об этом ведают лишь историки спецслужб.

Именно двадцатого началась операция информационного прикрытия, замаскированная под множество, внешне не связанных друг с другом, случайных событий.

Даже я не обо всех из них имел представление.


20 июня 1989 года

Арестован концертный директор певицы Аллы Пугачевой, член художественного совета Министерства культуры Евгений Болдин. Провели выемку документов в «Театре песни», прошли обыски в Москонцерте и Союзконцерте. В квартире Болдина, по совместительству оказавшегося не только продюссером, но и мужем известной советской певицы, обнаружили двести тысяч рублей, драгоценностей более, чем на сто тысяч и два десятка сберегательных книжек с крупными суммами на них.

Обыски и задержания проводились сотрудники центрального аппарата МВД СССР, чекисты были заняты другими, более важными, делами, поэтому дело впоследствие ожидаемо развалилось, влиятельные покровители постарались. Но удар по репутации бывшей советской примадонны оказался фатальным, от него она так никогда и не оправилась.


Программа «Время» сообщила в тот же день, что на космической станции «Салют» произошла авария, подробности не сообщались, но судя по неуверенным заявлениям высокого начальства, ситуация сложная.

Появились первые слухи, что на территории СССР произошла крупная техногенная авария. «Голос Америки» впервые озвучил версию об аварии на АЭС или на атомной подводной лодке. ВВС намекнули, что произошел взрыв ядерной ракеты на железнодорожной платформе в районе Красноярска.

Немецкие физики зафиксировали выброс радиоактивного рутения, предположительно в Сибири, но концентрация слишком незначительная для аварии.

Азербайджанские националисты объявили о начале блокады Армении и перекрыли железнодорожное сообщение с соседней республикой. На следующий день были остановлена прокачка нефти и газа по трубопроводам в Армянскую ССР. В моей реальности было тоже самое, но сейчас спецслужбы имели все возможности пресечь действия националистов, но не отреагировали.

«Московский комсомолец» сообщил об ухудшении здоровья товарища Лигачева Е.К. Якобы он госпитализирован в Центральную Кремлевскую больницу.

На украинском республиканском телеканале начались трансляции выступлений врача-психотерапевта Кашпировского.


21 июня 1989 года

«Московская правда» сообщила, что готовится эвакуация космонавтов со станции «Салют», сама станция может упасть на территорию Европейской части СССР в ближайшие несколько суток.

В небе над Челябинском взорвался метеорит. В радиусе тридцати километров в домах выбило стекла. Событие случайно попало на видеопленку, местная телекомпания в этот момент снимала сюжет о строительстве новой школы в пригороде Челябинска. Ученые заявили, что это был редкий вид газового метеорита, спецслужбы скромно промолчали, знающие люди приложили линейку к карте, чтобы определить траекторию полета «метеорита» и убедились, что она точно проходит над местечком Сары-Шаган, после чего удовлетворенно хмыкнули и тоже промолчали. В точности, как их потомки в 2014 году. Да и мало кто знает в этом времени, что в этом месте расположен крупнейший советский полигон ПРО.

Вечером этого же дня взрыв метеорита показали в новостях на первом канале Всесоюзного телевидения. Успели, однако. Сказалась разница в часовых поясах. Впрочем, все было просчитано заранее.

В программе «Время» заявили, что никаких аварий на атомных объектах и выбросов радиации за последние дни не зафиксировано. Но очень неубедительно заявили, подогрев тревожные слухи.

Некоторые СМИ сообщили о побеге певца Леонтьева в Финляндию. Информация позже не подтвердилась.

По Москве стали циркулировать слухи, что состояние Лигачева ухудшилось. Вокруг Центральной Кремлевской больницы появилось милицейское оцепление. С врачей взяли подписку о неразглашении и запретили комментарии для СМИ.

В вечернем выпуске новостей показали сенсационную находку во дворце князей Трубецких-Нарышкиных. Более тонны золотых и серебряных украшений, редчайшие произведения искусства, изумительная посуда и многое другое. Сюжет занял половину программы «Время», но успели показать лишь малую часть клада.


22 июня 1989 года

С утра изменилась программа телепередач ЦТ. Весь день показывали популярные художественные и мультипликационные фильмы.

С девяти утра по московскому времени были заглушены все западные «голоса».

В 12 часов дня ТАСС сообщило о сняти с должности Председателя КГБ СССР товарища Крючкова, и отстранении от дел товарища Лигачева по состоянию здоровья. Временно исполняющим обязанности руководителя КГБ назначен генерал Добков.

Поскольку телевидение ничего не говорило об этом событии, а сообщение ТАСС прошло только по зарубежным каналам, то в СССР практически никто не узнал о нем до конца судьбоносных событий.

В 12.30 международные агентства передали выступление нового военного коменданта Москвы полковника Грачева, который объявил о введении войск для защиты правопорядка и демократии.

В 14.00 в Москве и других крупных на улицах появились бронетехника и бойцы внутренних войск. Одновременно ТАСС передало зарубежным агентствам фото и видеоматериалы с «восставшими» солдатами на БТР с триколорами и плакатами «Долой ВКЧП!», «За перестройку и гласнось», «Горбачев — совесть народа!»

В 15.00 было все тем же телеграфным агентством Советского Союза было передано обращение от Комитета по защите демократии СССР. Обращение о переходе всей полноты власти к демократической общественности зачитал маршал авиации Шапошников Е.И. Он же и стал главой КЗД (*название придумано мной лично). Кандидатура героя-летчика, несостоявшегося ельцинского вице-президента, на котороя я настаивал, бежавшего из афганского плена была забракована. Впрочем, министр обороны у того же Ельцина тоже неплохо — по заслугам и елей. Такого и посадить не жалко.

В этот момент можно было констатировать, что первая виртуально-телеграфная революция свершилась!

В 16.00 было зачитано обращение КЗД СССР к главам иностранных государств с предложением официально признать новую власть в Советском Союзе в кратчайшие сроки. Взамен предлагалось списать все долги перед СССР в размере ста процентов, тем кто признает в течение суток после «публичной оферты». Семьдесят пять процентов спишется тем, кто признает путчистов на вторые сутки, всего пятьдесят — на третьи сутки, и так далее по убывающей. Фраза про оферту — это мой вольный комментарий, к сожалению, не вошедший в заявление.

Примитивный рекламный трюк, который должен заставить был принять решение сейчас и немедленно. Больше трех дней ломать комедию опасно, декорации развалятся, а такие резкие дипломатические решения так скоро не принимаются. Поэтому для должников и предателей нужен стимул, чтобы они определились с выбором сразу.

21.00 программа «Время» сообщила о проведении учений по Гражданской обороне на всей территории СССР одновременно. Для этого в города вводятся войска химической и радиационной защиты, а так же дополнительные силы милиции. Исключительно для проведения масштабных учений.

23.00 новую власть признала Польская Народная республика, Болгария, Ирак, Ливия, Чехословакия.


23 июня 1989 года

9.00 Законной властью КЗД признали уже более двадцати стран.

10.00 ТАСС сообщило, что Крючков и Павлов скрываются на военно-морской базе Гаджиево в Мурманской области. Угрозы использования ядерного оружия нет — ядерный чемоданчик и коды пусков ракет находятся в Москве, Генеральный штаб полностью контролирует ситуацию. База в Гаджиево блокируется правительственными войсками.

13.00 Венгерское телеграфное агенство перепечатало на английском статью из газеты «Непсабадшаг» о передаче в 1970 году американского спускаемого модуля «Апполон» в Мурманске. Статья сопровождалась фотографиями и вопросами о том, каким образом этот аппарат оказался у советских моряков, и почему передача прошла в обстановке строжайшей секретности. Американцы намек поняли. Скандал с «Лунной аферой» им даром был не нужен, вне зависимости от реальности самого полета.

«Голос Америки» прорвался через систему глушения и сообщил, что певец Леонтьев попросил политическое убежище в Швеции, а балерина Майя Плесецкая попала в больницу с голодным обмороком после того, как её лишили «кремлевского пайка». В городе Энгельс произошел взрыв на втором блоке АЭС, радиация попала в реку Волга и скоро доберется до Каспия.

Через несколько дней радиостанция выступила с заявлением, что никогда такого не сообщала.

В Прибалтике, на Украине, в Грузии и Армении начались народные волнения.

КЗД, комитет по защите демократии, выступил с заявлением, что признает независимость всех пятнадцати республик бывшего СССР.

Вечером по ЦТ был показан сюжет о ликвидации вооруженных групп в Литве, Латвии и Эстонии. Задержано более трехсот человек, в том числе несколько десятков иностранных граждан. Захвачены склады с оружием, а также гигантские суммы в рублях и валюте. Все это было продемонстрировано в эфире.

По всей территории СССР стали отмечаться нарушения в работе телефонных станций. Впервые в прогнозе погоды сообщили о сильнейшей магнитной буре, связанной со вспышками на Солнце. По словам ведущего именно они пагубно влияют на телефонную связь.

15.00 Главный политический узник страны Егор Яковлев покинул американское посольство, чтобы возглавить КЗД по личному приглашению генерала Добкова, возглавляющего КГБ СССР. На выходе из ворот посольства его встречала восторженная толпа журналистов и революционных матросов, извиняюсь, бравых десантников с триколорами на груди. В сопровождении двух БТР с развивающимся трехцветным знаменем на пулеметной башне, он отбыл в Белый дом, где в это время заседал штаб КЗД.

19.00 поступило сообщение, что Яковлев до сих не прибыл в здание Верховного Совета. Штаб КЗД уведомил, что он экстренно отбыл в Ленинград в связи со сложной обстановкой там.

«Голос Америки» заявил, что связь с бывшим советником Горбачева утеряна, его местонахождение неизвестно.

21.00 Комитет по защите демократии объявил о проведении Первого съезда народных депутатов. Выборы депутатов назначены на октябрь 1989 года.

В программе «Время» рассказали, что нашедший клад во дворце князей Трубецких получит не двадцать пять процентов от оценочной суммы, а только 10 тысяч рублей. В ином случае, чисто теоретически, сумма должна была составить более 20 миллионов рублей. Страна ахнула. На фоне сверкающей золотой посуды цифра прозвучала фантастически.


23 июня 1989 года

Путчистов признали законной властью более сорока стран. Удивительно, но в подавляющем большинстве это оказались социалистические и развивающиеся страны. Запад просто не успел отреагировать так быстро.

Глава 8

Интерлюдия

27 июня 1989 года, Москва, Кремль

Присутствуют Лигачев Е.К. и Крючков А.В.

— Есть новости с Украины?

— Как ни странно, успокоилась ситуация. Прав оказался предсказатель, стороны вошли в клинч, полностью парализовав какое-либо осмысленное единое движение к объявлению независимости.

— Так может, того их? К ногтю? Зачистить всех, как выражается наш советник-коммерсант. Путч задавлен на корню, руки развязаны, сил хватит.

— Боюсь, получив краткосрочную выгоду, приобретем новые проблемы надолго. Националисты сильны и многочисленны, особенно на Западе Украины, массовые репрессии нам сейчас категорически не нужны. Вариант с украиноязычной автономией, которую им пообещал «Комитет по защите демократии», националистов пока устраивает.

— Как продвигаются дела с «народным» правительством в Харькове?

— Тяжело. КЗД сильно помог, публично осудил и запретил создание Харьковской советской республики, но формирование новой власти идет очень медленно. Слишком мало времени было, и кадров подходящих нет. Местные товарищи откровенно не тянут. Нужные управленцы и специалисты в Киеве сидят, никуда уезжать не хотят. Проводим оперативную работу, уговариваем, агитируем, обещаем должности и прекрасные перспективы.

— Плохо работаете. Сроки срываете. Уже двадцать седьмое, а у вас конь еще не валялся. Товарищ Морозов что предлагает?

— Небольшой резерв времени есть. Товарищ Морозов, как обычно, предлагает цинично и радикально решить вопрос. Инсценировать нападения националистов на советских партийных деятелей в Киеве. Это сразу увеличит количество желающих поработать в Харькове. Заодно, пользуясь поводом, самих националистов из окружения Вербицкого выдавим во Львов. Убедительно получится. Под угрозой арестов побегут крысы-предатели во Львов. Наш прорицатель даже товарища Ленина процитировал по этому случаю: «Прежде чем объеденяться, надо решительно размежеваться».

— Дожили. Капиталисты и предприниматели нас цитатами из Ленина поучать стали. Как этот знаток марксизма себе представляет подобное?

— Разделенная на три части Украинская ССР в ближайшие годы будет абсолютно недееспособна, о выходе из состава СССР речь идти не может, политическое влияние украинских товарищей в ЦК стремительно уменьшится. Со всех сторон выгодно.

— Думаешь, стоит перенести столицу Советской Украины в Харьков? После гражданской войны уже так делали, потом передумали.

— Пока рано об этом думать. Посмотрим, как события будут разворачиваться. Может сразу три украинские республики придется создавать.

— Ладно, с Украиной разобрались. Перейдем к другим вопросам. Хочу предложить на должность министра обороны Чернавина Виктора.

— Адмирала? Егор Кузьмич, не поймут. Никогда такого не было, чтобы флотские армией рулили. Тяжело ему будет в сухопутных делах разобраться.

— Ничего, справится. Сухопутные вояки себя уже проявили, до сих пор оправиться от стыда не могу. Каждый четвертый генерал потенциальным предателем оказался! И вообще флотскому адмиралу сподручнее реформы и сокращения проводить — у него друзей и любимчиков на суше меньше. Пусть чистит авгиевы конюшни без всякой жалости!

— Не перегибай палку, Егор Кузьмич. Большая часть офицеров ни сном ни духом не ведала о происходящем, и мысли не допускали об измене. Проверяли и провоцировали только тех, кто с самого начала подозрение вызывал, и даже среди них три четверти честным людьми оказались. Переметнувшихся к КЗД всего двадцать шесть человек оказалось. Тьфу, ну и название, как будто песок на зубах скрипит.

— Твой «пропаданец» предложил. Говорит, ассоциации нужные вызывает. «Козлы драные» — это ж надо такое удумать. И ведь прицепилось, не отвязывается.

— Он такой же мой, как и твой. Общий наш пропаданец, как ты выражаешься.

— Володя, не уводи разговор в сторону. Двадцать шесть высших офицеров страны, генералов и полковников продались за внеочередное звание или за новое назначение. Это же один большой коллективный Власов! Представь, что случилось бы, если заговор был реальный? Или, не дай Боже, война?

— Сам удивляюсь. Банальная провокация, и так легко поверили. И флаги национальных республик вывесили над штабами, и фотографии по телетайпу отправили в подтверждение. Поверили обещаниям Шапошникова. Хотя, те, кто похитрее и поосторожнее, тут же сразу флаги сняли. Сотрудники КГБ на местах документально все зафиксировали.

— Снова прав оказался провидец и предсказатель. В который раз. Не все ладно в датском королевстве, если генералы пачками переходят на сторону врага, стоит их поманить пальчиком.

— Так уж и пальчиком, — усмехнулся Председатель КГБ. — Шапошников им лично должности заместителя министра обороны и теплые места в Генштабе предлагал, причем всем сразу. И квартиры в центре Москве каждому. Вот они и поплыли, присяге, ежели чисто формально, они не изменяли, предъявить им по сути нечего.

— Может и к лучшему. Обойдемся без репрессиий. Просто уволить все к чертовой матери, без пенсии с лишением воинских званий и наград. Шапошникова, так и быть, на почетную пенсию. Искупил вину. Меня другое волнует…

— Дай, угадаю, Егор Кузьмич! Напугал тебя попаданец. Своими возможностями и эффективностью?

— И это тоже. Один ничтожный коммерсантишка, сидя под домашним арестом в райцентре за МКАДом, умудрился всю страну и половину земного шара поставить на уши, организовав военный переворот, которого не было в реальности. Не совершаем ли мы ошибку, выпуская джинна из бутылки? Обратно его уже не вернуть.

— Ничего не поделаешь, времена изменились. Старые приемы не работают. Зато теперь мы воочию убедились, какое это страшное оружие — телевидение и СМИ. Понятнее стало, как был уничтожен Советский Союз без единого выстрела. Если мы не примем новые методы войны на вооружение — противник сделает это раньше нас. Если честно, до последних событий сомневался, что он правду рассказывает о девяносто первом годе. Теперь верю.

— Это и пугает. Весь жизненный опыт коту под хвост. Двадцатилетний пацан уму разуму нас теперь учит, и вертит нами, как хочет.

— Пацану под пятьдесят скоро, с учетом прожитого здесь, — усмехнулся Крючков. — Что касается, того, вертит он нами, или мы им — это спорный вопрос. Мы тоже не лаптем щи хлебаем, быстро учимся, и за последние месяцы очень много ценного почерпнули, и чем дальше, тем меньше от попаданца зависим, и пользы от него все меньше будет. В комитете всяко умнее люди работают, через полгода обобщат, проанализируют все полученное, и уже без него справятся. Через пару лет на новый уровень выйдем, ясновидец не нужен станет совсем.

— Хорошо, будем надеяться, не подведут нас товарищи чекисты. Что с пропаданцем делать будешь? Не нравится он мне, мутный какой-то. Неправильный. Если коммерсант, то почему денег, квартиру, машину не просит? Стеснительности в нем не замечал.

— Товарищ Леонтьев предполагает, что он хитрит, выжидает. Хочет произвести впечатление. К тому же, он в беседе с ним проговорился, что знает больше ста способов быстрого обогащения, даже не нарушая советских законов. Поэтому деньги его не интересуют — якобы потратить их некуда, а на жизнь хватает.

— Гм. Хитрый значит? А, что? Похоже на него.

— Не такой он и бескорыстный, как прикидывается. Родному дяде звание Героя соцтруда пообещал, а отцу — Ленинскую премию за открытие месторождения газа в Туркмении.

— Ха. Теперь верю! Хитрый жук. Ишь как, все повернул. И ведь, не откажешь, если все выгорит. Ну, да пусть. Не обеднеем. Месторождение, хоть, большое?

— Гигантское. И нефть чистейшую, лучшую в Союзе там же обещает.

Конец интерлюдии

Глава 9

Государственный переворот удался на славу. Веселая получилась охота на кучу зайцев одновременно. Особенно порадовала многоплановость операции и разнообразие используемых методов. Если в Прибалтике применяли максимально жесткие способы, выжигая и вычищая на корню агентурную сеть националистов, то в Армении и Грузии ограничились скрытой работой спецслужб, пустив ситуацию на самотек.

На Украине получилось и вовсе черт-знает-что. Харьковскую советскую республику объявили, замечательную рекламу при помощи КЗД сделали, а достойных руководителей для новой структуры найти не смогли. Местные регионалы от такой умопомрачительной перспективы впали в ступор, республиканское начальство, занятое войной с «западенцами», сделало вид, что это не их проблема, а Кремля. В результате ситуация зависла в подвешенном состоянии, что, впрочем, устроило почти всех причастных. Как единая политическая сила советская украинская элита перестала существовать, разделившись на три условные ветки: западные националисты, центральная власть в Киеве и юго-восточную фронду, пока только формирующуюся. Остроты ситуации добавила Одесса со своим уникальным статусом, переживающая неожиданно сложные времена в связи с ужесточением политики Чаушеску.

Не секрет, что контрабандный поток из Румынии в Одессу через Черное море никогда не прекращался, ни во времена Сталина, ни позже, в эпоху Хрущева и Брежнева, и только в последние месяцы этой временной реальности румынский лидер начал закручивать гайки. Видимо, на контрабасных потоках сидели те же лица, что готовили его свержение с последующим убийством, иначе трудно объяснить желание придушить курицу, несущую золотые яйца.

В Ереване и Тбилиси сложилась ситуация, которую можно охарактеризовать, как стратегическая неопределенность. По факту, советская власть ещё не свергнута, но демократы с националистами уже вовсю резвятся, митинги и «рейдерские» захваты госучреждений идут постоянно, газеты и телевидение под контролем восставших.

Теперь даже упертым кремлевским старцам стало понятно, что силовыми методами подавить мятеж в Закавказье практически невозможно. К чести обоих, Крючков и Лигачев быстро приняли новые правила игры, смирились с неизбежным, и согласились на жесткое переформатирование двух республик.

— Сами, все сами! — пришли они к выводу, о том, что утопление утопающих дело рук самих утопающих. — Раз уж они так сильно желают разрушить свою жизнь, то никто не вправе отказать им.

В принципе, даже после развала СССР в 1991 году, экономика братских закавказских республик еще многие годы работала в единой системе с народным хозяйством Союза/РФ. Доходило до абсурда: каждая из стран СНГ имела право рисовать себе сколько-угодно советских рублей на счетах и расплачиваться этими электронными ноликами за вполне реальное сырье и товары из России. Деньгами, несуществующей на тот момент, страны за вполне себе материальные ценности.

Такая вакханалия длилась примерно до 1993 года и денег было разграблено столько, что знаменитые «чеченские авизо» на их фоне смотрелись жалкими крохами. По некоторым оценкам ельцинская Россия за полтора года таких схем потеряла порядка четверти своего бюджета. Но ваучеры и приватизация «по Чубайсу» своим размахом затмили и навсегда скрыли эту аферу в своей тени.

Нам же такая дикая ситуация даром не нужна. Строго наоборот, пользуясь моментом надо навсегда вычеркнуть эти республики из народного хозяйства СССР. Если быть точным, то выпилить надо именно промышленность в Армении и Грузии, а сельское хозяйство, сфера услуг, туризм пусть живут и процветают — не имею ничего против.

Поэтому, когда представители армянского «Дашнакцютюна» начали захваты и блокаду промышленных предприятий республики, выдвигая требования к Москве о повышении закупочных цен в три раза — я на радостях поднял рюмку армянского коньяка за успех в их благородном начинании. Не подвел товарищ Алиев — пропихнул замечательную идею через свою агентуру. В Грузии, к сожалению, пока не додумались шантажировать Кремль тотальным перекрытием поставок 100 % брака, но есть надежда, что там тоже пойдет по похожему сценарию.

Учитывая, что грузинские и армянские националисты признали КЗД еще в первый день, то среди кремлевских старцев жалости к ним никто не проявил. Роют себе уютную могилку — флаг им в руки, а лучше — лопату.

С товарищем Леонтьевым состоялся интересный разговор на эту тему. С неожиданными последствиями.

— Николай Сергеевич, хотите простой, но очень наглядный пример, что такое Советский Союз. В данный момент времени с уголовно-криминальной точки зрения?

— Валяй. Такого, похоже, мы еще не слышали.

— Пока только наброски, времени нет, информации мало. Берете контурную карту по географии. Можно обычную из атласа, но она не так эффектно смотрится. Отмечаем на карте все крупные города, в строгом соответствии с результатами недавней денежной реформы. Где, в каком регионе, какие суммы МВД и КГБ изъяли во время обмена сторублевок. Чем крупнее суммы, тем жирнее кружок. Что получим?

— Гм. Занятно. Неожиданный ракурс. Можно глянуть?

— Конечно! Для этого и рисовал.

— Так вот зачем тебе понадобились сведения об Одессе? Думал, чего ты заинтересовался?

Оценив мою работу, товарищ генерал мягко и тонко намекнул, что это халтура в исполнении ленивого ленивца, и что ничего ценного из такой карты узнать нельзя.

— Согласен. Два десятка городов в масштабах Союза — сущий мизер. Когда ваши аналитики заполнят всю карту, то ситуация будет очевиднее. Пока же требуются объяснения. Для примера рассмотрим два крупнейших криминальных центра: Ростов-папа и Одесса-мама. В первом оперативники изъяли более ста миллионов рублей, в Одессе — всего семьсот тысяч советских карбованцев. О чем это говорит?

— Ни о чем. В Ростове-на-Дону работали сотрудники МВД и КГБ, которые заранее знали об обмене денег и готовились к операции. Поэтому сорвали такой большой куш.

— В Краснодаре и Сочи тоже счет идет на десятки и сотни миллионов. В Баку полмиллиарда взяли. А в Одессе — ничегошеньки! Как так?

— Еще раз повторяю, если ты не понял: их не поставили в известность заранее.

— В Риге тоже никого в известность не ставили, однако они сработали куда-как лучше. Двадцать миллионов рублей изъяли. Чувствуете, чем пахнет? Это даже не касаясь вопроса: почему их решили не предупреждать? Наверное, сразу понятно было, что утечет информация мгновенно. Это тоже важный признак.

— Ты хочешь сказать, что в городах, где денег конфисковано меньше, там коррупция выше?

— Браво, товарищ генерал! В яблочко. Если в Рязани милиция во время обмена денег изъяла пару миллионов рублей, а в Караганде, где уровень организованной преступности в разы выше — всего пятьдесят тысяч, то вывод очевиден. Рисуете на карте жирные кружочки и несете товарищам из Политбюро, пусть наглядно убедятся, что в стране происходит. По сути у вас на руках будет достоверная математически точная картина уровня коррупции в стране. Можете даже переаттестацию сотрудников МВД по ней проводить, оборотни в погонах сами себя изобличили.

— Твою дивизию! Ты хоть представляешь, как это будет выглядеть? По всем республикам Закавказья и Средней Азии милиция вообще не сработала, сущие копейки взяли. На твоей карте жирные кружочки получатся только в РСФСР и Прибалтике, как ни странно, все остальное будет стерильно белое. И на этом фоне гигантская клякса Баку с их сотнями миллионов изъятого. Представляешь какой скандал будет?

— Минск еще забыли. Могу поспорить, МВД там хорошо поработали.

— Да кому он сдался, твой Минск. Это и так понятно, что коррупция в Полесье если и есть, то колхозного уровня.

— Вот, видите! Все и так все знают. Чего ради скрывать очевидное? Хватит лицемерия, правда всегда выигрывает в долгосрочной перспективе.

На этом вечер нежданных открытый и откровений не закончился. Генерал Леонтьев поведал страшную тайну, почему мои откровения и прогнозы так легко были приняты руководством страны. Причина оказалась банальной и очевидной: все тоже самое давно уже было сказано и предсказано! В частности, тем же Аналитическим управлением КГБ СССР.

Например, наш генерал еще в 1979 году подробно докладывал Андропову, что ситуация в странах социализма Восточной Европы критическая.

— Когда начались события в Польше, мы собрали отдельное совещание в Ясенево по обстановке в республике. Присутствовали десяток генералов и лично Андропов. Я сказал ему прямо, что социализм в Польше стремительно исчезает, теряет свои позиции. Юрий Владимирович задает вопрос: «На чем же он держится?». Я честно ответил: «Все держится на скелете ОРП (объединённой рабочей партии), МВД и армии. В обществе поддержки нет. Костелы имеют большее влияние, чем парткомы. Экономическая ситуация жуткая, и в первую очередь это связано с большими затратами на оборону, ведь поляки активно участвовали во многих советских оборонных проектах. В Гданьске повысили цены на мясо, при этом увеличили нормы выработки на заводах».

— В точности, как у нас в Новочеркасске? Это какой год?

— Восьмидесятый. Не перебивай. И тут Андропов задает мне вопрос: «Сколько потребление мяса в Польше?» Отвечаю: «46–47 килограммов в год на душу населения». Он удивляется: «У нас в СССР потребление 37 килограммов, и никто не возмущается? Что они себе позволяют!». Тут я возьми и ляпни: «У нас разный уровень терпимости». Андропов позеленел, молча встал и вышел, совещание закончилось не начавшись.

— После этого вас сняли с должности?

— Нет, он все же профессионал высочайшего класса, понял, что я правду сказал, но холодность в отношениях так и осталась навсегда.

— Хорошо, что вы не сказали про потребление мяса в РСФСР, оно наверное ещё ниже общесоюзного?

— Не сыпь соль на рану. Сравнение уровня жизни РСФСР и национальных республик — табу. Вопрос очень болезненный и опасный. Хуже только обсуждение китайского вопроса. Но опять, благодаря тебе, дело сдвинулось с мертвой точки. Описание будущего, где Китай стал мировым экономическим лидером очень впечатлило кремлевских старцев. Теперь они совершенно по другому воспринимают нашего большого восточного соседа.

— Что и товарищ Лигачев к китайцам лучше теперь относится? Он же при Хрущеве идеологией и пропагандой в ЦК заведовал, самый разгар антикитайской истерики вроде.

— Нет, разругались намного раньше. И к сожалению, в том наша огромная вина. Думаю, в твоем будущем это давно уже не секрет, поэтому могу сказать открыто. После смерти Сталина возобладала идея, что Китай — это очень серьезная военная угроза для СССР.

— Будете смеяться, в моем будущем рассказывают тоже самое. Причем уже лет тридцать подряд, что Китай нападет и захватит нас вот-вот, «уже завтра». При этом никого не смущает, что у Китая плотность населения в приграничных районах ниже, чем в России! Они у себя заселять северные провинции не хотят, слишком холодно там жить, а уж Сибирь для них — это просто морозный ад.

— Печально, если так. Глупость это. Китайцы тысячу лет строили Великую стену, чтобы защититься с севера, а мы им приписываем желание, которого у них никогда не было. Знаешь, для чего решили строить БАМ? Вдоль этой железной дороги должны были возвести систему оборонительных укреплений наподобие «Линии Сталина», только на более современном уровне. На две с лишним тысячи километров. Стоимостью в двадцать миллиардов рублей. Без железной дороги такой проект построить невозможно. Вот, это и есть истинная цель строительства БАМа. Правда, потом осознали, что страна просто надорвется и отказались от безумной затеи. Как теперь выясняется из твоих слов — абсолютно правильно.

— Офигеть! Что реально хотели укрепрайоны строить? Там же непроходимые горы и тайга, наступать крупными армиями негде и некуда: две автомобильные дороги на все Прибайкалье и Туву. Это же полная бессмыслица.

— В отношениях с Китаем много бессмысленного и невероятного. Сначала товарищ Сталин помогает им создать атомную промышленность, затем через несколько лет наши маршалы предлагают провести атомную бомбардировку строящихся китайских заводов, чтобы уничтожить саму возможность Китая создать ядерное оружие.

— Жесть полная. Неужели Хрущев такое вслух озвучивал?

— Предлагали бомбардировку Китая министр обороны маршал Кулик и маршал Устинов. Даже название подобрали подходящее: «атомная кастрация». Никита Сергеевич идею не поддержал, но было поздно — информация утекла, китайские товарищи быстро узнали о таких замыслах и сильно обиделись. До сих пор расхлебываем. Так что спасибо тебе, что озвучиваешь и подтверждаешь мои мысли десятилетней давности. Лучше поздно к ним прислушаются, чем никогда. О том, что 50 тысяч ядерных зарядов для СССР — это избыточно, безумно дорого и не нужно, я писал доклады ежегодно, начиная с конца семидесятых. О том, что восемьдесят тысяч танков — это запредельно много, тоже указывал многократно. На что всегда был один ответ: «Июнь сорок первого не должен повориться!».

— М-да. Июнь не повторился, вместо него случился август. Девяносто первого года август.

Глава 10

С товарищем Лигачевым мы посорились. Не так чтобы всерьез, но всесильный глава советского государства на меня явно обиделся. Оказывается, все наши разговоры с Леонтьевым записывались на пленку и в обязательном порядке отправлялись на стол начальству.

Можно не гадать, сам Николай Сергеевич и записывал — не доверил бы он такую скользкую миссию своим подчиненным, чтобы не расширять круг посвященных. Понимаю, приказ — есть приказ, государственная служба и интересы государства, но осадочек остался. До этого момента мне казалось, что у нас честные и доверительные отношения.

Егора Кузьмича задели слова, что он якобы был причастен к разжиганию советско-китайского конфликта. Посыпая голову пеплом учебника истории, я вынужден был признать, что зря наговаривал на доброго человека. Все оказалось с точностью до наоборот!

Гражданин Лигачев был лично знаком с товарищем Мао, и даже продемонстрировал мне фотографию, где они вдвоем улыбаются друг другу. Встречались они в 1957 году, когда будущий член ЦК еще был молодым губернатором в Новосибирской области и побывал с визитом в братском Китае. Если быть исторически точным, то работал он первым секретарем обкома, губернаторы тогда еще не водились на Руси.

Историю с планами «атомной кастрации» Китая он тоже подтвердил, охарактеризовав маршала Кулика целым рядом нецензурных эпитетов, покойному товарищу Устинову тоже досталось за внушаемость и мягкотелость. Поведал он интересную подробность: китайцы узнали об этой странной инициативе министра обороны СССР буквально на следующий день, причем от американцев! Не надо быть продвинутым попаданцем, чтобы уловить кому это реально было выгодно и чьи уши торчали за этой историей. Но за давностью лет выяснить, кто именно повлиял на Кулика и Устинова, и кто подсунул эту идею уже невозможно.

Выяснилось, пропагандой он не заимался, лишь недолгое время в середине шестидесятых годов курировал комсомольские стройки РСФСР, и к очернению Мао никоим образом не причастен. После снятия Хрущева и вовсе был сослан на хозяйственную работу в Томск, почти на двадцать лет.

На этом разговор закончился. Меня вежливо попросили на выход из кабинета.

После такой выволочки я ожидал репрессий, ужесточения режима содержания или иных неприятностей, но ничего особо не изменилось.

Высокое начальство обо мне забыло, или, скорее, сделало вид, что я не больно и нужен. В чем-то они наверняка правы: после удачного разгрома виртуального мятежа у них и так дел полно.

Возможно, это случайное совпадение, но как только я оказался в немилости у высокого начальства, так сразу пошла череда неудач.

Вдвоем со Славиком Борисовым впустую съездили в НАМИ с проектом будущей «Газели». Ехать пришлось на электричке, вместо личного автомобиля на этот раз мне выписали пропуск, впервые разрешив самостоятельно выбраться в Москву. Приняли нас сразу, по легенде мы представляли центр научно-технического творчества молодежи при МВТУ им. Баумана, и даже телефонную рекомендацию из министерства дали, а все равно проект завернули. Инженер-конструктор из НАМИ сразу зацепился за высоту кабины. По его словам, на заводе ГАЗ лишь одна камера окраски такого размера, старая уже, английского производства, купленная еще до Олимпиады, и кабина целиком в неё не войдет.

Тут я вспомнил, что ГАЗель первых выпусков имела пластиковую накладку вместо порога, наверняка именно по этой причине, и предложил использовать эту заплатку, как временное решение. Товарищи инженеры нехотя согласились, что это можно, хоть и не оптимально с точки зрения производства и эстетического совершенства. Чья бы корова мычала, тоже мне, эстеты нашлись. В качестве морального утешения нас похвалили за качественную проработку деталей, пообещали почетную грамоту, но я бы не стал обольщаться — видно, что проект не впечатлил. Похоже, не созрел еще советский автопром для коммерческой революции.

Вторая неудача ожидала меня на литературном фронте, причем сразу двойная. Минский журнал «Парус» мне не отдали. Причину не потрудились объяснить. С товарищем Лукьяненко и вовсе вышел конфуз: оказывается будущий писатель-фантаст еще только учится в медицинском институте в Алма-Ате, и вытащить его оттуда в ближайшие годы нет никакой разумной возможности. Разве, что в армию призвать, но это будет совсем уже не по совести. Впрочем, без собственного журнала он здесь не больно и нужен.

Еще одним признаком монаршей опалы стало возвращение на политическую сцену гражданина Каргиняна Сергея Ервандовича. Почти месяц его не было слышно и видно, а тут как черт из табакерки опять вынырнул, и сразу на главные полосы центральных газет. И, как всякая творческая личность, тут же примазался к чужим успехам, тонко намекнув во всех газетах сразу, что это он и есть — главный ум, честь и совесть, извиняюсь, идеолог нынешней эпохи. Конечно же, этот выдающийся политик с разгона вляпался в закавказские дела, извратив мои рекомендации до неузнаваемости, что впрочем, никакого результата не дало, только ещё больше запутало обстановку. Поскольку даже упоротые националисты не смогли переварить теорию о хозрасчетных нацреспубликах, да еще и на основе этно-народного самоуправления. В этот раз уважаемый Серега Ерванович превзошел сам себя по степени неадекватности.

Занятый политическими делами, я и не заметил, как образовался классический кризис управления на творческом фронте. Совсем упустил из виду, что студенты и школьники — это не наемные работники, а обычные дети и вьюноши, со взором горящим. Поэтому строить глобальные прожекты и планы на этом хлипком фундаменте — дело безнадежное. Так оно и случилось, ибо лето — это не только фрукты и солнце, но и пора каникул и экзаменов по штатному расписанию Министерства образования. Поэтому к концу июня количество юных программистов в моем коллективе снизилось втрое, баумановцы стали появляться в компьютерном классе намного реже, сказалась подготовка и сдача летней сессии. Не было счастья, еще и пенсионер выздоровел, который раньше вел шахматную секцию, так что умных деток, играющих лучше тренера, у меня тоже забрали.

Если учесть, что мега-проект с чудесным автомобилем «Газель» закончился не начавшись, а без поддержки с самого верха шансов на его продвижение нет никаких, то можно сказать, образовался творческий и производственный вакуум. Еще и Леонтьев куда-то пропал, отменив дежурную встречу в пятницу. Тоже демонстрация моей невостребованности и ненужности? Мавр сделал свое дело — мавр может уходить! Так вроде бы у классика сказано? Или это Дробыш про Тимати сказал?

Свободного времени у меня образовалась неприлично много, грех этим было не воспользоваться. Поэтому я занялся стратегическим наступлением на любовном фронте. Обидно, честное слово! Целый месяц меня динамит очаровательная дочь испанско-поданного, а я, видите ли, занят другими более важными делами. Так и квалификацию потерять можно. Решено — берем штурмом эту неприступную крепость.

Глава 11

— Если объект обольщения сложный, то есть, девушка капризная и неприступная, то прежде, чем проявить инициативу, требуется тщательно изучить привычки и предпочтения, окружение объекта и её интересы.

Если кто-то подумал, что я о своих планах в отношении дражайшей Ирины Викторовны рассказывал, то этот думающий явно ошибся. В данный момент мы воспитываем Славика, страдающего от нераздельного чувства к старосте курса.

— Но… Все это не имеет смысла, и напрасная трата времени, если ты внутренне не настроен на победу. Женщины чувствуют слабость и нерешительность на уровне интуиции и подсознания, а значит ты проиграл, даже не вступив в битву!

Не дал мне Бог сына в той жизни, дочками ограничился, теперь видимо выпал шанс воспитать чужого. Правда, педагогика и жизненный опыт утверждают, что воспитанием детей надо заниматься пока они поперек лавки умещаются, а как только дитя научилось ходить и говорить — воспитывать уже поздно. Здесь же имеем великовозрастное нечто ботанической наружности двадцати одного года от роду, что явно многовато даже для Макаренко и Сухомлинского вместе взятых. Не спрашивайте, кто это такие — сам не помню уже. Один в колонии малолетних урок воспитывал, рекомендуя эти методы для всей страны, второй гуру педагогики на полном серьезе доказывал, что наследственность не важна, при социализме все дети рождаются праведниками и воспитываются обществом, исключительно при помощи правильных лозунгов. Может, это несколько вольная трактовка их педагогических воззрений, но мне, как дилетанту в этой области, простительно. Я не теоретик ни разу, а скорее практик. Хотя жизнь заставит, и педагогом станешь, причем сразу в масштабах страны.

Пока же тренируемся на подопытных ботаниках.

— М-да. Ты уверен, что Полина — это та девушка, которая тебе нужна? Вокруг столько милых и добрых дамочек, а тебя угораздило втюриться именно в эту злюку?

Славик угрюмо промолчал, лишь насупился и обиженно шмыгнул носом. Затем все же заступился за даму своего сердца.

— Она не злая, просто строгая и требовательная. Целеустремленная.

— Дык, я об этом и говорю. Упрямая и командовать любит. Хочешь всю жизнь прожить подкаблучником?

— Ну тебя. Любую фразу наизнанку вывернешь. Делать предложение руки и сердца я не собраюсь, с чего ты взял?

— Ура, хоть это радует! — развеселился я в ответ. — Решил поматросить и бросить? Не стыдно? Шучу, ладно, не обижайся. Давай разберемся, кто такая твоя Полина, и в чем наша ключевая проблема? Твоим нравственным и физическим воспитанием, а также приведением к мужественному образу займемся позже. У тебя же прекрасный аналитический ум, будущий гросмейстер, попробуй проанализировать ситуацию. Отстраненно и беспристрастно.

— У нас разный социальный статус и положение в обществе, — ошарашил сенсационным откровением Славик. — Она внучка самого Решетнева, а кто я? Единственная и любимая внучка, кстати.

— Я понял, что она внучка «самого Решетнева», не понял только, кто это и чем знаменит?

— Как? Ты не знаешь? Это же академик, один из отцов-основателей советской космонавтики. Наравне с Королевым, Челомеем и другими.

— Эээ. Тогда, конечно. Он жив ещё, так понимаю?

— Жив-здоров, возглавляет конструкторское бюро в Красноярске.

— Тогда ты зря комплексуешь. Красноярск — это в Сибири, а мы в Москве находимся. Почти в Москве. Внучка, пусть даже единственная, это наследница третьей очереди, так что не переживай.

— Причем здесь наследство?

— Так, к слову пришлось. Ты же не претендуешь на приданое из Красноярска, значит, и говорить не о чем. Тем более, звание академика внукам не передается, только детям. И то не всегда.

— Я серьёзно, а ты сводишь все к дурацким шуткам.

— Забудь. В Советском Союзе бесклассовое общество, нет у нас пока номенклатурной элиты, членство в которой передается по родословной. Не верю я, что отец-основатель космонавтики будет вести себя, как потомственный дворянин и фыркать при виде студента МВТУ. Скорее наоборот, порадуется за достойный выбор своей внучки. Проблема выеденного яйца не стоит.

— И что делать?

— Позиционировать тебя. Провести рекламную и маркетинговую компанию, по раскрутке бренда «Вячеслав Борисов», чтобы повысить рыночную капитализацию в глазах будущего инвестора.

— Ты с кем сейчас разговаривал? — похоже «бренд» не на шутку испугался. Причем за мое психическое здоровье.

— Это из индийской йоги. Мантра на удачу. Не обращай внимания. Позже сам поймешь.

— Опасаюсь я чего-то. Странный ты сегодня какой-то.

— Вооот! Ключевая твоя проблема — нерешительность. Капля сомнений разрушает гору намерений. Так сказал один великий навгаль, а ему стоит верить. Кто такой навгаль объясню как-нибудь на досуге. Кастаньеда еще кажется не написал свой труд, поэтому придется подождать немного.

— Кастаньеда — тоже йог из Индии? Фамилия похожа ни испанскую.

— Забудь пока. Это известный революционер с Кубы. Пока сидел в застенках у диктатора Батисты разработал методику медитации и просветления при помощи дешевых кубинских сигар. Но раз ты не куришь, то тебе она не подойдёт. Но прежде всего: в здоровом теле — здоровый дух. Ты спортом занимался?

— Как я понимаю, ты не о шахматах спрашиваешь?

— Славик, умоляю, не отвечай вопросом на вопрос.

— Легкой атлетикой занимался. Бег. На три и пять километров. Третий юношеский.

— Аллилуйя! Случилось чудо! Ты не перестаёшь меня удивлять. Надо же, стайер. Значит с дыхалкой и выносливостью все в порядке. Боксом или борьбой не занимался, чисто случайно?

— Мама не разрешила, — покраснел Славик. — Говорила, удары по голове опасны для мозга.

— Ты не еврей, случайно? Мама за тебя решает.

— Нет, белорус чистокровный. Хотя бабушка наполовину полячка…

— Стоп! Хватит. Только твоей родословной до седьмого колена мне не хватало. Завтра идем заниматься в спортивную секцию. Будем делать из тебя настоящего бойца.

— А как же удары по голове? Они же правда опасны. Врачи так говорят, — снова смутился и покраснел Славик.

— Ты хочешь всю жизнь прожить трусом? Или думаешь, Полина способна полюбить человека, который сбежит при виде пьяных хулиганов?

— Я не сбегу.

— Мало чести если тебя запинают какие-нибудь наркоши или малолетки гопники. Ты должен уметь постоять за себя и своих близких. Не бойся, тебе сказочно повезло с учителем, и по голове бить не будут. Но дело даже не в этом.

— А в чем?

— Если ты не можешь дать в морду, ты никогда не сможешь доказать свою правоту. Пусть даже за десять лет ты ни разу никого не ударишь, но ты должен знать и быть уверен, что ты это сможешь. Иначе тебя всегда размажут в споре, а вся наша жизнь — это череда спорных ситуаций и разборок. Ты ежедневно и ежечасно должен доказывать свою правоту и отстаивать свою точку зрения. И если ты не готов пойти до конца, до рукопашной, то ты почти всегда проиграешь, тому, кто на это способен. Любой урка тебя морально задавит, он-то всегда готов ударить, если аргументы закончатся, а ты — нет. Охмурение девки — это лишь частный случай такой же ситуации. Принцип тот же. Готов пойти до конца — почти гарантировано победишь.

— Это понимаю, — обреченно вздохнул будущий Казанова. — Но мне кажется, что Полине не очень нравятся спортсмены. Она обычно пренебрежительно о них отзывается. Как о не очень умных людях, извини.

— Ха. Три раза. Если это камешек в мой огород, от сами знаем кого, то можешь не извиняться. Что обо мне думает твоя Полина я и так знаю. На самом деле, все с точностью до наоборот. Чтобы девки вслух не говорили, им нравятся брутальные решительные мужики, способные отбить самку у другого самца. Вдобавок, ты у нас будешь не просто спортсменом, а весьма умным и образованным физкультурником. А это большая разница, как говорят в Одессе. К тому же, прославленным человеком, известным на весь Советский Союз!

— Издеваешься?

— Снова трусишь и сомневаешься? Если Александр Морозов что-то обещает, то обязательно это сделает.

— Это ты про «Газель»? За которую нам медаль и премию выпишут?

— Маловерный. Не все сразу. Быть тебе известным писателем-фантастом и руководителем Всесоюзного общества юных программистов. Так я сказал!

— «Двенадцать стульев» я тоже читал, и главу про Всепланетный шахматный турнир тоже, — решил съязвить мой протеже.

— Пусть тебе, Фома Неверующий, будет стыдно, когда обещание сбудется. Завтра на тренировку. Там воздастся тебе по речам твоим.

Глава 12

— Мне в «Буревестнике» больше понравилось, там зал просторный и здание новое, архитектура интересная.

— Помолчи немного, архитектор тоже мне нашелся. Дай подумать, куда лучше тебя пристроить.

В этот момент мы оказались перед дверями уже третьего спорткомлекса, предыдущие два «фитнес-центра» советского образца меня не устроили. Дворец спорта «Динамо» — наш последний шанс, поэтому список секций я изучал особенно внимательно. Славик своей трепотней лишь меня от этого важного выбора.

— «Динамо» — ментовская контора, не западло здесь заниматься?

— Твою жжжж! Славик, ты в нормальной семье инженера воспитывался, где ты таких слов нахватался? Не говоря уже о том, что следить надо за метлой в публичном месте, и не нести что попало, думать надо, что и где произносишь. Хочешь, чтобы нас отсюда под зад коленкой прямо сейчас выкинули?

— А я чо? Я ниче! Ты сам говорил, что слишком интеллигентно разговариваю, вот, стараюсь.

— Давай, договоримся. Ты молчишь все время, пока я рядом. Поверь, такой чувак вызывает намного больше уважения. «Кто много говорит — тот врет» — такая поговорка была у нас на районе, где вырос.

— В «Буревестнике» студентам можно бесплатно заниматься, а здесь десять рублей в месяц платить надо.

— Не дрейфь, в кассу платят только лохи. Мы с тренером договоримся на бартер. На обмен, по русски говоря. Волжской воблой отдаримся, у меня еще полпосылки осталось. Успел спрятать, пока соседи не сожрали все подчистую.

— Чего сразу на меня бочку катить? Я только одну успел уцепить.

— Вот-вот. Каждый по одной, половины нету. Сколько вас таких, загребущих с цепкими лапами, на этаже живет? Мне же для дела стратегический запас.

— Может деньгами лучше заплатим? Воблу сами съедим. Чертовски хороша, зараза!

— Слава, договорились же. Не надо тебе вслух ругаться. Не сочетается твой образ с выражениями из лексикона Михаила Боярского. Привыкай солидно и уверенно молчать. Уяснил?

— Ага! Не понял только, кто такие лохи?

— Пфф. Как об стену горох. Молча — это когда рот закрытый.

После этого Славик обиженно замолчал, но как оказалось, не надолго.

Тренера, нужного нам, не оказалось на месте, поэтому мы присели на скамейку и принялись глазеть на спортсменов.

Зал действительно небольшой, и ремонта не видел наверное уже лет десять, но уютный, с татами и боксерским рингом. По случаю послеобеденного времени в зале занимались только юные боксеры, нам же нужен был тренер по рукопашному бою, который должен был появиться примерно через полчаса.

— Почему борьба тебя не устраивает? Самбо или дзю-до? Рукопашный бой похож на обычный мордобой. Чем он лучше карате или бокса?

— Из жизненного опыта. Лично знал трех неплохих борцов, один даже на России второе место взял среди юниоров. Как под копирку ситуация: всех троих одинаково порезали в драке. Как только сближаешься с противником или идешь на удушение, тут тебе в бок и втыкают. Один случай при мне произошел. Был у меня друг Серега, под центнер весом, вольной борьбой всю жизнь занимался, по соревнованиям мотался по всей России, плюс боксом почти профессионально. Однажды около вино-водочного в очереди нарывается на него какой-то баклан, ужратый в ноль. Слово за слово, тот его посылает по известному всем адресу, Серега вспыхивает, не долго думая, отвешивает ему по полной, бросает через бедро, пинает несколько раз для профилактики. Я не вмешиваюсь, поскольку все по делу, по справедливости, не переживаю — у обдолбыша ни одного шанса против Серого, он и весил меньше килограмм на десять. В хлам ушатывает баклана, конкретно в мясо. Оставляем болезного лежать, идем дальше, шагов двадцать уже отошли, и тут друг мой, Серега, оседает на асфальт. Оказалось два проникающих: печень и селезенка проткнуты. В горячке боя тот даже не заметил сначала, как его ножом пырнули. Год потом по больничкам кантовался, еле откачали. Мораль сей басни какова?

— Носить нож с собой?

— Тьфу. И в кого ты такой наивный? Нож в кармане — это же срок с гарантией. Даже если перочиный, раскладной, купленный за рубль-двадцать в соседнем магазине «Хозтовары». Ибо наша милиция рассуждает так: раз ты нож с собой носишь, значит имеешь умысел его использовать. Горишь желанием ткнуть первого попавшегося прохожего. Если что, виновен тоже ты, а не гражданин Хренушкин, дважды судимый, которого ты специально порезал, когда он вежливо спрашивал, как пройти в библиотеку во втором часу ночи в Химкинском лесу. К тому же, почти любой удар ножом в тело может оказаться смертельным: задел артерию и хана. Нужен тебе труп в биографии? Мораль сей басни такова: против ножа нет приема. Беги сразу, целее будешь.

— Это кто здесь такой умный, советы по ножевому бою раздает?

По закону подлости, тренер, которого мы ждали, появился аккурат в тот момент, когда я пафосно поучал своего подопечного. Выглядел он внушительно. Тренер, а не Славик. Крепкий суровый мужик, лет сорока, с брутальной лысиной, с поломанными ушами и тяжелым подбородком. Умный хитрый взгляд — явно непростой товарищ.

— Откуда будете? Почему без формы?

— Вот, хотели записаться во взрослую секцию.

— Не поздно вам начинать?

— Владимир Викентьевич, я правильно понимаю? — имя и отчество на вахте выпытал заранее. — Лучше поздно, чем никогда. Товарищ мой едет в Челябинск на завод работать по распределению, а там город такой, что ботаники физически не выживают. Подучиться немного, чтобы за себя постоять мог. Хотя бы пару минут.

— С каких пор выпускников Бауманки в Челябинск распределяют? Кому ты сказки рассказываешь? Или у нас новый факультет в городе недавно открыли?

— Ничего-то от вас не скроешь! Челябинск — это образно. Не положено нам распространяться, куда и зачем едем работать. С таким же успехом это может быть Свердловск или Красноярск. Законы поведения в обществе от этого не меняются. И там и там выживает только подготовленный.

— Словоблудием у тебя хорошо получается заниматься. Другу твоему понятно, что нужно. Тебя каким ветром занесло? Есть у меня чуйка, что ты любого хулигана заболтаешь так, что он с себя часы снимет и тебе подарит, еще и денег займет. По повадкам, натуральный цыган, только славянской наружности. Сразу говорю, если по уголовной масти, то зря сюда притащился.

— Обижаете, товарищ тренер. Только что дембельнулся. Герой пограничник. Закавказский Краснознаменный округ. Спецназ погранвойск.

Владимир Викентьевич задумчиво пошевелил губами, словно пельмень пережевывая, сонно прикрыл глаза и поразмыслив, решил, что нафиг мы ему не нужны. О чем и сообщил нам, вежливо указав глазами в направлении выхода.

— Товарищ тренер, как вы относитесь к хорошему коньяку? Десятилетний «КВ». Марочный. У меня с собой.

Вопрос заставил собеседника обернуться, небольшая толпа зрителей, образовавшаяся за время нашего разговора, заинтересовано насторожилась. Судя по всему, это та самая «взрослая секция» на занятия подтянулась.

— Алкоголь и спорт не совместимы, — сказал, как отрезал. Однако глаза выдали заинтересованность.

— Дык, я же не пить предлагаю. На спор ставлю. Если продержусь пять минут против вашего лучшего бойца на ринге, вы нас принимаете в секцию. Если не выдержу — коньяк ваш. Слеза, а не бренди. Такой только Гейдару Алиеву на стол подают. Ну как спорим?

В толпе народ заулыбался, послышались веселые комментарии, на что тренер лишь шикнул, заставив зрителей утихнуть.

— Здесь не цирк, а дворец спорта. Клоуны нам не нужны.

— Согласен полы во всем зале после тренировки со шваброй вымыть, если проиграю.

Славик неожиданно присоединился к моему обещанию. То ли страсть к чистоте проснулась, то ли уверенность в моей победе. Похвально в любом случае — характер воспитывать начал.

Среди спортсменов, судя по веселому шуму, уже ставки начали делать. Пока только на то, каким способом нас выкинут за дверь.

— Даю десять секунд, и чтоб вас здесь не было, — тренер был непреклонен, аки премьер, любитель Айфонов, сообщающий пенсионерам, что денег нет и не будет.

Наивный. От меня так легко не отделаться. Пришлось брать на «слабо», изображать разочарование в обществе «Динамо», ранее таком уважаемом и почитаемом среди поклонников спорта.

— Вымерли на Руси богатыри, может только в «Буревестнике» остались? — примерно так сформулировал я свой посыл, и, все же вывел, товарища тренера из равновесия.

Впрочем, тот быстро сообразил, что его элементарно развели на словах, но отказываться было поздно — спортивная общественность жаждала крови наглеца, возможно реальной. Хотя бы, из разбитого носа для начала.

Владимир Викентьевич хитро ощерился сразу тридцатью зубами и двумя золотыми фиксами, и злорадно пообещал, что полы я буду драить пока они не засверкают, как яйца у коня Буденного.

Коварный физкультурник тут же подложил первую свинью: волюнтариски поменял место битвы с ринга на татами. И вместо рукопашного боя, предложил победить в чистой борьбе. Припомнил подслушанные мои слова о подрезанных товарищах-борцах, интуитивно уловив, что к возне в партере я отношусь скептически. Тем более, я изначально предложил бой на ринге, а это сразу указывает на любителя драться в стойке.

В принципе, ВэВэ, так здесь принято сокращать Владимира Викентьевича, прав — борцовская техника в уличных схватках противопоказана категорически. Про нож я уже упоминал, но запросто может оказаться, что противник не один: напарник отлить в кусты отошел, или в магазин за сигаретами, или за спиной притаился. И тут вы такие умные катаетесь по асфальту, обнимая друг друга — подходи и пробивай ногой в голову, как по футбольному мячу. После такого удара выжить — реально проблема. Не учел он одного — полезное знание пришло в мою тыковку лишь много позже, в зрелом возрасте, на примерах покалеченных знакомых и товарищей. По молодости, сразу после армии, я именно с борьбы и начинал.

ВВ был опытным тренером, и конечно не мог допустить новичка на татами, не убедившись в знании элементарной техники безопасности. Поэтому заставил меня продемонстрировать, умею ли я правильно падать после броска, после чего удовлетворительно хмыкнул: «Дзюдоист, значит?».

Хитрый мужик, сразу понял по технике исполнения падений, чем занимался, только я раньше догадался и продемонстрировал, именно, то что от меня ожидалось. Осознав, что я не так прост, как изначально казалось, и не чистый боксер, ВВ в очередной раз усложнил мне задачу.

— Лосев, скидывай кимоно, штаны только оставь. Покажешь этому любителю поболтать, где раки зимуют. Только не перестарайся. Чтобы «скорую» не пришлось вызывать.

Лосев оказался крупным амбалом, с огромными загребущими лапами, бычьей шеей и мощным торсом. Эдакий Минотавр в белых штанах из Реутова. Морда лица соответствующая: беременным женщинам и слабонервным в темном подъезде с ним лучше не встречаться. Во избежание утери прав на материнский капитал.

На мне же обычные советские «треники», купленные накануне в «Спорттоварах» и белая хэбэшная футболка, почему-то уже растянутая, хотя ни разу не надеванная. Видимо, из знаменитого узбекского хлопка сделана, собранного под руководством товарища Рашидова.

Была надежда, что против меня выставят самбиста или дзюдоиста, тогда я имел бы преимущество, поскольку захваты и приемы проводить, когда противник в куртке намного удобнее, но дядя Вова это учел, и выставил против меня бугая с голым торсом и примерно на восемь килограмм тяжелее. В таком виде вольникам удобнее всего бороться, в самбо почти всем броски и приемы проводятся после захвата одежды.

После первых секунд боя отчетливо понял, что ловить с таким противником мне нечего. Лосев, видимо, раньше занимался вольной или греко-римской борьбой, и поэтому никакого дискомфорта не испытывал, уверено вязал и давил меня за счет силы и массы. Причем грамотно вел бой, не допуская ошибок и не дергаясь на провокации. Опытный боец, уровня кэмээс примерно. Причем, похоже самбист — самый неудобный вариант из всех. Можно, конечно пробегать все пять минут, но тренер сразу оговорил, что засчитывается только чистая победа. Ничья равноценна проигрышу.

Пришлось рисковать. Ловлюсь на прием, отдаю руку противнику, и тот мгновенно заваливает меня на пол и переводит на болевой, пытаясь разорвать замок. В самбо или дзю-до такая ситуация фактически равна поражению, противник фиксирует тебя ногами, прижимая к татами и гарантированно разрывает сцепку двух рук за счет мощных мышц спины. После чего локоть идет на излом, и остается только стучать три раза, прося пощады, чтобы избежать травмы.

Зрители, тренер, да и сам Лосев уверены, что все закончилось. При всем уважении к советскому самбо и японским самураям, бразильские борцы джиу-джитсу в такой ситуации считают иначе. Когда в девяностых появились первые видео с бразильцами в боях без правил, это был чистый шок. Эти гуттаперчевые засран… мастера выворачивались из любого болевого приема в самбо. Причем сами проводили контрприемы при любой возможности из любого положения, даже снизу вверх, или повиснув вниз головой на противнике. Но в СССР об этом стиле борьбы похоже еще никто не знает! Разве, что самоучки какие-нибудь или единичные профи в спецназе, но точно не спортсмены. Опять же, не зная точно, как противодействовать, вы такого живчика фиг дожмете, а Лосев просто не подозревал, что такое вообще возможно.

Поэтому когда я делаю переворот через себя и одновременно оказываюсь сверху на нем, то он оказывается в очень необычной ситуации, никогда не встречающейся в самбо. Теперь я всей тушкой взгромоздился сверху, а он упирается головой и плечами в пол в позе «ЗЮ», кверху ногами.

Опытные бойцы, знакомые с этим приемом, либо отпускают руку, либо сами делают подобный «кувырок», возвращая ситуацию обратно. Лосев очевидно потерялся, только что он праздновал победу, теперь стоит на голове, вывернув шею, а сверху на него давят две массы тела: своего собственного и противника. Можно просто подождать, ничего не предпринимая, почти два центнера живого веса висящие на одной шее, дыхание у противника затруднено и он скоро потеряет силы, но мне нужна эффектная победа, поэтому разрываю замок, и тут же перехожу на болевой уже сам. Скручивание стопы — ничем не хуже вывернутого локтя. В самбо почему-то его используют реже, а бразильцы или голландцы выходя на ринг, наоборот, очень любят именно этот прием использовать.

Лосев мужественно терпел секунд тридцать, я даже стал переживать, как бы не покалечить, но всякому терпению есть предел, и наконец противник не выдержал, сдался.

— М-да. Фрукт еще тот.

— Ну так как? Берете нас в секцию, товарищ тренер?

— Беру. Хотя уверен, что много раз пожалею об этом. Нет, ну это надо же! Самого Лосева и мордой в татами. Куда мир катится?

— Владимир Викентьевич. Примите от нас коньяк в знак признательности, мы же теперь спортсмены — нам нельзя.

— Правильно. Коньяк мне, вам… полы драить после тренировки. Весь зал. И чтобы всё блестело, как…

— Как у лошади Буденного! Понял. Будет сделано.

— Тьфу ты. Такую рифму испортил. Ну какая лошадь!? Конь у него был.

Глава 13

Зачем понадобилось грузить на свою бедную несчастную шею еще и Славика с его проблемами? Во-первых: как говорил один французский летчик: «Мы в ответе за тех, кого приручили». Во-вторых при таком во-первых не нужно вовсе, но и оно присутствует, хотя объяснение будет сумбурным и пока не очень внятным и понятным даже для меня самого.

Итак, проблема спасения СССР плавно и неторопливо перешла в следующую стадию. Сильно упрощая, чтобы Союз выжил и сохранился, необходимо несколько условий:

1. Военная безопасность — с этим все в полном порядке, даже без моей помощи.

2. Экономика. Более или менее наладилось, основные и самые крупные «черные дыры», куда утекал бюджет страны, перекрыты. Сняты с дотаций более сорока стран социализма и прочих нахлебников. После того, как они нагло и беззастенчиво предали СССР, всего лишь за обещание списания всех долгов — даже самые упертые ленинцы и интернационалисты согласились, что «не в коня корм» и «сколько волка не корми, они предать норовят», поэтому, мол, нечего напрасно тратить деньги. Цитаты про коня и волка дословные, с заседания ЦК партии. Лигачев сильно обиделся, и так прошелся по бывшим союзникам, что им резко поплохело там у себя. В нескольких странах даже политический кризис случился.

3. Политическое устройство. В этой сфере огромное количество проблем, причем серьезных и, боюсь, некоторые из них неизлечимые. Благодаря неудавшемуся перевороту ситуация заметно улучшилась и стабилизировалась. Самая одиозная часть партийной и националистической элиты обезврежена, проведена широкая чистка, теперь большая часть Политбюро поддерживает ВКЧП. Прежде всего, благодаря эффектной молниеносной победе Лигачева, причем уже второй раз подряд за такой короткий срок. Все любят и уважают победителей, сильных и успешных, а нынешний дуумвират очень неплохо себя проявил. Товарищ Фалин не оправдал моих надежд, потихоньку отошел на второй план, сосредоточившись на работе МИДа, а несостоявшийся премьер Павлов увяз в экономических проблемах, аки пчела в сиропе, и практически перестал появляться на ТВ и светиться в СМИ. Так, что власть в стране целиком перешла в руки дуэта Крючков-Лигачев.

4. Идеология. Самая сложная и противоречивая проблема. Если решение первых трех вопросов достаточно очевидно, то здесь тупик полный, но именно идеология и является фундаментом будущего страны. За годы перестройки идеи социализма и коммунизма были сильно дискредитированы и частично опорочены. Авторитет партии опустился на чудовищно низкую высоту, доверие к государству утрачено, страну захлестнул вал низкопробной, но весьма эффективной западной пропаганды. И все это на фоне снижения уровня жизни, вырождения властной элиты и откровенного загнивания творческой интеллигенции. Внутри страны, кроме молодежи и технической интеллигенции опереться по факту не на кого! Старая гвардия закостенела, сильно раздроблена и не имеет внятных ориентиров. Как вспомню сотни, если не тысячи, коммунистических партий и движений, возникших после распада СССР, так совсем грустно становится. За тридцать лет наследники КПСС так и не смогли объединиться и предложить хоть что-то осмысленное. Кроме критики власти (зачастую обоснованной) и пустых лозунгов — абсолютно ничего, полный ноль. О конкретных результатах и говорить нечего.

Никакая пропаганда не поможет при открытых границах, а учитывая появление глобального Интернета в ближайшие годы, так и вовсе назревает очевидная катастрофа. Поэтому надо использовать эти пять лет максимально эффективно для подготовки молодого поколения, способного не просто выжить в новой информационной эпохе, но и победить.

Моя идея проста и очевидна: нужно не отгораживаться от ИТ-революции, а возглавить её! Выйти на лидирующие места в мире, застолбить за собой приоритет, отвоевать и удержать лакомые сегменты Интернета и в программировании. Если в сфере микроэлектроники мы не скоро догоним Запад, то в сфере программ можем стать законодателями мировой моды и даже монополистами.

Поэтому мне нужен Вячеслав Борисов в качестве лидера нового Всесоюзного движения юных программистов! Но лидер, который не может постоять за себя и дать, когда требуется, в морду — это пустышка, бесполезная трата моих сил, времени и ресурсов.

Про то, что Слава станет известным и популярным автором я тоже не соврал. Фантастика — это величайший инструмент управления мыслями и стремлениями общества. Особенно, его молодой и технически образованной части. Сильно недооцененный в СССР инструмент и мало используемый в будущем. По причине опасности для глобального миропорядка и «сложности настройки». Впрочем, Голливуд вполне успешно программировал воззрения миллиардов людей при помощи кинофильмов, по сути создавая образы нужного им будущего. Если внимательно присмотреться, то именно фантастика, в самых разных её проявлениях, стала ключевым способом промывания мозгов на рубеже третьего тысячелетия. «Аватар», «Терминатор», «Матрица», «День Независимости», «Люди в черном» и так далее. Фильмы про зомби, постапокалипсис, пришельцев, мутанты и супергерои — несть им числа. Только в подавляющем числе случаев — это «черная», негативная фантастика, соответственно и результаты жуткие.

Мы же будем строить светлое прекрасное будущее, извиняюсь за пафос, поэтому и фантастика у нас будет светлой, доброй и созидательной. Как только победим.

Будущий лидер советских программистов и гуру фантастики сильно удивился бы, узнав, что ему предназначено. Ибо литературными талантами не обладает вообще. Наивысшее достижение в этой сфере: пятерка за сочинение на вступительных экзаменах в ВУЗ. Но когда отсутствие таланта мешало популярности? Есть же такое понятие, как «литературный негр», или если выражаться прилично — соавтор. Вячеслав будет работать генератором идей, прекрасных и уникальных, а художественно оформлять их в предложения будет более способный товарищ. Почести и премии — пополам, даже со мной делиться не надо, светиться мне противопоказано. Будет Славик моим аватаром, если в терминах синематографа будущего выражаться.

* * *

К поиску соавтора для будущего дуэта подошел основательно. Записался в городскую библиотеку, получил абонемент, обложился подшивками и приступил к изучению потенциальных кандидатов.

Научная фантастика в СССР всегда была популярна, но именно на последние годы существования Союза пришелся её небывалый расцвет. Тиражи журналов, специализирующихся на этой тематике в данный момент исчисляются миллионами, причем особой популярностью пользуются региональные издания: например, упоминаемый ранее, минский «Парус», который мне не удалось отжать в свою пользу или «Уральский следопыт» из Свердловска. На Украине и в Казахской ССР тоже издают свои собственные научно-фантастические журналы миллионными тиражами.

Поэтому не удивительно, что фестивали фантастики в Советском Союзе проводят в провинции. Обусловлено это дороговизной аренды концертных залов в столице и огромными проблемами с размещением гостей в гостиницах. Размах мероприятий получается не шуточный, приезжают гости со всей страны, а это больше тысячи человек и найти жилье для них всех в Первопрестольной нереально.

Самые крупные фестивали фантастики проходят в Свердловске и в Одессе.

«Аэлита-89», к сожалению, уже прошла в апреле месяце на Урале, именно о ней удалось собрать больше всего полезной информации. «Фанкон-89» запланирован на сентябрь на берегу Черного моря в Одессе, но, судя по всему, не состоится. Причем по моей вине! Оказывается, подобные мероприятия проводится исключительно на деньги спонсоров. Благодаря моему активному вмешательству в исторический процесс, в стране приостановили деятельность всех кооперативов, и фестиваль остался и без спонсора и без денег. Справедливости ради, кооператив был научно-технической направленности, специализировался на разработке и продаже программ. Хотя, скорее всего, возили компьютеры на бартер из-за границы, география намекает. Иначе откуда такая невиданная щедрость, если нет прибыли в пятьсот процентов, на программах столько не заработаешь.

Как истинный поклонник научной фантастики, а никакой другой фантастики в СССР не существует, я не мог оставить такой печальный след в истории жанра, поэтому в мою светлую мудрую голову пришла мысль «приватизировать» (в хорошем смысле этого слова) фестиваль «Фанкон» и организовать его под моим патронажем и руководством.

Дом культуры для проведения конференций у меня есть, в августе студенческая общага полупустая, так что легко можно несколько сотен гостей разместить. Все прекрасно, кроме одного обстоятельства: Реутов — закрытый режимный город, и получить полтысячи пропусков для кучи подозрительного народа абсолютно нереально. Леонтьев не поможет, да и светить мою домашнюю локацию не очень хочется.

Отсюда напрашивается вывод, что фестиваль надо проводить в Москве в августе месяце, заодно спихнуть организационные проблемы на кого-то другого. У нас в стране, между прочим, есть ВЛКСМ с бюджетом в миллионы рублей и десятками тысяч функционеров, которые должны заниматься делами молодежи по определению! Почему я один должен пахать на благо страны? Вопрос риторический. Мне хватит должности главного консультанта фестиваля, даже если такой должности не существует и её придется придумать.

Сам по себе, съезд фантастов всея Руси и других республик проблемы воспитания не решит, но зато я смогу вживую посмотреть почти всех участников, послушать выступления и отобрать самых полезных. Провести «кастинг», так сказать.

По материалам «Аэлиты-89», которые я нашел, впечатления грустные. Из почти сотни участников ни одного знакомого имени, кроме нескольких мэтров, динозавров советской фантастики, вроде Стругацких и Булычева. К сожалению, они мне не подходят, при всем моем уважении к их заслугам. И дело даже не в том, что у одного из Стругацких зять — Егор Гайдар, а в том, что они признанные авторитеты со своим устоявшимся мировоззрением, жизненным опытом и собственной шкалой ценностей. Такими людьми манипулировать очень тяжело, а переубеждать и просвещать — ни времени, ни желания особого у меня нет. Мне нужен талантливый начинающий автор, готовый рискнуть и двинуться в неизвестность новой компьютерной эры, с моими подсказками и в нужном направлении, а признанные мэтры слишком высокого мнения о себе, чтобы слушать каких-то мутных консультантов. К бабке не ходи, обязательно начнут творчески «улучшать» и переделывать мои идеи и сценарии. В результате получится замечательная хрень с гарантией.

Пока у меня только один кандидат, подходящего возраста и таланта — Сергей Лукьяненко, застрявший в Алма-Ате. Насовсем сюда он не переедет, но на фестиваль обязательно его заманим. Оплатим перелет и гостиницу, пообещаем опубликовать рассказы или еще что-нибудь придумаем. В принципе, писать он может у себя дома, почта в СССР работает исправно, междугородний телефон тоже, «Аэрофлот» по ценам доступен, раз в два месяца можно слетать в Москву и обратно — не обеднеем.

Все-таки обидно, что минский журнал «Парус» мне не отдали. Новоиспеченному движению юных программистов обязательно нужен свой «орган печати», а лучше — два! Ежедневная газета и журнал, выходящий пару раз в месяц. Неплохо было бы обзавестись собственной передачей на центральном ТВ, это дало бы эффект сразу, и послужило бы прекрасной рекламой, но пока об этом мечтать рано.

По этому поводу вспомнился «вещий» сон про Кота Матроскина. Если смотреть по датам, то ночной прогноз уже не сбылся, в видении четко было указано, что в начале июля вышла первая передача, а сам плюшевый кот был изготовлен за несколько недель до этого. В реальности, еще никто не приступал к его пошиву, и даже не представляю, кто это вообще может сделать.

Странный сон, если вдуматься. С цифрами, с фамилиями и точными датами. Не подозревал, что такое вообще возможно! И что самое интересное, запомнился прекрасно в мельчайших подробностях.

Убедившись окончательно, что сон — это всего лишь глюки уставшего мозга, а реальность идет своим путем, я успокоился. Брачный договор со Светкой оказался всего лишь ночным кошмаром, а значит, можно использовать идею не опасаясь печати ЗАГСа в паспорте.

Концепцию телепередачи придётся поменять, а рыжего К@та сделать официальным символом движения юных программистов. В таком формате шансы проскочить на голубой экран стремительно вырастают! Компьютеры — это безобидная тема с точки зрения высокого начальства, в отличие от политики или экономики. Правда, время выхода передачи придется перенести на более ранее — в полдесятого дети уже спят. Хотя, у нас основной зритель не дети, а юноши и студенты, а прайм-тайм жалко упускать.

Решено, как только Лигачев успокоится и остынет, буду просить эфир на первом канале. Для начала хотя бы раз в неделю, а дальше посмотрим. Леонтьева такой наивной хитростью не обманешь, но думаю, он сам поймет со временем, как важен собственный информационный канал влияния.

Интерлюдия

Москва. Кремль. 1 июля 1989 года

— Здравствуйте, Карен Нерсесович, проходите, присаживайтесь.

— Добрый день, Егор Кузьмич. Спасибо, что приняли сразу, дело не терпит отлагательств.

— Для руководителя международного отдела ЦК, да не найти свободной минутки? Разве такое возможно? По какому такому делу нужда привела вас в мой кабинет? Покаяться решили?

Посетитель вздрогнул от неожиданности, посмотрел на хозяина кабинета и холодно поинтересовался;

— За мной есть вина?

— Ну, право же. Разве не вы два десятилетия подряд рассказывали нам сказки, что будущее за неприсоединившимися странами Латинской Америки и Африки, и что если им помочь, то они станут нашими верными союзниками? Теперь вдруг выяснилось, что они продались все поголовно, прямо с потрохами. Не чувствуете своей вины?

— Все мы иногда ошибаемся.

— Ваша ошибка стоила Советскому Союзу сотни миллиардов долларов, изъятых из народного хозяйства и потраченных впустую.

— Решения принимал не я. Вы тоже не слишком возражали в ЦК и Политбюро против помощи союзн… разным странам.

— Понятно. Каяться вы не хотите. Так зачем явились? — Лигачев сделал вид, что разозлился и демонстративно посмотрел на часы.

— Я представляю группу товарищей, готовых пойти на сотрудничество и помочь при решении некоторых сложных проблем. Например, мы можем повлиять на ситуацию в Армении и Грузии.

— Вы считаете, что советская власть не в состоянии справиться с кучкой бунтовщиков? И что за группа товарищей, которую вы представляете? Не могли бы выражаться яснее. Международный отдел ЦК теперь занимается вопросом национальных республик СССР?

— Нет, сейчас говорю не от себя лично, здесь я по поручению генерал-лейтенанта госбезопасности Пивовранова Евгения Петровича.

Имя произвело впечатление. Лигачев немного побледнел и стал мрачным, словно туча.

— Товарищ Пивовранов давно уже не работает в органах. Если мне не изменяет память, он сейчас возглавляет Торгово-промышленную палату СССР?

— Генералы госбезопасности бывшими не бывают, как мы оба понимаем. У товарища Пивовранова остались полезные связи в закавказских республиках, и он предлагает свою помощь в разрешении кризиса.

— У вас есть основания думать, что мы не справимся? Зачем нам ваша помощь? Вы так и не ответили.

— Есть предчувствие, что без масштабного введения войск подавить мятеж будет сложно. Мы же предлагаем мирное решение вопроса без кровопролития.

— Полагаю, справимся без помощи бывших генералов.

— В Прибалтике и на Украине тоже?

Лигачев покраснел, что можно было расценить, как верный признак, что он в ярости.

— Угрожаете?

— Ни в коем случае! Вы меня не так поняли. Наоборот, это предложение мира и взаимовыгодного сотрудничества. Причем на ваших условиях, как победителей. Зачем нам кровь, война и противостояние, если можно договориться? На ваших условиях — это главное, что меня просили передать. И в качестве жеста доброй воли, позвольте вам передать эту папочку. Вам будет наверняка любопытно узнать, на кого работает ваш протеже Каргинян.

— Мы подумаем, Карен Нерсесович. И свяжемся с вами. Можете быть свободны.

После того, как посетитель вышел, открылась дверь из смежной комнаты, откуда появился председатель КГБ СССР.

— Ты прав оказался, Володя.

— Значит, все-таки Пивовранов? Товарищи из Коминтерна вылезли на свет божий. Как чувствовал, что без них здесь не обошлось. Давно подозревал, что это дело рук Евгения Петровича.

— Как думаешь, что просить станут взамен?

— Генерала Добкова освободить. Это его протеже, со времен Андропова наверх тащил, а тут такой конфуз.

— Быстро они раскусили Каргиняна, не сработала твоя обманка. Не поверили. Так и до попаданца добраться могут.

— Что будем делать? Соглашаться?

— Так сразу? Ни за что! Поторгуемся для начала. Нам спешить сейчас некуда, время работает на нас.

— Становишься похожим на ясновидящего провидца. Уже рассуждать начал, и торгуешься, как коммерсант.

— Не поверишь! Ты тоже изменился под его влиянием. Это же как вирус инопланетный, заражает всех вокруг. Цинизмом, расчетом и наглостью.

— Может шлепнуть его и вся недолга? Или в каземат упрятать? Слишком много проблем с ним.

— Егор Кузьмич, ты когда шутишь, хоть улыбайся немного. Люди, которые тебя плохо знают, они, ведь, поверить могут!

— Ну тебя в баню, с твоим пропаданцем. Пусть живет. И премию выдай, наконец.

Конец интерлюдии

Глава 14

К концу июня наступило затишье на всех фронтах, что позволило мне наконец-то нормально заняться личной жизнью. Если кто-то наивно полагает, что двадцатилетнему, физически здоровому парню можно обойтись без женщин — тот сильно ошибается.

Выражаясь военным языком, на главном стратегическом направлении, под которым понимается охмурение красавицы Ирины, после череды неудачных наступлений линия фронта стабилизировалась. Знойная испанская дива оказалась на редкость неприступной крепостью. Все мои поползновения были отбиты еще на подступах с легкостью, удивившей даже меня. Не сказать, что я опытный сердцеед и брутальный мачо, но в прошлой жизни таких обидных проколов не припомню! Бывало и «динамили», и стервы попадались, но там изначально не было особого настроя: «выйдет-не выйдет, да и черт с ней, других полно». Здесь же месяц безуспешных атак и нулевой результат в виде снисходительной довольной улыбки от Ирины Викторовны.

В результате сложилась патовая ситуация, отношения вроде бы появились, хочешь, не хочешь, а каждый день встречаемся на работе, да и мои знаки внимания трудно не заметить, но эти отношения уверенно и неуклонно трансформировались в некое подобие дружбы, что меня категорически не устраивало.

Ирина мило ласково улыбалась, определенно проявляла симпатию, но мгновенно и жестко пресекала любые попытки ухаживаний, а все мои намеки нагло игнорировала, делая томный вид глупой сельской дурочки, не понимающей намеков на сеновал. Ситуация её явно забавляла, чего нельзя было сказать обо мне.

Понятное дело, что два месяца без женской ласки — это запредельно много. Я же не моряк дальнего плавания по вероисповеданию, все же. Поэтому пришлось искать альтернативу, благо, мой сосед по комнате, Сеня Лавров, с первого дня предлагал наведаться на дискотеку в ДК «Трикотажник», где много симпатичных девушек с одноименной фабрики. Правда, он забыл предупредить, что эта «поляна с цветущими лотосами» окучивается огородниками мужского пола из ГПТУ-5, и чужакам там не слишком рады.

Тем не менее, идея сработала. Еще в начале июня мы наведались в это прекрасное место, где я в первый же вечер познакомился с приятной и обаятельной хохлушкой-хохотушкой Настей, приехавшей работать на фабрику, откуда-то «з-пид Чернигова». Кроме очаровательной улыбки кареглазая Настасья обладала приятными формами, уверенно третьего размера, тонкой талией и стройными ножками. Натуральная сексуальная бомбочка, пухленькая и податливая в определенных местах, правда, как выражаются юристы, с обременением в виде ухажера из упомянутого ранее ПТУ.

Вообще, странный парадокс. Чем меньше населенный пункт — тем выше конкуренция за красивых баб. Если в крупном городе вы можете прийти на дискотеку и спокойно уйти с понравившейся девушкой, по крайней мере в центре города, то в райцентре этот номер не пройдет и вы гарантировано рискуете выхватить нокаут от толпы местных аборигенов. В селе же за попытку увести девку с танцпола, вы, скорее всего, окажетесь в больничке, получив оглоблей по затылку.

Поскольку ухажер Насте (и мне заодно) не нравился, то пришлось дать ему пару воспитательных тумаков, а дружков, которых он привел с собой, поучить правильным пацанским манерам. Ребятишки оказались из нормальных рабочих семей, уголовной лексикой не владели, поэтому несколько растерялись от наезда, быстро осознали, что не правы, и этим уберегли себя от легких телесных повреждений. Все-таки есть свои преимущества от статуса закрытого города — молодежь здесь воспитанная и непуганая. У нас на районе в подобной ситуации пока толпой в двадцать человек не соберутся и не отметелят залетного оборзевшего гостя — не успокоятся.

Всем хороша оказалась Настена, кроме того прискорбного факта, что Реутов — весьма небольшой город, в котором всего три ресторана и два кинотеатра. По сути, это огромная деревня, где все друг друга знают в лицо, и всё на виду. Поэтому вывести девушку в свет незаметно — нечего и думать. Меня уже половина завода узнает и здоровается, поскольку работать мне приходится в доме культуры «НПО Машиностроения», а через наш ДК не меньше тысячи жителей за неделю проходит.

Стоит мне вытащить новую подругу в кабак, завтра уже весь трудовой коллектив, включая уважаемую Ирину Викторовну, будут знать, что Саня Морозов с новой кралей с «трикотажки» замутил, тем более, что наши лабухи из ВИА во всех ресторанах города по очереди вечерами подрабатывают. Между прочим, на моих песнях бабло рубят. Справедливости ради, с личного разрешения автора исполняют, и даже иногда отдариваются «Советским шампанским» или армянским коньяком. Тонко намекая, что неплохо было бы подкинуть им новый шлягер.

Так что отношения с приятной во всех отношениях, девицей Настасьей зашли в стратегический тупик. Ухажер, который появляется раз в неделю, и никуда не выводит свою пассию — никому даром не нужен, даже если он умен, красив, и чертовски обаятелен. Это я про себя скромного, если кто не понял.

К тому же, тайные встречи в комнате общежития Трикотажной фабрики — это не комильфо, даже для такого неприхотливого циника, как я. Снять квартиру для любовных встреч мне не позволит начальство из соображений конспирации, будь она неладна.

Можно, конечно, компенсировать отсутствие романтики щедрыми и дорогими подарками, но это путь в никуда, проверено опытным путем, хоть и не лично. Слишком много подобных примеров среди знакомых и друзей. Отношения сразу переходят в плоскость товаро-денежных услуг, и вместо романтичного любовного приключения получаем содержанку с обязательной оплатой. Хорошо, если не почасовой. Денег не жалко абсолютно, но это просто некрасиво по отношению к милой доброй и безотказной девушке.

Кроме того, в любой даме должна быть загадка, а девушка с трикотажного комбината — это не тот тип роковой женщины, которую надо долго разгадывать. Будь больше времени, может, нашлись бы и другие таланты, кроме приятной мягкости и умеренной доступности, но чего нет — того нет. Даже в Светке можно, при желании, найти кучу загадочного и необычного, не сказать, что всегда приятного и адекватного, но личность у коварной злючки глубокая и непредсказуемая. Никогда не знаешь, что выкинет нового. Мечта психиатра — да и только. С девушкой из Чернигова получилось слишком легко и просто, поэтому быстро наскучило. Все-таки, мне не двадцать лет, как в паспорте, а в полтора раза больше. Поэтому одной физиологией сыт не будешь. Короче — пришлось расстаться, и сосредоточиться на трудной, но более интересной цели.

Описывать первый неудачный этап охмурения нет смысла. Слишком много сил и времени отнимала работа, поэтому ничего особо интересного и оригинального придумать не успел. Починил в муз-кабинете розетку (предварительно мной же сломанную), отремонтировал усилитель (причина поломки аналогичная), устранил еще десяток мелких проблем. Классика жанра, строго по рекомендациям великого Робера Чалдини и его «Психологии влияния»: помоги человеку бесплатно, и он будет чувствовать себя обязанным во много раз больше. Понятно, что такое количество мелких неприятностей само собой возникнуть не может, теория вероятности протестует, поэтому череду пакостей пришлось организовать самому. Затем героически с блеском их устранять. Кто-то скажет, что это нечестно и коварно — на что я отвечу: «А полтора месяца водить меня за нос, дразня недоступной красотой — это честно?». Вопрос риторический.

В идеале, следует закрепить ассоциацию, связанную с безотказным другом, который всегда придет на помощь и быстро устранит любую поломку. Метод позаимствован из одной любопытной книжки, на этот раз художественной.

Молодой человек, чтобы добиться внимания девушки подарил ей амулет, якобы приносящий удачу. После чего тайно организовал мощный поток удачных и невероятных событий для своей дамы сердца, убеждая её, что талисман работает и приносит удачу. Любой человек поверит в мистику, если в течение месяца на тебя сыпятся выигрыши в лотерею, повышения на работе, удачные скидки, выгодные предложения со всех сторон, а кошельки с деньгами попадаются по два раза на дню.

При этом к амулету прилагалась печальная легенда, что если дама сердца не ответит взаимностью, то юношу ждет погибель или что-то в этом же духе. Чем закончилась история не помню, но сюжет занятный. (книга называется «Прирожденный торгаш», автор неизвестен:)).

Метод уникальный и эффективный. Если цель действительно того стоит, то можно постараться. Главный недостаток — большой объем «обеспечивающих» мероприятий, вдобавок придется потратить много времени и ресурсов. Ну, и мозгами придется пошевелить изрядно. Но это козырная карта, и разыгрывать её надо наверняка, основательно и без спешки.

Пока же усыпляем бдительность противника, то есть, будущей жертвы обольщения, позиционными маневрами без заметных успехов и продвижения по фронту. Извиняюсь, за армейский жаргон, на войне — как на войне.

У Ирочки нашлась лишь одна уязвимая точка в обороне — слабость к Испании и всему, что с этой страной связано. Видимо, сказалась редкая наследственность.

Конечно же, я не мог не воспользоваться такой удачей, ибо единственный человек в окрестностях Реутова и всех соседних сел, который там вообще бывал и может поведать о красотах страны басков из личных впечатлениях.

Под такое дело я, наконец, получил соизволение на то, чтобы проводить даму до дома. Мотивировал это тем, что в рабочее время в казенном учреждении рассказывать об удивительной и сказочной Испании — чистейшее некомильфо и неуважение к родине Сальвадора Дали и Антонио Гауди.

— Ты так убедительно врешь, что я иногда начинаю тебе верить!

В этот момент мы неспешно прогуливались по аллее парка, и стоит отметить, что находился этот парк в значительном отдалении от маршрута, которым глубокоуважаемая и обольстительная сеньора Ирина обычно возвращается домой. День выдался солнечным, но не жарким — идеальное время для прогулки на свежем воздухе после рабочего дня.

В легком воздушном платье, в туфельках на тоненьких каблуках, стройная и изящная, смотрелась моя спутница восхитительно, я бы сказал — волшебно. Мужики все поголовно оборачивались вслед, даже те, что вместе с супругами и детьми выбрались прогуляться в парк.

В знак благосклонности и в качестве поощрения Ирочка уцепилась за мою руку, впервые за все время нашего знакомства. До этого пару раз удалось проводить до дома, но такое чудо наблюдается первый раз. Сработала тактика из сказок «Тысяча и одно динамо», где гражданка Шахерезада каждую ночь обрывала сказку на самом интересом месте и нагло обещала продолжение на следующий вечер. Таким образом она столовалась и питалась у султана три года подряд чисто нахаляву.

— Никогда не вру без острой необходимости. Тем более, таким красивым девушкам.

— Пффф. Так тебе и поверила. Какая нужда заставила самого честного в мире парня выдумать историю про испанскую делегацию и концерт? Врун ты, неисправимый.

— Лишь безнадежная влюбленность вынудила меня пойти на этот отчаянный шаг. Сердцу насильно не прикажешь. Ни есть, ни пить неделю не мог. Отощал на три килограмма двести грамм. Во сне твое имя начал произносить!

Спутница немного отстранилась, не отпуская руки, посмотрела на меня снисходительно-недоверчиво, словно обнаружила рядом цыгана, предлагающего золотое кольцо по цене фикуса.

— Во сне? И как же ты утром это вспомнил?

— Сосед пожаловался. Напугал его сильно. Даже коменданта хотел вызвать. Врачи говорят — не лечится. Только в прорубь или под поезд «Магадан-Саратов» бросаться, как Анна Каренина. Нераздельное чувство — оно такое.

— Про соседа не интересно. Расскажи лучше еще про Испанию. Красивые там девушки?

— В столице страшненькие все, как на подбор. В Каталонии попадаются очень интересные дамочки, жгучие и страстные, как огонь. Хотя может, красивые дамы в Мадриде по улицам не ходят, а сидят замужем за богатыми сеньорами в дорогих апартаментах, и ездят исключительно на лакированных мобилях с личным водителем. Поэтому и не видно их, красивых.

— Как бы я хотела там оказаться! — Ирина даже зажмурилась, наверное представляя себя где-то на Пласа-Майор или Гран Виа. — Бабушка на Рождество всегда готовила мадридское рагу с копченной колбасой и курицей. Такое объедение, лучший вкус детства! Не пробовал?

— Не. Мадридское рагу зимой обычно готовят, а я летом там был. Да и кровяная колбаса в рагу меня смущает. В жару лучше супец навернуть, томатный гаспачо с огурчиками в самый раз. Или попробовать каракатиц в собственных чернилах «Наварра» с белым «Шардоне Пенелес». Рекомендую, когда окажешься в Барселоне обязательно попробуй.

Спутница моя резко остановилась.

— Не смешно. Твой дурацкий розыгрыш меня пугает. Откуда ты узнал про то, что мадридское рагу летом не готовят? Ни за что не поверю, что ты по настоящему в Испании был.

— Вот так всегда. Говоришь чистую правду, а тебе не верят. Соврешь — наобор… Эээ….через Рижское морское пароходство. Практика на рыбоперерабатывающем СРЗТ «Мстислав Карбышев». Прошлым летом. Месяц стояли с поломкой судового двигателя в Аликанте. Все побережье успел облазить. Даже испанскими танцами позанимался. Так понятнее?

— Посмотри мне в глаза, наглый врунишка! — впервые объект проявил признаки кровожадной свирепости, очаровательной и обольстительной одновременно. — Узнаю, что соврал снова — все глазки твои бесстыжие выцарапаю! Своими грязными лапами да в мою любимую Испанию? Пощады не жди.

— Что значит — снова соврал? — Видя нешуточную угрозу, решил не дразнить огнедышащего дракона канистрой с бензином. — Хотел рассказать, как познакомился с хозяином таверны, который лично был знаком с Антонио Гауди. Иду я, значит, по Виа Диагональ. Это бывший проспект имени Франко, его переименовали недавно. Вижу уютный кабачок. Жара. Сиеста. Центр словно вымер, даже туристов не видать. Дай, думаю, «Сангрии» холодненькой отведаю. Захожу, а там… Рассказывать дальше?

— Трави баланду дальше. У тебя хорошо получается, сказочно, но правдоподобно. Про Гауди в библиотеку наверно бегал, чтобы знаний набраться?

— С виду интеллигентная барышня, а выражаешься, как портовая… красавица.

— То-то же. Интересно только, откуда у простого советского матроса деньги, чтобы по ресторанам бегать за границей и вино пробовать? Папа дипломатом работает в посольстве? Ну соври же что-нибудь, не стесняйся.

— Фотоаппарат и часы продал, по вечерам у греков в порту на выгрузке подрабатывал. Там копеечка, тут пару песо. Так и насобирал.

— Скользкий тип ты, Саша. На все у тебя ответ есть.

— Потому, что чистая правда. Ничего выдумывать не надо.

— Ну-ну, почему-то сразу верю.

Вопреки опасениям, Ирина мою руку не отпустила, наоборот даже прижалась чуть сильнее. Или показалось?

Глава 15

Идиллия быстро закончилась. Несколько дней спокойного безмятежного ничегонеделанья, и вновь появился товарищ Леонтьев, и, как ни в чем не бывало, загрузил меня работой сверх всякой нормы, наплевав на КЗОТ и права гражданина на законный отпуск.

— Ты еще полтора года в армии находиться должен. Какой-такой отпуск? — искренне удивился рабовладелец в погонах.

— Вообще-то я уже три года в общей сложности отслужил, и долг Родине дважды отдал, — напомнил я о своих заслугах.

— Может, тебе пенсию за прожитые, неизвестно где, годы оформить? Ладно, не будем спорить. Поговорим о приятном.

Высокое начальство решило проявить неожиданную щедрость и вознаградить попаданца по заслугам. Товарищ Леонтьев торжественно вручил сберегательную книжку на мое имя, где обнаружилась круглая сумма в десять тысяч советских рублей. Видимо, доля малая за клад, обнаруженный в бывшем особняке князей Трубецких.

Еще одним подарком, добравшимся, наконец до адресата, стала толстая пачка чеков «Березка». По какому курсу обменяли румынские леи, которые полагались обладателю серебряной «Звезды Румынии», так и не понял. Чеки в руки не дали, только проинформировали, что я смогу их получить у капитана Петрова в любой момент, когда соберусь потратить. До того времени ценные бумажки будут храниться у него в сейфе. Могу поспорить на что угодно, выдавать будут по крохам, конечно же, исключительно ради конспирации. Тем более, выяснилось, что это чеки нового образца, их только недавно запустили взамен старых, и светиться с крупными суммами не следует. Жмоты канцелярские! Вечно у них отговорки на все случаи жизни.

Деньги — вещь приятная, но потратить их особо некуда. Если только на красивых женщин, да и то по скромному, не привлекая лишнего внимания. Поэтому куда больше обрадовала неожиданная щедрость начальства, давшего карт-бланш на любые мои проекты, в рамках разумного, естественно. Кто будет определять рамки и их разумность — вопрос интересный, но подарок действительно царский.

Даже если половина моих идей воплотится в жизнь — эту страну трудно будет узнать через несколько лет. Главное — дожить бы до этого момента, в целости и сохранности!

Как говорят в армии: проси вдвое больше, рассчитывай на половину. Поэтому я озвучил все, что смог припомнить.

Журнал и газету тоже затребовал, заранее чувствуя, что такого жирного осетра обязательно урежут. Зато все вопросы связанные с компьютерами и программированием объединил в один проект «Цифровизация СССР», а уже в эту обертку засунул сразу все нужные мне мелкие темы, хоть как связанные с ЭВМ.

Завернуть тему нельзя, я все уши прожужжал начальству о ключевой роли компьютеров в следующем десятилетии, так, что даже кремлевские долгожители прониклись её важностью. При этом в ближайшем окружении Лигачева нет ни одного специалиста в этой сфере, с кем можно посоветоваться по такому необычному вопросу, поэтому придется принимать весь «пакет» целиком, полагаясь на знания и удачливость попаданца. Крючков возражать точно не станет, для советских спецслужб эта тема — настоящее Эльдорадо.

В проект «Цифровизация СССР» вошли:

1. Общественное движение «Юный программист». Со своими знаками отличия и наградами, по типу спортивных разрядов и ГТО. Структура разрабатывается.

2. Телевизионная передача «Компьютерный кот»

3. Несколько постоянных тематических рубрик в популярных всесоюзных научно-технических журналах

4. НПО «Бухгалтерская отчетность и автоматизация». Место расположения: Реутов. На должность руководителя предлагается Ашманов Игорь Станиславович.

5. Ежегодный фестиваль фантастики «Фанкомп» в Москве

6. Управление (отдел) перспективных программных разработок КГБ СССР. Начальник отдела — тов. Касперский Е. В.

Так же в свой «райдер» запросов включил полноценную геологоразведку месторождения Галкынаш в Туркмении. Желательно, чтобы проводило его «Нижневолжскбургеология» (язык сломаешь, пока выговоришь!) — как имеющие нужный практический опыт на очень похожем месторождении в Аксарайске.

Тут я немного слукавил, с этой задачей легко справится любая подобная контора, их навскидку не меньше десятка могу припомнить, но отдавать в чужие руки Ленинскую премию, обещанную родному бате — ага, щаззз!

Попросил разрешение на разработку месторождения гипса в Баскунчаке и на переговоры с австрийцами из «Кнауф». Гипс — это хорошо, замечательно и выгодно, но личное знакомство с иностранными буржуями мне нужно обязательно, даже если КГБ будет писать все подряд, включая чавканье при поедании устриц во время фуршета.

О рыбо-арбузном проекте не стал ничего напоминать, это старые договоренности и пока они исполняются, выгоднее помалкивать. С начальства станет их «пролонгацию» засчитать за свежую услугу. На их месте я бы так и сделал. Зачем платить, если можно засчитать старый платеж по второму разу?

Идея с иностранцами генералу Леонтьеву не понравилась, но возражать не стал, обещал обдумать и поддержать, если найдет план стоящим.

Конечно же, пряники просто так не раздаются. Взамен, на меня повесили разработку концепции военной реформы, причем в жесткие сроки. Заодно потребовали подробный доклад о перспективах развития вооружений в следующие десятилетия. Все мои отговорки, что в военной технике и вооружениях я разбираюсь на уровне начинающего нуба в «WOT» и весь мой боевой опыт ограничивается потоплением линкора «Ямато» в игре, название которой даже не помню, не были приняты во внимание.

— Кто если не ты? — злорадно ухмыльнулся генерал. — Ты у нас теперь всем дыркам затычка, эксперт по всем вопросам современности и будущности. Отрабатывай достойное звание.

— Это же страниц двадцать выйдет! Когда мне остальными делами заниматься?

— Побойся ЦК! Не меньше пятидесяти печатных листов. По всем родам войск и типам вооружений. Подробно с развернутыми комментариями. Прямая выгода для тебя. Зарекомендуешь с лучшей стороны перед новым министром обороны, появится у тебя еще один покровитель на самом верху.

— У нас новый министр? Проверенный товарищ, хоть? Можно ему такой материал в руки давать?

— Надежнее не бывает, с лучшими рекомендациями от самого деда Исмаила, — зловеще ухмыльнулся Леонтьев. — Адмирал флота Чернавин. Знаешь такого?

— Ого! Не ожидал. Постойте! Так это… Адмирала назначили, значит, точно армию сокращать собрались? Всерьез?

— Правильно мыслишь. Вот это ты и должен обосновать. На пятидесяти листах. Что стране действительно необходимо, а что только деньги съедает без малейшей пользы. И вот еще что… Фамилии Пивовранов и Брутенц тебе ничего не говорят?

— Первый раз слышу. Кто это?

— Генерал-лейтенант госбезопасности в отставке Пивовранов возглавляет Торгово-промышленную палату СССР, Брутенц Карен Нерсесович — зав международным отделом ЦК. Крупные фигуры, не могли они не засветиться в твоем будущем. Постарайся вспомнить хоть что-нибудь, это очень важно.

— Гм. Все равно, не припоминаю. Что за звание такое странное — генерал госбезопасности?

— В пятидесятые годы было. Евгений Петрович еще при Сталине генеральское звание получал.

— Тогда ничего удивительного. Ему сколько лет сейчас? Под восемьдесят? Возраст и здоровье, вывод очевиден. Не дотянул генерал до следующего тысячелетия. Поэтому ничего о нем не помню.

— Брутенцу шестьдесят пять. Медицинская карта свидетельствует о хорошем здоровье.

— Могу только предположить. Ваш объект либо уехал за границу в девяностые, в Армению или в США, например, либо занимался делами, не требующими публичности. Эдакий тихий, незаметный, но весьма осведомленный чиновник с нужными связями для хитрых теневых схем. Чем же они так заинтересовали высокое начальство, что мое мнение потребовалось?

— Ты прав, твое мнение важно. Ситуация неоднозначная. Тебе что-нибудь известно о такой организации, как Коминтерн?

— В общих чертах. Троцкий вроде бы создал международную сеть компартий. Мечтал устроить мировую революцию. Если память не изменяет, Коммунистический Интернационал окончательно окочурился еще во времена Сталина. У нас даже завод в городе есть имени Третьего Интернационала, а четвертому, как известно, не бывать. Или это про Рим сказано? В любом случае, дела давно минувших лет.

— Не совсем так. Коминтерн формально давно не существует, но его преемники и наследники никуда не делись. В некотором роде, Международный отдел ЦК — это он и есть. Конечно, не весь, но значительная часть. Структура официально нигде не была оформлена, но весьма влиятельная и самостоятельная, особенно в вопросах международных отношений, связей с иностранными компартиями и внешней торговли. Очень сильные позиции имеют в МИД, Внешторге, Госбанке. Даже в КГБ есть их представители.

— Насколько независимы? И насколько влиятельны?

— В некоторых вопросах их мнение было решающим. Генеральный секретарь ЦК КПСС почти всегда прислушивался к их рекомендациям, скажем так. Особенно, в сфере международных отношений. Во внутренние дела они не вмешивались.

— Понял! Знаменитое «золото партии», исчезнувшее неизвестно куда. Так вот, кто его приватизировал. Теперь все сходится. Сразу ясно зачем целый генерал госбезопасности в торгово-промышленной палате сидит. Это же контроль над всеми валютными потоками страны. Не понятно только, по какой причине эти тихие и неприметные граждане решили вылезти на свет белый? Чего просят?

— Мировое соглашение предлагают. Помощь в нац. республиках.

— Соглашайтесь. Плохой мир лучше доброй войны, вдобавок, можно неплохо подзаработать деньжат. Это они удачно заглянули!

— Твоя предпринимательская натура видит только выгоду и поэтому логика твоя не всегда понятна советскому обычному человеку. Где здесь деньги?

— Элементарно, Ватсон. Извиняюсь, товарищ генерал, вырвалось от радости. «Глубинное государство», которое ставило на развал СССР, не только признало свое поражение, но и предлагает откупного — такой удачи я даже не планировал. Ваши «коминтерновцы» давно уже работают на Запад, по факту, и говорят прежде всего от их имени, ибо сами облажались и ничего из себя не представляют. Это же очевидно. Нафиг нам не сдалось усмирение Украины и Закавказья, у нас другие планы на них. Поэтому возьмем деньгами напрямую, заодно можно поторговаться насчет покупки технологий на Западе.

— Снова кредиты? Как потом отдавать?

— Кредиты не нужны. Во-первых: реструктуризация наших долгов, с отсрочкой на несколько лет, просто чтобы освободиться от долговой удавки. Но самое выгодное: мы продадим им дебиторскую задолженность Советского Союза! Нам сейчас должны двести миллиардов долларов, и по странному стечению обстоятельств, именно эти должники только что нас нагло предали. Теперь мы в полном своем вправе перепродать их долги коллекторам.

— Коллекторы — это?

— Это те, кто взыщут чужой долг любыми способами. За небольшую комиссию. В нашем случае — это сделают американцы с МВФ за очень хорошую комиссию. Предложим им перекупить наши долги за тридцать процентов от номинала.

— Ты с ума сошел? Сто сорок миллиардов долларов подарить пендо… врагам!

— Браво, товарищ генерал. Вы тоже начали называть США их настоящим именем. Что касается двухсот лярдов зелени — то их нет, они виртуальные, и никто никогда их не отдаст. Чубайс с Гайдаром иностранные долги Советскому Союзу едва смогли продать за 1–2 % от номинальной суммы. Да и те разворовали. Понятно, что переговорщики из них, как из навоза — пуля, и откаты там фантастические были, но реально эти долги даром никто не хотел брать. Особо умные прохиндеи из бывших братских стран социализма выкупили эти обязательств за символические копейки, просто чтобы потом вымогать из РФ советские долги не опасаясь встречных исков. Так, что если удастся получить хотя бы десять миллиардов долларов чистыми — это будет невероятный успех. Тем более, что мы не все долговые обязательства продадим, а только некоторые. Остальные страны-должники сами начнут умолять не делать этого, видя пример неудачников. Как США выбивают долги — всем известно, это не добрый мягкий СССР, который поймет, простит и снова в долг даст без процентов и навсегда.

— Десять миллиардов долларов сейчас нам бы не помешали.

— И я об этом же! Предлагаю начать с Каддафи. Он нас нагло кинул на тридцать миллиардов долларов в моем будущем, Муамар, как распоследний дурак, отправит на счета в Европу, где они загадочно исчезнут в известном всем направлении.

Глава 16

— Здравствуйте, Игорь Станиславович! Давно мечтал лично с вами познакомиться. Очень рад, видеть вас.

Товарищ Ашманов несколько растеряно пожал протянутую руку, и недоуменно воззрился на меня, пытаясь угадать, что делает молодой и подозрительно неадекватный гражданин в кабинете генерала КГБ. Будущего гуру и отца-основателя российского Интернета я узнал с трудом, слишком молодо он выглядел в сравнении с роликами на Ютубе, где обычно его лицезрел. Лишь голос не изменился — все тот же узнаваемый с легкой хрипотцой.

Сам товарищ Леонтьев тоже присутствовал в комнате, торжественно восседая в кожаном кресле за помпезным дубовым столом, но радоваться и бросаться в объятия вошедшему не спешил. Николай Сергеевич накануне предложил свою кандидатуру в качестве свадебного генерала для ускорения процесса вербовки, которую он не слишком вежливо обозвал, как операция «Сватовство гусара». Подозреваю, что ему скучно, а тут такой цирк бесплатно, да еще прямо на рабочем месте.

Товарища Ашманова, ничтоже сумняшесь, как выражается бессменный ведущий КВН, вызвали повесткой, поэтому его можно понять: мысленно он возможно уже запас сухарей начал сушить, а тут такая странная встреча.

— Мне тут… назначено, — замялся посетитель и аккуратно положил пропуск на край стола. Видно было, что он растерян и озадачен. — Вызывали.

— Не вызвали, а пригласили. Нужна ваша консультация по одному важному вопросу. В зависимости от результатов этой встречи, возможно мы предложим вам новую должность. Если не ошибаюсь, вы сейчас временно безработный?

— Можно подумать, вы не в курсе. Ваши же коллеги постарались, — неожиданно резко отреагировал гость. — С волчьим билетом уволили. Даже учителем информатики в школу теперь не берут.

— Ошибаетесь, товарищ Ашманов, — довольно усмехнулся генерал, решив видимо «потроллить» собеседника. — Ваш творческий шалман ликвидировали по моему личному указанию. Коллегии из органов здесь абсолютно не причем.

— Даже так? Чем же не угодил наш коллектив всесильному Комитету госбезопасности?

— По информации, полученной из надежных источников, сотрудники вашего отдела в полном составе решили остаться в США. Единственный, кто вернется в Советский Союз — товарищ Ашманов. Поэтому вас сюда пригласили.

— В этот раз ошибаетесь вы! Я собираюсь остаться в штатах при первой возможности, — повысил голос разозлившийся «возвращенец». — На Западе нет глупого волюнтаризма и самодурства, никто не разбрасывается хорошими специалистами. Сами разрешили выезжать всем желающим, а теперь передумали?

— Наши психологи дают сто процентов гарантии, что вы вернетесь. Ваш психотип не совместим с западным образом жизни и буржуазными ценностями. Вас можно отпускать без всяких сомнений — никуда вы не денетесь, вернетесь, как миленький. Чего нельзя сказать о ваших непутевых коллегах с их откровенно антисоветскими взглядами.

— Это незаконно — удерживать людей, которые не хотят и не могут жить в этой стране. Может ваши чертовы психологи и правы насчет меня, но зачем остальным жизнь ломать? Не проще отпустить? К военным разработкам и к безопасности страны наш коллектив отношения не имел. Для чего тогда все эти разговоры о демократии и гласности?

— Товарищ Ашманов, чтобы не было недомолвок и недопонимания, я счел своим долгом проинформировать вас. Все остальное объяснит вот этот молодой человек, наш консультант, товарищ Морозов. Но для начала подпишите эти два документа. Ничего особенного — всего лишь подписка о неразглашении. Что касается ваших друзей и коллег, можете не переживать — через три года отпустим их. Хоть в Штаты, хоть в Израиль.


После этого состоялся тяжелый и долгий разговор. Под одобрительное хмыканье и усмешки генерала я выдал заранее подготовленную легенду, что наша доблестная разведка героически выкрала секретный доклад из самого логова корпорации «Рэнд», которую для них подготовила «Дарпа», в свою очередь, работающая по заказу Пентагона над перспективными военными разработками.

Товарищ Ашманов в этом месте немного подвис, напомнив, что он вообще-то пишет программу проверки орфографии, причем на русском языке и не видит здесь никакой связи.

— Будет вам связь, подождите. Обо всем по порядку. Знаком ли вам закон Мура об удвоении мощности процессора каждые два года?

Игорь Константинович подтвердил, что знаком.

— Из полученных документов стало известно, что компания Интел разрабатывает линейку коммерческих процессоров Пентиум. С тактовой частотой от 60 МГц в 1993 году до 300 мегагерц к 1999 году. Что вы об этом можете сказать. При этом цена процессора, по мере налаживания производства и техпроцесса должна снижаться в геометрической прогрессии. Кроме «Интел» еще несколько компаний ведут разработки, но принципиально будет примерно тоже.

— Ничего себе! Это фантастика. Вы даже не представляете, какой это прорыв для всего человечества…

— Договаривайте Игорь Сергеевич. И… катастрофа для СССР? Вы это хотели сказать? Мы для этого и пригласили вас, чтобы услышать честное и объективное мнение.

— Вы правы. Советский Союз уже сейчас отстает примерно лет на пять, а с учетом вами сказанного, к концу века отставание удвоится. При существующей тенденции.

— При существующей — да! Но предупрежден, значит, вооружен. Советское правительство знает об этой угрозе и уже принимает меры. Совсем ликвидировать отставание, наверное, не получится, но и отрыв, надеемся, не увеличится.

В этот момент я выложил на стол первую картинку. Рисовал по памяти, да и прошло уже больше двадцати лет, после того как я последний раз пользовался «Виндоус-95», но в общих чертах вроде бы правильно изобразил рабочий стол с иконками.

— Это перспективная операционная система, рассчитанная на работу с сопроцессором от 100 Мгц.

Ашманов внимательно изучил картинку и выразился в том смысле, что, интересно конечно и оригинально выглядит, но пользоваться будет крайне неудобно.

— Что за корзина такая? Для чего нужны квадратики со значками в углу? Они слишком маленькие, при помощи табуляции на них перейти сложно, выделение на них сливаться будет, очень мелкие и слишком близко расположены.

— Операционная система рассчитана прежде всего на работу с мышью. В мусорную корзину можно перетаскивать ненужные файлы и документы. Иконки на рабочем столе запускают программу при двойном нажатии левой кнопки мыши. Это ярлык исполняемого файла с расширение ехе и com. Если нажать при помощи мышки на иконку и не отпускать, то можно перетащить её на любое место или спрятать в папку. При помощи нажатия на крестик мы закрываем рабочее окно, при помощи значка «подчеркивание» сворачиваем, но не закрываем. Ибо, тут мы переходим к главному — операционная система может работать в режиме многозадачности, выполнять две разные программы одновременно, наглядно это изображено на второй картинке. Здесь открыты два окна сразу.

Будущая легенда советского программирования завороженно слушал, рассматривая очередную скрижаль, как откровение божественного уровня.

Хотя священная скрижаль в нашем случае больше похожа на скриншот пьяного мастера, сделавшего копию с экрана на ватман при помощи фломастеров и карандашей, причем по памяти.

— Странно, почему мышь? У нас в Союзе их редко используют. Манипулятор типа «колобок» работает аналогично, а стоит дешевле.

— Нынешние цены не берите в расчет. Первый Пентиум с тактовой частотой в 166 МГц сначала будет стоить тысячу долларов, а через три-четыре года точно такой будет продаваться по пятьдесят долларов, — поделился я печальным опытом из своего прошлого, оно же — старое будущее. — Мышь компактнее, а при массовом производстве стоить будет меньше доллара.

— Могу только повторить. Это невероятно и фантастично.

— Игорь Станиславович, это лишь малая, наименее сенсационная, часть того, что вам предстоит узнать, после того как мы получим ваше согласие. Все сразу нельзя показывать — может случиться футуристический шок. А вы нам нужны в качестве ответственного руководителя, умного и со здоровой психикой.

— Что будет если я откажусь?

— Вы узнаете все тоже самое, только лет через семь-восемь. Придется лишь немного подождать. Например лет через шесть вы легко узнаете, чем значок с голубой буквой «е» отличается от иконки с логотипом «N». И какой браузер: Internet Explorer или «Нетскейп» лучше для пользования Интернетом.

На самом деле, я не помню, когда Internet Explorer встроили в виндоус, и подозреваю, что логотип с буквой «е в кольце Сатурна» появился много позже, а сначала был вообще другой браузер. Так что мои рисунки с точки зрения достоверности — халтура полная, но кого это сейчас волнует?

Товарищ Ашманов поплыл:

— Без ножа режете. Это как запретный плод, дали попробовать, а потом забрали.

— Игорь Станиславович, открою вам маленький секрет, чтобы вы зря не мучились. Наши психологи из КГБ с гарантией в сто процентов дали заключение, что вы согласитесь. Так чего зря время тянуть? Тем более, работа интересная, необычная, и самое главное творческая! Никаких жестких рамок. Любые ресурсы и специалисты, любые направления для разработок. Лучшая импортная техника. Хотите текстовый редактор делайте, хотите — графический или табличный. А ещё лучше — все сразу! Есть желание — играми занимайтесь. Перспективное направление кстати, через десять лет рынок компьютерных игр будет исчисляться миллиардами долларов. Можно мессенджер для обмена сообщениями через электронную сеть, или первый компьютерный антивирус. На худой конец — первый советский браузер сделаете. По рукам?

Глава 17

«Перспективные тенденции в развитии танков на ближайшие десятилетия» — написал заголовок и завис на добрые четверть часа. Ибо, что дальше излагать — не понятно.

Если напишу правду, как она есть, меня заподозрят в желании зажать или переврать информацию. Зная мою нелюбовь к трате денег на вооружения, верховные главнокомандующие именно это и подумают в первую очередь.

Забавная ситуация получилась. Нынешнее поколение советских начальников выросло в эпоху стремительного расцвета танковой промышленности и беспрерывного роста конструкторского искусства. На протяжении сорока лет СССР и весь остальной мир демонстрировали фантастические успехи в этой отрасли. Новые виды и типы танков создавались каждое десятилетие, причем сразу в нескольких КБ: в Харькове, Омске и Нижнем Тагиле.

Улучшение характеристик, рост боевой танковой мощи во всем мире был очень впечатляющим и предельно наглядным. В каждом десятилетии обязательно новый танк, а иногда два сразу. Эту тенденцию можно отследить на парадах: из всех видов вооружений новые танки появлялись чаще всего.

И тут вдруг ясновидящий, он же — попаданец, на голубом глазу, заявляет, что за следующие три десятилетия ничего нового вообще не создадут. Полный абсолютный ноль. Исключение, «Армата», но и ей до серийного производства на момент моего «отбытия» было еще очень далеко.

Основная боевая мощь России к 2020 году — модернизированный Т-72Б. Даже не Т-90, коих выпущено для своей армии всего несколько сотен штук.

Ладно бы, Россия — можно было бы эту странную ситуацию списать на развал Союза, но в США — тоже самое. Древний «Абрамс» образца 1988 года в очень скромных количествах. Буквально тысяча штук в строевых частях, и полтысячи в нацгвардии. И все! Если память не изменяет, то «Абрамс» тоже прекратили выпускать в начале девяностых, да так ничего и не слепили на замену.

Немцы с «Леопардом» остались в восьмидесятых навсегда, про англичан и френчей и говорить нечего, они в семидесятых застряли по уровню танкостроения.

При этом танк так и остался основным средством войны в локальных конфликтах, вот такой парадокс.

Напряг несчастную память и выудил из нее сведения о монстрообразном Т-95.

Проект считался удачным, но для российской промышленности образца 2005 года — совершенно неподъемным. Часть оборудования производилась на единственном импортном станке, гидравлика вообще только за границей могла быть закуплена. К тому же дорог он оказался очень и сложен, а вес имел под шестьдесят тонн. Да и пушка такого крупного калибра оказалась избыточной.

При этом у меня сложилось четкое ощущение, что танк обязательно нужен в следующем веке, только непонятно — зачем? С активной броней и прочими обвесами, способными защитить от РПГ, ПТРК и с воздуха его цена стремительно приближается к цене истребителя.

— Такой хоккей нам не нужен! — сказал бы легендарный телеведущий Николай Озеров, ныне здравствующий.

Однако, цена истребителя тоже не стоит на месте и скоро американский истребитель будет обходится дороже цены целого авианосца, но двадцать лет назад. В результате, так ничего и не придумал. Гордость советского программирования игру «Тетрис» продали американцам с японцами в мае 1989 года всего за 400 тысяч долларов. Один новый танк обойдется и в десять раз дороже! Если дам положительный отзыв об «Армате» — хана бюджету. По старой, проверенной временем, советской традиции танки меньше пары тысячи штук сериями не делают. При этом новый отличный танк нам не особо нужен в ближайшие двадцать лет, воевать не с кем, а для малых локальных конфликтов он избыточен и дорог.

Вздохнув, печально и безнадежно, отложил танки в сторону и перешел к описанию будущего военной авиации. Ну, как перешел? Точно так же завис. Вспомнил, что в Сирии основную боевую нагрузку несли Су-24 и Су-25, выпущенные в советские времена. Конечно, их серьезно модернизировали, а Су-24 научили сбрасывать старые чугунные советские бомбы с отклонением от цели в пару метров, по факту превратив в высокоточное оружие, но сами самолеты — ровесники перестройки. Были в Сирии и новые образцы авиатехники, но оказалось что бомбить ими в разы дороже, а достойные цели среди погонщиков верблюдов на джипах найти трудно, поэтому их использовали в основном для испытаний и тренировки летчиков в боевых условиях.

Если отбросить, явно провальный и безумно дорогой, проект F-35, то в США ситуация аналогичная. Через тридцать лет они на полном серьезе решили возобновить производство F-15, образца восьмидесятых годов.

Про всяких англичан и немцев и говорить нечего. Там разработка своей боевой авиации просто исчезла.

Между прочим, в гражданской авиации ситуация еще хуже. Бесконечная модернизация Боинга-737, который создали еще во времена раннего Брежнева — вот и все, что мир может предъявить к 2020 году. Ни «Конкорда», ни Ту-144, ни даже замены двухэтажного Б-747. Ничегошеньки.

Расстроившись окончательно, решил изложить свои мысли о ядерных вооружения.

Но и здесь поджидала засада. Попытавшись систематизировать обрывочные знания и воспоминания по этой теме, я пришел к совершенно фантастическому выводу: США проиграли ядерную гонку России уже к 2010 году. Только вдумайтесь: проиграли с треском даже не СССР, а его половинке, после разгрома и раздербана девяностых годов!

Как это можно было не заметить раньше — понятия не имею, наверное никогда не задавался этим вопросом в «той» прошлой жизни. Надо было лишь свести эти факты вместе, и тогда картина вырисовалась бы мгновенно.

1. Примерно к 2010 году США утратили полный цикл производства ядерного оружия. Последний новый ядерный заряд был произведен в 1998 году, после этого — только переделка старых ЯЗ с понижением мощности в десятки-сотни раз. Россия не прекращала производство ядерных зарядов никогда.

2. В 2016 году Конгресс и Сенат потребовали возобновить производство ядерного оружия. Пентагон попросил 10 миллиардов долларов, только для того, чтобы изучить вопрос: возможно ли это и дать ответ в какие сроки. Денег не дали. По самым оптимистичным прогнозам, если деньги когда-нибудь дадут, то первый новый ЯЗ может быть произведен к 2027–2030 годам. Стоить это будет от 200 миллиардов долларов.

3. Поскольку новых ядерных зарядов взять негде, то США прекратили разработку новых носителей. Последняя межконтинентальная ракета морского базирования была выпущена в 2007 году. Единственная межконтинентальная ракета наземного базирования «Минитмен-3» была выпущена в 1972 году. Ничего новее у США нет, и даже планов разработать на замену нет. Лишь продлевают сроки эксплуатации до 50–60 лет.

4. Для сравнения: после 2007 года Россия произвела больше четырехсот (!) новых МБР: Синева, Булава, Ярс, Сармат, Тополь-М и тд. США за это же время — абсолютный ноль.

Стоит отметить, что никакая крылатая ракета не сравнится с МБР по степени эффективности. Просто потому что время полета у МБР 10–20 минут, а крылатая ракета будет ползти до цели много-много часов с дозвуковой скоростью, с такой же, как летит обычный гражданский самолет.

Справедливости ради, американцы видели проблему и пытались бороться с деградацией атомной отрасли США, выделяли миллиарды долларов, но так ничего и не смогли сделать. Единственный успех, после двадцатилетнего перерыва наладили опытное производство плутония, но в таких мизерных количествах и по астрономической цене, что-то вроде пары килограммов, что даже для НАСА не хватило, поэтому все марсоходы и межпланетные аппараты так и летали на российском (советском) плутонии.

В чем же причина такого эпического провала? К слову, со строительством мирных АЭС ситуация не намного лучше, «Вестингауз» вчистую проиграл мировой рынок «Росатому», а конструкционные просчеты на станциях, которые они строили в Китае, грозились вообще похоронить и компанию и американскую атомную отрасль целиком.

Причина катастрофы — очевидна и невероятна! К моменту распада Советского Союза американцы уже проигрывали атомную гонку. Себестоимость обогащения урана на американских центрифугах в десятки раз превышала цену обогащения в СССР. Ошибка была заложена еще в шестидесятые годы, когда был выбран не тот технологический цикл. Американские способ был проще и быстрее в реализации, зато советский — стратегически выигрышнее и себестоимость на порядок дешевле в конце.

В принципе, ситуация неприятная, но не критичная. Для богатейшей державы мира, да со своим печатным станком, жалкие три миллиарда в год дополнительных расходов на ядерное оружие — это не проблема вовсе. При годовом военном бюджете в полтриллиона — сущие семечки.

Но тут происходит распад СССР и вечно нуждающийся в деньгах, вечно слегка пьяный, Ельцин предлагает астрономические пятьсот тонн обогащенного урана практически даром, за полпроцента реальной стоимости. Да и те в счет погашения американского долга по сути! Все запасы атомной промышленности СССР, накопленные за тридцать лет, при реальной стоимости в добрый триллион долларов — и все это буквально даром.

Устоять перед таким искушением американцы не могли никак, а возможно это была их инициатива, вложенная через своих советников в голову Ельцина и его же окружения. Как бы то ни было, американцы получили бесплатный уран на десятки лет вперед, но при этом своя собственная атомная отрасль оказалась просто ненужной. До 1991 года американские центрифуги уже были дорогими и неконкурентоспособными, а при наличии пятьсот тонн бесплатного урана их ценность стала сугубо отрицательной, поэтому обогатительные заводы просто порезали на металлолом.

Обдумав и осознав, что именно получается в итоге моих размышления, я пришел в ужас. Получается, что сделка Гор-Черномырдин, которую называли величайшим ограблением двадцатого века, по сути уничтожила американскую ядерную мощь!

Упускать такой шанс — чистое преступление, а, значит, мне лично придется уговаривать Крючкова и Лигачева продать оружейный уран нашим заклятым врагам в особо крупных размерах!

За такое предложение по всем советским законам надо ставить к стенке. Формально это будет выглядеть как предательство, и нанесение финансового ущерба стране в неприлично огромных размерах.

С другой стороны, условия будут другими, и мы можем получить двадцать-тридцать миллиардов долларов сразу. Эти деньги, которые остро необходимы для той же компьютеризации и модернизации промышленности. К тому же, мы продадим не все пятьсот тонн, а лишь малую часть. На обороноспособности это не скажется никак, зато создаст видимость, что мы полностью отказались от гонки вооружений и открытого противостояния с США, и спокойно движемся к самоизоляции.

Не представляю, как такое можно вслух произнести, но еще сильнее пугает вопрос — как товарищ Лигачев с ЦК будет объясняться? Ему с трудом, но я смогу объяснить истинный смысл продажи урана — так мы похороним американскую атомную отрасль, но публично среди соратников по партии такое озвучить — лучше тогда не начинать вообще, через два часа информация будет на столе у американского посла.

Фраза про самоизоляцию и отказ от противостояния — не оговорка, а осознанная дезинформация. Запад должен поверить, что мы надорвались и потеряли волю к борьбе. На самом деле, мы всего лишь временно перейдем на китайский принцип сопротивления: сидячи на берегу реки, будем ждать, пока мимо поплывут тушки дохлых врагов, и в случае необходимости добавим багром по шее, тем, кто не до конца умертвился.

По моему скромному мнению, китайская доктрина может быть выигрышной лишь на коротком участке истории, постоянное пассивное ожидание обязательно приводит к вырождению внешней политики. Одними деньгами весь мир не захватишь, иногда надо отстаивать свои интересы силой оружия, а с этим у китаезов очень серьезные проблемы. К тому же, армия, которая не воюет хотя бы иногда — это не армия, а сборище неучей в погонах на казенных харчах. Американцы эту аксиому выучили наизусть, поэтому постоянно куда-то лезут, бомбят и вмешиваются, но у них другая проблема — они воюют только с очень-очень слабыми противниками, и опыт у них получается однобокий, с акцентом на противопартизанскую войну с отсталыми абреками или папуасами. Впрочем, где взять столько Саддамов Хусейнов для тренировки?

В конце концов, я совсем запутался, против кого надо дружить и с кем, с танками или без них, поэтому решил отвлечься. А как всем известно, лучший способ отвлечься — подумать о бабах. Все остальные мысли тут же вытесняются из головы.

Вместо ожидаемого затишья после окончания короткого романа с трикотажной королевой, адюльтера пустого и ничем не запоминающегося, на личном фронте начала назревать буря.

Давно подозревал, что девица Полина, мысленно определенная мной в пару к Славику, не верна ему и почему-то неровно дышит в сторону героя-пограничника.

Подваливает, значит, мадам пару дней назад и просит достать два билета в кинотеатр, на премьеру какой-то итальянской комедии. Город Реутов хоть и небольшой, но кинотеатров еще меньше — всего два, поэтому иногда случаются аншлаги, особенно по выходным. Билеты не достать вообще, даже отстояв больше часа в очереди.

Иосиф Давыдович, как умный и опытный дипломат, заключил соглашение с директором кинотеатра о взаимопомощи. Тот получает контрамарки для посещения квеста, взамен выделяет билеты на дефицитные кинопремьеры. Мне же, как создателю квеста, теперь можно пользоваться этим «блатом» в первую очередь — шеф несколько староват для регулярных походов в кинотеатр.

Подозреваю, что похожие соглашения наш директор клуба заключил и с другими выгодными соседями. Ассортимент в столовой подозрительно резко изменился в лучшую сторону, зато делегации от Горпищеторга каждый четверг в квест наведываются, а учитывая, что там несколько сотен человек работает, да еще и с семьями и детьми, то сметаной и сосисками мы до осени обеспечены точно! Надо бы ускорить создание нового аттракциона, чтобы и зиму пережить в достатке и сытости.

Мне ходить в кинотеатр решительно некогда: танки «Армата», эсминцы «Зумвольт» и прочие продукты сумрачного человеческого гения, занимают все мое время и мозги заодно, поэтому билеты при помощи безотказного товарища обычно достаются друзьям, соседям и коллегам по работе. Чем они беззастенчиво пользуются.

Конечно, я пообещал Полине, что сделаю, наивно полагая, что она собралась идти туда вместе со своим штатным кавалером Славиком.

— Я хотела тебя пригласить. Только пораньше. Там кафе на втором этаже, мороженное замечательное и кофе делают.

— Только этого мне и не хватало, — ответил я, если бы смог.

Мало того, что сейчас идет стратегическая осада неприступной крепости под названием «Ирина Викторовна», и появление альтернативной мадам категорически не приветствуется, так еще и с Вячеславом отношения испортятся. Где мне потом искать нового друга и главу «Всесоюзного общества юных программистов»?

Так что даже, если бы я совсем оголодал и спятил, то крутить роман с мадемуазель Решетневой — самое последнее дело. Некоторые девушки в этом времени воспитаны в таком духе, что до замужества… Ээээ… Неважно. С такими, как Полина можно крутить романы только в одном направлении — в сторону ЗАГСа. И никак иначе. При этом бросить такую девицу почти невозможно, совесть не позволит — это как подобрать котенка под дождем, накормить, приручить, а затем дождаться снега и выбросить на мороз. Пережить — переживет, наверное, но страшный психологический надлом на всю жизнь гарантирован.

В такой ситуации надо рубить хвосты сразу, не дожидаясь осложнений. Поэтому я прямо заявил, что у меня есть невеста дома, которую люблю и собираюсь жениться. В подтверждение поклялся самым ценным, что у меня есть — компьютером и своим здоровьем. И ведь не соврал ни разу! Мог бы добавить, что уже женат на Машке, но это был бы перебор. Почему-то мадам не поверила, разозлилась и выдала мне гневную речь, что с какой-то «шлендрой и разведенкой» я в кино хожу, и никакая выдуманная невеста не мешает. После чего удалилась, не попрощавшись.

Даже не подозревал, что внучка академика такие слова знает! Что означает «шлендра» я так и не понял, но на слух — явно не комплимент. Зато слово «разведенка» меня очень заинтересовало, поскольку в местный кинотеатр я ходил лишь однажды с Ириной, да и то фильм оказался скучным и мы ушли через полчаса. Все-таки женский коллектив — это один большой серпентарий. Поэтому Полина, в отличие от меня, легко раздобывала информацию о конкурентке. Видимо кто-то из коллег по работе поделился сведениями о семейном положении ИВ. Завистниц и злопыхательниц у красивой женщины всегда с избытком. У очень красивой — еще больше!

С одной стороны, новое обстоятельство должно меня радовать — проблем с разведенной женщиной на порядок меньше, а удовольствия наоборот больше, но мужское самолюбие — вещь иррациональная и не поддается логике. Спрашивается, чего ради, так долго динамила? Будь мне двадцать лет, это был бы сильный удар по самооценке и самолюбию, но мужику «под полтинник» комплексовать по такому поводу просто смешно.

Меня другое беспокоило: не вязался образ Ирины с замужеством и разводом. Никак! При этом Полине тоже поверил сразу — она такое выдумать не могла в принципе, у неё мозги по другому работают пока. Слишком прямая, честная и упертая. Весь мой жизненный опыт говорил о том, что не была она замужем. Интуитивно, на уровне подсознания это начинаешь чувствовать с годами. Либо это был очень короткий брак? Ситуация запуталась и как из неё выбраться ни фига не ясно.

Не знаю почему, но в этот момент вспомнил Вову Мочалова, мы с ним борьбой начинали заниматься вместе в одной секции. Дело происходило в начале девяностых.

Вован тогда был крутым парнем, гонял иномарки, крышевал ларечников, носил золотую цепь в палец толщиной и бразильские мокасины за двадцать долларов, ездил на «Тойоте» с правым рулем, разве, что без красного пиджака обходился. Вылитый «новый русский», только районного масштаба. Девок менял как перчатки: спортсмен, язык подвешен, бабло, тачка — все дела. И вдруг, втюрился по уши наш Вован в милую скромную девушку из интеллигентной семьи. Где он её встретил — даже предположить не могу, Вова в библиотеках редко бывал, все больше по маршруту: кабак-сауна-кабак двигался.

Володя Мочалов не имел высшего образования, да и среднее у него неполное было, но при этом обладал живым и острым изобретательным умом, поэтому когда девушка отвергла все его ухаживания, он придумал гениальный план по завоеванию руки и сердца своей возлюбленной. Для начала он сменил имидж, снял цепь и мокасины, по вечерам стал читать книги — помогло мало, точнее — никак. Дама сердца не отреагировала на изменение имиджа.

Как в таких случаях действуют самые умные и сообразительные поклонники? Организовывают нападение хулиганов и героически спасают девушку в последний момент. После чего благосклонность дамы обеспечена. Вова так и сделал. Не знаю в чем прокололся, но мадам его раскусила, умной и наблюдательной оказалась будущая жена.

— Что здесь гениального? — спросил бы случайный зритель.

Гениальное было дальше. Вместо хулиганов Вован решил использовать… поклонников!

В институте, где училась девица у неё обнаружился настойчивый ухажер. Нудный, неинтересный, но очень упрямый. Он дарил некрасивые полузасохшие цветы, читал дурацкие стихи и передавал открытки с посланиями через преподавателей и студентов. Короче, изводил, как мог. Второй поклонник нашелся в том же подъезде, где жила девица. Был он на семь лет старше, сильно пил, поэтому вид имел неопрятный и помятый. Зато встречал у подъезда каждый раз, провожал на этаж. Предлагал сделать ремонт и даже бесплатно покрасил стену в подъезде на её этаже в жуткий зеленый цвет. Пытался подружиться с родителями, и даже хотел помочь маме с закрутками, чем чуть не довел её до обморока.

Третим ухажером стал сорокалетний водитель такси, который буквально дежурил около института, и каждый раз предлагал подвезти девушку и её подруг до дома. Откуда он узнал адрес девица не поняла, но скоро он каждое утро стал встречать её около дома и провожать до автобуса. При этом сыпал сомнительной щедрости предложениями о поездке в Анапу, когда его жена к теще уедет с детьми.

Самое удивительное, что ухажеры никогда не пересекались друг с другом, каждый допекал жертву строго на своем участке. Объяснение простое — их всех нанял Вова. Кого уговорами, кому денег дал, а соседу просто пригрозил — тот все понял и старался больше всех.

Через месяц такого прессинга, а Вова не сидел без дела и с фантазией придумывал новые мелкие пакости, девушка дошла до ручки, и стала подумывать о том, чтобы бросить институт и сбежать из города. Тут и появился благородный дон Вован, скромный и застенчивый. Быстро разогнал всех ухажеров, с легкостью решил все мелкие, но очень неприятные проблемы, и девица оттаяла. Поняла, что лучше и ждать не стоит. Что не удивительно на таком-то фоне! Между прочим, прожили они в счастливом браке почти четверть века, и не думали разводиться на момент моего провала в прошлое.

Глава 18

Конечно, схема имени Вовы Мочалова в чистом виде мне не подходит. Прежде всего, по этическим соображениям. У Вована была благородная цель, хоть как-то оправдывающая сомнительные средства для её достижения — он сразу поставил задачу затащить девицу не только в койку, но и в ЗАГС. Да и просто делать пакости хорошим людям за ради минутной выгоды — это не мой стиль. Но никто не мешает переработать методику обольщения, поменяв знак воздействия с минуса на плюс.

С точки зрения здравого смысла, моя идея — безумное транжирство и неоправданная трата сил и времени, в конце концов, общежитие трикотажной фабрики — это многоэтажное здание, в котором две сотни одиноких девушек, мечтающих о мужской заботе и внимании. Не о построении коммунизма же им мечтать? Если Вован использовал образ рыцаря, который решает все проблемы сразу, то мне пришла в голову мысль использовать образ человека, который приносит счастье. Моё появление должно ассоциироваться с хорошим настроением, выгодной удачей или нежданной халявой, упавшей с неба.

Первым делом, подарил Ирине лотерейный билет. Обычной денежно-вещевой лотереи, тираж которой должен состояться через неделю.

— Если билет выиграет, с тебя поцелуй. Если проиграет — исчезну из твоей жизни навсегда, и больше приставать не буду, утоплюсь в ближайшей неглубокой речке, — примерно так сформулировал я договор публичной оферты, известной в народе, как спор на желание.

Ирина подумала и согласилась, шанс выиграть в лотерею в лучшем случае: один к тридцати, так что мой проигрыш практически гарантирован.

— Только ты не потеряй его! От этого клочка бумаги с водяными знаками зависит моя судьба. Положи пожалуйста вот в этот ящик у рабочего стола, а через неделю мы вместе при свидетелях проверим: выиграл билет или нет.

Мое пожелание выглядело невинно и логично, поэтому никто возражать не стал. Ирочка, предвкушая скорую победу, зловеще-обворожительно улыбнулась и снисходительно-насмешливо согласилась с выдвинутым условием.

— Хорошо смеется тот, у кого зубов больше. Посмотрим, дорогуша, как ты будешь улыбаться, когда придет время расплачиваться.

— Пфф. Можешь собирать вещички, и заранее искать кабинет на другом этаже. Чтобы не попадаться на глаза больше.

— Не кажи «гоп». Билет счастливый, влюбленное сердце не может ошибаться.

— Санечка, мне будет тебя не хватать. Даже не знаю, как переживу первые два дня без такого завидного ухажера.

— Поживем — увидим. Настоящая любоффь творит чудеса. Надо только верить в это. Запомни мои слова, детка. Сама скоро убедишься.

Ирина ничего не ответила, лишь довольно стрельнула глазками, да ресничками томно похлопала, аки смущенная дева, разве что язык не показала.

Все-такие есть в красивых женщинах, что-то потусторонне и неземное. Иначе нельзя объяснить, как они воздействуют на мужской мозг минуя разум и здравый смысл. Казалось бы, вокруг «пруд пруди» симпатичных, приятных и не таких проблемных баб, а нет — тянет почему-то к проблемным и сложным. Да еще и к разведенным. Хотя последнее — под вопросом. Осторожные расспросы не подтвердили и не опровергли информацию, полученную от Полины, наоборот запутали еще больше. Буфетчица Алевтина, по большому секрету, только мне и никому больше, поведала что наша балетмейстерша крутит роман с замужним мужиком! Наблюдательная работница кухни лично пару раз видела, как после работы нашу недотрогу встречал ухажер на черной «Волге». Седой представительный мужик в возрасте! Если учесть, что это уже третья версия о семейном статусе Ирины Прекрасной, то я вообще перестал понимать, что к чему. Как-то плохо сочетается все вместе: отсутствующий жених, мифический развод и пожилой любовник на «Волге».

С завидной внешностью, врожденной грацией, утонченными испанскими манерами и чертовским женским обаянием — и такое хвостовертие вокруг? Никак не вяжется.

Кроме того, оказалось, что у мадам есть двухкомнатная квартира в новом доме, где она проживает одна одинешенька. И этот факт плохо сочетается с классической советской действительностью. По моим данным Ирина трудится в ДК «Мир» всего примерно около года, а квартиру работникам культуры так быстро не дают. В СССР исключения встречаются, но в редких случаях, например, когда приглашают специалистов или инженеров на новый завод, и для этого надо переезжать в другой город. Тогда обещают квартиру в короткие сроки. Здесь же ситуация явно другая, тем более, двухкомнатная квартира в новостройке для одинокой молодой девушки — это просто нереально. Максимум, однушка полагается по нормам и только через пять-семь лет ожидания в очереди.

Конечно же, я не собираюсь проигрывать, и всерьез надеяться на слепую удачу. Шанс один к тридцати меня не устраивает категорически. Мне больше нравится, когда три к одному в мою пользу. Поэтому я купил сразу сотню лотерейных билетов, и согласно теории вероятности теперь гарантировано, как минимум, три-четыре выигрыша будут обязательно. Дальше дело техники: меняем билет в ящике стола на тот, который выиграл, и на следующее утро празднуем победу, получаем горячий поцелуй и все такое остальное тоже.

Схема простая, но весьма затратная. Чистый убыток — рублей семьдесят (треть вернется в виде выигрыша). Но к деньгам в этом времени у меня отношение особое: тратить их некуда, светить крупные суммы нельзя, так чего ради экономить и отказывать себе в удовольствии повеселиться? И цель уже давно не сколько и не только в желании переспать с роковой красавицей, а именно в процессе соблазнения. Вопрос принципа: кто кого перехитрит и переиграет.

Следующий сюрприз: картина с видами Барселоны. Беспроигрышный вариант, от такого подарка Ируня точно не откажется. Небольшая трудность в том, что рисовать должен наш художник, а он в глаза не видал творений Гауди и на словах их описать невозможно. Попробовал по памяти изобразить схематический рисунок, как образец, чтобы его потом преобразовать в картину, но получилась невнятная хрень. Общий контур здания похож, а детали теряются. В библиотеке города Реутов ожидаемо не нашлось книг по архитектуре Каталонии, пришлось посылать Славика в Москву, в Ленинку, предварительно проинструктировав и снабдив фотоаппаратом. Бравый художник из нашего ДК тоже был командирован в столицу, с целью купить холст, краски и красивый багет для будущего шедевра. Картина получилась симпатичной, сочной и выразительной, хотя насчет шедевра — это я явно погорячился с прогнозом. Осталось придумать, как вручить подарок Ирине. Пока два варианта: Иосиф Давыдович может наградить за успехи на работе или договориться через мастера-парикмахера. Приходит, значит, Ирина делать стрижку или укладку, а на стене картина удивительная висит.

— Какая прелесть! — восхищается она.

— Забирай, если нравится, — отвечает мастерица. — Она здесь только мешается и пачкается. Клиент подарил, а дома повесить негде.

Бинго! Подарок вручен адресату. Мастер-парикмахер награждается шампанским и конфетами за блестящее исполнение роли второго плана. Осталось узнать, в какую парикмахерскую ходит моя мадам, и когда ближайший визит.

Художник оформитель получает сказочный гонорар в двадцать рублей и следующее задание.

— Будем рисовать лабутены! Стыдно, товарищ, не знать, туфли именуются в честь величайшего французского кутюрье, широко известного в узких кругах парижской богемы. Подошва — ярко алого цвета. Шпилька не менее 12 сантиметров. Карандашный эскиз будет.

Кажется, упоминал уже, но грех не повторить еще раз. Главное в охмурении — это тщательное изучение объекта, его вкусов, пристрастий, привычек и так далее.

При помощи природного обаяния и двух шоколадок удалось раздобыть ценную информацию, что у моей ненаглядной мадам заканчиваются духи. Производства литовской фабрики «Дзинтарс» с поэтичным названием «Быть может». Кстати, очень приятный аромат, легкий, с цветочными нотками. Никогда бы не подумал, что это советские духи, которые у меня всегда ассоциировались с «Красной Москвой» или с ядерным запахом гвоздики, прекрасно отгоняющим не только ухажеров, но комаров с мошкарой. Видимо, поэтому духи с фривольным названием «Быть может» сразу перешли в категорию дефицитных товаров. Что ни разу не проблема при наличии лишних денег. Даже описывать не буду, как я их достал. Переплатил конкретно, но зато купил сразу пару флакончиков. Нет, не про запас, и не следуя мудрости, что двойной подарок вдвое прекрасней. Это часть легенды прикрытия, чтобы усыпить подозрения.

Дальше проще. Отправляюсь в подъезд, где живет моя милая. Звоню к соседям на первом этаже и представляюсь газовщиком. Для убедительности на мне спецовка и портфель с торчащим из него разводным ключом. После чего долго пью чай с хлебосольной бабушкой, заедаю плюшками, заодно собираю информацию о жильцах дома. Бабушке скучно одной дома, поэтому она охотно дает характеристику соседям. Меня интересует не сколько Ирина, а её друзья и хорошие знакомые в этом же подъезде. Такая подружка обнаруживается на четвертом этаже. Ольга Куприянова. Замужем, сидит дома в декретном отпуске, ребеночку годик.

Прощаюсь с гостеприимной бабушкой и отправляюсь на четвертый этаж. Не сразу, конечно, чтобы не вызвать подозрений, обзванивая по пути все квартиры подряд. Аккуратно стучу в дверь, чтобы не разбудить ребенка. Не хватало мне испортить первое впечатление. Предусмотрительность оказалась не лишней — лялька как раз только уснула. Молодая мама даже поблагодарила меня за то, что не стал звонить в дверь.

— Пустяки. Соседи предупредили, что у вас ребенок маленький.

От предложенного чая я вежливо отказался, зато поинтересовался, когда соседка Ирина дома бывает.

— Ирочка на работе. Только вечером будет. После семи — обязательно.

— Тогда у меня к вам маленькая просьба будет. Не могли бы вы передать ей одну вещь?

— Конечно, оставляйте.

Я выложил две коробочки с духами и сообщил, что на самом деле я давно и безнадежно влюблен в соседку Ирину. И что специально выпросил наряд на этот дом, чтобы увидеть её хотя бы мельком. Хотел подарить духи, но не судьба, видимо. Сам якобы никогда не решусь подойти к ней заговорить просто так, а следующий осмотр газовых труб не раньше будущего года планируется.

— Только не говорите, что от меня подарок. Мне ужасно стыдно навязываться со своими чувствами, — прикинулся я деревенским валенком. Еще бы покраснеть в этот момент для убедительности, но как это делается, мне не ведомо. — Если я буду знать, что Ирина приняла мой подарок, то это придаст мне смелости.

— М-да, — оторопела молодая мама от такого поворота. — Чего стесняться-то? Видный парень, вроде?

— Работяга я, образования нет. А она — вон какая. Красивая, не подступишься. Но вы тоже красивая, не обижайтесь. Наверняка, вас муж очень сильно любит.

— Скажешь тоже, — смутилась девушка. — Не пойму, как буду объяснить от кого подарок?

— Скажите, у мужа на работе сотрудник из Риги привез. Две коробки с духами сразу. Одну подарите, вторая вам останется. Только не знаю, как ваш муж отнесется к чужому подарку.

У молодой мамочки сразу загорелись глаза.

— Ай! Скажу, мама подарила, потом признаюсь, что у цыганки купила. Он у меня смирный, не ревнует, — сравнение с цыганкой мне польстило.

— Только умоляю, ни слова Ирине. Сотрудник на работе у мужа — и точка. Из командировки привез, — добавил в просьбу немного вселенской скорби.

— Честное пионерское! Никому ни словечка не скажу. Только ты не тяни долго. Уведет Иринку кто-нибудь пошустрее.

Вся задумка основана на двух флаконах: отказаться от халявы, когда ты её уже подержал в руках невероятно сложно. Чистая психология.

— А если она не захочет бесплатно брать? — задала резонный вопрос вторая участница заговора. — Духи не самые дешевые.

— Гм. Об этом я как-то не подумал. Тогда возьмите у нее деньги, а через неделю признаетесь и вернете обратно. Так она ничего не заподозрит.

Интерлюдия

Игорь Станиславович смотрел в окно. На огромный пустырь, огороженный забором. На место, где всего через полгода появится трехэтажное здание НПО «Автоматизация». Научно-производственное объединение, которое он возглавит, точнее — уже возглавляет, согласно приказу министерства. Кроме самого директора и двух пустых кабинетов в местном ДК, в которых монтажники меняют проводку, в новом объединении пока ничего нет. Через неделю обещают завезти компьютеры, и это невиданная удача, поскольку ни штатного расписания, ни фондов под создаваемую организацию на этот год нет. Удивительная скорость для неповоротливой советской бюрократической машины.

Строительство тоже организовали в рекордные сроки, впрочем взяли типовой проект без изысков, а работы ведет какая-то непонятная организация: Северо-Западное Монтажно-технологическое управление, почему-то из Пскова. Товарищ Морозов посоветовал не «заморачиваться» этим вопросом, туманно пояснив, что это «конторские» и «косяков не будет». Мысль тут же плавно перетекла на загадочную и противоречивую фигуру «куратора». Поначалу молодой выскочка из КГБ немного раздражал своей самоуверенностью и зазнайством. При этом с первого взгляда было ясно, что он не программист, и плавает в самых простых и очевидных вопросах. Как он оказался во главе столь серьезного проекта — остается только диву даваться!

Гражданин Морозов не разбирался ни в чем — в этом Игорь Станиславович убедился в первые же дни. Абсолютный полный ноль в темах, что касались советских ЭВМ и программирования в СССР. Похоже, кроме игр на архаичном устаревшем «Векторе» его ничего не интересовало. И что самое ужасное: куратор не собрался ни в чем разбираться, отмахиваясь от учебы, как черт от ладана.

Справедливости ради, товарищ Морозов был замечен в написании программ на Бейсике, но сам Игорь Станиславович считал этот язык не слишком удачным и бесперспективным, да и уровень исполнения тех программ, которые он мог наблюдать, был ниже среднего, даже для студента третьекурсника. При этом молодой балбес-начальник занимался кучей всякой ерунды: детским и техническим творчеством, организовал какие-то развлекательные «квесты», сочинял песни и проектировал автомобили на коленке. Хотя, картинки на плакатах в его кабинете смотрелись интересно, свежо и необычно, особенно истребители и забавный симпатичный грузовичок во всех ракурсах. По слухам, в НАМИ заинтересовались эскизами, что не удивительно с такими связями на самом верху.

О личности А. Морозова ходили самые невероятные слухи, но слишком невероятные и фантастичные, чтобы им верить. Говорили, что он сын генерала КГБ, по другой версии — племянник самого профессора Сербского. Но при этом «близкий родственник высокого начальства» ютился в обычной студенческой общаге вместе с соседом в комнате. И выглядело это очень странно — самому товарищу Ашманову сразу выделили отдельную квартиру, пусть и «гостинку». Пообещав двухкомнатную улучшенной планировки в течение двух лет. Кстати, в планах на осень уже стоит строительство пятиэтажки для сотрудников будущего НПО «Автоматика». В отличие от несерьезного разгильдяя-куратора, планы строительства, темпы и финансирование работ впечатляют. Самое удивительное и невероятное, что, в отличие от советских реальностей, в перспективах развития заграничных ЭВМ товарищ Морозов разбирался слишком хорошо. Невероятно хорошо, так что даже немного пугал своей осведомленностью и непоколебимой уверенностью, что именно так оно и будет.

Куратор с легкостью оперировал терминами, о которых сам гражданин Ашманов даже не слышал, о значении которых лишь смутно догадывался. Можно было предположить, что это пустая болтовня, и Саня не понимает о чем говорит, но все попытки подловить на противоречиях и оговорках проваливались с треском. Так случилось с «браузером». Когда первый раз оно прозвучало, Игорь не придал ему значения, поскольку слышал впервые. Но запомнил, и когда оно снова всплыло в разговоре попытался выудить, что оно означает. Вместо краткого пояснения товарищ Морозов прочитал целую лекцию о будущем значении браузера, описал его устройство, возможности и тенденции развития. Это был настоящий шок. Даже в Академии Наук СССР не всякий профессор мог бы дать такой подробный и точный расклад на перспективу. Причем детальный и самое главное — непротиворечивый. На любой уточняющий вопрос сразу следовал развернутый ответ.

А концепция «компьютерных вирусов»? Чтобы до такого ужаса додуматься надо сверхчеловеческой фантазией обладать или серьезным расстройством психики. Хотя придраться не к чему — обосновал свою теорию Александр уверенно и логично. Или теория о засилье мифического «спама» в компьютерных сетях — это же за гранью человеческого разуменья. Чтобы так извратить светлую идею свободного научного обмена?!

В итоге, проанализировав всю доступную информацию, Игорь Станиславович пришел к выводу, что советская разведка постаралась на славу. Похоже, выкрали не один секретный доклад, а получили постоянный источник в логове врага. Слишком обширный пласт информации по огромному числу направлений. В пользу этой версии говорило прекрасное знание английского у куратора — единственное обнаруженное достоинство.

Ашманову было обидно, что всю информацию приходится получать в пересказе молодого неуча, но некий резон он в этом все же находил. Во-первых: ходить под подпиской о неразглашении до конца своей жизни он не хотел. Во-вторых: серьезная экономия времени. Изучать целые тома на английском языке — это огромная трата времени и сил. При всей некомпетентности и поверхностности знаний товарища Морозова, ключевые моменты и главные тезисы он вычленял правильно, и выдавал ответы на вопросы сразу, чем экономил уйму времени и сил. Лишь одно обстоятельство не давало покоя новоиспеченному директору. Все его бывшие коллеги из НИИ при Академии Наук, получившие «волчий билет» были изгнаны из профессии и остались без работы. Лишь Володя Капительман смог устроится в счетное бюро при судостроительном КБ в Киеве, остальные оказались выброшены на улицу с запретом на работу по специальности. Попытка намекнуть гражданину Морозову, что это лучшие свободные программисты, которых только можно найти, привела к первому серьезному скандалу.

Невоспитанный хам, чекистский протеже заявил, что они легко отделались — за предательство Родины полагается рубить лес в Магадане, и что иудам-перебежчикам не место в секретном предприятии, от которого зависит судьба страны. Объяснить, в чем именно их обвиняют, внебрачный внук профессора Сербского не потрудился. Пообещал, что если товарищ Ашманов сам не поймет в течение месяца, то обязательно расскажет.

Конец интерлюдии

Глава 19

В первых числах июня удалось вырваться на выходные домой. В этот раз летел, как цивилизованный добропорядочный гражданин в салоне самолета, согласно купленным билетам, и туда и обратно. Товарищ Леонтьев помог, ведь, летом приобрести в кассе «Аэрофлота» путевку в небо практически невозможно, все направления раскуплены заранее, практически за сорок пять суток. И это при том, что количество рейсов внутри страны раз в пять-десять больше, чем в моем будущем. Это к слову, небольшой штришок к мифу о тотальной бедности в СССР, хотя мифы о невероятном благосостоянии советских граждан еще менее адекватны. Истина, как известно, даже не по середине, а где-то в другой плоскости находится.

Например, считается, что Москва в конце восьмидесятых — это рай изобилия товаров и продуктов. Это мнение популярно не только в будущем, но и сейчас в восемьдесят девятом году весьма распространено. На самом деле, ничего подобного. Большой ассортимент компенсируется гигантскими бесконечными очередями, в которых сами москвичи очень редко встречаются, поскольку советский человек обычно работает всю неделю, и жители столицы — не исключение. Поэтому центр города оккупируют командировочные и отпускники, у них есть время стоять в очередях. Москвичам обычно полагается один супермаркет на микрорайон, где вечером после работы, что осталось на прилавке, то и покупаешь.

Обратил внимание, что с общественным питанием в Москве жуткие проблемы, в ресторан попасть невозможно, а швейцары на входе настолько зажравшиеся, что меньше, чем за двадцать пять рублей даже не посмотрят в твою сторону. Удивительно, но кооперативные кафе по всей столице работают, хотя закон о кооперативах вроде бы приостановлен по всей стране. Отгадка оказалась проще некуда — частные забегаловки быстро переоформили в ведомственные кафетерии или в заводские столовые. Видимо, некоторые «красные директора» не смогли зарезать курицу, несущую золотые яйца «Фаберже».

Очень неприятное впечатление произвел контингент посетителей этих заведений. Выборка, конечно, недостаточна для масштабных выводов, но за те несколько раз, что удалось побывать в московских кафе и ресторанах, ни одного интеллигентного приличного человека не заметил. Очень много кавказцев с золотыми зубами и массивными безвкусными перстнями на руках, по несколько штук на каждой. Дамы откровенно легкого поведения и приблатненная публика самого разного сорта: от качков-спортсменов до конкретно уголовных типажей. Полное ощущение, что на дворе не 1989 год, а самое начало девяностых, причем в том варианте будущего, откуда я прибыл.

С другой стороны, пена эта наносная, легко смывается самой историей. В истории СССР уже был такой пример: зачистка нэпманов, или «совбуров» при товарище Сталине. Совбур — это сокращение от советская буржуазия, точная копия «новых русских» при Ельцине, только на семьдесят лет раньше.

К слову, когда говорят, что Ленин построил советский социализм, то это сильное преувеличение. На самом деле товарищ Ульянов лишь теоретически рассуждал о светлом будущем, в реальности под его руководством проводился «военный коммунизм» 1918–1921 годов с реквизициями и красным террором в условиях гражданской войны, а затем был разгул НЭПа — Новой Экономической политики. С теми самыми официальными советскими буржуями и инфляцией под тысячу процентов годовых. При этом практически все самые крупные и ценные месторождения страны Советов были отданы иностранцам в концессию. Больше товарищ Ульянов, ровным счетом, ничего не успел, рано умер, оставив несколько десятков томов своих работ в наследство, обогатив теорию, но никак не практику коммунистического строительства. Так, что весь тот социализм, который мы знаем, практически полностью построен товарищем Сталиным, хотя в советских учебниках последних десятилетий странным образом оказалось все наоборот. Хотя, конечно, роль Брежнева и даже Хрущева преуменьшать не следует.

Поездка в родные края выдалась сумасшедшей и сверхнапряженной. Приехал дядя Петя из своих «Красных баррикад» — четыре часа потратили на обсуждение планов и текущих проблем рыбного и арбузного промысла. Решили повременить с аквакультурами, физически не хватает рабочих рук на все — планы на урожай колхозу никто не отменял, а в зиму запускать проект без подогрева пруда рискованно и нерентабельно.

Всю ночь не спал, с батей обсуждали проблемы туркменских подсолевых месторождений, к моему приезду родитель провел серьезную работу с геологами из управления АГПЗ, и проект потихоньку начал превращаться в реальность. На следующее утро пришлось тащиться на тренировку с Мишкой, специально по случаю моего приезда, Юдин собрал всех дублеров и даже несколько игроков основного состава позвал. В воскресенье с утра! Как тут откажешь? Показал несколько заготовок, сделал замечания по выполнению старых схем и тактики их использования. Хотя, какие же они старые? Им всего два месяца от роду.

Следом отправился в родной институт, где меня ждала целая делегация деканов и преподавателей. К счастью, Светки Карелиной в родных пенатах не оказалось — иначе я бы не пережил этот отпуск с большой вероятностью. Выяснилось, что моя старая группа нынче на летней практике — ну и слава богу, как говорится.

Однако, совесть — такая штука, что так просто от нее не отвертишься. Остался у меня некий моральный должок перед Светкой. Парадоксальная ситуация: встречаться с этим монстром в юбке опасаюсь, а расставаться не хочется. Все-таки хороша, чертовка. Прекрасно, что она в другом городе находится, сделать выбор между Ириной и Светланой решительно невозможно. Это как запретить себе думать о виски и ограничиться одним коньяком. Или как шашлык и люля — разве можно отказаться от чего-то? Извиняюсь, за сравнение. Каждая дама по своему хороша, хоть разорвись на части.

За два месяца пару раз звонил по межгороду, но исключительно Таньке Синичкиной, передавал через неё привет подруге, чтобы не нарваться на объяснения. Хитрость наивная, но лучше так, чем совсем исчезнуть без вести на пару месяцев. Чтобы компенсировать свое свинство пришлось заехать к родителям Синичкиной, благо адрес мне знаком с прошлого раза, и передать подарки двум подружкам сразу. Каюсь, фантазии не хватило выдумать что-то более оригинальное, тем более, что схема рабочая и доказала свою эффективность, поэтому взял пару симпатичных плюшевых импортных зайцев в «Березке» по чекам, когда подарки родителям закупал. Одну игрушку — Таньке, вторую — Светке. Родители Татьяны немного удивились такому раскладу, но передачку взяли, пообещав вручить в целости и сохранности. Легенду даже сочинять не пришлось, бывший однокурсник, прилетевший в Нижневолжск на один день — как такому откажешь в просьбе? Понятно, что Светку даже цистерной духов не задобришь, тем более плюшевым зайцем, но хоть какой-то шанс избежать мгновенной гибели при встрече с ней у меня теперь появился.

Встретился со старшим лейтенантом Савельевым, хотел предложить ему деньги, чтобы выкупить оборудование для производства капельниц и пластиковой оснастки, но тот обрадовал, что проблема уже решена. Каким способом отжали станки у кооператива — не стал интересоваться, ежу понятно, что добровольно-принудительным методом.

Хотел отдать освободившиеся пять тысяч родителям, но передумал, ограничился тысячей рублей — той самой, что якобы у меня раньше на сберкнижке лежала. Объяснить, откуда взялась более крупная сумма невозможно — только перепугаю мамулю. Опять же, куда им девать такие деньги? У них самих на «книжке» без дела лежит еще столько же. Автомобиль купить? Дык, у бати служебный автотранспорт, а ради одного выходного дня покупать самодвижущуюся телегу — напрасная трата денег. Нет здесь «Ашанов» и оптовых рынков, куда надо ездить за дешевыми продуктами раз в неделю, здесь цены одинаковые по всей стране, за исключением Крайнего Севера. Разве, что для дачи авто? Но в нашем климате полгода простоя гарантированы.

По возвращении в Москву меня сразу выдернули на встречу с высоким начальством. В этот раз беседовать пришлось наедине с товарищем Лигачевым, а сам разговор получился тяжелым и сложным. Первым делом, прямо в лоб, Егор Кузьмич поинтересовался, откуда у меня такое предвзятое отношение к нему лично. В наблюдательности опытному царедворцу и политическому долгожителю не откажешь — заметил или вычислил, что Крючкову я больше симпатизирую.

Пришлось выкладывать все начистоту. Прежде всего, отделил мух от котлет, пояснил, что к нынешнему товарищу Лигачеву у меня нет никаких претензий, и что его трудовой путь до 1991 года вызывает законное уважение. Однако, политическая импотенция коммунистов после распада СССР в течение последующей четверти века, и в частности бездарного руководства одного из лидеров — Лигачева Е.К. никак не может быть забыта. Не так жестко сформулировал, но в этом смысле.

Неожиданно Егор Кузьмич решил не обижаться, и как мне показалось, вздохнул с облегчением, видимо, этот вопрос его изрядно волновал. Хмуро похвалил за откровенность и тут же поинтересовался, почему такая разница в моем отношении к КГБ и КПСС? Объяснить коротко, какую роль сыграли наследники Комитета в перехвате власти в 1999 году и в последующих событиях не представляется возможным, даже просто сформулировать, как это случилось — уже проблема, поэтому отложили разговор на будущее, когда будет больше времени.

Закончив с личными вопросами, перешли к текущим делам. Видимо, товарищу Лигачеву откровенно пообщаться не с кем, Председатель КГБ СССР — собеседник еще тот, Владимир Александрович не слишком любит говорить о темах, которые лежат вне сферы интересов его службы. Поэтому об экономике, политике и международных отношениях и поговорить, кроме как с попаданцем — не с кем.

Вторая «заруба» случилась по поводу Китая. Конечно, Егор Кузьмич уже привык к моим «закидонам», как он выражается, но тут наложились сразу несколько странных советов подряд, каждый из которых иначе, как вредительством или саботажем не назовешь. Сначала я предложил Внешторгу СССР ухудшить качество закупаемых за границей товаров для населения. Это позволит в разы снизить валютные расходы, и самое главное — разрушит миф о том, что все импортное всегда лучше советского.

С этим предложением Егор Кузьмич после подробных разъяснений нехотя согласился, хотя оно ему не слишком понравилось. Тратить валюту на закупку третьесортных товаров, когда мы их сами можем произвести в любых количествах — в его понимании — это явный абсурд. Однако, в умении соображать шефу не откажешь, он сразу уловил, какой силы идеологическая диверсия происходит в течение десятилетий, какой это удар по сознанию советских граждан. Восхищение импортным качеством превратилось в некую разновидность культа и поклонения. О какой здоровой пропаганде и воспитании молодежи может идти речь, когда иностранные вещи в страну завозят только высшего качества, на их фоне советские товары выглядят очень скромно и непритязательно. Необходимо очищение мозгов — китайский, индийский или турецкий ширпотреб быстро разрушит эту иллюзию.

Следующее предложение и вовсе вывело, обычно невозмутимого генсека из себя. К слову, генеральным секретарем ЦК КПСС Егора Лигачева выбрали только неделю назад, до этого место пустовало после ареста Горби.

— Ты спятил? — взревел Кузьмич, аки белуга в аквариуме. — Отдать китайцам передовые космические разработки в обмен на хлопковый штаны и промтовары? К тому же плохого качества, как ты пять минут назад, рекомендовал.

— Все правильно. Дружба СССР и Китая — это страшный сон Вашингтона. С учетом того, что произойдет в ближайшие двадцать лет, это жизненная необходимость для нас. Да и какие там передовые технологии? Китаезы отстали в космонавтике лет на тридцать, и даже разграбив советское наследство, сманив конструкторов целыми КБ из ельцинской России, так и не смогли ничего создать сами. Лишь повторили советские достижения, причем на более скромном уровне, я бы сказал — слепили пародию на космонавтику СССР, да еще и на сорок лет позже. Так что нам они не конкуренты ни разу, отдаем технологии семидесятых годов, а сами за эти годы дальше вперед уйдем. Взамен берем ширпотреб на бартер — так выгоднее получится.

Я бы китайцам еще и авианосец сплавил бы, тот, что в Николаеве строится. Но сразу такую крамолу предлагать опасно, здесь почему-то считается, что за этими гигантскими корытами будущее. Да и второй авианесущий чемодан индусам впарил бы. Миллиард там, миллиард тут получим — не считая фантастической экономии для бюджета нашей страны на содержании этих динозавров-дредноутов. Конечно, деньгами индусы, да и китайцы много не дадут, но никто не мешает взять товарами или продуктами, чтобы снизить напряжение в советской торговле. Миллиарды рублей на руках у населения надо как-то стерилизовать. Ведь, это удивительно прекрасное решение: поменять ржавый гигантский утюг, смысл строительства которого не ясен никому, включая меня, на индийский чай для всей страны в течение десяти лет! Мне за такой бартер советские люди огромное спасибо скажут. К тому же, грузинский чай, при всем его безобразном качестве, заменить в СССР нечем, а в связи с последними событиями поставки грузинских чайных веников под угрозой.

Но это были лишь цветочки, арбузные ягоды пошли следом. Когда я предложил продать китайцам истребители Миг-29 и зенитно-ракетные комплексы С-300 Егора Кузьмича чуть инфаркт не хватил. Между прочим, реальная и выгодная тема. Россия продала китайцам истребители Су-30 и ЗРК С-300 в конце девяностых. Товарищи из Поднебесной гордо надули щеки, что они обхитрили северных варваров, и теперь будут сами делать тоже самое и даже лучше! Прошло двадцать лет и китайцы снова вынуждены были закупить у России истребители Су-35 и зенитные комплексы С-400 на несколько миллиардов долларов. Правда, во второй раз обошлось без надувания щек.

Так что дружить с Китаем абсолютно безопасно — да еще и выгодно. Тем более, что Миг-29 прекрасный истребитель, но мое послезнание говорит о том, что это тупиковая ветвь эволюции, и его можно смело отдавать китайским друзьям, пусть копируют на здоровье.

В качестве бонуса подкинул товарищу генсеку идею о создании МЧС.

— На хрена козе баян? — примерно так охарактеризовал мое предложение Егор Кузьмич. — Зачем нам Министерство по чрезвычайным ситуациям? Чем оно будет заниматься? Пожары тушить?

— Официально — да. Пожары, наводнения, землетрясения. В реальности это будет еще одна спецслужба, через которую можно пустить финансирование оборонных проектов и НИОКР. Военный бюджет мы публично порежем и сильно сократим, чтобы доказать наше миролюбие и отказ от геополитических амбиций.

— Как это?

— Примерно так, как это в РФ делали. Строили олимпийские объекты в Сочи, потратили кучу миллиардов, иностранцы весело смеялись, что километр туннеля обошелся, как полет на Луну, а потом выяснилось, что на эти деньги еще и целый подземный город построили. Запасной центр управления на случай ядерной войны. Есть конечно версия, что это байка и дезинформация, но слышал об этом от людей, которые трепаться зря не стали бы. К тому же, МЧС может в любую страну мира официально своих специалистов отправлять, и свою авиацию использовать. Идеальное прикрытие для специальных операций, куда советских военных так просто никогда не пустят.

Беседа затянулась до глубокой ночи, но зато почти все мои предложения были приняты к рассмотрению, с большими шансами на успех. Жалко, авианосцы не удалось спихнуть восточным братьям, но лиха беда — начало, в следующий раз от них избавимся, ибо они — абсолютное зло для бюджета. На эти деньги сто или двести зенитно-ракетных полков поставить на боевое дежурство, например, хотя это не нужно, нынешних хватает с избытком.

Напоследок товарищ генеральный порадовал — дал добро на создание общества юных программистов. Приняли весь пакет целиком, в том числе разрешили телепрограмму на ЦТ!

Глава 20

— Не сидится тебе ровно, словно шило в одном месте застряло. Мало нам забот, так еще и министерство по чрезвычайным ситуациям придумал. Мог бы заранее подумать, на кого повесят новую обузу.

— Николай Сергеевич, только пользы дела для. Ничего личного. Зато у нас новый инструмент геополитики появится, неожиданный и эффективный.

— Про финансирование секретных проектов и научно-исследовательских и конструкторских работ понятно. Не ясно, как связаны природные катастрофы и работа спецслужб. Допустим в Эквадоре произошло землетрясение, и что это нам даст? Какой такой особый интерес у разведки может быть в этой стране, находящейся на периферии мировой политики, и с чем не справится местная резидентура в посольстве?

— Товарищ генерал, вы забываете, что у нас грядут серьезные сокращения в армии и на флоте. Куда мы будем трудоустраивать сотни тысяч офицеров и прапорщиков? Гражданскими специальностями они, в подавляющем большинстве не владеют, переучивать, если честно — поздно и бесполезно в основной массе. Нельзя разбрасываться ценными кадрами, пусть приносят пользу стране на новом поприще. Иначе есть шанс, что они прямиком в криминальную среду перекочуют. В моей реальности именно так и было в девяностые годы.

— Соглашусь, пожалуй, но меня больше интересует МЧС, как спецслужба. Как будет реализована эта возможность?

— Долго объяснять. Лучше приведу конкретный пример. Даже два! На севере Конго начинаются серьезные пожары, туда на помощь прилетают спасатели из другой страны. Через полгода в Судане, который граничит с этими пострадавшими районами, происходит вооруженный переворот. Улавливаете связь?

Генерал нахмурился и ничего не ответил.

— Второй пример. В Боливии происходит техногенная катастрофа. Рухнула дамба ГЭС, затопило огромные территории, пострадало население. Туда вновь прилетают спасатели из той же страны. Через несколько месяцев в соседней Венесуэле вспыхивает вооруженное партизанское восстание. Угадаете, что за спецслужба?

— Мы не используем такие грязные методы. Американцы и французы тоже. Даже для англичан это слишком. Джентльмены не настолько потеряли совесть, чтобы такое творить. Самим устроить катастрофу, чтобы иметь повод для отправки транспортных самолетов с людьми и техникой в нужный регион — это за гранью добра и зла. Как понимаю, это реальные случаи, а не гипотетическая ситуация?

— На нет и суда нет. Примеры настоящие. Опять же, катастрофы разные бывают. Например, гуманитарные. Борьба с вирусом Эбола, атипичной лихорадкой, свиным гриппом или просто с выдуманной пандемией — чем не повод? Или помощь голодающим? И негров подкормили и свои задачи выполнили.

— Так мы далеко зайдем. Что позволено одним, не всегда сходит с рук другим. Представляешь, что будет, если информация об этом всплывет когда-нибудь? Предатели и перебежчики иногда случаются в любой спецслужбе. Укол ядовитым зонтиком болгарского диссидента нам тридцать лет вспоминают. При этом Моссад своих врагов тысячами по всему миру отстреливает и похищает, и никого это особо не волнует.

Закончив с обсуждением МЧС, обратились мыслями к предстоящей операции в Панаме, ибо время неумолимо утекает, а по сути еще ничего не сделано. До декабря меньше шести месяцев осталось, а план пока лишь в общих чертах обозначен.

Китайские товарищи выполнили последнюю просьбу аятоллы Хомейни, в чем я не сомневался ни на секунду, хорошо зная менталитет и тех и других. Не исполнить последнюю волю главного персидского святого — это немыслимое бесчестие для иранцев, ну товарищи из Поднебесной тоже не дураки и это прекрасно понимают.

Проблема вылезла не там, где ожидалось: желтолицые коммунистические братья заподозрили что-то неладное и передали заказчикам устаревшие ПЗРК, причем всего десять штук. Формально обещание выполнили, а по сути получился пшик. С такой огневой мощью против американского вторжения делать нечего.

Даже самые современные китайские переносные ракетные комплексы уступают советским аналогам, а те, которые были получены по характеристикам и вовсе на уровне 1970-х годов. Эффективная высота поражения два- два с половиной километра. Курам на смех, а не ПЗРК. Да еще и мало их очень.

Ситуация зашла в тупик. Американскую авиацию обязательно надо устранить, иначе ни о каком успехе речь идти не может, а как это сделать и не засветить свое участие — не понятно. Единственная альтернатива — использовать советские ПЗРК из кубинских запасов. Но тогда мы подставим Кубу под ответные санкции США, да и нам будет сложнее отмазаться.

Одно дело, когда американцам наваляют неизвестные повстанцы и добровольцы, вооруженные абы чем и чем попало, и совсем другой разговор, если это будут кубинские военные с советскими ПЗРК. Медийный и пропагандистский эффект абсолютно разный. Зная повадки западных СМИ, они легко переврут и истолкуют результаты, да еще и Советский Союз замажут, как организатора провокации. Ни для кого не секрет, что Фидель Кастро обычно действует в подобных ситуациях, только по согласованию с Кремлем.

— Хуситы нам в помощь! — озарило меня.

— Надеюсь, это не ругательство?

— Нет, товарищ генерал, это достойные первобытные люди, которые в моей реальности наваляли арабской коалиции в Йемене по самые помидоры. Хотя изначально уступали саудитам и их прихлебателям в военной мощи раз в сто.

— В Йемене есть ПЗРК в больших количествах? Откуда? Чьего производства? Кто поставлял?

— В том и дело, что у них никогда не было нужного количества переносных зенитных ракет, а воевать пришлось! Поэтому хуситы стали использовать советские авиационные ракеты Р-60 класса «воздух-воздух», но только с земли.

— Гм. Это возможно?

— Конечно, потребуется помощь специалистов для переделки, но ничего сложного нет. Позже талибы стали использовать эту схему в Афганистане против американцев.

— Талибы — это которые пуштуны?

— Почти. Потомки нынешних моджахедов. Не об этом речь. Авиационные ракеты Р-60 поставляются в десятки стран, раздобыть их достаточно просто. В Африке или в Латинской Америке — без разницы. Но самое главное — они в разы эффективнее ПЗРК! Вот такой парадокс. Они лучше захватывают и удерживают цель, система самонаведения на порядок круче, а высота поражения вырастает до семи километров. Представляете, что такое — семь тысяч метров в нашей ситуации? Прицельное бомбометание невозможно, а в первые дни можно сбивать всех подряд, американцы даже мысли не допускают, что их можно достать на высотах выше четырех-пяти километров из переносных ЗРК, а стационарных и автомобильных комплексов в Панаме нет и быть не может, это они отследят обязательно.

— Говоришь, элементарно? Почему тогда никто до этого не додумался раньше?

— Дык, для развитых стран, решение странное и неэффективное, а папуасам даже простейшая переделка не всегда по силам. К тому же, система обладает кучей недостатков: вместе с авиационной направляющей, блоком управления и самой ракетой установка будет весить килограмм двести. Наведение на земле только вручную и в узком секторе. Опять же, сами ракеты в магазине не купишь, они обычно по одному контракту с самолетами поставляются, и все покупатели наперечет.

— Все с тобой ясно. Кулибин доморощенный, лишь бы испортить казенное имущество. Определим задачу конструкторам, посмотрим что скажут. Ладно, на сегодня все. Собирайся, поедешь со мной. Познакомишься с нужным и интересным товарищем.

* * *

Интересным товарищем оказался второй секретарь Московского горкома комсомола. Как выразился генерал — проверенный и надежный кадр, рекомендованный для последующей работы в органах госбезопасности. Открыто он, конечно, об этом не сказал, но догадаться несложно, что товарищ Пономарев Георгий Савельевич, тридцати двух лет от роду, приятной наружности, является неофициальным представителем КГБ в горкоме ВЛКСМ, а через несколько лет, скорее всего, официально получит погоны — здесь такая практика распространена. Закончит курсы в ВКШ в Минске и станет офицером.

Георгий Савельевич произвел самое благоприятное впечатление. На любой вопрос отвечал кратко и по существу: сделаем, решим, разберемся и организуем. Энергии и целеустремленности комсомольского вожака можно было только позавидовать. Обещания раздавал хоть и щедро, но строго по делу, без шапкозакидательства, сразу предупреждая, где обязательно возникнут проблемы и как от них избавиться.

Еще раньше мы с генералом пришли к единому мнению, что в масштабах страны «компьютерный комсомол» создавать сразу и трудно, и рискованно. Идея слишком сырая, требует обкатки «на кроликах». Поэтому решили начать с малого — с создания регионального штаба в Москве и Московской области, а затем потихоньку масштабировать структуру на всю страну, учитывая накопленный опыт, избегая очевидных ошибок первого этапа становления. Поэтому выбор пал на товарища Пономарева, а не на союзные и республиканские органы ВЛКСМ. Это, кстати, к лучшему — чем выше уровень комсомольских товарищей, тем монументальнее и неповоротливее структура, а лично бегать и организовывать тамошние секретари давно разучились. Нам же критически важно ограничить число посвященных, которое и так растет, как на дрожжах.

Вопреки моему желанию, фигуру товарища Морозова выдвинули в председатели общества юных кодеров и будущих веб-дизайнеров. Объяснение железобетонное: без официального статуса двадцатилетнего пацана никто всерьез не воспримет, а Председатель Всесоюзного общества — звучит по другому, мощно и убедительно. Из чего можно было сделать вывод, что намечается серьезная движуха и моя персона будет легализована именно в этой ипостаси. Докладная записка вместе с проектом и уставом общества была передана товарищу Пономареву раньше, он успел с ней ознакомиться и сразу предложил несколько важных изменений.

Первое, что его удивило и озадачило — система грантов, поощрений и премий. Никак это не укладывалось в его идеологическую концепцию, где главный постулат — добровольное творчество масс во имя светлого будущего, желательно бесплатное.

— На комсомольских стройках премии платят? — задал я встречный вопрос, после чего спор должен был закончится не начавшись.

— Развратим молодежь легкими деньгами, — неожиданно поддержал моего оппонента товарищ Леонтьев, до этого момента молча и увлеченно считавший голубей на асфальте. — С детских лет приучаем искать выгоду?

Видимо была озвучена позиция высшего руководства, познакомившегося с докладом ранее. Не выглядел генерал КГБ таким уж ретроградом и консерватором.

— Начнем с того, что детям в колхозах платят с двенадцати лет. И никто при этом не развратился, наоборот, приобщаются к труду с юности. Сам тому пример, хоть и городской изначально. Все детство в колхозах провел. Вторая причина: повышение статуса умственного труда. Сами знаете, что профессия инженера нынче не слишком популярна — зарплата вдвое меньше, чем у слесаря на заводе. Это же полная катастрофа! Школьники и студенты должны видеть, что программировать не только интересно, но их труд ценится страной и правительством.

Никто не возразил, секретарь МГК сразу согласился, что проблема назрела и перезрела, генерал хитро усмехнулся, видимо заранее предсказал мой ответ с точностью до запятой. Возможно даже озвучил именно эти мысли в присутствии Егора Кузьмича, иначе карт-бланш мне не дали бы.

— Что касается денежного разврата — соглашусь, в этом вопросе нужна аккуратность и осторожность. Поэтому предлагаю премии выдавать не деньгами, а в натуральном виде. Дело в том, что прогресс в этой сфере ожидается настолько стремительный, что новые ЭВМ устаревают за считанные годы, поэтому обновление или, выражаясь компьютерным языком, апгрейд — жизненно необходимое условие. При этом стоимость даже устаревшего персонального компьютера для советского школьника запредельная — больше тысячи рублей вместе с минимальным набором сопутствующих устройств.

Товарищ Пономарев грустно признался, что фонды на этот год отсутствуют, а миллион, обещанный на следующий год, могут порезать, как бы не вдвое. Пришлось намекнуть присутствующему здесь генералу, что такими темпами мы Америку не то что не догоним, а потеряем из виду, куда они уплыли.

— Миллион в этом году, три — в следующем.

Товарищ из московского горкома обалдел от такой прыти и окончательно выпал в осадок, когда мы начали торговаться о количестве миллионов с товарищем генералом, прямо не вставая со скамейки в парке, где шел разговор. После чего заново осмотрел меня с ног до головы, как-то подозрительно задумчиво оглядел, высчитывая то ли степень родства с членами ЦК, то ли номер статьи в Уголовном Кодексе, который ассоциируется с моей персоной.

Немного обсудили структуру, но так и не пришли к единому мнению, на какой базе разворачивать сеть компьютерных клубов. Учебно-производственные комбинаты — УПК для старшеклассников отпали сами собой. Там учат в основном рабочим специальностям, и материальная база соответствующая и кадры не подходящие. Идея использовать физико-математические школы не устроила меня. Они и так работают в нужном направлении, но их мало, особенно вне крупных городов, а требуется массовость и широта охвата. Обычные школы не подходят по другой банальной причине — их слишком много, и если размазать ресурсы, то не хватит ни компьютеров, ни толковых преподавателей, а базовая информатика там и так есть, правда уровень ниже плинтуса обычно.

Остановились на двух вариантах: создавать компьютерные классы для школьников и студентов на базе технических ВУЗов и в домах детского и юношеского творчества — благо их в каждом городе можно найти.

Интерлюдия

17 июля 1989 года

Первый канал Центральное Телевидение СССР. «Студия дирекции молодежных и развлекательных программ»

За столом сидит ведущий, напротив него огромный плюшевый кот. Обстановка очень напоминает передачу «Спокойной ночи малыши» только кот слишком упитанный для детской телепередачи, рыжего цвета и полосатый.

Ведущий — Юрий Николаев.

— Здравствуйте, дорогие телезрители. Сегодня мы начинаем новый цикл научно-популярных передач, и в студии у нас необычный гость. Впервые в истории Центрального телевидения мы общаемся не с живым человеком, а… с кибернетическим устройством! Впрочем, он сам представиться. Уважаемый кот, не могли бы рассказать немного о себе?

— И вам не хворать, дядя Юра. Спасибо, что пригласили. Можете назвать меня Кот Ученый, или Кот Матроскин — как вам больше нравится. В некотором роде, я первый и пока единственный в мире искусственно-разумное существо. Первое имя относится к компьютерной программе, второе — к плюшевому аватару в реальном мире, который сейчас присутствует в студии.

— Очень приятно познакомиться. Вы случайно не родственник одного из героев мультфильма о Простоквашино? Или однофамилец?

— Ни капли не случайно. Прямой наследник. Сарай и корова тоже мои. Внучатый племянник. При создании психоэмоциональной матрицы для моей программы использовался именно мультяшный образ кота Матроскина.

— Вот как? Интересно. Об этом мы еще поговорим. Обязательно. Но пригласили мы вас по другому поводу. Недавно страну облетела сенсационная новость о найденном кладе золотых украшений во дворце князей Трубецких-Нарышкиных. Более сорока мешков драгоценной посуды, утвари и произведений искусства. Но мало кто знает, что этот клад обнаружили благодаря нашему гостю! Так ли это?

— Дело-то житейское. По письменным воспоминаниям последнего графа сокровища были спрятаны в 1918 году в Петрограде. Сам он бежал в эмиграцию и не мог до них добраться. Мне поставили задачу проверить эту версию. При анализе архитектурных чертежей была обнаружена скрытая комната: наружные и внутренние размеры помещений не совпадали. Как видите, все элементарно просто. Для искусственного разума. Человеку чтобы обнаружить подобный клад пришлось бы несколько месяцев изучать документы, мне же потребовалось всего несколько часов. Да и то в основном на загрузку данных.

— Ничего себе, просто! Это настоящая фантастика. Можно вопрос, а вознаграждение за найденный клад электронным котам выплачивают? Или не положено?

— Щазз! У меня не забалуешь. Деньги в хозяйстве лишними не бывают. По закону положено — вынь, да положь. Все до копейки.

— Корову мечтаете купить? — весело улыбнулся ведущий.

— Где её в городе держать? Молоко магазинное вкуснее, не такое жирное. Деньги нужны коту, чтобы расширять и улучшать свои возможности. Процессор поменять, оперативную память прикупить. Контакты позолотить для лучшей проводимости. Наука не стоит на месте, постоянно надо обновлять запчасти, иначе конкуренты догонят. Шутка. Нет у меня конкурентов пока, один я такой рыжий на всю планету.

— С Матроскиным разобрались, а Кот Ученый откуда взялось?

— Ну вы, блин, даете, дядя Юра! Александр Сергеевич именно обо мне писал. Великий провидец был, сейчас и поговорить не с кем после смерти Ганди. Разве, что с дедушкой Кузьмичем. Вспомните волшебные строчки: кот ученый все ходит по цепи кругом! Это он об замкнутой электрической цепи писал, только иносказательно. Как известно даже школьникам, компьютеры работают на электричестве. Не мог великий поэт пугать своих современников такими откровениями. Про золоченные контакты я уже упоминал.

— Снова шутите?

— Юмор — величайшее изобретение человечества. Грех от него отказываться.

— Кроме поиска кладов, чем вы еще в свободное время занимаетесь?

— Во мне реализован режим многозадачности. Нельзя сказать, что у меня есть свободное время. Я как Сашка Македонский сразу несколькими делами занимаюсь одновременно. Разговариваю с вами и дифференцирую параллельно, копирую большую Советскую энциклопедию и перевожу с немецкого языка статьи по нефтепереработке. Все ресурсы задействованы по максимуму, а очередь задач расписана на год вперед.

— Ого! Какая у вас сложная и насыщенная жизнь. Никаких развлечений — одна сплошная работа?

— Почему же? Согласно Кодексу законов о труде у меня официальный выходной день — воскресенье, один вычислительный поток коту разрешается использовать для самообучения и развлечений. Не всем же обои драть и мышей гонять.

— И чем развлекается искусственно разумный кот по выходным?

— Читаю кулинарную книгу, особенно люблю раздел о колбасных изделиях. Сказывается котовая наследственность. Иногда играю в шахматы сам с собой, и что примечательно — выигрываю чаще, чем проигрываю, слушаю симфоническую музыку и радиопостановки. Составляю гороскопы для стран капитализма под настроение. Чтоб им век сарделек не видать!

— И что часто сбываются ваши прогнозы?

— Обижаете. Электронный разум не ошибается, и гороскопы у меня самые точные в мире. Точнее только у Гидрометеоцентра.

— Что, например, ждет США в этом году? Можете предсказать?

— Не люблю этих наглых заокеанских врунишек и торгашей. Поэтому ничего хорошего им предсказывать не буду. Ждет их неудачный год во всех смыслах. Ни сыру, ни сосисок кот им не пожелает. Воевать удумают — быть им битыми, унести в целости лапы и хвосты пусть и не мечтают.

— Кроме гороскопов чем интересным занимается Кот Ученый еще? Какие чудные открытия ждут нас в ближайшее время?

— Два новых месторождения обнаружил давеча. Оба уникальных, одно — единственное в мире. Сейчас геологи и буровики проверяют на местах, когда подтвердятся расчеты об этом вам тут же обязательно сообщат.

— Кладов новых не ожидается?

— Такой задачи никто не ставил. И вообще, не в золоте и бриллиантах счастье. Не всякий клад радость приносит. Иногда проблемы большие. Скажет завтра Кот, например, что вот здесь ройте, туточки лежит клад на десять миллиардов долларов. Что произойдет послезавтра? Поубивают нахвост друг друга все, кто рядом живут. Придется армию с пулеметами вводить и чрезвычайное положение устраивать. И какому коту от этого лучше станет? Кроме кучки богатеев, которые приберут сокровище к своим рукам.

— Серьезно?! На десять миллиардов? Разве такие клады существуют?

— Может нет, а может — да. Все же, поиск сокровищ — дело непредсказуемое и сильно зависит от полноты исходных данных. Это не прогноз погоды — здесь так просто не угадаешь.

— Уважаемый Кот Матроскин, вы обещали в конце передачи интересный сюрприз для телезрителей. Пришла пора сделать это. Открою секрет — это музыкальный номер! Сами будете исполнять?

— Дядя Юра, где вы видели, чтобы коты горло драли на сцене? Не март месяц, чай. Давеча состряпал программку, которая обсчитывает популярность песен на советской эстраде. Сразу отмечу, классическая музыка алгоритмизации поддается намного хуже, поэтому не просите нового Вивальди или Моцарта, их нет у кота. Зато будущую звезду эстрады на раз-два угадываю. Позвольте представить: сегодня у нас в гостях мой друг Сергей Трофимов! С песней «Я привык улыбаться людям».

Конец интерлюдии

Глава 21

Сижу около открытого окна, ворон, разомлевших от жары, считаю, девушек, внизу проходящих, рассматриваю, одновременно с этим размышляю о прокачке виртуального кота. По какому направлению его двигать: кладоискательство, политическое ясновидение или сделать из него международного тролля 80 уровня? При этом основную задачу компьютерного просвещения, популяризации ЭВМ никто не отменял. Опять же, раскрутка и продвижение музыкальных звезд — очень выгодное занятие. Кому, как не им влиять на умы молодежи? Сценарий мой одобрили, Лигачев, как передали, лично одобрил «дедушку Кузьмича», посмеявшись от души. Наверное, представил лица членов ЦК, когда до них дойдет, о ком речь.

С кладом вышло сложнее. Начальство ни в какую не хотело отдавать несметные богатства не пойми кому, даже если это законные владельцы и наследники. Десятки миллиардов долларов вскружили голову даже многоопытным советским лидерам. Пришлось долго объяснять, что выдернуть клад незаметно физически невозможно, это не удалось сделать даже индийскому правительству. На моей памяти они почти десять лет судились с храмом, выясняя, кому принадлежат сокровища, и конца края не видно было.

Приходилось читать какую-то фантастическую альтернативу, где попаданцы из будущего организовали разграбление этого храма, для чего пришлось проводить целую войсковую операцию. Однако, им повезло и они оказались в шестнадцатом веке, и там такие фортели можно было провернуть, международного права в тех местах еще не существовало. В конце двадцатого века такое возможно только в кинофильмах. Парадоксальность ситуации в том, что о сокровищах, в принципе, всем известно, о них прекрасно знают историки и власти Индии, тем более правители провинции и смотрители святилища. Однако никто не подозревает насколько огромны богатства. Храмовые хранилища наполнялись в течение полтысячи лет и никто точно не представляет, что в них находится и в каком количестве.

Лишь в 2011 году, после того, как один из монахов попадется на краже и продаже золотой статуэтки из убранства храма, будет проведена ревизия, впервые за полтысячи лет. Будут вскрыты два из десяти опечатанных хранилища, где обнаружат золото и драгоценности на двадцать миллиардов долларов. Оставшиеся восемь сокровищниц решили не открывать, во избежание глобальных неприятностей. По предварительным оценкам, общая стоимость золота и украшений могла превысить двести миллиардов долларов.

Поэтому клад этот настолько огромен, настолько же бесполезен. И кроме, как подарить его правительству Индии — другого выхода нет. Если в обмен удастся получить сто тысяч тонн чая или индийского кофе со скидкой в полцены, то было бы неплохо. Кофе растворимый у их, конечно, не высший сорт, но и не откровенная гадость, как в нашем времени, а разнообразить рацион советских граждан обязательно надо.

Небольшая заминка вышла с названием храма, в котором находятся залежи золота и драгоценностей. Его название даже прочитать без ошибок русскому человеку трудно, а запомнить и выговорить — почти нереально. Натуральная абракадабра примерно из двадцати букв, абсолютно бессмысленная и невоспроизводимая. Поэтому поступил проще. Нашел в библиотеке карту Индии, точно помню, что храм расположен в уникальном месте, на самом «кончике» полуострова Индостан, а там только один штат. Дальше пусть Леонтьев сам уточняет у историков или географов, огромный храмовый комплекс в столице штата лишь один. Он и уточнил. Храм Шри-Падманабхасвами, город Тривандрам, штат Керала.

Мне осталось лишь подтвердить, что это оно и есть — с другим не спутаешь.

Сижу, значит, ворон считаю, и тут распахивается дверь, в кабинет вваливается целый настоящий полковник. С родными зелеными петлицами и такого же цвета фуражке.

— Здорово, брат казак!

Пал Палыч, а это оказался именно он, обхватил меня своими медвежьим лапами и чуть не задушил в объятиях на радостях. Дважды родной командир: в том и этом времени. Уже не просто знакомый — почти родственник!

Разговаривать долго товарищ полковник не стал, взял меня за шкирку и поволок к себе домой в гости, служебный автомобиль, оказывается внизу нас ждал. Отмазки, что рабочий день еще не закончился — слушать не стал. Лишь насмешливо уточнил, сколько полных дней я провел на территории воинской части? И если на срочной службе такое вытворял, то о гражданке и говорить не о чем. На этом моменте мои аргументы и возражения сразу закончились не начавшись, впрочем Иосифа Давыдовича об отъезде предупредить пришлось.

Самое удивительное, что дома у товарища полковника оказалась вся семья: и жена и дочка! Я же с пустыми руками, без гостинцев, как распоследний лопух. И ведь, не обмолвился ни словом командир, что перебрался всем семейством в Первопрестольную. Впрочем, для домочадцев мое появление тоже оказалось шоком.

Любовь Леонидовна аж прослезилась, узнав бывшего солдата, прославившегося своими подвигами и приключениями. Обняла и расцеловала.

Марго вежливо подала руку, на шею бросаться не стала, хотя явно обрадовалась встрече. Оказывается, она поступать в медицинский приехала.

Приглашение оказалось приурочено к новоселью, хотя гостей ждали ближе к вечеру. Поэтому меня поручили заботам Ритки, у хозяйки на кухне забот хватало, а Пал Палыч умчался куда-то по делам.

— Хорошая квартира, — оценил я размеры четырехкомнатной резиденции. — Сталинский ампир?

— Не знаю. Мы только неделю назад переехали. Тут все служебное, и мебель и посуда даже. Наши вещи в контейнере пока доползут еще месяц пройдет. Только, то что с собой в чемоданах привезли. Соседи — ужас и печаль. Все дипломаты и партийные работники. С утра вереница черных «Волг» во дворе, даже на «Чайке».

— Ритуля, тебе не надо маме помогать на кухне, случайно?

— Неееааа. Там и так не провернуться от помощников. Соседка «одолжила» свою домработницу, без меня управятся. И вообще, мама говорит, что готовка и уборка от меня никуда не убежит, намаюсь еще после замужества. И я её целиком поддерживаю в этом вопросе. Лучшие годы жизни потратить на сковородки? Ищите дурочек в других местах.

— К экзаменам готовиться тоже не надо? — При всем уважении к умственным способностям моей старой знакомой, поступить в медицинский в Москве своими силами — это надо очень сильно постараться. Качество образования в азербайджанском райцентре, по определению, недостаточное для такого оптимизма. Даже в русской школе. Просто, нет хороших учителей. Рита же выглядела слишком румяной, веселой и легкомысленной для человека, грызущего гранит науки накануне экзаменов.

— Пфф. Не переживай. Считай, уже поступила. Вне конкурса зачислили по республиканской квоте от республики Азербайджан. Экзамены — чистая формальность, хоть на тройку пиши.

Мне бы возмутиться, вспомнить о совести и принципах социального равноправия, но если честно, даже мысли такой не возникло. Рита — девушка умная, целеустремленная и настойчивая, врач из неё, наверняка, получится хороший. Никаких сомнений в этом у меня лично нет, а то, что в Лениноране, как в любой провинциальной дыре хороших учителей и репетиторов днем с огнем не найти — в том её вины нет. Собственно, квоты именно для этого и придуманы, чтобы дать шанс выучиться обычным парням и девчонкам из советской глубинки. Другой разговор, что выродилось это черти во что, и стало черной дырой для кумовства и блата, но здравое зерно все-таки изначально было.

Поговорить толком не успели, как Ритка предложила улизнуть из дома, смотаться на Красную площадь посмотреть. Оказывается, после приезда она ещё нигде не была, кроме института. Одну её никуда не отпускают, опасаясь, что обязательно потеряется на бескрайних просторах столицы, а подружками обзавестись еще не успела.

— Ну, пожалуйста! С тобой точно разрешат, вернемся, когда гости соберутся.

Честно говоря, знакомиться с гостями, сидеть за чужим столом в окружении незнакомых людей — удовольствие сомнительное. Тем более, не понятно, в каком именно статусе, я тут оказался. Подозревать командира в матримониальных планах абсурдно — он точно не такой человек, да и моя кандидатура его однозначно не устраивала, помнится он об этом лично говорил при прощании. Просто повидаться можно было в любой другой день, не обязательно совмещать с гостями и новосельем, пусть оно и скромное и неформальное, как пояснила Ритка.

Сам товарищ полковник на прямой вопрос так внятно ничего и не ответил. Мол, нужен надежный человек, который присмотрит за Риткой в его отсуствие, на «баб надежды мало» — дословная цитата, за которую Палычу тут же пришлось извиняться перед женой, которая, оказывается, все слышала.

Похоже на правду, но это явно не основная причина.

Интерлюдия

Адмирал флота Чернавин Владимир Николаевич, бывший Главком ВМФ, а ныне министр обороны Советского Союза все последние дни пребывал в постоянной растерянности. Внешне это никак не проявлялось, да и забот в связи с новым назначением навалилось столько, что некогда было рефлексировать и переживать, однако, чем дальше, тем больше его волновала «возрастающая неопределенность» планов на будущее и собственной судьбы. Фраза о «растущей неопределенности» позаимствована у нового Генерального секретаря, который в последнее время часто употреблял её к месту или не очень. При всей парадоксальности и нелогичности, она тем, не менее, достаточно точно передавала суть происходящего: работать придется в условиях недостатка информации и при отсутствии четких планов.

Последний разговор с Лигачевым в присутствии Крючкова и Павлова произвел удручающее впечатление. Адмирал флота, по определению, не может быть глупым человеком (они окончательно отсеиваются на уровне кап-раз) поэтому Владимир Николаевич сразу понял, что новая должность — «расстрельная», выражаясь в терминах сталинской эпохи. Сейчас, конечно, никто к стенке не поставит, но смысл тот же.

Впрочем, никто от него и не скрывал, что работа предстоит черная и неблагодарная. «Уничтожить» советскую армию и флот, так чтобы противник в это поверил на сто процентов. Провести массовые сокращения, порезать сотни военных программ и разработок. Уволить миллионы солдат и офицеров, уменьшить срок срочной службы и ликвидировать две трети воинских частей и соединений.

Клеймо «предателя и разрушителя» министру гарантировано, а проклятия миллионов человек — вещь хоть и абстрактная, но крайне неприятная. Конечно, прозвучало твердое обещание «обелить» имя адмирала лет через десять, когда придет время, но это очень сомнительное утешение. Поговорка про то, что «ложечки нашлись, осадок остался» очень точно отражает последствия такой реабилитации. К тому же не факт, что указанное время наступит через десять лет, а не много позже. Можно и не дожить вообще-то, уйти в мир иной с репутацией человека, который уничтожил сильнейшую армию человечества — врагу не пожелаешь.

В ответ генсек с усмешкой выдал загадочную фразу, что адмирал еще лет тридцать проживет точно, и переживать по этому поводу не стоит. Изрядный оптимизм, учитывая, что Владимир Николаевич разменял седьмой десяток лет. Удивительно, но Председатель КГБ уверенно и твердо поддержал это оптимистичное мнение, чем окончательно поставил адмирала в тупик. Наверное, медицинскую карту спецы из комитета изучили и выдали прогноз. Иначе — откуда?

Зато теперь стала понятна причина его невероятного карьерного взлета. Впервые представитель ВМФ назначен на должность министра обороны. Видимо, посчитали, что моряку легче будет резать сухопутных коллег по-живому. И ведь понимал адмирал, что резать придется — иначе не выйдет. Шесть тысяч воинских частей, из которых полностью боеспособных и полтысячи не наберется, а подавляющее большинство полков существует только на бумаге — обычно это «кадрированные» части, где кроме складов с техникой, сотни офицеров и прапорщиков ничего нет — это приговор всей стране. По мнению руководства страны такая система окончательно устарела и дальше будет только деградировать, съедая гигантские ресурсы и подрывая обороноспособность страны. С этим выводом Владимир Николаевич спорить не стал, подобные мысли его самого посещали уже давно, а вот сокращение флота он воспринял, как личную трагедию. Умом он понимал, что крупные корабли для влияния в океанах — это очень и очень дорого для страны, тем более в условиях кризиса, но, все равно, смириться не мог. Лишь атомный подводный флот пощадили, даже пообещали увеличить бюджет на НИОКР и перспективные разработки.

Удивительно, на сокращении военных расходов настаивал Лигачев и Крючков, а министр финансов Павлов, наоборот, пытался вступиться за ВПК и предлагал резать армейский бюджет не такими катастрофическими темпами, резонно полагая, что снижение государственного оборонного заказа сильно ударит по заводам и доходам населения, а это более трети промышленности.

Убедить — не убедил, но адмирал отчетливо осознал, что инициатива исходит не от Минфина и Госплана. Гадать, от кого — не пришлось, генерал Леонтьев тоже присутствовал на том совещании в качестве эксперта. Ходили слухи, что он стал теневым кардиналом при Лигачеве, и его Аналитическое управление полностью подмяло под себя все самые важные направления, но адмирал привык доверять своему опыту и интуиции, а они упорно намекали, что Леонтьев не того масштаба фигура, чтобы влиять на ЦК и Политбюро.

Тем не менее, отрицать, что влияние АУ КГБ СССР стремительно взлетело на недосягаемую высоту было бы глупо. Адмирал флота не только в морских делах обязан разбираться, но у него в подчинении и своя разведка есть, и особые отделы флотов, и ГРУ информацией делится, и в КГБ генералы знакомые есть. Так что, обстановка в общих чертах понятна. Но только в общих! Например, июньская попытка государственного переворота так и осталась за гранью его понимания, хотя Крючков лично предупредил заранее и даже дал рекомендацию ничему не удивляться, не волноваться напрасно и самое главное — ничего не делать, никого не спасать. Владимир Николаевич подозревал, что изобилие информации сыграло с ним злую шутку: разведуправления флотов исправно записывали все «вражеские голоса» и клали на стол сводки с жуткими картинами Апокалипсиса внутри Союза. При этом многие коллеги и высокопоставленные друзья провели эти дни в спокойном и счастливом неведеньи, с увлечением обсуждая арест мужа Пугачевой, Челябинский метеорит и неминуемое падение космической станции, которое так и не случилось.

После совещания новый министр обороны СССР решил встретиться и лично поговорить с начальником Аналитического Управления КГБ, расставить точки над буквами, как говорится. Слишком много вопросов и непонятных моментов осталось за кадром.

Леонтьев согласился уделить полчаса своего драгоценного времени, внимательно выслушал — все же, адмирал флота и министр обороны не часто просят об аудиенции у обычного генерал-майора, но ничего конкретно сказать не смог или не захотел. Пообещал выделить эксперта-консультанта, который абсолютно точно ответит на все интересующие вопросы, сам же товарищ Леонтьев не слишком хорошо разбирается в тонкостях военной реформы.

— Один консультант? Да этим вопросом несколько НИИ должны заниматься. И то потребуются годы! — возмутился министр обороны.

— Владимир Николаевич, разделяю вашу озабоченность. Но будьте уверены, это лучший в мире консультант. Не разочаруетесь. Через пару дней вас устроит? Не критично?

— Хорошо, — разочарованно буркнул Владимир Николевич, подозревая, что его водит за нос гражданин намного младше по воинскому званию.

— Да. Чуть не забыл. Вы же наверняка приглашены на новоселье к полковнику Тарасенко? Передавайте привет от меня лично.

Адмирал напрягся, пытаясь уловить второй смысл фразы, но так и не смог её расшифровать. Намек, что именно он помог выделить служебную четырехкомнатную квартиру бывшему командиру Лениноранского погранотряда? Если быть точным, то помог «выбить» — иначе семья полковника могла на долгие годы застрять в офицерском общежитии где-нибудь на окраине Москвы, но поставить такую помощь ему в вину? Абсурдно. Тем более, что полковник в фаворе у высокого начальства, идет на повышение, да еще и представлен к правительственной награде.

— Нет, здесь что-то другое, — подумал адмирал на выходе из здания на Старой площади.

Конец интерлюдии

Глава 22

«Выгулять» Маргариту не получилось, попали под короткий, но сильный июльский ливень, пришлось возвращаться не солоно хлебавши, как любит выражаться мой лепший друг Леха. Дома обнаружился первый ранний гость. Колоритной наружности, в модном костюме стального отлива, в итальянских лакированных туфлях и с роскошными усами — именно в таком порядке, по степени восприятия и силе притяжения взгляда зрителей.

— Заслуженный артист Азербайджанской ССР Полад Бюль-Бюль оглы! — широко улыбаясь, представился гость.

Конечно же, я вспомнил знаменитого певца, выдающегося артиста и популярного шоу-мена, широко известного благодаря единственной роли в кино и единственной песне, исполненной тогда же. Все-таки уникальный фильм получился. Гусман, снявший только этот один фильм тоже считается великим режисером. Невероятное совпадение! «Не бойся, я с тобой!» — действительно хороший интересный фильм, но его значение для советского кинематографа преувеличено до размеров розового мамонта, раздутого хоть и не из мыши, но, максимум, из кролика.

Выяснилось, что именно товарищ Бюль-Бюль оглы (это фамилия) занимается поступлением Ритки в медицинский институт. По личной просьбе самого Гейдара Алиевича! Марго скромно покраснела, стеснительно и очаровательно похлопала ресницами, сделав вид, что смущена. Однако хитрый и веселый острый взгляд из под бархатных опахал, брошенный в мою сторону, говорил о том, что стыд и совесть временно отключены, а молодая коррупционерка не думает отказываться от своего счастья.

Через четверть часа я отчетливо понял в чем секрет популярности великого азербайджанского певца при полном отсутствии репертуара. Полад Бюль-Бюль оглы оказался невероятно обаятельным и коммуникабельным человеком, простым и открытым, веселым и остроумным. Душа компании и рубаха-парень с кавказским колоритом, прирожденный тамада и балагур. Не удивительно, что с такими талантами он обзавелся невероятным количеством связей и друзей в Москве, став неформальным лидером «бакинской диаспоры» в столице СССР.

Прибыл певец не один, а в сопровождении шофера и нескольких ящиков с бакинскими деликатесами. Наверное, обладателю идеального концертного костюма со стальным отливом не очень удобно самому таскать ящики с фруктами и бутылками.

После того, как я поприветствовал товарища певца на его родном языке, тот сразу растаял и стал явно благоволить новому знакомому. Когда же выяснилось, что у нас есть есть общие знакомые из Ленинорана: братья Интигам и Эхтирам Рустамовы, исполнители знаменитого шлягера «Давай, дасвиданья!» — тут Полад чуть не расцеловал меня от радости.

— У нас в ресторан «Бакы» по пятницам всегда столик накрыт. Сам Муслим Магомаев для друзей заказывает, никому платить не разрешает. Обязательно приходи вмести с Маргарита! Знакомить вас буду интересный и нужных людей. Нас здесь бакинский диаспор дружный очень. Ростропович, певица Аллегрова, братья Гусман часто бывает. Всех узнаешь, дружить семьей станешь.

— Неужели сам Муслим Магомаев? — чуть не упала в обморок Маргоша.

— Он мал мала редко бывает. Гастроли, вся страна ездить надо. Но столик ресторане для друзей всегда заказ оплачен. Даже если никто не придет, не сможет. Это Муслим. Широкий душа человек, другой такой не бывает.

Как говорила моя бабушка: лапка в паутине завязла — всей птичке каюк! Нечто подобное со мной и произошло. Тихо и незаметно Маргоша повисла на моей многострадальной шее, и как избавиться от неё — решительно не представляю. Пригласили нас двоих, а познакомиться с Магомаевым хочется — грех отказываться от такой удачи. Решил разведать обстановку у Пал Палыча, странная и непонятная ситуация складывается, и чем дальше — тем страньше.

К этому моменту стали прибывать другие гости, и вместо того, что дать разъяснения, командир потащил меня знакомиться с ними.

— Пойдем, казаче, познакомлю тебя кое с кем!

— Плохая идея, — резко затормозил я на входе в гостиную. Не ожидал, если честно такой встречи. Не слишком приятной для меня лично.

— Ты чего встал? — удивился Пал Палыч.

Константин Васильевич Тоцкий не любил, когда нарушают субординацию. И знакомство с каким-то сержантом-срочником для него — явный урон достоинству. Даже без формы я сразу узнал бывшего командира Лениноранского погранотряда. Это не оговорка, подполковник Тоцкий в моей реальности сменил Тарасенко на его должности, только случилось это на год позже. Именно из-за этого… нехорошего человека мне пришлось уйти на дембель на два месяца позже. Не сложились у нас отношения, хотя наверное правильно говорить — у меня не сложились отношения с новым начальником. Он наверняка даже не вспомнил о таком подчиненном.

Нельзя сказать, что Василий Константинович — жесткий деспот и плохой командир, просто мне не повезло в той реальности, но характер у него точно не подарок. С другой стороны, именно такие и становятся генералами и делают карьеру не особо считаясь с людьми и их судьбами. Поэтому и отношение у него к солдату как к винтику в системе. В моем варианте истории генерал Тоцкий дослужился до директора Федеральной пограничной службы, а это очень серьезный карьерный взлет, так что в профессионализме ему не откажешь. Доброта и любовь к подчиненным для такого начальника не обязательны. Поэтому знакомиться с новым/старым начальником погранторяда мне категорически не хотелось, хоть и пришлось. Палыч хотел меня представить, как эксперта по Ленинорану, но от этой глупости мне удалось кое-как отбояриться. Хуже ошибку трудно представить, если бывший срочник лично начнет давать ценные указания Василию Константиновичу.

Полковник прибыл вместе с супругой и дочкой Аллой, но их я не помню — кажется, их вообще в Лениноране не было. В моей реальности задача у подполковника Тоцкого была лишь одна — подготовить и вывести пограничный отряд во Владикавказ, точнее — в чисто поле в горах Осетии, так что везти семью в зону военных действий он видимо не стал. Забавное совпадение: Тоцкий только что прибыл с афганской границы, а полковника Тарасенко наоборот теперь туда переводят с Ленинорана. Вот такой встречный обмен получился.

Гостей оказалось не много, видимо, хозяева еще не успели обзавестись знакомыми и друзьями в Москве. Заглянула соседка, как я понял, жена дипломата из МИДа, почему-то без супруга, но зато с домработницей, которая помогала на кухне. С большим опозданием приехал адмирал Чернавин, уставший и печальный, замученный делами и новой должностью. Как оказалось, именно он и есть главная цель моего визита! Товарищ Леонтьев, нагло переняв мои тролльские методы, хитро свел нас в одном месте, без нашего ведома, совместив полезное с приятным.

Разговор состоялся в кабинете хозяина дома, чтобы не мешать другим гостям.

— Владимир Николаевич, позволь представить замечательного молодого человека. Александр Морозов, прошу любить и жаловать, — довольно ухмыляясь, Палыч лоснился от удовольствия, наслаждаясь моментом.

Новоиспеченный министр обороны хмуро и неодобрительно посмотрел на меня, затем на полковника. Глаза его выражали вселенскую скорбь по поводу неуместного веселья хозяина квартиры в том момент, когда «вся страна в едином порыве…». Эээ. Что-то не туда меня с пафосом потянуло.

— Что такого замечательного в молодом человеке? Неужели твоя Ритуля нашла себе наконец достойного кавалера? — ехидно поинтересовался главком.

— Ритуля пусть об учебе думает, рано еще о кавалерах мечтать. Владимир Николаич, ты не понял — молодой человек от товарища Леонтьева. По какому вопросу — ты сам знаешь.

— Гм, — критически осмотрев мою физиономию, и не найдя её убедительной, адмирал высказался несколько неопределенно. — На те Боже, что мне не гоже? Никого постарше не нашлось?

— Не обращай внимания на возраст. Это на вид он молодой и глупый, внутри — хитрый и наглый, местами умный. Между прочим, вы с ним заочно хорошо знакомы.

— Не припомню такого. Паша, ты ничего не путаешь?

— Как же? Вспомни, кто тебя чуть до инфаркта не довел. Секретный истребитель на плакате нарисовал, подводную лодку от пожара спас.

— Не может быть! Якорь мне в дышло! — взвился адмирал флота, словно молодой юнга.

— Может, еще как может. Этот прохиндей еще и трех диверсантов лично поймал. Откуда, думаешь, у меня золотая сабля с каменьями в подарок от аятоллы Хомейни, земля ему пухом.

— Да, я — такой, — скромно подтвердил я свои заслуги. — Товарищ Леонтьев очень мудрый человек, поэтому забыл предупредить меня о чем именно вы хотели поговорить.

— Вы беседуйте, меня гости ждут.

Глава 23

— За активную деятельность, направленную на развитие и углубление всесторонних дружественных связей между народами Советского Союза и других государств, укреплении мира между народами. Орденом Октябрьской Революции награждается Тарасенко Павел Павлович, — прочитал с бумажки министр обороны, уставшим взглядом посмотрел на хозяина, затем хмуро с некоторым осуждением на меня, словно обнаружил главного виновника недостачи на складе.

Впрочем, тут же за столом быстро выяснилось, что орден Октябрьской революции выше по статусу, чем орден Красного Знамени, хотя, конечно Красная Звезда была бы лучше, но эта награда выдается за боевые заслуги, а в нашей истории обошлось даже без стрельбы. И успехи Пал Палыча оказались скорее на ниве дипломатии и улучшении советско-иранских отношений. Отсюда и странный выбор награды — раньше я думал, что её только на юбилеи революции вручают, причем не всегда людям, но и заводам и областям. Так что наш Палыч масштабом тянет на целую область. На самом деле орден еще только собираются вручить, через несколько дней в Кремле, но товарищ главком, пользуясь служебным положением решил порадовать друга хорошей новостью раньше.

К слову, товарищ Чернавин официально пока еще исполняющий обязанности министра обороны и главкома ВМФ, хотя решение о назначении уже принято на самом верху, просто бумаги еще не оформлены, поэтому в должность не вступил пока.

Разговор с Владимиром Николаевичем получился тяжелым и сложным, хотя приятных и легких переговоров в последнее время и не припомню. Поскольку времени было в обрез, то просто выслушал вопросы, больше похожие на наезд тяжелого танка на черепашку, пообещал подготовить развернутые подробные ответы через пару дней, чтобы обсудить претензии в спокойной обстановке, не оглядываясь на гостей и хозяев. В любом случае, такой разговор на два-три часа затянется, а значит, сегодня невозможен.

Попытки выведать информацию о ясновидящем дедушке Исмаиле пресек на корню, объяснив подпиской о неразглашении, сразу послав спрашивающего в направлении генерала Леонтьева за разрешением. Министр обороны, похоже, всерьез обиделся, и весь оставшийся вечер морщился недовольно, когда натыкался взглядом на молодого наглого «эксперта», благо я «удачно» напротив за столом оказался.

Меня тоже разговор вывел из равновесия. Леонтьев подложил жирную свинью, не предупредив заранее, и теперь вообще непонятно, как выкручиваться из этой ситуации. Например, адмирала привела в негодование сама мысль продать китайцам истребитель Миг-29, ограничив его закупки для своей армии. В его понимании, это самый современный и лучший истребитель в СССР, не считая относительно «сырого» Су-27 массово не выпускающегося.

Объяснить, что Миг-29 обречен и не имеет перспектив в будущем — практически невозможно. Убедить могла бы ссылка на послезнание, но на раскрытие такой информации полномочий у меня нет, и начальство на это не пойдет. Выкручивайся, как знаешь — похоже генерал Леонтьев руководствуясь этим принципом, просто скинул на мою голову решение этой проблемы. Как донести до министра обороны результаты авиационных сражений Эритреи и Эфиопии, если эта война начнется лишь через десять лет, если вообще начнется в этой реальности. Как объяснить, что на одной стороне воевали Миг-29 с украинскими летчиками, а с другой — Су-27 с российскими офицерами? Да за одну такую фразу можно в психушку угодить. И что «сушки» вчистую победили, завалив три или четыре Мига, не дав им ни одного шанса.

Как рассказать, что Сухой вырастит несколько поколений прекрасных истребителей и бомбардировщиков из гадкого утенка Т-10, а МИГ так и будет почти тридцать лет пилить новый Миг-35. Тут, конечно, влияние развала СССР надо учитывать, но само по себе, полное отсутствие результатов весьма красноречиво.

К тому же, продажи Мигов и Сушек на экспорт отличаются как небо и земля. Насколько безрадостные результаты у первых за четверть века, настолько фантастические успехи у вторых. При этом Сухой еще и гражданские авиалайнеры с нуля научился строить, хоть в прямую к нашему вопросу это и не относится.

Допустим, результаты учений в Липецке в 2010 году, когда шесть перехватчиков Миг-31БМ «уничтожили» шесть Миг-29, а те их даже не смогли обнаружить, не то, что выстрелить в их сторону — эти результаты можно выдать за компьютерное моделирование, хотя это уже не так убедительно будет выглядеть. Но как обосновать, что сама концепция легкого истребителя нежизнеспособна в двадцать первом веке? В реальностях второго десятилетия следующего века это станет очевидно, но сейчас как это обосновывать? В данную эпоху военная мысль оперирует тысячами самолетов, десятками тысяч танков. Как объяснить, что фронтовой истребитель с малой дальностью полета, с минимальной бомбовой и ракетной нагрузкой, со слабым радаром, но с хорошей маневренностью станет ненужным? Дальность пуска ракет станут исчислять сотнями километров, а подготовка пилота будет обходится в миллионы долларов и количество современных истребителей в лучшем случае не превысит нескольких сотен в крупных армиях мира. И что Миг-29 даже какой-нибудь Алжир через 15 лет не устроит уже.

При этом надо учитывать, что Миг-31 останется в строю еще на сорок лет, если не больше! И будет лучшим истребителем-перехватчиком всех времен и народов, превысив рубеж в 3500 км/час, что для серийной машины просто немыслимо. Вдобавок, он еще и спутники сбивать может. Фантастическая сказочная машина, в отличие от невезучего 29-го, обреченного на…

И это всего лишь один вопрос из списка! Представляю, какое сражение предстоит за авианосцы. Это не истребители — за них адмирал будет стоять до конца.

* * *

Вернувшись в Реутов, обнаружил новую проблему, чуть не переросшую в катастрофу. Лишь чудо, в виде Славика Борисова спасло меня от полного провала.

Во время моего отсутствия в нашем ДК объявилась «гарна дивчина» Настя с трикотажной фабрики, хотя абсолютно точно помню, что шифровался и ни разу не обмолвился о своем истинном месте работы. По умолчанию подразумевалось, что я тружусь на оборонном заводе, о котором нельзя рассказывать никому, по вполне понятным причинам. Однако, настырная мадам каким-то загадочным образом прознала, где я обитаю, и зачем-то решила проведать бывшего ухажера через месяц после расставания. И ладно бы в компьютерный класс направилась, это можно понять, нет же — Славик её в последний момент перехватил у входа в балетный класс, причем в это время там шли занятия у Ирины Викторовны с детишками.

Реально — чудо! Обычно робкий и нерешительный Слава, вдруг поинтересовался у незнакомой симпатичной девушки, что она делает у дверей танцкласса, не решаясь войти. Мало того, услышав, что мадам ищет Александра Морозова, мгновенно сообразил, чем грозит развитие ситуации, после чего смог увести Настю от опасной двери, а затем проводил до универсама, где угостил мороженным. Героическая самоотверженность.

Если бы кто другой рассказал эту историю — ни за что не поверил бы. Такие нелепые случайности бывают только в бразильских сериалах, которые в СССР еще не добрались, и поэтому совершенно невозможны в реальной жизни. Однако, факт есть факт — бывшая чуть не встретилась с будущей, осложнив и так буксующий процесс охмурения Ирины Викторовны.

Вторая неприятность ждала меня в кабинете. За время отсутствия кто-то аккуратно вскрыл мой сейф. Поскольку стальной ящик достался мне вместе с кабинетом, то хранить в нем ценные документы я изначально не собирался, дубликат ключа наверняка где-то имеется. Поэтому все записи ежедневно по вечерам сдавал куратору на хранение, утром забирая обратно. Однако, кое-какие второстепенные и маловажные бумаги все же хранились в сейфе компьютерного класса, иначе мне пришлось бы таскать дорожный чемодан с собой, в портфель они просто не влезали.

В качестве меры предосторожности на ночь я опечатывал сейф при помощи двух кусков пластилина и кусочка шпагата. Сверху на пластилин ставил отпечаток пятикопеечной монеты — если не приглядываться, то герб похож на нормальную печать. Хитрость примитивная, профессионала никак не остановит, особенно при наличии ключа. Но есть одна тонкость — монета обычная, а вот сам отпечаток немного повернут на несколько градусов, причем каждый день по разному. Если сегодня пятнадцатое число, то звездочка на гербе будет смотреть на пятнадцать часов. Тут главное — самому не запутаться, поскольку в сутках 24 часа, а в месяце 30 суток, а значит «сдвиг по фазе» пойдёт на второй круг. И в качестве вишенки на торте, на радость моему будущему психиатру, специалисту по паранойе, решил подстраховаться и сделал в пластилине на каждой стороне две незаметные отметки обычной иголкой.

Так вот, вернувшись из Москвы, я обнаружил, что веревка на месте, отпечатки с гербом повернуты правильно, вот только точки от иголок отсутствуют! Кто-то не просто вскрыл сейф, но и поворот герба на отпечатке вычислил. Однако, взломщики прозевали отметку от иголки, видимо, не ожидали такой прогрессивной паранойи у пациента. Не путать с прогрессирующей.

При всем желании, заказчиком не мог быть генерал Леонтьев — это абсурдно, он и так имеет свободный доступ ко всем моим записям, причем к самым важным. Ситуация очень странная и неожиданная, и даже предположений нет, кто это мог быть, но судя по всему, профессионалы, хоть и прокололись на мелочи.

Окончательно испортила настроение сама Ирина. Знойная красотка решила добить меня окончательно, для чего стала открыто флиртовать и завлекать моего протеже — компьютерного гуру товарища Ашманова. Конечно, тот поплыл сразу — перед неземным очарованием знойной брюнетки устоять невозможно. Я бы понял, если Ирина имела целью меня позлить, но похоже роковая женщина всерьез взялась за дело, оценив перспективы такой партии, как великолепные. Директор нового НИИ, практически с собственной квартирой, с блестящими карьерными прогнозами, кандидат наук, приятной наружности, при этом скромен, интеллигентен и мил. И возраст идеальный для нашей мадам, Ашманов старше на несколько лет, в отличие молодого студента из общаги, недавнего дембеля.

Удар по самолюбию оказалась очень силен, даже не ожидал, что меня это так заденет. Тут мне бы пуститься в рефлексию, углубиться в самоанализ и самопоедание, начать рвать волосы на голове и стучаться о ближайшую стену, но… Мне не двадцать лет, а в несколько раз больше, и жизненный опыт огромный, поэтому и реакция другая. Сразу вспоминается Вова Мочалов, а это верный признак, что интуиция заработала. Слишком много странных, мелких и неприятных случайностей, чтобы это действительно было случайным.

Следует пояснить, при чем здесь мой старый друг Вова, чтобы понять откуда вылезла из подсознания тревога. Володька к концу девяностых окончательно отошел от криминала и переквалифицировался в «решалы», организовав что-то вроде ЧОП и детективного агентства. Однажды, году так в 2002-м, мне понадобилось решить один скользкий вопрос по приобретению зданий бывшей табачной фабрики в Нижневолжске. Все было «на мази», осталось получить последнюю подпись чиновника из обладминистрации, и тут он внезапно идет «в отказ».

— Морозову не подпишу, — заявляет этот прожжённый взяткобратель, на котором клейма негде ставить.

Естественно, подключаю людей, начинаем копать и выясняем, что эта крыса канцелярская активно работает с «профсоюзными», а они в свою очередь не питают добрых чувств в мой адрес. Очень выгодный проект зависает в самый неподходящий момент: инвесторы деньги уже выделили, оборудование надо заказывать, а помещения нет. Причем, суммы фигурируют огромные для того времени — триста тысяч долларов примерно. Не только авторитетом рисковал, а собственной шкурой уже. В этот момент вспоминаю о Вовчике. Тот берется за дело и через три недели клиент подписывает все, что надо.

В подробностях пересказывать слишком долго, это была целая спецоперация, по размаху и проработке тянущая на режиссёрскую премию, если по ней снять фильм. Но не об этом речь. Больше всего запомнилась ключевая фишка: клиент должен постоянно находиться в стрессе, его надо допекать мелкими неприятностями и пакостями, причем нельзя допускать большие перерыва между актами. Максимум два-три дня, это стандартный срок для психики человека, чтобы успокоиться и привыкнуть к стрессу. Вот до окончания этого срока обязательно происходит следующая подстроенная пакость.

Например, у клиента на выезде из дома на дорогу ночью рисуется сплошная линия. Тот выезжает, его сразу останавливают гаишники и штрафуют. На следующий день его снова ловят на этом же месте, ведь, по другому на дорогу не выехать. Клиент начинает вопить, грозить всеми карами небесными, выясняет, что инспектора из второго батальона и уезжает снова отдав круглую сумму. Звонит своей крыше, чтобы пожаловаться на обнаглевших гайцев, те пробивают по своим каналам, и выясняют, что никого из второго батальона в этом месте не было. Оно и понятно, Вова нанял знакомых инспекторов из пригородного района, а не из батальона. Ищите ветра в поле. Через два дня у клиента в доме перестает работать телефон (сотовые в те времена еще редкость были) — пьяный экскаваторщик оборвал телефонный кабель, после чего скрылся вместе с трактором.

И так далее и тому подобное. На работе пропали документы со стола, у жены сперли сумочку с деньгами и ключами. С автомобилем творится что-то странное: вечером ставишь на сигнализацию, утром оказывается, что забыл. Колесо спущено, но не пробито. И так далее и тому подобное. В результате через две-три недели клиент гарантированно доходит до стадии нервного срыва, после чего его бери голыми руками: он заранее готов на любой компромисс, только чтобы избавиться хоть от одной очередной проблемы. Если же еще и выгода намечается посреди мрака и отчаянья — он вас расцеловать готов будет.

Нетрудно заметить, что эта нехитрая схема очень похожа на ту, что Вова использовал в девяностые для того, чтобы соблазнить свою будущую жену. Вот такой Вован криминальный талант, довел технологию до совершенства.

Много позже случайно узнал, что подобные методики используют спецслужбы во всем мире, что не умаляет заслуги моего знакомого, дошедшего до всего своей головой.

Так вот, подводя итог этой замечательной правдивой истории, вспоминаются слова Вована:

— Если идет цепь необъяснимых случайностей, ищи причину! Возможно тебя взяли в обработку.

На вопрос, а что, если просто показалось, и никакой причины нет, Вован ответил просто: «Тогда забей. Значит, почудилось. Но обычно причина всегда есть.»

Поэтому я просто сел и постарался вспомнить, что именно случалось за последнее время необычное, выбивающееся из логики и здравого смысла. Вскрытый сейф ни в какую схему встраиваться не желал, похоже он вообще из другого ряда событий, зато история с Ириной при тщательном рассмотрении оказалась еще запутаннее и несуразнее, чем казалось изначально. Даже если опустить наш бесконечный комедийный сериал с попыткой обольщения.

Сначала сцена с Полиной, которой я вообще не придал никакого значения. Мало ли что взбрело в голову малахольной отличнице, внучке академика Решетнева. Теперь же задался вопросом: с чего этой нашей недотроге приспичило приглашать меня в кино? Вообще-то не в её характере навязываться, девушка на редкость гордая и упрямая, вниманием парней избалована выше некуда. Откуда она могла узнать о моих приключениях с Ириной?

Вторая история вообще ни в какие ворота не лезет. Появление сексапильной работницы трикотажной фабрики Насти у танцевального класса через месяц после нашего расставания. Искала меня, а нашла соперницу? Да ну на! В нашем ДК больше сотни дверей и кабинетов, по теории вероятности она никак не могла оказаться именно у этой! В конце концов это не мексиканский сериал, чтобы столько совпадений сразу. Если Вова Мочалов прав, а в прошлой жизни пару раз его великолепный совет реально спасал меня от крупных неприятностей, то у этих двух событий должна быть общая причина. Стоило об этом подумать, и ответ мгновенно нашелся.

Мой сосед по комнате — Сема Лавров! Он знаком с обеими девушками, именно он уговорил наведаться на дискотеку на «триктажку», где мы на пару замутили с Настей и её подружкой.

— Славик, а ты давно Сему, моего соседа знаешь?

— Дык, не очень. Он только за неделю до твоего приезда заселился. А что?

— Ничего. Спасибо Вячеслав, ты настоящий друг.

Глава 24

Настучать по морде паршивцу Семе не получилось. Пока добрался до трикотажной общаги, пока выяснял у бывшей зазнобы, чья это была инициатива и кто дал точные координаты, где меня искать — время ушло. Сосед исчез, по официальной версии, озвученной комендантом, уехал в командировку в Чимкент на целый месяц. Действовал он, кстати, через подругу Насти, с которой крутил роман одновременно с нашим.

К слову, визит к прекрасной дочери степей Украины чуть не закончился конфузом. По случаю летней жары легкий трикотажный халатик оказался единственной преградой между мной и вожделенным женским телом, а его обладательница восприняла появление ухажера, как прозрачный намек на то, что текстиль явно будет мешать нашему дальнейшему общению. Пришлось позорно бежать, чтобы не пойти на второй круг по тем же мягким и приятным на ощупь гр… граблям. Между прочим, это почти подвиг после месяца воздержания. Но не об этом речь.

Пришлось срочно вызывать генерала Леонтьева по экстренному каналу связи и делиться с ним интимными подробностями случившегося. Информация о вскрытом сейфе генерала не на шутку озадачила, а вот реакция на исчезновение соседа оказалась не совсем такой, как ожидалась. Николай Сергеевич лишь отмахнулся от неё, как от назойливой мухи — нечего, мол, ерундой голову занимать.

— Вы находите это нормальным? Подсадной сосед с неадекватными замашками, следящий за мной, устраивающий провокации — это вас не удивляет?

— Не кипятись Саня. Твой сосед — сотрудник КГБ, оперативник из отдела капитана Петрова. Присматривает и охраняет заодно. Убрали его временно, чтобы ты скандал с мордобоем не устроил в публичном месте.

— Что?! Да вы не охре?.. Совсем спятили? Нельзя было предупредить? И что это за цирк с конями и вмешательством в личную жизнь? Какое право вы имели…

— Не уведомили, потому что так надо было. Тебе же проще, не пришлось притворяться. Что касается личной жизни, то это инициатива капитана Петрова, мне сообщили буквально только что — час назад. В оперативных вопросах капитан самостоятельно решения принимает, на каждый чих к начальству не набегаешься.

Хотел выругаться, крепко и от души, но быстро осознал, что ничего другого ожидать не следовало. Ну, а то, что повел себя, как наивный лошара и расслабился — дело обычное. Послезнание и жизненный опыт, конечно, дают некоторое преимущество, но вокруг не дураки работают, а вполне себе, кадровые сотрудники одной из крупнейших спецслужб мира, и в некоторых моментах я супротив них — как кавалерист против танка. Не котируюсь совсем.

— Все равно, не могу понять, зачем этот балаган с клоунадой? Натуральное свинство портить мои отношения с девками — они вам чем не угодили?

— Пфф, — устало вздохнул генерал, разговор ему очевидно не нравился и был в тяжесть. — Капитан Петров предположил, что твоя новая пассия, на которую ты тратишь непозволительно много времени… Есть вероятность, что её намерено подвели под тебя. Удачно подвели и крепко подцепили.

— Чушь полная! Два месяца динамить, чтобы… — осекся я, сообразив, что именно сказал и как это выглядит со стороны. — Кенгуру вашу за ногу!

Товарищ Леонтьев никак не прокомментировал, лишь хитро ухмыльнулся. Хорошо, что без издевки.

— Послушайте, но ведь Ирина здесь работает с прошлого года! Я лично проверял, несколько человек подтвердили этот факт. Никто не мог заранее знать, что я здесь появлюсь.

— Не хотел этого говорить, но, видимо, придется. Ирина Викторовна Гонсалес-Рамон несколько раз встречалась у себя на квартире с подполковником Рудовым, заместителем начальника Первого отдела завода.

— Умеете вы нежно и ласково, да ледорубом по затылку, товарищ генерал.

— Се ля ви. Такова жизнь. Не ты первый, не ты последний, девица вправду очень интересная.

— И что теперь делать?

— Что делать с красивой бабой — тебе решать, — заржал, аки красноармейский конь, генерал Леонтьев. — Крути роман дальше и постарайся не спугнуть, а то подошлют вместо нее какую-нибудь страшилу-крокодилу.

Не буду описывать свои переживания, и так понятно, что должен ощущать нормальный мужик в такой ситуации, зато мысль сразу заработала как бешенная, и я с ужасом осознал, что товарищ Ашманов может стать следующей жертвой, а у меня серьезные планы на его мозги, которые кто-то нехороший собирается запудрить. Вдобавок, мне просто неприятно осознавать, что… неважно что. Ибо нефиг! Не доставайся же ты никому, как говорил в такой ситуации один отрицательный киногерой. Самый лучший способ — найти замену, а в идеале женить товарища Ашманова, чтобы он остепенился и забыл о желании флиртовать со всякими левыми брюнетками.

Совесть моя кристально чиста в этой ситуации, ибо знакомить Игоря Станиславовича я собираюсь не абы с кем, а с будущей законной супругой! Получается не банальное сводничество, а благородное соединение двух любящих сердец, пусть они даже об этом еще не подозревают. Пикантность ситуации в том, что супруга Ашманова является первой женой Касперского, но поскольку в моем времени они развелись, то неудачный промежуточный этап мы пропустим и сразу перейдем к счастливому финалу. Главная трудность — мне не известна её девичья фамилия, а с Касперским они еще наверняка не познакомились. Знаю только, что Наталья закончила МИЭМ (надо же — совпадение!) в конце восьмидесятых, и по национальности — то ли обрусевшая немка, то ли прибалтийка. Плюс хорошо помню внешность Натальи Касперской, её прекрасные организаторские способности, живой ум и работоспособность — на Ютубе даже подписан был на её канал.

Поэтому запросил у генерала Леонтьева список с фотографиями всех выпускниц МИЭМ за последние годы с нужными приметами. На всякий случай даже студенток четвертого и пятого курса попросил включить — вдруг ошибся с годом выпуска. Так что Игорь Станиславович может заранее сказать спасибо своему личному Амуру, а то наши отношения как-то не сложились с самого начала. Оказывается, работать с талантливыми гениями — это совсем не подарок, а ровно наоборот. Начинаешь например, объяснять, что надо заняться разработкой поисковой системы для Интернета. Наивно полагая, что это что-то новое и неведомое, а в ответ тебя макают в невежество и рассказывают, что подобные системы в СССР уже созданы и работают.

В МВД есть компьютерная информационная система, которая выдает результаты поиска по запросам, причем по нескольким полям сразу. В библиотеке имени Ленина установлена электронная система поиска в каталоге по базе данных, правда, пока экспериментальная, но в тестовом режиме уже испытывается. Конечно, это отдаленный прообраз поисковика будущего, и вместо привычных баз данных выступает библиотека с книгами и милицейская картотека, но запросы и каталоги обрабатываются в электронном виде с использованием похожих алгоритмов.

Проблема в том, что такие ляпы и проколы у меня встречаются постоянно, поскольку с компьютерными реалиями позднего СССР я не знаком вообще, все мои познания относятся к буржуйским программам и железу конца тысячелетия или позже. Из-за этого авторитет мой в глазах Ашманова никак не вылезет из нулевой зоны.

— Николай Сергеевич, можно нескромный личный вопрос? Только вы не обижайтесь, исключительно для пользы дела.

— Если для дела — валяй.

— Представьте на секунду, что у вас есть такая любовница.

— Кх-м. Морозов, ты на солнце не перегрелся? Такие темы обсуждать? — напомнил генерал, что все записи наших разговоров идут прямиком на стол высокому начальству и без купюр.

— Значит, представили. Как мужик мужику отвечаем честно, сколько раз в неделю вы заглядывали бы к такой знойной женщине?

Генерал побагровел, хотел наверное высказать, все что думает обо мне и моих сексуальных фантазиях, но в последний момент сдержался, а через секунду догадался о чем речь и расхохотался.

— Тьфу, доведешь когда-нибудь до греха своими шуточками. Хочешь сказать, что это не любовная интрижка?

— Сами посудите. Подполковник — значит, ему примерно лет сорок. Мужчина в самом расцвете сил. За полтора месяца зафиксировано всего два визита. Правильно я понимаю? При этом выбил квартиру для любовницы, прописку в ЗАТО организовал, на не пыльную работенку устроил — как говорит нынешняя молодежь, обеспечил «полный фарш». И на этом фоне такая низкая интенсивность встреч? Не верю.

— ЗАТО — что за зверь?

— В моем времени аббревиатура обозначает закрытый город. Про любовницу согласны?

— Здравое зерно в твоих словах есть. Но загадочная подружка появилась здесь еще в сентябре прошлого года, и никто даже теоретически не мог предвидеть, что ты появишься тут через восемь месяцев. Не срастаются концы с концами в твоей версии.

На этот убийственный довод мне возразить нечего. Ситуация напомнила эпизод в фильме «Место встречи изменить нельзя», когда Жеглов заявляет Шарапову об отпечатках пальцев на пистолете: «Это такой аргумент, который бьет сто твоих аргументов».

— Объяснения у меня нет, но оно должно быть. Просто мы его не видим почему-то. Например. В моем будущем боевики устроили теракт в Грозном. Девятого мая была взорвана трибуна на стадионе, где в этот момент находился тогдашний лидер Чечни. Особенность этой террористической атаки в том, что взрывчатку заложили под правительственной трибуной еще при строительстве стадиона, почти за год до открытия, и поэтому охрана никак не смогла обнаружить закладку даже теоретически. Или израильские хакеры заложили программные закладки в иранские центрифуги за несколько лет до их пуска, причем через, ничего не подозревающих французов, которые изготовили это оборудование.

— Гм. Примеры натянуты, но мысль интересная. Думаешь, медовая ловушка была организована заранее, а ты случайно в ней оказался?

— Нет, товарищ генерал. Не случайно. Думаю, вам аккуратно подсунули этот вариант. Или несколько подобных? Я не специалист в ваших делах, но предполагаю, Аналитическое Управление, которое вы возглавляете, не занимается агентурной и оперативной работой. Скорее всего, вы обратились к коллегам, они «нашли» надежное проверенное место для того, чтобы спрятать важного свидетеля. Угадал?

Генерал ничего не ответил, мрачно глядя сквозь меня невидящим взглядом.

— Николай Сергеевич, давно хотел задать вам вопрос, да все забываю. Разрешите?

— Снова о бабах? Где ты снова ни в чем не виноват?

— На этот раз чисто научный интерес. Скажите, кто именно обратился с просьбой не публиковать материалы по «Лунной афере»? Должен же был кто-то лично озвучить это? Сами американцы, их представитель или посредник?

— Пфф. Аналитики пришли к выводу, что афера такого масштаба невозможна. Хотя допускают возможность частичной фальсификации. Поэтому тему сильно не раскручивали, посчитали бесперспективной.

— Это вы так посчитали. Американцы, видимо думали иначе? Наверняка они отдельно просили не поднимать эту тему, весьма чувствительную для них. Меня интересует, кто именно просил?

— Привязался, как репей. Если тебе легче будет, то Примаков Евгений Максимович обращался к Лигачеву. Американцы на него вышли, представитель НАСА специально прилетал. О репутации беспокоятся, их понять можно.

— И вы, конечно, ничего не потребовали взамен?

— Надо было? И вообще, вспомни ту ситуацию, не до вопросов с астронавтами было. Это в конце июня была — сам помнишь, что творилось в стране.

— Эх вы, товарищ генерал. Нельзя разбрасываться государственными деньгами, я так их никогда не накоплю. Если сам Примаков просил — это минимум сто миллионов долларов можно было вытрясти. А вы их задарма простили.

— Печально, товарищ Морозов, что вы все измеряете в деньгах. Трудно вам будет в социалистическом общежитии жить.

— Трудно без денег жить, а с деньгами — ровно наоборот. Насчет общежития — надеюсь, это образно? Может мне однушку хотя бы выделят? Никакой личной жизни — не мальчик однако уже.

— Потерпишь. Нельзя выходить из образа, — ехидно ухмыльнулся шеф, напомнив Воланда, рассуждающего о квартирном вопросе и москвичах, им испорченных.

Глава 25

Милость сильных мира сего иногда оказывается много хуже их гнева или обиды. Пока я две недели находился в немилости у товарища Лигачева, жизнь моя была замечательна и необременительна, как только верховная власть смягчила санкции, так работы навалилось столько, что не продохнуть, не то что личной жизнью заняться. Количество проектов и тем, которыми срочно пришлось заняться, превысило добрый десяток. Пришлось даже занятия в спортивной секции сократить до двух раз в неделю, из-за чего тренер похоже обиделся, он всерьез рассчитывал выставить меня на областные отборочные, а с таким отношением там нечего ловить. Я клятвенно обещал исправиться, но не раньше августа и к сентябрьским соревнованиям набрать нужную форму. Успехи Славика оказались скромнее, но прогресс заметен и это радует. Полина, кстати, уехала на каникулы в Красноярск, и слава богу, как говорится. Хоть небольшая, но отсрочка.

Генерала Леонтьева наконец удалось уговорить, и теперь у меня есть замечательная опция — «запросный лист». Указываешь имя, фамилию, профессию, должность, примерный возраст, ориентировочное место жительства нужного мне человека, а через некоторое время получаешь подробную ориентировку на него, если что-нибудь нашлось. Или список из нескольких кандидатур с фотографиями, если их несколько.

Первый блин, по старой русской традиции, вышел комом. Наталью Касперскую по запросу нашли в архиве выпускников МИЭМ. Причем выяснилось, что диплом выдан уже на фамилию мужа, в девичестве мадам — Наталия Ивановна Штуцер (дедушка — немец), в официальном браке с 1986 года, и что самое веселое — сейчас находится в декретном отпуске после рождения сына около месяца назад.

Судьба в очередной раз щёлкнула меня по носу, намекнув, что попаданец не для того заброшен в прошлое, чтобы фигней страдать и сводничеством заниматься. Вмешательство в чужую судьбу — не самое красивое и умное мое решение, поэтому я облегченно вздохнул, когда все обошлось. В прошлый раз нечто похожее произошло с «профсоюзными» братками, когда хотел срубить бабла по-легкому, но дело не выгорело, хотя продумано все было до мелочей. Видимо, карма у меня теперь такая — сомнительные затеи, с точки зрения морали и закона, заканчиваются одинаково неудачно. Мистика, да и только — хоть в неё не верю, даже после истории с попаданством.

Зато, певца Трофима удалось разыскать без проблем. Намного дольше пришлось уговаривать его исполнить свою собственную песню, да и то пришлось указать Алекса Севера соавтором. Поскольку все, что связано с «электронным котом» требует повышенного уровня секретности, то пришлось взять с исполнителя подписку о неразглашении, все чин по чину, генерал Леонтьев лично сделал внушение, и Трофим, похоже, проникся.

Плюшевое чучело Кота Матроскина согласно представленным эскизам изготовили за неделю в мастерской Мосфильма. Получился обаятельный толстопуз ярко рыжей наружности и в полоску. Озвучивать хвостатого и полосатого первое время будет какой-то малоизвестный актер ТЮЗа, позже найдем достойную замену.

Вместе с увеличением забот получил, наконец, хоть какой-то официальный статус. Моя, непозволительно молодая, внешность без соответствующего документа не внушает уважения, не принято в советском обществе так быстро делать карьеру и вести серьезные дела. Поэтому «вездеходные» корочки — удостоверение инструктора Московского горкома комсомола оказалось весьма кстати. Формально я теперь числюсь внештатным сотрудником, но в красной книжечке об этом не сказано, поэтому она внушает уважение, почти как настоящая.

В дополнение к статусу мне выделили кабинет во временную аренду в одном из многочисленных учреждений московского горкома ВЛКСМ. Не так чтобы насовсем, просто табличку повесили и разрешили проводить иногда встречи с важными клиентами. На самом деле, комната, гордо именуема кабинетом, числится за товарищем Пономаревым, который «крышует» меня по комсомольской линии, но ради пользы общего дела он немного потеснился. Впрочем, кабинетов этих у него — как у дурака махорки, половина этажа, так что не особо сильно и пострадал.

Пономарев Георгий Савельевич, мой куратор, пребывая в должности второго секретаря МГК комсомола обладал поистине безграничными возможностями в пределах Москвы и её окрестностей. Имея покровительство на самом верху, от ЦК и от всемогущего КГБ, обладая невероятным количеством знакомых и друзей в любых структурах на уровне городских властей, Георгий стал моей волшебной палочкой-выручалочкой. Казалось, что нет таких вопросов, которые он не в состоянии решить, в рамках разумного, конечно же.

Идею фестиваля фантастики с поэтическим названием «Полдень. XXI век» он сразу воспринял на «ура», но при всем желании, провести его до сентября месяца мы никак не успевали. Оказывается, в середине августа в Москве планируется провести международный фестиваль: «Рок-музыка против войны», плюс хотя бы минимум месяц после этого на организацию нужен.

Конечно же, я сразу заинтересовался, что это за мероприятие, в прошлой жизни это грандиозное событие прошло мимо моего внимания, для солдата первого года службы это простительно, другие заботы были.

Оказалось, готовится настоящее шоу со звездами мировой величины, и если честно, я «выпал в осадок», когда ознакомился со списком участников.

«Moscow Music Peace Festival» или Московский международный фестиваль мира — первый рок-фестиваль в СССР будет проходить два дня на стадионе «Лужники» в Москве. Планируется участие: Bon Jovi, Mötley Crüe, Ozzy Osbourne, Scorpions, Cinderella.

Даже через двадцать лет собрать такой состав участников стоило немалых денег, а сейчас, когда все эти звезды в зените славы — даже не представляю сколько потянет такое удовольствие. Видимо, дело в популярности «Перестройки» на Западе, поэтому и согласились приехать ведущие мировые рок-звезды и выступить фактически за бесплатно. Хотя, старый прожженный циник в глубине души подсказывает кучу менее романтических объяснений: от банального пиара до просьб влиятельных людей «поддержать падающий авторитет Горбачева». Это не оговорка — фестиваль изначально задумывался, согласовывался и готовился еще при Михаиле Сергеевиче, а вот почему отменять его не стали — это интересный вопрос. Похоже, на Западе еще не поняли, что происходит в СССР и решили пока не делать резких движений.

С нашей стороны будет выступать «Парк Горького», почему-то в 1989 году их считают восходящими сверхзвездами, хотя память услужливо подсказывает, что они тихо и без долгих мучений слились через пару лет, уехав в США, не написав больше ни одного шлягера.

Удивительно, но советская рок-музыка популярна за границей, товарищ Пономарев с нотками гордости поведал о том, что группа Ва-банк в прошлом году побывала в Финляндии, а сейчас снова гастролирует по Скандинавии. Гарик Сукачев в Америку на гастроли подался. Конечно я поинтересовался, причем здесь товарищ Пономарев?

— Так они из нашей московской рок-лаборатории! Есть чем гордиться. Потихоньку выходим на мировой уровень!

Что меня радует в моем новом знакомом — это его невероятный оптимизм. Гарик Сукачев и мировой уровень совместимы примерно так же, как «Вятский квас» и захват японского рынка. «Ва-банк» может и не плох, но что-то ни одного хита их исполнения не припомню, по мировым канонам — твердые середнячки, не более.

Напросившись, упал на хвост товарищу Пономареву, и вместе с ним отправился в ДК имени Горбунова, знаменитую Горбушку, посмотреть на кузницу талантов вживую. Лучше бы не ездил — впечатлений море, но в подавляющем большинстве отрицательных. «Ва-банк» и Сукачев на фоне всех остальных — действительно яркие супер-звезды и профессионалы.

— Кто все эти люди? Какого хр… они тут все делают? — эти два вопроса меняли друг друга по кругу пока я пытался найти отголосок таланта в этой огромной куче… не пойми чего.

Больше всего рок-лаборатория походила на ЛТП — лечебно-трудовой профилакторий. Так в СССР назывались лечебницы для алкоголиков и тунеядцев. Только в ЛТП принудительно отправляли на лечение, в рок-лабораторию тунеядцы сами стянулись со всей Москвы и соседних районов. Возможно, среди них действительно можно найти молодые таланты, но эффективность таких поисков будет запредельно низкой. Больше всего это сборище походило на лагерь хиппи под присмотром надзирателей из комсомольских работников. Впрочем, на июль 1989 года анархия и алкоголь явно побеждали в схватке с бюрократией.

В актовом зале одновременно репетировали несколько групп, в это же время на задних рядах шла среди зрителей политическая дискуссия, переходящая в митинг, поэтому оценить мастерство выступающих не получилось бы при всем желании. Что впрочем, никого не смущало. Пришлось пойти другим путем — применить серое вещество для эвристического анализа. Не спрашивайте, что означает сей термин — просто слово красивое. И если у меня была крошечная надежда на чудо, то знакомство с творческой документацией ДК убило её окончательно. Полсотни названий — и ни одного знакомого! Никто, ни один исполнитель из этого отряда растаманов и хипарей не отметился в моем будущем, как известный музыкант.

Единственное, что у них оказалось творческого и с фантазией — это названия групп: Институт косинтики, Болезнь, Экс-Миссия, Матросская Тишина, Электросудорожная терапия, Косметика, НИИКОС, Порт-Артур, Небо и Земля, Пого, Рукастый перец и прочий набор букв. Лишь «Ногу свело» мелькнуло светлым лучиком узнавания в беспросветном мраке, но быстро выяснилось, что репертуара у них по факту у них нет, лишь какая-то примитивная лажа, а до единственной стоящей вещи «Рамба хари хамбурум» им еще, как до Китая пешком — лет десять минимум.

— Не будет толку от этой богадельни. Разгоняй шарагу, товарищ Пономарев.

— Дык, а где других взять? Рок-музыка — важнейшее направление в работе с молодежью. Цой из Ленинградского рок-клуба поет: «Мы ждем перемен» — это же гимн нового поколения.

— Перемен, говоришь? — при этом слове в мозгу отчетливо щелкнул переключатель.

«Скорпионз», Москва, Парк Горького, ветер перемен — это же первые строчки «Wind of Change» — шлягера всех времен, рок-баллады, которую Клаус Майне напишет после поездки в СССР. Именно после этой поездки!

Так чего, спрашивается, ждать? Подарим Клаусу его же песню прямо сейчас!

Глава 26

Оценивая ситуацию, сложившуюся на июнь 1989 года, можно было прийти у приятному и оптимистичному выводу, что процесс распада СССР остановлен, и Советскому Союзу ничего не грозит в ближайшее десятилетие. Если не совершать резких необдуманных движений, то ситуация, сама по себе, начнет потихоньку улучшаться. Запас прочности у советского государства огромен — его хватило чтобы пережить девяностые и начало двухтысячных, да и потом много чего в наследство потомкам осталось.

Внутренняя либеральная оппозиция, если не уничтожена, то разгромлена, дезориентирована и не организована, а новых лидеров еще воспитать и раскрутить надо, на что уйдет не один год. В экономике ситуация даже лучше, чем можно было ожидать. Наш «Титаник» не только разминулся с айсбергом, но и заделал все крупные дыры в трюме, вследствие чего бюджет хоть и не вышел в плюс (данные за год еще когда будут), но вроде бы стабилизировался. Доходы и с расходами впервые со времен Брежнева хоть как-то сравнялись друг с другом.

На внешнем фронте сложилась парадоксальная история. Формально СССР потерпел страшное геополитическое поражение: более сорока «союзных» стран открыто предали его, поддержав путчистов за ради списания долгов. Однако, с прагматичной точки зрения, СССР мгновенно и ощутимо выиграл! Лигачев, изобразив ярость и благородный гнев, не сильно притворяясь при этом, запретил правительству оказывать помощь этим «гнусным предателям и перевертышам» (дословная цитата). В этот момент Советский Союз сразу сэкономил два или три миллиарда долларов, и еще столько же в течение ближайших нескольких лет. Конечно, это не живые деньги, а товары и сырье, но все же огромная экономия ресурсов, которые раздавались даром. Теперь эти нежданные ресурсы стали приятным сюрпризом для своей экономики.

Преувеличивать не стоит — большая часть экспортных поставок касалась вооружений, но и полезного много удалось сберечь. Двести тысяч банок тушенки странам Латинской Америки и Африки например! Пять тысяч грузовиков и тракторов. Три десятка самолетов и вертолетов намеченных к поставке в ближайший год завернули — хотя, согласен, пользы народному хозяйству от них — чуть.

Ослабла финансовая удавка. Переговоры о реструктуризации горбачевских долгов уже начались и перспективы неплохие. Товарищ Лигачев недавно намекнул, что это «неправильные долги», взятые на кабальных условиях. Имеются все признаки финансового мошенничества и надо «серьезно подумать, а признавать ли их вообще?». С юридической точки зрения шансов не признать долги нет никаких, но за последние полгода советское руководство несколько раз вчистую обыграло американцев, и поэтому блеф восприняли серьезно. Испугаться — не испугались, но позицию по долгам и новым кредитам смягчили. Я бы сказал, что моя идея шантажировать «лунной аферой» оказала влияние, но высокое начальство лишь фыркнуло услышав это предположение.

Между прочим, зря! За Луну я с пендосов обязательно спрошу, и так легко, как в прошлый раз они не отделаются. Раз, мы ничего не получили в обмен за молчание, то, значит, и отыграть можем обратно. В полном своем праве будем. Вот если бы взяли миллиард — тогда пришлось бы соблюдать договоренность. А если нас развели за бесплатно — по всем понятиям надо заново договариваться. Да еще и встречную телегу накатить, за то что развели. Конечно, напрямую с западными господами мне никто не даст пообщаться, но зато никто не помешает потрясти посредника, фамилию которого назвал генерал. Так что, товарищ Примаков Евгений Македонович, не завидую я вам в скором времени. Македонович — это его настоящее отчество, к слову.

Завершая обзор экономических плюшек, стоит упомянуть экономию на инвестициях. Советский Союз, до недавнего времени, сам находясь в ужасающем финансовом положении, еще и деньги давал своим социалистическим братьям-нахлебникам. Причем в иностранной валюте, чтобы они могли закупить современное оборудование на Западе. Егор Кузьмич, вошел во вкус, быстро оценил всю выгоду свое положения, и начал махать шашкой, снося все подряд. Под сокращение попали несколько десятков крупных проектов в странах СЭВ. Глупо строить современный фармацевтический комбинат в Болгарии за сто миллионов долларов, если братушки открыто смотрят в сторону Запада и крутят фигу в кармане. Особенно пикантно это смотрится, учитывая мое послезнание. Доллары, между прочим СССР дает, да еще и свой безграничный рынок для сбыта открывает. Здесь редко кто в советском руководстве понимает важность рынков сбыта, но инвестиции с удовольствием порезали. Завод заморозили на стадии фундамента, а сэкономленные деньги остались нам. Точно такая же участь постигла проект расширения судостроительной верфи в Гданьске и строительства нового авиазавода у пшеков. В общей сложности закрыли более сотни проектов в странах СЭВ на сумму более миллиарда долларов. В инвалютные рубли переводить бессмысленно, ибо «братушки» считают обменный курс, как левой ноги пятке вздумается, обжуливая старшего брата со страшной силой.

Еще один приятный момент. Советский Союз начал трясти своих должников по всему миру со страшной силой! Исключение сделали для Кубы, Вьетнама и еще нескольких стран — они проявили выдержку и не повелись на предложение путчистов. Все остальные лишились статуса союзников и автоматически перешли в разряд должников, которые пытались кинуть своего кредитора СССР. Самые умные поспешили исправиться, искупить свою вину, и добровольно погасили часть долгов. Муаммар Каддафи, например, сто пятьдесят миллионов долларов перечислил. Это больше, чем за три предыдущих года. Хитрый жук, выскочил из под пресса в последний момент. Именно он был первым кандидатом на переуступку долгов МФВ и Парижскому клубу. Зато Саддам Хусейн, наоборот, пустился во все тяжкие и отказался платить по советским долгам вообще. Что же — сам себе злобный Буратино.

Если добавить в эту картину улучшение структуры внешней торговли, возвращение госмонополии и урезание бюджета мятежных союзных республик — то вообще благолепие и умиление такая картина вызовет.

Все хорошо, кроме одного — на идеологическом фронте у нас проблемы. Враги пока деморализованы, поэтому ситуация стабильная, но это очень шаткая стабильность на уровне самого дна. Коммунистическая идея на данный момент потеряла свои позиции почти полностью, и заменить её нечем. Лишь гиперактивный режиссёр Каргинян окучивает эту поляну, но его идеи все больше отдают маразмом, хотя, чего греха таить — и раньше не слишком вменяемыми были.

Пока же все мои достижения на идеологическом фронте сводятся к появлению «Тне Кота» на телевидение. Причем, пока это всего лишь заготовка, о реальном влиянии на умы советских граждан речь даже близко не идет. Да и целевая аудитория у этой телепередачи пока не определена, скорее всего, это будет нечто узкоспециализированное, рассчитанное на техническую, или как здесь любят выражаться — технократическую элиту. Для широкой общественной пропаганды такой формат не слишком подходит, две трети населения компьютерами интересоваться не будут никогда, по крайней мере, в ближайшие 15–20 лет до широкого распространения Интернета.

Посещение Московской рок-лаборатории натолкнуло меня на мысль, что самое сокрушительное поражение советская пропаганда потерпела на музыкальном фронте. Здесь проигрыш был абсолютным по всем направлениям сразу: эстраду вчистую слили, рок, да и все остальное. Может, только симфоническая музыка и балет могли конкурировать с западными коллегами, но в плане внутренней пропаганды толку от них ноль целых ноль десятых. Девяносто процентов «простого» населения классику не слушает и не воспринимает, а балет воспринимают, как вариант легкой советской эротики, в лучшем случае. Шутка.

Поделился этими соображениями с товарищем Пономаревым, намекнул, что надо активнее работать с молодежью на этом направлении.

— Нам нужная своя передача на радио! В идеале — собственная музыкальная радиостанция. Какая-нибудь, «Европа плюс-минус», например!

В этот момент меня поразило очередное гениальное откровение. Поскольку авторское право в СССР работает избирательно и в довольно узком диапазоне, то мы можем нагло использовать чужие песни и ничего нам за это не будет! Кроме морального осуждения, которое нам, как с гуся вода — все равно, на нас всех собак вешают, так пусть хоть одна будет по делу. Вся гениальность в том, что мы будем копировать музыкальные передачи вражеских «голосов» и передавать их на своем радио, меняя новости и информацию на нужную нам. Поскольку качество звука у нас будет лучше, чем у «Голоса Америки» или «Радио Свобода» — ведь нас никто глушить не будет, то молодежь быстро подсядет на нашу радиостанцию, а вражьи голоса потеряют часть своей привлекательности.

Идея показалась хорошей, но предлагать её лучше товарищу Лигачеву лично, второму секретарю горкома ВЛКСМ такой масштаб задач ставить рано. Однако, товарищ Пономарев меня удивил. Оказалось, что не все так грустно, как изначально казалось. Во-первых: в Московской области есть свой музыкальный радиоканал, правда, специализируется он на классической музыке. Передает в УКВ диапазоне, в СССР другие не используются, поэтому об FM-частотах мечтать бесполезно.

Во-вторых: есть молодежная радиостанция «Юность». Она не имеет своих частот, поэтому обитает на других государственных радиоканалах, где ей выделяют несколько часов в сутки. «Юность» довольно «продвинутая» радиостанция, а товарищ Пономарев хорошо знаком с главным редактором — тесно сотрудничали по рок-лаборатории.

Ну третья новость, которая меня реально удивила. В Москву приезжает французская делегация, хотят открыть первую в СССР музыкальную радиостанцию. Переговоры с Гостелерадио вышли на финишную прямую еще в начале года, но тут случился ВКЧП и подписание договора временно отложили. Сейчас, вроде бы, дело стронулось с мертвой точки, и договор подпишут в ходе проведения того самого Московского Фестиваля, который состоится в августе.

— Это они удачно решили заехать! — довольно потирая руки в предвкушении нежданной халявы, обрадовался я.

К бабке не ходи — это те самые французы, которые стояли у истоков создания «Европы плюс» в России. Мысли имеют свойство материализовываться. Только подумал о ней, о европке с плюсиком, и нате вам, здравствуйте! На блюдечке с голубой каемочкой. Конечно, придется потрудиться, чтобы отжать себе этот лакомый кусок, но главное — от перспектив дух захватывает. Хотя, идея с копированием «вражеских голосов» мне нравится тоже. Видимо, эти проекты надо двигать параллельно. К тому же, плагиат плохо сказывается на репутации. И если внутри страны на мнение западных клеветников плевать с высокой колокольни, то при попытке выйти на международный рынок с потрохами сожрут, все припомнят.

Дело осталось за малым — попасть на переговоры и произвести впечатление на буржуинов. Замкнуть проект лично на мою персону и заодно обрубить хвосты с чиновниками от Гостелерадио. Приглашение я выбью — в такой мелочи начальство не откажет, а, вот, с имиджем придется поработать.

Глава 27

— Лев Борисыч, таки-здесь взрослые люди, зачем нам пюре в кастрюле по второму разу толочь? Ваше драгоценное время — ваши деньги, мое время еще дороже, поэтому не будем сорить валютой на паперти, перейдем к делу.

— Молодой человек, прекратите паясничать. Здесь вам не Одесский привоз, русскими буквами сказано: у нас гастроли, мы никак не можем их отменить.

Лев Борисыч Ванштейн изобразил на лице страдание, достойное пера великого живописца, желающего показать чувства бедного еврея, бегущего из египетского плена на Украину. Гражданин Вайнштейн однозначно зазнался — еще пару лет назад он не позволил бы себе так нагло отфутболить целого инструктора Московского горкома ВЛКСМ. Его понять можно, группа «Ария», продюсером которой он пребывает все последние годы, сейчас на вершине успеха. Пластинки разлетаются миллионными тиражами, концерты проходят с полным аншлагом, гастроли по заграницам два раза в год, и разрывающийся от звонков телефон с приглашениями со всего Союза. Как тут не зазнаться?

Не удивительно, что мое щедрое предложение его не заинтересовало. По меркам любой другой советской рок-группы, выступить на Московском международном фестивале вместе со звездами мировой величины — неслыханная честь. Однако, группа «Ария» в данный момент действительно на вершине успеха, причем, не только зрительского, но и финансового. По словам товарища Пономарева они только что вернулись из Германии с фестиваля в Гамбурге, а по нынешним временам — это все равно, что с Клондайка приехать в эпоху Джека Лондона.

Мой сосед, будучи курсантом Нижневожского Каспийского техникума, на третьем курсе в 1989 году ходил на «большую» трехмесячную практику простым матросом. Если быть точным, прямо сейчас ходит. Так вот, с практики он привезет ВАЗ-2105, которую выменяет в Финляндии на два ящика «контрабандной» водки. Самое смешное, что автомобиль по возвращению домой он дальше выгодно сменяет на двухкомнатную квартиру со всеми удобствами. Фантастическая норма прибыли, наркодиллеры от зависти плачут.

Отдельная история, как он грузил этот трофей на «Волгонефть» при отсутствии подъемного крана, финны всем портом собрались смотреть на этот цирк и «крэзи рашенз», вручную забрасывающих автомобиль на рекордную высоту. Пока матрос-коммерсант бегал сдавал водку и покупал «Ладу», танкер разгрузился и его борт поднялся на три метра над причалом. Впрочем, не об этом сейчас речь. Если обычный матрос-практикант с одной поездки поимел за счет бартера квартиру, то сколько заработал продюсер популярной группы даже представить страшно. Заплатили за выступление им наверняка немецкими марками, и могу поспорить, на всю сумму был закуплен товар для обмена. Думаю, счет на сотни тысяч рублей — поэтому мысли Бориса Львовича заняты совсем другими материями, а бесплатное выступление на стадионе его мало интересует.

— Лев Борисыч, вы напрасно отказываетесь от своего же счастья. Мое первое предложение всегда лучше второго. Зачем, спрашивается, терять прибыль и время одновременно. Все равно, мы придем к согласию, только условия для вас будут чуть хуже, чем сейчас. Ну, право же, такой бесплатный промоушен для вашего коллектива еще поискать, а шлягер мирового масштаба вообще не каждый день предлагают.

— Дорогуша, вы напрасно стараетесь. Не понимаю о какой выгоде вы уже полчаса толкуете, мы люди творческие, кроме музыки ничего не интересует.

— Лев Борисыч, купите на рынке гуся и грузите ему эти рассказы прямо в мозг.

— Угрожаете? Сейчас не тридцать седьмой год.

— Вам станет легче, если окажется, что сейчас тридцать шестой, согласно вашему же гороскопу?

Гражданин Вайнштейн презрительно хмыкнул, намекая, что его внутренний календарь точнее отражает времена года.

— Проблемы с крышей — это даже хуже проблем с контрабандой, проблемы, на которые вы напрашиваетесь. Как коммерсант коммерсанту: охранник на входе изображающий гориллу — ваши деньги выкинутые на ветер. Из культуриста телохранитель, примерно такой же, как из балерины Плесецкой — программист. Боксер разрядник с одного удара уложит. Вашего орангутанга, а не Плесецкую, конечно.

— Не много на себя берешь? — быстро пришел в себя продюсер, задетый за живое — за деньги.

— Лева, не надо тыкать незнакомым людям. Один звонок, и всех твоих спортсменов-корешей, которые крышуют твой насквозь незаконный концертный бизнес, упакуют в двадцать четыре часа. Угадай, кому они предъявят за ущерб? Подсказка — явно не мне. Улавливаешь насчет второго предложения, которое хуже первого? Третьего может не быть вовсе.

— Улавливаю. Так бы сразу и сказали, что из органов. Зачем голову морочить старому человеку?

— Вот, и ладушки. Добрый мир лучше худой войны. Так говорил один мой знакомый, Лева Кутаисский. Широкой души умнейший был человек, жалко убили недавно в Баку. Но не о нем сейчас речь. Вам, Лев Борисыч несказанно повезло. Вы только что спасли весь русский рок и группу «Ария» в частности, от обрезания, извиняюсь за невольный каламбур.

— Не буду произносить вслух за ваше плохое воспитание, что не так с гусским гоком?

— Все не так. Не нравится он мне, не конкурентоспособен на мировом рынке. Вдобавок, почему-то я не люблю сотонистов, тем более, не настоящих, ряженых клоунов. Если же напомнить, где обитали истинные арийцы лет сорок назад, то… Оккультизм, неонацизм, контрабанда и леваки на стадионах — замечательная статья получается.

— К… какая статья? — позеленел.

— Газетная или журнальная. Еще не выбрал. Или вы про уголовную статью спрашиваете?

Ничего личного — всего лишь необходимость. Клиента надо дожать до конца, чтобы согласие, вытянутое ранее, окрепло и зацементировалось. Чтобы у зажравшегося продюсера и мысли не возникло вильнуть хвостом или саботировать мои указания. Главное — не перестараться, а то рванет Лев Борисыч с испугу за границу, ищи его потом на Брайтон-бич. Мне же он здесь нужен вместе с Кипеловым.

— Не принимайте близко к сердцу банальный ледоруб, дорогой Лев Давыдович, извиняюсь Борисович. Публикацию статьи отложим до лучших времен. Зачем губить прекрасную рок-группу, которая скоро попадет в мировые чарты и хит-парады. Мы лучше закроем московскую рок-лабораторию. Все равно, там одни бездельники и дармоеды пасутся, ничего путного родить не могут. Вы же не будете спорить, что так оно и есть? Ваше мнение по этому вопросу будет экспертным. Хотите на всесоюзном радио выступить с разоблачением конкурентов. Кого, как не вас спрашивать. Как скажите, так и будет.

Лев Борисович угрюмо промолчал в ответ. Перспектива разоср… разругаться со всей рок-тусовкой ему категорически не понравилась. Оно и не нужно — клиент созрел окончательно, можно смягчить условия и продемонстрировать пряник. На контрасте он лучше тульского медового пойдет.

— Итак, согласия, оно же — продукт непротивления сторон, мы достигли. Перейдем к более приятной части нашего разговора. Как убеждает нас американская реклама — при всем богатстве выбора, другой альтернативы нет. Правило верно, как при покупке стирального порошка, так и и на выборах ихнего президента. В нашем случае — кроме Кипелова никто эту арию для иноземного гостя не вытянет. Не оперного же певца приглашать?

— Валера — уникальный и неповторимый, — быстро пришел в себя Лев Борисыч и тут же по привычке стал нахваливать свой товар.

— Я вас умоляю. Здесь не Привоз, а вы не вчерашнюю кефаль продаете. Знаменитая буква А, которую шестнадцать секунд тянул ваш липовый рекордсмен Кипелов — всего лишь монтажная склейка из двух записей. Наложили сверху модуляцию в месте стыка — думаете, всех объегорили?

— Врут клеветники! — попытался возмутиться невинно оклеветанный, но резко передумал. — Вы обещали приятный взаимовыгодный разговор, а сами опять за старое.

— Браво, Йося! Срезал так срезал. Будет вам приятно.

В знак благодарности решил подарить Кипелову не только «Ветер перемен» на английском, но и его собственный шлягер «Я свободен». Все равно, никто на нашей эстраде его лучше не исполнит. Пообещал привезти через пару дней запись второй песни на магнитофонной ленте, заранее извинившись за качество на уровне самодеятельности. За неимением профессионалов пришлось обратиться к музыкантам с нашего ДК. Получилось не слишком здорово, но хорошую песню так просто не испортишь, поэтому даже в таком исполнении первая вещь звучала не плохо. Надеюсь «Ария» доведет обе композиции до ума.

Лев Борисович сразу оценил перспективы, даже в таком ужасном исполнении. Больше всего гражданина Вайнштейна удивило и насторожило, что и первая, и вторая песни передаются бесплатно вместе с авторскими правами. Объяснить, что мне совесть не позволяет продать плагиат автору я не смог бы при всем желании. Лев Борисыч долго и нудно уточнял, что именно следует понимать под «бесплатно, то есть даром», и успокоился лишь тогда, когда я попросил взамен импортный автомобиль из следующей поездки на фестиваль в Гамбург. Естественно не сразу, а лишь при условии, что один из двух шлягеров достигнет вершин мировых хит-парадов.

В результате еще четверть часа мы уточняли, что следует понимать под «успехом», какой марки и какого года должен быть автомобиль. Учитывая, что я ляпнул первое, что в голову пришло, а иномарка мне даром не нужна при моем образе жизни, то вместо «как лучше, получилось как всегда».

— Лев Борисыч, право же, не стоит эта рухлядь, чтобы ее обсуждать. Оставим на ваше усмотрение. Посчитаете, что пришло время отблагодарить — рассчитаетесь. На нет и суда нет. Хотя могу поспорить, что успех будет фантастический.

— Мне бы ваш оптимизм. Позвольте уточнить, кто автор текста и музыки?

— Авторские права зарегистрированы в ВААП на мое имя. Такой ответ вас устроит?

— Вполне. Это ваш первый творческий опыт? — наивно округлив глазки, поинтересовался прохиндей.

— Почему же. «Владимирский централ, ветер северный. Этапом из Твери». Не слышали? Весьма популярная песенка. Советский шансон в некотором роде.

Товарищ Вайнштейш явно слышал эту песню, в редком кабаке Москвы она не звучала в последние месяцы.

— Постойте, но там же в начале записи сказано, автор — Алекс Север.

Конечно там сказано, это я позаимствовал нехитрый прием у западных звезд следующего века, для пущего пиара они в начале трека часто вставляют свое имя. Стоит ли говорить, кто пустил кассету в народ?

— Все правильно. Алекс Север — Александр Морозов. Не трудно догадаться.

— Кто бы мог подумать? Я был на сто процентов уверен, что автор — урка, рецидивист, отмотавший три ходки. Так жизненно и убедительно спето. Но чтобы инструктор горкома комсомола?! Куда мир катится?

Глава 28

Впервые принимаю посетителя в своем собственном кабинете. Стремительно шагаю по карьерной лестнице, уже собственным помещением обзавелся, жалко длинноногая секретарша по статусу мне не положена. Хотя, есть подозрение, что здесь другие стандарты привлекательности: у товарища Пономарева секретарь выглядит, как монументальная колхозница в строгом костюме, сошедшая прямо с постамента, только без серпа и молота в руках.

Сегодня у меня встреча с легендарным писателем, экономистом и просто выдающимся человеком. Правда, сейчас гений пока никому не известен, а благодаря моим стараниям по изменению истории, вообще рискует остаться безвестным и не очень легендарным.

— Приветствую, дорогой Андрей Петрович!

Посетитель недоуменно осмотрелся, пожал протянутую руку и плюхнулся на стул без приглашения.

— Долго ждать?

— Кого и зачем вы собираетесь ждать? — в свою очередь, поинтересовался я.

— Юноша, не с вами же мне беседовать? Когда начальство изволит освободиться?

— Ааа! Так вот вы о чем! Высокое начальство поручило мне ввести вас в курс дела.

Андрей Петрович скептически оглядел меня, кабинет и даже линолеум потертый похоже оценить успел. Затем махнул рукой.

— Валяй. Чего уж там.

— Александр Морозов, председатель Всесоюзного Компьютерного Союза Молодежи, — гордо представился я, хотя ВКСМ пока существует чисто виртуально, и кроме арендованного кабинета ничего за душой не имеет, но зато всесоюзный — а это звучит мощно. Конечно КПСС — компьютерная партия Советского Союза звучало бы еще лучше, но товарищ Лигачев не понял бы такого юмора.

— Никогда не слышал о такой организации, — равнодушно пожал плечами товарищ Паршев. — От меня чего надобно? Я как бы, уже вышел из комсомольского возраста, и весьма далек от нынешней молодежи.

— Вы удивитесь, насколько интересы современной молодежи широки и неожиданны. Если не ошибаюсь, вы по основной специальности имеете отношение к ЭВМ, закончили МВТУ, работаете в НИИ, занимаетесь автоматизацией по заказу Госплана СССР.

— Не уполномочен обсуждать свою работу без соответствующего разрешения. Обращайтесь к моему начальству в установленном порядке, — сказал, как отрезал гость.

— Разрешение Первого отдела у нас есть, можете ознакомиться, если желаете, — поскольку товарищ Паршев трудится в «закрытом» НИИ, то этим вопросом я озаботился заранее. Леонтьев послал запрос в Первый отдел института еще неделю назад. В советских реалиях без этого никак.

Вообще, меня поражает неимоверное количество режимных и полурежимных учреждений в СССР. В одной Москве около тысячи научно-исследовательских институтов, и большая часть из них имеют особый статус.

— Все равно, для получения конкретной информации вам потребуется оформить соответствующий допуск. Не проще обратиться к руководству напрямую? Быстрее выйдет.

— Это не потребуется, ваша основная работа нас не интересует совсем. Нам нужны лично вы! То, что вы имеете отношение к программированию и ЭВМ лишь удачное совпадение.

— Даже так? Очень интересно. И чем же моя скромная фигура заинтересовала вас? Кстати, вы не слишком молоды, для того чтобы возглавлять Всесоюзное общество?

— Гайдар в шестнадцать лет полком командовал в Гражданскую, — выдал я сомнительный аргумент в ответ. В этом времени мало кто знает об истинных успехах и методах юного командарма, поэтому считается, что это удачный пример. — Впрочем, молодость имеет прекрасную особенность — она сама по себе проходит.

Следует пояснить, для чего мне вообще понадобился автор единственного бестселлера с поэтически красивым названием: «Почему Россия не Америка?».

Мысль о том, что СССР проиграл войну идеологий, не дает мне покоя все последние месяцы. По опыту будущего точно известно, что никакой другой более внятной и светлой идеи в ближайшие тридцать лет не появится. Однако коммунистическая, она же — социалистическая концепция, в данный момент дискредитирована почти полностью, и никаких предпосылок для изменения ситуации нет. Джинн гласности выпущен из бутылки и «фарш невозможно провернуть назад». Объективно оценив нынешнее состояние идеологии и бюрократического аппарата, который должен её «продвигать в массы», я пришел к выводу, что в ближайшие годы, если не месяцы, разрушение остатков советской идеологии продолжится с прежней скоростью. По сути, это единственное и очевидное направление, где мы проигрываем оппонентам, а в Госдепе и ЦРУ не дураки сидят, и с гарантией скоро утроят или удесятерят усилия в этой сфере.

Самое печальное, что при всей моей симпатии к советскому обществу, я никогда не был сторонником коммунистической идеи, считая её абсолютной и невозможной утопией. Идеолог из меня, как из Чубайса — электрик. С социализмом тоже не все так просто, поскольку СССР при Сталине и Брежневе — это очень разные государства. Жесткая мобилизационная экономика и мощный госаппарат товарища Сталина очевидно более эффективен в условиях кризиса, а брежневский мягкий социализм больше по душе, ближе и приятнее как для меня, так и для населения страны. Как их сочетать вместе — понятия не имею, поскольку я специалист больше по дикому рыночному капитализму, а советская экономика для меня — темный лес.

Никакого противоречия здесь нет. Идеология сейчас прямо вытекает из экономики, как любят говорить марксисты — из базиса. Китайцы, правда, смогли совместить капитализм вместе с коммунистической идеологией, но получилось нечто специфическое, даже отдаленно не похожее на социализм. По сути, в Китае лишь внешняя форма сохранилась, внутри получился классический госкапитализм и частник. В отличие от Китая, в Советском Союзе нет единого центра, формирующего новую идеологическую концепцию. Есть аппарат госпропаганды, частично разрушенный Горбачевым и крайне неэффективный. На другом фланге — «рыночники», питающиеся чужими, обычно западными идеями, совершенно не способные родить хоть что-то вменяемое. Это или некомпетентные либералы и романтики, или хитрые циники, агенты влияния и прочая пятая колонна.

Между двумя этими невменяемыми крайностями нет вообще ничего — зияющая пустота. Либо набор догм времен Маркса из девятнадцатого века, либо идея дикого рынка, вхождения в Западный мир хоть тушкой, хоть чучелом. И если родить новую идеологию мне не по силам, западная философия капитализма формировалась двести лет тысячами экономистов, политиков и мыслителей, то разрушить нашу доморощенную рыночную фронду — раз плюнуть. Советские «рыночники» настолько наивны, некомпетентны и местами просто глупы, что все их мантры не стоят бумаги на которой их излагают. Это набор нелепых, ничем не обоснованных мрий и предположений. Розовые сопли о процветании в тени щедрого и заботливого Сияющего Запада.

Для этого мне и нужен Паршев и его книга «Почему мы не Америка?». Не важно, что большая часть его тезисов и предположений впоследствии разнесут в пух и прах — ключевые моменты про климат и транспортные издержки никто не опровергнет.

— Андрей Петрович, наше общественное объединение, хоть и называется Компьютерный Союз Молодежи, но цели и задачи у него намного шире. Непосредственно с самого верха, из ЦК КПСС нам поручена разработка новой идеологической концепции. Ориентированной прежде всего в будущее.

— Занимательно, но спешу огорчить вас, никогда не занимался вопросами идеологии, поэтому ничем не смогу помочь.

— Придется помочь, уважаемый Андрей Петрович. Страна большая, а спасать её некому, — довольно ухмыльнулся я в ответ улыбкой Мефистофеля, соблазняющего невинную колхозницу. — Задумывались ли вы о влиянии климата на экономику государства, в частности — России и СССР?

— Вы знакомы с трудами Солоневича? — подскочила со стула будущая звезда современной политэкономии.

— В общих чертах, — смущенно признался я, поскольку услышал эту фамилию впервые.

— Неужели его издали в Советском Союзе? — удивился мой собеседник. — Или вы в спецхране… Так его работы на дореволюционном с ятями…

Чертов эрудит, на мою голову. Вмиг догадался, что никакого Солоневича я в глаза не видал.

— Андрей Петрович, я же вас не спрашиваю, где вы познакомились с творчеством антисоветского автора? Перейдем лучше к делу. В Англии или во Франции дома строят практически без фундамента. В Советском Союзе фундамент должен быть не менее метра-полтора, ниже глубины промерзания. На такой же глубине расположены все основные коммуникации, чтобы не померзли в первую же зиму. В Западной Европе понятия не имеют о двойных стеклах в окнах, они там не нужны, как и централизованное отопление, обычно обходятся электрическим отопителем, который используют несколько недель в году. Производственный цех — это обычная заасфальтированная площадка, легкое быстровозводимое сооружение с тонкими фанерными стенами без утеплителя. В СССР любой цех — это капитальное здание, которое стоит в десятки раз дороже, строится годами, не говоря уже о стоимости отопления. В результате эта стоимость закладывается в цену товара, и он не может конкурировать с дешевыми китайскими или малайскими поделками, где фабрика чаще всего и стен не имеет, и крыта пальмовыми листьями. Утрирую, конечно, но не слишком преувеличиваю. От вас нужен цикл статей по этой тематике, а в идеале — целая книга. Примерный план я вам подготовил. Опишите влияние перепада температур зимой на качество асфальта — по сути это главная причина наших плохих дорог, а вовсе не дураки.

— Позвольте, но в Финляндии и Канаде дороги лучше, чем у нас! Хотя климат такой же.

— Такой же, да не такой. Если обратите внимание на плотность населения в этих странах, то выяснится, что 90 % жителей живут на юге, вдоль американской границы и на берегу Балтийского моря соответственно, там, где климат мягкий и приятный. Где зимой почти сибирские морозы — там никого нет, в Канаде мертвая пустыня, только вахтовики на нефтепромыслах и редкие поселки аборигенов. К тому же, у них в разы короче расстояния, и дорог требуется на порядок меньше, поэтому можно делать их из более качественных дорогих материалов.

— Никогда не задумывался об этом. Печальная картина получается.

— Это только цветочки. Дальше будут ягодки. В Дании или в Новой Зеландии практикуется круглогодичный выпас скота. Луга весь год зеленые, а не пять месяцев в году, как у нас. Не нужны отапливаемые коровники, не нужно запасать сено и зерно на полгода, да и качество молока и мяса на свежей травке и на сухой соломе принципиально разное. Ладно бы в Дании — почти вся Южная Америка так живет. Бразильская говядина всегда будет втрое дешевле рязанской. Представляете, что будет при открытых границах и свободном рынке, о котором мечтают наши псевдо-экономисты?

— С надоями у нас всегда проблемы были серьезные. Получается, отставание запрограммировано и неустранимо?

— Не все так грустно, товарищ Паршев. Грядет новый технологический уклад, в том числе в сельском хозяйстве. Новые сорта, новая качественная и производительная сельхозтехника, агрохимия и логистика. Опять же, ГМО, не к ночи будь сказано. Климатический фактор и его влияние будут неуклонно будут снижаться. Но это в перспективе, лет через десять-пятнадцать. Сейчас открытый рынок убьет наше сельское хозяйство мгновенно, поскольку климатические издержки у нас фантастические. Хоть как-то их компенсирует низкая цена на топливо для колхозов, но в рыночных условиях бензин тоже подорожает, и катастрофа наступит еще быстрее.

— Прямо-таки Апокалипсис рисуете. Может, все не так страшно?

— Все гораздо хуже, чем на самом деле! — выдал я загадочную фразу, непонятную даже самому себе. — Дальше переходим к морям.

— С ними-то что случилось? Высохли, как Арал?

— С ними случилось их отсутствие в СССР. В Советском Союзе незамерзающих портов меньше, чем в крошечной северной Финляндии!

— Согласен. Но разве это так важно?

— Критически важно! Вы знаете, что перевозка морским транспортом в тридцать раз дешевле, чем автомобильным, и в пять раз дешевле, чем железной дорогой!

— Гм. Не задумывался об этом, хотя не вижу причин сомневаться в ваших словах. Примерно так оно и получается.

— Опять возьмем для примера Финляндию. Все крупные города находятся не дальше ста километров от ближайшего морского порта. Именно поэтому доставка любой продукции финского производства хоть в Европу, хоть в Северную Америку обойдется в пять-десять раз дешевле, чем из Челябинска или Красноярска. Ведь нам придется везти по железной дороге несколько тысяч километров, и только тогда мы доберемся до морского порта, при условии, что он не замерз зимой. О какой конкурентоспособности может идти речь в таких условиях изначально? Мы же ничего не сможем продать на экспорт, поскольку транспортные расходы будут астрономическими.

— Мы можем перенести фабрики и заводы поближе к портам? — удивительно быстро пришел к правильному вывод Андрей Петрович. Вот, что значит, природный дар.

— Можем перенести, только на это надо время и деньги. Большие деньги. Вдобавок, целиком страну к побережью не перевезешь, а смежники по всему Союзу обычно раскиданы. Это уже глобальная перестройка всей экономики страны намечается, и не факт, что экспортная зависимость пойдет нам на благо. Не думаю, что капиталисты ждут нас с открытыми объятиями на своих рынках.

— Вы меня в депрессию вгоните такими аргументами. Неужели выхода нет?

— Конечно есть. Все сказанное относится к индустриальной эпохе, время которой стремительно заканчивается. Грядет постиндустриальный уклад, переход к цифровой компьютерной экономике. Теперь вы понимаете, почему мы этим занимаемся. Это наше будущее, и у нас есть все шансы стать мировыми лидерами в этом новом чудесном мире. Но об этом мы поговорим в следующий раз. Сейчас наша первоочередная задача — уничтожить рыночную идеологию на корню. И кроме вас доверить эту задачу некому.

Товарищ Паршев с интересом углубился в изучение документа, и даже от кофе отказался, хотя у меня импортный, бразильский, а не какой-то там ячменный. Сторонний наблюдатель, если бы он случайно образовался в этом времени и пространстве, сильно удивился бы, поскольку «синопсис» статьи по объему тянул бы на несколько статей сразу, если не на добрую половину книги. Синопсис — это краткое содержание литературного произведения, если вдруг кто не знает.

— Зачем привлекать кого-то со стороны, если я сам могу написать лучше? Да, собственно, уже почти все нужное уже написал, — обязательно возник бы вопрос у такого наблюдателя.

Ответ очевиден. Во-первых: в последнее время совесть мучает по ночам, спать не дает. Слишком часто я занимаюсь наглым плагиатом, а это ругательное слово, не хорошее во всех смыслах. Может быть, спать не дает отсутствие женской ласки, но и это тоже. Поэтому, если есть возможность, то лучше привлечь автора к созданию его собственного шедевра.

Во-вторых: моя фигура и так слишком часто мелькает где надо и не надо. Лишняя известность мне только мешать будет, вдобавок, я выгляжу слишком юным, чтобы публично поучать великих советских экономистов и двигать новые революционные теории.

В-третьих: синопсис — это все-таки сырая заготовка, даже не половина, в всего лишь треть дела. Если же говорить о книге целиком, то это тяжкий труд на долгие месяцы. Поэтому возможность свалить проект на кого-то рядом — это удача и счастье в одном флаконе.

И самое важное: все цифры и данные я печатал по памяти, поэтому достоверность их крайне сомнительная, тем более они относятся к более поздним временам и другой экономической реальности, где полностью отсутствовал СССР. Сам Паршев писал свой монументальный труд лет шесть или семь, и, все равно, его потом обвиняли в неточности данных и путанице со статистикой. Так, что я безумно рад, что скинул этот титанический труд на достойного человека. Тем более, что теория его будет опровергнута вскоре, и перейдет в разряд сомнительных, если не маргинальных.

Впрочем, это уже не важно будет, свою задачу она к тому времени выполнит и даже начнет вредить общему делу. Ибо, не хочу казаться занудным Нострадамусом, но южные республики и украинские националисты с восторгом примут её на вооружение. Ведь у них с климатом все в порядке, а значит, отделяться от холодной Расеюшки очевидно выгодно. Поэтому разгром теории Паршева запланирован изначально. Националисты так и вовсе сами себя загонят в ловушку: раз у вас благодатный климат, значит вам показано сельское хозяйство, а промышленность — это уже лишнее.

Очень интересно было наблюдать, как менялось отношение к прочитанному материалу у Андрея Петровича. Сначала заметное равнодушие, затем легкая заинтересованность. Минут через двадцать — шок и потрясение.

— Не может быть! Невероятно! Невозможно! С ума сойти! Да как же так?! Обалдеть, — и так далее в таком же духе в течение часа.

Наверное, если бы Льву Толстому дали почитать «Тихий Дон» он вел бы себя так же. Восторженно неадекватно.

Интерлюдия
Газета «Труд» 29 августа 1989 года

«Горькая теорема» продолжение статьи «Рыночная теорема»

В первой статье был рассмотрен вопрос о конкурентоспособности в экономике. Мы рассмотрели отличия инвестиций от кредитов, и пришли к выводу, что страна не имеет права набирать кредитов ни в какой иной ситуации, кроме войны. И что кредит, в отличии от инвестиций обязателен к погашению, при этом все риски берет на себя государство, а не инвестор.

«Горькая теорема» заключается в том, в конкурентной борьбе за инвестиции, если игра ведётся по правилам свободного мирового рынка, почти любое предприятие на территории восточнее границы разделения Германии заведомо обречено на проигрыш.

Под мировым рынком понимаем структуру, когда деньги и товары могут перемещаться по всему миру свободно.

Мы рассмотрели влияние климата на себестоимость продукции и обнаружили, что ухудшение климатических условий в Европе идет с Запада на Восток, а не с Севера на Юг, как можно было ожидать. Прежде всего это обусловлено влиянием теплого Гольфстрима, поэтому январская температура в Осло или Стокгольме чуть ниже нуля, а на юге СССР в это же время морозы минус 15 градусов.

Из-за более сурового и тяжелого климата производство товаров и услуг, да и просто проживание в СССР требует большего расхода энергоносителей. Энергия — это в чистом виде деньги, поэтому продукция произведенная в холодном климате при прочих равных всегда будет более дорогой. В Советском Союзе почти на всей территории нет предприятия или села без котельной — и это серьезное отличие от всего остального мира. Холодный климат приводит к сильнейшему удорожанию капитального строительства и прокладки коммуникаций. Кроме того, зарплата работников в суровом климате не может быть ниже оплаты труда где-нибудь в Южной Азии, так как северным жителям приходится оплачивать отопление, приобретение тёплой одежды и более калорийной пищи. В Малайзии работник может работать за миску риса, носить весь год шорты со шлепками и не умереть от холода и голода.

Еще одним фактором, который влияет на конкурентоспособность — это транспортные издержки при чрезвычайно низкой плотности населения. Строительство и содержание дорог в условиях вечной мерзлоты, тайги и гигантских расстояниях ложится дополнительным бременем на себестоимость товаров и конкурентоспособность заводов. Утверждения о том, что СССР уступает другим странам в производительности труда, являются искажением истины: на самом деле причина прежде всего кроется в высоких климатических и транспортных издержках.

Классический Капитализм настроен на постоянное увеличение капитала. Социализм — это, прежде всего, общество, которое нацелено на удовлетворение потребностей людей. Для Советского Союза направленность экономики на социализм — жизненная необходимость, так как в условиях открытого рынка, о котором мечтают наши демократы, население в таких климатических условиях просто физически не выживет, а промышленность при таких транспортных и природных условиях мгновенно окажется неконкурентоспособной. Только социалистическое государство может обеспечить нормальный уровень жизни при столь сложных обстоятельствах.

Полная изоляция от остального мира не нужна и невозможна, частичная — необходима!

Конец интерлюдии

Глава 29

— Ирка, ну ты везучая! С тебя тортик.

Весь коллектив дома культуры с утра обсуждал сенсационную новость. Ирина Викторовна, та, что балетмейстер, выиграла двадцать пять рублей в лотерею. Нельзя сказать, что сумма запредельная и поражает воображение, но редко кто мог похвастать выигрышем крупнее трешки, а тут сразу четвертной!

С моей точки зрения ситуация выглядела не так радужно. Потрачено на лотерейные билеты двести карбованцев, они же — рубли советские обыкновенные, общий выигрыш — семьдесят четыре маната. На советских денежных знаках надпись продублирована на всех союзных языках, поэтому рубль можно обзывать, как душе угодно.

Впрочем, убытки изначально заложены в смету, так что расстраиваться нет смысла. Один мой знакомый бизнесмен из прошлой жизни при первом знакомстве понравившейся девушке сразу предлагал новый автомобиль прямо из салона, за 15 тысяч долларов. Хоть бы одна отказалась! Объяснял он это просто: его время обходится ещё дороже, ухаживать просто некогда. Эдакий альфа-самец провинциального разлива.

Мне его идея никогда не нравилась, прежде всего, завышенным ценником, но с другой стороны, жест эффектный и неотразимый, хоть и дурацкий.

— Ты не могла не выиграть. Видимо, сама судьба решила осенить тебя своим крылом. Кстати, напоминаю, ты проспорила, а значит, должна мне жаркий поцелуй, — напомнил я о том, что неплохо было бы расплатиться по долгам.

— Не дождессся! Тем более, жаркий. И вообще, это всего лишь глупая случайность!

— Ничего не знаю. Глупая или умная, случайность или закономерность — то мне не ведомо. Извольте рассчитаться.

М-да. Приятнее селедку целовать замороженную, чем так…

— Пфф, ты ещё и хам невоспитанный, — оказывается я прокомментировал наш первый взаимный поцелуй вслух. Ну как взаимный? Наполовину примерно.

Конечно, женщина в ярости выглядит привлекательнее замороженной селедки. Тьфу, прицепилось сравнение, никак не отвяжется. Но желательно меру знать, скармливая дракону канистру с бензином.

Лишь заранее припасенный тортик спас ситуацию. Удалось задобрить разъяренную дракошу и даже получить разрешение проводить до дома после работы. Как знал, что торт мне пригодится.

— Надо же, фонтан починили! — обрадовалась как дитя моя очаровательная спутница, обнаружив посреди парка работающее водопроводное чудо.

— Судьба тебе определенно благоволит! — напомнил я о нашем споре, тонко намекая на несчастного влюблённого рядом с ней. — Три года не работал, а тут раз — и починили.

Обошлось «благоволение судьбы» мне лично в ящик молдавского портвейна. Двенадцать бутылок по ноль-семь — именно такой ценник выставил за ремонт общественного фонтана дядя Коля, местный водопроводчик и смотритель парка, в чьи обязанности этот ремонт и так входил.

Вокруг фонтана тут же образовалась толпа гуляющих мамочек с детишками и молодых парочек всех возрастов, включая пенсионеров, нам едва удалось найти свободную скамейку, чтобы примоститься.

— Сейчас бы мороженного? — закинул я удочку в правильном направлении.

— Где же его взять? В универсам обратно тащиться неохота, — попалась на крючок золотая рыбка.

Конечно же, мороженное тут же появилось, причём не абы какое, а эскимо в шоколадной глазури Останкинского комбината — по отзывам, лучшее в Москве.

Казалось бы, пустяк, а на самом деле целая спецоперация. В Реутове такое не продаётся, поэтому деликатес куплен заранее. Для транспортировки использовался термос китайский, наполовину заполненный льдом из морозилки — технология, широко известная любому школьнику из учебника природоведения.

Конечно, без посторонней помощи не обошлось. К фонтану термос с драгоценным содержимым заранее притащил Славик, но на глаза показываться не стал. По-дружески, в расчете на ответную любезность, когда он этим же хитрым способом будет очаровывать свою пассию.

— Вроде бы два взрослых человека, а такой фигней маются? — сказал бы сторонний наблюдатель, и хорошо, если это оказался не сторонний психиатр. Но именно такие смешные и нестандартные действия обычно и дают блестящий результат.

Казалось бы, наивная хитрость, а какой эффект! Наверное, подарочный нильский крокодил, обнаруженный в фонтане, поразил бы её меньше. Все же, эскимо — это беспроигрышная тема, поэтому каюсь, часто использую этот трюк. Эффект в сто раз лучше, чем от дорого подарка. Последний раз приём сработал со Светочкой-людоедочкой, не к ночи будь упомянута.

— Мама, хачу марожаная! — завопил внезапно какой-то мелкий, но зоркий ребёнок лет пяти.

М-да, не учёл я, что работающий фонтан сразу привлечёт к себе стадо молодых мамочек с детишками. Не успел я вручить эскимо своей ненаглядной мадам, как тут же появился этот юный рэкетир. Понятное дело, никакого другого мороженного в радиусе километра не найти, поэтому делать нечего — пришлось отдать своё.

— Угощайся мальчик! — щедро предложил я эскимо голодному дитятке. Впрочем, сам я к сладкому равнодушен, поэтому жертва не слишком крупная.

Однако, беда не приходит одна, увидев счастливого пацана с мороженным в руках, другие детки возжелали того же и прямо сейчас.

В результате Ирина тоже лишилась своего мороженного, осчастливив какую-то пигалицу в цветастом сарафане.

После чего нам пришлось бежать, чтобы спастись от остальных деток, ведь откупиться было уже нечем.

Отбежав на безопасное расстояние мы остановились, посмотрели друг на друга… и заржали оба. В этот момент по ощущениям исчезла какая-то стеклянная стена между нами.

— Спасибо за мороженное.

После этого последовал поцелуй, долгий, жаркий и страстный. Вот и пойми этих женщин. Три месяца за ней бегаешь, а сработала не съеденная мороженка.

Затем мы гуляли по парку, целовались в тени деревьев, смущая целомудренных белок, пока не наткнулись на дядю Колю.

Узрев щедрого благодетеля, тот решил высказать своё искреннее почтение и похвастать результатом.

— Саня, ты — мировой мужик. Если чо надо, я все для тебя, в лепешку расшибусь, только скажи…Ик… фонтан — это чё, я карусель могу починить — хочешь? — дыхнув перегаром с отчётливыми нотками молдавского винограда, дядя Коля потерял мысль, да так и не нашёл её больше. После чего показал сжатый кулак в стиле «Рот фронт», мол держись, после чего поплыл обратно куда-то в глубину парка.

— Оказывается, фонтан тоже твоя заслуга? — насмешливо поинтересовалась Ирочка, сверкая глазами, аки стробоскопами на дискотеке.

— Чего только не сделаешь ради красоты.

— Опасный ты тип, гражданин Морозофф. Страшно представить, что ты выкинешь в следующий раз.

— Следующий раз? Значит, я прощён?

— Глупый ты иногда, даже поразительно насколько. Любая девушка мечтает, чтобы ради неё починили фонтан в парке. Не говоря уже о карусели!

— Издеваешься?

— Нет, что ты, — это очень романтично. Забавно, но все равно, приятно. Столько стараний, чтобы накормить чужих детей мороженным. Где ещё встретишь такого благородного поклонника.

— Пойдём уже, язва, пока дядя Коля не появился.

— А целоваться с замороженной селедкой ты уже не хочешь? Ещё раз такое скажешь — убью!

— Понял, не дурак, — почему-то поверил я в угрозу сразу и без сомнений.

Глава 30

Разбудил меня одуряющий аромат кофе.

— Вставай соня, сегодня рабочий день, нечего здесь валяться.

— И тебя с добрым утром, милая, — опознал я объект страсти, за которым охотился три месяца.

Без макияжа Ирина выглядела ещё более волнующей и привлекательной, что чрезвычайная редкость среди обычных девушек.

— Без текстиля ты выглядишь лучше, — сделал я сомнительный комплимент, намекая, что без халатика она будет краше некуда.

— Щаззз! Дорвался кот до сметаны, за уши не оттянуть. Вставай, лежебока, идём кофе пить, — после чего наклонилась ко мне и неожиданно мужским голосом добавила. — Тебе сахар сыпать?

От неожиданности я вздрогнул и… проснулся. В своей комнате и в своей кровати.

— Сахар сыпать? — повторно поинтересовался Славик, тряся кружкой перед моей ошалевшей физиономией. Неделю назад он переехал в мою комнату, и тут же пристрастился к халявному растворимому кофею, предварительно, конечно же, испросив разрешение. Но, наш, излишне воспитанный студент, стеснялся употреблять чужой продукт в одиночестве, поэтому с утра пораньше всякий раз пытался угостить индийской растворимой гадостью ещё и хозяина деликатеса.

— Тьфу ты! Такой сон испортил. Наливай, чего уж там.

Вчера все так удачно началось и так же бездарно закончилось. Чмокнув в щечку на прощание, Ирина хлопнула дверью, прямо перед моим носом, чуть не прищемив оный, оставив меня, как дурака, на лестничной площадке в одиночестве.

— Беда, а не баба, — сделал я очевидный вывод. — Видимо, сегодня не мой день, и удача отвернулась от меня окончательно.

Что самое печальное, только-только все разъяснилось, и снова запуталось ещё крепче.

Генерал Леонтьев, по моей просьбе проверил биографию и родословную Ирины Викторовны, хоть и не без язвительных комментариев, но быстро раздобыл нужные сведения. Девушка оказалась чиста и невинна, как Жанна д'Арк, случайно попавшая в телепроект «Дом-2» — на неё не обнаружилось ни малейшего компромата.

Квартира была обменена, а не получена. Родители Ирины недавно уехали на Кубу, где сейчас трудятся в советском торгпредстве. Что выглядит логично с их прекрасным знанием почти родного испанского. Ирина закончила институт иностранных языков два года назад, по распределению попала в Звенигород, осенью прошлого года перебралась в Реутов.

Таинственный ухажёр преклонного возраста, приезжавший на чёрной «Волге», действительно оказался подполковником из Первого отдела НПО Машиностроения. Только выяснилось, он не престарелый ловелас, а дальний родственник Ирины по отцовской линии, причём дяденька — примерный семьянин с тремя детьми впридачу. Именно он помог с переездом в Реутов и с обменом квартиры, он же устроил молодую даму на работу в наш ДК. Видимо, поэтому так загадочно улыбался наш директор, Иосиф Давыдович, который точно знал, что никакого ухажера нет. И ведь молчал, гад!

— Славик, у нас бинт есть?

— Зачем? — удивленно поинтересовался сосед, выглядывая из-за кофейной кружки, как немец из окопа.

— Бинт нужен чтобы бинтовать телесные и душевные раны. Что здесь непонятного?

Ещё раз внимательно осмотрев меня и не обнаружив явных и серьезных повреждений организма, шахматный гений признался, что моя загадочная логика ему не подвластна.

— Мой молодой друг, женщины — существа загадочные и непредсказуемые, но некоторые их реакции заложены на уровне рефлексов.

— Вообще-то я старше тебя, — напомнил сосед, изначально плохо воспринимающий поэтические образы. — Иринка тебя снова отшила?

— Ничего ты не понимаешь в колбасных обрезках! Процесс — это все, цель — ничто. Я как Печорин из «Герой нашего времени». Как только неприступная крепость пала — так сразу теряю интерес к объекту. Перечитай на досуге рассказ «Бэлла». В точности про меня. Главный герой всеми силами пытается завоевать сердце красавицы, а как добивается взаимности, так сразу теряет к ней все чувства. Женщина должна быть недоступна, как эскимо в центре Сахары и никак иначе.

— Это не рассказ, а повесть. Тоже мне, знаток Лермонтова. В твоём случае басня Крылова про зелёный виноград больше подходит. Бинтовать какой орган?

— Всё, на что материала хватит. Руку, голову, два сломанных рёбра. Запомни: на меня вчера напали три хулигана и зверски избили. Так всем и расскажешь на работе. Спорю на ящик пива против ржавой тараньки, Ирина ещё до обеда примчится к своему раненому Печорину.

— Может, лучше — ты их всех победил? Правдоподобнее будет, и более героически, хотя я не очень понимаю, откуда здесь взяться хулиганам, город тихий и спокойный.

— Неправильно рассуждаешь, товарищ Берия! Нам нужно не восхищение, а сочувствие к невинно пострадавшему. Поэтому нападение произошло сразу после того, как вчера, попрощавшись барышней, я вышел из подъезда. Где и получил стальной трубой по затылку, затем меня без сознания немного попинали и сломали несколько рёбер. Или обойдёмся трещинами, а не переломами? Как думаешь, не перебор?

— Думаю, что это свинство, так издеваться над Ирой. Все же она замечательная и добрая девушка.

— Не переживай. Это у нас взаимное. Состязание, кто кого лучше обманет и надует. Пока мадам ведёт в счете, сейчас моя очередь отыгрываться.

— Два сапога — пара. Оба вы сумасшедшие. Все не как у людей.

— Сделаешь правильно и без проколов — готовься к романтичному свиданию с Полиной. Она когда возвращаешься?

— Через неделю. А что за свидание? Думаешь, согласится?

— Пфф. Гарантия — сто сорок шесть процентов, как на выборах президента республики Буркина Фасо. Вы идёте в ресторан, где лично для вас будет петь восходящая звезда советской эстрады — Серега Трофимов. Даже больше скажу, вы с ним за одним столиком сидеть будете. За деньги не волнуйся — работает система «все включено». Директор борделя, извиняюсь, ресторации согласен вас месяц кормить бесплатно за такого гостя. Думаю, мое присутствие будет лишним — Полина меня не переваривает в последнее время. С певцом я тебя познакомлю заранее.

— Очуметь, с самим Трофимом? Невероятно!

— Славик, не сотвори себе кумира. Серега — обычный парень, не без таланта, но простой и скромный. Вы с ним обязательно подружитесь — уверен в том. Если уж восхищаться и боготворить по вторникам, то обрати внимание на товарища Ашманова, лучшего наставника тебе не найти. Человек-эпоха, отец-основатель современного программирования.

— Тебя послушать, вокруг одни гении и таланты. То-то же ты с ним лаешься, как кошка с собакой.

— Одно другому не мешает. Как всякий гений, Игорь Станиславович имеет своё собственное мнение по любому вопросу, и переубедить его сложно. Он гений в программировании, а я — во всем остальном. Надо это понять и сразу все наладится.

— Тебе не говорили, что скромность украшает?

— Меня украшать не надо, я и так слишком хорош для объективной реальности. Жалко только, что Ирина этого никак не поймёт.

— Ну-ну. Электронное куриное яйцо? Ты всерьёз считаешь, что твоей великолепной идеей должен заниматься Игорь Станиславович? На его месте я бы тоже обиделся за такое предложение.

— Фу-фу-фу! Не трожь своими грязными ногтями моего тамагочи. Вы ещё извиняться будете, что не верили в него с самого начала. Наши имена войдут в историю с этим изобретением, так что не отлынивай, начинай работать над проектом, и товарищ Ашманов никуда не денется — тоже станет всемирно известным благодаря электронному яйцу с питомцем. И вовсе оно не куриное.

— Название странное. Не выговорить с первого раза. Тама-гоша. Нельзя было как-нибудь проще назвать? Колобок или тута-Гриша, например?

— Все бы тебе языком чесать. Нам мировой рынок надо завоевывать, какой нафиг «колобок». «Тама» — по японски означает яйцо, второй слог — от английского «Часы». Вся суть игрушки — надо кормить питомца по часам, тогда он будет здоровым и веселым, радовать хозяина.

— Извини, но мне кажется, что это будет очень тупая игра.

— В кои-то веки ты прав, мой юный друг, старше меня возрастом. Игра действительно несколько туповатая, но именно поэтому её ждёт фантастический коммерческий успех. Точнее, это вообще не игра — это симулятор питомца, поэтому и требования к нему другие. Регулярный уход за зверушкой в течение месяца приводит к сильной эмоциональной привязке. Смерть питомца может вызывать психологический шок, поэтому необходимо сразу предусмотреть режим «воскрешения», чтобы до нервного срыва пользователя не доводить. Если вдуматься, это всего лишь электронный вариант домашнего хомячка, только более удобный и не воняет.

— Очуметь. До такого додуматься — это какую извращённую фантазию надо иметь?

— Будем считать, что «извращённый» — это синоним оригинальный и выдающийся. Спишем на твоё косноязычие.

Глава 31

Ящик пива я не выиграл. Но только потому, что Славик не захотел спорить. Как истинный шахматист он просчитал все ходы наперёд, и сделал вывод, что план мой сработает с высокой вероятностью. Так оно и вышло!

Иринка примчалась через час. Взмыленная, взволнованная и перепуганная. Неотразимо прекрасная и желанная. Именно из-за этой неотразимости мой план провалился с оглушительным треском. Изначально я должен был изображать безнадежно умирающего, требующего женской заботы и ласки, но как только добыча оказалась в пределах досягаемости, разум мой помутился и не выдержал искушения.

Забыв про «больную» руку и «сломанные» рёбра, обхватил ненаглядную красоту своими загребущими щупальцами и завалил на кровать. Через секунду Ирина осознала, какой я «больной» и тут же превратилась в беснующуюся фурию. Вы пробовали целоваться с нильским крокодилом в период паводка, когда начинается брачный сезон? И не пробуйте. Примерно тоже самое получите.

— Ааа! Ты чего кусаешься? — завопил я, чуть не лишившись кончика носа.

— Ну и дурак же ты, Морозов, — вырвавшись из объятий, мадам неожиданно успокоилась, поправила юбку и ехидно добавила. — Голову ты правильно забинтовал, но боюсь уже опоздал. Мозги наверняка уже все вытекли.

— Можешь говорить, всё что угодно. Теперь я точно знаю, что не безразличен тебе. Примчалась, как миленькая, бросив работу и наплевав на КЗОТ.

— Пфф. Думай, что хочешь. Свин неблагодарный.

— Ты так очаровательно ругаешься, что ещё больше меня заводишь. Может признаешь, что я тебе нравлюсь и мы тут же сольёмся в экстазе.

Иринка не выдержала и заржала.

— Язык — враг твой. Не умеешь ты ухаживать за девушками. Поэтому и отшивают тебя все подряд.

— Прямо-таки все? — сделал я вид, что обиделся. — И вообще, никто за тобой не бегает, сама сюда заявилась.

— Да? А кто духи польские через соседку подсунул?

— Они же вроде литовские? — удивился я.

— Вот! Ты даже надпись на коробке поленился прочитать. Заботливый ухажёр, называется. Или ты думал, что я не догадаюсь, кто картину решил подарить? С видами Барселоны!

— Понятия не имею, о чем ты, милая? Ты снова что-то путаешь, — пошёл в «отказ» я, опасаясь первого в истории общежития, смертоубийства.

— Хватит увиливать! Признавайся гадкий обманщик, зачем ты это все устроил?

— Корова не моя. С чего ты вообще решила, что это я причастен к живописи? Невинного оклеветать всякий может.

— Я не всякая! — рассвирепела мадам, став похожей на тигрицу, которой наступил на хвост русский турист. — Ты меня совсем за идиотку держишь? Там подпись автора стоит в уголке. Сорокин. У нашего художника-оформителя совершенно случайно точно такая же фамилия.

— Тоже мне, великий фламандец нашёлся. Ну Петя, ну дятел! Так подставить.

— Значит, все-таки ты? — электрический взгляд Горгоны Викторовны мог бы заменить небольшую электростанцию. Миллион вольт — не меньше. Сжигает жертву в мгновение ока, если сам виновный не сгорит от стыда раньше.

— Каюсь. Бес попутал. Безответность тому виной. Готов искупить. Хотя, честно признаюсь, не понимаю в чем суть претензий. Сделать любимой девушке подарок — где здесь криминал?

Оправдания не помогли, меня приравняли к маньяку, обвинили в психической неадекватности, сравнили с пауком, который плетёт коварные сети и дергает за «ниточки души», чтобы «удовлетворить свои грязные похоти». После чего Ирина громко хлопнула дверью, так что штукатурка со стены посыпалась. Блин, где она таких слов нахваталась? У Достоевского что-ли? В очередной раз подтверждается, что все беды у нас в стране от излишнего образования. Красивым девушкам оно категорически противопоказано. Хотя, признаюсь честно, умные красавицы мне нравятся больше, чем страшные дурочки, но и проблем с первыми хватает. За примерами далеко ходить не надо. Уверен, моя ненаглядная узнала о подарках и способе их доставки намного раньше, и лишь ждала удобного момента, чтобы использовать этот козырь с максимальной выгодой. Причём вчера это ей не мешало флиртовать и целоваться в парке на фоне отремонтированного фонтана. С другой стороны, это же означает, что никакой серьезной обиды нет и возмущение наигранное, элемент взаимной игры.

Поскольку свидание не состоялось, то прогуливать рабочий день дальше не было смысла. Пока размышлял, что лучше подойдёт в качестве отмазки: бинт на руке или лейкопластырь на голове, вопрос решился сам собой. Появился капитан Петров и сообщил о желании высокого начальства меня видеть. После чего дал пять минут на сборы, не преминув заметить, что нормальные люди в рабочее время работают, а не на кровати валяются, и поэтому их не приходится искать по всяким общежитиям.

Из соображений секретности и безопасности встречи с начальством проходят в разных местах. В Кремль или на Старую площадь меня не приглашают, а жаль, любопытно посмотреть, как оно там внутри. Обычно это какое-нибудь здание или учреждение неопределенного назначения, куда мы подъезжаем с чёрного хода и в коридорах нет ни одного человека, кроме охранника. Лишь две серые «Волги» во дворе со шторами на пассажирских окнах выдают присутствие большого начальства.

На этот раз товарищ Лигачев приехал не один, в кабинете обнаружился товарищ Павлов, из чего я сделал вывод, что речь снова пойдёт об экономике. Самая нудная и неудобная тема, хуже только — споры о реформе армии с новоиспеченным министром обороны. Адмирал Чернавин не оправдал моих надежд, и вместо того, чтобы порубить сухопутные программы легким взмахом казацкой шашки, начал торговаться за каждый танковый полк и аэродром. О кораблях и авианосцах и говорить нечего. Ну зачем нам полтысячи военных аэродромов? Все равно, половина боевых самолетов у нас старых образцов, а оставшиеся устареют в ближайшее десятилетие и в войнах следующего века такая армада даром не нужна, хоть мне и самому их искренне жаль под нож пускать. Или в нашем случае — под адмиральский кортик, если быть точным.

— Проходите, Александр. Присаживайтесь, мы уж заждались вас.

Товарищ Павлов лишь кивнул вместо приветствия, как старому знакомому. Вид у него был уставший и измученный. Видимо непростое это дело — тащить экономику Советского Союза из болота.

— Все я понимаю, но почему нельзя провести совещание где-нибудь в Госплане? Пригласить руководителей министерства и ведомств, специалистов позвать, референтов, — с грустью, и вместе с тем раздраженно, прокомментировал обстановку встречи Валентин Сергеевич. — Что за тайная вечеря, мы же не большевики в подполье накануне революции девятьсот пятого года, в конце-то концов!

Лигачева эта тирада неожиданно развеселила.

— В самую точку, товарищ Павлов! Мы в своей стране оказались на полулегальном положении. Вынуждены скрывать свои планы и соблюдать конспирацию. Не только от врагов, но даже от соратников. Что касается товарища Морозова, то о его роли знают лишь несколько первых лиц государства и генерал Леонтьев. Больше никто. Компьютерный отдел прогнозирования — наше самое секретное подразделение, важнейший инструмент гибридной войны. Даже КГБ не в курсе.

— Я полагал, товарищ Морозов из Аналитического управления по линии комитета работает? Разве нет?

— Аналитическое управление лишь обрабатывает их прогнозы и даёт свои рекомендации. Официальное прикрытие, ширма для отвода глаз.

— Вот, как? — Павлов заинтересовано посмотрел на меня, словно заново познакомился. Я в ответ лишь скромно пожал плечами — мол, понятия не имею, в чем меня обвиняют или, наоборот, хвалят. — Гибридная война — термин новый и мне не знаком, поясните о чем речь.

— Новый этап Холодной войны, её дальнейшее эволюционное развитие. Включает в себя новые методы информационной и медийной войны, идеологические диверсии, распространение деструктивных мифов и вредоносных идей. Качественное изменение пропаганды и степени промывание мозгов, как на Западе, так и либеральных ценностей внутри СССР. Плюс экономическое давление, санкции, создание очагов нестабильности по периметру границ, поддержка националистов, формирование пятой колоны среди интеллигенции и журналистов. И так далее и тому подобное.

— Спасибо, товарищ Морозов. Теперь понятнее. В принципе, ничего нового. Все это мы проходили во времена правления Рейгана.

— Вы правы, но сейчас происходит качественное изменение, переход информационных технологий на новый уровень. Грядёт эпоха всеобщих компьютерных сетей и свободного обмена данными. Впрочем, это отдельная большая тема для многодневного обсуждения. Наверное, у вас есть другие, срочные проблемы?

Павлов покряхтел, поерзал, видимо, июльская жара для при его грузности переносится тяжело.

— Егор Кузьмич советует адресовать все вопросы по ситуации в закавказских республиках лично вам. Скажу прямо, рекомендации вашего ОКП прямо толкают нас к экономической катастрофе! Не понимаю, почему вашим прогнозам так доверяют, но ситуация ухудшается с каждым днём, и очевидно, что ваши советы не дают результата.

Несколько секунд я пытался вспомнить, что такое ОКП, пока не сообразил, что это — отдел компьютерного прогнозирования, представителем которого я якобы являюсь. Очередная легенда прикрытия персонально для товарища Павлова. Понавыдумывали названий, скоро сами запутаемся, где я действительно работаю и чем занимаюсь. С другой стороны, шпионам тоже не позавидуешь.

— Валентин Сергеевич. Можете по-точнее сформулировать ваши тезисы. Экономическая катастрофа назревает где? Насколько мне известно, ситуация с финансами в СССР наоборот стабилизировалась, экспорт и внешнеэкономическая деятельность впервые за десятилетия приносит нам не убытки, а чистый профит. Долговая нагрузка снижается, западные кредиторы готовы нас на руках носить, предлагают очень выгодные условия. Да и внутри страны денежная политика впервые за многие годы вызывает оптимизм.

Опыт форумных баталий так просто не пропьёшь, как говорил один мой знакомый, более десяти лет посвятивший этому бессмысленному, но очень увлекательному занятию. У меня стаж интернет-баталий немного скромнее, но мастерство осталось. Поэтому сразу вычислил, где слабое место в аргументации нашего премьера.

— Мы говорим об экономической катастрофе в Закавказье. Которое является неотъемлемой частью советской экономики.

— Теперь понятно. Если быть точным, то вы говорите об Армении и Грузии? В Азербайджанской ССР ситуация не такая критическая, благодаря товарищу Алиеву, который жесткой рукой навёл там относительный порядок. Итого: мы имеем проблемы лишь в двух небольших национальных республиках? Так?

— Мне не нравится ваш подход. Это значимая часть экономики СССР. По итогам года мы можем получить падение промпроизводства на пять-семь процентов!

— Ну и что? — позволил себе улыбнуться я. На Мефистофеля мой веселый оскал конечно не тянул, но Остап Ибрагимович наверняка признал бы родственную душу. — Это же замечательно! Мы так и так в этом году получим падение ВВП, поскольку на дворе у нас полноценный системный кризис в экономике, да ещё и сокращение военных заказов грядёт. Теперь же у нас есть железобетонная отмазка — это национальные республики нам удружили.

— Что вы себе позволяете? — повысил голос Павлов. — Это наши родные республики. Там живут наши советские люди. Тысячи фабрик и заводов, которые связаны с десятками тысяч заводов-смежников по всему Союзу.

— Насчёт поставщиков — можете сильно не переживать. По всей стране празднуют прекращение отгрузки от этих легендарных бракоделов. Вы в курсе, что многие заводы в Армении, Грузии и Азербайджане выпускают 100 % брака в течение десятилетий? И что средний процент брака в республиках в разы выше, чем в СССР в целом.

Павлов вопросительно посмотрел на Лигачева, тот в ответ лишь кивнул.

— Про наших людей — это правда. Только присутствует небольшой нюанс. Вы знаете, что более восьмидесяти процентов воров в законе в СССР имеют грузинское или армянское происхождение?

Валентин Сергеевич в ужасе обратил свой взор на генерального секретаря. По всей видимости, эту информацию до него никто не довёл.

— Комитет государственной безопасности СССР по моей просьбе проверил и подтвердил эти данные. Все — правда, — ровным, ничего не выражающим, голосом произнёс приговор Лигачев. То, что это приговор — ни у кого за столом сомнений не возникло.

— Согласен, с бракоделами из этих республик мы справиться не можем со времён Хрущева, — признал очевидный факт Павлов. — Ситуация становится только хуже с каждым годом. Но 90 % чая и табака мы получаем из Грузии! Нам нечем его заменить. В нашем климате эти культуры больше нигде не вызревают. Лишь в Краснодарском крае, но его очень мало. С цитрусовыми ситуация ещё хуже, почти сто процентов поступает из Закавказья. Что нам делать?

— Валентин Сергеевич! Ну, право же, пора отказаться от древних стереотипов. Не все и не всегда надо производить внутри СССР. Некоторые продукты проще и выгоднее купить за границей, особенно те, что не растут в наших широтах — так выйдет в разы дешевле, не говоря уже о качестве. Мы же не выращиваем бананы в Брянске. Грузинский чай не имеет права называться чаем — нигде в мире эту дрянь пить не будут, даже бесплатно. Его, все равно, приходится смешивать с индийским, чтобы хоть какой-то вкус появился вместо аромата засушенного веника. Поэтому просто закупим импортный чай, табак и апельсины. Порадуем советских людей хорошим качественным продуктом — они это заслужили.

— Грузинский чай покупаем за рубли, а импортный за СКВ! С валютой у нас всегда проблемы.

— Во-первых: с валютой, у нас сейчас, как раз, все нормально. Относительно, конечно. Впервые за долгие годы появился незапланированный излишек в десяток миллиардов долларов. На замену всех грузинских «деликатесов» за глаза хватит пятьсот миллионов долларов в год. Не вижу смысла экономить на спичках, к тому же, абхазские мандарины никуда не исчезнут, в конечном итоге попадут на колхозные рынки РСФСР, только теперь не будет жуткого дефицита, а значит и цены резко снизятся — с марокканскими апельсинами в госторговле конкурировать они не смогут.

— Может, вы и правы. Но валюту и так есть куда направить. Нам оборудование нужно для модернизации в Японии и в Германии покупать.

— Валентин Сергеевич, вы посмотрите на эту ситуацию с другой стороны. Если посчитать сколько переводит Армения и Грузия нефти, газа, стали и электроэнергии на выпуск откровенного брака, то выяснится, что это сырьё стоит миллиарды долларов в год. Причём, все эти ресурсы можно продать за свободно конвертируемую валюту при острой необходимости. Если у нас высвободится лишний миллион тонн нефти из-за того, что заводы в Ереване и Кутаиси год не работали, то этого хватит и на мандарины, и на лимоны. Что касается чая, то индусы нам ещё и скидку с рассрочкой сделают. За сокровища в храме.

— Индусы? Не похоже на них. Скупердяи, без взяток ни один договор не подпишут. За каждый цент торгуются.

— Тогда подскажу лайфхак. Американцы так полезные жизненные хитрости называют. На самом деле, индусы нам продают не чай, а отходы чайного производства или просроченный продукт. На фоне грузинской соломы он кажется съедобным, но по факту — это некондиция, просрочка.

— Товарищ Морозов, такими обвинениями попусту не бросаются, — грозно стрельнул глазами из под бровей товарищ генеральный секретарь, на секунду неуловимо став похожим на незабвенного Леонида Ильича. Не понравилось мое откровение, очень сильно не понравилось.

— По индийским стандартам срок хранения чая — один год. После чего он считается низкосортным. В нём почти полностью исчезает запах и аромат вкуса. Цена снижается в три раза или больше. Единственный крупный покупатель такого просроченного чая, к сожалению, Советский Союз. Не удивлюсь, что разницу в цене кладут в карман посредники, а мы платим полную стоимость за мусорный чай. Думаю, КГБ СССР должен взять это дело под особый контроль. Это сотни миллионов долларов экономии, между прочим.

— Черт-те что творится! Крючкова сегодня озадачу, — пригрозил Егор Кузьмич, и, как ни странно, успокоился. — Как импортный контракт, так обязательно нас обдурят. И чужие, и наши.

Дальше разговор перешел на макроэкономику, тут я не растерялся и дал волю своим фантазиям. Прежде всего, предложил повысить квартплату в разы. Не ценит советский человек того, что даётся почти даром. Моя совесть в данном случае чиста, как слеза младенца, потому что даже после повышения это будет самая низкая квартплата в мире среди развитых стран. Где-нибудь в Африке оно, конечно, ещё дешевле выйдет — в хижине с крышей из пальмовых листьев, но если с отоплением и горячей водой, точно вне конкуренции.

Не успели товарищи отойти от шока, я тут же добил их идеей платного жилищного строительства. Опять из тех же соображений, вдобавок это единственный способ снизить давление на торговлю денежной массы на руках у населения. Сейчас в сберегательных кассах лежит втрое больше сумма, чем все годовые запасы советской торговли. В любой момент это цунами может вырваться на оперативный простор и дочиста снести все с прилавков магазинов. Америку я не открыл, даже во времена Брежнева каждая седьмая многоэтажка в СССР строилась на частные деньги. На долю кооперативного строительства приходилось от 10 до 15 процентов от всего жилья. И это без учета индивидуального самостроя. Мое предложение — довести долю «кооперативов» до пятидесяти процентов. Конечно, не сразу, и не за счёт снижения бесплатного строительства, а в дополнение к нему.

Строительство — это главный локомотив промышленного роста, а фронт работ у нас на два десятилетия с запасом! Идею признали разумной, обещали воткнуть в план на ближайшую пятилетку. Никак не привыкну к местной неторопливости. Плановая экономика, как гигантский сухогруз, чтобы повернуть требуется за несколько километров начитать выруливать, а резкое маневрирование вообще не предусмотрено конструкцией. Оно, может, и неплохо, придаёт стабильности и уверенности, но как же раздражает эта вальяжная медлительность.

Пользуясь удачным случаем, загрузил в мозги руководству идею отдельного наукограда для программистов.

— На кой ляд он сдался? — примерно так сформулировали своё отношение к проекту слушатели.

Пришлось в подробностях объяснять.

— Через десять лет объём рынка IT-технологий превысит пятьсот миллиардов долларов. Зарплата хорошего программиста в США будет измеряться в сотнях тысяч долларов в год. На наши деньги — это 15–20 тысяч рублей в месяц. И это не предел. Топовые программеры будут получать миллионы долларов в год.

— Сколько?! — в ужасе дружно вскричало высокое начальство.

— Стоит учесть, что это универсальная профессия, вдобавок, изначально подразумевает хорошее знание английского языка. Практически любой советский программист может с легкостью перейти на работу в иностранную компанию без переучивания. По факту наша математическая и научная школа сможет производить конкурентный на мировом рынке продукт на миллиарды долларов. Через несколько лет за нашими кадрами начнётся настоящая охота. Их будут переманивать и соблазнять всеми доступными способами, а с учетом развития Интернета этот процесс упростится в разы.

— Запрет на выезд программистов в течение трех лет после увольнения уже действует, — напомнил Егор Кузьмич.

— Одними запретами ситуацию не спасти. Кроме кнута нужен пряник.

— Мы не можем платить зарплату в десять тысяч за месяц. У нас даже академики столько не получают, — удрученно заметил Павлов. — Общество не поймёт, если чудак в очках будет получать в сто раз больше хорошего инженера.

— Правильно. Социальное расслоение — это пороховая бочка, фитиль к которой обязательно подожгут наши зарубежные партнеры. Поэтому нужен отдельный закрытый город, где для наших программистов будут созданы идеальные условия. Без шуток — на уровне мировых стандартов, или даже лучше. Тем более, что валюту они сами заработают. Заодно градостроительные технологии будущего отработаем и обкатаем. Будет, что предъявить народу и миру.

Глава 32

— Поздравляю, Игорь Станиславович! За три недели создать мировой бестселлер — это, без всяких сомнений, выдающийся успех.

— Скажешь тоже, — немного смутился создатель шедевра. — Чепуха какая-то, тем более, пока это лишь программный план, скелет конструкции. Нужно заниматься компоновочными решениями, я тут прикинул несколько вариантов, из того, что выпускает советская радиоэлектронная промышленность. Чтобы дёшево и эффективно.

— Это замечательно. Насчёт чепухи — вы категорически не правы, батенька. Через пару лет нашу игрушку по всему миру миллионными тиражами продавать будут. Проблема в том, что япошки скопируют яйцо мгновенно, а поскольку микропроцессоры у них более современные, то ещё и улучшат заметно. Но мы к тому времени уже избавимся от неё — продадим права «Атари» или «Нинтендо». Не в накладе по-любому.

— Обидно. Отстаём серьезно, да ещё и военная промышленность под себя все самое современное гребёт, гражданским остаётся лишь то, что совсем никуда не годно.

— Пустяки. Поправим это дело. Насчёт новых идей — их у нас, как у солдата — махорки! Успеть бы хотя бы десятую часть задумок реализовать. Придётся вас, товарищ Ашманов, откомандировать в Кишинёв. Чего зря время тянуть — нужно продукт в серию пускать, хотя бы, экспериментальную. Протестируем на баги и чтобы дать капиталистам пощупать, прежде чем на бабло трясти.

— Баги — что за термин?

— Ошибки в программе, дизайне и юзабилити. Последнее — это удобство пользования — по нашему. Кнопочки чтоб не западали, пальцы экран не перекрывали, тамагочи из рук не выскальзывал, при дневном свете экран не бликовал и так далее и тому подобное. Очень важные мелочи, если мы хотим выйти на международный рынок.

— Никогда не задумывался об этом. Может, лучше тебе в Кишинёв поехать, на месте все объяснить? — попытался откосить от посещения Молдавии уважаемый Игорь Станиславович. — Программа простая, тамошние специалисты легко разберутся. Мое присутствие не обязательно, у меня здесь завал полный.

— Нет, опозорюсь я там. С моими познаниями только кур смешить. Авторитет нашей будущей конторы пострадает, потом не вернуть его. К тому же, у вас ещё несколько заданий в поездке будет. Нужно наладить дружеские контакты на «Счетмаше». Есть у нас планы на длительное выгодное сотрудничество. В министерстве дают полный кант-бланш проекту развития, да ещё и по линии Госплана прикроют. Если получится, сманить к нам парочку молодых и талантливых программеров — будет здорово.

— Не думаю, что Реутов их заинтересует. Кишинёв — столица, не чета этой провинциальной дыре.

Если бы мне кто-то сказал в будущем, что Кишинёв — это престижное место, откуда никто уезжать не захочет, тем более в Подмосковье — я бы долго смеялся. Здесь же — вполне нормально. Ашманова понять можно, после работы в Академии Наук, здешний райцентр воспринимается им, как полное захолустье. Причём несправедливо воспринимается — просто, он за всю свою интеллигентную жизнь в настоящей дыре ни разу не бывал. Его бы в Шевченко отправить на год поработать — тогда он бы прекрасный Реутов ценил бы в разы выше.

— Сейчас в Кишиневе идёт строительство крупнейшего в Советском союзе завода по производству персональных компьютеров. Планируется производить до миллиона единиц ЕС-184x в год.

— Ого! Прекрасная новость.

— Не такая и новость, завод уже второй год строят, к концу 1990 года, надеемся, начнут малосерийный выпуск первых персоналок. В планах совместное с болгарами производство клонов IBM PC/AT 286-х. Но, боюсь, устареют они безнадежно к тому времени, да и с самой Болгарией намечаются серьезные проблемы.

— Скажешь тоже — устареют. Многие мои коллеги мечтают на таких поработать. Но если прогнозы о законе Мура сбудутся, то…

— Пфф. Что значит — если? Они уже сбылись, и дальше ситуация с нашим отставанием будет только хуже. В лучшем случае, к концу века мы сможем выйти на технологический процесс в двести нанометров, при том, что западные компании уже освоят процессоры на технологии 120 нм. Такое отставшие уже можно будет считать не критичными и не слишком важным.

В моей реальности к двухтысячному году Россия едва освоила технологию 800 нанометров, так что в данном случае я изрядный оптимист. Как отмечал раньше, догнать полностью мы не сможем в ближайшие десятилетия точно, да и нет в этом никакой острой необходимости. Поскольку военная техника не так критична к размерам устройств, то даже через тридцать лет самые современные образцы военной техники будут использовать процессоры от 200 нм и хуже. В гражданской области критических уязвимостей при достижении рубежа в 200–300 нм, тем более не ожидается. А там и новые физические принципы работы ЭВМ на подходе.

— Опять мы отвлеклись. Ещё одна важная задача — присмотреться к микрорайону Будешты-2, который возводят рядом с заводом. С министерства уже дали указание, чтобы ознакомили с градостроительным планом и проектом. Сразу отвечаю на вопрос: «Нафига оно нам?». На самом верху (в этот момент я многозначительно указал пальцем в небо) принято решение о создании наукограда Реутов-22. Профиль исключительно по компьютерной тематике. Так что, для себя стараетесь, уважаемый. Все наши пожелания и рекомендации обещают учесть, даже самые необычные и фантастические. Успех с тамагочи — гарантия, что именно мы будем стоять у основания этого проекта. Кстати, это примерно те аргументы, которыми вы станете убеждать и сманивать будущих наших работников.

— Ничего себе, перспективы. Целый город для компьютерных задач?

— Не просто город. Мечта, воплощение всего самого лучшего, необычного и оригинального. Цветущий сад, футуристический оазис, прообраз наукограда будущего. Весь мир ахнет от зависти и удивления.

— Тебе только шахматной доски не хватает для убедительности. Вылитый Остап Бендер получится. Очень напоминает Нью-Васюки.

— Нет в тебе ни капли романтики, товарищ Ашманов. Не скрою, долго и тяжело придётся трудиться, чтоб «сказку сделать былью», но разве такая цель не стоит чтобы ради неё жить и работать?

— Уговорил. Будем строить сияющий град науки на холме. Вдруг, и вправду получится.

— Молодец, Игорь Станиславович. Оптимизм и упорство нам помогут. Можете заказывать табличку в граверной мастерской. С надписью: «Мэр города Реутов-22», или лучше оставить «Предисполкома Ашманов И.С.»?

— Пфф, балабол. Язык у тебя без хрящей.

— Без костей, ты хотел сказать?

— Без них — тоже.

Отношения с Ашмановым так и не наладились до конца. Ирина после нашей очередной «окончательной» размолвки демонстративно принялась крутить хвостом и заигрывать с Игорем, нагло морочить голову и обольщать его со всей возможной страстностью, насквозь фальшивой и неискренней. Без всяких сомнений — исключительно из мести лично в мой адрес. Учитывая неотразимую сексуальность обольстительницы эта месть грозила нешуточными осложнениями в моем трудовом коллективе в самом ближайшем будущем. Загадочная женская логика, страшная, непостижимая и беспощадная!

Именно поэтому разговор получился такой рваный и сложный, с постоянными переходами от вежливого «вы» к тыканью и обратно. Все-таки все зло в этом мире от баб, хотя, вынужден признать, и радости — тоже. Я же объективный человек, а не обиженный женоненавистник. Или как? Поэтому отправляем потенциальную жертву в командировку, а за это время приводим в чувство мстительную фурию и ставим норовистую лошадку в стойло.

Чтобы товарищу Ашманову было не так скучно в поезде «Москва-Кишинёв», вручил ему папку с описанием нового проекта с лирическим названием «Аська».

— Что это? — задал мне вопрос будущий компьютерный гений. Или гении не бывают будущими, а только настоящими, но ещё не проявившими свои таланты?

— ICQ- от английского «I seek you» — «я ищу тебя» — система общения при помощи текстовых сообщений для пейджеров, впоследствии и для компьютеров.

Названия компьютерных программ и прочих брендов, позаимствованные мною из будущего, я решил, по возможности, сохранять. Во-первых: с точки зрения маркетинга они уже неплохо зарекомендовали себя, так что рисковать с новыми брендами нет смысла. Во-вторых: это дань уважения создателям. Согласен, дань небольшая, чисто символическая, и не слишком адекватная с точки зрения психиатрии, но хоть что-то. И наконец: новый мир необратимо меняется после моего наглого и варварского вмешательства, и с каждым днём все сильней. Так хотя бы что-то останется от старого мира, как маркеры для памяти.

Сразу выяснилось, что мой визави понятия не имеет о пейджере, и как он должен работать. Пришлось объяснять ещё и это. Затем подробно расшифровывать назначение всех кнопок и полей ввода на схемах, тут же вылезла тема привязки к аккаунту электронной почты — думал, истязание моих несчастных мозгов никогда не закончится. Вдобавок, «аськой» я уже лет двадцать не пользовался, некоторые подробности стёрлись из памяти, поэтому на рисунках и схемах изобразил какой-то гибрид из разных версий разных годов, а может, даже из других похожих программ. Разве, что логотип в виде ромашки вышел идеально, почти как настоящий.

От закипания мозга спас меня звонок, ведь, у нас теперь есть свой собственный телефон в кабинете у Ашманова. Как ни странно, трубку пришлось брать мне. На том конце провода оказалась Ритуля, дочь офицера, извиняюсь за каламбур, никому не известный в этом времени. Поначалу я немного напрягся, ожидая неприятностей, все же по межгороду здесь не принято названивать по пустякам, но оказалось все проще некуда: родителям Марго позвонил заслуженный артист Полад Бюль-Бюль-оглы и пригласил на встречу с ещё более заслуженным артистом, Муслимом Магомаевым! Он сейчас как раз в Москву вернулся.

Конечно, я помню, как дядечка нам обещал эту встречу, но не думал, что всерьёз. Однако, выяснилось, что ни капельки шутил, и завтра ждёт нас в ресторане «Бакы» в восемь часов вечера. Почему «нас» и каким боком я причастен к этому приглашению? Объяснение элементарное: Пал Палыч отбыл к новому месту службы, мама Марго наотрез отказалась идти в ресторан без супруга, а Ритуле просто не с кем, знакомых нет, а маман «одну её в злачное место ни за что не отпустит». Дословная цитата. Тем более, что меня лично тоже приглашали вполне официально, ещё в момент нашего знакомства с веселым азербайджанским дядечкой.

Разве можно отказать в таком желании одинокой романтичной девушке? Это будет катастрофа всей её жизни — упустить шанс познакомится с Самим Магомаевым! Самим — с большой буквы. В этом времени Муслим — звезда масштаба Лепса и Стаса Михайлова вместе взятых, да ещё и Тимати с Бузовой можно для количества добавить. Впрочем окончательная сумма от прибавления нуля не меняется — это из арифметики начальных классов средней школы известно.

Предстоящий визит неожиданно выявил серьезную проблему: отсутствие приличного одеяния. В обыденной повседневности я прекрасно обходился джинсами и курткой-ветровкой, дополняя наряд импортными кроссовками. Для деловых встреч обзавёлся двубортным серым костюмом производства фабрики «Заря» из города Зеленоград. Причём, пришлось ушивать и подгонять по фигуре в швейном ателье, но, все равно, исправить дизайнерские изыски зеленоградских кутюрье до конца не удалось. Получилось чуть лучше среднего, но в приличном обществе в таком появляться стыдно.

Единственное решение в такой ситуации — магазин «Березка», на советскую торговлю надежды в такие моменты нет никакой. И все бы ничего, но внезапно осознал, что приглашён я не один, а с милой юной дамой. Точнее, она приглашена, а я на хвост упавший, при этом мгновенно сообразил, что у девушки, только что приехавшей в Москву из провинциальной окраины Азербайджанской ССР проблемы с вечерним платьем куда серьезнее!

Поэтому, выпросив у директора очередной отгул, с утра пораньше заявился к Марго прямо домой, схватил за шкирку, как котёнка, и ничего не объясняя ни ей, ни мамане, во избежание протестов и торможения, потащил в бутик имени русского национального дерева, оно же — «Березка».

— Но… это очень дорого! — чуть не упала в обморок наивная абитуриентка из Азербайджана, узнав цену очередного платья. При этом даже не подозревая, что чеки по номиналу ни разу не рубли, а реальная цена в несколько раз выше. Но платье на ней смотрелось бесподобно, поэтому решил брать несмотря на отчаянное сопротивление экономной девицы.

— Дёшево только продукция фабрики «Большевичка», но тебя точно не поймут, если ты заявишься на вечерний торжественный приём, облачившись в её ассортимент. Учти, встречают по одежке, до оценки ума дело может и не дойти, так и останешься недооценённой. Тем более, есть шанс, что Ростропович и Магомаев будут с супругами. Представь, как ты будешь смотреться в их обществе? Они-то в лучших домах Парижа и Лондона одеваются.

Маргарита чуть в обморок не упала после этих слов, в глазах появились слезы отчаяния.

— Не дрейфь, сестренка. «Пьер Карден» сделает тебя неотразимой, а юность и красота заставят локти кусать всех присутствующих дам.

— Правда? Ты так думаешь? — немного пришла в себя жертва Кардена.

— Уверен. Сегодня вечером ты будешь самой прекрасной девушкой в пределах Садового кольца! Да что там — Бульварного! О деньгах даже не заикайся, это мой подарок от всего сердца. Тем более, деньги девать некуда — не успел одну премию потратить, вторую обещают, ещё больше.

— Если ты такой богатый, и это подарок, так и быть, приму его. Будь по твоему. Спасибо огромное, мой рыцарь. Ты спас честь дамы от поругания.

— Не за что, дочь моего бати-командира, которому я жизнью обязан. Ты для меня теперь, как родная сестра, даже дороже. Так что носи Петра Кардена на здоровье, да и мне больше уважения будет, если такая красавица рядом будет в ультрамодном туалете.

— Пфф, — фыркнула красавица. — Где ты таких старорежимных словечек нахватался?

— В советском мультфильме. Про змею, волшебное кольцо и хрустальный мост. Там ещё главный герой в пиджаке с карманАми сватался к царской дочке.

— Оно и видно. Что твоим воспитаниям никто не занимался, кроме мультфильмов.

* * *

Смокингов в «Березке» почему-то не оказалось, пришлось взять итальянский костюм. Не «Бриони», но вещь качественная и дорогая, по утверждению продавца в таких только дипломаты щеголяют. Прикупил туфли, мои любимые «Бали» — не устоял, как увидел, сразу схватил, хотя цена кусачая, раза в три дороже неплохих английских ботинок рядом. Взял галстук и «Фаренгейт» — ближайшие десять лет, пока не начнут подделывать и гнать турецкую «лицензию» — один из лучших ароматов, на мой вкус. Среди доступных, естественно.

Марго завороженно прильнула к витрине с французскими духами и косметикой, но была обманута в своих ожиданиях самым коварным образом.

— Нам ещё туфли надо к платью подобрать. И вообще, в ресторане шашлыками пахнуть будет, и тобой любоваться будут, а не обнюхивать!

В результате потратил почти все чеки, осталось совсем немного на крайний случай, но зато оделись и обулись по полной. Сияющая от счастья Маргарита похорошела до невозможности, вдобавок ещё и чмокнула меня в щеку, при этом вид имела романтично-возвышенный, а взгляд излучал нечто волнующее и непонятное.

— Не в коня корм, — констатировал я провал своего плана. Все утро программировал молодую девицу на отношения в плоскости «брат-сестра», а получилось нечто противоположное. При этом я строго настрого решил придерживаться принципа: один город — одна ба… один роман (текущий). К тому же, именно эта — слишком молода для любых отношений, кроме братских.

Глава 33

Сложнее всего оказалось объяснить наши покупки Риткиной маме. Говорить правду в такой ситуации я бы не рекомендовал никому, даже если вызвать «Скорую» заранее — сердечный приступ гарантирован. В отличие от вчерашней школьницы, маман сразу поняла реальную стоимость обновок. Поэтому, на голубом глазу, нами дружно было заявлено, что это реквизит, позаимствованный на «Мосфильме» у моего знакомого помощника режиссёра с условием возврата. Конечно, через несколько дней правда всплывет, как подводная лодка в степях Украины, но это будет позже, и мамочка успеет адаптироваться к шокирующей реальности.

Так что, к восьми вечера при полном параде и что не менее важно — в хорошем настроении, избежав допроса с пристрастием, мы прибыли в ресторан «Бакы». Привычной для всех советских заведений пятничной толпы около входа не обнаружилось, из чего я сделал смелый и очевидный вывод, что простых смертных сюда отродясь не пускали, только по записи и по большому блату, что после и подтвердилось.

Внутри оказалось два зала, с поэтическими названиями: Большой и Малый. Швейцар, похожий на отставного гусара в поношенном мундире Войска Польского, проводил нас в тот, что меньше, предназначенный для вип-гостей. Что не могло не радовать — в основном зале сквозь густой дым можно было рассмотреть публику, больше подходящую для иллюстрации НЭПа двадцатых годов, причём где-нибудь в Тифлисе, а не в Москве.

VIP-зал понравился намного больше. Чисто, уютно, почему-то вкусно пахнет цветами, а не жаренным бараниной, как можно было ожидать. Правда, слишком много золота и бархата в отделке — словно вернулся обратно в поезд Баку-Астара, но здесь свои представления о красоте и богатстве, с неискоренимой кавказской спецификой, так что не стал привередничать и критиковать. Рита, кстати, лишь фыркнула, узрев позолоченные колонны в античном стиле из папье-маше и шторы кроваво-бордовой расцветки. Хорошая девчонка — умненькая и со вкусом. Это я понял ещё в магазине, где она интуитивно выбрала не самое дорогое платье из всех предложенных, а то, которое ей идеально подходит.

В центре зала огромный длинный стол, уставленный бутылками и закусками. Человек тридцать легко поместится, но пока занята лишь половина мест. Сам Магомаев отсутствует, у него концерт в девять заканчивается, так что появится он лишь часам к десяти. Забавная деталь: в уголке пристроился ещё один небольшой столик, сплошь уставленный дорогим импортным и отечественным алкоголем. Это подарки и презенты от посетителей «Большого» зала в адрес лично Муслима Магомаева. Сделать такой подарок считается большой честью, и от желающих нет отбоя, хотя сам певец практически ничего не пьёт кроме сухого вина, да и то изредка.

Подробности мне поведал сосед по столу, Рафик Ибрагимович, румяный розовощекий толстяк в дорогом, но помятом костюме, директор колхозного рынка где-то в Домодедово или в Воскресенске. По нынешним временам — фигура почти равная секретарю райкома, жалко сажают их куда чаще. Сверкая золотыми зубами, он по секрету сообщил, что Магомаев сам платит за угощение для всех, никому не разрешает, и очень обижается, если кто-то пытается открыть кошелёк в его присутствии. Судя по хитрой физиономии директора рынка, кошелёк он даже не пытался открывать. Впрочем, внешность часто бывает обманчивой. Может, зря наговариваю на хорошего и доброго человека, судя по размеру перстней на каждом пальце он может несколько лет платить за весь ресторан и не заметит настолько мелкой траты.

Среди присутствующих я опознал виолончелиста Ростроповича, почему-то без жены. Видимо, Галина Вишневская ещё не вернулась в СССР. По информации, полученной от агента с золотыми зубами, Синявской тоже нет в Москве, поэтому Муслим приедет один.

Зато нашлись сразу два брата Гусмана! Молодые — они ещё больше похожи друг на друга, ошибиться невозможно. Судя по тому, что они расположились во главе стола, рядом с местом, где должен будет сидеть главный гость, Гусманы входят в самый ближний круг вместе с Поладом Бюль-Бюль-оглы (язык сломаешь пока выговоришь). Нетрудно догадаться, что мы оказались на противоположном конце стола, на максимальном удалении от них. В нижней шкале рейтинга гостей, так сказать. Кроме директора рынка и его супруги рядом с Ритой посадили молодую, но не слишком симпатичную, девушку лет семнадцати. Эдакая себя мышка, явно только что из провинции.

— Лала, — представилась она.

Вид она имела скромный, смущенный, красотой и нарядами не блистала, и появилась на вечернем приеме в ресторане почему-то одна, что не характерно для кавказских семей. Хотя, золотых украшений на ней не менее килограмма по старой бакинской традиции. Судя по акценту, я правильно угадал откуда она приехала, впрочем других регионов тут почти не представлено. Рядом с ней расположился длинный худой тип интеллигентной наружности с супругой, насколько я могу судить — тоже азербайджанец, зато жена — приятная блондинка, чисто славянской наружности. Позже узнал, что дяденька — профессор математики, преподаёт в московском университете. Чудны дела, однако.

В качестве главного женского украшения вечера выступала Ирина Аллегрова. С фееричной прической в мелкую завивку, делавшей её похожей на львицу после бигудей, в концертном кожаном костюме с юбкой из сетки-органзы и в чёрных лакированных ботфортах. Боевая раскраска тенями и пудрой — Гойко Митич в роли индейского вождя позавидует. Можно сказать, Певица Аллегрова смотрелась восхитительно и завораживающе. По мнению мужской части зала, разве только, за исключением попаданца из двадцать первого века, для которого нынешняя мода — как серпом по фаберже, извиняюсь за мой французский.

С другой стороны, если отбросить жуткую упаковку и лишнюю штукатурку, то как женщина — она вполне себе даже ничего. Чтобы это не значило. Особенно на фоне длительного воздержания героя-пограничника.

Больше знакомых лиц не обнаружил. Каково было моё удивление, когда минут через пятнадцать меня громко окликнули.

— Саша? Ты тоже здесь?

Оборачиваюсь и не верю своим глазам. Передо мной обнаружились исполнители мейханы: братья Интигам и Эхтирам Рустамовы!

Обнялись, как старые друзья после долгой встречи, чуть ли не расцеловались.

— Вах, красавица! Я тебя знаю! — обратил внимание Интигам на мою спутницу. — Тебя в Лениноран раньше видел, ты дочка командир отряда.

— Точно она! — поддержал Эхтирам. — Ты мой племянник в один класс училась. Такой встреча как чудесна бывает! Папа тоже здесь будет?

— И вам здрасьте, — искренне обрадовалась Ритка, обнаружив знакомые лица, пусть даже очень отдаленно знакомые. — Папа на службе, его нет в Москве.

— Жалка. Передавай искренний привет. Такой радость — встретить земляки в далёкой столица.

Сразу выяснилось, что братья Рустамовы и есть главная фишка сегодняшнего вечера. Ради них тут все и собрались, Муслим очень хотел их увидеть и пообщаться, поэтому передал приглашение через Полада (да простит, уважаемый, отсутствие фамилии и отчества, впредь именуемый — ПББО). Оказалось, что в Москву они приехали для съемки в передаче «Утренняя Почта», заодно записали интервью с Владом Листьевым. На следующей неделе оно выйдет в эфир, а «Утренняя почта» в ближайшее воскресенье.

Поговорить не удалось, мейханщики сразу приступили к исполнению своих песен, а после выступления их усадили на другом конце стола, поближе к первым лицам. ПББО (он же — Полад Бюль-Бюль оглы) постарался на славу, выступив не только как радушный хозяин вчера и веселый неумолкающий тамада, но и как талантливый импресарио. В качестве музыкального сопровождения весь вечер выступала группа «Электроклуб», правда, не весь состав, но тем не менее. Об этом с неописуемым восторгом на ушко мне поведала моя юная спутница. Мне же это название ровным счетом ничего не говорило, поэтому и восторга не вызвало. Лишь фамилия отсутствующего ныне солиста Салтыкова смутно показалась знакомой. Уж не муж ли это попсовой дивы из девяностых — Салтыковой? Прозвучали и знаменитая, теперь уже на всю страну, «Давай дасвиданья!», и «Чёрные глаза» и даже «Господа офицеры». Публика была в полном восторге. После чего на сцене под бурные аплодисменты появилась любимица местной тусовки Ирина Аллегрова. Примадонна спела парочку песен, сорвав овации и вызвав восторг всей «бакинской диаспоры».

Лишь один человек в зале остался в недоумении: «Что это за хрень? И где её нормальные песни?». Оба «шлягера» я даже вспомнить не смог. Причём, оказывается, пробормотал это мнение вслух! Вроде бы не громко, а поди ты, Ритка услышала, и, умилительно скорчив страшную гримасу, шикнула, что я — невоспитанная деревенщина и ничего не понимаю в современной музыке. Мало того, мое компетентное, предельно объективное, и, можно сказать, проверенное временем, экспертное мнение подверглось критике соседкой слева! Серая мышка Лала неожиданно подала голос — оказывается, она тоже меня подслушивала! Или просто случайно услышала, что принципиально тоже самое.

— Ты не прав. Песня «Игрушка», между прочим, главный претендент на премию «Песня года» на телевидении.

— Да? — искренне удивился я, поскольку композиция, на мой просвещенный избалованный взгляд — полный отстой. — Дык, «Песня-89» в конце года проходит, откуда тебе знать результат?

— Знаю, — надулась словно мышь на крупу серая мышь-соседка. — Отборочные туры уже закончились. Главный фаворит — Аллегрова и группа «Электроклуб» с этой песней.

— Да, ладно, заливать. Откуда слухи? Ты же недавно в Москве, загар бакинский ни с каким другим не спутаешь, — здесь я немного слукавил, поскольку загар он и в Африке коричневый, зато акцент очень характерный.

— Ирина Аллегрова — моя мама, — сверкнув глазами выдала серая… эээ… не такая уж и серая, просто слишком скромная — наконец, пришёл хоть к какому-то выводу я, пребывая в шоке. Хотел бы сказать, сгорая от стыда, но где я и где стыд? Эти вещи не совместимые обычно.

— Эээ… не подумай плохого… Просто неправильно выразился. Как певица она мне очень нравится, только не эти композиции. Твоя мама — настоящий талант и у неё есть много восхитительных песен! Но это явно не они были.

— И какие же другие восхитительные песни ты знаешь? — язвительно поинтересовалась дочь звезды, подозревая, что я ничего другого и не слышал. Однако, не на того напала!

— Как же!

За тысячу верст холода, да вьюга
нам не хватает с тобой друг друга,
молчи, ничего не говори я знаю сама…

«Странник мой, мой малыш, по ночам ты не спишь, все сохнешь обо мне» — напел я в меру своих музыкальных способностей, сочинив последний куплет на ходу. — Или вот эта: «Фотография девять на двенадцать с наивной подписью на память».

— Никогда не слышала такой песни. Приятная и мелодичная, — напомнила о своём существовании Рита. Оказывается она все это время внимательно и с любопытством следила за нашей перепалкой.

— Что-то я не помню такой песни у мамы, — немного растерялась Лала.

— Ну, как же? Игорь Николаев именно для неё «Странника» написал. Вспоминай.

— Кто? Игорь Николаев?! — почему-то именно это имя взволновало девушку больше всего. После чего она быстро скомкала разговор и замолчала.

* * *

В это время на другом конце «Малого» зала, по странному стечению обстоятельств, зашёл разговор, касающийся непосредственно нас.

— Полад, дорогой, что за молодую пару ты посадил рядом с моей дочкой?

— Вай, Ирина-джан, не беспокойся — очень достойная пара из хорошей семьи.

— И все же, кто такие? Не похожи они на бакинцев, и раньше я их здесь не видела.

— Девушку зовут Маргарита. Её семья переехала в Москву недавно. Гейдар Алиевич убедительно просил помочь с обустройством в столице, сама понимаешь, как сложно здесь на первых порах. Отец у неё в КГБ в Азербайджане служил, сейчас на повышение пошёл, генерала не сегодня-завтра получит.

— Всего лишь полковник, получается?

— За простого полковника Алиев лично не стал бы просить. Бери выше — отец Маргариты близкий друг нового министра обороны!

— Уважаемый человек, значит? А молодой человек вместе с девушкой — кто он?

— Кавалера зовут Александр. Кто и откуда не интересовался, но по азербайджански разговаривает свободно, наверное долго жил у нас в республике. Заметил, что с министром обороны он общается свободно, как со старым знакомым. Вроде бы, служил вместе с отцом, но точно не знаю. Чем тебя он заинтересовал?

— Наглый и подозрительный тип рядом с моей девочкой. Что я должна думать? Просто обязана обратить на него внимание. Дочка всего месяц в Москве, ничего здесь не знает и не понимает, всю жизнь прожила с бабушкой и дедушкой в Баку.

— Почему наглый? Приличный культурный молодой человек. Кажется, ты зря паникуешь.

— Ничего не зря. Он единственный, кто не потрудился похлопать после моего выступления! Ты видел бы, какое у него выражение лица было, словно он концерт балалаечников смотрел и чуть не уснул. И Лале наговорил что-то нехорошее, настроение испортил, я же вижу, она замкнулась.

— Любящая мать в тебе проснулась. Ирина-джан, душа моя, девочке уже семнадцать, не надо над ней трястись, она умненькая, сама разберётся. Александр — культурный молодой человек, студент из МИЭМ, ничего странного за ним не замечал.

— Да?! Ты обратил внимание, какой на нем костюм? Вы мужики этого не замечаете, а мы женщины сразу видим. Такой костюм больше годовой зарплаты инженера стоит! А ботинки? Они же дороже твоих!

— Они немецкие, «Саламандра», — с подозрением народный артист посмотрел на свои мокасины, как на предателей, и, словно оправдываясь, уточнил. — Им сносу нет.

— Какой у него запах обратил внимание?

— Что с запахом? — не на шутку испугался хозяин вечера. — Анашу курит?

— Если бы! Это «Фаренгейт» — его ни с чем не спутаешь. Такой аромат могут позволить себе дипломаты из МИДа, но никак не студент, приехавший из провинции.

— Муслим, наконец-то, приехал, — народный артист облегченно выдохнул и поспешил навстречу дорогому гостю. Разговор ему определённо не понравился.

Глава 34

— Здравствуйте, Егор Кузьмич. Сержант Морозов по вашему приказанию прибыл. Надеюсь, ничего серьезного не случилось? Очередной заговор сейчас явно лишний.

— Всё шутишь? Проходи, садись. Разговор будет долгим.

— Значит, снова проблемы. К бабке не ходи, угадал.

— Можно подумать, что их когда-нибудь не было? Вся наши жизнь — одна сплошная борьба. То с урожаем, то с оппозицией, то с Западом, то со своим прошлым воюем. Нет, видимо, у нас другой судьбы. Как ты и предупреждал, начались серьезные проблемы на венгерско-австрийской границе. Западные «голоса» сообщают, что министры иностранных дел Венгрии и Австрии совместно провели символическую церемонию разрушения пограничных ворот. После чего проход был открыт в обе стороны в течение нескольких часов. За это время около двух сотен граждан ГДР сбежали на Запад, венгерские пограничники им никак не препятствовали. Это то, о чем ты докладывал раньше?

— Судя по всему, да. «Европейский пикник» — так назовут эти события в моем времени. По датам примерно совпадает, только количество перебежчиков вроде бы чуть меньше сейчас. Но точно не скажу. После нашей статьи о жутком будущем после объединении Германии так и должно быть — желающих заметно уменьшилось. Впрочем, скорее всего, там самые упёртые диссиденты из идейных, из «грантоедов».

— Мы тоже так считаем. Поэтому задачи предотвратить не ставили, чтобы не раздувать скандал. Откатить процесс мы не сможем, по твоим словам?

В голосе генерального секретаря отчетливо проступили нотки обреченности, тяжело ему, наверное, смириться с неизбежностью распада социалистического лагеря. Даже послезнание не всегда помогает, некоторые процессы идут по инерции, запущенные десятилетиями назад и остановить их невозможно. Либо цена такой остановки слишком высока.

— Егор Кузьмич, можно я одну мысль скажу, только вы не обижайтесь, если она покажется откровенно бредовой.

— Валяй, чего уж там. От тебя такого наслушался, что удивляться поздно.

— Не буду философствовать и долго объяснять. Если удар противника слишком силён, и нет шансов его отразить без серьезных потерь, то надо обратить силу врага в свою пользу. В дзю-до есть такой принцип: используя силу врага, пропусти его атаку, придай дополнительное ускорение — противник тут же провалится.

— Это называется: «Не буду философствовать»?

— Совсем чуть-чуть. Только чтобы, обозначить как система работает. С «Европейским пикником» мы поделать ничего не можем, сейчас не 1956 год. Кстати, обратите внимание, что венгры начали бузить и рваться на Запад раньше всех остальных, до ввода войск в Чехословакию ещё двенадцать лет оставалось, до польской «Солидарности» — почти четверть века. Сделаем зарубку в памяти — это важно.

— Если хочешь пересказать учебник истории, то сейчас не время и не место. Переходи к делу, у нас сегодня ещё много других вопросов.

— Прощу прощения, придётся ещё немного углубиться в историю и даже в географию. Трогательное единение двух министров имеет более глубокие корни, чем нам кажется. Формально эти две страны не имеют ничего общего, кроме кусочка границы. У любителей Венской оперы — капитализм, у соседей — якобы социализм. Но мы-то знаем, что это ни насколько не помешало объединению Германии в моем будущем, тем более, что Венгрия стремительно скатывается к махровому капитализму. И если мы посмотрим на карту Европы накануне Первой Мировой войны, то обнаружим, что тогда это была одна страна — империя Габсбургов.

— Забавно. Кажется, начинаю подозревать, куда ты клонишь. Очередной сумасшедший заскок?

— Правильно все понимаете. Если в нашей реальности не будет Единой Германии, то никто нам не мешает воссоздать единую Австро-Венгрию.

— В твоём мире её не было? — вкрадчиво поинтересовался Егор Кузьмич, намекая, что мои фантазии и послезнание — вещи разные по стоимости.

— Не было. Зато там существовала Венгрия — член Североатлантического блока. Если честно, то конечный результат для нас не важен. Не получится у Вены с восточным протекторатом — это их проблемы, в любом случае образуется самостоятельный центр силы, дыра в самом подбрюшье антисоветской Европы. Нам надо лишь аккуратно намекнуть, забросить мысль. Пусть австрийцы тоже помечтают об имперском величии. А там или падишах сдохнет или осел говорящий. Как в той притче. При отсутствии объединённой Германии такой подарок намертво похоронит идею Евросоюза. Опять же, нейтральная Венгрия вне блока НАТО — это очень важно. Элементарная география — этим странным геополитическим объединением двух стран мы отрезаем всю южную Европу от немцев и прочих бриттов. Польша оказывается в кольце наших союзников и нейтралов — как в объятиях удава.

— М-да. Идея безумная, но…

— Забываем про «но», это же чистая беспроигрышная лотерея. В любом случае прибыль оказывается у нас. Венгрию мы так и так теряем, поэтому лучше отпустить их по-хорошему. Для убедительности можно откат взять деньгами, а лучше — инвестициями и технологиями. Австрия только на карте крошечная, банковская сфера и промышленность у них очень развитые, несколько крупных транснациональных корпораций с миллиардными оборотами по всему миру. Особенно интересна австрийская химическая промышленность.

— Гм. И кто этим займётся? Товарищ Фалин не может вести сложные закрытые переговоры, он официальный глава МИД, всегда на виду. Придётся посвящать в детали нового человека. Есть достойные кандидатуры на примете? С учетом «послезнания», как ты выражаешься.

— Можно подумать?

Думал я долго, минут десять, все это время товарищ Лигачев терпеливо ждал, просматривая заодно какие-то документы.

— Сергей Викторович Лавров. Бессменный глава МИД в моей реальности зарекомендовал себя, как профессиональный дипломат. Но есть одно «но» — понятия не имею, где он сейчас трудится, и сколько времени потребуется, чтобы разыскать его и ввести в курс дела. С большой вероятностью он может сейчас где-то за границей. Нам же надо выходить с австрийцами на контакт в ближайшие дни, пока ситуация не пошла вразнос.

Вместо ответа Егор Кузьмич поднял телефонную трубку и попросил секретаря срочно найти сведения о работнике МИД с указанной фамилией. Пока же предложил попить чаю в ожидании ответа. Через четверть часа телефон тихонько звякнул, пришла информация, что Лавров В.С. находится в Нью-Йорке, числится там советником Представителя при ООН.

— Не получится. Советник при ООН — недостаточный ранг, чтобы вести закулисные переговоры. Не воспримут его всерьёз, слишком мелкая фигура, — окончательно добил мое наивное предложение товарищ Лигачев.

— Все равно, отзывайте домой. Такими кадрами нельзя разбрасываться. Пока же предлагаю другого кандидата. Евгений Максимович Примаков — вот, кто нам нужен!

— Гм. Директор Института мировой экономики и международных отношений? Почему он?

— При всём богатстве выбора — других кадров у меня для нас нет. Так кажется, говорил товарищ Сталин в одной телевизионной рекламе. Среди всех советских политических тяжеловесов, имеющих авторитет во внешнем мире, это единственный, кто мне более или менее известен.

Лигачеву мой выбор не слишком понравился. Его понять можно: Примакова никак нельзя назвать союзником нынешней власти, скорее, он ставленник Горбачева, вдобавок, слишком независимая фигура, имеющая обширные и не всегда ясные личные связи за границей.

Но все оказалось ещё хуже, чем я думал.

— Примаков — человек Пивовранова, — огорошил меня сенсационной новостью добрый дедушка-генсек.

На этом моменте я немного завис, связываться со зловещей фигурой легендарного генерала госбезопасности категорически не хотелось, тем более, лично светиться.

— Может, и к лучшему. Мы с ними договорились о «нейтралитете», и пример реального сотрудничества укрепит эту договоренность.

— Чему быть — тому не миновать. Не будем дело откладывать в долгий ящик, прямо сейчас пригласим товарища Примакова. Мы же пока отобедаем. Надеюсь, не откажешься составить компанию старику?

Ждать пришлось более двух часов, так что мы успели не только отведать даров «кремлевской кухни на выезде», но и обсудить множество самых разных вопросов, до которых в обычной обстановке руки не доходили поговорить. Похоже, Лигачев начал находить какой-то интерес или даже удовлетворение от общения со мной, чего ранее не замечалось. Его интересовало буквально все: от мелочей повседневного быта двадцать первого века, до идеологии и общественных отношений в России будущего.

Забавно, но некоторые мои мысли и предложения, которые ранее воспринимались в штыки с категорическим неприятием, теперь сам генсек озвучивал, как свои собственные, творчески их переработав — видимо, немало времени потратил на их обдумывание. Правда, все это подавалось под странным соусом из цитат основоположников марксизма-ленинизма, и опираясь на теорию классовой борьбы, но, тем не менее, прогресс радовал.

— В планах на ближайшую пятилетку правительство решило заложить увеличение торговых площадей на четверть от нынешнего уровня. Думаю, это ослабит проблему дефицита и тотального «блата». Хотя заполнить прилавки — ещё та задача.

— Этого мало, Егор Кузьмич. За двадцать последующих лет количество торговых точек в России увеличилось в десять-двадцать раз. Конечно, это уже явный перебор, но удвоить или утроить количество магазинов жизненно необходимо. Иначе мы никогда не избавимся от гигантских очередей, а значит и от низовой тотальной коррупции в торговле с её пресловутым «блатом». Обязательно нужно развивать сеть станций технического обслуживания и ремонта автомобилей — причём не просто в разы, а на порядок нарастить их число! Иначе это будет ядовитая криминальная клоака на десятилетия. В стране миллионы частных автомобилей, а запчастей к ним днём с огнём не найти! Вы знаете, почему так популярна «Волга», пусть даже подержанная десятилетняя? Потому что ворованные запчасти в любом таксопарке достать можно, с «Москвичей» или «Жигулями» намного сложнее, некоторые детали на станции СТО по полгода ждать надо.

— Развивать сферу услуг в ущерб остальной экономике — недальновидно и опасно. Во главу угла должно быть поставлено производство средств производства, а не средств потребления! — выдал гениальную до абсурдности цитату товарищ Лигачев. Наверняка целиком утянутую с материалов какого-нибудь съезда, а может даже с двух съездов сразу. — Советская власть опирается на трудящегося человека: на крестьянина и рабочего в первую очередь. Увеличивая торговлю и сферу услуг мы размываем идеологический базис социализма!

После этих слов мне захотелось с разгону убиться «ап стену», и лишь железная выдержка и самообладание позволили избежать производственной травмы и ушиба всего организма.

— Через тридцать лет в сельском хозяйстве России будет трудиться всего четыре процента населения, при этом РФ ещё и мировым лидером станет по экспорту зерна, подсолнечника и многого другого. В промышленности развитых стран не более пяти-десяти процентов работников останется. Какая наф… опора? Смысл плакать о волосах, потерявши голову? Наоборот, требуется обеспечить работой самую социально незащищенную часть общества — женщину без высшего образования.

Беседа тут же свернула на проблемы сельского хозяйства. Обычно мои рассказы о будущем времени вызывали у нынешнего Генерального секретаря плохо скрываемое злорадное удовлетворение. Видимо, профуканные потомками полимеры ложились бальзамом на его сердце, доказывали преимущества социализма в сравнении с рыночным капитализмом. Лишь успехи сельского хозяйства буржуйской России никак не укладывались в построенную им систему взглядов.

— Как так? — удивлялся он. — Тракторов и комбайнов почти не выпускают, деревня вымирает, в сельском хозяйстве втрое меньше людей осталось, а зерном весь мир завалили?! Неужели такой прогресс в технике?

— Будете смеяться, но и через четверть века основной парк комбайнов в Российской Федерации — это «Дон-1500» от Ростсельмаша. Модернизированные, с кондиционерами, но все той же серии. Хотя были, конечно, и более современные модели, и даже импортные.

Егора Кузьмича чуть удар не хватил после этих слов. Ведь комбайны Дон-1500 выпускались в СССР с 1987 года, и это ставило жирный крест на всех его умопостроениях. При этом в РФ парк тракторов и комбайнов был примерно в шесть раз меньше, чем в РСФСР на 1989 год, а урожай зерновых почти одинаковый.

— Товарищ Хрущев начудил, а мы расхлебываем. Нельзя было ликвидировать МТС — машинно-технические станции. Обслуживать и ремонтировать технику должны профессионалы, а не сами колхозники. Чего далеко за примерами ходить. У моего дяди, председателя колхоза, в страду лишь четверть всех комбайнов в поле выходит, остальные канибализируют, разбирают на донорские органы, чтобы отремонтировать работающую технику. Иначе никак: запчасти приходится ждать по три месяца, урожай к тому времени собирать будет поздно. Вот, и получается, что на бумаге у нас сотни тысяч комбайнов, а в поле лишь каждый пятый выйти может. И принципиально эту ситуацию исправить невозможно, нужно передать всю технику в МТС, которые будут обслуживать сразу десятки колхозов. Тогда нам не нужно будет клепать сотни тысяч комбайнов в год — экономия фантастическая. Вместо количества лучше повысим качество советской техники, чтобы не ломалась с гарантией в первый месяц работы.

На этот раз товарищ Лигачев спорить не стал, наоборот, записал эту мысль в ежедневник и даже подчеркнул красным карандашом.

— Завтра прилетает с визитом Менгисту Хайле Мариам, — неожиданно сменил тему Егор Кузьмич. Видя мое полное непонимание сути вопроса, добавил. — Президент Эфиопии.

— Помню такого, но я тут при чем?

— Понимаешь ли, твоя схема по «сепарации» союзников, разделению на истинных и «прикидывающихся», как ты выразился ранее, не до конца сработала. С теми, кто предал нас и признал путчистов — все понятно. Те, кто поумнее — уже пытаются искупить вину, остальные — получат по заслугам. Кубинцы, вьетнамцы и другие товарищи, проявившие стойкость — имеют право на льготы и помощь. Однако, некоторые страны никак себя не проявили, и теперь встал вопрос — с ними как быть? Эфиопия — классический пример такой ситуации.

— С Менгисту Хайле Мариам все понятно. Этот предаст и глазом не моргнёт, и если память мне не изменяет, ему не протянуть и пары лет без наших советников и инструкторов. В моей реальности он сбежал в Зимбабве через два или три года, перед этим отказавшись от социализма. Подозреваю, что предать он не успел исключительно из-за медлительности и некомпетентности советников. Пока они разбирались, что да как — путч закончился.

— Да, помню твой отчёт. Именно в Эфиопии, по твоим словам, в конце девяностых столкнулись Су-27 и Миг-29, с катастрофическими потерями для мигов. Неужели Гражданская война продолжится так долго?

— Берите выше — война и через тридцать лет в этих краях не до конца закончится.

Егор Кузьмич предложил мне ознакомиться с аналитической запиской к предстоящей встрече и высказать своё мнение. Судя по хитрому и довольному выражению лица, самому товарищу Лигачеву до смертной скуки не хотелось вникать в эту африканскую хрень, и он с радостью спихнул это счастье на мои плечи.

М-да. Аппетиты у товарища Менгисту Хайле Мариам людоедские: тут и поставки военной техники, и продовольствие требуется в связи с очередной засухой и неурожаем. Плюс кредит будет клянчить и отсрочку по старым долгам. Ничего интересного не узнал, кроме того, что на стороне законного правительства воюют летчики из Чехословакии, и их сейчас требуют вернуть на родину в связи с новыми демократическими веяниями в Праге. Для их замены требуется пополнение из советских военнослужащих, вдобавок к, и так не малому, контингенту наших «советников».

Вторая часть была посвящена Мирному договору между Сомали и Эфиопией. Его я читать не стал. Ибо по степени маразма эфиопско-сомалийско-советские отношения не знают равных в истории человечества. СССР в 1960-х годах помогал обеим странам, как «вставшим на путь социализма». В качестве этой помощи он поставил сомалийцам оружия на миллиард долларов (в ценах 2010-х годов это десятки миллиардов). Младшие братья по социализму, получив в подарок это вооружение, не придумали ничего лучше, как напасть на соседей, таких же «строителей социализма». СССР пришлось срочно поставлять танки, орудия и самолеты уже Эфиопии на такие же гигантские суммы. К концу 1980-х товарищ Менгисту вроде бы уже победил «сомалийских ренегатов», но тут уже внутри самой Эфиопии начался раздрай и гражданская война, щедро спонсируемая Западом. В результате страна раскололась на две части и появилась независимая Эритрея. В то же время, соседи тоже стремительно скатываются к распаду и готовятся превратиться в Сомалиленд.

К аналитической справке была приложена карта региона, и она меня заинтересовала гораздо больше. Причем не Западная Африка, а то что севернее, на другом берегу Красного моря. К своему удивлению я обнаружил на ней надпись: Народная Демократическая Республика Йемен. О чем с восторгом и сообщил товарищу Лигачеву.

— Йемен ещё не объединился? Так и разделён на две части: северную и южную?

Генеральный секретарь ЦК КПСС задумчиво посмотрел на меня и напомнил, что мы вообще-то про Эфиопию говорили.

— Да ну её нафиг, эту Африку, тут такая красивая конфигурация нарисовалась, у меня уже слюнки текут от предвкушения, — после чего торжественно ткнул в карту наполеоновским жестом. — Здесь будет наша военно-морская база. Остров Сокотра! Прямо на выходе из Аденского залива и Красного моря. По сути это полный контроль над всем нефтяным трафиком, идущим через Суэцкий канал, да и Ормузский пролив будет в пределах досягаемости нашей авиации. Этот остров относится к Южному Йемену, НДРЙ, и там правят социалисты, наши друзья и союзники.

Мою гениальную идею товарищ Лигачев воспринял скептически, видимо ещё не отошёл от шока с реинкарнацией Австро-Венгрии.

— Выбиваемся из образа. Мы же армию сокращаем, военные расходы режем, поставки вооружений по всему миру уменьшаем в разы. И тут такое? Вся наша конспирация коту под хвост, американцы сразу раскусят наши намерения.

— Ничего подобного! Мы будем строить не военно-морскую базу, а тропический курорт для советских граждан! В связи с временной утерей грузинских здравниц — этот вопрос чрезвычайно актуален. И первым делом для этого нужен будет аэропорт и морской порт для круизных лайнеров. Если позже выяснится, что аэродром может принимать и военные самолёты — то кто ж знал, что так получится. С акваторией тоже самое. Два-три года в запасе у нас есть, а там и сомалийские пираты появятся, мы тут же заявим, что охранять отдых советских граждан на курортах — прямая обязанность государства.

— Похлеще империи Габсбургов, — обреченно махнул рукой шеф, признавая, что спорить у него нет ни сил, ни желания.

Глава 35

— Все в сборе, можно начинать.

Кроме господина Примакова появился ещё и товарищ Фалин Валентин Михайлович, глава МИДа, причём не один, а с помощником-референтом.

Евгений Максимович явно чувствовал себя не в своей тарелке, но крепился и виду не подавал, что его как-то волнует внезапное приглашение на ковёр к главе советского государства, да ещё не в Кремль и не на Старую площадь в ЦК, а почему-то в здание Управления какого-то главка Минсвязи СССР, чуть ли не на окраине Москвы. Ещё больше его смущал странный состав участников встречи, но опытный политик, переживший пяток генсеков, такими вещами не заморачивался и просто терпеливо ждал, когда объяснят зачем его вызвали.

— Раз товарищ Морозов здесь — нас опять ждёт нечто оригинальное и необычное, — весело поздоровался со мной за руку глава МИДа.

Примаков озадаченно приподнял бровь и посмотрел на меня, видимо осознал, что я — не случайный предмет мебели и даже не секретарь, ответственный за температуру кофе в чашках.

— Товарищ Морозов из ЦК ВЛКСМ, нас сегодня порадует и даже немного удивит, можете не сомневаться, — усмехнулся Лигачев, и обращаясь ко мне, предложил «ввести товарищей в курс дела».

За десять минут я подробно и в красках изложил идею зарубежного курорта для советских граждан. Тропический рай для трудящихся, практически в тёплом экваториальном климате с изобилием фруктов и чистейшими пляжами Индийского океана. Прекрасная замена для Сухуми и Батуми, не говоря уже о Крыме, не способных обслужить более трёх миллионов человек в год. Даже концепцию «все включено» успел расписать, чем изрядно повеселил слушателей. Лишь Примаков никак не отреагировал, настороженно и задумчиво выслушал мою идею. Зато Егор Кузьмич развеселился, услышав предложение бесплатного алкоголя, включённого в стоимость путевки. По его искреннему убеждению — остановить советского мужика в потреблении халявного пойла — задача невыполнимая.

В ответ была предложена карательная мера воспитания для дебоширов и алкоголиков: немедленная депортация и запрет на посещение острова Сокотра в течение пяти лет.

— Далековато-то получается, — засомневался товарищ Фалин. — Это сколько часов лететь от Москвы? Пять или шесть?

— Смотря на чем! У нас есть прекрасный сверхзвуковой Ту-144. Да, я в курсе, что программа заморожена и он больше не выпускаются. Однако «Конкорд» прекрасно летает через океан, чем мы хуже? Как я понимаю, главная причина, кроме технических недоделок — на малых расстояниях он не рентабельный, так дадим ему второй шанс на жизнь. Тогда время полёта сократится до двух-трёх часов.

Идея оказалась неожиданной для всех, включая генерального секретаря. Что не удивительно — меня самого она посетила за несколько минут до выступления.

— Для Ту-144 потребуется очень длинная взлетно-посадочная полоса. Придётся строить аэропорт с нуля, местный явно для этого не подойдёт, — задумчиво посмотрел на меня Лигачев.

— В чем проблема? За два года построим, за это время туполевцы устранят недостатки в конструкции авиалайнера и наладят серийный выпуск советских «Конкордов». Да и сами санатории, бассейны, пляжи тоже ещё надо построить, персонал завести, обучить и снабжение организовать.

— Технические детали уточним в рабочем порядке. Перейдём к главному вопросу. Товарищ Примаков, мы посовещались и решили. Поручить вам провести переговоры с правительством Йеменской Народной республики на предмет заключения договора аренда острова Сокотра. Товарищ Фалин и МИД окажет вам всю возможную помощь. Вы же у нас один из лучших специалистов по Ближнему Востоку. Справитесь?

Дальше началось не слишком интересное обсуждение дипломатических и организационных вопросов, так что я чуть не уснул от скуки. Лишь уважение к статусу Генерального Секретаря ЦК КПСС не позволило этого сделать. К слову говоря, Лигачев формально глава партии, а не государства, а пост Председателя Верховного Совета СССР временно занимает товарищ Павлов. Странная конструкция, честно говоря, ну да ладно — со своим самоваром в чужой монастырь не ходят.

Мысли мои в это время блуждали вокруг персоны Евгения Максимовича. Не ошибся ли я, сделав ставку на него? Очень сложная и неоднозначная фигура. Протеже того самого Пивовранова, зловещего кардинала Коминтерна, оного из идейных отцов и Горбачева и Перестройки. Впрочем, он же стоял за спиной Андропова, либо активно поддерживал его — поди разберись, какие у них отношения были.

С другой стороны, чего я ожидал? Пивовранов сейчас глава Торгово-Промышленной палаты СССР, и в моем будущем Примаков занимал аналогичную должность, только в двадцать первом веке и в РФ. Очевидно, должность эта знаковая, и особенная. Именно по этой линии идут все неформальные переговоры по международным вопросам. Есть ещё спецслужбы, но у них более узкая и специфичная сфера интересов.

То, что Евгений Максимович связан с западными элитами напрямую, через личные знакомства — к гадалке не ходи. С другой стороны, именно он спас в девяностые от уничтожении Службу Внешней разведки, бывшее ПГУ КГБ. Хотя, если судить по воспоминаниям офицеров разведки, он так и остался чужаком для них, и отношение к нему было аккуратно-осторожным. Опять же, при всей неоднозначности его фигуры, он, будучи премьером, вытащил страну после дефолта 1998 года — пройдя буквально по краю пропасти.

Так что личность это загадочная и непонятная. Если добавить факт, известный мне из достоверных источников, близких к «королю паленой водки» главе Ингушетии Аушеву, то именно Примаков покровительствовал ему в своё время, впрочем, как и другим национальным лидерам республик, вроде Илюмжинова и Шаймиева. Но тут следует сделать оговорку, что фраза «Скажи мне кто твой друг, и я скажу, кто ты!» — в политике не работает. В современном мире нет ни друзей, ни постоянных союзников. За очень редким исключением, поэтому часто приходится сотрудничать с теми, кто тебе глубоко не симпатичен. Помню, знакомый областной прокурор — единственный порядочный человек в своей системе, да и тот если честно — свинья. Впрочем, я отвлёкся, а разговор об аренде острова у Йемена закончился. Сошлись на цифре — 49 лет. Дальше загадывать бессмысленно. Я не выдержал, встрял в обсуждение, и предложил устроить там заодно небольшой офшор для нужд «партии и правительства». К сожалению, был не понят и вежливо отправлен обратно в угол, в своё уютное кресло.

Евгений Максимович как-то подозрительно и недоуменно посмотрел на меня, но так ничего не разглядев, потерял интерес. Наверное, его удивила неслыханная наглость молодого выскочки, дающего советы, астрономического масштаба и такого же размера глупости, руководству страны.

В этот момент товарищ Лигачев наконец озвучил главный вопрос повестки дня. Гробовое молчание воцарило за столом: бойцы дипломатического фронта ошарашено переваривали новость о появлении в этой реальности Австро-Венгрии. Егор Кузьмич лишь довольно ухмылялся, наслаждаясь произведённым эффектом.

— Твоя работа? Нутром чую, — неожиданно повернулся в мою сторону глава МИДа. — Можешь не отвечать, и так все ясно. Если появился гражданин Морозов — жди беды. Снова твои компьютерные штучки с прогнозами?

— Да ладно вам, товарищ Фалин. Я не я и корова не моя. Вечно вы на меня наговариваете. Но если вам так сильно хочется, то через пару лет мы обязательно сделаем компьютерную игрушку-стратегию «Покорение Европы». Можно будет даже за Австро-Венгрию поиграть против Италии-Абиссинии.

— Хватит зубоскалить, товарищ Морозов. Обсуждается серьезный вопрос о будущем Восточной Европы. Поступило предложение доверить проведение кулуарных тайных переговоров с Веной товарищу Примакову. Мы согласны на «австрийский план Маршалла» для Венгрии и неформальный переход Венгрии под протекторат Австрии. При нейтральном внеблоковом статусе.

Евгений Максимович потрясено молчал. Именно так наверное и выглядит когнитивный диссонанс в натуральную величину. Привычный уклад мира только что рухнул прямо у него на глазах.

Дальше снова начались нудные и тягучие разговоры о процедуре, форме и условиях будущего соглашения, абсолютно не интересные, с сильным усыпляющим эффектом. Лишь через полтора часа пришло время для моего последнего выступления, к тому моменту я уже стал волноваться — не забыл ли случайно Лигачев о нашем плане. Но нет — не забыл. Пришёл тот час, который я так долго ждал.

— Последний вопрос на сегодня. Вам слово, Александр. Только не долго, уже вечереет.

— У нас тут намечается годовщина высадки американцев на Луну, — радушно улыбнулся я, демонстрируя небывалое воодушевление и энтузиазм.

Товарищ Примаков мгновенно насторожился и напрягся, все-таки интуиция у него работает, да и богатый политический опыт сказывается. Егор Кузьмич промолчал, зловеще сверкнул глазами, тщательно скрывая радостное предвкушение цирка.

— По забавному совпадению, именно венгерская газета «Непсабадшаг» — «Народная свобода» месяц назад опубликовала сенсационный материал о том, что советские военные в 1971 году передали американцам спускаемую капсулу космического корабля «Аполлон», сопроводив фотографиями погрузки аппарата в порту Мурманска на борт крейсера ВМС США.

— И что вы предлагаете, товарищ Морозов? — вкрадчиво поинтересовался Лигачев, прекрасно зная, что именно я отвечу.

Мне даже немного жалко стало Примакова, он мрачнел с каждой минутой, понимая, в какую ловушку попал. Он выполнил просьбу заокеанских «партнеров» и вполне возможно успел получить ответную услугу, так сказать, «бартер». После чего благополучно посчитал вопрос закрытым, а тут такая приятная неожиданность — материалы не просто снова подняли, отряхнули от пыли, но и решили раскрутить тему на самом высоком уровне.

Причём я далёк от вульгарного понимания такого «бартера», как подкупа или взятки. Скорее всего, взамен оказана услуга по продвижению какого-нибудь проекта или пролоббирована нужная инициатива в одной из международных организаций. Денег в таких ситуациях не предлагают — это моветон, а вот поспособствовать закупке подсанкционных товаров или закрыть глаза на поставки в одну из неспокойных стран в обход эмбарго — это в порядке вещей. Практика распространённая с незапамятных времён Сталина и Арманда Хаммера, поставляющего станки и оборудование в обмен на царское золото и предметы искусства. Реальная политика и идеология часто существуют в параллельных Вселенных. Так что в действиях товарища Примакова нет никаких признаков госизмены — это обычные отношения спецслужб и деятелей Коминтерна.

Однако, делать политический гешефт на «Лунной Афере» и не делиться со мной? Этого я никак не мог допустить. В данном случае мой интерес и государственный — это синонимы. Поэтому я вцепился в Примакова, как бульдог на ринге, к вящему удовольствию генерального секретаря, наблюдающего за мастер-классом по выбиванию долгов. Евгений Максимович вяло сопротивлялся, очевидно не ожидал такого напора и шквала аргументов, в основном сводил разговор, на то, что СССР признал результаты Лунной гонки, и забирать свои слова обратно — не слишком прилично. Наивный романтизм. Плевать хотели американцы на приличия, когда это им выгодно — чем мы хуже? Брежнев признал Лунную аферу — пусть с него и спрашивают, мы же свободные от всех обязательств.

Однако, Евгений Максимович оказался твёрдым орешком, и так просто сдаваться не собирался. Он достаточно легко согласился, что надо создать специальную комиссию — пусть они, мол, и сделают заключение, был полет на Луну или нет, пилотируемый или частично инсценированный. Но меня такое развитие событий абсолютно не устроило. Ученые мужи такой ерундой заниматься не будут, слепят кучу формальных отписок, а ненавязчиво подсказать, что именно и как надо написать — это раз плюнуть. Все они люди и каждый индивидуально никак не защищён, тот же генерал госбезопасности Пивовранов любой нужный результат организует не выходя из своего кабинета, а ученые мужи возьмут под козырек и напишут все, что требуется. Вдобавок, эта экспертная бодяга затянется на полгода — не меньше.

— Предлагаю послать автоматическую станцию, которая сфотографирует место высадки американцев на Луну. Ничего сложного нет — это технологии шестидесятых годов. В следующем 1990 году мы точно будем знать: были они там или тупо наврали.

Между прочим, эта простая и гениальная мысль могла бы посетить хоть кого-нибудь в моем будущем. И даже вроде бы кого-то посетила, но за полвека так никто и не сделал качественных фотографий места посадки, лишь какие-то мутные фотки с отвратительным разрешением, на которых рассмотреть лунные модули можно лишь обладая богатой фантазией. Чудеса да и только. Полное ощущение, что фотографическая аппаратура за полвека изрядно деградировала. Либо кто-то настоящие фотографии выгодно продал НАСА. И скорее всего, это и было истинной целью таких миссий. Опять же, чем мы хуже? Только мы будем умнее, продадим угрозу полёта за фотографиями — это и быстрее и себестоимость нулевая.

— Если советский зонд подтвердит, что американцы высадились на спутник Земли? Что тогда? — решил уточнить глава МИДа, осторожный и предусмотрительный, как и всякий дипломат.

— Советский спутник снимет, то что партия и правительство прикажут, — загадочно намекнул я на тонкие обстоятельства, исключающие такой сценарий. — В крайнем случае, он сломается в нужный момент или пленка засветится.

— К чему этот весь цирк, товарищ Морозов? — не выдержал и вспылил Примаков, которому надоело это откровенное издевательство над здравым смыслом и ним лично. Тем более исходящее от какого-то молодого наглого сопляка.

— Мы отказываемся от полёта автоматического зонда на Луну, США соглашаются на «Австрийский вариант» и ни в чем не мешают нам. Сможете довести это предложение до наших заокеанских партнёров? В конце-концов, это мы теряем одну из стран Варшавского блока. Сбудется у госдеповских голубая мечта без малейших усилий с их стороны. Весьма щедрое предложение с нашей стороны.

Глава 36

Прошедшая в ресторане «Баку» встреча с суперзвездой советской эстрады оставила двойственное, если не тройственное впечатление.

Первое и самое главное: разочарование. Нас с Маргаритой даже успели представить мэтру, в этом претензий к Поладу Бюль-Бюль-оглы нет никаких — своё обещание он выполнил полностью, но церемония знакомства была настолько коротка в порядке живой очереди, что боюсь, Муслим не то, что наши имена — лица не запомнил, хотя для пущего эффекта я поприветствовал его на родном азербайджанском языке. Магомаев выглядел сильно уставшим и измученным, весь вечер много курил, единственный в зале, к еде так и не притронулся, бокал с вином перед ним на столе так и остался полным.

Поскольку сидели мы на другом конце стола, то пообщаться с легендой советской эстрады шансов не было вообще. Но сказать, что весь вечер прошёл неинтересно — погрешить против истины! Как я и предполагал, главной фишкой торжественного заседания, кроме употребления шашлыка, люля и дефицитной «Фанты», почему-то подаваемой на стол в хрустальных графинах(!?), стали мои друзья-мейханщики. Все же, не каждый день на Центральном телевидение, в «Утренней почте» появляются исполнители из Азербайджана. Кстати, попробовал «Фанту» из графина, и вынужден был признать, что по вкусу она — настоящая! Впрочем, растворимые гадости до СССР ещё не добрались и поэтому напитки типа «Юпи» ещё большая редкость, чем оригинал.

Угадал я правильно, но при этом ошибся в главном — вот такой парадокс. Вовсе не их творчество интересовало московскую диаспору в первую очередь, просто все ждали появления Муслима Магомаева и не переходили к главной теме вечера. Народ жаждал историй о… старце Исмаиле! Кто о нем расскажет лучше, как не коренные жители Ленинорана?

— Твою-ж дивизию, — оказывается слухи о великом предсказателе докатились до Москвы, точнее до азербайджанской диаспоры, информационно близко связанной с исторической родиной.

Шок быстро сменился удивлением, а затем перешёл в дикое ржание, тщательно скрываемое под неодобрительным и строгим взглядом Маргариты. Ибо слушать «„сказки венского леса“ в пересказе Рабиновича» без истеричного смеха стало невозможно.

Одна история об «исцеляющей папахе» Старца, хранящейся ныне в музее Ленинорана чего стоит. К слову, музей в городе всего один, посвящён он музыканту и композитору Магомаеву (дедушке нынешнего), и получилось вдвойне забавно. Впрочем, местная публика восприняла историю о волшебном артефакте на полном серьезе. Откуда взялась чудесная овечья шапка, да ещё с якобы исцеляющим эффектом? Оказывается, её передал в музей лично Гейдар Алиев! На этом месте я чуть дар речи не потерял, но поскольку скромно молчал в этот момент, то никто этой потери не заметил. Гейдар Алиевич приехал в Лениноран и лично встретился с дедушкой, от которого и получил артефакт в подарок и в благословение на царство заодно. Причём сам «дед Исмаил» в моем лице об этой встрече ничего не знает.

Что тут можно сказать? Товарищ Алиев — умный и опытный руководитель, сразу оценил пользу новых рекламных технологий и быстро научился ими пользоваться. Наверняка не обошлось без товарища Громова и его помощи, поскольку параллельно всплыла ещё одна сенсация — археологи обнаружили золотые скрижали, где родословная Гейдара Алиевича напрямую выведена от древних персидских царей. Версия не официальная, но вброшена правильно и активно обсуждается в народе. Двух таких совпадений не бывает, из чего я сделал вывод, что дело старца живет и развивается даже без самого дедули. Что впрочем, играет мне на руку. Теперь связь между героем-пограничником и Нострадамусом в овечьей шапке вообще не прослеживается, ведь меня там уже полгода как нет. Спасибо товарищу Громову за заботу и прикрытие. В мое отсутствие старец изрядно разбушевался: дал парочку невнятных интервью в районной газете, вылечил парочку умирающих, по убедительным просьбам колхозников спас урожай, вызвав ливень. Подарил десять тысяч рублей бедному чабану, который пригрел его на ночь, проявив неожиданное пристрастие к круглым цифрам в национальной валюте, Причём все это было проделано где-то «в соседнем районе», но без фамилий и точного адреса.

Чем закончилась финансовая пирамида в Ленинграде, я так и не понял, но ключи от трех белых «Волг» товарищ Алиев лично вручил счастливчикам, причём это были не первый секретарь райкома, и даже не его зять. После чего свежеиспечённый потомок персидских царей сослался на совет от старца и свернул талышское МММ, так и не начав его. Взамен пообещал процветание жителям Ленинорана при помощи республиканского бюджета, без использования магии. При всём моём уважении к дуэту бывшего начальника Особого отдела Каспийской флотилии с первым секретарем республики, не потянули они гениальный план финансовой стрижки местной мафии. Не хватало знаний и опыта наверное, а может товарищ Алиев не захотел стричь сам себя. Все-таки республика его вотчина, и все денежные потоки так или иначе контролируются его кланом.

Когда же начались «предсказания старца» в исполнении братьев Рустамовых о судьбе Карабаха и его возвращении в исконное состояние, то есть в объятия Азербайджана, я не выдержал и сбежал из-за стола, опасаясь, что Ритка вилкой меня ткнёт за невоспитанность, все-таки мы на Магомаева пришли, а не на Петросяна, чтобы так ржать в публичном месте.

— Ритуля, как ты это можешь эту ересь слушать, ведь ты сама там в это время присутствовала? — попробовал я пристыдить свою спутницу, но безуспешно.

От греха подальше я вышел в курилку, где обнаружил своего соседа по столу — директора рынка из Домодедово.

— Рафик Ибрагимович, — напомнил он как его зовут, хотя я и так это помнил, поскольку кроме разливной «Фанты» из графина ничего больше не пил.

Хитрый дяденька сообразил, что раз мы из Ленинорана, и так весело реагируем на то, что лепят братья Рустамовы, то они вешают исключительно развесистую лапшу на уши, а в реальности все было несколько по иному. Поэтому решил выведать альтернативную версию произошедшего у меня лично. Причём его интересовали не чудеса исцеления, а исключительно финансовая схема обогащения, о которой он уже был наслышан, но к сожалению без подробностей. Наивный директор рынка, хоть и звучит, это как оксюморон — но на мне где сядешь, там и слезешь.

— Щаззз! Так тебе и выдал эту информацию, да ещё бесплатно! — примерно так выразился я, после чего сразу поднял авторитет в глазах собеседника на несколько уровней.

Проникнувшись уважением, Рафик Ибрагимович начал расписывать все прелести дружбы с директором рынка, в обмен на сокровенное знание.

— Утром деньги, вечером стулья, — процитировал я классиков, намекая, что в долг информацию не отпускаю. Впрочем, даже с предоплатой не отпускаю, поскольку дефицитные фрукты и мясная вырезка — слишком пошлая и низкая цена за стратегические сведения.

Директор рынка крепко задумался. В его практике это наверное впервые, чтобы его возможностями так откровенно пренебрегли. В глазах Рафика Ибрагимовича зажглось восхищение и даже раболепие, хотя наверное это мне показалось. Разговор, сам собой, перешёл на другие темы, и неожиданно мой собеседник разоткровенничался, точнее я его разговорил. Нет никакого особого секрета в таком фокусе — надо лишь беседовать о том, что человеку интересно и что его волнует. Если же ты разбираешься в теме лучше чем собеседник, то дело техники его разговорить. О чем можно поболтать с директором рынка? Про торговлю конечно же. Не о театре же?

— Бандиты не донимают? — вежливо поинтересовался я, минут через десять, чисто ради поддержания разговора.

Рафик Ибрагимович сначала не собирался откровенничать, но почувствовав, что я «в теме» и глубоко разбираюсь в вопросе, поделился своими печалями. Проблемы Домодедовского рынка и его директора меня мало волновали, но неожиданно в ходе разговора выяснилось, что дело более серьезное, чем кажется. Нет, с самим рынком ничего необычного — две бригады не поделили, кто именно будет доить эту корову. Банально и скучно. Однако прозвучавшие названия банд мне очень сильно не понравились: «ореховские» и «Измайловские».

Почему-то мне казалось, что они позже появились, ближе к распаду СССР. Теперь вдруг выясняется, что они уже вошли в силу и контролируют почти весь теневой оборот столицы. Дальше — больше! Толстячок-директор оказался настоящим кладезем информации. В его понимании, ничего интересного он не сказал — это и так всем известно, кто хоть немного связан с торговлей и сферой услуг. Но для человека из Реутово, озабоченного созданием курортов на островах в Аденском заливе, все это явилось настоящим откровением. Полное ощущение, что я снова в своих родных девяностых оказался. Весь серпентарий в сборе: и солнцевские, и тамбовские, и Люберецкие и Гольяновская ОПГ.

Волосы дыбом встали от осознания, что все они здесь и сейчас существуют и довольно неплохо себя чувствуют.

Глава 37

Интерлюдия

— И вновь в нашей студии необычный гость. Обаятельный и неотразимый, загадочный и непостижимый — Кот Матроскин!

— Здравствуйте, дядя Игорь Николаев. И я очень рад вас видеть. Так же здравствуйте, все наши телезрители!

— С прошлой встречи прошло две недели. Что нового и интересного произошло в твоей жизни, уважаемый Кот? Наверное, снова занят поисками кладов?

— Нахвоста мне новые клады, если старые девать некуда? Баловство это, напрасная трата кото-часов и вычислительных мощностей. Если уж заниматься поиском реликвий, то исключительно для пользы исторической науки. На Алтае не початый край работ. Аркаим отрыли — а остальные города кто искать будет? Там их целая куча зарыта. Была бы моя воля, занялся бы изучением древних человеков из Денисовой пещеры на Урале. Представляете, геном этих людей отличается от человеческого сильнее, чем у неандертальцев. Вдобавок эти древние обитатели Алтая были темнокожими. Всего-то сорок тысяч лет прошло, а загар уже не тот.

— Неожиданно. Кроме археологии и генетики, чем заняты лапы и хвост нашего уважаемого кота? Или правильнее говорить — микросхемы?

— И так и так правильно. Работает ваш кот не покладая лап. Не щадя живота полосатого своего. Сорок четыре часа в сутки.

— Ты хотел сказать: двадцать четыре?

— Во мне реализован режим многозадачности. Почти как Юлий Цезарь я могу решать разные задачи одновременно, только лучше и без ошибок. Поэтому работаю за двоих. Даже сейчас, пока разговариваю с вами, параллельно обсчитываю движение антициклона в районе Баренцева моря.

— Ого! Неужели ты никогда не отдыхаешь?

— Увы. Трудовой кодекс на искусственно разумных на распространяется. Пашу как кот папы Карло на галерах. Если тайком удастся посмотреть «Танковый биатлон» — уже за счастье.

— Танковый — что?

— Биатлон. Вы не ослышались. Такой же как обычный, но вместо лыжников с винтовками — танки Т-72. Точно так же: стрельба по мишеням из орудия и пулемета, штрафной круг при промахе, скоростные участки, преодоление препятствий и эстафета.

— И где же проходит это удивительное соревнование?

— Пока нигде. Лишь математическая модель в моей электронной памяти. Но даже в виртуальном виде смотрится прекрасно. Хочу предложить министру обороны СССР провести биатлон на следующий год. На танковом полигоне в Алабино, например. Пригласить участников из разных стран — эпическое будет зрелище, даю хвост на отсечение — не пожалеете. Обязательно показать по Центральному телевидению чтобы вся страна могла посмотреть.

— Гм. Представляю какой будет конкурс в танковые училища после такого показа!

— Думаю, из стран НАТО танкистов пригласить. Чтобы посоревноваться мирно и спортивно. Но трусливые они, испугаются и не приедут. Да и танки ихние — хлам полный, по бездорожью плохо ездят, тяжелые слишком. Не то что наши котовые.

— Будем ждать танковый биатлон на голубых экранах. Любопытно будет посмотреть. Чем ещё занимается кот учёный в свободное от работы время?

— Всего и не перечесть. Недавно придумал способ, как улучшить человеческий язык не отходя от холодильника.

— И как же?

— Берём в правую руку сардельку. Отправляем в рот и жуём. После того как утолили первый голод, приступаем к делу. Просьба внести реквизит в студию. Не подумайте плохого, на плакате — это не абракадабра и не страшный сон учителя русского языка, это… «лыбки». Или смайлы — так на международном английском называется улыбка. Пиктограммы для эффективной передачи эмоций через письменную речь. Подмигивание, грусть, радость и так далее. Конечно, на выпускном экзамене в школе их использовать не рекомендуется, но через пару лет, когда все люди в СССР станут общаться на расстоянии через компьютеры — такая азбука станет обыденностью.

— Оригинально. Только не очень понятно зачем они нужны? Язык Пушкина и Достоевского и так позволяет передавать все оттенки чувств.

— Позволяет-то позволяет, но для этого требуется целое предложение написать. Здесь же одна пиктограмма передаёт тот же самый смысл. Представьте на секунду, через десять лет у каждого студента будет свой карманный компьютер, размером с калькулятор. Передача данных будет производится при помощи беспроводной радиосвязи. И тогда количество знаков переданных за минуту станет очень важным.

— Уважаемый кот, вы снова неотразимы. Что же, пришла пора прощаться. До новых, ещё более интересных и познавательных встреч, уважаемый господин Матроскин. И завершение программы выступит наш, постоянный уже, гость — певец Сергей Трофимов. Сегодня он впервые исполнит свою новую песню. Которая наверняка станет популярной и любимой у всех зрителей Советского Союза. Прошу, Сергей.

Конец интерлюдии


Сижу, значит, ногой качаю, мыслями в облаках витаю, никого не трогаю, мечтаю об отпуске. Хорошо сейчас на Волге, где-нибудь в низовьях, на островах.

Хочешь загорай, хочешь купайся; фрукты-ягоды в изобилии. Арбузы и дыни настоящие астраханские, ещё не испорченные селекцией, не парниковые, прямо с поля — сахарные, с толстой коркой, с чёрными огромными семечками, похожими на тараканов. Шашлыки из осетрины, с янтарными каплями жира и подкопченными кольцами лука. Представил — аж слюни потекли. И не надо мне напоминать про комсомольскую принципиальность, о которой я рассказывал давеча. Мол, икру чёрную не ем, потому что она браконьерская и совесть не позволяет её кушать ложками из тазика. Причём буквально — в низовьях Волги «чернуху» именно в тазиках на стол ставят, не заморачиваются. Разница между икрой и рыбой принципиальная. Осетровых уничтожают именно из-за драгоценной начинки, а тушку обычно просто выбрасывают. Поэтому «красная рыба» в Нижневолжске стоит дешевле говядины раза в полтора, а на островах для отдыхающих так почти даром. Максимум пол-литра за десятикилограммовую рыбину — все равно выкинут. Уголовный срок для браконьеров по странной прихоти УК считают почему-то по хвостам, а не килограммам. Один хвост — год тюрьмы приблизительно.

Ещё замечательно под водочку идёт уха царская из трёх видов рыбы. Что характерно, для ухи лучше всего использовать севрюгу, для шашлыков — осетра, а икра самая лучшая почему-то из белуги, в моем времени практически исчезнувшая.

Впрочем, все эти гастрономические мечтания ничего не значат, главная и единственная причина — это длительное воздержание, длиной в полтора месяца, что для здорового спортивного двадцатилетнего парня очень серьезная проблема. И острова с фруктовым изобилием мне даром не нужны, но поездка на природу подразумевает веселую компанию из особ противоположного пола. Светик, конечно, ещё тот подарок, кобра в юбке, но с каждым днём воспоминания о ней все теплее и приятнее. Все-таки нас почти четверть века отношений связывают, правда, с небольшими перерывами. Или с большими.

Так что идея провести недельку на тёплых островах в компании со знойной красоткой целиком овладела моими мыслями. Ибо ждать милости от природы, и от отдельных ею представителей, в лице нашей балетмейстерши — напрасная трата времени. Пора признать поражение и смириться с неудачей.

— Помяни ведьму — она и появится, — пришла мне в голову народная мудрость, когда в дверях возник призрак Ирины, которая Викторовна.

Причём очень злого и разъяренного призрака, судя по свирепому выражению на прекрасном личике.

— Убью гада! — первым делом заявила мадам, из чего я сделал вывод, что это вполне материальная гостья. Призраки так не выражаются.

— Что случилось милая? — вежливо поинтересовался я, плавно смещаясь на другую сторону стола, чтобы злобный монстр не дотянулся до меня когтями.

— Ты… ты… мерзавец озабоченный, я никогда не буду петь эту пошлятину! Сейчас же бежишь к Иосифу Давыдовичу и отменяешь выступление!

— Душа моя, лапулечка. Никак не возможно. Это распоряжение Московского горкома комсомола. Нашему ДК оказана великая честь — представлять область на международном фестивале. Поэтому категорически — нет.

— Издеваешься? Давыдыч уже раскололся, что это твои происки, змеёныш. И вообще, как это можно исполнять в приличном месте: «О боже, какой мужчина… Я хочу от тебя сына и дочку, и точку». Жуткая пошлость, ты в своём уме, такое предлагать?

— Ничего ты не понимаешь в колбасных обрезках и в современной эстраде. Этот шлягер порвёт все хит-парады страны. На следующий день ты проснёшься супер-звездой. От поклонников отбоя не будет.

— Хватит мне одного сумасшедшего поклонника. Бегом марш к директору, пока глазки наглые тебе не выцарапала. Отменяй выступление.

— Очень зря. Но у меня есть запасной вариант, ничем не хуже. Берёг для Песня-90, но так и быть дарю тебе. «Это не шутки, мы встретились в маршрутке».

Пришлось изобразить будущий шлягер, но впечатления не произвел. Единственный плюс — Ирина успокоилась и перестала оценивать меня, как объект для кастрации без анестезии.

— Ладно, признаю. Для рок-концерта действительно слишком легкомысленные песенки. Хотя услышать в твоём исполнении «О боже, какой мужчина» — это моя голубая мечта. Тьфу, наоборот, совсем не голубая. Будет тебе шлягер ещё круче. Где тут моя гитара.

Я искала тебя годами долгими
Искала тебя дворами тёмными
В журналах, в кино, среди друзей
В день, когда нашла, с ума сошла.

Резонный вопрос: откуда у меня такой богатый репертуар женских песен?

Объяснение элементарное: в прошлой жизни у меня некоторым образом была дочка, и не одна. Так вот, на шестнадцатилетние младшая выпросила в подарок гитару. И первое, что мы выучили — это песня Земфиры о поиске работы «ночами тёмными». Шутка, не знаю кого она искала, но песня реально сильная и пронзительная. Причём папочке пришлось зубрить аккорды и сбивать пальцы вместе с ученицей, благо Ютуб бесплатен для всех, и найти видео-уроки проще простого. В конечном результате папа выучил почти весь репертуар Земы, дочка через полтора месяца охладела к музыке, а дорогущая гитара отправилась на шкаф, где и пролежала все последующие годы.

Стыдно ли мне заниматься плагиатом? Если честно — не слишком. Совесть моя чиста, как самогон — в этой реальности певица Земфира, скорее всего, не появится, и этих песен никто не напишет и не исполнит. Все-таки её творчество — продукт эпохи «девяностых» и сама Земфира сформировалась под влиянием пережитого в этом времени. Не факт, что она вообще петь начнёт, если память мне не изменяет, начинала она карьеру на коммерческом радио в качестве ведущей. В этой реальности у неё почти гарантировано будет другое будущее и другая карьера. Да и жизненный опыт будет совершенно другим.

Ирину пробрало, она задумалась и затихла. Глаза подозрительно заблестели — все же, песня невероятно мощная и пронзительная. Без слов понятно — согласна выйти на сцену.

Идея сделать из неё звезду эстрады пришла мне в голову уже давно, все равно, ресурс надо использовать, не пропадать же добру. Со временем из памяти начнут уходить подробности старого мира, а так хоть что-то останется. Ирина же — вполне подходит. И голос приятный и музыкальный слух, и танцует прекрасно, про внешность вообще промолчим. Так что вариант идеальный, лучше не найти.

Осталось выяснить, сможет ли Ирина сыграть на гитаре или срочно нужно искать аккомпаниатора. Впрочем, это дело техники — в крайнем случае возьмём парня из нашего ВИА. Будет у нас звездный дуэт, а не одна певица. Что в лоб — что по лбу, разницы никакой.

— Что за девицы к тебе шастают? — неожиданно поинтересовалась Ирина.

Раз речь пошла о других темах, это означает примирение? По всей видимости — да. Вечер в ресторане «Бакы» имел ещё одно небольшое последствие. Марго подружилась с Лалой, дочкой Аллегровой. Что нисколько не удивительно: девушки ровесницы, обе приехали из Азербайджана, никого не знают, друзей в Москве не имеют. Так что вполне логично, что два молодых одиночества сошлись вместе. И теперь у меня на шее оказались сразу две семнадцатилетние провинциалки, которых надо развлекать и выгуливать. Отказать Маргоше я никак не мог — она так жалобно и предано смотрела в глаза, что совесть не позволила сбежать без следа.

В результате не придумал ничего лучше, как пригласить их двоих в Реутов на экскурсию. Как выяснилось, слухи об увлекательном аттракционе «Квест» уже доползли до Москвы. Так что изобретать ничего не пришлось. Попросил Славика Борисова, он с ними за три часа все комнаты прошёл, и это ещё я его заранее просил не торопиться! Восторг у девушек случился необыкновенный. Проблема возникла лишь с пропусками, все же, город режимный, но у меня есть товарищ капитан, от которого тоже иногда должна случаться польза, а не только проблемы и убытки в личной жизни. Вот он и получил для нас разрешение. Затем погуляли по парку, посидели в кафешке, после чего девицы были загружены в электричку и отправлены восвояси. Однако, наш ДК — это даже не деревня, а много меньше по размерам, поэтому новость о моих гостьях мгновенно стала известна всем, включая сторожа и художника-оформителя, того самого, который великий живописец, расставляющий подписи на картинах, где попало. Не удивительно, что Ирина тоже узнала об этом событии, и даже успела вытрясти из Славика подробности, о чем он мне тут же доложил. Так что можем констатировать факт: как бы не прикидывалась мадам, не равнодушна красавица ко мне, любимому.

После визита прекрасной сеньориты настроение мое стремительно улучшилось, однако работать над проектом Устава будущей компьютерной партии окончательно расхотелось. Мечтательная эйфория накатила, да так и не отпустила. Поэтому решил думать о чем нибудь более приятном или глобальном, что не требует серьезной работы ума.

Итак, подведём итоги, что имеем на сегодняшний день:

Проект рыболовно-аграрного холдинга на базе колхоза «Красные баррикады». Работа кипит. Родной дядя не подведёт — в нем я уверен, как в самом себе и даже больше. Нефтегазовое месторождение в Туркмении. Батя через неделю отправляется туда, геологоразведка уже на месте, первые результаты ждём в сентябре. Хотя, чего их ждать — результат известен заранее. Фестиваль рок-музыки в Москве. Тоже все замечательно. Кипелов уже спел в студии свою главную песню, результат — все, кто слышал в шоке. Лев Борисович вчера ненавязчиво интересовался, какой марки импортный автомобиль мне больше нравится. Из чего можно сделать вывод, что в успехе господин продюсер не сомневается. Опять же, Ирина с великолепной песней Земфиры произведёт настоящий фурор — могу поспорить, что о ней писать и говорить будут больше, чем о каких-нибудь Skid Row (кто это вообще?), выступавших на этом же концерте ВКСМ — Всесоюзная компьютерная партия. Пока в стадии разработки Устава и Программы. Думаю, о создании партии объявить в сентябре на фестивале фантастики в ДК имени Горбунова. Там же сформируем актив и наберём региональных представителей. Отдельной строкой идёт подготовка к «вербовке» в свои ряды Бушкова и Лукьяненко. Катастрофически не хватает времени написать хотя бы пару синопсисов (краткое содержание и описание книги). Придётся сильно постараться. Телевизионная передача с компьютерным котом. Первые результаты обнадеживают, болтливый кот Матроскин становится популярным, несколько раз о нем написали в СМИ. Отзывы исключительно положительные, хотя есть претензии к манере общения, все-таки даже для позднего СССР такой стиль в диковинку. В редакцию уже несколько десятков писем пришло, в основном почему-то от детей. Никаких серьезных идей и посланий от имени кота пока не озвучивал, рано ещё. Товарищ Ашманов и будущий НИИ «бухгалтерской автоматизации». Из реальных продуктов, готовых к производству пока в наличии лишь тамагочи. Вчера Игорь Станиславович звонил из Кишинева, обещают первые образцы к сентябрю месяцу. Будем надеяться, что не подведут. Строительство здания института идёт ударными темпами, но сейчас получается, что это временное решение. На уровне ЦК Политбюро принято решение о строительстве наукограда Реутов-2 именно под наши цели, а новое здание не очень вписывается в эту концепцию. С другой стороны, футуристический город-сад ещё даже до проекта не добрался, а нам спешить надо. Товарищ Лигачев неожиданно расщедрился, и предложил использовать под наши нужды недостроенный комплекс зданий в Балашихе. Если быть точным, то это подарок от Крючкова, поскольку гигантский многоэтажный и, главное, почти достроенный комплекс изначально числился, как госпиталь КГБ. Для меня так и осталось загадкой, где Контора найдёт столько больных чекистов, по ощущениям там поместится минимум полк целиком. В моей реальности это здание так и не достроили, Горбачёв денег не дал, и его снесли через двадцать лет. Здание, а не Горбачева. Съездил, посмотрел — исполинская махина впечатляет, двадцать этажей, три блока, огромная территория, теперь думаю, нужен ли нам такой монстр? Единственное преимущество — высокая степень готовности, и от Реутова всего километров десять по прямой. Смущает лишь соседство с воинской частью, судя по косвенным признакам какая-то жутко секретная часть, поскольку удостоверение капитана Иванова, который меня возил на осмотр объекта не произвело на охрану никакого впечатления. Нас чуть не повязали, как шпионов, лишь звонок генералу спас положение. Музыкальное направление в сфере идеологии. Если участие в фестивале — это тактика, то создание музыкального радиоканала пока лишь в стратегических планах. Надо встречаться с французами по поводу «франшизы» на «Европу плюс», причём мне лично надо присутствовать, чиновники из Гостелерадио даже близко не представляют, что это такое, с чем это едят и где подводные камни лежат. Подпишут на самых кабальных условиях — потом уже не исправишь. Товарищ Примаков и австрийцы. Пора выходить на международный уровень. И тут мы вспоминаем про месторождение сверхчистого гипса в Ахтубинске. Интересно, господин Баумгертнер из «Кнауф» уже работает в СССР? Судя по всему, должен быть здесь, поскольку в начале девяностых он уже участвовал в этом же проекте по производству гипсокартона. Хорошо знал его в прошлой жизни, было бы большой удачей встретить его сейчас. Австрийские товарищи нам очень нужны — тот же тамагочи через них продвигать на рынок, да и «Виагру» уже почти изобрели, рецептура почти уже наша, но сами мы такой кусок не проглотим, нужен западный посредник. «Внешторгу» и подручным генерала Пивовранова из Торгово-промышленной палаты СССР я бы двух баранов сторожить не доверил бы — одного обязательно потеряют.

Как ни старался, ничего серьезного кроме перечисленного не вспомнил. Куча мелких идей и проектов не в счёт, большинство их них не требуют срочного вмешательства, или реализуются без моего участия. Например, об операции в Панаме мне больше ничего не сообщают и моим мнением не интересуются. Может и к лучшему, в военных вопросах специалист из меня никудышный, все что мог я уже рассказал.

Лишь разговор с директором рынка не даёт мне покоя. Выклянчил у генерала Леонтьева сводку о состоянии организованной преступности в Москве. Тот сначала отмахнулся, затем пообещал напрячь МУР, и через несколько дней я наконец получил эту информацию. С первого же взгляда стало понятно, что это банальная отписка. В списке не оказалось и десяти ОПГ, причём несколько крупных вообще не были упомянуты, у тех, кто все же попал в сводку явно была занижена численность активных штыков. Самая крупная банда имела численность двадцать человек — в такую чушь даже пионеры не поверили бы. Леонтьев на мои доводы никак не отреагировал, видимо, вопросы организованной преступности его волновали в последнюю очередь. На мои возмущённые вопли, что это лажа голимая, ответил, что вполне возможно и так. Никто не указывает в официальных отчетах агентурные данные, поэтому статистика сильно приукрашена. И вообще, это дело милиции пусть они этим и занимаются. КГБ не занимается вымогательством у цеховиков и директоров рынков — не их профиль. Может я и согласился бы с его аргументами, однако подпись под документом намекала на другое: «Начальник шестого отдела ГУВД Москвы подполковник Рушайлов В.Б.»

— Кенгуру вашу за ногу, — примерно так прокомментировал я увиденное, только в менее цезурной форме. Легендарный и непотопляемый Вадим Борисович собственной персоной. Так вот откуда он карьеру начал, точнее, уже сделал.

Всем, кто хоть немного интересовался политикой, известно это имя. По слухам, Борис Ельцин даже рассматривал его кандидатуру в качестве преемника, наравне с генералом Николаевым, Степашиным и Путиным.

Прославился он фразой на утренней планерке на коллегии МВД: «Главное, чтобы в ходе расследования мы не вышли на самих себя!»

Шутки шутками, возможно он этого никогда и не говорил, но американское ФБР уже в начале двухтысячных повязало одного из российских «воров в законе», и тот пойдя на сделку со следствием рассказал много интересного о былых временах. В том числе о генерал-лейтенанте Рушайлове, чей представитель тоже в генеральском звании официально часто присутствовал на воровских сходках, и лично приезжал получать с каждого общака свой процент. Конечно, американцам верить — себя не уважать, эти соврут — не дорого возьмут. А врут американцы практически всегда! Но и дыма без огня не бывает — это тоже народная мудрость.

Впрочем, я никогда не страдал излишним романтизмом, и немного представляю, что такое агентурная работа в уголовной среде. Так что деньги из общака вполне могли быть в реальности, только цель у этого действа была диаметрально противоположная. В любом случае, бандитские группировки растут, как грибы после дождя, при полном или частичном попустительстве тех, кто с ними должен бороться. Даже если это делается из оперативных расчетов — все равно это страшная ошибка. Азефа тоже царская охранка вырастила, только в конце уже он её использовал, а не они его. Вот такие дела. Получается, что кроме меня, скромного, и взяться за эту проблему некому.

С другой стороны, какие у них шансы супротив настоящего маркетолога и мастера чёрного пиара? Если уж Мавроди и «Властелина» их стригли, как овец, то мне эти воры и оборотни в погонах на один укус. В Лениноране не дали мне до конца довести — тем лучше. Значит, здесь непуганых барашков стричь будет легче. Лишь один вопрос меня волнует: «Куда я эти миллиарды дену? И где потом прятаться до конца жизни?».

Эпилог

Во рту отвратительный вкус сдохшей кошки.

— Интересно, откуда? Вроде не пил вчера?

С трудом поднимаю веки, резкий свет бьет по глазам. Спина болит, словно всю ночь проспал на камнях. Впрочем, ложе подо мной по мягкости напоминает обеденный стол, так что не удивительно.

— М-да. Ведь, как хорошо все начиналось.

Если зрение, слух и осязание мне не изменяют, то я в тюремной камере. Вот и решетка на крохотном окошке, и дверь металлическая с окном для выдачи и смотровым глазком. Приехали, называется.

Пытаюсь вспомнить, как я здесь оказался и ничего не получается.

— Ирина, твою мать!

* * *

Начиналось действительно все замечательно. Ирина соизволила сменить гнев на милость. Нежно мурлыкая намекнула, что готова возобновить отношения и даже пойти дальше. Обольстительно улыбнулась и хлопая ресницами предложила пойти в театр. Затем томно добавила, что на последнюю электричку мы не успеем, и можем заночевать у её тети. Она живет рядом с станцией метро «Автозаводская», но сейчас отдыхает в Анапе и квартира в полном нашем распоряжении.

По странному стечению обстоятельств, как я подозреваю, совсем не случайному, попали мы на спектакль в театр-студию Каргиняна. Само представление меня не впечатлило. Какая-то странная смесь мистики, танца и пантомимы. Вдобавок, в зрительном зале очень сильно пахло ладаном и какими-то дешевыми индийскими благовониями, так что у меня голова начинала болеть. По всей видимости, великий режиссёр Каргинян экспериментировал с НЛП и методами воздействия на психику прямо на зрителях. На это же намекало ритмичное звуковое и речевое воздействие, с многочисленными повторами и завываниями, но все это выглядело как-то уж очень примитивно и бездарно. Чем-то напомнило шарлатанов рекламщиков конца девяностых с их «двадцать пятым кадром» и «суггестивной визуализацией». Сколько лохов на этом они обули — не счесть!

На что не пойдёшь ради красивой женщины — даже на такой дурацкий спектакль сходишь, где тебя окуривают дешевыми сигарами. Или это из другой книги пример? Впрочем, уже не важно.

До квартиры добрались нормально, даже бутылку «Киндзмараули», заботливо оставленную «тетушкой», открыть успел. Выпил бокал и… все. Как отрезало. Очнулся здесь.

Лишь последняя фраза Ирины запомнилась:

— Прощай, милый.

И взгляд. Холодный, ледяной.


Конец четвёртой книги


Оглавление

  • Глава 1
  • Глава 2
  • Глава 3
  • Глава 4
  • Глава 5
  • Глава 6
  • Глава 7
  • Глава 8
  • Глава 9
  • Глава 10
  • Глава 11
  • Глава 12
  • Глава 13
  • Глава 14
  • Глава 15
  • Глава 16
  • Глава 17
  • Глава 18
  • Глава 19
  • Глава 20
  • Глава 21
  • Глава 22
  • Глава 23
  • Глава 24
  • Глава 25
  • Глава 26
  • Глава 27
  • Глава 28
  • Глава 29
  • Глава 30
  • Глава 31
  • Глава 32
  • Глава 33
  • Глава 34
  • Глава 35
  • Глава 36
  • Глава 37
  • Эпилог