КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 435022 томов
Объем библиотеки - 600 Гб.
Всего авторов - 205451
Пользователей - 97355

Впечатления

DXBCKT про Молитвин: Рэй брэдбери — грани творчества и легенда о жизни (Эссе, очерк, этюд, набросок)

С одной стороны — писать «аннотацию на аннотацию», как-то стремно, но с другой стороны — а почему бы и нет)).

Честно говоря, сначала я подумал что ее наличие объясняется старой-старой советской привычкой, в конце книги писать всякие размышления и умствования «по поводу и без». Что-то вроде признака цензуры — мол книга действительно «правильная» и к прочтению товарищей признана годной!))

Однако все мои худшие ожидания все же не оправдались, П.Молитвин (сам как довольно известный автор) поведает нам: как и чем жил Р.Бредбери «до и после». В этой статье нет места заумствованиям или «прочим восторгам». Перед нами (лишь на минутку) «пролетит» жизнь автора, его удачи, его помыслы и его стремления...

В целом — данная статья является вполне достойным завершением данного сборника, который я начал читаь примерно в феврале 2019-го)) И вот так — рассказик, за рассказиком и... )) И старался читать их с утра (перед выходом на работу). Как ни странно, но если читать что либо подобное (перед тем, как погрузиться в нервотрепку и проблемы) создается некий «буфер» в котором вполне возможно «выживать» и во время этой самой... бррр! (работы))

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
vovik86 про Воронков: Император всея Московии (Альтернативная история)

Нечитаемо.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
fangorner про Дынин: Между львом и лилией (Альтернативная история)

Идея неплохая. Не заезженная. Но есть и то, что лучше поправить. Слишком много персонажей говорят от первого лица. С учётом того, что все персонажи (мужчины, женщины, аборигены, попаданцы) говорят совершенно одним языком, это портит впечатление. Если в следующих книгах автор это поправит - будет явнг интереснее!

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Cloverfield про Несбё: Королевство (Детективы)

Блокировка бесплатных ознакомительных фрагментов, это нечто.

Рейтинг: +1 ( 2 за, 1 против).
greysed про Храмцов: Новый старый 1978-й (Альтернативная история)

редкое говно

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Cloverfield про Храмцов: (Альтернативная история)

Пятой нет.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).

Игра вслепую (fb2)

- Игра вслепую (а.с. Мир Валькирий-5) 722 Кб, 208с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - Алексей Алексеевич Ковальчук

Настройки текста:



Алексей Ковальчук Игра вслепую ("Мир Валькирий" - 5)


ПРОЛОГ


Москва. Екатерининский дворец.


Едва мы с женой вернулись из Монголии, как на следующий же день напросились на аудиенцию к её императорскому величеству. К слову сказать, наша высокопоставленная любовница оказалась жутко занято́й и, несмотря на предварительную договорённость, нам с Ольгой пришлось полчаса прождать в приёмной, пока Ева закончит разговор с главой СИБа. 


Не знаю, сколько Ева планировала уделить нам времени, но мы, похоже, поломали ей весь график, так как спустя полчаса императрица прервала Ольгу и, вызвав одну из своих секретарш, велела перенести парочку запланированных на сегодня встреч. После чего мы всей компанией перебазировались в уголок для чаепития, где неспешно продолжили нашу беседу. Ева уже знала о наших югословских приключениях, так что основным предметом для разговора стали события в Эфиопии, а также их последствия.  


Вполне естественно, что мои красавицы не обошли своим вниманием найденные «сокровища» югославской королевы. Причём Ева, не раздумывая, предложила вариант, при котором все части от артефакта Радмилы остаются в нашем клане, и уже мы, силами собственных мастериц, будем пытаться воссоздать рабочий экземпляр. Такое решение в первую очередь было обусловлено вопросами безопасности. Ведь Балканское королевство и Российскую империю, помимо взаимовыгодного союза, объединяли сильные родственные узы. 


И Ева абсолютно не сомневалась, что если поручить столь сложное дело собственному роду артефакторов, то утечка информации о проводимых исследованиях - это лишь вопрос времени. А омрачать отношения с давними союзницами тем фактом, что в краже их реликвий каким-то образом замешаны российские кланы, и бросать тень на Романовых - совершенно не к чему. Так что, как ни крути, а у Гордеевых будет безопаснее, да и мы, в принципе, заслужили подобную плюшку. Можно сказать, кровью заработали. Плюс ко всему, этим шагом императрица демонстрировала нам своё полное и безоговорочное доверие, что, конечно, не могло не радовать. Хотя, если подумать логически, то Ева просто перестраховывалась, ибо слишком много шума в Югославии мы устроили на пару с Кайсаровыми.  


Учитывая нюанс с югославскими родственничками, если в Белграде каким-нибудь образом всё-таки пронюхают подробности и правда всплывёт наружу, то наша юная императрица всегда сможет принять изумлённый вид и воскликнуть: «Не может быть! Кайсаровы украли и вывезли из Югославии старинный артефакт? Ещё и Гордеевы замешаны? Ай-ай-ай какие нехорошие. Я с ними обязательно поговорю». В общем, нас она, конечно, в обиду не даст, но сама останется полностью «в белом».  Хм… Однако, какая хитрая у нас с Ольгой любовница. Судя по улыбке моей княгини, супруга легко просчитала весь ход мыслей Евы, но оспаривать или как-то корректировать выгодное для нас предложение не стала. 


Возможно, было бы правильнее честно сообщить в Белград всю правду о похищенном жезле Радмилы и её стихах-загадках, всё же Югославия самый надёжный союзник России. Но, лично меня от такого шага удерживала пробудившаяся «жаба», которая после всех постигших нас передряг билась в истерике от одной только мысли расстаться с честно награбленным. Хотя, наверное, неправильно выразился. Всё-таки не награбленное, а завоёванное потом и кровью. А Ева, скорее всего, была в лёгких обидках на Белград за их завуалированное требование поделиться «Оборотнем» и потому совершенно не стремилась делиться знаниями о новом боевом артефакте. В общем, проблему с наследством югославской королевы обсудили достаточно быстро, а вот с вопросом по Кайсаровым и их союзниками всё оказалось несколько сложнее. 


У нас с Ольгой было время обсудить эту проблему, и лично я склонялся к тому, чтобы дать шанс молодой главе казанского клана показать себя в лучшем свете. И дело вовсе не в излишнем пацифистском настрое, отнюдь. Просто я не видел смысла дожимать наших недавних врагов. Мне казалось, что, как и в случае с Булатовыми, гораздо выгоднее оставить их на плаву и в перспективе получить гораздо больше, чем банальное моральное удовлетворение от их изгнания из империи. 


К тому же, раз речь зашла о моральных аспектах, то, поковырявшись в себе, пришёл к выводу, что полностью удовлетворён тем, что главные виновницы в организации нападений уже мертвы. И только вопрос с бывшей главой СИБа остался не разрешённым, но здесь особо ничего не остаётся, кроме как запастись терпением, уповая на профессионализм соответствующих людей, занятых в поиске сбежавшей экс-Романовой. И в данном случае – "экс" не просто приставка для красного словца, ибо Ева сразу после переворота издала указ об изгнании Антонины из рода, и теперь та в розыске, как преступница без рода и племени.  


Мою позицию насчёт казанцев поддерживали Ярослава и обе Вяземские, считавшие, что в результате локальной битвы у Зэры мы обезглавили своих врагов и получили неплохие дивиденды. Так сказать, добились результата малой кровью, что вряд ли произошло бы, случись между нами полноценная война.  К тому же Кайсаровы не против диалога и явно готовы искупить вину своей погибшей главы. А в случае, если суд кланов пойдёт не по нашему сценарию, то это окончательно похоронит любые шансы на нормализацию отношений между нашими великими родами. «Сегодня враги, а завтра друзья» - весьма вероятное развитие события для этого мира, да и не только для этого. 


В общем, Ольга послушала наши советы и решила отложить окончательное решение до разговора с Евой. Всё-таки на волне эмоций от фактически бескровной победы в поединке и приятных новостей из Эфиопии о смерти Азимы, мы вполне могли упустить какой-то нюанс, который полностью менял это дело. В любом случае созвать суд кланов без императорской воли у нас не получилось бы. И как оказалось, Ева была против суда, причём сразу по нескольким причинам….    


- Значит, хочешь созвать суд кланов? – задумчиво вопросила Ева, после того как услышала финал всей истории. Причём Ольга даже не заикалась о таком развитии событий, лишь подчеркнув неблагонадёжность и коварство Кайсаровых на пару со своими союзницами.  


- Судя по твоему тону - ты против!? – вздёрнула бровь моя княгиня. 


Я-то в тоне нашей любовницы каких-то особых оттенков не увидел. Однако, в отличие от меня, Ольга знает нашу подругу гораздо дольше и, безусловно, могла почувствовать что-то, что осталось мной не замеченным. Зато я прекрасно научился определять эмоции своей супруги, и, хоть внешне Ольга осталась невозмутимой, хорошо ощутил, как она сделала стойку. Великая княгиня не привыкла к отказам и явно не ожидала, что Ева сходу обрубит возможность дожать наших врагов. 


- Почему? – лаконично спросила моя жена, не дождавшись моментально ответа.    


- Ты упустила несколько существенных моментов, - неторопливо начала говорить Ева. 

- Ты же понимаешь, что Кайсаровы не станут молчать на суде? А значит, потянут за собой Морозовых и Еремеевых. А если мы проигнорируем двух последних и начнём судить только  Кайсаровых, то у всех возникнет закономерный вопрос: почему давят только казанский клан, хотя вина их союзников не менее тяжкая? А ведь ты пообещала Еремеевым не поднимать вопрос об их бесчестии. Так как же ты собираешься строить обвинение? Ведь и Морозовы, и Еремеевы дважды за короткое время преступили закон. Это будет не суд, а шоу, а значит, мы вполне можем проиграть, потому что главам кланов может не понравиться такая двойственность. 


- Честно говоря, эмоции по-прежнему бурлят во мне, и очень хочется задавить всю троицу, - качнула Ольга головой. - Они за короткое время перешли слишком много границ. А тот факт, что лица, ответственные за решения, уже сполна получили своё, как-то слабо успокаивает. 


- Княгиня Гордеева готова нарушить своё слово? Я тебя правильно понимаю? Ради мести хочешь преступить через то, что является одним из краеугольных камней твоей репутации? Я уже вижу, как Еремеевы при всех бросают тебе в лицо: "Спасибо, княгиня! Теперь-то мы знаем, что ваше слово ничего не стоит!". После этого ваша победа в поединке примет совсем другой окрас. 


Вопросы Евы повисли в воздухе, и не дождавшись ответа, императрица весьма жёстко проговорила:


- Если ты так жаждала суд кланов, то нужно было выигрывать поединок по всем правилам. Без закулисных игр с участием Еремеевых. Я тебя не осуждаю. Но ты хочешь слишком многого. Здесь и сейчас это не возможно. Ты и так победила. Безоговорочно и триумфально!  


- Мне приятно, что ты заботишься о моей репутации, - улыбнулась Ольга, - но ты упомянула несколько моментов. И какой второй? 


Последовавший ответ Евы заставил меня изумлённо распахнуть глаза и мгновенно затоптал мысль о том, что мы с Ольгой как-то упустили такой скользкий фактор, как Еремеевы. Этот нюанс обязательно всплыл бы при подготовке к суду, но сейчас это уже не играло никакой существенной роли.   


- Наши заклятые "подружки": Англия, Франция и Германия готовятся к началу военных действий, - спокойно сообщила нам Ева. 


Я бы даже сказал, слишком спокойно. 


- Против кого? – воскликнули мы одновременно с Ольгой. 


- Ну, слава Богу, в нашу сторону даже не смотрят, - хмыкнула Ева. – Зато давние чаяния и желания не дают им покоя. 


- Америка? – первой догадалась моя жена. 


- Она самая. 


- Им мало люлей с прошлого раза? – хмыкнул я, быстро отойдя от столь интересной новости. 


- С тех пор прошло очень много времени, - не поддержала Ева моё веселье. – Прогресс не стоит на месте, и техника сейчас гораздо серьёзнее. Тройка сверхтяжей на открытом участке легко убьёт даже Валькирию. А у индейских племён практически нет ничего сопоставимого по мощи. Единственное, что они активно используют, это доспехи, но сами понимаете, против сверхтяжёлых роботов это слабый аргумент.  


- И как это влияет на ситуацию с нашим гипотетическим судом? – спросила Ольга. 


- А что будет, если их высадка будет успешной? Если они закрепятся и начнут двигаться вглубь территорий? 

- Очередное великое переселение народов, - ответил я. – Вряд ли индейские племена окажут серьёзное сопротивление, а поня́в бесперспективность дальнейшей борьбы, начнут сниматься с насиженных мест.  


- Всё верно, – подтвердила Ева. - Вот только с выбором направления у них останется не так много вариантов.


- Либо на север, либо на запад, - проговорила Ольга. 


- Да, а значит, наши границы на Аляске могут оказаться под ударом волны беженцев. Очень злых и жаждущих крови. У Кайсаровых и Морозовых также есть земли в Америке, и я очень не хочу накалять ситуацию в империи. Суд плохо скажется на внутриполитической атмосфере и только усилит межклановую борьбу. Судя по вашим приключениям, до полной стабилизации ещё очень далеко.  


Ева сделала паузу и, глотнув чая из фарфоровой кружечки, добавила: 


- Я обязательно вызову всех трёх фигурантов на разговор в твоём присутствии, и думаю, что этого будет достаточно. К тому же, тебе ничто не мешает затребовать существенную компенсацию или попросить о серьёзной услуге. Уверена, они не станут особо отпираться от своего долга.   


Мои красавицы погрузились в собственные мысли, а я, распираемый любопытством насчёт Северной Америки, спросил: 


- А что Мексика? Неужели королевство будет просто смотреть, как европейские державы вторгаются в сферу её интересов?    


- Так это они всё организовали, - фыркнула Ева. - Готовы предоставить плацдарм на своих землях, чтобы союзники подтянули силы и ударили максимально эффективно. Королевство преследует собственные интересы, но в одиночку., потянуть расширение границ своего государства, не в состоянии.  


- Жарко там будет, - отстранённо прокомментировал я, думая о том, что любое расширение территории - это всегда море крови и геноцид. И что-то мне подсказывает, что в этот раз местным индейцам будет сложно избежать участи проигравших, которая во все времена была незавидной.     


- Да уж, - развил я вслух пришедшие в голову мысли. - В нынешних реалиях мне слабо верится, что американские племена забудут собственные дрязги и выступят единым фронтом. Скорее всего, будут злорадствовать над бедами своих соседей. Если только у них не найдётся великой воительницы с безоговорочным авторитетом, которая сможет собрать все силы в один кулак.     


- Появление сильного лидера возможно, но оставлять всё на волю случая я бы не хотела, - ответила Ева. 


- И что ты задумала? – включилась Ольга в диалог. 


- Есть мнение, что индейским воительницам надо помочь с вооружением. Как минимум, с МПД и лёгкими роботами. 


- Если там массово всплывёт российская техника, то вони от наших европейских "подруг" будет выше крыше, - вставил я своё видение ситуации. 


- А кто сказал, что техника будет российская? – хмыкнула наша императрица. – Я думаю, никто в Мексике не удивится, если кто-нибудь закупит у них устаревшие доспехи для дальнейшей перепродажи, например, в Африку. Главное, чтобы покупатель был не из России. 


- Не думаю, что старые модели доспехов производства Мексики или их союзников повлияют на отношения внутри коалиции, - высказалась моя княгиня. – Да и остановить вторжение одними МПД и лёгкими роботами вряд ли получится. 


- О таком я даже не мечтаю, но мне не нравится сближение, которое сейчас активно происходит между участниками этой операции. Считаю необходимым посеять между ними небольшую толику недоверия, а также усложнить жизнь в зоне военных действий. Но в этом вопросе мне нужна помощь. 


Ева на секунду замолчала, сделав очередной глоток чая, и продолжила:    


- Закупать МПД маленькими партиями в частном порядке - муторно и малоэффективно, а крупную сделку без особых подозрений сможет оформить только сильный клан. Но сложность не в этом, а в том, что проводить подобную схему через Романовых - это значит в открытую заявить о нашей причастности, что сводит на нет все мои намерения вбить клин между союзниками. Различным каналам и связям, оставленным в наследство, я не доверяю, да и Юлия против их использования, - сослалась Ева на главу СИБ. - В связи с чем, хотела бы, чтобы вопрос по закупке и переброске техники на индейские территории, взяли на себя именно вы. 


Мы с Ольгой переглянулись, впрочем, без особого удивления этим поручением, после чего моя жена, быстро прогнав все минусы и плюсы, лаконично спросила:


- Сколько у нас времени?  


- До начала активных военных действий примерно полгода-год. Нам известно несколько дат, но разведка пока не в состоянии вызнать истинные сроки. Могут начать в конце лета, а могут - ближе к зиме. Как только появятся подробности, я обязательно проинформирую.    


Девушки замолчали, наверняка, как и я, думая о сказанном. "Не спорю, дельце намечается выгодное, - размышлял я. - И клан на посреднических услугах сможет заработать внушительную сумму  премиальных".  Ведь речь идёт не о жалком количестве в сотню МПД, а о нескольких тысяч штук минимум, плюс роботы. Особых проблем, как всё это организовать, я также не видел. 


В закупке поможет клан Мията, а организацию доставки и переговоров с индейскими племенами можно с уверенностью доверить Белезиной Свете – нашей юной контрабандистке. Правда Светлана сейчас беременна, но я очень сильно сомневаюсь, что сей фактор остановит эту авантюристку от активных действий. Больная же… на всю голову, как и большая часть местного женского населения. Героиня на героине и героиней погоняет. Какую-то часть дела на себя, безусловно, возьмёт Марина – наша глава СБ.  Это, конечно, в общих чертах, и без различных шероховатостей вряд ли обойдётся, но все трудности можно решить в процессе работы. 


А если наша деятельность каким-то образом всплывёт наружу, то это будет выглядеть как частная инициатива Великого клана, который решил навариться на военной заварушке. В общем, как говорится: "Извините, ничего личного – просто бизнес". И вообще, я очень сильно сомневаюсь, что мы там будем единственные, кто захочет "погреть руки" на этом конфликте. Моральный аспект по продаже оружия воюющим сторонам меня не сильно тревожил, ибо всё, что касается международных дел, я рассматривал только через выгоду для империи и клана. На мнение европейских держав и Мексики лично мне было плевать, а индейцев было банально жалко, так что с этой стороны можно даже занести себе плюсик в карму за оказание помощи несчастным аборигенам.       


Мои размышления прервала Ева, решившая сменить позу. Отставив кружку с чаем на стол, девушка откинулась в кресле и забросила ногу на ногу. Всё бы ничего, но из-за длинного выреза  платья, привлекательные и стройные ноги обнажились до самых бёдер. Ясень пень, мои мысли мгновенно вильнули в сторону, очень далёкую от проблем с индейцами и политических раскладов на планете. Смакуя открывшийся вид и неторопливо блуждая взглядом по короткому маршруту между изящными туфлями на высоком каблуке и манящей частью женского бедра, в какой-то момент всё-таки заставил себя оторваться от возбуждающей картины, поднял глаза выше… и уткнулся в довольную улыбку своей практически официальной любовницы. Ева явно радовалась моему беззастенчивому вниманию. Правда, заметив, что процесс любования её персоной завершён, тут же проговорила, неторопливо растягивая слова:


- Жаль, что вы настояли на столь ранней встрече. Я всё же рассчитывала на более позднее время.      


Сказано было таким томным тоном, что я невольно опять переключился на обнажённые ноги, внутренне полностью согласный со словами девушки. 


- А мне подумалось, что вечер лучше полностью посвятить отдыху, не отвлекаясь на серьёзные разговоры,  - улыбнулась Ольга.


- Ага! То есть вы ещё вернётесь? – тут же оживилась Ева.


- Ну-у, - задумчиво протянула моя княгиня, - если ты нас приглашаешь, то мы, конечно, ещё заедем. 


- Хватит меня дразнить, - фыркнула наша высокородная подруга. - Прекрасно знаешь, что я соскучилась. 


- Заедем-заедем, - отмахнулась Ольга. - Но мы ещё не закончили с официальной частью. Ты мне скажи, что насчёт моего усиления на Аляске? Сейчас оно, как никогда, выглядит очень своевременно.  


- Не волнуйся, амнистия подписана, и через неделю заметку об указе напечатают в паре газет, вместе с главной новостью о начале суда над Ириной Булатовой. Так что можешь начать переброску на Аляску своего… хм, сомнительного пополнения. 


- А по Шульцам чем-то поможешь? К сожалению, но длины моих рук недостаточно, чтобы до них добраться и хоть как-то наказать. 


Ева задумалась, ну а я, пользуясь тем, что обе девушки вольготно откинулись в своих креслах, отдался основному мужскому инстинкту и получал истинное удовольствие от созерцания и сравнительного анализа двух пар очаровательных женских ног. И хотя всю эту красоту я уже ранее довольно подробно исследовал и прощупал где надо, но тут был как раз тот случай, когда смотреть и восхищаться можно бесконечное количество раз. Волнительных ощущений добавлял ещё фактор вседозволенности, ибо мне не требовалось соблюдать правила приличия, а можно было нагло и открыто "облизываться" на соблазнительный вид двух роскошных женщин и спокойно фантазировать на тему вечернего времяпровождения. 


- Хочешь, введём запрет на ввоз их продукции? - подала голос Ева. – Что они к нам импортируют? МПД? 


- Ещё сталь, - отвлёкся я от волнующего вида, вспомнив торговые связи Шульцев с Кайсаровыми.        


- Ну вот. Понимаю, что мелочно, но больше ничем помочь не могу. Зато если они попробуют выяснить через официальный Берлин причину запрета, то мы с удовольствием вышлем моей венценосной "сестре" отредактированное видео о приключениях Хильды Шульц. Но если немки не дуры, то они легко поймут, откуда дует ветер, и сами явятся на поклон. Причём к тебе. По подсказке Кайсаровых. Ведь нести финансовые потери никому не нравится. Что скажешь? 


- Да, такой вариант вполне устроит. Спасибо, – улыбнулась Ольга.       


- Я всё-таки не пойму насчёт Америки, - сказал я, решив уточнить всплывший в подсознании вопрос. – По логистике гораздо ближе и выгоднее северное побережье Африки. Арабский Халифат трещит по швам, и чуть ли не каждая местная высокородная, обладающая высоким рангом, объявляет себя султаншей маленькой страны. Чуть пни, и они окончательно развалятся. Зачем европейской коалиции индейские территории, если под боком есть не менее ценная добыча? 


- Ты не прав, - качнула Ева головой. - То состояние, в котором прибывает Халифат, вовсе не показатель их слабости. Они ещё лет пятьдесят будут разваливаться на осколки некогда великой державы. Но если напасть на них сейчас, то против общего врага все одарённые воительницы выступят сообща. Лев – даже старый и дряхлый – всё равно остаётся львом. Проще дождаться, когда он умрёт.  


- Постепенно обрастая колониями и землями на других континентах, европейские государства смогут со временем догнать нас по мощи, - задумчиво проговорил я, вспомнив расцвет Англии, Франции и других стран из моего мира во времена колониальной эпохи. 


Здесь реалии несколько другие, но уж больно много свободных земель осталось к середине XXI века. Конечно, условно свободных. Однако в мире Валькирий никто не будет поднимать вопросы о самоопределении народов и правах человека. ООН и различных правозащитных организаций здесь также нет. Есть суррогат под названием Лига Великих, но сей орган носит чисто совещательный характер и никакого влияния не имеет.           


- Догнать империю у них вряд ли получится, - тем временем заговорила Ева. - Они, конечно, будут стараться, но мы тоже не станем стоять на месте. У нас более удачное географическое положение и, несмотря на протяжённость наших границ, все земли собраны в единый кулак. Да и мы вполне можем прирасти ещё территориями. В любом случае, размер государства не всегда играет ведущую роль, как и размер армии. Главное, это внутренний порядок, включающий в себя единство нации, силу духа и технический прогресс.  


- Кстати, насчёт прироста, может, есть резон активизироваться на Аляске? – задала вопрос Ольга. – Я помню, что Мария была против расширения, считая, что мы достигли предела. Но в свете новых реалий, возможно, стоит решить вопрос с беспокойными племенами по ту сторону границы. Ведь, если коалиция закрепится и начнёт двигаться вглубь территорий, то вновь пришедшие племена всё равно поглотят наших соседей или, что ещё хуже, смогут объединиться, и тогда на нашей границе станет намного жарче.  


- Вот как с вами быть? - улыбнулась Ева, разводя руки в стороны. - Все мои тайные планы решили выпытать. Да, любительницы побрякать оружием у нас есть. Так что я раздумываю над тем, чтобы дать зелёный свет этим воительницам и отправить их в Северную Америку. А нечестная игра Кайсаровых, Морозовых и Еремеевых склоняют меня к тому, чтобы сделать им предложение, от которого они не смогут отказаться, и завоевание новых земель станет для них хорошим испытанием. Заодно пар выпустят, надеюсь, последний, - весьма жёстко закончила императрица.    


- Дай знать, когда решишь окончательно, - улыбнулась Ольга. - Возможно, Гордеевы тоже поучаствуют. Благо, у меня теперь есть кого отправить на разведку боем и при этом не сильно горевать, если что-то не получится.


Ева хмыкнула и утвердительно кивнула головой, а я вдруг задумался над словами императрицы насчёт халифата. В этом мире арабские государства, расположенные вдоль северного побережья Африки и на Аравийском полуострове, неожиданно получили мощный пинок к объединению. В то время, пока Россия дожимала турчанок на Балканах, недалеко от Медины – этого священного города для всех мусульман – в семье знатного шейха родились две девочки-близняшки, которые вошли в историю под именами Бахия и Шахама. 


Учитывая появившиеся проблемы с рождаемостью, данный случай и так выглядел весьма вопиющим и удивительным. Но всё же не это было главным, а тот невероятный факт, что оба ребёнка оказались очень сильными одарёнными и уже к тридцати годам достигли недостижимого для многих ранга Валькирий. Можно сказать, что арабам сказочно повезло и им выпал один шанс на миллиард.  


К тому времени Мир Валькирий практически закончил своё стремительное изменение, и лидирующая роль женщин уже никем не оспаривалась. После поражения в Балканской войне Турция утратила свое влияние в ближневосточном регионе и близняшки очень быстро подмяли под себя все соседние земли. Постепенно обрастая сторонниками и набираясь сил, они распространили своё влияние далеко за пределы Аравийского полуострова. Двум сёстрам нечего было делить, ибо воительницы прекрасно дополняли друг друга, и политическая карта мира усилиями двух Валькирий претерпела существенные изменения. 


В итоге, на месте привычных мне Ливии, Туниса, Египта, Иордании, Ирака, Саудовской Аравии и других, более мелких государств на Аравийском полуострове, раскинулась единая держава под названием Арабский Халифат. Если смотреть на карту, то данное государство выглядит очень грозно. Однако я знал, что процесс распада уже начался, причём давно, и если в правящей династии снова не родится парочка гениальных сестричек, то всё окончательно разлетится на мелкие осколки. 


К чему я всё это вспомнил? Можно сказать - «накатило». "Осколки некогда великой державы" - именно такая эпитафия грозит Российской империи, если кланы выйдут из-под контроля и возьмут больше власти, чем у них есть сейчас, а потому позиции Романовых нужно повсеместно укреплять, чтобы мой ребёнок, которого Ева носит под сердцем, смог без оглядок править великой страной. А Гордеевы, безусловно, должны стать одной из тех опор, на которой будет держаться императорский трон. Грандиозная задача, ничего не скажешь, и лёгкой прогулки на этом пути точно не получится.


Глава 1 Житейские мелочи

Подмосковная усадьба Гордеевых.

Начало октября в этом году выдалось необычайно жарким и без обычных в это время года частых дождей. Погода радовала настоящим бабьим летом, и находиться на улице было одно удовольствие. Увы, но мне оставалось только завидовать Софии, чей весёлый смех раздавался за окном моего кабинета. Дочка под присмотром Яны колесила по двору на велосипеде, а я занимался "мазохизмом" и, в результате собственноручно заведённого распорядка дня, продолжал "насиловать" собственный мозг.

Нет, никто меня в заложники не брал и торчать в четырёх стенах не принуждал. Это лично моя установка самому себе, которой я придерживаюсь на протяжении уже семи месяцев, согласно строгому графику. Едва я вернулся из Монголии, как полностью сосредоточил все усилия на прокачке собственных знаний и умений. Свой день, я начинал с раннего подъёма в семь утра и физкульт-привета в виде пробежки либо лёгкого спарринга с Агатой или Радой. Затем, после плотного завтрака, уделял час Софии, а далее садился за многочисленные талмуды и справочники по артефакторике. Потом следовал перерыв на обед, после которого опять выделял час на дочурку, и вот я снова за столом, грызу гранит магической науки.

Обычно к вечеру мозг буквально закипал, ибо процесс обучения я проводил, входя в боевой режим и разгоняя восприятие на максимум. При таком методе скорость запоминания любой информации возрастала в разы. И можно с уверенностью утверждать, что у меня один день шёл как за два, а то и за три, по сравнению с обычными способами учёбы. Во всяком случае, чувствовалось, что прогресс не стоит на месте и я стал на порядок лучше разбираться в типах различных узоров и их структуре. Даже Агния отметила мои возросшие умения, и неделю назад я удостоился похвалы от нашей мастерицы за подробную и почти законченную копию схемы меча Иясу.

Основные усилия сосредоточил именно на этом артефакте, ибо меня очень смущало его старинное происхождение, и я переживал, что в один прекрасный момент он перестанет функционировать. Пришлось серьёзно попотеть и проштудировать соответствующие справочники, чтоб хотя бы приблизительно начать понимать структуру этого устройства. Зато теперь меня можно смело назвать если не мастером, то узконаправленным специалистом огненной стихии. Конечно, у меня не получилось идентифицировать абсолютно все узоры, даже Агния спасовала в этом вопросе, ибо сказывалась существенная разница между русской и эфиопской школами магии. Но главное, я их перерисовал, а разобраться с конкретным назначением можно было попозже.  

Между делом, немного пострадал фигнёй, пытаясь придумать мечу новое название. Варианты в виде "Меч Иясу" или "Королевский меч" не совсем меня устраивали, ибо, по моему мнению, такому оружию подошло бы более гордое и звучное название. Правда, существовала ещё эфиопская вариация, которая попадалась мне в хрониках африканского королевства – "Исату", что в переводе означает "огонь" или "пламя". В принципе, я не против кратких и лаконичных названий, но душа возжелала чего-то русского.

Однако в этот раз фантазия барахлила и не шибко-то радовала вариантами. И в основном все версии так или иначе, крутились вокруг слова "смерть" – "Звезда смерти", "Луч смерти", "Альфа-киллер" и тому подобная хрень. В общем, дошёл в своих мучениях до "Дезинтегратора", но пытаясь с пафосом произнести новое название, всё-таки плюнул и остановился на "Пламенном Цветке". Не иначе, это Вяземская Катя натолкнула меня на такое название, ибо после соответствующих воспоминаний о мече графини моя мысль странным образом вильнула и добралась до истории Маугли. Там огонь обзывался "Красным  Цветком", но вариант Киплинга, как говорится, «не зашёл», и меч обрёл схожее, но немного модернизированное имя.

Кстати, учебный поединок с Радой показал, что «Пламенный Цветок» спокойно сдерживает удары артефактного оружия Альфы. Правда, при условии, что артефакт был полностью заряжен. Сабля воительницы лишь слегка погружалась в оранжевое пламя, не в силах полностью перерубить мой меч. Про сам учебный поединок я, конечно, слегка прихвастнул. Ибо мы даже в боевой режим не входили, дабы избежать возможных трагических случайностей. Так что я осторожно атаковал, а Рада вяло парировала. Вот и весь поединок. 

Немного смущало, что при столкновении двух клинков отсутствовал металлический лязг. А издаваемый звук больше походил на этакий «чпок», словно мясник разделывает тушу животного. Ко всему прочему, при взмахе Пламенный Цветок издавал довольно сильное гудение. Непривычно, конечно, но главное, что функционал оружия оказался выше моих ожиданий. Э-эх, умели же делать. Всё-таки забавно получается. Учитывая тот факт, что по меркам цивилизации магия пришла в этот мир относительно недавно, то артефакторы как-то странно и быстро прошли все этапы развития. Я имею в виду: от создания невероятных вещей до стадии их полного забвения.

В общем, против Рады энергии «джедайского» меча хватало минут на двадцать непрерывной работы. После чего лезвие моего оружия тускнело, а сабля хранительницы легко его рассекала. Но даже двадцати минут по фехтовальным нормативам было достаточно. Вся наша заруба в эфиопской крепости длилась примерно столько же. Так что четверти часа должно хватить с запасом на любую схватку. Хотя, если вдруг такое случится и мне придётся сражаться с Альфой один на один, то я вряд ли продержусь дольше пары минут. И скорее всего, мои шансы выжить в такой ситуации многократно вырастут за счёт скорости бега. Я же всё-таки реалист, хоть и с оптимистичным уклоном, но свои возможности в подобном противостоянии понимаю прекрасно.

А вот катана моей жены оказалась «Пламенному Цветку» не по зубам. «Японец» в лёгкую рассекал огненное лезвие, не встречая ни малейшего сопротивления. Результат не особо удивил, хотя я после экспериментального поединка с Радой невольно испытывал надежду на чудо. Однако чуда не случилось и против силы Валькирии меч оказался абсолютно бесполезен. Правда, бесполезен с небольшой поправкой. Когда Ольга сформировала магический меч, то его искрящееся лезвие разрубило Цветок только со второго удара. Так что, как ни крути, а артефакт мне достался невероятно крутой.

Касаемо копирования схемы, то я ещё не до конца закончил свою работу, ибо на скрупулёзный анализ артефакта требовалось гораздо больше времени, но, тем не менее, большинство узоров было классифицировано и перерисовано на планшет. Осталось разобраться примерно с третьей частью схемы и первый, самый лёгкий этап работы можно считать завершённым.

Правда ещё предстоит вникнуть в узловые точки, эти ключевые связующие элементы любого подобного устройства, но к ним я пока даже не подступал. Однако всё это выглядит просто мелочью на фоне создания полноценного и рабочего аналога данного боевого артефакта. Ведь для меня сегодняшнего потратить на это десять лет - звучит еще довольно оптимистично.

Честно говоря, волосы дыбом встают при мысли о предстоящей работе. Я принадлежу поколению, которое привыкло получать результат сразу и “не отходя от кассы”. Мы заточены на немедленную реализацию любого дела, мало задумываясь о долгосрочной перспективе. Не все, конечно, далеко не все. Но в артефакторике не получится проскакать галопом, и даже самые простые амулеты наскоком не создать. Что же говорить о сложносоставных боевых артефактах? В этом деле главенствует стиль "полусдохшей черепашки", и меня ждёт очень неторопливый, монотонный и кропотливый труд, где каждый шаг необходимо тщательно выверять, иначе возникает риск, что все мои долголетние усилия пойдут насмарку. Всего лишь одна ошибка и потом задолбаешься "прозванивать" схему в поисках, где именно накосячил. 

Конечно, я вполне мог доверить парочке грамотных мастериц первоначальную прорисовку узоров, оставив себе самую сложную работу по финишной доводке девайса. Или вообще, сразу использовать своё привилегированное положение и просто спихнуть все этапы в род Елисеевых. Благо, что в нашем главном роду артефакторов числится свыше трёх десятков мастериц высокого класса. Однако то ли мужская гордость, то ли врождённое упрямство удерживали меня от такого шага. Во всяком случае, для себя я точно решил, что копирование схемы однозначно выполню сам от начала и до конца, всё-таки даже такая нудная работа существенно прибавляет мне знаний и умений, а как закончу - там видно будет.

Я старался как можно скорее закончить работу по перерисовке узоров, ибо, увидев результат испытаний «Пламенного Цветка», Ольга загорелась желанием обеспечить подобным оружием клановых воительниц, имеющих ранг Бета. Правда для того, чтобы покрыть нужды хотя бы нашего рода, потребуется несколько десятков лет и столько же хороших мастериц.

Хотя, если получится упростить схему без ущерба для качества, то процесс можно значительно ускорить. Шансы на это были, ибо эфиопская мастерица, несмотря на всю свою гениальность, не обладала многими современными знаниями. Даже я, не являясь спецом в артефакторике, при изучении девайса пару раз натыкался на слишком усложнённое сочетание узоров и понимал, что здесь можно будет использовать более лёгкую схему.

В общем, если подытожить, то моя устремлённость на получение знаний, постепенно давала результаты. А единственным минусом при столь интенсивной мозговой деятельности стало ощущение полной физической и моральной опустошённости, возникающей к концу дня. Слава Богу, что период слабости обычно длился не дольше часа и после небольшого отдыха я мог дальше радоваться жизни.

Неприятное ощущение возникало по причине практически полного «пересыхания» моего источника. А если бы я разгонял не только мозг, но и весь организм в целом, участвуя, например, в марафонском забеге или в многораундовом поединке, то Братишка иссякал бы гораздо быстрее. Однако данный эконом-режим позволял продуктивно работать целый день и это главное. А побочный эффект в виде утомляемости казался мне сущей мелочью на фоне значительно возросшей базы знаний.

Как сказала Агния, мне повезло, что после длительного использования одного из видов боевого режима я напрочь лишён такого «счастья», как головные боли. Ибо, как оказалось, у некоторых одарённых подобная нагрузка на мозг частенько приводит к болевым ощущениям, которые в состоянии убрать только лекарка. И можно только представить, насколько тяжело им жить с таким минусом.

Всё-таки ускоренная работа мозга давала огромное преимущество, а лично у меня данный режим вызывал ассоциации с фильмом «Область тьмы», где главный герой с помощью засекреченного медицинского препарата разогнал собственный мозг на нереальную мощность и достиг невероятных успехов во всех сферах жизни. В Мире Валькирий подобным умением обладает примерно четверть населения, что, безусловно, в какой-то мере объясняет их резкий научно-технический рывок в различных сферах после периода застоя, связанного с появлением магии.

Параллельно с изучением «Пламенного Цветка» я потихоньку вникал в схемы алтаря Змеевых, отчёты по которому регулярно предоставляла Агния. До полной ясности, конечно, было ещё очень далеко, но постепенно пазл собирался в полноценную картинку. И в этом вопросе нам существенно помогли записи Змеевых, которые предоставила Ева. Во всяком случае наша мастерица уже сделала первоначальный вывод, заявив, что это, скорее всего, какой-то преобразователь магической энергии. Во что именно превращается магия, она сказать не могла, а на моё предположение, что это может быть телепорт, сначала фыркнула, а потом сильно задумалась. В общем, истина была где-то рядом, и я искренне надеялся, что мы вскоре окончательно взломаем шифр уничтоженного рода.

По-хорошему, конечно, было бы правильно подключить ресурсы рода Елисеевых для решения этой головоломки. Агния, безусловно, самородок и гений, но у Елисеевых накоплен гигантский опыт и знания. Однако Ольга, ради безопасности, не желала привлекать дополнительные силы и увеличивать число знающих. «Пусть Агния отрабатывает высокое доверие», - заявила моя княгиня. А Елисеевым время от времени подбрасывали особо сложные схемы, чтобы хоть как-то ускорить процесс исследования.  

Звонкий смех Софии отвлёк от воспоминаний, и глядя в окно я подумал об Ольге, которая в данный момент находилась в Кремле. Ева созвала внеочередной совет кланов, а значит, совсем скоро можно ожидать, что Российская империя откроет второй фронт на северо-американском континенте. К слову сказать, Ева что-то протянула с организацией совета. Наверное, никак не могла решить, стоит ли России ввязываться в делёжку пирога под названием Северная Америка или ну его нафиг. Скорее всего свою немаловажную роль в принятии окончательного решения сыграли существенные успехи европейских держав и их союзницы Мексики. Ведь всего за месяц активных военных действий коалиция сумела продвинутся на несколько сотен километров в глубь континента.       

В общем, совсем скоро индейские племена окажутся между молотом и наковальней и лично мне было их немного жалко. Жалко, что такая уникальная культура с интересными и оригинальными традициями находится на грани уничтожения. Карма, что ли, у них такая? И независимо от мира конец всё равно будет один. Я со вздохом отложил планшет и откинулся в кресле, сложив руки за голову. Рабочий настрой куда-то уплыл, а вот философские размышления хлынули потоком. Я, конечно, не Кант, но почему бы не посидеть и не помедитировать о высоком, благо, что душа требует.  


***

Кремль. Екатерининский дворец. 

Главы Великих и Сильнейших кланов довольно-таки редко собираются в полном составе. Всё же управление большим кланом - дело непростое и требует постоянного контроля, а потому для организации подобной встречи необходим значительный повод. И общий сбор в Кремле, объявленный императрицей, несомненно относился к одной из самых важных причин, по которой все эти влиятельные женщины вынужденно бросили свои дела и прибыли в Екатерининский дворец к назначенному сроку.

Всё бы ничего, но у большинства собравшихся возникали вполне справедливые вопросы касаемо поспешности, с которой был организован данный раут. Ведь все подобные мероприятия были запланированы и расписаны на год вперёд, а приглашения от императрицы - а по сути, приказ явиться в Кремль - были получены всего за двое суток до начала приёма. И собравшихся в Софийском зале воительниц можно было условно разделить на три группы. Первая - недоумённо разводила руками, гадая над причиной неожиданного созыва. Вторая - несомненно догадывалась, какое именно событие могло послужить поводом для собрания столь значительного количества высокородных женщин в одном месте. И лишь третья и самая малочисленная категория гостей могла похвастаться своей полной информированностью. Могла, но не торопилась раскрывать все карты.  

Ольга, безусловно, относилась к последней группе и прекрасно знала причину экстренного вызова в Кремль. И конечно ей - как персоне, особо приближённой к трону - пришлось выдержать настоящий штурм от жаждущих подробностей аристократок. Впрочем, было несложно сыграть недоумение и пару раз растерянно развести руками. Поня́в, что эксклюзивной информации от неё не добиться, её оставили в покое. Правда ненадолго… Стоя возле одной из ажурных колонн и блуждая взглядом по роскошному залу, Ольга слишком сильно погрузилась в собственные мысли и заметила подошедшую Багратион только когда она поздоровалась:

– Ольга.

– Нино, - кивнула она в ответ.

– Что-то мне подсказывает, ты наверняка знаешь, в чём причина сбора, - улыбнулась грузинка.

– Не сомневаюсь, что для тебя это также не является секретом, - отзеркалила Ольга собеседницу.

– Увы мне, - явно наигранно вздохнула Нино, – я могу только догадываться. Видать, старею.

– Ты и гадание - совершенно не совместимые вещи, – хмыкнула княгиня Гордеева. – Я скорее поверю в непрофессионализм твоей эсбэ, чем заподозрю тебя в оккультизме. А Валькирия, сетующая на старость, это вообще что-то мифическое.

– Ты недооцениваешь гадание. Иногда оно выдаёт совершенно неожиданные результаты. И я надеюсь, ты не собираешься доказывать мне, что я ещё молода и нахожусь в полном расцвете сил?

– Нет, спорить на подобную тему я точно не собираюсь, – задумчиво проговорила Ольга. – Но в свои восемьдесят с небольшим, ты больно рано заговорила о старости. Лет через десять я поддержу аналогичный разговор и даже посочувствую, но не сейчас. Однако, пока мы ждём императрицу, я с удовольствием послушаю про твои методы гадания.  

- Хм. Ну как скажешь, - начала говорить глава грузинского клана. - Начну с момента, когда ты перебросила род Булатовых на Аляску. И сразу оговорюсь, что я не особо удивилась, почему ты отправила однажды изгнанных в Америку. Все же роду со столь запятнанной репутацией нечего делать на большой земле. Когда ты их усилила крупным отрядом наёмниц, было, конечно, любопытно, но не более. Я даже успела позабыть об этом. Но тут месяц назад в Северной Америке вспыхнула война, а императрица созывает внеочередной совет кланов. Думаю, что два последних события, скорее всего, взаимосвязаны. Но меня смущает наличие на Аляске твоей усиленной группировки воительниц, которой вполне хватит для начала военных действий. И вот теперь я гадаю: значит ли это, что её императорское величество хочет разрешить российским кланам территориальные завоевания на американском континенте, или это что-то другое? Как тебе моё гадание?

– Скорее оно похоже на продуманную логическую цепочку, - улыбнулась Ольга. ­­– В любом случае, в самое ближайшее время ты получишь ответы на все свои вопросы.

– Хотелось бы, а то так мучаюсь, так мучаюсь. Прямо сил нет.

Печальный тон сказанного настолько сильно диссонировал с устоявшимся образом всегда уверенной в себе грузинской «царицы», что Ольга не выдержала и рассмеялась.

– В тебе погибла великая актриса, - проговорила она, после того как успокоилась.

– Ну почему же погибла? – хмыкнула Нино. – И если уж на то пошло, то в этом зале собрались настоящие мастерицы по актёрскому ремеслу. Причём независимо от возраста. Только сцена у нас жизнь, а играем мы в основном судьбами людей и в политику. 

– Похоже, ты действительно стареешь, - мягко проговорила Ольга, - раз тебя потянуло на философские размышления.

– Да, потянуло. Но философия тут не причём. Просто я давно поняла, что женщины из нашего круга редко совершают бессмысленные поступки. И любое действие направлено на достижение определённого результата.

– Всё верно, – подтвердила Ольга, не совсем пока понимая, куда клонит Багратион. – Ведь на нас, как на глав кланов, возложена слишком большая ответственность, чтобы поступать по-другому.

– И в связи с этим есть один любопытный факт, над которым я на досуге размышляла. А касается он в первую очередь взаимоотношений между Морозовыми и Кайсаровыми…

Багратион сделала паузу внимательно наблюдая за Ольгой. Однако последняя только иронично проговорила:

– Прошу тебя. Давай только без театральных эффектов.

– Ну, без эффектов, так без эффектов, – покладисто согласилась Нино и перешла к сути: – Ты наверняка слышала, что между двумя этими кланами существовала договорённость о браке между отпрысками из правящих родов. Однако после загадочной смерти Азимы что-то разладилось между ними. Поговаривают, что юная Сагдия пошла наперекор воле совета, воспользовалась своим правом вето, заблокировала ранее принятое решение и полностью прервала переговоры по поводу своего двоюродного младшего брата.      

– Гадания, слухи… Нино - я тебя не узнаю, – улыбнулась Ольга.   

– Если вернуться к моему тезису, что мы ничего не делаем просто так, то возникает интересный вывод. Правда, касается он уже тебя...

Багратион не удержалась и снова сделала драматическую паузу, которую, впрочем, быстро прервала и продолжила:

– Ты ведь не будешь отрицать, что Кайсаровы ищут с тобой точки соприкосновения?

– Допустим, - нейтрально ответила Ольга.

– Вот, - кивнула грузинка, – И лично для меня будет выглядеть вполне логичным, если Кайсаровы захотят наладить ваши отношения с помощью брака. А учитывая, что двоюродному брату Сагдии всего шесть лет, то они явно метят в сторону твоей Софии…  

Ольга не удержалась и хмыкнула с хорошо различимым скептическим оттенком:

– Совершенно не вижу логики. Наши отношения очень далеки от того состояния, при котором возможно такое развитие событий. Слишком много обид между нами. И некоторые из них нельзя просто так взять и забыть, - жёстким тоном подчеркнула Ольга. – Я считаю твой вывод в корне неверным, так как глупо разрывать договорённости и ссориться с Великим кланом, не получив более выгодного предложения.   

– В своё время тебя не остановила подобная глупость, – усмехнулась Багратион. – Ведь это действительно глупо, если дорожишь отношениями. Но если молодая Кайсарова или кто-то в её окружении не видит никаких перспектив с Морозовыми, то налицо явная смена курса. А последним можно только посочувствовать или даже позлорадствовать. Ведь за небольшой срок им уже дважды «плюнули в лицо». Сначала ты, а теперь Кайсаровы.  

 – Может быть, – пожала плечами Ольга. – Но в моём случае я была изначально против брака с Морозовым. Только маму моё мнение не сильно интересовало. Так или иначе, но мне пока нечего сказать насчёт Кайсаровых. Зато очень любопытно, почему тебя так взволновала эта тема?

Багратион не стала тянуть и ответила сразу, глядя прямо в глаза Ольге:

– У нас с твоей матерью никогда не было конфликтов, а если возникали спорные ситуации, то мы всегда мирно договаривались. Я ценю, что у нас с тобой аналогичные отношения. И я подумала, что будет правильно упрочнить наши давние связи с помощью брака между детьми. Рустаму – моему внуку от младшей дочери недавно исполнилось семь лет, и я буду чрезвычайно горда, если ты согласишься породниться с моим родом.  

Ольга не торопилась отвечать. Теперь-то ей стал понятен весь смысл предыдущего разговора. Багратион начала издалека и, выяснив про её отношения с Кайсаровыми, сделала предложение. И, бесспорно - предложение интересное и выгодное. Однако Ольга пока не сильно задумывалась о паре для своей дочери. Вопрос, конечно, серьёзный, и решать его требовалось заранее, но ей казалось, что у неё ещё оставалось время на подбор соответствующей кандидатуры будущего жениха для Софии. Очевидно, она ошибалась, а игры вокруг её дочери уже начались. Гордеевы сейчас находятся на пике славы и породниться с ними сочтут за честь все без исключения. Что ж, придётся озадачиться этим делом чуть раньше, чем она планировала. Багратион терпеливо ждала ответа, а отвечать необходимо так, чтобы не обидеть.

– Спасибо, что сочла достойной, – начала Ольга традиционной в подобных случаях фразой, которую обычно произносили на торжественном приёме, что организовывали в честь помолвки, тем самым официально заявляя широкой общественности о своих планах. – Если учесть, что твой род всегда был щепетилен в подобных вопросах и очень тщательно подходил к выбору жениха или невесты, то твоё предложение становится ещё более ценным в моих глазах. Однако, как понимаешь, я не могу ответить тебе прямо сейчас, но обязуюсь всё серьёзно обдумать и взвесить.

– Я и не рассчитывала на немедленный ответ, – улыбнулась Багратион. – Прекрасно понимаю, что такие вопросы с наскока не решаются. И сразу оговорюсь, что возможный отказ не вызовет во мне обиды… На данном этапе, - подчеркнула грузинка в конце.  

– Я тебя поняла́ Нино – спокойно отреагировала Ольга на очередной намёк о свой репутации в похожей ситуации. – И можешь не волноваться. Повторно наступать на одни и те же грабли я точно не собираюсь.

Смена главы клана не является серьёзным поводом для разрыва официально объявленных договорённостей. И конечно, Ольга, отказав Морозовым и взяв в мужья Сергея, существенно подпортила себе реноме. И только лишь то, что вопрос напрямую касался личной жизни Ольги, а вся ситуация несла в себе некий дух романтизма, немного оправдывало её поступок. И конечно, Багратион была в своём праве напомнить о таком поведении Ольги и заодно намекнуть, что грузинский клан не простит подобной выходки. Что ж, предложение озвучено, осталось только всё хорошенько обдумать.

Пообщавшись ещё немного на различные темы, Нино сослалась на желание поговорить с главой Демидовых и отошла. Ольга же, перехватив у услужливой официантки бокал с вином, продолжила своё неспешное наблюдение за фланирующими по залу аристократками. За время разговора с Багратион людей прибавилось, и теперь она могла отметить появление с десяток властительниц из кланов попроще. И как оказалось, на внеочередной совет кланов были приглашены даже несколько свободных боярских родов, которые по силе и влиянию могли успешно поспорить с небольшим кланом. Довольно интересный шаг со стороны Евы. Впрочем, обдумать явно политический ход своей высокопоставленной подруги у Ольги не получилось, так как её одиночество снова было нарушено.  

– Добрый вечер, ваша светлость, - первой поздоровалась молодая Кайсарова.

– Добрый, – без особого радушия в голосе отозвалась Ольга.

– Любой долг красен платежом, – без особых прелюдий заявила Сагдия, чем вызвала у Ольги кривую усмешку.

– Рада, что тебе знакома эта истина, – поддела княгиня юную главу.   

– Она мне не просто знакома, я её ярый приверженец. А вы? – не осталась в долгу четырнадцатилетняя девушка.

–  А я… м-м-м всё ещё думаю.

С ленцой произнеся сказанное, Ольга поднесла бокал поближе к глазам и попыталась оценить игру цвета изысканного напитка. Однако столь явное игнорирование не смутило Кайсарову, которая шагнула ближе и, в силу возраста смотря снизу-вверх, проговорила:

– На мне висит долг, который я готова исполнить незамедлительно, но вы почему-то медлите. Сколько можно думать над ценой? Вы же прекрасно видите, что мы полностью сменили вектор своей политики и открыты к диалогу с вами.    

– Разрыв с Морозовыми - это результат всё той же политики? – ушла от прямого ответа Ольга.

– Да.

– И кому теперь вы хотите предложить своего брата?

– Я бы с удовольствием посваталась бы к вашей дочери, но прекрасно понимаю преждевременность такого шага, – без тени смущения проговорила Сагдия. – Так что, пока это просто демонстрация нашей смены курса и не только для вас.

– Резкая смена курса часто приводит к печальным последствиям, – отстранённо прокомментировала Ольга. 

– Сомневаюсь, что может быть хуже, – криво усмехнулась девушка. – И что бы там себе не думали различные советчики, я считаю правильным разорвать все порочащие нас связи.

– Враги нередко становятся друзьями, но друг, затаивший обиду, гораздо опаснее. А у вас не так много союзников, чтобы пренебрегать этой простой формулой.

– Я просто стараюсь быть предельно честной, – пожала плечами Сагдия. – А настоящих друзей у нас и так не было. Лишь взаимовыгодные отношения, которые сложно назвать дружескими.

Позиция молодой Кайсаровой вызывала уважение, и можно только представить насколько сложно ей приходится в противостоянии с советом старейшин клана.  А то, что данное противостояние есть - понятно сразу. В этот момент на глаза Ольге попалась Индира, которая, как член совета старейшин, была обязана сопровождать несовершеннолетнюю главу клана во всех подобных случаях. Похоже, Сагдия всецело доверяет бывшей любовнице собственной матери, раз именно её взяла с собой в Кремль. 

– Что ж, будь осторожна на своём пути и не забывай, что, помимо внешних врагов, существуют и внутренние. И именно последние – самые опасные. А насчёт долга мы ещё обязательно поговорим, когда придёт время.

Ольга проговорила сказанное максимально доброжелательным тоном. Сагдия хотела что-то ответить, но как раз в этот момент над залом прогремел хорошо поставленный голос церемониймейстера:

– Её императорское величество Ева Романова.

«Что ж, внеочередной совет кланов можно считать открытым», – подумала Ольга, делая шаг по направлению к трону, дабы занять место согласно своему рангу.    


***

 Подмосковная усадьба Гордеевых.


Несмотря на тёплые деньки, сразу же после захода Солнца осень с лихвой возвращала себе права, и словосочетание «томный вечер» звучало бы форменным издевательством. Бодрило неслабо, и находиться на улице без доспеха духа или тёплой одежды было бы, мягко говоря, некомфортно. Мне, как начинающему, хм, волшебнику, на наличие одежды было плевать, так что я стоял на террасе в одних трусах и футболке, спокойно наслаждаясь наступившей тишиной. 

Что касается формы одежды, то никакой тяги к эксгибиционизму у меня не было, просто после принятия душа было влом напяливать даже штаны. В конце концов, я у себя дома, и при желании могу даже голым походить. Ну, хотя бы в пределах наших с Ольгой апартаментов. Однако мне довольно-таки быстро наскучило тупо стоять на террасе, вглядываться в наступивший сумрак и рассматривать тёмный силуэт леса, а потому я решительно вернулся в гостиную, дабы поковыряться в свежих отчётах по алтарю, которые только сегодня прислала Агния.

Вольготно устроившись на удобном диване, что стоял в гостиной напротив камина, приступил к изучению объёмного файла. Постепенно вникая в присланные схемы и параллельно вчитываясь в длинное описание возможных функций, понял, что Агния совершила качественный рывок в своих исследованиях и наконец-то нашла так называемые ключи-узоры. Так сказать, те самые узловые точки, магическое воздействие на которые позволяло активировать артефакт и добиться от него… э-э-э.

Вот чёрт! Мысль оборвалась, ибо я не смог сходу сформулировать, чего именно мы сможем добиться от артефакта Змеевых. Но осознание того факта, что Агния наконец-то смогла разобраться, классифицировать и частично расшифровать структуру нашей загадочной каменюки вызвало во мне нарастающее внутреннее волнение. Понятно, что вопросов по артефакту оставалось ещё вагон и маленькая тележка. Роль многих магических плетений по-прежнему оставалась тайной, как и само предназначение алтаря. Но! Это явно был прорыв. И с этими знаниями можно было значительно ускорить исследования.

«Рыжая скромница», – мысленно фыркнул я, по-новой изучая присланный отчёт. Вместо того чтобы позвонить и настоятельно попросить ознакомиться с результатами работы, Агния - впрочем, как и всегда - тихо сбросила всё на почту. Общий фон написанного звучал сухо и особой восторженности со стороны девушки я не увидел. Агния подчёркивала, что порядок воздействия на узоры-ключи оставался пока не раскрыт, а без решения этой задачки дальнейшее продвижение невозможно. Также она сомневалась, что найдены все ключи. В общем, сохраняла возмутительное спокойствие и скептицизм. Во всяком случае в тексте.

А вот меня новость взбудоражила, и в душе появилось устойчивое желание нагрянуть в гости к нашей боярыне, дабы прощупать всё на месте. Да, признаюсь. Теплилась в моей душе неугасаемая надежда на то, что алтарь окажется тем самым предметом, который и перенёс мою тушку в этот мир. Оставался ещё вариант с божественным вмешательством, но очень сомневаюсь, что Бог решил лично снизойти до такого атеиста, как я.

Каким образом сработал артефакт и сколько всего факторов сыграли одновременно, чтобы осуществить перенос - вопрос конечно хороший. Но главное, я очень жаждал убедиться в том, что это вообще реально. Правда пока с трудом представлял, что мы будем делать, если алтарь действительно способен открывать порталы в другие миры. Ну не стратег я, не стратег. Для меня главное ввязаться во что-то интересное, а осознание последствий приходит уже гораздо позже. Не лучшие качества, но подобная бесшабашность всегда являлась отличительной чертой моего характера. И вообще, это очень даже по-русски, искать себе на задницу приключения, чтобы героически их преодолевать. А в этом мире моё качество получило дополнительную подпитку в виде источника, который беззастенчиво влиял на любые эмоции и, возможно, не только на них.

К моему магическому симбионту у меня накопился обширный список вопросов, но из-за трудностей перевода я мог только догадываться о точном смысле ответов. Сами посудите. Единственное, чем мог оперировать Братишка в процессе диалога, это силой скрытых в нём стихий. И когда я мысленно погружался в источник в надежде расшифровать его инопланетную азбуку, то в ответ на вопрос практически физически ощущал дуновение сильного ветра или жар огня. А совсем недавно на мои попытки «поговорить» с источником стал откликаться лёд, принося с собой ощущение обжигающего холода. Но о чём конкретно пытался сказать Братишка, оставалось тайной, а всё моё понимание строилось на предположениях и догадках.

Кое-что я научился определять безошибочно, как, например, чувствовать Ольгу на расстоянии. Вот и сейчас я заблаговременно был предупреждён о её возвращении из Кремля, так что шум заходящего на посадку вертолёта не вызвал у меня удивления. Судя по всему, моя княгиня не стала нигде задерживаться и спустя несколько минут вошла в гостиную. Я её не видел, ибо сидел спиной к двери, но несмотря на то, что высокая спинка дивана полностью скрывала меня от её взгляда, Ольга безошибочно определила место моей дислокации. Подойдя и на секунду замерев, супруга плавно присела на подлокотник, закинула ногу на ногу и, облокотившись на спинку дивана, нависла надо мной. 

 – Хм. Камин, диван и полуголый мужчина. Какое прекрасное завершение вечера, –  проворковала моя красавица.

– Для полной гармонии не хватает полуголой девушки, – улыбнулся я.

– Ага. То есть жены, одетой в роскошное платье, тебе недостаточно?

– Не по фэн-шую однако. Так что начинай раздеваться.

– Не фэн-шую, говоришь? – хмыкнула Ольга, – А София спит уже?

– Естественно. Время - десятый час. За весь день так набегалась, что вырубилась практически мгновенно.

– Ясно. А ты, как всегда, в планшете проторчал?

– Ага. Тут ещё Агния порадовала, – воодушевлённо начал я…

Я вкратце рассказал Ольге о поворотном моменте в исследовании алтаря, мимоходом упомянув, что в ближайшее время собираюсь навестить нашу мастерицу, дабы уже на месте более детально изучить артефакт. Моя княгиня слушала внимательно и не перебивая, а в конце вдруг спросила:

– М-м, Серёжа. А ты не хочешь съездить на полигон? Облачиться в доспех или сесть за штурвал робота? Так сказать, отвести душу, хорошенько постреляв по различным целям. А?

– Нет, - слегка удивлённо ответил я.    

– А ещё я собираюсь в Маньчжурию на пару дней. И уже оттуда планирую перелёт на Аляску. Хочу лично посмотреть, как обстоят дела у Булатовых. Может, составишь мне компанию? Тебе, как князю, будет полезно увидеть своими глазами всё положение дел в клане. Отчёты отчётами, но за любыми цифрами стоят реальные люди. И статистика, которую ты иногда читаешь, не в состоянии полностью передать всю полноту картины. Что скажешь?

Я молчал, продолжая с изумлением смотреть на Ольгу. Конечно, я старался вникнуть во все значимые нюансы клановой политики и безусловно был в курсе всех важных решений, которые принимала моя жена. И даже иногда ездил с ней на различные деловые встречи и мероприятия, внимательно изучая, с помощью каких методов она решает вопросы. Натура у меня довольно-таки увлекающаяся, и в целом я лёгкий на подъём человек, но после маньчжурских приключений плотно засел за артефакторику и, честно говоря, был полностью доволен настоящим положением дел и своим нынешнем местом в клане. А за всё время и по-настоящему отвлёкся всего один раз, когда Ева подсунула ребус югославской королевы.

Ольга прекрасно знала о моих пристрастиях и совершенно не осуждала, что я, в угоду артефакторике, практически полностью забросил все остальные вопросы. Один мой защитный амулет против воздействия «Оборотня» уже полностью оправдал увлечённость этой магической дисциплиной. Поэтому предложения Ольги прозвучали для меня несколько странно. Я не стал гадать над причинами, а спросил прямо в лоб:      

– Солнце, тебя какая муха укусила?

– Муха здесь не причём. Скорее виноваты воспоминания. Что-то мне начинает казаться, что твои занятия с МПД и пилотирование роботов гораздо безопаснее нежели артефакторика.

– Ага. То есть в Маньчжурии у нас с тобой была просто вечерняя и не напрягающая прогулка?

– Согласись, что в Эфиопии и Югославии вышло намного жарче? – парировала Ольга.

– Ну знаешь ли, – развёл я руками, – зато в разы интереснее. Тайны прошлого, они такие. Могут неприятно удивить, но это никак не влияет на желание их понять.

– Вот-вот. Мне бы очень не хотелось, чтобы алтарь Змеевых нас неприятно удивил.

– Гарантии здесь тебе никто не даст. Просто нужно соблюдать необходимые меры предосторожности и всё будет хорошо. В конце концов, до полного понимания его функций нам ещё очень далеко, так что ты рановато начала паниковать.

– Кто бы говорил об осторожности, – фыркнула Ольга. – Ты же, если видишь цель, то идёшь напрямик, не разбирая дороги.  

– Не будь у меня такой черты характера, то мы бы не познакомились, – хмыкнул я. – И кстати, как нормальный здравомыслящий герой, я иногда хожу в обход.

– Угу, иногда.

– Слушай, ну что ты опять себе накрутила? Или снова видения?

– Нет, в этот раз они не причём, – ответила Ольга, переведя взгляд в сторону камина, в котором весело потрескивали дрова. 

– Вот и отлично, – кивнул я головой. – Чисто теоретически понятно, что других внятных объяснений моему появлению в этом мире трудно найти. И проще, и логичнее списать всё на алтарь. Но по сути, мы слишком рано уверовали в эту его возможность, и артефакт может быть чем угодно. Например, экспериментальным накопителем энергии. А в лесу его поставили подальше от усадьбы только в целях безопасности. А то вдруг рванёт ещё.

– Умеешь же ты успокоить, – усмехнулась Ольга. – Про «рванёт» мне особенно понравилось.

– Ну всё, перестань, – успокаивающе проговорил я, кладя левую руку на бедро жены. – Лучше расскажи, что решили на совете?

– Обошлось без неожиданностей, – пожала супруга плечами. – Большинство с воодушевлением поддержало решение Евы о захвате новых земель в Америке.  

– Это, конечно, здорово, но мне, если честно, до сих пор не понятно, чего она так тянула? Сейчас нашим кланам придётся поднапрячься, чтобы быстро нарастить военное присутствие и подтянуть силы для начала активных действий. Хотя было же время подготовить всё с толком и не спеша.

– Ева слишком чтит свою бабушку, которая была ярой противницей любых завоеваний. Поэтому долго сомневалась и тянула с окончательным решением. Ко всему прочему, наши ранние приготовления наверняка не остались бы незамеченными и вполне могли спровоцировать коалицию на ответные шаги. Например, они могли уговорить Китай на очередную эскалацию конфликта в Маньчжурии. Сейчас на Аляске достаточно клановых сил, чтобы уже начать вторжение на индейские территории. Подкрепление перебросить - дело пары недель. А сильно вглубь мы не полезем. Выбьем самых агрессивных, а с остальными попробуем договориться.

– Договориться? – скептически приподнял я бровь.

– Ну да. У нас же есть свободные боярские роды из числа индейских племён, проживающих на Аляске. Попробуем повторить опыт мирной ассимиляции.   

– Ясно. А кому доверили общую координацию, и кто пойдёт на острие?

– Главным координатором Ева выдвинула кандидатуру Ярославы. Предложение никто не оспаривал.

– И почему я не удивлён? – не удержавшись вставил я свои пять копеек. – И по поводу Ярославы, и что никто не оспаривал.

– А первыми выступят Кайсаровы, Морозовы и Еремеевы. Во второй волне пойдут остальные, кто выразил готовность завоевать себе кусок родовых земель. На данный момент желание участвовать пока изъявили тринадцать кланов, но думаю, итоговое количество будет больше.  

– А насчёт этих троих никто не бухтел, почему именно они пойдут впереди?

– Ну-у кое-кто слегка возмущался, но Ева довольно быстро пресекла брожение. С одной стороны, им достанется больше всех земель, а с другой, на них лягут самые тяжёлые испытания, и они наверняка понесут существенные потери.

– Понятно, – протянул я задумчиво, и вспомнив один важный момент, спросил: – А что там наша юная контрабандистка? Не пора ли возвращать её домой? А то с началом военной операции на Белезину ополчатся все местные племена, по землям которых она проводит караваны.   

–  Она пару дней назад ушла с последней партией груза. Приказ сворачиваться ей передали. И если Светлана не придумает сама себе проблем, то должна успеть вернуться. 

Последняя фраза Ольги вызвала у меня улыбку. Света, конечно, та ещё  сорви-голова. Может на пустом месте придумать себе проблемы, чтобы тут же их решительно преодолеть. Ещё на стадии предварительного планирования, а именно при рассмотрении кандидатуры доверенного лица для налаживания контактов с индейскими племенами, у Ольги были большие сомнения насчёт Светланы.

Несмотря на немалый послужной список Белезиной в столь нелёгком труде, как контрабанда, мою княгиню по-прежнему смущал возраст Светланы, а также такой немаловажный фактор, как беременность молодой боярыни. Однако, что касаемо возраста, я справедливо заметил, что Ольга сама встала у руля клана совсем ещё молодой и неопытной. А по поводу беременности, которая и меня, если честно, немного нервировала, высказалась наша глава СБ, которая также принимала участие в нашем обсуждении:

– Она же одарённая, и это её первая беременность. Это при второй есть масса ограничений и рекомендаций, которые не стоит нарушать, вплоть до запрета пользоваться источником. Так что я за Белезину, которой точно хватит и наглости, и ума, чтобы организовать всё должным образом. Опытные девочки у меня есть, но пусть они побудут у неё на подхвате. Светлана явно мыслит нестандартно и способна импровизировать на ходу, а в данной непростой ситуации это большой плюс.

В общем, Света укатила в Америку, и слава Богу, что ей хватило ума не бегать по горам и прериям с пузом наперевес. Весь оставшийся срок беременности она проторчала на Аляске под защитой Булатовых. Впрочем, подобная прикованность к одному месту не помешала ей успешно организовать несколько транспортных коридоров через индейские территории, по которым нескончаемым потоком хлынуло оружие. В общем, несмотря на молодость, девочка снова удивила. Восемнадцать лет всего и какой талант. Хм. Правда, профиль пока вырисовывается узкоспециализированный, но всё же…      

И можно только представить, сколько сил потребовалось нашей синеволосой занозе высидеть в безопасной зоне весь положенный срок беременности. Так как, едва разродившись крепеньким пацаном, эта чимандрыкнутая, спустя всего две недели, начала активно сопровождать караваны с оружием, причём с каждым разом старалась подобраться поближе к линии фронта. Там индейские племена, непосредственно участвующие в военных действиях, платили за подобный товар намного дороже. В общем, насчёт Светы было сложно удержать какой-нибудь едкий эпитет, так как по-другому описать её авантюрное и на грани фола поведение было довольно сложно. Уж больно нагло она заигрывала с фортуной, невольно тем самым, вызывая восхищение и заставляя обругивать всеми известными словами.    

– Ты чего задумался? – выдернула меня Ольга из воспоминаний.

– Мысли о фэн-шюе не дают мне покоя, – усмехнулся я. – Всё жду, когда же ты начнёшь раздеваться.  

– Что за мужчины пошли? – наиграно вздохнула Ольга, поднимаясь на ноги. – Всё самой приходится делать.

– Я бы тебе с удовольствием помог, но после истории с голубым платьем и твоего часового ворчания о безвозвратной потере уже боюсь притрагиваться к подобным эксклюзивным вещам. Порывы страсти, знаешь ли, так непредсказуемы и плохо поддаются контролю. Боюсь, снова порву что-нибудь для тебя дорогое. Зато сейчас ты сможешь наблюдать мой восхищённый взгляд.

– Врун. Я ворчала минут пять. Не больше, – фыркнула моя княгиня, лёгким движением рук сбрасывая свой вечерний наряд. – Просто признайся, что тебе лень вставать с дивана. И кстати, где обещанное восхищение?

Короткое белоснежное платье, инкрустированное бриллиантами и расшитое золотой нитью, сверкающей струйкой соскользнуло с тела Ольги и опустилось на пол у её ног, а я не спеша наслаждался открывшимся видом, рассматривая свою красавицу. Под это платье она не одевала бюстгальтер, и единственным предметом одежды остались кружевные белые трусики. Будоражащая картина, ничего не скажешь. Мисс совершенство. Симфония красоты и невероятной внутренней силы. Как можно не восхищаться такой женщиной?

– Неужели ты не видишь насколько я восхищён? –  улыбнулся я.

– Нет, не вижу, – шагнула ко мне Ольга.

– Это неровный свет от камина виноват. А так, я покорён и нахожусь в полном ауте от восторга.

– Покорён значит!? – довольно произнесла жена, усаживаясь на мои колени ко мне лицом.  

В такой позе её грудь оказалась прямо напротив моего лица, дразня и словно требуя взять это сокровище в ладони, чтобы затем покрыть поцелуями. Ну, мне так казалось во всяком случае.

–  Ага. Бери меня. Я весь твой, – проговорил я, слегка касаясь ладонями её бёдер.  

– Нет уж, хитрый какой. Я уже разделась сама, теперь твоя очередь проявлять инициативу.  

Обхватив мою шею руками, Ольга настойчиво притянула мою голову к своей груди, без слов показывая, какой именно инициативы она ждёт. Я не сопротивлялся. Наоборот с нарастающим возбуждением припал к груди своей волшебницы, дабы передать ей толику огня, что неистово полыхает во мне с момента нашей первой встречи. Что это? Та самая неугасаемая любовь, о которой веками слагают поэты? Или виной всему магия наших источников, которые тянутся друг к другу с постоянной и непрерывной силой? А ещё на горизонте маячит Ева, словно барьерный риф посреди нашего океана любви. И словно тот океан мы с Ольгой волна за волной выплёскиваем на Еву мощный поток из неконтролируемых чувств, получая взамен… Не знаю, что именно, но что-то очень важное. Знать бы ещё, что конкретно. Э-эх, как же много вопросов и все без ответа. Я ещё успел осознанно послать всё к чёрту перед тем как полностью погрузиться в нежность, страсть и весь тот сонм из сладких чувств, что сопровождают любое подобное действо.  

***

Кремль. Рабочий кабинет Евы. 


– Юлия, - окликнула Ева выходящую из кабинета главу СИБа.

– Да, Ваше императорское величество.

– Забыла спросить, как продвигаются поиски Антонины?

– Мы нашли её след в Японии…

– Ты мне это уже говорила, – перебила Ева говорящую. – С тех пор прошёл уже месяц.

– Конечно. Простите. Заработалась, – повинилась Коршун. – Неделю назад, благодаря помощи наших японских подруг, получилось достоверно установить, что она ещё ранней весной покинула острова и отплыла в Мексику. Я уже подняла все агентурные связи в королевстве, но результатов пока нет. 

– Она вас опережает и очень сильно, – нахмурилась Ева.

– Антонина, как бывшая глава СИБа, прекрасно разбирается в специфике нашей работы, – начала оправдываться безопасница, – Также я абсолютно уверена в том, что у Антонины ещё остались преданные ей сотрудницы, которые наверняка информируют её о наших шагах. Всех подозреваемых отправляем на ментальное сканирование, и с момента попытки мятежа уже выявили четверых. Я вам докладывала об этих случаях. Однако, сколько ещё скрываются и продолжают работать в структуре Службы, доподлинно не известно. В данный момент серьёзно раздумываю о том, чтобы привлечь к поиску Антонины клановые СБ. Естественно речь только о тех кланах, в чей полной лояльности вы не сомневаетесь. Например: Гордеевы, Вяземские и Демидовы. Возможности их спецслужб, конечно, не столь велики, как у нас, но считаю, этот шаг повысит шансы на успех и позволит избежать утечки информации. Такого зверя, как Антонина, надо загонять сообща, с привлечением всех возможных ресурсов. Но без вас мне этот вопрос не решить.

Юлия замолчала, а Ева, раздумывая над поднятым вопросом, потянулась к двум хрустальным вазочкам, что с недавних пор занимали почётное место на столе. Одна из них была заполнена густым липовым мёдом, а вторая хранила хрустящие маринованные огурчики. «Вкуснее маринованного огурца может быть только маринованный огурец с мёдом», – подумала Ева, и в полном соответствии своим мыслям макнула взятый овощ в мёд.

Ева раньше и подумать не могла, что маринованные огурцы с мёдом станут её излюбленным лакомством. Но в последний месяц беременности её организм, который до этого вёл себя абсолютно нормально, вдруг затребовал чего-нибудь необычного. Ей пришлось перепробовать множество несочетаемых друг с другом продуктов, чтобы наконец-то, вывести идеальную вкусовую формулу. С удовольствием схрумкав свой оригинальный десерт, Ева проговорила:

– Хорошо. Я поговорю с главами озвученных кланов, чтобы они оказали тебе содействие по данному вопросу. Можешь идти.   

Попрощавшись, Коршун вышла из кабинета, а Ева, придвинув поближе обе вазочки, решила уделить время трём последним огурчикам, что сиротливо плавали в маринаде. «Хватит на сегодня, или сказать, чтобы принесли ещё?», – размышляла императрица крупнейшего государства на планете. Все глобальные вопросы на некоторое время утратили актуальность, а мыслями Евы полностью завладели зелёные пупырчатые овощи.    

Глава 2 Дебют

Где-то в Северной Америке

«Разведка – дело сложное и опасное», — думала Светлана над этим довольно простым и прочно устоявшимся тезисом. Сама мысль посетила её при виде ожесточённого сражения, которое разворачивалось прямо на глазах у всего российского отряда, отправленного на индейские территории с очередной “гуманитарной” миссией. 

Полевой лагерь Гордеевых был надёжно скрыт от любопытных глаз магической иллюзией при помощи сразу двух “Артефактов Миражей”, что позволяло клановым воительницам спокойно наблюдать, как на ровной и гладкой, словно стол, степи сошлись в неравной схватке силы индейского племени Кайова и разведывательное подразделение какого-то мексиканского клана. 

Преимущество Кайова было подавляющим, и три лёгких разведывательных робота модели “Рапид” не могли оказать серьёзного сопротивления пятнадцати тяжёлым МПД, трём Альфам и двум десяткам воительниц рангом пониже. Сам бой длился уже минут десять, и хотя индейцы могли закончить его гораздо раньше, но ограничились тем, что в первые минуты сразу же вывели из строя одного “Рапида”, а теперь просто совмещали приятное с полезным, а именно: неспешно добивали своих врагов и, одновременно с этим, в боевых условиях проводили испытание МПД немецкого производства, которые три дня назад доставил отряд Белезиной. 

У индейских пилотов, уже имевших опыт управления подобными доспехами, была пара спокойных дней, чтобы под руководством российских воительниц обкатать и немного освоить новую технику. И глядя на уверенные и тактически грамотные действия Кайова, в голову юной боярыни приходило понимание, что российским кланам придётся сильно постараться, чтобы сломить сопротивление этих сильных и гордых женщин.

В окончательной победе своей великой державы Светлана не сомневалась, но вот возможная цена за эту победу заставляла сильно задуматься. Во всяком случае, девушка была прекрасно осведомлена о состоянии дел у евро-мексиканской коалиции и знала, что, несмотря на видимые успехи по захвату индейских территорий, союзницы понесли весьма существенные потери, а ведь война только начала разгораться. Так что даже на севере континента, который не был заселён настолько плотно, как юг и центр материка, не стоит ожидать лёгкой прогулки. 

Продолжая наблюдать за избиением младенцев, роль которых играли два “Рапида”, Светлана думала о таком немаловажном факторе как репутация. И в данном случае она полностью играла на стороне Кайова. Ведь пилотам двух оставшихся в строю роботов ничто не мешало после потери первой машины сразу же ретироваться с поля боя, благо, что технические характеристики лёгкой техники позволяли спокойно оторваться от возможного преследования. Да, беспорно, своих бросать не принято но в подобной ситуации, когда разведчицы уже выполнили поставленную задачу по обнаружению противника и к тому же без шансов на победу, нет ничего зазорного в отступлении. Ведь это война, и потери неизбежны.  

Однако кровожадная репутация индейского племени удерживала мексиканок на месте. Дело в том, что Кайова, как, впрочем, и остальные американские племена, не отличались особой гуманностью по отношению к своим врагам и применяли к пленным довольно изощрённую систему пыток. Причём при наличии лекарки издевательства над жертвами могли продолжаться практически вечно. Само собой, что столь кровавая традиция не добавляла к индейцам любви со стороны более цивилизованных стран. 

Но именно подобное обстоятельство и мешало двум пилотам с чистой совестью выйти из боя. А всё, что они сейчас пытались сделать, это подобраться к первому “Рапиду”, чтобы добить свою боевую подругу, дабы она не досталась врагу живой. Впрочем, индейские воительницы действовали на удивление слаженно и легко пресекали такие попытки. 

Мексиканкам откровенно не повезло нарваться на торговый пост посреди бескрайней степи. Причём “нарваться” в прямом смысле этого слова. Ибо артефакты, которыми активно пользовались как индейцы, так и отряд Белезиной, надёжно скрывали присутствие людей и многочисленной колёсной техники не только от человеческих глаз, но и от более совершенных приборов. Три “Рапида” шли широким веером, когда крайний робот практически упёрся в индейский лагерь, и именно он стал первой и пока единственной потерей в этом бою.

Анализируя случившееся, Светлана была вынуждена констатировать, что появление мексиканских разведчиц не случайно. И скорее всего виной всему именно деятельность русского отряда. По всей видимости, их засекли с воздуха во время очередного перехода, что в общем-то было не удивительно при том количестве авиации, которую нагнал евро-мексиканской союз. Этот же фактор и не позволил Белезиной использовать более удобные логистические схемы по доставке вооружения на индейские земли. 

Конечно, ближе к границам Русской Аляски можно было свободно пользоваться транспортными самолётами, ибо так далеко на север авиация коалиции не забиралась. Но в этом не было никакого смысла, так как в условиях намечающегося вторжения российских кланов было глупо усиливать вероятного противника. Зато доставка оружия на юг и юго-восток континента была чревата вероятными проблемами. Потеряв один самолёт с грузом и едва не лишившись ещё одного, Светлана решила больше не экспериментировать и вернуться к пусть и более медленной, но проверенной и надёжной схеме. 

Данный рейд должен был стать последним, но глядя на сражающихся противников, в голове у Светы крутилась мысль о фатальном невезении. И в этот раз она размышляла не о мексиканских пилотах, нагло забравшихся в глубь индейских земель, а о собственном отряде, который оказался отрезан от запланированного пути отхода. Как сообщила прибывшая с утра воительница-кайова, силы мексиканских кланов перешли в новое наступление и прямой путь на запад отрезан. Данная новость вызвала у Светланы устойчивое чувство дежавю и воспоминания о Маньчжурии, где пришлось приложить существенные усилия для возвращения домой. Правда в нынешней ситуации положение отряда не выглядело безнадёжным, во всяком случае пока.

Однако, чтобы теперь добраться до тихоокеанского побережья, где отряд должен подобрать корабль, принадлежащий японскому клану Мията, потребуется сделать существенный крюк на север. А любой крюк - это потеря времени, что соответственно увеличивало срок нахождения на индейских землях и, в преддверии вторжения российских кланов, несло в себе огромные проблемы.  

Жаль, конечно, что конспирация не сработала, а попытка выдавать себя за представительниц Австралии полностью провалилась ещё три месяца назад. Всё-таки местные воительницы были кем угодно, но только не дурами. И хотя девушки в отряде старались при контактах с индейцами хранить в основном молчание или использовать в общении друг с другом английский язык, без проколов всё равно не обошлось. Так что местным племенам было прекрасно известно, откуда на самом деле пожаловали торговые гости, и с началом военных действий со стороны России индейцы с радостью нападут на караван. И Света очень сомневалась, что её отряд сможет с боем проломиться через территорию, которую полностью контролировали четыре крупных племенных образования.

Светлана ненадолго отвлеклась от сражения и окинула взглядом своих людей, которые практически в полном составе столпились у края защитного поля и, не стесняясь, громко обсуждали небольшую, но жаркую баталию. На данный момент в составе отряда числилось двадцать дельт-рулевых, три десятка тяжёлых МПД и, соответственно, столько же пилотов в ранге Гамма. Также имелась лекарка второго ранга и одна мастерица-артефактор, а в качестве козырей выступала пятёрка Альф. 

В этот рейд из своего рода Светлана взяла только пятерых девушек - пилотов МПД. И, конечно, Евгению, свою бессменную хранительницу и главу охраны. Остальные воительницы, включая лекарку и мастерицу, были из правящего рода Гордеевых. “Для охраны каравана достаточно, но чтобы с боем прорываться через враждебную территорию, силёнок явно маловато”, — мысленно вздохнула молодая боярыня, продолжая прикидывать варианты дальнейших шагов. Однако очередной виток размышлений Светы прервала старшая из пятёрки Альф:

– Мы вполне можем вмешаться, если на то будет ваше желание, —  проговорила воительница, — Бой слишком близко сместился к нашему лагерю, и формально мы в своём праве. Хотя наши гостеприимные хозяйки всё равно выскажут вам претензии. 

– Хорошо, – немного помедлив проговорила Светлана. – Только проследите, чтобы в живых никого не осталось. Я про мексиканок.  

– Сделаем, – явно довольно произнесла Альфа, которая, похоже, просто соскучилась по хорошей драке. 

Отдав свой гуманный в данном случае приказ и отстранённо проводив взглядом пятёрку воительниц, которые на максимальной скорости рванули в гущу сражения, Светлана продолжила обдумывать дальнейшие шаги. И чем дольше она размышляла, тем больше убеждалась, что единственным вариантом, способным частично удовлетворить всем требованиям по безопасности и компенсировать потерю по времени, была эвакуация по воздуху. Придётся, конечно, бросить весь наличный транспорт, но спасти людей гораздо важнее. Правда для осуществления этого плана необходимо удалиться от линии фронта километров на триста-четыреста к северу, иначе самолёт засекут ещё на подлёте и наверняка постараются сбить либо на посадке, либо при взлёте. 

“Ага. А вот и хозяйка окрестных земель. Сейчас начнёт возмущаться”, — напряглась Света при виде небольшой группы быстро приближающихся индейских воительниц. Найра – глава местного крупного рода – уже разменяла шестой десяток лет и среди знакомых Светлане индейских властительниц обладала, наверное, самым скверным характером и прямо-таки патологической жадностью. Во всяком случае, расчёт Светы хорошо заработать в этих краях на доспехах, ввиду большой нужды индейцев в подобном вооружении, оправдался лишь частично из-за неимоверной скупости Найры. Пришлось хорошенько поторговаться, ибо тащить оставшийся груз в обратном направлении совсем не хотелось.

— Зачем? – едва приблизившись проскрипела глава индейского рода, гневно тряхнув головой – Зачем твои люди влезают в нашу войну? 

Вопрос был задан на корявом испанском, который имел наибольшее распространение в данной местности. И хотя Светлана не могла похвастаться хорошим знанием языка, смысл сказанного был понятен интуитивно. Однако она дождалась, пока отрядная переводчица, а по совместительству сотрудница СБ клана, перевела фразу на английский и, приняв подобающую случаю позу с гордо поднятой головой, постаралась ответить как можно пафоснее, не забыв для красоты прижать правую руку к груди:

— Дух войны смутил мысли моих воительниц, и они не смогли противиться жажде крови и подвига, которые полностью овладели ими. Глядя на то, как смело сражаются Кайова, они загорелись желанием внести свою лепту в этот бой.  Я приношу извинения за столь излишнюю горячность и прошу понять и простить подобное поведение.

— Но зачем они убивают пилотов? — по-прежнему недовольным тоном спросила Найра, едва переводчица закончила свою работу.

— Согласно нашим обычаям, врагов нужно убивать. 

— Вы на нашей земле, — нахмурилась Найра, — и мы считаем, что наши враги должны умирать медленной и мучительной смертью. Быстрая смерть — слишком лёгкое наказание.

— Вы правы, — состроив виноватое выражение лица, проговорила Света, — и дабы загладить нанесённую обиду позвольте в знак дружбы подарить вам один МПД.

— Но пилотов было три. 

— Да, пилотов три, а доспех один, — с невозмутимым видом ответила девушка.

Так-то не проданными оставались ещё пятнадцать тяжёлых МПД, но Светлана скорее удавится, чем станет раздавать их бесплатно. Уж лучше отвезти обратно домой или, на крайний случай, пересадить часть Дельт с автомобилей в доспехи, благо, все девушки в отряде обладали многими полезными умениями. 

— А если я куплю ещё пять доспехов, мне будет скидка?

“Кто бы сомневался”, — мысленно усмехнулась Белезина на подобный пассаж, но вслух вежливо ответила: 

— Всё зависит от того, что вы хотите предложить в качестве обмена. 

Не отвечая, Найра молча махнула рукой, а из-за её спины тут же выскочила девушка, держащая на руках большую деревянную шкатулку. Света с любопытством посмотрела на предмет, гадая над возможным содержимым. В принципе, вариантов было не так много: золото, драгоценные камни, либо амулеты. И как выяснилось спустя секунду, речь шла именно о последнем пункте. Мазнув взглядом по явно магическим изделиям, Светлана оглянулась, чтобы подозвать мастерицу по артефакторике, но как оказалось, искомая отрядная единица уже замерла рядом и по знаку боярыни мгновенно склонилась над шкатулкой. 

На поверхностное исследование нескольких амулетов и одного явно не простого ножа у мастерицы ушло десяток минут. За это время бой на равнине оканчательно утих, и пятёрка Альф, отведя душу лёгкой победой, успела вернуться в распоряжение отряда. Закончив осмотр, девушка-артефактор подошла к Свете и, склонившись поближе к уху, прошептала: 

— Из стоящих вещей можно отметить нож для Беты, слабенький “Артефактор Миражей” и два лекарских амулета, которые, судя по по магической печати, делала Пово или кто-то из её рода.  Остальные амулеты относятся к защитным, но довольно просты.

— Пово!? Та самая? Ты уверена? — тихо переспросила Света. 

— Абсолютно. Мне уже попадались её работы. Подделка исключена. Без сомнения, это артефакты высочайшего уровня. 

Светлана задумалась. Ещё на стадии предварительного планирования и обсуждения возможной выгоды от продажи оружия остро встала финансовая сторона дела. Ведь среди индейских племён практически полностью отсутствовали денежные отношения, а в ходу в основном был натуральный обмен. И если при продаже МПД за драгоценные металлы или камни вопросов не возникало, то с амулетами было не так всё просто. 

Безусловно, у каждой магической вещи была своя цена, но брать всё подряд — так себе идея.  Ведь индейцы, прочувствовав ситуацию, стали бы тащить на обмен всякую мелочь, не особо и нужную клану. В итоге Света получила список самых необходимых позиций по различным амулетам и артефактам, в которых Гордеевы испытывали нужду или на которые имелся хороший спрос на рынке. 

Первые места в рейтинговом листе заслуженно занимали различные боевые артефакты и лекарские амулеты, как одни из самых сложных в производстве. Однако Свету больше всего удивило, что в среде индейских мастериц-артефакторов было несколько имён, чья слава разлетелась далеко за пределы Северо-Американского континента. 

Если верить краткой справке эсбэ, то род Пово специализировался на создании лекарских амулетов и по праву считался одним из из самых известных. А судя по слухам, в которых описывались настоящие чудеса и часто фигурировали невероятные истории, рассказывающие чуть ли не о не воскрешении из мёртвых, их изделия обладали прямо-таки фантастическими возможностями. 

В общем, после слов отрядной мастерицы у Светланы возникло устойчивое желание совместить полезное с необходимым, а именно, раз уж судьба скорректировала дальнейший путь отряда, то, наверное, стоит заглянуть в гости к этому расхваленному роду артефакторов. Возможно, удастся выменять или приобрести десяток-другой хороших и качественных амулетов. Прогнав в голове подобные мысли, Света задумчиво проговорила: 

— Предложение неплохое, но нужно добавить самую малость. 

— И в чём заключается эта малость? — нахмурилась Найра в очередной раз за время разговора.

— Мне нужна проводница к вашим соседкам на севере. 

— Арапахо!? Хорошо. Договорились. — мгновенно согласилась индейская воительница, едва дождавшись окончания перевода, явно переживая, как бы Света не добавила к цене чего-нибудь ещё.

“Вот и прекрасно. Осталось совершить марш-бросок километров на триста, и мы почти дома”, — мысли Светланы явно приняли более позитивное направление. Оставалось надеяться, что новых трудностей на пути отряда не прибавится...

***

Подмосковная усадьба Зориных.

“Надо бы заглянуть к лекарке”, — потирая подбородок подумал я. Очухавшись от магического воздействия, волосы начали свой неторопливый рост, а значит, пришла пора повторить процедуру волшебной депиляции, дабы снова месяца два не думать о таком процессе, как бритьё. Вообще, учитывая ситуацию, мысль была, мягко говоря, несвоевременной, но вот за каким-то фигом родилась и нагло вмешалась в мыслительный процесс, причём в самый разгар словесной баталии, протекающей между мной и Радой. 

Про “баталию” я, конечно, слегка загнул, ибо разница в статусе между мной и доверенной Альфой всё же не позволяла воительнице переходить рамки дозволенного. Однако моё, казалось бы, простое желание съездить на одну интересную встречу натолкнулось на яростное противодействие со стороны хранительницы. Рада намертво стояла на своём и совершенно не стеснялась со мной спорить. Хотя всего лишь час назад ничто не предвещало каких-либо проблем. Более того, я в принципе никуда не планировал ехать, но неожиданный форс-мажор резко скорректировал мои планы.

Будь на месте Ольга, то вопрос моей личной безопасности, который так волновал Раду, даже не поднимался бы. Однако моя княгиня ещё вчера утром улетела в Маньчжурию, а я, проводив свою Валькирию, не утерпел и тем же днём перебазировался к Агнии, решив лично покопаться в устройстве алтаря. Софию также прихватил с собой, дабы ребёнок не скучал в одиночестве.

Учитывая многочисленную свиту, в небольшом поместье Агнии случилось настоящее столпотворение. Правда наша юная боярыня, с головой погружённая в работу, совсем не смутилась такому наплыву гостей и разместила всех с максимально возможным удобством. А на следующие сутки, не успел я с дочкой как следует обжиться в предоставленных апартаментах, мне поступил интересный звонок. Сам факт звонка - довольно обыденная вещь, если бы не персона звонившего, а точнее звонящей. 

Уж что-что, а услышать в динамике телефона голос Августы Шультц я точно не ожидал. Аж растерялся на пару секунд. Однако предложение о встрече воспринял уже с меньшим удивлением, хотя меня несколько смущало ограничение по времени. Дело в том, что баронесса, прибывшая, по её словам, в составе немецкой делегации, уже через несколько часов улетала обратно домой, отчего и назначила встречу на сегодня, прямо в аэропорту. Можно было, конечно, сослаться на занятость и послать её куда подальше, если бы не одно но... 

Со времени сражения у развалин эфиопской крепости и после введения, благодаря Еве, торговых запретов на продукцию немецкого клана этот звонок был первой попыткой со стороны Шультц выйти на связь. Каким образом она достала мой личный номер телефона - вопрос, конечно, хороший, но пусть его решает Марина. Почему позвонила мне - тоже весьма любопытно, но гораздо интереснее узнать, что же Августа хочет сказать.

Параллельно устойчивому любопытству, в моей душе постепенно разгоралось желание навалять белокурой немке за непосредственное участие клана Шультц в нападении в Эфиопии. Правда я пока понятия не имел, как именно удовлетворить сие благородное побуждение. Но в подобной ситуации, как говорится: “Мечтать не вредно - вредно не мечтать.” В общем, недолго думая, вызвал Раду и поставил её перед фактом скорейшего выезда на важную встречу. Вот тут-то и нашла коса на камень.

– Я не понимаю, почему ты так нервничаешь. Что со мной может случиться в центре Москвы? — пошёл я на новый заход.

– Мне кажется, недавние события достаточно ясно всем продемонстрировали, что даже Кремль не даёт гарантий в полной безопасности.  

– Там был заговор государственного масштаба, у нас же планируется встреча из двух человек.

– Я не могу отпустить вас без сопровождения меньше пяти Альф, но тогда с Софией останутся всего три высокоранговые воительницы, а это недопустимо. 

– Ты забыла про Евгению, – напомнил я про личную хранительницу Агнии.  

– Она не полноценная одарённая, - невозмутимо ответила Рада, - и её в любом случае недостаточно для охраны наследницы. Пять Альф - это тот минимум, который я обязана оставить. Мы всё-таки не в Нижнем или хотя бы у себя в усадьбе, которая защищена на порядок лучше, чем поместье боярыни Зориной.

 – Полноценная, не полноценная, – пробурчал я на явную дискриминацию старенькой Альфы и вообще всех остальных одарённых, владеющих только одной стихией.  

– Хочу также напомнить, что Августа Шультц очень сильная воительница, – сохраняя флегматичное выражение лица продолжила Рада гнуть свою линию. 

– Она всего лишь Альфа, а значит, не сильнее тебя. Ты, вон, одной ногой уже в следующем ранге, – парировал я довод. 

– И мы понятия не имеем, каков общий уровень её охраны. 

Железобетонная и не пробиваемая. Примерно такую краткую характеристику можно было дать Раде. Нет, бесспорно, её можно понять. На ней лежит безопасность дочери и меня, но что-то она уж явно перестраховывается. 

– Ладно, – выдохнул я. – Твои предложения? 

– Отмените встречу или перенесите на завтра, пока из Нижнего не прибудут ещё воительницы.  

– Исключено. Сразу после встречи Шультц улетает в Берлин. Не просто же так договорились встретиться в аэропорту. 

– Не могу не заметить, что вы немного погорячились, ответив согласием.  

Ага, было бы даже смешно, если бы Рада улыбнулась. Однако “миссис кремень” держала на лице каменную маску, и мне оставалось только догадываться, как много иронии она вложила в своё замечание. 

– Она меня заинтриговала, – развёл я руками. 

– Лично для меня интригой является то, что Шультц прибыла в столицу на следующий день после отлёта княгини Ольги в Маньчжурию. Вам не кажется это странным? 

— Нет, — хмыкнул я, — здравомыслящие люди обычно избегают того, кого боятся. 

— А чего ей бояться? — задумчиво вопросила Рада. — Уподобляться немкам и нападать исподтишка наш клан не станет. Единственное, что, наверное, попыталась бы сделать княгиня, это спровоцировать баронессу на дуэль. 

— А вот здесь поподробнее, — встрепенулся я в кресле. — Августа же не идиотка, чтобы вестись на провокации Валькирии!?

— Ну почему же, — пожала плечами хранительница. — Учитывая разницу в рангах, вместо госпожи на поединок вышла бы я. В данном случае у баронессы было бы два варианта на выбор. Либо также выставить на дуэль свою воительницу, либо самостоятельно отстоять честь своего имени. 

— Стоп, — поднял я руку, пытаясь не упустить пришедшую в голову мысль. — А ты можешь бросить вызов или как-то спровоцировать поединок? 

— Нет. Я всего лишь хранительница, и если попробую хоть как-то оскорбить баронессу фон Шультц, то она вправе отдать приказ своим воительницам просто убить меня. И ей ничего за это не будет. 

— Та-ак. А если вызов на дуэль брошу я? Или попробую как-то вывести её из себя? 

Рада внимательно посмотрела на меня и неторопливо проговорила: 

— В принципе, можете. Несколько подобных случаев мне известны. 

— Так, может, попробуем? — немного неуверенно предложил я. 

— Я всегда готова отстоять честь Гордеевых, — вскинула голову хранительница и с небольшим сомнением в голосе добавила: — Однако меня по-прежнему смущает вопрос вашей безопасности.

— По безопасности не волнуйся, — отмахнулся я, — есть у меня одна идея, которая полностью тебя удовлетворит. Зато очень сильно напрягает, что оскорблять и провоцировать буду я, а отвечать будешь ты. 

— Какую цель вы преследуете, желая вызвать Августу на дуэль? — неожиданно спросила Рада.

— Отомстить Шультц за подлое нападение, — мгновенно ответил я. 

— Если баронесса всё-таки согласится на дуэль, вы сможете осуществить задуманное? 

Я не стал отвечать, только зубами скрипнул. Естественно, мне не выстоять против Альфы ни в магическом поединке, ни в фехтовальном. Не дождавшись от меня ответа, Рада кивнула головой и сказала:

— У меня будет только одна просьба. При обсуждении условий поединка выбирайте артефактное оружие и бой на смерть.

— Уверена? —с мрачным видом переспросил я, уже жалея, что отдающая авантюризмом мысль посетила мою голову. 

— Иначе какой смысл во всём этом!? 

— Не факт, что Августа лично выйдет на поединок. 

— Не факт, но есть шанс, что баронесса захочет лично покрасоваться перед таким мужчиной, как вы — улыбнулась Рада.

— Она наверняка знает, что ты лучшая поединщица клана в своём ранге, — потёр я подбородок, пропуская мимо ушей сомнительный довод хранительницы. — Сомневаюсь, что захочет рисковать. 

— Она тоже, — хмыкнула воительница. 

— Что тоже? 

— После погибшей в Эфиопии Хильды Шультц, теперь Августа – клинок номер один в своём клане. У неё четыре выигранные дуэли, причём все на артефактном оружии. 

— Это ты когда успела узнать? 

— Девочки подсказали, — тронула Рада гарнитуру, торчащую из уха. 

— Девочки, — буркнул я, отчего-то раздражённый подобной оперативностью. — Если с тобой что-то случится, Ольга меня прибьёт. 

— Думаю, княгиня больше расстроится, если узнает, что у нас был реальный шанс достать Шультц, а мы ничего не сделали. Повторюсь, но на вашем месте госпожа попыталась бы сделать то же самое. Так сказать, малой кровью добиться результата.

— Ладно, — скрепя сердце проговорил я после небольшой паузы. — Готовь машины. 

Рада молчаливо кивнула головой и вышла из комнаты. Я же откинулся в кресле и какое-то время сидел, стараясь прогнать целый сонм различных мыслей, которые в основном имели очень мрачный окрас. Однако внутреннее волнение не отпускало, а идея с дуэлью с каждой секундой казалась мне всё хреновее и хреновее. “В любом случае, сначала будет разговор, а там посмотрим,” — пришёл я к компромиссу, чтобы хоть как-то уладить внутренний конфликт, возникший в результате столкновений двух противоборствующих желаний – желанием наказать Шультц и при этом не рисковать жизнью доверенной хранительницы. В общем, всё по классике, хотелось влезть на ёлку и ничего не ободрать. 

***

Сидя за столом, накрытым скатертью бордового цвета, я в очередной раз глянул на часы. Однако до часа Х оставалось ещё с десяток минут, и категорично заявлять, что баронесса фон Шультц опаздывала на встречу было пока преждевременно. Но внутреннее волнение заставляло раз за разом следить за неумолимым бегом времени.

Мы приехали намного раньше условленного срока, дабы хранительницы смогли оценить обстановку и принять необходимые меры по моей безопасности. Так что я почти час скучал, сидя за столом, допивая уже третью кружку кофе. А единственным развлечением был прекрасный вид из панорамного окна, из которого можно было с интересом наблюдать за беспрерывной суетой, коя сопутствует жизни любого крупного аэропорта. 

Ресторан, в котором Августа назначила встречу, располагался на четвёртом этаже терминала и явно относился к разряду элитных. Помимо панорамных окон, интерьера из дорогих пород дерева и кожаных диванов, к показателю его высокого статуса можно отнести и обслуживающий персонал. Во всяком случае, встретить в этом мире официантов-мужчин задача не тривиальная и для обычной забегаловки в принципе невозможная. Я увидел всего двоих, но даже это было достаточно много.

Само собой, ценник в подобном месте был соответствующим, и за кружку кофе здесь просили столько, что где-нибудь в центре Москвы, причём в нормальном кафе, я вполне мог заказать себе полноценный обед с первым и вторым блюдом и ещё на десерт осталось бы. Естественно, столь высокая цена отпугивала мало обеспеченную часть посетителей и большинство столов оставалось не занятыми. 

Впрочем, вопрос с ценой меня не сильно волновал, как и всю мою охрану, которая расположилась за двумя соседними столами. Рада с коллегой находились справа от меня и наравне со мной коротали время за чашками с кофе. Слева, играя посторонних зевак, сидели две Альфы, присланные Мариной из московского офиса нашего СБ. Ещё одна высокоранговая хранительница кружила недалеко от входа в ресторан, а внизу, в машинах, ожидала группа поддержки в составе пяти воительниц в ранге Бетта и аж десяти тяжёлых МПД, кои каким-то чудом разместились в одном грузовике. В общем, Рада более чем серьёзно подошла к обеспечению моей безопасности. И это были только те, о ком я знал, а по мом предположениям, усилиями Марины в зале сидели как минимум ещё несколько агентесс. 

Пока ехали в аэропорт, я всё-таки не удержался и позвонил Ольге. Мнение Рады я, конечно, уважаю, но в вопросах такого уровня лучше всего проконсультироваться с более компетентным человеком. Мало ли я чего-то не знаю, и у Оли имелись далеко идущие планы насчёт Шультц, которые мне меньше всего хотелось бы нарушить и своими необдуманными поступками как-то поставить весь клан в глупое положение. Наломать дров легко – исправлять потом замучаешься. 

Естественно, первое, что уточнила Ольга, это количество моей охраны. Согласившись, что сил привлечено достаточно, моя княгиня, поколебалась и всё же призналась, что вариант с дуэлью выглядит очень симпатично, особенно если Августа решит покрасоваться передо мной и захочет самостоятельно провести поединок. В общем, она не сомневалась в фехтовальных способностях Рады и была готова рискнуть жизнью своей хранительницы ради удовлетворения чувства мести. Данный аспект волновал Ольгу даже больше, чем возможная тема для разговора, которую так не терпелось обсудить Шультц. Так что мне оставалось только сыграть роль забияки и бросить перчатку… 

— Внимание! Вижу немецкий кортеж. — раздался в мини-гарнитуре голос девушки из наружного наблюдения. 

“Понеслась, братан. Готовность один.” — мысленно подбодрил я себя, одновременно встречаясь со взглядом Рады. Хранительница расслабленно сидела на комфортабельном диване и, казалось, излучала абсолютное спокойствие. А спустя несколько минут в ресторан уверенно прошествовали три девушки, в одной из которых я сразу узнал Августу. 

Эффектная блондинка, одетая в чёрный брючный костюм и выглядывающую из-под распахнутых полов пиджака белоснежную сорочку, быстро сориентировалась в большом помещении и, найдя меня взглядом, решительно направилась в мою сторону. Сопровождающие её хранительницы отстали на на пару шагов и, немного поколебавшись, свернули к столику, который занимала Рада. Когда Августа подошла ближе я, соблюдая этикет, поднялся на ноги, дабы поприветствовать наследницу германского клана. 

— Добрый день, баронесса, — нейтрально поздоровался я. 

— Добрый, князь, — улыбнулась Августа, — Очень рада вас видеть. 

— Я, к сожалению, пока не определился в своих ощущениях, — не удержал я сухости в голосе. —  Любопытство, бесспорно, присутствует, а вот с радостью туго. 

— Уверена, что смогу добавить вам эмоций, — хмыкнула девушка, присаживаясь на диван напротив меня. 

— Надеюсь, хороших? 

— Не знаю, не знаю, — задумчиво проговорила Шультц, — смотря с какой стороны смотреть.

— Что ж, давайте посмотрим, — сказал я, садясь обратно на диван и, водрузив обе руки на стол, сцепил ладони в замок.

— Вы правы. Чего тянуть. Но в первую очередь хотела бы извиниться за действия моей тётушки Хильды в Эфиопии. Хочу подчеркнуть, что она действовала самостоятельно и не поставила главу клана в известность о своих намерениях.

— Вам не кажется, что вы немного затянули с извинениями, а также с придумыванием причины, по которой клан Шультц оказался замешан в подлом нападении на нас? — не скрывая сарказма, произнёс я. 

— Один человек - это ещё не весь клан, — спокойно ответила Августа. — Уверена, вы прекрасно понимаете, что у Хильды было достаточно полномочий для свободы действий. Курс спутника также скорректировали по её приказу. И мы до сих пор не знаем, чем она руководствовалась, когда решила поступить подобным образом. А извиниться лучше поздно, чем никогда. 

— Красиво, — хмыкнул я, — красиво спихнуть всё на уже мёртвую воительницу. Осталось узнать, что ж вы сразу не сообщили о вашей непричастности к её делам? 

— А вы бы поверили, если бы мы сразу пришли с подобным заявлением? 

— Нет, конечно, как, в принципе, и сейчас. 

— Ну и зря. Мы выжидали вашей окончательной реакции. Ведь в ваших силах было устроить довольно крупный международный скандал. В этом случае моя мать, не задумываясь, открестилась бы от Хильды, дабы не марать честное имя клана Шультц. Но вы ограничились введением санкций, из-за которых, к слову, мы понесли существенные финансовые потери, однако этот ваш ход позволил нам не мешать с грязью имя славной воительницы и похоронить её со всеми положенными почестями. 

Августа замолчала, а я, смотря на немку, думал, что “поёт” она складно. Даже очень. Прямо “фройлян-логика”. Однако почему решились поговорить именно сейчас? И почему, опять-таки, именно со мной? Следующая мысль ворвалась неожиданно. “А знает ли Шультц о даре Ольги чувствовать любую ложь? Не потому ли они выжидали удобного момента? Или не только поэтому?”

— Вы сказали: “В первую очередь”. Вынужден констатировать, что настроение не изменилось. Чем порадуете во-вторых? — максимально отстранённо проговорил я. 

— А во вторую очередь, хотела обсудить вопрос, касающийся вас лично, и заодно вы поймёте, почему я договорилась о встрече именно с вами. Дело в том, что нам абсолютно точно известно, что вы не просто мужчина, а одарённый. 

Августа проговорила сказанное спокойно и безэмоционально, правда не отводя внимательного взгляда от моего лица и явно стараясь не пропустить мою реакцию. Я не стал разочаровывать её ожидания и в открытую усмехнулся: 

— А вы весьма забавны, заявляя подобное.

— Да, когда я в первый раз услышала такое предположение, то тоже рассмеялась. Однако, как уже заявила, у меня есть неопровержимые доказательства вашей уникальности. 

С последними словами, Августа протянула мне свой телефон. На экране устройства уже был запущен видеоролик, на котором, я увидел свои героические похождения в Кремле во время переворота. Конкретно в этом фрагменте был запечатлён мой прорыв из Софийского зала вместе с Евой и Ольгой. Интересно, конечно, ничего не скажешь. Зато просматривая эпизод из недавнего прошлого, смог ответить на вопрос: почему Шультц тянули так долго? Во всяком случае, одна стройная версия у меня появилась. 

В любые времена собрать засекреченную и закрытую от свободного доступа информацию стоило существенных затрат по времени и, несомненно, больших денег. И чем ценней информация, тем сложнее её добыть. Не знаю, сколько Шультц пришлось приложить усилий, чтобы заполучить этот материал, но, на мой взгляд, оно того не стоило. При условии, конечно, что это компрометирующее меня видео было единственным. Вернув аппарат владелице и пожав плечами, я невозмутимо произнёс: 

— Вы же образованная женщина. Неужели ни разу не слышали об амулетах защитного или атакующего толка?

— Эту запись проанализировали несколько раз. Причём эксперты самого высокого уровня, — без улыбки проговорила Августа. — И все они сделали однозначный вывод насчёт вашей одарённости. 

— Знаете, — неторопливо начал я, — у меня нет никакого желания доказывать вам, что я не верблюд. Зато вашим экспертам настоятельно рекомендую сосредоточиться на развитии артефакторики. Похоже, клан Шультц существенно отстаёт в этом вопросе. И раз уж вы показали мне этот эпизод из недавнего прошлого, то будет логично упомянуть артефакт, блокирующий источник. Вы правда думаете, что это единственная уникальная вещь, которую смогли создать артефакторы? И поверьте, мастерицы нашего клана не даром едят свой хлеб. Так что я обвешан амулетами, как новогодняя ёлка игрушками, и некоторые из этих девайсов не имеют аналогов.

— Версия с амулетами была одной из первых, которую мы рассматривали. Однако есть один нюанс, который полностью опровергает данное предположение. — Августа сделала паузу, и слегка подавшись телом вперёд, внушительно проговорила: — Ни один атакующий артефакт не способен наносить удары из удалённой точки пространства. Мы провели множество дополнительных исследований в этом вопросе, чтобы сделать такой вывод. И если бы файерболы, которые вы применяли, сначала возникали у вас в руках, то я бы безоговорочно поверила в необычный амулет. Но они формировались на расстоянии и прямо из воздуха, что соответствует классической атаке любой одарённой. Как вы объясните подобный феномен? Ведь ваша супруга и Ева, находились под воздействием подавителя. Будь иначе и столь сильные воительницы просто разнесли бы там всё в пух и прах. В ослабленный удар Евы также слабо верится, так как она находилась за вашей спиной и смотрела в этот момент совсем в другую сторону. Как вам такой анализ, князь?

Я не стал тянуть с ответом и ответил с хорошо различимой насмешкой: 

— В вашем анализе отсутствует логика и здравый смысл. В защитный амулет, чьё поле прикрыло нас от атак и успешно противодействовало силе “Оборотня” вы верите, а про атакующие свойства кричите “невозможно”. 

— Даже у магии есть свои законы. Структура и формирование узоров любого толка подчинена определённым правилам. 

— О каких законах и правилах вы говорите, если никто в мире до сих пор толком не знает, с чем мы имеем дело? — раздражённо махнул я рукой. — Или теперь вы станете утверждать, что знаете об источнике абсолютно всё?

— Нет. Я не стану делать столь громкое заявление. Но будет любопытно узнать мнение об этом видео у сторонних экспертов. 

— Похоже, мы подобрались к сути нашей встречи, — откинулся я на спинку дивана. — Да, баронесса?

Августа промолчала и впервые за время разговора отвела от меня взгля. Я же, фыркнув и не дождавшись мгновенного комментария собеседницы, заговорил: 

— Давайте чисто гипотетически предположим, что я одарённый, и благодаря вам эта информация стала достоянием общественности. Какое развитие ситуации вы видите при подобном раскладе? Или с аналитикой в вашем клане так же плохо, как и с артефакторикой?

Последний вопрос я произнёс с неприкрытой издёвкой в голосе. На что Августа закономерно вскинула голову и, сверкнув глазами, жёстко отчеканила: 

— Не забывайте, князь, с кем разговариваете. 

— Ну что вы, баронесса, — усмехнулся я в ответ, — я прекрасно помню, что княжеский титул гораздо выше баронского. А касаемо вашей попытки шантажировать Гордеевых моей гипотетической одарённостью, могу сказать вам следующие. Даже если бы это было правдой и российские кланы, я подчёркиваю, именно российские, выступили бы единым фронтом, чтобы затребовать у нас уникальные гены одарённого мужчины, то они, скорее всего, получили бы желаемое, но за большие, очень большие деньги. А процедуру ЭКО мы бы проводили только под нашим жёстким контролем. И если вы думаете, что при таком развитии событий ваш клан сможет получить желаемое, то вы глубоко заблуждаетесь. У вас просто не хватит денег, ибо цена для вас будет непомерной. Надеюсь, вашего знания русского достаточно для понимания сказанного мной. 

— Достаточно, чтобы понять, что вы очень настойчиво пытаетесь меня оскорбить, — холодно произнесла Августа. — И причём не в первый раз за время разговора.

— Ах, я так сожалею, — без капли этого самого сожаления проговорил я. — Сожалею, что вы не мужчина и я не могу просто взять и набить вам морду, чего мне, если честно, очень хочется сделать.

— Вот значит как, — прищурилась Шультц. 

— Да, именно так. И хоть моё положение позволяет бросить вам вызов и выставить на поединок свою воительницу, я прекрасно понимаю, что вряд ли наследница клана, у которого в почёте удары в спину и шантаж, захочет лично поучаствовать в дуэли. А победа над одной из ваших хранительниц явно не принесёт мне нужного удовлетворения. А потому, если тем для разговора у вас не осталось, то счастливого вам полёта... баронесса. 

Слово “баронесса”я практически выплюнул, а весь спич выдал максимально пренебрежительным тоном, на который был способен, и не глядя на Августу, потянулся за чашкой с уже остывшим кофе. Я не мастер провокаций, но всё, что от меня зависело, я сделал и, как мне кажется, сделал хорошо. Наблюдая через окно за очередным взлетающим самолётом, старался абстрагироваться и не думать о том, клюнет немка или нет, а потому не сразу осознал ответ Августы: 

— Да, не будь вы мужчиной, я бы с большим удовольствием научила вас хорошим манерам. Впрочем, я всё же готова преподать вам урок и лично провести поединок, но при одном условии. 

— При каком? — душа в себе бурю противоречивых эмоций, спросил я. 

— Бой состоится на артефактном оружии и пройдет до смерти одной из участниц. 

Я внутренне напрягся. Причём весьма неслабо. Напрягла меня не сама фраза, которая полностью соответствовала желанию Рады и даже не тон, хотя излишняя ласковость сильно резонировала со смыслом сказанного. Зато улыбка Августы пробудила неуверенность и заставила судорожно искать просчёт в, казалось бы, не самом сложном плане. 

Я мгновенно вошёл в боевой режим, задавая мозгу максимальную скорость работы. Улыбка Августы — была улыбкой абсолютно уверенного в себе человека. Спокойная и без малейшего намёка на насмешку. И этот пазл никак не складывался у меня в голове. При всём сумасшедшем, в разном смысле этого слова, характере местных женщин, способна ли наследница клана сознательно ставить под угрозу собственную жизнь, лишь бы проучить зарвавшегося мужчину? На мой взгляд, это слишком высокая цена за возможность покрасоваться передо мной.

“Их с детства учат думать головой и держать в узде эмоции. Я не вижу злости или хотя бы капли раздражения. Лишь уверенность. Она уверена, что победит. Уверена, что убьёт. Почему?” — мысли неслись галопом, стремительно сменяя друг друга. Чисто рефлекторно переключился на особое зрение артефактора и постарался оценить силу источника баронессы. Окружающее пространство моментально подёрнулось дымкой, а все магические фрагменты засияли, словно звёзды на ночном небе. 

Источник Шультц обладал насыщенным ярко-красным цветом, с небольшими вкраплениями белого. “Основная стихия огонь, вспомогательная воздух”, — отметил я краем сознания магические техники. Видимый объём шара не превышал футбольный мяч и имел схожие размеры с источником Рады. Только границы источника показались мне какими-то неровными и сильно размытыми. Также у Августы имелись три амулета, и чтобы понять их предназначение, мне не требовалось проводить скрупулёзный анализ, а для первоначального вывода оказалось достаточно беглого взгляда.

Под блузкой прятались два амулета, один из которых излучал ровное голубое свечение и явно относился к типу лекарских. Второй, прикрывающий от ментального воздействия, мерцал белым, словно небольшая диодная лампочка. А вот третий, имеющий форму массивного перстня, был надет на безымянный палец левой руки и источал тусклый невзрачный свет тёмно–бордового оттенка и, судя по структуре магического поля, являлся защитным. И вроде бы ничего необычного я не видел, но что-то не давало мне окончательно успокоиться, заставляя раз за разом пытаться уловить причину тревоги. Несмотря на ускорение мыслительного процесса и всего-лишь пару прошедших секунд, пауза затягивалась, и Августа подала голос: 

— Так что скажете, князь? 

— Насколько помню, для проведения подобных дуэлей требуется наличие,  как минимум, двух родовитых секундантов, — растягивая время, проговорил я. 

— Это не обязательное условие, — отмахнулась Августа, — здесь достаточно высокоранговых воительниц, чтобы соблюсти все необходимые правила. Не заставляйте меня думать, что вы, как и большинство мужчин, испугались. Хотя в вашем случае бояться вроде бы нечего, разве что вида крови, но даже здесь вам не стоит переживать, так как моя сабля мгновенно запекает все раны. Так что из-за кровавых луж на полу можете не волноваться.

Странно, но издевки в её голосе я не уловил. Скорее разочарование. “Разочарование, мать её! Сцуко! Что же не так?” — мысленно взревел я. Нужная мысль, как это часто бывает, ворвалась неожиданно. “Амулет! Защитный! А на хрена??? На хрена, спрашивается, Альфе защитный амулет, который, судя по магической силе, максимум на что способен, это создать силовое поле не выше уровня Гаммы?” 

После истории с переворотом и столкнувшись с подавителем источника, воительницы моего клана стали, конечно, повсеместно использовать защитный амулет моей разработки, но широкое распространение среди высокоранговых одарённых он получил только из-за его противодействия силе “Оборотня”, хотя и стандартные защитные свойства оказались намного выше, чем у других аналогичных устройств. Однако, если бы не этот артефакт, то Альфы по-прежнему с высоты своего положения плевали бы на защитные амулеты.   

В общем, защитный девайс на баронессе, да ещё и такой слабый, в повседневной ситуации выглядел очень необычно и противоречил всему, что я знал об Альфах. Окончательно торкнуло меня, когда я невольно бросил взгляд на свои часы, браслет которых выполнял двойное назначение и, помимо функции защитного амулета, полностью искажал данные о моём источнике. В этот момент в гарнитуре раздался обеспокоенный голос одной из безопасниц, присланных Мариной: 

— Одна из девушек, пришедших с баронессой, является артефактором и не сводит с вас взгляда с начала разговора. В данный момент аж с места приподнялась. Надо закруглять разговор, пока она не вскрыла ваше защитное поле.  

Ругая себя и сотрудниц СБ всеми возможными словами, я мгновенно перешёл на обычное зрение и вышел из боевого режима, резко обрывая всю связь с источником. Себя ругал, потому что мог сразу идентифицировать спутниц баронессы, но как-то не подумал о таком действии, а безопасниц поругивал, что не сообщили о присутствии мастерицы заранее. 

В любом случае, мне оставалось надеяться, что амулет Агнии без особых проблем справился с магическим выбросом и поглотил весь тот всплеск энергии, который всегда сопутствует каждому взаимодействию с источником. Думаю, если бы артефактор Шультц смогла пробиться сквозь защитное поле, то Августа бы уже давно оживилась и хоть как-то это продемонстрировала. Однако разговор и правда стоит закруглять, но только не так, как ожидает его баронесса.

— Меня волнуют не кровавые лужи на полу, — включился я в диалог, — а ваша интересная репутация дуэлянтки. 

— И чем она вас так заинтересовала? 

— Тем, что два поединка из четырёх вы выиграли, разрубив пополам оружие своих соперниц. Знаете, о чём мне это говорит? 

— О более высоком качестве моей сабли, — пожала плечами Августа, сохраняя невозмутимое выражение лица, — и конечно, о мастерстве артефакторов клана, в котором вы не так давно посмели усомниться. 

— Нет, баронесса, — усмехнулся я, — моё мнение о ваших мастерицах стало ещё хуже. Иначе амулет, который вы носите на пальце, был бы изготовлен на порядок лучше, а моя специалистка не смогла бы так быстро разобраться в его сути и понять, для чего он предназначен. 

На слове “специалистка” я специально постучал себя пальцем по уху, указывая Августе на торчащую гарнитуру, по которой, якобы, только что получил информацию. И так как баронесса не торопилась отвечать, я продолжил свою разоблачительную речь: 

— В связи с вышесказанным у меня тоже появилось одно обязательное условие касаемо поединка. Снимите перстень со своей руки и, если моя мастерица ошиблась, я принесу вам свои искренние извинения и даже постараюсь поверить в непричастность клана Шультц к нападению в Эфиопии. Но в данный момент я вижу перед собой воительницу, которая зачем-то скрыла от всех свой переход в более высокий ранг. Хотя вопрос “зачем” можно снять. Ведь всем понятно, какие преимущества даёт подобный шаг.

Единственной видимой реакцией на мои слова, и явно гневной, были вспыхнувшие зрачки Августы. Пламя буквально затопило её глаза, и если бы мы стояли лицом к лицу, то я бы, наверное, отшатнулся от неожиданности, однако небольшой круглый стол создавал иллюзию относительной безопасности, а потому столь красочный эффект не произвёл на меня должного впечатления. Хотя выглядело несомненно очень круто. Почти как у моей Ольги. Но искорки молний в глазах моей княгини, если честно, нравились мне гораздо больше. Впрочем, баронесса моментально взяла себя в руки и, погасив внутреннее пламя, проговорила жёстким и угрожающим тоном: 

— Если допустить, что я Валькирия, то вы ведёте себя на удивление вызывающе. 

Однако на это и в соответствии со сказанным я нагло заявил: 

— Возможно, потому что здесь и сейчас я могу себе это позволить. Или вы думаете, что единственная Валькирия на свете?

Августа, не ответив, вдруг перевела взгляд куда-то мне за спину и явственно напряглась. Мне не нужно было оборачиваться, чтобы понять, что она там увидела, а точнее кого. Как раз-таки та самая страховка, узнав о которой Рада окончательно успокоилась и, хотя бы на словах, перестала волноваться о моей безопасности. 

— Здравствуйте, баронесса. Если желаете, то я готова незамедлительно принять у вас экзамен на высший ранг. 

Свои слова подошедшая графиня Вяземская сопроводила картинным жестом, в результате которого ножны с мечом с громким стуком легли на стол. Не дождавшись моментального ответа, Катя плавно опустилась на диван справа от меня и, закинув ногу на ногу, добавила: 

— В принципе, я не против магического поединка, но для этого придётся прогуляться до более удобного места. 

Глядя на застывшее лицо Августы, я почему-то сразу понял, что немка сдаст назад. Она ведь наверняка в курсе, что в Эфиопии, помимо Ольги, была и Катя, но вряд ли знает, кто именно из двух русских Валькирий срубил Хильду Шультц. А значит, поостережётся ввязываться в поединок с соперницей, которая явно сильнее. 

— Во первых, если речь зашла об экзамене, то у вас недостаточно полномочий, — ровным голосом проговорила Августа.

— Спорно, конечно, — хмыкнула Катя, — ну да ладно. А во–вторых?

— А во-вторых, домыслы князя Гордеева абсолютно беспочвенны и не имеют под собой никаких веских оснований.

— Если я правильно поняла, то их достаточно легко проверить. 

— Я не буду снимать фамильный перстень и считаю данное требование оскорбительным. Вы, конечно, можете заставить меня силой, но… 

Баронесса не договорила фразу, однако и без продолжения было понятно, что она хотела сказать. Катя в очередной раз хмыкнула и с хорошо различимым сарказмом сказала: 

— Ну да. Чтобы потом все германские СМИ, и не только они, муссировали новость о том, как русская Валькирия сначала издевалась, а в конце убила несчастную немецкую Альфу. 

Августа промолчала, а наша с Ольгой подруга, выждав пару мгновений, уже безо всякого смеха и с задумчивым видом проговорила: 

— Всё-таки интересно, какая новость долетит до Германии раньше? Слух, что наследница клана Шультц скрывает собственный ранг или ваше официальное объявление на сдачу экзамена? И что будут делать ваши недруги, если вы вдруг забудете об экзамене? 

Провокационный вопрос повис в воздухе без ответа, а Катя, не отводя внимательного взгляда от Августы, добавила: 

— Что ж, мне остаётся, по примеру князя, пожелать вам счастливого полёта. А на будущее, настоятельно советую вам, если снова решите приехать в Россию, не забудьте хорошенько взвесить все риски. У нас здесь воительницы страсть как любят подраться. Особенно Валькирии. 

— Спасибо. Я обязательно учту ваш совет. Всего доброго. 

Августа проговорила сказанное, уже вставая из-за стола, а об излишнем внутреннем волнении можно было судить по прорезавшемуся акценту. Обе спутницы баронессы мгновенно вскочили со своих мест, сопровождая наследницу клана и, провожая взглядом Шультц, меня не отпускало ощущение, что это только начало. Понять бы ещё, начало чего именно. 

— Жаль, что мы не в Эфиопии, — явно сожалеющим тоном проговорила Катя, как и я, провожая взглядом баронессу. 

— Да, некоторые вопросы очень удобно решать вдали от цивилизации, — согласился я. 

— М-м-м, Сергей. А что ты там вещал насчёт процедуры ЭКО? 

Я медленно перевёл взгляд на Катю и встретился с карими глазами девушки, которая с улыбкой смотрела на меня. 

— Зачем тебе ЭКО? — ляпнул я первое, что пришло на ум. 

— А что? Есть другие варианты заполучить твои гены?

Да уж, вопрос, что называется, с подвохом. “Не знаю, кто сказал, что красивых девушек много не бывает, но этот человек по-любасу был мазохистом”. — подумал я. 

— К сожалению, других вариантов нет, — максимально твёрдо произнёс я. — Только чем тебя не устраивает собственный муж?

— Хм. Давай мы опустим мои мотивы, и тебе не придется вешать мне на уши всё то же самое, что и Шультц. 

— Ага, — только и выдал я. — Однако учти, что я могу оказаться не настолько хорош, как ты думаешь, а результат выйдет не таким однозначным. 

— Я почему-то уверена в обратном. 

— Как скажешь, — пожал я плечами, — лично я не против. Правда, мне казалось, что вы с Ольгой уже давно пришли к подобному решению. 

— Не совсем. Твоя красавица почему-то сказала договариваться с тобой.

— Вот, значит, как, — понимающе произнёс я. 

Похоже, Ольга решила делегировать мне полномочия в этом вопросе, чтобы избежать моего неизбежного ворчания насчёт детей. Типа, сам решил, сам расхлёбывай. Могла бы, конечно, предупредить, но это несущественная придирка. 

— Кстати, цену мы тоже не обсуждали, — улыбнулась Катя, — так что решать тебе.

Кто-нибудь продавал собственные гены? Лично я нет, так что вопрос Кати меня смутил, а сама тема разговора слегка выбивала из колеи.

— Какая цена может быть для друга, всегда готового прийти на помощь? — развёл я руками, — Естественно, её нет. Считай это ответной услугой. Причём незначительной.

— Ну спасибо, порадовал. Как насчёт пообедать, раз уж находимся в подходящем месте? А то, пока ждали, я что-то проголодалась.

— А давай, — согласился я, радуясь, что разговор свернул в более привычное русло, — Только чур я угощаю. 

— Договорились.

По моему знаку официант мгновенно подошёл к нашему столику и протянул нам с Катей ресторанное меню. Просматривая красочные картинки разнообразной еды, я думал о Шультц и о том, к чему может привести раскрытие моей одарённости? Версия, которую я озвучил для Августы, вполне может не сработать, а события — пойти по совсем другому сценарию. А ещё очень волновал вопрос, как именно немки смогли достать видеоматериал? Ведь Ева удалила не только компрометирующие меня файлы со всех носителей, но и заодно отправила в небытие множество людей, способных пролить свет на мою одарённость. “Видно, кого-то пропустили, — размышлял я, — но главное, видео успели скопировать до того, как девушки Евы подчистили все архивы. Хотя, возможно, не обошлось без паршивой овцы в команде моей высокопоставленной любовницы”. Без всякого сомнения, вопросы были серьёзные, и необходимо в кратчайшие сроки их решить. 


Глава 3 Круги на воде

Аляска. Земли Гордеевых.

Девять месяцев назад, когда подписывался контракт с Великим кланом, Анжеле ничто не внушало каких-то особых опасений, и, на первый взгляд, наёмницам предстояла привычная служба с некоторой поправкой на работу в северных широтах в условиях сильно пересечённой и гористой местности. Однако местные реалии оказались намного сложнее, чем это представлялось изначально, а сложный рельеф существенно затруднял охрану клановых рубежей.

Ко всему прочему, после того, как на юго-западе континента вспыхнула война, активность индейских племён, проживающих на границе клановых земель, резко возросла. Хотя, казалось бы, какая может быть взаимосвязь между Аляской и условной линией фронта, которые разделяло расстояние в несколько тысяч километров? Однако складывалось ощущение, что бурлить начало во всех уголках огромного материка.

Многие индейские племена стали объединяться, дабы сообща выступить против сильного врага, но некоторые устроили настоящую грызню между собой, чтобы урвать кусок пожирнее. Не все, конечно, но среди, казалось бы, умных предводительниц нашлись всё-таки глупые и недальновидные воительницы, думающие, что смогут отсидеться, не вступая в противостояние с евро–мексиканской коалицией, и при этом половить рыбку в мутной воде. Волна, поднятая вторжением, практически мгновенно прокатилась по всему континенту, спровоцировав череду ожесточённых сражений, которые только начали разгораться. 

И Светлана Белезина, планируя путь очередного каравана с вооружением, не до конца учла такой немаловажный фактор, как возможное изменение в маршруте. И теперь получилось, что максимально удобная точка эвакуации располагалась в самом настоящем котле, где сошлись в яростном противостоянии интересы сразу трёх небольших племён. И несмотря на то, что до места встречи с Белезиной отряд Анжелы долетит на самолёте, опытная наёмница старалась просчитать самые плохие варианты, одним из которых была вероятная потеря воздушного транспорта и прорыв до Аляски по земле. А значит, нужно подстраховаться и взять с собой только лучших из лучших на случай непредвиденных осложнений. В общем, задание, полученное от главы клана, мягко говоря, очень не нравилось командиру “Берегини”. Но отказаться было выше её сил.

Ни один правитель не упустит возможности решить проблему чужими руками, и княгиня Ольга вовсе не исключение из этого правила. А наёмницы — на то и наёмницы, чтобы выполнять подобную работу. Особенно, когда за это платят, причём очень хорошо. Хотя, если формально подойти к вопросу, то Анжела могла отказаться от подобного предложения, сославшись на контракт, в котором была прописана только охрана границ клановых земель. Но отказ мог сказаться на «Берегине» репутационными потерями и, скорее всего, окончательно похоронил бы все шансы перейти под руку Великого клана. 

Да-да, именно столь грандиозная мысль стала всё чаще посещать командира «Берегини». В прошлом многие кланы частенько нанимали вольные отряды, и бывало так, что отличившихся воительниц принимали в род. Правда последний раз подобное случилось очень давно, но неординарность Гордеевых, умеющих найти место в своём клане даже для недавних врагов, внушала Анжеле определённые надежды. Ей казалось, что судьба не просто так уже не в первый раз сводит вместе Гордеевых и “Берегиню”.

Пусть наёмницы навсегда останутся расходным материалом и будут на острие любых конфликтов или использоваться для мелких поручений и грязной работы, но стабильность — важнее. В конце концов, они воительницы, чьё ремесло — война, а связанный с этим риск - лишь норма поведения. Так рассуждала Анжела, смотря в окно, за которым простиралась белоснежная пелена, окутавшая Аляску с ранним приходом зимы. Однако полноценно насладиться красотой природы ей не дала Анна Булатова, которая также была далека от восторга поручением главы клана, только по несколько иной причине:

— Задача вашего отряда - совместно с моим родом обеспечивать безопасность клановых земель, и тут не может быть другого толкования.  

— Всё верно. И формально я и мои люди находятся у вас в подчинении, но фактически я подчиняюсь княгине Ольге, как своему прямому нанимателю, – напомнила Анжела условия пребывания наёмниц на Аляске. — А глава клана недвусмысленно приказывает мне отправить группу воительниц навстречу отряду боярыни Белезиной. Командовать данной операцией буду я, а ваша обязанность, согласно тому же приказу, обеспечить меня всем, что я посчитаю необходимым для выполнения поставленной задачи.   

— Но ты хочешь забрать своих лучших воительниц и требуешь от меня ещё четверых Альф! – повысила голос Анна Булатова. 

Сохраняя невозмутимое выражение лица, Анжела смотрела на главу рода и не торопилась отвечать. Командир наёмного отряда хорошо осознавала последствия своего шага и прекрасно понимала, даже где-то разделяла тревогу Булатовой. Но брать с собой меньше людей или отказаться от Альф не позволяли: инстинкт самосохранения и большой опыт, который и так шептал, что заявленных сил может оказаться недостаточно для планируемого рейда. 

 — Там уже кипит, причём давно, — начала говорить Анжела. — Сегодня у нас есть договорённость с несколькими племенами и безопасный коридор, по которому Белезина проводила караваны с оружием; но, возможно, уже завтра точка эвакуации окажется ловушкой, и нам придётся с боем прорываться домой. При условии, что всё пройдёт нормально, мы вернёмся через пару дней. А если что-то вдруг пойдёт не по плану, то к вам, в любом случае, не позднее чем через неделю начнёт прибывать пополнение с большой земли. Войск станет столько, что индейцы будут бояться смотреть в вашу сторону. 

— Эти несколько дней станут для рода кошмаром. Особенно когда индейцы прознают о вашем отбытии. 

— У каждой из нас свой путь и своё испытание, — отстранённо проговорила Анжела, намекая на то, что и роду Булатовых потребуется приложить ещё немало усилий, чтобы окончательно стать своими в Великом клане.

— Думаешь, княгиня возьмёт твой отряд под свою руку? – правильно поняла Анна подтекст сказанного.

— Мой отряд уже не в первый раз оказывает хорошую службу клану и хочется верить, что у нас есть неплохие шансы на такой результат, — спокойно ответила Анжела.

— Ладно, — нахмурилась Булатова, — давай ещё раз обговорим все нюансы предстоящей операции. 

Две головы склонились над картой, занимающей большую часть стола. Несмотря на то, что суть задачи не выглядела сложной — прилетели, забрали, улетели — всегда есть подводные камни и, чтобы достичь успеха, необходимо постараться отыскать их до начала операции...


***


Поместье Зориных. 


— Понимаешь, комбинация узоров местами выглядит стандартно, но вот последовательность магического воздействия абсолютно не понятна. Я не вижу ни малейшей капли логики, и ты даже представить не можешь, как меня это бесит! 

— Ага, — только и сказал я. 

За последние три часа Агния вывалила на меня столько информации, что мозг просто кипел и я едва успевал за ходом мысли нашей мастерицы. Обсуждали мы, естественно, наш “долбаный камень”, “бесполезный кусок гранита”, а также “змеюку подколодную". Как понимаете, всеми этими эпитетами артефакт Змеевых наградил не я, но озвученные Агнией новые термины, конечно же, не оспаривал и вежливо поддакивал в нужных местах. 

Видно было, что девушку припекло во всех местах; ей захотелось выговориться и хоть кому-то пожаловаться на неприступную головоломку. Мне несложно было сыграть роль “жилетки” и поддержать разговор, время от времени вставляя свои комментарии. 

— Я так понимаю, это лекарские узоры? — спросил я, ткнув в кусок схемы, высеченной на большом мониторе компьютера.

— Ну да. 

— А они-то там что делают? 

— Ты меня спрашиваешь?! — вскинулась Агния. 

— Ну а кого мне ещё спрашивать? — с невозмутимым видом ответил я. — Змеевы-то того, тю-тю. 

— Ты точно издеваешься, — всплеснула девушка руками. 

—  Просто на предыдущем фрагменте я видел узоры ментального типа, а сейчас — лекарские. Каша какая-то... 

— А я про что говорю. Алогично всё — никакой взаимосвязи. 

— Связь есть, просто мы её не видим. Возможно, начать нужно именно с этих узоров, и для этого привлечь лекарку на пару с менталисткой? 

— Посмотри внимательно на узоры. Что ты видишь?

Судя по вопросу девушки, я явно где-то поторопился. Но чем мне всегда импонировала Агния, так это тем, что вместо того, чтобы посмеяться над глупым предположением и ткнуть носом в ошибку, она давала шанс самому разобраться, в чём я не прав. Я заново вгляделся в участок схемы, стараясь не пропустить ни одной мелочи, и практически сразу увидел то, что ускользнуло от моего первоначального и беглого взгляда. 

— Они замкнуты, — задумчиво произнес я, — к ним каналы проведены, а от них ни одного выхода. 

— Угу. Молодец, — буркнула Агния. — Но это не всё. 

— Тогда какой в них смысл? — продолжил я размышления. — Судя по толщине магических узлов, они способны принять нехилый выброс энергии, но куда она потом уходит? 

— Неправильный вопрос. 

Фырканье Агнии сбило меня с мысли, и, вглядываясь в структуру магических плетений, я не удержался и с досады хлопнул себя ладонью по лбу. Ну-да, лекарской и ментальной энергии не нужны для воздействия проводящие каналы. Но хитрость именно этих узоров заключалась в том, что они оказались полностью лишены возможности как-то влиять на них напрямую. И именно это имела в виду Агния, когда сказала про неправильный вопрос. Узоры являлись конечной точкой в целой веренице хитросплетённых магформ из различных стихий. И это, конечно, было чертовски странно и необычно. 

— Можно, конечно, сформулировать немного по-другому, — неторопливо проговорил я. — Зачем в алтаре использовать подобные плетения? И самое главное, на что именно они всё-таки влияют? Хотя, по сути, конкретно эти узоры - лишь маленькая часть схемы и не являются ведущими. 

— Да, они не главные, но их присутствие добавляет головной боли, — поморщилась Агния. — Про узловые точки я тебе уже сказала. Я перепробовала все возможные комбинации, но этот булыжник мои потуги нагло проигнорировал. 

— А помнишь, ты мне рассказывала про обманки? Может, это как раз тот случай? — спросил я, вспомнив про хитрости артефакторов в тех случаях, когда мастерицы нарочно усложняли схему, вставляя ложные узоры для защиты от копирования. 

— Маловероятно. Все ключи выглядят законченными и рабочими. А на их создание явно затратили немало месяцев кропотливого труда. 

— Змеевы мыслили нестандартно и, возможно, пошли другим путём. Если допустить, что все ключи рабочие, но один из них выполняет роль блокиратора? И, воздействуя на него, ты полностью прерываешь процесс активации? — продолжил я сыпать идеями. 

В этот раз девушка не торопилась отвечать и, судя по виду, сильно задумалась. Глядя на большой монитор, Агния вывела на экран другую часть схемы алтаря и после минутного молчания заговорила: 

— В принципе, выявить такой эффект можно, если при проверке поочерёдно исключать один из узоров. Сложно, конечно, но вполне выполнимо. Однако я всё-таки склоняюсь к тому, что для активации алтаря не хватает ещё одного или нескольких ключей. Но я уже не один десяток раз просмотрела всю схему и никак не могу нащупать недостающий элемент. 

— Ну, тут я вижу два варианта: либо его вообще нет, либо у тебя глаз замылился, — улыбнулся я. 

— Ага! Замылился, — хмыкнула Агния. — Давай, зоркий глаз. Попробуй найти.

— Кстати, об индейцах. Ты слышала что нибудь о роде Пово*? — резко перевёл я разговор на новую тему, радуясь, что Агния вышла из зоны сумрачного настроения. 

*Пово - ведьма.

Ироничное словосочетание “зоркий глаз”, очень смахивающее на индейское имя, невольно спровоцировало воспоминание о вчерашнем разговоре с Мариной. Сразу после возвращения из аэропорта я позвонил нашей безопаснице, дабы обсудить результат встречи с Шультц. К этому времени Марина уже получила предварительный отчёт своих девочек и запись всего диалога. Само собой, глава СБ находилась в озабоченном состоянии и, отбросив все остальные дела, лихорадочно решала извечный ребус с никогда не теряющими своей актуальности вопросами: “Кто виноват? Как жить дальше? И что же теперь делать?”

Но кроме острого вопроса по германскому клану, я успел утолить своё любопытство касаемо положения отряда Белезиной, которая всё-таки умудрилась вляпаться в неприятную ситуацию. Правда в данном случае, особой вины девушки в этом не было, а затруднительное положение проходило по разряду “не повезло”. В общем, я был в курсе намерений Светы, пользуясь случаем, завернуть в гости к известному роду артефакторов и попытаться разжиться полезными для клана вещицами. Так что вопрос к Агнии был продиктован банальным любопытством.

— Не только слышала, — тем временем ответила Агния, — я даже однажды видела их работу. 

— О как! И где? 

— У главы Елисеевых лекарский амулет Пово. 

— Да ладно?! И чем он настолько хорош, что глава нашего рода артефакторов носит “Целителя”, созданного другой мастерицей?

— Всем, — пожала плечами Агния. — Я знаю, что Вера пыталась его повторить, но у неё не получилось. Слишком уж сложен и очень много скрытых ловушек от копирования. И кстати…

Девушка неожиданно прервалась на полуслове, замерев на стуле с задумчивым выражением лица, после чего вскочила на ноги и быстро подошла к шкафу, стоящему в углу кабинета. Открыв дверцу, Агния стала рыться на полках, заваленных различными тетрадями вперемешку с какими-то книгами, и при этом что-то бурчала себе под нос. 

С любопытством смотря на суетящуюся мастерицу, гадал, что же такого она вспомнила? Однако ожидание ответа затягивалось, и, коротая время, я снял с пояса “Пламенный Цветок”, с которым расставался только перед сном. Вертя в левой руке свой “джедайский меч”, мысленно перебрал список первоочередных задач, которые планировал решить в гостях у Агнии. Собираясь в гости к девушке, я, естественно, прихватил с собой все свои артефакты, над которыми вёл неторопливый процесс работы, рассчитывая, что наш гений поможет мне решить несколько сложных вопросов, в которых было трудно разобраться самостоятельно. И помимо “Пламенного Цветка”, в кабинете у девушки сейчас находился “Антилекарь” из югославского монастыря, а также заготовка под “Жезл Ириды”. 

Если над мечом я трудился, можно сказать, не покладая рук, желая как можно скорее разобраться с его структурой и перерисовать все узоры, то “Убийца Альф” проходил у меня по остаточному принципу. Я сосредотачивался в работе над ним лишь по настроению и ради смены ракурса, когда тупое копирование схем “Пламенного Цветка” надоедало и хотелось сотворить что-нибудь эдакое.  

Правда, несмотря на неспешность, с которой я работал над жезлом, он был условно закончен. Дело облегчалось тем, что я не стал повторно изобретать велосипед и решил использовать те же узоры, что и в защитном амулете. Хотелось посмотреть, как они проявят себя при наличии усиленных магических каналов. А то во время боя Ольги с Морозовой из-за дефицита времени я использовал слишком облегчённую схему, что и привело к неконтролируемому выбросу энергии и, соответственно, к взрыву. 

В качестве заготовки под боевой артефакт взял булаву из арсенала, которая использовалась воительницами в ранге Гамма и Дельта для ближнего боя. Тяжёлая штуковина предназначалась для кратковременного снятия доспеха духа с одарённой противницы. Однако, в отличие от Средних Веков, главную роль в этом оружии играл не вес, а магический узор. Высоковольтный разряд, возникающий в момент удара и сравнимый по силе с уровнем Беты, с высокой долей вероятности дезориентировал любую низкоранговую воительницу и позволял вторым ударом просто-напросто проломить череп. 

Хорошую вещь пришлось “сломать” и удалить все ранее нанесённые узоры, оставив лишь несколько магических плетений, которые не мешали мне в дальнейшей работе. Пришлось также отдать булаву на доработку ювелирам, чтобы закрепить в навершии оружия шесть рубинов, необходимых в качестве накопителей магической энергии, ибо вставленного в рукоять ярко-синего сапфира мне было недостаточно, хотя его я также оставил, планируя использовать как вспомогательный элемент всей схемы. 

Конечно, после такой модернизации стучать шестопёром по различным твёрдолобым э-э-э… представительницам человеческой цивилизации не рекомендовалось. Однако основная функция жезла — стрельба на расстоянии, в принципе, исключала такой грубый вариант эксплуатации. Хотя, если учесть сильно выступающие доли, что в количестве шести штук располагались по меридиану навершия и прикрывали рубины, которые легко поместились в выемках между долями, то, теоретически, мою конструкцию можно было вполне спокойно использовать в ближнем бою, не боясь при ударе повредить накопители.  

Мысль про ближний бой привела к рождению очередной идеи, а именно: почему бы действительно не оставить булаве возможность сносить доспех духа? Естественно, данная функция будет чисто вспомогательной и использоваться только в тех случаях, когда уровня магического заряда окажется недостаточно для  активации более смертоносных свойств жезла. Однако, немного подумав, решил, что универсальность — вещь, конечно, отличная, но не стоит пихать в прототип всё разом. Лучшее - враг хорошего, и только после отладки основного функционала можно будет попробовать впихнуть невпихуемое — ну а вдруг получится?

Полуготовое изделие я привёз к Агнии, выполняя данное когда-то обещание: не пытаться самостоятельно повторять опасный опыт. Поэтому, сделав первоочередную и самую лёгкую работу, хотел проконсультироваться с настоящим профессионалом по поводу магических узлов и уже под её присмотром провести окончательную доводку. К тому же, я до сих пор не придумал, как сделать отсекатель или прерыватель, который смог бы обуздать мощный энергетический выброс и позволил стрелять очередями или хотя бы одиночными импульсами, и очень надеялся, что талантливая девушка поможет мне с этой проблемой. В общем, планировал с пользой провести время у Агнии и постараться решить несколько дел сразу.

В принципе, саму идею жезла можно было смело спихнуть к Елисеевым вслед за двумя “слезами” Радмилы, которые мы передали для исследования в род артефакторов. Но эгоистичные лавры первооткрывателя, фигурально выражаясь, набили морду логике и задавили все совестливые мысли о благе для клана. В общем, налицо явно махровый эгоизм и жажда прославиться, в качестве человека, придумавшего модернизацию убийственного, но очень капризного оружия. Хотя умом я прекрасно понимал, что если не раскрывать общественности мою одарённость, то осведомлены об этом достижении будут только моя гордость и ещё несколько персон, знающих о моих специфических особенностях. Так что собственное эго, как это часто бывает, бежало впереди разума. 

Что касается “Антилекаря", то он проходил у меня под грифами “пока не надо, но выкинуть жалко” и “а вдруг пригодится”. Иногда я его доставал, внимательно рассматривал и откладывал в сторону до лучших времён. Для исследования подобных магических предметов мне катастрофически не хватало времени и, самое главное, знаний. Как-то так получилось, что большинство своих усилий именно в последнее время я сконцентрировал на боевой артефакторике, к которой, помимо атакующих, также относились и различные защитные амулеты. Однако и лекарское направление было для меня довольно интересным, и я, конечно, планировал более подробно изучить этот раздел артефакторики.    

В этот момент Агния что-то радостно воскликнула и вернулась ко мне, держа в руках ничем не примечательную толстую тетрадь с весьма потрёпанной обложкой чёрного цвета. Положив на стол сей предмет, девушка присела на стул и начала перелистывать страницы, заполненные всевозможными записями и рисунками, одновременно говоря: 

— До моего отказа стать слугой рода Елисеева благоволила мне и как-то раз предложила провести совместное исследование амулета. Я тогда ничем не смогла ей помочь, однако пару интересных узоров запомнила и позже вечером перерисовала в тетрадь. Вот, смотри, какая оригинальная, сложная и при этом очень гармоничная комбинация магических плетений.

С интересом вглядываясь в рисунки, на которые указывал палец девушки, я с удивлением обнаружил, что один из них мне знаком. Точнее, меня не покидало ощущение, что я уже видел где-то нечто похожее. Но где? Судорожно напрягая память, попытался зацепиться за ускользающую мысль, а когда всё же поймал, то пришла моя очередь вскакивать со стула. 

Быстро подойдя к широкой тумбе стоящей возле двери, я подхватил небольшую деревянную шкатулку, лежащую рядом с “Жезлом Ириды”, и вернулся обратно за стол.  Достав “Антилекарь", я протянул девушке амулет, который югославская воровская гильдия изъяла из монастырской гробницы.

— Сравни. И найди отличие. Там в глубине похожий узор. Сразу за вторым слоем магформ. 

Агния взяла раритетную вещь в правую руку и погрузилась в недолгое молчание, которое прервала через пару минут:

— Да, интересно.  Отличий нет — они полностью идентичны. 

— И о чём это говорит? 

— Только о том, что некоторые мастерицы приходят к одному и тому же решению, несмотря на разделяющие их расстояние, что во времени, что в пространстве. 

— Хм. То есть, ты уверена, что это всего-навсего совпадение и других объяснений быть не может? 

— Конечно, — кивнула Агния. — Европейской школе присущи прагматизм и минимум различных изысков. Это прекрасно видно в этом образце. А в амулете Пово, насколько я помню, было очень много красивых ходов, которые, на мой взгляд, излишне утяжеляли всю схему, хотя и без вреда для общей функциональности.  

— Как понимаю, конкретно этот узор универсален и может использоваться не только в целителях, но в антилекарях?

— Получается — так. Кстати, а ты к чему вообще про индейский род заговорил? 

Не вдаваясь в особые подробности, я рассказал девушке приключения отряда Светланы Белезиной и её дальнейшие планы. После моих слов глаза Агнии загорелись, и она с нарастающим волнением заговорила: 

— Пожалуйста! Попроси, чтобы сторговала всё, что предложат, и как можно больше. Чем больше — тем лучше. 

— У тебя ничего не треснет? — хмыкнул я, — Ещё с алтарем не разобрались, других вопросов куча, а тебе всё мало.

— Нет предела совершенству, и для того, чтобы стать лучшей, надо стараться черпать знания из всех доступных источников. 

Стоит ли говорить, что тон сказанного звучал более чем назидательно? Само собой, моя наставница, пользуясь случаем, не упустила возможности включить строгую училку. Правда данный образ резко диссонировал с юным видом девушки и частенько пробуждал во мне тролля. Однако в этот раз я задавил в себе желание похохмить и спокойно произнёс: 

— Спорить не буду, ибо полностью с тобой согласен. И просьбу твою обязательно передам. 

В этот момент, прерывая наше общение, раздался робкий стук в дверь. После возгласа “входите” от Агнии, дверь приоткрылась, и в кабинет вошла одна из матерей девушки. С лёгкой улыбкой на устах эта молодая внешне женщина проговорила: 

— Зашла вам напомнить, что вы хотели отобедать вместе с детьми. Они уже за столом и ждут только вас. И если не поторопитесь, то рискуете остаться без сладкого. 

— Ого! Как время пролетело. Вроде только сели, — удивился я и, вставая со стула добавил: — А сладкое мы без боя не отдадим. Да, Агния? 

— Ага, — улыбнулась девушка, — Во всяком случае, пока не съедят хотя бы первое.

В общем, на пути к столовой мы строили коварные планы по захвату в заложники яблочного пирога, дабы под угрозой его исчезновения заставить детей нормально отобедать. А то Андрей с Софией уже успели настолько спеться, что постоянно норовили отлынить от правильного питания, съедая для вида пару ложек, а потом с наглыми моськами клянчили себе чего-нибудь сладенького. Но сегодня сей номер у них точно не прокатит. 


***


После обеда я, выполняя заданную себе установку, пошёл погулять с дочкой и сыном. Однако, как оказалось, дети в моём присутствии не особо-то и нуждались, ибо прекрасно проводили время вдвоём. Так получилось, что оба ребёнка из-за своего происхождения оказались в некоторой изоляции от общения со сверстниками. И если Софи, будучи в Нижнем, иногда посещала детский сад, то Андрюха, кроме младшей сестрички, по сути, больше никого не видел. 

Вообще-то у клана были забронированы несколько мест в одном элитном московском детсаде, который, к слову, принадлежал нашим друзьям Демидовым, и вроде, со следующего года Агния собиралась направить туда сына, так сказать, для развития правильных навыков коммуникации и поведения в социуме. Но пока этого не случилось, Андрей по полной оттягивался во время встреч со своей старшей сестрой. В данный момент ребятня играла в догонялки, и в силу возраста лавры победителя чаще всего доставались Софии. Правда, Андрюха нисколько не унывал и с радостным визгом бежал отыгрываться. Для полноты картины не хватало полуторагодовалой Евгении. Но у неё был свой распорядок дня и после обеда Агния пошла укладывать дочку на дневной сон. 

Лениво наблюдая за резвящимися детьми, я вальяжно развалился на скамейке, стоящей с обратной стороны дома. Здесь же располагалась небольшая детская площадка с горкой, песочницей и, конечно же, качелями. Куда ж без качелей-то? Подставляя лицо едва тёплым солнечным лучам, я находился в состоянии полного внутреннего покоя. Ну, а что? Сытный обед, хорошая погода и величавая красота осеннего леса, с изобилием ярких и весёлых красок, располагали к медитации.  

И задорный детский смех, что иногда нарушал чарующие звуки природы, совершенно не мешал мне наслаждаться внутренним покоем. Причём медитировать хотелось исключительно в горизонтальном положении. Короче, меня явно клонило в сон, отчего глаза стали невольно слипаться. Однако намечающуюся дрёму прервала чья-то фигура, что закрыла от меня солнце и навела тень на лицо. Приоткрывая веки, я думал увидеть Агнию, но это оказалась Яна, которая с задумчивым выражением лица молча стояла рядом, терпеливо дожидаясь моей реакции. 

— Ты чего мнёшься? — спросил я. 

— Э-эм… Простите, ваша светлость, просто у меня странные ощущения, в которых мне сложно разобраться, а промолчать не позволяет моя должность. 

 — Слушаю тебя, — серьёзно проговорил я, стряхивая сонливость и принимая более подобающую позу. 

Вообще-то Яна — жизнерадостная и очень открытая девушка, обладающая до кучи железобетонным терпением. С Софией она находилась, как говорится, на одной волне, и случаи, когда хранительница не могла договориться с нашим довольно-таки непростым ребёнком, были редки. И как любая воительница, Яна не особенно склонна к проявлению паники и если уж подошла с каким-то вопросом, то следовало выслушать её как можно внимательнее.      


— Мне немного трудно сформулировать, — неторопливо начала девушка. — Дело в том, что когда я играю с  детьми, то иногда ощущаю возмущение магических сил. Происходят какие-то еле заметные колебания, которые оказывают влияние не только на внешнее магполе, но и на мой источник. Уровень воздействия очень слабый, еле уловимый, но я постоянно чувствую то приток жизненных сил, то их отток. И я никак не могу понять, откуда это исходит.

— Как давно ощущаешь? — спросил я первое, что пришло на ум.   

— Практически сразу после приезда в поместье боярыни Зориной.  

— Ага, — только и произнёс я, пытаясь проанализировать сказанное Яной. 

Воздействие явно имело магический характер, раз ощущается источником, но при этом оказывало влияние только на жизненные показатели. Но под такие параметры среди одарённых подходила только лекарка, а значит… Однако, что это означает, я сходу не придумал. Сейчас в поместье находились две лекарки. Причём наша незаменимая Валентина, после тяжелейшей травмы, лишь совсем недавно восстановила свой высокий уровень. 

Вторая целительница появилась у Агнии с полгода назад, но я знал, что девушка была из нашего рода и, несмотря на юность, уже перешагнула в третий ранг, и вряд ли её прогресс на этом остановится. В общем, еле уловимое воздействие, о котором говорила Яна, можно было бы списать на наших лекарок, но мне трудно было поверить, что кто-то из них будет втихую заниматься подобными вещами. Люди проверенные и надёжные, так что здесь явно что-то другое. Но что?     

— Ты говорила, что ощущение возникает только во время игр с детьми?! — задумчиво проговорил я. 

— Всё верно. 

— Хорошо. Иди поиграй, а я посмотрю. 

Нянечка и хранительница в одном лице молча кивнула головой и направилась к детям, чтобы тут же включиться в детскую забаву. Дети к появлению нового игрока отнеслись благосклонно и сразу же доверили Яне роль догоняющей, а количество шума с гамом соответственно увеличилось. Перейдя на особое зрение артефактора, я внимательно наблюдал за бегающими Софией и Андреем. 

На Софию потратил буквально пару минут, не рассчитывая увидеть что-то необычное у своей дочери. Ведь браслет Агнии обладал чрезвычайной эффективностью и надёжно скрывал не только активный источник, но и глушил любые возмущения в магическом поле ребёнка. Так что основное внимание сосредоточил на Андрее. Правда с ним всё было намного проще и понятнее, так как его источник ничем не выделялся и выглядел словно тусклая серая бусинка, как и положено неодарённому. 

Однако в следующую секунду я вскочил со скамейки, напряжённо всматриваясь в источник сына. Кратковременная вспышка силы вызвала слабую магическую волну, которая, словно круги на воде от брошенного камня, понеслась во все стороны от Андрея. Импульс длился всего долю секунды, но я успел разглядеть ярко-голубое свечение источника, после чего ясно видимый эффект пробуждения резко оборвался. “А вот и наш неучтённый лекарь”, — плюхаясь обратно на скамейку, подумал я. Даже не знаю, чего больше было в этой мысли: то ли растерянности, то ли гордости за сына.        

Судя по всему, инициация только началась и ещё не завершилась, но пройдёт буквально пара месяцев и источник Андрея станет полностью активным. Хотя насчёт пары месяцев - это не точно. Слишком уж непредсказуем этот процесс, а учитывая, что у нас тут первый в мире одарённый мальчик, то это может как случиться уже завтра, так и растянуться на год-полтора. 

В любом случае меня радовало, что я сумел положить начало исправлению гендерного перекоса в этом мире. Хотя, касаемо “гендерного перекоса” я, наверное, слегка погорячился. Если точнее, то Андрей - всего лишь маленький шажок на пути к постепенной ликвидации женской монополии на магию. “Про количество мы скромно умолчим, ибо один в поле, конечно, не воин, а вот качество явно на высоте”, — довольно усмехнулся я. 

С этими мыслями я не удержался и достал телефон, чтобы сообщить эту радостную новость Ольге. Правда в Маньчжурии сейчас поздний вечер, но вряд ли моя княгиня уже легла баиньки, а мне очень хотелось похвастаться успехами Андрея. Или своими? В общем-то, и не важно…         

— Неужто соскучился? — вместо приветствия спросила моя драгоценная “язвочка”. 

— Вот ещё, — наигранно фыркнул я, — недавно же виделись. Пару дней как. И вчера созванивались.

— Бессовестный врун. 

— Только не говори, что научилась определять ложь по телефону? 

— С тобой мне не надо никакого дара, — хмыкнула Ольга, — я тебя и так прекрасно чувствую. 

— Надо бы к твоему титулу пару звучных эпитетов добавить, а то “ваша светлость” как-то серо звучит, — задумчиво проговорил я. — Как насчёт “всезнающая” или “всевидящая”? 

— Слишком пафосно, — развеселилась моя княгиня. — Меня вполне устроит “просто богиня”. 

— Ага. Главное, скромно и со вкусом, — рассмеялся я. 

После паузы, вызванной нашим обоюдным весельем, я уже хотел поделиться горячей новостью об Андрее, но Ольга  меня опередила:

—Как там София? 

—Хорошо. Цветёт и пахнет, — лаконично ответил я. — Зато Андрей сегодня удивил... 

Я вкратце рассказал Ольге о начале инициации источника у нашего юного “падавана”, не забыв упомянуть его явно лекарскую предрасположенность. Моя Валькирия обошлась без удивлённых восклицаний и ограничилась вздохом, после которого выдала совершенно для меня неожиданное: 

— Да уж. Похоже, это всё-таки закономерность, нежели простая случайность.   

— Не понял. Переведи. 

Ольга отвечать не торопилась, и мне пришлось её поторопить: 

— Ау, солнце. Муж на проводе. Как меня слышишь? Приём!

— Прекрасно тебя слышу, — буркнула жена. — Чего расшумелся? Просто сюрприз готовила. Хотела уже после возвращения сводить тебя в одно примечательное место. Если точнее, то в закрытый детский сад в Нижнем. 

— И что в нём такого интересного? — спросил я, примерно догадываясь об ответе. 

— В таких местах интерес представляют только дети. А в нашем случае это пятнадцать девочек и четыре мальчика. Все в возрасте от трёх до четырёх лет. Как, наверное, уже понял, их биологический отец — ты.  

— Э-ээ, мне казалось их должно было быть “немного” побольше, — слегка растерянно произнёс я. 

— Их больше, но в этом садике находятся только те, у кого произошла слишком ранняя активация источника. 

— Понял тебя, — задумчиво протянул я. — А о какой “закономерности” ты упомянула? Все дети лекари, что ли? 

— Только мальчики. Вместе с Андреем получается пятеро, а это уже совсем не похоже на совпадение. 

— Да-а, очень странная закономерность. 

— Не то слово, — судя по голосу, Ольга усмехнулась. — Генетики голову сломали, пытаясь найти взаимосвязь, но пока без толку.  

— Меня больше смущает, что на данный момент пока нет существенной разницы между детьми, зачатыми естественным путём, и всеми остальными. А ведь отличие должно было быть, и значительное. 

— Ключевое здесь — это “на данный момент” и “пока”. Предварительную разницу, если она, конечно, будет, мы сможем увидеть только лет через десять. А для окончательного вывода придётся подождать гораздо дольше. 

Полученной информации было достаточно для глубоких размышлений, и новых вопросов у меня пока не возникло. Так что я погрузился в молчание, бездумно смотря на играющих с Яной детей. Однако Ольга решила меня окончательно добить: 

— Хочешь, ещё порадую? 

— Даже не знаю... — скептически хмыкнул я. — Ещё один сюрприз я могу не пережить. 

— Это запланированный сюрприз. Ты его вместе со мной очень долго ждал. Хотела по приезду, но раз у нас с тобой пошёл столь откровенный разговор, то лови — я беременна. 

— Ты не богиня, — вздохнул я.— Ты - бессовестная наглая морда. Это просто какая-то особая форма издевательства - сообщать мне подобную новость по телефону. Ни обнять тебя не могу, ни по заднице надавать за сокрытие важной информации. 

Ольга рассмеялась, а мысли в моей голове стали бодаться словно бараны во время гона, желая доказать, какая из них самая важная и нужная на данный момент. “Трындец с этой женщиной. Полный трындец. Сейчас станет говорить, что желала убедиться в беременности, чтобы зря не обнадёживать. Как будто пара лишних дней способны внести окончательную ясность? — кружилось в голове. — Наверняка спецом, зараза такая, не сказала, чтобы я не нервничал перед её отлётом.”   

— Рад, что тебе весело, — буркнул я. 

— Ну не обижайся на меня, — тут же прервала смех Ольга. — Я была не уверена до конца, поэтому и не торопилась тебя радовать. 

— Ну да, ну да. Конечно же, я тебе верю, — с явным недоверием в голосе ответил я. — Ты, главное, продолжай, не останавливайся. 

— Ну прости. Я просто не хотела, чтобы ты излишне переживал.  

— Угу, я так и понял, — проворчал я, — теперь-то я точно не буду переживать. Очень тебя прошу, до конца сроков беременности не ввязывайся ни в какие авантюры.         

— Сказал мне авантюрист со стажем, — хмыкнула моя красавица. — Естественно буду стараться избегать ожесточённых сражений, кровавых поединков и вообще не делать резких движений. 

— Ню-ню, посмотрим. Когда обратно планируешь?

— Завтра утром вылетаю на Аляску, там проведу два-три дня и сразу обратно к вам. 

— Понял тебя. Что ж, мы с Софией очень ждём. А то и правда, как-то пусто у нас без мамы. 

Естественно, новость о беременности не оставила меня равнодушным, добавив самых разнообразных эмоций. Хотя, казалось бы, то, что привычно, уже не может удивлять. Подумаешь - одним ребёнком станет больше. Сколько их уже? И вроде я не чувствовал особенной разницы между детьми, зачатыми естественным путём, и всеми остальными, но главное слово тут “вроде”. Всё-таки к детям, зачатыми в любви и в порыве страсти, всё равно относишься по-другому. Невольно и подсознательно они ближе и понятнее, нежели так называемые “дети из пробирки”. Ведь я даже не знал матерей этих малышей, хотя, судя по собственным ощущениям, это, наверное, не столь существенно, и предстоящий поход в детский сад также взволновал меня не на шутку. 

Разговор с Ольгой окончательно сменил тональность, перейдя в разряд любовных воркований. Даже Валькирии, несмотря на кажущуюся несокрушимость, регулярно требовалась нежность. И я с радостью выплёскивал на Ольгу всё то тепло и поток нежных чувств, которые, с незапамятных времён, стали именоваться любовью. И конечно же, получал взамен не менее бурные эмоции от своей княгини.         

Минусы есть у каждого человека. Есть привычки, способные доводить до белого каления. Но если есть любовь, если есть понимание, что без этого человека тебе никуда, а количество плюсов в характере любимой женщины или любимого мужчины перевешивают остальные негативные мелочи, ты будешь счастлив. Счастлив всегда и везде. Потому что не одинок. И это главное в жизни. Закончив разговор, я положил телефон в карман, и как раз в этот момент из-за угла дома появилась Агния.

— Ну что, боярыня, — улыбнулся я подошедшей девушке. — Позволь первым поздравить тебя с началом инициации источника у нашего сына.     

Агния была не из тех девушек, что зависают от неожиданности, однако всё же застыла на пару секунд, после чего выдала: 

— Шутить изволим, ваша светлость? 

При этом гений артефакторики уже вовсю сканировала Андрея, который продолжал наматывать бесконечные круги по игровой площадке. 

— Ага, ржу - не могу. Процесс пробуждения уже начался: источник начал пульсировать. Раз это смогла почувствовать Яна, значит, может заметить и кто-то посторонний. Так что советую озадачиться специальным амулетом для сокрытия данного феномена от любопытных глаз. 

— То есть всё-таки не шутишь?!

— Нет, не шучу, — вздохнул я, — Судя по цвету импульса, а также по воздействию на жизненные показатели окружающих, Андрей — будущий лекарь.    

Агния замолчала, явно переваривая новость, а я, вспомнив разговор с Ольгой, спросил: 

— Кстати, а Ольга не просила тебя изготовить два десятка амулетов как на Софии? 

— Не-ет, — мотнула девушка головой, — Хотя… я же передала ей полную схему амулета. Наверное, для Елисеевых. Но это было очень давно, год назад или даже больше.  А что? 

— Нет, ничего, так... любопытствую.

Похоже, Ольга после активации источника у нашей дочери решила подстраховаться и заранее разместила заказ на девайсы в роду Елисеевых. Что ж, молодец. Что тут ещё скажешь? Махнув рукой Яне, подзывая хранительницу к себе, я объяснил подбежавшей нянечке все нюансы её необычных ощущений. К слову, хранительница отреагировала совершенно спокойно, лишь кивнула, что всё поняла и отправилась дальше приглядывать за детьми.      

Так как время, отведённое на прогулку, подошло к концу, я решительно подхватил Агнию под руку и потащил девушку домой. Одарённость моих детей - это, конечно, безумно интересно, но у нас ещё куча незавершённых дел. И пока Ольга не вернулась, я очень хотел довести до ума хотя бы “Жезл Ириды”, пускай даже в теории. Уверен, смена деятельности пойдёт Агнии на пользу, а то, может, и вправду у неё глаз замылился. А я займусь более нудной работой по поиску недостающих ключей алтаря, а это значит, придётся внимательно сравнивать множество различных комбинаций узоров, дабы найти нужный и, скорее всего, не единственный.  


***


г. Казань. Кремль. Родовые земли Кайсаровых. 




Сагдия сидела перед трюмо в деревянном кресле с высокой спинкой и напряжённо вглядывалась в собственное отражение в зеркале. Однако все попытки отрепетировать решительный взгляд и уверенный вид раз за разом с треском проваливались. Ей всё время казалось, что взгляд недостаточно серьёзен, а лицо девушки-подростка не способно показать окружающим её силу и уверенность. Тряхнув головой, она вдруг выпрямила спину и, резко вздёрнув подбородок, проговорила:   

— Просто будь сама собой и верь в то, что говоришь и делаешь. За тобой преданные люди и сила на твоей стороне. Всё будет хорошо. 

За последний час фраза прозвучала уже не в первый раз, но то была её единственная стимулирующая молитва. Слишком сложный этап предстоит сегодня пройти, и Сагдия пыталась настроиться на этот бой. В то, что разговор со Старейшинами закончится мирно и в их лице она найдёт полное взаимопонимание и поддержку, девушка не верила. 

Сегодня она покусится на святое и отдавит совету самую “больную мозоль”. После этого — либо она станет контролировать совет, либо придётся до своего восемнадцатилетия выгрызать и продавливать каждое своё решение. И далеко не факт, что с таким противостоянием она вообще доживёт до нужного возраста. Вполне вероятно, что её троюродная семилетняя сестрёнка покажется для большинства более интересной кандидатурой на пост главы клана, чем упрямая и неуступчивая Сагдия.        

Сагдия снова устремила взгляд на своё отражение, пытаясь непредвзято оценить себя со стороны. Из зеркала на неё смотрела худощавая девушка, с овальным типом лица, с ярко-зелёными глазами и коротко остриженными светло-русыми волосами, чья длина едва достигала плеч. Волосы свободно ниспадали с головы, а единственным украшением причёски служила ажурная диадема с большим изумрудом по центру. Губы казались полными, но стоило девушке слегка их сжать, как они практически исчезали, превращаясь в тонкую нитку. Последним элементом на лице, заслуживающим внимания, был аккуратный носик - прямой, с закруглённым и слегка вздёрнутым кончиком.  

В целом, Сагдии нравилась своя внешность, а всё, что ей страстно хотелось добавить - это количество лет, которых было пока недостаточно для создания более строгого облика. “И грудь совсем ещё маленькая”, — мысленно вздохнула девушка, смотря на едва обозначенную часть тела, спрятанную под белой блузкой. Машинально поправив складки на юбке, Сагдия заново оценила свой гардероб. На предстоящее действо она надела короткий, приталенный жакет и юбку-полусолнце с красиво оформленными складками книзу. Тёмно-зелёный цвет одежды был ей к лицу и прекрасно сочетался с изумрудным цветом глаз. Дальнейший осмотр прервала Индира, которая на правах доверенного лица без стука вошла в комнату Сагдии. 

— Весь Совет в сборе, — проговорила хранительница, действующий член совета и одна из немногих, кому Сагдия могла всецело доверять. 

— Сколько они уже ждут? 

— Полчаса точно, — хмыкнула Индира. 

— Думаешь, хватит? 

— Вполне. Нашим змеям достаточно и пяти минут задержки, чтобы начать проявлять недовольство от столь неприкрытого неуважения к их персонам. 

— Хорошо, — без тени улыбки проговорила Сагдия, — не будем томить уважаемых женщин. Ведь среди них есть действительно уважаемые. 

— Жаль только, что таких — там мало. 

— Ничего. Думаю, мы исправим это положение, — как можно увереннее проговорила юная глава клана, поднимаясь со стула.  

Очень трудно заработать соответствующую положению репутацию, когда тебе вот-вот исполнится всего лишь пятнадцать лет. Но Сагдия всеми силами старалась не просто создать необходимый образ, а по-настоящему быть Главой и поступать согласно разуму. Право вето было единственным, чем могла оперировать несовершеннолетняя глава клана в противостоянии с советом старейшин. И это позволяло ей блокировать спорные, на её взгляд, постановления совета, заставляя их приводить больше доводов в пользу того или иного распоряжения.   

Сначала думать, а потом делать. Выслушать советы и только потом принимать решение, тщательно взвесив все за и против. И вроде бы, у неё получалось. Во всяком случае, многие из совета встали на её сторону, руководствуясь не только традициями и лояльностью к правящей семье, но и уверенные, что именно Сагдия станет той самой княгиней, которая приведёт клан к успеху и вернёт прежнюю репутацию, подмоченную предыдущими правительницами. Многие, но не все...          

Путь из личных покоев в зал совета закончился ожидаемо быстро, но для натянутых нервов Сагдии всё равно получилось слишком внезапно. Замедлив шаг и не дойдя пяти метров до больших двухстворчатых дверей, девушка на секунду замерла, делая глубокий вдох, словно перед прыжком в воду. Хотя ассоциация с чистой водой была не вполне корректна, в данной ситуации, скорее, подошло бы сравнение с омутом или болотом, полным ядовитых змей. Лёгкая волна воздуха принесла с собой нежный запах духов; и Индира, которая склонилась к уху Сагдии, тихо прошептала: 

— У нас всё готово к началу операции, и я всё время буду рядом. Я и моя сабля. Десять проверенных Альф также в полной боевой готовности и ждут только знака… Вашего знака…  

Сагдия молча кивнула и сделала шаг вперёд, а две стражницы, стоящие по бокам от входа в зал совета, отследив движение своей госпожи, мгновенно навалились на массивные створки дверей. Девушка вошла в зал стремительной походкой, с трудом удерживаясь от того, чтобы не перейти на бег. Впрочем, её появление заметили не сразу, что позволило хотя бы поначалу избежать многочисленных и пристальных взглядов. Совет клана настолько увлёкся жаркой дискуссией, что собравшиеся пятнадцать женщин замолчали, лишь когда Сагдия прошла с десяток шагов. Зато подобная увлечённость позволила ей уловить обрывок фразы и понять причину очередных дебатов: 

— Мало того, что созыв внеплановый, так ещё и ждать приходится! 

Гул от множества голосов не позволил определить, кто конкретно произнёс сказанное, но эта женщина явно не стеснялась проявлять недовольство. Подойдя к своему месту у большого круглого стола, Сагдия не стала сразу садиться, а замерла в терпеливом ожидании, внимательно оглядывая собравшихся старейшин и стараясь встретиться взглядом с каждой.

Прибывшие на совет воительницы стали подниматься со своих мест, приветствуя главу клана. Кто-то делал это неторопливо и явно нехотя. Кто-то оказывал искреннее почтение, приветствуя глубоким поклоном. Кто-то ограничивался кивком головы. А кто-то просто вставал и с невозмутимым видом смотрел куда-то в центр стола. “Пятнадцать умудрённых опытом женщин, от которых зависит судьба клана, — думала Сагдия. — Слишком много для принятия единогласных решений. А без единства не может быть поступательного движения вверх, лишь споры и дрязги.” 

Сагдия медленно опустилась в кресло и, дождавшись, когда то же самое проделают присутствующие члены совета, хотела было уже начать свою речь, но её опередили. Внимание собравшихся привлекла Индира, которая не стала садиться на своё место, а замерла в трёх шагах за спиной Сагдии.                

— А я думала, что в совете в качестве доводов используются слова, а не мечи. Или я ошибаюсь? А, Индира?  

Вопрос задала Зара - шестидесятилетняя воительница, курирующая вопросы экономики и внешних торговых отношений.  

— Ты ошибаешься, — спокойно ответила Индира, демонстративно кладя руку на эфес сабли. — Сегодня одно другому не помешает.  

— Это, конечно, было бы забавно, — начала говорить уже Мадина, главный финансист клана, — но не слишком ли ты много о себе возомнила? Может быть, забыла, что взлетевшим высоко потом очень больно падать. 

— Довольно! 

Звонкий голос Сагдии эхом разлетелся по большому помещению, заставив всех перевести взгляд на девушку. Убедившись, что всё внимание переключилось на неё, она продолжила:  

— Индира явилась на совет с саблей по моему приказу. Но в этом виноваты те из совета, которые  не понимают слов разума и отдают предпочтение силе оружия. Что ж, именно о таких мы сегодня будем говорить. 

Сказано всё было максимально жёстким и бескомпромиссным тоном. В очередной раз обведя собравшихся женщин взглядом, Сагдия проговорила:   

— Эти люди могут говорить, что их мысли и дела направлены на благо для рода и клана. Но! Я вижу лишь банальную жажду мести и власти. Сколько ещё потерь в воительницах и в репутации мы должны понести, чтобы вы наконец-то поняли, что подобные пути ведут к краху? 

— Нет обиды, которой мы бы не простили, отомстив за неё.

Нариса — глава службы безопасности, хоть и произнесла сказанное без лишних эмоций, смотрела на Сагдию с явным вызовом в глазах. Фраза вызвала волну перешёптывания, но девушка не собиралась давать свободу дискуссии и, повысив голос, сказала: 

— Я не собираюсь становится разменной монетой, как это произошло с моей матерью и бабушкой. Сколько ещё наглядных примеров вам необходимо, чтобы остановиться?

Вопрос повис в воздухе без ответа. Совет молчал, ожидая продолжения, и девушка не стала тянуть: 

— Я не позволю ставить клан на очередную грань самоуничтожения. И если для осознания этой простой мысли мне придётся свернуть пару горячих голов... То я сделаю это, не задумываясь. 

Пауза и злой взгляд из-под бровей. Сагдия сейчас не играла. Она дышала гневом и легко транслировала его на окружающих. Не страшно? Не боятся? Ничего… Это только начало.  

— Почему некоторые из вас плюют не только на решения совета, но и на законы империи? Почему я узнаю´, что кое-кто из вас по-прежнему ведёт закулисные игры с нашими БЫВШИМИ союзницами? Почему разговаривают и обмениваются сообщениями с людьми, находящимися в имперском розыске? Я тебя спрашиваю, Нариса.      

— Издержки службы, — развела руками безопасница, изображая лицом крайнюю степень недоумения. — В нашем деле может найтись применение даже для кровавого убийцы. К сожалению, иногда для достижения цели приходится использовать не самые благородные средства.      

— А какая у тебя цель? — сжав подлокотники кресла, спросила Сагдия. 

— Моя единственная цель — это безопасность рода и клана. И другой у меня нет.   

— Нет, Нариса. Ты лишь прикрываешься служением роду. А жажда мести, которую ты не стесняясь демонстрируешь, это просто игра на публику. Твоя истинная цель - это власть и снова власть, собственная, личная и неприкасаемая. Давай, скажи, что это не так. 

Нариса медленно поднялась на ноги и, смотря в глаза Сагдие, твёрдо проговорила: 

— Я могу жаждать чего угодно, но за последние двадцать лет, что я возглавляю службу безопасности, никто: ни ваша мать, ни бабушка - не могли мне сказать, что я ставлю свои желания превыше служения роду. 

— Потому что доверие к тебе ослепило их глаза. И ты всегда говорила лишь то, что они хотели услышать. И мы все знаем, чем это закончилось, — Сагдия зло смотрела на главу СБ. — Разве не ты первой подняла вопрос о Регине, рассказывая Дамире, какие выгоды может принести это сотрудничество? Разве не ты подкинула Азиме историю о югославской королеве и разработала операцию в Эфиопии, которая завершилась полным крахом и поставила нас, мягко говоря, в “неудобное” положение перед Гордеевыми? А поединок сильнейших кланов с Вяземскими — разве тоже не твоя работа?  

— Абсолютно каждый совершает ошибки, — на лице Нарисы заиграли желваки, выдавая внутреннее волнение женщины, недавно разменявшей шестой десяток лет. — И безусловно, в этих неудачах можно обвинять и меня тоже. Но из-за случайного и непредсказуемого фактора может рухнуть даже самый безупречный план. А я... Я всего-лишь предлагала варианты, а окончательное решение всегда оставалось за Дамирой и Азимой.     

Все члены совета внимательно слушали диалог, и Сагдия почти физически ощущала, как над столом скапливается напряжение. Присутствие вооруженной Индиры и острая тема постепенно подогревали атмосферу зала. “Рванёт или нет?”, — мелькнула у девушки мысль.    

— Как любили говорить мои бабушка с мамой: случайности — не случайны. Случайно или нет, но именно твои советы привели к гибели Азимы и Дамиры, — Сагдия сидела в кресле с прямой спиной и, вздёрнув подбородок, смотрела на свою оппонентку. — Слишком удачное, на мой взгляд,  стечение обстоятельств. Для тебя — удачное. И если учесть упомянутый тобой “случайный фактор” в виде твоей внучки и моей троюродной сестры, то у любого здравомыслящего человека напрашивается закономерный вывод касаемо твоей цели. Ведь если со мной что-либо случится, то право наследования перейдёт к твоей семье, так как других близких родственников с устойчивой женской линией наследования у меня нет. Сильные гены, хорошая репутация. Все остальные: либо пока без детей, либо в отпрысках одни мальчики. А кандидатура несовершеннолетней Раяны станет хорошим компромиссом для всех. В том числе и для тебя, ведь твоя цель будет достигнута.      

— Вам слишком рано стали мерещиться заговоры, ваша светлость, — с явной насмешкой выдала Нариса. — Не знаю, кто вам вложил в голову эти мысли, — она кинула быстрый взгляд в сторону стоящей Индиры. — Но вы ещё ничего не сделали, чтобы начинать так бояться. 

— Бояться?! — усмехнулась Сагдия. — Нет. Я не боюсь, Нариса. Я бью на опережение. Но прежде чем окончательно отстранить тебя от дел, я хочу, чтобы ты рассказала совету, о чём именно вы разговаривали с Антониной Романовой! Причём я точно знаю, что созванивались вы не единожды. Где сейчас находится беглая преступница? И для чего твоя сотрудница накануне встречалась с Августой Шульц, уже после того как совет принял решение оборвать все связи с германским кланом? Давай, говори, а мы все послушаем. 

— Похоже, ты забыла о кое-каких правилах, дорогая племянница, — выдохнула Нариса, сжимая кулаки. — До достижения тобой совершеннолетия отстранить меня от занимаемой должности может только совет старейшин. 

— Правила игры поменялись, Нариса, — голос Сагдии зазвенел. — Но у тебя ещё есть немного времени, чтобы рассказать мне всё, пока твою дочь везут в допросную. И прежде чем менталистка примется за тебя, ты сначала увидишь, как взламывают мозг твоей дочери. Да, при столь грубом вмешательстве шансы сохранить ей здоровый разум маловероятны, но вряд ли она знает много. Так что это не великая потеря. Но, возможно, тебя успокоит, что твою защиту будут вскрывать медленно и аккуратно, и мы обязательно ещё поговорим с тобой. 

Совет начал бурлить ещё в середине длинного монолога. Шум нарастал, с каждой секундой грозя перейти в гневные крики, как только члены совета отойдут от шока после её слов.   

— Ты… — захрипела Нариса, упираясь руками в стол и явно находясь в затруднении по подбору нужных слов. — Не рановато зубки решила показать? 

— Зубки? — усмехнулась Сагдия и, повысив голос, добавила: — Если кто-то не понял, то пока я только улыбалась. А зубки будут сейчас. Взять её!  

После выкрика Сагдии одновременно случилось несколько вещей. Со второго яруса, опоясывающего по периметру Зал Совета, стали спрыгивать Альфы с уже обнажённым оружием в руках. А с обоих концов вытянутого помещения распахнулись двери, и новые высокоранговые воительницы стали стремительно приближаться к центру большого зала. Секунда. Удар сердца. И Сагдия, не отводившая всё это время взгляда от Нарисы, увидела, как руки троюродной тётки стремительно покрылись инеем. Что это значит, она поняла сразу, но осознать последствия и среагировать уже не успевала. Ледяное копьё мгновенно сформировалось в руках Нарисы и, разбрасывая вокруг себя снежную пыль, устремилось к Сагдии. 

Удар Альфы был страшен. Расстояние всего три метра. И Сагдия, чей ранг едва достиг уровня Гаммы, никак не могла его остановить. Слишком близко, чтобы успеть увернуться, и слишком мощная атака, чтобы даже при помощи защитного амулета справиться с подобным ударом. Девушке оставалось лишь бессильно смотреть на приближающуюся смерть. 

Но годы тренировок прошли не зря, и несмотря на пробудившийся внутри страх, подсознание потратило отпущенную ей долю секунды на активацию водного щита. Да — бессмысленно, да — не поможет. Но любимая наставница по магической дисциплине давно уже вбила Сагдии простую мысль, что в любой опасной ситуации нужно делать хоть что-то, а не бессмысленно смотреть и ждать.     

Однако вместо боли от копья, пронзившего тело, резко наступила полная темнота. Словно Сагдия оказалась в комнате без окон, дверей и без каких-либо намёков на свет. И тут же пришло чувство неуправляемого полёта, а по ушам ударил звук взрыва. Зрение вернулось столь же неожиданно, как и пропало. Сагдия упала на спину в нескольких метрах от стола и увидела, как тают вокруг неё остатки “Земляного купола”, который только что защитил её от неминуемой смерти. “Индира”, — с  благодарностью помянула она хранительницу, одновременно ища взглядом свою спасительницу.  

Как оказалось, Индира уже запрыгнула на стол, и Сагдия как раз застала момент, когда воительница с ходу нанесла удар ногой, целясь в голову Нарисы. Проще, конечно, было использовать саблю, но тётка нужна была живой, и Индира старалась придерживаться первоначального плана. Однако в следующую секунду Сагдия не сдержалась, чтобы не выругаться. Парочка Альф наконец-то добежали до центра событий и закрыли ей своими спинами весь обзор, лишив возможности наблюдать за развитием поединка. 

Вскочив на ноги, Сагдия пихнула воительниц, дабы протиснуться между ними и не упустить ни одной детали. Но увы, она опоздала и, к своему большому неудовольствию, увидела, что Нариса уже лежит без движения, придавленная к полу сразу двумя Альфами. Индира также стояла рядом, прижав саблю к шее старейшины. Остальные воительницы рассредоточились вокруг стола, держа в руках своё оружие. Часть совета осталась сидеть на своих местах, но некоторые вскочили на ноги и, замерев, с широко раскрытыми глазами взирали на происходящее.   

Сначала Сагдии показалось, что близкий разрыв всё-таки оглушил её, так как неестественная тишина буквально ударила по ушам. Однако едва слышимое кряхтение со стороны Нарисы, всё же убедило её, что со слухом всё в порядке, а тишина — не такая уж и гробовая. Тряхнув головой, девушка шагнула к своему месту, а под её ногами захрустели осколки ледяного крошева, что несколько секунд назад были грозным копьём. Одна из Альф, слегка опередив Сагдию, быстро подняла опрокинутое кресло и замерла рядом с ним. 

Чудовищным напряжением воли удерживая на лице невозмутимое выражение, девушка села за стол. Члены совета молчали, переглядываясь друг с другом и бросая косые взгляды на юную главу клана. Впрочем, пауза не успела перерасти в томительное ожидание не пойми чего, и первой заговорила Земфира — одна из самых уважаемых женщин совета, недавно отметившая своё девяностолетие: 

— Что ж, я не буду осуждать твой поступок, моя юная княгиня, — спокойно и даже как-то устало начала говорить Земфира, поднявшись со своего места. — Судя по поведению Нарисы, твоя провокация удалась на славу. Хотя можно было бы сыграть гораздо тоньше. Но я точно не горю желанием участвовать в дальнейшей судьбе клана. Слишком многовато для меня потрясений за последнее время. Наверное, возраст сказывается. А потому прошу принять мою отставку и освободить от всех текущих дел.

Сагдия с трудом удержала вздох. Земфира была одной из немногих, кто поддерживал её с самого начала и не пыталась управлять молодой княгиней. Отпускать старейшину не хотелось. Но возможный отказ противоречил взятому курсу на омоложение совета и смену внутренней и внешней политики клана. Сагдии требовались те, кто готов был пойти за ней и в огонь, и в воду — преданные единомышленники. Поднявшись на ноги, девушка отвесила Земфире лёгкий поклон и проговорила:

— Знай, я не держу на тебя зла. И спасибо тебе за всё.   

Земфира ответила более глубоким поклоном, и выйдя из-за стола, направилась в сторону выхода из зала. Оставшиеся члены совета проводили взглядами уходящую и настороженно посмотрели на Сагдию. Выждав секундную паузу, девушка сказала: 

— У каждой из вас есть десять секунд на принятие аналогичного решения. У клана больше нет столько времени, чтобы, как и прежде, тратить его на пустопорожнюю болтовню. И либо мы с вами начнём работать, целенаправленно двигаясь к цели, либо катитесь к чёрту. Но больше закулисных игр не будет, а любые попытки вытворить что-то за моей спиной я буду рассматривать как измену мне и роду. Надеюсь, никому не надо объяснять, чем чревато подобное обвинение?  

“Многовато на сегодня пауз”, — подумала Сагдия, ожидая реакции совета. Правда на этот раз  некоторым хватило пары секунд, чтобы принять нужное решение. Ещё две старейшины поднялись со своих мест, чтобы сложить с себя полномочия. Но эти представляли для Сагдии гораздо меньше интереса, и потому были отпущены с более лёгким сердцем. Больше никто не изъявил желания покинуть совет. Хотя Сагдия очень рассчитывала избавиться ещё от нескольких персон, замеченных в подозрительных связях и тесной дружбе с Нарисой. Но это всегда можно сделать попозже. Особенно если Нариса заговорит… Именно в этот момент, словно прочитав её мысли, бывшая глава службы безопасности решила напомнить о себе: 

— Трусливые суки, пляшущие под дудку...

Звук смачного удара прервал фразу, не дав услышать концовку. Индира не особо церемонилась с Нарисой и просто в очередной раз приложилась ногой о голову своей подопечной. Сагдии пришлось вмешаться, чтобы остановить прилюдную экзекуцию. Заткнуть силой можно, но сейчас  важно выиграть именно словесную дуэль:   

— Хватит. Поднимите её.   

Нарису вздёрнули на ноги, а стоящие по бокам Альфы продолжали крепко держать её за руки. 

— Продолжай. Что ты хотела сказать? 

— Это у Дамиры с Азимой была великая цель, — глядя из под бровей, процедила Нариса. — Они хотя бы пытались вывести клан на новый уровень силы. А у тебя — повадки страуса. Прячешь голову в песок и пытаешься подлизаться к тем, кто убил твоих родных и близких. Ты худшая из всех возможных кандидатур.   

— Ага. Новый уровень, — скептически хмыкнула Сагдия. — Вот только путь избрали неверный. И теперь мы вынуждены собирать все свои силы, чтобы идти в авангарде и сражаться за земли, которые клану и даром не нужны. А касаемо убийства моих родных… Видно, ты забыла старую мудрость: “Взялся за оружие - будь готов умереть.” А ведь по сути нас пощадили, хотя Гордеевым вполне по силам было организовать процедуру нашего изгнания. И про страуса ты ошибаешься, дорогая тётушка. Я — не страус. Я — волк. И как положено этим уважаемым хищникам, провожу санитарную чистку своей стаи, избавляясь от никчёмных и слабых представителей. Таких как ты.   

Сагдия закончила свой монолог, буравя взглядом свою двоюродную тётку. Можно было сказать  ещё многое, но здесь и сейчас это не имело никакого смысла. А для остальных членов совета уже были приготовлены материалы касаемо различных махинаций и незаконных делишек Нарисы, которые плохо сочетались с громким заявлением “на благо рода и клана”. Другое дело, что добытой информации было явно недостаточно для организации стандартной процедуры отставки. Во всяком случае, Сагдия сильно сомневалась, что большинство совета проголосовало бы за отстранение Нарисы от занимаемой должности, ибо слишком велико было влияние и вес тётки. И разыгранное “представление” — вынужденная мера, так как по другому решить вопрос с Нарисой не представлялось возможным, а тянуть дольше было нельзя... 

Молча взмахнув рукой и тем самым подав знак хранительницам, Сагдия дождалась, пока Нарису выведут из зала, и обратилась к остальным членам совета, которые сегодня были на удивление молчаливы:  

— Что ж, материалы, компрометирующие Нарису, будут высланы вам на почту; и каждая из вас сможет с ними ознакомиться. Возможно, после допроса они пополнятся новыми данными. Как идёт подготовка к празднованию моего пятнадцатилетия, думаю, спрашивать смысла нет!? Новых членов совета, взамен ушедших, я представлю вам на следующем собрании. Если у вас есть какие-то срочные вопросы, то можем обсудить их сейчас…

Очередная пауза показала, что у старейшин вопросов нет. “Всегда бы так”, — не сдержала язвительную мысль Сагдия. Кивнув на прощание, девушка в сопровождении Индиры и остальных Альф направилась на выход. Однако, как бы хорошо она не держалась, играя на публику, до личных покоев дошла на автопилоте. Вместе с ней в комнату зашла Индира, которая остановилась на пороге и проговорила:      

— Не могу не заметить, что вы отлично отыграли этот раунд. 

— Спасибо, Индира, — лёгкая улыбка пробежала по губам девушки. — Сейчас оставь меня. Но как только появятся результаты — сразу же доложи. 

— Хорошо, ваша светлость. 

Что не могло не порадовать Сагдию, так это уважение, с которым говорила сорокалетняя старейшина. А насколько знала девушка, Индира всегда отличалась довольно строптивым характером и не признавала авторитетов. Льстить не умела от слова “совсем”, что безусловно ценилось Азимой и очень импонировало Сагдии.       

Дождавшись закрытия дверей, Сагдия прошла в спальню и, подойдя к своей кровати, без сил рухнула на неё. Внутренний стержень девушки был пока ещё слишком слабым, чтобы без потерь выдерживать подобные баталии. Нервная ночь и ранний подъём также не прошли даром, и глаза Сагдии стали слипаться. “Это только первый раунд”, — успела подумать она перед тем, как провалиться в забытье. 


Глава 4 Мотивация

Где-то в Северной Америке.

Облокотившись на капот грузовика, Света неторопливо цедила кофе и с ленивым интересом наблюдала за бесплатным представлением, которое устроили мексиканские пилоты. Возможно, со стороны атака пикирующих штурмовиков и выглядела грозно, но по факту они ничем не могли навредить её отряду. Единственное, что беспокоило Свету в данный момент – это что, несмотря на термокружку, кофе уже успел остыть. “Когда же вы уже свалите?” — поморщилась она, отхлебнув ставший невкусным напиток. 

Сохранять спокойствие во время авианалёта помогал передвижной защитный алтарь, а три звена штурмовиков, поочерёдно заходящих на атаку, лишь бессмысленно тратили своё время. Настойчивость пилотов можно оправдать тем, что они пока не догадались о наличии в отряде Светы столь баснословно дорогой и очень редкой вещи. И если соблюдать плотный порядок, то в принципе отряд мог продолжать движение. Но, во-первых, при таком методе не будет работать “Артефакт Миражей”, который, в отличие от алтаря, не мог формировать иллюзии на ходу. А во-вторых, и это главное, они могли невольно раскрыть местонахождение индейской деревни, которая, по словам проводницы, находилась совсем недалеко. И конечно, Света совершенно не желала в преддверии торговых отношений получить претензию за такую оплошность. В общем, приходилось просто ждать, когда мексиканские пилоты наиграются или у них начнёт заканчиваться топливо.

Одиночная бомба красиво и эффектно разорвалась на защитной сфере, а спустя мгновение магический барьер покрылся искрами от попадания крупнокалиберных пуль. Глядя на это световое шоу, Света не удержалась и мысленно похвалила себя за предусмотрительность и за то, что не постеснялась выпросить столь полезный артефакт. Когда она была главой маленького свободного рода, то могла только мечтать о таком устройстве, чью ценность сложно преувеличить. И Света на полном серьёзе восприняла слова Ярославы Гордеевой, что она может не возвращаться, если с алтарём что-то случится...

—  Бомберы! Две единицы. Расчётное время прибытия десять минут.

Краткий доклад наблюдательницы вывел Свету из безмятежного состояния. Теперь-то ей стали понятны назойливость и упрямство мексиканских пилотов. Беспрерывно атакуя, они выяснили, что Валькирии здесь нет, иначе она себя уже проявила бы, и в связи с этим сделали вывод, что защитное поле держат несколько Альф, которых можно попытаться уничтожить массированной бомбардировкой. Вот эти два бомбардировщика, по их мнению, вполне могли доставить отряду серьёзные проблемы. В отличие от лёгких штурмовиков, их бомбовая нагрузка гораздо существеннее, а значит, несмотря на всю мощность артефакта, он может не справиться с таким ударом.

— Общий круг, — отрывисто скомандовала Света.

В общем-то, в отдельной команде не было особой нужды, так как все отрядные воительницы итак стояли на границе защитной сферы, готовые в любой момент усилить магический барьер с помощью сил собственных источников. Кружка с кофе осталась на капоте грузовика, а Света, быстро надев тактический шлем, шагнула на свободное место в строю. Дельты вместе с Гаммами встали с небольшим интервалом друг от друга, чтобы на каждом участке слабые щиты перекрывались более сильными одарёнными. Только пятёрка Альф расположилась в центре общего круга. Во время бомбардировки они должны удержать защитное поле верхней полусферы.

Быстро оценив расположение своих людей, Света вывела на экран визора дислокацию бомбардировщиков, которую по общей сетке транслировали более совершенные радары тяжёлых МПД. “Надо было и Дельт загнать в доспехи, — пришла к ней запоздалая мысль. — Хотя, вряд ли бы успели”. Зато, глядя на то, как лёгкие штурмовики разом прекратили атаку, у Светы родилась идея, которая с каждой секундой нравилась ей всё больше.

— Лиза, — обратилась она по закрытому каналу к отрядному артефактору.

— На связи.

— Какова мощность нашего “Миража”?

— От ста тридцати до ста пятидесяти метров, в зависимости от уровня заряда. В данный момент, насколько я вижу, перекрывает радиус примерно в сто сорок метров. 

— А у индейского артефакта, который нам обменяла Найра?

— Максимум шестьдесят-семьдесят метров.

— Маловато, конечно. А защитная сфера алтаря, насколько помню, не превышает ста метров?!

— Да, всё так, — явно недоумевая, ответила Лиза.  

— Срочно берёшь индейский артефакт и активируешь его на самой границе действия нашего “Миража”!  А как только все переместятся под новую сферу иллюзий, таким же образом переставим уже наш “Мираж”. Используя такой метод, мы сможем незаметно сменить позицию и выйти из-под удара. Задача ясна?

— Да, — лаконично подтвердила мастерица. 

— Внимание всем! — уже по общему каналу связи объявила Света...

Всё же матёрые воительницы собрались под её командованием! Они мгновенно поняли её хитрую задумку, и весь отряд немедленно пришёл в движение. До налёта бомбардировщиков оставалось совсем немного времени, но, несмотря на черепаший темп, они всё же успели удалиться почти на полкилометра, когда на место бывшей дислокации отряда упали первые снаряды... 

Мексиканки оказались настоящими профи, все их бомбы легли довольно кучно. Цепочка взрывов растянулась всего на несколько сотен метров, и через несколько секунд на месте бывшего расположения отряда к небу поднялся единый огненно-дымный султан мощного взрыва. Взрывная волна, подняв в воздух клочья земли, практически моментально докатилась до нынешнего местоположения отряда и с неистовством обрушилась на защитное поле.

Какое-то количество бомб явно имело магическую начинку, и глядя на вспышки электрических разрядов, пронзающих огненный гриб взрыва, Света порадовалась, что они избежали прямого попадания. Видно, два десятка грузовиков показались мексиканкам достойной целью, и они не пожалели для их уничтожения дорогостоящие артефакты. “Будем считать, уничтожили”, — внутренне усмехнулась Света.

Бомбардировщики сделали круг и легли на обратный курс, а Света, выждав для верности ещё двадцать минут, приказала продолжить движение. По словам проводницы, авианалёт настиг отряд недалеко от поселения Пово, однако время шло, а индейской деревни всё не было. Впрочем, данное обстоятельство Свету не удивляло. Индейские племена повсеместно использовали “Артефакты Миражей” и если не знать точное расположение и особые приметы на местности, то можно на расстоянии вытянутой руки пройти мимо селения и не заметить следов присутствия человека. А уж род артефакторов по умолчанию должен спрятаться лучше всех.  

Сидя на пассажирском сиденье рядом с рулевой, Света бездумно смотрела на проплывающий за окном пейзаж. Впрочем, здешняя природа не баловала разнообразием, и практически голая степь лишь иногда перемежалась редкими рощами. Прошлой ночью ощутимо похолодало, и землю хорошо подморозило, что позволило воительницам не тратить время и магические силы на сокрытие следов от тяжёлых машин. Неожиданно рулевая ударила по тормозам и столь резкая остановка прервала ровное течение мыслей.

— Что там? — вскинула Света голову.

— Индейцы. Наши говорят – Пово, — ответила рулевая, которая по всем правилам была облачена в лёгкий доспех.  

— Отлично! — обрадовалась Света, открывая дверь.

Хорошо, что успели добраться в первой половине дня. Возможно, до вечера успеют решить все вопросы, чтобы завтра продолжить движение. Им осталось проехать всего километров пятьдесят, после чего нужно будет найти удобную площадку для посадки самолёта, и можно считать, что их долгая миссия закончена.


***

Поместье Зориных.


“Я серая посредственная бездарность”, — думал я. Столь высокую степень самокритичности, а также море зависти спровоцировала Агния. Знаете, сколько ей потребовалось времени, чтобы довести до ума “Жезл Ириды”? Я, понимаете ли, с полгода, если не больше, ломал голову над схемой, а особенно над прерывателем мощного импульса, и ни хрена не придумал. А это рыжее чудо, потратив вчера половину дня, уже сегодня к обеду демонстрировала мне на планшете последовательность магических плетений, должных, по её мнению, обеспечить необходимый запас прочности и гарантировать безопасность в процессе эксплуатации.               

Да, пока это всё было только на “бумаге”, но чёрт возьми! Я даже до такого не смог додуматься! В общем, ранг “гений”, который я самовольно присвоил, можно смело спускать в унитаз. Благо, что столь гордое название я пририсовал себе карандашом и мысленно. Мне даже стало немного стыдно за свои умения. В попытке решить ребус с жезлом я придумывал, наверное, самые топорные и неуклюжие узоры в мире - это если сравнивать с лаконичной и выверенной комбинацией магоформ, предложенной Агнией. Вот интересно, моя учёба когда-нибудь закончится, или я так навсегда и останусь генератором безумных идей, будучи не в состоянии воплотить их в жизнь собственными силами? Печалька, однако. 

— Здорово, — вздохнул я, отрываясь от схемы и возвращая Агнии планшет. — Выглядит вполне жизнеспособно. Ты сама сделаешь или мне доверишь? 

— Как хочешь, — пожала девушка плечами. — Но если тебе не надоело ковыряться с алтарём, то я бы, конечно, поработала с новым боевым артефактом. Уж больно любопытно посмотреть, что там получится.  

— Согласен, —  улыбнулся я. — К тому же, ты сделаешь это гораздо быстрее меня. Так что занимайся жезлом, а я продолжу поиски ключей. 

Нет, всё-таки возможности девушки поражали, восхищали и заставляли восторгаться её невероятным талантом. Конечно, Агнии попадались практически не решаемые задачи, как например, с алтарём Змеевых, но тут особый случай. Не каждый может взломать такой навороченный артефакт, с множеством различных уровней и хитросплетённых магформ, да ещё и с кодовым замком на входной “двери”. И то, чего она уже добилась, лишь подчёркивало высочайшее мастерство Агнии.

А еще, глядя со стороны, я со своей навязанной помощью смотрелся, наверное, словно поросёнок в калашном ряду. Если бы не искренняя радость девушки, которая с явным удовольствием переложила на меня часть своих обязанностей, уже собрал бы все манатки и свалил домой. Ну и немного грели душу слова Агнии, считающей, что в плане мастерства, интуиции и - что совсем удивительно - знаний  моя персона превосходит обеих её помощниц. Последний пункт, безусловно, тешил моё эго и заставлял раз за разом скрупулёзно исследовать загадочную каменюку, в надежде отыскать недостающее звено для активации.

Казалось бы, чего можно добиться всего лишь за сутки при исследовании столь сложного устройства? Если подходить к делу с нуля, то, конечно, не успеешь даже вникнуть в основные элементы. Но у меня, благодаря регулярным отчётам девушки, уже была необходимая база знаний, которая позволяла сходу приступить к разгадке этого ребуса. А присутствие Агнии дало возможность на ходу устраивать мозговой штурм очередной идее, пришедшей в голову. 

Увы, несмотря на плюсы совместной работы, истина по-прежнему была где-то рядом. Мне всё время казалось, что мы бегаем вокруг да около, упуская что-то важное, но поймать просветление пока не получалось. Это ощущение близости цели одновременно и раздражало, и заставляло, упрямо сцепив зубы, судорожно напрягать мозг, чтобы сосредоточиться на поиске нужного решения.  

На смену короткому дню уже пришёл вечер, а мы с Агнией, пропустив ужин, продолжали заниматься каждый своей работой, время от времени заводя диалог, дабы обсудить сотый по счёту вопрос. И возможно, просидели бы так до поздней ночи, но судьбе было угодно прервать наш сабантуй. Робкий стук в дверь и растерянное лицо одной из матерей Агнии вызвали у меня невольный смешок. Правда после слов женщины веселье как рукой сдуло:             

— Простите. Но вас тут спрашивает княгиня Кайсарова.

Смотрела она при этом прямо на меня, держа в руке трубку домашнего беспроводного радиотелефона. “Сговорились, что ли?” —невольно подумал я, вспомнив звонок немки. Как бы то ни было, но ответить надо. Встав со стула, я подошёл к женщине и, взяв телефон, с некоторым недоверием посмотрел на него. Что-то с недавних пор подобные звонки меня немного нервируют.

— Княгиня Сагдия?! — полуутвердительно произнёс я в телефон.

— Добрый вечер, князь, — приветствовал меня звонкий голос девушки. — Надеюсь, я не отвлекла вас от чего-то важного? 

— Добрый, — коротко выдал я, по-прежнему борясь с удивлением от неожиданного звонка. — Нет, я весь во внимании. 

— Я же правильно понимаю, что вы с княгиней Ольгой вряд ли почтите меня своим присутствием на праздновании моего пятнадцатилетия, которое состоится через три дня?  

Вот, блин!.. И что тут скажешь? Да, вычурное приглашение приходило к нам в усадьбу еще месяц назад. Лично мне было как-то фиолетово - идти или не идти, а Ольга отложила окончательное решение на потом, поближе к дате. Если учесть, что моя жена в данный момент находилась на Аляске, я сильно сомневался, что мы заявимся на днюху Сагдии. Хотя и без этого фактора было как-то напряжно идти в гости к нашим недавним врагам. Я, конечно, знал, что Кайсаровы вроде бы пытаются наладить с нами отношения, но не до такой же степени! Я к тому, что звонок юной главы клана не вписывался в привычные рамки этого мира. Никто из местных властительниц не станет унижаться и обзванивать потенциальных гостей с вопросом: “Ждать вас или нет?”. В общем, что-то Сагдия мутит, но что? Ладно, включим вежливость и послушаем, что нам скажут в ответ.  

— Думаю, моя супруга физически не успеет закончить все свои дела на другом конце империи, — максимально сожалеющим тоном произнёс я. — А без неё присутствовать на вашем мероприятии считаю неправильным.

— Прекрасно вас понимаю, — судя по тону, девушка улыбалась. — Однако мне только что удалось добыть довольно интересную информацию, и я бы очень хотела ею поделиться с вами. Можно, конечно, дождаться возвращения княгини Ольги, но я боюсь, что моя новость может к этому времени безнадёжно устареть. А так как использовать телефон в таких делах весьма нежелательно, звоню, чтобы предложить вам встречу. Что скажете? 

“Ещё одна интриганка, ёшкин дрын! Развели тут тайны мадридского двора”, — мысленно прокомментировал я приглашение, одновременно быстро обдумывая вопрос. С одной стороны, Кайсаровы хотят дружбы, с другой - мы с Ольгой вряд ли придём на празднование. Если сейчас отказать, это наверняка обидит Сагдию и оставит у той неприятный осадок – она ведь лично позвонила и пригласила на встречу. Несмотря на фамилию, конкретно эта Кайсарова не вызывала у меня негативных эмоций. Может, яблоко от яблони и недалеко падает, но я всё-таки сторонник постулата, что сын за отца, а в данном случае дочь за мать, не в ответе. Так что следует согласиться, как с политической точки зрения, так и для удовлетворения банального любопытства.

 — Я не против, но как вы сами понимаете, не имею сейчас возможности прибыть в Казань.

— Этого и не требуется. Я несколько часов назад прибыла в своё имение под Москвой. Так что, если вы не заняты, мы можем встретиться хоть сегодня. А так как моё поместье и усадьбу боярыни Зориной разделяет всего тридцать с небольшим километров, то если вам удобно, я могу заехать к вам в гости в течение часа.

Я, конечно же, знал, что всё Подмосковье нашпиговано владениями различных родов, а расстояние между усадьбами порой не превышало десятка километров. Да и, судя по предложению Сагдии, новость действительно была весьма горячей, иначе к чему ей так настойчиво напрашиваться в гости? К тому же меня вполне устраивало, что не надо срочно собираться и сломя голову нестись на эту встречу. В общем, почему бы и не принять пятнадцатилетнюю девушку, волею судьбы и не без помощи Гордеевых ставшей главой Великого клана.

— Уверен, боярыня Зорина будет рада принять в своём доме столь высокую гостью,— проговорил я, не отводя глаз от Агнии. — Приезжайте, мы вас ждём.

Если в начале моего ответа Агния лишь слегка встрепенулась, то на фразе “Приезжайте, мы вас ждём” вскочила на ноги и с растерянным выражением лица посмотрела на мать, которая явно любопытства ради осталась в кабинете. Получив от Сагдии “Договорились”, я нажал отбой на телефоне и не удержал широкой улыбки. Уж, больно забавно-растерянно смотрелись обе Зорины. Не успел я ляпнуть, что Кайсарова всего лишь юная княгиня, а не императрица, и для паники нет никаких причин, как заговорила старшая Зорина. 

— У нас же ничего не готово… 

— А что мне одеть?... — вторила Агния матери.

И после секундной паузы, посмотрев на меня, хором воскликнули.

— Сколько у нас времени?

— Где-то час, — пожал я плечами.

Ничего не отвечая, мать с дочкой со скоростью пули вылетели из кабинета, оставив меня недоумённо хлопать глазами. Почесав затылок, я сел обратно за стол, чтобы продолжить изучение очередного участка схемы, но мысли продолжали крутиться вокруг звонка Сагдии и поведения Зориных. Нет, я прекрасно понимаю, что гостей, особенно настолько ранговых, надо встречать при полном параде, но, на мой взгляд, устраивать из-за этого суетливую беготню как-то излишне. 

Прислушался. Ну да, мне не показалось и количество топота в доме явно увеличилось. Вот же ж… добавил им головняка. Ну да ладно, хочется Агнии и Ко показать себя во всей красе – ради бога, пускай красуются. Лишь бы меня не трогали. Однако только я сосредоточился на работе, как дверь открылась и на пороге замерла Рада. Уже хорошо, что не влетела сломя голову, а с привычным невозмутимым выражением на лице спокойно объявила:

— Костюм приготовлен, ваша светлость.   

Вопрос “Какой на хрен костюм?” я сдержал в последний момент. Если уж Раду задействовали в качестве посыльной, то мой план встретить Сагдию в своих любимых джинсах и футболке явно нуждается в корректировке.

— А корону отполировали? — не удержал я ехидства.

— Ваша княжеская корона осталась в Нижнем.

— Ай-я-яй, непорядок, — сокрушённо покачал я головой. — Как же теперь я буду блистать во всей своей красе и излучать на окружающих своё величие?

— Если желаете, могу вызвать спецрейс из Нижнего, — флегматично заявила Рада.  

— А он успеет? — хмыкнул я.

— Сомневаюсь. 

Если кто не понял, то это у Рады такой юмор. Я-то уже привык к его специфике, но не терял надежды спровоцировать хранительницу на более открытые эмоции. Однако мисс-кремень практически в любой ситуации оставалась излишне серьёзной. Всё, что касалось охраны и этикета, проходило у неё под грифом “высший приоритет” и требовало неукоснительного соблюдения всех положенных правил. В общем, Рада уже давно обрела в моём сознании устойчивый образ английского чопорного дворецкого с некоторой поправкой на женский облик и репутацию несокрушимой воительницы. Та ещё смесь получилась - очень своеобразная.  

— Умеешь же ты «радовать», Рада, — усмехнулся я, вставая с кресла.

— Данная функция не входит в мои обязанности, — наконец-то улыбнулась девушка на мой каламбур с её именем.

— Ага, я заметил.

Выйдя из многофункционального кабинета, выполняющего у Агнии роль лаборатории, исследовательского центра и комнаты отдыха, я поднялся по лестнице на второй этаж и, проходя мимо комнаты дочери, услышал недовольный бубнёж Софии.

— Не хочу косички, хочу хвостик.

С любопытством заглянув в приоткрытую дверь, обнаружил сидящую на кровати Яну с расчёской в руках. София стояла напротив нянечки, ко мне спиной и, собрав в пучок свои волосы, крутила головой демонстрируя хранительнице какой именно хвостик она хочет. В данный момент вариант, предложенный дочерью, выглядел, конечно, не идеально, но отдалённая перспектива безусловно прослеживалась.

— Но косички с бантом или лентой будут смотреться намного красивее, — с улыбкой уговаривала Яна.

— Хвостик удобнее.  

“Вот, Л - логика”, — подумал я и, улыбнувшись заметившей меня Яне, продолжил движение в свою спальню. Даже дочка понимала, что игра не стоит свеч. А то устроили тут, панимаШь, ажиотаж. Нет, за столько лет прожитых в этом мире я уже давно усвоил вежливый и витиеватый стиль общения, принятый в высших кругах. Взвешивать и обдумывать каждое слово, чтобы ненароком не обидеть собеседника - это правильно, и я ничего против этого не имел, благо, что родители воспитали меня как надо и с детства привили необходимые нормы поведения в обществе. Другое дело, что мне более импонировала дружеская простота, присущая в разговорах давних друзей или хороших знакомых, как, например, это было с Катей Вяземской или Агнией.   

Но вот привыкнуть к стилистике внешнего вида во время официальных или полуофициальных мероприятий как-то не получалось. Почему-то на турнир роботов я мог себе позволить свободную форму одежды, а чтобы принять, пусть и не у себя дома, важную гостью, нужно быть при параде. В общем, давняя “аллергия” на костюмы никак не желала утихать, и каждый раз, вползая в очередной пиджак, я чувствовал дискомфорт, как бы круто ни смотрелся данный предмет гардероба.

Зайдя в комнату, с любопытством оглядел светло-синий костюм, висящий на напольной вешалке для одежды, и мучительно пытался вспомнить: когда это я умудрился его упаковать и привезти к Агнии? Точно помню, что на всякий случай брал с собой только благородно-серый, в котором был на встрече с Августой Шультц, а вот рассматриваемый экземпляр относился к категории менее элитных, без золотых пуговиц и прочей мишуры. И оказался он здесь явно благодаря Яне, которая, помимо полного чемодана с вещами для Софии, до кучи прихватила что-то из моего гардероба. Одно слово - нянечка.

“Недаром говорят, что первые сорок лет в жизни мальчиков самые сложные, — мысленно хмыкнул я, стаскивая через голову футболку. — А в этом мире данная шутка превратилась в натуральный девиз и за мужчинами приглядывают, и довольно основательно, до самой смерти”. Был бы я более гордым, мог бы и обидеться на подобную опеку, но зачем? Толку ноль, а уж смысла в подобных обидках ещё меньше. Да и по сути, Яна молодец, что подстраховала своего князя, избавив от головной боли в таком мелочном вопросе. С этими мыслями я начал примерку классики в мире одежды.    

  ***

Я в одиночестве стоял у окна в гостиной - единственной большой комнате в доме. Помещение размером примерно тридцать пять-сорок квадратных метров служило нам местом для совместных посиделок во время приёма пищи. Как оказалось, по протоколу встречать Кайсарову на улице должна была хозяйка усадьбы, а я, будучи гостем, мог спокойно ожидать Сагдию в доме. Выйти на крыльцо, конечно, не возбранялось, но это полностью противоречило устоявшимся правилам. Вот если бы в гости приехала Катя Вяземская, то не выйти и не встретить нашу с Ольгой подругу было бы верхом неуважения. А вот в случае с Кайсаровой, которая не имела статуса друга, мне было позволительно не выходить.

Была ещё и третья сторона, которая касалась только мужчин. Ввиду особого положения, в коем находилась вся мужская братия этого мира, я вполне мог наплевать на все правила и поступить как душе угодно. Всё-таки по существующим традициям я лишь номинально являюсь соправителем Ольги, а значит, как бы я ни пыжился, все мои действия, хошь-не хошь, не будут рассматривать со всей серьёзностью. Ндя…

Тоже, скажем, двоякая и весьма бесящая ситуация. Вроде бы главы кланов и обязаны действовать по определенному протоколу, но при этом мне, как мужику, можно послать весь этикет глубоко в недры каких-нибудь Анд и все сделают вид, что ничего не было. Возможно, посмеются, но на этом и всё. Однако при всём при этом знакомые мне женщины лично меня воспринимают гораздо серьёзнее, что, конечно, не может не радовать.

И вообще, положа руку на сердце, в сложившейся ситуации сложно винить только мужчин. Свой статус они потеряли вопреки своему желанию и, помимо сокращения общей численности после катаклизма, их сильно подкосило превращение женщин в сильную половину человечества. Против магии нет приёма, против боевого режима не выстоять обычному человеку. Ещё и источник подгадил неимоверно, без зазрения совести влияя на либидо. Отчего у местных мужиков полыхает в штанах так, что все мысли направлены только на то, чтобы затащить очередную деваху в постель.

Даже среди той капли адекватных, которые способны думать не только о гормонах, а сосредотачиваться на других делах, женщины всё равно идут в списке под номером два. Я по сравнению с остальными просто монах. А вся эта ситуация с мужиками – это ж явно неспроста! Должен же быть смысл в такой тяге к прекрасному полу. При наличии источников теория “полового инстинкта” звучит слишком банально. Всё однозначно глубже. Магический импульс, возникающий в момент соития и якобы гарантирующий более высокий ранг у девочек, лишь немного проясняет картину. Но вопросы всё равно остаются. Почему мужчин в разы меньше? Почему до моего появления не было мужчин со способностями к магии? Какими станут мои сыновья в магическом плане? Только лекарями или будут ещё какие-нибудь умения? И смогут ли они изменить общее положение вещей?   

От философских размышлений меня отвлёк свет фар от проезжающих автомобилей. Яркий луч мазнул по окну и свернул куда-то за дом. Что ж, кортеж Кайсаровой прибыл. Надеюсь, вся предшествующая суета была не зря, и новость будет действительно стоящей и интересной. Немного повёл плечами, стараясь, чтобы пиджак сел удобнее, но дискомфорт оставался. Похоже, я своими ежедневными тренировками умудрился подкачать мышцы, ибо с чего почти новый костюм стал слегка жать?

Ругнувшись на неожиданный форс-мажор, снял пиджак и повесил его на спинку стула, стоящего во главе стола, имеющего вытянутую, овальную форму. Оставшись в рубашке, сразу почувствовал облегчение. Садиться не стал, ибо всё равно придётся вставать, чтобы приветствовать княгиню Сагдию, зато без зазрения совести с удовольствием свистнул со стола канапэ с какими-то овощами и сыром. У меня ещё оставалась пара минут, чтобы спокойно прожевать свою миниатюрную закусь.

Открытие двери не стало неожиданностью, так как звук приближающихся шагов и негромкие голоса я расслышал заранее. Агния первой прошла в комнату буквально на два шага, затем слегка отступила в сторону и, широким жестом обводя помещение, проговорила: 

— Прошу вас, ваша светлость.

Оторвавшись от спинки стула, на которую опирался рукой, я шагнул к центру комнаты, дабы по всем правилам встретить главу Великого клана. Ведь юный возраст гостьи совершенно не даёт мне никаких привилегий. Более того, надо внимательно следить за собственным тоном, чтобы ненароком не задеть “тонкую душевную организацию” подростка, оказавшегося во главе наших недавних врагов. И хоть пока до конца не понятно, какую позицию в итоге займут Кайсаровы по отношению к Гордеевым, нужно сохранять предельную вежливость и не допускать какого-либо пренебрежения к собеседнице. Сагдия открыто улыбнулась мне и, решительно протянув руку, сопроводила крепкое рукопожатие словами:

— Добрый вечер, князь.

— И вам добрый, княгиня, — улыбнулся я в ответ, смотря сверху вниз на молодую девушку и, указав в сторону стола, добавил: — Надеюсь, вы отужинаете с нами?  

— Если честно, я успела поесть дома, а из-за позднего времени суток не рассчитывала на что-то большее, чем чай. 

— К сожалению, у вас нет выбора, — по-прежнему с улыбкой произнёс я. — Мы с Агнией не успели вовремя поужинать и после вашего звонка решили специально дождаться вашего приезда. Так что вам придётся выдержать бой или с запечённой уткой или с кроликом в сметане. Выбор противника оставляю за вами.  

Сагдия весело рассмеялась, после чего, справившись со смехом, спросила: 

— Надеюсь, мне не придётся в одиночестве сражаться с одним из этих страшных противников, и вы будете активно мне помогать?

— В этом можете не сомневаться! А что касается меня, я обязательно возьму на себя большую часть этих героических усилий.

Сагдия ещё шире улыбнулась и по моей подсказке уселась за стол по левую руку от меня. Агния присела напротив Кайсаровой. Ну а место во главе стола занял уже я. Детей не было за столом из-за моего вмешательства. Увидев соловьиные глаза дочери, отстоявшей всё же своё право на хвостик, и глянув на часы, которые показывали уже начало одиннадцатого, я решительно обломал все планы женского комитета по встрече Кайсаровой и приказал отправлять детей спать, а не устраивать им поздний экзамен по знанию этикета. Обе матери Агнии, кстати, несмотря на раздирающее их любопытство, решили взять самоотвод. Так что ужинали мы втроём.

В штате у Агнии числилось две служанки, которые прекрасно справились с функцией официанток, и никаких непредвиденных коллизий за время позднего ужина не возникло. Пока шло сражение за сытые желудки, разговор крутился на самые разнообразные темы. В частности, я удовлетворил своё любопытство насчёт подготовки Кайсаровых к вторжению на Аляску. Как оказалось, Сагдия была не в восторге от начала боевых действий, считая, что клану не нужны новые земли. Но была готова исполнить перед императрицей взятые на себя обязательства.  

В общем, ужин, как говорится, прошёл в тёплой и дружеской обстановке, но едва мы перешли к чаю, как Агния покинула наше общество, сославшись на то, что ей надо проведать дочь. Обе официантки также испарились, тем самым обеспечив нам с Сагдией полный тет-а-тет. Я решил немного поторопить события и, пристально глядя на девушку, с улыбкой спросил:

— Когда же вы утолите моё любопытство, княгиня? А то я прямо места себе не нахожу.

— Да, наверное, пора, а то и так слишком долго злоупотребляю вашим гостеприимством, — отзеркалила меня девушка. Впрочем, её улыбка быстро погасла и Сагдия слегка задумчиво проговорила: — Моя новость касается событий в Эфиопии. Буквально только сегодня я получила неопровержимые доказательства того, что в смерти моей матери виновны не только африканские аборигены.

Кайсарова сделала паузу, явно подбирая слова, и я не удержался, чтобы не вставить:

— Вы же прекрасно знаете, почему она осталась лишь с двумя хранительницами.

— О-о, я даже и не думала как-то подчеркнуть вашу вину, — отмахнулась Сагдия. — И лично у меня к клану Гордеевых абсолютно нет никаких претензий. На вас напали - вы защищались. И тут не может быть двоякого толкования. Однако среди воительниц, напавших на вас, также находилась Антонина Романова со своими людьми. И у меня есть все основания полагать, что она  успела перехватить жезл Радмилы до нападения местного племени на мою мать. А вы, насколько помню, очень интересовались этим артефактом.

Сагдия замолчала, смотря на меня, а я внутренне недоумевал. Если это всё, ради чего приехала Кайсарова, то я разочарован. Мягко говоря. И дело не в том, что мы с Ольгой знали об Антонине гораздо раньше. Просто, на мой взгляд, это не такая уж и страшная тайна, чтобы нельзя было сообщить её по телефону.

— Да, интересно, — отстранённо произнёс я.

— Судя по вашей реакции, вы не сильно удивлены.

— Скажем так… что-то подобное мы предполагали, — не стал я юлить. 

— Ясно, — кивнула Сагдия. — Я бы, конечно, не стала приезжать только ради этой новости. Но мне стало известно, что бывшая глава СИБ сумела восстановить работоспособность жезла или очень близка к этому.

“Невозможно”, — было моей первой мыслью. Во всяком случае, слишком быстро. Агния говорила, что на подробные исследования могут уйти годы, и то не факт, что получится. И я был склонен верить нашей мастерице. И как понимать формулировку: то ли восстановила работу жезла, то ли близка к этому?

 — Насколько надёжен ваш источник? А то информация выглядит весьма противоречивой.

Сагдия усмехнулась и проговорила.

— К сожалению, мой источник весьма крепкий орешек, и от добровольного сотрудничества отказывается. Менталистки работают всего первые сутки и смогли получить доступ только к верхним слоям памяти. Там хранятся самые свежие воспоминания, но они весьма сумбурны из-за активного сопротивления моего информатора.

Я нахмурился. Нет, отнюдь не из-за методов, используемых для получения информации. Скорее из-за личных воспоминаний. Чёрные глаза негритянки впечатались в мою память надолго. Так что слово “менталистка” с некоторых пор вызывало у меня не самые приятные ассоциации.  

— Да уж, если всё так, это может стать проблемой, — задумчиво проговорил я. — Спасибо, вам. А узнать, где находится экс-Романова, не получилось?

— Увы, — развела руками Сагдия, — пока нет. И не факт, что получится. Во-первых, мой источник может этого не знать. А во-вторых, вы же знаете, что взлом ментальных блоков - дело сложное и не всегда получается получить полный доступ к памяти. Хотя я не теряю надежды договориться и по-прежнему надеюсь на добровольно-принудительное сотрудничество своего информатора. 

В конце сказанного Сагдия многообещающе улыбнулась. Хотя, наверное, определение “кровожадно усмехнулась” подошло бы лучше. “Н-да, не простая девочка”, — по-новому взглянул я на собеседницу. Можно только догадываться, что за страсти бушуют в клане Кайсаровых и насколько жестокой приходится быть Сагдии.  

— Что ж, я, пожалуй, пойду, князь. Спасибо за гостеприимство.

— Один вопрос, княгиня, — без улыбки сказал я. 

— Слушаю.

— Зачем?

Задавая вопрос, я смотрел прямо в зелёные глаза девушки. Конечно, у меня нет дара чувствовать любую ложь, как это умеет делать Ольга, но мне казалось, что я в состоянии уловить откровенное враньё. Сагдия правильно поняла мой вопрос и не стала отводить взгляд, а отвечая, лишь обозначила улыбку.  

— Княгиня Ольга не торопится, и вопрос с моим долгом по-прежнему находится в подвешенном состоянии. Вот я и решила немного расшатать это непонятное равновесие в наших отношениях. Возможно, ваша супруга именно этого и ждала?!  

— Возможно, — улыбнулся я.

Из-за стола мы встали практически одновременно, и так получилось, что вышли на крыльцо, сохраняя молчание. Три машины уже стояли наготове, а хранительница Кайсаровой предусмотрительно распахнула заднюю дверь большого внедорожника. Откуда-то “нарисовалась” Агния, неожиданно возникнув за нашими спинами. Сагдия замерла на верхней ступеньке и, посмотрев на нас с Агнией, проговорила:

— Ещё раз спасибо вам за гостеприимство. — И специально для меня добавила: — Если вам интересна затронутая тема, то я готова и в дальнейшем информировать вас о ходе расследования.

— Буду вам  очень признателен, — улыбнулся я.

Попрощавшись с девушкой, я проводил взглядом отъезжающие машины, а в голове безостановочно крутилась мысль о жезле Радмилы. Если Антонине Романовой каким-то образом удалось восстановить работу артефакта, это действительно может стать не просто проблемой, а очень серьёзной проблемой. В первую очередь для тех, кто оказался виновен в её нынешнем положении. Осталось понять, как далеко готова зайти бывшая глава СИБа в желании удовлетворить собственное чувство мести, и кто первым станет её целью? Очень сомневаюсь, что все эти танцы с бубном затеяны лишь ради любви к артефакторике.

— Расскажешь, о чём говорили? — отвлёк меня от тяжёлых мыслей вопрос Агнии.

— Конечно, — улыбнулся я, — только пошли в кабинет.

“Надо будет Еве позвонить”, — подумал я, шагнув в дом. Каюсь, про экс-Романову я как-то подзабыл или правильнее говорить “забил”. Не потому, что мне было неинтересно, а просто я прекрасно понимал, что поиск такого противника находится далеко за пределами возможностей клановой службы безопасности и единственным надёжным источником свежих новостей об Антонине оставалась Ева.

Однако мой высокопоставленный информатор ввиду своего особого положения, естественно, не бежал ко мне сломя голову, чтобы сообщить о поворотном моменте в розыске бывшей главы СИБа. Поэтому, чтобы получить нужную инфу, приходилось самостоятельно проявлять инициативу. А если мне не отшибло память, то примерно месяц назад Ева говорила что-то про Японию. Вроде как именно в стране Восходящего солнца получилось найти следы Антонины. Возможно, уже появились более свежие данные. Правда, из-за позднего времени суток придётся потерпеть до завтра. Всё-таки не настолько у меня подгорает во всех местах, чтобы я названивал ТАКОЙ любовнице в первом часу ночи.

***

Уже десятый по счёту гудок в телефоне невольно намекал, что я выбрал не самое удачное время для звонка Еве. “Суббота и половина одиннадцатого. Наверное, всё же рановато будет”,  — подумал я. С этой мыслью, уже хотел нажать отбой, но тут Ева ответила.

— Да-а, Сергей.

Хм. Похоже, у Евы с настроением сегодня не очень. Я ей, конечно, не часто названивал, максимум раза два-три было, ибо в основном этим занималась Ольга, но обычно Ева приветствовала более радушно. А тут меня встретило протяжное “да” с лёгкой восклицательной интонацией в конце. В общем, явно отвлёк от чего-то важного.

— Привет, моя королева. Если сильно отвлекаю, то могу перезвонить, — не стал я особо мудрить.

— Ну как тебе сказать, — усмехнулась Ева на “моя королева”, — передо мной лежит список из семи имён, и я пытаюсь решить, кому из этих людей жить, а кто уже задержался на этом свете.

“Ага. Вот и причина плохого настроения”, — понял я. Ева далеко не кровожадный тиран, хоть иногда и надевает соответствующую маску, но я прекрасно знал, что подобные решения она старается откладывать на потом, пока внимательно не изучит каждое дело.

— Сочувствую, — сказал я. — Как понимаю, если бы в списке фигурировали убийцы, расчленители, насильники и другие им подобные, то ты бы решила этот вопрос за пару секунд?

— Да, Сергей, — судя по голосу, Ева улыбалась, — с таким набором фигурантов я бы разобралась быстро. Вот только перечисленная тобой категория преступников приговаривается судьями на местах, а ко мне на подпись попадают виновные в государственной измене.  

— Э-э, ну, если есть неопровержимые доказательства их вины, а закон империи не подразумевает другого приговора кроме смертной казни, то в чём сложность? Что тебя смущает?  

— Хм. Ну, скажи мне тогда, как бы ты поступил с наместницей губернии, которая преуменьшила налоговые поступления и казна недополучила почти миллиард рублей?

— Коррупция - зло, —  твёрдо проговорил я. — Однозначно казнить в назидание другим.  

— Да, зло. Вот только в ходе расследования выяснилось, что эти деньги ушли на строительство двух мостов, одной больницы, ремонт нескольких школ, а также на благоустройство трёх жилых  кварталов.

— Подстраховалась гадина, —  уверенно заявил я. — Специально соломку подстелила. Сметы наверняка превышены в несколько раз, а половина денег в кармане осело.

— Заявка на строительство больницы и мостов была подана ещё три года назад, но дополнительные финансы губернии не выделяли, а справиться своими силами они не могли. Все сметы составлены по минимально возможной цене. Остались даже лишние средства, которые отправили на ремонт школ и благоустройство городской территории.

— Что, совсем ни копейки не украла? — недоверчиво спросил я.

— Да, ни копейки.

— Всем бы таких коррупционеров, — буркнул я.

— Ну да, — усмехнулась Ева. — Так как же мне поступить с твоей точки зрения? Факт финансовых махинаций есть. А согласно закону и занимаемой должности фигуранта, это приравнивается к государственной измене. 

— Казнить нельзя, помиловать, — выделил я интонацией нужные слова. — Выговор само собой сделать необходимо, но и похвалить негласно тоже стоит. Шубу с царского плеча ей подари, что ли.

Ева рассмеялась. Пришлось прождать, наверное, целую минуту, пока моя красавица-императрица возьмёт в себя в руки.

— Нет, дарить шубу, будет уже излишеством, — отсмеявшись, сказала Ева. — Пусть радуется, что сохранила голову на плечах, да ещё и целой.

— Ну, не знаю, — невольно пожал я плечами. — Решать, конечно, тебе, но мне кажется, что наместница в целом хоть и преступила закон, но это позволило ей решить наболевший вопрос. Всё-таки губерния три года ждала дополнительные средства.

Ева вздохнула, и после небольшой паузы сказала:

— Как бы тебе объяснить… Ты ведь понимаешь, что каждый человек по-разному видит и оценивает ситуацию? А трактовка событий будет отличаться и колебаться в зависимости от степени информированности. Согласен? 

— В целом, да.

— Вот ты, например, оценил приведённую мной ситуацию как: “казнить нельзя, помиловать”. Ещё и царской шубой предложил поделиться, — Ева усмехнулась. — Но, по сути, наместница показала свою полную несостоятельность на таком ответственном посту. Она проявила чудовищную некомпетентность и не смогла ни понять, ни увидеть, ни подождать. Я уж молчу, что она, в принципе, сознательно пошла на должностное преступление. 

Ева на секунду прервалась и продолжила.

— Губернии регулярно просят финансовой помощи, и заявку конкретно этой наместницы одобрили год назад и даже озвучили сроки. Однако она не захотела ждать ещё два года. Кстати, а как ты думаешь, почему казначейство обозначило именно такие сроки?  

— Бюджет империи не резиновый, — ответил я первое, что пришло на ум. — Да и, наверное, есть очередь из других, не менее важных проектов. 

— Правильно, Сергей. Ну и как теперь ты оценишь действия наместницы?  

— Эм-м... Ну, с шубой, признаю, погорячился. А касаемо окончательного приговора… Я очень рад, что не император. Но ты вроде бы уже оговорилась, что пусть наместница радуется сохранённой голове на плечах.  

— Да, пусть радуется. Вот если бы мои ревизоры нашли хоть один утаённый рубль, её голова слетела в одночасье. Правда, до разговора с тобой я думала снять её с должности и отправить в ссылку на годик. Но возможно, я тоже погорячилась. Ведь население губернии, не зная о проступке наместницы, оценивает её действия под совершенно другим углом зрения. Так что думаю, личная аудиенция у императрицы не оставит её равнодушной и впредь заставит думать головой, а не другим местом. 

Последняя фраза прозвучала настолько угрожающим тоном, что я на миг испытал сочувствие к неизвестной наместнице, а буйная фантазия легко дорисовала её облик с бледным видом и с дрожащими ногами, после разноса устроенного Евой.

— Н-да. “Веселые” у тебя выходные, — задумчиво проговорил я.

— Хм. Про выходные я что-то слышала, но давно и даже смутно помню про отдых. Но если честно, уже стала забывать те времена, когда могла себе позволить ничего не делать. Так что, князь, извольте наконец сказать, зачем беспокоите свою императрицу и отрываете от важных дел?

Несмотря на пафос последних слов, Ева не сдержала ироничный тон и сама же рассмеялась собственной шутке. Я от неё не отставал. Всё-таки даже у всесильных правителей есть потребность в доверенных людях, перед которыми им нет надобности держать на лице соответствующую маску властности и непогрешимости в собственных поступках. Вот мы с Ольгой как раз и были для Евы такими людьми.

— Если честно, то на фоне твоих проблем мне уже стыдно проявлять своё мелочное любопытство, — сказал я. — Хотя вопрос на самом деле довольно серьёзный.

— Сергей, ты где это робость подхватил? — хмыкнула Ева. 

— Где-где - в Караганде, — ляпнул я на автопилоте, даже не подумав, есть ли в этом мире такой город.

— Что-то я не помню такого города, — задумчиво проговорила моя собеседница. — Или это самоназвание какой-то местности?

— Ээ-э, скорее это место из моих снов, — отмазался я тем, что первым пришло в голову, и пока моя въедливая любовница не очухалась, быстренько добавил: — Я чего звонил-то. Мне очень нужна информация об Антонине. Есть что-нибудь свеженькое?

— Хм. Вот скажи мне, чем ты таким занят, что не знаешь об операции, которую совместно проводят имперская и ваша служба безопасности? И кстати, в ней задействована не только ваша СБ.

— Ладно, уела. Просто у меня своя операция не менее важная, — невозмутимо ответил я, мысленно обругав Марину, которая не удосужилась меня проинформировать о таком интересном событии. — И как давно длится эта сверхсекретная операция наших спецслужб?

Ольга-то наверняка в курсе, а я опять всё проспал. Возможно, если бы я регулярно донимал главу нашей СБ вопросами об Антонине, то такой ситуации не возникло бы.

— Два дня, — тем временем сообщила Ева.

— Ну, вот и ответ на твой вопрос, — хмыкнул я. — Вряд ли за столь короткий срок появились значительные результаты, чтобы Марина отвлекала своего князя от важной работы. 

— Значительных пока нет, но Марина уже знает, что следы Антонины нашли в Мексике, о чём вполне могла тебе сообщить. 

— Следы – это, конечно, хорошо, — задумался я, — но хотелось бы уже найти саму беглянку.

— Согласна. Но, к моему сожалению, процесс поиска такого человека сильно затруднён. Однако мне интересно, почему ты так обеспокоен этим вопросом?

— Мне тут птичка на хвосте принесла, что Антонина восстановила жезл Радмилы, а на что способен этот артефакт, мы тебе с Ольгой рассказывали.

— А твоя птичка случайно не из рода Кайсаровых прилетела?

“Вот, блин… — мысленно изумился я такой осведомлённости. — Интересно, это за мной такая слежка или за Кайсаровой?”

— Только не говори мне, что за мной приглядывает СИБ, — буркнул я. 

— Конечно, а как ты думал? Что единственный одарённый мужчина на планете и по совместительству мой любовник останется без присмотра? В свете того, что Ольга сейчас в отъезде, я бы очень не хотела, чтобы с тобой что-то случилось.  

Концовку всей фразы Ева проговорила очень нежненько. Я бы даже сказал, проворковала с придыханием. Вот что тут скажешь? Да, хотел сначала возмутиться, но потом подумал, что толку от этого не будет, а такая страховка может однажды пригодиться. Так что ограничился недовольным сопением, не зная, что сказать в ответ.  

— Если тебя это успокоит, то за Кайсаровыми СИБ также приглядывает, как и за некоторыми другими неблагонадёжными родами. За информацию по Антонине - спасибо, но, к сожалению, она мало чем может помочь в поиске. 

— Ясно, — безэмоционально произнёс я и, вспомнив, что забыл обговорить с Евой проблему с Шультц, спросил: — А ты уже в курсе, что твои люди допустили утечку информации обо мне?

—  Да, отчёт о вашей встрече мне прислала Марина, и я уже отдала соответствующие распоряжения. И раз ты завёл об этом разговор, хотела попросить тебя больше не совершать подобных ошибок. Очень жаль, что вы с Ольгой не учли несколько вариантов развития событий.

— О чём ты?!

— Шультц не должна была покинуть территорию империи, — жёстко  проговорила Ева. — Да, дуэль была бы наилучшим решением, но раз уж Вяземская Катерина из-за благородства не захотела пачкать руки, то в дело должны были вступить другие люди. Используя “Оборотень”, можно было решить этот вопрос тихо и незаметно.

Ева в моём подсознании имела образ поборницы справедливости и защитницы обездоленных, причём без всяких шуток, ибо я очень уважал её как главу государства. И такое предложение из её уст прозвучало для меня, мягко говоря, неожиданно.

— Э-э, — протянул я и, справившись с изумлением, проговорил: — Меньше всего ожидал, что предложение о банальном убийстве будет звучать от тебя.

— Нет, ты всё-таки удивительный мужчина, — судя по голосу, Ева улыбалась. — Где-то готов идти напролом, невзирая на кровь и трупы, а где-то в тебе срабатывает стопор. Почему так?

— Всё зависит от мотивации, — уже спокойно ответил я. — Если есть угроза родным и близким, то я готов проливать кровь и свою, и чужую. Августа – лишь верхушка айсберга. Информация уже ушла к немкам и, убрав баронессу, мы не решили бы эту проблему.  

— Нет, полностью её решить в принципе невозможно. Но ты забываешь о своей уникальности. Неужели не понимаешь, что одарённый мужчина - это лакомая цель для любого рода? И можно только предугадать количество охотников, которых отправят, чтобы заполучить желаемое. Ведь способы могут быть самые разные. И необязательно похищать именно тебя. Достаточно взять в заложники близкого тебе человека. И легче всего это проделать с ребёнком, после чего потребовать выкуп твоими генами. И что ты тогда будешь делать?

— София в полной безопасности, — неуверенно произнёс я. 

— Это в Новгородском кремле она в полной безопасности, — ужесточила тон Ева, и слегка смягчив напор, продолжила: — У тебя был уникальный шанс наглядно продемонстрировать всем заинтересованным лицам, что их ждёт. Это был бы упреждающий удар, который охладил бы голову многим. Шутка ли – наследницу клана не пощадили. А уж связать смерть Августы и информацию о твоей одарённости будет не сложно.

— Вот именно. Этим мы бы только во весь голос заявили о моей уникальности.

— Пойми, охота всё равно началась бы, но масштаб желающих рискнуть своей головой был бы гораздо меньше. Так скажи мне теперь, разве эта ситуация не грозит тебе и близким? Разве не надо было бить первым?

— Если бы я мог предугадать тему разговора с Шульц, то возможно, и проработал бы запасной вариант.

— Разве ты поехал на встречу, не планируя убить Шульц? Разве в планах была не дуэль на смерть? Так что же поменялось в процессе разговора? Обстоятельства? Так мотив для убийства, на мой взгляд, стал только весомее. Или нет?

Ева замолчала, а я сидел в кресле немного придавленный этой отповедью. Вроде, кажется, что  мыслю логично, но как-то всё чаще оказывается, что моя логика расходится с реалиями этого мира, и получаются откровенные ляпы. Причём, несмотря на то, что я прекрасно понял весь смысл сказанного Евой и никак не мог его оспорить, где-то глубоко внутри меня сидел рыцарь на белом коне и укоризненно взирал на всё это дерьмо. Наверное, благородный дон решал, стоит пачкаться или нет? Подспудное желание остаться чистеньким в любой ситуации, безусловно, нуждается в корректировке. Ну да, тёпленькое местечко, в котором я оказался очень быстро, меня расхолаживало, и стоило провести в тишине и покое пару месяцев, как включался режим “генерала мирного времени”. Типа, всё фигня и война ещё не началась, а значит, можно погулять на расслабоне, маясь всякой хернёй. “Надо как-то брать себя в руки, — подумал я. — Князь я, в самом-то деле, или где?» И тут же сам себе ответил. — «Ты не «где», ты артефактор.”  

— Спасибо, Ева, за разговор. Очень рад был тебя услышать. Со сказанным тобой я полностью согласен, но так как история не терпит сослагательного наклонения, будем разбираться с тем, что имеем.

— Это правильно. Главное, дров не наломай.

— Я постараюсь, — улыбнулся я.

Долгий разговор меня утомил и, нажав отбой, я какое-то время посидел, закинув руки за голову. Мне было о чём подумать...  

***

Аляска. Земли Гордеевых. 

Снежный буран накрыл аэропорт и, выходя из самолёта, Ольга оказалась в объятиях настоящей зимы, которая совершенно не торопилась в центральные регионы Российской империи. Здесь же, на Аляске, тысячи снежинок безостановочно кружились в воздухе, искрясь и переливаясь под лучами прожекторов. Почувствовав на лице первые робкие и холодные прикосновения, Ольга замерла на верхних ступеньках трапа, невольно растягивая губы в улыбке и любуясь этим снежным вальсом.

Однако всё хорошо в меру, и чтобы не превратиться в снеговика, ей пришлось задействовать магию. Подвижная воздушная сфера прекрасно подходила для таких случаев, и активировав нужный узор, она шагнула вниз по трапу.

— Добрый вечер, Ваша светлость, — первой поздоровалась глава рода Булатовых, возглавляющая небольшую группу встречающих. 

— Добрый, — улыбнулась Ольга. — Чем порадуете?

— Эм-м. Если честно, то мне нечем вас обрадовать, — развела руками Анна.

— Настолько всё плохо или большие сложности на границе?

— Обстановка на границе напряжённая.

— Ожидаете проблем? — нахмурилась Ольга.

— Да, ожидаем. К сожалению, воздушная разведка не эффективна, а любая наземная операция превращается в игру со смертью. Почти каждый выход лазутчиц сопряжён с большим риском, и они несут потери. Сложный рельеф и погодные условия также затрудняют рекогносцировку. Однако, несмотря на все трудности, нам удалось обнаружить несколько крупных отрядов. Можно однозначно утверждать, что индейцы скапливают силы на границе. Думаю, их удар последует раньше, чем армия кланов перейдёт в наступление. Все отчёты я регулярно высылала Ярославе.

— Да, я ознакомилась с ними, пока летела, — кивнула Ольга. — А Валькирий не обнаружили?

 — Пока нет. Но, как вы понимаете, это ничего не значит. Вполне вероятно, что они себя ещё не проявили.

— Ну, вряд ли там больше одной такой воительницы, — задумчиво проговорила Ольга, — если вообще есть. В любом случае я пробуду у вас пару дней, пока наёмницы не вернутся с отрядом Белезиной. А там и пополнение подтянется. Кстати, что там со Светланой?   

— Ждём от неё сигнала. Теоретически, её группа должна завтра выйти в оговоренную точку эвакуации, и как только проверят и подготовят место для посадки самолёта, отряд Анжелы вылетит немедленно.

— Хорошо, — улыбнулась Ольга. — Пойдёмте, покажете мне остальное ваше хозяйство.

— Да, конечно. Прошу вас, — Анна указала рукой в сторону стоящих недалеко машин.

Пушистые снежинки продолжали свой причудливый танец, и всего полчаса спустя уже ничто не напоминало о недавнем присутствии людей. И взлётная полоса, тщательно вычищенная перед посадкой самолёта, и следы от машин - всё было полностью скрыто под слоем белоснежного одеяла.


Интерлюдия

Уокэнда, прожила уже достаточно долго, чтобы научиться хорошо разбираться в людях. И сидящая перед ней женщина, несмотря на внешнее спокойствие, не могла спрятать от неё свою внутреннюю жестокость и озлобленность. А последующий диалог только подтвердил предположение, что перед главой рода артефакторов – человек, живущий ради мести. Этот человек жаждал крови своих врагов и был готов пойти по трупам, лишь бы достигнуть желаемого. 

– Очень сильная работа, — не спеша проговорила Уокэнда. — Мастерица, которая сделала это, была очень искусной. Но я не работаю с силами смерти и не смогу повторить. Нет смысла начинать, ведь я умру гораздо раньше, чем закончу, а мои дети ещё недостаточно искусны, чтобы продолжить.

— Ты права. Ты умрёшь раньше. Но не от старости.

Сохраняя безразличное выражение лица, гостья вытащила из сумки деревянную шкатулку, от которой сквозило различными охранными заклинаниями. Открыв её, женщина протянула на ладони ещё один артефакт…

— Но умрёшь не только ты, но и весь твой род. И либо ты берёшься за работу и сделаешь её в кратчайшие сроки, либо род Пово прекратит своё существование. Прямо здесь и сейчас. Ты ведь знаешь, что это такое?

Уокэнда с трудом подавила желание отстраниться. Крупный чёрный шар, лежащий на ладони, был ещё одной Смертью. Той, что питается силой земли и была способна убить всё живое. Концентрация магии была настолько сильной, что глава рода боялась даже думать, какую территорию сможет покрыть это облако. После него останется лишь чёрная земля, без малейшей травинки и растений. Без насекомых, животных и птиц. И без людей, чей дар не настолько сильный, чтобы противостоять подобной силе. Стараясь сохранять спокойствие, Уокэнда проговорила:

— Чтобы сделать это, ушла целая жизнь. Глупо тратить такое оружие на маленький род.

— Глупо, — согласилась гостья. — Но, против моих врагов оно бесполезно, а значит, не о чем жалеть. И если ты откажешь, то мне придётся пойти другим путём.

Поколебавшись, Уокэнда протянула руку и взяла первый артефакт. Она долго молчала, прежде чем сказать:

— Здесь не хватает двух камней силы. Я не обманываю тебя и действительно не смогу заменить их собственными изделиями. А без этих камней работа жезла будет ослаблена. И главное, его хватит ненадолго. Мои обманные плетения долго не выдержат, и ты сможешь использовать его три или пять раз. Не больше. Устроит тебя?     

— Устроит, — усмехнулась собеседница. — Только ты забыла самое главное, старуха, и не сказала, что он убивает всех без разбора, и мне понадобится защита.   

— Я не успела сказать, — невозмутимо ответила Уокэнда. — Защитный амулет не проблема.

— Мне понадобятся два десятка.

— Хорошо.

Гостья не ушла терпеливо ожидать заказа, как на это рассчитывала Уокэнда. Нет, она всё время оставалась рядом, как и её воительницы, поселившиеся в деревне. А над плечом всё время находилась молодая мастерица, которая внимательно следила за работой главы рода. Несколько раз Уокэнда задумывалась над тем, чтобы скрытно отправить гонца к вождю племени, но всякий раз одёргивала себя, понимая, что победа своих соплеменников обойдётся роду слишком большой кровью.  

Стараясь побыстрее избавиться от опасных гостей, Уокэнда работала не покладая рук, прерываясь только на короткий сон и еду. Но всё равно получилось очень долго. Последний снег уже давно растаял, а сочная зелёная трава постепенно сменилась на чахлую и пожухлую зелень. Зарядили дожди, предвещая смену сезона, и только тогда она смогла закончить.

Провожая взглядом Ослеплённую Местью, Уокэнда до последнего ждала, что та решится на подлость. Но видно, гостья не посчитала нужным тратить силы на уничтожение маленького рода. Что ж, и на том спасибо. А глава рода ещё сильнее задумалась над будущим и дальнейшей жизнью своих детей. 


Глава 5 Невероятное "везение"

Где-то в Северной Америке. 

Света уже успела привыкнуть к местному разнообразному колориту, и различные архитектурные особенности индейских поселений не удивляли её, как прежде. А от деревянного дома главы рода Пово, расположенного в центре большой рощи, даже повеяло чем-то знакомым и родным. Во всяком случае, толстые брёвна сруба и крыша, покрытая дранкой, вызвали очень сильные ассоциации с русскими избами, коих полно в глубинке Российской империи. Впрочем, на этом сходство и заканчивалось...

Сидя на медвежьей шкуре, Света неторопливо цедила какой-то травяной напиток, к слову сказать, оказавшийся очень вкусным, и внимательно слушала негромкую речь своей переводчицы. Обложенный камнями очаг находился по центру комнаты, но ввиду отсутствия окон его яркости было недостаточно, чтобы осветить всё помещение, и многочисленные тени, танцующие на стенах под всполохами огня, лишь на короткое время приоткрывали завесу колоритного интерьера индейского дома...

“Бизон, волк, медведь”, — Света на автопилоте отмечала головы зверей, висящих на стенах. Впрочем, это занятие не мешало ей мысленно ругать главу артефакторов и сожалеть о потраченном впустую времени. Однако, будучи в гостях, ей приходилось сдерживать негативные эмоции, и оставаясь внешне абсолютно спокойной, Света продолжала неспешно подсчитывать охотничьи трофеи главы рода.

Как заявила Уокэнда, глава рода Пово: артефакторы — не воительницы, и доспехи им не нужны. Данный подход Свету не удивил, и она была готова к такому повороту. Однако думала, что вождь племени Арапахо, в которое входил род артефакторов, имеет на этот счёт другое мнение, и Света очень рассчитывала, что Уокэнда, без оглядки на главу племени, сможет самостоятельно принять решение и обменять какое-то количество амулетов на тяжёлые МПД. Возможно, Уокэнда не была бы столь категорична в своём отказе, но тут вмешался неожиданный форс-мажор...

Как оказалось, Арапахо вновь вышли на тропу войны, дабы разрешить давние разногласия с двумя соседними племенами, и затребовали от Пово все боевые артефакты и лекарские амулеты. А отряд Светы прибыл как раз в тот момент, когда очередная партия готовых изделий готовилась к отгрузке. В принципе, Уокэнда была согласна отправить послание для вождя племени по поводу обмена, но ожидание ответа могло затянуться или вообще закончиться отказом. В общем, не повезло…

Глава рода, чей возраст невольно внушал уважение, продолжала вещать что-то заумно-философское. Но Свету, поглядывавшую на её лицо, изборождённое глубокими морщинами,  не отпускало ощущение, что Уокэнда что-то недоговаривает. А если сказать по-русски, то попросту тянет кота за хвост. Ведь чёткий ответ “нет” уже прозвучал, но гостеприимная хозяйка дома продолжала сыпать вопросами и явно не торопилась отпускать торговых гостей, хотя Света уже дважды порывалась уйти... 

— Я слышала историю, как три полных луны назад торговый караван под предводительством синеволосой девушки подобрал в степи раненную воительницу Шайенов и спас её от Команчей. Не ты ли это была?

— Я, — лаконично ответила Света.

— Вот как… — потёрла Уокэнда подбородок. — Ещё говорили, что когда малый отряд Команчей  нагнал ваш караван, ты велела им убираться.

— Так и было, — по-прежнему кратко подтвердила Света.

— Но обиженные Команчи вернулись с большими силами и снова потребовали вернуть им сбежавшую пленницу. В этот раз их было больше, но ты снова ответила отказом, предложив решить вопрос с помощью поединка. И в нём твоя воительница победила...

 —Я рада, что эта история дошла до вас в первозданном виде и не успела обрасти кучей небылиц.

Уокэнда слегка усмехнулась на явную иронию сказанного и засыпала вопросами: 

— Зачем ты так рисковала? Разве эта Шайенка была твоим другом? Ведь Команчи могли запросто уничтожить твой отряд. И что бы ты делала, если бы они отказались от поединка?  

— Они не могли не согласиться на поединок, потому что прекрасно понимали, что победа в сражении обойдётся им гораздо большей кровью.

— Хорошо, но почему ты вступилась за Шайенку?  

— Раненная воительница не была мне врагом. Она попросила помощи и защиты. И я сдержала слово.

Света отвечала короткими фразами, внутренне пытаясь понять, по какой причине главу Пово заинтересовала эта история? Банальное любопытство или что-то ещё?   

— Вот как, — одобрительно кивнула Уокэнда. — Мне приятно видеть перед собой воительницу, которая настолько дорожит своим словом. В последнее время в цене всё больше хитрость и изворотливость, и это печально. Даже обладающие явным могуществом люди вместо благородных поступков чаще всего предпочитают демонстрировать свою мощь и величие с помощью силы. 

— Да, это печально.  

— Прости меня за излишнее любопытство, но насколько сильно твоё племя? Сколько родов и много ли у вас земель? Или ты сама по себе?

Слегка вздёрнув брови, Света недоумённо посмотрела на Пово. Вопрос был, мягко говоря, неожиданным. С другой стороны, в нём не было ничего предосудительного. Она ведь не вождь индейского племени, чтобы скрывать от потенциального врага свои истинные силы. Будь они недалеко от границ Аляски, то в преддверии вторжения российских кланов она, возможно, и не стала бы отвечать на столь провокационный вопрос. Но в данной ситуации Света не видела особого смысла юлить, а отвечая, она невольно вспомнила Анну Булатову: 

— В моём племени много родов и земли хватает всем. И мы достаточно сильны, чтобы позволить себе быть благородными даже с врагами.

Света говорила, выпрямив спину и смотря прямо в глаза Пово. Отрядная переводчица не подвела и полностью скопировала Свету интонационно, не забыв также принять гордую позу. Сам диалог проходил на дикой мешанине из английских, испанских, а местами даже и русских слов. Столь своеобразная языковая смесь обуславливалась тем, что Арапахо располагались практически по центру Северо-Американского континента, и регулярные контакты с северными, южными и восточными племенами, которые уже непосредственно сталкивались с английскими, русскими и мексиканскими кланами, сформировали в данном регионе лингвистическую базу со своими особенностями. Хорошо, что Уокэнда не спеша строила фразы, и это хотя бы немного облегчало понимание...     

— Да, нет сильнее чувства, чем осознавать себя частью большого и сильного рода, — тем временем проговорила Уокэнда. — Тебе есть чем гордиться, но, несмотря на молодость, ты не смотришь свысока и чтишь данное собой слово.

— У меня есть дела поважнее, — улыбнулась Света. — А тешить собственное самолюбие излишней гордыней и тем самым наживать врагов на пустом месте могут только глупцы.

— К сожалению, глупцов стало больше, — вздохнула Уокэнда. — Когда духи пришли в этот мир, он изменился. Жаль, что невозможно заранее предугадать, кому достанется дар и подчинятся силы стихий. Иной раз хитрая лисица намного желаннее гордого орла...

Глава рода замолчала, бездумно смотря на огонь. Языки пламени продолжали свой причудливый танец, подчиняясь собственному неслышному ритму, а белая струйка дыма, повинуясь силе амулета воздуха, плавно поднималась вверх, чтобы бесследно растаять в узком отверстии в крыше, выполняющем функцию дымохода. 

— Духи часто подают нам странные знаки. Но не все способны их увидеть. И не каждый, кто видит, сможет правильно растолковать.

Света не сразу сообразила, что Пово начала новую тему. Три коротких предложения прозвучали всё так же неторопливо, а последнюю фразу Уокэнда проговорила, пусть и с чудовищным акцентом, но полностью на русском. В гостях у рода артефакторов Света не стала играть в конспирацию, изначально решив вести разговор на родном языке. И сейчас, наткнувшись на внимательный взгляд Пово, отчего-то внутренне поёжилась.

— Я одна из тех, кто может увидеть и понять, — сказала Уокэнда, — и вынуждена признать, что мой род вряд ли переживёт весну.

— Что вас заставляет так думать?

Света задала вопрос со всей серьёзностью. Не считая себя особо верующей, она не часто задумывалась о существовании Бога, духов или каких-то особенных знаков судьбы. Хотя и не отрицала, что некоторые события и явления в мире не поддаются логическому объяснению. В любом случае, будет интересно выслушать ход мыслей зрелой и умудрённой годами женщины...

Уокэнда начала издалека и первым знаком от духов считала события трёхлетней давности… Как оказалось, именно тогда, во время очередной войны Арапахо с соседями, род Пово едва не уничтожили. И лишь наличие большого числа боевых артефактов и присутствие пары высокоранговых одарённых позволило выстоять роду артефакторов. А два года назад у Арапахо сменился вождь. И всё бы ничего, но как сказала Уокэнда: «Племени вновь не повезло, и им снова досталась гордая орлица...»

— Молодая, горячая и непредсказуемая. Слишком ослеплённая своей силой, чтобы увидеть иной путь. Её разум затуманен гордостью и чувством собственного величия. 

Вроде бы затухший конфликт с соседями вспыхнул с новой силой, обнажив старые и породив новые проблемы. Война была неизбежна, что и подтвердили дальнейшие события. Но до этого события духи подали ещё один знак…

— Мы давно привыкли к торговым гостям, почёту и уважению. Но последняя гостья напомнила мне, что слава умелых артефакторов не равна грубой силе. И говорила она на твоём языке... 

На этом месте Света вскинула голову и, перебив главу рода, быстро сказала:

— Единый язык не означает принадлежности к одному роду. Мой народ велик и могуч, но даже среди нас есть изгои и те, кто живут по своим законам.

— Не волнуйся, — вскинула руку Уокэнда и, усмехнувшись, добавила. — Я не настолько дремуча, как это может показаться. Всё-таки земли Российской империи находятся не так уж и далеко от нас. И я знаю, что это лишь жалкий клочок по сравнению с теми территориями, которые лежат за большой водой...

— А как звали гостью, и чего она хотела?  — воспользовалась Света паузой в разговоре.

— Это не важно, — лицо Уокэнды приняло выражение, словно она съела жуткую кислятину. — Важно то, что духи подали мне ещё один знак. Мне больно это осознавать, но земли моих предков скоро погибнут в пучине огня. Бессмысленной и глупой смертью падут мои родичи, и это станет концом рода Пово.

—И что вы задумали? — вновь почувствовав недосказанность, спросила Света. 

— Возможно, пришло время перемен, и духи дают мне знак в виде неизвестной синеволосой девушки, что чтит данное собой слово. И я, Уокэнда, глава рода Пово, прошу у тебя помощи и защиты. 

Шок. Именно такое состояние испытала Света. Да уж… Она ни за что не подумала бы, что история с шайенкой получит такое неожиданное продолжение. Однако помощь одинокой и беззащитной воительнице – это одно, а влезать в межплеменные распри – совершенно другое. Кажется, готовясь к разговору с духами, глава рода слегка перебрала со стимулирующими препаратами. Прогнав эти мысли, Света постаралась ответить максимально твёрдо и при этом вежливо:

— Мне жаль, но я не могу вам помочь. Мой торговый караван прибыл сюда с мирными целями, и влезать в чужую войну не в наших интересах. Простите. 

— Я прекрасно понимаю, что это не твой путь, — кивнула Уокэнда, — но я хочу сохранить свой род. И ради этой цели готова на многое. Скажи мне, славная дочь великого рода, как ты смотришь на то, чтобы известный род артефакторов перешёл под руку твоего вождя?  

— Э-э… —  растерялась Света. — Но в моём племени уже есть два рода артефакторов.

— Это говорит о его силе и о том, что я не ошиблась в своём выборе.

— А как же Арапахо? Да и мы точно не сможем обеспечить вашу защиту здесь.

— Арапахо – это союз родов. Мы вправе выйти из него в любой момент. На последнем совете племени, я была против начала новой войны, но мой голос не услышали. Зато проигнорировать моё решение об уходе из племени уже не могли. Своими амулетами мы отдаём последний долг племени и отныне свободны.

— Вы собирались уходить в никуда?

— Да, я думала обмануть духов и поискать роду новое пристанище.

Слегка подумав, Света проговорила, не отводя взгляда от собеседницы:

 — Слава о вас идёт по всему континенту. Вы могли бы найти пристанище в любом сильном племени, но просите о защите меня. Почему?

— Вокруг стало слишком неспокойно, — неторопливо ответила Уокэнда, глядя на огонь. — Земля предков полыхает со всех концов, и я не вижу других путей, кроме как смириться с этой потерей. Но я была готова бороться за свой род, пусть и с помощью бегства в никуда, однако духи снова дали мне знак и прислали тебя. Духи не могут ошибаться…

Закончив свою речь, Уокэнда посмотрела на Свету и под пронзительным взглядом главы рода, ей почудилось, что бегающие по стенам тени — вовсе не тени от пламени огня, а те самые духи. Мысленно стряхнув наваждение, Света сказала:

— Без разговора с главой своего племени я не могу ответить прямо сейчас. Мне нужно время.

— Время пока есть, — кивнула глава индейского рода. 

Выходя из дома, Света еле сдерживала желание перейти на бег. Ей прям таки не терпелось донести до княгини Ольги это неожиданное предложение. Целый род артефакторов! Прославленный и известный своими мастерицами!.. Сам просится в руки! Это просто невероятная удача для клана.  

*** 

Усадьба Зориных.

“Плохая примета — ехать ночью в лес в багажнике” — старая шутка пришла из ниоткуда и, не оставив абсолютно никаких эмоций, пропала на задворках сознания. Чем это было навеяно, в принципе, понятно. Лес, поздний осенний вечер и полная луна, что своим светом освещала памятную для меня поляну. Вот только не смешно ни хрена. Стою, как дурак, и созерцаю камень преткновения.

Старшие дети уже спят. Агния зависла с мелкой, а я, отпустив личную охрану, решил прогуляться. Вот только думал пройтись вокруг дома, а ноги с какого-то чёрта потащили на полянку. Благо, что недалеко и тропинка натоптана. Видать, зацикленность на алтаре Змеевых сыграла со мной злую шутку, и я неосознанно пришёл на место, где находилось то, над чем неустанно думал в последние дни. Правда, чуть не обгадился по пути от страха, но это уже частности.

Вспомнив эпизод на тропинке, усмехнулся. Иду, понимаешь, весь такой на расслабоне, никого не трогаю. Задумчив, словно Сократ или Софокл, не помню, кто там из них мудрее всех на свете. И тут часть тропинки с большим кустом, растущим на краю, превращаются в тяжёлый МПД. Воительница, несущая дежурство, мимикрировала под окружение, и всё бы ничего, если бы она заблаговременно сняла режим невидимости, так нет же, материализовалась прямо передо мной, когда мне оставалось сделать последние два шага.

Сами понимаете, что столь эффектное появление трёхметрового доспеха, да ещё и в темноте, не могло оставить меня равнодушным, и удержать в себе низкоморальный и высокооборотистый матерный эпитет было выше моих сил. Я и не удержал. Ни эпитет, ни воительницу, которая, пискнув извинения, сдристнула со скоростью звука, словно слон проломив ближайшие заросли. Тоже мне, Чингачгук, блин. Вот чего она тянула? Пошутить решила? Или на посту заснула? Хотя последнее вряд ли, конечно. Всё-таки охрана в усадьбе усиленная, и вся она состоит сплошь из матёрых волчиц. Голову оторвут не глядя, а вот “заснуть на посту” – это точно не про них.

Наверное, пилот до последнего думала, как лучше поступить: остаться невидимой и просто пропустить мою персону или всё-таки как-то обозначить себя. И скорее всего в последний момент решила, что траектория моего движения проходит слишком близко к ней и я могу споткнуться. Ну, да ладно. Выкинул из головы недавний эпизод и посмотрел на алтарь. Правда, из солидарности с Агнией, я уже стал называть его не иначе как “хитрой, заковыристой хренью”. 

— Гадская же ты конструкция,  — произнёс я вслух, в очередной раз вздыхая.

Бьёмся, как лбом об стену, а толку ноль. Эх, к сожалению, этот артефакт будет намного сложнее и стократ круче, чем жезл Ириды. Хотя Агния уже успела забраковать свой первоначальный проект по жезлу и тут же в процессе производства внесла рациональное предложение. А именно – вынести одну из стихий на отдельный носитель и использовать его как ключ и активатор. Проще говоря, приложил дополнительный элемент к оружию, и оно даёт импульс. Отнял - стрельба закончилась. Идея была явно навеяна эфиопским мечом, и я мог только поаплодировать такой смекалке. Ну и заодно мысленно попинать самого себя, ибо решение находилось у меня перед носом, а я его не видел. В общем, звучало очень конструктивно, и мне думалось, что задумка сработает должным образом.

Стоя перед алтарём, я продолжал мысленно прокручивать последние события и в какой-то момент поймал себя на том, что мысли крутятся по какому-то замкнутому кругу. “Лбом об стену… Решение перед носом… Дополнительный элемент…”.

— Сцуко!

Да, рождение новой идеи, это вам не ребёнок с первым словом “Мама”. Тут эмоции другие. Правда, следом за оригинальной мыслью пришло сомнение, и второй фразой стало:

— Не-е, бред.

Хлопнув себя по карману кожаной куртки, вспомнил, что оставил телефон в усадьбе. Следующим позывом было срочно рвануть к дому, и я даже сделал первый шаг по направлению к тропинке... Правда, шаг оказался единственным... Ну, допустим, разбужу я Агнию. Она скажет: “Интересно, давай проверим”. И я, значит, буду смотреть, как она воплощает в жизнь моё предложение. Возможно, что и с риском для жизни. Ага, а я опять буду ждать и нервничать. Спасибо, проходили, как-то больше не хочется! 

С сомнением посмотрел на алтарь. Особое зрение артефактора легко раскрыло передо мной скрытую от обычного взгляда схему этого устройства. Множество сверкающих и разноцветных нитей пересекались друг с другом и сплетались в массивные клубки, которые мы с Агнией так и не смогли до конца распутать. Те самые пресловутые узловые точки, отвечающие за работу артефакта.

Но самым интересным элементом было магическое сердце алтаря. Мощная энергетическая звезда не имела стойкого окраса и могла быть и красной, и белой, и чёрной. В общем, меняла цвет в зависимости от доминантной в данный момент стихии. В принципе, это не удивляло и говорило о его универсальности. Наподобие моего защитного амулета. Хотя, конечно, мой гаджет – просто детская игрушка в сравнении с этой запредельной мощностью.  

Но вот что удивляло, так это его растущее энергетическое поле. Алтарь самостоятельно подпитывался из внешних источников, и помимо ключей, это было ещё одной загадкой. Как говорила Агния, сила артефакта увеличивалась постепенно день за днём, и она не знала, когда наступит предел и, главное, что в этом случае произойдёт. Агния не знала, а я мог только предполагать. Скорее всего, произойдёт выброс или правильнее говорить сброс излишков сил. Вероятно, именно такая кратковременная активация и виновна в моём переносе в этот мир. Может быть, эта версия и шита белыми нитками, но в данный момент она была самой логичной на мой взгляд.

Глядя на пылающее сердце артефакта, я испытывал сомнение в здравости пришедшей ко мне идеи. А вдруг рванёт?! Распадаться на атомы мне как-то не хотелось. Но моё предположение выглядело очень логично и подкупало своей простотой. А заключалась оно в том, что последним ключом может оказаться сам артефактор. Стать тем самым недостающим и связующим элементом, который и активирует этот булыжник. К этому меня также косвенно подталкивало наличие в алтаре лекарских и ментальных узоров. Для чего они там? Мне казалось - для человека. Нет, ну а для чего же ещё-то?!

Да, Агния облазила алтарь со всех сторон, скрупулёзно изучая его структуру, но я точно знаю, что она ни разу не пыталась на него лечь. Подобное действие просто не вписывалось в магические каноны этого мира. В попытках активировать артефакт Агния использовала традиционные шаги, пытаясь достучаться до него через обнаруженные ключевые узоры. А для этого не нужно ложиться на гранитную плиту, достаточно просто стоять рядом. И кстати! Только сейчас я по-новому взглянул на тот факт, что сердце артефакта немного смещено относительно центра и если лечь на спину головой в сторону усадьбы, то мой источник расположится на одной оси с этой штукой. Вот же ж! Как удачно сложился пазл.

Лёгкий шум привлёк моё внимание и, посмотрев в сторону источника звука, я увидел, как два МПД  прошли по краю поляны в сторону усадьбы. “Пост сдал. Пост принял.”  — мысленно прокомментировал я смену караула. Воительницы в тяжёлых доспехах протопали дальше по тропинке, а я, глянув на алтарь, продолжал колебаться. Если моя идея бред, то ничего не получится. А если я прав, то...

— К чёрту всё. Любит - не любит, получится - не получится. Устроил ромашку, блин.

Злость придала решимости, так что, взобравшись на гранитную плиту, я лёг на спину и, прикрыв веки, мысленно потянулся к собственному источнику. Братишка встретил меня привычным дуновением тёплого ветра, и я невольно улыбнулся. Разноцветные звёзды плавно и неторопливо кружились по кругу, создавая причудливый и неповторимый танец. Прислушался к ощущениям. Но нет, пока ничего необычного не происходило. Что ж, пробуем второй шаг...

Используя силу источника, я нащупал пульсирующее сердце алтаря и мысленно к нему потянулся. Резко и неожиданно, перед моим внутренним взором раскрылась вся структура артефакта, а я замер затаив дыхание... Дело в том, что сейчас я видел всю схему целиком, а не кусками, как это было до этого. Стоя рядом с алтарём такую подробную картинку было не получить.

“Так, и что дальше?” — я лихорадочно перескакивал с одного узора на другой, пытаясь отыскать знакомые нам с Агнией ключи. Примерное расположение я помнил, но висящая передо мной гигантская объемная схема слегка дезориентировала, и я никак не мог сделать привязку к нужному участку. Однако не успел я сориентироваться, как нарастающее жжение в районе живота вызвало беспокойство...

Переведя взгляд на источник, я слегка прихерел. Размеренное и упорядоченное движение звёзд сменилось на бешеное мельтешение. Причём все заготовленные узоры атакующего и защитного плана распались на отдельные фрагменты и носились в общей куче безо всякого порядка, постоянно сталкиваясь друг с другом. В общем, увиденная картина очень точно передавала смысл слова “хаос”. Быстро открыв глаза, я собрался уже соскочить с гранитной плиты. Вот только фиг что у меня получилось. Руки и ноги словно налились свинцом, и я даже голову не смог приподнять. Потребовалась секунда, чтобы распознать магию “Земли”. Распознать-то распознал, но что-то сделать не мог. Уровень используемого плетения был намного выше моих магических сил.

“Жопа”, — мысль мелькнула и пропала, а жар становился нестерпимым. Плюнув на гордость и идиотское положение, я заорал. Когда внутренности горят и, кажется, вот-вот расплавятся, хочется только одного - хоть как-то избавиться от боли. Однако я только зря тратил силы на крик, ибо, помимо земляных пут, алтарь генерировал ещё одно поле, которое, похоже, глушило любые звуки.

“Гады! Когда вы так нужны, где вы все?” — я задыхался от боли и клял себя и всех последними словами. Причём под “всех” у меня попала и охрана, и Змеевы со своим грёбаным алтарём. Лежать молча было выше моих сил, а стоны и крики хоть как-то облегчали состояние. Когда жар достиг пика, я перешёл на вой и, кажется, даже зарыдал, а пытка болью всё не прекращалась и казалась бесконечной…

Но конец всё-таки наступил, хотя я уже начал думать, что так и сдохну на этом камне. Жжение прошло, а вот пульсирующая боль не отпускала, но я уже мог терпеть её молча. Ну как молча? Зубами скрипел, кончено. Однако попытка пошевелиться вызвала такую волну боли по всему организму, что едва не потерял сознание. Стало понятно, что в таком состоянии я вряд ли встану самостоятельно. Так мне поначалу казалось....

Прохладная волна неожиданно пробежала по всему телу и принесла с собой заряд бодрости и сил. А остатки болевых ощущений потухли окончательно, словно их никогда и не было. Я неуверенно пошевелил конечностями и, не обнаружив никакого дискомфорта, аккуратно приподнялся. Похоже, волна лекарской магии мгновенно вернула мне моё нормальное состояние. Я быстро спрыгнул на землю и, отойдя от алтаря на пару шагов, с опаской заглянул в источник.

Хаос отступил, и моему взгляду предстала привычная картина завораживающего и плавного танца. Вот только звёзд стало гораздо больше. Намного больше. И главное, я сразу почувствовал, что пропало ограничение, которое сдерживало мои возможности как воина. Если говорить об уровне Гамма, то до сегодняшнего дня, я мог формировать атакующие и защитные узоры всего в двух стихиях - воздуха и огня. А за последний год заметно улучшилось управление ледяными техниками. Но сейчас я мог легко оперировать всеми стихиями на пределе своих сил. Кстати, о пределе…

Слегка напряг память и вспомнил атакующий узор уровня Бета. Так сказать “файербол обыкновенный - одна штука”. Правда, он относился к категории максимально сложных, относящихся к верхней границе сил для Беты. Конструкт сложился легко, вот только распался спустя мгновение. Ещё вчера я бы не смог его собрать даже до такого состояния, и звёзды стали бы расползаться ещё на стадии формирования. В любом случае, рановато губу раскатал. “Так, а если чуть слабее?”...

— Простите, ваша светлость. У вас всё в порядке?

Чёрт! Я настолько погрузился в источник, что даже не услышал, как два МПД вышли из леса на полянку и подошли ко мне. Нет, эти красавицы меня точно доконают своими неожиданными появлениями!  

— Почему ты спрашиваешь? — обратился я в сторону МПД, стоящего чуть впереди своего собрата.  

— Вы слишком долго были без движения, и я решила проверить.

— Долго - это сколько?

— Я зафиксировала пять минут.

— Ну, стою… Задумался… Бывает, — пробурчал я.

— Простите, если потревожили. Просто вы ненадолго пропали с экрана тепловизора, и мы решили проверить.

— Та-ак!.. А ну-ка давай-ка поподробнее. Когда пропал? Насколько пропал? И, так далее. 

— Две минуты назад вы двигались…

“Ага, встал с алтаря”, — мысленно прокомментировал я слова воительницы. 

— Но перед этим был период неподвижности. Точное время, к сожалению, не скажу, так как не уверена, что вела отсчёт с самого начала. Поэтому могу говорить только о пяти минутах…

“Это были пять минут Ада! Или даже десять,”— я слегка помрачнел, вспомнив свои ощущения. 

— А потом вы на семь секунд вдруг пропали с экранов и мы побежали....

“А вот тут уже хрен знает, что это было”, — подумал я. Можно только предполагать, что там за поле генерировал алтарь на последних секундах пытки. Вслух же ответил:

— С новым амулетом баловался. Агния смастерила. А в магическом поле были какие-нибудь возмущения?

Секундная пауза, пока девушки обменялись мнением по внутренней связи, и последовал ответ:

— Нет. Всё было в пределах нормы. Если можно так сказать. Вокруг алтаря в принципе немного искажённый фон, поэтому насчёт возмущений трудно сказать точно. 

“Офигеть, как интересно. Я бы даже сказал – сплошная интрига”.

— Ну, как видите, всё в порядке. Спасибо за службу. Можете идти.

Воительницы не споря, дружно развернулись в сторону леса. Проводив взглядом МПД, я вернулся к прерванному занятию. Очень уже хотелось проверить свои возросшие умения. Более слабый вариант атакующего плетения также относился к рангу Бета, но соответствовал уже средним возможностям этого класса воительниц. Готовый конструкт ненадолго завис в неподвижности, а спустя секунду присоединился к общему круговороту звёзд. Однако моя радость длилась недолго. Нет, будущий файербол так и продолжал крутиться и вроде не собирался распадаться на запчасти, вот только пришедшая в голову мысль слегка подпортила настроение...

Алтарь Змеевых оказался предназначен для ускоренной инициации артефактора. Именно артефактора. И пока это было единственным выводом, который я смог сделать по горячим следам. Да, процедура очень болезненная, но зато не нужно ждать годы, чтобы вывести источник на максимально возможный уровень работы. Не просто же так Змеевы вплоть до своего уничтожения оставались свободным и известным родом. Теперь мне хотя бы стало понятно, на чём зиждилась их сила.

В общем, потенциал моего источника был оценен, взвешен и раскручен на максимум. На максимум для меня, как артефактора. Но остаётся вопрос, буду ли я прогрессировать дальше как воин? Или всё? Это предел, край и дальше пути нет? Не знаю… Возможно, если спустя какое-то время попробовать повторить процедуру, то что-то изменится. Однако это вопрос будущего, а вот настоящее меня расстраивало. Казалось бы, должен радоваться возросшей силе и новому рангу, но главный вопрос остался без ответа, и это волновало сильнее, чем радость от полученных плюшек. Ведь получается, алтарь – не портал, не телепорт и не звёздные врата, как я думал, а всего лишь стимулятор для одарённых. Не спорю, это, конечно, очень хорошая функция, но как же я тогда сюда попал? Если не алтарь виноват, то что?

Под эти грустные мысли я неспешно побрёл по тропинке домой. Если Агния не спит, хоть поделюсь с ней результатами своего опыта, она-то точно оценит и побежит проверять. Ох, пожалуй, что нет. Расскажу завтра. Как-то лень идти с ней прямо сейчас и следить, чтобы всё прошло хорошо. Ольге, что ли, позвонить, пожелать доброго утра? Мой-то день подошёл к концу, а у неё на Аляске минус одиннадцать часов и жизнь только началась. Однако душевное состояние было каким-то разобранным, и превалировало единственное стойкое желание - забраться в спальню и не отсвечивать...

***

Где-то в Северной Америке.

“Рановато расслабилась”, — думала Света. Ей казалось, что большая часть трудностей уже позади, но глава Пово преподнесла неожиданный сюрприз. Хотя поначалу казалось, что всё пройдёт без серьёзных проблем. Разговор с княгиней Ольгой не занял много времени, а чтобы взвесить все “за” и “против” главе клана потребовалось всего десять секунд. И, как Света и ожидала, решение оказалось положительным.

Согласование будущего места для проживания индейского рода также получилось решить на ходу. Пово, конечно же, слышали об Аляске, и Уокэнда сразу согласилась на такой вариант, но оставался вопрос с обрядом вступления в клан. У индейцев эта процедура проходила по несколько иному сценарию, но этот пункт можно было обсудить в более безопасном месте.

В общем, большая часть вопросов разрешилась благополучно и Света невольно выдохнула. Но, как оказалось, зря. Самый простой способ транспортировки “по воздуху”, неожиданно вызвал у Пово острый приступ железобетонного упрямства. “Мы пойдём по земле”.  Эта фраза стала камнем преткновения, и чтобы уговорить главу рода, Свете пришлось применить всё своё красноречие.

Транспортный самолёт уже вылетел с Аляски, а Света продолжала уговаривать. Уже была готова полоса недалеко от деревни, а Пово по-прежнему твердила своё неизменное: “Мы пойдём по земле”. Самолёт успешно приземлился, и впечатлённая техникой Уокэнда бродила вокруг четырёхвинтового красавца, что-то бурча себе под нос, но явно не собиралась лететь на этом, как она заявила, “куске небесного металла”.

Столь странная жизненная позиция немного удивляла Свету. Ведь индейские племена, несмотря на всю свою колоритную и самобытную культуру, не были совсем уж дремучими дикарями. Во всяком случае, они прекрасно знали о разных видах техники и успешно пользовались теми же МПД. Пусть и не все из них, но они не были чужды прогрессу. И только после экскурсии, устроенной по самолёту, Света поняла причину такого упрямства, которому долго не могла найти объяснение. Пово просто боялась. Боялась, но не могла сказать об этом вслух. Зато когда пилоты показали парашюты и объяснили, для чего они предназначены, Уокэнда вдруг успокоилась и дала наконец-то предварительное согласие, добавив, что сначала поговорит с духами.

Как оказалось, разговор с духами состоится только вечером, и Света только руками развела на эту информацию. Оставалось надеяться, что духи окажутся вменяемыми и не отвернут главу рода от принятого решения. В общем, как ни крути, а вылет придётся отложить на следующий день. Поэтому, отдав необходимые распоряжения по охране, Света решила скоротать время в обществе Анжелы, которая с небольшим отрядом прилетела на индейские территории.

Ещё будучи на Аляске, Света сошлась с командиром наёмниц на почве любви к авантюризму и приключениям. Только у Анжелы эта любовь была вынужденной, обусловленная спецификой работы, а вот у Светы всё было завязано на голых эмоциях. Ей очень нравились рассказы опытной наёмницы, от которых Света, словно гурман, получала искреннее удовольствие. Делать всё равно было нечего, так почему бы и не почесать языками?!  

***

Небольшая роща в пяти километрах от поселения Пово.

Две воительницы в лёгких доспехах лежали рядом с чахлым кустиком и негромко переговаривались. 

— Да, жаль. Я уж, обрадовалась, что за нами, — проговорила первая, отрываясь от бинокля, в который рассматривала полевой аэродром.  

— Госпожа говорила, что новый транспорт будет только через неделю. Не знаю, с чего ты подумала, что это за нами.

Вторая воительница лежала на спине и, подняв забрало шлема, лениво перекатывала во рту обычную спичку.

— Он же с севера заходил. Вот я и подумала, — вяло огрызнулась первая.

— Ну да, это логично, — хмыкнула со спичкой во рту, — раз с севера, значит наш. 

— Да ну тебя, — буркнула владелица бинокля, снова прикладываясь к окулярам. 

Однако лежать молча было скучно и спустя какое-то наблюдательница заговорила:

— Ха! Знаешь, чей герб на самолёте?

— Ну.

Спичка продолжала свое неспешное путешествие из одного уголка губ к другому.  

— Булатовы.

Спичка замерла, и вторая воительница, обозначив движение плечами, произнесла:

— Любопытно, конечно.

— О! Закрылись иллюзией.

— А ну-ка, — спичка была заботливо переложена в нагрудный карман под доспехом, а бинокль сменил владелицу.

Спустя какое-то время обладательница “драгоценной” спички задумчиво проговорила: 

— Интересно, когда они планируют вылететь? Этой ночью или уже завтра?

— Не проще ли дождаться наш борт? — боевая подруга сразу поняла всю подоплёку вопроса, но по голосу было слышно сомнение в целесообразности рискового предложения. 

— Мне кажется, не проще. Мы тут уже третью неделю маринуемся. И не факт, что самолёт прилетит вовремя и не получится, как с первым.

— Первый сбился с курса и нарвался на мексиканок. Вряд ли нам так “повезёт” дважды.

— А ты видела обломки? — старшая дозора посмотрела на напарницу и, печатая слова, добавила. — Нам ТАК сказали. А если учесть, что “подруга” госпожи помогает нам поневоле, то можно ожидать чего угодно.

— Пространство полностью открыто. И МПД у них не мало, засекут сразу. Придётся идти без доспехов, иначе засветимся.

— Не страшно. Да, и решать не нам. Так что ты бди, а я на доклад.

Одна воительница тихо скользнула в рощу за спиной, а вторая, сменив позу, продолжила наблюдение. А заходящее солнце постепенно сгущало краски, тем самым сигнализируя всему окружающему миру, что в этой точке планеты день подходит к концу. 

***            

— Госпожа, вставайте. У нас гости.

Негромкий голос доверенной хранительницы заставил Свету подорваться. Первая мысль о вероломной атаке залётных индейцев проскочила и тут же оборвалась. Вряд ли Евгения вела бы себя настолько спокойно, если бы на лагерь напали.

— Что за гости? — спросила Света, выбираясь из спального мешка.

 — Вы не поверите, — немного растерянно ответила хранительница. — Антонина Романова собственной персоной.

— Действительно не верю...

Однако спустившись по грузовой аппарели, Света была вынуждена констатировать, что это не шутка. Под светом фонарей перед строем из двух десятков людей стояла именно бывшая Романова. Изгой и преступница, находящаяся в имперском розыске. Быстро оценив обстановку, Света отметила, что все её люди на ногах и готовы вступить в бой. Две группы воительниц замерли друг напротив друга в томительном ожидании, но это равновесие вряд ли продлится долго...

— Подошли не скрываясь, с включёнными фонарями, — проговорила тем временем хранительница. 

— Силы?

Евгения правильно поняла вопрос:

— Лекарка с артефактором увидели только четырёх Альф, включая саму Антонину. Бет всего пятеро. Остальные Гаммы.

Немного подумав, Света прошла сквозь оцепление и, не дойдя до Антонины пяти шагов, остановилась. Две отрядные Альфы с обнажёнными саблями замерли по бокам готовые прикрыть её от неожиданных сюрпризов со стороны Романовой. Что-то нужно было сказать, но Антонина опередила:

— Белезина?! Неожиданно.  

Опустив приветствие, Света не смогла сдержать иронию: 

 — Аналогичные ощущения. Неужели явка с повинной?

— Скорее, с очень щедрым предложением. Правда, увидев тебя, уверена, что ты вряд ли оценишь.

Антонина стояла, сцепив руки за спиной, и сохраняла на лице полнейшее спокойствие.

— Да?! Ну, удиви меня, —  сдерживать сарказм Света даже не пыталась.

— Я сохраню жизнь тебе и твоим людям в обмен на самолёт. 

Матерный ответ с посылом по одному известному адресу Света всё-таки удержала. Позориться перед своими людьми не хотелось. Вместо этого она внимательно оглядела Антонину и её отряд. Столь наглые заявления не делаются просто так. Но на чём покоилась уверенность бывшей Романовой, Света не понимала. Если только предположить, что эффектное появление использовано для отвода глаз и где-то рядом прячутся дополнительные силы из нескольких высокоранговых воительниц. Но её люди настороже и вряд ли проглядели бы подобный манёвр противника. Дополнительный пост есть в деревне Пово, и там также смотрят в оба глаза. Прогнав все эти мысли, Света усмехнулась и проговорила:

— Что ж, ты сумела удивить. И ты знаешь... Я с превеликим удовольствием предоставлю места для тебя и твоих людей. Только, как понимаешь, весь маршрут вам придётся проспать. Благо, что у меня запасена парочка лекарских препаратов, которые обеспечат долгий и продолжительный сон. Как тебе такое предложение?       

— Если чувствуешь что что-то не так, но не можешь понять что именно, лучше всего отбежать в сторону.

Антонина проговорила сказанное без насмешки, сохраняя серьёзное выражение лица.

— Спасибо за науку, — улыбнулась Света, — Только я не люблю бегать.

— Зря, бег продлевает жизнь…

Едва прозвучало последнее слово, как воительницы Антонины атаковали. Файерболы, шаровые молнии и другие различные магические техники осветили окружающее пространство. Света же, сохраняя абсолютное спокойствие, отступила за спину двух Альф и подумала, что как-то мелко и глупо выглядит подобная атака…

Тишина обрушилась на уши неожиданно и вызвала диссонанс с органами зрения. Света видела, как взрываются магические конструкты, но ничего не слышала, а её люди без видимых повреждений падают на землю. Переведя взгляд вперёд, Света обнаружила, что обе её Альфы неподвижно лежат на траве, а Антонина направила на неё какой-то жезл. Выстрела не последовало, вот только в груди кольнуло, а резкая слабость потянула вниз. “Сердце…”, — мысль оборвалась и оказалась последней...

Глава 6 Обратный отсчёт

Где-то в Северной Америке.



Обойдя тяжёлый доспех, который в последний момент рухнул на Белезину, Антонина шагнула к самолёту. По заранее согласованному плану её воительницы уже вбежали на борт и даже успели запустить двигатели. С одной стороны, можно не торопиться, ибо в округе нет серьёзных сил, способных им помешать. А с другой - её люди настолько устали от многомесячного нахождения практически на одном месте, что жаждали как можно скорее сменить обстановку. Антонина прекрасно их понимала, ибо сама испытывала желание побыстрее вернуться домой, хоть там её и не особо ждали. Последняя мысль вызвала у неё усмешку. Ждать-то её, конечно, ждали, правда не в том качестве, в котором она планировала явиться... Мысль оборвалась, так как внимание привлекла кровавая картина. Немного понаблюдав, Антонина хмыкнула и громко крикнула:

— Инга! Тебе скучно, или заняться нечем?

Вопрос адресовался личной и доверенной хранительнице, которая неторопливо ходила среди убитых воительниц Белезиной. Сформировав ледяное копьё, Инга вонзала оружие в грудь неподвижного тела и, постояв пару секунд, передвигалась к следующему. В основном подобного внимания удостаивались те, кто лежал на спине, и лишь изредка — лежащие на боку. Таким “неправильным” Инга ногой придавала нужное ей положение и повторяла процедуру с копьём. Делала она это всё спокойно и без суеты. Следовал удар, потом медленный и будто бы смакующий проворот бледно-голубого древка и неспешный шаг к следующему телу.

— Контрольный, госпожа.

Как всегда у хранительницы был холодный и безжизненный голос. Абсолютное отсутствие каких-либо эмоций. Просто машина для убийства. Недаром знающие сотрудники СИБа дали Инге прозвище “Ледяная королева”.

— А разве крупный отряд индейцев, решивший остановиться в нашей роще, ожил после применения жезла Радмилы?

— Нет, госпожа, — последовал очередной удар в новое тело.

— Тогда перестань заниматься ерундой! Или, наоборот, ускорься. А то такими темпами ты до рассвета провозишься.   

— Да, госпожа, — пауза, и копьё с противным хрустом вошло в следующий труп. 

— И не забудь! Два десятка тел нужны целые и неповреждённые. 

— Я помню, госпожа.

Усмехнувшись, Антонина развернулась, но неожиданно в спину прилетел вопрос от Инги:

— Госпожа. Может, стоит зачистить деревню?

Антонина мысленно вздохнула. Всем хороша Инга, вот бы ещё думать научилась. Она развернулась к хранительнице и, как маленькой разъяснила:

— Тратить ресурс жезла на дикарок я не буду. Они наверняка все на ногах и готовы в любую секунду дать дёру. Но ты можешь пробежаться, если хочешь. Кого поймаешь, все твои будут. Только имей в виду, мы не будем тебя ждать.

— Хорошо, госпожа.

Антонина шагнула на грузовую аппарель, а за спиной раздался металлический лязг. Видимо, Инга решила вскрыть МПД, чтобы добраться до пилота. “Больная на всю голову”, — Антонина не в первый раз награждала свою хранительницу подобным эпитетом, но данная характеристика не вызывала беспокойства, скорее наоборот – это звучало как одобрение. Ведь главная ценность Инги заключалась в безграничной преданности и готовности выполнить любой приказ. А кровавые пристрастия девушки не воспринимались Антониной чем-то шокирующим. В этот момент из грузового отсека выбежала помощница, которая мельком глянула на Ингу и, повысив голос, чтобы перекричать резко возросший гул двигателей, проговорила:

— Выковыривать тела из доспехов не обязательно. На борту уже есть нужное количество МПД. Все они полностью исправны и готовы к использованию.

— Что с топливом?

— Как и ожидали, хватит только до Аляски.

Антонина слегка посторонилась, пропуская группу воительниц, которые сбежали с аппарели и стали переносить в самолёт убитых людей Белезиной. Да, для реализации плана им понадобится немного тел. Просто для отвода глаз. С какой бы целью ни прилетел самолёт и куда бы он дальше не собирался, лучше подстраховаться. Даже если обман вскроется, у них всё равно появится небольшая фора по времени.   

— Связь? — спросила Антонина, ибо это было самым слабым местом в задуманной импровизации.

— Нашли два чемоданчика для спутниковой связи. Один явно был у наземной группы, а второй у прилетевших. Возможно, что у них было ещё что-то, но это маловероятно. В машинах пусто. Желательно, конечно, проверить деревню, но опыт мне подсказывает, что это бессмысленно. Либо там уже все сбежали, либо готовы это сделать при малейшем движении в сторону рощи. 

Глянув в направлении индейского поселения, до которого было метров пятьсот-шестьсот, Антонина не увидела ничего подозрительного. Что, в принципе, и немудрено. В ночное время густая роща казалась лишь более тёмным пятном на фоне звёздного неба. Хотя и это ни о чём не говорило. Возможно, там и носятся с зажжёнными огнями, вот только из-за маскирующего поля этого не видно.

Жаль, конечно, что уровень мастерства у её артефактора не очень высокий. О чём говорить, если всех сил мастерицы хватало только на контроль за состоянием плетения, которое создала Пово, и небольшую коррекцию повреждённых секторов. Но восстановить всю цепочку узоров со всеми ключевыми узлами было для неё невыполнимой задачей. Будь иначе и, имея на руках смертельное оружие с неограниченным ресурсом, она не стала бы прятаться по кустам в ожидании самолёта. Остаётся уповать на слова мастерицы, что жезл выдержит ещё три активации. Как минимум. Этого должно хватить для задуманного плана... 

— Тогда взлетаем, — кивнула Антонина помощнице. — Горы лучше пересечь засветло.

Она едва успела пристроиться на пассажирское место, когда самолёт дёрнулся и начал постепенный разгон. Инга плюхнулась на соседнее кресло с неизменным выражением полнейшего равнодушия на лице. Иногда Антонине казалось, что хранительница носит маску, под которой втихаря смеётся над окружающими. Может, и носила, вот только никогда не снимала…        

***

Сознание возвращалось медленно. В голове царила какая-то тягучая и плотная туманность, и Свете приходилось прилагать усилие, чтобы удержать проблески сознания. Голову тряхнуло, потом ещё, и только после третьего раза она осознала, что это кто-то хлещет её по щекам. Хотя нет, не хлестали, а лишь слегка похлопывали. Но даже от таких прикосновений её замутило. С трудом разлепив веки, Света тут же зажмурилась. Яркий свет бил по глазам, добавляя неприятных ощущений.

— Наконец-то, — произнёс чей-то голос, и луч фонаря вильнул в сторону, а тот же голос добавил: — Повезло тебе, Уокэнда. Если бы она не очнулась, ты бы легла рядом. Может, ещё и ляжешь, но теперь слово за боярыней.

Проморгавшись, Света поняла, что лежит на земле, а над ней склонилась Анжела, чей голос она поначалу не узнала.

— Чгхы… — попытка задать вопрос полностью провалилась. Свете показалось, что в рот насыпали песка, и всё горло вместе с голосовыми связками превратилось в сплошную пустыню. Поняв её затруднения, Анжела приподняла ей голову и поднесла ко рту ёмкость с водой. Света жадно припала к живительной влаге, и только выпив всё без остатка, смогла почувствовать себя немного лучше. Общее состояние по-прежнему оставалось неудовлетворительным, а чудовищная слабость довлела над всем организмом и вызывала только одно желание — лечь и заснуть.

— Всё, этот уже сдох, давайте другой.

Загадочная фраза Анжелы пробудила любопытство, и Света с трудом открыла глаза. В ладонь левой руки вложили что-то твёрдое и, судя по прохладной волне, пробежавшей по телу, это оказался лекарский амулет. С каждой секундой самочувствие улучшалось, и она почувствовала, что уже может встать. Анжела помогла принять вертикальное положение, и сделав шаг, Света мрачно оглядела место короткого боя...

Самолёт улетел, а индейцы сносили всех погибших воительниц в одно место, и эта удручающая картина заставила Свету в бессильной злобе сжать кулаки. Да, было дело, она уже теряла своих людей. Но такой оплеухи она не получала уже очень давно. Наиболее близкие ощущения, подобные сегодняшнему состоянию, она испытала после дуэли, на которой погибли её мать и бабушка. Тот день перевернул её жизнь. А что принесёт эта ситуация? Кроме душевной боли и терзаний, будет ли что-нибудь ещё?     

— Романова использовала какой-то боевой артефакт. Пово сказала, что он смертелен для всего живого.

Погружённая в собственные чувства, Света не сразу осознала, что Анжела обращается к ней. Голос наёмницы прозвучал будто бы издалека, и подсознание крайне неохотно отреагировало на этот внешний раздражитель.

— Почему я жива?

Сил на эмоции не было. Просто вопрос без капли удивления.  

— Тебя, боярыня, спас амулет Пово. Жаль, что он был только у тебя.

Света тронула рукой амулет, по-прежнему висящий на шее. Медвежий клык был искусно инкрустирован двумя изумрудами в золотой оправе и в обычное время на гранях драгоценных камней мерцали ярко-белые искорки, но сейчас они были безжизненны и пусты, полностью исчерпав свои ресурсы. Интересный и необычный дизайн вкупе с впечатляющими историями о лекарской силе не могли оставить Свету равнодушной и, заполучив два таких амулета, она не стала отказывать себе в маленькой слабости. Хотя, конечно, в тот момент совершенно не думала, что этот душевный порыв так быстро себя оправдает и амулет станет её последней защитой. Тяжело вздохнув, сожалея, что не отдала второго “Целителя” кому-нибудь ещё, Света оглянулась и только сейчас обратила внимание на отрядную переводчицу, что стояла рядом с Анжелой. Быстро осмотревшись, она постаралась сосчитать количество выживших, их должно быть… Однако командир “Берегини” мгновенно сориентировалась и выдала отчёт. 

— Девять МПД, две Альфы, вы, я и Катя, — кивнула Анжела на переводчицу.  

“Та-ак… МПД находились на дальних постах и в поселении Пово. Катя ночевала в деревне на тот случай, если Уокэнда захочет поговорить. А где была Анжела и обе Альфы?”, — мысль проскочила и, развернувшись к Анжеле, Света спросила:

 — Как выжила ты и Альфы?

Анжела спокойно встретила её взгляд и, криво усмехнувшись, проговорила:

— Нервозность спасла. Пошла проверять посты и взяла с собой Марту, а та прихватила с собой подружку из Булатовских воительниц. Мы были как раз в индейской деревне, когда подошла Романова. Я решила, что две Альфы вполне сойдут за скрытый резерв, и если бы отверженная задумала какой-то хитрый манёвр, то успели бы отреагировать. А когда увидела, что весь отряд просто завалился на землю, то, честно сказать, просто растерялась. Пока думала и решала, подошла Уокэнда, которая и объяснила вкратце, что происходит. Жаль, не догадались разбудить её раньше, может, всё по-другому обернулось бы…

Анжела на секунду прервалась и, вздохнув, продолжила:

 — Девчонки пытались сбить самолёт на взлёте, но когда я сюда летела, то завесила его самыми мощными амулетами, что были у Булатовых. К тому же люди Романовой явно ожидая подвоха, были начеку и активно нам противодействовали. Это тот редкий случай, когда у тебя под рукой две Альфы, но обе оперируют только Воздухом и Огнём, и ты готова поменять их всего на одну воительницу, но которая смогла бы поставить “Земляную ловушку” прямо под колёса. Хорошо ещё, что княгиня Булатова недодала мне двух Альф, а из-за индейского рода я смогла взять на борт на двадцать человек меньше, чем изначально планировала. 

— Хорошо?! — горько переспросила Света.

— Пытаюсь найти хоть что-то позитивное в этой ситуации, — невозмутимо ответила битая жизнью воительница.

Следующая мысль ворвалась стремительно и, вскинув голову, Света торопливо спросила.

— Почему вы сразу не взяли у Пово амулеты и не попытались оживить остальных? 

— Потому что он так не работает. Амулет не дал тебе умереть до конца, но не способен оживить уже убитого. Он самостоятельно настраивается на ауру носителя и пульс источника, но этот процесс занимает не менее трёх дней. И тебе, боярыня, с одной стороны повезло, что он не успел до конца с тобой синхронизироваться. Будь иначе, и ты, возможно, даже не почувствовала бы смертельного излучения, а значит, погибла бы, как и остальные, но уже более классическим способом. Однако если бы рядом никого не оказалось, ты бы всё равно умерла, так как амулет использовал только собственные резервы не в силах подключить на помощь источник. Всё это мне рассказала Уокэнда, пока мы занимались твоей реанимацией. Может быть, с лекаркой первого ранга у нас и были бы хоть какие-то шансы оживить остальных но… К тому же, некоторые наши девушки оказались зарублены уже после применения артефакта. Причём не все, а выборочно. Словно кто-то развлекался или просто торопились сильно. 

Анжела замолчала, а Света, махнув переводчице, повернулась к Пово, разговор с которой она сознательно откладывала. Глава индейского рода стояла в пяти шагах. Молча и неподвижно. А на языке у Светы сейчас крутился один вопрос, ответ на который она уже знала, но вот как реагировать на это знание, ещё не решила. Душа жаждала крови, но Света пока сомневалась, способна ли смерть Пово утолить эту жажду…

— Я правильно понимаю, что женщина, убившая моих людей, была именно той, что угрожала твоему роду?

— Да, Синеволосая. Прости меня. Я была уверена, что Ослеплённая Местью покинула нашу землю.

— Ты хочешь сказать, что индейский род не смог незаметно проследить за небольшим отрядом чужаков?... Не смог обнаружить обидчиков, сидевших практически под самым его носом?... Да ещё и на своей территории?...

Света не стала сдерживать весь свой скепсис и недоверие. 

— Мы не воительницы, — вздохнула Пово, — Да, у нас есть опытные охотницы, но Ослеплённая была слишком опасна и непредсказуема. И если бы она обнаружила слежку...

Уокэнда не договорила, а Света не смогла сдержать презрительную усмешку. Пово оказались слишком “не воительницы”. Да, артефакторов не принято посылать в бой, и бессмысленно ждать от них славных подвигов на поле брани, но даже у самой последней мастерицы найдётся хоть капля гордости, чтобы вести себя достойно. Однако глава индейского рода так сильно тряслась за жизнь своего рода, что это смахивало на банальную трусость. Нужно ли клану настолько искусное, но крайне трусливое пополнение? И возможно, Света была излишне категорична в своих суждениях, но лично она отказалась бы от такого сомнительного приобретения, несмотря на все сулящие перспективы. Но это решение принимала не она...

— Твоя трусость привела к гибели моих людей.

Света повысила голос, а гневный тон заставил Пово опустить голову.

— Но глава моего клана обещала тебе защиту и новые земли… И я не вправе оспаривать это решение. Однако я не удивлюсь, если княгиня Ольга передумает, когда узнает, по чьей вине погибли её люди.

Умом Света понимала, что вина Пово заключалась лишь в том, что индейцы не сообщили о наличии рядом опасного противника, о присутствии которого они даже не догадывались. Но для неё, здесь и сейчас такое оправдание выглядело неубедительно, и она не могла унять злость и обиду за глупую смерть своих людей. А трусливое поведение главы индейского рода, которая испугалась возможных последствий, вызывало у Светы чувство гнева вперемешку с презрением. Однако пока Света боролась с противоречивыми чувствами, Уокэнда дождалась окончания перевода и сделала шаг вперёд.

— Мы все совершаем шаги, но иногда невозможно просчитать их последствия. Моя старшая дочь настаивала на слежке, но я запретила. Моя внучка порывалась лично проследить за Ослеплённой Местью, но я отказала. Я раздумывала отправить гонцов к главе своего племени, но не стала этого делать. Я – Уокэнда, глава рода Пово, виновна в том, что у твоего врага появилось смертельное оружие. Вся вина лежит на мне, как на единственной, принимающей решения. Мои родичи невиновны, а я… Я готова понести любое наказание. 

“Что ж, возможно, ты и не настолько труслива. Скорее, излишне осторожна. Возраст, что ли, так влияет? Может быть. Главное, что она не боится отвечать за свои дела и поступки”, — мысли пронеслись галопом, и Света немного по-другому взглянула на главу Пово.

— Я тебя услышала, Уокэнда. Отложим этот вопрос на будущее, а сейчас надо позаботиться о мёртвых.

Глава индейского рода кивнула и отошла к своим людям. А Света, бросив взгляд на звёздное небо, обратилась к Анжеле:

— Как я понимаю, про связь спрашивать глупо?

— Увы, у нас ничего нет, — развела наёмница руками, — По уговору с Булатовой, мы должны были связаться перед самым вылетом. Она будет ждать сигнала ещё двое суток, после чего должна отправить разведчика. Вот только…

— Что?

— Мне не даёт покоя вопрос, для чего Романова забрала с собой два десятка погибших?

Света задумалась. Вопрос, конечно, интересный, но так, сходу, на него было не ответить... 

 ***

Аляска.  Земли Гордеевых.

Помощница без стука влетела в кабинет, и Анна недовольно подняла голову. И так проблем выше головы, а тут явно очередная новость из разряда “всё пропало”.

— Простите, госпожа. Срочные новости.

— Ну, — буркнула Анна.

— Самолёт Анжелы мелькнул на радарах и практически сразу исчез.

— Что значит мелькнул? Почему не заметили раньше? И что значит исчез?

— Спецы сказали, что он шёл на предельно низкой высоте, но, чтобы перелететь Кордильеры, пилотам пришлось подняться выше. А если судить по направлению, то летят они в сторону земель Кайсаровых. Мы подняли в воздух перехватчики, но самолёт будто испарился.

— То есть, помимо проблем со связью, они ещё и с курса сбились?

— Возможно, госпожа. Но на связь они по-прежнему не выходят.  

— Так! Свяжись с управляющей Кайсаровых и попроси…

Трель телефона стоящего на столе прервала Анну. Схватив трубку, она раздражённо рявкнула:

— Что?!

— Госпожа, Лора на проводе. Срочно.

— Соединяй.

Заместитель Анжелы и второй человек в иерархии наёмниц не стала бы беспокоить по пустякам. Нервы Анны, и так бывшие на взводе, натянулись как струна.

— Да, Лора.

— Началось, — голос наёмницы доносился сквозь лёгкий треск. — Индейцы атакуют три перевала из пяти. Замечено много Бет. Во всех группах также присутствуют Альфы, но где именно их сосредоточено больше всего и куда они нанесут главный удар, сказать не могу. Пока используют тактику дальних магических ударов и сильно вперёд не лезут. Из хорошего - под ударом только наш участок границы. Но самое плохое состоит в том, что непосредственно перед атакой была ясная погода, и я подняла в воздух два десятка дронов, однако в течение получаса налетела снежная буря и мы потеряли практически всю технику. И либо из меня плохой синоптик, либо где-то сидит Валькирия, потому что вьюга бушует только у нас.     

— Я тебя поняла. Действуй по плану. Час назад в порту пришвартовался корабль. Помимо всяких мелочей, в трюме четыре десятка тяжёлых и сверхтяжей. Я постараюсь ускорить их выгрузку, и как только они будут готовы, немедленно переброшу на границу. В горы им хода нет, но хоть предгорье закроют. Об обстановке докладывай каждый час. По Валькирии не беспокойся, княгиня Ольга запланировала вылет на поздний вечер, а там мы и сами справимся, если что. Тяжёлой техники теперь достаточно.  

— Принято. До связи.

Повесив трубку, Анна задумалась. Индейцы атакуют очень узкий участок границы, который контролируют наёмницы. Но на этой линии длиной в двенадцать километров всего лишь два условно нормальных перевала, а остальные больше похожи на козьи тропы. Гораздо логичнее было использовать другие, более удобные маршруты. Отвлекают внимание от основного удара? Вероятнее всего – да. Но куда именно ударят? Ещё и Валькирия. Или всё-таки погода хулиганит? “Чёрт! Все проблемы в один день”, — мысленно ругнулась Анна.

 — Так, — обратилась она к помощнице, — по самолёту. Свяжись с управляющей Кайсаровых, как её там…

— Гульнара.

— Да. И договорись о содействии. Пусть встретят и окажут помощь.    

— Сделаю.

— О новостях докладывать немедленно.

— Вас поняла.

Проводив взглядом помощницу, Анна взглянула на часы. До захода солнца оставалось пару часов, и судя по ситуации, эта ночь будет бурной на события. 

*** 

Подмосковье. Усадьба Зориных. 

На завтрак я опоздал, как и на собственный утренний моцион. Было банально влом, и я забил на пробежку, спарринги и захотел просто поваляться. Хотя меня будили, и особенно старалась скачущая по моей кровати дочка. В общем, пока я поднял свою ленивую задницу, утренняя суета прошла мимо меня, и завтракать пришлось в гордом одиночестве. Дети, само собой, уже свинтили на улицу, оглашая окрестности весёлыми криками. С погодой, правда, сегодня не очень повезло. Было хмуро, и какая-то морось висела в воздухе, так что лично меня на прогулку совершенно не манило.

Заходя в кабинет к Агнии, я без удивления обнаружил там девушку, корпящую над жезлом Ириды. Та ещё маньячка. Пока не доделает работу, фиг успокоится. Только я успел поздороваться, и уже собирался приступить к разговору о вчерашнем эксперименте, как Агния, вперив в меня внимательный взгляд, удивлённо произнесла:

— А почему у тебя амулет не работает? 

За долгие годы я настолько привык к своим часам, что надевал их, не задумываясь, на чистом автопилоте. Однако я совсем забыл, что после вчерашних событий, их скрытая функция по маскировке моего источника перестала работать. Мощность источника увеличилась на порядок, и амулет нуждался в немедленном апгрейде. 

— Да, я тут вчера…

— О-о, у тебя источник изменился, — перебила меня Агния, — дай-ка посмотрю повнимательнее. Очень любопытно. Ты чувствуешь какие-нибудь изменения? А управление стихиями не улучшилось? А конструкты не проверял? По идее их сложность должна вырасти. Или это у тебя результат кратковременной пульсации роста и источник вот-вот скакнёт на следующий уровень?! Ну и чего ты молчишь?

— Жду, когда ты наговоришься, — усмехнулся я, — тараторка. Слова не даёшь вставить.

— Ага, — сложив губы особым образом, Агния дунула себе на лицо, в попытке поправить прядь волос, которая нагло лезла на глаза.

Я уселся на соседний стул. Рассказ будет короткий, но интересный.  

— В общем слушай. Дело было ночью….

 ***

— Может, всё-таки не стоит? — в очередной раз произнёс я. — Это и правда запредельно больно.

— Ну, знаешь, ради такого прироста магических сил, можно потерпеть и не такое. Сам сказал, что пытка длилась всего пять-десять минут… Ты же справился и вполне живой.

— Если честно, то думал, что сдохну.

— Не переживай, я выдержу.

Мы как раз вышли на полянку, а погода испортилась окончательно. Мелкая морось сменилась на вполне осязаемый дождь, что вкупе с ситуацией формировало у меня немного мрачное и  нервозное настроение. Агния слегка притормозила у алтаря, но лишь для того, чтобы с помощью воздушного конструкта сдуть с гранитной плиты лишнюю влагу. После чего девушка решительно легла на алтарь. Я же, как и договаривались, перешёл на особое зрение, чтобы постараться зафиксировать весь процесс со стороны. Однако долгое время ничего не происходило и, не выдержав, я спросил:

— Всё в порядке?

— Да, вишу в источнике.

— М-м, настраиваешься?

— Нет, — улыбка ненадолго озарила лицо девушки. — Пытаюсь несложным методом определить, точно ли алтарь только для артефакторов или всё-таки для любых одарённых?

— Ну, со стороны вообще тишина. Не вижу ничего необычного.

— Хорошо. А попробуй сейчас дотянуться до сердца.

— Пробовали же.

— Пробовали, но без одарённой на плите.

Хм. Ну да, экспериментировать, так по полной. Я попытался настроиться на магический пульс алтаря. Так… Нужно войти в унисон и мысленно протянуть руку… Однако раз за разом меня отбрасывало. Я видел его сердце, я его чувствовал, но не мог установить контакт.

— Нет. Бесполезно. Прежняя реакция. То есть, полное её отсутствие.

— Жаль. Ладно, тогда я сама.

Я на секунду вернул обычное зрение и посмотрел на девушку. Агния, закрыв глаза, расслабленно лежала на спине, а её рыжие волосы разметались на плите и уже успели намокнуть. Кстати, а ведь в нашу первую встречу она была брюнеткой. Даже не помню, когда именно она перекрасилась, но это точно было очень давно, и с тех пор девушка лишь меняла оттенки золотисто-медного окраса. Лицо Агнии покрылось блестящими капельками воды, а я внутренне напрягся. Переживать за кого-то всё же гораздо сложнее, чем за себя. Почувствовав магическое возмущение, быстро скользнул в режим артефактора, чтобы ничего не пропустить.     

Вид “Земляных пут”, что опутали Агнию, вызвали во мне внутреннюю дрожь. Болевые ощущения были слишком свежи в моей памяти, и я честно не знал, когда смогу забыть эти адские минуты. А потом мне прилетело… Мощный толчок в грудь, и мою тушку отшвырнуло от алтаря. Если бы не тренированное тело, то шмякнулся бы как тюлень. Однако успел извернуться, сгруппироваться и перекатом погасить скорость.

Вскочить было делом одной секунды, и вот я снова почти у алтаря. «Почти», потому что вернуться на прежнюю точку не получилось. В двух метрах от артефакта завис воздушный щит, который гнулся и пружинил, но не пускал меня ближе. Уткнувшись лицом в преграду, я прокричал:

— Агния! Как меня слышишь?

Но, девушка явно не слышала и промолчала. Однако, не увидев на её лице гримасы боли, я слегка подуспокоился. И тут воздушная преграда, на которую я опирался, резко пропала, и я чуть опять не рухнул на траву, но в последний момент всё-таки устоял на ногах. Не успел я шагнуть ближе, как Агния открыла глаза и рывком села на плите.

— Ты как? — спросил я.

— Нормально, было не больно. Слегка пожгло и всё. Но как-то быстро всё закончилось. Или мне показалось? 

— Очень быстро, — подтвердил я, — От силы минута прошла. Изменения чувствуешь?

— Так сходу не скажу, — судя по задумчивому выражению, Агния погрузилась в источник, пытаясь уловить эффект от проведённой процедуры. — Вроде бы вода стала откликаться полегче, но не уверена. В общем, нужен ещё один подопытный. Дай мне телефон. 

Я вернул ей аппарат, который оставался у меня на сохранении, а Агния, вызвав какой-то контакт и дождавшись ответа, строго проговорила:

— Так, Вика! Ноги в руки и бегом на поляну. Чтоб через минуту была здесь.  

— Хм. Эта та самая Вика, которая “криворукая криворучка”?

— Ага, горе моё. Третий десяток уже разменяла, а двух узоров вместе связать не может. Как она экзамены в школе сдавала, ума не приложу.       

— Что-то мне её жалко, — улыбнулся я.

— Да, я тоже подумала, что период и сила воздействия зависят от нынешнего уровня и теоретического максимума. Ты уникален, а я, похоже, и так была на пределе своих возможностей. Посмотрим, что будет с Викой.

Вика и правда вылетела на полянку на полной скорости и, подбежав к нам, пролепетала:

— Звали боярыня?

— Да, ложись на алтарь. Будем приносить тебя в жертву.

Я заржал аки конь и не мог остановиться. Не знал, что Агния тот ещё тролль. Растерянное лицо Вики с подрагивающими губами добавляло комизма ситуации, и я просто не мог остановиться. При этом Агния сохраняла невозмутимое и серьёзное выражение.

— Госпожа… — пискнула недоартефактор, как её в сердцах называла Агния.        

— Завязывай уже, —  махнул я рукой, продолжая всхлипывать и не в силах полностью прекратить веселье. — А то у неё сейчас сердечный приступ будет.

— Ладно, слушай внимательно…

Агния быстро рассказала Вике всю суть процедуры, добавив в конце слова поддержки:

— Главное помни – боль пройдёт, а новые умения останутся с тобой навсегда. 

Несомненно, обещанные плюшки должным образом простимулировали слугу Зориных, и кивнув, она без колебаний легла на алтарь. Мы же с Агнией отступили на два метра, чтобы не попасть под удар защитного поля. Земляные путы и воздушный щит уже привычно возникли передо мной, а вот дальше я старался не смотреть на Вику, ибо жуткая гримаса боли перекосила её лицо, а рот открывался в безостановочном, но беззвучном для меня крике. Я прекрасно понимал её ощущения, но помочь ничем не мог. К сожалению, некоторые вещи можно познать только через боль. Так что, присоединившись к Агнии, сосредоточил внимание на происходящих в алтаре процессах.

— Три минуты и пятнадцать секунд, — объявила Агния, едва пропал воздушный щит.

Подойдя к девушке, Агния помогла той сесть и заботливо спросила:

— Ну как ты, Викуль?  

— Ох, это было жестоко…

В следующие минут десять мы мучили Вику вопросами и наблюдали за демонстрацией её возросших умений. Уровень девушки явно вырос. Это, конечно, если сравнивать то “что было” с тем “что стало”. По словам моей подруги, Вика была очень слабым артефактором, и по управлению стихиями едва вползала в самый нижний уровень для Дельты. Сейчас же я наблюдал уже довольно уверенный средний класс мастерства. Ну-у, плюс-минус. В общем, как говорится – эффект на лицо, что безусловно радовало. Отпустив счастливую Вику, предварительно велев ей держать язык за зубами, мы с Агнией остались обсудить прошедший опыт и обменяться общими впечатлениями.

***

Подмосковное имение Кайсаровых.

— Так, давай ещё раз, — Сагдия внимательно посмотрела на Индиру. — Самолёт Гордеевых разбился на нашей территории. Выживших нет?

— Всё верно. Найденные тела были переданы людям Булатовой.

Сагдия не чувствовала какой-то особой недосказанности, но излишняя задумчивость хранительницы не могла оставить её равнодушной. Ситуация в клане заставляла быть настороже и видеть подвох даже там где его не было. Поэтому, поддавшись наитию, она спросила:  

— Понятно. Но мне кажется, или ты что-то недоговариваешь?

Индира пожала плечами и неуверенно ответила:

— У вас слишком много врагов, госпожа. Плохо то, что мы не всех ещё знаем в лицо. И я пытаюсь учесть все мелочи, которые так или иначе могут нанести вам вред.

— Я это вижу и ценю, — улыбнулась Сагдия, — но, что тебя беспокоит в этой ситуации? 

— Меня беспокоят связи Нарисы. А точнее её близкое знакомство с Гульнарой - управляющей нашими землями на Аляске.

— Мы не можем хватать каждую, кто имел контакты с Нарисой, — с сожалением произнесла Сагдия, — В клане и так бурление, и если я перегну палку, произойдёт взрыв. Сейчас гнуть свою линию нужно медленно и осторожно, хотя бы до тех пор, пока не выявим всех явных противников.  

— Я это понимаю. Но что касаемо Гульнары… Меня смущает, что изначально из-за сложной обстановки на границе и суетой в преддверии наступления, она не планировала присутствовать на праздновании вашего пятнадцатилетия. Однако сейчас мне сообщили, что её самолёт всё-таки вылетел в Москву, причём практически сразу после информации о разбившемся транспорте Гордеевых. И это в условиях индейского набега. Правда, под ударом только земли Гордеевых и Морозовых, но всё же. Для меня такое поведение выглядит странно, да ещё и связь с Нарисой нервирует. А на запрос о причине такого срочного вылета, секретарь Гульнары ответил, что ввиду прибывшего усиления управляющая посчитала, что может себе позволить лично поздравить главу клана с праздником.  

Индира замолчала, а Сагдия в задумчивости крутнулась на кресле, развернувшись боком к новой главе клановой службы безопасности. Да, эта должность являлась самой ответственной в клане, и доверить её кому-то другому Сагдия попросту не смогла. Индира – единственная старейшина в клане, которая своим высоким положением обязана Азиме, а практически весь совет считал Индиру выскочкой. И поражение Сагдии автоматически означало крах Индиры, что делало её идеальной кандидатурой на столь высокий пост и гарантировало преданность до самого конца.

Первая же значимая победа в совете сбросила с клановой вершины камень, который вызвал самый настоящий обвал. Смещение Нарисы и самоуправство Сагдии добавило внутренних проблем и окончательно охладило отношения со старыми и давними союзниками. И даже сидя в усадьбе, Сагдия ощущала себя под прицелом пристальных взглядов многих заинтересованных лиц.

Возможно, после столь кардинальных изменений в руководстве клана и стоило перенести празднование пятнадцатилетия в Казань, а не покидать столицу родовых земель. Но Сагдия всё же решила придерживаться первоначального плана, так как этот шаг создавал видимость бегства юной главы клана и позволял выявить самых ярых противников, которые пользуясь её отсутствием, уже начали свои закулисные игры. По словам Индиры, данный процесс под её полным контролем и день рождения станет ещё одной ключевой датой в истории правления Сагдии. Во всяком случае, многие гости будут очень сильно удивлены, когда их арестуют прямо за воротами усадьбы после хвалебных и льстивых речей в её честь... Тряхнув головой, тем самым прогоняя преждевременные видения будущего, она посмотрела на Индиру.

— Что ж, давай отыграем ещё один акт, а то список вопросов продолжает расти, а вот ответов по-прежнему недостаточно.

— Вы про…

— Да, я про своих драгоценных пленниц, — кивнула Сагдия, — Сделаем следующее…

  ***

Под усадьбой располагались ещё два этажа, состоящих из помещений различного назначения. У каждого была своя определённая функция, но сейчас Сагдию интересовала только одна специфическая комната, предназначенная для содержания особо важных пленниц. Чтобы не дразнить самых ярых сторонников Нарисы, её вместе с дочкой перевезли в подмосковную усадьбу, а в Казанском кремле в качестве наживки под надёжной охраной оставили семилетнюю Раяну — как единственную значимую кандидатуру на пост главы кланы, если с Сагдией что-то произойдёт. По словам Индиры такое расположение ключевых фигур уже позволило выявить нескольких скрытых оппозиционеров и это не могло не радовать.

Переступив порог небольшого помещения, Сагдия замерла. Две обнажённые пленницы — мать и дочь —  скованные по рукам и ногам сидели в разных креслах и спиной друг к другу. Их головы фиксировал стальной обруч, а к венам на руках тянулись прозрачные трубки, по которым в организм поступал препарат снижающий сопротивление ментальному воздействию. Сдавленные стоны и скрежет зубов были единственными звуками в окружающем пространстве. Шла жестокая и почти безмолвная борьба между волей пытаемых и силой магии. 

Да, Сагдии уже приходилось посещать подобные заведения, но несмотря на внешнее спокойствие ей приходилось прилагать существенные усилия, чтобы удерживать на лице маску безразличного равнодушия. “Если на благо рода нужно убить — убей. А если придёт твоя очередь умереть  —  то умри с достоинством”. Давние слова бабушки всплыли из подсознания и заставили встрепенуться. 

Помимо двух менталисток в помещении присутствовали лекарка и две Альфы, которые завидев Сагдию, склонились в почтительном поклоне. В принципе, в присутствии высокоранговых воительниц не было особой нужды, так как пленницы не представляли никакой опасности. Чтобы исключить попытки освобождения, достаточно было нанести им смертельные раны и подождать, пока лекарские амулеты, спасая жизнь, опустошат источники. Данный метод использовался давно и работал безотказно. Так что Нариса вместе с дочкой “умирали” несколько раз на дню и внешне выглядели истощёнными и измученными, хотя и прошла всего пара дней.

А ещё в усадьбе находилось пара “Оборотней”, которые получилось скрыть во время неудачной попытки переворота. Но так как их использование мешало менталисткам, приходилось работать по старинке...

— Госпожа?..

Тихий шёпот Индиры напомнил Сагдии, зачем они сюда спустились и, сделав шаг вперёд, она громко воскликнула:

— Довольно!

Обе менталистки, увлечённые процессом, только сейчас обратили внимание на Сагдию и торопливо склонились в поклоне.

— Разверните их лицом друг к другу.

Отдав приказ, Сагдия прошла между двух кресел и посмотрела на Нарису. “Запомни. Ты должна верить в то, что говоришь. Хоть капля сомнения в голосе — и ты проиграла”. Очередная фраза бабушки, как и предыдущее нравоучение, придала решимости и Сагдия слегка наклонилась вперёд, чтобы посмотреть в глаза бывшей главе СБ. Взгляд Нарисы казался пустым и безжизненным, но Сагдия прекрасно знала, что это лишь видимый эффект. Когда пытаемая, противодействуя силе менталистки, прячет сознание за ментальными блоками, а на самом деле всё прекрасно видит и слышит. Улыбнувшись своей самой милой улыбкой, Сагдия проговорила:

 —  Доброй ночи, Нариса. У меня сегодня хорошее настроение и я решила сделать тебе необычный подарок. Сейчас ты сможешь выбрать один из вариантов будущего для своей семьи. Как ты знаешь, наши воительницы одни из первых начнут атаку на индейские территории. И если твоя дочь достойно покажет себя в этой операции, я сохраню ей жизнь и восстановлю в правах. И конечно, не буду трогать Раяну… Либо ты можешь выбрать второй вариант, и твоя дочь умрёт через пять секунд. Уверена, ты высоко оценишь моё щедрое предложение, — улыбка сползла с лица Сагдии, превратившись в издевательскую усмешку.

Нариса никак не отреагировала на сказанное, а взгляд по-прежнему оставался безжизненным. Постояв пару секунд, Сагдия неспешно обошла кресло и, склонившись к уху Нарисы, произнесла:

— Раз…

В этот момент Индира с каменным лицом приставила пистолет к виску единственной дочери Нарисы.

— Два…

— Три...

— А ты знаешь, мне нравится такая игра. И когда на место твоей дочки сядет внучка, я дам тебе целых десять секунд, — максимально ласково прошептала Сагдия прямо в ухо. — И возможно, новый выбор ты станешь делать уже завтра... ЧЕТЫРЕ!

“Четыре” она выкрикнула резко и громко. И этот неожиданный переход от тихого шёпота до возгласа прямо в ухо заставил вздрогнуть Нарису, которая, похоже, всё-таки выбралась из потаённых уголков своего разума.

Щелчок спускаемого предохранителя и голос Нарисы прозвучали практически одновременно: 

— Поклянись.

Сагдия замерла.

— Повтори.

— Поклянись, что так и будет, а моя семья останется жить.

“Получилось”, — мысленно выдохнула Сагдия. Ей очень не хотелось быть настолько жестокой, но правила этой игры придумала не она, а поменять их сейчас - всё равно что расписаться в собственном бессилии. И этот акт ей пришлось бы отыгрывать до конца. Сдерживая внутреннее волнение, она медленно обошла кресло и встала напротив Нарисы...

— Твоя семья получит право на жизнь. Но смогут ли они воспользоваться им? Если они решат, что лучше служить своим собственным интересам — они умрут... как и ты. И это всё, в чём я могу поклясться.

Сейчас глаза Нарисы полыхали внутренним огнём, а топливом ему служила ненависть, которую Сагдия не только видела, но и прекрасно ощущала всеми фибрами своей души. Со стороны казалось, что Нариса сейчас передумает, но прикрыв веки, та всё-таки еле слышно проговорила: 

— Хорошо. Спрашивай...

  ***

Вернувшись в кабинет, Сагдия неторопливо опустилась в кресло и, устремив взгляд в окно, продолжила размышления. Несмотря на кажущуюся смену курса внешней и внутренней политики клана, до сегодняшнего дня она топталась у развилки. Ещё не поздно выбрать сторону старых “подруг”. Или всё-таки продолжить начатые изменения? Нет, Сагдия не сомневалась, что клану жизненно необходимы перемены, вот только тяжело просчитать, куда приведут её эти пути. Вверх или вниз? Какое место займут Кайсаровы после её выбора? Мать и бабушка стояли у самой вершины, но оступились и рухнули в пропасть, утащив за собой репутацию клана. Теперь пришло её время делать ставку, вот только как правильно распорядиться ситуацией?

Безусловно, это шанс вернуть клану утраченное могущество, но есть одно «но»: им можно воспользоваться для обоих путей, и для старого, и для нового. Однако, что бы ни задумала Антонина Романова, если её план провалится и всплывёт фамилия Кайсаровых — их сметут. Размажут тонким слоем вместе с Казанью и со всеми родами. Да, Сагдия подстраховалась и, воспользовавшись отсутствием княгини Гордеевой, напросилась в гости к её мужу. И хоть, разговаривать с Сергеем было намного легче, чем с Ольгой, он оказался далеко не так прост, как ей поначалу казалось. Во всяком случае, этого визита будет явно недостаточно, чтобы обеспечить Кайсаровым надёжное алиби и безопасность. Вот если Романова успеет совершить задуманное и мстить будет не кому…

Мысль вызвала очередной виток эмоций и Сагдия бесконтрольно стиснула подлокотники кресла. Отвечать перед самим собой тяжелее всего. Обмануть свое внутреннее “Я” невозможно. И один вопрос уже очень давно не давал ей покоя, раз за разом всплывая в подсознании и заставляя искать однозначный ответ. Вот только ответа-то и не было. Умом Сагдия понимала, что в смерти Дамиры и Азимы виноваты они сами. За подлое нападение последовала незамедлительная расплата. И погибли они в бою, который сами же и спровоцировали. Да, по уму, претензий к Гордеевым нет и быть не может. И отвечая таким образом князю Сергею, она почти не лукавила. Почти… Где-то глубоко внутри всё же сидела обида, которая потихоньку тлела и явно пыталась переродиться в нечто большее...

— Сколько у нас времени?

Вопрос был навеян душевными колебаниями. Ей, как воздух, требовалось ещё немного времени.

— Примерно двенадцать часов, госпожа.

В голосе Индиры чувствовалось напряжение, которое почти осязаемо наполнило комнату. Не получив приглашения присесть, глава СБ осталась стоять напротив стола, терпеливо ожидая распоряжений. Встав с кресла, Сагдия подошла к окну. Несмотря на третий этаж и многочисленные фонари, освещающие приусадебную территорию, видимость была практически нулевая. Погода испортилась окончательно. Дождь неутомимо барабанил по подоконнику, а капельки воды собирались на окне и скатывались вниз непрерывными ручейками. Пелена дождя искажала картину ночного двора, и мир за окном казался каким-то выдуманным и ненастоящим.

“Всё вокруг сплошная иллюзия. На календаре зима, а за окном осень. Антонина Романова — отверженная беглянка, но это иллюзия. На самом деле она вооружена и очень опасна, и это реальность. Югославские легенды утверждают, что жезл Радмилы смертельный артефакт, но действительно ли он настолько могуществен? Или это красивый миф? Хотя нет. Воевать, уповая на сказку, Антонина точно не станет. А значит, уже проверила и уверена в его работе.” Продолжая раздумывать над ситуацией и отстранённо наблюдая за буйством стихии, Сагдия произнесла:

— Хорошо, Индира. Можешь идти.

Однако, вместо ожидаемого звука шагов и закрываемой двери, послышался вздох, и Индира сказала:

— Ваша светлость. Вы знаете, что я была против операции в Эфиопии, но ваша мать не стала меня слушать. Теперь я прошу вас. Не совершайте ошибок Дамиры и Азимы. Только прикажите, и мы перехватим самолёт над Казанью.

Сложив руки за спиной, Сагдия развернулась к Индире и жёстко поговорила:

— Я тебя услышала, Индира. Можешь идти.

Глава СБ, секунду поколебавшись, склонилась в поклоне и вышла за дверь. А Сагдия, подойдя к столу, опустилась в кресло и, закинув ногу на ногу, продолжила мысленно раскладывать варианты. Этот вопрос ей придётся решать самостоятельно и в кратчайшие сроки.  

Глава 7 Время

Подмосковье. Усадьба Зориных. 

Ночь и дождь. Как раз та самая комбинация, которая прямо-таки настраивает на долгий и безмятежный сон. Но только не меня. Точнее, не сегодня. Я никак не мог успокоиться и признать, что алтарь оказался всего лишь устройством для прокачки артефактора. Несмотря на проведённые эксперименты, всё внутри меня бунтовало против такого поспешного, на мой взгляд, вывода. Эту головоломку можно было бы считать решённой, если бы не одно “но”: я оказался в этом мире на этой дурацкой поляне и рядом с этим грёбанным камнем. А может, даже прямо на нём, вот только свалился с плиты и даже не почувствовал этого, ибо состояние было такое, что сродни смерти. И что я там творил в полубессознательном состоянии, уже не узнаешь. Неужели всё это случайность? Нет, не верю.   

Но Агния не знала о моём э-э, инопланетном происхождении, а потому она весь день светилась от радости, считая, что главный вопрос с алтарём Змеевых полностью закрыт. Осталось только разобраться в принципе работы, но теперь это можно сделать немного проще. Естественно, на меня вылилось море позитива и куча благодарностей, так как девушка искренне считала эту победу только моей заслугой. Я вяло отмахивался от всех этих почестей, ибо считал, что моя удачливость не вправе оспаривать годы труда, которые Агния потратила, пытаясь расшифровать схему алтаря. 

В общем, день прошёл у нас по-разному. Агния радостно щебетала, с удвоенной энергией занимаясь жезлом Ириды, а я с сосредоточенным и хмурым видом копался в схемах на компьютере. Теперь, когда я знал основное предназначение артефакта, все эти многочисленные узоры заиграли для меня новыми красками. Стало предельно ясно, для чего предназначены те или иные комбинации плетений. Не все, конечно, но многие вещи стали гораздо понятнее, хотя бы на интуитивном уровне. Однако и до полной и окончательной расшифровки было ещё очень далеко. 

Так мы и просидели целый день, занимаясь каждый своим делом. Впрочем, обойтись совсем без перерывов не получилось и, помимо совместного приёма пищи с детьми, пришлось ненадолго отвлечься от работы во время прибытия особого курьера из Нижнего. Посыльная привезла не абы что, а новые амулеты разработки Елисеевых. 

Я, конечно, знал, что наш род артефакторов пользуется заслуженной славой, но тут они меня удивили. Оказывается, Елисеевы занимались не только производством защитных девайсов моей разработки, но и нашли время для существенного апгрейда устройства. И переданный мне образец, помимо защитных функций, имел встроенного “Целителя”, причём очень высокого класса. Подобная комбинация “два в одном” практикуется довольно редко, так как во-первых, очень сложно избежать потерь в мощности при использовании столь разного класса магических техник, а во-вторых, весьма проблематично так скомбинировать их друг с другом, чтобы это вообще хоть как-то работало. В общем, штука получилась, безусловно, интересная. 

Как оказалось, отправкой посыльной озаботилась Марина, которая не упускала ни единой возможности увеличить защитный потенциал воительниц, охраняющих особо важных персон клана. Так что, как только глава СБ получила инфу о новых разработках рода артефакторов, то отреагировала мгновенно. Правда, партия оказалась ограниченной, и двух десятков амулетов на всех не хватило. Но Агнии тоже достался один образец, и повертев его в руках, девушка вдруг хмыкнула и произнесла:

— Похоже, Вера Анновна всё-таки расшифровала амулет Пово.  

— О чём ты? — вскинул я голову. 

 — Плетения очень необычные и похожи на примененные в индейском амулете. Я, конечно, точно не помню, но комбинация узоров использована слишком нестандартная. 

— Ну-у, я-то такой нюанс заметить не мог. Не с чем сравнивать. А вот то, что она запитала “Целителя” от энергии защитных узоров, я заметил. 

— Ага, но там двусторонняя связь, а значит, вдали от лекарки он будет работать как “Антилекарь”. Правда слабенький, но всё же для того, чтобы лекарка могла применить свой дар, ей нужно будет находиться как можно ближе. 

— Получается, это уже “три в одном”?! — слегка удивлённо произнёс я. 

— Да, получается так. Вера Анновна, как всегда, великолепна. Прекрасная работа, — уважительно похвалила Агния главу Елисеевых.   

Теперь уже я с уважением взглянул на Агнию. Напряжённые отношения с главой рода артефакторов не мешали девушке объективно оценивать мастерство, более опытной коллеги по ремеслу. Всё-таки Зориным, несмотря на весь талант Агнии и всего лишь с двумя помощницами, было ещё очень далеко до возможностей Елисеевых, и моя подруга прекрасно это понимала…

А второй раз от копания в схемах меня отвлекла уже Рада, когда я незадолго до ужина вышел на крыльцо, дабы подышать свежим воздухом и немного разгрузить мозги, а то от всех этих узоров в голове воцарился сплошной сумбур. 

 — Ваша светлость, вы сегодня пропустили тренировку, —  раздался за спиной голос хранительницы. 

Нет, само собой, никакого наезда на меня, ленивого, в тоне не слышалось. Простая констатация факта и типа напоминание, а то вдруг я просто забыл. 

— Хм. Ну да, есть такое, — не оборачиваясь ответил я. 

— Если желаете, можем немного размяться перед ужином. 

— А, давай, — согласился я, практически не раздумывая.

Во-первых, устал от компьютера и мне не мешало немного встряхнуться. А во-вторых, я же теперь Бета, и было интересно проверить, насколько выросли мои возможности в боевом режиме. Да, переход в следующий ранг не всегда гарантирует прирост в скорости, но чаще всего данный показатель всё-таки растёт вместе с источником. Короче, надо глянуть...

В доме не было места для спортивного зала, но воительницы, несущие у Зориных постоянное дежурство, изначально приспособили для своих нужд отдельно стоящее одноэтажное строение. Помимо раздевалки с душевой и комнаты отдыха, в нём также располагался небольшой арсенал, в котором пилоты оставляли ПМД после смены. И именно это помещение служило для всех желающих местом для тренировок. Ну, и для нас с Радой.  

Рукопашный спарринг с хранительницой показал, что моя скорость немного возросла. На доли секунды, конечно, но всё же. В бою эти крошечные доли играли существенную роль. Например, у Рады имелась парочка хитрых комбинаций из различных ударов, которые я обычно не успевал ни блокировать, ни увернуться от них. Но сегодня я отразил почти все из них, и это не могло не радовать. После очередной серии атак Рада отступила на шаг и с улыбкой спросила: 

— Вас можно поздравить? 

— Да, — улыбнулся я в ответ, — теперь я Бета.

— Очень хорошо, тогда немного пофехтуем, — проговорила хранительница, возвращая на лицо невозмутимое выражение и разворачиваясь к стойке с учебным оружием.   

Моя улыбка погасла, и вздохнув, я с грустной миной взял предложенный Радой меч. Ну, не шло у меня фехтование. Вроде бы не сачковал и изо всех сил старался отрабатывать приёмы, но пока получалось хреновенько. Едва заполучив эфиопский меч, я, конечно, загорелся желанием овладеть им хотя бы на первоначальном уровне. Однако спустя полгода, каюсь, не самых регулярных тренировок я по-прежнему оставался лузером. Это в сравнении не только с Радой, но и, наверное, с большинством воительниц. Нет, спорить не буду, возможно, сравнивать себя с одной из лучших поединщиц клана - излишне самокритично, но всегда считал, что равняться надо на лучших. И в этом случае мои показатели находились на уровне плинтуса.

— Доспех духа!? — тем временем полуутвердительно вопросила хранительница. 

— Естественно, — буркнул я, сосредотачиваясь.  

Щас мне прилетит и не слабо. Я и в рукопашной схватке не забывал удерживать доспех, а уж в фехтовании точно не собирался встречать Раду с голым пузом наперевес. Металлическая болванка, исполняющая функцию учебного оружия, весила около двух килограммов, и ей вполне можно убить. Так что расслабляться было себе дороже. 

— Пока без боевого режима, — проговорила Рада, приглашающе махнув рукой. 

Ага, значит пока работаем на отработку техники. Как однажды сказала Агата — главный сенсей клана — в моём случае, при столь нерегулярных занятиях, лучше всего тысячу раз повторить один приём, чем пытаться по разу выучить тысячу различных ударов. Так что, в основном, я отрабатывал набор из простых атак, а также различные защитные действия. Причём, движения телом, направленные на уход с линии поражающего удара, играли в тренировках существенную роль. 

Да, меч у меня хорош и способен завалить даже Альфу, но, мне очень повезёт, если я смогу в первые же секунды подловить соперницу и нанести смертельный удар. И, скорее всего, придётся много перемещаться и ловить удачный момент, а моя возросшая скорость должна была немного увеличить шансы на победу. Правда, это если мне не попадётся кто-нибудь уровня Рады, Агаты или Киры. Про Ольгу я вообще молчу. Короче, говорить о шансах на победу при встрече с подобными противниками глупо и абсолютно не логично. Во всяком случае, пока...

А тренировка прошла очень продуктивно. Рада, конечно же, меня достала, и не единожды, но сегодня я несколько раз очень удачно успел разорвать дистанцию до получения поражающего удара, и это здорово. Особенно порадовала последняя минута нашего спарринга, когда я использовал отрыв, а именно: отдёрнул голову, убирая её с траектории летящего меча, и, резко сменив тактику постоянного бегства, мгновенно контратаковал. Блина, я почти зацепил хранительницу. Не хватило сущих миллиметров, чтобы рубануть её по руке.   

В общем, новый ранг прибавил возможностей и добавил уверенности в собственных силах. Вот бы ещё мозг заработал как-то иначе. Со вздохом взглянув на монитор, я сложил руки за голову и откинулся в кресле. На часах два часа ночи, и в усадьбе уже давно воцарилась абсолютная тишина. Даже Агния полчаса назад ушла баиньки, а я упрямо таращился в схему алтаря и пытался отыскать ответ на свой вопрос. 

Защитный амулет Елисеевых неожиданно сыграл роль дополнительного мотиватора. Если уж такой девайс смог совместить в себе сразу три функции, то у алтаря и подавно должно быть ещё одно скрытое дно. Не факт, конечно, что его создатели о нём знали, но это-то как раз нормально. Сколько в мировой истории случаев, когда учёные делали одно, а на выходе, вдруг, получали нечто совершенно иное? Да подобных примеров просто масса. Ну-у, наверное. Я просто не помнил конкретику, но точно знал, что такие случаи есть. Вот и рыл, стараясь докопаться до истины.

С час назад, дабы упорядочить мельтешащие мысли, сделал очередной перерыв и немного поиграл с атакующими комбинациями узоров. В отличие от большинства воительниц, я, будучи артефактором, мог создавать более сложные схемы атаки. Правда время от времени приходилось подглядывать в соответствующие справочники, так как я не хранил в голове все конструкты уровня Беты. Однако справился...

Самым интересным, на мой взгляд, получилось плетение из льда, земли, огня и молнии. Причём землю я использовал дважды. Сначала на моего потенциального противника одновременно с “Земляными путами” обрушивалась “Решётка” из льда. После чего активировался “Провал” с “Земляными пиками” на дне, и я добивал врага файерболами и шаровыми молниями. Ну как добивал? Всё зависело от уровня соперницы. Та же Альфа вряд ли пострадает от такой магической атаки, но я мог надеяться, что данный приём отвлечёт внимание у высокоранговой воительницы, и я успею применить “Пламенный Цветок”. 

Н-да, магия-шмагия - это, конечно, хорошо, но в поиске ответа на главный вопрос я всё ещё топчусь на месте. Почему? “Потому что вопрос задан неправильно. А ведь правильно заданный вопрос - это половина ответа”, — пришедшая в голову мысль заставила меня замереть. А и правда! А что, собственно, я пытаюсь найти, ковыряясь в схемах? Что-то такое, что отвечает в алтаре за работу скрытых функций? Хорошо, допустим. Только вот я потратил на изучение весь день, и половина всех схем алтаря по-прежнему оставалась для меня тёмным лесом. Зато та часть, которая стала более-менее понятной, была отложена мной на потом. И ключевое здесь “более-менее”, ибо там осталась куча вопросов, которые мы с Агнией решить не смогли. 

— Чёрт! Разматывать клубок надо постепенно, иначе ни хрена не получится. 

Да уж, можно только поругать себя за практически бесцельно потраченные часы. Вместо того, чтобы неторопливо погружаться в эту тайну и потихоньку снимать слой за слоем, я, словно неопытный дайвер, рванул на самую глубину, забив на основы и инструктаж по технике безопасности. 

Да, казалось бы, мы разобрались с предназначением артефакта, но вот что странно. Алтарь работал в автоматическом режиме, используя заложенный создателями алгоритм. Ладно, допустим, Змеевы настроили его особым образом. Но почему, повторно ложась на гранитную плиту, ни я, ни Агния не смогли получить, условно говоря, “полный доступ” к его настройкам? Причём все ключи мы видели как на ладони, но они абсолютно не реагировали на наши усилия. Что не так? И на хрена они тогда нужны?

— А вот это, кажется, уже правильные вопросы, — произнёс я вслух, пристально смотря в монитор, на котором висел участок схемы.  

“Контакт не полноценный”, — мысль пришла и не уходила. Но что может мешать? И тут в голове резко щёлкнуло. “Ментальные узоры!”. Именно они сейчас висели на видимой мне схеме. Напряжённо вглядываясь в закрученные плетения, я пытался выстроить логическую цепочку. У каждого артефактора с рождения есть ментальный блок. Слабенький, конечно, но есть. Но, после попытки переворота, Ольга велела Агнии пройти дополнительную процедуру по усилению её природных возможностей, и наша клановая менталистка выстроила в голове у девушки многоуровневую систему защиты. Я от подобной процедуры отказался, ибо слово “менталистка” вызывало у меня весьма неприятные воспоминания, и позволить копаться у себя в голове, пусть даже и своей в доску одарённой, было выше моих сил. Зато я без вопросов добавил к своим “украшениям” особый противоментальный амулет. 

Таким образом, получается, что на алтарь мы ложились полностью закрытые на ментальном уровне. А Вика? Но каверзный вопрос не смог сбить меня с мысли. “А что Вика? Во-первых, сначала она попала под автоматическую процедуру апгрейда. А во-вторых, для полного контакта её магического уровня могло просто не хватить. Логично? Логично!” Додумывал я уже на ходу, встав с кресла и одновременно снимая с шеи противоментальный амулет. Полежит пока на столе. А мне надо срочно проверить свою идею.  

***

— Не самая лучшая погода для поздней прогулки. 

Рада поймала меня на улице. Ну как поймала? Она уже стояла на крыльце, когда я, сдерживая желание перейти на бег, выскочил под широкий навес. И да, пожалуй, выражение “дождь лил как из ведра” наиболее точно подходило для описания буйствующей стихии. 

— Не сахарный - не растаю, — отмахнулся я, глянув на ливень.  

— Как скажете, ваша светлость. Вас сопроводить?   

— Не надо, — бросил я и шагнул с крыльца.

Охрана и так сидит под каждым кустом, чтобы ещё и Раду с собой брать. Воздушный зонт я сформировал заранее, так что про верхнюю часть тела можно не беспокоиться, чего, правда, не скажешь о ногах, ибо летать я ещё не научился и пришлось шлёпать по лужам, уповая на качество ботинок. Я совершенно не волновался, что моё путешествие под защитой воздушного зонта привлечёт ненужное внимание тех из хранительниц, кто был не вкурсе моей одарённости. Простенькие амулеты, заменяющие населению обычные зонтики, стоили сущие копейки и пользовались бешеной популярностью. Так что со стороны не было ничего удивительного, что над моей головой завис невидимый купол, по которому стекали потоки воды. 

До поляны добрался без приключений и даже ни разу не подскользнулся. А вот у алтаря замер, охваченный приступом сомнения и... боязни. Да, я точно не любитель садо-мазо и совершенно не испытывал сладострастного предвкушения от возможной пытки. А шансы на неё были, причём в этот раз последствия могли быть гораздо хуже. Ведь если я прав и передо мной приоткроется следующий уровень, то никто не гарантировал, что Змеевы не поставили защиту от непрошенных чужаков. Но какие у меня варианты? Отправить первопроходцем Агнию я точно не смогу. В Эфиопии мою подругу прикрывала Валькирия, а здесь кто прикроет? Нет уж. Сам придумал - сам проверю... 

Воздушный зонт я оставил в активном состоянии, только накачал конструкт дополнительной энергией и подвесил над алтарём. Хрен его знает, сформирует ли артефакт ставшую уже привычной защиту или нет, но тупо мокнуть под ливнем, пока я разбираюсь в настройках, не хотелось. Несмотря на решимость, на гранитную плиту ложился с опаской и внутренней дрожью, побороть которую полностью не получилось. В  конце концов, чувство страха не испытывают только отмороженные идиоты, а я, вроде, к таким не относился. Может быть, к просто идиотам - да, ибо планировал совершить очередную глупость, но точно не к отморозкам. Или не точно? Да хрен с ним. Других вариантов всё равно нет. 

Я не стал сразу погружаться в источник и тянуться к сердцу алтаря. Возможно, какой-то процесс начнётся и без этих усилий. Но секунды тикали, а я ничего не чувствовал. ОК, ладно. Начнём погружение... Братишка встретил стандартно. Плавное и неторопливое вращение звёзд слегка меня успокоило и, немного полюбовавшись на завораживающий танец, я потянулся к артефакту. Объёмная картинка уже знакомо раскрылась перед внутренним взором, и я настороженно замер, одновременно прислушиваясь к собственным ощущениям. 

Пока всё в порядке. Вроде бы. Или нет? В следующую секунду меня будто толкнуло извне, а я почувствовал нарастающую пульсацию в висках. Голову сдавило, словно тисками, и тут же резко нахлынула боль. Болезненная волна прошла по самой грани, когда, вроде, можно терпеть, но ещё чуть-чуть - и сдержать стон будет возможно. Это длилось всего секунду или две, после чего боль исчезла, а я вдруг завис в космической пустоте, окружённый множеством разноцветных звёзд. Не было ни верха ни низа, только сумасшедшая и поражающая красота внутреннего мира алтаря. Или... это реальная схема галактики? Где-то там наверху. Или всё таки алтарь? Чёрт, кажется, я потерялся... 

Медленно поворачивая голову, я пытался понять, что же меня окружает. Стоп! Я же лежу, какой нафиг поворот головы? Э-э, может, виртуальный, то есть мысленный? Блин, детализация была слишком подробной, масштабной и какой-то футуристичной. Я видел свои руки, ноги, ощущал собственное тело, но при всём при этом чувствовал какую-то нереальность происходящего. Однако ракурс постепенно сменился, и я увидел сердце алтаря. Где-то там, за множеством мелких звёздочек, переливаясь всеми цветами радуги, полыхала гигантская звезда. Теперь-то стало понятно, что остальные элементы этого мира всего лишь крохотные искорки по сравнению с этой массивной штукой. 

Я мысленно потянулся к сердцу и… полетел. Да, ощущения были сродни полёту. Ветер обдувал моё лицо, и я физически ощущал, как шевелятся волосы на моей голове. Полёт казался бесконечным, а узловой, самый главный элемент алтаря постоянно рос в размерах, пока не занял собой всё окружающее пространство. Наверное, когда стоишь под стенами какого-нибудь нью-йорского небоскрёба, можно испытать похожие ощущения. 

Я уже начал переживать, что сейчас меня втянет в эту бурлящую разноцветную массу, но полёт неожиданно прервался. Я просто замер, зависнув на одном месте, а попытки продолжить движение ни к чему не привели. Однако спустя пару секунд передо мной возник один из символов огня. Как и всё в этом месте, он оказался гипертрофированных размеров и возвышался надо мной примерно на метр. 

“Э-э, и чё дальше?”, —подумал я, растерянно разглядывая узор. Как-то всё это совершенно не походило на те ключи, которые отыскала Агния. Однако долго созерцать это явление и спокойно обдумать ситуацию мне не дали. В голове кольнуло. Поначалу слабенько и еле заметно, но спустя несколько секунд укол повторился и на этот раз сильнее. Чёрт, похоже, время на задачку ограничено. Супер, мля.  

Стараясь не обращать внимание на уколы, я лихорадочно разглядывал символ. “Та-ак, конструкт явно накопительного типа, используется для атакующих артефактов, типа боевых жезлов и тому подобное. Сука!” Нет, ругался я, конечно, не на свой вывод. Просто частота уколов стала возрастать и приносить реальную боль. “Судя по схеме, это заготовка под файербол. Правильно? Да, правильно-правильно! Давай, шевелись!”. Боль нарастала быстрее, чем мне хотелось. “Значит, надо его запитать, так? Да, так-так, мля. Какие ещё варианты?” Голова начинала уже раскалываться от боли, и быстро сформировав необходимоё количество энергии, я направил её в висящий передо мной конструкт... 

“Фу-уф”, — выдохнул я. Уколы пропали, а звёзды конструкта стали зажигаться одна за другой. “Не понял”, —  настороженно глянул я на магформу. Зажглись не все звёзды, а лишь половина. Чё за фигня? Это же простой файер, заточенный под уровень Гаммы. Что не так? Или… Но додумать про “или” я не успел. Висящий узор вдруг исторгнул мощный файербол. Меня не отбросило назад, нет. Пламя просто окутало меня целиком, и я заорал. Казалось, что горю заживо, а запах палёных волос вышибал сознание. Думал, всё - конец, но нет…

Жар схлынул, а лёгкий укол в висок напомнил мне, что задача ещё не решена. “Хитрожопые гадюки”, — едва очухавшись, обругал я всех Змеевых сразу. Похоже, я понял, каким образом выстроена защита алтаря. Кто там был последней главой рода? Да, в общем-то, и не важно. Важно то, что последний хранитель и оператор алтаря достиг более высокого уровня, нежели Гамма, и вместо паролей установил вход по уровню магических сил. Типа, только самый достойный получит всё и сразу. Да уж, скорее всего, Агния здесь бы и осталась. Точнее, на алтаре осталась бы лежать её пустая оболочка... Безжизненное тело с полностью выжженным мозгом. Последняя мысль вызвала приступ злости, и сформировав максимальный пучок энергии, я швырнул его в конструкт. “На, подавись!” 

Болезненные уколы пропали, а узор зажёгся сразу и весь. А потом он взял и распался. Два десятка звёзд, составляющих его структуру,  просто разлетелись в разные стороны. Правда, моё недоумение длилось недолго, и сверкая белыми звёздами, передо мной возник новый конструкт. “Ледяное копьё?! Хм. Окей, не вопрос”, — расшифровал я следующую задачку, формируя магический импульс. Потом был “Воздушный кулак”, затем “Водный бумеранг”, следом “Шаровая молния”. В общем, легкотня, но не успел я как следует расслабиться, как шедшая последней стихия земли заставила меня вспотеть… 

“Блина, а ты вообще что такое?”, — мрачно глядя на конструкт, я невольно поёжился. Чёрные звёзды имели тусклую матовую поверхность, и от них веяло смертельной опасностью, что несомненно нервировало. К тому же, я никак не мог идентифицировать этот узор. Чёрт, он был одновременно знаком, но при этом выглядел как-то неправильно. А секунды-то тикали и болезненные уколы никуда не делись. “Рановато расслабился”, — стараясь не обращать внимание на боль, я пытался понять, что же не так.  

“Вот же ж! Ты не хитрожопая гадюка, ты гораздо хуже”, — не удержал я мысленный эпитет в адрес последней хранительницы алтаря. Этот конструкт оказался двусоставным. Помимо “Поцелуя Морены”, жуткой вещи разлагающей любую органику, в него вплели “Земляные пики”, и если бы я не увидел этот нюанс и закачал энергию только для активации одной магформы, то мне тут же пришёл бы писец, и скорее всего, полный. Судя по первому файерболу, эти конструкты возвращали удар сторицей. 

Решив последнюю головоломку, я настороженно замер. Это всё, или алтарь готовит ещё одно испытание? Однако в следующую секунду в висках закололо и меня резко выбросило в реальный мир. Растерянно хлопая глазами, я обнаружил себя по-прежнему лежащим на гранитной плите, а вокруг всё так же неутомимо лил дождь. Мой воздушный зонт всё ещё находился в активном состоянии и пока справлялся с буйством стихии. Глянув на часы, я слегка прихренел. Когда ложился на артефакт, то зафиксировал два часа двадцать семь минут, а сейчас была ровно половина третьего ночи. Получается, моё приключение продлилось всего три минуты. Как так-то? Это такой выверт сознания и при ментальном контакте течение времени многократно замедлилось? Что ж, вполне вероятно, что в мире камня время действительно отмеряется несколько иначе. 

Небольшое беспокойство вызывало общее состояние организма. Нет, физически, вроде, всё было в норме, а вот голова стала тяжёлой, как после многочасового сидения за конспектом в пору своей студенческой жизни. Когда перед самым днём экзамена пытаешься впихнуть дополнительные крохи знаний, а места в мозгу уже не осталось. Интересно, а менталистки себя так же ощущают после своей э-э... работы, или как-то иначе? И кстати… Я только сейчас ощутил запах палёных волос. Моих естественно. Похоже я горел не только виртуально, но и реально. Нда, по краю проскочил. Ну да ладно, пожалуй, силы продолжить есть. Надо же понять, какие у меня появились возможности по управлению функциями артефакта. М-м, главное, случайно не тыкнуть в “кнопочку” самоликвидации или самопереноса в какой-нибудь параллельный мир. Это будет фиаско.   


***

Где-то в небе над Российской империей. 


Любой план хорош только на бумаге, и как только доходит до реализации, по закону подлости всё летит в тартарары. И если хочешь достигнуть цели, то помимо основного, надо иметь запасной план действий, а то и два. И Антонина, как никто другой, прекрасно понимала всю жестокую правду этого жизненного правила. К сожалению, резервный план потому и называется “резервным”, что содержит больше минусов, чем основной, но особого выбора у Антонины не было. 


После выхода Нарисы из игры, Антонине пришлось ускориться, пока её основной союзник не начал говорить, а то, что это рано или поздно случится, она не сомневалась. Увы, но у всего есть своя цена, и как долго будет сопротивляться Нариса, выторговывая себе приемлемые условия, можно было только догадываться. Возможно, счёт уже идёт на минуты, и лишь то, что Гульнара пока оставалась управляющей, внушало некоторую надежду, что время ещё есть. 

При мысле о Кайсаровых Антонина поморщилась. Беда, как это говорится, подкралась неожиданно. От этой соплячки Сагдии никто не ожидал столь решительных действий, и юная глава клана сумела очень сильно спутать карты. Правда, и Нариса тоже “хороша”, прозевать такую подготовку, это надо умудриться.

Хотя, немного обдумав полученную от Гульнары информацию, Антонина пришла к выводу, что действия Сагдии хоть и казались подготовленными, но по сути являлись экспромтом. Скорее всего, девушке шепнули, к чему может привести усиление Нарисы, и она решила сыграть на опережение, так сказать, пошла напролом. А может, и сама обо всём догадалась. Ведь насколько Антонина помнила информацию из досье, Сагдия отличалась аналитическим складом ума и вместе с тем, как показали события, склонностью к весьма продуманным авантюрам. А сражаться с подобным противником весьма непросто, ибо просчитать такого человека и предугадать его действия практически невозможно. И скорее всего, Нариса погорела именно на этом, да ещё и возраст Сагдии в этот раз сыграл на её стороне.  

Но всё это лирика, гораздо хуже, что теперь Антонине приходится использовать резервную схему. И всё бы ничего, но запасной “союзник” в первую очередь преследовал собственные интересы. Нет, как раз-таки такая позиция была понятной и вопросов не вызывала. Уж кто-кто, но Антонина была далека от того, чтобы рассчитывать на бесплатную помощь или на идейных борцов с режимом. Однако её вторая ставка на прагматичных немок оказалась излишне рисковой. И несмотря на постепенное приближение к цели, на неё потоком хлынули сомнения в результате всей операции.  

Единственное, что немного успокаивало Антонину, это отсутствие княгини Гордеевой на месте будущей демонстрации жезла Радмилы. Хотя если подумать, то неизвестно, что хуже - рискнуть и сразу вывести из игры опасного противника или получить жаждущую мести разъяренную Валькирию? И когда Антонина узнала, что Ольга находится на Аляске, то всерьёз раздумывала о попытке устранения, но с сожалением была вынуждена отказаться от этой идеи. Чёрт бы побрал эту Пово. С помощью индейского рода Антонина рассчитывала получить мощный и убойный артефакт, но в итоге пришлось довольствоваться практически одноразовым оружием с ограниченным ресурсом и небольшой зоной покрытия. 

Да, у Антонины была мысль забрать Уокэнду с собой, но от такой идеи пришлось отказаться. Всё-таки у неё не было никаких возможностей воздействовать на Пово, кроме как угрожая роду артефакторов. Можно было, конечно, просто забрать главу рода силой, и ей бы никто не помешал, но у Антонины были подозрения насчёт непредвиденной задержки транспорта, и как оказалось, эти опасения полностью подтвердились. А удерживать у себя столь известную в индейском обществе личность, да ещё и на их территории, глупо и рискованно. Ну, и как последний довод к размышлениям, оторванная от своего рода Уокэнда могла показать характер и устроить с жезлом какую-нибудь проблему, не совместимую с жизнью пленивших её людей. 

В общем, план, Шульцы, Гордеевы и жезл Радмилы - именно так выглядел порядок беспокоящих Антонину вещей. И все эти пункты были взаимосвязаны и не реализуемы друг без друга. К сожалению Антонины, она не могла обойтись без серьёзной группы поддержки. Особенно учитывая беспрецедентные меры безопасности в столице, которые после попытки переворота выросли многократно. И именно воительницы немецкого клана должны были нести на себе основную нагрузку по отвлечению внимания. И всё бы ничего, но прежде чем переходить к основной части плана, баронесса фон Шульц в категоричной форме потребовала наглядно продемонстрировать возможности жезла. Причём возражения Антонины, что демонстрацию проще провести на менее опасной цели, а также высланные короткие видеофрагменты о стычках в Северной Америке натолкнулись на железобетонную и непробиваемую аргументацию. 

Шульцы желали лично убедиться в силе артефакта и вполне справедливо считали, что после реализации основной части плана им уже не хватит времени и, главное, возможности достигнуть своей второй цели, а значит порядок действий надо поменять. Благо, что именно сейчас шансы на успех были максимально велики. Но Антонина уже подспудно жалела, что выкинула перед Шульцами сразу два козыря: поделилась информацией о муже княгини Гордеевой и одновременно с этим приоткрыла планы по жезлу Радмилы. Да, тогда ей было нужно максимально быстро заинтересовать своих возможных союзников. Но теперь Антонина страстно желала, чтобы князь Сергей вернулся к себе в Нижний и тогда Шульцы были бы вынуждены перейти к основному плану. Однако убедить упрямых немок сейчас можно, только если Антонина признается, что жезл имеет ограниченный ресурс. Но она осознавала, что в этом случае, скорее всего, последует отказ от дальнейшего сотрудничества.     

В принципе, Антонина прекрасно понимала баронессу фон Шульц, и с одной стороны требования немки, касаемо наглядной и полезной в практическом смысле демонстрации югославского артефакта, звучали разумно. Данная перестраховка была единственной из доступных немкам. Как ни крути, а германский клан шёл на чудовищный риск, и если что-то пойдёт не так, Шульцам конец. Почему конец? Тут всё просто. Несмотря на большой интерес к полученной информации, Августа не могла пойти на такой шаг в одиночку. Не-ет, несмотря на силу немецкого клана, самостоятельностью здесь и не пахло. Слишком высока цена ошибки, чтобы так подставляться, и Антонина не сомневалась, что за Шульцами стоит кто-то более могущественный, а кроме Виттельсбахов - правящей династии Германии - больше вариантов не было. Во всяком случае, Антонина их не видела. 

Вот только поддержка поддержкой, но если основная часть операции провалится, то закономерная смерть, а точнее, уничтожение всего немецкого клана станет единственным выходом для Германии, чтобы быстро замириться с Россией. И вряд ли Виттельсбахи будут долго раздумывать над тем - отдавать ли головы всех Шульцев или нет. Понимают ли Шульцы такой расклад? Скорее всего, да. Почему тогда рискуют? Точного ответа Антонина не знала и могла только предполагать. Возможно, виной всему обязательства или кровный долг, который необходимо отдать. И всё вместе, вкупе с обещанными преференциями, и толкает Шульцев на опасный шаг. А может, после неудачного переворота и инцидента в Эфиопии клан попал в серьёзную опалу и теперь просто вынужден идти ва-банк. В общем, вариантов может быть много, а то и все сразу.   

Впрочем, вопрос с мотивацией “союзника”, хоть и был важен, но волновал Антонину постольку-поскольку, ибо главной проблемой для неё самой оставался недостаток времени, которое сжималось словно петля на шее, не оставляя ей места для манёвра. Антонина не была наивной дурочкой и прекрасно осознавала, что бегать от СИБа - одной из могущественных спецслужб мира - конечно, можно, но долго это не продлится. А если сюда добавить возросшую активность японской и югославской разведок, которым было совсем не сложно откликнуться на просьбу русских подруг, то дело становится практически безнадёжным. И Антонина понимала, что чем больше она тянет, тем выше риск быть обнаруженной. Да, можно залечь на дно, но это точно не гарантирует полную безопасность. Да и жить “тише воды - ниже травы” не её метод. Лучше ударить самой, и пусть этот удар станет последним, но его точно запомнят все. И враги, и друзья. Хотя Антонина очень рассчитывала выжить и посмотреть на результат своих усилий.  

К тому же сейчас если и не наилучший, то точно самый удобный момент. Во-первых, интерес немок играет Антонине на руку. Но это пока. А стоит ей сдать назад и взять паузу, дабы лучше подготовиться к операции, как ситуация может кардинально измениться. Ведь помимо основных и второстепенных целей для Шульцев, немецкий клан и тех, кто стоит за ними, явно интересует жезл Радмилы, и Антонина прекрасно понимала, что попытки скрываться ещё и от германских спецслужб превратят её жизнь в безостановочный марафонский забег, и рано или поздно она споткнётся. 

Во-вторых, к излишней торопливости подталкивает эта сучка Коршун, которая очень рьяно взялась за дело на посту главы СИБа. Профессионально, с чувством и расстановкой вычищая СИБ от остатков преданных Антонине людей. Ещё немного, и она лишится последних агентесс, которые давали хоть какую-то информацию. А в её случае это всё равно что остаться слепой и глухой, и равносильно проигрышу. Не говоря уже о том, что в таких условиях найти новых союзников будет неимоверно сложно. Ведь даже немки согласились на операцию лишь по счастливому стечению обстоятельств. И не последнюю роль в этом сыграла международная обстановка. 

Да, не захоти Россия расширить свои границы, то немки могли бы ещё поколебаться. Но тут в дело вступила большая политика и Виттельсбахи посчитали, что есть неплохой шанс ослабить сильного соседа, причём чужими руками и рискуя всего лишь одним немецким кланом. А с такими раскладами вполне можно и даже нужно играть. Молодцы, конечно, что тут ещё скажешь. И время действительно удобное. Ведь после неудачной попытки переворота власть Романовых пошатнулась и стала очень сильно зависима от силы и преданности Гордеевых, которые вместе со своими сторонниками лишь слегка зацементировали трещины под троном Евы. И если убрать Еву, то начнётся кровавое и жестокое противостояние различных группировок, каждая из которых будет поддерживать своего кандидата на императорскую корону. А в такой мутной воде Антонине можно было половить нечто большее, нежели просто шанс на спокойную жизнь. Всё-таки просто месть ради мести не столь интересна.   

И кстати… Новая мысль неожиданно вторглась в сознание, и Антонина замерла, устремив взгляд в невидимую точку. Возможно, что и новый конфликт между Турцией и Югославией, который сейчас стремительно набирал обороты, тоже возник неспроста. А если учесть, что Германия и Франция очень давно и активно снабжали Турцию оружием, то очередное противостояние двух давних врагов похоже на хорошо срежиссированную постановку. Уж больно в удобное время для европейских держав закипел этот Югославо-Турецкий котёл. Ведь обычно, когда накал достигал пика, хватало одного слова из Москвы: “Довольно!”, и практически сразу воцарялся мир. Несомненно, Югославия могла в одиночку сломить Турцию, но это обошлось бы им большой кровью. А турчанки прекрасно понимали, что едва они станут серьёзной угрозой для балканских кланов, то на них сразу же обрушится Россия. Но это было раньше, а сейчас, если у неё всё получится, Москва будет озабочена совершенно другими вещами.      

Затёкшие мышцы напомнили, что пора сменить позу, и слегка изменив положение тела, Антонина скосила взгляд на Гульнару, сидящую через проход между креслами. Тоже вопрос. Причём из тех, что нужно решить прямо сейчас. Если бы Нариса оставалась на посту главы СБ, то Антонина не сомневалась бы в будущей полезности слуги рода Кайсаровых, но сейчас…  Гульнара могла как пригодиться ещё, так и стать опасным свидетелем. “Хвосты нужно обрубать или…” Слегка прикрыв глаза, Антонина ещё раз попыталась взвесить все “за” и “против”, но тут Гульнара подала голос:

— Ну и что ты решила?

— По поводу чего?

— Я же не дура, Антонина, и прекрасно понимаю, что свою роль я отыграла и больше тебе не нужна. Почти...

— Почти?!

Краем глаза Антонина заметила движение. Инга как всегда прекрасно чувствовала ситуацию и была готова к любым действиям. Вот и сейчас хранительница встала в проходе, и Антонина знала, что воительница, хоть имела расслабленный и безразличный вид, готова в мгновение ока вывести из строя всю охрану Гульнары. К слову, их-то и было всего одна Альфа и три Беты. Лёгкая добыча для Инги, и судя по напряжению последних, они это прекрасно понимали. 

— Да, почти, — тем временем спокойно проговорила Гульнара. — С час назад мы пролетели Казань, и нас никто не перехватил.  

— И что?

— Это значит, что либо Нариса пока молчит, либо Сагдия получила информацию, связала дважды два, но приняла несколько иное решение, в отличие от декларируемых ею слов и поступков.

— Дамира и Азима, — понимающе кивнула Антонина.

— Да, мести можешь возжелать не только ты. По кому, а главное когда будет нанесён твой первый удар, не знаю ни я, ни Нариса. Можно только догадываться, но он точно будет направлен не на Кайсаровых, и это прекрасно понимает Сагдия. Так что, несмотря на мои связи с Нарисой, я не представляю опасности для юной княгини и вполне могу остаться на плаву, как единственное лицо, имеющее с тобой связь, и оказаться полезной для будущих планов главы клана, если я правильно поняла ситуацию. Может, я и ошибаюсь относительно себя, но Сагдии точно ничто не мешает занять выжидательную позицию и посмотреть на “представление” со стороны.  

Антонина задумалась. Конечно, она понимала, что в первую очередь Гульнара хочет сохранить свою жизнь, но и отрицать, что в сказанном было зерно истины, Антонина не могла. И то, что Сагдия может быть непредсказуемой, она уже знала. А прозвучавшие доводы очень убедительно дополняли уже известную информацию. Что ж, пожалуй, можно рискнуть оставить управляющую живой и посмотреть, что из этого получится. Только надо напомнить Гульнаре кое-какие моменты из жизни:

— Ты же помнишь, с чего началось наше знакомство?

— Такое не забывается. Иначе бы меня здесь не было.

Антонина хмыкнула. Гульнара получила пост управляющей из рук Дамиры более двадцати лет назад. Вот только преданная слуга рода Кайсаровых, едва освоившись на холодных арктических землях, решила подзаработать себе на безбедную старость и, пользуясь удалённостью от метрополии, организовала контрабанду тяжелого вооружения. Причём оружие, российского и не только производства, продавалось не кому-нибудь, а китайским кланам, что, в свете незатухающего конфликта с поднебесной империей, грозило Гульнаре и всем причастным смертным приговором.

Естественно, Гульнара была лишь одним из звеньев длинной цепочки, но ни этот фактор, ни её принадлежность к Великому клану не могли спасти от справедливого наказания. И не спасло бы, если бы Антонина не решила иначе. Да, тогда именно она возглавила комиссию по расследованию. И хотя со стороны казалось, что главе СИБа невместно заниматься подобными вещами, но вопрос касался одного из Великих кланов, и Антонине по приказу императрицы Марии пришлось лично принять участие.

И именно тогда Антонина впервые познакомилась с Нарисой, которая, обеспокоенная возникшей проблемой, также прилетела на Аляску. Что ж, небольшая подтасовка фактов, и по итогу расследования “все” причастные были найдены и понесли заслуженное наказание, а честь Великого клана не пострадала. Зато Гульнара с Нарисой и глава клана стали обязаны лично Антонине. Да, иногда трудно предугадать, где упадешь и что может понадобиться в будущем, и исходя из этого Антонина решила, что такое знакомство может когда-нибудь пригодиться. Все материалы дела, компрометирующие Кайсаровых, были надёжно припрятаны на неопределённое время, а если учесть, что преступления, связанные с контрабандой, не имеют срока давности, то та же Гульнара могла отправиться на встречу с палачом в любую минуту.

Да, конечно, шантаж не самый надёжный метод для плодотворного сотрудничества. Но с Гульнарой по-другому было нельзя. Это с Нарисой у Антонины было полное взаимопонимание, основанное на “жажде” — жажде мести для Антонины и жажды власти у Нарисы, а вот управляющую приходилось понукать к действию в добровольно-принудительном порядке. Опасалась ли Антонина, что Гульнара может взбрыкнуть? Скорее нет, чем да. Точнее, она могла это сделать раньше, и “шаманские пляски” с самолётом, после отставки Нарисы, явно были попыткой соскочить. Вот только Антонина свалилась как снег на голову и не оставила Гульнаре времени на раздумья. 

Стоит всего лишь один раз выбрать неправильный путь и, свернуть с него становится практически невозможно. К тому же Гульнара изначально сделала ставку на Нарису и сейчас просто продолжала по инерции следовать первоначальному плану, не успев выработать для себя новый маршрут. Хотя её мысли насчёт возможной реакции Сагдии стоит рассматривать, как попытку пристроить себя в грядущем новом мире. Как бы то ни было, но проговорить один момент всё равно не помешает...

— Информация лежит у надёжного человека, и если я погибну, она знает, что ей делать.

 — Твоя смерть может случиться вне зависимости от моего молчания.

Гульнара прекрасно поняла намёк, мол, как можно дольше держи язык за зубами, и всё будет в порядке.

— Ага, может, — усмехнулась Антонина. — А ты помолись за меня, да как можно искренне, и тогда всё будет хорошо.

Кривая улыбка была ей ответом. Да, вся жизнь человека - это весы и бесконечный путь по узкой тропинке. Лишь немногие могут удержать равновесие и пройти этот путь, не виляя из стороны в сторону. Ведь каждая секунда прожитой жизни, каждый твой поступок так или иначе сбивают шаг, раскачивая весы вечного выбора. Совесть, деньги, власть, любовь, дружба - можно вечно продолжать этот список и никогда не закончить, но рано или поздно выбор придётся сделать...


***

Москва. Здание главного управления Службы Имперской Безопасности.


Юлия Коршун уже забыла, когда последний раз спала по-человечески в своей кровати и дома. Да и, по сути, тот дом, который настоящий, остался далеко в Енисее. А в Москве её практически круглосуточным пристанищем стал кабинет на последнем этаже здания главного управления СИБа.

“Авгиевые конюшни” - это краткое словосочетание очень удачно характеризовало всю ту атмосферу, в которой приходилось работать главе СИБа. Причём речь шла не только об объёме работы, но и об устойчивом запахе дерьма, ибо за время управления Антонины СИБ прогнила сверху донизу. В основном, конечно, сверху, так что менее чем за год работы Коршун успела нажить себе огромное количество врагов, к которым лучше было не поворачиваться спиной, а ещё лучше вообще не оставлять в живых. Но Юлии было плевать на все эти нюансы, и она просто делала своё дело. И делала хорошо. Во всяком случае, картинка за последнее время существенно улучшилась, что немного поднимало настроение, хотя она прекрасно понимала, что до идеала ещё очень далеко.  

Естественно, те задачи и цели, которые стояли перед СИБ, требовали ежедневного контроля со стороны Коршун, и она могла лишь частично делегировать свои полномочия доверенным помощницам, взвалив на себя остальной, будем честными, колоссальный объём работы. Из-за этого приходилось дневать и ночевать в своём кабинете, лишь ненадолго выползая на свежий воздух ради отчёта главе государства или с какой-нибудь очередной инспекцией. Нужно было каждую секунду держать руку на пульсе, чтобы не пропустить что-нибудь важное. Вот и сейчас на часах было всего семь утра, а она уже закопалась в очередных отчётах, или правильнее будет сказать – не откопалась, так как ещё даже не ложилась спать.

Однако это утро, как, впрочем, уже бывало и не раз, было нарушено одной из помощниц, которая тихонько приоткрыв дверь и, убедившись, что начальница работает за столом, а не спит за ним - что тоже уже бывало - уверенно вошла в кабинет и проговорила:

— Госпожа. Звонок из подмосковной усадьбы Кайсаровых. Княгиня Сагдия просит безотлагательно связать с вами. Говорит, что-то очень срочное. 

— Соединяй, — немедленно кивнула Юлия, одновременно кладя руку на трубку стационарного телефона.

Короткая трель, трубка снята, и вежливый голос в динамике произнёс:

— Доброе утро, госпожа Коршун.  

— Кому как, ваша светлость, — нейтрально проговорила Юлия, — на мой вкус за окном слишком сыро.

— О, но ведь плохая погода - это не самое важное в вашей службе? Главное, информация.

— Да, особенно та, которой вы хотите со мной поделиться. 

— А вы не любите тратить время на пустые разговоры, — хмыкнула Сагдия. 

— Думаю, этого никто не любит. А у меня лишнего нет.

— Соглашусь с вами. Время – самый бесценный ресурс, ибо оно невосполнимо. Так что не буду тянуть и перейду к делу. Наш разговор пишется? 

— Да, — не стала отнекиваться Юлия. 

— Очень хорошо. Тогда слушайте…


***


— АНЯ! — рявкнула Коршун, грохнув трубкой по телефону.

В принципе можно было не кричать, так как помощница уже влетела в кабинет спустя всего секунду после прощальных слов княгини Кайсаровой.

— Всё слышала?

 —Да.

— Три... нет, четыре группы с блокиратором на аэродром. Я тоже поеду.

— Ясно.

— И пусть самолёту выделят самую дальнюю полосу. Попробуем сработать тихо.

— Поняла.

Юлия махнула рукой, показывая, что на этом пока всё, и Аня выбежала из кабинета. А глава СИБ прикрыв глаза, мысленно прокрутила разговор с Кайсаровой. В принципе, с причиной звонка всё было ясно и лишних вопросов не возникало. Княгиня решила прикрыть клан от возможных подозрений в помощи отверженной Романовой. И голова слуги рода, как раз и было той ценой, которую готова заплатить Сагдия, чтобы избежать обвинений в соучастии. Но Юлию не отпускало ощущение, что она упускает что-то важное, но вот что именно - понять не могла. Ладно, возможно, вскоре всё прояснится.


***

Подмосковье. Поместье Кайсаровых.



Сагдия какое-то время смотрела на телефон, после чего встала с кресла и прошлась по кабинету. Что ж, она сделала свой выбор, хоть и постаралась убить двух зайцев сразу. Возможно, кому-то может показаться, что она специально протянула время, но точно об этом будет знать лишь ограниченное число абсолютно преданных ей человек. Зато, если смотреть со стороны, её совесть полностью чиста. И будет интересно понаблюдать, что станет делать СИБ, когда не обнаружит в самолете Антонину Романову. А в том, что её там не будет, Сагдия почти не сомневалась. Бывшая глава СИБ не настолько глупа, чтобы столь нагло заявиться в Москву. Нет, тут явно намечалась более интересная игра, на которую можно уже спокойно посмотреть со стороны, не переживая, что Кайсаровых обвинят в очередном предательстве империи.   


От автора: Дорогие читатели, спешу сообщить вам печальную, для некоторых, новость. Написано уже больше половины книги. Осталось дописать кульминацию и финал этой истории. Со следующей главы будет открыта платная подписка. А так как по договору с АТ я обязан закончить книгу за шесть месяцев после старта продаж, то только вам решать, подождать ли полной выкладки или поглавно следить за сюжетом. 

Спасибо вам всем за поддержку, конструктивную критику, железобетонное терпение и главное, за неугасающий интерес :)      

С Уважением 

Алексей Ковальчук. 



Оглавление

  • Алексей Ковальчук Игра вслепую ("Мир Валькирий" - 5)
  • ПРОЛОГ
  • Глава 1 Житейские мелочи
  • Глава 2 Дебют
  • Глава 3 Круги на воде
  • Глава 4 Мотивация
  • Интерлюдия
  • Глава 5 Невероятное "везение"
  • Глава 6 Обратный отсчёт
  • Глава 7 Время