Жуткое обещание (СИ) [Коммандер Стась] (fb2) читать постранично


 [Настройки текста]  [Cбросить фильтры]

<p>


Алексей не сразу понял, где находится - мягкая поверхность под ним не была похожа на кресло вертолета. Какой интересный сон ему снился! О полете над мрачным северным болотом. Кажется, он до сих пор слышит стрекот винтокрылой машины. Нет, это что-то на улице, просто в полусне слух подводит. Надрывный рев грузовика резко изменил тон и затих - наверно, машина свернула за угол.



Алексей, щурясь, огляделся, но калейдоскоп темных и светлых пятен не складывался во что-то знакомое: свет шел не с той стороны, дверь была не там, где должна быть, темное пятно шкафа почему-то зеленело. Если он не дома, то где?



Он сел в постели и свесил ноги. Потер глаза и поморгал, огляделся снова. Да, это не его комната и даже не убогий номер в гостинице. Это какое-то полуподвальное помещение, с узким окном над панцирной кроватью. Напротив окна обшарпанная дверь в перекошенной от сырости коробке и крашенный в зеленый цвет железный шкаф.



Он все не мог толком проснуться. Тело было болезненно легким, в голове звенело. Давно затихший грузовик вновь взревел и, оторвавшись от земли, огибал небосвод, приятно щекоча затылок вибрациями своего винта - прямо сквозь километры расстояния и каменные стены.



Алексей даже не испугался, когда кто-то вошел в поле зрения сбоку и уселся на стоящий у кровати стул. Худощавая женщина с усталым грубым лицом. Волосы с проседью, тусклые глаза не подведены, тонкие бесцветные губы поджаты. В отличие от Алексея, ей не было интересно. Она просто делала опостылевшую работу.



Алексей разглядывал ее одежду - синюю, застиранную до блеклости куртку, что-то среднее между робой и кителем.



- Интересное у вас имя... - он протянул руку к клапану ее нагрудного кармана и провел пальцем по небрежно вышитой вручную надписи "Анжела Смерть".


 </p>



* * *


<p>




Просыпаясь, он резко вздрогнул всем телом, излишне интимно прижавшись при этом к Маше. Девушка, впрочем, крепко спала, сжавшись в комочек в кольце его рук.



"Смерть во сне - это какая примета?" - недавно он читал о болгарской предсказательнице Ванге, которая уверяла, что увидеть свою смерть во сне - это к счастливой жизни с любимым человеком. Но он видел саму Смерть.



В этот раз слух и зрение вернулись очень быстро. Тусклый серый свет просачивался под груду курток и обивки, что служила им лежбищем последние три дня. И, к сожалению, это утро начиналось с плохих предзнаменований: усилившийся за ночь ветер пел на листах обшивки разбитого вертолета.



Алексей осторожно выполз наружу и, зябко ежась, огляделся. Как он и опасался, посланцы Нга рыскали все ближе - линия горизонта терялась в белесой мгле. Рано или поздно их настигнут - злые силы не позволят жить в этих землях чужакам. Надежда, что гибель всех их спутников удовлетворит нгылека и скроет уцелевших до прибытия спасателей, таяла с каждым днем.



Алексей сходил оправиться, разжег небольшой костерок и поставил кипятиться воду. После чего принялся расталкивать Машу.



- Давай-давай, соня, подкрепимся и потом нам надо будет серьезно поговорить.



Девушка нехотя вышла наружу и замерла, уставившись на костер и начинающий парить котелок. Повязка на голове сползла на бровь, а серые от холода кисти рук мелко подрагивали - бедняжка спросонья даже не догадалась закутаться получше.



- Ты не стой так, замерзнешь. Садись к костру, чайку заварим, да крупа еще есть - спасибо Роману Петровичу, царствие ему небесное.



Маша ничего не ответила - после аварии она не разговаривала ни с кем... не разговаривала с ним. Лишь изредка с ее губ срывались короткие ругательства или проклятия, заставляя Алексея досадливо одергивать ее - в этих краях у слов есть сила, никогда не знаешь, когда твое проклятие будет услышано теми, с кем людям лучше не встречаться.



Да еще девушка частенько впадала в ступор, испуганно разглядывая самые обычные вещи: костерок этот, наброшенную ей на плечи куртку, нечаянно задетую Алексеем обшивку вертолета. Довольно быстро он понял, что нежелательно что-либо делать вне поля зрения ударившейся головой спутницы: нужно говорить с ней, объяснять, что ты собираешь делать; если нашел или решил переместить какие-нибудь вещи, то не надо их сразу бросать у лежанки, лучше сначала показать девушке.



А вот сейчас он нарушил это правило, так что ему пришлось пять минут заговаривать подруге зубы, тянуть ее к костру, соблазнять обещаниями, какая вкусная кашка да душистый чай у них получатся.



Наконец ступор отпустил Машу, и она, помотав