КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 439057 томов
Объем библиотеки - 609 Гб.
Всего авторов - 207368
Пользователей - 97886

Впечатления

Михаил Самороков про Злотников: Путь домой (Боевая фантастика)

Гораздо хуже, чем первая. Ни о чём.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Serg55 про Башибузук: Господин поручик (Альтернативная история)

как-то не связано с первой книгой, в третьей что ли встретяться ГГ?

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Serg55 про Захарова: Оборотная сторона жизни (Юмористическая фантастика)

а где продолжение?

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
martin-games про Теоли: Сандэр. Царь пустыни. Том II (Фэнтези: прочее)

Ну и зачем это публиковать? Кусочек книги, которую автор только начал писать.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Serg55 про Богородников: Властелин бумажек и промокашек (СИ) (Альтернативная история)

почитал бы продолжение

Рейтинг: -1 ( 0 за, 1 против).
martin-games про Губарев: Повелитель Хаоса (Героическая фантастика)

Зачем огрызки незаконченных книг публиковать?????

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
Tata1109 про Алюшина: Актриса на главную роль (Детективы)

Не осилила! Сломалась на середине книги.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).

Последний крестовый поход (СИ) (fb2)

- Последний крестовый поход (СИ) 1.04 Мб, 309с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - Станислав Никсман

Настройки текста:



Станислав Никсман Последний крестовый поход

Глава 1. Оставшийся позади

В настенных динамиках прозвучал корабельный колокол. Три коротких отрывистых удара — полдень по универсальному времени. Это означало, что мне пора заглянуть в сервисный отсек, к бригаде техников, отвечающей за обслуживание десантной техники нашей роты.

Ждали там, скорее всего, вовсе не меня, но в поступившем сообщении требовали обязательного присутствия капрала второго отделения, а с недавних пор обязанности младшего сержанта исполнял я.

Я отложил книгу с описанием жизни и деяний Святого Пророка, которую любил перечитывать в часы досуга, и одним движением поднялся с койки, ухитрившись попасть сразу обеими ногами в ботинки.

На самом деле я не верил в приметы, ведь это мракобесие и грех, как утверждает наш корабельный настоятель, но столь прицельное попадание означало только одно: денёк сегодня на редкость удачный.

Я наклонился и завязал шнурки. Выпрямился. Расправил плечи. Поводил головой из стороны в сторону, хрустнув шейными позвонками.

Со стены каюты на меня ободряюще смотрел голографический портрет Пророка, словно благословляя любые мои сегодняшние дела.

Лицо Святого было знакомо каждому десантнику-тамплиеру. Глядя на него, солдаты как в зеркало смотрелись.

Со стороны могло показаться, что этот человек приходится родным отцом всем нам.

Потому что наши боевые тела были клонами, созданными из генетического материала Пророка.

Портреты святого, некогда спасшего человечество от самоуничтожения, висели повсюду на корабле, за исключением разве что только санитарных зон.

Впрочем, столь благостной голограмма была не всегда. В дни «Д», перед началом боевой операции, взгляд святого становился тяжёлым и суровым. Видимо, военные психологи когда-то посовещались и решили, что строгое выражение лица Пророка-отца будет настраивать на нужный лад всех его «детей».

Я всегда считал это лишним, ведь гневные крики нашего ротного мотивируют куда эффективней, чем безмолвное цифровое изображение.

— К технарям собрался, братишка? — прозвучал голос с верхней койки.

Я обернулся и встретился глазами со своим боевым товарищем, Олегом Черновым. Как и в случае с портретом Пророка, я словно в зеркало посмотрел. А причина всё та же: общее генетическое наследие.

— К ним самым.

— Если эти лилипуты не возьмут тебя в плен, загляни на обратном пути в камбуз. Захвати мне пару литров компота и четыре булочки.

— Олег, сходил бы ты к медикам, а лучше — к астронавигаторам. Похоже, в твоём желудке образовалась чёрная дыра. Куда столько есть? Обед же скоро.

— Упадок сил у меня. Все калории оставил утром на тренажёрах, а сегодня придётся ещё с оружием и броней возиться, — объяснил мой товарищ и с лёгкой обидой в голосе добавил: — Но если вам сложно, господин младший сержант, то забудьте о моей просьбе, я сам схожу.

— Да принесу я тебе булок и компота. Принесу. Ты не думай, что как только меня поставили на место Ефремова, то я сразу зазнался. Дело тут в другом. О тебе ведь беспокоюсь: влезет ли твоя задница завтра в скафандр.

— Пф-ф. А как иначе? Материал же сверхпластичный. И размер универсальный, рассчитанный на любого из нас.

И ведь не поспоришь — так оно и было.

Я махнул рукой и вышел из каюты.

Основной состав нашей роты служит вместе довольно продолжительное время. Жизнь на борту космического корабля у нас идёт размеренно, по единому расписанию. Большинство обзавелось схожими привычками. Все десантники выглядят словно близнецы-братья, и только перед боем становится заметно, что мы разные.

И это самый простой пример, когда еда в меня не лезет за пару дней до высадки, а у Олега, наоборот просыпается бешеный аппетит. Впрочем, Чернова перевели к нам не так уж и давно, чуть меньше года назад. Возможно, этот жор у Олега когда-нибудь исчезнет. Поговаривают, что в гарнизоне на орбите Юпитера, его предыдущем месте службы, были серьёзные проблемы с провиантом.

Подозреваю, что причина тут иная. Как-то я имел разговор на эту тему с профильным доктором на очередном скучном медосмотре. Наш корабельный мозгоправ заверил меня, что всякие разные странности в поведении солдат накануне начала военной операции, являются нормой и связаны с таким психическим атавизмом, как страх смерти.

Да-да, именно атавизмом, ведь с рациональной точки зрения, нам, десантникам-тамплиерам, бояться совершенно нечего.

Ведь в наши буйные головы вшиты скоростные беспроводные передатчики. В случае смертельного ранения, душа и разум солдата за наносекунды перемещаются в приёмник клон-блока. Хоп! И через несколько минут тамплиер готов идти в атаку, в свежем теле, заранее выращенном для второй попытки, третьей и так далее.

Между смертью и новой жизнью у нас есть всего лишь несколько минут короткой передышки.

На самом деле всё не так быстро. Полчаса в среднем. Надо ведь ещё в себя прийти, заново одеться, вооружиться, получить свежие данные о текущей обстановке и уже только после этого возвращаться в бой…

Предаваясь размышлениям о нюансах современной военной службы, я довольно быстро преодолел добрый километр извилистых коридоров, ведущих к техническому боксу.

Широкие автоматические двери разошлись, и я вошёл внутрь.

Здесь сильно пахло ладаном и горячим железом. В самых разных местах искрила сварка и раскатисто гремел металл, то есть полным ходом шли приготовления к завтрашней операции.

Я направился к главе механиков, технодиакону Вадиму Обухову, фиолетовый балахон которого ярким пятном выделялся около одного из десантных катеров.

— Отец Вадим, добрый день, — громко обратился я, приблизившись к нему со спины.

Коротышка мгновенно повернулся ко мне, откинув свой капюшон на плечи. Я слегка вздрогнул. Не знаю от чего именно: от столь резкого движения, которого я не ожидал, или то была реакция на особый внешний вид Обухова. Надо бы не забыть спросить психолога ещё и об этом на ближайшем медосмотре.

Всем на нашем транспортнике был знаком облик технодиакона, но некоторым — только на словах. Обухов всегда носил капюшон, скрывавший его лицо. Простые солдаты редко встречались с ним на близком расстоянии. Да мы вообще не часто пересекались с технарями: низкорослые, действительно чем-то похожие на сказочных гномов, механики обитали в своей секции корабля, ели и отдыхали отдельно от остального состава. Они и перемещались не как все, а по узким техническим коридорам, куда нам, широкоплечим великанам-десантникам было просто не поместиться.

Лысый череп старика покрывали ржавые пятна. В обе глазницы Обухова были вмонтированы кибернетические импланты, морщинистая кожа вокруг них казалась воспалённой. Острые металлические зубы в открытом рту сверкали серебром. Мелко тряслась жидкая рыжая бородёнка, в которой застряла (или она там росла?) стальная стружка.

Технодиакон считал мою фамилию, вышитую на футболке с левой стороны груди. Секунду-другую его взгляд, словно лазер снайпера, рыскал по мне, видимо, в поисках подсказок к моему званию, но таковых не нашёл.

— Фоменко, значит. Ну, доброго дня, сынок. Чем обязан?

— Младший сержант Фоменко. Явился сюда по поводу сообщения, которое вы нам с утра направили по внутренней связи, — сказал я и решил уточнить: — На самом деле, я временно исполняю обязанности главы второго отделения. Ефремова позавчера перевели, теперь он служит на «Безупречном». Его некем было подменить, вот меня и назначили. Может за мной эту должность и сохранят в дальнейшем, но пока что начальство не говорит ничего конкретного…

— Замена состава? А ведь я о таком варианте догадывался! — радостно воскликнул Обухов, и продолжил уже куда более строгим тоном: — Проблема у нас, капрал Фоменко, или как там ещё к тебе обращаться, когда ты по военному кораблю без знаков различия шастаешь.

Я мысленно отругал себя за то, что пришёл сюда одетый не по форме. Даже нашивку на майке не обновил. Надо исправляться. Получил возможность стать младшим сержантом? Значит пора забыть про разгильдяйскую жизнь рядового.

— Если прикажете, могу сбегать за лычками. Ну или давайте неофициально продолжим.

— Сэкономим время и обойдёмся без лишних формальностей, сынок.

— Тогда зовите меня Матвеем.

— Договорились, Матвей, — кивнул старец.

Лицо технодиакона неожиданно сморщилось, и он тут же громогласно чихнул. Два раза подряд.

— Будьте здоровы, — вежливо сказал я.

Обухов зашёлся в новой серии чихов.

— Спасибо, — спустя некоторое время ответил он, осматривая рукава своего балахона. — Похоже, мои техники завели себе питомца. Мало им двух кошек на кабмузе и складе. Вот окаянные, знают ведь, что у меня аллергия на шерсть, а всё никак не угомонятся. Скучно им, видите ли, без дружбы с животиной!

Его помощники, находившиеся рядом и слышавшие наш разговор, стали переглядываться друг с другом, словно в поисках виноватого.

Я подождал пока технодиакон прекратит осматривать себя, а потом спросил его:

— Так и что за проблема приключилась, отче? Зачем вызывали?

— Беда у нас с личным катером сержанта второго отделения, то есть с твоим новым кораблём.

Отец Вадим сделал несколько шагов назад и похлопал чёрную броню девятиметрового креста, в тени которого мы разговаривали:

— Вот с этим.

Десантные модули действительно напоминали собой огромные кресты из-за двух балок с движками, торчащих по обе стороны от основного сигарообразного тела.

Министерство Благих Вестей утверждало, что это было не обычное инженерное решение, а важный элемент психической атаки. Только представьте себя на месте еретиков! Вы вызвали гнев Святого Престола, мы пообещали кару небесную, и вот она: в один прекрасный день, пробив атмосферу вашей планеты, с неба падают сотни огненных крестов.

Ужасающее зрелище, деморализующее и повергающее войска отступников в трепет.

Задумка, с точки зрения морального давления на противника, безусловно интересная, но лично меня, находящегося в одном из таких крестов, картина высадки всегда приводила в восторг.

— Что не так с данным катером? Чем я могу быть вам полезен?

— Признаюсь честно, Матвей: до твоего появления я всё никак не мог понять, в чём проблема. Никого из техников не предупредили, что вашего Ефремова перевели. Может не успели, а может и позабыли из-за суеты перед завтрашней операцией… Когда мы запустили стандартную проверку на данном аппарате, то получили необъяснимый отказ ряда систем. Но тут появляешься ты с новостями и всё становится на свои места. Теперь версия произошедшего такова: бортовой компьютер в автоматическом режиме загрузил психометрические данные нового капрала второго отделения, то есть тебя. А мы тесты запускали с профилем Ефремова! Поэтому возник конфликт.

Я не был технарём, но прекрасно понимал о чём идёт речь. Несмотря на генетическое однообразие боевых тел, слепок личности у каждого из нас был свой, индивидуальный.

— Будь неладна эта система автоматических обновлений! Руками надо всё делать, руками. Нельзя легкомысленно возлагать все задачи на бездушные компьютеры… Теперь, когда я знаю в чём причина, ошибки можно будет исправить, — подвёл итоги технодиакон.

Похоже, Олег получит свой компот с булочками очень скоро.

— Рад, что помог вам, — улыбнулся я. — Значит, я свободен?

Обухов отрицательно покрутил головой.

— Что же тогда от меня требуется?

— Матвей, это теперь твой новый корабль. Необходимо синхронизировать профиль, сделать калибровку всех бортовых систем под тебя, — сказал отец Вадим.

— А может не будем менять корабль…

— Отставить! Догадываюсь какую альтернативу ты хочешь озвучить, — перебил меня технодиакон. — И упаси тебя Святой Пророк настаивать на своём варианте перед старшиной. Высадка назначена на завтра. Если мы примемся демонтировать все командирские системы и перекидывать их на твой крест, то можем не успеть.

Эх, именно это я и хотел предложить.

— Забудь, — отрезал старикан, в голосе его появились стальные командирские нотки. — Проще и быстрее под тебя полную перенастройку катера сержанта Ефремова сделать. Калибровка займёт от четырёх до шести часов, не более… Так, давай-ка на этом сворачивать неформальное общение. Полезай внутрь своего нового катера. Это приказ. Чем раньше начнём, тем скорее закончим.

Извини Олег, но компота с булочками ты сегодня не дождёшься.

— Так точно, — вздохнул я.

— Вперёд, капрал. За работу.

Технодиакон отвернулся от меня и стал удаляться. Его низкорослые помощники собрались в кучку и засеменили следом.

Что поделать? Я пожал плечами, забрался в катер и задраил за собой люк.

Несмотря на солидный вид снаружи, малый десантный корабль был довольно тесен. Его внутренности состояли из трёх частей, набитых под завязку всем необходимым для высадки на поля сражений нескольких воинов-тамплиеров.

Все катера хоть и были похожи друг на друга, но версии для старших чинов несколько отличались от обычных начинкой и внешними системами. Кроме того, командирские кресты компоновались в расчёте на одну персону. Такой же была и капральская модель, она несла в бой только одного человека.

На первом уровне, куда я попал, располагалась оружейная, с несколькими наборами брони разного класса защиты, коллекцией пистолетов, автоматических винтовок, ручных гранатомётов и солидным запасом боеприпасов к ним.

Особняком выделялась оранжевая канистра вирус-бомбы класса «Анафема», способная за считанные часы очистить сто квадратных километров площади от всего живого, не имеющего в своей крови специальных антител. Очень весомый аргумент, который почти никогда не применяли, потому что клирики Медицинского Корпуса традиционно накладывали вето на использование подобных средств.

Здесь же, в «прихожей», находились и различные вспомогательные инструменты, от лазерных резаков до беспилотных дронов-разведчиков. В специальном шкафчике хранились лёгкие скафандры, которые в обязательно порядке использовались во время перемещения в космическом пространстве (на случай разгерметизации), а также на планетах с неподходящими для жизни условиями.

Я взял один из этих лётных костюмов и быстро облачился в него. Затем поднялся на второй уровень по металлической вертикальной лестнице.

Здесь располагался медицинский модуль, вокруг которого кольцом стояли баки с шестью выращенными клонированными телами. В них после смерти и переносилось сознание с душой, чтобы предоставить солдату новую возможность вернуться в бой.

Поскольку капральская модификации катера была рассчитана на одного воина, то получается, что у меня оказалось куда больше запасных жизней, чем обычно.

Вот почему некоторые наши командиры порой чересчур храбро себя вели, бросаясь с активированной гранатой в самую гущу врагов. С таким-то запасом возрождений несложно выглядеть героем…

Средняя секция была ещё и самым безопасным и наиболее крепким местом всей конструкции корабля. Снаружи от этого блока, как раз и торчали вспомогательные штанги с двигателями, придающие десантному катеру вид креста.

Я полез выше и попал на третий, последний уровень. Здесь располагался отсек управления. Оглядев его, признаюсь я немного растерялся. В обычной кабине располагалась пара мониторов, и то порой надо было исхитриться уследить за показаниями сразу на обоих. А тут… десятки экранов окружали меня! Если со всем этим хозяйством должен был справляться командир отделения, то что тогда творится в катере у нашего ротного?

Только теперь стал понятен смысл слов Ефремова, когда он перед своим уходом посоветовал мне отрастить вторую пару глаз.

Да тут бы и третья не помешала!

— Сынок, ты там не заснул часом? — раздался из настенных динамиков дребезжащий голос технодиакона, продублированный наушниками шлема моего скафандра. — Я, знаешь ли, не молод и устал караулить кнопку механизма запуска.

— На месте, — я ужом залез в кресло пилота. — Готов к старту.

— Перекрестись! — потребовал Обухов.

— Перекрестился, — соврал я, пристёгиваясь ремнями безопасности.

— Ну, поехали.

Катер вздрогнул и закачался, когда его подхватили краны, подняли вверх и потащили через весь ремонтный отсек к пусковой шахте.

Я же занимался тем, что щёлкал тумблерами на панели управления, проводя экспресс-диагностику бортовых систем.

Вроде всё было в норме. Непонятно, что именно не понравилось техникам. Сказать сейчас об этом Обухову? Нет, толку не будет. Старик всё равно продолжит настаивать на калибровке, а спорить с ним я опасался. По слухам, технодиакон был злопамятным и мог легко оставить нелицеприятную характеристику в личном деле.

— Матвей, пошевелись хоть немного, — поторопил меня скрипучий голос. — Мы готовы запустить тебя в космос, только я не вижу, чтобы ты задействовал виртуальную систему управления.

— Сейчас всё будет, отче, — ответил я, подключил кабель нейронного интерфейса к своему шлему и запустил процедуру синхронизации.

Через мгновение я перестал ощущать себя сидящим в кресле за пультом управления. Пилот превратился в свой корабль. Огромный крест стал моим новым телом. Я был подвешен за «руки» на двух кранах, в доброй сотне метров над открытым шлюзом — чёрной пропастью, в которой виднелась блеклая россыпь звёзд. Все десятки мониторов реальной кабины переместились в виртуальное пространство следом за мной. Здесь они выглядели полупрозрачными и не мешали обзору.

Я слегка сжал кулаки и двигатели на моих «руках» вспыхнули ярким синим светом. Корпус катера мощно содрогнулся, но зажимы его удержали.

— Полегче, сынок, — укоризненно прозвучал где-то рядом бесплотный голос технодиакона. — Ты так спалишь нам все приводы. Отправлю тебя лично к интенданту на склад за новыми.

— Извините, отче. Я не специально. Обычно всегда таким способом проверяю нейронную синхронизацию. Не ожидал столь сильной отдачи.

— О том и речь: калибровка нужна ещё и по той причине, что у этого катера более мощный реактор, — терпеливо пояснил Обухов. — Двигатели другие. Форсированные. Нынче все командирские модели стали такими снабжать. Сейчас сам поймёшь разницу.

Зажимы раскрылись и мой крест рухнул в шлюзовую шахту. Оказавшись снаружи, я стал медленно удаляться от материнского корабля, мысленно ведя обратный отсчёт от двадцати до нуля.

— Ноль, — сказал я вслух и крепко сжал кулаки.

Крест сорвался вперёд и помчался прямо под днищем нашего транспортника, мимо огромных серых букв. «Справедливый», так назывался наш корабль-носитель. Своим силуэтом он чем-то напоминал исполинскую хищную рыбу. Предназначенный в первую очередь для переброски войск на дальние расстояния, этот тип звездолётов тем не менее обладал серьёзной огневой мощью. Его борта были увешаны десятками тяжёлых лазерных турелей и башенками ракетных комплексов.

Навесное вооружение десантных катеров было куда скромнее: всего пара крупнокалиберных скорострельных пулемётов — кинетическое оружие, одинаково эффективное для боя на поверхности планет и в атмосфере. В этом плане командирская модель не отличалась от крестов рядовых десантников.

Наш грозный транспортник был не один: вокруг него, в космосе мерцали зелёные габаритные огни сотен таких же военных кораблей. Флот Святого Престола в полном составе собрался недалеко от Марса. Военно-космические силы Земли готовились обрушиться на головы подлых еретиков, поднявших восстание в одной из далёких звёздных колоний…

Как интересно: у меня тут какие-то дополнительные сопла открылись, да ещё и вокруг всего корпуса. Неужели это и есть те самые вспомогательные маневровые двигатели? Проверим, попробуем выполнить пару трюков.

Я мысленно представил, что резко развернулся на месте и реактивный пояс на моём «теле» последовательно выстрелил короткими языками пламени, мгновенно отрабатывая данный манёвр. Теперь я двигался спиной вперёд, что на обычном солдатском катере проделать было невозможно. В прицеле проносились самые разные объекты: антенны-плавники «Справедливого», его орудийные и ракетные башни. Я на мгновение представил, как мог бы выглядеть этот бой в космосе, и пожалел о своём давнем отказе от карьеры пилота истребителя. Зря я когда-то сомневался, что не осилю «мёртвую петлю», да всякие разные виды «бочки». Многое тут, оказывается, напрямую зависит от возможностей аппарата, на котором совершается полёт.

Управление и скоростные характеристики у командирского варианта креста мне нравились куда больше, чем у обычного, того к которому я привык за предыдущие годы службы. Словно я с простого автомобиля пересел на такую же модель, но в спортивном исполнении. Вроде бы всё знакомо, но чувствуется как-то по-другому. И вот уже ты сам подстраиваешься под аппарат, меняешь свой стиль вождения, становишься более агрессивным…

— Осторожно! — вернуло меня в реальность резкое восклицание Обухова. — Ты что творишь, Фоменко?

Ох, а ведь и верно: я чуть не снёс главную навигационную антенну «Справедливого». В самом деле, нельзя так отвлекаться. Надо быть внимательнее.

— Святым Пророком молю, уйди подальше в космос, сынок. За пределы корабельного силового поля. Как мне тут помощники говорят, уже от капитана запрос пришёл. Наверняка он хочет поинтересоваться именем и званием того сумасшедшего, который задался целью одарить всех нас сединами раньше времени.

Обухову с его-то шевелюрой переживать вроде не о чем, но вслух я это сказать не рискнул.

— А насколько далеко нужно переместиться? Метрику это не помешает собрать? — поинтересовался я.

— Если ты расшибёшься о борт «Справедливого» — безусловно помешает… Сейчас тебе перекинут первый файл со списком манёвров, начни с разгонов и торможений на коротких дистанциях. Делай своё дело и не беспокойся за возможную потерю данных. Надо будет повторить что-то, и я обязательно попрошу тебя об этом. На то она и калибровка, сынок.

— Вас понял, отхожу на безопасное расстояние.

Я направил крест в сторону от корабля.

— Да, Обухов слушает. Так точно. Нет, вроде не похож на идиота, обычный солдат… — микрофоны захватили всего лишь маленькую часть разговора технодиакона с капитаном, и речь там явно шла обо мне.

Да понял я вас, понял.

Мой крест вырвался из силового кокона, окружающего «Справедливый». Я открыл файл, что поступил по защищённому каналу связи, и стал выполнять упражнения по списку.

Прошло около двух часов различных манёвров, я даже не успел заскучать. И тут случилась яркая вспышка где-то в самом начале нашей флотилии. В той стороне располагались генераторы «кротовой норы». Специальное оборудование поддерживало аномальный разрыв в пустоте обычного пространства. Этот необычный тоннель вёл коротким путём к Проксиме Центавра, где завтра нас ждал бой с вероотступниками.

— Отец Вадим, вы видели это? — поинтересовался я.

— Да, конечно. Изучаю данные с твоих радаров. Похоже, вернулся один из наших разведывательных кораблей. Не отвлекайся, Матвей. Идёшь ты с опережением, но калибровка ещё далека от завершения.

Следующие полчаса я продолжил кувыркаться в космосе. Уже настолько свыкся с управлением новым кораблём, что исполнял любое задание максимально точно и за самое короткое время.

— Матвей, приём, — отвлёк меня от очередного упражнения голос Обухова.

— Слушаю.

— Срочно возвращайся на «Справедливый». Седьмой посадочный шлюз. Он ближе всех к тебе.

— Мы закончили? Но ведь последний файл со списком манёвров я ещё даже не открывал.

— Забудь о нём. Пришёл приказ с флагмана: флот немедленно выдвигается в точку высадки. Наступление начинается сегодня, а не завтра. Похоже разведчики принесли очень плохие новости. Калибровка основных систем завершена. Проблем, которые предположительно были обнаружены сканерами диагностики, в процессе текущего тестирования мы так и не увидели. Конечно, мои ребята ещё раз всё перепроверят, но уже в ангаре.

— Принято, — ответил я. — Возвращаюсь.

Я начал было разворачиваться и тут произошла неожиданная неприятность: меня внезапно отключило от виртуальной системы управления. Можно сказать, меня вышвырнуло обратно в реальный мир. При этом тряхнуло так, что я на какое-то время потерял сознание.

— Капрал, ответь! — настойчивый голос Обухова пробился сквозь тёмную пустоту, наполненную разноцветными кругами, внутри которой я медленно приходил в себя.

— Отвечаю, — слабо отозвался я и открыл глаза.

Перед моими глазами в воздухе плавали нематериальные цветные обручи. Мне показалось, что с нижних уровней катера доносится чей-то разговор. Это как же сильно меня проняло отдачей по обратной связи, аж до галлюцинаций!

— Ну слава Пророку, Матвей! Что у тебя там произошло?

— Сам пока не понял. Меня очень резко отключило от виртуального интерфейса. Я даже вырубился. Вижу… и слышу всякое странное теперь. Последствия нейронного шока или как там это у вас называется.

— Да-да, бывает. Пройдёт. Попробуй подключиться заново.

Я попробовал.

— Не выходит, — сообщил я о результатах.

— Поменяй кабель и само гнездо нейронного разъёма. Справа от тебя в одном из ящиков должен лежать ремонтный комплект.

Да, он там был. Пока я делал замену, разноцветные круги перед глазами полностью исчезли. Никаких посторонних звуков я тоже больше не слышал.

Ну вот и всё, пора проверить оборудование.

— Не помогло. Интерфейс вообще никак не реагирует. Похоже он заблокировался или выгорел где-то глубже, — я со злостью выдернул запасной провод из своего шлема. — Надо вскрывать панель.

— Глубже там уже тонкая электроника, на коленке в полевых условиях так просто не починить. Штурвал на месте, значит возвращайся на обычном управлении. Только поторопись. Капитан объявил пятиминутную готовность. Отсчёт стартовал, скоро мы уйдём в подпространство.

Я и сам это уже понял: из кабины пилота было хорошо видно, что «Справедливый» сменил цвет своих габаритных огней на оранжевый. Как и все остальные корабли нашего флота.

Значит, мне надо было спешить.

Я расположился в кресле чуть удобнее, ухватился покрепче за штурвал и отыскал ногой педаль ускорения. Нажал на неё, затем ещё раз и ещё, но так и не услышал звука работающих двигателей.

— Заводись, чёртово корыто! — выругался я.

— Что ещё там у тебя случилось? — тут же потребовал объяснений Обухов.

— Двигатели молчат.

— Отключи и заново включи питание.

Я нашёл нужный тумблер и пощёлкал им.

— Не сработало, — пожаловался я. — Что-то серьёзное. Может проблема в реакторе?

— Прямо сейчас я смотрю на графики телеметрии: энергетические всплески в пределах нормы. С реактором всё в порядке, неисправность кроется в управляющей электронике на уровне кабины пилота. Переключай питание и одновременно прожимай педаль ускорения.

Ох и зря я не перекрестился перед началом калибровки.

Может сейчас стоило это сделать?

Я быстренько осенил себя крестным знамением и последовал совету Обухова.

О чудо, двигатели возгудели!

Катер бодро ринулся вперёд, но через несколько секунд снова заглох.

— Не сильно помогло, — разочарованно заметил я.

— Пробуй ещё, — настаивал технодиакон. — Мы все тут молимся за тебя.

Снова и снова я щёлкал тумблером и выжимал педаль ускорения. Корабль двигался короткими рывками и еле-еле разворачивался. Наконец я сумел его нацелить на ближайший посадочный шлюз «Справедливого», но тут движки снова умолкли.

— Фоменко, отбой, — внезапно скомандовал Обухов. — Хватит. Не пытайся вернуться на борт. Твоё время вышло. Идёт последняя фаза подготовки к прыжку. Ты не успеешь.

— Но я же пропущу бой! Это же… — я чуть не подавился словами. — Это выглядит, как самое настоящее дезертирство!

— Не неси чушь, — возразил старик. — Я подготовлю подробный доклад. Объясню, как всё случилось, что твоей вины тут нет. Нашу орбитальную базу у Марса я предупредил. Оттуда скоро стартует транспорт с новобранцами, он тебя и подберёт. Поучаствовать в битве ты ещё успеешь, не переживай.

Слова-то отец Вадим подобрал верные, успокоить меня хотел. Только вот грузовик с салагами обычно прибывает в самый последний момент, к концу сражения. Толку, от того, что я захвачу кусочек боя, если вообще захвачу…

Присоединиться к своему отделению я не успею при любом раскладе, а наш старшина уж точно не станет ждать меня. Рисковать он тоже не будет: назначит младшим сержантом кого-нибудь другого. Не кинут же ребят на передовую совсем без командира. Кто-то сегодня заменит меня на время этой операции, может даже Олег, а я после всего случившегося наверняка снова стану обычным рядовым.

Или не стану?

Как я мог упустить из виду, что на командирском катере есть маневровые реактивные двигатели, которые так обрадовали меня в самом начале калибровки? Они-то мне и нужны: питание к этим соплам поступало не от реактора, у них были отдельные баки с жидким топливом.

Одной рукой я осенял себя крестом, а второй шарил по панели в поисках нужных тумблеров. Вот они, нашёл! Я переключил управление движением с основных на вспомогательные двигатели, и выжал педаль ускорения.

Мой катер вздрогнул и двинулся в сторону «Справедливого», не так быстро, как хотелось бы, но всё же…

— Фоменко, ты что творишь? — раздался гневный голос Обухова. — Я же тебе приказал: держись подальше от транспортника! Реактивное топливо на нуле, ты его почти израсходовал за время калибровки! Разворачивайся, ты не успеешь вернуться!

— Успею, — прошептал я, продолжая выжимать газ.

Мой катер набирал скорость. Через несколько секунд он преодолел границу внешнего поля «Справедливого». До стыковки оставалось совсем чуть-чуть.

— Ты что творишь, ирод! — завопили динамики. — Капитан уже дал тридцатисекундный отсчёт до перехода в подпространство! Тебе никто не откроет шлюз! Разворачивайся как можно скорее и выходи из зоны действия силового поля! Ты в своём уме? Нельзя соваться в «червоточину» на твоей модели корабля! Последствия могут быть непредсказуемыми! Тебе разве в учебке основ не объяснили?

И вот только сейчас, именно после этих слов, я осознал, что со мной может произойти в самом ближайшем будущем. Вспомнил! Ведь ещё и по этой причине я когда-то решил не идти в пилоты истребителей!

Мой катер болтался снаружи транспортника, захваченный его силовым полем, в то время как сам носитель был готов прыгать через «кротовую нору».

«Справедливый» вот-вот войдёт в подпространство, и утащит меня следом. Из-за аномальных свойств особой физической среды внутри «червоточины» внешнее силовое поле большого судна перестанет удерживать десантный катер. Своих систем навигации в подпространстве у малых кораблей не было, как и специального устройства для выхода из «кротовой норы».

В лучшем случае меня выкинет в обычное пространство, но куда и в какой части Вселенной? В худшем — я до скончания веков буду болтаться в серой беззвёздной пустоте изнанки нашего бытия.

Оба варианта были крайне неприятными.

Тем временем реактивное топливо закончилось и вспомогательные двигатели отключились.

— Фоменко-о-о… — оборвался крик Обухова в динамиках.

Все экраны вокруг меня ярко вспыхнули.

Фу-ух, а ведь я переживал!

Передо мной был самый обычный космос. Справа внизу ржаво отсвечивала поверхность Марса. Флота Святого Престола больше не наблюдалось на экранах, значит корабли синхронно ушли в подпространство.

Все кроме меня.

Ладно, так уж и быть, отправлюсь в бой с эшелоном новобранцев. Другие варианты просто отсутствовали. Придётся поскучать в ожидании буксировочной команды.

Без надежды на какой-либо результат я пощёлкал тумблерами, возвращая питание от реактора. Движки внезапно ожили. Я слегка надавил на газ, и катер послушно рванул вперёд, набирая скорость.

— Вот зараза, — в сердцах произнёс я. — Ну почему это случилось именно сейчас, а не пять минут назад?

Удачный сегодня денёк, ничего не скажешь.

На всякий случай я проверил и нейронный интерфейс, но чуда не случилось — он всё также не работал.

Я вывел на один из экранов перед собой карту сектора. Подтвердил орбиту, на которой бортовому компьютеру следует искать местную военную базу и запустил подсистему автоматического расчёта маршрута.

Двигатели работали исправно, да только курс не менялся! Мой крест продолжал лететь прямо, оставляя Марс по правому борту, а значит и космическую базу на его орбите.

Может она сейчас была на другой стороне, скрывалась за планетой?

Наверное, стоит подождать.

Прошло несколько минут. Я хмыкнул и повторил процедуру, дополнительно включив генерацию подробного отчёта о работе систем автопилота.

«Конечная цель маршрута не обнаружена», вот что я прочитал в логах.

Тогда на другой экран я вывел диагностические данные о работе навигационных модулей и блока радаров. Странно. С этим оборудованием всё было в порядке, оно функционировало в штатном режиме.

Объяснений происходящему было не так много: либо некоторые системы корабля дали недиагностируемый сбой, либо космическая военная база на орбите Марса отсутствовала.

Чушь полнейшая, ну куда могла исчезнуть конструкция диаметром почти в двести километров?

Чего тут гадать, если можно просто спросить…

Ох, сколько же веселья я доставлю местным радистам: будут потом анекдоты травить про тупого десантника, который умудрился заблудиться рядом с Марсом.

Я переключил основной экран на управление корабельным передатчиком дальней связи, и просканировал стандартные частоты.

Тишина.

Похоже я сошёл с ума.

Эфир был пуст, а такого не могло быть! Нет-нет, это явный сбой в электронике, теперь я уверен на все сто. Из-за проблем с подачей питания сначала сдох нейронный интерфейс, потом отрубилось управление двигателями и всё такое… По этой же причине могли перестать нормально работать и остальные компьютерные компоненты. Перегрузка. Скачок напряжения в бортовой сети.

Верить автоматике больше нельзя. Придётся вспоминать навыки ручной навигации и постоянно проверять правильность курса вплоть до момента визуального контакта с орбитальной базой.

Я стал тыкать пальцами по экранам, выводя инструменты, нужные для прокладки маршрута: трёхмерную модель этого сектора пространства, многослойную карту с навигационной сеткой, данные о движении Марса, а также обо всех известных космических объектах поблизости.

А ещё я достал калькулятор. Самый обычный калькулятор. Ему я доверял больше всего, но на всякий случай приготовил ручку и лист бумаги, чтобы перепроверять расчёты.

Глава 2. Военный преступник

Марс оказался пуст.

Куда-то подевалась не только орбитальная база Святого Престола. Исчезли все следы присутствия человека на этой планете: я не смог обнаружить гражданскую наземную колонию в долине Маринера, где мы с товарищами частенько отдыхали в увольнении. Последний раз наведывались сюда всего-то месяц назад. Пропал и научный комплекс, опоясывающий стены кратера Эллада.

При этом, следов бомбардировки я не заметил, слава тебе Господи.

Произошедшее не поддавалось никакому объяснению, поэтому за ответами пришлось лезть в Кодекс десантников-тамплиеров. Ну а куда же ещё?

Только вот новых откровений я там не нашёл. Инструкции, разработанные на случай, когда десантник мог оказаться в непонятной ситуации, без присмотра командиров, предлагали вернуться с докладом в Главный штаб, расположенный на полуострове Корнваллис, Британской Союзной Республики.

Сухие строчки текста предписывали незамедлительно отправляться туда, где служили люди значительно умнее и старше меня по званию. Вот и ладненько, пусть голова болит у начальства. Оно мне надо, разбираться со всеми этими таинственными исчезновениями на Марсе?

Подчиняясь Кодексу, я нацелил свой катер в сторону Земли, запустил двигатели и…

Два! Целых два треклятых месяца я умирал со скуки, «развлекаясь» проверками и корректировкой траектории.

К концу этого затянувшегося полёта я возненавидел сухие пайки, коими в достатке оказался забит один из шкафчиков. Вдобавок к унылому рациону, на десантных катерах было всё очень плохо с удовлетворением естественных нужд организма и средствами для личной гигиены. Не буду вдаваться в неприятные подробности, но последние дни я мечтал о горячем душе, как ни о чём другом в своей жизни.

Когда наступило время приземляться, я торопился попасть вниз изо всех сил, мысленно представляя себе горячую ванну и сочный дымящийся бифштекс… ну или хотя бы самый простой эскалоп из солдатской столовки.

Замечтавшись, я не придал значения многим подозрительным мелочам, которым стоило уделить внимание.

В эфире было тихо, но я не переживал, что приёмник не мог поймать ни одной станции. Потому что был уверен: радиоаппаратура повреждена, она не пережила скачка напряжения, как, например, тот же сгоревший нейронный интерфейс.

Покинув орбиту, я нацелил корабль на Корнваллис. Точнее на его северо-западную часть, туда, где в водах Кельтского моря располагались стартовые площадки и сам Главный штаб.

Мне удалось подгадать с посадкой в дневное время, поэтому спокойные зелёные пейзажи Западного Уэльса, меня ничуть не насторожили. Эта местность, несмотря на плотную концентрацию огневой мощи, всегда выглядела провинциально и максимально дружелюбно, сколько её помню. Обязательное пятилетнее обучение в военно-морской академии я проходил здесь, в этих краях.

Я оставался беспечным до той поры, пока мой катер не вышел на ту высоту, где меня уже должны были встречать истребители, поднятые по тревоге с ближайшего аэродрома.

Пусто. В небе никого, кроме меня. Не видать даже самолётов гражданской авиации.

Впереди и справа от меня в широкой зелёной долине раскинулся город. Это Лонстон? Я с трудом узнавал его.

Можно было задействовать камеру-телескоп с дальнобойным объективом. Так я и поступил. Картинка увеличилась в размерах. Я с удивлением уставился на экран.

Ни одного высотного здания! Максимум из того, что я смог высмотреть — это четырёхэтажная башенка в доме, похожем на городскую ратушу.

Была ещё крепость на холме, но её я в расчёт не брал. Замок всего лишь туристический объект. Похоже, что Кастелл Ланнстефан полностью отремонтировали. Только зачем? После реставрации бывшие развалины утратили солидную часть своего романтического облика.

На улицах города не было видно ни одного автомобиля. По дорогам ходили люди, коровы и овцы. Неспешно двигались редкие повозки, запряжённые лошадьми.

В моей голове словно заработала динамо-машина, появилось ощущение, что глубоко внутри черепа вовсю сверкают электрические разряды.

На лбу выступил холодный пот.

Я не был в этих краях более четырёх лет, с того самого момента, как выпустился из военно-морской академии и отправился на службу в космофлот.

Допустим, эта местность всегда характеризовалась мной, как «деревенская». Впрочем, все её так называли (выражаясь фигурально), из-за наличия множества фермерских хозяйств. Города Корнваллиса так и не слились в один огромный мегаполис, даже в двадцать четвёртом столетии их по-прежнему разделяли зелёные поля и холмы.

Но то, что я сейчас видел перед собой…

Нет, не могло существовать на Земле настолько «провинциальных» мест. Несмотря на программу активной колонизации других звёздных систем, проблема с перенаселением на нашей родной планеты не исчезла. Границы между близко расположенными городами-муравейниками отсутствовали, жилые дома были сплошь высотками, а многоуровневые транспортные трассы круглые сутки обеспечивали оживлённое движение.

Ну хорошо, за четыре года кое-что могло кардинально измениться именно в Западном Уэльсе. Например, была реализована некая программа по расселению территорий близких к Главному штабу. Допустим так всё и было, только вот почему я до сих пор не увидел ни одного золотого купола Унитарной Церкви Святого Престола?

Я поднял катер повыше и вдавил педаль ускорения.

Нужно было добраться до Главного штаба, и чем быстрее, тем лучше. Лететь оставалось минут пятнадцать, не более.

Прибыв по заданным координатам, на месте огромной военно-морской базы я обнаружил пустынный пляж.

В море не осталось и следа от стартовых платформ. Вдоль берега, где раньше возвышались бесчисленные ангары с военной техникой, теперь стояли редкие малоэтажные домики. На изумрудных полях мирно паслись овцы и коровы.

«Последствия могут быть непредсказуемыми», — вспомнил я слова технодиакона Обухова.

Ну и в историю ты попал, Матвей.

Похоже, что-то пошло не так во время прыжка флота в иное пространство.

Я не успел увести катер из силового поля «Справедливого». Мой крест потащило в «кротовую нору» вместе с транспортником, но сразу же выбросило в обычное пространство. Я остался у Марса — это факт.

Так произошло перемещение или нет?

Например, не в пространстве, а во времени!

Физика подпространства не исключала подобных инцидентов: «кротовые дыры» не были до конца изучены, и порой подкидывали одну загадку за другой.

Вряд ли в этой вселенной существует такая же точно солнечная система с Марсом, Землёй, да ещё и с Британскими островами!

Означает ли увиденное мной, что я переместился в иную эпоху?

Это было абсолютно диким предположением, но только оно всё объясняло. На Марсе я не обнаружил поселений, потому что в этом времени туда не ступала нога человека. А здесь, на Земле, не было ни самолётов, не автомобилей, по той причине, что эти виды транспорта ещё не изобрели.

Господи, если я прав, то насколько глубоко в прошлое меня занесло?

Так, Матвей, хватит сходить с ума. Нужна какая-то точка отсчёта, требуются данные, чтобы понять, как быть дальше. Прежде всего, я космический десантник-тамплиер, а это значит, надо действовать согласно Кодексу и разведать обстановку.

Я включил посадочный режим. Катер плавно двинулся вниз к зелёным холмам, что заканчивались полосой каменистого пляжа.

Как побыстрее получить интересующую меня информацию? Дрон-разведчик? Нет, слишком долго и без обратной связи. Мне следует найти местных жителей и лично расспросить их. Решено, так и сделаю. Я вылез из кресла пилота, подошёл к лестнице и бодро съехал по ней на самый нижний уровень, где располагалась оружейная.

Перебирая в голове различные сценарии первого контакта, я быстро пробежался взглядом по доступному мне арсеналу. Не стоит брать с собой ничего крупнокалиберного, для моей миссии вполне подойдёт обычный многозарядный пистолет, по крайней мере с его помощью не получится вскрыть дверь десантного корабля, если этим оружием вдруг завладеют отсталые люди прошлого. Случись так, что я погибну, меня тут же оживит клон-блок. Я окажусь на борту катера, в полной безопасности.

Тем временем корабль вздрогнул, соприкасаясь с поверхностью планеты, загудели посадочные опоры, выравнивая корпус и придавая ему устойчивое положение.

Перед там как выйти наружу я с удовольствием снял с себя скафандр, изрядно провонявший потом за долгое время полёта.

Покидал я корабль в таком же виде, как попал на него: в футболке, брюках и армейских ботинках с высокими берцами.

Дверь шлюза тихо зашипела, выпустила меня и снова закрылась.

Я стоял в невысокой изумрудной траве.

Вкус свежего солёного воздуха на морском побережье, несомненно был одной из лучших задумок Бога-творца. Понять и по-настоящему оценить это чудо можно только после двухмесячного заточения в душном пространстве десантного катера.

Погода стояла солнечная, но недостаточно тёплая, для того чтобы ходить в одной только футболке. Дул слабый ветерок. Мой корабль-крест стоял на краю зелёного холма. Через несколько метров ковёр из травы резко обрывался и превращался в пляж, усеянный мелкими камнями.

— Отличное место для пикника. Оно словно говорит: Матвей, не помешало бы закинуть в себя чего-нибудь горячее и вкусное. Например, большой кусок жареного мяса, — сказал я вслух, оглядывая окружавшие меня пейзажи. — Надеюсь, творец не обделил местное население такой добродетелью, как гостеприимство.

Я расстегнул кобуру, положил ладонь на рукоять пистолета и пошёл вокруг катера. Обогнув корабль, я выбрал целью ближайший скромный домик, из трубы которого поднималась струйка серого дыма.

Атомные двигатели десантного катера работали практически бесшумно, поэтому я нисколько не удивился, что меня никто не встречал. Местные жители могли не заметить прибытия корабля, если находились в этот момент внутри здания.

Зябко поведя плечами, я быстро зашагал в сторону точки запланированного контакта. По дороге я встретил пару овец, которые меланхолично жевали траву и не обращали на меня никакого внимания.

Примерно через десять минут я уже стоял на пороге домика, некоторое время раздумывая: а надо ли постучать? Наверное, это лишнее.

Я просто толкнул дверь рукой и вошёл внутрь…

Мигом развеялась моя теория о путешествиях во времени. Всё встало на свои места: Главный штаб покинул эту территорию, сменил дислокацию. После чего весь Западный Уэльс за четыре года не просто полностью демилитаризовали, но и целенаправленно превратили в некую рекреационную зону.

Натуральные продукты. Здоровый климат. Глобальная реконструкция региона. Возврат к истокам и все прочие дела. Я слышал когда-то о подобных проектах в новостях. Похоже, экологи нашли способ убедить Святой Престол в необходимости проведения такого эксперимента.

Уф-ф.

Почему я так решил? Да потому, что внешняя примитивная архитектура домика оказалась обманкой.

Я попал в просторную светлую комнату, отделанную современными материалами. В изящном угловом камине, весело потрескивали дрова. Посреди помещения находился стол с толстой прозрачной столешницей, вокруг которого в воздухе парили антигравитационные стулья. На двух из них сидели мужчина и женщина в годах, одетые в светлые балахоны. Они молча смотрели на меня.

Всю дальнюю стену занимала цветная голограмма, где беззвучно транслировались местные новости: на картинке был изображён мой десантный катер, парящий в небе над лонстонским замком.

Не успел в моей голове сценарий контакта с людьми прошлого, переориентироваться на беседу с современниками, как мужчина поднялся из-за стола и сделал в мою сторону несколько шагов.

— Здорово, братишка. Тебе бы надо почиститься. А то смердит, как от животного, — произнёс он, очень странно двигая губами, словно что-то мешало ему говорить.

В моей голове словно возникли слабые разряды электрического тока, они не были болезненными, скорее даже приятными, чем-то вроде щекотки. Что-то знакомое. Такие ощущения у меня уже появлялись — когда я пролетал над городом.

— Эм-м… — замычал я в растерянности.

Незнакомец общался так, словно со мной говорил кто-то из моих сослуживцев. Тон его голоса, некоторые словечки, всё напоминало Олега Чернова. Это сбивало с толку.

Мужчина прокашлялся, нахмурился и обернулся назад. Возможно, он надеялся на какую-то поддержку со стороны женщины?

Она тоже поднялась из-за стола, подошла к нам и резко сказала:

— Капрал Фоменко, ванная слева от тебя, за той дверью. Там есть всё необходимое для осуществления процедур, связанных с личной гигиеной. Приказываю немедленно приступить к выполнению задачи по приведению себя в надлежащий вид.

Это уже было похоже на речь старшины, и ещё больше выбило меня из равновесия. В моём черепе опять появилось ощущение странной электрической щекотки.

— Да ты не стесняйся, Матвей, — проскрипел мужчина голосом технодиакона Обухова. — Мы тебя тут подождём. На стол пока накроем.

И они оба замолчали, пристально уставившись мне в глаза.

— Что здесь происходит? — воскликнул я. — Откуда вы меня знаете? Почему вы так странно разговариваете?

Пожилой мужчина вздохнул и ответил неким средним голосом, в котором я всё равно угадывал то одного, то другого известного мне собеседника.

— Мы отвыкли использовать звуковую речь, сынок. Общаемся молча, передавая мысли. У нас даже имён нет, в привычном тебе понимании. Ассоциируем друг друга с ментальными образами, а не наборами звуков. Телепатия. Знаешь такое слово, капрал Фоменко?

Происходящее напоминало дурацкий розыгрыш.

Но опять же… ходили слухи, что где-то в недрах военных лабораторий выращивают и тренируют телепатов. Может, это они и есть? Вряд ли весь Западный Уэльс отдали экологам. На самом деле, армейские спецпроекты тоже не забыты: проводятся эксперименты на месте бывшей дислокации Главного штаба.

Удачно же я приземлился, прямиком на секретный объект!

— Ты ошибаешься, — покрутила головой женщина. — Не только мы. Все земляне — телепаты.

Все, но не я.

Нет, это точно какая-то шутка. Меня разыгрывают, не иначе.

Зайдём с козырей.

— Хорошо, господа телепаты, тогда передайте в мои мозги какую-нибудь информацию — предложил я. — Цифру или букву. Без разницы.

Мужчина слабо улыбнулся.

— Мы способны прочитать твои мысли, сынок. Можем использовать слова, которые ты знаешь, чтобы наладить общение с тобой, таким… старомодным способом. Но, к сожалению, твой мозг не имеет возможности принять информацию от нас. Мы уже не раз пытались. Хотели это сделать и люди в Нью-Лонстоне, когда ты пролетал над городом. Но ничего иного, кроме как вызвать странные ощущения в твоей голове, у нас не получилось. По тому, что мы узнали о тебе, ты принадлежишь к той эпохе, когда человечество не имело абсолютно никаких способностей к телепатии.

— А сейчас значит, другая эпоха? — севшим голосом спросил я.

Мужчина кивнул.

— Год нынче какой?

— Пятьсот второй, — ответила мне женщина.

Я хотел было уточнить, от чего ведётся отсчёт, но она продолжила сама:

— Пятьсот второй год эры Высшего Единения. Новая эпоха началась с того момента, как человечество избавилось от диктатуры Святого Престола. Мы отреклись от насилия и войн. Вступили в Межзвёздную Коалицию, объединяющую множество разумных существ со всех концов нашей галактики. Отсчёт пошёл с того самого дня.

Я на секунду прикрыл свои глаза ладонью, а потом устало провёл ей вниз, по лицу.

Значит, прыжок во времени был. Только не в прошлое, а в будущее.

— Именно это с тобой и случилось, Матвей, — сказал мужчина. — Двигай уже в ванную, о которой ты так мечтал. Когда вернёшься, тебя будет ждать сочный горячий бифштекс. Мы продолжим нашу беседу за столом.

Они были телепатами, сомнений в этом у меня не оставалось.

Я расшнуровал ботинки, разулся, и пошёл налево, к двери, на которую мне указали.

Прежде чем зайти в ванную комнату, я всё же спросил:

— А почему заброшен Марс? В моё время его готовились терраформировать.

Мужчина развёл руками:

— Зачем тратить силы и ресурсы на мёртвые планеты, когда в нашей галактике полным-полно прекрасных мест, так похожих на Землю, но лишённых разумной жизни? К чему нам борьба с каменной пустыней? Человечество не успевает осваивать все те миры-сады, что Коалиция передала в наше распоряжение. Не до Марса, нам сынок.

— Ясно, — сказал я и закрыл за собой дверь.

Вернулся я из ванной где-то через полчаса. Заходил я туда невероятно уставшим. Мозг мой был перегружен новостями, что обрушились на него после долгого полёта. На выходе же я почувствовал себя значительно бодрее. Вдобавок, переоделся в свежую одежду, которую мне приготовили — такой же балахон, как и у моих гостеприимных хозяев.

Они уже сидели за накрытым столом, где меня ждали несколько блюд, в том числе на отдельной тарелке лежал и дымящийся, истекающий соком бифштекс, о котором я грезил последние два месяца.

Я сел на свободное место и приступил к вожделенной еде, но на мгновение остановился, глядя на хозяев дома.

На мой невысказанный вопрос ответила женщина:

— Не волнуйся, Матвей. Сами мы не голодны. Кушай и не переживай.

Наверное, телепатия — это очень удобно. Например, ты ешь, но тебе не надо открывать набитый рот, чавкать, что-то там спрашивать. Достаточно мысленно задать вопрос.

— Верно, — подтвердил мужчина, улыбаясь. — Так мы и поступим.

Я ел и думал о словах этой женщины, о том самом дне, когда «человечество избавилось от диктатуры Святого Престола».

Не могу назвать идеальным государственное устройство, в котором я родился и вырос. Любая форма правления имеет свои плюсы и минусы. Разве я служил диктатуре? Нет, нет и ещё раз нет. Впрочем, моё мнение могло быть предвзятым. Меня растили защитником Престола с малых лет. Я был тамплиером, элитным воином, что облачён в плоть самого Святого Пророка.

В моё время человеческая цивилизация имела почти две сотни развивающихся звёздных колоний, расположенных на не слишком гостеприимных планетах или лунах газовых гигантов. Эти миры нового фронтира частенько поражала одна и та же болезнь — необъяснимая тяга к автономности и независимости. Они должны были работать во благо всего человечества, но почему-то стремились выйти из-под контроля Земли и Святого Престола.

У колонистов появлялись свои собственные президенты, команданте, цари и даже духовные лидеры — отступники, сбивающие с правильного пути доверившихся им людей.

Нас, тамплиеров, готовили защищать человечество от самых разных угроз, но получилось так, что в основном мы гасили мятежи. Мы не были агрессорами, воины Престола всего лишь защищали своё. Упор делался не на оружие массового поражения, а на точечную зачистку войск противника с помощью десанта.

Крайне редко использовались радикальные средства, вроде вирусных бомб. Даже в таких случаях, мы всегда успевали использовать антидот, чтобы спасти не только мирное население, но и всех смутьянов, кто сложил оружие и сдался.

Как случилось, что все люди восстали против Святого Престола, веками стоявшего на защите человеческой цивилизации от распада и анархии? Кому удалось одолеть наш невероятно могучий флот?

— Флот не был побеждён, — ответил мужчина, читая мои мысли. — Военная машина Святого Престола сгинула сама по себе, исчезла в неизвестном направлении.

— Что? — спросил я, переставая жевать. — Как это случилось?

— В год минус один от начала эры Высшего Единения, произошло восстание в колонии Проксимы Центавра. Флот Святого Престола направился на подавление бунта, его корабли вошли в «кротовую нору» и больше их никто не видел.

— Вы хотите сказать, что…

— Это был тот самый день, когда твой десантный катер совершил прыжок в наше время.

— Погодите-ка! — мысли в моей голове заметались. — Я оказался у Марса здесь, в будущем, но один. Флота рядом не было. Что если он тоже переместился во времени и теперь находится неподалёку от Проксимы Центавра? Мне надо срочно связаться с командованием! Доложить о том, что сейчас совершенно иная эпоха! Рейд на мирную планету нужно остановить! У вас есть ответственные за подобные ситуации органы или службы? Вы можете как-то предупредить дальнюю колонию?

— В этом нет необходимости, Матвей. Едва ты вошёл в атмосферу Земли, мы извлекли всю информацию из твоей головы, затем сопоставили факты и сделали необходимые выводы, — сообщила женщина. — Мы сразу же передали эти данные акридианам. Через некоторое время они ответили, что флот Святого Престола не был обнаружен в пределах освоенного Коалицией космоса.

Акридианам? Мой мозг зацепился за странное новое слово.

— Это звуковая интерпретация названия высшей расы, издавна возглавляющей Коалицию, — пояснил мужчина. — Ты прав, Матвей, внезапное появление боевого флота в наше спокойное время могло бы привести к ужасной трагедии.

— Такую вероятность нельзя полностью исключить.

— Все цивилизованные миры находятся под надёжной защитой. Акридиане — мирная раса, сами не участвуют в конфликтах. Тем не менее, они владеют всеми необходимыми инструментами для ведения войны. Впрочем, их вмешательство не понадобилось. Единственный корабль, оставшийся от грозного войска человечества прошлого, — твой десантный катер. Шансы на возвращение армии Святого Престола эм-м… равны нулю.

Речь моего собеседника сбилась, словно он хотел сказать нечто важное, но решил не продолжать.

— Что-то не так? — поинтересовался я.

— Акридиане поделились с нами некоторыми своими выводами о судьбе пропавшего флота. Они очень древняя и мудрая раса. Мы не скоро достигнем их нынешнего уровня развития, однако, у нас нет сомнений в том, что они правы…

Мужчина снова умолк.

— Говорите уже, — попросил я. — В чём дело?

— Да уж, ну и ситуация. Впрочем, если я сейчас не отвечу, однажды ты решишь, что эту информацию мы пытались скрыть от тебя. На самом деле, нам просто жалко тебя.

Женщина закивала, поддерживая его слова.

— Ладно, слушай: флот Святого Престола навсегда застрял внутри «кротовой норы». Это случилось по твоей вине, — заявил мужчина.

— Что?

— Пока ты не появился здесь, со своими воспоминаниями об аварийном инциденте во время подготовки прыжка к Проксиме Центавра, никто не знал подробностей того инцидента, что произошёл в глубоком прошлом. Многие ломали головы, но так и не смогли понять, куда вдруг подевалась та огромная флотилия. Теперь же всё стало на свои места, сынок.

— Это хорошо, что вам стало всё понятно. Просветите теперь и меня, — медленно произнёс я. — Где тут моя вина?

— Акридиане предложили следующую версию: в момент входа флота в тоннель, твой катер застрял на границе пространственного разрыва. Этот прокол стал эпицентром мгновенной утечки энергии, что была предназначена для переноса кораблей Святого Престола к Проксиме Центавра, в результате чего оказалась нарушена стабильность «червоточины». Вся энергия, поддерживающая искусственную аномалию, ушла на то, чтобы забросить тебя в будущее, а сам флот оказался заперт в подпространстве без каких-либо ориентиров для выхода из него.

Лицо моё вытянулось.

Вот тебе и непредвиденные последствия, Матвей.

— Только не проси всех подробностей, — поджал губы мужчина. — Понятнее я всё равно объяснить не смогу. Акридиане куда лучше других рас разбираются в особенностях физики подпространства, у тебя и нужных слов-то в голове нет.

— Я угробил флот, — тихо прошептал я.

Бифштекс я доесть не успел. И аппетит внезапно полностью пропал.

— Подумай о хорошей стороне произошедшего. Ты ускорил принятие человечества в ряды межзвёздного сообщества разумных рас, — попыталась успокоить меня женщина. — Неизвестно сколько длилось бы правление Святого Престола, и чем бы обернулся первый контакт с кораблями Коалиции. Человечество той эпохи было эгоистичным, подозрительным и агрессивным. Ты лишил людей военной мощи — их главного аргумента в отстаивании любой, даже самой неправильной точки зрения. И когда в один прекрасный день акридиане предложили нам сотрудничество, мир и процветание, мы уже не могли отказаться.

Я отставил от себя тарелку с недоеденным мясом.

— Что теперь? — мрачно спросил я. — Дадите мне почётный орден? Станете показывать детям в школах и снимать телепередачи? Сделаете из меня настоящего героя?

— Даже не рассчитывай на это, — покрутил головой мужчина.

Пусть в моих предыдущих словах и была горькая ирония, но его отрицательный ответ показался мне обидным.

— Почему нет? — тихо спросил я.

— В нашем времени ты не герой, ты — преступник, Матвей, — вздохнул мой собеседник. — Некогда ты защищал Святой Престол, верно служил церковно-военной диктатуре. Вдобавок, своими действиями, продиктованными эгоистичным желанием удержаться в звании сержанта, ты подвёл боевых товарищей, обрёк их всех на гибель. Как ни крути…

— Уж прости, но тебе не место среди современных людей, прими это и смирись. — грустно сказала женщина.

— Ну и что мне с этим делать? Куда податься замаливать грехи?

— Не торопись с подобными вопросами. Совсем скоро появятся те, кому мы вверим твою дальнейшую судьбу.

Этот разговор мне нравился всё меньше и меньше. Твою ж налево, пистолет-то я оставил в ванной!

— Ты не успеешь, — предупредил меня мужчина. — Они уже здесь.

Не было времени спрашивать, кто эти самые «они». Я вскочил с места и рванулся в сторону ванной. В тот же момент уличная дверь распахнулась и на пороге возникли два странных существа, высотой в половину моего роста, паривших в воздухе.

Они были похожи на осьминогов. Пришельцы имели крупное округлое тело, целиком закованное в белый металл. Наверху этой брони треугольником располагались несколько небольших отверстий, возможно прорези для глаз. В нижней части из многочисленных отверстий торчали серебристые щупальца, совершающие медленные плавающие движения.

«Осьминоги» вытянули свои конечности в мою сторону, и я потерял возможность шевелиться. Меня сковал паралич — я замер, не способный сдвинуться с места. При этом я мог моргать, если хотел.

Я мог моргать! Значит кое-какой контроль над мышцами моего тела остался. Так. Не думать. Успокоиться и остановить поток мыслей. Я ведь умею тупить, как никто другой, это неоднократно отмечал старшина. Он с такой неохотой ставил меня на место Ефремова. Значит, до последнего не сомневался в моём таланте!

Существа и мои «гостеприимные» хозяева молчали, глядя друг на друга. Наверное, вели телепатический диалог.

Прошло несколько минут, и мужчина обратился ко мне:

— Мы с женой выступили от имени всех землян, и передали акридианам нашу общую просьбу: навсегда избавить человечество от твоего позорного присутствия, Матвей. Ты — военный преступник, древнее постыдное зло. Тебе нет места среди современных людей.

Вот как? Человечество так просто отрекается от своих? Впрочем, заслуженно. Так мне и надо. Эх, лучше бы меня тоже утащило внутрь «червоточины» вслед за флотом.

— Акридиане сейчас заберут тебя, — продолжал представитель того разумного вида, к которому я более не имел никакого отношения. — Теперь они решают твою судьбу. На этом всё, прощай, капрал Фоменко.

И вам не хворать, как там тебя звать-величать? Говоришь, теперь нет у землян имён, только мысленные ассоциации? Лови одну такую — ты похож на крысу.

Значит, прощай, Крыса.

На этом всё.

Бронированные осьминоги протянули ко мне свои щупальца. Моё тело, повинуясь их телепатической воле, сделало первый шаг.

В этот же момент, в моей груди последний раз содрогнулось сердце.

Всех десантников учат одной непростой, но крайне полезной технике самоубийства. Мы можем попасть в плен, нас можно обездвижить и пытать… Однако, если мы в сознании и в силах контролировать свою сердечную мышцу — нас ни за что не удержать в неволе!

Передатчик в моей голове уловил критический сбой в работе организма и активировался.

Хоп! Спустя мгновение, я уже барахтался в клон-камере, выплёвывая амниотическую жидкость — биологически активную среду, в которой выращивались и содержались клонированные тела.

— Десять минут! — это были первые слова, что вырвались из моего хрипящего горла, после «рождения».

Возможно, я ошибался, и времени в запасе было значительно меньше. Оставалось только молиться, чтобы осьминоги передвигались не быстрее человека.

Едва я вывалился из бака, сразу схватился за лестницу. Цепляясь за перекладины скользкими ладонями, кое-как забрался на верхний уровень, голышом рухнул в кресло пилота, запустил предстартовую подготовку и блок РЛС.

Прямой угрозы я не наблюдал: небо оставалось чистым, радары не засекли ни единой угрозы.

Можно было не опасаться быть сбитым на взлёте.

Допустим я удачно свалю со старушки Земли, но куда потом? Мне недоступны межзвёздные перемещения. Я могу передвигаться по Солнечной системе со скоростью черепахи. Где можно спрятаться, если Крыса не соврал мне и человечество действительно отказалось от терраформирования и колонизации соседних планет?

Прочь! Прочь такие мысли! Сейчас не время для подобных планов. Если телепаты «прочитали» меня ещё в атмосфере, то и теперь видят насквозь, как пить дать. Сперва надо сбежать с Земли, обо всём остальном думать буду потом.

Катер вывел на экран подтверждение готовности всех систем. Можно взлетать.

Поехали!

Чёрный крест вздрогнул и свечой устремился в небо. Ускорение вдавило меня в кресло. Пора бы пристегнуться, правда очень неудобно доставать из-под себя ремни, будучи придавленным своим же тройным весом. С трудом, но мне удалось это сделать.

Я не переставал следить за датчиком высоты, и мысленно прикидывал оставшееся время выхода за пределы атмосферы. Всё ещё оставались шансы быть перехваченным истребителями планетарного базирования, если они, конечно, существовали на этой Земле.

Оказалось, бояться следовало иного.

Небо надо мной внезапно исчезло, и катер накрыла гигантская тень. Я очутился прямо под брюхом огромного космического корабля, по размерам, наверное, раза в три большего, чем «Справедливый». В тот же момент меня настигло знакомое оцепенение, но в этот раз оно сопровождалось ещё и мощным ментальным ударом, который словно хороший нокаут отправил меня в темноту.

Глава 3. Месть кота

Возвращение в сознание после мощного телепатического удара напоминало тяжёлое похмелье. Меня мутило, голова раскалывалась, а горло пересохло. Яркий свет, словно нож, вонзился в мозг, как только я попытался открыть глаза.

Я прикрыл лицо ладонями.

Мои руки были свободны, да и в остальном не чувствовалось никаких ограничений. Интересно, почему так? Не могли же тюремщики забыть про тот трюк, что я выкинул на Земле. Отсутствие оков меня несколько удивило, но наверняка этому есть объяснение. Не думаю, что стоит торопиться и снова останавливать сердце.

Свет уже не так резал глаза. Я убрал руки и огляделся.

Я находился в небольшой комнате без видимых окон и дверей, невероятно похожей на каюты десантников на «Справедливом». Такие же двухъярусные кровати, тумбочки у каждой и один стенной шкаф, наверняка для одежды.

Знакомый интерьер в стиле военного минимализма. Впрочем, рано радоваться, с таким же успехом я мог сейчас находится в камере для заключённых.

Я обнаружил, что одет в брюки и рубашку яркого оранжевого оттенка. Похожий цвет использовался в тюрьмах на той Земле, которую я знал. Одежда ощущалась чересчур просторной, явно не мой размерчик.

Превозмогая головную боль мне удалось принять сидячее положение. Тут я и заметил крупного серого кота: кругломордого, похожего на «британца», развалившегося на втором уровне кровати напротив. Животное наблюдало за мной своими большими глазами странного лилового оттенка.

Вот интересно: это питомец одного из обитателей данной комнаты или мой сторож? Не исключаю второго варианта. При таких солидных размерах кот мог быть опасен, если его правильно выдрессировали.

В этот момент хвостатый презрительно фыркнул и почесал себе подбородок левой передней лапой. В густой шерсти мелькнул серебристый ошейник.

«Это определённо чей-то питомец», — подумал я.

В голову мне пришло воспоминание из далёкого детства: у моего отца тоже когда-то был кот, у которого имелся схожий аксессуар на шее, с выбитой там кличкой и контактами хозяина. Впрочем, наличие ошейника не опровергало теорию о том, что животное могло выполнять роль охранника.

Я решил попробовать погладить котяру. Проверю хвостатого на агрессивность, заодно погляжу, что мне может рассказать его ошейник…

Едва я поднялся с места и протянул к зверю свою руку, как кот проворчал, низким вибрирующим голосом:

— Если у тебя эта конечность лишняя, то конечно, продолжай.

Говорящие коты, ну надо же!

От удивления я отпрянул и больно стукнулся спиной о край кровати позади. Боже, у меня и так раскалывается голова, а тут ещё это столкновение!

— Извиняюсь, — выдавил я. — Я всего лишь хотел изучить ваш ошейник.

— Обязательно мой? На тебе точно такой же надет, а зеркало есть в уборной.

Я сразу потрогал свою шею. Действительно, её неощутимо обхватил чужеродный предмет. Он нигде не сдавливал, а растягивался и сжимался, идеально повторяя рельеф моих мышц, не вызывая никакого дискомфорта. Я попытался поддеть ногтями край этого кольца. Не резина, слишком прочный материал, но и не металл, чересчур пластичный. Что это такое и зачем оно мне?

— Данный ошейник — многофункциональная штука, — словно читая мои мысли отозвался кот. — Но прежде всего, это твой поводок.

— Поводок?

— Ну да. На тот случай если ты решишь убежать, в нём содержится достаточно взрывчатки, чтобы устроить кровавый фейерверк. Как только встроенный приёмник теряет сигнал, начинается пятиминутный отсчёт, а потом: бабах и твоя голова, в последний раз взмахивая ушами, улетает в небо. В общем, не советую самовольно покидать звёздную систему, в которой находятся корабли наших хозяев с ретрансляторами охранной сети.

— Каких ещё хозяев? А-а… дошло. Ты имеешь ввиду акридиан? Этих летающих осьминогов?

— Да, именно их, — кивнул кот. — Лидеров Коалиции.

— И лидеров в области тюремных разработок, — мрачно заметил я.

Мои тюремщики посчитали, что ошейника будет достаточно. Значит, сторожевое устройство вполне могло блокировать передачу сознания и души в приёмник клон-блока на моём катере. Выяснять так это или нет, я желания не испытывал.

— Ты даже не представляешь, насколько прав в этом своём заявлении. Оковы на твоём горле — уникальная сверхтехнологичная разработка. Кроме охранных задач, оно выполняет ещё и функцию универсального переводчика.

— Серьёзно?

— На самом деле, я сейчас разговариваю на языке своей расы. Твой обруч обрабатывает мою речь и транслирует перевод направленными вибрациями, прямиком в слуховой аппарат. И наоборот, от тебя ко мне. Очень удобно для коммуникаций с инопланетянами. Знаешь ли, предупреждает самые разные конфликты. Например, когда кто-то думает, что обычай гладить незнакомых существ считается нормой повсюду в этой галактике.

— Значит ты на самом деле не кот?

— Конечно, я не кот. Я — кот.

Я удивлённо моргнул.

— Не понимаю, — честно признался я.

Хвостатый свесился с кровати, его морда оказалась очень близко от меня.

— Слушай внимательно, человек. Постарайся отделить слова идущие из ошейника от тех, что произнесу я.

И он прошипел мне в лицо:

— Ха ход Баар Саа.

Почти сразу послышался и перевод: «Я кот Барсик».

— Барсик, значит. Приятно познакомиться. Меня зовут Матвей, — вежливо представился я.

— Да чем ты слушаешь? — взвыло животное. — Какой я тебе Барсик? Я — Барсик! Я — кот!

Хвостатый подскочил на своём месте и выгнул дугой спину. Шерсть на его загривке встала дыбом. Я быстро сел обратно на свою кровать, подобрал ноги и на всякий случай отодвинулся поглубже к стене.

Похоже встроенный в ошейник переводчик работает, эм-м… не совсем правильно.

Несмотря на головную боль, я стал размышлять, что именно могло пойти не так.

В военно-морской академии на Земле нам преподавали базовый курс взаимодействия с системами искусственного интеллекта.

Однажды мы рассматривали на практике проблему смысловых искажений при многоступенчатом машинном переводе. Это был наглядный пример того, как бортовые ИИ могут некорректно распознать плохо сформулированную команду, и совершить ошибку при передаче сигнала от человека конечному устройству.

Мы загружали абстрактный, но имеющий смысл текст, чаще всего какой-нибудь стих. Нейронная сеть анализировала его: вычленяла знакомые команды и отбрасывала всё лишнее. Превращала романтическую чушь в конкретную программу действий на языке верхнего уровня. Уже эти строчки транслировались ассемблером в машинный код для процессора конкретного устройства (автоматической турели, систем управления полётом и так далее).

Затем процедура повторялась в обратном порядке, и на выходе мы получали искажённый текст, практически полностью потерявший свой первоначальный вид и смысл.

Возможно, универсальные системы коммуникаций тут, в будущем, страдали от похожей проблемы.

Почему бы и нет? Каким бы совершенным ни был алгоритм перевода, подобный посредник мог вносить значительную долю смысловых искажений.

Кроме того, базовым способом общения у развитых рас была телепатия — это я прекрасно понял во время последнего разговора с землянами. Наверняка и в случае универсального переводчика не обошлось без неё. Значит в цепи коммуникации, помимо некой программы, должно было существовать ещё одно промежуточное звено: устройство сперва брало подходящие ассоциации из сознания своего обладателя, и только потом уже придавало им звуковую форму.

Как заполнялись пробелы, если некоторые образы отсутствовали? Крыса на Земле отказался обсуждать со мной физику подпространства, заявив, что у меня нет в голове нужных слов. Я мог получать и передавать лишь ту информацию, которую был способен понять. Значит, снова и снова возникала ситуация с частичной потерей данных, как при многоступенчатом машинном переводе.

Отсюда получились «кот» и «Барсик», единственные ассоциации, что возникли у меня в мозгу. Я озвучил их. Они были возвращены в устройство перевода моего собеседника. Вот он и получил обратно «кота», но не в виде самоназвания инопланетной расы, а как образ обычного питомца. Вдобавок, я наградил хвостатого унизительной кличкой, вместо обращения по его реальному имени. Это прекрасно объясняло, почему кот был сейчас так взбешён.

Ну, а что поделать, если не оказалось у меня для него других слов?

Все мои догадки и размышления отдались гудящей болью в висках. Ох, бедная моя голова.

Я вылез из своего укрытия обратно, пытаясь сгладить неловкую ситуацию.

— Извиняюсь, — обратился я к Барсику. — Поверьте, у меня не было цели вас оскорбить. Ранее я никогда не встречал представителя вашей разумной расы. Зато у многих моих соплеменников есть похожие домашние животные. Мы даём им имена на нашем языке, чтобы как-то обращаться к ним. Заботимся о них, кормим. В этом нет ничего обидного. Конечно, вы можете мне не верить…

— Верю. Ещё как верю, — буркнул кот, успокаиваясь и снова принимая лежачее положение. — Межзвёздная Империя Котов начала свою экспансию более двух миллионов лет назад. За это время мои предки успели захватить тысячи обитаемых миров. Неразвитых, первобытных планет. Твоя Земля, человек, не была исключением. Полуразумные приматы — идеальные работники.

Какие интересные сказки! На моём лице появилась улыбка.

— Наступила эпоха упадка, — продолжал Барсик. — Некоторая часть наших колоний оказалась отрезана от метрополии. Экономические и культурные связи оборвались. Оказавшись в изоляции, мои сородичи погрязли в варварстве. Они деградировали, стали ничем не лучше тех дикарей, которыми продолжали править.

Я недоверчиво хмыкнул.

— Что-то не помню такой страницы в истории человечества, — заявил я. — Ну, чтобы мы когда-либо были под властью кошачьих.

Хвостатый рассмеялся.

— Ты же сам сказал, что многие твои соплеменники содержат котов, — напомнил он. — Кормят их, развлекают. Следят за их здоровьем. Наверняка у вас существует отдельная медицинская служба для нашего вида.

— Да, но это…

— Это эхо времён оккупации. На генетическом уровне вы никак не можете забыть, кто ваши истинные правители.

Да ну бред же, о чём таком он говорит!

— Прям веками храним уважение к нашим хвостатым начальникам? Ну точно, так и есть: то мордой в лужу натыкаем, а то и веником по хребту отоварим, — иронично заметил я.

Барсик в ответ зашипел.

— Не зли меня, человек, — сверкнул он лиловыми глазами. — В последнем бою, я отгрыз ногу своему противнику. Намёк понятен?

Тон кота стал угрожающим. Я решил дальше не провоцировать Барсика, хотя меня так и подмывало спросить, а не был ли его соперник мышью. Нет, не время для таких шуток. Сейчас нужно выведать побольше данных о ситуации, в которой я оказался. Следует вернуть беседу в прежнее русло.

— Так точно, постараюсь впредь выбирать выражения, — ответил я, ощупывая кольцо на горле. — Что ещё мне стоит знать про эти ошейники?

— Они гасят телепатические способности.

— Вот тут мне переживать не о чем, — махнул я рукой. — Меня недавно заверили, что я подобным даром не обладаю.

— У тебя слишком легкомысленное отношение к своим оковам, — неодобрительно покрутил головой Барсик. — Пока ты в этом ошейнике, то и не сможешь научиться ничему такому.

— Разве телепатии обучают? — удивился я, прикладывая руки к вискам, что продолжали пульсировать болью.

— Достаточно пройти через одну, совершенно безопасную для жизни, операцию на мозге. В подконтрольных акридианам мирах, такое вмешательство в обязательном порядке проводится всем новорождённым. Переход на телепатическое общение — это новая ступень развития любого вида, если ты не в курсе.

Меня тревожила одна нестыковка в его словах.

— Погодите-ка, но если акридиане выступают за повсеместное распространение телепатии, то зачем им понадобилась функция подавления этих способностей? — спросил я.

— Давай уже перейдём на «ты», нам ведь ещё служить вместе.

— Согласен, хорошая идея.

— Так вот, отвечая на твой вопрос. Акридиане предоставляют доступ к телепатической модификации мозга всем расам, согласившимся присоединится к Коалиции. Однако, результаты этого дара можно вполне использовать против них самих. Поэтому всех опасных преступников и смутьянов сразу ограничивают, в независимости от того, какими способностями они обладают в этом плане. Тебя урезали в правах, гарантированно опустили на ступеньку ниже. Понимаешь?

— Теперь понимаю. Ладно, с этим разобрались, но признаюсь честно: у меня ещё куча вопросов, — я развёл руками. — Этот мир — совершенно чужой для меня.

Кот задумчиво смотрел на меня.

— Я изучил твоё дело, пока ты валялся в отключке, — сказал он. — Ты пришелец из прошлого, из того отрезка времени, когда человечество и знать не знало о Коалиции. Наверняка вы думали, что однажды вся галактика будет принадлежать только вам, землянам. Такими же беспечными когда-то были и мои сородичи…

Барсик на некоторое время замолчал. Похоже, кот вспоминал о чём-то. Я не прерывал его размышлений и вежливо молчал.

— Очень тяжело признать, что существует практический способ перемещаться во времени, — наконец продолжил он. — Возможность исправить ошибки, что привели к ужасной трагедии. Шанс спасти тех, кого нельзя было успеть спасти.

— Разве Коалиция не освоила эту науку?

— Насколько мне известно — нет. Да что там Коалиция. Лучшие умы Империи веками ломали головы над загадками времени, но в итоге оставили эти исследования, как бесперспективные.

— Но я-то вот он. Нахожусь здесь, — похлопал я себя руками по груди. — Ваши учёные ошиблись.

— Ошиблись? Наоборот, они оказались правы. Теоретическая база в этом направлении у нас была огромной. Сейчас, когда я своими глазами вижу, что это возможно на практике, то понимаю: мои сородичи были в шаге от открытия тайны темпоральных путешествий. Мы слишком рано сдались.

— Думаешь, они бы создали машину времени?

— Вполне. Наша наука была одной из самых продвинутых в галактике.

— Была?

— Наука была. Империя была. Великая раса разумных котов была, — с каждым новым словом тон перевода становился всё более тоскливым.

В этот момент в правом глазу Барсика появилась огромная слеза, он смахнул её мохнатой лапой и продолжил:

— Извиняюсь. Мне нелегко даются воспоминания о величайшей трагедии в истории моего народа.

— Такова жизнь, — с сочувствием заметил я. — Империи возникают и исчезают.

— А ещё иногда враги стирают их в пыль… Ладно, не будем о грустном. Давай лучше поговорим о том, что выяснили наши учёные, касательно путешествий во времени.

— О нет, вот уж спасибо, но не надо, — моя голова всё ещё болела, я не был готов вникать заумные рассуждения.

— Имей уважение к исчезнувшей древней расе, — настойчиво попросил Барсик. — Выслушай меня, последнего носителя её мудрости.

— Нисколько не сомневаюсь в гениальности кошачьих профессоров, но зачем мне эта информация? Я, знаешь ли, в военно-морской академии на всю жизнь наслушался всяких разных лекций. Только вот, мало чего из них запомнил.

— Разве тебе не интересно выяснить, что с тобой произошло на самом деле?

Я угробил армию Святого Престола, стал причиной гибели моих боевых товарищей. Лишил человечество защиты и передал соплеменников прямо в щупальца акридиан. Вот что произошло на самом деле.

— Странная авария, в которую ты попал, требует к себе особого внимания, — настаивал Барсик.

Наверное, всё-таки стоит выслушать кота. Даже после разговора с Крысой, я слабо представлял, что именно случилось во время прыжка флота к Проксиме Центавра. Может откроются какие-то новые обстоятельства и получится немного заглушить чувство вины, которое вряд ли когда-нибудь оставит меня в покое.

— Ладно, профессор, валяй, — я лёг на бок, скрутил подушку и подложил её под свою гудящую голову.

Стало чуточку полегче.

На мгновение я представил себе Барсика в строгом белом халате и очках. С большим трудом мне удалось не рассмеяться.

Кот возмущённо фыркнул, словно увидел мои мысли, а затем начал свои объяснения:

— Все мы летим с безумной скоростью в космическом пространстве. Планеты кружатся по своим орбитам вокруг солнца. Движется звёздная система вокруг Галактического центра. Да и сам Млечный Путь не статичен. Наша Вселенная расширяется, все объекты внутри неё перемещаются в разных направлениях.

— Это я знаю, — уведомил я кота, — Нам рассказывали на курсах подготовки пилотов десантных катеров.

— Хорошо, меньше прописных истин придётся объяснять. Раз ты понимаешь, что всё вокруг движется, представь ситуацию прыжка в завтрашний день. Если тебя переместить во времени, ты попадёшь не на свою планету, а в открытый космос. Догадываешься почему?

— С учётом твоего вступления, догадываюсь. Земли не будет в этих координатах. Они окажутся пусты, потому что завтра планета унесётся куда-то вдаль.

— Совершенно верно, — подтвердил Барсик. — Когда ты прыгаешь в будущее, там уже не будет твоего мира, его придётся догонять.

— А в прошлом планеты ещё нет. Надо будет дождаться её прибытия в эту точку пространства.

— Вот именно. Основная проблема перемещений во времени заключается в непрерывном движении всего нашего бытия.

— Но зачем оставаться на месте? В чём заключается сложность заранее прикинуть, где какие объекты окажутся? — не понимал я. — Нас ведь так и учили летать в космосе — с упреждением.

— Не торопись с такими вопросами. Просто держи в уме тот факт, что перемещение во времени неразрывно связано с перемещением в пространстве… Как ты думаешь, сколько усилий нужно приложить, чтобы поднять тебя и перенести на расстояние, например, в километр?

— Так-то я тяжёлый, под сто кило. Пара человек точно понадобится.

— А если это надо сделать очень быстро?

— Можно использовать автомобиль.

— А если мгновенно? — торжествующе спросил Барсик.

— Не знаю, — честно признался я.

— Но ты ведь заметил: чем быстрее тебя «переносят» на одно и тоже расстояние, тем больше нужно энергозатрат?

— Да, заметил.

— Любой темпоральный прыжок выдёргивает тебя из общего потока движения вселенной. Если ты не хочешь очутиться где-то в пустоте космоса, при перемещении на двадцать четыре часа в любом направлении во времени, твоя масса должна быть ещё и переброшена на добрую сотню миллионов километров, как ты говоришь «с упреждением».

— Прыжок всего лишь на сутки — это сотня миллионов километров?

— По очень грубым расчётам. Я включил сюда минимум переменных: движение нашей галактики, усреднённые скорости ряда известных мне солнечных систем, а также их обитаемых планет.

— Ясно.

— Так вот, тебе мгновенно нужно переместиться в новые координаты, чтобы оказаться на месте старта. Именно на такой манёвр и потребуется огромное количество энергии, просто невероятное.

— Разве? А как тогда быть с прыжками через подпространство? Сквозь «кротовые норы» проходят сотни тонн металла, на огромнейшие расстояния. Пусть не мгновенно, но всё же.

— Может показаться, что прыжки сквозь «червоточины» и перемещения во времени чем-то похожи. Когда звездолёты уходят в подпространство, всю работу за них выполняет Вселенная — она проносится мимо, а корабли как бы стоят на месте. Основные затраты энергии, кстати вполне себе адекватные, уходят исключительно на создание и поддержание тоннеля.

— Стоят на месте? — нахмурился я.

Барсик перешёл к аналогиям:

— Возьми камень потяжелее, привяжи к нему поплавок и брось в реку. Не затрачивая собственных сил, он будет болтаться на одном месте, а мимо него пролетят тонны воды. Так понятнее?

— Поплавок — это корабль, камень — «кротовая нора», а река — Вселенная? — на всякий случай уточнил я.

— Ты уловил суть.

— Что-то тут не так, — я почесал макушку. — Вот смотри: захотел наш корабль-поплавок попасть в другие воды. Река пронеслась мимо, он попал куда планировал. А как обратно? Течение же не повернёт вспять!

— Не повернёт, — согласился кот. — Скажи-ка, где мы сейчас находимся?

— В каюте? На корабле? Какой ответ правильный?

— Все правильные. Все объекты в нашей Вселенной существуют на границе с четырёхмерным пространством. Но когда мы пересекаем эту невидимую черту с помощью «кротовой норы», то направление «течения» уже не имеет никакого значения. Понимаешь?

На самом деле не совсем, но я кивнул. Всё о чём сейчас говорил Барсик, мне казалось смутно знакомым. В голове возникли термины «неевклидово пространство» и «особенности навигации вдоль четвёртой оси координат». Что-то такое нам рассказывали в академии, в рамках курса подготовки пилотов десантных капсул. Эх, даже представить сложно, какие объёмы теоретических знаний я пропустил мимо ушей, посчитав их скучными и лишними.

— С перемещениями во времени дело обстоит иначе, поскольку они происходят в трёхмерном пространстве, — продолжал кот. — И тут наша Вселенная уже не помощник, а самый настоящий соперник. Нельзя стоять на месте, пока она проносится мимо, надо гнать по течению или против него. Чтобы попасть в прошлое или в будущее, в то же самое место, откуда ты совершил прыжок, потребуется чудовищное количество энергии.

— Ты так категоричен. Почему нельзя? Что если не перемещаться в пространстве, просто обойтись без энергозатрат? Да и пусть я окажусь в космосе, можно ведь догнать родную планету, например на звездолёте.

— Хе-хе, — усмехнулся кот. — Тогда прыжок во времени не будет иметь никакого смысла.

— Не понял. Вот тут подробнее, пожалуйста, — попросил я.

— Допустим, из некой наземной лаборатории мы тебя решили отправить лет на десять назад. В прошлом, в данной точке пространства, ещё не будет ни этого научного строения, ни планеты, на поверхности которой оно стоит. Ты окажешься в космосе.

— Да-да, мы уже говорили об этом. Отправим меня на звездолёте, — заявил я. — Преспокойно вычислим, где я окажусь. Не думаю, что эта математика сложнее расчётов, используемых для передвижения через кротовые норы.

— Так мы и поступим, — на морде кота появилась широкая улыбка. — Ты запускаешь двигатели корабля и летишь на нём навстречу своей планете на досветовой скорости. Это путешествие будет очень долгим, оно растянется на годы. Исходя из наших предыдущих расчётов для прыжка на сутки, теперь тебе предстоит преодолеть около четырёхсот миллиардов километров. Знаешь, когда ты попадешь обратно в то же самое место, откуда прыгнул в прошлое?

Я начал догадываться.

— В самом лучшем случае я окажусь в настоящем, точнее очень близко к этому моменту…

— Верно, — подтвердил кот. — А в случае с путешествием в будущее, ты просто безнадежно отстанешь от места назначения. Как бы ты не гнался за своей планетой, уже никогда не застанешь на ней тот самый день, который планировал посетить. Поэтому настоящие прыжки во времени, чтобы удержаться на одном и том же месте, считаются невозможными.

— Прошло пять веков, но я удержался! Согласно твоим теоретическим выкладкам, я никак не мог оказаться у Марса, мой катер должно было выкинуть далеко за границы Солнечной системы!

Барсик свесился со второго яруса и внимательно посмотрел на меня, словно оценивая мои умственные способности для продолжения разговора.

— Наши учёные проводили опыты на мельчайших частицах, пробовали послать их хотя бы на несколько микросекунд в будущее или прошлое, — сообщил он. — Для этого были задействованы десятки атомных реакторов, опоясаны ускорителями целые планеты, но итогами этих исследований было крайне сложно воспользоваться, кроме как в чисто научных целях. Впрочем, основы теории путешествий во времени мы разработали в достаточной мере, чтобы на твоём примере я мог сделать один важный вывод.

— Какой именно?

— Очень сложно вычислить количество энергии необходимое для переноса твоего корабля на пятьсот лет вперёд, на то же самое место. Не говоря о том, чтобы где-то взять эту силу. Вывод таков: подобная мощь была кем-то затрачена, только поэтому ты отправился в будущее. Обо всём остальном, надеюсь, сам догадаешься.

— Я не физик, я — десантник. Раз уж начал эту тему, то объясняй до конца… Эй, погоди-ка! Ты сейчас сказал: «кем-то затрачена»?

— Инцидент с пространством-временем, что произошёл в твоём прошлом, не был случайностью с вероятностью в девяносто девять целых и девять десятых, — заявил кот.

— Получается, это была не авария?

— Это было намеренное воздействие на «червоточину». Манипуляции такими силами не могут быть случайными.

— Наши учёные не стали бы экспериментировать с настройками тоннеля накануне переброски войск, — возразил я.

— Речь не о ваших учёных. Мощный энергетический всплеск произошёл в самый последний момент, он явно был синхронизирован с прыжком вашего флота через «кротовую нору».

— Откуда такие подробности?

— Я вроде упоминал, что изучил твоё личное дело.

— Мне казалось, там должна храниться несколько иная информация, — с сомнением в голосе произнёс я.

— Мы тут все преступники, помни об этом и не удивляйся моему признанию: я давно уже взломал местную информационную сеть. Узнав о том, что ты из прошлого, мне стало интересно вызнать все подробности. Любопытство одолело меня настолько, что не совсем честным путём я проник в закрытую базу данных и познакомился с полным докладом: сканами твоих воспоминаний об аварии, а также файлами бортового самописца.

— Теперь всё понятно, продолжай.

— Так вот, произошла мгновенная накачка «червоточины» огромным количеством энергии. Скорее всего, конфигурация тоннеля перестала быть статичной, а пространственный разрыв не выдержал напряжения и схлопнулся. Тебя зацепило отдачей и забросило в будущее, в то же самое место, но кто знает, куда при этом угодил флот землян? В прошлое? А может прямо в сердце какой-нибудь звезды? Войны порой выигрывают самыми разными способами. Всё случившееся напоминает мне тщательно спланированную диверсию.

Я резко принял сидячее положении, отметив, что головная боль практически сошла на нет.

— Диверсия? Ты ведь так сейчас пошутил?

— Коты никогда не шутят, обсуждая столь серьёзные вещи, или ты где-то видел иное? — вопросом на вопрос ответил Барсик.

Я вынужден был признать, что ранее не встречал среди котов юмористов, впрочем, как и особей, разбирающихся в физике пространства-времени.

— Но кто вообще мог устроить подобную диверсию? — спросил я, уже имея догадки на этот счёт.

— Подумай немного. Могу дать подсказку: чьи корабли появились в небе твоего родного мира вскоре после инцидента?

— Коалиция. Акридиане. Неужели они уничтожили наш флот?

Барсик молчал, зыркая на меня своими лиловыми глазами.

— Да, наверняка так всё и было. Им пришлось подождать совсем немного, пока на Земле шла гражданская война. Святой Престол пал. Инопланетяне без боя прибрали к рукам ослабленное человечество.

— Если кто спросит — ты сам всё так понял. Я тут ни при чём, — кот помахал мне лапой. — Упаси тебя твои боги, или кто там ещё покровительствует землянам, от помыслов о мести. Ошейник глушит телепатические способности того, кто его носит, но не блокирует возможность прочитать твои мысли. Нашим хозяевам нужны только верные слуги.

О мести я и не думал. Прекрасно понимал, что один человек ничего не сможет поделать против целой расы могущественных телепатов. Тем не менее, совет кота мог пригодится в будущем.

— Намёк ясен. Скажи мне, Барсик, а где мы…

— Ну сколько раз тебе надо повторить, что я не Барсик, а Барсик? — тихонечко взвыл мой собеседник.

— Я ведь извинился! Неужели не ясно: виноват переводчик? Как мне к тебе ещё обращаться?

Кот прикрыл свою морду лапой и пожаловался высшим силам:

— О боги, как это унизительно. Я никогда не привыкну!

Вот незадача. Мой собеседник снова пришёл в дурное расположение духа из-за такой мелочи, а ведь я намеревался расспрашивать его дальше.

— Извини ещё раз, — сказал я. — Не сердись. Лучше подскажи, где мы? Что это вообще за место такое?

— Вот только сейчас тебе это стало интересно, да? — кот убрал лапу с морды. — Как я погляжу, у вашей расы есть проблемы с расстановкой приоритетов…

В этот момент разговора одна из стен каюты исчезла. Почти весь проём занимал крупный гуманоид в оранжевой форме. В районе, где у людей обычно расположен нос, на его широком сером лице торчал рог.

— Как дела у новичка? — спросило у кота существо, похожее на помесь человека и носорога. — Осваивается?

— Человек в полном порядке, кэп, — ответил Барсик. — Насколько я могу судить.

— Он не пытался самоубиться?

— Ох, ну точно, совсем забыл предупредить, — вздохнул кот и обратился ко мне: — Матвей, не делай глупостей. Нам передали подробную информацию о том способе, которым тебе почти удалось сбежать от акридиан на Земле. Здесь такой фокус закончится настоящей смертью. Твой корабль с запасными телами сейчас находится очень далеко. Вдобавок, он надёжно экранирован. Не совершай глупостей.

— Вот именно! Если вдруг захочешь сдохнуть, то сделай это в бою, легионер! — прорычал носорог, тыкая в мою сторону одной из своих мощных лапищ. — Я пришёл сюда сообщить тебе, что ты принят на службу в Пятый Галактический Легион. Теперь я твой начальник. Капитан Зубу. Обращайся ко мне только так и никак иначе! Всё ясно?

Едва он начал говорить, вбитые годами армейской муштры инстинкты взяли надо мной верх. Ещё на середине речи носорога я вскочил с кровати и вытянулся по струнке.

Дослушав его, я проорал:

— Так точно, капитан!

— Во-о-от! — с удовольствием прокряхтел носорог. — Чую солдата, достойного называться легионером! Такому дай приказ, и можно больше ни о чём не волноваться. Настоящий воин. Не то, что ты, трусливый кот.

— Осторожный и умный кот, кэп. В первую очередь я разведчик, — вздохнул Барсик, видимо привыкший к подобным обвинениям. — На многих языках, в том числе и на вашем, слова «интеллигенция» и «разведка» имеют общие корни… В отличие от обычной солдатни, я достаточно умён, и не бросаюсь сломя голову в бой, пока не просчитаю все возможные риски. Такова наша кошачья суть.

— От битвы не уйдешь, будь ты хоть сто раз умником, — заявил капитан Зубу. — Пока вы, блохастые интеллигенты «считали риски», вашу Империю раздавил железный кулак Четвёртого Межгалактического Легиона!

Я бросил взгляд на Барсика, в его лиловых глазах разгорался бешеный огонь. Тело зверя начало работать мышцами, явно готовясь к прыжку прямо из того положения, в котором оно сейчас находилось.

Капитан Зубу не заметил, как переступил черту. Любое следующее его неосторожное слово могло стать причиной если не смерти носорога, то уж точно драки с вышестоящим армейским чином.

В компании кота я провёл совсем немного времени, но хвостатый стал мне чем-то симпатичен. Возможно, он не соврал насчёт давнишнего покорения Земли его расой. Наверняка мои далёкие предки просто отказались воевать с этими харизматичными пушистыми заразами.

Надо было выручать Барсика.

— Капитан! — гаркнул я. — Разрешите узнать подробнее о Пятом Галактическом Легионе, где мне выпала честь отныне служить!

Носорог одобрительно кивнул.

— Солдат, ты попал в самую сильную армию, что существует в этой галактике. Пятый состоит из лучших бойцов. Наш Легион одержал сотни славных побед. Ха, мы уничтожали даже тех, кто громко называл себя богами! Будь уверен: акридиане не просто так доверили нам роль щита и меча Коалиции. Носить мундир легионера — это честь. Великая честь…

Пока Зубу вовсю нахваливал Легион, я поглядывал на Барсика. Гнев на его морде потихоньку сменился на презрительное выражение, а тело расслабилось. Кот успокаивался.

Капитан закончил свою пламенную речь советом мне: поскорее дойти до интенданта и получить от него всё необходимое.

— Кое-какой экипировки для тебя вот так сразу не найдётся, боец. Землян в наших рядах никогда не было, — объяснил Зубу. — Поэтому озадачь отдел снабжения заранее, то есть до того, как тебя отправят голым в бой.

— Вас понял, капитан, — кивнул я. — Будет сделано.

— Отлично. Осваивайся, солдат. Сегодня отдыхайте, бойцы, но не забывайте про общий сбор в тренировочном зале завтра утром, — капитан сделал шаг назад и снова материализовалась стена, отделив нашу каюту от коридора с носорогом.

— Сколько их всего? — обратился я к Барсику.

Он лениво покосился на меня своими лиловыми глазами:

— Кого «их»?

— Ну этих, Легионов? Сколько армий у акридиан?

— Легион сейчас один. Пятый Галактический.

Я опять чего-то не понимал.

— Зубу упомянул Четвёртый, при этом «межгалактический».

— Был такой, — процедил сквозь зубы Барсик. — Планы у него простирались… аж до самой Андромеды. Потому и звался «межгалактическим».

— Я правильно понимаю, что когда-то был Первый Легион, потом из него сделали Второй, и так далее? — продолжал уточнять я. — А сейчас вот — Пятый?

Мне вдруг захотелось знать всё о той военной машине, в которую я попал: размеры армий, состав флота, совокупную мощь вооружения и так далее. Любые подробности о мире будущего и его истории стали важны для меня. Познавая новую реальность, я мог обрести внутреннее спокойствие и принять свою судьбу — наверное что-то в этом роде сказал бы мой знакомый военный психолог со «Справедливого».

— Первый Межгалактический Легион был основан более трёхсот тысяч лет назад, — ответил кот. — Он рос, становился всё больше и со временем превратился во Второй, в Третий, а затем и в Четвёртый Межгалактический…

Барсик на мгновение запнулся, но сразу же продолжил:

— Пятый же Легион был основан с нуля, где-то лет четыреста назад, вскоре после геноцида моей расы. На самом деле, он всего лишь жалкая тень былой военной мощи. Новой флот значительно уступает в численности кораблей и поэтому называется «галактическим», без приставки «меж».

— А как же славные победы?

— Капитан слегка преувеличил, особенно про богов. Ну сбросили мы пустотные бомбы на гигантского космического монстра, неспешно поглощающего планеты одну за другой. Потом схлестнулись с его родственничками — такими же тупыми обжорами колоссальных размеров. Бродячие левиафаны делятся на нескольких видов, некоторые даже полезны: питаются астероидными полями и очищают пространство от прочего космического мусора.

— Ого! Даже такое бывает?

— Чудес предостаточно. Наша галактика обширна и до сих пор полностью не изучена. Порой приходится сражаться с колоссами, но разве это битвы с богами? Нет. Да и мы, на самом деле, всего лишь жалкая пародия на настоящую армию. Почти все здесь служат под принуждением: бывшие преступники и асоциальные, с точки зрения Коалиции, элементы. Мы выигрываем сражения исключительно за счёт технического превосходства над противником. Вояк Пятого Галактического никак нельзя сравнить со свирепыми воинами прошлого, одно упоминание которых наводило ужас на все уголки обитаемого космоса.

— Но даже Четвёртый Легион получил своё. Наверное ему хорошенько досталось от котов? — аккуратно спросил я, опасаясь вызвать новую вспышку гнева у своего собеседника.

— Мои сородичи позорно проиграли все битвы. Тут капитан Зубу не соврал, — мрачно ответил Барсик. — Четвёртый Легион без труда стёр с лица галактики остатки Империи.

Кот замолчал, уставившись в потолок. В неловкой тишине прошло не меньше минуты. Мне стало неудобно. Так, пора сворачивать этот разговор.

Я уже открыл рот, чтобы узнать, как пользоваться стеной-дверью (думал пойти осмотреться и заодно навестить отдел снабжения), но тут Барсик тихим голосом сообщил:

— Да, Четвёртый Легион получил своё. Официальная версия такова: искусственный интеллект, управлявший армадой, совершил ошибку при расчёте конечных координат гиперпрыжка. В итоге, весь флот угодил за границу безопасной орбиты сверхмассивной чёрной дыры. Была ли это ошибка компьютера? Или же их настигла заслуженная кара? Однозначных ответов на эти вопросы нет ни у кого.

Внутри меня всё похолодело. Совсем недавно этот кот легко рассуждал о возможности похожей диверсии в отношении флота Святого Престола.

Похоже, он знал о судьбе Четвёртого Легиона больше, чем кто бы то ни было.

— Где-то там в центре нашей галактики тысячи боевых кораблей всё ещё падают внутрь прожорливой звезды. Полёт к неотвратимой гибели, длиной в целую вечность, — злорадно заявил кот.

— Разве они не могут создать «кротовую нору» и сбежать?

— Акридиане сравнительно недавно стали снабжать крупные корабли автономными устройствами перемещения в подпространстве. Во времена Четвёртого Легиона, для переноса громадного флота между звёздами, использовались колоссальные стационарные сооружения, которые питались от сверхмощных ядерных реакторов. На краю гравитационного колодца, где сейчас оказалось это проклятое войско, нет ресурсов для строительства чего-либо подобного.

— Так ошибиться в расчетах прыжка? У тебя есть предположения, что произошло на самом деле?

— Я ведь уже сказал: катастрофу списали на сбой в системе искусственного интеллекта, отвечавшего за навигацию… Кстати, после того случая Коалиция отказалась от использования в своих войсках ИИ. Акридиане всерьёз опасаются, что базовый код их программ оказался не столь устойчив к взлому, как изначально предполагалось. Что ж, не могу с этим не согласится.

Кот был хакером, он обошёл системы безопасности, чтобы добраться до закрытой части моего дела. Подозрения в моей голове окончательно созрели, но я должен был спросить его ещё кое о чём.

— А сколько тебе лет? — чуть дрогнувшим голосом поинтересовался я.

— В этом году будет юбилей, — отозвался инопланетянин. — Шестая сотня пойдёт, у нашей расы — это самый расцвет сил. Мех блестит, хвост трубой. Усы только раньше времени поседели…

Всё сходится.

Барсик был свидетелем гибели своей расы от пушек и бомб флота Коалиции. Он остался последним представителем Империи разумных котов. Кто, как не он был наиболее заинтересован в том, чтобы обречь Четвёртый Легион на вечные мучения?

Безусловно, Барсик придумал чересчур суровое наказание своим обидчикам, но осуждать его методы я не мог. Будь я на месте кота, тоже постарался бы отомстить за гибель своего народа самым страшным способом.

Только вот щупальца, направлявшие Четвёртый Легион, принадлежат акридианам. Всё ещё живым и здравствующим.

Значит, месть кота далека от завершения.

В моей голове появилась пара новых вопросов, на которые, я был уверен, он сейчас ответа не даст. Первый: зачем Барсик поступил на службу в новую армию акридиан? И второй: когда следует бежать из этого войска, чтобы не оказаться на корабле, падающем внутрь чёрной дыры?

Глава 4. Погасшая звезда

Дни пролетали один за другим. Совершенно незаметно начался пятый месяц моей службы в Легионе. Наверное, всё это время я должен был планировать побег, или строить планы, как отомстить акридианам, раз уж находился в центре их военной машины. Однако, подобные мысли редко меня посещали, хотя в причастности лидеров Коалиции к гибели флота Святого Престола я не сомневался.

В первую очередь, я следовал совету разумного кота — меньше думал о таких вещах. Отсутствие опасных мыслей в голове, позволяло избежать внимания телепатов-соглядатаев, тайных агентов акридиан, если таковые были в армии Коалиции. Кроме того, я ушёл с головой в службу. Новая обстановка меня захватила. Мне понравилось быть легионером, как бы презрительно не относился к моим восторгам Барсик.

В нашей комнате, которая оказалась каютой на военном звездолёте Легиона, кроме меня и Барсика, обитали ещё двое инопланетян: коренастый четырехрукий карлик Ноккер и, покрытый серебристой чешуёй, гуманоид Драк, похожий на тощую бесхвостую ящерицу.

Коротышка был представителем народа, живущего в системе Бетельгейзе — угасающего красного сверхгиганта из созвездия Ориона. Он загремел на службу в Легион после того, как его признали виновным в диверсии на крупном урановом руднике, поставляющем топливо для реакторов стратегически важных объектов Коалиции. Ноккер уверял, что на самом деле не замышлял зла, а пытался предотвратить надвигающуюся трагедию: шахты были в ужасном состоянии, грозящем скорой аварией.

Карлик неоднократно отправлял тревожные доклады начальству, но все эти предупреждения были проигнорированы. Отчаявшись привлечь внимание к проблеме с помощью бумаг, он решил устроить показательный обвал. Заложил заряд в один проблемный проход и дистанционно подорвал его.

Ноккер сделал это в пересменку, уверенный, что обойдётся без жертв, но либо не рассчитал мощности самодельной бомбы, либо сказалась чрезмерная дряхлость всей системы шахтных стволов. Взрыв повлёк за собой серию обвалов по всей территории. В результате этой цепной реакции, был полностью уничтожен центр управления рудником, где в тот момент как раз и находилось начальство. Все административные строения исчезли под землёй.

Второй мой новый товарищ, человекоподобный ящер Драк, лет десять назад был главой охраны молодого и свободолюбивого наследника Двойного Королевства Денеба. Взойдя трон, неопытный правитель совершил фатальную ошибку: в запале юношеского максимализма первым же указом вывел свою расу из состава Коалиции.

Через пару недель прибыл военный флот акридиан, несущий дары, способные переубедить денебианцев. Столица восставшего звёздного сектора продержалась не более недели. Пережив несколько орбитальных бомбардировок, ящеры вернулись в содружество разумных существ, а их правитель, жаждавший независимости, погиб от руки одного из ближайших своих советников.

Драка же обвинили в предательстве интересов народа Денеба и отсутствии лояльности Коалиции. Он, как начальник охраны, обязан был сразу устранить мятежного принца, чтобы пресечь на корню его революционные начинания.

После скорого суда на ящера надели ошейник и отправили на службу в Пятый Галактический.

Вот такими интересные личности окружали меня. И у каждого из моих новых сослуживцем мне было чему поучиться.

Барсик стал для меня основным источником знаний об окружающем мире. Древнее существо скрывало множество тайн под обманчивой внешностью безобидного кота. Инопланетянин помнил мельчайшие детали несметного количества важных событий галактического масштаба, случившихся за те века, что продолжалась его долгая жизнь.

Порой он открыто озвучивал секретную информацию, но многие на нашем корабле не воспринимали его всерьёз, считая обычным болтуном. Я же был уверен, что кот намеренно держался в образе безобидного сказочника, сочиняющего неправдоподобные истории. Не представляю, как Барсику удавалось защищать свои настоящие мысли от соглядатаев акридиан, но видимо имидж пустобрёха в этом как-то ему помогал.

Порой я вклинивался в разговоры других солдат, особенно если обсуждалось некая знакомая тема, и оперировал фактами, которые узнал от кота.

«Да кто тебе такое сказал? Тот хвостатый балабол? Не верь его байкам…» — часто слышал я в ответ.

Я же не сомневался в достоверности информации, поступающей от кота. Многое указывало, что на самом деле он был прирождённым правдорубом. Барсик никогда не льстил начальству, всегда называл вещи своими именами и порой страдал за свою прямоту, получая разносы перед строем и наряды вне очереди.

Разведчики считали кота профессионалом высшего уровня, и даже капитан Зубу пару раз был вынужден публично признать его таланты. Я давно уже решил для себя: в случае противоречивой оценки ситуации, особенно если таковая возникнет в бою, опираться следует на данные Барсика.

В общем-то, к любым советам кота стоило прислушиваться, в чём я не раз убедился на собственном опыте.

С четырёхруким Ноккером, мы быстро нашли общий язык на стрельбище. Он добровольно вызвался обучать меня обращению с непривычными образцами военного снаряжения Легиона. Несмотря на упомянутый инцидент со взрывчаткой на рудниках, в плане обслуживания оружия и защиты, я всецело доверился карлику.

Акридиане снабдили свою армию «пустотными» технологиями, имеющими ряд важных нюансов при использовании.

Возьмём, например, силовые поля. В моём времени они существовали исключительно для обороны крупной техники, но в Легионе каждый боец находился под прикрытием личного энтропийного щита. Создавал этот барьер небольшой, но невероятно мощный хаос-генератор, размерами в половину моего кулака.

Обладатель этого компактного устройства получал ещё и некий аналог скафандра: в границах поля поддерживалась нормальная дыхательная и температурная среда, практически в любых неблагоприятных условиях, хоть в открытый космос выходи. Но всё же главной задачей хаос-генератора было создание «пустотной» преграды, способной поглотить невероятное количество урона.

Делало ли это солдата неуязвимым на поле боя?

Скорее да, чем нет. При этом, энтропийные щиты не были бездонными губками, способными бесконечно выдерживать вражеский обстрел. Энергия для этого бралась из конкретного источника. Хаос-генераторы, тот самый источник, имели ограничение по нагрузке. На пределе своих возможностей они могли породить нестабильную гравитационную аномалию крайне малых размеров и с небольшим сроком существования. Тем не менее, эта кроха была смертельно опасной. Если не контролировать уровень входящего урона, то при очередном попадании противника, можно было сгинуть внутри образовавшейся по соседству «чёрной дыры».

Ноккер показал мне пару хитростей, позволяющих быстро разгружать личную систему защиты до нейтрального уровня: отключать на время дополнительные функции, такие как выработка кислородной смеси для дыхания или поддержание температуры.

Похожая проблема не обошла и «пустотное» оружие, которое своим лучом жадно поглощало любую встречную материю. Непрерывный огонь из потоковой энтропийной винтовки мог вызвать дестабилизацию энергетического ядра, что тоже грозило появлением нестабильной «чёрной дыры».

Карлик объяснил мне, как провести тонкую настройку мощности, при которой враг, хоть и не распылялся на атомы, но получал смертельный урон. Нагрузка при этом снижалась в разы.

Денебианец Драк тоже многому меня научил.

Ящер был лучшим спарринг-партнёром и тренером ближнего боя, из всех кого я когда-либо знал.

Началось всё с первой общей тренировки. После разминки, капитан Зубу построил нас и приказал мне показать на что способен человек в рукопашной. Против меня он выставил Драка.

Я с сомнением осмотрел щуплого денебианца, опасаясь сломать его ненароком.

Наш бой начался по команде капитана, но почти сразу и закончился. Секунду назад я замахивался для удара, но вдруг оказался лежащим на полу, больно уткнувшись в него лицом. На моей спине, заламывая мне правую руку, восседал Драк.

Как так получилось, я не понял.

Позднее ящер научил меня блокировать эту стремительную атаку и самому использовать подобные приёмы нападения, но в тот момент я был полностью дезориентирован. Издевательский хохот капитана только раззадорил меня. Я потребовал второй раунд.

Драк снова справился со мной, может даже быстрее чем в первый раз.

После повторного поражения, смеющийся Зубу объяснил, что мало кто способен потягаться в рукопашной с охранниками правителей Денеба. Успех не был гарантирован, даже если закончить курсы боевого искусства этого народа. Тренировочные схватки с щуплым Драком давно уже стали эдаким местным развлечением, в которое частенько вовлекались ничего не подозревающие новички, вроде меня.

Ящеры обладали невероятной реакцией и могли стремительно двигаться. Стиль их боя концентрировался на победе в первые же секунды контакта.

«Я могу научить противостоять подобным атакам, если тебе это интересно», — сказал тогда Драк, протягивая свою чешуйчатую лапу, чтобы помочь мне подняться с пола.

Конечно же я согласился.

В первый день нашего знакомства, новые сослуживцы сообщили, что меня поставили на замену их товарища, погибшего в одной из последних операций. Теперь наша четвёрка снова стала полноценной боевой единицей, так называемой «квартой», и могла быть допущена в бой, после ряда совместных тренировок.

Структура Легиона мало чем отличалась от устройства армии Святого Престола, где я ещё совсем недавно служил. За четырьмя квартами присматривал сервин, эдакий аналог сержанта. Нас контролировал Люсус — низкорослый типчик с огромной головой и выпуклыми чёрными глазищами на маленьком, сморщенном лице. Именно такими «серыми человечками» обычно представляли себе земляне возможных братьев по разуму. Более всего наш надзиратель любил придумывать изощрённые наказания за малейшие оплошности. Наряд вне очереди — самое малое, что можно было ожидать от этого мерзавца.

Над четырьмя сервинами стоял капитан Зуб, который получал распоряжения уже от старшего офицерского состава, командующего более крупными военными соединениями.

Корабль, где мы находились, вмещал в себя три сотни бойцов, считая рядовых и офицеров. Главным на звездолёте был капитан-коммандер Долус, серокожий коротышка с огромной головой, принадлежавший к той же расе, что и сервин Люсус.

Наше военное судно не имело названия, только числовое обозначение «108». Корабль был универсальным, как и большинство боевых единиц флота Пятого Легиона. Он мог одинаково эффективно вести бой в космосе и атмосфере. После посадки звездолёт становился неприступной крепостью. Выгрузка войск производилась напрямую с его борта на поверхность планеты. При этом, в ангарах «сто восьмого» стояли не только истребители, но и многоместные челноки, предназначенные для разведывательных или спасательных миссий.

За несколько месяцев службы мы дважды использовали малые корабли для тренировок на местности. Связанные с этими вылазками эмоции и ощущения, оказались очень похожи на те, которыми когда-то сопровождались высадки с помощью десантной техники Святого Престола.

Я не переставал сравнивать мою прежнюю службу тамплиером и нынешнюю — легионером. Так или иначе, меня всё устраивало.

Ну, почти всё.

Был один серьёзный минус. Кормили нас отвратительно, просто ужасно. Причиной тому был состав Легиона. Армия представляла собой сборную солянку из рас со всех концов галактики. Продукты считавшиеся обычной едой для одних существ, запросто могли вызывать отравление и анафилактический шок у других.

Поэтому повара не заморачивались. Они готовили безвкусную протеиновую массу разной плотности на завтрак, обед и ужин. К этому «кулинарному шедевру» полагались витаминные и минеральные добавки. Их подсыпали в финальное блюдо уже сами солдаты, исходя из строгих медицинских рекомендаций для своего вида.

Изредка к нам на стол поступала настоящая еда в виде мяса, фруктов и овощей. Такое случалось, когда флот надолго останавливался на орбите какой-нибудь обитаемой планеты.

Чтобы приём натуральной пищи не стал последним, всем желающим отведать инопланетную органику следовало посетить медчасть. Там «гурманам» вкалывали дозу индивидуального иммуномодулятора, побочным эффектом которого, в моём случае, оказался поистине зверский аппетит.

В самый первый раз, ощутив неестественный голод после обильного употребления неземных деликатесов, я жутко испугался: неужели в моём организме поселился новый вид глистов?

Пришлось со всех ног бежать за консультацией к нашим врачам.

Обследование было недолгим.

«Вы полностью здоровы. Все неприятные ощущения безопасны. Это проявление побочного эффекта иммуномодулятора», — обрадовал меня доктор Ку, похожий на волосатый шар уроженец звёздной системы Акрукса.

Побочка заключалась в ускорении метаболизма на некоторое время после приёма пищи. Можно было просто отказаться от вкусной натуральной еды, но я не смог себя пересилить. Объевшийся, но терзаемый чувством голода, я вспоминал Олега Чернова, точнее его необъяснимые приступы обжорства.

Кажется, я начинал понимать своего бывшего сослуживца…

Стараясь тратить свободное время с умом, я частенько проводил досуг в корабельных Архивах — голографическом хранилище истории славных побед Пятого Галактического Легиона. Здесь я пересматривал записи прошедших битв, знакомился с подробностями участия в боевых операциях того корабля, на котором сейчас служил.

Пятый Галактический занимался почти тем же самым, что и армия Святого Престола. Мы должны были силой усмирять старые миры, решившие выйти из состава Коалиции, и принуждать новые присоединится к ней. Только в последней части и заключалось различие, а методы были очень похожими.

Барсик безусловно был прав, когда говорил о том, что победы Пятого Легиона обеспечены техническим превосходством. Я пересматривал сражение за сражением и видел только одно: флот акридиан был лучше защищён и сильнее вооружён, чем любые его противники, а иногда вообще не встречал никакого сопротивления.

Допустим, что новые расы, которые одну за другой вбирала в себя расширяющаяся Коалиция, действительно уступали ей в техническом развитии. Но мне показалось странным, что ни один из старых миров, решивших пойти против воли акридиан, не имел более-менее достойного вооружения. Получается, не только землян сделали беспомощными пацифистами, но абсолютно все расы в составе Коалиции были когда-то лишены собственных средств защиты и нападения?

Я как-то спросил об этом у Барсика, и тот подтвердил: монополия на щит и меч, то есть на наш боевой флот, была только у акридиан. Остальные расы вели максимально мирный образ жизни, без использования военных технологий. До палок и камней дело, конечно, не дошло. Разрешалось владеть ритуальными, служебными, охотничьими и спортивными экземплярами личного оружия.

Ещё в Архивах находился симулятор космических сражений. С помощью Барсика мне удалось научиться управлять этой штуковиной. В последствии я не раз моделировал варианты возможного столкновения армий Святого Престола и Пятого Легиона.

Выходило, что два этих войска были практически равны по силам в космическом бою.

Земной флот обладал достаточной огневой мощью, чтобы с успехом перегрузить энтропийные щиты кораблей легионеров, но при этом, человеческая техника той эпохи была крайне уязвима к урону пустотных излучателей.

Акридиане вполне могли смоделировать столкновение пять веков назад. Получив неутешительный результат, «осьминоги» решились на диверсию, опасаясь проиграть землянам в открытом столкновении. Этой интересной мыслью я как-то поделился с котом.

Барсик отрицательно покрутил головой.

«В то время, когда Коалиция вступила в контакт с человечеством, в бой шёл не позорный Пятый Легион, а легендарный Четвёртый, который уничтожил бы ваш флот за считанные минуты. Неспроста большая часть информации по прежнему войску засекречена. Никто не должен сомневаться, что нынешняя армия не менее сильна», — заявил кот.

Возможно, так оно и было, но меня всё равно согревала мысль о том, что земляне когда-то обладали силой способной потягаться хотя бы с нынешней армией Коалиции…

Этот день начался, как обычно: завтрак, тренировка, самодельные картишки с сослуживцами (к слову, все на этом корабле, вплоть до старшего офицерского состава, высоко оценили достоинства простой земной игры в «подкидного дурака»).

Внезапно динамики в округе взвыли, но цвет настенных ламп не изменился.

Это означало, что мы должны немедленно бросить всё и собраться в общем зале, в ближайшие пять минут. Собственно говоря, мы так и сделали. Бегом добрались до нужного помещения, где уже было полным-полно народа.

Мы с котом протолкались через толпу и подошли к капитану Зубу.

— Что случилось, кэп? — поинтересовался Барсик.

— Кто из нас разведчик? — буркнул носорог. — Мне тоже очень интересно знать, что случилось. Все ждут выступления капитан-коммандера Долуса. Если тебе не терпится, метнись в рубку, спроси у него сам.

— Это приказ? — сощурился кот.

— Идиот, — вздохнул Зубу и отвернулся от нас.

Тем временем народ всё прибывал, заполняя огромное помещение до отказу. Наконец в зале почти не осталось свободного места. Чтобы не быть задавленным Барсик забрался мне на плечи. Метрах в десяти, слева от нас я заметил Драка. Наверняка и Ноккер находился где-то рядом, но из-за особенностей его роста обнаружить коротышку в этой толпе было нереально.

Огромный голографический экран заработал и появилось трёхмерное изображение капитан-коммандера Долуса. Он поднял над собой правую руку со сжатым кулаком в знак приветствия, все в зале ответили ему тем же жестом. Все у кого были руки и кулаки.

— Славные воины Пятого Галактического Легиона, случилось чрезвычайное происшествие, — монотонным голосом начал вещать Долус. — В отдалённой звёздной системе, отрядом отважных разведчиков Коалиции был обнаружен чрезвычайно опасный противник, обладающий серьёзной боевой мощью. Задача легионеров, как щита всех разумных рас, доверившихся нам…

— Готовься к самой нудной речи в своей жизни. Словам, которые на этом корабле ошибочно считают мотивирующими, — тихо сообщил Барсик, сидя у меня на плече. — Коммандер где-то с полчаса будет лить воду, но так и не перейдёт к сути. В самом конце, объявит статус боевой готовности и время начала операции. Хоть сколько-нибудь полезной информации, ни о предстоящем сражении, ни о противнике, мы от него не услышим… Так, Матвей, дай-ка я спущусь вниз, мне надо отлучиться по очень важным делам.

Я помог коту оказаться на полу, и тот мгновенно растворился между ног легионеров.

Тем временем Долус вещал о нашем священном долге перед Коалицией, вспоминая о былых победах и настоящих героях, пожертвовавших своей жизнью ради блага всех разумных существ этой Галактики. То есть вовсю «лил воду», как и предупреждал Барсик.

Речь коммандера даже и близко не подошла к концу, а я поймал себя на желании широко зевнуть и уснуть крепким сном. Оглянувшись, я увидел на лицах многих сослуживцев такое же выражение смертельной скуки.

Тридцать минут занудной мотивационной накачки невероятно растянулись, словно заняли на самом деле втрое больше времени. Наконец Долус отдал приказ, устанавливающий на борту корабля режим первичной боевой готовности, и объявил о высадке на территорию потенциального противника через двенадцать часов. После чего потребовал от всех офицеров немедленно прибыть в зал совещаний для ознакомления с приказами командования флота. На этом он закончил и распустил собравшихся.

Я никуда не спешил, медленно шёл на выход пропуская вперёд остальную толпу. Одним из последних покинул зал и оказался в коридоре.

Там меня ждали Ноккер и Драк.

— Сколько лет служу в Легионе, но сегодня в первый раз услышал о «чрезвычайно опасном противнике, обладающем серьёзной боевой мощью», — сообщил Драк. — Странные слова. Что могло так напугать наших командиров?

На мгновение в моей голове появился образ армии Святого Престола, исчезнувшей в неизвестном направлении пятьсот лет назад. Да нет. Не может быть.

— Нет смысла попусту гадать, — заявил карлик. — Давайте-ка лучше вернёмся в каюту и раскинем картишки, в ожидании нашего кота.

— Может быть он уже там? — предположил я, размышляя о пропавшем флоте землян.

— Ты же сам слышал капитан-коммандера, как он позвал всех офицеров на совещание. Собрание вряд ли быстро закончится, а значит Барсик ещё не скоро освободится, — заметил Ноккер.

— Но ведь Барсик не офицер, — продолжал тупить я. — Кто ж его пустит на эту встречу?

— Они даже не узнают, что он вообще был на совещании, — усмехнулся Драк и взглядом указал на решётку вентиляции.

— А-а! — до меня наконец дошло, какими делами занят сейчас мохнатый разведчик.

— Пойдёмте отсюда, всё-таки корабль перевели в боевой режим, теперь нельзя болтаться в коридорах без дела, — поторопил Ноккер. — Вон, уже и сервин Люсус поглядывает нас. Всё, парни, двигаем домой.

Я мысленно пожелал Барсику удачи и наша троица направилась в сторону жилых отсеков. Вскоре мы вернулись в каюту и принялись играть в карты.

Где-то через час дверь дематериализовалась и на пороге появился Барсик, морда которого выражала крайнюю степень задумчивости.

Кот ступил внутрь, и отверстие за его спиной снова стало глухой стеной.

— На меня тоже раскидайте, — попросил Барсик, заметив, что мы готовимся начать новую партию.

Кот запрыгнул на койку к Ноккеру.

Драк, сидевший рядом со мной, раздал всем карты. Затем открыл верхнюю на колоде, и переложил её вниз. Козырем были пики.

— Моя семёрка, есть у кого меньше? — спросил ящер, а когда никто не ответил, пошёл под меня двумя шестёрками.

Я оглядел своих товарищей и поинтересовался:

— Нет, вы серьёзно?

— Не отобьёшь? Тогда забирай, — хмыкнул ящер.

— О другом речь. Неужели вам не интересно, что узнал Барсик?

— Ты его задумчивую морду видел? Если не спешит рассказывать, значит ещё переваривает данные, делает нужные выводы. Подождём. Рано или поздно кот сам поделится информацией. Ты давай, либо отбивайся, либо забирай…

Я вздохнул и сгрёб карты, решив не тратить своих валетов.

Мы продолжили играть, и только к концу партии кот, как бы невзначай, сообщил:

— Возможно, это будет последняя битва.

— Для нас? — уточнил Ноккер, откладывая карты.

— Для некоторой части Пятого Легиона уж точно.

— На основании чего сделан такой прогноз? — поинтересовался карлик.

— В звёздной системе Беты Цефея разведгруппа Коалиции наткнулись на неидентифицируемую космическую базу, — начал рассказывать кот. — Попытка войти в контакт закончилась плачевно: уцелел только один из кораблей, достаточно осторожный, чтобы держаться на безопасном расстоянии. Остальные были уничтожены.

— Каким образом? — спросил Ноккер.

— Их расстреляли некие охранные системы неопознанного объекта. Выживший разведчик вызвал подмогу. Примерно сутки назад к нему отправилась малая ударная группировка: двенадцать тяжелых крейсеров. Они благополучно прибыли на место, и в скором времени связь оборвалась.

— Двенадцать? Бывали и серьёзнее потери у Легиона, — заметил Драк. — Поспешили и получили по зубам. Ожидаемо. Не думаю, что одна-единственная космическая станция выдержит атаку всего флота.

— Ты лучше тоже не спеши, мой чешуйчатый друг. Главное я приберёг напоследок.

— Хорошо, котяра. Продолжай.

— По сведениям выжившего разведчика, неопознанное сооружение невероятно огромно. Оно имеет размеры небольшой луны диаметром около двух тысяч километров, — объявил Барсик. — Эта штуковина занимается тем, что высасывает энергию из главного компонента Беты Цефея. Альфирк, голубой субгигант B-класса, уже потерял более десяти процентов яркости… Вы представляете себе военные возможности цивилизации, способной манипулировать такими силами?

Мы втроём потрясённо молчали.

— Вот и никто из нашего командования не представляет, — вздохнул Барсик. — Несмотря на эту огромную дыру в оценке противника, акридиане отдали приказ высадить войска и захватить станцию.

Я вспомнил военно-космическую базу Святого Престола у Марса. Её диаметр составлял всего-то двести километров. Однажды мы с друзьями выбрались наружу, и поверхность того сооружения показалась мне чудовищно огромной. А теперь, значит, предстоит десантироваться на нечто в десять раз большее?

— Похоже, есть причины для захвата данного объекта любой ценой, — хмыкнул Ноккер.

— Акридиане намереваются получить в своё распоряжение новые сверхмощные технологии, — кивнул Барсик.

— Значит, надо уничтожить данную станцию. Либо ту её часть, что манипулирует энергией звезды, — заявил Ноккер. — Всего два варианта: большой бабах или малый. В любом случае, это будет самая крупная наша диверсия против Коалиции.

Драк кивнул, явно соглашаясь с его словами.

Барсик тоже не возражал.

— Стоп-стоп, парни. Я что-то не понимаю почему вдруг речь зашла о саботаже, — сказал я. — По мне, так пусть Коалиция подавится этой трофейной технологией, может она и не новая совсем.

— Матвей, я хочу напомнить, что ни Коалиция, ни акридиане — тебе не друзья, — заявил Драк. — Все мы находимся на службе у нашего общего врага против своей воли.

Ящер указал пальцем на ошейник.

— А вдруг это новый враг для всех нас, ребята? Если таких станций не одна, а тысячи? Что будет в случае войны с таким противником? — горячо заговорил я. — Вы только представьте себе на минуточку, как гаснут звёзды обитаемых миров по всей Галактике!

— Мы точно не знаем, что именно происходит с Бетой Цефея, — возразил Барсик. — Возможно у Альфирка появились проблемы, и станция как-то стабилизирует состояние звезды. Спасает от взрыва сверхновой неведомую цивилизацию, что успешно скрывалась от внимания Коалиции в том секторе всё это время.

— Ты уверен в этом?

— Нет, — честно ответил кот. — К сожалению, твоя версия не менее вероятна.

— Если грозит война с противником, способным гасить звёзды, кто будет защищать народы Коалиции? Мы! Пятый Галактический! Нет уж парни, Легион должен получить технологии, способные обеспечить преимущество на поле боя. Пусть акридиане — зло, но с этим злом можно мириться, пока оно стоит на страже тысяч мирных планет.

— Ты готов умереть за интересы тех, кто поработил человечество? — презрительно скривил свою морду Барсик.

— Понимаю почему ты так говоришь, ведь твой народ предпочёл полное уничтожение союзу с Коалицией. Ну, а я — последний солдат Земли. Пусть современные люди отказались от меня, но я любой ценой выполню свой долг перед тем человечеством, которому присягал на верность. Не важно в каком времени я нахожусь. Всегда.

— Сражаясь за акридиан? Уничтожая их врагов? — уточнял кот.

— Именно так. Надо идти в бой? Значит, пойду, — заявил я.

В этот момент Драк чересчур громко вздохнул.

— На всякий случай, я хотел бы напомнить, что у тебя больше нет твоей капсулы с запасом тел, — раздражённо заметил кот.

— Да и пофиг!

— Вот так мы и теряем наших боевых товарищей, — грустно произнёс Ноккер. — Хороших парней, у которых барахлит компас с ориентирами «свой» и «чужой».

— Надеюсь, на самом деле наш друг не идиот, и этот глупый приступ верности Коалиции можно будет легко исправить, — пробурчал кот. — Придержите его, если Матвей вздумает начать бой с врагами акридиан прямо сейчас. Я скоро вернусь.

Барсик отправился на свою полку и на некоторое время исчез из поля зрения.

Вскоре кот спустился обратно. Правой лапой он сжимал гибкий металлический щуп, мерцающий синим огоньком на конце.

— Что это за штука? — подозрительно спросил я.

— Выпрямитель мозгов, — усмехнулся ящер.

— Мне не нравится это название.

Кот перепрыгнул на ту койку, где сидели Драк и я.

Барсик нацелил на меня странную штуковину, и начал водить ей вдоль моей шеи.

Я очень странно себя почувствовал. Куда-то разом исчезло приподнятое боевое настроение. Недавние мои горячие слова, необъяснимая бравада и желание кинуться в битву за интересы акридиан, — всё это внезапно пропало. Ко мне пришло тяжелое осознание того факта, что против своей воли я нахожусь на службе врага, поработившего множество разумных рас, в том числе и моих соплеменников. Мне следовало ненавидеть акридиан, сражаться против них, мешать им, а вовсе не помогать.

Что же со мной случилось?

— Ну и как? — спросил меня Драк. — Ощутил глубокое внутреннее противоречие? Это первый признак того, что ты снова становишься самим собой.

— В каком смысле самим собой? — не понял я.

— Да в самом прямом, — усмехнулся Драк.

— Нет уж, ты давай нормально всё объясни!

Но человекоящер молчал, продолжая улыбаться.

— С того момента, как на тебя нацепили ошейник, акридиане постоянно держали твой разум под телепатическим контролем. Не лично конечно же, а посредством непрерывного гипнотического сигнала, поступающего с охранных ретрансляторов, — вместо ухмыляющегося ящера меня решил просветить Барсик. — В твои мозги вливали верность Коалиции и акридианам. Воздействие происходит на границе сознательного и бессознательного. Так, чтобы изменить некоторые приоритеты, но при этом не повредить психическое равновесие. Правда, если к такому внушению добавить «пламенные» речи капитана-коммандера Долуса, то можно явственно ощутить дискомфорт от передозировки лояльностью — мозг уходит в защиту и тебя начинает клонить в сон.

Я ошарашенно оглядывал своих товарищей.

— Почему ты сразу об этом не рассказал? Почему не использовал на мне эту штуку в самый первый день? — спросил я Барсика.

— Требовалось некоторое время, чтобы понять, тот ли ты человек, — улыбнулся кот.

Мой ошейник-переводчик особо выделил слова «тот ли ты человек», передал их с некой интонацией заговорщика.

Мои друзья смотрели на меня, явно чего-то ожидая.

— Знаете, я тут подумал. Оказывается, я полностью согласен с первоначальным планом, — под их пристальными взглядами проворчал я. — Разнесём там всё на атомы. Нельзя допустить, чтобы акридиане получили новое преимущество, которое только укрепит их власть над остальными народами нашей галактики.

— Тот самый человек, — тихо рассмеялся Барсик, развернулся и запрыгнул обратно на свой ярус.

Тут меня ужалила одна неприятная мысль:

— Погодите, а как теперь быть со шпионами?

— Какими ещё шпионами? — нахмурился Драк.

— Должны ведь акридиане копаться в наших мозгах время от времени, — объяснил я, хотя уже и сам понимал: у врагов не было причин заниматься такими вещами при наличии зомбирующего излучения. — Как я теперь скрою свои мысли?

— Просто не думай об этом, — беспечно отмахнулся ящер.

— Спасибо, Драк, за дельный совет! Я, конечно, могу тупить продолжительное время, может быть даже рекордное, но не постоянно же!

— Ты мало тренируешься, — заметил Барсик. — Драк прав, просто не думай об этом и всё.

— Серьёзно? Вы все можете пострадать из-за меня!

— Не переживай, — улыбнулся Ноккер. — Кот прекрасно понимает, чем грозит блокировка некоторых функций твоего ошейника. Несколько лет назад мы доверились ему и нас до сих пор не раскрыли.

— Ну раз так, то ладно, — успокоился я.

Драк похлопал меня по плечу, а Ноккер подмигнул.

Кот тем временем свесился с края кровати, чтобы посмотреть на карлика.

— Как обстоят дела с твоими запасам? — поинтересовался Барсик. — Похоже, что нам понадобится море взрывчатки.

— Они довольно скромные для уничтожения объекта диаметром в две тысячи километров, — сообщил коротышка. — Не думаю, что есть смысл тратить мою коллекцию в грядущей операции.

— Получается, наш план невыполним? — разочарованно протянул я.

— Ну почему же, — возразил Ноккер. — Я последнее время плотно занимался изучением инцидентов связанных с хаос-генераторами. Выяснил, что если их перегрузить, но не один, а сразу несколько штук одновременно, то можно добиться возникновения стабильной гравитационной аномалии. Её мощность при этом увеличится по экспоненте. Похожим образом работают пустотные снаряды, что несут наши бомбардировщики, я успел немного поковыряться в одной торпеде на складе.

— Хочешь сказать, что возможно создать полноценную чёрную дыру? — прищурился Барсик.

— Речь именно об этом.

— И сколько генераторов нам понадобится? Мы успеем их достать к началу высадки?

— Благодаря тому, что я вызвался натаскать Матвея обращению с пустотными щитами, капитан выписал мне круглосуточный пропуск в оружейку. Прямо под самым носом у нашего сервина Люсуса, я вынес один за другим десяток хаос-генераторов, и припрятал в своём тайнике. Этого должно хватить, — сообщил Ноккер.

— Уважаю, дай шестерню! — Драк протянул ладонь вперёд, и карлик хлопнул по ней своей верхней правой рукой.

— Отлично, — Барсик деловито потёр свои лапы. — Значит, выбираем вариант полного уничтожения неопознанной станции?

Мы все кивнули ему в ответ.

Кот явно наслаждался мыслями о предстоящей нам диверсии, направленной против Коалиции. Мне даже показалось, что он замурчал. Чудеса. До этого момента я ни разу не слышал, чтобы он так делал.

— Нужно успеть собрать детонатор, — добавил Ноккер. — И принести из тайника хаос-генераторы.

— Прямо сейчас этим и займёмся, — предложил Драк.

В нашей комнате что-то тихонько, почти на пределе слышимости, вибрировало. Мне точно не показалось. Странные звуки шли сверху, со стороны Барсика, никто не обращал на них внимания.

Я выждал немного и спросил:

— Что за звук такой? Вы слышите?

— Это у меня! — сразу же подскочил кот. — Я оставил «жучок» в шахте вентиляции комнаты совещаний. Похоже там началась какая-то активность.

Барсик достал из-под своей подушки вибрирующую чёрную коробочку, размотал провода и вставил в уши миниатюрные наушники-вкладыши.

Через некоторое время морда его удивлённо вытянулась. Мы терпеливо ждали, что за новости расскажет нам кот.

— Основной компонент Беты Цефея пропал из видимого спектра. Зафиксированы мощные скачки гравитации внутри ядра Альфирка, — наконец ошарашенно произнёс Барсик. — Некоторые офицеры флота не без оснований опасаются перехода звезды в состояние сверхновой в ближайшие сутки, но акридиане продолжают настаивать на военной операции.

— Твоя теория о том, что некая цивилизация пыталась усмирить Бету Цефея, похоже трещит по швам, — заметил Драк. — Там вот-вот произойдёт коллапс с образованием нейтронной звезды.

— Да, я ошибся. Энергию откачивали с иной целью, — мрачно согласился кот.

— Подобные технологии не должны попасть в щупальца акридиан, — твёрдо заявил я. — Идём за твоими генераторами, Ноккер.

Мы одновременно поднялись со своих мест.

Глава 5. Логово пауков

— Держитесь крепче! — заорал сервин Люсус.

Он сидел ближе всех к кабине пилотов нашего челнока и имел хоть какой-то обзор в плане происходящего снаружи. Остальные могли только переглядываться друг с другом, да пялиться на серые глухие стенки десантного отсека.

Все вокруг меня обхватили поручни, Барсик так вообще чуть ли не ужом намотался на свой. Я последовал примеру сослуживцев и стиснул обеими руками шершавые металлические перекладины изо всех сил, и даже начал молиться за то, чтобы катер успешно миновал обстрел вражеской артиллерией.

Спустя несколько секунд после предупреждения Люсуса, челнок тряхнуло так, что у меня зубы лязгнули. Гул двигателей затих. Это была жёсткая посадка, а не попадание противника по нашему кораблю, как я уже успел себе представить.

Вернёмся с этой миссии живыми, за мной должок нашим славным пилотами. Если мне не изменяет память, кто-то из третьего блока делал неплохой самогон.

— Открыть люк! Всем квартам покинуть борт! — раздались новые команды Люсуса.

Задняя часть челнока с шипением распахнулась, хаос-генератор на моём поясе замигал зелёным огоньком выравнивая температуру и создавая кислород. У остальных парней происходило то же самое — оборудование личной защиты автоматически включилось, обнаружив безвоздушную среду. На поверхности космической станции нас ждал вакуум.

Мы освободились от ремней безопасности и цепочкой высыпали из корабля. Оказавшись снаружи, шестнадцать легионеров рассредоточились вокруг челнока, взяв на изготовку своё оружие. Последним вышел Люсус, шевелящий губами, но в наушниках я его не слышал. Видимо, наш сервин по выделенному каналу докладывал капитану Зубу об успешной посадке и запрашивал дальнейших указаний.

Я сразу отметил наличие здесь гравитации, хоть и ослабленной, меньше половины от земной. Дав этому явлению положительную характеристику (можно тратить меньше сил на преодоление больших расстояний), стал осматривать окрестности через прицел своей винтовки.

Нас окружал чужой мир. Рукотворный ландшафт, созданный из неизвестного светящегося металла. Я опустился на колено и прикрыл ладонью серую поверхность. Да, так и есть, обшивка станции исходила собственным тусклым сиянием.

С верхушек низких холмов срывались зелёные лучи и улетали навстречу Пятому Галактическому Легиону.

Яркие искорки, там наверху, были нашим флотом. Эту часть неба сейчас закрывал гигантский тёмный диск погасшего Альфирка. Свет маршевых двигателей был хорошо заметен на фоне чёрного круга.

До взрыва сверхновой оставалось менее суток. Сейчас внутри кремниевой оболочки померкшего светила формировалось железное ядро. Оно вырастет примерно за двадцать четыре часа и совершит коллапс менее, чем за одну секунду. Сжатие вещества достигнет предела и произойдёт взрыв невероятной силы. Альфирк разлетится во все стороны, а в центре взорвавшейся области останется компактная нейтронная звезда.

Часть кораблей Легиона была уничтожена плотным встречным огнём, но большинство успело развернуться и выйти из зоны поражения. Последнее, что я слышал по общему каналу: смогли приземлиться только некоторые челноки, пока их прикрывали крупные суда, принимая на свои мощные щиты основной урон.

Отступил на безопасное расстояние и наш «сто восьмой». Подбитый и потрёпанный, он обеспечил нам возможность добраться вниз целыми и невредимыми.

— Легионеры, внимание! Я должен ознакомить вас с текущей обстановкой и передать новые приказы, — раздался голос Люсуса в наушниках.

Я продолжил держать под наблюдением местность, иногда поглядывая на нашего сервина.

— Осуществляя высадку войск, Пятый Легион наткнулся на плотный огонь противника. Мы лишились нескольких крупных кораблей и могли потерять ещё больше. Поэтому флоту был отдан приказ временно отступить для перегруппировки. Командованию не хватает информации, чтобы успешно продолжить операцию по захвату этого сооружения. Задача всех боевых групп, оказавшихся на поверхности вражеской станции: собрать максимум полезных сведений для нового наступления и обеспечить безопасную высадку основных войск. Нам дали на выполнение этой задачи четырнадцать часов, не более. Если мы не успеем к тому времени, будет задействован вариант с полным уничтожением данного объекта пустотными торпедами.

Отличная мотивация, даже дополнительное гипнотическое внушение не требуется.

Люсус на секунду замолчал, а затем продолжил:

— Всего высадилось около пяти сотен легионеров с разных кораблей. Поддержки тяжёлой техники мы полностью лишены. Челноки прикованы к поверхности, им нельзя подниматься, чтобы не попасть в прицел вражеской артиллерии. Пятьсот воинов для разведывательной и диверсионной миссии вполне достаточно.

Люсус достал свой планшет и начал проводить какие-то манипуляции с его сенсорным экраном.

— Нас забросили кольцом, центром которого является точка, где регистрируются мощные электромагнитные всплески. Там, довольно близко к поверхности, расположен некий коллектор. В штабе уверены: данный механизм заряжен энергией Беты Цефея и питает все местные системы защиты. Это и есть та самая технология, что так важна для дальнейшего развития Коалиции. От нас требуется найти способ попасть внутрь станции. Стараясь не вступать в бой с вероятными силами противника, мы должны добраться до цели и произвести диверсию…

Я не мог сдержать улыбки, представляя возможный диалог с сервином после того, как сработает наша самодельная бомба.

«Что вы натворили, тупицы? Разве до вас не дошла суть приказа?»

«Но сэр, диверсия была исполнена в лучшем виде!»

Стоп. Хватит. Я напомнил себе, что даже в открытом космосе, думать о таких вещах не стоит.

— В идеале нам необходимо обесточить станцию. Отрезать от источника питания её вооружение, чтобы позволить основным войскам высадится без потерь, — продолжал Люсус. — Я только что перебросил разведчикам каждой кварты список координат, по которым вы отправитесь в поисках прохода внутрь. Сам я остаюсь у челнока, и отслеживаю прогресс всех групп, а также докладываю о результатах командованию.

Сервин быстро оглядел нас по очереди, словно пересчитывая.

— Попав на очередную точку, тщательно обследуйте окружающую территорию. Делайте соответствующую пометку в планшете, даже если не обнаружите ничего интересного. Затем двигайтесь к следующей цели. Все поисковые отряды идут по спирали, постепенно приближаясь к тому месту, где скрыт энергетический коллектор. Как только одна из команд обнаружит путь вниз, то сразу оповестит остальных и мы присоединимся к ней. Всем всё ясно?

— Так точно, — ответили мы нестройным хором.

— Приступить к выполнению боевой задачи! Во имя великих побед Легиона! — Люсус поднял вверх сжатый кулак.

— Во славу Коалиции! — прокричали мы в ответ.

Затем каждая кварта собралась около своего разведчика.

Барсик сосредоточенно изучал мерцающий экран планшета, что-то подстраивая на своём голографическом компасе. Спустя пару минут он убрал всё оборудование в свой рюкзачок, и закинул его на спину.

— Нам на северо-запад, — он махнул лапой, показывая куда именно. — Восемь километров. Погнали, парни.

Наша четвёрка сорвалась с места. Неестественно высоко подпрыгивая в условиях ослабленной гравитации, мы понеслись к первой точке. Остальные команды отправились в путь в том же направлении, но сдвигаясь левее.

Нас возглавлял Барсик. Серой торпедой он длинными скачками летел вперёд, зачем-то прижимая уши к своей круглой голове. Наверное, это был кошачий инстинкт, поскольку встречного воздуха я не ощущал. При работе персонального хаос-генератора, обволакивающего легионера силовым «скафандром», никакого сопротивления среды и быть-то не могло.

До первой точки мы добрались меньше чем за полчаса, полностью потеряв из виду остальные команды. Уже на месте Барсик показал знаками: всем отключить микрофоны своих коммуникаторов и собраться ближе, чтобы индивидуальные защитные поля объединились в один воздушный пузырь.

Едва переводчики на наших шеях смогли принимать звуковые волны, кот сразу перешёл к делу:

— Как вы уже поняли, наш план изменился. Даже я не ожидал такого поворота событий. Все думали, что высадка войск пройдёт как обычно, с борта «сто восьмого». Драк должен был позаимствовать один из катеров в его ангарах и готовиться подхватить нас, едва мы осуществим диверсию. Оставалось только убраться с этой станции до того, как её поглотит «чёрная дыра». Однако, всё пошло не так.

— Значит, мы не взорвём мою бомбу? — огорчился Ноккер.

— Не ценой наших жизней, — ответил ему Барсик. — Если бы каждая диверсия против акридиан требовала умереть за неё, я бы никогда не дожил до своих лет. Я не собираюсь делать эту гадость нашим врагам последней в моём длинном списке, но и вычёркивать её оттуда тоже не хочу.

— Ты придумал что-то новенькое? — догадался я.

— Придётся слегка отойти от первоначального плана, но не от его сути, — заявил кот. — Согласно приказам командования, в первую очередь мы должны обесточить систему местной защиты. Без этого нам не покинуть данную станцию. После чего взрываем бомбу Ноккера, нас подхватывает Драк, и мы улетаем.

— Звучит очень похоже на предыдущий вариант, если не вдаваться в подробности, — задумчиво произнёс Драк. — Только вот «сто восьмой» не приземлился, где я возьму транспорт?

— Безусловно, важны детали нового плана, — кивнул кот. — Первоочередная наша задача — найти путь к вражескому энергетическому коллектору. Нужно обесточить местную артиллерию и заложить самодельную бомбу. Этим займусь я и Матвей. Мы направимся прямиком в центр данного сектора, пока остальные кварты кружат по его границам. Я уверен, что в той точке куда больше шансов найти спуск внутрь станции.

— Сколько по прямой? — поинтересовался я у кота.

— Около ста пятидесяти километров.

— Терпимо. При такой-то гравитации.

Барсик достал из своего рюкзачка коммуникатор и планшет.

Он протянул их Ноккеру:

— Держи. Матвей, Драк, вы тоже отдайте ему устройства связи, чтобы нас не могли по ним отследить.

Мы так и сделали.

Кот продолжал инструктаж:

— Ноккер, ты пойдёшь по маршруту, делая вид, что вся наша группа занимается поиском. Отмечай точку за точкой, без спешки продвигайся далее. Если будет вызывать сервин, притворись мной. Он всё равно не поймёт через переводчик, кто именно ему отвечает.

— А если Люсус прикажет присоединится к группе, которая обнаружит что-то интересное? — спросил карлик, перебирая в руках полученное от нас оборудование. — Ну и куда мне это всё девать…

— Бомбу Матвею отдай. Он её положит к себе в рюкзак, а у тебя освободится место.

— Точно, — Ноккер снял с плеч ранец.

Я тоже скинул свой.

— А насчёт Люсуса… Просто имитируй одностороннюю потерю связи: «Вас не слышно! Приём!». И продолжай идти по маршруту, чтобы он у себя отметки видел, — дал совет кот. — Люсус, конечно же придумает потом, как нас наказать, но сейчас у него первейшая задача — разведать путь вниз. Её-то он и будет выполнять вместе с остальными. Не думаю, что он станет нас дожидаться. Я его знаю. По мнению сервина, от таких тупиц как мы, много толку не прибавится. Хорошо, что капитан Зубу так и не успел высадится, застрял на подбитом «сто восьмом». Сразу двоих обмануть куда сложнее, хотя… тоже возможно.

— В этом деле ты профи, — согласился Ноккер. — Матвей, принимай.

Он уже достал самодельную бомбу (десять хаос-генераторов, примотанных друг к другу скотчем, плюс детонатор) со дна своего ранца и протягивал её мне. Я всё ещё выбрасывал из рюкзака всё лишнее, чтобы взрывное устройство могло там поместиться.

— Теперь о твоих задачах, Драк, — Барсик обратился к ящеру. — Возвращайся к челноку. Будь рядом с ним, но не слишком близко, чтобы тебя не обнаружили. Одна из поисковых команд рано или поздно найдёт путь вниз и сообщит об этом. Люсус сразу отправится к ним. Пилоты останутся одни на борту.

Драк приподнял брови.

— Убивать нельзя, — быстро сказал кот. — Ребята молодцы, доставили нас сюда целыми и невредимыми. Поэтому используй вот эту штуку.

В лапах Барсика появилось устройство похожее на миниатюрный пульт дистанционного управления с дюжиной кнопок.

— Я разместил внутри катера газовую мину, со снотворной смесью. Активируется красной клавишей. А эти отвечают за блокировку замка шлюза. Дождись сигнала. После чего запри пилотов и активируй бомбу. Положи их спать где-нибудь в десантном отсеке. Потом заводи корабль и дуй спасать наши задницы. Через бортовой коммуникатор свяжись с Ноккером. Подбери его по дороге, если он к тому моменту не вернётся к челноку.

— Какого рода будет сигнал? — поинтересовался Драк, принимая пульт.

— Наверху сейчас внимательно отслеживают состояние энергетической сети этого сооружения, выжидают просадки. Эффект от диверсии Легион обнаружит сразу. Как только флот снова пойдёт в атаку — начинай действовать. Уже на месте я тебе дополнительно подсвечу нашу позицию двумя фиолетовыми ракетами.

— Понял, — кивнул ящер.

— Ну и запомните все, на случай допроса, легенда у нас такая: мы шли по маршруту, но потеряли связь. Решили вернуться к челноку, там обнаружили пилотов в бессознательном состоянии. Когда флот пошёл в наступление, мы подняли корабль, чтобы присоединиться к основным войскам. Всё.

— Ты же понимаешь, что если в наших мозгах решит покопаться телепат, то эта история ничем нам не поможет, — заметил я.

— Матвей, совсем недавно тебе советовали доверять мне в подобных вопросах, — раздражённо ответил Барсик. — Прими уже тот факт, что на нашем флоте нет… ну или почти нет телепатов. Разве только сами акридиане обрадуют простых смертных своим присутствием.

— Их-то я и имею ввиду.

— Насчёт акридиан можешь не беспокоиться, пока я рядом, — усмехнулся кот.

В тот же момент под моим черепом словно проскочило несколько электрических искр.

Не может быть, неужели Барсик…

— Порой ты очень медленно соображаешь, друг мой, — заметил кот. — Да, я — телепат. И способен скрыть свои мысли от чужого внимания, и не только свои… Ладно, парни давайте уже заниматься делом. Нельзя терять время зря. Нас подгоняет угроза бомбардировки.

Драк молча развернулся и зашагал в том направлении откуда мы появились. Ноккер махнул на прощание своей правой верхней рукой и уткнулся в планшет, разбираясь с маршрутом, по которому ему предстояло идти.

— Матвей, за мной! — скомандовал Барсик и поскакал прямо на север.

Я поспешил за ним.

Нам предстояло преодолеть почти сто пятьдесят километров. Не знаю в какое время планировал уложиться кот, но я прикидывал, что этот марафон займёт не менее восьми часов, с учётом всех преимуществ передвижения в условиях пониженной гравитации.

Бежали мы молча. Коммуникаторы остались у Ноккера, иной связи не было. Пока мы держали дистанцию, нас разделял вакуум, а в безвоздушной среде переводчики в ошейниках были бесполезны.

Зато я мог мысленно вести монолог, надеясь, что Барсик читает в моей голове.

Примерно через полтора часа, когда мы слегка выдохлись и перешли на шаг, кот приблизился чтобы сказать:

— Матвей, за все те месяцы, которые ты служишь в Легионе, я успел изучить твои воспоминания вдоль и поперёк. Нет нужды пересказывать для меня все известные тебе десять анекдотов.

— Я же по-дружески! — слегка обиделся я. — Решил развлечь тебя. И анекдотов не десять, а куда больше!

— Лучше размышляй о чём-нибудь полезном. Обдумывай план действий, ищи в нём уязвимости. Я не идеален и мог упустить что-нибудь из виду. А вот мысли вроде: «встречаются два прапорщика, и один из них говорит другому…» — это всё, извини, мусор.

— Вы бы определились с задачами, которые мне ставите, — вздохнул я, имея ввиду сразу всех трёх моих сослуживцев. — То просите научиться не думать, то наоборот.

— Ты вроде взрослый по меркам своей расы, должен понимать, что действовать надо исходя из текущей ситуации. Думать или тупить, в том числе.

— Буду знать, — буркнул я.

— Только без обид… Смотри, что это там такое?

С котом мы успели преодолеть примерно тридцать километров. Однотипная местность начала меняться: холмов стало больше, а на горизонте замаячил длинный ряд отдельно стоящих башен.

— Похоже на забор, — предположил я.

— Или так отмечена зона безопасности рядом с механизмом, что вытягивает силу звёзд.

— Следует ожидать неприятностей при пересечении этой границы? Вдруг станция всё ещё выбирает какие-то остатки энергии из Беты Цефея? У меня нет желания попасть в поток жёсткого излучения.

— Хаос-генераторы защитят нас, — беспечно ответил Барсик. — Давай попробуем найти проход в недра станции у одной из этих башен.

До первого такого строения мы добрались только через час. Белый столб оказался высотой в три моих роста, и метров пять диаметром. Его поверхность была украшена множеством странных, словно выгравированных лазером, рисунков.

Я разглядывал странные сценки из жизни неизвестной цивилизации.

Все рисунки содержали существ, похожих на пауков с собачьими головами. На одних изображениях, восьмилапые твари кидали в воздух мяч, а может быть поклонялись солнцу. На других, они склонились перед чёрной пирамидой. И так далее. От этой росписи веяло чужой религией, по крайней мере, мне так показалось.

— Согласен, это похоже на некий ритуальный объект, — прочитал мои мысли кот. — Вряд ли данное сооружение имеет технологическое предназначение.

— Тем не менее, может рисунки — надписи на языке создателей этой станции?

— И такое возможно, — согласился Барсик, пристально разглядывая столб. — Тем более, они повторяются с разными интервалами. Ого! Ты только посмотри, что я обнаружил тут и вон там.

Он растопырил лапы, показывая в противоположные стороны нижней части колонны.

Я опустился на колено, чтобы получше рассмотреть одну из тех картинок, на которые указывал Барсик.

И впрямь интересный рисунок. Перед пауками стояла человеческая фигура. Гуманоид держал в своих руках шар или мяч. В ногах у него была изображена клякса, похожая на кота.

Очень сильно похожая!

— У нас есть с собой какие-нибудь круглые предметы? — быстро спросил я у Барсика.

— Если не брать в расчёт твою голову, то нет.

— Значит…

— Значит, мы ошибаемся. Во всём виноват наш беспокойный мозг, — заявил мой мудрый товарищ. — Он ищет знакомые черты в этих образах, интерпретирует их. Поэтому нам и кажется, что тут изображён человек и кот. С таким же успехом, это может быть чем угодно.

— Ну и слава богу, — я похлопал по колонне. — На секунду я даже испытал некий дискомфорт…

Я не успел договорить.

Колонная вздрогнула и провалилась под поверхность станции. На её месте зияла широкая дыра, ведущая в темноту.

— Обязательно трогать всё подряд? — поинтересовался кот, заглядывая в образовавшееся отверстие.

— Мы же искали способ попасть вниз, — нашёлся я. — Чем не вариант?

Барсик не ответил. Он отстегнул один из запасных карабинов со своего рюкзачка и кинул железку в дыру.

Металлический треугольник на секунду завис, а затем медленно поплыл вниз. Что-то подобное я уже встречал на нашем «сто восьмом»: по такому же принципу на его борту работали антигравитационные лифты, переносящие персонал и грузы между палубами.

— Действительно, очень похоже на проход внутрь станции, — задумчиво произнёс Барсик. — Из уважения к твоей находчивой расе, я уступаю тебе право первым проверить этот вариант.

Я с укором посмотрел на кота, затем аккуратно перенёс одну ногу в пустоту дыры. Встретил сопротивление и смело шагнул вперёд. Меня подхватило силовое поле и осторожно поволокло вниз. Интересно, что будет делать кот? Я задрал голову вверх: надо мной парил еле различимый Барсик, спускающийся следом, смешно растопыривший свои лапы.

Несколько минут мы двигались в полной темноте. Отверстие над нами превратилось в серую точку, а затем исчезло. Глаза постепенно адаптировались. Я обнаружил, что различаю детали окружающего нас пространства. Стены трубы, по который мы спускались, были прозрачными. За ними находились пустые области и огромные сферические конструкции, усеянными слабыми огоньками.

— Матвей, проверь свой генератор, — раздался сверху голос кота. — На моём упала нагрузка: он снизил выработку кислорода до минимума и отключил регулировку температуры. Похоже, мы находимся в условиях пригодной для жизни среды.

Так и есть. Я начал ощущать поток тёплого воздуха, исходящий из-под моих ног. А ещё, снизу к нам что-то стремительно приближалось, какая-то поверхность.

Через несколько секунд наш спуск подошёл к концу.

Труба внезапно закончилась, и мы плавно приземлились на пол просторного помещения, края которого терялись в полутьме. В следующий момент всё вокруг озарилось мягким светом, жемчужно-серого оттенка.

Мы стояли внутри огромного купола, посредине которого торчала труба антигравитационного лифта, что принесла нас сюда.

Барсик достал пистолет и пошёл по кругу, подозрительно принюхиваясь. Я сделал несколько шагов в сторону, держа винтовку наизготовку, изучая помещение.

Тут же кот меня окликнул:

— Матвей, смотри!

Я резко повернул голову. Успел увидеть, как из пола, где мы только что находились, вырвался знакомый столб и устремился вверх по трубе. Видимо, чтобы занять прежнее место на поверхности станции.

— И как нам вернуться обратно? — вслух задумался я.

— Возможно тебе стоит перетрогать тут всё подряд, — предложил Барсик. — В прошлый раз это сработало… Фу, ты чувствуешь запах, Матвей?

Я принюхался. Да, в воздухе неуловимо пахло чем-то странным, но чем именно понять было невозможно.

— Вот и я не понимаю, — пожаловался Барсик, достал голографический компас и сверился с ним. — Знаю только, что меня этот аромат дико раздражает. Ладно, идём. Нам в ту сторону.

Кот направился к одному из полукруглых проходов.

Покинув помещение с трубой, мы вступили в невообразимо длинный коридор, где тоже загорелся свет, едва мы сделали по нему свои первые шаги. На всём протяжении этого тоннеля, сколько мы могли видеть перед собой, в его стенах виднелось множество отверстий. Они вели в другие комнаты и проходы.

— Эта автоматическая подсветка демаскирует нас, — недовольно пробурчал Барсик. — Советую держать оружие наготове, Матвей. Хоть мы и не видим никого, но я телепатически ощущаю присутствие живых существ поблизости.

Я перехватил винтовку поудобнее.

Мы направились вниз по коридору, с интересом заглядывая в боковые ответвления, но не успели пройти и километра, как изо всех щелей вокруг нас внезапно повылазили местные обитатели.

Втрое крупнее Барсика, но не выше Ноккера, эти существа были артроподами. Они походили на седых бесхвостых собак, с парными членистыми конечностями, как у пауков.

Первые две лапы были короче остальных, в них пришельцы сжимали полутораметровые пики. Штуки, что я сперва принял за примитивное холодное оружие, таковым вряд ли являлись, потому что направленные на нас концы оказались тупыми и полыми. Чем они стреляют, выяснять не хотелось.

Пауков было много, несколько десятков. Они не выглядели дружелюбно, но и не стали палить из засады. Атаковать нас никто не спешил. Я тоже не видел смысла начинать сейчас перестрелку. Отпустил свою винтовку, и показал пустые руки, ладонями вперёд.

Наши энтропийные щиты работали и были готовы в любой момент отразить возможную атаку. Никогда не поздно схватится за оружие и открыть огонь. Похоже, Барсик тоже так думал, он медленно убрал свой пистолет.

Тем временем, в воздухе волнами разливался тот странный аромат, на который недавно обратил внимание кот. Только сейчас запах был в разы сильнее.

— Фу, ребята, — сказал Барсик. — Это от вас что ли так воняет?

И без того мощные ароматы усилились.

Кот нахмурился и сосредоточенно уставился на одного из артроподов. Я догадался, что он пытается наладить мысленный контакт. Эти существа молчали, а значит наши ошейники-переводчики были бесполезны.

Вонь становилась невыносимой.

— О, боги! — вдруг воскликнул кот. — Матвей, эта раса общается с помощью пахучих выделений!

— Ты уверен? — спросил я, зажимая нос. — Может они применили химическое оружие?

Нет, в таком случае наши генераторы обеспечили бы автономную кислородную среду. Барсик был прав.

— Уверен. Я покопался в их мозгах. Там полная каша, предстоит разбираться, но главное понял: пауки приказывают следовать за ними. Они очень недовольны тем, что мы их игнорируем.

— Можно объяснить им, что до нас дошло?

— Если издать какой-нибудь запах в ответ, — развёл лапами кот. — Попробуй. Ты же подобным занимаешься, когда уверен, что все в каюте спят.

— Дурак ты, — беззлобно ответил я.

Надо было что-то делать. Нельзя торчать тут вечность, задыхаясь от вони.

Показывая пустые ладони, я шагнул вперёд. Артроподы оживились и растеклись по стенкам тоннеля, словно пропуская нас.

Мы с Барсиком зашагали дальше по коридору, в окружении этих странных существ. Вскоре, у одного из боковых поворотов, двое инопланетян перегородили нам дорогу, заставляя свернуть в это ответвление. Мы подчинились, наш «кортеж» двигался вслед за нами.

Где-то полчаса спустя, мы добрались до просторного зала, где оказалось множество прозрачных труб, похожих на ту, через которую мы прибыли внутрь станции. Только эти располагались горизонтально.

— Местная транспортная система, — авторитетно заявил Барсик, продолжающий копаться в головах наших сопровождающих.

Толпа увлекла нас к одной из труб. Несколько пауков запрыгнули внутрь и унеслись вдаль, другие стояли вокруг и нестерпимо воняли.

— Хватит! — взмолился я, зажимая нос. — Мы всё прекрасно понимаем! Не надо больше так подробно объяснять…

Я поскорее шагнул в трубу. Барсик последовал за мной. Артроподы не отставали.

Нас несло вглубь станции, с нарастающей скоростью. Интересно, куда мы направляемся?

— Прямо к цели! — проорал Барсик, в лапах которого я заметил мерцание голографического компаса. — Мы движемся в нужном направлении.

Я снова засёк время и стал рассматривать объекты внутренней архитектуры инопланетной станции, проносившихся мимо. На протяжении почти сорока минут мы стремительно двигались внутри трубы. Затем скорость полёта начала замедляться и вскоре меня с котом аккуратно вынесло в очередной зал-купол, где артроподы опять окружили нас и потащили по лабиринту своих однотипных коридоров.

Я неплохо ориентировался на местности, но сейчас ясно понимал одно: самим отсюда ни за что не выбраться. Как в таком случае устраивать диверсию? Как попасть на поверхность?

Рой пессимистичных концовок крутился в моей голове.

Впрочем, когда мы попали в очередное помещение, которое наверняка и было конечным пунктом нашего путешествия, я воспрял духом. Мы вышли в некий колоссальный амфитеатр, способный вместить себя даже такую махину, как наш «сто восьмой». Высоко над нашими головами чёрный диск Альфирка закрывал часть звёздного неба.

— Когда нам крутили голографическую модель вражеской станции, не было там ничего подобного этому сооружению, — удивился я, оглядываясь.

Кругом, куда ни глянь, на уровне пола сияли слабым мягким светом миниатюрные лампочки. Тысячи светлячков, оранжевых, жёлтых, белых и голубых цветов. В их расположении не было заметно порядка и симметрии. Словно кто-то создал двумерную карту звёздного сектора. Возможно, так оно и было.

— Скорее всего, потолок над нами обладает прозрачностью только с одной стороны, — предположил кот. — Снаружи не отличить от остальной поверхности.

— Наверняка ты прав… Что с целью задания?

— Судя по координатам, мы на месте. Энергетический коллектор впереди, — Барсик указал в самый центр этого амфитеатра, где возвышалась чёрная пирамида, над которой парила сияющая серебряная точка.

Артроподы вели нас прямо туда.

Пока мы шли, со всех сторон появились сотни, если не тысячи паукообразных инопланетян. Бесчисленные толпы стекались в амфитеатр. Я не понимал, что происходит. Судя по растерянной морде Барсика, тот тоже не мог найти нужного ответа в окружающих нас головах.

Наконец мы достигли основания чёрной пирамиды. Вверх вели широкие ступени. Наши сопровождающие указали пиками на эту лестницу, издавая неприятные ароматы.

— Хотят, чтобы мы поднялись туда, — объяснил Барсик.

— Я догадался.

Мы взошли на первую ступень. Артроподы завоняли сильнее.

— Мне это не нравится, — сообщил кот. — У них в головах дикая смесь из религиозного благоговения и радости. В сотни раз хуже некоторых восторженных воспоминаний из твоего прошлого.

— О чём ты? — не понял я.

— Я имею ввиду поклонению Святому Пророку. Конечно, взрослым ты стал куда более критически относится к непонятным вещам, начал искать логические объяснения. Но по молодости безоговорочно верил во все чудеса, которые якобы творил ваш земной святой. А если копнуть ещё глубже, то можно найти ещё и некоего Деда Мороза…

— Барсик, ты хочешь со мной поссориться?

— Нет. У меня нет цели тебя оскорбить. Я всего лишь ищу близкие аналогии, чтобы ты понял, что происходит сейчас с этими существами вокруг нас. Они ждали этого момента, как ты Новый Год когда-то.

— Хочешь сказать, мы попали на религиозный праздник?

— Что-то в этом роде.

— Но это же здорово, — обрадовался я.

— Ну, не знаю. Ведь в качестве долгожданного подарка — мы с тобой, — мрачно объявил кот. — Я только это смог понять. Без подробностей того, что именно они собираются делать со столь ценным презентом.

Мы быстро добрались до плоской вершины пирамиды, к серебряному шару, застывшему в воздухе. С другой стороны, к нам навстречу поднялся крупный безоружный артропод, на теле которого висели украшения из жёлтого блестящего металла похожего на золото.

Мы стояли друг напротив друга, нас разделяла только левитирующая серебряная сфера.

Артропод указал сначала на меня, а потом на неё своими передними конечностями.

— Он хочет, чтобы я её взял и отдал ему? — поинтересовался я у кота-телепата.

Барсик сосредоточенно хмурился, пытаясь прочитать мысли нашего нового знакомого.

— Вроде бы так, — вздохнул кот. — Я далеко не всё понимаю из увиденного. В его образах, ты берёшь сферу, что-то делаешь с ней, потом его очередь. После этого он радуется. Все вокруг радуются.

— А я радуюсь?

— Вроде бы да.

— Тогда я согласен взять этот шар. Что именно мне надо с ним сделать, чтобы все вокруг начали радоваться?

— Матвей, я телепат, а не гадалка! — тихонечко взвыл Барсик. — Откуда мне знать, что именно тебе нужно делать, если данный тип сам об этом не имеет ни малейшего понятия? Я вижу только одно: ты держишь в руках сферу… и вроде бы крутишь её.

Я внимательно осматривал серебряный объект. Шар был размером чуть больше моего кулака. Похоже, что он состоял из множества тонких пластинок, нанизанных одна на другую. На каждой виднелись некие зазубрины, создающие странные узоры на всей поверхности сферы.

Была не была. Я обхватил ладонями серебряный шар, но он сопротивлялся мне, не хотел сдвигаться ни на сантиметр. Серьёзно? Это что, какое-то испытание? Я напрягся и силой сорвал его с места.

Что тут началось!

Артропод напротив меня резко отпрянул назад. В тот же момент свет погас и амфитеатр погрузился в кромешную тьму. Поднялась невыносимая вонь.

Я почувствовал, как Барсик прижался к моей левой ноге.

— Они совсем не радуются! — завопил кот. — Наоборот, очень даже злятся! Крути скорее этот дурацкий шар!

Я осторожно попытался сдвинуть самый маленький, верхний диск сферы.

Раздался щелчок и свет ламп в амфитеатре вновь зажегся. Я всё ещё держал в своих руках инопланетный артефакт. Передо мной, в воздухе откуда-то взялся второй шар, точно такой же.

Артропод в золотых украшениях исчез, впрочем, как и остальные его соплеменники.

— Где все? — удивлённо спросил я, оглядывая огромное пустое помещение.

Барсик вертел головой, как и я пытаясь понять, что за фокус сейчас произошёл.

— Никого не ощущаю в непосредственной близости, — сказал кот.

— Куда все подевались?

Барсик задрал голову вверх и тихо произнёс:

— А если это не они? Если это мы с тобой куда-то подевались?

Над нашими головами показался край огромного сияющего диска, пульсирующий дрожащим голубым светом.

Однажды я уже был участником странных событий, и сейчас в моей голове крутилось только одно объяснение всему случившемуся. Если перед нами восходил Альфирк, это значило, что мы с котом попали в прошлое, в тот период, когда из главного компонента Беты Цефея ещё не откачали энергию.

— Или совершили путешествие к другому солнцу, — парировал мои мысли Барсик.

— Мне кажется, всё же прав я.

— Аргументируй.

— Эта штука, — я осторожно потряс серебряной сферой, — и есть ответ на главный вопрос нашего давнего разговора: где взять достаточно энергии для темпоральных перемещений. В это устройство закачали силу звезды.

— Ну, а вдруг пирамида, на которой мы сейчас стоим, это телепорт, ведущий на похожую станцию, у другого солнца. — предположил Барсик. — Ты активировал его, и мы переместились.

— Зачем тогда паукам система длиннющих транспортных труб? Какой-то резкий контраст технологий получается. Раз артроподы настолько умные, взяли бы и построили внутри больше телепортов: и быстрее добираться, и удобнее… Я уверен: мы попали в прошлое и видим сейчас перед собой не две, а одну и ту же сферу.

Я указал на второй шар перед нами.

— Только не сдвигай его с места!

— Я что, по-твоему, Ноккер? У меня всего две руки, — ответил я.

— Надо было брать с собой коротышку, — недовольно заметил Барсик. — От него меньше проблем.

— Ладно не ворчи. Лучше скажи, как выяснить, кто из нас прав?

— Спросить у того, кто это знает наверняка. Не смотри на меня так. У меня однозначного объяснения произошедшему нет, я даже начинаю соглашаться с твоими доводами… Дай-ка мне сюда эту штуку.

Кот забрал у меня сферу и стал её задумчиво разглядывать.

— Чтобы попасть в прошлое или будущее, нужно воздействовать на шар, — сообщил я, решив придерживаться своей теории о том, что у нас в руках машина времени.

— Что конкретно ты с ним делал?

— Крутил, как ты и сказал. Точнее повернул пластинку. Вот эту, — я показал коту, какую именно, после чего огляделся.

Вовремя.

— Барсик, у нас гости.

В дальнем конце зала появился отряд артроподов, вооружённый пиками. Они заметили незваных гостей на вершине пирамиды и поспешили в нашу сторону.

— Придётся провести очередной эксперимент, — заявил кот, с тревогой наблюдая за приближающимися пауками.

Барсик отдал мне шар.

— Держи. Сделай всё как раньше.

— Да без проблем, — ответил я и провернул диск в другую сторону, обратно до щелчка.

В тот же миг мы оказались в самой гуще ожесточённого сражения. Амфитеатр всё ещё был лишён своего освещения, но теперь в воздух взлетали сигнальные ракеты. Сверкали зелёные и фиолетовые вспышки. Что-то взрывалось то тут, то там. Пахло смертью и артроподами.

Чтобы не попасть под шальной выстрел, мы с Барсиком поспешили спуститься с пирамиды, и спрятались внизу у начала её ступеней.

— Прибыла кавалерия, точнее наш славный Пятый Легион, — прокричал кот. — Доставай бомбу. Пора устроить бабах.

— Акридиане охотятся за сферой? — спросил я, сбрасывая свой ранец. — Это и есть то, что они ищут?

— Можешь быть уверен, — ответил Барсик, обхвативший лапами свою голову. — Я продолжаю просматривать мысли артроподов. Они в отчаянии. Вся станция получала питание от этой сферы, все её системы, даже артиллерия. Ты лишил их защиты.

— Почему тогда нас допустили сюда?

— Видимо, тот важный паук представлял себе нечто иное, а вовсе не то, как ты срываешь шар с места и обрекаешь их на гибель… Ты в одно рыло выполнил основной приказ: обеспечил безопасную высадку Легиона. Как только прекратилась подача энергии, наш флот засёк эти изменения и пошёл в атаку.

Я выложил на пол самодельную бомбу и стал включать на полную мощность хаос-генераторы один за другим, как учил Ноккер.

— Интересно, насколько точно происходят перемещения во времени? Я вернул диск в то же самое положение, до щелчка. Но мы почему-то попали в другой момент. Не мог же Пятый Легион добраться сюда за несколько минут!

— Предлагаю обсудить все тонкости темпоральных путешествий позднее. Сейчас мы должны активировать бомбу. Оставим этот шар рядом с ней и бежим отсюда со всех… — не успел Барсик договорить, как в тот уголок, где мы прятались ударил нестерпимо яркий луч.

Я прикрыл глаза одной рукой, а другой попытался нацелить свою винтовку на источник света, чтобы уничтожить его.

Но не успел. Знакомое оцепенение сковало меня.

Над нами зависли три тени. Это были акридиане. Один из «кальмаров» нырнул вниз, протянул свои щупальца к сфере, что лежала на моём рюкзаке, и резко схватил её. С этим трофеем он вернулся к собратьям. Троица одновременно взмыла вверх. Яркий свет тут же погас. Я снова мог двигаться.

— Проклятье! — воскликнул кот. — Как я упустил из виду, что они будут готовы к возвращению шара? Акридиане следили за всеми энергетическими сигналами в этом амфитеатре.

— Ну и что теперь? — угрюмо поинтересовался я.

В моих глаза всё ещё прыгали световые «зайчики».

— Возвращаемся обратно на службу. Продолжаем свою карьеру в Пятом Легионе.

— Карьеру? Да нас расстреляют!

— Не переживай, не первый раз проигрываем, — мрачно сообщил Барсик. — И не в последний.

Мне оставалось только довериться коту.

Глава 6. Нежданные гости

Мы так и не встретились с Драком и Ноккером. На нас наткнулся отряд легионеров и проводил прямиком к капитану Зубу, который сразу принялся орать и угрожать расстрелом. Видимо, носорог успел получить распоряжения от высшего командования на наш счёт. Мы были немедленно арестованы и отправлены под конвоем на «сто восьмой».

Акридиане заполучили желаемое в свои щупальца и перешли к следующей стадии военной операции. Была объявлена общая эвакуация. Легион покинул объект пауков, напоследок жахнув по нему сотнями пустотных торпед.

От космической станции и её странных обитателей не осталось и следа. Альфирк превратился в сверхновую спустя два часа после того, как флот покинул систему Беты Цефея.

Вторую неделю мы с котом находились в тюрьме внутри тюрьмы, в отсеке особого режима на борту «сто восьмого». Маялись от скуки, запертые в четырёх стенах. Покидали помещение только для очередного допроса. На этом различия в содержании между нами и остальным составом корабля заканчивались. Кормёжка была такой же отвратной, а камера ничем не отличалась от обычной каюты.

Кот-телепат дистанционно заглянул в мысли наших товарищей. Ноккер и Драк придерживались следующей версии событий: оборудование связи вышло из строя, поэтому кварта разделилась. Они вдвоём отправились обратно к шаттлу, а что случилось с нами не ведают.

Барсик и я дали схожие показания: наши товарищи поспешили к точке высадки, чтобы проинформировать сервина, а мы продолжили выполнять приказ. Решив не придумывать лишнего, мы рассказали следователям, как нашли проход вниз и попали в амфитеатр, но при этом скрыли часть подробностей.

Кот строго-настрого запретил вдаваться в любые детали нашего путешествия, способные выдать в нём телепата, и упоминать о том, что мы перемещались во времени.

Первые дни нас держали в отдельных помещениях, но когда убедились, что мы даём одинаковые показания, то поместили в общую камеру. Сразу стало ясно: за нами будут наблюдать и подслушивать разговоры. Поэтому мы болтали о всякой нейтральной ерунде.

Во время некоторых допросов, я ощущал электрическое покалывание в своих мозгах, но ни одного из акридиан поблизости не заметил.

Расследование затягивалось. Мы были живы. Всё это значило, что Барсик действительно сильный телепат, способный надёжно скрывать секреты в наших головах.

Унылый распорядок очередного дня заключения был нарушен внезапным появлением сотрудника военной полиции. Одна из стен камеры исчезла. В проёме стоял серый человечек, который обычно сопровождал нас на допросы.

— С вещами на выход, — приказал он. — Вас хочет видеть капитан-коммандер Долус.

Я удивлённо покосился на Барсика, но тот воспринимал происходящее совершенно спокойно. Значит был уверен, что нас пригласили не на расстрел.

Мы собрали свои скромные пожитки и покинули камеру. Полицейский проводил нас до выхода из тюремного блока. В общий коридор мы вышли уже без него.

— Чуешь этот прекрасный аромат? — Барсик потянул носом.

Я принюхался, но ничего необычного не уловил и сообщил об этом коту.

— Так пахнет воля, балда. Нас только что выпустили из тюрьмы, ты разве не понял? Мы свободны, Матвей.

— Мы всё ещё находимся внутри одного из кораблей Легиона. Ошейники тоже при нас.

— Свободны с некоторыми оговорками, так лучше?

— Пойдёт, — кивнул я. — Ну, а коммандеру мы зачем понадобились?

— Долус из тех начальников, что не прочь лично отчитать провинившихся легионеров. Учитывая тяжесть обвинений, которые нам пытались предъявить, грядущая беседа будет не из приятных. Возможно, он станет ругаться нехорошими словами.

— Любит поорать на подчинённых, вроде капитана Зубу?

— Уж лучше бы так. Нет, Долус особо не повышает голос, но при этом действует на нервы сильнее.

— Давай тогда поспешим, — предложил я. — Неприятные разговоры нельзя откладывать.

— Тут я с тобой полностью согласен, — вздохнул кот. — Пойдём.

Мы направились к гравитационным лифтам. С их помощью поднялись на верхнюю палубу, где располагался командный центр корабля. На входе мы упёрлись в пост охраны. Дежурный офицер спросил о цели нашего визита и связался с Долусом. После чего нам выделили двух солдат, которые проводили нас до комнаты совещаний. Здесь сейчас и находился капитан-коммандер.

Мы ступили внутрь большой овальной комнаты, большую часть которой занимал длинный стол. Вокруг него были расставлены стулья, а за дальним концом, в огромном чёрном кресле, восседал серый крупноголовый коротышка, изучающий какие-то данные на экране голографического терминала.

Я и Барсик вытянулись по струнке и вскинули в воздух зажатые кулаки, приветствуя командующего.

Долус оторвался от голограммы и вяло махнул нам рукой.

— Вольно, — скомандовал он. — Обойдёмся без лишних церемоний. Выбирайте себе места и присаживайтесь, солдаты. Или мне лучше называть вас саботажниками?

Мы ничего не ответили, молча подошли к столу и сели друг напротив друга. Тяжёлый взгляд Долуса следовал за нами. Ворот его кителя был расстёгнут, и я впервые заметил, что на шее командующего виднелся точно такой же ошейник, как и у остальных легионеров. Выходит, армия акридиан и вправду целиком состоит из преступников. Даже начальство не было исключением.

— Знаете, о чём я сейчас думал? — спросил Долус.

— Никак нет, сэр, — отозвался кот. — Откуда нам знать.

Скрытую иронию в его ответе Долус не уловил.

— Я размышлял о том, что мне с вами делать, — сказал капитан-коммандер. — Возникла неоднозначная ситуация. Очередная мутная история, связанная с твоей квартой, Барсик.

— Простите, но я не понимаю претензий, — развёл лапами мой пушистый товарищ.

— Всё ты прекрасно понимаешь! — Долус стукнул кулаком по столу. — Давай-ка вернёмся на несколько лет в прошлое. Начинай считать вместе со мной. Взрыв во время исследования звездолёта-дереликта в секторе Форамена — это раз…

— Да кто мог знать, что та панель активирует механизм самоуничтожения? — быстро мяукнул кот. — Её вообще-то нажал сам капитан Зубу!

— Нажал по твоему совету! Молчи, не перебивай меня! Вот ещё пример, прошлогодний случай: твоя группа, отправленная на разведку, так и не доставила данные о местоположении противника. Атака на флот сепаратистов у Йоты Персея закончилось ничем. Наши войска выдвинулись в одном направлении, а беглецы скрылись в противоположном. Что могло сломаться на безотказном челноке Легиона? Может посвятишь меня в технические подробности?

— Откуда мне знать? На этот вопрос мог ответить только Хорк, он занимался устранением неполадок.

— Как удобно получилось, что рядовой Хорк при этом погиб, — скривил свои тонкие губы Долус. — Нет смысла продолжать перечислять ваши былые «заслуги», ведь каждому случаю нашлись оправдания. Поэтому перейдём к последней операции Легиона. Из-за чего кварта разделилась?

Началось. Чувствую, сейчас пойдут вопросы, на которые мы с Барсиком уже устали отвечать.

— У нас отказали средства связи, — сказал кот. — Мы посовещались и решили, что часть команды должна вернуться к челноку, предупредить сервина, получить от него указания. Наши товарищи пошли обратно, а я, вместе с человеком, продолжил искать путь вниз.

— Зачем вы отдали свои коммуникаторы?

— Они вроде как сломались. Вот мы и решили: пусть Ноккер и Драк принесут нам другие, рабочие.

— А я считаю, вы избавились от раций с целью скрыть своё местоположение! — гневно заявил Долус.

— Чтобы нас потеряли на вражеской территории? — очень натурально удивился кот. — Зачем нам так рисковать?

— Для осуществления диверсии, — холодно сказал капитан-коммандер. — Когда вас обнаружили акридиане, они заметили рядом с вами вот это устройство.

Он нажал на одну из кнопок на пульте перед собой. В воздухе появилось голографическое изображение нашей самодельной бомбы.

— Вы абсолютно правы, коммандер, мы действительно готовили диверсию, — вздохнул кот.

— Ага! — воскликнул Долус.

— Мы получили приказ обеспечить высадку войск любой ценой, или флот закидает нас пустотными торпедами, — продолжал Барсик, как ни в чём не бывало. — Очень хотелось жить, вот мы и проявили смекалку, собрали взрывное устройство из того, что было под рукой. С единственной целью — разрушить систему энергоснабжения артиллерии противника. Почему-то каждый новый допрос это приходится объяснять.

— Вы не могли заранее знать о том, как развернётся ситуация. Почему у вас на руках оказалось всё необходимое для создания бомбы? Вы что, постоянно таскаете с собой десяток запасных хаос-генераторов?

Долус замолчал и стал переводить взгляд с кота на меня, в ожидании ответов.

Барсик выразительно прокашлялся.

Ах да, настала моя очередь.

— Так вышло из-за меня, коммандер, — сообщил я. — Ведь я пришелец из далёкого, технологически отсталого прошлого.

— Я в курсе твоей истории, но что объясняет твоё признание?

— Эти генераторы единственная защита легионера, но… они такие маленькие. Я боялся, что одного не хватит, поэтому решил взять с запасом. Перед высадкой, когда нас отправили в оружейную укомплектоваться всем необходимым, сгрёб несколько штук к себе в ранец.

Долус глубоко вздохнул и потрогал свой ошейник, словно поправляя его. Затем он выключил голографический экран и откинулся на спинку кресла, бросая на нас недобрые взгляды.

— Коммандер, — обратился к нему кот. — Вы к нам несправедливы. Мы помогли Легиону высадится без потерь. Нашли и сберегли до прибытия акридиан ценную инопланетную технологию. Нас надо было сразу наградить медалями, а не мариновать две недели в кутузке!

— Там не дураки сидят, — заметил Долус и поднял вверх свой длинный указательный палец. — Ситуация чересчур подозрительная, особенно в свете былых заслуг вашей кварты. Медали, говоришь? Начальство того же мнения. Только рассматривался вариант с посмертным награждением так называемых героев.

Я нервно сглотнул и кинул быстрый взгляд на Барсика, но тот сохранял спокойствие.

— Капитан Зубу получил приказ найти вас и расстрелять, тайно, без свидетелей, — продолжал коммандер. — Началось общее отступление и момент оказался упущен. Решили повременить. Новости распространяются быстро, а слухи ещё быстрее. Не знаю, кто постарался, может ваши товарищи? Но весь Легион теперь знает: человек и кот обеспечили безопасную высадку. Казнить вас, как диверсантов, не имея неопровержимых доказательств, значит серьёзно подорвать доверие всего войска… Поэтому, вот держите.

Долус выложил два небольших предмета и с силой подтолкнул их в нашу сторону. Они заскользили по столу и остановились около нас с Барсиком.

Я взял в руки один из них. Это была ничем не примечательная коробочка серого цвета. Открыл крышку и достал оттуда шестиконечную серебряную звезду, с гербом Пятого Галактического Легиона.

У Барсика в лапах сверкала точно такая же.

— Надевайте и никогда не снимайте, — сказал Долус. — Это приказ. Все должны видеть, что Коалиции ценит своих героев.

Моя первая медаль. Вроде я должен был радоваться, но на самом деле расстроился. Мы провалили задание. Сверхмощная технология не была уничтожена и теперь она послужит укреплению власти акридиан. Награда от врага стала насмешкой, напоминанием о неудаче.

Без особого энтузиазма мы с котом выполнили приказ коммандера — нацепили серебряные звёзды.

— Если думаете, что легко отделались, и мы сейчас распрощаемся до следующего раза, то вы ошибаетесь, — заявил Долус. — Появилась важная миссия, для выполнения которой вы идеально подходите. Провал означает смерть. Никакие сказки и оправдания в этот раз не помогут.

Я заметил, что Барсик на мгновение нахмурился. Противник открыто грозил ему шахом, а возможно и матом.

Тем не менее, кот довольно бодро воскликнул:

— Рады служить Коалиции, коммандер! Готовы кровью искупить все сомнения в нашей верности! Отправьте нас на миссию любой сложности, и мы непременно её выполним!

Долус презрительно наблюдал за этим наигранным проявлением энтузиазма.

— Смотрите сюда, — он снова включил голографический проектор.

— Это, что Земля? — спросил я удивлённо.

— Верно, — ответил Долус. — Это родина твоего вида, человек.

Изображение укрупнилось и переместилось к Луне. Рядом с ней барражировали военные корабли Коалиции, пузатые и колючие, похожие на иглобрюхов.

— В данный момент Пятый Легион почти закончил переброску к Земле. Старая лунная колония, бывшая туристическая достопримечательность, теперь переоборудована под временный штаб. Сейчас там разворачивают сверхтяжёлые пустотные излучатели планетарного базирования и прочие системы обороны.

— Обороны? — зацепился я за последнее слово. — Земле что-то угрожает? На нас кто-то напал?

Только бы речь шла о каком-нибудь бродячем левиафане! Больше всего сейчас я боялся услышать от коммандера, что готовится операция по усмирению сепаратистов. Я хорошо помнил рассказы Драка, о том, как Коалиция утюжила пустотными бомбами миры Денеба, пожелавшие независимости.

Долус не ответил мне. Он продолжил нажимать на кнопки. Изображение отдалилось от Земли, и точка обзора переместилась к Марсу. Там тоже роились звездолёты.

Как странно, зачем Легион разделил свой флот на две части?

Картинка, тем временем, начала увеличиваться, и моя челюсть медленно поползла вниз.

Я потёр глаза, не в силах поверить увиденному.

Около Марса хищно кружили знакомые щучьи силуэты кораблей Святого Престола.

— Но ведь мы… точнее они — не враги землянам, — воскликнул я.

— Для человечества данной временной эпохи, этот флот из прошлого — самая настоящая угроза, — возразил Долус. — Пятый Легион стоит на страже интересов всех членов Коалиции. Земляне заявили, что нуждаются в защите от своих кровожадных предков из далёкого прошлого.

Я чувствовал, как внутри меня растёт гнев. Готов был сорваться с места и придушить Долуса… но что делать потом? Как остановить Пятый Галактический?

— Успокойся, Матвей, — похоже, Барсик прочитал мои последние мысли. — Коммандер сказал, что для нас есть важная миссия. Возьми себя в руки и выслушай его до конца.

Я стиснул зубы и последовал совету кота.

Долус выключил голографический проектор, встал со своего места и сообщил:

— Миссия следующая: вы отправитесь к Марсу, чтобы принять участие в переговорах с командованием потенциального противника.

Переговорах? Мои брови удивлённо приподнялись.

— Вы с котом должны убедить армию, прибывшую из прошлого, присоединиться к Пятому Галактическому. Они — воины. Смысл их жизни — сражения. Легион предлагает им занять достойное место в своих рядах. Нужно склонить Святой Престол к сотрудничеству, с этой целью вас и включили в группу переговорщиков. Тебя, землянина, в первую очередь.

Долус указал на меня.

— Сэр, боюсь я не уполномочен представлять нынешнее человечество, — вспомнил я свой последний визит на родную планету. — Современники отказались от меня. А доводы говорящей зверушки командование Престола всерьёз не воспримет. Уж прости Барсик, но именно так обстоят дела.

— Расисты, — фыркнул кот.

— Земля выбрала другую персону для ведения переговоров с предками, — заявил Долус. — Ты нужен в качестве живого доказательства готовности Коалиции принять новых воинов в свои ряды.

— И на этом всё?

— Конечно нет. Когда дело дойдёт до ошейников, вы с котом должны убедить Святой Престол, что это лишь устройства-переводчики, обязательный и полезный атрибут на службе в нашей многонациональной армии. Мы передадим вместе с вами десять экземпляров, без взрывчатки и усиленного замка, чтобы все желающие могли их на себе испытать.

— Ну, а если мы не сможем убедить людей из прошлого присоединиться к Легиону? — спросил Барсик. — Что тогда?

— Значит нас ждёт сражение. Твоя задача, как разведчика, найти уязвимые места кораблей, на которых вы побываете, и доставить нам эту информацию. Если не вернёшься до начала битвы, ваши ошейники дистанционно подорвут, — объяснил Долус. — В ваших интересах выполнить это задание. Не только ради себя, но ради жизней множества славных воинов. Пятый Легион в любом случае одолеет технологически отсталый флот противника.

Неужели? Я вспомнил, как моделировал сражения двух армий в Архивах. Кроме того, защитные системы пауков серьёзно потрепали множество кораблей Коалиции в недавней битве у Беты Цефея. Пока мы поднимались на верхнюю палубу, я успел заметить, что на «сто восьмом» до сих пор продолжаются ремонтные работы.

Нет, капитан-коммандер Долус, я бы не был на вашем месте так уверен в победе Легиона.

Но вслух, конечно же, я этого не сказал.

— Мы готовы выполнить задание, сэр, — объявил Барсик. — Можете рассчитывать на нас.

— Посмотрим, — хмыкнул Долус. — Это последний шанс доказать свою лояльность Коалиции… или погибнуть. Выбор за вами. Через сорок минут вы должны быть в главном ангаре, а сейчас — свободны.

Он махнул рукой, указывая на дверь.

Мы вскинули кулаки на прощание и вышли из комнаты.

Там ждали те же два охранника, что привели нас сюда. Они молча сопроводили меня и кота обратно к лифту.

Вместо ангара, мы отправились на ярус с казармами, чтобы поговорить с Драком и Ноккером.

Наши товарищи спокойно перекидывались в картишки, когда мы зашли в каюту.

— Надеюсь вы тут убирались? — сходу поинтересовался Барсик у Ноккера. — Дом надо держать в чистоте.

— Всё в порядке, — кивнул тот. — Детектор обнаружил только одно устройство прослушки. Этот «жучок» я включаю под вечер, пусть наслаждаются нашим храпом сколько влезет… Эй, а что у вас такое болтается на груди, парни? Неужели медали за выполнение особо важной миссии? Вон оно как, а я дурак, почему-то думал, что мы вредим акридианам.

— Слава героям Коалиции! — проскрипел Драк.

— Очень смешно, но давайте обойдёмся без подколов, — отмахнулся кот и запрыгнул наверх, на своё место. — На это нет времени. Нас с Матвеем отправляют на переговоры с очередным противником акридиан.

— Сначала не бомбы, а дипломаты? — удивился Ноккер. — Какой враг нынче требует столько непривычного подхода?

— Святой Престол. Армия из прошлого, в которой я раньше служил, — объяснил я. — Они появились в этом времени.

— Ясно, — хмыкнул Драк. — Акридиане намереваются пополнить Легион новыми воинами.

— Именно, — Я удивился тому, как быстро ящер уловил суть. — Мы спешили сюда предупредить вас, парни. Переговоры ни к чему не приведут. Когда объявят боевую готовность, добывайте челнок любым способом и поскорее сваливайте с корабля. «Сто восьмой» не переживёт сражения с флотом землян из прошлого.

— Что потом? Где мы с вами встретимся? — спросил Драк.

— Нигде. Когда начнётся битва, мы с Барсиком будем мертвы, — сказал я. — Долус пообещал взорвать нам ошейники в случае провала этой миссии.

— Ну, тебя-то сородичи могут успеть перенести в другое тело, — заметил кот. — Но вот переживёшь ли ты последующее сражение?

— Да заварушка намечается та ещё. Я неоднократно моделировал её на симуляторах. Не знаю останется ли хоть что-то от флота Пятого Легиона, но пока в Солнечной системе находится ретранслятор охранной сети, ваши головы будут в относительной безопасности.

Было заметно, что мои слова не сильно обнадёжили Драка и Ноккера.

— Есть ещё один важный момент, — добавил кот. — Я буду слишком далеко и не смогу прикрывать ваши мысли, парни. Держитесь подальше от акридиан, если вдруг они покажутся. Старайтесь тупить и не копайтесь лишний раз в воспоминаниях. На этом всё.

— Значит, пришла пора проститься навсегда, друзья, — вздохнул Ноккер.

— Похоже на то, — печально согласился Драк.

На некоторое время в каюте повисло тягостное молчание.

— Хватит, — первым не выдержал кот. — Пока мы живы рано сопли распускать, совершенно нет времени на это. Где мой запасной рюкзак с оборудованием?

Барсик заметался на своём ярусе.

— Я перенёс твои вещи в укромное место, — сообщил Ноккер. — Мало ли, вдруг обыск какой, а у тебя там куча запрещённой электроники.

— Спасибо, дружище, — поблагодарил карлика кот, а затем обратился ко мне: — Матвей, нам пора. Тайник Ноккера по дороге к главному ангару. Захватим мои вещи и отчаливаем.

— Идём, — согласился я, пожимая на прощанье руки друзьям.

Барсик спрыгнул вниз и просто боднул своей головой каждого из них.

Мы вышли из каюты. Вместо того чтобы воспользоваться лифтом, мы направились к сервисной лестнице, соединяющей палубы. В полутёмном закутке рядом с ней, в одном из воздуховодов, Барсик забрал свой ранец.

Затем мы спустились вниз, к ангару. Добрались до поста у закрытых дверей, где дежурный офицер преградил нам путь и поинтересовался о целях нашего визита. Это был головастый коротышка той же расы, что сервин Люсус и коммандер Долус. Надменный и дотошный тип, увидев которого я сразу понял, что мы застрянем тут надолго.

Действительно, нам пришлось задержаться. Начались запросы командованию. Проверка допусков. Подтверждение наших личностей, как будто-то на этом корабле имелись другие люди и коты! Дольше всего мы ждали курьера с чемоданчиком, где лежали десять модифицированных ошейников. Когда вся эта волокита закончилась, офицер лично повёл нас в главный посадочный док «сто восьмого».

Едва мы ступили в ангар, как я заметил старого знакомого: над челноками Легиона возвышался чёрный десантный крест.

— Вот на нём я раньше летал, — сообщил я Барсику, указывая на свой катер.

— И снова полетишь, — заявил наш сопровождающий. — Командование запретило выдавать вам технику Легиона.

— Логично, — заметил Барсик. — Ведь потенциальный противник может изучить образец и выявить слабые места.

— Вот именно, — буркнул серый коротышка.

Оставшийся путь до креста мы проделали молча.

Я положил ладонь на ту секцию брони, где находился кодовый замок. Дверца шлюза отворилась. Изнутри неприятно повеяло остатками запахов, что накопились за время давнего двухмесячного перелёта от Марса к Земле.

В глубине моего мозга зародилась тревожная мысль.

— Извините, сэр, — спросил, я у нашего головастого спутника. — Подскажите, где именно сейчас находится «сто восьмой»?

— Там же, где и все остальные корабли флота. Рядом с Луной. А в чём дело, солдат?

— На этой штуке, — я указал на крест. — Мы до Марса лететь будем два месяца и точно не успеем на переговоры.

— Снаружи вас ждёт гражданский грузовой звездолёт. Возьмёте курс на Альфу Центавра и двигайтесь в том направлении, пока не встретите большой серый тороид — это и есть нужный вам транспортник, — объяснил офицер. — Он доставит вас максимально близко к флотилии противника. С его борта к вам в катер должен будет подсесть посол с Земли. Вы втроём полетите договариваться о мирном разрешении текущей ситуации. Успехов. Во славу Коалиции!

Коротышка вскинул кулак, и мы в ответ тоже. Затем он развернулся и зашагал прочь.

— Фу, почему тут так воняет, — спросил кот, вглядываясь внутрь креста.

— Если хочешь это знать, покопайся в моей памяти, найди там раздел «самые неприятные воспоминания», — посоветовал я, переступая порог. — Как доберёмся до «Справедливого», да любого другого нашего корабля, я непременно попрошу механиков провести химчистку. Ну, а пока придётся терпеть.

Я убрал чемоданчик с ошейниками в один из оружейных шкафчиков, который оказался пуст. Впрочем, как и остальные. Видимо акридиане изъяли арсенал катера для изучения военных возможностей землян из прошлого. Интересно, как у «осьминогов» пошли дела с вскрытием вирус-бомбы.

Кот, недовольно ворча, топтался на пороге. Я дождался пока он соизволит войти и закрыл шлюзовую дверь. После этого полез наверх, в кабину пилота. Баков с клонированными телами на втором уровне я не обнаружил, видимо их тоже демонтировали для изучения.

— Предлагаешь мне остаться здесь? Я не обезьяна и не способен карабкаться по этим перекладинам, — донёсся снизу возмущённый голос Барсика.

— Действительно, — вздохнул я и спустился обратно. — Забирайся на плечи.

Кот вскочил мне на шею, и мы начали подъём.

— Ну и как тебе наша техника? — хвастливо спросил я, когда мы очутились в кабине.

— Каменный век, — хмыкнул кот. — Я, конечно, и сам обожаю всякие кнопочки и переключатели, но не в таком количестве. Сколько лет тебя учили пилотировать эту штуку?

— Достаточно, чтобы научить, — слегка обиделся я, сел в кресло и стал пристёгиваться ремнями безопасности.

— Где тут место для пассажира? — подозрительно оглядываясь поинтересовался кот.

— В данной модели таковых нет. Это командирская версия.

— Ты был командиром? Вот никогда бы не подумал, — наигранно удивился Барсик, который прекрасно знал мою историю. — Ну и где прикажешь мне разместиться?

— Да хотя бы здесь, — я повернулся направо, открыл один из боковых ящиков и выкинул оттуда всё лишнее на пол. — Как тебе такой вариант? Можно сказать люксовый!

— Матвей, безусловно, некоторые коты обожают коробки, — раздражённо ответил Барсик, забираясь в лоток. — Но далеко не все из нас, как ты в этом свято уверен.

Тем не менее, когда он устроился поудобнее в своём кейсе, я успел заметить, как на его морде промелькнуло довольное выражение.

— Тебе показалось, — быстро заявил кот.

— Может быть, утверждать не стану.

Я запустил предстартовую проверку. Один за другим загорались зелёные огоньки. Всё было в норме. Через несколько минут реактор вышел на рабочий режим. Ровное монотонное гудение системы энергоснабжения заполнило всё пространство вокруг.

Надо бы перекреститься. На всякий случай.

— Поехали, — сказал я и начал взлёт.

Катер оторвался от посадочной платформы. Силовое поле главного ангара, мерцающее над нашими головами, поблекло, теряя мощность, чтобы выпустить нас наружу.

Десантный катер Святого Престола плавно взмыл вверх и покинул док «сто восьмого». Мы оказались в открытом космосе. Слева от нас плыла Луна, за ней виднелась Земля.

Я работал с навигационным терминалом, пытаясь определить, где именно находится Альфа Центавра, в сторону которой нам приказали двигаться. Наконец, у меня всё получилось, и корабль помчался в нужном направлении.

Мы удалились от флота Пятого Легиона на несколько тысяч километров, но нашего транспортника всё ещё не было видно.

Так прошёл почти час, и Барсик не выдержал:

— Скукотища-то какая… У тебя есть возможность регулировать локальную гравитацию?

— Эм-м, — промычал я. — Тут только два варианта, либо она включена, либо невесомость.

— Отключай. Я хочу пошариться по этому «чуду техники».

— Вряд ли тут найдётся хоть что-нибудь способное тебя удивить.

— Матвей, ты забыл приказы Долуса? Он потребовал изучить слабые места кораблей противника.

— А мы снова встретимся с ним?

— Верно, тебе это ни к чему. Ты перепрыгнешь в новое тело. Так ведь и я не хочу лишаться своей головы! Поэтому подумываю над вариантом возвращения в Легион с «полезной» информацией. Сейчас у меня есть время заняться изучением вашей техники, чтобы впоследствии подготовить более-менее правдивый доклад.

— Не проще узнать обо всём из моей головы? — спросил я.

— Ты слишком высокого мнения о своих технических познаниях, — усмехнулся Барсик. — Тебе знакомо слово «атомные двигатели», но ты имеешь очень далёкое представление о том, как они на самом деле устроены. Кроме того, меня кое-что тревожит. Когда ты включил питание, заработала вентиляция. Вонь слегка развеялась, и я учуял нечто странное. Хочу выяснить, что именно… Вырубай гравитацию, я отправляюсь на поиски.

Я отключил силу тяжести.

Кот осторожно выбрался из ящика, оттолкнулся от него и исчез за спинкой пилотского кресла.

— Всё нормально? — поинтересовался я через некоторое время.

— Да, — донеслось мяуканье с нижних уровней. — За меня не волнуйся. Следи за радарами, а то провороним транспортник.

Я уткнулся в экраны, пытаясь с их помощью угадать, какая из звёздочек впереди была грузовым кораблём. За этим занятием я провел несколько минут, как вдруг, где-то внизу раздался громкий треск и удивлённое восклицание.

— Барсик, я сильно надеюсь на то, что ты только ищешь слабые места в земной технике, а не проверяешь их на уязвимость! — прокричал я. — Мы находимся в открытом космосе, если ты вдруг забыл!

— Погоди! Сейчас поднимусь обратно, такую штуку тебе покажу, закачаешься… — донеслось до меня.

Ну вот что он умудрился найти?

Вскоре за спинкой кресла послышалось пыхтение, а затем рядом с моим левым плечом появилась круглая пушистая морда.

— Интересную вещь я унюхал на твоём корабле, — сказал кот и вытолкнул прямо к моему лицу металлическую сферу.

Артефакт пауков медленно поплыл в воздухе.

— Это какой-то розыгрыш? — спросил я, наблюдая за его полётом. — Подделка?

— Нет, это та самая сфера. Она до сих пор пахнет выделениями артроподов. По специфическому запаху, я её и нашёл. Шар был спрятан за одной из панелей на первом уровне.

— Кем спрятан? Зачем акридианам отдавать эту штуку? Они ведь столько сил потратили, чтобы получить её в свои щупальца. Даже рискнули появиться на поле боя. Не понимаю…

Я перехватил парящую в невесомости сферу и стал внимательно её разглядывать. Это был тот же самый шар, который две недели назад держали мои руки. Каким образом он оказался на катере, я понять не мог.

— У меня есть кое-какие догадки, — объявил кот. — Акридиане успели изучить технологии пауков. Им больше не интересен этот артефакт. Однако, сфера вполне может сгодиться для того, чтобы избавиться от военного флота землян.

— Точно! — воскликнул я. — Внутри шара сила целой звезды. Это же самая настоящая бомба! Они решили подорвать её, когда мы окажемся среди кораблей Святого Престола!

— Нет-нет, Матвей, — не согласился со мной кот. — Если высвободить подобную энергию рядом с Марсом, то заодно будет уничтожена и Земля, и сам Пятый Легион. Я готов поспорить, акридиане задумали нечто иное. Решили отправить ваш флот в другое время, где он уже не будет представлять никакой опасности.

В этом пари Барсик имел все шансы на выигрыш.

— Что нам делать? — я крутил в руках артефакт артроподов. — Может выбросим сферу в открытый космос?

— Ни в коем случае! — возразил Барсик. — Столь мощная технология — главный козырь против акридиан. Мы-то с тобой знаем, чего ожидать от этого шара. Возможно, сумеем им управлять… По крайней мере, один раз получилось.

— И много ты науправляешь, когда переместишься в ту эпоху, где нет ретранслятора охранной сети? Забыл, что случится с ошейниками, едва они потеряют сигнал?

— Спасибо, что напомнил, — мрачно ответил кот. — Значит, мы должны успеть рассказать о возможностях шара командованию Святого Престола. Твои соплеменники используют машину времени и освободят галактику от власти акридиан… Эй, глянь на радары.

Показания детекторов массы свидетельствовали о приближении к нам крупного объекта. Впрочем, достаточно было посмотреть через бронестекло кабины. Среди мириадов звёзд появилось большое яркое пятно — это свет Солнца отражался от корпуса грузовоза, который должен был доставить нас к Марсу.

— Положи к себе в рюкзак, — я передал сферу Барсику. — И займи своё место.

Спустя полчаса наш катер опустился на площадку просторного посадочного отсека.

— Надо бы выйти, узнать про нашего пассажира, — сказал я. — Где он, кто он. Когда присоединится к нам. Составишь компанию?

Я выбрался из кресла. Кот запрыгнул мне на плечи. Мы спустились первый уровень, открыли дверь и вышли наружу.

Из прохода, расположенного в дальнем от нас конце помещения, появилась одинокая мужская фигура в светлом балахоне с широкими капюшоном, скрывающем верхнюю часть лица.

— Наверное, это и есть наш пассажир, — сказал я Барсику, который не спешил покидать насиженное место на моих плечах.

Через пару минут незнакомец подошёл к нам, остановился и откинул свой капюшон.

— Крыса! — ахнул я, узнав того самого землянина, который передал меня в лапы акридиан.

— Добрый день, Матвей, — сказал человек, коротко склоняя голову. — Приветствую и вас, уважаемый Баар Саа.

Я заметил, что речь его значительно улучшилась с момента нашей последней встречи.

— Доброго дня, Председатель, — ответил ему «уважаемый Баар Саа», которого я называл Барсиком. — Не ожидал увидеть вас здесь.

— Наступил тот самый момент.

У человека не было переводчика, но он был телепатом. Значит, общался с котом, читая его мысли.

— А я догадывался! — торжествующе заявил Барсик. — Неспроста в наших руках оказалось столько интересных вещей. Впрочем, вы предупреждали.

— Вы знакомы? — удивился я.

Глупый вопрос, ответ был очевиден.

— Виделись пару раз, — сообщил мне Барсик и продолжил разговор с Крысой. — Спешу сообщить, Председатель, что мы с собой привезли чемоданчик, в котором лежат модифицированные ошейники, без взрывчатки и замка. Надеюсь, ваши инженеры разберутся в их устройстве, и избавят нас с Матвеем от лишних переживаний.

— Хорошая новость, — обрадовался его собеседник. — Мы сможем помочь вам, и при этом избежать возникновения парадокса. Сколько всего у вас безопасных устройств?

— Десять, — ответил кот.

— Никаких сомнений нет — наступил тот самый момент, — важно заявил Крыса. — Это значит, у вас должно быть с собой ещё кое-что.

— Да, действительно, — кот соскочил с моих плеч, сбросил свой рюкзачок на пол и достал оттуда артефакт пауков. — Держите, но будьте осторожны с этой штукой, её диски не стоит проворачивать вдоль оси.

— Невероятно. Это действительно она, — человек опустился на колено перед котом, и аккуратно принял в свои руки металлическую сферу.

— Мы подозреваем, что сфера понадобилась нашим врагам для диверсии, — заявил Барсик. — Ну, чтобы вы знали.

— Сомневаюсь в этом… — ответил Крыса.

— Да что тут такое происходит? — воскликнул я, наблюдая за ними. — Объяснит мне кто-нибудь или нет?

Человек, которого кот называл «председателем», поднял голову и пристально посмотрел мне в глаза. В моей голове забегали электрические искры.

— Давайте обойдёмся без телепатических штучек, — попросил я. — Мне нужны ответы звуками.

— Так вышло, Матвей, что я знаю о тебе то, чего ты сам о себе не ведаешь, — заявил Крыса. — Наша первая встреча была неудачной для таких откровений. Враги были рядом.

— Акридиане?

— Они самые. Твой мозг — открытая книга для телепатов. Я опасался оставить в нём подсказки галактическим тиранам. Но сейчас настало время для той истории, где тебе отведена очень важная роль. Только не мне начинать этот рассказ.

Я подозрительно уставился на Барсика.

— Не смотри на меня так, — развёл лапами тот. — Всей информации у меня не было.

— Судьба нас свела не просто так. Я прав?

— Да, но не спеши с обвинениями, — сказал Барсик. — С членами Сопротивления я познакомился в начале этого столетия, можно сказать вчера, по меркам моего народа. Примерно полгода назад они сообщили, что некоего «человека из прошлого» акридиане отправили в Легион. Попросили присмотреть за тобой. Я взломал базу данных, познакомился с твоим личным делом и обеспечил тебе перевод в нашу часть. Вот и всё. Что было дальше ты сам знаешь.

— И кто тогда мне расскажет остальное? — я начинал потихоньку злиться. — Что-то никого кроме нас тут не наблюдаю.

— Вот эта штука, — Крыса достал из кармана своего балахона серую пластину универсального накопителя данных.

У меня на катере есть точно такая же. Это часть «чёрного ящика», куда происходит запись данных, поступающих со всех систем корабля. Сверхнадёжная, защищённая от воздействия любой агрессивной среды, карта памяти.

— Это она и есть, — сказал Крыса, прочитавший мои мысли. — Вернись в катер и ознакомься с содержимым. Мы с котом пока заберём чемодан с ошейниками и отнесём их инженерам в научный отсек. Найдёшь нас по указателям.

Я забрал у него пластину и вернулся на катер. Поднялся в кабину и воткнул накопитель в соответствующий порт. Вывел на основной экран содержимое. Там был один видеофайл и ничего более. Я включил проигрыватель.

Запись была сделана на внутреннюю камеру десантного креста: передо мной появилась такая же кабина, как та, в которой я сейчас находился. На месте пилота сидел тамплиер, в левой руке он держал серебряный шар.

Десантник улыбнулся и сказал:

— Привет Матвей. Даже не знаю с чего начать. Пожалуй, с самого главного. Я — это ты.

Глава 7. Рабочая группа

Ароматный травяной чай бодрил, тонизировал, помогал сосредоточиться перед обсуждением плана действий на ближайшее будущее. Я, Крыса и Барсик, потягивая горячий напиток, сидели вокруг небольшого столика в просторном светлом помещении. Комната располагалась рядом с научным отсеком.

За толстыми стёклами обзорных окон трудились десятки инженеров. Среди них были не только люди. Самые разные представители народов, входящих в Коалицию, продолжали изучать ошейники акридиан. Я узнал обитателей Акрукса, Денеба и прочих инопланетян, известных мне по службе в Легионе.

Честно говоря, эта кипучая деятельность была для меня загадкой. Ведь нас уже освободили от «поводков»: разблокировали замок и вынули взрывчатку. Правда, мы сразу же надели устройства обратно. Я — чтобы иметь возможность понимать Барсика, а тот, видимо, за компанию, поскольку телепатам языковой барьер не был помехой.

Нацепив свой переводчик, мой хвостатый товарищ пообещал в самое ближайшее время обучить меня кошачьей речи, резонно заметив: «Ты же не станешь вечно таскать эту дрянь вокруг своей шеи».

— Фантастический чай, — похвалил я напиток, после очередного глотка.

— В нём собраны уникальные травы-эндемики пятнадцати звёздных систем, — сообщил Крыса. — Натуральная и безопасная замена целому ряду искусственных стимуляторов. Согревает, бодрит, концентрирует внимание.

Да, так оно и было, но толку-то? Видеозапись, с посланием самому себе, совершенно запутала меня. Я никак не мог сообразить, что делать дальше и в какой очерёдности.

— Жаль, мне собраться с мыслями чаёк не сильно помогает, — вздохнул я. — Сплошные вопросы в голове. Кстати, ответьте на один, уважаемый Крыса… Простите.

— Ничего, Матвей, можешь называть меня так и впредь, я совсем не обижаюсь, — улыбнулся Председатель. — Мне даже нравится это сравнение. Оно очень тонко характеризует наш стиль противодействия акридианам. Продолжай, пожалуйста.

Я кивнул ему.

— Скажите, зачем специалисты продолжают изучать ошейники? — спросил я, дотрагиваясь до своего кольца. — Мне кажется, у вас сразу была какая-то информация об их внутреннем устройстве. Вы слишком легко обезвредили эти штуки.

— Ты прав, мы заранее располагали всеми необходимыми техническими данными, — согласился Председатель. — Проблема в том, каким образом они к нам попали…

Он на мгновение замолчал, а затем продолжил:

— В тот день, когда пропал флот Святого Престола, в Главный Штаб на всех армейских частотах поступили одинаковые сообщения. Речь в них шла о некой важной посылке, оставленной для человечества на Ганимеде. Разведчики юпитерианского гарнизона были незамедлительно отправлены по указанным координатам. Они обнаружили универсальный накопитель данных с посланием Матвея, десять ошейников и… вот такой миниатюрный голографический проектор. Внутри него находилась подробная техническая информация об охранных устройствах акридиан.

Крыса выложил на стол два серых матовых цилиндра, размером с указательный палец. Первый обладал более тёмным, помутневшим покрытием, а второй выглядел новёхоньким.

— На самом деле, перед вами один проектор, а не два. Модель, дата производства, серийный номер — всё совпадает, я проверил, — сказал он. — Тот, что потрёпан временем, оставили человечеству вы с котом. Ну, а новый — это мой личный рабочий инструмент. Сейчас он пуст, но вскоре сюда будут записаны технические данные, после того как их закончат собирать инженеры.

Председатель указал на стекло, за которым кипела научная деятельность.

— Потом вы отдадите свой проектор нам, — медленно произнёс я. — Мы перенесём это устройство в прошлое. Главный Штаб получит из него информацию, которая позже попадёт к вашим технарям… Но у вас уже были все данные, до того, как мы оставили послание! Получается, вы сами нашли способ обезвредить ошейники в самый первый раз?

Крыса провёл рукой по своей кружке и, словно по волшебству, там появился рисунок: зелёное змеиное тело, кольцами охватывающее поверхность сосуда.

— Приторговываем сувенирами, реагирующими на телепатическое воздействие, — объяснил он, заметив моё удивление. — Можно визуализировать любой образ.

— Здорово, — восхитился я.

— В древней истории нашей расы есть такой мифический персонаж — Уроборос, — произнёс Крыса, поворачивая перед собой кружку. — Змей, кусающий себя за хвост, олицетворяет цикличную бесконечность мироздания.

Он продолжал вращать кружку, но я так и не увидел ни начала Уробороса, ни его конца, лишь нескончаемые кольца змеиного тела. Оно перетекало само в себя, словно лента Мёбиуса.

— Ты, Матвей, представляешь ситуацию, в которой оказался, в виде спирали, надеясь найти в ней начало и конец. Но ряд фактов о нашей Вселенной, доступных всем цивилизациям на текущий момент, свидетельствует о том, что время замкнуто само на себя. Кольцом, как этот мифический змей. Теперь понимаешь?

— Не совсем, но спасибо, что попытались объяснить, — ответил я.

Определённо, мне требовалось больше чая.

Я потянулся к заварнику.

— Ты размышляешь, как трёхмерное существо, не способное ориентироваться в других, более сложных, системах координат, — подал голос Барсик. — Я тебе как-то объяснял основой принцип прыжков через «кротовые норы». Помнишь тот разговор?

— При перемещении в четвёртом измерении направление движения нашей Вселенной роли не играет, — порылся я в памяти. — Об этом речь?

— Да, именно. И вот какая штука: ты вроде бы понимаешь смысл этих слов, но не можешь правильно представить ни само четвёртое измерение, ни процесс навигации в его координатах.

— Да у меня слабая фантазия, но при чём тут это?

— Дело вовсе не в твоей фантазии. Пойми раз и навсегда: в нашей трёхмерной Вселенной все величины, в том числе и время, значительно упрощены в плане познания их свойств, — заявил кот. — Да, у каждой развитой расы есть математика, описывающая высшее пространство, но она всегда ограничена рамками и законами окружающего нас мира, который стоит на размерность ниже.

— И этого достаточно. Корабли ведь как-то летают сквозь «кротовые норы»!

— На самом деле, они стоят на месте, ожидая появления нужных координат для возвращения в обычное пространство, — возразил Барсик. — Я тебе это уже как-то объяснял, но ты всё равно уверен, что звездолёты куда-то двигаются.

— Я пару раз дежурил у обзорного иллюминатора. Был свидетелем того, как флот нырял в серую муть «червоточины», мчался сквозь неё и выныривал обратно.

— Являясь ограниченным трёхмерным существом, ты воспринимал происходящее через единственную доступную тебе ассоциацию — движение. Такая же ситуация и со временем, ряд свойств которого для нас непостижим. Темпоральные загадки обычно имеют отношение к более высокому измерению, чем то, где мы рождены. Бесполезно искать на них ответы.

— Объяснение про Уробороса было понятнее, — вздохнул я.

— Ну вот и остановись на том сравнении. Не забивай себе голову лишними сложностями, — посоветовал кот. — И вообще, нам пора начать планирование дальнейших действий. Твои предложения?

Кое-что я успел придумать. Немного, но всё лучше, чем ничего.

— Сначала двинем в прошлое. Ошейники, носители данных — всё это спрячем на Ганимеде. Потом организуем диверсию у Марса: отправим флот Святого Престола в будущее…

— Я был прав, заявляя о том, что это никакая не случайность, а преднамеренное воздействие, — прервал меня Барсик.

— Да, но ты подозревал козни акридиан, а мой двойник из будущего объяснил это необходимостью сохранить флот.

— Только вот, кто изначальный автор этого дельного совета? — поинтересовался кот. — Помнишь, тот случай, когда ты радостный прибежал похвастаться, как смоделировал сражение, в котором сумел разгромить Пятый Легион? В тот раз я и сообщил тебе, что вашей армии должен был противостоять Четвёртый Межгалактический.

— Давай не будем спорить и вернёмся к составлению плана, — попросил я. — Остановимся на том, что флот спас ты. Никто не умаляет твоей роли в происходящем.

Председатель молча наблюдал за нашим разговором.

— Ты всё неправильно понял, Матвей. Я не спорил и не отстаивал позицию лидера, — возразил Барсик. — Моя цель была обратить твоё внимание на недопустимость создания парадоксов своими же руками, особенно в родном для нас трёхмерном мире.

— А что, есть разница, где они возникнут, у нас или измерением выше?

— Да разница существует. В той области теории, которую не хотелось бы проверять на своей шкуре, — ответил кот. — Если самому себе передавать ранее не известную информацию, то возникает парадокс. Эти данные ты должен был сперва получить от кого-то ещё, но не от себя самого. В противном случае, нас ожидают серьёзные неприятности. Объяснить подробнее?

— Даже не начинай, — взмолился я. — Понятнее от твоих объяснений всё равно не станет, а голова у меня не резиновая. Лучше продолжим планирование. Значит, забрасываем флот в будущее. Затем, уже в этом времени, проникаем на «сто восьмой», и прячем в десантном катере артефакт пауков… Ну вот опять!

— Что такое? — поинтересовался кот.

— Откуда на борту креста взялась машина времени? Кто нам её подложил?

— Ты сам. Твой двойник упомянул об этом в своём послании.

— Я имею в виду самый первый раз.

— Скорее всего, изначально сфера оказалась там по причинам, недоступным нашему трёхмерному пониманию, — предположил кот. — Её необъяснимое появление дало твоему двойнику подсказку, как следует действовать в будущем.

Ещё чуть-чуть и моя голова треснет от напряжения.

— Не могу я этого понять! — в отчаянии простонал я. — Что, если мой двойник ошибся с выводами? Вдруг паучий шар нельзя было прятать на катере?

— Не заморачивайся, соберись и пройди весь путь до конца. Ответы появятся рано или поздно. Ну или станет на несколько загадок больше в твоей жизни, — отмахнулся кот. — Смотаемся в прошлое, оставим там данные, забросим флот Святого Престола в будущее, подкинем в корабль сферу. Делов-то! А сейчас проветрись, сгоняй в посадочный док, запиши в катере сообщение себе. Потом некогда будет.

— Нутром чую, всё несколько сложнее, чем мы предполагаем… — пробормотал я задумчиво, вспоминая подробности послания самому себе.

Что-то в этом видео меня беспокоило.

Внезапно я понял, что именно.

— На записи двойник выглядел значительно старше! — воскликнул я. — Более того, он подсказал, как управлять сферой пауков. Только вот, где он узнал об этом в самый первый раз? Кто научил его перемещаться во времени и пространстве? Игнорируя эти моменты, мы вполне можем создать парадокс.

Крыса и кот озадаченно переглянулись.

— Скажите, Председатель, что произошло если бы мы вам не привезли ошейники? — спросил я.

— Мы в любом случае избавили бы вас от взрывчатки, — скрестил руки на своей груди Крыса.

— А как быть с голографическим проектором, с его содержимым?

— Пришлось бы записать туда данные, что мы получили из прошлого, а не те, которые собираем сейчас. Об этом парадоксе я упомянул ещё в ангаре.

— Чем может грозить подобное развитие событий?

— А мои объяснения ты слушать не захотел, — хмыкнул кот.

— Вероятнее всего, образуется отдельная реальность, закольцованная во времени на небольшом отрезке, — ответил Председатель. — Вся наша Вселенная, по сути, и есть такая же петля, только имеющая неизмеримо огромное протяжение — от Большого Взрыва до момента своей тепловой смерти.

— Либо мы сразу исчезнем, — предложил свой вариант Барсик. — Как злостные нарушители законов, по которым работает родное нам трёхмерное бытие.

— Значит наш первоначальный план ошибочен. Видеосообщение было оставлено на Ганимеде позднее, я не должен его записывать сейчас, — заявил я. — Сперва мне надо каким-то образом, но только не от самого себя, получить информацию об управлении шаром. А ещё мы должны отобрать артефакт у акридиан.

— Зачем нам вторая машина времени? — не понял кот.

— Шару неоткуда было взяться в катере в самый первый раз. Кто бы его ни выкрал у нашего врага, это произошло однажды и должно случиться снова. Один артефакт мы спрячем на катере, а второй, видимо, будет в моих руках несколько лет, если я не напутал с возрастом двойника. Все события становятся менее парадоксальными… Барсик, чего ты так странно смотришь, разве я не прав?

— Приношу свои извинения, — склонил голову кот. — Я был к тебе несправедлив.

— В каком смысле? — не понял я.

— Я недооценивал твои умственные способности, — пояснил он. — На самом деле, ты молодец. Не зря акридиане так ценят человечество, точнее ваши мозги.

— Не понял, о чём ты?

— Думаю, мы ещё затронем эту тему, — ответил Крыса вместо Барсика. — Это отдельный неприятный разговор.

— Подведём итоги, — кот приподнялся и устроился поудобнее. — Прежде чем мы спрячем сферу в твоём корабле, мы должны забрать у акридиан второй артефакт. Ещё нам надо где-то найти информацию о том, как управлять шаром пауков. Вполне вероятно, что всё это займёт у нас не один год. Предстоит куда больше путешествий во времени, чем мы предполагали изначально.

— Таков план, — подтвердил я.

— Скажу честно, это не самый плохой расклад. Правда остаются некоторые вопросы. С акридианами всё ясно — с помощью Святого Престола наваляем им от души, давно уже лапы чешутся, только вот где взять информацию о машине времени?

— Возможно, мы обнаружим искомые данных у наших врагов. Они сейчас как раз изучают эту сферу.

— Возможно? Твой двойник должен был оставить подсказку, — пожаловался Барсик.

— Кто-то совсем недавно пугал меня парадоксами, — напомнил я. — И даже заявлял, что текст сообщения мог быть за его авторством.

Кот не придумал чем парировать этот выпад, и мы замолчали на некоторое время. С первых минут просмотра той видеозаписи, Барсик старательно скрывал беспокойство по поводу своего отсутствия в кадре.

«Это послание твоим сородичам, очевидно, я там лишний», — вот и всё, что он сказал.

Мы старались не затрагивать тему, но непреднамеренно возвращались к ней снова и снова.

— Мой двойник уверен, что эта информация не пройдёт мимо нас, — заявил я, нарушив неловкое молчание. — Нам не избежать сражения с акридианами. Победим их, возьмём в плен и допросим. Чем не вариант?

Кот не ответил. Он думал. Председатель не терял времени: сходил за кипятком и заварил всем свежего чая.

Да уж, втянули нас пауки в историю…

Секундочку!

— Барсик, насколько хорошо ты помнишь образы, что видел в головах артроподов? — спросил я.

— В сочетании с их запахами, это невозможно забыть. Что именно тебя интересует?

— Когда ты смотришь в другой мозг, то ведь отличаешь воспоминания его владельца от текущих мыслей о настоящем?

— Пф-ф, — фыркнул Барсик. — Ну, конечно.

— Тот паук, увешанный золотом, который поднялся к нам, помнишь его? Ты ещё заглянул ему в голову, и увидел там меня и шар. Этот артропод ждал чего-то. Могли эти ожидания отталкиваться от неких событий прошлого? Он вспоминал о чём-то в тот момент?

— Так и есть! — кот подскочил и хлопнул передними лапами по столу. — Артроподы легко подпустили нас к своей самой великой ценности, потому что имели воспоминания о похожей ситуации, которая уже случилась в прошлом. Должно было снова повториться нечто важное, но ты… ладно не только ты, мы всё запороли. И как тебе вообще пришла мысль спросить меня об этом?

— Изображения на том столбе. Помнишь рисунки с человеком и котом?

— Да, конечно.

— Нам не показалось. Это были мы с тобой.

— Если это действительно так, значит, ты и я однажды были, точнее побываем, в гостях у пауков, — Барсик либо сам всё понял, либо жульничал, читая сейчас мои мысли. — Они научили нас управлять машиной времени… Только с чего бы им это делать? Эй, Матвей, прекрати представлять всякую чушь!

Я всего лишь мысленно надел на Барсика чепчик.

Значит, кот действительно подглядывал в мой мозг.

— Давай ты будешь думать сам, — попросил я. — Мне нужен твой опыт и критический взгляд, чтобы не допустить ошибок при обсуждении плана действий, а ты сейчас занимаешься тем, что наперегонки со мной озвучиваешь мои мысли!

— Просто ты очень медленно говоришь и перевод запаздывает. Ладно, постараюсь воздержаться от спойлеров, — проворчал кот.

— Пауки вполне могли научить нас управлять своим артефактом, если один шар мы принесли им в подарок, — заявил я.

— В подарок?

— Ну или вернули! Не знаю, что именно мы сделали с их точки зрения. Уверен лишь в одном: они неспроста изобразили нас на своих столбах. Возможно, там отражены наиболее значимые события для их расы. Они увековечили память и о нашей встрече.

— Хорошо, «вернуть шар паукам». Записал, — кот притворился, что в лапах у него невидимая ручка и блокнот. — На этом всё?

— В общих чертах, да, — сказал я. — С поправкой: один шар мы спрячем на катере не сразу, а только после того, как побываем у артроподов, и я запишу видеосообщение себе. Вот теперь весь цикл логически завершится.

— Отлично. Пора бы перейти к другому важному моменту, — сказал кот. — К битве, что вскоре должна состояться в этом времени.

— Справится ли армия из прошлого? — спросил Председатель.

— Как уже заметил Барсик, я ранее моделировал столкновение флотов Святого Престола и Пятого Легиона. Войска Коалиции к тому же потрёпаны последним сражением. Можно сказать, силы равны. Тем не менее, моим друзьям не помешает помощь Сопротивления, чтобы одержать победу с минимальными потерями. Какими силами вы располагаете?

Я посмотрел на Председателя.

— Матвей, я не просто так одобрил аналогию, когда ты сравнил меня с грызуном, — вздохнул тот. — Сопротивление — это крысы, а не тигры. Предпочитаем убегать, наносить удары исподтишка, а не сражаться в открытую. Нас очень мало, мы крайне слабо вооружены. Даже тот вред, который мы причиняем акридианам, они частенько просто не замечают.

— Значит, вы нас не поддержите?

— Мы не станем сражаться рядом с вами в этой битве. Правда, можем быть полезны иным способом.

— Почему не в бою? Разве мы вас не предупредили обо всём ещё пятьсот лет назад? — удивился я. — Неужели за это время сложно было подготовить флот, собрать войско единомышленников с других планет? Вон же, за стеклом кого только нет!

— Если бы всё было так просто… — развёл руками Председатель.

— Чем вы занимались пять веков? Прятались?

— Хороший вопрос. Я отвечу на него. Расскажу о том, что произошло после исчезновения армии Святого Престола. Тебе не помешает узнать побольше информации и о нашем главном противнике — акридианах. Время есть. До Марса лететь ещё восемь часов, не меньше.

— Слушаю внимательно, — я упёрся в подбородок кулаком.

— Оставшись без поддержки своего грозного флота, военно-религиозная тирания Святого Престола пала в ходе гражданской войны, что охватила Землю и её доминионы. Это был две тысячи триста семьдесят шестой год от Рождества Христова. Человечество стояло на краю пропасти. Мы попали в нескончаемый ряд потрясений: повсеместные военные конфликты, непрекращающийся передел власти, пандемии, проблемы с экологией. Словно и не было никогда двух столетий процветания. Всё кругом напоминало катастрофическое начало двадцать второго века. Только теперь отсутствовал пастырь, способный вразумить стадо и направить его на путь спасения. В самые тёмный час человечества, в небесах появились корабли акридиан. Дружелюбные пришельцы предложили решить все проблемы, грозящие вымиранием нашей цивилизации, если мы согласимся стать частью межзвёздной Коалиции.

— Сделали вам предложение, от которого невозможно отказаться?

— Да, именно так. Первым делом нас обязали ускорить эволюцию. Это основное условие членства в межзвёздном сообществе для всех рас без исключения. Последующие поколения людей должны были стать телепатами…

— Только не натуральными вроде меня, — встрял Барсик. — Акридиане предлагают использовать миниатюрные нейронные усилители, которые внедряются в головы, обычно с самого рождения. В процессе взросления эта техника открывает своему носителю новые способности. Принцип работы схож с функцией подавления телепатии в наших ошейниках, только с другим знаком.

— Верно, происходит искусственная, а не естественная эволюция, — подтвердил Председатель. — Подобными «улучшениями» акридиане одарили все расы Коалиции. Ходят слухи, что сами «кальмары» являются натуральными телепатами, но этого никто точно не знает.

— Даже я не в курсе, — ответил Барсик, на мой мысленный вопрос к нему.

— Очень странно, — заметил я. — Зачем акридианам понадобилось улучшать другие расы? Во всём остальном они опустили членов Коалиции до уровня домашних животных, если судить по тому, что я увидел на Земле. Да и по рассказам Драка, то же самое творится в Королевствах Денеба. Сплошные лужайки с пасущимися на них овечками.

— Хороший вопрос, Матвей. Если бы мы не получили эти десять ошейников, а также информацию об их внутренностях и принципах работы, то никогда не узнали бы ответа на него.

— Я тоже хочу знать.

— После падения Престола, Главный Штаб всем составом ушёл в подполье, — продолжил Председатель. — Точнее, под воду…

— Военно-морская база «Атлантида»! — воскликнул я. — Так значит это не байка? В Марианской впадине действительно существовал сверхсекретный подводный город?

— И находится там до сих пор, — улыбнулся Председатель. — Все эти инженеры и учёные за стеклом — его обитатели. Кто-то из них даже был рождён там, свободным, без вмешательства в мозг.

— Вот-вот, давайте вернёмся к этой теме, — попросил я. — Зачем, говорите, акридианам понадобилось делать всех телепатами?

— С момента запуска процесса обновления человечества прошло несколько лет. Учёные-подпольщики не прекращали изучать ошейники, ставили над ними различные эксперименты. Однажды они засекли неизвестный сигнал, на который отреагировали данные устройства. Источником был корабль акридиан, находящийся у Луны. В это же время, в соседних лабораториях велись наблюдения за детьми, что первыми заполучили инопланетные «улучшения» в свои головы. Особый интерес вызвал следующий момент: мозг спящих ребятишек периодически начинал работать, правда только одним полушарием. Время этой странной активности совпадало с появлением неопознанного сигнала…

— Всё ясно! — воскликнул я. — В головы легионеров с помощью ошейников «загружают» лояльность. Враги зомбируют всех без исключения!

— Твоя догадка верна отчасти, на самом деле всё гораздо хуже, — сказал Председатель. — Годами наши учёные пытались расшифровать сигнал, и наконец выяснили: акридиане производят некие вычисления используя ресурс мозга всех остальных рас. Именно с этой целью они повсеместно внедряют свои устройства.

— Против своей воли, народы Коалиции делают расчёты для общего врага? На этом всё?

— Нет, не всё. Как думаешь, сколько мне лет? — спросил Председатель.

— Пятьдесят? Может шестьдесят?

— Мне нет и тридцати, — заявил он. — Современные люди старятся вдвое быстрее. У остальных цивилизаций дела обстоят чуть получше, человечество эксплуатируется в разы интенсивнее, наши мозги уникальны, они обладают исключительным КПД.

Я тихонечко присвистнул от удивления.

— Ну и ну!

— Такие вот «дары данайцев».

— И я не передал столь важную информацию в своём сообщении? Почему не предупредил об этой опасности? — в моей голове закружились десятки вопросов, ответы на которые, по злой иронии судьбы, мог дать только я сам. — Мой двойник позаботился сообщить о том, куда и когда он приземлится в Корнваллисе, но умолчал о таких серьёзных вещах!

— Тебя обязательно должен был встретить кто-то из Сопротивления, поэтому так важны координаты твоей посадки.

— Не важнее здоровья человечества.

Я всерьёз подумывал о том, чтобы вставить в свою версию послания предупреждение о грозящей всем людям опасности.

— Ты мог умолчать о негативном влиянии «подарков» акридиан, потому что земляне предпочли бы смерть такой судьбе, — медленно произнёс Председатель.

Я был вынужден согласиться.

— На базе «Атлантида» понимали: через некоторое время всё человечество изменится, — продолжил свой рассказ Председатель. — Единственные из землян, способные хоть как-то противостоять врагу, вскоре окажутся отрезанными от внешнего мира. Им нельзя было появляться среди соплеменников: они не умели обмениваться мыслями, их могли раскрыть шпионы акридиан. Тогда подпольщики придумали следующее: подготовить нескольких детей на роль агентов. Отправить их к звёздам на поиски союзников. Так появилась «Рабочая группа», состоящая из десяти телепатов. Я не только член текущей команды, но и нынешний глава всего Сопротивления.

— Десять? Это число как-то связано с количеством ошейников, которые мы должны будем оставить в прошлом? — предположил я и, не дожидаясь ответа, тут же задал следующий вопрос: — Кстати, у кого-нибудь есть идеи почему нам передали именно такое количество?

— Сколько членов в Военном совете флота Святого Престола, Матвей?

Я понял намёк, а он продолжил объяснять:

— Тебе дали эти приборы вроде как с благой целью: для наглядной демонстрации командованию функции переводчика. Специалисты убедятся в том, что устройства абсолютно безопасны… а потом акридиане предложат провести серию переговоров, с участием других рас, где так кстати будут полезные функции, обеспечивающие общение между представителями разных цивилизаций. Пусть не все офицеры наденут эти штуки, но некоторым успеют «промыть мозги» и склонят к нужному решению! Убедить остальных — дело времени.

— Почему бы «осьминогам» своими силами, без использования ошейников, не закачать всем правильные установки на первой же встрече?

Председатель вздохнул.

— Вспомни о чём я тебе говорил ещё на Земле. Невероятно сложно передать даже одну мысль тем, у кого нулевая телепатическая восприимчивость.

— Как же тогда меня парализовали и оглушили?

Неожиданно моя правая рука обрела свою волю, поднялась со стола и щёлкнула пальцами. Вот это фокус!

— Перехватить контроль над телом куда проще, — пояснил Председатель. — Ты можешь быть послушной куклой под управлением сильного телепата, но внутри останешься самим собой. При должной концентрации могу обездвижить тебя, лишить сознания, но не заставлю произнести даже несколько слов против твоей воли. А вот ошейники способны на такое — за счёт непрерывного воздействия на разум.

— Чёртовы оковы, — выругался я с ненавистью.

— Ирония в том, что, изучая «вредные» свойства ошейников, учёные Сопротивления сумели обратить эти знания на пользу. Им удалось вмешаться в функционал устройств, частично изменить его. Мы научились скрывать тайные мысли от чужого внимания.

— Звучит обнадеживающе.

— К сожалению, воспроизвести подобные технологии, мы не можем. Поэтому те десять ошейников, что вы нам передали, по сей день ограничивают численность членов «Рабочей группы», находящихся на виду у врага.

— Я не заметил на вашей шее кольца.

— Устройство можно носить на любой части тела, — Председатель задрал рукав и показал мне широкий браслет. — В Легионе их вешают на шеи, чтобы никто не вздумал сбежать. Без головы далеко не уйдёшь.

— Понятно. А что было дальше? — попросил я продолжения. — Рабочая группа нашла союзников?

— Сначала — нет. Четвёртый Межгалактический действовал настолько жестокими методами, что ни о каком налаживании связей с другими подпольями и речи быть не могло. Однако, примерно четыреста лет назад эта военная махина неожиданно исчезла. По мирам Коалиции разлетелись слухи: грозный флот совершил ошибку при расчёте вектора межпространственного прыжка и всем составом оказался захвачен гигантской чёрной дырой.

Я бросил короткий взгляд на Барсика.

Кот блаженно улыбался.

— В переходный момент, когда формировалась замена — Пятый Легион, появилось множество очагов недовольства. Да, через некоторое время по нескольким, особо осмелевшим, мирам новая армия акридиан прошлась пустотными бомбами, но начало Сопротивлению было положено. Только вот, состоит подполье не из солдат, Матвей, а из инженеров и учёных. У нас нет ни одного военного корабля, лишь грузовые суда, вроде этого…

— Стоп! Вы что, потеряли мою птичку? — воскликнул Барсик, прекращая лыбиться и подскакивая на месте.

— У нас нет ни одного военного корабля, не считая вашего личного звездолёта, — исправился Председатель. — Мы его, кстати, захватили с собой. Он спрятан в одном из трюмов. По этой причине вы так долго искали нас у Луны — мы не рискнули близко подлетать к чувствительным сканерам Пятого Легиона.

Успокоенный кот вернулся в прежнюю позу.

— Значит вы и вправду ничем не сможете помочь флоту Святого Престола, — с горечью произнёс я. — Погибнет очень много хороших ребят… причём с обеих сторон.

— Как я уже говорил, мы можем быть полезны иным способом, Матвей. Сражения выигрывают не только солдаты.

— Я вас внимательно слушаю.

— Если Святой Престол сможет доставить наших специалистов к ретранслятору охранной сети, мы изменим структуру сигнала повсюду в этой солнечной системе. Лояльность легионеров в течении некоторого времени сменится на ненависть к акридианам.

Верно! Сторожевой ретранслятор — это самое слабое место Легиона! В худшем случае, мы просто взорвём его, и вся армия Коалиции лишится своих голов… нет, так не пойдёт, чуть не забыл про Ноккера и Драка.

Я пытался сообразить, на какой стороне во время грядущего сражения нам лучше всего находиться. Вернуться в Легион? Нет, слишком высока вероятность снова загреметь в тюрьму. Но ведь и дознаватели Святого Престола не зря свой хлеб едят! На «Справедливом» меня тоже могут изолировать «до выяснения всех обстоятельств».

Интересно, что придумал Матвей, который шёл на несколько шагов впереди меня? Как отвлёк от себя внимание?

Нет. Не может быть!

— Операцию по захвату ретранслятора командование флотом Святого Престола одобрит, — уверенно заявил я. — Подкиньте им эту идею. Только прошу, ни слова о том, что можно легко уничтожить Легион. Большинство солдат на службе Коалиции — это и есть самое настоящее Сопротивление, наши союзники, зомбированные ошейниками. Убедите тамплиеров провести диверсию, Председатель.

— Вы не собирались принять участие в этой встрече? — удивился Председатель.

— Да, мы пропустим её.

— Как же быть с атакой на акридиан и артефактом, который вы хотели у них отобрать?

Ещё немного и Председатель не удержится, полезет изучать мои мысли.

— Мы обязательно примем участие в битве, но в составе вашей делегации нас не будет, — сказал я. — Встретимся после совещания на борту корабля под названием «Справедливый».

— Интересно, что ты задумал, Матвей.

— Мой разум открыт для вас, ознакомьтесь сами с моими… догадками. Кажется, мне удалось правильно сложить очередные детали этой временной головоломки. Я сейчас вижу только один вариант, куда нам с Барсиком следует первым делом отправиться.

Председатель молчал, в моей голове бегали искорки.

— Надеюсь, ты сделал верные выводы, — наконец произнёс он.

— Серьёзно? — недовольно воскликнул Барсик. — Или это шутка такая?

Кот явно прочитал мои мысли.

— Иначе и быть не может. Такой старт очень многое объясняет, согласись.

— В целом-то идея неплоха. Кроме одного важного момента: ты предлагаешь мне разыгрывать из себя неразумное животное!

— Не возмущайся ты так. На «Справедливом» любят и уважают кошачьих. Главное держись подальше от технодиакона Обухова, у него аллергия на шерсть. Ну и постарайся никого не убить, если тебя захотят погладить.

— О боги, во что я влип? — закатил глаза Барсик.

До прибытия на Марс оставалось всего два часа. Мы договорились, что подбросим Председателя до флагмана, а там на некоторое время с ним расстанемся.

На некоторое время…

Лёгкая улыбка появилась на моём лице.

Я сидел в кресле пилоте в полном одиночестве, на катере кроме меня никого не было. Барсик и Председатель продолжили обсуждать какие-то свои вопросы, а я вот пришёл сюда, получить знания о том, как управлять машиной времени.

Мой двойник сказал: возьми шар, закрой глаза, очисти сознание и мысленно взывай к артефакту. Вроде бы ничего сложного.

Я обхватил сферу руками, постарался думать ни о чём другом, кроме неё.

Несколько минут ничего не происходило, потом я почувствовал, как нечто чужеродное проникает в мой мозг. Появились образы, символы и даже запахи. Ощущение не было неприятным, но оказалось настолько неестественным, что я не мог найти адекватных сравнений. Хотя… если обычное телепатическое вмешательство напоминало электрические разряды, то это чувство походило на липкую пелену, медленно обволакивающую сознание.

Словно чёрная река, информация хлынула на меня из устройства артроподов, пока полностью не затопила мой разум. Я испугался, что утону, захотел отбросить от себя шар, но ничего не мог поделать.

Я более не ощущал своего тела…

Казалось, что прошла целая вечность, прежде чем я снова открыл глаза. Интересно, сколько на самом деле заняло это обучение? Впрочем, какая разница.

Теперь я знал, как управлять артефактом пауков.

Время и пространство стали подвластны простым движениям моих рук.

Глава 8. Под прикрытием

Меня разбудил корабельный колокол. Я как-то умудрился задремать, пока предавался беспокойным размышлениям о сегодняшнем денёчке и крутил кубик Рубика. Кстати, где он? Я похлопал рукой у стены и там наткнулся на механическую головоломку.

На первом ярусе подо мной началось движение. Вскоре над краем кровати появилась аккуратно выбритая макушка. Мой сосед по каюте был готов уйти по своим делам.

— К технарям собрался, братишка? — поинтересовался я.

Да, верно, всё это уже однажды со мной происходило. Только вот в прошлый раз, я был на месте того человека, который сейчас повернулся ко мне и ответил:

— К ним самым.

— Если эти лилипуты не возьмут тебя в плен, загляни на обратном пути в камбуз, — попросил я. — Захвати мне пару литров компота и четыре булочки.

Мой двойник недовольно скривился:

— Олег, сходил бы ты к медикам, а лучше — к астронавигаторам. Похоже, в твоём желудке образовалась чёрная дыра. Куда столько есть? Обед же скоро.

Чтобы не запутаться, мы с Барсиком давно уже договорились об условном обозначении меня и моих двойников. Я был просто «Матвей», или «Матвей номер два». И не только. Вот уже более года, я скрывался под именем Олега Чернова.

«Матвеем номер один» мы называли двойника, который шёл впереди по цепочке событий, и чей путь мне надо было повторить.

А «Матвей номер три» — это тот самый человек, что сейчас стоял передо мной и недовольно кривил губы.

— Упадок сил у меня. Все калории оставил утром на тренажёрах, а сегодня придётся ещё с оружием и броней возиться… — вздохнул я. — Но если вам сложно, господин младший сержант, то забудьте о моей просьбе, я сам схожу.

Получил повышение и нос воротишь. Что стоит принести боевому товарищу еды? Почувствовал себя важным, «Матвей номер три»?

— Да принесу я тебе булок и компота. Принесу. Ты не думай, что как только меня поставили на место Ефремова, то я сразу зазнался, — начал оправдываться этот товарищ. — Дело тут в другом. О тебе ведь беспокоюсь: влезет ли твоя задница завтра в скафандр.

Тоже мне причину нашёл.

— Пф-ф, — фыркнул я. — А как иначе? Материал же сверхпластичный. И размер универсальный, рассчитанный на любого из нас.

«Матвей номер три» махнул рукой и покинул каюту.

Я немного выждал, затем спрыгнул на пол и стал обуваться.

Интересно, насколько точно повторялись все наши разговоры? Именно этот, последний диалог, я хорошо помнил, поэтому старался придерживаться своих реплик слово в слово. Но за год службы на «Справедливом», я принимал участие в тысячах бесед, в невообразимо огромном количестве пустой болтовни скучающих солдат. Скоро «Матвей номер три» тоже угодит в этот водоворот временных перемещений. Будет ли он произносить те же самые фразы, что использовал я? Какие аргументы в спорах выберет?

«Ответы появятся рано или поздно», — сказал мне когда-то Барсик.

Видимо он ошибся.

Кстати, где шляется этот кот? Мы же с ним договаривались о точном времени встречи.

Едва я подумал о своём пушистом напарнике, как тяжёлая металлическая дверь приоткрылась. Спустя мгновение, через образовавшуюся щель, в каюту протиснулся Барсик.

Вот именно, что протиснулся. Можно даже сказать, с трудом. Кот заметно округлился, он выглядел гораздо упитаннее, чем я помнил его по службе в Легионе. Здесь, на борту «Справедливого» нас кормили вкусными натуральными продуктами, а Барсику ещё и доставался лишний пай.

Постоянными обитателями, можно даже сказать «служащими», нашего большого корабля являлись две кошки. Одна из них жила при камбузе, а вторая обитала в складской зоне. Их основной «боевой» задачей было истребление мелких грызунов, которые периодически появлялись словно из ниоткуда и портили продукты, экипировку и проводку.

Мыши и крысы превратились в бич любого судна ещё на заре мореплавания. Звёздные корабли тоже не избежали этой напасти.

Казалось бы, откуда грызунам взяться в космосе? Тем не менее, они продолжали проникать на борт: спрятавшись в технике, вернувшейся с поверхности планет, или вместе с грузами, что доставляли челноки снабжения.

Эффективно справиться подобной проблемой могли только домашние кошки, поэтому этих харизматичных хищников на флоте уважали и любили. Породистый красавец Барсик не стал исключением, хотя на самом деле он манкировал своими обязанностями по уничтожению крыс и мышей.

Кот устроился на территории инженерного отсека и быстро завоевал симпатии обитавших там техников. В следствие их чрезмерной заботы о его рационе, Барсик вскоре поправился на лишний килограмм-полтора. Впрочем, виноваты тут были не только механики. Каждый встречный норовил угостить его чем-нибудь вкусненьким.

Почти год кот-телепат наедал жирок разгуливая по кораблю. При этом он успешно избегал встреч с «Матвеем номер три», а также аллергиком Обуховым.

Нас с Барсиком очень редко видели вместе. Мы проводили наши тайные беседы в самых глухих закоулках звездолёта, куда обычно никто не заглядывал.

Сегодня наступил тот самый день, когда мы осуществим «диверсию»: отправим «Матвея номер три» и флот Святого Престола в будущее. Мой двойник в каюту уже не вернётся, а остальные её два жильца застряли на медосмотре. Поэтому встреча с Барсиком была назначена здесь.

Кот уселся напротив меня и принялся громко мяукать. Я уловил недовольство и даже разобрал несколько ругательных слов.

Я приподнял матрац своей кровати, достал оттуда два ошейника. Один передал ему, а второй нацепил себе на руку, как браслет.

— …что значит «где шляется этот кот»? Я был в инженерном отсеке, контролировал выполнение нашего плана! А вот кто-то в это же время решил расслабиться и поспать! — возмущался кот. — Зачем ты суёшь мне эту хреновину? Я не только читаю мысли, но уже успел выучить ваш примитивный язык в совершенстве!

— Ну мало ли. Вдруг понадобится.

— Может быть, — вздохнул Барсик и надел своё устройство на шею. — Когда ты уже наконец начнёшь понимать кошачий? Учу тебя, учу, а ты без ошейника практически полный ноль. Бестолочь.

— Тяжело на слух отличить одно твоё «мяу» от тысяч таких же, произносимых с разной интонацией, и это не считая ультразвука, — попытался оправдаться я. — Когда ты недоволен, я понимаю сразу. Но что именно тебе не нравится — тут уже надо догадываться. У вашего языка слишком сложная фонетика. Человеку природой не дано полноценно воспринимать и воспроизводить речь котов.

— Всё время забываю, насколько твоя раса отсталая, — с сожалением произнёс Барсик.

Частенько я стал слышать от него подобные обидные слова. Кот крайне низко оценил технические достижения человечества прошлого, которыми я сперва надеялся его удивить.

После того, как мы доставили Председателя на флагман Святого Престола, я переместил нас на пятьсот четыре года назад, на орбитальную базу снабжения около Юпитера. Здесь-то Барсику и довелось столкнуться нос к носу с нашими «примитивными» технологиями.

Используя терминалы склада, в котором мы прятались по прибытии в прошлое, Барсик принялся взламывать базу данных, чтобы незаметно добавить «рядового Олега Чернова» в основной состав служащих, и осуществить его перевод в наземную часть, где готовили разведчиков. На это у него ушло почти три недели.

Тогда кот впервые заявил об уникальной умственной отсталости человеческой расы. Всё потому, что он установил личный антирекорд — это был самый долгий взлом компьютерной системы в его жизни. Барсик пенял не на алгоритмы защиты, а на невероятную запутанность и громоздкость земных программ.

«Я бы мог оптимизировать ваш код, выкинуть весь мусор и сократить общий объём на семьдесят процентов, не меньше. Всё бы только работало в разы быстрее», — заявил кот.

Как бы то ни было, доступ к данным он получил.

Через некоторое время, в роли рядового Олега Чернова, я уже сидел на корабле, отправляющемся в гарнизон на поверхности Ганимеда. Барсик прятался в моём ранце.

Я толком не успел начать карьеру разведчика, но зато, в одной из учебных вылазок, обнаружил уютную пещерку, где можно было спрятать посылку для человечества. Кот продолжал махинации с базами данных личного состава. Через пару месяцев он внёс меня в списки воинов, закончивших подготовку, которые должны были пополнить ряды тамплиеров.

Вскоре мы оказались на борту «Справедливого». Благодаря Барсику, я попал в то же отделение, где числился мой двойник. Мы даже жили в одной каюте, но «Матвей номер три» ничего не подозревал. У меня было другое имя, новое прошлое и поддельная карьера. Этого оказалось достаточно, чтобы обмануть всех, даже самого себя.

Впрочем, пришлось немного постараться, чтобы не вызвать подозрение в самом начале. Я ведь никак не мог походить на тамплиеров, использующих одинаковые клонированные тела. Поэтому за время нашего пребывания у Юпитера мне пришлось сбросить почти двадцать килограмм веса и отрастить усы с бородкой.

Последний этап посвящения в тамплиеры включал в себя обязательный перенос души и разума в клонированное тело. После этого я стал неотличим от других десантников.

Ну, а Барсик без каких-либо хитростей захватил инженерный отсек. Пришёл туда, сделал вид, что ему на всех плевать и он никому ничего должен. То есть вёл себя, как самый настоящий кот. Этого тоже оказалось достаточно, чтобы обмануть окружающих.

Почти год мы с котом готовились к сегодняшнему дню, и вот он наступил.

Пару недель назад поползли слухи о восстании на Проксиме Центавра. Вскоре они перестали быть сплетнями — флот начал подготовку к переброске в ту звёздную систему.

Кот незамедлительно осуществил новые махинации с личным составом. Он перевёл сержанта второго отделения на другой корабль, буквально за пару дней до начала военной операции. Должность, которую занимал Ефремов, освободилась, и наш старшина назначил временно на это место «Матвея номер три». Моего двойника, который только что ушёл в инженерный отсек, узнать зачем его вызвал технодиакон Обухов…

— Дверь в каюту прикрой, нас кто-нибудь может услышать, — попросил кот.

Я выполнил его просьбу, а затем вернулся к своей кровати. Наклонился к тумбочке и достал из неё два электронных хронометра.

— У нас в запасе есть около трёх часов, — сказал я Барсику. — Когда капитан объявит пятиминутную готовность, я перемещу нас в десантный крест. «Матвей номер три» не заметит нашего появления, потому что будет слишком увлечён выходом из строя ряда бортовых систем, которые ты ему приготовил. Помнишь моё предупреждение насчёт нейронного интерфейса? Надеюсь, твоё вмешательство не выжжет мне мозги.

Одни сверхточные часы я застегнул на своей руке, поверх «ошейника», вторые передал коту.

— Было за что переживать, — хмыкнул Барсик, забирая хронометр.

Либо кот намекал на мои умственные способности, которым нейронный шок вреда не причинит, или подчёркивал свой профессионализм. Зная Барсика, я был уверен: он имеет ввиду сразу то и другое.

— Мы перекинем катер с «Матвеем номер три» на пятьсот два года вперёд к Марсу, — продолжал я. — Затем вернёмся в это время, чтобы перенести всю армию Святого Престола на столько же плюс ещё полгода. Главная проблема заключается в том, что для настройки артефакта пауков на прыжок с флотом, нам надо уложиться в те десять последних секунд, пока корабли будут вне «кротовой норы».

— Нам? Извини, но я мог бы и здесь подождать. Я отправляюсь исключительно за компанию. Всё зависит только от тебя, — ткнул лапой в мою сторону Барсик. — Ты уверен, что успеешь внести нужные настройки в машину времени для перемещения флота?

— Думаю, да.

— Нужно не только полгода добавить, но и расширить радиус действия этого устройства для охвата всех боевых единиц Святого Престола. Подумай снова над ответом, может ещё не поздно заглянуть в царство Обухова и успеть смастерить какой-нибудь механизм, что быстро прокрутит нам эти диски в нужное положение?

— Ничего не поможет. Смотреть и крутить надо одновременно.

— Тебе точно такая многозадачность по силам?

— Я не прекращал тренировок, — с обидой в голосе сказал я, и взял со своей кровати кубик Рубика, чтобы продемонстрировать его коту. — За тридцать две секунды могу собрать.

— Не может быть, вот это рекорд! — наигранно ахнул кот. — А может тебе приснилось?

— Да хватит уже. Вздремнул немного, с кем не бывает. Я правда могу собрать его за полминуты.

— Надеюсь, этот навык тебе пригодится.

Барсик ткнул в самое проблемное место — нехватку времени на манипуляции сферой пауков. Любое путешествие требовало ручных настроек, которые нельзя было сохранить в памяти артефакта, чтобы затем вызвать неким простым движением.

Проще говоря, каждый раз я вынужден был крутить множество калибровочных дисков, из которых состоял данный шар. В самом ближайшем будущем наступит момент, когда у меня будет всего десять секунд на выполнение этой задачи.

Я хорошо помню ту эйфорию, что пришла ко мне в момент понимания, как управлять временем и пространством. Однако, вскоре радостное чувство было изрядно подпорчено тем фактом, что необходимость спешить никуда не делась.

— Такой себе «повелитель времени», — ехидно заметил кот, читая мои мысли.

— Какой есть. Другого у нас всё равно нет.

— Тоже верно, — согласился Барсик. — Чем будем заниматься целых три часа? Нервничать?

— Я предлагаю отправиться на вторую палубу. Помнишь, по левому борту есть такая угловая секция с обзорным куполом?

— Тупичок, в котором мы встречались обсудить наши делишки? Конечно помню.

— Да, его иллюминатор выходит на ту сторону, где «Матвей номер три» будет проводить калибровку систем своего нового катера. Можем за ним понаблюдать.

— Не уверен, что мы вообще хоть что-то разглядим.

— Тогда просто перекинемся в картишки.

— Уже интереснее, — проявил некоторый энтузиазм Барсик. — Надеюсь, к нам никто случайно не забредёт. Вид кота-картёжника может повредить рассудок нежданного гостя. Я и так удивляю твоих сородичей. Понимаю любые просьбы вроде «иди сюда» или «дай лапу». Многие считают меня невероятно сообразительным котом, но не настолько, чтобы играть со мной в «подкидного дурака».

— Не льсти себе, не все высокого мнения о твоём интеллекте. Ты старательно игнорируешь попытки нашего старшины познакомить тебя с двумя прекрасными дамами, одна из которых живёт на складе, а вторая на кухне. Он мечтает о котятах, а ты «тупишь, как призывник», по его словам.

— Матвей, да о чём ты вообще говоришь? Ваши домашние кошки и я слишком далеко стоим друг от друга на ступенях эволюционной лестницы. Ты бы стал заводить отношения с обезьяной?

— Да я же пошутил, расслабься. Лучше скажи, что насчёт картишек?

Кот всё ещё выглядел возмущённым, но согласился:

— Насчёт турнира в «подкидного дурака» я ничего против не имею.

— Значит решено, — сказал я, отвернулся от него и направился в дальний угол каюты.

Там я присел на корточки, достал из кармана армейский нож-мультитул, и крестовой отвёрткой выкрутил четыре болта у одной из настенных панелей.

В тайнике лежала сумка, внутри находился артефакт пауков и радиопередатчик, с помощью которого мы должны были отправить на Землю сигнал с координатами посылки на Ганимеде. Я забрал всё и аккуратно приладил панель на прежнее место.

— Готово, можно выдвигаться.

— Только после вас, — кот указал на тяжёлую дверь, предлагая мне её открыть.

Мы вышли из каюты и направились к переходному коридору, где можно было спуститься по винтовой лестнице на уровень ниже.

Кроме нас на «Справедливом» никто не знал, что флот перейдёт в полную боевую готовность через несколько часов. Рота занимался обычными делами. Одни десантники отдыхали в каютах. Другие скучали в очереди на обязательный медосмотр. А некоторые солдаты находились в оружейной: проверяли снаряжение, чтобы не тратить на это время вечером. Шли обычные рутинные приготовления, как оно всегда происходило в день перед высадкой.

Никого не встретив по дороге, мы добрались до нужного тупичка, скрытого от посторонних глаз крутым изгибом коридора. Уселись на пол, прямо под куполом обзорного окна и стали играть в карты.

Три часа пролетели незаметно. И хотя мы периодически поглядывали на хронометры, я вздрогнул от резкого звука сирены и полыхнувших оранжевым светом настенных ламп.

— Пора, — сказал я и достал шар из сумки.

Барсик же вынул оттуда радиопередатчик.

Я закрыл глаза и обхватил сферу руками настраиваясь на контакт с ней.

Если впервые это заняло у меня несколько минут, то последующие разы всё происходило почти мгновенно. Моё сознание наполнилось призрачными образами. Артефакт пауков стал центром некой области: мерцающей точкой-якорем, вокруг которой находился флот Святого Престола, Марс, Солнечная система, и остальные звёзды нашей галактики.

Где-то неподалёку должен быть заглохший катер «Матвея номер три».

Вот и он.

Я на ощупь крутил диски, отвечавшие за пространственные координаты, перемещая центральную точку-якорь внутрь десантного креста. Закончив настройку, я повернул самый верхний диск до щелчка.

Сирены «Справедливого» умолкли, сменились почти полной тишиной, которую нарушал только скрипучий голос технодиакона.

— Фоменко, что там у тебя происходит? Капрал, ответь! — доносился сверху встревоженный голос Обухова.

Я открыл глаза. Мы с котом были на самом нижнем уровне десантного катера.

— Сейчас «Матвей номер три» в отключке, — сообщил я Барсику шёпотом. — Последствия нейронного шока. Но должен уже вот-вот очнуться.

— Ясно, — так же тихо ответил кот, и достал свой хронометр. — Продолжаем. Настраивай сферу на путешествие в будущее. Попробуй максимально быстро выполнить калибровку, а я засеку сколько это у тебя займёт. Так, погоди… Три, два, один. Начали.

Я снова подключился к артефакту и стал бешено вращать диски — пространственные и временные, пытаясь угнаться за расширяющейся, убегающей в будущее, Вселенной.

Всё, готово. Осталось только активировать перенос, и мы отправимся на пятьсот два года вперёд, в те же самые координаты рядом с Марсом.

— Сколько? — спросил я, открывая глаза.

— Много, — ответил кот и показал мне экран хронометра.

Ровно одиннадцать секунд.

Я мог не успеть.

Мой взгляд тоскливо обежал голые стены десантного катера и остановился на боксе, висящем слева от нас.

— Вот оно, — я понял, каким путём пошёл «Матвей номер один».

Я сделал шаг к настенному ящику, на котором был нарисован жирный красный крест. Аккуратно разблокировал замок аптечки и достал оттуда шприц-тюбик синего цвета.

— Собираешься вколоть себе эту дрянь? — удивился Барсик, когда я обернулся к нему. — Может не стоит?

— Без вариантов.

— Ты же понимаешь какой непоправимый вред она наносит мозгу? Как вы, люди, решились использовать на себе подобные вещи?

— У нас, тамплиеров, в запасе не одно тело.

— Ну если всё так просто, то, конечно, валяй, — буркнул кот. — Не забудь только потом костюмчик сменить.

Барсик включил радиопередатчик и приготовился запустить трансляцию сигнала с координатами тайника на Ганимеде, на всех армейских частотах. Каждая станция Святого Престола в Солнечной системе примет эту передачу. Будущее Сопротивление получит в своё распоряжение ошейники акридиан с подробным описанием их внутреннего устройства.

Десантный катер стал дёргаться — это «Матвей номер три» перешёл к использованию реактивных двигателей, пытаясь вернуться на «Справедливый». Времени оставалось в обрез.

Я смотрел на шприц в своих руках. Внутри него находилась адская смесь под названием «цереброцелетрон». Данный препарат значительно увеличивал скорость мышления, восприятия и реакции десантника на короткое время. Используя его тамплиеры становились подобны вспышками молнии. Они настолько стремительно двигались, что могли даже уворачиваться от пуль.

Этим преимуществом иногда пользовались в бою, но очень редко. Физиологические последствия были крайне плачевными для организма в целом, из-за чего солдатам, вколовшим себе этот ускоритель, приходилось менять тела. Гуляли слухи, что побочки сказывались и после переноса в свежего клона, настолько мощное влияние производил данный препарат на разум.

Чушь, конечно.

Расход ограниченного запаса клонированных тел ради нескольких минут обладания сверхчеловеческими способностями, грозил бумажной волокитой и выговором от высшего командования. Поэтому и запустили все эти слухи-страшилки, лишь бы «цереброцелетрон» не был чересчур популярен среди солдат. Из аптечек-то его не изъяли!

Большинство десантников знало про ускоритель, но никогда не пользовалось им. История почти такая же, как с вирус-бомбой: она была на всех катерах, но если её и применяли, то исключительно по приказу высшего командования.

Много чего в арсенале десантника-тамплиера требовало санкций свыше, или грозило головной болью после возвращения с поля боя. Немудрено, что я упустил из виду данный препарат, даже не вспомнил о нём пока не уткнулся взглядом в бортовую аптечку.

Это был единственный, хоть и не совсем безопасный, способ обмануть время. Возможность превратить секунды в минуты.

Всю информацию о побочках «цереброцелетрона» Барсик успел увидеть в моих воспоминаниях, поэтому так негативно отнёсся к моему решению.

Других вариантов у нас не было, я мог опоздать с калибровкой.

Казалось бы, какая разница откуда переносить корабли в будущее: из нашей Солнечной системы или от Проксимы Центавра. Но Барсик указал на несколько важных моментов: с точки зрения истории армия Святого Престола не покидала эту территорию, считалась уничтоженной в результате аварии, поэтому акридиане не были готовы к её возвращению. Кроме того, сколько энергии артефакта сожрёт перемещение на дополнительные световые года, мы не знали, а индикатора заряда я так и не нашёл.

— Ты что творишь, ирод! — раздался вопль Обухова в динамиках корабля.

Стоит вколоть себе ускоритель заранее, пока мы находились в этом временном отрезке, потому что я не мог точно вспомнить, как быстро должен наступить эффект.

Я наклонил голову вбок, прижал тюбик к шее и надавил на него…

Оказалось, что «цереброцелетрон» действовал практически мгновенно. Время замедляло свой бег прямо на глазах.

Кот замер, с неодобрением взирая на меня.

Звуки голоса технодиакона растянулись, за словами и их смыслом стало сложнее следить. А ведь мне нужно было дождаться сигнала, долгого крика «Фоменко-о-о», чтобы отправить нас в будущее.

Я успел заскучать, но тут мои уши уловили начало нового вопля Обухова. Похоже, он произносил мою фамилию. С некоторым трудом дождавшись окончания затяжного звука «о», я повернул верхний диск уже настроенной сферы.

Мы оказались в будущем.

Кот всё ещё смотрел на меня, медленно поднимая лапу с зажатым в ней хронометром.

Я понял намёк и кивнул ему в ответ. Не уверен, что Барсик был способен заметить это стремительное движение моей головы.

Сейчас у меня оставалось предостаточно времени для калибровки сферы, чтобы отправить нас обратно, на борт «Справедливого». А вот когда мы окажемся там, будет только десять секунд для переноса всего флота.

Успею.

Я подключился к артефакту пауков, произвёл манипуляции, нужные для путешествия в прошлое, и повернул верхнюю часть сферы.

Открывать глаза и проверять, что мы уже на «Справедливом» я не стал. Я увидел это и так, посредством информации, поступающей из шара. Сейчас надо было расширить зону воздействия поля артефакта до размеров флота. После чего настроить заново пространственно-временные координаты для нового прыжка.

На всё отводилось десять секунд.

Пластины закрутились в моих руках с невероятной скоростью. Наконец, все они заняли нужное положение. Я тут же повернул верхнюю часть шара, буквально выдёргивая флот Святого Престола из «кротовой норы» и забрасывая нас в будущее.

Что произошло дальше я не помню.

На меня навалилась темнота и я потерял сознание.

Очнулся я в том самом тупике, где мы с Барсиком играли в карты у обзорного окна. Сколько длилась отключка? Не знаю, наверное, минуту-другую, но может и больше. Барсик стоял надо мной и брызгал в лицо водой из фляжки, которую он успел где-то раздобыть за время моего беспамятства.

— Очнулся! — воскликнул кот. — Слава богам. Я уже хотел покусать кого-нибудь, чтобы он разозлился и погнался за мной до этого коридора. Один я тебя до медблока тащил бы очень долго… да и опять же, странное получилось бы зрелище.

— Всё прошло, как задумано? — слабым голосом поинтересовался я.

Я лежал на полу. Лампы освещения сияли обычным дневным светом.

— Вроде бы так. Мы у Марса, — сообщил кот. — Ты уложился в семь секунд… Уф. Ну и напугал ты меня, Матвей, когда начал падать. Я едва успел подхватить сферу, как ты тут же рухнул рядом. Видимо, это всё последствия той дряни, что ты вколол.

— Так оно и есть.

— Давай, приходи в себя и поднимайся. Надо возвращаться, чтобы не вызвать ни у кого подозрений. Объявлен режим чрезвычайной ситуации. Всем солдатам приказано вернуться в каюты и ожидать новостей. Командование сходит с ума, пытаясь выяснить почему сорвался прыжок к Проксиме Центавра, куда подевались марсианская колония и орбитальная база, отчего тишина на частотах Главного Штаба… Ты должен понимать своих сородичей, тебе ведь уже довелось побывать в аналогичной ситуации. Паника. Поиск объяснений происходящему.

Я с трудом приподнялся на локтях, а затем принял сидячее положение. Сил встать у меня не было.

— Хорошо меня тряхнуло. Не могу прийти в себя. Дай передохну, заодно вспомню, что там у нас дальше по плану, — я ощущал некоторую спутанность мыслей. — Ждём визита Председателя, получаем от него последние новости, потом участвуем в захвате ретранслятора охранного сигнала, так?

— Всё правильно.

— Затем учёные Сопротивления изменят тип внушения, Легион взбунтуется и перейдёт на нашу сторону. После чего мы атакуем главный корабль акридиан, чтобы забрать у них артефакт. Что такое, где я ошибся?

Кот отрицательно крутил головой.

— Матвей, ретранслятор сигнала — это и есть флагман акридиан. Чтобы его захватить, мы сначала должны пробиться сквозь войска Легиона.

Вот это новость!

— Что? Почему ты раньше не сказал?

— Матвей, до этого момента, ты так уверенно обсуждал вопросы, касающиеся ретранслятора, что я не сомневался — ты знаешь, о чём говоришь… Даже в мозги твои не заглянул проверить соответствие образов. Вот тут уже моя вина, согласен.

— Значит, самый охраняемый корабль Легиона — наша цель? А что за длинная «сосиска», которая всегда плетётся в конце флота? Это что такое?

— Склад топливных элементов.

— В чём тогда смысл захвата ретранслятора? — спросил я. — Это будет столкновение двух армий, лоб в лоб. Даже если Святой Престол победит, наше вмешательство в работу охранного сигнала освободит горстку уцелевших легионеров, если хоть кто-то из них переживёт эту бойню. Вот и всё.

— Речь шла о диверсионной операции малыми силами, — удивился кот. — О каком сражении ты сейчас говоришь?

Я вытер пот, выступивший на моём лбу.

— Видимо, во время обсуждения этой части плана, вы с Председателем общались мысленно, упуская из виду тот факт, что я не телепат.

— С чего ты так решил?

— Я помню, что участвовал в каком-то другом разговоре.

— Разговор тот же самый. Председатель предложил диверсию, ты согласился с этой идеей, но потом ушёл, а мы остались. Вот и упустил некоторые детали.

И за целый год Барсик ни разу не подумал поделиться со мной этими подробностями? Я глубоко выдохнул. Осуждать его в этой ситуации бесполезно, я давно заметил один раздражающий нюанс в образе мышления телепатов. Кот порой был свято уверен, что все вокруг него могли читать мысли.

— Если бы я знал, что вы продолжите беседу о таких важных вещах, то обязательно бы остался. Объясни мне сейчас, как вы с ним видели эту диверсию, — попросил я.

— Скрытый десант малой группой, захват той части флагмана, где расположен ретранслятор, — сказал Барсик.

— Как ты себе представляешь тайную высадку посреди вражеского флота?

— Мы полетим на моём корабле.

— Он что особенный? Невидимый?

— Обычный разведывательный клипер Империи Котов, но у него есть автономный генератор «кротовых нор». Мне не нужно ждать несколько недель, как вашим кораблям, пока инженерный батальон создаст для их переброски искусственную аномалию. На своей птичке я могу в течении пары минут переместиться прямо к нашей цели.

— Допустим, так мы и сделаем. Наше появление будет внезапным, как гром среди ясного неба, — согласился я. — Но мы же сразу окажемся под прицелом пушек тех кораблей, что защищают флагман. Мы не успеем высадиться, нас разнесут на атомы.

— Не разнесут, — отмахнулся кот.

— Почему ты так в этом уверен?

— Помнишь, что сказал капитан-коммандер Долус, про укрепление Луны, про организацию временного штаба?

— Ну.

— Я на секундочку заглянул в его мозг, но так, чтобы он не догадался о сканировании. И увидел там следующую яркую картинку: флагман акридиан стоит в центре лунной колонии, окружённый силовыми полями и мощными пушками.

— Они решили окопаться на Луне? Испугались нашего флота?

Кот согласно закивал и объяснил:

— Уж если ты воспроизвёл столкновение двух армий на симуляторе, неужели наши враги не догадались проделать то же самое? Информация о характеристиках военной техники Святого Престола так или иначе сохранилась в земных архивах. Я уверен, что акридиане с ней давно ознакомились. Они подсчитали неутешительные шансы на успех и решили не рисковать. Поэтому выбрали наиболее безопасное место для командования Легионом, если с тамплиерами не удастся договориться, и битва окажется неизбежной… Я доставлю диверсионную группу как можно ближе к поверхности спутника Земли. Радары нас просто не увидят. Мы появимся с той стороны, откуда противник не ждёт нападения.

— Погоди, я могу использовать артефакт пауков, чтобы забросить нас прямиком на флагман!

— Вот там-то мы точно потерпим неудачу. Я, конечно, способен защитить ваши мозги, но в окружении большого количества телепатов есть шанс, что акридиане сразу поймут, кто я такой. Они нейтрализуют меня, а следующим шагом возьмут контроль над твоими друзьями. Вы против своей воли перестреляете друг друга. Нет уж, давайте тихонечко высадимся на окраине охраняемого периметра и осторожно проникнем внутрь, по пути разведывая обстановку. Так у нас куда больше шансов… Повторю ещё раз: экономь запасы этого устройства. Пусть оно вобрало в себя силу целой звезды, но ты до сих пор не понял сколько энергии расходуется на перемещение.

— Ты прав, этот козырь лучше приберечь. Возьмём его с собой на Луну. Высаживаемся вместе с тамплиерами?

— Да, если Председатель сумеет объяснить твоему командованию зачем в диверсионной группе так необходимо присутствие Олега Чернова со «Справедливого» и его кота.

— Вот это да, — удивился я. — Ты назвал себя моим котом?

Барсик усмехнулся.

— Пусть твои сослуживцы, что полетят с нами на Луну, именно так и считают, — сказал он. — Хочу посмотреть на их лица, когда я сяду за штурвал, а ты объявишь: пилотом сегодня у нас будет мой кот, так что пристегнитесь и молитесь громче девочки, если надеетесь долететь!

Я рассмеялся, представив эту картину. Потерял равновесие и чуть было не завалился в бок.

— Попробуй встать, Матвей. Тебе надо поспешить в медблок. Волнуюсь я. Крепко ударил по твоим мозгам этот ваш «ускоритель».

— Обязательно обращусь к докторам, — пообещал я. — Только надо сперва до них дойти.

Я с трудом поднялся на ноги и, опираясь на стену, побрёл по коридору.

Кот серой тенью двигался рядом.

Неподдельная тревога Барсика за моё здоровье была такой непривычной. Обычно с его стороны я видел к себе только иронично-снисходительное отношение. Кот частенько ругался на меня и критиковал по любому поводу. Крайне редко проскакивали похвалы и слова поддержки.

Сам-то я давно уже считал Барсика не просто напарником, а очень близким своим другом.

Уверен, он об этом знал.

Глава 9. Важная миссия

Разведывательный клипер кошачьей Империи взял разгон у Марса, пробил тоннель в подпространство, и вышел из «кротовой норы» уже на Луне, в опасной близости от её поверхности. Корабль Барсика, похожий на латинскую букву «U», мчался по дну огромного кратера, прямиком на высокую отвесную стену.

Я хотел было предупредить пилота, но тот и сам прекрасно знал, что надо делать.

— Без паники, — рявкнул кот и врубил на полную передние двигатели.

Хоть у спутника Земли и не было атмосферы, но ударные волны от мощного энергетического выхлопа погнали перед носом корабля плотное облако лунной пыли. Видимость приблизилась к нулю, фактически мы шли по приборам. Тут за обзорным окном ещё и резко потемнело: клипер вошёл в зону тени, отбрасываемой склонами кратера.

Скорость, набранная в космическом пространстве у Марса, падала с каждой секундой, но недостаточно быстро, как мне показалось. Барсик считал иначе. Резким движением он сбросил реверсивную тягу. Спустя мгновение корабль медленно выплыл из пылевого плена и остановился в паре десятков метров от первых скал.

— Ты заставил меня пожалеть, что мы не воспользовались артефактом пауков для переброски диверсионной группы на Луну, — выдохнул я.

— Лучше приберечь заряд сферы, он не бесконечен.

— Да, но нервные клетки тоже не восстанавливаются!

— Влезешь в очередное тело, вот и всё, — кот словно проникся пофигизмом тамплиеров. — Оно, кстати, у тебя сейчас новёхонькое, носи и не жалуйся.

Так и было: медики на борту «Справедливого» провели первичную диагностику моего организма, удивились плачевным результатам, посовещались и перенесли меня в свежего клона. Это случилось два дня назад. Про то, что моё ужасное состояние было вызвано употреблением «цереброцелетрона», врачам я не сказал. Иначе слишком многое пришлось бы объяснять. Как сообщил потом Барсик, заглянувший в головы докторов, произошедшее списали на редкие случаи генетического брака.

За последний год я уже пару раз сменил тело, то есть вернулся в биологический возраст двадцати пяти лет. Но «Матвей номер один» в своём послании выглядел так, словно ему было около сорока.

Где же он пропадал столько времени?

Интересно, у Барсика есть какие-нибудь догадки на этот счёт?

— Не имею ни малейшего понятия, — ответил на мой невысказанный вопрос кот, и потянул на себя рукоять контроля высоты, заставляя корабль подниматься вертикально вверх. — Ну а мы сейчас находимся в кратере Платон. У восточной его границы. Сразу за ней возвышаются лунные Альпы, а севернее них — Море Холода. Там и расположена бывшая колония, где сейчас обустроили свой штаб акридиане.

Что-то в этом описании мне было очень знакомо.

— Погоди-ка, поселение стоит прямо в бассейне моря? Наверное, около военной базы «Луна-один»? — припомнил я расположение местного гарнизона Святого Престола.

— Там действительно когда-то была военная база. Колонию построили вокруг неё.

— Но если это так, на подлёте мы окажемся на открытом пространстве, будем видны как на ладони! Ты же уверял, что сможешь доставить нас туда незаметно!

Тем временем клипер поднялся за стену кратера и полетел над ней, направляясь в сторону лунных Альп, сияющих своими голыми каменными макушками на фоне черного космоса.

— Как я обещал, так и будет, — уверенно заявил кот. — Пока мы петляем между гор, нас очень трудно обнаружить. Большего и не надо, чтобы незаметно попасть вот в эту точку.

Он ткнул лапой в голографическую карту слева от себя, указывая на одну из возвышенностей приближающейся горной цепи.

— Здесь расположены шахты, в которых когда-то добывали строительные материалы для вашей колонии. Отсюда к лунному поселению ведёт заброшенный подземный тоннель длиной в сто пятнадцать километров. Его магнитная дорога должна находиться в рабочем состоянии, доедем с ветерком.

— Вариант для скрытого проникновения очень даже неплохой, — согласился я. — Но ты-то откуда обо всём знаешь?

— Эту информацию мне любезно предоставило Сопротивление.

Я почесал макушку и с сожалением произнёс:

— Сколько же всего интересного было в той части разговора с Председателем, которую я пропустил.

— А вот и не угадал. Информация о Луне и её укромных местечках попала ко мне значительно раньше. Так давно, что наш общий знакомый ещё даже не появился на свет. Я здесь частенько бывал много лет назад.

— Что ты тут забыл?

— Я возил сюда разнообразные грузы для подпольщиков. Незаметно попасть на Землю, после её присоединения к Коалиции, стало проблемой, сам понимаешь. Вот, местом встречи Сопротивление и выбрало заброшенные шахты, к которым мы сейчас движемся. Оставлял там товар, забирал оплату и новые заказы, уходил в очередной рейс. Пару раз наведывался по тоннелю в саму колонию, посмотреть, что да как там у вас устроено.

— Ты был контрабандистом! — воскликнул я.

— Совмещал приятное с полезным, — кивнул Барсик. — Вредил акридианам, и одновременно зашибал копеечку. Денег тогда было в обрез, а моя птичка требовала дорогого обслуживания. Мало кто способен чинить технику исчезнувшей расы и держать при этом язык за зубами. Но, несмотря на все сложности, ни на что другое я данный звездолёт не променяю.

Он ласково похлопал лапой по свободному от кнопок участку пульта управления.

— Где-то через полчаса будем на месте. Ты не хочешь вернуться в салон, к своим соплеменникам? — спросил меня кот.

— Зачем?

— Например, поделиться с ними полезными мыслями по поводу выбора лучшей тактики боя с солдатами Коалиции.

— Если я последую твоему совету, то ребята поймут, что мне известно о Легионе куда больше, чем им самим. Они и так недоумевают, почему новобранца-первогодку взяли на эту миссию. Нет, останусь-ка я тут, обойдусь без лишних подозрений.

— Ты просто сядь рядом с Председателем, намекни ему телепатически, он и перескажет твои мысли.

— Обо всём полезном, что я узнал на службе в Легионе, Председатель уже подробно рассказал на общем брифинге у Марса, — покачал головой я. — Из всех тактических советов, в бою может пригодиться только этот: огонь надо концентрировать на одной цели, чтобы перегрузить энтропийный щит. Справедливо как для космического сражения, так и в случае стычки с солдатами. Десантники в курсе этого нюанса, мне более нечем их удивить.

— Вот зря ты так считаешь. Внешность большинства легионеров способна вызвать шок с непривычки. Надо рассказать тамплиерам про тот космический зоопарк, в котором ты служил. А то мало ли, увидят носорога вроде капитана Зубу и позабудут о стрельбе.

— Председатель способен прочитать мои мысли прямо отсюда… Так, кажется, я понял зачем ты меня выгоняешь, — вздохнул я. — Ты огорчён тем, что мне никто не поверил. Так ведь?

Кот промолчал.

— Я сейчас выйду в салон, и пока буду находиться там со всеми, а не на месте пилота, ты посадишь корабль. Думаешь, во второй раз шутка «мой кот сегодня за штурвалом» выстрелит?

— Выходит, я её зря готовил, — буркнул Барсик.

— Тамплиеры подумают, что мы сели на автопилоте.

Кот выглядел огорчённым.

— Знаешь, когда до них дойдёт? — решил я его подбодрить. — Едва начнётся бой, и ты станешь стрелять по врагу.

На морде кота сразу же появилась довольная улыбка.

— Тоже неплохо. Ладно, никуда не ходи. Лететь осталось совсем немного, — сообщил он.

Действительно, прошло не более двадцати минут, а Барсик уже сажал клипер на широкую площадку, выкрашенную косыми полосами в чёрно-жёлтый цвет. Справа от неё я заметил огороженный участок, где находилась заброшенная техника: парочка грузовых луноходов, у которых отсутствовали колеса, и один тяжёлый кран-погрузчик, с заломленной вбок стрелой.

Кот не спешил отключать двигатели, мы продолжали снижаться. Площадка под нами оказалась не посадочной платформой, а створками шлюза, которые медленно разошлись, пропуская наш корабль в тёмные глубины горнодобывающего подземного комплекса.

— Ты уверен, что с момента твоего последнего посещения тут всё работает по-прежнему? — спросил я, вглядываясь в кромешную темень.

— Надеюсь на это.

— Где же тогда свет?

— Его тут не было и во время прошлых визитов, — успокоил меня кот. — Главное, что пригодная для дыхания среда никуда не подевалась. Все показатели в норме.

Он ткнул в сторону голограммы со столбцами каких-то данных.

— Атмосферные генераторы исправно работают, значит и магнитная дорога должна быть в порядке, — заявил кот. — Всё. Приехали.

Сразу после его слов произошло касание с поверхностью. Гул двигателей затих. Корабль вздрогнул, перенося нагрузку на посадочные опоры.

Я отстегнул ремни и с трудом выбрался из тесного кресла второго пилота, в котором провёл весь полёт. Несмотря на заверения Барсика в том, что сиденья способны адаптироваться к большинству форм и размеров, наверное, он всё-таки имел ввиду габариты представителей своей расы.

У выхода из кабины стоял мой ранец, я поднял его, чтобы надеть.

— Артефакт-то захвати, — напомнил мне кот и добавил, обращаясь уже к себе. — Самому бы не забыть бластер. Из ваших примитивных пушек я точно стрелять не буду.

Наше оружие Барсику не годилось: размер не тот, да и отдача была слишком сильной.

Я вернулся, открыл настенную нишу слева от кресла, где недавно сидел, и достал оттуда сферу пауков. Положил её в рюкзак и закинул его на плечи.

Пригибаясь, чтобы не разбить голову о низкий потолок кошачьего корабля, я подошёл к выходу. Барсик всё ещё возился с пультом управления.

Диафрагма двери разошлась, и я шагнул в салон, где нас ждали девять тамплиеров. Всех десантников я не запомнил по именам, впрочем, нашу жизнь (жизнь одинаковых на лицо клонов) сильно облегчали таблички на скафандрах.

Ещё с нами прилетели двое членов Сопротивления: некий безымянный техник и сам Председатель. Они должны были провести все необходимые манипуляции с сигналом ретранслятора, чтобы изменить лояльность легионеров на ненависть к хозяевам.

Все молча смотрели на меня, и только старшина, Николай Хомутин, не поднял своих глаз. Он держал на коленях открытый чемоданчик, где находился миниатюрный ядерный заряд, и что-то сосредоточенно там выглядывал.

Да, у нас с собой была бомба.

Председатель сдержал слово и никому не рассказал о том, что ошейники легионеров сдетонируют в случае исчезновения охранного сигнала. Однако, командование настояло на запасном плане: если членам Сопротивления не удастся перенастроить ретранслятор, то он должен быть уничтожен. Высший военный совет Святого Престола единогласно проголосовал за подрыв ядерной бомбы внутри вражеского флагмана, в случае провала основной миссии.

— Полёт окончен, — объявил я. — Мы приземлились в заброшенном горнодобывающем комплексе. Не думаю, что здесь нам встретится противник, но рекомендую всем быть настороже. До конечной цели придётся добираться посредством местной системы доставки грузов, соединяющей этот объект и лунную колонию. Будем надеяться, что транспортная линия работает, в противном случае нам предстоит марш-бросок более чем на сотню километров. Атмосфера снаружи корабля пригодна для дыхания, но шлемы и кислородные аппараты берите с собой.

Тем временем Барсик, всё ещё находящийся в кабине пилота, открыл нам внешнюю дверь и спустил выдвижной трап.

Старшина Хомутин захлопнул ядерный чемоданчик и упёрся в меня тяжёлым проницательным взглядом.

— Я понял почему тебя назначили в нашу группу, — сказал он. — Ты никакой не первогодка на самом деле. До перевода на флот, ты нёс службу на Юпитере, Олег. В разведроте? Так ведь?

Я кивнул.

— Парни, вы слышали доклад разведчика по текущей обстановке, мне особо добавить нечего, — старшина поднялся со своего места, цепляя контейнер с бомбой на спину, словно ранец. — Оружие держать наготове, не расслабляться. Все на выход. Гражданские идут в хвосте.

Ладно, пусть думает, что я из разведки. Хотя на самом деле я даже не Олег.

Наверное, стоит поскорее признаться. Рассказать всю правду про «моего» кота, настоящего источника сведений о Луне, возившего сюда контрабанду.

Я немного опасался момента, когда Барсик пойдёт в атаку. Кроме того, что он мастерски владел малокалиберным оружием, кот ещё и отлично метал ножи. Боюсь, едва это цирковое представление начнётся, оно отвлечёт от боя даже подготовленных к любым неожиданностям тамплиеров.

Десантники по одному покинули корабль.

Последними вышли члены Сопротивления, а затем появились и мы с котом.

Я закрыл люк, спустился по трапу и возглавил наш отряд. Барсик двигался рядом, при этом слегка забегая вперёд. Думаю, вера старшины в меня, как разведчика, только укрепилась. Со стороны могло показаться, что веду всех именно я, а вовсе не кот, комично топающий во главе отряда с этим своим рюкзачком, словно миниатюрная пародия на остальных десантников с их ранцами.

Полчаса блужданий по тёмным коридорам в рыскающем свете фонариков, и мы вышли к местному вокзалу. Нам повезло: магнитная дорога функционировала. Мы выбрали свободный вагончик и отправились на нём в чёрную пустоту транспортного тоннеля.

Примерно через час наша группа попала на территорию бывшей лунной колонии. Поезд доставил нас в заброшенный промышленный сектор, где когда-то в прошлом шёл приём и сортировка материалов, добыча которых велась в шахтах Альп.

Здесь уже присутствовало освещение: пустые коридоры были наполнены бледно-жёлтым сиянием. Тонкий слой пыли покрывал всё вокруг.

Едва мы покинули вагончик, как мне тут же захотелось чихнуть.

— Советую использовать фильтры для дыхания, — сказал Председатель. — Лунная пыль токсична и может вызвать со временем рак лёгких. Это стало одной из многих причин, по которой человечество забросило колонию. Здесь теперь бывают только туристы, да и те недолго задерживаются.

Он и техник достали из карманов респираторы и натянули их на лица. Я заметил, что кот тоже запихал какие-то фильтры себе в нос.

Ну, а все десантники-тамплиеры только пожали плечами. Если что, то просто сменим тела.

Главная опасность — чихнуть в неподходящий момент.

Мы продолжили свой путь по пустым коридорам.

Ещё на борту клипера кот сказал, что сперва отведёт нас в сектор охраны, где можно подключиться к сети камер, установленных по всей колонии. Нам необходимо было узнать точное расположение флагмана акридиан, а также наиболее безопасные пути подхода к нему.

В комнате с мониторами кот решил больше не скрывать свои таланты. Он устроился за пультом управления, быстро получил доступ к системе, и стал выводить на экраны вокруг нас местные камеры наблюдения.

Мы увидели патрульные отряды Легиона, а также посты охраны. На первый взгляд, их было очень много. Картинки менялись одна за другой, пока не появилось изображение огромного стадиона, середину которого занимал главный корабль противника — гигантский овоид, обрамлённый рядом длинных антенн (или может быть орудийных стволов?), часть которых упиралась в трибуны верхних секторов.

Флагман акридиан парил над землёй не касаясь её. В нижней половине звездолёта ярко светилось широкое отверстие, в нём сновали тени «осьминогов». На поле рядом с кораблём находилось множество грузовых контейнеров, к некоторым были протянуты провода. Ящики стояли открытыми, внутри перемигивалось лампочками какое-то оборудование.

Я внимательно разглядывал вражеское судно и подходы к нему, а смотреть-то надо было на десантников нашего отряда!

Николай Хомутин с отвисшей челюстью наблюдал за котом-хакером. Остальные тамплиеры выглядели не менее удивлёнными происходящим, они тихонько перешёптывались, указывая на кота.

— Этот зверь тоже проходил обучение в разведроте, вместе со мной, — пояснил я, изо всех сил пытаясь держать серьёзный тон.

— Что за хрень тут творится? — выдохнул старшина, рука его дёрнулась, словно он хотел перекреститься. — Это ведь никакой не кот! Он действительно вёл корабль? Получается, ты не шутил? Что за существо такое? Неужели учёные нарушили церковные запреты и запихнули в тело животного разум и душу человека?

— Секундочку, — я снял с руки браслет и протянул его Хомутину. — Вам интересно, кто он такой? Вот вы сами у него и спросите.

— Что ты мне суёшь?

— Устройство-переводчик. Наденьте на руку и сможете поговорить с котом.

Хомутин застегнул браслет на своём запястье.

— Кто ты такой, мать твою? — сразу перешёл к делу старшина.

Кот что-то прошипел ему в ответ.

Первая минута разговора была нейтральной, но дальше повторился до боли знакомый мне диалог про «кота» и «Барсика», в ходе которого чуть не произошла потасовка.

Шутка перестала быть смешной. Председатель кидал на меня неодобрительные взгляды, но не вмешивался в происходящее.

Наконец, покрасневший Хомутин не выдержал и сорвал с себя переводчик.

Он вернул его мне со словами:

— Дальше сам с ним разговаривай. Мы явно друг друга не можем понять. То он кот, то нет. Да ещё обидчивый такой. Дурдом. Я не хочу проверять способен ли он отгрызть мне ногу. Будешь посредником. Все вопросы с этим странным существом решаем только через тебя.

Я нацепил браслет обратно на свою руку.

— У вас, землян из прошлого, в моде умственная отсталость? — полились возмущённые жалобы от моего хвостатого друга. — Председатель обращается ко мне со всем уважением: по имени и титулу, что я ношу пор праву, как наследник великой династии. Почему, после всех моих объяснений, в голове вот уже второго тамплиера крутятся образы блохастых «барсиков»?

— Давайте успокоимся, — попросил я, обращаясь сразу ко всем сторонам конфликта. — Тут только моя вина, надо было вас обоих подготовить к контакту. Продолжим эксперимент в другое время, в подходящей обстановке, а сейчас давайте вернёмся к нашей миссии.

— Верно, у нас есть чем заняться, — отозвался Хомутин.

Барсик фыркнул.

— Что это за место? — спросил я, указывая на экраны. — Похоже на футбольный стадион.

— Он самый, — подтвердил Председатель. — Крупнейший спортивный объект нашей Солнечной системы.

Барсик замахал лапами, привлекая внимание.

— Посмотрите на ту компанию у флагмана. Выглядит так, словно у них очень важная встреча, — заявил кот.

Он начал что-то подкручивать на панели управления камерами. Картинка дёрнулась, увеличилась, и мы увидели несколько «осьминогов», которые парили над группой серых головастых человечков.

— Похоже, акридиане дают указания командованию Пятого Легиона, — предположил Барсик. — Видишь вон того коротышку в алом наряде? Это генерал-префектор Аримус, по статусу — что-то вроде адмирала флота… А слева от него стоит капитан-коммандер Долус, но могу и ошибаться.

Я обернулся к Хомутину, тот не понимал мяуканье кота и терпеливо ждал моих объяснений.

— У флагмана сейчас проходит какое-то совещание, — сказал я ему. — Похоже, там собралось всё командование вражеского флота. Если мы захватим их в плен…

— Серые головастики верно служат акридианам, — влез Барсик. — Не даром их можно заметить на большинстве командных должностей.

— Почему тогда они носят ошейники? — удивился я.

— Для своей расы серые человечки остаются преступниками. Отправили же их по какой-то причине в Легион и нацепили на них «поводки». Ну, а ещё эти устройства выполняют функцию переводчиков, если ты вдруг забыл. Советую просто перебить всех на этом поле, чтобы поскорее проникнуть на борт флагмана.

— Они даже не вооружены. Ты чересчур кровожадный.

— Злопамятный. Во время высадки на станцию пауков командование Легиона отдало приказ расстрелять нас. Давайте перестреляем всех. Я как-нибудь переживу угрызения совести по этому поводу.

— Будут сопротивляться, тогда уничтожим их, — сказал я уже старшине, игнорируя предложение кота, — Так или иначе, мы серьёзно ослабим Пятый Легион, даже если не сумеем добраться до ретранслятора.

— Будем иметь ввиду такой вариант… Вон те, летающие со щупальцами, это и есть главные враги? — задумчиво произнёс старшина.

— Да, — ответил я.

— Выглядят не слишком опасными.

— Не обманывайтесь, — вздохнул я. — Эти пришельцы сильные телепаты. Им ничего не стоит парализовать своего противника или даже оглушить.

— Почему я узнаю о таких подробностях только сейчас? — удивлённо поднял левую бровь Хомутин. — Какой смысл в этой миссии, если враг легко может обнаружить и остановить нас?

— Я ведь упоминал о повсеместной телепатии на брифинге, — заметил Председатель. — Даже продемонстрировал, что могу читать ваши мысли.

— Читать мысли и обездвижить группу захвата — это, извините, две большие разницы! Нам нельзя рисковать. Едва враги нас обнаружат битва станет неизбежной. Если эта диверсия сорвётся, ещё не известно, чей флот уцелеет в итоге. Нет, так не пойдёт. Я подумываю об отмене операции и хотел бы услышать от вас достаточно весомый аргумент, способный повлиять на моё решение.

— Пока у нас есть он, — я ткнул в сторону кота. — Нам нечего опасаться, старшина. Барсик наш надёжный щит, но в то же время и главная слабость.

— Да разве этот комок шерсти способен защитить… — стал возмущаться Хомутин, но не договорил.

Рот его захлопнулся, а сам тамплиер начал ритмично двигаться на месте. Остальные десантники ему подтанцовывали.

Движения их были синхронными, настолько совпадающими, словно они очень долго тренировались, готовясь к этому необычному выступлению.

— Барсик, хватит, — попросил Председатель.

Старшину и всех остальных «отпустило», они замерли, непонимающе оглядываясь друг на друга.

— Принуждение к танцу, конечно, не самый удачный пример, — заметил я. — Но суть этой демонстрации в том, что Барсик очень сильный телепат. Он способен надёжно скрывать активность нашего мозга. Враги не заметят присутствия диверсионной группы.

— Защищать наши головы от чужого вмешательства он способен?

— И это тоже.

— Меня это устраивает, — ответил Хомутин.

Он обернулся к своим подчинённым и приказал:

— Кота прикрывать. Он должен выжить любой ценой.

— Так точно, — хором ответили тамплиеры.

— Определите самый безопасный путь и скорее ведите нас к стадиону, — обратился старшина уже ко мне. — Там сейчас слишком много целей, чтобы промахнуться по всем сразу.

Торопить Барсика не было нужды. Он не терял времени, и успел вывести на экраны наш будущий маршрут: ряд второстепенных коридоров, которые могли доставить нас к цели в обход патрулей Легиона.

— Я понял, как туда добраться, — заявил кот. — За мной.

Спустя полтора часа мы оказались на стадионе, у выхода на трибуны нижнего сектора. Перед нами расстилалось широкое зелёное поле, с разбросанными по нему громоздкими контейнерами с оборудованием. От них шли разноцветные провода, скрывающиеся внутри флагмана акридиан.

Старшина убрал бинокль и сказал:

— Нам не добраться до корабля незамеченными. Первую сотню метров ещё можно как-то передвигаться, укрываясь за этими ящиками, но потом открытое пространство. У шлюза продолжают толпиться враги. Их стало больше. Вариантов два: ждать, когда проход освободиться, либо пробиваться с боем внутрь.

— Слишком долго медлить тоже нельзя, — заявил Барсик. — Я не всесильный, если дам слабину, все телепаты в округе будут знать, что мы здесь. Кроме того, от технических устройств обнаружения нас ничто не спасёт.

— Чего он размяукался? — нахмурился Хомутин.

Я слово в слово передал речь кота.

— Решено, идём в атаку, — подвёл итог старшина.

— Останетесь здесь, — обратился я к Председателю и его помощнику. — В бою вы нам будете мешать. Когда зачистим территорию, мы позовём вас для перенастройки ретранслятора.

— Правильно, спрячьтесь где-нибудь на время, — кивнул Хомутин. — Вот держите, оставляю на ответственное хранение.

Он снял со спины кейс с ядерным зарядом и передал его Председателю.

— Если вдруг всё пойдёт не по плану, — начал объяснять Хомутин. — Вам надо будет открыть эту штуку используя следующий код…

— Можете не продолжать, — сказал ему Председатель. — Всё необходимое я увидел в вашей голове. Обещаю вам, если другого выбора не будет, я активирую бомбу.

Он посмотрел помощника. Они молча поднялись с места и скрылись в тенях коридора, через который мы сюда попали.

— Серых мы не трогаем, первым делом концентрируем огонь на «осьминогах», — уточнил у меня старшина. — Всё верно?

— Да, сначала надо покончить с акридианами, — подтвердил я. — Единственная реальная угроза — это их телепатические способности.

— Понятно, тогда выступаем, — скомандовал Хомутин своим людям. — Все двигаются за мной до крайних контейнеров. Там расходимся, занимаем удобные позиции и ждём моего сигнала.

Он пригнулся, выбежал на поле и направился к ближайшему укрытию.

Мы цепочкой последовали за ним.

Наш отряд незаметно добрался до крайних ящиков. Затем десантники рассредоточились, прячась за контейнерами. Вскоре все заняли свои места, и подали сигнал «я готов», помахав рукой старшине.

Хомутин перехватил автомат поудобнее и шагнул вперёд из-за укрытия, стреляя короткими очередями по акридианам. Мы вышли на поле вслед за ним, ведя прицельный огонь по парящим в воздухе «осьминогам». Из открытого люка корабля тут же стали появляться новые враги. Они ринулись в нашу сторону, выставив вперёд щупальца.

Мы не прекращали стрелять, сбивая самых первых из них. От своих укрытий никто далеко не уходил: спрятавшись обратно за контейнеры, можно было в безопасности перезарядить оружие.

Сбивая очередного «осьминога», я почувствовал покалывание в голове, и непонимающе уставился на кота, что укрывался за контейнером справа от меня, делая меткие выстрелы из бластера.

— Барсик, они лезут в наши мозги!

— Они стали концентрировать свои силы на одной цели! — крикнул он в ответ. — Я не справляюсь!

Слева раздался стон, я повернулся и увидел, как Хомутин оседает на землю. Ран и крови я не заметил, скорее всего старшину оглушили телепатическим ударом.

Нас выведут из строя по одному.

Помочь Барсику можно было расстреливая несущихся к нам «осьминогов». Чем я и продолжил заниматься.

Остальные десантники тоже не прекращали огонь. Враги один за другим взрывались над нашими головами, их останки падали на землю. Поток новых «осьминогов» иссяк, в воздухе носились считанные единицы, но и звуки стрельбы затихли.

Я оглянулся по сторонам. Беда. Похоже, что вся диверсионная группа сейчас лежала на земле. Я быстро посчитал. Девять десантников, без сознания или мёртвые. Председателя с помощником я не заметил. Им хватило ума не броситься нам на подмогу.

Выстрелы больше не звучали, но и противник не атаковал.

Я выглянул из-за укрытия, чтобы оценить обстановку. Никого, кроме жмущихся в кучку командиров Легиона я не увидел. На поле перед ними лежали останки мёртвых «осьминогов».

Я проверил магазин, он был почти пуст. Вроде бы у меня оставался последний рожок, но толку? Я ни испытывал ни малейшего желания казнить безоружных.

Вот и что делать?

Я бросил взгляд на Барсика, но тот пожал плечами.

Может запереть их всех в одном из грузовых контейнеров? Пара выстрелов в стенку — будет отверстие для кислорода. Поскучают в темноте, потерпят, пока мы ищем Председателя с его другом и взламываем ретранслятор.

Барсик же выразительно провёл лапой по горлу. Вот ведь кровожадный… злопамятный зверь.

Ладно, попробуем сначала по-хорошему.

— Предлагаю сдаться, — крикнул я. — Пятый Легион не выстоит против флота Святого Престола. Ваши хозяева вам не помогут. Сами видите, насколько уязвимы они оказались…

Я не договорил, а серые человечки, словно по команде сорвали с себя ошейники, отбросили их и побежали к нам. Пока я раздумывал, стрелять в безоружных или подпустить поближе, они успели укрыться за контейнерами, по обе стороны от нас.

Кот оказался прав. Головастики действительно были верными слугами акридиан, иначе так легко они бы не освободились от охранных устройств. Ну и как теперь убедить их сдаться? Без встроенных переводчиков им не понять мою речь. Вот зачем они избавились от своих «поводков»?

Серые, вы сами подписали свой смертный приговор.

Я решил сменить магазин на полный. Приготовился дать сигнал коту, чтобы тот смотрел в оба, но не успел этого сделать.

С Барсиком происходило что-то странное, он уронил бластер в траву и короткими шажками, словно сопротивляясь сильному встречному ветру, выходил из-за своего укрытия.

— Матвей, не думай ни о чём важном! — воскликнул Барсик. — Нас обвели вокруг пальца! Они и есть настоящие акридиане!

Что?

Серые головастые коротышки, которые повсюду присутствовали в Пятом Легионе — это акридиане?

— Да! — выкрикнул кот.

Ничего более он не успел мне сказать. Лапы Барсика подогнулись, он свалился на пол и остался лежать там, не подавая признаков жизни.

Щит, прикрывающий мой мозг, исчез в тот же момент.

Моё тело больше меня не слушалось. Я выронил автомат и медленно покинул своё укрытие. Слева, из-за ящика вышел серый человечек в алом наряде — генерал-префектор Аримус, как называл его Барсик. Остальные головастики тоже выступили из-за контейнеров, осторожно оглядываясь по сторонам.

Под черепом у меня сверкали молнии — шло интенсивное телепатическое сканирование моей памяти. Я мысленно читал одну молитву за другой, стараясь не думать о шаре… ох, чёрт.

— Как интересно, — сказал акридианин, когда я подошёл к нему на расстояние вытянутой руки. — Мы не знали, что существует второй такой артефакт. Отдай его мне.

Я послушно снял с себя рюкзак и достал оттуда сферу пауков.

Аримус забрал шар, продолжая пристально смотреть мне в глаза. Изо всех сил я старался не думать, но у меня почему-то не получалось.

— Ты знаешь секреты этого устройства, — удовлетворённо произнёс серый человечек. — Не сопротивляйся, поделись ими со мной.

Молнии в моей голове засверкали ярче прежнего.

Информация о том, как управлять временем и пространством стала доступна нашему врагу.

Глава 10. Историческая личность

Генерал-префектор Аримус, в лучших традициях фильмов о борьбе добра со злом, взял на себя роль главного негодяя и открыто делился планами акридиан с единственным своим слушателем.

То есть со мной.

Я же стоял перед ним вытянувшись по струнке, и всё что мог поделать — мысленно задавать ему вопросы. Он сам выбирал, на которые отвечать.

— Теперь, когда я знаю, как управлять машиной времени, то смогу отправиться в прошлое, землянин. Мы найдём Святого Пророка и внесём в ДНК вашего лидера несколько важных изменений, базирующихся на последних открытиях акридиан. Мозг всех его клонов станет восприимчив к определённому типу излучения, даже ошейники не понадобятся, — рассказывал серый головастик. — Армия Святого Престола, построенная на генетическом наследии одного человека, беспрекословно подчинится нам, но уже в этом времени. Вы станете частью нового Шестого Легиона. Мы как раз заканчиваем строительство армады боевых звездолётов. Скоро нам потребуется очень много солдат.

В голове моей возникали вопрос за вопросом. Аримус гладил артефакт пауков, и благосклонно отвечал на них.

— Да, ты прав, мы планируем покорить все народы, населяющие эту Галактику. Если понадобится, отправимся в Туманность Андромеды и даже дальше.

Чтобы присосаться к их мозгам, словно паразиты!

— Мы используем вычислительный ресурс членов Коалиции преследуя благие цели. Безусловно, наши действия кажутся злом, но только тем, кто не понимает, к чему мы стремимся на самом деле.

Я был не против попытаться понять врага, узнать его точку зрения на происходящее.

— Наша цивилизация невероятно стара, хотя и не является самой древней в этой галактике. Все живые существа меняются, совершенствуются с разной скоростью, но мы оказались в некой форме биологического застоя, — сообщил Аримус. — На протяжении десятков тысяч лет у нас не получается сделать шаг вперёд, взойти на следующую ступень эволюции

Он пристально посмотрел мне в глаза. В моей голове вспыхнули и погасли электрические разряды.

— В далёком прошлом, наш народ не имел телепатических способностей. Мы научились обмениваться мыслями, опираясь на костыли усилителей. Тогда и выяснилось, что разум одного живого существа — мощнее любого суперкомпьютера. Объединяясь, мы стали делать групповые вычисления. Это позволило нам шагнуть далеко вперёд в самых разных науках. И вот однажды, мы смогли добиться рождения первых натуральных телепатов. Мы поняли, что находимся на верном пути. Нужно было продолжать исследования.

Зачем вовлекать в ваши внутренние дела других обитателей вселенной?

— Мы добились появления первых сверхтелепатов, а позже и телекинетиков, но на большее вычислительных мощностей нашей расы не хватало. Сдаться и отступить? Нет, ни за что. Выход на новый уровень эволюции обещал невероятное могущество. Мы верили в победу над смертью и любыми болезнями. Только не тем способом, что выбрали вы, воины Святого Престола.

Не жалуемся.

— Существование в клонированных телах постепенно ведёт к деградации расы. Мы некогда испытали этот путь — провели эксперимент на одной развитой цивилизации… ныне исчезнувшей. Не прошло и двух тысяч лет, как те бедолаги, повсеместно использующие искусственные тела, полностью вымерли… Это не последний тупик, в котором оказывались учёные акридиан. Были испробованы сотни перспективных направлений. Спустя тысячелетия заблуждений и ошибок, мы вот-вот нащупаем дорогу к истинному могуществу.

Из-за вас страдают сотни миллиардов жителей нашей галактики, чьи мозги вы истощаете своими расчётами!

— Когда мы обретём новую форму существования, к которой стремимся, то оставим в покое иные цивилизации, — шар в ладони Аримуса плавно поднялся в воздух и стал медленно вращаться.

Видимо, коротышка был ещё и одним из телекинетиков, о которых он недавно упоминал.

— Ты прав, я — наглядный пример тех высот эволюции, что достиг мой народ. Ныне многие из нас способны генерировать электромагнитные поля всего лишь силой разума, но на этом нельзя останавливаться. Мы планируем перейти на новый уровень, стать могучими существами не из плоти, но из особого рода энергии.

Разве такое вообще возможно?

— Подобные эволюционные скачки уже случались, в нашей галактике этому полно свидетельств. Несколько протоцивилизаций перешли в новое состояние, бросили свои планеты, города и технику, чтобы отправиться в глубины космического пространства, дальше постигать тайны Вселенной. Всё, что осталось от них, ныне называется Артефактами Предтеч. И этот шар — одно из таких устройств.

Получается, что пауки — это Предтечи?

— Нет. Те жалкие существа меньше всего на них похожи. В поисках полезной информации об Артефакте, который был обнаружен на космической станции у Альфирка, мы успели просканировать воспоминания множества артроподов. Они бывшие слуги древней исчезнувшей цивилизации, не более того.

Вы так долго идёте к свой цели. Что если она вообще недостижима, и вы тоже успеете вымереть? Предтечи ведь не оставили подсказок, верно?

— К сожалению, не оставили. Поэтому наш путь так долог, но мы успеем его пройти до конца, человек, можешь не сомневаться, — в голосе Аримуса звучала едва сдерживаемая злоба. — Для того, чтобы получить ответы на тайны Предтеч, мы должны были сформулировать правильные вопросы. На этапе постановки условий этой задачи, наши учёные упёрлись в невероятно огромные объёмы вычислений. Достижение цели грозило растянуться на сотни тысяч лет. Мы решили привлечь к исследованиям больше разумных существ. Тогда была придумана Коалиция и возглавляющие её «осьминоги» — автономные роботы, снабжёнными телепатическими излучателями. Эти дроны, во всём послушные нам, под видом высшей расы несут добро народам галактики.

Бомбардировка планет пустотными снарядами теперь называется «добром»?

— Изначально мы избегали лишнего насилия. На заре создания Коалиции выбирали только те цивилизации, что находились в состоянии жестокого кризиса: были на грани уничтожения или терпели какое-нибудь глобальное бедствие. Акридиане предлагали им свою помощь. Один за другим, спасённые нами народы Галактики присоединялись к грандиозной вычислительной сети. Однако, любая крупная система, на определённом этапе своего развития, становится чрезвычайно уязвимой к воздействию энтропии. Особенно если составляющие её части обладают свободой воли и выбора. Сохранить такую совокупность, можно только прилагая определённые усилия.

Например, используя армию.

— Верно. Флот Святого Престола выполнял схожую задачу. Ты сам был одним из винтиков той машины насилия, что удерживала человеческую цивилизацию от развала и анархии…

В то время, как Аримус разговаривал со мной, его соплеменники покинули свои укрытия и бродили между уничтоженных «осьминогов». Они подбирали останки дронов с земли и поспешно уносили их внутрь флагмана.

Серые человечки заметали следы.

Никто не должен узреть механические внутренности поддельных лидеров Коалиции. Видимо, именно по этой причине на стадион до сих пор не вызвали обычных легионеров. А сам Аримус болтал со мной потому, что командующему нечем было себя занять, пока шла уборка территории нижестоящими чинами.

У меня появились плохие предчувствия насчёт своей дальнейшей судьбы. Уж больно разговорчивым был этот неприятный типчик.

— Ты прав, — подтвердил мои худшие мысли серый коротышка. — Когда тут станет чисто, мы вызовем охрану, чтобы они позаботились о твоих друзьях и о тебе. Вас дезинтегрируют пустотными винтовками, прямо здесь на месте.

В этот момент к нам приблизился один из серых человечков с нашивками капитан-коммандера. У него был медицинский прибор, хорошо знакомый мне по визитам к врачам Легиона. Такими устройствами у бойцов брали образцы крови, чтобы создать нужные лекарства полностью соответствующие биохимии конкретной расы.

— Скоро для тебя всё закончится, саботажник, — знакомым голосом произнёс акридианин.

Я узнал его. Это был Долус.

Чужая воля заставила меня вытянуть правую руку вперёд. Капитан-коммандер приложил к ней устройство. Что-то тихо щёлкнуло, и я почувствовал укол. Головастик дождался окончания забора крови, затем убрал прибор, развернулся и направился к кораблю.

— Нам пригодится ДНК Святого Пророка, — заявил генерал-префектор.

Могли бы взять её на «сто восьмом», там должны были сохраниться образцы.

Аримус закрыл глаза, обхватив обеими руками сферу пауков. Минуты две он молчал, постигая знания об управлении машиной времени. Затем принялся передвигать диски.

— Затягивать с хорошими идеями не следует. Нужно отправить в прошлое первых посланцев прямо сейчас, не откладывая. На флагмане есть малый исследовательский корабль. Его будет достаточно для подготовки плацдарма и прибытия основных сил…

Не успел Аримус договорить, как чёрное небо над нами озарилось яркой вспышкой, а затем следующей. Акридианин резко вскинул свою голову, не разрывая со мной телепатического контакта и непроизвольно передавая мне команду посмотреть наверх.

В космическом пространстве над лунной колонией шёл бой. Сверкали энтропийные щиты кораблей Легиона, мелькали фиолетовые всполохи, то тут, то там происходили мощные взрывы, отмечавшие удачные попадания.

Неужели Святой Престол успел закончить постройку локальной «кротовой норы» для переброса флота к Земле и пошёл в атаку?

Заработали крупнокалиберные пустотные пушки, которыми акридиане окружили лунный штаб: яркие фиолетовые лучи протянулись вверх, выискивая цели. Залпы подсветили ранее невидимый силовой купол, удерживающий кислородную атмосферу над колонией. В ответ с неба сверкнули десятки молний. Почва под нашими ногами начала содрогаться от мощных взрывов.

Я не контролировал своё тело, поэтому во время первого же толчка не удержался на ногах и упал в траву, прямо на спину.

Лиловые лучи больше не били в небеса. Могучую артиллерию Легиона уничтожили менее, чем за десять секунд. Интересно, кто способен на такое? Тип оружия, что разнесло защитные системы акридиан, был мне незнаком.

Ответ появились спустя считанные секунды.

Я увидел три силуэта похожие на букву «U». Корабли зависли над колонией, периодически испуская яркие молнии, видимо отрабатывали другие цели. В такт их попаданиям лунная поверхность продолжала сотрясаться. Своими формами атакующие звездолёты напомнили мне кошачий клипер, на борту которого мы прилетели на Луну. Только они обладали более крупными размерами, как у тяжёлых крейсеров Святого Престола или Пятого Легиона, если я ничего не напутал из-за расстояния.

Неужели Барсик ошибся? Кто-то из его сородичей выжил и пришёл нам на помощь в последний момент?

Оцепенение внезапно отпустило меня. Я приподнялся с земли, чтобы увидеть, как серые коротышки спешат укрыться на своём корабле. Последним семенил Аримус, унося артефакт пауков. Врагу было не до меня.

Нельзя дать им уйти!

В распоряжении акридиан оказалось целых две машины времени. Теперь серые человечки знали, как управлять ими. Если этот корабль сейчас покинет Луну, всё пропало!

Где мой автомат? Я должен пристрелить Аримуса до того, как он достигнет звездолёта.

Я буквально на четвереньках бросился к тому контейнеру, где меня взяли под телепатический контроль. Вот и моя пушка! Но не успел я поднять оружие, как мягкий фиолетовый свет наполнил собой всё окружающее пространство.

На флагмане кто-то догадливый включил генераторы защиты.

Моё оружие вмиг стало бесполезным. Кинетическая энергия пуль будет поглощена энтропийным излучением сразу же на выходе из ствола.

Акридиане один за другим скрывались внутри своего звездолёта, а я стоял на месте и отчаянно крутил головой, безуспешно пытаясь обнаружить хоть что-то полезное, чем можно было бы воспользоваться в этой ситуации.

Я посмотрел наверх и удивлённо приоткрыл рот. Одинокая человеческая фигура быстро двигалась по одному из длинных отростков корабля, упиравшихся в верхние ярусы стадиона.

Это был Председатель. Он бежал по звездолёту акридиан, прижимая к своей груди кейс с ядерным зарядом.

Я сразу понял, что сейчас произойдёт.

Действие энтропийного поля было ослаблено на границе с защищаемым объектом. Если взорвать бомбу внутри силового кокона, на минимальном возможном расстоянии от цели, то флагман, скорее всего, будет очень сильно повреждён, может даже уничтожен!

Тем временем Председатель добрался по выступу до корпуса корабля и, прислонившись спиной к броне, уже открывал чемоданчик.

Ну, вот и всё.

Возможно, наши имена впишут в анналы истории благодарные потомки, если каким-то образом узнают об угрозе, от которой мы их избавили…

Инстинкты пересилили желание насладиться эпическим моментом, и я зажмурился в ожидании ядерного взрыва.

Секунды шли, но ничего не происходило.

Я открыл глаза.

Огромный стадион был пуст. Флагман акридиан исчез. Только вот враги никак не могли улететь, ведь путь наверх перекрывали три боевых корабля. Значит, Аримус успел активировать артефакт пауков, чтобы перенести звездолёт в другое время.

Я мысленно попросил прощения у Драка и Ноккера за провал миссии. Ретранслятор исчез вместе с кораблём. Через пять минут на шеях моих товарищей сдетонируют устройства, потерявшие охранный сигнал, и они погибнут. Весь Пятый Легион лишится своих голов.

Нет, не мог же Аримус так легко пожертвовать своей армией? Он оставит в прошлом команду, которая займётся поисками Святого Пророка, а сам вернётся обратно. Обязательно вернётся.

Вот прямо сейчас.

Или сейчас.

Уже должен появиться…

Значит, Председателю удалось уничтожить флагман? Миссия успешно завершена, пусть и прошла не очень гладко. Я выжил. Возможно, остальные тоже уцелели. В первую очередь следовало проверить, как там мой друг. Убрав автомат за спину, я подбежал к Барсику. Бока его медленно вздымались. Кота всего лишь оглушили.

Я опустился на одно колено и стал думать, как привести зверя в чувство. Может сделать ему искусственное дыхание?

— Только попробуй, — слабо просипел Барсик и приоткрыл один лиловый глаз. — Мне придётся тебя убить, чтобы никто не узнал об этом позоре.

Он уставился вверх, открыл второй глаз. Широко распахнул оба и удивлённо моргнул. Морда его выражала крайнюю степень недоумения.

— Матвей, у меня галлюцинации или ты тоже это наблюдаешь?

Я кинул взгляд вверх, но там ничего не изменилось: три боевых корабля продолжали удерживать небо над лунной колонией. Они парили за пределами силового купола, не пересекая его границ.

Кажется, я понял, чему он так удивился.

— Твои соплеменники явились на подмогу, — радостно заявил я. — Ты ошибся дружище, Империя Котов не была полностью уничтожена.

— Невероятно, — прошептал Барсик. — Я потратил пятьдесят лет, пытаясь обнаружить спасшихся сородичей. Никого не осталось. Все наши колонии, космические станции и флотилии были уничтожены проклятым Четвёртым Легионом.

— Ты же сам видишь — не все.

— Видеть-то вижу, но это что-то из разряда чудес…

В тот же момент почти всё пространство над полем стадиона заняло огромное «яйцо». Это прибыл из прошлого флагманский корабль акридиан. Мои недавние предположения сбылись — Аримус не захотел терять армию и вернулся.

Звездолёт выглядел изрядно потрёпанным, щиты часто мерцали, будто вот-вот отключатся. Председатель успел подорвать бомбу. Хоть она и не уничтожила звездолёт, но изрядно его повредила — весь правый бок был замят, и большая часть антенн на нём отсутствовала.

Ретранслятор должен был уцелеть. Иначе какой акридианам смысл возвращаться?

— Хватит отдыхать, дружище, — сказал я коту. — Вставай. Подбери бластер. Тебя ждёт работа. Нужно будет прикрывать мой мозг и метко стрелять.

— Сколько нас осталось?

Я оглянулся по сторонам, может кто-то ещё из диверсионной группы пришёл в себя? Но нет, десантники продолжали неподвижно лежать на тех же самых местах, где их настигли телепатические удары.

— Только мы с тобой. Прочие тамплиеры выведены из строя. Председатель, по всей видимости, геройски погиб. Его помощника я не наблюдаю.

— Говорила мне мама: «Баар, иди в учёные, будет ещё одна умничка в семье». Нет же, я назло всем выбрал военную разведку, — проворчал Барсик. — Уж точно не от переизбытка ума.

Кот тяжело поднялся и потопал за своим пистолетом.

Я взял автомат на изготовку и занял позицию для стрельбы.

Прошло несколько минут, затем двери основного шлюза бесшумно разошлись. В широком проёме показалась одинокая человеческая фигура в боевом скафандре десантника Святого Престола.

Я удивлённо посмотрел на Барсика.

— Это свои, Матвей, — кот убрал бластер в рюкзачок и двинулся навстречу незнакомцу.

Сперва я задержался на месте, ожидая какого-то подвоха, а затем махнул рукой и последовал за Барсиком.

Когда до незнакомца оставалось несколько метров, он поднял руки к голове и откинул тонированное забрало шлема. Я словно в зеркало посмотрел. Сеточка морщин под глазами и частые седые волосы в недельной щетине — вот и все наши отличия.

— Ну привет… «Матвей номер два», — сказал он мне и протянул руку, я крепко поджал её.

Ну да, «свои». Это кот верно подметил.

— Привет, — ответил я. — Ты «Матвей номер один»?

Десантник кивнул.

— Нет! — вдруг воскликнул Барсик. — Этого не может быть!

— Чему ты удивляешься? — не понял я. — Мы же целый год служили бок о бок с таким же моим двойником на «Справедливом»?

— Он шокирован вот этим, — заявил «Матвей номер один» поднимая палец в чёрное небо, где вспыхивали взрывы. — Флот Империи Котов с минуты на минуту одержит победу над Пятым Галактическим Легионом, разнесёт его на кусочки…

— Нельзя приготовить яичницу не разбив яиц, — философски заметил я. — Мы знали, что без жертв не обойтись.

Барсик обхватил свою голову лапами.

— Это не всё. После победы у Луны, армия Империи отправится к Марсу, — продолжал мой двойник. — Там они собираются уничтожить флот Святого Престола.

Вот это да! Теперь я понял почему кот так удивлён и расстроен. Новость о назревающем конфликте между землянами и его соплеменниками была, мягко говоря, шокирующей. Случилась какая-то ошибка, надо её срочно исправлять…

— Нихрена ты не понял! — заорал Барсик. — Никакая это не ошибка! Войска Империи Котов появились в вашей солнечной системе со вполне определёнными целями — уничтожить все боевые корабли противника до единого. Более того, приказ напасть на ваш флот отдал не кто-то там, а я лично! Теперь дошло до тебя, почему я так расстроен?

— Ты приказал атаковать землян? — я не мог поверить своим ушам. — Но как? Почему?

— Жил да был Баар Саа — принц без трона, — презрительно сказал «Матвей номер один». — А потом он вдруг решил стать Императором всех разумных кошачьих. Ныне — это единственный претендент на звание нового всегалактического тирана.

— Я не такой! — взвыл Барсик.

— Ты сам всё увидел в моей голове, — отрезал «Матвей номер один». — Оказалось, что ты — именно такой.

— И что ты собираешься с этим делать? — спросил у него кот.

— Пристрелить тебя я не могу, при всём желании. Ты знаешь почему, — ответил мой двойник Барсику и указал на меня. — Даже этот Матвей, имея информацию о том, кем ты станешь в будущем и что натворишь, не подумает покушаться на твою жизнь. Ведь я… то есть он, считает тебя своим лучшим другом. Надеюсь, ты вспомнишь об этом, когда я соберусь навестить Императора.

— Эта встреча может очень плохо закончится для одного из нас, — прошептал кот. — Но я запомню твои слова, обещаю.

— Вот и ладненько.

Я слушал их разговор в полной растерянности. Значит наши с Барсиком пути резко разойдутся в будущем? Так вот почему его не было на той видеозаписи, которую я оставил сам себе!

«Матвей номер один» скинул свой ранец и достал оттуда сферу пауков, или же Артефакт Предтеч, как называл данное устройство Аримус.

— Это нам? — спросил я.

— Нет. Шар у меня один-единственный. Мне ещё предстоит спрятать машину времени в катере, чтобы Барсик позднее обнаружил её.

— В той цепочке событий, что уже случились, сферу ты спрятал! Значит, наша встреча закончится хорошо, ведь ты вернёшься с неё живым! — воскликнул кот. — Мы с тобой ещё можем остаться друзьями…

— На аудиенцию к Императору я отправлюсь без шара, — отрицательно помотал головой десантник. — Я не могу рисковать. Однажды ты упустил шанс обладать этим устройством, а сейчас можешь передумать. Артефакт не должен попасть в руки, ну или лапы, тирана. Будущий наш разговор выпадает из той последовательности событий, о которых у нас есть информация.

— Второй шар ты уже отдал паукам? — уточнил я.

— Да. Как ты правильно догадался, взамен они научили меня управлять этим устройством.

— Кто они вообще такие, эти пауки? Потомки Предтеч?

— Их бывшие слуги. Артроподы сами обо всём вам расскажут, когда вы с котом навестите их.

«Матвей номер один» стал крутить диски на шаре, настраивая его. Значит мы сейчас отправимся в путешествие во времени. Как же тогда быть с тамплиерами диверсионной группы?

— Может перетащим ребят в контейнер? — предложил я, оборачиваясь и указывая на десантников, всё ещё находящихся без сознания. — Лучше не оставлять их в таком виде на открытом пространстве. Вдруг легионеры забредут сюда.

— Кот, объясни ему, — бросил «Матвей номер один», не отрываясь от настройки сферы.

— Они живы, но их не оглушили, — мрачно заявил Барсик. — Не хотел тебя расстраивать. Я успел заглянуть к ним головы, думал привести в чувство, но там ничего не осталось: ни сознательного, ни бессознательного. Дроны акридиан перестарались, пытаясь пробить мою защиту. Их концентрированные атаки выжгли мозги твоим сородичам.

— А если мы…

— Матвей, безусловно ты можешь пойти и добить их, — согласился кот. — Но даже если какой-то корабль Святого Престола чудом окажется поблизости и примет сигнал, твоим соплеменникам это не поможет. Нечего переносить в новые тела. Их личности стёрты, уничтожены. Нам невероятно повезло, что все «осьминоги» были перебиты, до того, как остались только мы с тобой.

— Проверь ещё разок, — попросил я. — Может ты ошибся.

Кот отрицательно повертел головой.

— Им уже не помочь. Не отвлекайся, сейчас у вас другая задача, — командные нотки прозвучали в голосе моего двойника. — Вы с котом должны будете попасть в прошлое на Землю, чтобы забрать обе сферы у акридиан. Я вас подброшу в нужное время. Потом запишу видеопослание, и оставлю его в тайнике на Ганимеде. Прыгну на борт «сто восьмого», спрячу этот шар в десантном катере, а после отправлюсь поболтать с Императором. Больше мы с вами не пересечёмся.

— Надо остановить наших врагов до того, как Аримус наворотит дел, — сказал я. — У него были крайне неприятные планы в отношении Святого Пророка, да и всей будущей армии Святого Престола.

— Насчёт Аримуса можешь не беспокоиться.

— Почему?

— Генерал-префектор мёртв, — сообщил «Матвей номер один». — Председатель активировал бомбу едва флагман переместился во времени. Щиты поглотили только часть энергии ядерного взрыва. По правому борту броня была пробита, началась разгерметизация.

— Серые человечки были без скафандров!

— Вот именно. Аримусу не повезло, он оказался заперт в повреждённой части и погиб. Впрочем, его выжившим соплеменникам тоже пришлось туго — они не получили от командующего знаний о том, как управлять сферой пауков. В их руках оказалось целых две машины времени, которыми никто не умел пользоваться. Более того, все средства дальней связи были уничтожены. Акридиане очутились в прошлом нашей Солнечной системы, без генераторов «червоточин», без возможности вызвать подмогу… Но планы насчёт Святого Пророка у них остались, и они активно занялись их реализацией. Поэтому, кроме возвращения сфер, у вас есть ещё одна важная задача: обеспечить безопасность известной исторической личности.

— Нам придётся охранять Пророка? Ну и дела. Тут я хотел бы узнать больше подробностей. Это чересчур ответственная миссия, — сказал я.

— Ты даже не представляешь, насколько, — заметил Барсик. — Матвей, я сейчас заглянул в эти самые «подробности». Поверь, ты будешь удивлён, как никогда ранее.

— Да, скрывать некоторые вещи бесполезно, — согласился мой двойник. — Если твой друг — телепат.

«Матвей номер один» сделал особое ударение на слове «друг» и гневно посмотрел в этот момент на кота.

— Расскажи о том времени, куда мы попадём, — попросил я, пытаясь отвлечь внимание от ситуации, грозящей началом выяснения отношений с ничем не повинным в данный момент Барсиком. — Какие опасности нас там ожидают?

Десантник поднял голову и посмотрел на кружащие над лунной колонией боевые корабли.

— Это место скоро будет уничтожено, — сказал он. — Но часть нашего разговора состоялась здесь, если мне не изменяет память. Я отвечу на некоторые вопросы. На те, что успею. Валяйте.

— Куда именно мы отправимся? — повторил я.

— Раз уж речь зашла о судьбе Святого Пророка, значит вам предстоит действовать в конце двадцать первого века. Времечко то ещё. Нехватка продуктов питания. Перенаселение. Голодные бунты. Проблемы с экологической обстановкой. Одна пандемия за другой. Почти полное вырождение ряда наций. Практика сдавать в аренду часть государства вместе с населением соседней, более богатой стране.

— Это сами земляне виноваты, или постарались наши враги?

— Не исключаю второго варианта. Акридиане попали на Землю ещё в двадцатом столетии. В судьбу человечества пришельцы вмешивались неоднократно. Они наладили контакты с рядом земных правительств. В обмен на продвинутые технологии серые получили негласное разрешение похищать простых людей и проводить свои эксперименты.

— Не может такого быть!

— Может. Например, секреты оптического волокна американцы обменяли на жизни двух сотен своих сограждан. Подобное происходило по всей планете. Наши враги пытались вычислить будущих родителей Святого Пророка, чтобы до появления на свет вмешаться в его генетический код. Кто знает, что ещё акридиане вытворяли в то же самое время, дёргая за ниточки своих кукол, имеющих влияние на мировую политику и экономику.

— Но почему ты выбрал конец двадцать первого столетия? Мы ведь можем отправиться куда угодно и в любое время. Надо нанести удар заранее!

— Акридиане невероятно сильные телепаты. Во время службы в Пятом Легионе они использовали ошейники для того, чтобы подавить свои способности, сохранить их в тайне. Никто не должен был знать, кем являются серые человечки на самом деле. Поэтому ты, привыкший к надменным, но туповатым командирам, сейчас сильно недооцениваешь наших врагов. На Земле, в прошлом, им незачем ограничивать себя. Застать их врасплох крайне сложно…

— Скажи ему самое главное! — не выдержал кот. — Хватит лить воду.

— О чём речь? — подозрительно прищурился я.

«Матвей номер один» глубоко вздохнул.

— С начала двадцатого века по конец двадцать первого, были похищены тысячи людей из самых разных стран Земли, проведены бесчисленные анализы ДНК. Всё без толку, наши враги так и не смогли выяснить, кто должен стать папой и мамой Святого Пророка. Все генетические линии обрывались, заходили в тупик. Узнать точно, где родится новый лидер человечества и чей он сын, акридиане так и не смогли.

— Не врут значит книжки, — заметил я. — Настоящий его папа был Святой Дух.

— Ты даже не представляешь, насколько можешь оказаться прав, — протянул Барсик. — Иного объяснения этому «чуду» я просто не могу найти.

Неожиданно всё вокруг накрыли раскаты грома, заставляя нас пригнуться. Щиты флагмана ярко вспыхнули фиолетовым светом, поглощая энергию выстрела. Корабли над нашими головами начали спускаться к стадиону. Похоже, они выбрали в качестве новой цели звездолёт акридиан.

— Нас торопят. Либо скажите в чём дело, либо давайте уже отправимся в прошлое, — быстро заявил я, бросая взгляды наверх. — Я помню наизусть все истории о жизни и славных деяниях Пророка. Хотите сказать, мне достанется роль лидера человечества?

— Нет, что ты, — успокоил меня «Матвей номер один» и приготовился активировать Артефакт. — Но тебе придётся с ним нянчиться какое-то время. Святой Пророк — твой будущий сын.

Глава 11. Двое неизвестных

Ковёр превратился в поле боя: несколько пластиковых солдатиков, спрятавшиеся в импровизированном укреплении из карандашей и фломастеров, готовились отразить атаку куда большего числа противника.

У каждой битвы своя история. Это сражение не было исключением.

— Десятки танков и сотни солдат приближались со всех сторон. Оккупационные войска окружили базу радикальных христиан. Тогда Святой Пророк понял: генерал Семёнов его предал, а что нужно делать с изменниками, сынок? — спросил я у Ромки.

Пятилетний пацан без раздумий выпалил:

— Расстрелять!

Он опрокинул одного из солдатиков.

— Давай ещё разок, — потребовал я.

Мой сын не слишком хорошо выговаривал «р», но я просил его подумать над новым ответом, а не повторять уже сказанное.

— Допросить, а потом расстрелять! — поправился Ромка и поставил солдатика на место.

— Вот теперь всё верно, молодец, — похвалил его я. — Нельзя упускать важную информацию. Генерал Семёнов очень боялся воды, поэтому сторонники Пророка отвели изменника к бассейну и заставили эту крысу там немного поплавать…

Очередной пересказ жизни и деяний Святого Пророка пришлось прекратить — негромко хлопнула входная дверь.

— Мама вернулась! — сын сорвался с места и побежал в коридор.

Солдатики под его ногами разлетелись в разные стороны. Каким чудом он умудряется не наступать на них? Я почему-то постоянно подрываюсь на этих ловушках.

— Вот куда ты полетел? Ей надо пройти обработку! — крикнул я ребёнку, но без толку, он уже был в коридоре и стучал кулачками в плексиглас защитного тамбура.

Я поднялся с ковра и последовал за ним.

За полупрозрачной стенкой санитарной зоны, отделяющей внешний мир от жилой территории, стояла невысокая фигура, терпеливо ожидающая пока закончится процедура дезинфекции.

Ромка уселся на пол, а я прислонился спиной к стене. Можно было, конечно, подождать и в комнате, но по имеющейся у нас с сыном информации, мама возвращалась через магазин, а значит, у неё могли быть с собой приятные сюрпризы.

Зажглись ультрафиолетовые лампы. Загудели вентиляторы системы озонирования, активно прогоняя воздух через фильтры. Спустя десять минут оборудование выключилось, замок разблокировался. Можно было входить во внутреннюю «чистую» часть квартиры.

Шагнув через порог, Нина уронила тяжёлые пакеты на пол, сорвала закрытый респиратор со своего лица и быстро скомандовала поднимающемуся на ноги ребёнку:

— Стой! Не трогай меня! Пришлось возвращаться на общественном транспорте, мало ли какая зараза успела ко мне прилипнуть. С новым вирусом супергриппа лучше не шутить.

Нина начала быстро освобождаться от защитного комбинезона. Ромка, уже готовый её обнять, огорчённо уронил руки.

— Сын, пусть мама сначала разберётся с вещами. Потом наобнимаетесь… Это я, пожалуй, заберу, — я подошёл к Нине почти вплотную, чтобы поднять оба пакета с пола.

И не только за этим.

— Матвей, ну ты чего! — воскликнула она. — Ребёнку говоришь подождать, а сам лезешь с поцелуями.

Секунду до этого я успел чмокнуть её в щёку, туда, где краснел след от респиратора. Подхватить какую-либо заразу я не боялся, мой искусственный организм обладал куда более сильной иммунной защитой, чем требовалось в эти не самые здоровые времена.

Преследуемый возмущённым взглядом второй половинки, я направился на кухню.

Нина не была моей женой. Мы не заключали брак, хотя жили вместе уже восемь лет и у нас имелся общий ребёнок. Впрочем, с точки зрения закона, Ромка тоже не являлся моим сыном.

При подаче заявления на получение свидетельства о рождении Нина не предоставила сведений об отце, указав что оплодотворение производилось искусственным способом по спецпрограмме восстановления малочисленных национальностей в регионах Западно-Китайской Сибири. В этом не было ничего необычного. Такой ход позволял женщинам гарантировано получить не только здоровое потомство, но и ряд льгот, в том числе небольшие выплаты, которые должны были производиться государством каждый месяц, вплоть до достижения ребёнком двадцатилетнего возраста.

Обхитрить систему удалось с помощью Барсика. Кот взломал базу данных клиники искусственного оплодотворения и подменил информацию о ДНК первоначального донора. Поэтому, когда Нину попросили пройти соответствующие генные тесты, чтобы подтвердить право на льготы, никаких расхождений обнаружено не было.

Таким образом, мы с котом убили двух зайцев: помешали нашим врагам идентифицировать личность Святого Пророка, и обеспечили Ромке более-менее сносное существование в жестоких реалиях конца двадцать первого века.

Нина ничего не знала об этой авантюре. Была убеждена, что биологический отец Ромки — не я. Впрочем, с годами эта уверенность пошатнулась: ребёнок рос, менялась его внешность. Наступили времена, когда Нина открыто начала удивляться нашему сходству.

Скорее всего, она что-то подозревала. Однако, затевать процедуру проверки подлинности отцовства не стала. Ведь в этом случае можно было потерять все льготы, предоставляемые государством. Хоть они и представляли из себя сущие копейки, но куда без них…

Обман — это всегда плохо. В разы хуже, когда врёшь и не договариваешь, глядя в глаза любимым и родным людям.

Но у меня не было иных вариантов защитить свою семью.

Личность Матвея Фоменко и моя настоящая история должны оставаться тайной, ради безопасности сына и его матери. О том, что Ромка однажды станет спасителем человечества, Нина не догадывалась.

Барсик настоял на дополнительных мерах конспирации и обитал отдельно от нас, хотя до этого долгое время притворялся неразумным зверем на борту «Справедливого». Впрочем, мне порой кажется, что он не захотел жить с нами опасаясь за свой хвост. Ведь тот легко мог оказаться в руках маленького ребёнка. Тем не менее, мы с Барсиком виделись постоянно.

Нина считала кота чьим-то питомцем. Порой ругала неизвестных ей хозяев, за то, что беззаботно отпускали гулять такого красавца во внешний мир, полный опасностей. Она зря опасалась за его судьбу. Все бродячие собаки стали обходить наш двор стороной, едва тут объявился этот опытный боец.

Я вошёл на кухню и ловко вытащил из внешних пакетов внутренние. Первые сразу же отправились в мойку, а вторые я поставил на стол и начал выгружать из них продукты.

М-м. Хлеб-то какой дорогой взяла, почти на пятьдесят процентов состоит из натурального зерна! Колбаса с яркой этикеткой «Экологически чистая соя. Продукт без добавления протеина из переработанных насекомых». А тут у нас что? Сыр из заменителей молочного жира, идентичных натуральным! Ну и ну. Просто праздник какой-то. Сделаю сегодня большой бутерброд себе и Барсику. Может даже два.

— Чем без меня занимались? — спросила Нина, входя в кухню.

К её левой ноге прилип Ромка.

— Учили буквы. Рисовали. Играли в солдатиков. А ещё папа рассказывал мне сказки, — перечислил сын.

— Опять про Святого Пророка?

— Ага.

На лице Нины появилось недовольное выражение.

— Других не знаю, — пожал я плечами. — Что сам слушал в детстве, то и ему рассказываю.

— Матвей, в какой сумасшедшей дыре ты вырос?

— В самой обычной. Бывают и хуже.

Нина тяжело вздохнула, понимая, что наш не прекращающийся спор, о выборе тематики детских сказок, ни к чему не приведёт.

Жаль, я не могу ей объяснить, что Ромка обязан иметь представление о том, как правильно поступать в тех непростых ситуациях, которые ждут его в будущем.

Эти знания не раз спасут ему жизнь.

— Когда тебе на смену? — спросила она.

По легенде, я неофициально подрабатывал ночным охранником — вышибалой в заведениях, имеющих сомнительный статус. Сегодня здесь, завтра там. Скромный, но постоянный доход, умеренные риски.

На самом деле, я нигде не работал, а «трудовые» ночи были идеальным прикрытием тех дел, которыми занимались я и Барсик.

— Сейчас настрогаю бутербродов и начну собираться, — ответил я. — Такой вкуснотищи набрала. Не знаю даже, с чем лучше сделать, с колбасой или сыром?

— Делай разные, не скромничай. Нам выдали премию за август, — объяснила она сегодняшнее изобилие.

— То-то я гляжу набор продуктов просто праздничный.

— Праздничный, да уж… Вообще-то надо есть всё натуральное. Оно, знаешь, для здоровья полезнее. Или ты так не считаешь, Матвей?

Я сообразительный и всё понял. Похоже, сейчас начнётся серьёзный разговор. Женщины такие… женщины. Мне совершенно некогда, пора уходить, но Нина почему-то выбрала именно этот момент для важной беседы.

— Нет у нас столько денег, чтобы покупать натуральные продукты, — медленно ответил я, прекращая строгать колбасу.

— Верно, проблема исключительно в деньгах.

— Я бы с радостью устроился на ещё одну работу. Дневным охранником в какой-нибудь магазин, например. Но кто будет сидеть с сыном? Не говоря о том, что мне спать иногда надо.

Лицо Нины выражало спокойствие и уверенность. Походе, у неё были заранее припасены аргументы для всех ключевых моментов этой беседы.

Она выложила первый козырь:

— В соседнем доме открылась межконфессиональная христианская школа. Они принимают детей с шести лет. Бесплатно. Говорят, можно и с пяти, если ребёнок достаточно развит.

— Ромка у нас такой, умный не по годам, — согласился я.

— Я такой! — подтвердил сын. — А что значит школа?

— То место, где собираются умные дети и учатся быть ещё умнее, — объяснил я ему, а затем обратился уже к Нине. — Хорошо, завтра после смены загляну в гипермаркет на проспекте, узнаю может у них есть вакансия дневного охранника.

— Погоди ты со второй работой… Может она и не нужна вовсе. Не хочешь попробовать себя в чём-то другом?

— В чём, Нина? — усмехнулся я. — Посмотри внимательно: мне тридцать пять. Образования у меня нет, да и карьеры тоже. Всё, что есть в моём портфолио — это гора мышц и суровый облик. Я работаю охранником всю жизнь.

Она молча выложила на стол передо мной второй козырь — визитную карточку.

Ого, дорогая штука. Материал полупрозрачный, из антибактериального пластика. По краям идёт тонкая серебряная окантовка.

— Что это? — сразу спросил Ромка.

— Билет в новую жизнь, — ответила Нина. — Если, конечно, папа сможет им воспользоваться.

— Школа телохранителей «Живой щит», — прочитал я.

— Папа тоже умный? — снова подал голос Ромка. — Он тоже в школу пойдёт?

— Если не будет тупить, — вздохнула Нина.

— Откуда это у тебя? — спросил я.

— Светка дала. Её муж ездил в областной центр на обучение. Это было почти год назад. Сейчас он работает в группе охраны Ли Хенга.

— Ого, — я присвистнул. — И сколько нынче платят за прикрытие тушки нашего мэра?

— Если бы у меня было четыре таких мужика как ты, и все они круглосуточно работали охранниками, то зарабатывали бы меньше… Светка собирается в следующем году брать кредит, чтобы переехать в собственный домик за город. Свой сад, теплицы, натуральные продукты — все дела. Да и дышать ей там будет легче, с её-то астмой.

— Воздух за городом безусловно чище, но есть и ряд минусов, — заметил я. — Тут хотя бы полиция сдерживает мародёров, а вот деревни периодически страдают от набегов. Надеюсь, твоя подруга умеет метко стрелять, это ей пригодится.

— Меня переубеждать не надо. Я-то не настаиваю на переезде, речь о другом: наш семейный бюджет на грани. Кто-то должен это исправить.

Света достала второй нож и начала помогать, нарезая сыр.

— Муж Светки такой же как ты. Тоже ничего кроме крепкого телосложения не имел, — продолжала она. — Прошёл курсы, получил сертификат и место в охране мэра.

— Повезло. Школа клепает телохранителей на поток. Некоторым ничего не достанется кроме бумажки.

— Матвей, у тебя есть преимущества перед остальными.

— Например?

— Ты несколько лет изучаешь английский. Знаешь его довольно хорошо.

— Сибирь в аренде у Китая, на ближайшие сто лет. Нужно было браться за другой язык.

— Ладно, тут не стану спорить, но у тебя славянская внешность. План по квотам трудоустройства исчезающих национальностей никто не отменял. Если на руках будет сертификат специалиста, то тебе не смогут отказать. Мало кто из работодателей рискует связываться с судами в таких случаях. Главное — попробуй.

Она перестала кромсать сыр и подвинула визитку в мою сторону.

Я поднял пластиковую карточку, ещё раз внимательно посмотрел на неё, а затем убрал в нагрудный карман рубашки.

— Сколько стоит обучение?

— Я кое-что отложила на чёрный день, этого будет достаточно.

— Понял. Завтра после работы позвоню им, — пообещал я.

— Спасибо.

— За что?

— Ты ведь делаешь это ради нас.

Я всё делаю ради вас. В трёх крупных банках, на счетах несуществующих людей, лежали средства способные обеспечить прожиточный минимум для моей семьи на протяжении двух десятков лет. С помощью кота-хакера можно было безнаказанно украсть значительно больше денег, но я должен придерживаться исторических фактов: Святой Пророк рос, балансируя на грани между бедностью и нищетой.

Будущий спаситель человечества не был избалован материальными благами, зато получил достаточно мотивации, чтобы изо всех сил стремится к лучшей жизни, не в одиночку, но со своими верными товарищами. У его родителей не было денег на коммерческое образовательное учреждение, поэтому лидер человечества учился в христианской школе для бедняков, где постиг основы богословия и церковной риторики, которые пригодятся ему впоследствии…

Под видом зарплаты с анонимных счетов каждый месяц делались скромные переводы на мою социальную карточку (средствами которой давно уже распоряжалась Нина). Экономическая ситуация в стране, да и в мире, была тревожной, всегда существовал шанс, что какой-то из выбранных банков может закрыться, но не все три разом.

Когда мы с Барсиком покинем это время, моя семья продолжит исправно получать деньги, будет иметь хоть какие-то средства к существованию.

Я закончил с колбасой, сложил её в стопочку и попросил Нину:

— Доделай бутеры пожалуйста и упакуй их. Мне уже пора на работу… Погоди, а чай ты взяла?

— Должен быть во втором пакете.

— Супер. Закинь пару ложечек в мой термос, кипяток я туда уж залил. И сахара добавь, как обычно.

— Будь спокоен. Сделаю всё, как в лучших ресторанах.

— Благодарю, — я приобнял Нину за плечи и ушёл в коридор одеваться.

Пока я облачался в защитный комбинезон, обязательный для выхода во внешний мир, моя любимая женщина приготовила всё что я просил, и запаковала провизию в два слоя пакетов.

Свёрток она вручила мне в коридоре, когда я уже завязывал шнурки на ботинках.

Я выпрямился, поцеловал Нину, потрепал Ромку по голове, нацепил свой респиратор и шагнул внутрь тамбура. Створка закрылась, отделяя меня от семьи матовой полупрозрачной стеной. Магнитный замок разблокировался, когда я прислонил к нему ключ и входная дверь плавно распахнулась в слабо освещённый подъезд.

На поездку в лифте денег у меня не было, поэтому я пошёл пешком, как обычно. Когда я спустился на второй этаж, там уже ждал Барсик. Он развалился на подоконнике и лениво наблюдал за полётом одинокой мухи.

— Идём, бродяга, — сказал я коту.

Барсик поднялся, спрыгнул на пол и последовал за мной.

Мы вышли на улицу. Восьмой час вечера, уже начало смеркаться. Горели жёлтым светом тусклые фонари. Накрапывал мелкий дождик. Редкие прохожие, неотличимые друг от друга, одетые в одинаковые серые комбинезоны, с лицами закрытыми респираторами, торопились по своим делам.

Наша база находилась в соседнем районе. Квартира на первом этаже здания, являющегося частью огромного торгового центра, была оформлена на несуществующую личность. Если вдруг правоохранительные органы, или, не дай бог, наши враги, выйдут на это помещение, заставленное шпионским оборудованием и незарегистрированными системами обработки данных, все ниточки ведущие к нам, его настоящим владельцам, оборвутся.

Мы попадали сюда каждый своим путём.

Кот проникал внутрь через общедомовую систему фильтрации и озонирования воздуха. Он проверял, не ждут ли нас незваные гости, затем отправлял в мой мозг слабенький «заряд электричества», мол всё в порядке.

После этого я добирался до квартиры через обычный подъезд, либо по специальному проходу до жилой зоны внутри торгового центра. Местные камеры наблюдения были бесполезны в условиях карантина — я ничем не выделяться от остальной безликой толпы.

Не прошло и часа, как мы оказались перед мерцающими мониторами. Я поделился с котом бутербродами и чаем. Этот ужин заметно скрасил начало ночной рутины. Сегодня, как и вчера (да и все последние годы), мы занимались тем, что выуживали по крохам любую полезную информацию об акридианах из огромных объёмов данных со всего света.

— Как успехи с подготовкой сына к роли Святого Пророка? — спросил кот, прихлёбывая чаёк.

— Есть некоторые проблемы. В Деда Мороза верит, а в Бога — нет, — пожаловался я, откладывая недоеденный бутерброд.

— Тут виноват только ты сам.

— Я? Почему?

— Кто на Новый год стал рядиться в сказочного дедулю и дарить подарки? Ребёнок это понимает следующим образом: он живой, реальный. А бога, уж прости, но Ромка никогда не видел, и не увидит. В этой жизни уж точно.

— Думаешь, мне надо было изображать из себя ещё и Творца?

— Нет, но стоило логически увязать эти две мифические личности. Историями и сказками. Так, чтобы реальность одного волшебного бородатого старикана была опосредованным доказательством существования другого.

— Ромка мог понять, что на самом деле Дед Мороз — это я.

— Действительно. Это куда сильнее могло разочаровать в вере… Значит, надо было оставлять обоих персонажей на уровне «никто их не видит, но все знают, что они существуют» и таким образом формировать восприятие. Не в ряженого играть, а на утро сообщить сыну: дед приходил, когда ты спал, вон подарки принёс. И всё.

— Где ты был со своими полезными советами раньше? Теперь-то что делать? Если он не уверует, как из него получится лидер религиозных фанатиков? Откуда появится та личность, что сплотит вокруг себя радикальных христиан всего мира?

Кот отставил кружку с чаем, вальяжно развалился и сказал:

— Знаешь, Матвей, чтобы управлять толпой искренне верующих во что-то, не обязательно верить в то же самое. Достаточно быть умнее любого их них, то есть — умнее их всех.

— Знакомая риторика. В мою бытность тамплиером, на общих собраниях нам рассказывали, что еретики ей частенько пользуются. Мол, нынче во главе стада не пастыри, а хитрые волки, давайте-ка на вилы этих лицемеров. И пошло-поехало очередное восстание.

— Ваши отступники, сами точно такие же волки, но они всё же кое в чём правы.

— Нет, не правы! Это всего лишь пропаганда, ложь для слабых верой. Руководить поставлены достойные. То есть, избранные слуги Господа. Кому я объясняю, ты же безбожник. Тебе ли судить.

— Я-то как раз в теме. Даже в высокоразвитой Империи Котов, до её последних дней сохранялось почитание высших сил, — заявил кот.

— Вот как? — удивился я.

— Религиозные взгляды моего народа можно охарактеризовать, как умеренный политеизм: сотни богов и божков самого разного калибра. Немалая часть нашего общества верила в покровительство сразу нескольких из них. У каждого духа была своя специализация: один отвечал за хорошую погоду, другой за рыбную ловлю и так далее.

— Язычники! Какое тут может быть сравнение с истинной верой?

— Матвей, ты серьёзно ждал от меня историю про распятого котика?

— Ну, как сказать… — я действительно что-то такое и ожидал.

Барсик тяжело вздохнул.

— Христианство зародилось у вас, но у иных звёздных цивилизаций похожих событий не произошло. Поэтому выслушай меня без ненужных замечаний про язычников и еретиков. Бессмысленно спорить о том, чья религия самая верная, и по каким признакам ты, человек, эту правильность определяешь, — заявил кот. — Во Вселенной не было единого бога и никогда не будет!

— Ладно, — проворчал я. — Продолжай.

— Мой родной брат, Артан Саа, выбрал путь пастыря. Он закончил обучении в семинарии Церкви Семихвостого Яла и принял сан священника. Не прошло и сотни лет, как десятки тысяч моих соплеменников толпами повалили в храм, где он вёл службы. Артан при жизни превратился в святого, он пользовался особой любовью и уважением не только среди своих прихожан. Управлял сотнями миллионов душ по всей Империи. Страшно представить, что могло случиться, задумай он противостоять нашему отцу…

— Ты, как никто другой, должен понимать мои переживания за отсутствие веры у Ромки, — заметил я.

— Не перебивай. У нас с братом однажды состоялся разговор по душам. Он признался, что ни капли не верит в своё божество. Я спросил, но как тогда ему удаётся воодушевлять его паству? Чем он утешает страждущих? Где находит правильные ответы на вопросы? Знаешь, что Артан мне сказал?

— Не имею не малейшего понятия, — пожал я плечами. — Для меня это какой-то запредельный уровень лицемерия, чтобы даже попытаться угадать его ответ.

— Дело тут вовсе не в двуличии священнослужителей, — отрицательно помотал головой Барсик. — Уверен, ты прекрасно понимаешь, что среди верхушки Святого Престола куда больше атеистов-прагматиков под личиной христиан, чем истово верующих. Одна только история Сопротивления на Земле подтверждает это: ради будущего человечества и его свободы, наука вышла на передний план, а напускная религиозность исчезла, как будто её никогда и не было. Костяк подпольщиков — это личный состав вашего Главного Штаба. Концентрация фанатиков на квадратный километр должна была зашкаливать, верно?

— Давай не будем углубляться в эту тему, — раздражённо отозвался я. — Что тебе ответил твой брат?

— Артан сказал, что с самого детства смотрел на верующих, как на ущербных, душевнобольных людей. Он выбрал путь в священники, прекрасно понимая, с кем ему предстоит иметь дело на протяжении всей его жизни. Мой брат видел себя эдаким врачом в психиатрической клинике, где пациенты приходили к нему на терапию. Он не мог узреть, те видения, что являлись некоторым из них. Не верил в Семихвостого Яла и его чудесное вмешательство в жизни рядовых прихожан. Но он мог манипулировать чужими заблуждениями, чтобы утешить чью-то боль, объяснить знамения, и указать верный путь. Понимаешь о чём я?

— Так или иначе, его намерения были благими, — буркнул я. — Твой двуличный брат помогал своим прихожанам, желал им только добра.

— Нет, ты ни хрена не понимаешь, — вздохнул кот. — Когда Четвёртый Легион вторгся на территорию нашей Империи, мы не успевали обеспечить оборону большинства миров, теряли одну планету за другой. Чтобы сохранить профессиональную армию для главной битвы, генералы предложили отвлекающий манёвр. Император вызвал к себе Артана и отдал ему приказ, пообещав взамен трон. Спустя несколько часов, мой брат мобилизовал всех почитателей Семихвостого Яла. Одна его речь на всю Империю, и вот миллионы верующих встали под ружьё, зная, что вскоре погибнут.

Барсик стукнул сжатой в кулак лапой по столу.

— Они умирали со словами благодарности за то, что бог избрал для них эту участь. Только выбрал их Артан, а не Семихвостый Ял. Мой брат обменял чужие жизни на титул правителя… Точно так же, твой сын однажды соберёт вокруг себя фанатиков, которые с радостью погибнут за его амбиции, думая, что через него их божество диктует свою волю.

— При чём тут амбиции Ромки? — воскликнул я. — Он спасал человечество от полного уничтожения! Вот-вот должна была начаться очередная мировая война! Возможно, последняя для этой планеты!

— Погибли не все, но миллионы. Была создана военно-религиозная тирания Святого Престола, которая хоть и отправила человечество к звёздам, но стала жестоко карать ослушавшихся при помощи мощной армии. Ничего тебе не напоминает?

— В отличие от акридиан, мы не нападаем на другие цивилизации, не принуждаем их к невыгодному союзу! Мы не используем их мозги, не подрываем здоровье целых народов!

Я заметил, что уже почти ору на кота и постарался успокоиться.

— Кто знает, как действовал бы Святой Престол в дальнейшем, если бы не акридиане и не вся эта чехарда с перемещениями во времени? — произнёс Барсик. — Я не думал тебя злить, Матвей, извини. Просто хотел сказать, что для достижения очень важной цели не обязательно быть тем, за кого тебя принимают остальные. Главное — результат.

— Ты сейчас как будто оправдал всех сразу, — тихо ответил я. — Своего брата. Моего сына. Святой Престол. И даже акридиан…

Я не сказал главного: кот выступал ещё и адвокатом самого себя. Барсик не переставал думать о том дне, когда он встанет во главе Империи Котов, и о последствиях этого решения.

Он знал, что это я тоже понял.

На некоторое время в комнате повисла тишина, сопровождаемая шелестом систем охлаждения серверов и сетевого оборудования. Мы уставились каждый в свой монитор и молчали.

— Смотри, какие новости на федеральном уровне! — внезапно воскликнул Барсик тыкая в экран перед собой. — Евразийское Содружество нарушило вековой договор о соблюдении секретности. Преданы огласке тайные эксперименты Объединённой Америки. Готовящиеся испытания нового способа перемещения в космическом пространстве представляют собой опасность для всего человечества. Ряд учёных утверждает, что создание стабильной гравитационной аномалии около Луны приведёт к возникновению чёрной дыры с крайне высокой вероятностью.

— Не может быть! — я читал новость и не верил своим глазам.

— Акридиане не просто вели обмен технологиями. Они всё это время подстёгивали вашу науку, Матвей, — ответил кот на те мысли, что метались в моей голове. — Не могли же земляне самостоятельно, за какие-то несколько десятков лет, перейти от шкафов, вяло жующих перфокарты, к квантовым суперкомпьютерам. Они погоняли вас, тащили вперёд, и вот, наконец, добились своего — ваши технологии способны создать «кротовую нору». Скоро вы собственными руками пробьёте тоннель на территорию Коалиции. Враги используют его и приведут сюда свои армии.

— Что будем делать?

— Торопиться. Нарушение секретного договора резко ухудшит международные отношения. Вон посмотри, что пишут: американцы обиделись и отзывают своих дипломатов. Придётся отправляться на встречу с врагами раньше, чем мы с тобой планировали.

Действительно, неприятные новости сыпались на экраны одна за другой.

— Я подготовлю тебе новое удостоверение личности, и забронирую билеты на ближайший поезд в столицу, — продолжал Барсик. — Оттуда мы отправимся уже самолётом. Раз в месяц есть прямой рейс до Лас-Вегаса, следующий — через две недели. Успеваем.

— У нас недостаточно данных о Зоне 51, — напомнил я коту. — Да, мы знаем, что акридиане часто появляются в Неваде, но там ли их основная база? Где они хранят оба артефакта Предтеч? Вдруг мы с тобой ошибаемся? Что если главный штаб наших врагов тут, на территории Евразии? Ведь они всё ещё ищут здесь Святого Пророка!

— Во-первых, ищут не лично, а посредством своих агентов-людей. Во-вторых, если у тебя есть иные варианты — предлагай их прямо сейчас.

— Ну-у… — задумался я.

— Не старайся. Их нет, и я это знаю, — заявил Барсик и подвинул к себе клавиатуру. — Поэтому действуем исходя из той информации, которой располагаем на текущий момент… Всё, не мешай.

— Хорошо, твоя взяла, — пришлось признать его правоту. — Тогда мне тоже надо бы заняться чем-то полезным.

— Сейчас толку от тебя немного. Дуй домой, обними жену и сына. Скоро ты с ними расстанешься навсегда. Провести последние дни в кругу семьи — это сейчас самое важное для тебя. Уж поверь, я знаю о чём говорю. В своё время у меня не оказалось возможности попрощаться ни с кем из родных и близких.

Кот снова был прав. Я знал, что этот день когда-нибудь настанет, но на самом деле не был готов к нему. Больше всего мне сейчас хотелось вернуться к Нине и Ромке.

— Пожалуй, послушаюсь твоего совета, — сказал я ему и пошёл собираться. — До завтра, дружище.

Барсик молча махнул лапой на прощание.

Глава 12. Секретная база

Барсик как в воду глядел: едва мы прилетели в Лас-Вегас, и тут же, спустя пару дней, Объединённая Америка отозвала своих дипломатов и перекрыла пассажирское сообщение с Евразийским Содружеством. Мы вовремя успели пересечь границу.

В Городе Грехов мы задержались на неделю, для того чтобы приобрести старенький, но ухоженный фургон, кучу электроники и несколько единиц огнестрельного оружия. Все покупки оформлялись по поддельным документам и оплачивались наличкой, которую Барсик без проблем выудил из уличных банкоматов. После чего мы погрузились в свежеприобретённое авто и направились на север, в мини-городок Рейчел.

Если бы не близость Зоны 51, наверняка от первоначальной фермерской деревеньки под названием Сэнд Спрингз, ничего бы не осталось к нынешнему времени. Но в конце двадцатого века, посреди пустынных земель и высохших озёр, на автостраде номер триста семьдесят пять (известной больше, как «Внеземное шоссе») появилась буквально из ничего эдакая туристическая Мекка для всех, кто верит, или очень хотел бы поверить, в существование инопланетных цивилизаций. Долгое время, это местечко приносило неплохую прибыль всем, кто зарабатывал на поклонниках НЛО, но сейчас дела тут явно ухудшились.

Мы проигнорировали местные мотели и ресторанчики, не заглянули даже в старейший из них — «Маленький Приш’ел’ец». Я проехал через весь Рейчел, отметив, что он оказался неожиданно безлюдным, а многие заведения — закрыты. Остановились мы в кемпинговой зоне на окраине, где кроме нас было всего два трейлера, из которых никто так и не вышел.

Вряд ли интерес к этому местечку пропал, сюда всё так же предлагали туры прямо из Лас-Вегаса, я лично видел на выезде из города несколько свежих билбордов с рекламой. Возможно, количество посетителей сильно упало из-за непрекращающегося ежегодного потока вирусных инфекций. По имеющимся у нас с котом данным, ставший популярным музыкальный фестиваль «Алиенсток» не собирал толпы людей уже более восьми лет. Всё из-за жёстких карантинных условий, фактически делавших невозможным проведение подобного рода массовых мероприятий.

В любом случае, мы сюда приехали не развлекаться.

Следующие две недели мы исследовали окрестности и выяснили что большинство дорог ведущих в Зону 51 упираются в запертые ворота, высокие проволочные заборы с сигнализацией, а с той стороны разъезжают военные патрули на внедорожниках.

Нужно было найти способ проникнуть внутрь. Сначала мы запустили на закрытую территорию миниатюрный дрон — уникальный шпионский аппарат, лично сконструированный Барсиком. Устройство не пролетело и двух километров, как мы потеряли с ним связь. Кот был весьма огорчён этим фактом. Он считал, что его изобретению всё нипочём, но видимо в эфире работали особо мощные глушилки.

В итоге Барсик закинул за спину свой рюкзачок, набитый всякими шпионскими штучками, и лично отправился на ту сторону. Нам удалось тайком протащить почти все высокотехнологичные пожитки кота на самолёт в Лас Вегас. Все, кроме бластера. В этом оружии заканчивался заряд, и мы посчитали слишком рискованным везти его с собой ради пары выстрелов.

Мой хвостатый напарник пропал на четыре дня. Из-за глушилок, связи у нас не было никакой. Я уже начал волноваться, но утром, на пятые сутки, обнаружил Барсика в условленном месте. Кот отдыхал, развалившись в ветвях высокого «дерева Иисуса Навина».

Я остановил фургон, заглушил двигатель и вышел наружу, помочь товарищу спустится с юкки.

— Северная база — голяк, — сообщил кот, спрыгивая мне на плечи. — Ничего интересного, кроме прототипа передатчика дальней связи, очень похожего на те, использует Легион.

— Акридиане пытаются установить контакт с Коалицией? Они хотят вызвать сюда свои войска?

— Это невозможно сразу по нескольким причинам, слава богам. В данном временном интервале Земля находится на территории Империи Котов. Да и ваши технологии не дотягивают до нужного уровня. Мощности не хватает — сигнал рассеивается в нескольких световых годах от Земли. Обнаружить послания человечества можно только если специально наблюдать за этим сектором пространства с помощью сверхчувствительной аппаратуры… Ты привёз что-нибудь согревающее, например чай? Я продрог до костей. Ночка выдалась та ещё. Планировал занять нору потеплее, но познакомился с местными змеями и передумал. Пришлось лезть на дерево.

— Есть кофе в фургоне.

— Сойдёт.

Мы вернулись к машине, залезли в кабину. Там я открыл термос и налил коту горячий кофе. Я терпеливо ждал пока Барсик согреется ароматным напитком. Он пил мелкими глотками, жмурясь удовольствия.

— С северной базой всё ясно, а что на юге? — спросил я, когда он отставил кружку.

Кот потёр свои лапы.

— Там я обнаружил всё самое интересное. Например, крупный ангар под номером восемнадцать. Внутри стоит малый исследовательский корабль акридиан. Думаю, что на нём выжившие пришельцы прилетели на Землю, после того как Председатель взорвал ядерный заряд и серьёзно повредил их флагман на Луне.

— Значит, наши враги сейчас находятся здесь?

— Я не смог обнаружить ни одного телепата. Возможно, акридиане снова нацепили ошейники, чтобы скрыть себя, только вот зачем им это здесь… Либо их нет и на южной базе.

— Штаб может находится совершенно в другом месте! — воскликнул я. — Говорил же тебе об этом. Что если их ставка расположена на территории Евразии, как я изначально предполагал? Надо планировать возвращение.

— Не пори горячку. Будь наши враги на другом континенте, они бы оказались сейчас отрезаны от своего корабля. Отношения на международном уровне накалены до предела, границы закрыты. Нет, логово наших врагов тут, рядом. Я бы даже сказал, Зона 51 — это оно и есть.

— Почему ты так уверен?

— В ангаре номер семнадцать, я обнаружил лифтовую шахту, хорошо охраняемую, уходящую под землю. Я не рискнул туда сунутся. Одно дело — бродячий кот на территории военной базы. Совершенно другое, когда он целенаправленно прорывается через блокпосты и заходит в подъёмник, чтобы попасть на секретный этаж.

— Согласен, даже кот тут выглядел бы очень подозрительно, — кивнул я. — Но ты ведь что-то в итоге придумал?

— Да, на это пришлось потратить два дня. Я вычислил офицера, который периодически спускался вниз и пропадал там часами. Я пошарился в его мыслях, но ничего кроме длинного тоннеля не увидел. По нему этот человек не перемещался, только нёс дежурство на посту нижнего этажа.

Кот почесал своё левое ухо и продолжил:

— Я вошёл в доверие к этому военному. Ждал его с голодным и несчастным видом возле столовой. Расположить к себе человека очень легко, достаточно потереться о ноги, я научился подобному трюку ещё на «Справедливом», подсмотрел у бортовых кошек. Вы, земляне, беззащитны перед таким приёмом… Вот и офицер не устоял. Решил меня угостить и погладить, я же незаметно прикрепил ему на штанину мой автономный дрон-шпион.

— Тот, который мы потеряли?

— Да. Я нашёл и подобрал его. Управлять под землёй дроном было нереально, поэтому я запрограммировал робота на свободный поиск. Через день, когда офицер возвратился с дежурства на нижнем этаже, я забрал и вернувшееся вместе с ним шпионское устройство.

— И что ты выяснил?

— От ангара, в сторону Болд Маунтин ведёт подземный тоннель длиной около двадцати километров. Оказавшись на том конце, датчики дрона либо засбоили… или же внутри горы находится целый лабиринт коридоров и переходов.

— Секретная база акридиан?

— Вероятнее всего.

— Но как нам туда попасть? У тебя есть мысли по этому поводу?

Кот на секунду задумался и ответил:

— Если очень сильно повезёт, добраться до семнадцатого ангара можно тихо, не привлекая внимания. Только вот внутри придётся пострелять, охрану мы никак не обойдём и не обманем.

— Как знал, что пригодятся глушители.

— Это не сильно поможет. Там два поста, один за другим. Они могут успеть поднять тревогу. Неизвестно, сколько солдат мы встретим и внутри Лысой горы. Уверен, их там предостаточно. Поэтому штурм — самая крайняя мера.

— А какие ещё варианты? — спросил я у кота.

— Проверим один прямо сейчас. Разворачивайся и выезжай к Внеземному шоссе. Поехали посмотрим, как нам подобраться к Лысой горе с севера. Есть у меня некоторые догадки.

Я завёл двигатель, сделал круг и направил фургон к автостраде.

— В чём суть твоих догадок? — поинтересовался я.

— К Зоне 51 больше века приковано особое внимание, — ответил Барсик. — Энтузиасты её фотографируют со всех сторон самыми дальнобойными объективами. А ведь несколько лет назад, туристы толпами кружили по периметру круглосуточно. Один неосторожный шаг, и интернет взорвётся новостями про заговор правительства и инопланетян. Ты же понимаешь, что в такой обстановке акридианам крайне сложно самим покидать данную территорию, или же принимать здесь гостей, высокопоставленных политиков, учёных и так далее.

— Я бы даже сказал — невозможно.

— Вот! Однако, мы с тобой уже выяснили, что с северной стороны Болд Маунтин, заборов практически нет. Гора — сама по себе серьёзная преграда. Там только столбики с табличками, предупреждающие, что это запретная охраняемая территория. Патрули разъезжают, но крайне редко. Есть парочка закрытых рудников, куда никто не суётся. Один из них вполне может быть проходом внутрь подземного комплекса. Идеальный вариант для того, чтобы незаметно покидать базу и проворачивать делишки во внешнем мире.

— А ведь ты прав, — поддержал я кота. — Приехал автобус с туристами из Вегаса, а на самом деле внутри группа учёных, которым здесь передадут новые технологии. Они доехали до Лысой горы и скрылись под землёй. Их никто не терял, поэтому искать не будет. Мало ли какой дорогой они вернулись на шоссе.

— Именно. Сами акридиане могут таким же образом неприметно выехать отсюда. Эдакий чёрный ход у всех на виду. Только не спеши радоваться, вряд ли он охраняется хуже. Да и сначала надо удостовериться, что этот путь вообще существует…

Я поддал газу, и фургон понёсся вперёд, сотрясаясь на неровностях пустынной грунтовки.

Через два часа мы уже вовсю кружили по окрестностям Болд Маунтин, исследуя вероятные подъезды к «чёрному ходу». Очередная дорога, если так можно назвать следы от колёс в пустыне, вывела нас к новой табличке с грозными предупреждениями.

Я остановил машину. Ни забора, ни ворот не было, но пересекать невидимую границу не стоило. Военные ревностно следили за подобными нарушениями.

— Это наиболее близкая к горе точка, вон уже и холмы начинаются, — заметил я. — Думаю, снова настала твоя очередь идти в разведку.

— Ты прав, — согласился Барсик. — Дай только обновлю запас консервов. Возможно, мне придётся путешествовать не один день.

Кот спрыгнул со своего места и скрылся в недрах фургона. Я тем временем решил выйти наружу, подышать свежим воздухом, да заодно справить мелкую нужду под ближайшим кустарником…

Когда я уже застёгивал ширинку, сзади раздался незнакомый мужской голос.

— Хэллоу, мистер. Вы в курсе что находитесь на охраняемой территории принадлежащей американской армии? Въезд сюда, фото, видеосъёмка — категорически запрещены.

Я медленно обернулся.

Передо мной стояли два солдата в камуфляже, державшие у груди компактные автоматы с короткими стволами. За вояками возвышался огромный внедорожник «шевроле», из серии экологически чистых. Его водородный двигатель работал абсолютно бесшумно, видимо поэтому я и не услышал, как они подъехали.

Ладно я, но кот-то должен был засечь незваных гостей с помощью своих телепатических штучек! Но видимо, Барсик так увлёкся консервами, что все его мысли заняла проблема выбора соуса к тунцу, а не наша безопасность.

— Сорри, парни, — на всякий случай извинился я. — Только я не нарушал границ. Табличка вон там, а моя машина стоит за несколько метров до неё.

— Тем не менее, нам надо проверить ваш транспорт на отсутствие фото и видеоматериалов, имеющих отношение к государственной тайне. У нас есть данные, что какой-то фургон отирается вокруг базы не первую неделю. По описанию точь-в-точь, как этот автомобиль.

Всё-таки местные военные пасли туристов. Может со спутника, или как-то иначе. Наши покатушки с котом не остались незамеченными, теперь нам грозил обыск. Только этого не хватало! У нас же два шкафчика доверху набиты оружием, а ещё там куча всякого электронного барахла, которое не просто выглядит, как шпионское, но и является таковым по сути!

— Обыск является нарушением моих прав, — широко улыбнулся я. — И вы об этом прекрасно знаете. Я обращусь за юридической помощью, вам не сойдёт с рук подобный произвол.

Один из солдат сделал преувеличено удивлённый вид и спросил второго:

— Джек, разве в этой пустыне водятся адвокаты?

— Всяких змей тут встречал, но этих гадов — ни разу, — хмыкнул его напарник в ответ.

— Вообще-то, адвокату можно и позвонить, ребята.

Я демонстративно достал мобильный телефон из нагрудного кармана куртки, чтобы поумерить пыл этих наглецов, но глянув на экран загрустил. Связи не было. Мы находились вне зоны доступа, а может тут работали глушилки.

— Здесь не к кому обратиться за помощью, — заявил первый вояка. — Если у вас нет ничего незаконного, то и беспокоиться не о чем… Джек, проверь-ка, что там ждёт нас внутри.

Его напарник снял с пояса предмет очень похожий на бинокль со встроенным тепловизором и навёл на фургон. Некоторое время мы все молчали.

— Что там? Есть ещё кто-то?

— Из людей никого нет. Внутри только какое-то животное. Кошка. Точно кошка.

Да, это явно был тепловизор.

— Пойдёмте уже, откроем ваш фургон, сэр, — сказал мне военный и коротко махнул стволом своего автомата в сторону машины.

В моей голове вспыхнули искры. Барсик пытался мне что-то сказать. Возможно, он устроил какую-то ловушку?

Разряды заметались сильнее.

Мне открыть двери?

Тишина в ответ.

Пусть сами открывают?

Мой мозг словно взорвался фейерверком электрических импульсов. Ясно. Барсик успел приготовить что-то неприятное для наших гостей. Мне не стоило первым соваться в фургон.

Тем временем мы подошли к задним дверям. Там я достал из кармана ключи и бросил их на землю.

— Парни, я считаю то, что вы нарушаете Четвёртую поправку. Хоть убейте, но помогать я вам не собираюсь, — заявил я, скрещивая руки на груди. — Решили провести незаконный обыск — делайте это сами.

— Хорошо. Сэр, отойдите в сторону, — попросил солдат. — Подальше, пожалуйста.

Умный какой, прекрасно понимает, что я могу воспользоваться моментом. Пока он будет поднимать ключи, у меня есть возможность броситься на него. Не в этот раз. Я сделал добрый десяток шагов вбок и назад от машины, второй военный внимательно следил за мной, но под прицелом не держал.

Первый солдат вставил ключ в замок, повернул до щелчка и схватился сразу за обе двери. Распахнул их.

Его товарищ подошёл поближе и спросил:

— Ну, что там?

— Да не понять. Тряпка какая-то висит.

Действительно, весь проём закрывала штора из плотной чёрной ткани. Совсем недавно она отделяла водительскую кабину от остального пространства, а сейчас почему-то переместилась к задним дверям.

Военный нагнулся внутрь, протянул руку и сорвал занавеску. Я успел разглядеть часть странной конструкции из четырёх дробовиков, а также Барсика, прижавшегося к стенке фургона. В лапах кота была какая-то верёвочка. Солдаты не успели отреагировать, как прогремел мощный залп и убил обоих на месте.

Я подошёл к открытым дверцам, стараясь не запнуться о трупы военных.

Смертельный механизм представлял из себя четыре шотгана, крепко примотанных скотчем к металлической раме. Я узнал в ней основание для столика, за которым мы работали и перекусывали внутри фургона. От спусковых крючков шли капроновые шпагаты, их концы всё ещё держал Барсик.

Простая и эффективная ловушка.

— Простая с точки зрения человека, — буркнул кот. — Лично мне пришлось изрядно попотеть, чтобы закрепить это всё. Подпирал баллонами с газом, а они тяжёлые, заразы.

— Сам виноват, надо было уделять внимание нашей безопасности, а не выбору рыбных консервов. Ладно я, но как ты проворонил приближение патрульных?

— Матвей, ты слепой? — удивился кот. — Посмотри на них повнимательнее.

Я повернулся к трупам, пытаясь понять на что именно указывал Барсик и удивлённо приоткрыл рот. И как я сразу не заметил серые полоски ошейников?

— Подай мне один из них, — попросил кот. — Возможно мы ошибаемся и это какие-то другие устройства.

— А он не взорвётся?

— Заодно и узнаем.

Я наклонился к тому солдату, которого звали Джеком, и попытался снять с него ошейник. Вояка был без сознания, ещё жив, он явно находился при смерти. Замок неожиданно легко поддался, словно кто-то провёл над ним те же манипуляции, что сделали учёные Сопротивления с нашими «поводками». Я вытер рукавом попавшие на устройство капли крови и передал его Барсику.

Кот достал инженерный сканер, что носил в своём рюкзачке вместе с прочим барахлом, но изучать ошейник сразу не стал. Некоторое время он пристально смотрел на умирающего военного. Сканировал его разум, не иначе.

Только когда солдат испустил последний вздох, Барсик принялся изучать его «поводок».

— Эта версия отличается от нашей, — через некоторое время сказал кот, всматриваясь в показания своего оборудования. — Похоже на тот вариант, что носят сами акридиане. Здесь в принципе нет места для взрывчатки и системы блокировки, но стоят какие-то дополнительные контуры. Поле, маскирующее мозговые волны, невероятно сильно.

— К чему акридианам прикрывать разум земных солдат?

— Совершенно незачем, — согласился мой товарищ. — Я допускаю, что у наших врагов был с собой какой-то запас этих устройств для личных нужд. Они выдали их военным с одной целью — обеспечить людей универсальным переводчиком. Защита просто дополнительная функция, которую не отключили, не захотели или не смогли.

— Зачем патрульным переводчик в пустыне? — не мог сообразить я. — Отгонять иностранных туристов?

— Матвей, ты иногда поражаешь меня своей сообразительностью, но чаще — наоборот. Тебе должно быть очевидно, что конкретно эти солдаты охраняют один из проходов внутрь Болд Маунтин. Он тут, совсем рядом. Ошейники им нужны, чтобы иметь возможность общаться с акридианами. Встречать их, когда они приезжают. Или прикрывать, если инопланетяне покидают базу.

— У тебя столетия опыта за плечами, — нашёл я оправдание. — Не с моими скромными аналитическими способностями, тягаться с таким профессионалом разведки, как ты.

— На самом деле, я успел частично просканировать мозг умирающего солдата, когда ты снял с него ошейник, — признался кот. — Ладно, не выпучивай на меня свои глазищи. Знаю, ты хочешь выразить возмущение моим «нечестным» телепатическим преимуществом, но только не до этого сейчас. Нужно поскорее попасть вон к тому холму у подножия горы, пока этих парней не хватились. Проверь их карманы, там должна быть ключ-карта. Забери её.

Я последовал указаниям Барсика и через несколько секунд продемонстрировал ему находку.

— Закрывай калитку и поехали, — скомандовал кот.

Я захлопнул дверцы фургона, вытащил ключи из замка и повернулся на мгновение к трупам.

— Ай эм сорри, — сказал я двум мёртвым солдатам и зачем-то добавил на французском: — А ля гер ком а ля гер.

Я обошёл фургон, сел в кабину и запустил мотор. Машина понеслась к гряде холмов, за которыми возвышалась Лысая гора.

На место мы прибыли через пять минут. С обратной стороны нужный нам холм оказался словно расколот у основания. Вход был умело замаскирован под расселину природного происхождения.

Мы вышли из фургона. Я вооружился полуавтоматическим карабином серии «Revolution» от POF-USA, с глушителем на стволе, а Барсик набрал метательных ножей в свой рюкзачок.

Едва кот сделал шаг внутрь расселины, как пещера озарилась ярким светом. Перед собой мы увидели большую дверь из тусклого серого металла, словно вмурованную в камень. Рядом с ней мерцала пластина электронного замка.

— Да что же это такое, — возмутился Барсик. — Если тут везде понатыканы датчики, связанные с освещением, как было в коридорах на станции артроподов, нас легко заметят.

— Надеюсь ты ошибаешься, и подобное сделали только для тамбура, — я приложил к замку трофейную ключ-карту.

Загудели скрытые механизмы, и металлическая створка ушла в сторону, открывая проход в хорошо освещённый коридор, уходящий под землю. Через несколько десятков метров виднелась следующая дверь. На бетонной стене чёрной краской была нарисована большая цифра «три».

Мы стали спускаться вниз, выглядывая по пути глазки видеокамер, но ничего такого не обнаружили.

За второй дверью нас ждал ещё один бетонный тоннель. Вглубь горного массива вели рельсы, на которых стояла небольшая электрическая дрезина.

Кот замер на пороге.

— Матвей, — неожиданно обратился ко мне Барсик. — Скорее всего, внутри самой Болд Маунтин нам придётся пробиваться с боем к нашей цели. Куда следует идти я понял: воспоминания умирающего солдата содержали путь к центру подземной базы, где обитают акридиане. Но он не видели там ни одного из Артефактов Предтеч, по крайней мере, похожих образов в его голове я не засёк. Может оказаться так, что мы не обнаружим машину времени, которая способна безопасно нас отсюда вытащить.

— Нам известно будущее, — возразил я. — Мы выживем, найдём сферы и сбежим отсюда.

— Возможно, это должно случиться не сегодня. Что если наши жизни зависят от того, решим мы сейчас идти дальше или передумаем. Просто… мне не хватает данных.

— Может, какие-то намёки были в голове «Матвея номер один»? — спросил я.

— Твой двойник очень неохотно делился информацией, — вздохнул кот. — Все его мысли были заняты одним — кипящим негодованием по поводу моего решения стать Императором и напасть на землян. Я и сам находился в шоке от этой новости. Потом начался обстрел, не до того было. А когда надумал покопаться в воспоминаниях о будущем, «Матвей номер один» уже махнул нам ручкой и исчез.

— Мы на правильном пути, — заявил я уверенно и забрался в дрезину.

Кот не стал возражать и молча последовал за мной.

Я снял самоходную тележку с тормоза, включил мотор, и мы покатили вглубь Лысой горы. Спустя двадцать минут из узкого бетонного тоннеля мы выехали в просторный зал, где рельсы разветвлялись, а кругом стояли десятки тележек, похожих на нашу. В этом помещении никого не было, нам всё ещё сопутствовала удача.

Я отключил двигатель, и мы с котом спешились.

— Вон там какой-то закуток: шкафчики, столы, стулья, и что-то похожее на компьютерный терминал, — указал я в дальний угол зала. — Стоит проверить.

Барсик рысью помчался к цели, серой молнией ловко мелькая между дрезин. Я поспешил за ним.

Это действительно оказался компьютер, а значит Барсик с его хакерскими способностями снова был в деле.

Прошло несколько минут. Я не мешал коту, молча стоял рядом, пока он взламывал системы защиты.

— Нам невероятно везёт, — через некоторое время сообщил кот, листая колонки данных. — Недавно была пересменка. Те двое только заступили на этот пост. Они обнаружили наше присутствие и поспешили наверх. Так торопились, что даже не отметили свои действия в системе. Их никто не хватится в ближайшее время. Я зациклил местные камеры наблюдения, они будут транслировать архивные кадры, на которых патрульные всё ещё находятся здесь.

— Сколько у нас в запасе?

— До следующей смены? Часа два, не меньше.

— Ты говорил, что знаешь куда идти. Мы успеем добраться до акридиан?

Барсик не ответил. Он отстранился от клавиатуры, спрыгнул со стола и подошёл к одному из шкафчиков. Он поковырялся ногтем в замочной скважине и через мгновение дверца отворилась. Внутри на вешалке висела форма: тёмно-зелёная рубашка и брюки. Блестели лаком черные тупоносые ботинки. За ними виднелась спортивная сумка.

— Это одежда одного из тех ребят, — пояснил кот очевидное. — Вроде они были одинакового с тобой телосложения. Переодевайся. Своё оружие и меня спрячешь в сумку.

— Иного пути нет?

— Ты всё правильно понял, Матвей. Придётся пересечь вражескую территорию, не только под прицелами десятков камер наблюдения, но и встречаясь лицом к лицу с местным персоналом.

Я начал раздеваться.

Непростая прогулка нас ожидает.

— Внимание врага можно отвлечь, — продолжал Барсик. — Я активирую ложную тревогу на дальней стороне. Затем она повторится с разными интервалами. Пока местные будут выяснять причины сбоя, мы успеем под шумок добраться до сердца этой базы. Надеюсь, там мы найдём оба артефакта и благополучно уберёмся отсюда…

Прошло десять минут. Я давно уже переоделся и ждал только Барсика, который копался внутри кода системы безопасности. Наконец кот последний раз ударил по клавиатуре и забрался в сумку, где уже лежал мой карабин. Глушитель пришлось снять, иначе оружие просто не помещалось.

Мы готовы были выдвигаться.

Я поправил тесный воротничок, подхватил сумку и пошёл к массивной двери, ведущей вглубь подземной базы. Замок открылся той же ключ-картой. Створка зашипела и ушла в сторону.

Увидев новый коридор, я чуть не присвистнул от удивления: всё вокруг было сделано так, словно мы находились внутри офисного здания-высотки. Одна стена представляла из себя огромный экран, за которым транслировалась панорама какого-то крупного американского города.

Не успел я насладится видами, как сработала первая «закладка» в системе безопасности. Взвыли сирены, лампы на потолке замигали красным тревожным светом.

— Внимание, — раздался бесплотный женский голос. — В секторе «браво пять» нарушен защитный периметр. Свободному персоналу класса «омега», срочно прибыть на боевые посты.

Я скосил глаза на нагрудный карман, где красовалась золотая нашивка, похожая на подкову, а затем резко поднял голову: впереди нас появились и убежали вдаль два человека с автоматами наперевес.

— Барсик, я правильно понял…

— Беги вперёд, дурень, чего стоишь! — раздалось мяуканье из сумки. — Сейчас никто внимания на тебя не обратит.

И я побежал.

Барсик подсказывал направление. Он залез мне в голову и смотрел на мир моими глазами. Я мчался по извилистым коридорам, поворачивая согласно советам кота, постепенно продвигаясь к центру подземного комплекса.

Периодически позади меня и впереди возникали такие же бегуны, но они не реагировали на ещё одного солдата, который, как и все остальные, спешил на свой боевой пост.

Спустя полчаса марафона, коридоры офисного типа сменились на архитектурный стиль, который я не раз наблюдал во время службы в Легионе. Мы оказались на территории акридиан.

Тревога закончилась, сирена больше не выла. Я перешёл на шаг, и восстанавливал дыхание. Спокойствие длилось недолго: через несколько минут блужданий, сумка в правой руке внезапно зажужжала открывающейся молнией, и оттуда появился кот. Барсик прикручивал глушитель к моему карабину. Он что-то учуял.

Впереди нас ждал новый поворот.

— Приготовься, — шепнул кот.

Я подхватил готовый к бою «Revolution». Мой напарник выпрыгнул наружу, в его лапах блестели метательные ножи. Сумка бесшумно легла на пол.

Мы повернули за угол в полной боевой готовности. Перед нами оказалась просторная комната, где горячо спорили трое инопланетян, сжимающие какие-то бумаги. Они заметили нас. На серых сморщенных физиономиях проступило удивление, их руки выпустили листки и потянулись к ошейникам, но акридиане так и не успели освободить свои телепатические силы.

Двоих я снял выстрелами навскидку, а в третьего, словно в масло, вошли ножи Барсика.

— Мы где-то рядом с нашей целью, — быстро сказал кот, водя носом. — Информации об устройстве данного сектора базы у меня нет. Я не знаю, что нас ждёт, но есть и хорошая новость.

— Какая?

— Кажется я уловил знакомый запах. Один или даже оба Артефакта где-то рядом.

— Отлично.

— Стреляй во всех не раздумывая. Акридиан в первую очередь. Если они оглушат меня, всё пропало. За мной.

Он сорвался с места, я поспешил за ним.

Лабиринт коридоров снова замелькал перед моими глазами. Не знаю, что за нюх такой был у Барсика, но в чувствительности он явно превосходил любую земную собаку. Очень скоро мы достигли просторного зала с низким потолком. В центре стоял постамент, над ним парили артефакты Предтеч.

Никого вокруг не было.

Ни малейшего намёка на акридиан или охрану из людей.

Дуло карабина ходило из угла в угол, я ожидал засады. Мы двигались к центру помещения, озираясь по сторонам, пока не остановились около постамента.

Я опустил оружие и забрал обе сферы.

— Надо поскорее валить отсюда, — предложил Барсик. — Крути диски.

Одну сферу я передал коту, а сам взялся за другую. Попытался подключиться к устройству, чтобы произвести настройку, но ничего не вышло. Я тут же отпустил шар и потребовал кота вернуть второй. Мы обменялись артефактами.

Не может быть, неужели они оба…

— Барсик, — упавшим голосом сказал я. — Внутри не осталось заряда.

— Что? — воскликнул кот.

— В артефактах нет энергии, — повторил я. — Они бесполезны. Мы застряли в этом времени навсегда.

Глава 13. Кошачье царство

Мы находились в той самой комнате, где недавно наткнулись на троих акридиан. Их трупы лежали на полу. Я держал карабин наготове, а Барсик изучал бумаги, которые забрал у мертвецов.

— Они обсуждали возможность запуска генераторов «кротовой норы» возле Луны, — сообщил кот. — Здесь расчёты энергетических затрат для организации тоннеля к Гамме Ворона. Похоже — это ближайший к Земле мир Коалиции на текущий момент времени.

— Получается, у акридиан всё готово, чтобы вернуться к своим соплеменникам?

— И да, и нет, — ответил Барсик, перебирая бумажки. — Объединённая Америка должна была до конца следующего года ввести в строй космическую атомную энергостанцию, предназначенную для питания «червоточины». Но тут разразился скандал с Евразийским Содружеством. Сверхтяжёлые ракеты, способные доставить к Луне нужное оборудование и материалы, есть только на Байконуре. Из-за проблем на международном уровне, проект оказался заморожен на неопределённый период.

— Ну и слава Богу, — выдохнул я.

Скорое прибытие несокрушимого флота противника Земле не грозило.

— Рано радуешься. У акридиан есть альтернативный план, — сообщил кот, просматривая очередной лист с записями. — Они решили задействовать реактор повреждённого флагмана вместо атомной энергостанции. Его мощности не хватит, чтобы пробить тоннель до Гаммы Ворона… но можно будет выйти из подпространства довольно близко к тому сектору. Серых человечков не пугает перспектива несколько лет скучать в космосе, передвигаясь на досветовых скоростях.

Барсик умолк, погрузившись в чтение документов.

— Предлагаю угнать исследовательский корабль врагов прямо сейчас, — неожиданно сказал он. — Нам нужно попасть к Луне, и чем быстрее, тем лучше.

— Чтобы взорвать реактор флагмана?

— Нет, — отрицательно покрутил головой кот. — Большой корабль должен остаться цел, ты же помнишь, что «Матвей номер один» прибыл на нём?

— Точно, так и было.

— Мы полетим к Луне с другой целью. Нужно добраться до систем управления межпространственным тоннелем. Знать бы ещё где их искать… Модуль настройки «кротовой норы» может быть на космической базе землян, на флагмане, да где угодно! Возможно, придётся взять в плен акридианина, чтобы просканировать его мозги в поисках ответа.

— Довольно рискованная затея, но ради чего? — спросил я. — Чтобы саботировать прыжок?

— Артефакты Предтеч исчерпали запасы звёздной энергии, — заявил кот. — Акридиане их истощили. Вероятно, они провели множество тестов, пытаясь разгадать принципы работы этих устройств. Уверен, не без помощи землян в роли подопытных. Вспомни «филадельфийский эксперимент», и ещё с десяток подозрительных загадок двадцатого века.

— Вполне вероятно, так оно и было. Только ты не объяснил, зачем нам модуль управления «червоточиной»?

— Если мы не можем путешествовать во времени, то следует переместиться в пространстве. Используем «кротовую нору», отправимся к тем, кто нам поможет.

— Думаешь, пора навестить пауков у Альфирка? Мы туда не доберёмся, — возразил я. — Расстояние почти в четыре раза больше, чем до Гаммы Ворона.

— Я имел ввиду не артроподов, — ответил Барсик. — Мы прыгнем к Тау 1 Гидры.

— И что там?

— Сейчас в той звёздной системе находится столица Империи Котов. В данном отрезке времени Четвёртый Легион ещё не вторгся на нашу территорию. Акридиане активно расширяют границы Коалиции в других направлениях. Мы попросим помощи у моих соплеменников, чтобы добраться до станции пауков.

— Станут ли они нам помогать? — засомневался я.

— Не забывай, я — принц.

— Но сейчас конец двадцать первого века по земному летоисчислению.

— Ну и что с того?

— Если я не ошибаюсь, ты появился на свет в двадцать третьем столетии. На твоей родине тебя и знать-то никто не знает, — пояснил я. — Принца Барсика ещё и в планах нет!

— Время не отменяет факта моего высокого происхождения. Самое главное — оба мои родителя живы. Один них недавно стал Императором. Надеюсь, отец нам поможет.

— Ты говоришь об этом не очень уверенно, — я отметил сомнение в голосе Барсика.

— Он лишил меня права на трон. Без объяснения причин.

— Даже так? Ну вот и с чего Императору тогда помогать совершенно неизвестному коту?

— Это уже моя забота. Я постараюсь убедить отца. В любом случае, сперва надо попасть в Империю, чтобы затем добраться до артроподов.

— Железный довод, — согласился я. — Как предлагаешь угнать исследовательский корабль? Про «когда» не спрашиваю, догадываюсь, что прямо сейчас.

— Верно, действовать следует быстро. Воспользуемся тоннелем ведущим к южной базе.

Кот достал голографический компас, знакомый мне по блужданиям на станции артроподов, и сверился с его показаниями.

— Если не ошибаюсь, подземный проход, ведущий к семнадцатому ангару, должен находится в десяти минутах ходьбы от этой комнаты… Только вот, на каком именно уровне? Придётся рыскать по коридорам, вызывая подозрение. Плохо.

Но это же не проблема, если на нас не будут обращать внимания. Стоп! Что-то давно не слышно звуков сирен.

— Что с ложными тревогами? — обеспокоенно спросил я.

— Воспользоваться суматохой второй раз не получится, — вздохнул Барсик. — Не знаю нашли местные программисты мою «закладку» в коде системы безопасности, или же просто вырубили сигнализацию до выяснения причин её срабатывания, но сирены больше не воют, а должны.

— Пойдём напролом. Вряд ли кто-то ждёт, что враг будет прорываться изнутри горы.

Кот хмурился о чём-то размышляя.

— Есть идея, — наконец сказал Барсик. — Подбери сумку, которую ты бросил за поворотом. Сложим в неё оружие и артефакты. Я тоже залезу внутрь, но этот раз высуну голову. Если тебя спросят, куда ты несёшь кота, скажешь, что обнаружил меня в секторе «браво пять». Мол, я и есть причина недавнего переполоха. Ты спешишь доставить нарушителя на поверхность, потому что животным не место на секретном объекте.

— Ну-у, — протянул я. — Такая себе идея. Что будет если мне не поверят?

Кот достал метательный ножик и ловко покрутил его в передних лапах.

— Я телепат и первым узнаю обо всех сомнениях, — заверил он меня. — Если твоим словам не поверят, я успею ликвидировать одного-двух противников, до того, как тебя обвинят во лжи. Ты, главное, сам не зевай…

Удивительно, но план Барсика оказался вполне рабочим. Меня остановили всего один раз, чтобы задать вопрос о том, где я взял красавца-кота. Я выдал нашу легенду и спокойно отправился дальше, на поиски выхода.

Тоннель, ведущий из глубин Лысой горы к южной базе Зоны 51, мы обнаружили этажом выше. Скучающие на посту солдаты на секунду перестали болтать, но не увидев на мне командирских нашивок, безразлично отвернулись и продолжили обсуждать какие-то свои дела. Эти ребята даже не обратили внимания на то, что из сумки выглядывал кот. Я миновал охранников и увидел, уже знакомые по другому входу, рельсы и электрические дрезины.

Мы сели в одну из тележек и покатили к лифту, который должен был доставить нас в семнадцатый ангар.

Едва мы прибыли на территорию южной базы, как случилась неприятность.

Дежурный офицер на посту заметил Барсика, улыбнулся и воскликнул:

— Эй, секундочку, я знаю этого кота…

Военный не договорил, в горло ему воткнулся метательный нож.

Кот вылетел из сумки, словно серая молния.

Я только вытащил карабин, а Барсик уже успел положить оставшихся двух солдат меткими бросками. Ну и хорошо, что всё закончилось тихо. Иначе пришлось бы вести огонь без глушителя — в этот раз не было времени его прикручивать.

— Знаешь, мне показалось, что офицер обрадовался. Может зря ты так?

— Опасные вопросы крутилось в его голове, — мрачно ответил Барсик. — Думаешь, легко убить того, кто тебя кормил? Нет, каждый раз словно ножом по сердцу, сколько помню такие случаи.

Возьму на заметку. В тот момент, когда наши пути разойдутся, бессмысленно напоминать про бутерброды и чаёк, которыми я делился со своим безжалостным напарником.

Барсик забрался обратно в сумку, но на этот раз скрылся в ней с головой. Можно подниматься наверх.

На выходе из лифта перестрелки удалось избежать. Никто не догадывался о том, что произошло внизу несколько минут назад. Солдаты молча провожали меня взглядами. Видимо, персонал уровня «Омега», имеющий доступ внутрь Лысой горы, был на ступеньку выше остальных обитателей Зоны 51. Я с каменным лицом миновал посты охраны в ангаре, открыл дверь наружу и оказался на улице.

Одет я был явно не по погоде. Холодный октябрьский ветер насквозь продувал тонкую рубашку. Куда ни посмотри, кругом возвышались ангары для техники. Мне нужен был восемнадцатый. Кот напомнил, что он самый крупный из всех. Благодаря этой подсказке я понял куда идти.

Спустя полчаса аккуратных перебежек по территории военной базы, мы оказались у нужного строения. Главный вход хорошо охранялся добрым десятком солдат и двумя «хаммерами» с пулемётами на крышах. Пришлось зайти сбоку, где стояли пустые погрузчики. Там же находилось множество деревянных ящиков. За ними я обнаружил небольшую дверь, запертую электронным замком.

Пока я осматривал углы здания на наличие камер наблюдения, сумка открылась, оттуда вылез кот. Барсик нацепил свой рюкзачок, показавшийся мне непривычно раздутым.

— Я переложил артефакты к себе, — объяснил мой товарищ. — Забирай оружие.

Мне оставалось вынуть карабин и прикрепить к нему глушитель. После чего я затолкал, ставшую бесполезной, сумку в щель между ящиками. Тем временем кот-хакер взломал замок двери и бесшумно проскользнул внутрь.

Я немного выждал, прислушиваясь к возможным сигналам, которые мог направить мне в голову Барсик, а потом уже последовал за ним.

Мы оказались у груды ящиков, идентичных тем, что стояли снаружи. Мой напарник аккуратно выглядывал слева из-за них, я опустил карабин и высунулся с другой стороны.

Внутри огромного ангара было тихо и светло, а ещё тепло, чему я несказанно обрадовался. Посредине помещения, в котором с лёгкостью мог бы поместится Боинг 747, стоял на четырёх ногах-опорах исследовательский звездолёт акридиан: миниатюрная копия их яйцеподобного флагмана, только без множества непонятных отростков-антенн вокруг корпуса.

У открытой двери корабля стояли спиной к нам двое серых человечков. Больше никого не было видно. Я снова спрятался за ящики, там меня уже терпеливо ждал Барсик.

— Сможешь отсюда их снять? — прошептал кот. — Подойти ближе не получится.

— Раз плюнуть. Я же не слепой.

До акридиан было около семидесяти метров. На моём карабине стоял компактный коллиматорный прицел — этого более чем достаточно на таком расстоянии.

Я опустился на одно колено, приготовил оружие и осторожно выглянул из-за ящиков. Крупные головы пришельцев были отличными мишенями.

Я задержал дыхание, а затем открыл огонь. Две секунды, два выстрела. Серые человечки попадали на пол ангара.

— Цели поражены.

— Молодец, — похвалил меня Барсик. — За мной!

Он рванул к кораблю акридиан, я побежал следом. Едва мы ворвались внутрь звездолёта, как двери за нами тут же закрылись, а кот опрокинулся на спину, обхватил свою голову лапами и простонал:

— Наверху! Поспеши!

Было ясно, что кот изо всех сил сопротивлялся мощной телепатической атаке и одновременно продолжал защищать мой мозг. Необходимо найти и уничтожить противника, как можно скорее.

Я рванул по витой лестнице наверх. Бежал мимо запечатанных отсеков и молился, чтобы двери к той комнате, где находились акридиане, оказались открытыми.

Спустя считанные секунды подъём закончился. Я ворвался в просторную кабину внутри прозрачного купола, за которым прекрасно просматривался восемнадцатый ангар. По кругу располагались места для пилотов и пульты управления, очень похожие на те, что я видел в космических челноках Пятого Легиона.

Ближайшее ко мне кресло развернулось, и я обнаружил там серого человечка в лётном скафандре Легиона, сжимающего в своих руках ошейник. Он с ненавистью взирал на меня.

В моих глазах потемнело, под черепом засверкали искры, но стрелять я не стал. Просто прыгнул вперёд и мощным ударом приклада вырубил акридианина. Тот мгновенно обмяк.

Я помотал головой, приходя в себя. Забрал из рук врага «поводок» и нацепил устройство ему на шею. Теперь его телепатические способности будут заглушены. Затем снял с карабина ремень и надёжно скрутил им руки пришельцу за спиной.

В конце этой процедуры, позади меня раздался слабый голос Барсика:

— Матвей, они очень опасны. Посторонись, я кину в него ножик…

— Даже не думай! — я быстро обернулся к появившемуся в кабине коту, одновременно прикрывая своим телом акридианина. — Ты же сам говорил, что нам понадобиться пленник. Он может знать где расположен модуль управления «червоточиной». Или ты забыл, что нам нужно перенаправить тоннель к Тау 1 Гидры?

— Не забыл, — раздражённо отозвался кот. — Только как ты предлагаешь достать из этого гада нужную нам информацию?

— Это была твоя идея, — развёл я руками.

— Признаюсь, я был чересчур самонадеян. Пока на нём этот ошейник, мысли врага надёжно скрыты от глубокого сканирования. Он — сверхтелепат и способен показать мне любую чушь. Дезинформировать и заманить нас в ловушку… Снимать устройство нельзя, он может продавить жалкие остатки моей защиты, выжечь одному из нас мозги, а может и обоим сразу.

— Мы в патовой ситуации.

— Вот именно, Матвей. Поэтому отойди, я с ним быстро покончу и выбросим труп наружу, пока есть возможность. Нам ещё лететь на этом корабле. Акридианин будет пытаться освободиться. Мы его грохнем рано или поздно. Ни к чему нам на борту дохлый пассажир.

— Пытки, — сказал я.

— Что «пытки»?

— Лучшее решение в данной ситуации. Давай попробуем.

— У нас нет на это времени! Сейчас на базе тихо и спокойно, но ещё немного и все тут будут на ушах стоять. Надо улетать. Немедленно. Иначе около Луны нас встретит тамошний гарнизон во всеоружии.

— Времени и не было, не обманывай сам себя. Ангар закрыт, у главного входа дежурит охрана. Нам придётся включать защитное поле и таранить крышу. Это уж точно вызовет подозрение. О трупах на базе и инциденте с отбытием сообщат. Нас будут ждать у Луны в любом случае.

Кот вздохнул, он знал, что я был прав.

Тем временем акридианин тихо застонал, приходя в себя.

Я повернулся к нему. Серый человечек приоткрыл свои огромные чёрные глаза.

— Ну надо же, — проскрипел он. — Сам себе отец и сын. Точнее не себе, а тому телу, что носишь. Столько усилий потрачено впустую. Из-за тебя у нас не получилось вмешаться в ДНК Святого Пророка.

Вот почему акридианин не вырубил меня сразу. Любопытство взяло верх, он решил сперва просканировать мои воспоминания.

— План погибшего Аримуса был хорош, но поиски родителей зашли в тупик, — продолжал головастик. — Всё потому, что вы оказались причиной ещё не произошедших событий. Чёртовы саботажники! Надо было не награждать вас медалями, а расстрелять на месте.

— Долус? — одновременно ахнули мы с котом.

Без кителя его трудно было отличить от остальных серых головастиков.

— Капитан-коммандер Долус! — прошипел коротышка.

— Ой, да всем плевать, — заявил Барсик.

Кот подошёл поближе и вперил свой лиловый взгляд во врага.

— Жить хочешь? Говори, где расположен модуль управления «кротовой норой». Он на вашем флагмане?

Долус молчал.

— Отвечай на вопросы или сдохнешь, — пригрозил кот, доставая один из своих ножей.

На несколько секунд в кабине повисла тишина, потом Барсик замахнулся.

— Тоннель настраивается прямо отсюда, с этого корабля, — выпалил Долус. — Мы дооборудовали самый крайний пульт слева от вас. Вон тот, из которого торчат провода. Там же подключены системы для навигации в подпространстве. Если не верите, проверьте сами…

Он не договорил, Барсик вонзил ему лезвие в шею.

Акридианин захрипел и обмяк.

— Хреновый из тебя дознаватель, — недовольно заметил я. — Он же только начал говорить. Надо было дослушать.

Барсик посмотрел на меня, как на умственно отсталого, а затем потребовал:

— Поверни его, Матвей.

Я пожал плечами и послушно перевернул акридианина. Оказалось, что тот успел освободить свои руки.

— Он тянул время, заговаривал зубы, — пояснил кот. — Мы бы отвлеклись на осмотр пульта, а Долус мог успеть снять ошейник и нанести удар.

— Но как ты понял?

— Я умею читать язык тела, эти его подёргивания плечами о многом мне рассказали. Будь ты внимательнее и сам бы заметил.

— Значит, он нас просто отвлекал и никакого пульта тут нет?

— Не знаю. Надо проверить.

Мы оставили тело Долуса и подошли к контрольной панели, из которой торчали пучки разноцветных проводов.

Кот стал изучать пульт, что-то бормоча себе под нос.

— Это модуль настройки «кротовой норы», — наконец заявил Барсик. — Долус не соврал. Правда, собрано всё очень грубо. Часть деталей позаимствована из вашей, земной техники. Акридиане явно торопились при монтаже этой штуки.

— Они хотели покинуть Землю в ближайшее время. Даже подключили свой флагман в качестве источника питания, — припомнил я. — Интересно, что их так подгоняло?

— Думаю, отказ от секретности и другие действия Евразийского Содружества напугали акридиан, — предположил кот. — Планета оказался на пороге третьей мировой войны из-за экспериментов пришельцев. Наши враги решили сбежать, пока политики не задумали принести их в жертву ради собственной выгоды.

— Тоже неплохая версия.

— Давай поболтаем об этом позже, — предложил Барсик. — А сейчас, вынеси Долуса наружу, и мы отправляемся в путь. Поспеши.

Я взял акридианина на руки и понёс вниз. Двери шлюза были уже открыты, кот разблокировал их из пилотской кабины. Я вышел из корабля, опустился на одно колено и положил Долуса на пол ангара, рядом с телами его соплеменников.

Внезапно глаза серого коротышки широко распахнулись, и он просипел:

— Кот предаст тебя…

Тело врага содрогнулось в последний раз и замерло навсегда.

— Знаю, — ответил я.

Снаружи разливалось мягкое фиолетовое сияние — Барсик включил энтропийное поле. Я поспешил вернуться на борт, поднялся в кабину. Кот колдовал за центральным пультом. Вскоре звездолёт вздрогнул и оторвался от земли. Последовали новые мягкие толчки, видимо, это посадочные опоры убрались внутрь корпуса.

— Матвей, не стой столбом. Пристегнись, нас может хорошенько тряхнуть. Отчаливаем сквозь потолок. Вон какие тут балки крепкие.

Я поспешил сесть в ближайшее кресло и набросил ремни безопасности.

Кот резко выжал широкий чёрный рычаг. Всё вокруг содрогнулось от мощного удара. Корабль пробил крышу ангара и помчался вверх, в полуденное небо, наполненное тяжёлыми осенними тучами.

Наше отбытие не могли не заметить из Рейчел. Наверняка у старожил и гостей этого городка сегодня будет полно тем для обсуждения.

Звездолёт вырвался за пределы земной атмосферы и помчался к Луне.

— Через четыре часа будем на месте, — заявил Барсик, отстраняясь от пульта.

— Долус… — начал я.

— Сказал, что я предам тебя, — закончил за меня кот. — Ничего нового. Мы оба знаем об этом.

— Ты сам-то догадываешься почему?

— Некоторые предположения у меня имеются.

— Не хочешь поделиться?

— Всё достаточно просто, Матвей. Скоро я снова увижу своих родных и близких. Живыми. Как думаешь, смогу я бороться с желанием предупредить их о грядущем вторжении Четвёртого Легиона?

— Ты создашь опасный парадокс. Помнишь, о чём мы говорили с Председателем? Появится отдельная реальность, закольцованная во времени на некотором отрезке, без будущего. В оригинальной версии нашего мироздания твой народ должен был погибнуть.

— А вот и нет! — яростно возразил кот. — Пусть я не нашёл выживших после геноцида, но это вовсе не значит, что моя раса была полностью уничтожена. Кто-то мог сбежать на край Млечного Пути. Может даже в другую галактику.

— Вряд ли так далеко, — ответил я. — Ваш флот прятался где-то рядом, чтобы в нужный момент нанести удар по войскам акридиан и Святого Престола.

— Хватит. Не будем больше об этом. И, пожалуйста, не пытайся мне помешать, — попросил Барсик. — Давай останемся друзьями. Я обещаю, что не отдам приказ атаковать ваш флот.

Уже отдал.

Вслух я этого не сказал. Не хотел тратить на ссоры четыре часа полёта. Я молча откинулся в своём кресле, прикрыл глаза и решил немного вздремнуть. Тяжёлый сегодня выдался денёк, нет причин делать его ещё хуже. К чёрту этот глупый, бессмысленный спор…

— Матвей, проснись, — пробился сквозь дремоту голос Барсика. — Хорош храпеть, бесишь.

Я подскочил, как ужаленный, и помотал головой, стряхивая остатки сна. По моим ощущениям, прошло не четыре часа, а куда больше. Я чувствовал себя полностью выспавшимся и отдохнувшим.

Кот восседал в соседнем от меня кресле.

— Каковы ближайшие планы? — спросил я, потягиваясь. — Захват генераторов «кротовой норы»? Или флагмана?

— В этом нет необходимости, — сказал Барсик. — Я перенастроил тоннель удалённо с модифицированного пульта. И таким же образом активировал систему питания.

— Персонал космической базы был не против?

— Пальнули по нам несколько раз, но без толку. Энтропийное поле выдержало, ты даже не проснулся.

— Осталась самая малость — прыжок в кошачье царство.

Барсик хитро улыбался.

— Ты всё проспал. Мы находимся у Тау 1 Гидры, — сообщил кот. — Посмотри наверх.

Я задрал голову.

В зените горела яркая оранжевая звезда, и чуть поодаль от неё ещё две — красная и жёлтая.

— Ты дрых почти шесть часов, Матвей.

Вот и объяснение тому, что я чувствовал себя полностью отдохнувшим.

— Когда попадём на планету? — поинтересовался я.

— Через пару недель, — ответил Барсик. — Я специально выбрал периферию системы, чтобы не провоцировать военные патрули. Кто знает, как они отреагируют на неопознанный корабль, ворвавшийся в пространство слишком близко к столице. Могут и распылить на атомы.

— Две недели? — не поверил я своим ушам. — Сколько банок с консервами ты успел запихать в свой рюкзачок, тогда в фургоне?

У кота на ловушку из дробовиков еле хватило времени! Не думаю, что он вообще взял с собой еду.

— На борту должны быть запасы провизии, — ушёл от ответа Барсик.

Значит, консервов он не захватил.

— Пойду искать, — я отправился изучать корабль.

Кот удалённо открывал двери передо мной, но все комнаты оказались пусты. Похоже нам грозила длительная голодовка.

Впрочем, я зря переживал, намечающиеся проблемы решились сами собой, примерно через три часа полёта.

Словно из ниоткуда материализовался гигантский силуэт в форме буквы «U». Чужой звездолёт выровнял свою скорость и продолжил движение параллельно нашему курсу.

— А вот и патрульный крейсер! — воскликнул Барсик.

Он выпрыгнул из кресла и поскакал по главному пульту.

— Где тут управление связью?

Через некоторое время ему удалось найти нужные кнопки.

— …сбросить скорость и проследовать в посадочный отсек. Неопознанный корабль, повторяю: вы находитесь на территории Империи Котов и обязаны пройти процедуру досмотра, — раздалось монотонное бормотание из динамиков нашей кабины. — Для этого вы должны сбросить скорость и проследовать в посадочный отсек.

— Вас поняли, — громко сообщил Барсик в ответ. — Замедляемся.

Кот начал процедуру торможения. Через несколько минут мы фактически остановились. На боку корабля-подковы появилось широкое отверстие, и нас стало затягивать внутрь него.

— Матвей, большинство моих сородичей не являются телепатами. Эта мутация крайне очень редко встречается у нашей расы, — сообщил Барсик. — Поэтому не удивляйся, что остальные коты тебя не будут понимать…

Он на секунду задумался, уперев лапу в подбородок.

— Прикинься неразумным существом, — неожиданно предложил Барсик.

— Зачем?

— Так нужно.

— Не понимаю, — нахмурился я.

— Слушай, я почти год играл подобную роль на «Справедливом», по твоей просьбе.

— И сейчас ты придумал способ отомстить?

— Нет, что ты. Я всего лишь пытаюсь избежать ряда проблем. Разумных представителей звёздных цивилизаций в столицу так просто не допускают. Замучаемся оформлять разрешительные документы. Однако, мой народ привык держать в своих домах слаборазвитых гоминидов, верных слуг и забавных питомцев. Тебя везде со мной пропустят без проволочек.

— Словно я какая-нибудь собачка?

— Что-то вроде того.

— Не знаю, получится ли у меня.

— Это не так сложно, как может показаться.

— Ладно, — вздохнул я. — Раз ты настаиваешь.

Тем временем наш корабль оказался внутри патрульного крейсера. Барсик запустил процедуру приземления. Посадочные опоры коснулись поверхности, и мы с котом поспешили к шлюзу.

Двери открылись, мы покинули борт нашего судна.

Снаружи ждали пятеро крупных котов, в однотипных чёрных жилетках. Внешне эти животные мало чем отличались от Барсика: такие же кругломордые «британцы». Разве что их глаза были зелёными, а не лиловыми, как у моего товарища. На правом боку у каждого виднелась кобура, из которой торчала знакомая мне рукоять кошачьего бластера. Один кот носил на своей груди серебряную звезду, и стоял чуть впереди остальных, наверное, он был главным.

Едва Барсик сделал первые шаги навстречу, как вся пятёрка сразу же склонила свои головы.

— Простите, Ваше Высочество, что посмели принудить вас к досмотру, — быстро сказал один из котов, обладатель серебряной звезды. — Мы даже представить не могли, что на неизвестном нам типе корабля находится столь высокая особа.

— Всё нормально, офицер, — отмахнулся Барсик. — Любой патрульный крейсер действовал бы точно так же. Правила написаны для всех, исключений не должно быть. Мой корабль открыт, можете перетряхнуть его сверху донизу, но поверьте, ничего интересного вы там не найдёте.

Мой товарищ нисколько не соврал, всё самое интересное сейчас лежало в его рюкзачке, который я теперь должен был таскать в своих руках. Я стал ещё и носильщиком у особо важной персоны.

— Мне достаточно вашего слова, Ваше Высочество, поэтому в досмотре нет никакой необходимости, — ответил офицер. — Чтобы сгладить данный инцидент, считайте, что мы пригласили вас на борт в гости, а вовсе не для проверки. Думаю, наш капитан захочет разделить с вами рюмку-другую своей лучшей мятной настойки, если вы согласитесь к нему заглянуть.

— С удовольствием, — кивнул Барсик. — Может, заодно подбросите нас до столицы? Боюсь, на этом странном корабле меня ещё не раз остановят ваши коллеги. Безусловно, я рад познакомиться с капитаном каждого крейсера, но я столько не выпью. Хе-хе.

Молодец! Я мысленно похвалил находчивого товарища, который придумал отличный способ сократить двухнедельное путешествие.

— Мы предупредим остальные патрули. Никто вам больше не помешает.

— Вот этого делать не стоит, — быстро возразил Барсик. — Если весь флот узнает, что член императорского семейства прибывает в столицу, то эта информация раньше меня окажется на планете. Внизу будет ждать целая толпа пронырливых журналистов. Я не знаменитость, а всего лишь исследователь космоса, учёный-энтузиаст. Люблю тишину и спокойствие. Я бы хотел вернуться домой, не создавая шума вокруг своего прибытия.

— Я понял. Уверен, наш капитан с радостью доставит вас в любой из космопортов Ур-Атана.

— Вот и отлично. Давайте тогда навестим вашего командира.

— Простите, Ваше Высочество… — на секунду замешкался кот-офицер.

— Что такое?

— Этот гоминид рядом с вами… Я не вижу на нём охранной упряжи. Насколько безопасно предоставлять неразумным животным такую свободу?

— Можете не волноваться насчёт моего двуногого друга, — сказал Барсик. — Я лично вырастил его, из вот такой крохи.

Мой напарник слегка развёл передние лапы, показывая скромные размеры, которыми я некогда мог обладать.

— Это существо живёт в моей семье с самого своего рождения и не представляет ни малейшей опасности, — продолжал Барсик. — Хотите, продемонстрирую команды, которым я его обучил? Матвей, сидеть! Матвей?

Я вздохнул и сел на пол.

— Голос!

— Барсик, дружище, не переигрывай! — недовольно попросил я.

— Видите, какой смышлёный.

— Всё в порядке, Ваше Высочество, — произнёс офицер, терпеливо наблюдавший этот цирк. — Можете взять своего питомца с собой. Прошу следовать за мной к капитану.

Пятёрка котов почти синхронно развернулась и направилась к одному из входов в посадочный отсек.

— Матвей, встать! — весело приказал Барсик. — Рядом!

Я поднялся и послушно пошёл сбоку от кота.

А что ещё мне оставалось делать?

Глава 14. Спаситель Империи

Я не сразу сообразил по каким признакам экипаж патрульного крейсера понял, что Барсик имеет отношение к высшему сословию. Но вскоре всё встало на свои места: коты благородных кровей, встреченные мной вживую либо на голографических портретах, имели лиловый оттенок глаз, в отличии от остальных своих соплеменников.

С первым таким господином мы пересеклись в столичном космопорте, куда нас любезно доставили военные на своём крейсере. Мы шли от посадочных платформ, а огромный толстый кот, в фиолетовом жилете, наоборот — направлялся ко взлётному полю. Его сопровождала целая толпа помощников.

Барсик шепнул мне, что это какой-то важный придворный министр и поспешил к нему обменяться приветствиями.

Мой хвостатый друг представился своим настоящим именем, но только первой частью, без приставки «Саа», скрыв намёк на свою исключительную близость к трону. Толстяк всё же уточнил, имеет ли Барсик какое-нибудь отношение к славному прадеду нынешнего императора, великому Баар Тану Шестнадцатому, и мой друг признался: да, они с ним дальние родственники. Министр удивился, что ранее не слышал о моём товарище и никогда не встречал его.

«Я редкий гость при дворе. Мне не интересны ни политика, ни интриги. Большую часть времени я провожу за границами Империи, занимаясь космическими исследованиями, пополняя Имперские Архивы знаниями о Вселенной. Вот, только что вернулся из очередной экспедиции», — объяснил мой напарник.

Министр вежливо поинтересовался, как прошло последнее путешествие, и следующие полчаса Барсик пересказывал ему байки о своих вымышленных приключениях и разного рода космических чудесах, с которые он якобы столкнулся во время своего недавнего полёта за границы Империи.

Большую часть этих сказок я хорошо знал, потому что неоднократно слышал их от сослуживцев из Пятого Легиона.

Периодически мой товарищ встраивал в повествование фразы вроде: «…ресторатор Мок Аур просто обязан попробовать светящихся рыб, только истинные гурманы, способны оценить столь необычный деликатес».

Упоминаемые таким образом персонажи, похоже были хорошо известны собеседнику Барсика — министр кивал и улыбался каждый раз, когда слышал знакомые имена.

На самом деле мой друг выуживал у него эту информацию с помощью своих телепатических способностей. Барсик что-то задумал и намеренно втирался в доверие, изображая из себя персонажа, имеющего с министром общих знакомых.

Через некоторое время, к толстому коту наклонился один из его помощников и что-то прошептал на ухо.

— Был искренне рад узнать о ваших невероятных приключениях, господин Баар. Увы, у меня сейчас нет времени, чтобы ознакомиться со всеми историями, — с сожалением в голосе сказал министр. — Служба не ждёт. Так некстати случилось, что в одной из наших удалённых колоний, срочно требуется моё присутствие. Меня отправили в командировку накануне праздника, представляете?

— О, я не знал, что вы торопитесь. Простите, я отвлёк вас.

— Как раз вы ни в чём не виноваты. Меня подгоняют дела государственной важности. Наша короткая, но столь интересная, встреча была своего рода передышкой, и за это я несказанно благодарен… А знаете, высокородный Баар, вам следует записаться на аудиенцию к Императору, чтобы поделиться и с ним всеми подробностями вашей незабываемой экспедиции.

— Боюсь, моё новое путешествие начнётся раньше, чем меня допустят к нашему правителю. Я стараюсь не задерживаться в столице надолго: передаю все данные в Имперские Архивы, пополняю запасы и снова в путь.

— Вы безусловно правы, наш повелитель чрезвычайно занят, встретиться с ним очень непросто, — согласился министр. — Дорогой Баар, давайте сделаем так: я сейчас отправлю весточку Главному Распорядителю, и вашу встречу организуют вне очереди. Император примет вас завтра, прямо на Празднике Лета. Расскажете ему о своих самых интересных приключениях, заодно передадите поздравления от меня.

— Благодарю вас. Сочту за честь поведать о тайнах и чудесах глубокого космоса лично нашему правителю, — в ответ склонил голову Барсик.

Они ещё пару минут расшаркивались в любезностях перед друг другом, а потом разошлись.

— Этого министра кто-то очень невзлюбил при дворе. Бедолагу неспроста убрали подальше с глаз долой, прямо накануне главного праздника года. На самом деле этот кот преследует личные интересы, а не помогает нам по доброте душевной. Он отправил Императору занятного собеседника и свои поздравления — таким образом напомнил о себе, — объяснил Барсик, когда мы остались одни. — Впрочем, это нам только на руку. Встретиться с правителем нелегко, даже имея в своих жилах благородную кровь. Мы сэкономили кучу времени, можно сказать избавились от месяцев пустого ожидания.

— Я так и понял.

— Надо успеть приобрести всё необходимое, — вздохнул мой товарищ, нервно теребя свои усы. — Нас ожидает торжественный приём во дворце. Значит, требуется выглядеть соответствующим образом — дорого и празднично.

— Непонятно, чего ты так переживаешь? Как я успел заметить, все разумные коты — минималисты в плане одежды. Найдёшь себе такую же точно жилетку, как у министра, вот и все дела.

— Матвей, проблема не во мне. Вся трудность заключается в том, что я слабо представляю, как нам снарядить тебя. Ты ведь тоже пойдёшь во дворец.

— А оно мне надо? Могу подождать снаружи, — хмыкнул я.

— Если ты не заметил, я не спрашивал, а утверждал. Ты нужен мне на встрече с Императором.

— Уговаривать ты мастак, — усмехнулся я. — Тогда давай не будем задерживаться, пошли навестим столичных портных. Есть же у вас такие? Не думаю, что сшить парадный мундир для человека — это какая-то непосильная задача…

Ни в одно ателье мы так и не заглянули.

Вместо этого мы несколько часов катались на такси по ювелирным магазинам Ур-Атана, где Барсик высматривал на витринах ошейники, словно мало ему было устройства акридиан. Наконец один такой, щедро украшенный драгоценными камнями, похоже удовлетворил требовательным вкусам кота.

Я-то, наивный дурак, подумал сперва, что эту безделушку он выбрал для себя, но спустя несколько минут вокруг моей шеи уже защёлкнулся шедевр кошачьих дизайнеров. Правда, эта штука была без взрывчатки и легко снималась, что сильно меня утешало.

— Откуда у тебя деньги на такие вещи, — недовольно поинтересовался я, ощупывая свой новый, явно очень дорогой, аксессуар. — Мы прибыли сюда без гроша в кармане.

— Я ведь будущий принц, Матвей, — рассмеялся Барсик. — Да ещё и телепат. Мне доступна информация о банковских счетах большинства членов правящей династии. В молодости я был трудным подростком: частенько сбегал из дома и пользовался чужими деньгами. Случилось так, что я серьёзно истощил баланс одного из особо нелюбимых мной дядьёв, но был пойман и наказан. Это научило меня осторожности, следующую покупку мы совершим от другого лица. Пока кошельки не заблокированы, и пароли подходят, беспокоиться не о чем…

Новым приобретением, на выбор которого мы убили ещё несколько часов, стал престранный жилет для меня. Он состоял из множества матовых сиреневых пластинок, крепящихся друг к другу какой-то прочной проволокой. Когда я натянул эту чешую на себя, Барсик попросил у меня прощения и клятвенно пообещал больше так не делать, но «проверить же нужно».

Не успел я поинтересоваться, за что именно он извиняется, чего собирается больше не делать и о какой проверке идёт речь, как меня сильно ударило током.

Пока я ругался и подыскивал предмет, который планировал кинуть в Барсика, кот всё объяснил. Это была специальная одежда, предназначенная для контроля поведения слуг-гоминидов. Без подобной сбруи меня ни за что не пропустят во дворец.

Я потребовал, чтобы Барсик вскрыл при мне пульт управления, через который можно было посылать разряды провинившимся приматам, и выковырял оттуда всю электронную начинку.

Под конец этого трудного дня, мой напарник с первого раза выбрал себе стильную фиолетовую жилетку, точь-в-точь такую же, как у министра из космопорта, после чего мы отправились заселяться в ближайшую гостиницу.

Из окон нашего номера, находившегося на последних этажах высоченного небоскрёба, открывался потрясающий вид на великолепную панораму ночной столицы.

Бесконечные потоки машин ползли по улицам. Воздушный транспорт дублировал оживлённое движение в небе: тысячи разноцветных огоньков перемещались между высотными зданиями. На горизонте возвышались колоссальные башни дворцового комплекса, озаряемые ярким светом прожекторов.

Суматошный день, переполненный событиями, наконец завершился. Но переживания о том, что завтрашний кошачий карнавал будет отдельным испытанием для человеческой психики, никуда не делись. Всю ночь я часто просыпался и видел тревожные сны, которые так и не запомнил.

Утром мы проснулись, привели себя в порядок и позавтракали. Поверх обычной своей одежды, я надел сбрую для питомцев, а затем застегнул ошейник. Кот натянул модную жилетку. Оба Артефакта Предтеч всё так же лежали в рюкзачке Барсика, который полагалось носить мне.

Мы были готовы. Вызывали аэротакси и вскоре отправились в полёт над городом, в сторону дворца, где сегодня проходил пир по случаю Праздника Лета.

Час спустя машина приземлилась. Я и Барсик встали в конец длинной очереди приглашённых гостей, которая тянулась ко входу в главную цитадель Империи. Минут через сорок мы попали во внутренний двор, где народу было может даже больше, чем снаружи. Котов и их слуг проверяли металлодетекторами, пропуская внутрь замка малыми группами.

Барсик потерял терпение. Он обратился к ближайшему охраннику и потребовал немедленно позвать сюда Главного Распорядителя. Уверен, если бы не лиловый цвет глаз моего товарища, мрачный гвардеец проигнорировал бы эту просьбу, но признак высокого статуса сыграл свою роль.

Министр, которого мы встретили в космопорте, не соврал, он действительно предупредил о нашем визите. Минут через десять появился Главный Распорядитель, белоснежный кот в фиолетовой мантии. Он сразу понял, кто перед ним и повёл нас внутрь дворца через отдельный вход.

Некоторое время мы петляли по коридорам с довольно высокими (даже по человеческим меркам) потолками, и наконец вышли в просторный зал.

Праздник Лета проходил здесь. Вокруг сотен накрытых столов с едой и напитками, собралось бесчисленное количество котов и кошек в лиловых одеяниях. Из-за шума множества голосов мне было достаточно сложно оценить витавшие в воздухе странные мелодии, непривычные моему слуху.

«Пожалуйста, развлекайтесь. Когда Император захочет вас видеть, я подам знак», — сказал распорядитель и растворился в толпе.

Гуманоидов в зале было предостаточно. Если верить коту, все они являлись чьими-то питомцами или слугами. Я критически оценил их яркие праздничные наряды. После чего мысленно поблагодарил Барсика, за то, что тот ограничился ошейником и сбруей, а не стал одевать меня словно клоуна. Разноцветные банты на голове десантника-тамплиера, точно были бы перебором. Спасибо, друг.

— Сочтёмся, — коротко ответил он.

Столики с разнообразными яствами так и манили меня. Сегодняшний завтрак в кошачьей гостинице был вкусным, но невероятно скудным в пересчёте на калории, что требовались моему организму.

— Матвей, мы сюда разве жрать пришли?

— Ну не голодать же!

— Хорошо, но имей ввиду: несмотря на то, что наш метаболизм схож, не советую увлекаться и пробовать всё подряд. Во-первых, слуг-гоминидов мы кормим специальной витаминизированной пищей, и обычно не балуем едой со своего стола. Во-вторых, некоторые приправы могут навредить человеку. Серьёзного отравления ты не получишь, но всё же… Слушай, а может тебе вон из того автомата сухого корма насыпать? Его там специально для этих целей и поставили, вдруг чей питомец проголодается.

— Барсик, на Земле я делился с тобой бутербродами и чаем, — гневно напомнил я. — А ты сухари мне предлагаешь?

— Ладно, не бухти. Пошли перекусим.

Мы направились к столам.

Пока я уплетал за обе щеки местные деликатесы, Барсик поглядывал в дальний конец зала. Там располагался шатёр, чьи лиловые стены были украшены золотыми цветами. Вокруг него стоял ряд стражников, которые периодически пропускали внутрь одного-двух посетителей. Ещё я заметил белую фигурку, что бегала туда-сюда, наверняка это был Главный Распорядитель.

Скорее всего, в этом шатре сейчас и находились будущие родители моего хвостатого друга.

— Да, Император внутри. Он ведёт приём, — подтвердил мои догадки Барсик. — А вот маман отлучилась по делам на некоторое время.

— Интересно, когда нас пригласят?

— Ты уже наелся?

— Вроде бы да.

— Значит сейчас и пригласят, — Барсик сосредоточенно уставился в пустоту, словно думая о чём-то очень важном.

Спустя несколько секунд в моей голове замелькали электрические разряды. Похоже мой друг что-то выискивал в моих мыслях. Я не мешал ему.

Не прошло и пяти минут, как расталкивая толпу к нам пробился Главный Распорядитель.

— Высокородный Баар, — выдохнул запыхавшийся кот. — Император срочно требует встречи с вами… и вашим слугой!

За те годы, что мы провели вместе, я научился узнавать тончайшие эмоции на морде моего товарища. Но даже если бы я не разбирался в кошачьей мимике, то мог бы поклясться чем угодно — Главный Распорядитель был невероятно удивлён.

— Ведите нас к нему, — сказал Барсик.

Мы пошли следом за белым котом, по направлению к императорскому шатру. Я скользил сквозь толпу. Двигался осторожно, почти не отрывая ног от пола, старался не наступить на хвост никому из окружающих.

Наконец мы достигли стражников — крупных котов в чёрных жилетках, вооружённых бластерами. Они молча расступились, пропуская нас. Главный Распорядитель забежал чуть вперёд и потянул за серебряную верёвочку, приподнимая полог. Барсик и я шагнули внутрь, ткань бесшумно опустилась за нами, приглушая громкие звуки праздника.

Посредине шатра стоял очень странный трон без спинки и ручек. Скорее даже банкетка, обшитая сиреневым бархатом. На ней восседал крупный серый кот, в лиловом плаще с золотой оторочкой. Кроме нас троих, внутри никого больше не было, даже распорядитель остался за порогом.

— Так значит, ты мой сын, — сказал Император Котов, обращаясь к Барсику.

— Будущий сын, — поправил его мой напарник.

— А ты — разумное существо, — кот на банкетке ткнул лапой в мою сторону. — Тот самый инопланетянин, что заварил всю эту кашу с путешествиями во времени.

Я удивился такой осведомлённости.

Прежде чем ответить Императору, я спросил у Барсика:

— Может дашь ему ошейник? Иначе твой отец не поймёт меня.

— Я обойдусь без перевода, — заявил правитель котов. — Мне достаточно образов в твоей голове. Там, конечно, полный кавардак, но при желании разобраться можно.

До меня дошло. Ещё один телепат.

— Верно, — кивнул Барсик. — Свой дар я получил в наследство от папеньки.

Вот каким образом мой товарищ добился скорой аудиенции, да ещё и один на один, без лишних глаз. Он мысленно связался с отцом и показал ему своим воспоминаниями. Естественно, владыка котов тут же захотел увидеть нас. Недавние искры в моей голове были дополнительной проверкой, эдаким подтверждением правдивости истории Барсика.

— Да, я сравнивал ваши воспоминания, опасаясь обмана, — признался Император. — Мне сложно было принять новости о столь чудовищном будущем.

— Теперь коты предупреждены о грядущем геноциде, — дошло до меня. — Вы сможете спастись от бомб Четвёртого Легиона. Сбежите на какое-то время, а когда враги ослабнут, вернётесь во всеоружии, чтобы уничтожить конкурентов и поставить Галактику на колени. Барсик, ты всё-таки обманул меня.

— Нет, — возразил повелитель котов. — Мой сын честен с тобой. Более того, он мысленно потребовал убрать его из списка законных наследников. С момента своего появления на свет Баар будет называться не иначе как «принц без трона». Несправедливый титул, ведь именно он заслужил право стать Императором в награду за спасение своего народа.

— Вот как? — я растерянно посмотрел на друга.

— Матвей, мне нет смысла тебя обманывать. Я заранее признался: если увижу свой народ, родных и близких, то не смогу скрывать от них ужасное будущее. Но предавать тебя, тем более нападать на землян, у меня нет причин. Власть над Галактикой мне ни к чему. Уберечь свою расу от истребления — лучшая награда.

— Сын, я горжусь тобой, — сказал Император. — Знай, я никогда не забуду, что ты сделал для всех нас. Непросто будет скрывать от тебя правду все грядущие годы.

Верно, как только в семье появится новый телепат, повелителю котов придётся тщательно контролировать свои мысли и воспоминания. Ни в чём не повинного Барсика будут держать на расстоянии, он станет трудным подростком, испытывая недостаток родительского внимания. Наперекор семейным традициям выберет карьеру военного разведчика.

— Многое теперь стало понятно, — вздохнул я. — Кроме одного: как быть с вашими боевыми кораблями, что мы видели над Луной в будущем?

— «Матвей номер один» мог ошибиться, — высказал предположение Барсик. — По какой-то причине наши пути разошлись. Только вот все слова, о том, что я стал Императором и отдал приказ атаковать человечество, это лишь его домыслы. Не факты, но догадки. Да, в них есть своя логика, основанная на ряде свидетельств, трактовать которые можно по-разному. Даже я поверил образам, что увидел в его голове… но, скорее всего, твой двойник сделал неверные выводы.

— Ты так уверенно об этом заявляешь.

— Тому есть причины.

— Интересно, какие?

— Эм-м…

— Баар, неужели ты не рассказал ему? — спросил у сына Император.

Барсик посмотрел на него, потом на меня и развёл лапами с виноватым видом.

— Выкладывай, — потребовал я.

— «Цереброцелетрон», — сказал мой товарищ. — После приёма этого препарата, у тебя произошли глубинные изменения в сознании. Видимо эта штука несовместима с перемещениями во времени. Тогда ты пострадал не только физически, но и психически. Смена тела помогла избавиться от основной, ярко выраженной, части побочных эффектов, но с тех пор твой разум периодически приходит в спутанное состояние.

— Вот те раз! И ты молчал всё это время?

— А что я должен был сделать? Напугать тебя очень даже вероятным прогнозом шизофрении? Я мониторил твоё состояние, оно за несколько лет не изменилось в худшую сторону. Однако, тебя иногда… подклинивает.

— Например?

— Помнишь тот случай, когда Нина тебя чуть не выгнала из дома за то, что ты увлечённо объяснял своему четырёхлетнему сыну технику остановки сердца?

— Ох блин, — схватился я за голову. — Я тогда и сам не мог понять, что такое на меня нашло.

— Похожих случаев было несколько.

— Поэтому ты решил, что «Матвей номер один» ошибся? На него накатило эдакое помутнение сознания, он сделал неверные выводы и поспешил обвинить тебя?

— Будь иначе, я бы не просил отца об отлучении меня от трона.

— Получается, флот Империи не нападёт на корабли Святого Престола у Марса?

— Чем закончится появление наших боевых звездолётов в вашей солнечной системе мы с тобой не знаем. Императором в тот момент времени должен быть мой брат — Артан. Он очень амбициозен, я ведь рассказывал тебе об этом. «Матвей номер один» мог легко спутать нас. Обещаю, что всеми силами попытаюсь отговорить своего родственника от захвата власти в Галактике.

Мы все замолчали на некоторое время, наконец Барсик первым нарушил тишину:

— Значит, тот отвлекающий манёвр, когда Артан, поднимет свою паству на бой с Четвёртым Легионом, на самом деле не будет бесполезным, и спасёт много жизней?

— Видимо так, — согласился с ним Император. — Твой брат выиграет нам время на эвакуацию.

— Где мне искать вас в будущем? Понятно, что вы однажды объявитесь у Земли, но возможный конфликт с человечеством я должен попытаться предотвратить заранее.

— Наши учёные заканчивают работу над сверхдальними прыжками. Они планируют исследовать Большое Магелланово Облако. Думаю, там мы и спрячемся от Коалиции. Как завершите свои дела, ищи способ добраться до этой галактики.

— Постараюсь… Отец, мы с Матвеем должны ещё многое сделать, чтобы распутать этот клубок временных парадоксов. Мы хотели попросить твоей помощи. Сейчас нам надо отправиться к Альфирку и как можно скорее.

— Любой корабль Империи в твоём распоряжении.

— Мне нужен конкретный — «Ястреб М2». Малый разведывательный катер с автономными генераторами «кротовых нор» и системами навигации в подпространстве.

— Вторая модель? — задумчиво произнёс Император. — Она ещё на стадии испытаний. Не поступила в серию.

— Я знаю, — сказал Барсик. — Но любой другой корабль Империи, способный прыгать меж звёзд, — слишком крупный, заметный и требует полноценную команду на борту. Поэтому я и выбрал такой вариант.

— Как скажешь, — согласился правитель котов. — Я сегодня же отдам приказ и «Ястреб М2» передадут в твоё распоряжение, как можно скорее…

В этот момент полог зашевелился и внутрь заглянул Главный Распорядитель со смущённым выражением на морде.

— Простите меня, Ваше Императорское Величество, — сказал он. — У вас запланировано множество важных встреч на сегодняшнем празднике. Расписание приёма сбилось, и высокие особы изволят нервничать. Что прикажете им сказать?

— Ты прав, порой я не принадлежу сам себе, — согласился с распорядителем Император. — Дай мне ещё несколько секунд, и мы продолжим принимать гостей.

Белый кот низко поклонился и скрылся за пологом.

— Дела государственной важности, — хмыкнул Барсик.

— Да, будь они неладны.

— Тогда мы не станем больше отвлекать тебя, отец. Я сообщу распорядителю название гостиницы, в которой мы остановились. Пусть свяжется с нами, когда военные отдадут птичку.

— Тебя известят в ближайшие дни, Баар. Корабль быстро перегонят в столицу. Успехов вам.

Мы с Барсиком поклонились Императору и покинули шатёр. Мой товарищ сразу подозвал распорядителя, чтобы оставить ему наш адрес.

На Празднике Лета, мы задержались допоздна: пировали с гостями, смотрели на чудесные представления акробатов и фокусников, слушали лучших музыкантов Империи. Закончилось всё грандиозным салютом, который длился не меньше часа.

После чего мы сели в такси и отправились в гостиницу.

Через три дня, за нами прислали машину, за рулём которой сидел целый полковник. Хмурый военный молча доставил нас на частный космодром, где на взлётном поле уже находился знакомый мне подковообразный корабль-разведчик. Мы убедились, что судно заправлено и на нём достаточно провианта. После чего получили разрешение на взлёт и покинули Ур-Атан…

Наши планы дали очередной сбой.

Мы вышли из «кротовой норы» у Альфирка шестнадцать часов назад. Почти всё это время кот провёл за сканерами космического пространства, но без каких-либо результатов: базы артроподов не оказалось ни у основного компонента двойной звезды, ни у её спутника.

— Топлива у нас полные баки. Мы можем здесь зависнуть на несколько месяцев, провизии хватит на этот срок, — сообщил Барсик, изучая показания приборов на пульте перед собой. — Но что-то мне подсказывает, станция артроподов тут не появится, вплоть до того самого дня, когда на неё наткнутся разведчики Коалиции. Здесь нет планет пригодных для жизни. Пауки прибыли сюда откуда-то ещё. Может даже оказаться так, что они — космические кочевники. Существа без родного мира.

— А такое бывает?

Я сидел слева от кота, в тесноватом для меня, кресле-коконе второго пилота.

— Всякое случается, — повернул в мою сторону Барсик. — Целые народы покидают свои планеты. Некоторые становятся бродягами сами по себе, другие бегут от воинственных соседей.

— Нашим пахучим знакомым вроде нечего бояться. У них довольно мощные системы защиты.

— Кочевниками становятся разным причинам. Может оказаться, что пауки сотни тысяч лет путешествуют от одной звезды к другой. Не просто так, а с определённой целью.

— С какой?

— Вспомни, что мы с тобой знаем об артроподах. Они — бывшие слуги Предтеч. Пауки могут заниматься поисками своих хозяев.

— Получается, они гасят звёзды только для того, чтобы продолжать свой путь? Заряжают Артефакт, который питает их космическую станцию?

— Именно так. Находят объекты вроде Альфирка — в удалении от обитаемых секторов пространства, без пригодных для жизни планет. И, не боясь быть обнаруженными, высасывают из таких светил всю энергию.

— Трудно не заметить сверхновую, — сказал я с сомнением.

— Для нашей Вселенной это норма. Если смотреть на подобные события со стороны, не зная истинной причины катаклизма, то вроде бы ничего подозрительного, всё в порядке вещей.

Я вынужден был согласится с этим доводом.

— Допустим, но почему артроподы обязательно должны быть кочевниками? Что мешает им жить на одной из планет соседней звезды? Например, в сотне-другой световых лет отсюда, чтобы взрыв не оказал значимого влияния на биосферу их мира.

— Они бы тогда перемещались исключительно в пределах некоторых ограниченных координат, дабы иметь возможность возвращаться время от времени домой. Если сверхновые раз за разом начнут вспыхивать только в одном секторе пространства — это привлечёт к нему внимание всех звёздных цивилизаций. Нет, единственный дом пауков — их станция.

— Если ты прав, тогда их невозможно найти в этом времени, — подвёл я неутешительные итоги. — Артроподы могут двигаться к Альфирку с любой стороны.

Барсик нахмурился и о чём-то сосредоточенно размышлял.

— Каким-то образом мы смогли попасть к ним в гости второй раз. Значит, эта задача имеет решение, — сказал он через какое-то время. — Думаю, что нельзя полностью исключать контакт пауков с иными цивилизациями. Наверняка на их станцию натыкались в космосе другие народы.

— Но есть ли живые свидетели этому? — спросил я. — Вряд ли хоть кто-то сможет рассказать о такой встрече, особенно после знакомства с защитными системами пауков.

— Кажется, я знаю тех, кто способен дать ответы на такие вопросы.

— Кого ты имеешь ввиду?

Кот развернул своё кресло в мою сторону.

— Коалиция принесла много зла всем звёздным цивилизациям, но при этом акридиане сделали кое-что полезное. Они полностью истребили космических пиратов на своей территории, а сдавшихся — загнали на службу в Легион. Однако, пространство Империи Котов наши враги на данный момент не контролируют, — сообщил Барсик.

— Звучит так, словно коты его тоже не особо контролируют.

— Ты всё правильно понял. На задворках Империи рыскают десятки пиратских флотилий в поисках лёгкой добычи. Они нападают на форпосты, дальние колонии и грузовозы. Одинокая станция — идеальная жертва. Если корсары встречались с ней хотя бы пару раз, то получив эти данные, мы сможем установить направление движения базы пауков и попытаться исследовать её предполагаемый маршрут, от звезды к звезде.

— Отличная идея! — воскликнул я. — Тем более, мы знаем конечную точку их прибытия — Альфирк.

— Вот именно.

— Но как мы свяжемся с каждым пиратским флотом? У них есть планета для сходок? Или что-то в этом роде?

— Матвей, всё гораздо проще, — Барсик повернулся к пульту управления и потянул на себя рычаг тяги, разгоняя корабль. — Достаточно посетить ближайшую развитую колонию. У космических пиратов есть вполне официальные представители на большинстве обитаемых планет. Мы купим доступ к закрытым архивам, и поищем там нужную информацию о всех контактах с базой пауков.

— Официальные представители? — удивился я. — Получается, эти бандиты сначала потрошат ваших торговцев и колонистов, а потом вполне законно продают добычу прямо на территории Империи?

— Нет, награбленное они сбывают на чёрном рынке. За это, кстати, предусмотрено суровое наказание. Легально же пираты занимаются другим бизнесом — страхованием.

— Ты серьёзно?

— А где тут повод для шуток? Хочешь безопасно возить грузы на имперской границе и за её пределами — купи страховку и будь спокоен.

— Преступники осуществляют вымогательство на законных основаниях? Вот это наглость! — воскликнул я. — Почему твой отец просто не пошлёт военный флот в проблемные регионы? Надо лучше контролировать свои владения!

— Матвей, тебе не кажется странным тот факт, что твоя родная планета находится на территории Империи, не так уж и далеко от столицы, но коты про неё забыли?

— При чём тут это?

— Будь уверен — на Земле когда-то была наша колония. Она стала угасать, помощь задержалась и однажды поселение прикрыли, вычеркнули из состава государства. Это произошло совсем рядом с Ур-Атаном, а сектор Альфирка удалён от столицы на сотни световых лет! Ежедневно требуют внимания тысячи миров, наш флот не способен эффективно действовать на столь обширной территории.

— Тоже мне строители империй. Откусили кусок, который не в силах прожевать. В этом вся ваша кошачья суть.

— Посмотрел бы я на то, как твой Святой Престол управился со всеми угрозами на таких расстояниях.

— Может, у нас бы и вышло. Коалиции же как-то удалось навести порядок на вашей территории, — ляпнул я не подумав.

— Удалось, — мрачно согласился Барсик. — С помощью планетарных бомбардировок и геноцида.

— Извини.

— Чтобы флота хватило на тысячи миров, разбросанные по Галактике, не обойтись без захвата других цивилизаций и жёсткой эксплуатации. Стойкие к радиации, сородичи Ноккера практически живут в урановых шахтах, чтобы Легион имел топливо. Денебианцы же с малых лет обслуживают оружейные заводы. Уверен, мозги обманутых акридианами цивилизаций, задействованы также в обыденных расчётах: экономических, демографических и прочих. За стабильность и порядок народы Коалиции платят слишком высокую цену. Коты избегали угнетения других разумных видов, за что и поплатились.

— Ясно, извини ещё раз.

— Ладно, проехали. Империя даже нашла плюсы в пиратском бизнесе.

— Какие же плюсы несёт вымогательство? — не понял я.

— Страховое дело — это всегда невероятная прибыль, без особых затрат. Огромные деньги вливаются в экономику пограничных систем. Пираты исправно платят налоги, создают новые рабочие места, развивают миры фронтира. Они заинтересованы в том, чтобы их клиенты безопасно передвигались на периферии, поэтому сопровождают торговые корабли, охраняют не только от своих конкурентов, но и от прочих опасностей.

— Это не меняет сути, — вздохнул я. — Вы пошли на сделку с бандитами.

— В безвыходной ситуации коты оказались способны решить сразу несколько серьёзных проблем, — заявил Барсик. — В том числе, благодаря базам данных пиратов мы сможем найдём артроподов.

— Интересно, сколько стоит такая информация.

— Немало. Приготовься к переходу в подпространство.

Корабль достаточно ускорился, чтобы совершить прыжок к другой звезде.

Стационарные генераторы «кротовых нор» создавали аномалию на фиксированном участке пространства, позволяя перемещаться через неё целым флотилиям. Подобным образом по галактике путешествовал Легион и звездолёты других цивилизаций. Даже Святой Престол использовал эту технологию, поскольку именно её акридиане тайно передали землянам в двадцать первом веке.

Мобильные системы, что стояли на кораблях котов, работали иным способом. Они позволяли пробить границу трёхмерного пространства только одному звездолёту, при достижении им определённых скоростей.

— Три, два, один, — отсчитывал кот. — Поехали!

Глава 15. Слуги Великих

Барсик потихоньку злился. Вот уже полчаса он безуспешно пытался объяснить цель нашего визита, но молоденькая кошка-менеджер на ресепшене всё не могла понять, какую именно услугу мы хотим получить от страховой компании.

Видимо, она недавно тут работала.

Нас спасло появление её более опытной коллеги, выслушала моего товарища и поманила за собой. Она проводила меня и Барсика к отдельному лифту с надписью «только для персонала», открыла его двери ключом-чипом и отправила нас на самый верх.

Мы добрались до нужного этажа, вышли из кабинки и обнаружили перед собой что-то вроде поста охраны: в начале длинного коридора, вокруг невысокого столика, сидели четыре кота крайне сурового вида. Они были одеты в серо-зелёные камуфляжные комбинезоны, по бокам торчали рукоятки бластеров. Эти ребята коротали время за некой разновидностью шахмат, рассчитанной на нескольких игроков.

Наше появление не вызвало у охранников особого интереса: они на секунду подняли свои глаза и сразу опустили их обратно, к фигуркам на игровом поле.

Высокую особу в Барсике коты не распознали: ещё по прилёту он замаскировался — нацепил тёмные очки. Отпрыск Императора говорил, выглядел и действовал максимально просто, ничем не выдавая свою принадлежность к благородному сословию. Вдобавок, кот больше не выставлял себя моим хозяином. Обитатели этой пограничной планеты были безразличны к отсутствию сдерживающей сбруи на гуманоиде. Возможно, меня принимали за разумное существо.

Барсик подошёл поближе и сдержанно поприветствовал охранников. Те что-то пробурчали в ответ.

Мой напарник принялся подробно объяснять цель нашего визита. Он сказал, что мы работаем на одного серьёзного торговца, желающего остаться инкогнито, ищем перспективные рынки на периферии и за её пределами. Мы бы хотели получить доступ к актуальным базам данных, чтобы выбрать наиболее выгодную (в том числе и по страховым взносам) территорию для ведения бизнеса.

Один из котов, седой и с порванным левым ухом, оставил стол с игрой и назвал цену. Барсик немного поторговался. В итоге за доступ к закрытым архивам мы заплатили несколькими бриллиантами. Теми самыми, что ещё недавно были на аксессуаре для питомцев, который Барсик приобрёл в столице Империи (перед посещением офиса пиратов-страховщиков, мой товарищ заранее выковырял из ошейника часть камней).

Седой кот убрал драгоценности в нагрудный карман своего комбинезона и приказал следовать за ним. Мы прошли в конец длинного коридора и остановились перед солидной металлической дверью. Здесь наш проводник открыл кодовый замок и запустил нас внутрь просторного зала без окон. В комнате находился голографический терминал с клавиатурой, а вдоль стен располагались десятки стоек, забитых неизвестным мне оборудованием. Из множества щелей под самым потолком дули потоки холодного воздуха.

«Это узел связи с хранилищами данных всех страховых компаний. Консоль заблокирована для ввода любых команд, кроме поисковых. Взломать систему даже не пытайтесь, ничего хорошего с вами после этого не случится. Когда закончите свои дела, нажмите вон ту кнопку. Я приду и выпущу вас», — сказал он и вышел из комнаты, притворив за собой дверь.

Барсик не стал терять время зря. Он сразу же уселся перед терминалом и принялся вводить команды. Я стоял рядом с ним, хлопал глазами и, как обычно, ничего не мог понять в столбиках кода, что мелькали в воздухе перед нами.

Появились трёхмерные изображения звёздных систем. Они менялись, одна за другой. Планеты приближались, отдалялись, проносились их спутники. Возникали и тут же исчезали изображения самых разных существ. Вся эта карусель длилась более часа, пока кот со злостью не отбросил клавиатуру от себя.

Судя по его морде, он был чрезвычайно недоволен.

— Никаких намёков на космическую базу артроподов, — прошипел Барсик. — Ничего похожего нет и в помине: корабли, станции, да любые искусственные объекты, диаметром близкие к двум тысячам километров, попросту отсутствуют в каталоге.

— Следов самих собакопауков тоже нет?

— Пиратам известны пять рас, использующих пахучие выделения для обмена информацией. Это на три цивилизации больше, чем в официальных имперских архивах, но ни одна из них и близко не похожа на наших знакомых.

Что-то в его ответе меня насторожило. Какая-то важная мысль зародилась в моей голове, но не могла окончательно оформиться. Чего-то ей для этого не хватало.

— А когда ты успел побывать в имперских архивах? — спросил я, задумчиво почёсывая свою макушку. — Ты вроде упоминал о них ещё в столице, но я не помню, чтобы мы хоть как-то взаимодействовали с другими хранилищами.

— Всё необходимое находится прямо здесь, — кот указал на голографический терминал. — Пираты периодически делают нелегальные копии столичных Архивов. Последние сильно отстают по актуальным сведениям о космосе за границами Империи, но зато наполнены более подробной информацией о развитых мирах. Задаешь нужные параметры, и поисковая система работает в режиме сравнения двух источников: если данные различаются, то будут подсвечены оранжевым…

— Стоп! — воскликнул я, перебивая кота. — А ты можешь проверить на разницу количество необитаемых планет, а также всех их спутников, находящихся у исследованных звёзд?

— Могу, только какой в этом смысл… — стал возражать Барсик, но тут же умолк и начал стремительно вбивать команды.

Перед нами снова закружился хоровод из небесных тел. Наконец голограмма остановила эту карусель на солнечной системе, центром которой была звезда типа «красный карлик». Изображение увеличилось. Фокус сместился к одной из планет — газовому гиганту. На его орбите находились несколько десятков лун. Барсик ткнул в одну из них, подсвеченную оранжевым ореолом, она выросла в размерах, и мы увидели знакомую нам станцию. Совпадало всё: диаметр, холодный серый цвет поверхности и бугры защитных систем на ней, так похожие на естественный ландшафт.

— Данные довольно свежие. Есть все шансы застать артроподов на месте. Правда, путь нас ждёт не близкий. Полетим с дозаправками… Как ты вообще догадался? — удивлённый Барсик обернулся ко мне.

— Я стал размышлять, а почему пауков никто никогда не встречал? Они умеют скрываться от внимания остальных цивилизаций. Где можно надёжно спрятать космическую станцию таких размеров, как не среди спутников необитаемых планет? — пояснил я ход своих мыслей. — Мы с тобой ошиблись, когда решили, что база артроподов постоянно передвигается, или же занимает позицию в точке пространства, наиболее близкой к звезде.

— В наших заблуждениях была своя логика, ведь именно так разведчики Легиона и наткнулись на артроподов у Альфирка.

— Их встреча могла быть случайностью.

— На основании этого допущения, ты отбросил, как ненужную, всю известную нам информацию. После чего пришёл к выводу, что надо сравнить данные по необитаемым планетам и их спутникам? — недоверчиво хмыкнул Барсик. — Поразительный уровень аналитического мышления.

— Твои слова были подсказкой. Про то, что данные Империи о дальних территориях менее актуальны, а пираты обновляют свои архивы чаще. Был небольшой шанс, что из-за разницы в двух источниках мы обнаружим лишний космический объект. Так оно и вышло.

— Матвей, ты меня поразил в очередной раз. Честно говоря, не ожидал от человека столь удачного попадания в цель. Нет, я может и сам бы догадался, но ты меня опередил.

Я не особо привык к похвалам кота, они меня всегда смущали, поэтому прервал Барсика, поторопил его, пока он не наговорил тут всякого:

— Записывай нужные координаты и возвращаемся на корабль…

Через три недели, потратив почти все драгоценные камни, побывав в космопортах на добром десятке пограничных планет, и даже заскочив на краешек территории Коалиции, мы наконец оказались у нашей цели — удалённой от большинства цивилизованных миров звёздной системе.

Станция артроподов была перед нами. Спокойная, обманчиво безжизненная и в то же время — невероятно опасная.

Мы держались на приличном расстоянии от неё.

— Ты сможешь повторить трюк, который провернул во время диверсионной миссии на Луне? — спросил я у Барсика. — Вывести нас у самой поверхности, чтобы избежать обстрела?

— Нет, к сожалению, здесь так не получится. Я потратил немало времени на расчёты того манёвра, не обошлось без помощи Сопротивления. Тем не менее, первые попытки не были удачными, хорошо серьёзных аварий удалось избежать.

— Тогда как мы попадём туда? — я указал правой рукой в сторону базы пауков.

— Есть у меня пара самоубийственных идей. Попробуем сперва выяснить потолок срабатывания охранных систем, — проворчал кот, и погнал корабль к станции.

Барсик вёл нас вниз по крутой дуге, не прекращая наращивать скорость, но и не выжимая движки на полную. Кот явно хотел иметь запас мощности, что в случае атаки поможет уйти из-под обстрела.

Орудия артроподов молчали.

Космическая станция перед нами превратилась в одну огромную стену, об которую мы вот-вот должны были расшибиться. В последний момент кот врубил реверс и заломил на себя рычаг управления высотой. Наш корабль буквально встал на дыбы, и спустя мгновение уже летел в нескольких метрах над поверхностью.

По нам никто не стрелял.

— Надеюсь, они не откроют огонь, если не сделали этого сразу, — с сомнением в голосе произнёс Барсик. — Предлагаю добраться до амфитеатра, там был путь вниз. Помнишь, когда нас арестовали и вытащили наружу в том районе?

— Такое не забудешь, — хмыкнул я. — Как тогда орал капитан Зубу! Я всё думал у кого из нас двоих быстрее лопнет голова от его крика.

Мы направились туда, где под поверхностью станции скрывался колоссальный зал, священное место, в котором пауки хранили свою самую большую ценность — Артефакт Предтеч.

Через несколько минут мы пролетели над знакомым забором из каменных столбов.

— Интересно, на них уже нанесён рисунок? — спросил я. — Тот, где изображены мы с тобой?

— Предлагаешь спуститься вниз и проверить?

— Ну а вдруг мы прибыли не в то время. Может нам следовало добраться сюда не сейчас, а раньше?

— Матвей, ты как будто забыл: обе машины времени, что лежат мёртвым грузом в моём рюкзачке, не работают. Мы можем попасть сюда только позже, или вообще никогда не появиться здесь. Других вариантов нет!

— Ну ладно. Ладно. Чего нервничаешь?

— Всё ещё жду выстрела, который разнесёт нас на атомы, вот чего… Давай сперва долетим до амфитеатра. Если там не сможем попасть внутрь, то вернёмся сюда. Тогда и будет время осмотреть эти чёртовы столбы, раз тебе так загорелось.

Остаток пути мы провели в напряженной тишине. Уже на подлёте к той точке, где должен был располагаться амфитеатр, нас ждал сюрприз: прямо перед нашими глазами часть поверхности станции исчезла, и появился широкий освещённый тоннель, ведущий вертикально вниз.

— Спускаемся? — посмотрел на меня Барсик.

Я молча кивнул в ответ.

Кот направил корабль в открывшийся проход.

Когда тоннель закончился, мы оказались в просторном ангаре-куполе. Я заметил неизвестную технику артроподов: лежащие на боку цилиндры, около двадцати метров длиной. Возможно, перед нами были малые космические корабли, или какой-то другой вид транспорта, а может даже оружие.

Барсик запустил посадочную процедуру в автоматическом режиме, и мы поспешили покинуть кабину пилотов.

Я подхватил рюкзак с артефактами, и взял себе один из кошачьих бластеров (не слишком удобный для человеческих рук, но куда деваться). Барсик тоже вооружился.

Мы вышли наружу. Из дальнего конца зала к нам приближались несколько артроподов. В этот раз я не заметил у них ружей, похожих на короткие пики.

Едва пауки подошли к нам, как в воздухе сразу появились резкие запахи.

— Они хотят, чтобы мы следовали за ними, — вздохнул Барсик.

— То-то я чувствую чем-то знакомым повеяло. Такими темпами мы скоро выучим их язык.

— А потом ещё и станем говорить на нём? Спасибо, но нет, — хмыкнул Барсик. — В эту лингвистическую школу ходи пожалуйста без меня. Домашние задания будешь делать в уборной.

— Ну вот опять ты со своими глупыми шуточками!

Мы с котом двинулись следом за артроподами. Идти оказалось недалеко — нас снова доставили в амфитеатр. Проводили к пирамиде, на вершине которой вращался ещё один, уже третий с учётом наших двух, Артефакт Предтеч.

— Что-то не складывается, — пожаловался я Барсику. — Согласно первоначальному плану, мы намеревались вернуть шар паукам. В благодарность они должны были посвятить меня в тайны временных перемещений. Только вот у них есть свой Артефакт, причём, в рабочем состоянии.

— Возможно, нам снова придётся ограбить этих бедолаг, — ответил кот. — Только не торопись, без моей команды заряженную сферу не трогай…

Мы добрались до вершины и остановились там.

С другой стороны к нам поднялся крупный артропод, но не тот, которого мы видели в самый первый раз. Этот паук не имел золотых украшений. Кожа его была бледной и морщинистой. На голове он носил что-то вроде резного венца из тусклого серого металла. Тёмные глаза пришельца казались мутными. Похоже, это существо находилось на закате своих дней. Тем не менее, от него веяло мощью и спокойствием.

Я мысленно нарёк этого персонажа «Вождём».

Мы стояли друг напротив друга. В воздухе между нами вращался Артефакт Предтеч.

— Он вроде как здоровается, — сказал кот.

Вождь терпеливо ждал, а вокруг разливались странные ароматы.

— Ну и что будем делать? — покосился я на Барсика. — Мы ведь не сможем ему ответить.

— Давай попробуем так: Вождю, как ты его называешь, мы отдадим мой ошейник.

— Разве это поможет? Они ведь общаются запахами!

— Тем не менее, у него есть уши. Возможно, когда-то общение этой расы основывалось на звуках, но в результате некоего выверта эволюции речевые функции атрофировалось, а преимущество в обмене информацией получили запахи. Несмотря на это, Вождь нас слышит.

— Я тоже способен слышать шум ветра, например, но не смогу понять, что он мне говорит!

— Неужели? Можно узнать сильный ветер или слабый. Отличить шелест листвы от шорохов травы. И многое другое. Простое движение воздуха может рассказать сотни историй об окружающем мире. Всё благодаря ассоциациям, что возникают в твоём мозгу. Ошейник вполне способен донести ему суть наших слов, — пояснил Барсик, снимая с себя переводчик. — Ну, а я — телепат и прекрасно пойму вас обоих. Буду тебе пересказывать мысли этого паука.

Пришлось согласился, что других вариантов у нас нет и надо попытаться провести подобный эксперимент.

Мы передали главе артроподов ошейник Барсика.

— Вы понимаете меня? — спросил я у старого паука, когда высокотехнологичное устройство акридиан сомкнулось на его шее.

— Да! — воскликнул кот. — Он понимает тебя. Сработало!

— У нас есть подарок для артроподов, — сказал я, запустил руку в рюкзачок Барсика и вытащил оттуда оба артефакта.

Вождь невозмутимо взирал на нас, никак не реагируя на появление копий святыни пауков.

Кот тоже молчал. Затем на его морде появилось недоумение.

— Что-то не так? — встревожился я.

— Матвей. Он ни капли не удивлён. Словно знал об этом… Погоди, он действительно был в курсе!

— Рассказывай, — потребовал я у Барсика. — В отличии от тебя я не умею читать мысли.

— Вождь знаком с нами, — медленно ответил кот. — Ему ведомо прошлое и будущее данной станции. Он не раз видел и наше прибытие, и эту самую встречу.

— Вот почему защитные системы не стреляли по нам во время посадки! Правда, я не помню, чтобы мы раньше виделись с этим пауком. В первый раз был какой-то другой.

— Он путешествует иначе, чем мы с тобой. С помощью Артефакта Вождь посылает по реке времени только разум, но не своё тело.

— То есть он сам и шар физически никуда не перемещаются? Интересно почему так.

— Чтобы не оставлять станцию без защиты, не лишать её основного источника энергии. Уничтожение этой базы может помешать важной миссии, которую возложили на артроподов Великие.

— Великие? Ты говоришь о Предтечах?

— Да, речь про бывших хозяев пауков, точнее — их творцов. Богоподобных представителей древней цивилизации, насчитывающей миллиарды лет развития.

Сколько новой информации вывалил сейчас на меня кот! Наверное, Барсик и сам был ошарашен теми образами, что считывал из головы артропода.

Надо бы вернуться к сути встречи.

— Ну раз мы заочно знакомы, давайте ближе к делу, — предложил я пауку. — Мы друзья, и пришли к вам с миром.

— Эм-м. Он знает и про будущую битву с Пятым легионом, Матвей.

— Вот поэтому защитные системы стреляли по кораблям Коалиции! — сделал я очередной нехитрый логический вывод. — И это правильно! Мы — друзья паукам, а флот Легиона — нет.

Про бомбу, собранную из энтропийных генераторов, я предпочёл не вспоминать.

— Друзья… ну ты сказал тоже, — хмыкнул кот.

— Он так думает, или это твоё замечание?

— Артроподы не считают нас друзьями, Матвей.

— И всё же, мы находимся здесь, довольно мирно беседуем.

— Главный паук знал, что мы доставим сюда два устройства Великих. Он приказал нас не трогать, — объяснил Барсик. — Надо будет отдать сферы. Взамен нам передадут уже заряженный Артефакт.

Я кинул взгляд на металлический шар, что висел в воздухе и медленно вращался вокруг своей оси.

— Да, именно тот, на который ты сейчас смотришь. Вождь расскажет тебе обо всех тайнах этого устройства, ведь ты должен закончить своё путешествие, иначе их миссия тоже окажется под угрозой. Случайно мы оказались частью их истории, повлияли на неё, но не перестали быть чужаками.

— Не друзья, да и ладно, — согласился я. — Главное, что важный парадокс мы успешно закрываем. Информацию об управлении машиной времени я получаю от пауков, а не от себя самого. И у нас остаётся один шар. Мы примерно такой расклад и ожидали… Кстати, а зачем им две сферы?

Кот продолжал читать мысли Вождя и рассказывать мне о том, что узнавал:

— Одно из устройств артроподы зарядят энергией местного светила. Его хватит им надолго. Через восемьсот лет пауки доберутся до Альфирка.

— Ты говорил, что Вождь видел будущее станции. Зачем им сдалась Бета Цефея? Их там уничтожит Коалиция. Это же чистой воды самоубийство.

— Если артроподы не отправятся туда, нарушится некий вселенский порядок. Возникнет противоречие в непреложных законах бытия, благодаря которым мы с тобой оказались здесь. Вождь, как и мы, старается избегать подобных парадоксов, он не станет вмешиваться в известное ему будущее, тут без вариантов.

— Но ведь они погибнут! Их уничтожат пустотными бомбами.

— Поэтому им нужны две сферы. Вождь увидел следующее: пауки остановились у Беты Цефея чтобы накачать энергией оба Артефакта. Один должны похитить акридиане. А второй шар паук заблаговременно перенёс в другое время, а затем вернулся с ним к концу битвы с Легионом.

— Получается, артроподы не были уничтожены?

— Да, они прыгнули к другой звезде в самый последний момент. Спаслись благодаря тому, что у них был запасной Артефакт, из тех двух, которые мы им сейчас принесли.

— Мы спасли вас, — заявил я, глядя на Вождя. — Мы — друзья.

— Ага, только сперва мы их ограбили, — фыркнул кот.

— Нет, сначала мы их спасли!

— Вождь считает, что это бессмысленный спор. Как бы то ни было, имея на руках второй шар, пауки выживут, смогут продолжить свой путь, чтобы и дальше выполнять возложенную на них миссию.

— Ты уже который раз упоминаешь какую-то миссию, — сказал я. — О чём речь-то? Они ищут своих хозяев, или что-то другое?

Старый артропод медленно опустился к полу, словно сел. Запахи, исходящие от него, усилились.

— Похоже, это будет долгий рассказ, Матвей, — заметил Барсик. — Думаю нам с тобой тоже имеет смысл присесть.

— Насколько долгий?

— Пауки бороздят космос более трёх миллиардов лет. Как сам думаешь?

Оставалось надеяться, что история будет максимально сжатой. Мы с Барсиком устроились поудобнее напротив Вождя. Кот приготовился пересказывать мысли старика, а я — слушать…

Млечный Путь не был родиной созданий, похожих одновременно на собак и пауков. То место, где они появились на свет, более не существовало. В результате столкновения нашей галактики с одной из соседок меньшего размера, артроподы лишились дома.

Чуть позднее, они потеряли и своих повелителей, перешедших на новый уровень эволюции. На этом моменте истории я сразу вспомнил речи генерал-префектора Аримуса. Он оказался прав: некоторые цивилизации действительно шагнули за грань телесного, отбросив все материальные достижения, словно ненужные игрушки.

Великие, как пауки называли своих хозяев, сотворили себе верных слуг на пике могущества. Предтечи отказались от идеи порабощения более слабых рас, вместо этого они провели успешный эксперимент в области создания искусственной жизни.

Артроподы получились продвинутыми биороботами, не знающими болезней, неприхотливыми и фактически вечными помощниками. Хоть они и были существами из органики, но дряхлели невероятно медленно — тысячелетиями.

Периодически пауки проходили специальную процедуру омоложения. Побочным эффектом этого воздействия была потеря значительной части воспоминаний, поэтому лидеры артроподов крайне редко прибегали к данному способу обновления, предпочитая до последнего оставаться цельной личностью.

В отсутствии хозяев у них появились свои лидеры. Зародилась культура, традиции и даже верования. Случайно или специально, но Великие заложили в слуг серьёзный потенциал для развития и самообучении. Спустя миллиарды лет искусственный интеллект уверенно перешагнул ту границу, что отделяет разум живого существа от симуляции.

В процессе эволюции у артроподов появились собственные цели и желания. Тем не менее, в приоритете оставалась одна важная задача, которую Великие поручили своим верным помощникам, перед тем как исчезнуть среди звёзд.

Когда Млечный Путь поглотил родину Великих, они выжили лишь потому, что находились максимально далеко от начальной точки соприкосновения двух галактик.

Они оказались единственными, кто успел эвакуироваться.

Гибель остальных народов стала настоящей трагедией, повторения которой Великие не желали. Однако, их новый дом, Млечный Путь, вновь должен был пережить столкновение, и на этот раз с куда более крупным объектом — галактикой Андромеды.

Из предыдущей катастрофы были сделаны все соответствующие выводы. Великие утвердили генеральный план на миллиарды лет вперёд и закипела работа. С космических верфей сошли тысячи станций, подобные той, где мы сейчас находились, а биороботы-пауки стали их бессменным экипажем.

Отныне, слугам Великих была поручена миссия по спасению цивилизаций Млечного Пути.

Примерно через пять миллиардов лет две крупные галактики должны столкнуться. В результате гравитационных сдвигов некоторая часть солнечных систем будет уничтожена, другие окажутся выброшены за пределы нового звёздного образования и станут странствующими межгалактическими объектами. Биосфера множества миров погибнет, их обитатели не переживут этот катаклизм.

Предотвратить подобную катастрофу никак нельзя. Однако, можно заставить звёздные цивилизации уйти на тот край Млечного Пути, который, согласно расчётам Великих, должен был пострадать меньше всего.

Тысячи станций артроподов действовали тайно, чтобы не спровоцировать противостояние и агрессию. Они постепенно выгоняли развитые народы с наиболее опасного участка космоса, одно за другим превращали солнца в сверхновые, делая целые сектора Млечного Пути непригодными для колонизации. Крупные межзвёздные государства, наподобие Империи Котов или Коалиции, были вынуждены, сами того не зная, расширяться в наиболее безопасном направлении.

Великие снабдили своих слуг устройствами невероятной мощи, способными поглощать энергию звёзд, использовать эту силу для любых нужд, в том числе и военных. Предтечи опасались, что реализация их великого плана потребует куда больше времени, чем оставалось до столкновения двух галактик, поэтому добавили в Артефакты и возможность темпоральных перемещений.

Последняя волна кораблей-станций отправилась к звёздам, спасать ещё не рождённые цивилизации Млечного Пути, а Великие со спокойной совестью приняли новую форму существования. Хозяева навсегда покинули своих слуг. Несмотря на это, пауки продолжили выполнять замысел создателей…

— Вот это да, — присвистнул я, когда Барсик умолк. — Попали мы с тобой в историю, и не в простую, а в галактическую.

Рассказ длился долго, наверное, больше двух часов. Возможно, он бы и не закончился сейчас, но Вождь внезапно подскочил на своих суставчатых лапах, смотря куда-то за мою спину.

Я обернулся. К нам быстро приближалась какая-то группа, во главе её семенил тот самый паук, в золотых украшениях, которого мы встретили здесь, когда оказались у артроподов в первый раз. Его спутники были вооружены пиками.

— Барсик, нам стоит волноваться? — спросил я, опуская ладонь на короткую рукоять кошачьего бластера.

— Возможно, — несколько напряжённо ответил кот. — Вождь советует нам оставаться на своих местах. Он разберётся.

Наш собеседник спустился вниз, и поспешил навстречу делегации, в сопровождении своих помощников. Две группы остановились недалеко от пирамиды.

— Ну и что там происходит? — полюбопытствовал я, спустя некоторое время.

— У них разногласия. Тот паук, который весь в золоте, — местный военачальник. Он против того, чтобы чужаков посвящали в тайны Великих. Предлагает уничтожить нас, ради всеобщей безопасности.

— Вот это поворот! Тоже мне спасители народов Млечного Пути.

— В чём-то он прав. Глобальная цель куда выше наших с тобой жизней.

— Если нас убьют, то я не смогу записать послание, где объясню себе, как управлять машиной времени, — заметил я. — Мы с тобой не попадём сюда. Запасной сферы у артроподов не будет. Грядущее окажется изменено, а сами пауки погибнут в битве с Коалицией.

— Не переживай, в обиду нас не дадут. Судя по тому, что я увидел в голове Вождя, он единственный на этой станции, кто умеет манипулировать силами Артефакта. Военачальник повозмущается немного, да и уйдёт.

— Ой, да пусть не переживает. Мы сами рады свалить отсюда поскорее.

— Дело не в нас. Это местные политические разборки. Тип в золотых побрякушках слишком много о себе возомнил, целится на место главного. Только вот, пусть за ним и стоит вся военная мощь станции, но зависит она от этой сферы, — Барсик ткнул лапой в сторону левитирующего шара.

— Так вот чего военачальник хотел от меня в наш первый визит сюда, — догадался я. — Чтобы я передал ему секреты шара!

— Думаю, так оно и было, — согласился кот. — Во время десанта Вождь спрятался с запасным Артефактом в другом времени, а второй паук со своими единомышленниками решил устроить в его отсутствие маленькую революцию и захватить власть.

Барсик оказался прав — Вождь сам решил конфликт. Через минут десять вооружённый отряд удалился ни с чем, а наш собеседник вернулся к нам. Он немедленно предложил посвятить меня в тайны Артефакта.

— Это большая честь, — заявил Барсик. — Не бывает двух знающих секреты шара на одной станции.

— Вот как? А если Вождь погибнет?

— Когда-то, до обретения пауками полноценного сознания, операторов сферы было несколько. Ни к чему хорошему это впоследствии не привело. В ходе эволюции разума у артроподов происходили внутренние конфликты, в результате которых стороны так стремились завладеть источником силы, что несколько баз оказались уничтожены. Теперь знаниями о том, как управлять Артефактом обладает один, самый достойный, член местного общества. Если он погибает, пауки связываются с другими станциями. Их сородичи прилетают на встречу, и привозят с собой несколько кандидатов, которые проходят невероятно сложные испытания, чтобы доказать своё право быть новым лидером.

— Действительно честь… для нас обоих. Ты ведь будешь пересказывать и тоже получишь эти знания.

— Ага. Заодно сравню с той информацией, что давно подглядел в твой голове, — ответил кот с усмешкой.

Рассказ Вождя о всех тонкостях обращения с Артефактом занял ещё пару часов. Чему я сильно удивился, ведь в своём видеосообщении я уделил внимание только сути: способу подключения сознания к этому устройству и не более.

После окончания лекции, Вождь позвал к нам наверх своих помощников, которые всё это время терпеливо стояли внизу пирамиды. Они помогли ему заменить заряженную сферу, на одну из тех, что мы отдали.

На несколько минут зал погрузился в темноту, но вскоре озарился светом тысяч ламп, сначала слабо, а затем всё сильнее. Видимо, Артефакт «встал на зарядку» и принялся выкачивать энергию из местной звезды.

Вождь торжественно вручил нам заряженный шар, и предложил некоторое время побыть у них гостями, познакомиться поближе с самобытной культурой артроподов.

— Мы же чужаки, — удивился я.

— Снова политика, — объяснил кот. — Старик хочет поставить военачальника на место.

Мы не стали сразу отказываться, отпросились на корабль перекусить. Там, за обедом, у нас с Барсиком произошло короткое совещание.

Нужно было решить: остаться в гостях или побыстрее исчезнуть отсюда.

Кот заявил, что имеет смысл задержаться тут на недельку-другую. Мол, таким образом с нами познакомится некоторое количество местных обитателей. Ведь пауки в будущем должны встретить нас блуждающими по коридорам станции, во время нападения Легиона на их дом. Хоть немного, но так мы обезопасим себя от случайного выстрела.

Я согласился с Барсиком. Мы остались в гостях у артроподов. Получали знания об этих странных существах и сами делились информаций. Мы поведали Вождю о том круговороте событий, в которые оказались втянуты благодаря Артефакту: о попытках акридиан завладеть машиной времени и повлиять на прошлое, о грядущих битвах за свободу Галактики.

Вождь лично водил нас по разным достопримечательностям, коих тут оказалось немало.

Мы посетили музеи артроподов, их театры и хранилища знаний. Стало сразу ясно: никакой человеческой, а может даже и кошачьей, жизни не хватит для изучения быта и культуры столь древней цивилизации. Поэтому серьёзных целей мы не ставили, просто удивлённо глазели по сторонам, без надежды вникнуть в тонкости чужой культуры.

К сожалению, почти всё, с чем нас знакомил Вождь, сопровождалось невыносимой гаммой резких запахов.

Это была не единственная проблема, с которой мы здесь столкнулись. Местная пища оказалась не для нас. Пауки в небольших количествах поглощали какую-то зелёную жижу, генерируемую специальными механизмами. Им этого скудного питания хватало на протяжении миллиардов лет, а вот нам было просто страшно даже попробовать эту гадость. Поэтому мы возвращались на наш звездолёт и понемногу доедали остатки тех запасов, что привезли с собой.

Спали мы не на корабле. Пауки выделили нам комнату, выходящую в длинный коридор, на одном конце которого был амфитеатр, а на другом — ангар. Сюда по утрам приходил Вождь, чтобы отвести нас на очередную экскурсию.

Я лично настоял на ночёвке вне корабля. Коконы-гамаки на катере Империи Котов были для меня чересчур узкими и короткими, поэтому я не мог упустить возможность растянуться во весь рост, без сдавливания со всех сторон.

Наверное, тут и заключалась моя главная ошибка: я расслабился и предпочёл комфорт соображениям безопасности…

Мне снился странный сон, в котором кто-то светил в моё лицо фонариком и почему-то пахло горелым. Я приоткрыл глаза, потянулся, зевнул, и принял сидячее положение. Сразу зажглись лампы под потолком, ослепляя меня, прямо как тот дурацкий фонарик.

— Утро доброе, — сказал я, поворачивая голову к постели Барсика.

Место кота пустовало. Над его лежанкой, прямо на стене, появилась выжженая надпись на русском, кривыми буквами, словно её делал ребёнок.

«Я должен стать императором, извини», — прочёл я.

Артефакт Предтеч и рюкзачок кота исчезли.

Я быстро оделся, выскочил в коридор и помчался к ангару. Путь до посадочной площадки занял меньше десяти минут. Не знаю, зачем я так торопился. Я был уверен, что корабля Барсика не застану.

Но надежда умирает последней.

Запыхавшийся я влетел в огромный куполообразный зал и остановился оглядываясь. Разведывательного катера нигде не было видно.

Кот бросил меня.

Глава 16. Распутывая клубок

Барсик и его звездолёт исчезли, а я лишился Артефакта Предтеч. Впрочем, на станции пауков всё ещё было целых две машины времени. Мне следовало найти Вождя как можно скорее, объяснить ему возникшую ситуацию и уговорить отдать одну из сфер, хотя бы на время.

Долго искать главного паука не пришлось. Оказалось, что предводитель артроподов находился в ангаре. Пока я стоял на месте, обдумывая своё незавидное положение, старик тихо подошёл ко мне сзади, держа в передних конечностях Артефакт и… ошейник Барсика!

Если я правильно догадался: кот попросил главу пауков перенести его на корабле куда-то, а механизм для темпоральных путешествий — вернуть мне, вместе с «поводком» акридиан. Видимо, у Барсика был план, в котором это устройство не играло никакой роли.

Я показал Вождю знаками, чтобы тот надел переводчик на шею, после чего попросил настроить шар обратно на те координаты, куда он перенёс кота. Артропод выполнил эту просьбу и протянул мне Артефакт. Я выхватил у него сферу, подключился к ней и выяснил время и место, куда отправился мой хвостатый товарищ.

Барсик переместился в двадцать пятый век, по земному летоисчислению, в то самое время, когда Коалиция начала истребление разумных котов.

Первым моим желанием, было отправиться следом за другом, или же прыгнуть назад, во вчерашний день, чтобы отговорить кота от побега. Однако, ничего из этого так и не произошло. Я знал, что следующая наша встреча должна случиться в двадцать девятом веке.

Тем временем, Вождь снял с себя ошейник-переводчик, отдал его мне, развернулся и направился в сторону выхода из ангара. Вряд ли паук понимал, почему мой напарник вдруг оставил меня одного здесь. Но если артропод и знал причины действий кота, объяснить их мне он всё равно был не в состоянии.

Я пытался убедить себя, что нет никакого смысла сейчас преследовать Барсика и упрашивать образумиться. Ясно одно — в новых планах кота мне не было места. Но предал ли он меня? Не знаю. В моём распоряжении оказалось слишком мало данных, я легко мог ошибиться в выводах насчёт мотивов своего напарника.

Барсик заявит права на трон, пока жив его отец. Император в курсе, что принц спас свой народ от полного истребления. Возможно, в подобных случаях у котов есть какие-то исключения даже для тех, кто был сперва вычеркнут из списка наследников.

Когда мой напарник возглавит Империю, у него появится возможность остановить акридиан. Мощный кошачий флот способен освободить народы Коалиции или же захватить освоенную Галактику. Какой путь изберёт Барсик?

Нельзя забывать и то, что некоторое время Империю будет возглавлять его амбициозный брат. Кто именно отдал приказ о нападении на флот Святого Престола? Барсик или Артан?

Ответы я смогу узнать, переместившись в двадцать девятый век, к моменту прибытия флота котов в Солнечную систему. Мне надо будет туда попасть в любом случае. Значит, рано или поздно, я всё выясню. Поэтому, Барсика следует на время выкинуть из головы.

У меня был целый список дел, которые необходимо выполнить строго по порядку, ничего не перепутав в этой последовательности.

Итак, первым делом, мне надо было вернуться в две тысячи семьдесят девятый год на Луну в заброшенную колонию, чтобы перенести «Матвея номер три» и кота, оставшихся без Артефакта, в конец двадцать первого века на Землю.

После этого я должен записать себе сообщение, оставить его в нашем тайнике на Ганимеде в прошлом, а затем снова переместиться в двадцать девятый век. Там я спрячу Артефакт внутри десантного катера, чтобы его позднее смог найти Барсик.

После чего можно спокойно отправляться на аудиенцию к Императору, ведь на этом вся чехарда с прыжками во времени закончится…

Нет-нет, что-то я всё чересчур упрощаю.

Мне ещё придётся найти способ сбежать с борта «сто восьмого». Без Артефакта я попросту застряну в его ангаре. Меня там обнаружат легионеры, а через несколько дней разнесёт на атомы флот котов.

Можно захватить один из челноков, но толку? Я не справлюсь с этой техникой Легиона.

Попробовать взять в заложники пилота? Без физического принуждения эту затею не провернуть, но легионеров-то жалеть нечего, все они потеряют свои головы. Едва будет уничтожен ретранслятор охранного сигнала на флагмане акридиан, следом сработают детонаторы тюремных ошейников…

Секундочку! Столько лет прошло, совершенно неудивительно, что я забыл про Драка и Ноккера! В то же самое время ребята должны были планировать побег со «сто восьмого». Почему бы нам не объединить свои усилия?

Только вот, как мне сохранить товарищам головы на плечах?

Ответ нашёлся сразу. В одной руке я держал ошейник кота, деактивированный и без взрывчатки. На Ганимеде, в голографическом проигрывателе, находилась подробная инструкция, как безопасно снять охранное устройство и модифицировать его.

Ноккер, четырехрукий коротышка был прекрасным инженером-электронщиком, не хуже Барсика. Если у него окажется вся необходимая информация и даже образец перед глазами, он что-нибудь да придумает!

Я могу и должен спасти друзей. Значит, в моём плане появились новые прыжки во времени. Мог я позабыть что-то ещё? Вполне. Пришлось перепроверять список действий, тщательно сравнивая их со своими воспоминаниями, стараясь не упустить ни малейшей детали…

Вот оно!

Я прибыл на Луну, на флагмане акридиан, в боевом скафандре Святого Престола. Получается, я где-то раздобыл защиту, после чего отправился в конец двадцать первого века, чтобы вернуть в будущее корабль наших врагов.

Только вот, с какой целью я это сделал?

Ошейники Драка и Ноккера не взорвутся, раз уж я придумал, как избавить своих друзей от этой угрозы. Да и вообще: ретранслятор охранного сигнала не спас бы никого из Легиона, ведь я помнил, что корабли Империи Котов, кружившие над лунной колонией, готовились уничтожить флагман.

Некоторое время я безуспешно искал причину своим действиям, перебирая в памяти недавние события.

Наконец, до меня дошло.

Похоже я умудрился проспать кое-что важное, в буквальном смысле. Когда мы с Барсиком сбежали из Зоны 51 на исследовательском корабле акридиан, меня сморило. Я продрых те несколько часов, что занял путь от Земли к Луне.

Мы каким-то чудом избежали боя, хотя нашу траекторию было легко отследить. Достаточно было простенького любительского телескопа, чтобы догадаться куда направляется угнанный звездолёт.

Военные космической базы, которые отвечали за оборудование «кротовой норы», не могли не получить сигнал тревоги из Зоны 51. Сразу после нашего побега, с ними должен был связаться кто-то из командования Объединённой Америки, чтобы передать указания защитить систему межзвёздных перемещений. С Земли наверняка поступили инструкции захватить наш корабль в плен или уничтожить.

Только вот никаких сложностей у нас не возникло! Я даже не проснулся, когда мы прибыли на место, а Барсику удалось легко перенастроить тоннель и отправить корабль к Тау 1 Гидры.

Нас могли остановить, но не сумели. Подобную удачу нельзя было объяснить случайным стечением обстоятельств или же исключительной отсталостью военной техники землян того времени. Нет. Нам помогли в тот момент. Кто-то нейтрализовал личный состав космической станции и отключил её защитные системы.

Это мог сделать только я сам.

Я нацепил ошейник Барсика на правую руку, туда, где уже находился точно такой же браслет. Обхватил обеими ладонями Артефакт Предтеч и подключился к нему, чтобы настроить шар на двадцать четвёртое столетие и родную Солнечную систему.

Я без труда обнаружил флот Святого Престола, спокойно дрейфующий у Марса, отдыхающий в промежутке между боевыми операциями. Среди сотен кораблей я быстро вычислил «Справедливый», хотя мог бы выбрать любой другой. Затем передвинул фокус внутрь него. В качестве финальных координат я установил оружейный склад.

После этого я активировал Артефакт и переместился к цели.

В хранилище было темно, хоть глаз выколи. Лампы включались снаружи, в каморке интенданта, поэтому мне пришлось вслепую добираться до стеллажей со всякой мелочёвкой и шарить там в поисках фонарика.

Очень скоро у меня появился свет.

Я выбрал новёхонький боевой скафандр. Проверил, что все системы в порядке, и облачился в него. А вот у стойки с оружием пришлось призадуматься. Вполне возможно, внутри космической станции завяжется бой, а земляне конца двадцать первого века ещё не освоили ни искусственную гравитацию, ни защитные силовые поля. Обычные пушки тамплиеров будут малоэффективными, а кое-что даже опасным для меня самого.

К сожалению, арсенал Святого Престола не располагал образцами вооружения вроде потоковых винтовок акридиан.

Ну и ладно, обойдусь кошачьим бластером, который был при мне со времени последнего визита к артроподам. Не слишком удобная для человеческих рук кроха, тем не менее была довольно эффективным оружием в любой ситуации.

Я захлопнул забрало шлема и уже решил перенастроить шар на прыжок в прошлое, но тут мой фонарик выхватил из темноты оранжевые канистры вирус-бомб. Трудный выбор, но одержать победу у Луны мне предстояло в одиночку, а значит — любой ценой. Героем быть легко лишь когда в запасе есть ещё одна жизнь.

Я подошёл к канистрам, поднял одну и прицепил к поясу. Затем взял Артефакт и настроил его на конец двадцать первого века. Чуть больше времени занял поиск нужной мне орбитальной базы — космической станции, имеющей форму тора.

Внутри дыры этого гигантского бублика находился главный корабль акридиан. От нижней части звездолёта пришельцев змеями вились толстые провода, крепящиеся на корпусе станции в четырёх точках.

Судя по многочисленным обрубкам опор, не дотягивающихся до флагмана, пустое пространство в центре тора должен был целиком занять атомный реактор, постройка которого сорвалась из-за политического кризиса на Земле.

Станцию и звездолёт соединяла пуповина переходного тоннеля. Жирный намёк на то, что на объекте присутствовали не только люди, но и серые человечки.

Пожалуй, зачистку стоит начать с корабля пришельцев.

Внутренности звездолёта, напоминавшего своими формами куриное яйцо, были мне знакомы. Схожую архитектуру имело малое разведывательное судно, которое мы с Барсиком захватили в одном из ангаров Зоны 51. На самом верху располагалась просторная комната управления, куда я намеревался попасть в первую очередь.

Я подкорректировал настройки, вдохнул поглубже, повернул верхний диск Артефакта и переместился в прошлое, внутрь флагмана.

Материализовался я прямо перед двумя серыми человечками. Эффект неожиданности был на моей стороне: Артефакт остался в левой руке, а правой я выхватил кошачий бластер и открыл огонь на поражение.

Пара ярких вспышек и два трупа на полу. Акридиане оказались настолько ошеломлены моим появлением, что даже не успели сорвать свои ошейники.

Я обследовал кабину, заглядывая в каждый её уголок, но никого более не нашёл. После чего осторожно спустился по лестнице на этаж ниже, и принялся проверять всё там. Требовалось незаметно обследовать шесть палуб огромного космического корабля в поисках противника. Суметь нейтрализовать врага, обладающего мощными телепатическими способностями, до того, как он успеет воспользоваться ими.

Времени на это было предостаточно. До прибытия «Матвея номер три» и Барсика оставалось почти шесть часов.

Корабль оказался пуст. Я убедился в этом довольно скоро. На обследование флагмана у меня ушло где-то с полчаса. Значительная часть секций находилась в аварийном состоянии — перекрыта и наглухо заварена. Очевидно, это было следствием взрыва, который устроил акридианам Председатель.

Напоследок я проверил двигательный отсек. Никого. От главного реактора вились толстые канаты силовых кабелей. Я пошёл вдоль них и вскоре добрался до шлюза, к которому был прикреплён переходной тоннель. На дальнем конце в невесомости парили человеческие фигуры в камуфляжной форме.

Эту прозрачную пуповину никак не пересечь незаметно. Стоит мне нырнуть в неё, и я окажусь у противника на виду.

Можно задействовать канистру с вирус-бомбой прямо на флагмане акридиан, но я опасался, что здесь была своя атмосфера, изолированная от воздушной среды космического объекта землян. К этой мысли меня подтолкнуло наличие локальной гравитации на звездолёте пришельцев. На другой стороне тоннеля она отсутствовала. У акридиан была отдельная, более комфортная, среда обитания.

Пришлось снова задействовать Артефакт. Я переместился локально в пространстве, в самое крупное помещение на станции. Здесь было светло и тихо, гравитация отсутствовала. Я попал в какой-то сборочный цех: со всех сторон меня окружали станки, конвейеры и грузовые манипуляторы.

Аккуратно выглядывая из-за механизмов, я удостоверился, что был в полном одиночестве. Посмотрел по сторонам и обнаружил наверху решётку вентиляционной шахты. Оттолкнулся от пола и добрался до неё по воздуху. Там я распечатал канистру вирус-бомбы и достал колбу с тёмно-красной жидкостью.

Инструкция в таких случаях требовала прочитать короткую молитву за упокой всех невинных душ, которые пострадают в результате использования «Анафемы».

Я так и сделал.

После чего надломил стеклянную ёмкость и поднёс её содержимое к вентиляции. Багровые шарики один за другим исчезали в темноте трубы, уносимые потоками воздуха.

В течение следующих двух часов у экипажа этой станции появятся первые симптомы поражения боевым вирусом: резкий упадок сил, общее недомогание, ухудшение зрения, потеря координации. К тому моменту, как сюда прибудет корабль с «Матвеем номер три» и Барсиком, если кто-то и выживет, то окажется не в состоянии вести прицельный огонь.

В любом случае, я должен был удостовериться, что исследовательский корабль безопасно прыгнет к Тау 1 Гидры. Я переместился к моменту прибытия угнанного звездолёта, вдобавок поменял текущее помещение на другое, более подходящее для роли командного центра этой станции.

Я не ошибся — это действительно оказалось помещение, где осуществлялось управление космической базой. Стены были увешаны множеством экранов, часть из которых не работала. Середину комнаты занимали стойки с клавиатурами. Вокруг них в невесомости парили мёртвые тела с командирскими нашивками.

С нескольких мониторов взывали военные с Земли, перебивая друг друга. Они требовали доложить обстановку и отдавали прочие приказы, которые никто кроме меня здесь уже не слышал.

Один из горлодёров привлёк моё внимание. Генерал на экране неистово орал про необходимость сохранить большой корабль, любой ценой, поскольку этого требуют пришельцы.

Вот почему я забрал флагман в будущее. На Земле в этом времени всё ещё находился кто-то из серых человечков!

Я бросил взгляд на наручный хронометр. Мой двойник и кот должны были уже находиться где-то неподалёку.

Так и есть. Сразу на нескольких мониторах появилось малое судно акридиан.

Я лишний раз проверил, что моё лицо скрыто тонированным забралом шлема. После чего оттолкнулся от стены и поплыл в воздухе мимо объективов видеокамер, провожаемый восклицаниями военных с Земли. Нужно было поскорее оказаться у экранов, на которые транслировалось изображение исследовательского звездолёта.

Корабль находилось в красной прицельной сетке.

Вот зараза! Кто-то из местных вояк успел задействовать защитные системы! На экранах возникли ракеты и помчались в сторону приближающегося судна.

Напротив мониторов с прицельной сеткой, человек со звёздами полковника на погонах закрывал своим бездыханным телом стойку пульта. Я аккуратно подвинул труп. Показалась рука мертвеца, сжимавшая ключ-карту, вставленную в гнездо с надписью «активация системы автоматической обороны».

Я поспешил вытащить карточку. Прицельная сетка на экранах стала серой, полупрозрачной. Новые ракеты больше не появлялись.

По залу, в котором я находился, внезапно прошла волна света. От неожиданности я схватился за бластер. Вокруг меня загорелись огоньками десятки панелей. Включились неактивные ранее мониторы. На ближайших экранах возникли строчки текста, сообщающие о том, что происходит калибровка межпространственного тоннеля.

Барсик дистанционно перехватил управление и готовил к активации генераторы «кротовой норы». Минут через сорок у кота всё получилось. Малый исследовательский корабль прыгнул к Тау 1 Гидры.

Вот и замечательно. Здесь мои дела закончены, пора возвращаться на судно акридиан. Для перемещения на звездолёт пришельцев можно было воспользовался Артефактом, но я двинулся «пешком», преодолевая неудобства отсутствия силы тяжести. Я никуда не торопился, потому что на поверхности моего скафандра всё ещё присутствовал активный компонент «Анафемы», способный устроить неприятности при переносе в другое время. Следовало выждать не менее десяти часов, чтобы опасность вирусного поражения стала нулевой.

Добравшись до флагмана, я направился в двигательный отсек. Выдернул из реактора провода и вытолкал их в пуповину переходного тоннеля. После этого закрыл главный шлюз. На всякий случай заблокировал дверь, ведущую в помещение, и устроился в уголке.

Заснуть удалось далеко не сразу, зато проспал я почти семь часов.

Свет неровно мерцал. Подпитка генераторов «кротовой норы» серьёзно истощила запасы энергии флагмана. Да и ладно. Я зевнул, достал Артефакт и начал настраивать устройство на возвращение в двадцать девятый век, на территорию бывшей лунной колонии.

Я отправился в будущее на корабле акридиан, но сразу выходить навстречу «Матвею номер три» и Барсику не стал. Вместо этого, снова подключился к Артефакту и поменял его настройки, сузил поле охвата до своей персоны. Я должен был знать, как спустя несколько часов будут обстоять дела у армии Святого Престола в этом времени.

У Марса кружили не только щучьи силуэты земного флота, но и корабли-подковы Империи. Вот-вот должна была начаться битва. Помня особенности компоновки патрульного крейсера котов, я переместился внутрь одного из них, прямо в личные апартаменты командующего.

Я не опасался встретить командира корабля, все офицеры сейчас находились на мостике. Однако, сюда, на голографические мониторы в его жилище, дублировалась вся важная информация.

Кабинет был пуст, но экраны работали. Оставалось только ждать.

Мне не терпелось увидеть наглую морду того кота, что начал войну с землянами. Спустя несколько минут моё желание сбылось. Я сильно расстроился, хотя и не особо удивился, когда показался Барсик. Действительно, раса долгожителей. Мой бывший напарник почти не изменился, хотя и постарел на несколько сотен лет. Он отдал короткую команду, и его хвостатые сородичи пошли в бой.

Предатель!

Я изменил настройки и вернулся обратно на Луну. Внутри меня всё кипело. Шлюз открылся. Я ступил на зелёное поле футбольного стадиона, заставленного множеством контейнеров.

Из-за одного такого укрытия показались «Матвей номер три» и его напарник.

Они убрали своё оружие и поспешили ко мне.

Я откинул забрало шлема и устало посмотрел на своего двойника. Вот ведь интересно, как мне его теперь называть? Ведь я для них сейчас был «Матвеем номер один», а он должен был считать себя вторым в этой безумной последовательности.

Сам чёрт ногу сломит в этих временных перемещениях!

— Ну привет… «Матвей номер два», — сказал я ему и протянул руку.

— Привет, — ответил мне двойник. — Ты «Матвей номер один»?

Я кивнул. Да, теперь я шёл первым.

Под черепом у меня сверкали искры, похоже кот-телепат вовсю шарил там, в поисках интересной информации. Смотри предатель, что ты натворил.

— Нет! — воскликнул Барсик. — Этого не может быть!

Следующие несколько минут мне пришлось объяснять им ситуацию, в которой все мы оказались. В ходе разговора я настроил Артефакт на Землю конца двадцать первого века. Когда речь зашла о целях, с которыми я намеревался отправить этих двоих в прошлое, боевые корабли Империи над нашими головами начали двигаться.

С опаской поглядывая наверх, я торопливо познакомил собеседников с особенностями того мира, в который они скоро попадут.

Крейсеры Империи сделали первые выстрелы. Щиты флагмана выдержали. Я знал, что реактор в корабле акридиан почти сдох. Энтропийные поля в любой момент могут отключиться. Следовало срочно убираться отсюда.

Я обрадовал моего двойника новостью о том, что он должен будет стать отцом Святого Пророка и, пока он с ошарашенным видом переварил это, перенёс нас троих в прошлое.

На Земле я как можно быстрее попрощался с ребятами, и прыгнул на Ганимед, в двадцать четвёртый век, чтобы забрать из тайника голографический проигрыватель со схемами ошейников акридиан.

Со спутника Юпитера я снова переместился в будущее, прямиком в одну из кают «сто восьмого». Появился из воздуха сразу после того, как вышли Матвей и Барсик, направленные капитан-коммандером Долусом на дипломатическую встречу у Марса.

Разлетелись игральные карты, на меня удивлённо уставились Драк и Ноккер.

— Вы нужны мне парни, — заявил я с ходу.

— Матвей? — спросил Ноккер, делая круглые глаза. — Что за фокусы?

— Нет времени сейчас всё объяснять. Знаете, что это такое? — я сбросил остатки карт с пластикового табурета, выполнявшего роль игрального стола, и положил на него голографический проигрыватель.

— Конечно знаем, — ответил сразу за двоих Ноккер.

— Внутри подробная схема, а также пошаговая инструкция, объясняющие как деактивировать ошейники. Вот и сам образец, над которым провели подобную процедуру.

Я снял с руки браслет Барсика и положил его на табурет.

— Будущее заиграло оптимистичными красками, — радостно потёр оба набора своих рук Ноккер.

— Мы наконец избавимся от этой дряни вокруг наших шей? — недоверчиво спросил Драк.

— Вам придётся поторопиться, — сказал я, пытаясь припомнить сколько времени нас с Барсиком держали на посту охраны у ангара, пока устанавливали наши личности. — В запасе полчаса, может чуть больше, чтобы сделать копию данных. Оригинал оставить не могу, потом объясню почему.

— Чтобы сделать копию, нужен второй такой проигрыватель, а его у нас нет. Это довольно дорогая и редкая игрушка, недоступная солдатам Легиона, — развёл руками Драк. — Хотя, есть одна идея. Надо проведать одного типчика из пятого блока. Ну, того мерзавца с повадками мародёра, который всегда возвращается с трофеями после каждого рейда. Ждите, скоро вернусь.

Тощий ящер пулей выскочил из каюты.

— Матвей, с тобой что-то не так, — сказал мне Ноккер, пристально разглядывая моё лицо. — Выглядишь иначе.

— Ты не ошибся. Помнишь мою историю? Как я попал на службу в Легион?

— Байку о пришельце из прошлого?

— Это чистейшая правда. И если я скажу, что снова вляпался в темпоральные путешествия, ты ведь потребуешь подробностей.

— Ну-ка, давай рассказывай!

— Повторю ещё раз: нет времени всё сейчас объяснять, — вздохнул я. — Мне надо успеть передать вам план действий на ближайшее будущее. Как только Драк вернётся с проигрывателем, вы сделаете копию всей информации о внутренностях ошейников. После этого я исчезну. У вас будет три дня, чтобы избавиться от охранных устройств. Не советую их выкидывать, они ещё пригодятся вам, как переводчики. Просто выньте из них взрывчатку. Три дня, не более. Понимаешь?

— Продолжай, — потребовал коротышка.

— На четвёртые сутки флот Легиона будет атакован мощным противником, с которым ему не справится.

— Ну, это-то я знаю. Вы с Барсиком только что предупредили нас: надо успеть свалить поскорее с корабля, пока твои соплеменники не начали бой.

— Святой Престол тут ни при чём. Речь идёт об ином противнике, — вздохнул я. — Угроза новой тирании нависла над нашей Галактикой. У акридиан появились конкуренты. Вот так.

Брови Ноккера удивлённо приподнялись.

— Вы с Драком должны попасть в ангар «сто восьмого», — продолжил я. — Буду ждать вас там, на одном из челноков. Если возникнут проблемы на посту охраны, дайте сигнал, я прикрою.

Я продемонстрировал Ноккеру кошачий бластер.

— Лучше бы сделать всё тихо и незаметно, — сказал карлик. — Иначе, не успеем удалиться от «сто восьмого», как нас расстреляют бортовые орудия.

— Не волнуйся, корабельным артиллеристам будет не до того. Улетать придётся во время всеобщей паники.

— О, ты видимо плохо знаешь Долуса. Он не допустит бардака.

— Капитан-коммандера не будет на борту. Его вызовут на совещание, как и многих других офицеров флота. В этот самый момент Легион подвергнется нападению. Мы же с вами воспользуемся ситуацией и совершим побег.

— Не думаю, что ангар будет долго пустовать после сигнала тревоги. Надо заранее подготовить челнок к старту, — заявил Ноккер. — Сможешь его завести и держать наготове?

— Если расскажешь, как это делается.

— Конечно. Слушай внимательно и запоминай…

Коротышка принялся объяснять мне подробности предстартовой подготовки малых кораблей Легиона.

К концу его рассказа вернулся запыхавшийся Драк, с голографическим проигрывателем в руке.

— Ноккер тебе перескажет наш с ним разговор, — сообщил я человеко-ящеру. — А сейчас поскорее делайте копию, и мне надо отчаливать.

Я принялся крутить диски Артефакта, настраивая шар на утро сегодняшнего дня, когда мы с Барсиком ещё сидели под замком в корабельной тюрьме. Целью моего путешествия был ангар, точнее мой десантный катер, который пригнали на борт «сто восьмого» для использования в дипломатической миссии.

Последним шагом требовалось спрятать сферу внутри корабля-креста. Только вот сначала я должен был записать послание самому себе в кабине пилота, и оставить это сообщение вместе с голографическим проигрывателем в тайнике на Ганимеде.

Боже, дай мне сил не перепутать ничего! Голова кругом от прыжков во времени…

Одно утешало: скоро эта чехарда должна была закончиться.

Ноккер завершил процесс копирования и отдал мне проигрыватель.

— Успехов вам с ошейниками, — пожелал я. — До встречи в ангаре через несколько дней!

Я активировал Артефакт и оказался на первом уровне своего десантного катера.

Странно. Я в недоумении оглядывался по сторонам: всё было совсем не так, как мне запомнилось в последний раз. Оружие никуда не пропало, оно занимало свои гнёзда в стойках. Я открыл один из ящиков, там лежала броня. Даже канистра вирус-бомбы стояла месте.

Ну-ка, заглянем на второй этаж. Я поднялся по лестнице на несколько ступенек, чтобы голова оказалась на следующем уровне. Баков с клонированными телами не обнаружилось. Их акридиане сняли, но не тронули оружие. Интересно, почему так?

Может враги решили, что земные автоматические винтовки и осколочные гранаты из прошлого — это всё примитивный хлам, и нет никакого смысла изучать погремушки отсталых обезьян?

В моей голове сразу появилось несколько вариантов применения этого арсенала. Первым делом следовало перебросить полезные вещи в один из челноков, что стояли в ангаре. Думаю, самый дальний подойдёт — вряд ли его используют в течении ближайших трёх дней.

На всякий случай я взял шар и убедился, что не ошибся. Да, выбранный корабль оставался в ангаре до самого нашего побега. С помощью Артефакта я перенёс всё оружие и даже броню, хотя она не пригодилась бы ни Драку, ни Ноккеру. Залез в аптечку и прихватил один из тюбиков «цереброцелетрона».

Не забыл я и про канистру вирус-бомбы. Едва я увидел её, как у меня появился отличный план. «Анафема» была идеальным вариантом для шантажа новоиспечённого Императора.

Сейчас у кота нет возможности прочитать мои мысли. Барсик даже не представляет, какой сюрприз его ожидает в скором времени!

Закончив с переброской арсенала, я вернулся в пилотскую кабину десантного креста и записал послание самому себе. Затем вынул карту памяти из чёрного ящика, забрал голографический проигрыватель, и отправился в прошлое на спутник Юпитера, чтобы оставить на Ганимеде полный набор всей важной информации для Сопротивления.

После этого я вернулся обратно в будущее на катер, снял со стены на первом уровне накладную панель, за которой шли силовые кабеля, и спрятал там Артефакт Предтеч. Закрыл всё обратно, набрал полную грудь воздуха и выдохнул с неимоверным облегчением.

Я только что распутал клубок парадоксов, в который сам не заметил, как угодил. Вот и всё, больше в мои руки не попадёт машина времени.

Оставалось несколько дней прятаться в ангаре, ждать появления Драка и Ноккера. Мы сбежим на челноке в самом начале боя. Подавая сигнал бедствия и взывая к Барсику, мои друзья станут идеальной приманкой. Наверняка ему доложат о странных легионерах. Он попытается спасти Ноккера и Драка. В итоге, мы попадём на крейсер, где находится Император и я использую вирус «Анафема».

После этого, жизни правителя разумных котов и его высших офицеров будет зависеть от жизней экипажей кораблей Святого Престола, ведь только у последних был антидот.

Я сомневался, стоит ли рассказывать Драку и Ноккеру обо всём, что случилось. Тем более о том, что должно будет вскоре произойти. Они могли занять сторону Барсика.

Терзаемый сомнениями, я покинул десантный корабль, и короткими перебежками добрался до того челнока, куда перенёс оружие и броню.

Я не взошёл на борт сразу. Вместо этого я несколько часов прятался в тени корпуса, пока не увидел, как серый человечек привёл к десантному кресту моего двойника и кота.

Вскоре они скрылись внутри.

Прошло несколько минут, кораблик оторвался от посадочной платформы и взлетел вертикально вверх.

Я проводил катер взглядом, мысленно пожелав удачи двоим его пассажирам.

Глава 17. Цена ошибки

Вокруг челнока, на котором мы сбежали с борта «сто восьмого», шёл ожесточённый бой. Беспрерывно мелькали вспышки выстрелов корабельной артиллерии, яркие точки двигателей сотен пустотных торпед обгоняли друг друга, словно участвовали в игре наперегонки.

Тем не менее, акридиане оказались захвачены врасплох и проигрывали это сражение.

Вовсю пылали щиты, используемые флотом Коалиции. Энтропийные генераторы не справлялись с интенсивным обстрелом и работали на пределе своих возможностей. Один за другим в фиолетовых всполохах исчезали крупные корабли Легиона.

Тяжёлые крейсеры Империи передвигались группами по четыре-пять штук. Про