КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 443482 томов
Объем библиотеки - 623 Гб.
Всего авторов - 209040
Пользователей - 98608

Впечатления

kiyanyn про Snowden: Through Bolshevik Russia (Записки путешественника)

Сначала уничтожить страну и ввергнуть ее в нищету и войну (тут я согласен со Стариковым) - а потом лить крокодиловы слезы...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
PhilippS про Корчевский: Опер Екатерины Великой. «Дело государственной важности» (Исторические приключения)

Прочитал с удовольствием. Только заменил резинки для чулок ( явный анахронизм) на подвязки.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Colourban про серию Я спас СССР!

Цикл завершён.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Serg55 про Москаленко: Нечестный штрафной. Книга 2. Часть 2 (Альтернативная история)

да, тяжело ГГ, куча баб, а некого..
а так неплохая серия, довольно жизненно

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
more0188 про Емельянов: О смелом всаднике (Гайдар) (Советская классическая проза)

и ни одного отзыва?
кстати в свое время зачитывался. ток конечно не голубой чашкой и не тимуром (хотя вещи!) Там было что то про попаданцев. Кстати не могу найти. Может с чипполино сожгли?

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).
Михаил П. про Snowden: Through Bolshevik Russia (Записки путешественника)

На мой взгляд, это произведение сопоставимо по уровню с книгами Ильфа и Петрова, которые описывают примерно то же историческое время. Но в отличие от 12 "стульев", это совсем не весело. Книга представляет собой полные искренности заметки молодой девушки о том, что она увидела в своем путешествии по Большевистской России.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
DXBCKT про Рожин: Война на Украине день за днем. «Рупор тоталитарной пропаганды» (Политика и дипломатия)

Совершенно случайно перекладывая «неликвид» (на полке с уценкой) обнаружил эту книгу и почти сразу решил ее купить. Сразу скажу, что имя автора мне конечно (было) незнакомо, да и его внешность (на обложке) так же особо не впечатлила)) Однако знакомый «бренд» (Colonel Cassad) мигом устранил все эти недочеты, поскольку на заре «Русской весны» все те кто (как и я) сначала мало интересовался жизнью «бывших республик» - внезапно стали проявлять огромный интерес, став свидетелями столь ярких, столь же и весьма неоднозначных событий.

Colonel Cassad, News Front, RT (и многие другие) медиа (тогда) внезапно стали массово обсуждаемыми и тиражируемыми (наравне со своими «конкурентами» по другую сторону границы из подконтрольмых медиаструктур Коломойского и К). Каждый (там) искал и находил «именно свою правду» и не раз в ней «убеждался».

Между тем эти времена вроде бы (как) уже давно прошли — эпические сражения сменились кровавой обыденностью гражданской войны, да и «у нас» все (видимо) дружно решили забыть эту тему и все скатилось в разряд второсортных выступлений у Соловьева.

Между тем (лично у меня) давно был интерес (разобраться) хотя бы в чем-то и понять что это (например) за «Партия регионов» такая и кто эти такие «оранжевые»)). Нет — конечно в теперешних реалиях все более менее понятно, но вот что именно происходило раньше с республикой (с названием Украина) конкретно после развала СССР и до «известных событий»? Тогда — если честно, это было мне не особо интересно)). В конце концов — есть и «другая республика» Беларусь... и что там происходило и что происходит сейчас особо и не понять)) Да и до всяких митингов — кому их простых граждан РФ интересно что там собственно происходит? С одной стороны «Батька» гораздо резче «нашего», да и откровенней намного... с другой — извините и Жириновский «с трибуны хаиТь», а что толку? Выпустим «пар в гудок» и жди «второй звонок»))

Так что — касаемо данной книги, было желание немного разобраться, «что там появилось и откуда», что бы в случае чего так же «не ломануться» куда-то столь же доверчиво и безрассудно... Хотя — это наверное сейчас легко рассуждать: сидя в кресле и с чашкой кофе. В общем...

В общем — прочел эту книгу буквально за 2-3 дня и вынес из себя следующее:

- 2/3 книги занимают прогнозы времен 2013-2014 годов и наиболее вероятные «векторы развития» (многим из которых все же суждено было сбыться). Так же немного был показан механизм и природа принятия тех или иных решений (того времени) и описаны итоги действий, как и тех «кто хотел как лучше», а так же и тех «кто изначально знал и раскачивал лодку» (находясь то во власти, то в «оппозиции», с нашей стороны и с другой).

- и хотя автор не скрывает своих пророссийских взглядов (а точнее взглядов человека воспитанного в Советском союзе), эта книга отнюдь не агитка про «тупых западенцах» и не слащавая пропаганда (в стиле Стариковского «Украина: Хаос и революция-оружие доллара»). Эта книга о реальных последствиях решений хунты и решений Кремля, и вся Украина (тут) представлена в виде шахматной доски, на которой развернулась очередная политическая игра США и России. Можно сказать очередной «кубок Большой игры» (которая длится уже больше века)

- автор (как и я) не скрывает своих симпатий к «Русской весне», однако не менее жестко (в оставшейся части книги) дает анализ возможных действий России в той или иной ситуации. При том — как раз именно, в тот момент, когда его хочется «заподозрить» в наличии «розовых очков» и веру «в правильное решение Кремля»)). И изложенные (автором) варианты не совсем жизнерадостны и различаются степенью... «качества известного ингредиента». Между тем — окончательная надежда (вроде бы как) еще где-то все же теплится... Впрочем... Такое впечатление, что всем уже на все давно наплевать и только люди которые реально «с этим живут» (по любую сторону границы) все еще не могут ничего забыть. Остальные уже нашли «что-то поржачней» и обсуждают очередной развод очередной «ляди» и прочих «серов и сэрих» (от поп-культуры). А что? Легко забыть то - что тебя и не касается...

- знаю что в итоге (я) рискую здесь нарваться на «потоки других точек зрения», однако все же думаю, что любой, кому эта тема (все еще) интересна — прочтет эту книгу с удовольствием, т.к эта книга совсем не для «упоротого» патриота, а для патриота, который ко всему прочему умеет думать головой))

P.S Насчет книги я все же немного погорячился, т.к это скорее собрание статей (с данного ресурса) и их подборка по хронологии... Единственно — немного смутило наличие грамматических ошибок и (порой) незаконченность (тех или иных) предложений, а так же отсутствие четко продуманного финала, который бы резюмировал вышесказанное и обозначил итоги «пройденного» на фоне (скажем) с этапами «новейшей истории» (которые пришли на смену событий 2013-2014-х годов). Но несмотря на это — я все же узнал много интересного, о чем не задумаешься (просто смотря ТВ с перерывами на рекламу).

Рейтинг: -1 ( 0 за, 1 против).

Интересно почитать: История компании Орифлэйм

Конфеты (СИ) (fb2)

- Конфеты (СИ) 897 Кб, 206с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - (demeter11)

Настройки текста:



========== 1 ==========

Интересно, с чего чаще всего начинаются романы? С описания природы или героев, обстановки или какого-либо мероприятия? А может быть с экшена в виде драки или чьей-то трагической смерти?

Эта история начнется с тихого весеннего утра и легких солнечных лучей.

Ранний подъем, утренние процедуры, легкий завтрак и усиленная тренировка были залогом успешного начала дня для Неджи. Сегодняшний день не был исключением: все шло по заранее обдуманному плану, который давно стал для него шаблоном. Находясь на площадке, Хьюга отрабатывал новую технику, которая требовала повышенного внимания.

— Простите, не подскажите, как добраться до поместья Учиха? — послышался голос откуда-то сзади, но Неджи, хоть и услышал его, но не подал виду. — Извините?

Молчание.

— Не желаете отвечать — не нужно… — буркнула девушка и зашагала дальше.

Вздутые вены в области глаз перетекали на яблочки щек. Бьякуган видел все: невысокий рост, длинные волосы до поясницы, тонкие щиколотки и отсутствие протектора. Последнее заставило его переключить внимание обратно на упражнения, и он мгновенно забыл о девушке.

Когда отец отправлял ее с какими-то посланиями, каждый раз она норовила заблудиться в трех соснах. Порой она считала, что у нее дезориентация, а иногда, наконец-то найдя пункт назначения, сразу же забывала о своей проблеме. Сейчас, подходя к дому Учиха, она с улыбкой подумала, что вновь одержала победу в этом нелегком состязании.

— Здравствуйте! — радостно воскликнула она прохожему. — Я по поручению своего отца. Как я могу передать господину Фугаке послание?

— Доброе утро, пройдите до конца этого дома и сверните налево, там не ошибетесь, — пролепетала доброжелательная старушка, улыбнувшись, и продолжила протирать окна плотной тканью.

Сора кивнула и пошла в указанном направлении. Небольшой квартал казался очень оживленным, чего нельзя было сказать о ее собственном доме: ее семья была не из известного клана, отец, мать и старшая сестра, давно вышедшая замуж, — вот, кого она называла родными. «Интересно, по праздникам они собираются вместе в одном доме или каждый сидит у себя?» — пронеслось в голове у девушки и тут же улетучилось, когда она лбом почувствовала чью-то твердую грудь.

— Ой, извините, — пролепетала она, аккуратно поднимая голову. И почему она вновь витала в своих мыслях вместо того, чтобы смотреть под ноги?

— Бывает, — хмыкнул парень, — Вы что-то ищете?

— Мне нужно передать послание господину Учиха от своего отца, — ответила та, — это что-то важное…

Она стояла, сосредоточенно смотря в темные глаза оппонента, но, быстро опомнившись, отвела взгляд и сделала шаг в сторону, пытаясь обойти его. Ее мельтешение не осталось не замеченным, и парень, чуть улыбнувшись, проговорил:

— Дорогу-то знаешь? — и, не дождавшись ответа, продолжил: — Пойдем.

Она последовала за ним и заметила на его спине герб клана Учиха, вышитый шелковыми нитками. Неудивительно, что он хорошо ориентировался здесь.

Отчего-то ей было неловко находиться рядом с ним. Она чувствовала, как щеки хотят залиться предательским румянцем. Кажется, все попытки снять красноту с лица только ухудшали ситуацию, поэтому Соре нервно заправила волосы за уши — вечная привычка, следовавшая за ней чуть ли не всю короткую жизнь.

Молча они подошли к одноэтажному дому, который, как она подумала, являлся пунктом назначения. Изнутри дом казался просторным, ступни приятно окатывало прохладой пола, отчего ступать по нему было приятно вдвойне. Стояла гробовая тишина, которая, казалось, стала вечным путником поместья.

— Итачи, — неожиданно проговорил молодой человек, обернувшись к своей спутнице, и заметил легкое смятение в ее глазах.

— Да? — только и ответила та.

— Мое имя — Итачи, я не представился, — повторил он и протянул руку, которую девушка неуверенно пожала. Под выжидающий взгляд темных глаз куноичи чуть ли не прошептала, пытаясь унять часто бьющееся сердце:

— Сора.

Итачи кивнул. Кажется, его присутствие делало воздух горячее и, несомненно, тяжелее. Иначе почему так сложно дышать?

— Мы на месте, — и, кивнув в сторону закрытых седзи, он двинулся в другую сторону.

Румянец отступил. Для нее не было странно краснеть перед кем-то: стеснение, казалось, преследовало ее повсюду, но девушка с этим пыталась бороться. Но в случае с Итачи мысли об этой борьбе отступили на второй. Он был красив, даже слишком: темные волосы, собранные в низкий хвост, широкие плечи, тонкие пальцы и черные, бездонные глаза, в которых она бы, будь чуть больше времени, обязательно потонула.

Вдруг вспомнив о господине Фугаку и своем поручении отдать важный свиток лично, она аккуратно постучалась.

Через пару дней после ее визита в поместье Учиха начался учебный год в медицинской академии, которая готовила своих первых выпускников, коей и являлась Сора Кояма. Ее владение ниндзюцу, тайдзюцу и гендзюцу оставляли желать лучшего, чего нельзя было сказать о медицинских дзюцу: здесь способности девушки процветали, и она их всячески развивала. Сора считала, что шиноби из нее никакой, что она не обладает теми качествами, которые необходимы настоящему, успешному ниндзя; она считала, что помощь людям в виде заживления ран и лечение от болезней является ее поприщем, хотя также понимала, что ирьенины — неотъемлемая часть команды. Вследствие этого девушка мечтала о работе в больнице и помощи со стороны фронта, нежели на поле боя, где толку от нее, по сути, было мало.

Сора шагала к академии в свой первый день последнего года обучения, улыбаясь окружающим и впитывая утренние лучи солнца. Иногда казалось, что достаточно лишь выйти солнцу из-за облаков, и все вокруг приобретало совершенно иные краски.

— Эй, — послышалось сзади.

Она идет, не оборачиваясь.

— Я к тебе обращаюсь, — кто-то положил руку на ее плечо, останавливая. — Ты обронила, — протянув резинку для волос, произнес незнакомец.

— А, это вы, господин молчун, — с этими словами девушка взяла пропажу из его рук и надела ее на запястье, приглаживая волосы на затылке, — да, не заметила, как она слетела…

— Господин что? — переспросил парень, поднимая одну бровь вверх и пытаясь понять, послышалось ли ему или она и вправду его обозвала.

— Господин молчун.

Молчит, как и полагается.

— Господин молчун, — повторяет Сора.

— Я услышал, — без эмоций ответил тот и свел тонкие брови к переносице. Он мог уйти, но продолжил стоять на месте, изучая ее лицо, смутно ему знакомое. — И как мне на это реагировать?

— Желательно положительно, — улыбаясь, ответила она. Комичность ситуации или, скорее, его реакция ее смешит. — Пару дней назад я спросила у тебя дорогу к поместью Учиха. Ты тренировался очень усердно, даже не ответил мне. Я сначала подумала, что ты молчун, потом поняла, что ты был слишком сосредоточен, поэтому… — она не договорила, как он кинул:

— Понял.

— Значит, все-таки не молчун, — встретил его удивленный взгляд, добавила: — Разговариваешь ведь…

Да, это лицо и голос были ему знакомы, и теперь он понял, кто перед ним стоит. Сегодня она была еще красивее, чем в прошлый раз: острые колени, выглядывающие из-под подола светлого платья, тонкая шея, здоровый румянец и еле заметные веснушки на яблочках щек.

— А ты знаешь, что кричать «эй» незнакомому человеку, невежливо? — подбежала она, заглядывая ему в лицо, на что тот не даже не кинул взгляд в ее сторону. Боялся, что будет смотреть слишком долго? — Опять играем в молчанку? — молчание. — А ты не падок на слова, как я погляжу!

— А ты знаешь, что говорить «ты» незнакомому человеку, также невежливо? — теперь спросил он, на что Сора прищурила глаза и недовольно хмыкнула, признавая поражение.

— Один-один.

Они шли слишком медленно — под стать ее шагу. Аромат, исходивший от нее, словно приковал к себе парня, отчего он не смел ускориться. Пахло чем-то сладким и свежим одновременно.

— Могу я теперь называть Вас молчун-сан? — она вкрадчиво заглянула в лицо незнакомца, который предпочел оставить этот вопрос без ответа. Молчание она приняла за согласие и заулыбалась.

На горизонте показалось невысокое здание медицинской академии, и Сора, заметив своих одногруппников у входа, что-то пролепетала своему оппоненту и умчалась в своем направлении. Не оглядываясь, он в том же темпе продолжил шагать. Сразу стало как-то пусто: никто не задавал глупых вопросов и не улыбался во все зубы, пытаясь заглянуть в лицо. Неджи шумно выдохнул, не понимая, хотел бы он узнать ее имя?

Сидя на очередной лекции, Сора думала о недавнем разговоре с отцом, который состоялся после посещения поместья клана Учиха. Неужели ей действительно нужно будет стать личным медиком клана? Разве они не могут обращаться за помощью в городскую больницу, как делают все жители деревни?

Если бы ещё вчера ей сказали, что не стоит бояться и переживать, то она бы не поверила. Сейчас же, выйдя со спокойной душой и легким сердцем из дома Фугаку-сана, Сора глубоко выдохнула и вдохнула полной грудью горячий воздух. Обязанности врача клана были не такими страшными, какими она себе их представляла. По словам господина Учиха, серьезных недомоганий у его соклановцев не было, поэтому девушке было необходимо работать с довольно посредственными болезнями вроде головной боли, простуды и сезонной аллергии. Желание иметь личного медика было, по его словам, прихотью клана, которую, к счастью, удалось удовлетворить. Такой ответ устроил Сору.

Шагая в сторону ворот, она тихо радовалась, что может помогать родителям в материальном плане и заодно получать опыт в своей сфере деятельности. Возможно, работа в поместье такого известного и влиятельного клана в деревне смогла помочь при дальнейшем трудоустройстве, поэтому девушка крепко уцепилась за это предложение.

Солнце слепило глаза, и Сора щурилась, держа ладонь козырьком. Вдруг впереди показался силуэт фигуры. Еле приглядевшись, девушка узнала Итачи. Сейчас его одежда была перепачкана кровью, на лице — ссадины. Он медленно шел, хромая и еле волоча ноги. Не долго думая, она бросилась ему навстречу.

— Я помогу! — на выдохе воскликнула она, осматривая его ближе. Молодой человек хмуро глядел сквозь неё, словно совсем не замечая.

— Не нужно.

— С сегодняшнего дня я — медик клана Учиха, поэтому это моя обязанность, — быстро выпалила Сора, не поднимая глаза, а все также продолжая осматривать его тело. — Можете облокотиться, — девушка аккуратно взяла его руку и перекинула через свою шею.

Не ясно, было ли легче ему от этого идти, потому как ирьенин была ниже него минимум на голову и помощи как таковой от такого положения не было, но он не отпирался. Учиха почувствовал ее руку у себя в районе талии, а другую — на перекинутой руке. Они медленно ковыляли, не пытаясь разговаривать: она молча пыталась помочь, он — принимал помощь, хотя не нуждался в ней.

Раны оказались не смертельными. Но чувство азарта и страх одновременно окатили ее, сдавливая грудную клетку. Из-за отсутствия реальной практики Сора на секунду засомневалась в своих способностях. А вдруг не получится? Вдруг оплошает, работая с такими мелкими ранами?

Он лежал с закрытыми глазами. Полотенце, смоченное в тёплой воде, проходилось по его бледной коже, смывая следы уже запекшейся крови. Ладони, плечи, шея, ключицы, лицо. Сора снова опустила ткань в воду, из-за того та ещё более окрасилась в бледный алый цвет. На ее платье остались следы крови, пятнами расползающиеся по всей ткани. За все время он не проронил ни звука, лишь изредка поглядывал на девушку, волосы которой щекотали его грудь, когда та опускалась слишком низко. Теплые ладони с зеленой чакрой почти невесомо прикасались к местам ушибов, не желая причинять еще больше боли.

— Спасибо, — тихо сказал он.

— Спасибо вам, что стали моим первым настоящим пациентом, — улыбнулась она, радуясь, что все прошло удачно. — Честно, я ещё слишком неопытна, поэтому мне не удалось полностью вылечить ваши раны. В следующий раз я ещё раз осмотрю вас, посоветуюсь в академии…

— Не нужно, — вновь повторил Итачи.

— Нужно! — не приняла отказ Кояма, взволновано сжав его плечо и заглянув в его приоткрытые в глаза.

Дверь резко распахнулась, и в комнату влетела женщина.

— Итачи! — воскликнула та. — Ты в порядке? Что случилось?

— Да, — только и сказал он, улыбнувшись одними уголками губ.

Сора подняла глаза и увидев перед собой взрослую женщину, которая, как ей показалось, была матерью Итачи — так они были похожи. За ее спиной виднелся еще один медленно приближающийся силуэт. Молодой человек был словно копией ее пациента. Его глаза взволнованно осматривали Итачи.

— С ним все в порядке, только… — не закончила Сора, как ее перебил Учиха:

— Все действительно в норме.

— Вы ведь новый медик нашего клана? — спросила женщина, на что Кояма утвердительно кивнула. — Спасибо за помощь, нам несказанно повезло, что вы оказались здесь в это время! — она не знала что ответить, просто смущенно улыбнулась, вставая.

— Ему нужно будет отдохнуть пару дней, я буду навещать… Итачи-сана, — ей словно было неловко называть его по имени, отчего щеки вспыхнули румянцем.

— Спасибо, — с благодарностью ответила женщина и склонилась над сыном.

На следующий день, появившись в доме Учиха, девушка не застала Итачи дома. Она оставила его матери отвар, который стоило принимать утром и вечером, и занялась своими обязанностями, все же еще толком не осознавая их.

Ей отвели небольшую комнатку в дальнем крыле дома, в которой имелось все то необходимое, что могло бы ей понадобиться: кушетка, небольшой стеллаж для книг, на котором уже имелось пару справочников, широкое окно, благодаря которому комната была залита солнцем, и узкий стол с маленькой лампой. Оставалось навести порядок, приобрести необходимые травы и добавить пару своих безделушек.

Когда с уборкой было покончено, Сора плюхнулась в свой стул и, подперев лицо руками, стала наблюдать за не меняющимся пейзажем за окном. Было тихо и спокойно, прямо как в бездонных глазах Итачи. Она хотела увидеть его снова. Увидеть, вновь покраснеть и узнать, в порядке ли он.

Рабочей день быстро закончился. На улице было тихо, солнце садилось за горизонт, озаряя все оранжевым светом. Проходя вблизи спортплощадки, Сора обратила внимание на мелькавшие звуки и подняла голову. По этой же дорожке она когда-то шла, заплутав, и просила помощи этого незнакомца с серыми глазами, который сейчас вновь был на том же месте. Удивительное совпадение.

— Не подскажете, как пройти к поместью Учиха? — смеясь, крикнула она, и словила дежавю. В этот раз парень также не повернулся, оставшись стоять спиной к ней, но остановился. — Привет!

— Здравствуй, — произнес он. Ему не нужно было использовать бьякуган — и без этого он чувствовал ее мягкие шаги за спиной. Ее волосы были завязаны в высокий хвост, обнажая шею и острые ключицы, выбившиеся пряди развевались на ветру. Знала ли она, что он чувствует каждое ее движение? — Следишь за мной?

— Да! — выпалила Кояма, рассмеявшись, и он услышал ее звонкий смех, который заставил его улыбнуться. — Чем Вы заняты? Снова тренируетесь? А когда-нибудь отдыхаете? — она все еще видела его спину, широкие плечи, скрытые под свободной белой рубашкой.

— Не знаю на какой вопрос нужно ответить сначала, — сказал Неджи и обернулся в пол оборота.

— Можете не отвечать, я уже все поняла, — Сора пожала плечами, обходя его, и встала напротив. Хьюга ничего не ответил, только вопросительно взглянул на нее. — Вы такой сильный, мужественный… — лепетала она задумчиво, смотря ему в глаза и наблюдая за реакцией. Он хотел было пропустить это мимо ушей и продолжить прерванную тренировку, но ее нелепые слова разозлили его. Очередная девчонка, которая при первой же возможности вешается на шею. — Да я шучу! — и расхохоталась, не сдерживаясь. — Вы такой забавный! У вас все эмоции на лице написаны! — смеялась, а он еле разбирал слова сквозь ее хохот.

— А тебя, как я погляжу, очень легко рассмешить, — только и выдал Хьюга.

— Ха-ха, да, у Вас это легко получается, — отдышалась Сора и потуже затянула резинку на волосах. — Меня зовут Сора Кояма, а Вас?

— Неджи Хьюга, — выдал он, и неожиданно для себя протянул руку. Ему было интересно, какова на ощупь ее кожа. — Никогда не слышал о твоем клане.

Девушка с радостью пожала ладонь, которая, как она отметила, оказалась много больше ее собственной. В принципе, это было неудивительно, потому как ее макушка доходила Неджи до подбородка.

— Хм, нет клана Кояма. Я из обычной семьи, — она пожала плечами. Неджи ждал от нее того же вопроса, но его не последовало. Уже знала, кем он являлся?

Он продолжил тренировку. Противоречивые чувства окутали его с ног до головы. Хьюга ждал от нее продолжение разговора и в то же время желал, чтобы она скорее оставила его одного. Того, о чем он думал, девушка не выполнила, а удобно устроилась у ближайшего дерева, оперившись спиной о его ствол. Отсюда открывался вид на тренирующегося парня на фоне оранжевого неба. Ей хотелось молча смотреть на него, пытаясь влезть в его голову и выведать все секреты.

Его движения были точные, плавные, резкие. Она удивилась, посмотрев на лицо с вздутыми вокруг глаз венками, — впервые Сора видела активированный бьякуган. Факт того, что ее новый знакомый был носителем этого генома, так бы и остался тайной, если бы она не решила остаться. Порой она слышала что-то о клане Хьюга, но не заостряла на этом внимание.

Темные волосы вздымались в воздух, на лбу проступили капли пота, а дыхание заметно участилось. Горло обожгло, когда Неджи вдохнул нагретый воздух через рот. Хотелось пить. Он знал, что девушка сидит, наблюдая за ним, но предпочитал это игнорировать. Неожиданно в шаге от него Сора вытянула руку, в которой была зажата бутылка воды.

— Попейте, — произнесла она. Тот сделал пару жадных глотков, чувствуя, как тёплая жидкость стекает по пищеводу. Его пауза дала ей понять, что он закончил тренировку или же собирается это сделать, поэтому Сора наконец позволила себе заговорить: — Я не знала, будут ли Вас отвлекать посторонние разговоры, все-таки спорт требует повышенной концентрации. Порой я бегаю по утрам и даже далекие вопли детей меня отвлекают, я сбиваюсь и после хочу выплюнуть свои легкие на дорогу!

— Ты бегаешь утром?

— Да, — отчего-то смущённо произнесла Кояма, — когда удаётся себя поднять, конечно… Но это замечательное начало дня! Будто врываешься в новый день и готов на любые свершения! — она воинственно улыбалась. Совершенно неожиданно для себя Неджи произнёс:

— Можем побегать вместе, — он пытался сказать это непринуждённо и совершенно незаинтересованно. Боялся, что она откажется, и он будет выглядеть глупо.

— Можем, — легко согласилась девушка, сжимая бутылку в руках, — завтра? — он кивнул. — Тогда встретимся здесь в семь ноль-ноль. Не опаздывать! — Сора игриво глянула в серые глаза, предвкушая завтрашний пробежку. Она надеялась, что не упадет в грязь лицом.

Эта договорённость стала неким прощанием, после чего она упорхнула с площадки так же легко и неожиданно, как и появилась на ней. Отсутствие кого-либо кругом, а в особенности — ее, впервые заметил Неджи. Ему всегда было комфортно находиться в одиночестве, и по началу присутствие Соры его напрягало. Или волновало?

Он видел каждый раз, когда она заправляла прядь за ухо; каждый раз, когда мечтательно запрокидывала голову; каждый раз, когда невесомо проводила рукой по свежей траве. Он ждал завтрашнего утра, но не хотел признавать этого. Сама мысль, что он чего-то ждёт, крутилась как юла.

— Неджи-кун! — донесся до его уха знакомый голос, принадлежавший его сокоманднице. — Срочно вызывает Хокаге, — сказала Тен-Тен и последовала в резиденцию, точно зная, что Хьюга следует за ней.

========== 2 ==========

— Как ты можешь возвращаться домой в таком состоянии? Ты, капитан Анбу? Ты, наследник клана?! – кричал Фугаку, задыхаясь от негодования. – И почему я об этом позоре узнаю только сейчас?

– Прошу прощения, такого больше не повторится, – это не точно. В какой-то момент ему захотелось почувствовать настоящую физическую боль; ощутить, что он живой. Дав противнику возможность на минуту почувствовать себя сильным, а себе – ощущение жизни и привкус крови во рту, Итачи хотел повторить это еще хотя бы раз.

Отец восклицал что-то еще, говоря о позоре, о каких-то слухах, о слабости, о долге перед ним и кланом, о чем-то еще, но Учиха давно перестал вслушиваться. Наконец Фугаку закончил и, отдышавшись, покинул комнату. Наступила тишина. Глава клана почти никогда не повышал голос на старшего сына, видя в нем своего наследника, готового занять его пост, но новость о том, что Итачи вернулся с обычной миссии с ранами и многочисленными ушибами, шокировала Фугаку.

«Даже не поинтересовался, здоров ли я», – подумал Итачи и усмехнулся собственным мыслям. Он вышел, надел обувь и собрался пройтись по улицам Конохи, как заметил в отдаленном крыле дома небольшую толпу.

– Да, возьмите, пожалуйста! – лепетала Сора, подавая старушке баночку с ароматными травами, которые она собирала и засушивала на зиму. – Заваривайте всякий раз, как не можете уснуть.

– Я постоянно не могу уснуть из-за его храпа! – ткнув в бок мужчину рядом, буркнула она, а тот густо покраснел. – А вот у моего внука часто болят колени после того, как набегается с ребятишками. Может, приведу его завтра к вам, посмотрите? – доброжелательно спрашивала бабушка.

– Конечно, – пожав плечами, отвечала девушка, ведь в медицинском обслуживании клана и состояла ее работа.

Сора внимательно слушала дальнейшее описание самочувствия внука, как внезапно ей показалось, что из-за головы бабушки она заметила внимательные черные глаза. Извинившись и сославшись на резкое желание сходить в уборную, девушка убежала.

Сора волновалась о самочувствии Итачи, ей было интересно, принимает ли он отвар, который она принесла, не беспокоит ли его что-то. Из-за угла дома показалось, что она увидела темные волосы, подброшенные ветром, и поспешила. Сделав резкий шаг за угол, Сора резко остановилась, впечатавшись лицом в мужскую грудь.

– Снова спешишь, – констатировал факт, – кого-то увидела?

– Вас… – смущённо произнесла Кояма, поправляя пуговицы на белом халате, накинутом поверх сарафана скорее для идентификации ее как медика. – Как самочувствие?

– Хорошо, – девушка облегченно вздохнула, а он разглядывал ее сверху вниз.

Девушка все еще стояла почти вплотную к его груди и только сейчас догадалась сделать шаг назад. Сразу появился воздух. В его присутствии было сложно дышать. Тяжёлый взгляд его темных глаз давил на неё, заставлял смотреть себе под ноги. Хотелось уйти и остаться одновременно.

– Не хочешь пройтись? – неожиданно и для себя, и для неё спросил Итачи.

– Да, почему бы и нет, – Сора легко согласилась, – только закончу с работой. Подождёте немного? – Учиха кивнул, и девушка поспешила обратно.

Он стоял на том же месте. Держа руки в карманах свободных серых штанов, Итачи держался как обычно спокойно и непринуждённо; легкий ветер развевал его темные волосы, которые были собраны тонкой резинкой, опускаясь вдоль лопаток.

Взгляд был жестким, требовательным, не терпящим ошибок; в то же время в тёмных глазах отражалось голубое небо с легкими плывущими облаками. Это открытие стало для Соры удивительным, и она так бы и стояла, глядя ему в глаза, если бы Учиха не двинулся с места, приглашая последовать за собой.

– Я хотел зайти в лавку за каким-нибудь обезболивающим, поэтому позвал тебя, – отвечая на ее немой вопрос, сказал Итачи и заметил ее встревоженное лицо. – Ничего не случилось, – предугадал он ее вопрос, – просто временами болит голова, решил заранее решить эту проблему.

Правдой было то, что у него действительно иногда болела голова, сдавливая виски, но он бы никогда не стал прибегать к обезболивающим, считая, что может вытерпеть такую незначительную боль. Взять с собой нового медика клана было его прихотью. И сейчас, стоя в лавке, где пахло травами и лекарствами, Учиха с интересом наблюдал за девушкой, которая о чем-то болтала с молодой женщиной. Вслушавшись, он понял, что готового лекарства нет, но имеются необходимые для его приготовления ингредиенты.

– Думаю, вы все слышали, – произнесла Сора, – я приобрела все что необходимо, на днях сделаю, – на это он кивнул, тем самым поблагодарив. Они молча вышли из лавки и последовали обратной дорогой.

Ей было неловко начинать разговор, потому что она не знала, может ли разговаривать с сыном Фугаку-сана на отстраненные темы, не касающиеся лечения. Решив, что после лавки лекаря официально на сегодня ее работа окончена, Сора облегченно вздохнула и дала себе волю. Ранее шагая позади Итачи, девушка ускорилась и теперь шла вровень, чего не мог не заметить Учиха.

– Не могу больше! – воскликнула она, на что он удивленно обернулся. – Как можно так долго ничего не говорить? Вокруг так прекрасно! – Кояма раскинула руки, прикрыв глаза. – Чувствуете, как пахнет дождем?

– Нет, – покачал он головой, – чувствую запах жареной курицы.

– Ха-ха, да, определенно что-то похожее витает в воздухе, – отметила Сора и стала оглядываться в поисках источника аромата. Ее перемена понравилась ему, хоть и была довольно неожиданной. Итачи предполагал, что девушка так и будет плестись сзади, покорно прислуживая.

– Ты ведь еще учишься?

– Да, последний год, – гордо ответила Сора, – мои одногруппники и я – первые выпускники медицинской академии! Надеюсь, что от наших способностей люди не начнут умирать…

– Я буду не удивлен, – Итачи пожал плечами, хмыкнув.

– Что? – воскликнула она.

– После твоего лечения у меня все равно болело тело, голова… – задумчиво говорил он, заглядывая ей в глаза и отмечая, что видит в них свое отражение.

– Не все быстро лечится! Тем более, вы были первым с такими ранами, кого я лечила, – пыталась оправдаться девушка, но капелька пота предательски стекла с ее виска. – Что? Вы смеетесь? А с виду не скажешь, что вы такой весельчак.

– Меня никто не называл весельчаком. Это даже звучит странно, не находишь?

– Да нет, – пожав плечами, произнесла Сора и, споткнувшись, чуть не полетела носом вперед, если бы Учиха вовремя не обхватил ее за талию. – Ой!

– Ты никогда не смотришь под ноги, – как факт сказал Итачи, на секунду сжав девушку пальцами. На это она что-то буркнула себе под нос и вывернулась из его хватки только по тому, что он ей позволил. – Что ты носишь в своей сумке? Она больше тебя.

– Договорилась сегодня кое с кем побегать утром, но он не пришел, – с грустью ответила Кояма, – я долго ждала, поэтому не успела вернуться домой и оставить вещи, пришлось брать с собой.

Она думала, почему он не пришел: забыл или просто передумал, или были дела важнее? Ей и в голову не пришло, что Хьюга мог отправиться на миссию.

– И часто ты так бегаешь по утрам? – Учиха вынул руки из карманов, невзначай касаясь ее плеча.

– Когда нахожу в себе силы подняться на полчаса раньше, – усмехнувшись, произнесла Сора и вспомнила свои тяжелые подъемы по утрам. – Сегодня был стимул не подвести человека, с которым был уговор, но – увы! – все пошло не по плану!

– Предпочитаю плавать по утрам. Это быстро прогоняет сонливость и одновременно расслабляет, – на этих словах Итачи вспомнил ледяную по утрам воду, не успевшую согреться под солнцем, резко окутывающую разгоряченную после сна кожу.

– Если бы недалеко от моего дома был водоем, я бы с радостью проделывала то же самое! – мечтательно произнесла девушка. – А если нет дел, то после лечь и загорать под солнцем, впитывая витамин Д… – тому подтверждением была ее загорелая кожа. На скулах и носе виднелись светлые веснушки, что не скрылось от глаз парня. Он поймал себя на мысли, что часто разглядывает ее, каждый раз подмечая новые детали внешности, которая, бесспорно, ему нравилась: густые темные волосы, которые она часто заправляла за уши; губы, растягивающиеся в улыбке; тонкие запястья, которые хотелось обхватить; выпирающие ключицы, по которым хотелось провести пальцем. Если бы у него спросили, кто она, он бы без сомнения ответил – воплощение весны: распускающаяся, теплая, цветущая.

Только сейчас он понял, что ее рабочий день давно окончен, а они все еще шагали в сторону поместья Учих. Солнце село слишком быстро, отдавая бразды правления ночи. Заметив это, девушка пискнула:

– Ой! Отец заждался меня, наверное! Я побегу! – и, оставив Итачи, почти бегом пустилась в сторону своего дома. Он только успел тихо произнести «увидимся», но девушка услышала это и про себя улыбнулась.

========== 3 ==========

На следующий же день после совместного похода в лавку лекаря Сора приготовила обезболивающее и готова была отдать его Итачи, но тот снова пропал. Спрашивать у кого-либо о нем казалось ей странным, поэтому оставалось только ждать, когда тот объявится сам. Учеба и работа не давали ей вздохнуть, отнимая практически все свободное время. Кояма лучше узнала семейство Учих по крайней мере с медицинской точки зрения, а большего ей и не нужно было. Пару раз ей казалось, что она видела Итачи, но это был его младший брат, который не отличался особой разговорчивостью и его не беспокоили никакие боли.

– Ничего себе, Киба, как он вырос! – гладя Акамару, пролепетала девушка. – А я помню, как ты таскал его на своей голове!

– Акамару может прокатить тебя, если хочешь, – улыбнулся Инузука, почесав пса за ухом. Кояма охотно согласилась. Ей нравились домашние питомцы и она всегда хотела иметь кота или собаку, возможно, не таких размеров, но аллергия отца на шерсть давала о себе знать. Поэтому теперь, гладя затылок пса, Сора довольно смотрела на Кибу сверху вниз, пока тот шагал рядом. Они были знакомы с детства и часто проводили время вместе, пока Кояма не переехала в отдаленную часть деревни из-за работы отца. После этого связь не прервалась, но видеться они стали заметно реже.

– Как тебе работа? Сильно нагружают?

– Нет, все лучше, чем я могла представить. Порой сложно заставить себя куда-то идти после учебы, но работа она и есть работа, – с легкой улыбкой она пожала плечами.

– Будь осторожна с Учихами, – словно пытаясь от чего-то ее предостеречь, произнес Киба и встретил ее вопросительный взгляд. – Никто не знает что у них на уме, – он искренне переживал за подругу, которая ткнула его в плечо и залилась смехом.

– Киба! Ты нечто! Когда ты такой сосредоточенный, ты так похож на своего отца! Не волнуйся, правда. Я не могу сказать, что все Учихи, которых я видела, пышут доброжелательностью, но это нормально, я тоже бываю злюкой, – Сора гладила белую шерсть Акамару. – Тем более, моя задача там – лечение, а не попытки подружиться.

– Ты права, – выдохнул Инузука, – но все же…

– Думаю, Акамару устал, не хочу его нагружать своим весом… – произнесла она, на что парень только закатил глаза, но все же помог ей спуститься, обхватывая ее за талию. – Ого, Неджи-сан, – пролепетала девушка, все еще стоя очень близко к Кибе. Обладатель бьякугана изучающе посмотрел на троицу.

– Привет, – кинул Инузука, который никогда не испытывал к Неджи ничего, кроме формального уважения. Хьюга кивнул, не отрывая глаз от Соры, выглядывающей из-за своего друга, которого хотелось толкнуть.

– Вы так внезапно исчезли, – начала было она, но Неджи быстро произнес:

– Пробежка в силе? – и, увидев кивок, он молчаливо пригласил ее последовать за ним, что Кояма и сделала, быстро попрощавшись с Кибой. Хьюга сбавил шаг, чтобы девушка догнала его, и когда та поравнялась с ним, сказал:

– Меня срочно вызвали на задание, – обычно он не оправдывается, но в случае с ней поступил иначе. Но почему? Почему с этой почти незнакомой особой мир Неджи вставал с ног на голову? Он даже спешил на миссии, все время думая, что не предупредил ее и заставил ждать. Но как бы предупредил, если он даже не знает, где она живет?

– Я так и поняла, – соврала Кояма, но была рада, что он сказал это. От неприятного осадка не осталось ни следа, поэтому Сора заговорила с привычным запалом: – Сколько вам лет?

– Восемнадцать.

— Мне семнадцать, — ему и не стоило спрашивать — она сама охотно отвечала на свои же вопросы. — Порой мне кажется, что время летит так быстро. Стоит немного прикрыть глаза, как — о боги! — ты на год старше, — Кояма действительно прикрыла веки, слегка улыбаясь, подставляя лицо солнцу. На миг Хьюга показалось, что вся она и есть солнце — яркая, искрящаяся, пропитанная энергией и жизнью.

— Мне всегда хотелось быть старше, — сказал Неджи, смотря себе под ноги. — Я не понимал, почему отец говорил мне, чтобы я не торопился. Сейчас понимаю.

— Вы не рады быть взрослым? — спросила она.

— Не знаю.

— Мне кажется, возраст — вовсе не важная штука. Три года тебе или девяносто три — какая разница? Главное это то, что вы счастливы, — заглянула ему в глаза и улыбнулась, не встретив ответную улыбку. Его задели эти слова, ведь он не понимал, был ли он счастлив? И что вообще для него счастье? — Я что-то не то сказала?

— Нет, все в порядке, — он продолжил односложно отвечать.

С чего ему в голову пришла идея говорить о том, что он не чувствует радости, хоть и мечтал быть взрослым как все дети? Как ему быть счастливым, когда на его лбу высечена метка, означающая, что он лишь раб своего клана? Он — всего лишь слуга, обреченный всю жизнь оберегать главную ветвь Хьюга. Как быть счастливым, когда твоя жизнь не принадлежит тебе?

— Вот и данго! — воскликнула девушка, увидев лавку со сладостями. — Ура! Осталось как раз для нас с вами! — действительно, две палочки, одиноко лежащие на подносе, словно ждали их. Расплатившись, она подала Неджи угощение в надежде, что сладкие шарики смогут хоть немного поднять настроение. Набивать живот перед пробежкой было не лучшим занятием, но симпатичный десерт не дал ей пройти мимо.

Хьюга поблагодарил ее и, даже не откусив, зашагал в сторону, из-за чего Сора растерялась. Неужели он просто уйдёт?

— Неджи–кун! — она впервые обращалась к нему так.

Он остановился. Сора быстро настигла его и встала напротив, озабоченно рассматривая его лицо.

— Дай попробовать! — и, не дождавшись его реакции, приблизилась к нему и откусила шарик данго. — Вкусно. Хочешь? — она протянула ему свою палочку.

— Они ведь одинаковые, — произнёс Хьюга, рассматривая ее лицо.

— У друга всегда вкуснее еда! Ты не знал об этом? — на это Хьюга покачал головой. Ему показалось, что тот хаус, который она вносит в его пространство, приводит его в чувство. Изнурительные тренировки, опасные миссии, где ты стоишь на краю пропасти, — это давало холодную пощечину, возможность выплеснуть гнев и ненависть на своё предназначение и судьбу; звонкий смех, странные вопросы, прикосновения, улыбка уголками губ отрезвляли не хуже любой сломанной кости.

— Неджи–кун… – она вновь отважилась произнести его имя.

— Теперь ты используешь этот суффикс? — спросил он.

— Ну да, — Сора смущённо пожала плечами, — мы ведь едим сладости…

— И? — Неджи даже приподнял одну бровь, не видя никакой связи.

— Я бы не стала есть сладости с кем попало, — сказала девушка и внутреннее разозлилась сама на себя. Она не знала как сказать, что считает его другом. С момента, когда Хьюга поднял ее резинку, в ее душе зародилась отдельная комнатка, куда с каждой встречей все больше и больше протискивался Неджи. Она не знала во сколько он встаёт, что делает перед сном, какие книги любит читать, как зовут его маму и есть ли у него домашний питомец, но знала точно, что это не помеха для тесной связи.

Ее очередная фраза поставила его в тупик, поэтому Хьюга снова предпочёл молчать, обдумывая услышанное.

Девушка шагала рядом, откусывая десерт и стараясь не смотреть на молчаливого оппонента. Даже сладость данго не могла заглушить внутреннее беспокойство за сказанные слова. Она не знала, как отреагирует Хьюга. Ей казалось, что в этот раз она перегнула палку со своими эмоциональными высказываниями. Вдруг он решит, что больше не хочет общаться с надоедливой девчонкой?

— Вкусно, — вдруг сказал Неджи, — тебе нравятся сладости?

— Иногда хочется, — тихо ответила Сора и подняла на него глаза. Хьюга не смотрел на неё, спокойно шагая рядом.

— Дай попробовать, — и вмиг аккуратно поднёс ее запястье с данго ближе к себе, наклонился, откусив приличный кусок. Девушка чуть не раскрыла рот от удивления, чувствуя его горячие пальцы на своей коже.

— У меня вкуснее? — он кивнул, и Сора довольно улыбнулась. — Я ведь говорила, что у друга всегда вкуснее!

С этого момента она была уверена, что Неджи принял ее молчаливое предложение о дружбе, но в его голове крутились совсем другие мысли. Хьюга действительно принял ее дружбу головой, но сердцем чувствовал, что такое положение вещей его не устраивало. То, что она уже назвала его другом, несомненно, напрягло его. Он совсем не верил в дружбу между парнем и девушкой, в доказательство мог сказать, что никто из его знакомых такие отношения с противоположным полом не имеел. Дружить с девушкой – что может быть более странным? С ней иметь такие отношения он не собирался. Тогда что?

Они подошли к ее дому, чтобы та могла переодеться во что-то более спортивное. Попросив подождать ее на углу, девушка быстро забежала в дом и сменила легкий сарафан на штаны из тонкой ткани и свободную футболку. Этот наряд куда более годился для вечерней пробежки.

— Готова! — выдала Сора, приближаясь к Неджи, который подпирал собой столб, скрестив руки на груди. — Ты успел отдохнуть после миссии? — кивок. — Смотри, тогда давай наперегонки! Поддаваться я не буду! — и рванула вперёд, точно не обозначив точку их финиша. Парень даже опешил, но быстро пустился вслед. Догнать ее не было проблемой. Когда он поравнялся с ней, то увидел смеющиеся глаза и растянутые в улыбке губы.

— Неджи-сан, вы слишком медленный! — Кояма ускорилась, и ее завязанные в хвост волосы метнулись вверх. Дорога шла в горку, поэтому бежать становилось сложнее, и уже через десять минут девушка заметно запыхалась. Хьюга не обгонял, находясь рядом и смотря на покрасневшую от бега девушку.

— Устала? — с усмешкой спросил он, на что она свела брови, не желая признавать своё сбившееся дыхание и покалывание в боку. Раз, два, три, вдох-выдох, раз, два, три, вдох-выдох. И уже через короткий промежуток времени ей удалось восстановиться: ничего не кололо, дышать было легче. Это и было для неё чем-то вроде преграды, которую было необходимо каждый раз перепрыгивать, чтобы продолжить бег. Кояма снова победно улыбнулась и взглянула на оппонента, который даже не покрылся испариной, словно он не бежал, а лежал, удобно устроившись на перине.

— Сора, — он впервые назвал ее по имени, которое из его уст звучало непривычно тихо. — Я устал, давай остановимся, — и, не дождавшись ответа, прекратил бег. Не нужно быть умником, чтобы раскрыть его неприкрытую ложь.

Девушка оглянулась. Они остановились на невысоком холме, открывающим вид на озеро, поверхность которого отражала солнце. Если бы ее спросили, в какой стране она хочет жить, она бы без запинки ответила, что в стране Огня: могучие леса, ослепительно зелёные деревья, кристально чистая вода — все это было настолько потрясающе, что всякий раз, оглядываясь кругом, ей казалось, что о такой природе и слагают легенды. И сейчас чувство умиротворения и счастья окутало ее с ног до головы, она чувствовала полную атараксию, разливающуюся в груди. Сора любовалась окружением, Неджи — ей. Он непроизвольно не сводил с неё глаз. Ей было невероятно приятно разделять этот момент с ним; знать, что кто-то также млеет от пейзажа, расстилавшегося перед глазами.

— Как ты узнал об этом месте? — заинтересованно спросила она и повернулась, застав его в неловком положении. — Я живу тут много лет, но не была здесь ни разу, потому что для этого нужно бежать в горку, а мне всегда лень это делать.

— Мне нравится, какой вид открывается с этого холма, — отводя взгляд, сказал Хьюга. — Обычно стартом является мой дом, поэтому добегаю я сюда уже уставший, но этот пейзаж как глоток свежего воздуха, — его светлые глаза на миг заблестели, и это не утаилось от Соры.

— Спасибо, что показал это место. Может быть мы встретимся тут случайно, — и рассмеялась, поправляя волосы.

Дорога обратно прошла слишком быстро. Она остановилась около столба, возле которого недавно стоял Хьюга, и хотела было попрощаться, как ниоткуда взялась девушка с двумя пучками темных волос.

— Неджи-кун, где ты пропадал? — задала она риторический вопрос, оглядывая Кояму. — Хокаге срочно вызывает! — он впервые в жизни не хотел мчаться к резиденции, желая иметь возможность отложить дела. Неджи быстро взглянул на Сору и, увидев ее молчаливое прощание в виде кивка, перевёл взгляд на Тен-Тен. — Поспешим. Ещё нужно отыскать одну девушку-медика, Пятая попросила привести ее. Сора Кояма, живет где-то тут неподалёку…

— Так это я, — сглотнув, вмешалась Сора. Хьюга непонимающе уставился на сокомандницу.

— Ого, — только и ответила Тен-Тен, — очень удачно! Поспешим! — и, кивнув в сторону, направилась в резиденцию.

Сора никогда не была в резиденции Хокаге, поэтому сейчас, шагая за темноволосой девушкой, она с интересом оглядывалась. Звук их шагов наполнял пустые коридоры. Неджи шёл рядом, пытаясь разгадать причину, по которой Пятая вызвала Сору, ведь та, насколько он понимал, никогда не участвовала в миссиях.

Постучавшись, Тен-Тен пропустила Хьюгу и Кояму вперёд, закрывая за собой дверь. Она тут больше была не нужна. Только сейчас Сора поняла, что стоит перед Хокаге, которую впервые видит так близко. Что Пятой понадобилось от неё?

— Замечательно, — сказала Цунаде, — вас мы и ждали. Подробности о миссии узнаете у вашего капитана команды, — она кивнула в сторону молчаливой фигуры, которая оставалась в тени, — от себя могу пожелать удачи. Свободны, — Хьюга кивнул. Когда человек, стоящий спиной, повернулся, Неджи узнала в нем старшего брата Саске, с которым когда-то учился в академии. Он их капитан? Что за странный состав команды?

— Цунаде-сама, — отозвалась Сора, — у вас какое-то поручение для меня?

— Что значит какое? Я только что все озвучила, подробности узнаешь у Итачи, — небрежно кинула та.

— Но… — она совсем не понимала что происходит. — Вы сказали «миссия». А я-то тут причём? — увидев сведённые у переносицы брови Пятой, Сора быстро поправилась: — То есть я ведь даже академию не закончила! Я… я не готова к миссиям… — девушка не договорила, как Неджи схватил ее за плечо и потянул в сторону двери, пока та пыталась хоть что-то прояснить.

Какая миссия? Какое задание? Она даже не шиноби! Просто медик, не больше! Паника окутала ее изнутри, заставляя чувствовать слабость в коленях. То, что меньше всего ей хотелось делать, вдруг окатило ее словно холодной водой. Неджи все еще не отпускал ее плечо, задумчиво шагая рядом, пока Сора не вырвалась из его хватки.

— Подожди, меня с кем-то перепутали, наверное! Пойду еще раз спрошу… — она развернулась и встретилась взглядом с глазами Итачи. Вторая волна удивления накрыла ее. Только сейчас до нее дошло, что все это время в кабинете Пятой был он.

— Успокойся, ошибки нет, — произнес Учиха. — Тебя выбрали, потому что ты подходила по немногим параметрам. Завтра в восемь утра выдвигаемся. Будьте готовы.

Он прошел мимо, и ей показалось, что от него веяло холодом. Его твердость и жесткость сейчас совсем не походили на то, что было при их последней встрече. В любом случае ничто не могло ее отрезвить, кроме как безоговорочный приказ Итачи. Сора опустила голову, обдумывая что будет делать с учебой и работой в поместье Учих, но поняла, что это, скорее всего, уже решили за нее.

— Пойдем, — строго сказал Неджи, которому такой расклад тоже был не по душе. Он понимал, что если Цунаде приняла такое решение, то это значило, что в этом есть какой-то смысл. Завтрашний день должен был многое объяснить им обоим.

========== 4 ==========

Она думала, что не сможет уснуть этой ночью. Вечерний разговор с отцом дался тяжело, поскольку оказалось, что это он дал разрешение на участие дочери в миссии. Первой ее миссии. Кояма должен был сказать это лично, но обстоятельства распорядились иначе, и девушку просто поставили перед фактом. Несмотря ни на что Сора уснула, думая, что это последний раз, когда она лежит в этой комнате на теплом футоне, ведь кто знает, сколько продлится эта миссия. Ее семья не была из знатного рода или древнего клана, поэтому личная просьба Хокаге была принята скорее с воодушевлением.

На утро она поняла, что хочет скорее начать это задание, чтобы та быстрее закончилась. С этой мыслью Сора наспех привела себя в порядок, отказалась от завтрака и, покидав в сумку что-то самое необходимое, поспешила в сторону ворот Конохагакуре. Неджи и Итачи уже стояли на месте, ожидая свою напарницу.

— Доброе утро!

— Опаздываешь, — только и произнес Учиха, на что она виновата посмотрела в ноги. Неджи кивнул ей в знак приветствия, и втроем они вышли за ворота. Девушка не ожидала какого-то особого отношения Итачи к ней, но также не предвидела столь холодного обращение.

Ее одежда отличалась от всех предыдущих нарядов: вместо летнего сарафана на ней были тонкие обтягивающие штаны, открывающие вид на ее слишком худые ноги, свободная белая футболка и протектор, который она крепко завязала на талии. Только сейчас Итачи вспомнил, что забыл заранее отдать ей форму шиноби, которую ему выдали вчера.

— Мы направляемся в страну Воды. Цель: налаживание и укрепление отношений страны Огня и Воды. Представителем клана Учиха являюсь я, представителем клана Хьюга выбрали вас, Неджи-сан, — произнес Итачи. — Наши кланы имеют наибольшее влияние в стране Огня, поэтому нашей официальной задачей является дипломатический визит и организация совместных тренировок с целью двустороннего обмена опытом; неофициальная – добывание информации об общем составе шиноби, их способностях и возможности нападения, — Учиха сделал небольшую паузу, переведя взгляд на девушку, которая шла, задумчиво пиная попадающиеся под ноги камни. — Тебя выбрали, как я уже говорил, из-за нескольких необходимых требований: нужен был медик, первый выпускник медицинской академии, хоть с каким-нибудь опытом. Мизукаге хотел взглянуть на результаты академии с последующим заимствованием опыта.

— Но я не лучший студент академии, есть куда более талантливые ребята! — воскликнула Сора с долей волнения.

— Я не говорил «лучший», — коротко ответил Учиха и, глянув на сокомандников, произнес: — Ускоримся.

Холодное поведение Итачи не могло ее не задеть. Их совместный поход в лавку часто всплывал у неё в памяти: его почти незаметная улыбка, порой сведенные к переносице брови, случайные касания рук — все это сладко отзывалось внутри. Но сейчас, казалось, что он всегда был таким сосредоточенным и резким, будто недавний Итачи лишь сон, который никогда не был реальностью.

Хьюга получил ответы на интересующие его вопросы, которые породили новые, не менее важные для него. Почему в качестве представителя выбрали его, а не Хиаши? Да, его считали гением клана, статус которого он неосознанно пытался поддерживать, но это не прикрывало то, что он был наследником побочной ветви. Он был никем. По крайней мере, так считал Неджи. Отвлекаясь от собственных мыслей, Хьюга обратил внимание на сосредоточенное лицо Соры, которая старалась идти с ними наравне. Удивительно, но ещё вчера новость о том, что они будут в одной команде, не радовала его — ему не хотелось мешать работу и… личную жизнь?

Бежать с использованием чакры было куда легче, чем без нее, но несмотря на это Кояма уже чувствовала усталость, но пыталась не показать этого. Они совершали огромные прыжки с ветки на ветку могучих деревьев, сквозь крону которых проливались лучи солнца. Приближение океана давало о себе знать повышением влажности и усиленными потоками ветра.

— Передохнём, — резко остановившись, сказал Учиха и спрыгнул вниз. Немое подчинение давалось Соре нелегко, но ничего не оставалось, как последовать за капитаном недавно образовавшейся команды. — До порта осталось совсем чуть-чуть, но думаю, без привала придётся нести тебя на себе, — взглянул он на девушку, которая облегченно выдохнула.

— Извините, что доставляю неудобства, — произнесла Кояма. Ей не хотелось оправдываться тем, что это ее первое задание, потому что понимала, что должна была быть готовой к этому. Но не была. И это только ее проблема, которая не должна распространяться на сокомандников. Ей нельзя их подводить.

— Все в порядке, возьми, — Неджи накинул ей на плечи свою рубашку, которую взял себе на смену.

— Благодарю, Неджи-сан, — сказала она и, слегка поклонившись, вмиг повеселела, застегивая вещь на пару пуговиц, чтобы та не развевалась на ветру. От нее пахло чистотой и свежестью. Видя его уверенность и твёрдость, Кояма почувствовала желание быть такой же, как и он. Казалось, Неджи был на вершине горы. К нему хотелось стремиться.

Обладатель шарингана видел эту тёплую сцену, которая явно говорила об уже имевшихся отношениях двоих. Неужели они были знакомы? Если да, то как давно? Итачи не понравились такие мысли, и он, желая скорее от них избавиться, резко выдал:

— Поищу поленья для костра.

Такой состав команды также казался Учихе странным. По крайней мере, его смущало присутствие Соры здесь, ведь она была права — ее способности были рядовыми. Ничем не примечательный медик. Да, отец был доволен ею, но обязанности утыкалась в поместье Учих, где ничего серьезного не происходило за время ее пребывания, поэтому было неизвестно, как поведёт себя Кояма на поле боя. Точнее, как справится с последствиями. Итачи знал, что в схватке пользы от неё никакой — ее ранг был на уровне генина. Оставалось надеяться, что все же ее медицинские способности выше, чем он мог представить.

Хьюга достал флягу с водой и уже собирался сделать пару глотков, как услышал посторонние звуки. Мгновенно под глазами и на щеках проступили вены. Совсем близко находились три шиноби, которые были явно настроены не положительно. Неджи подбежал к ничего не подозревающей девушке, загородив ту спиной, встал в стойку.

— Неджи? — удивленно спросила она и заметила летящий в нее сюрикен, который ловким движением перехватил Хьюга. Внутри все похолодело.

— Стой за мной и не двигайся, — приказал он. Вся местность была для него как на ладони, но Итачи он почему-то не видел. Неужели он так далеко ушел?

Один из нападавших показался из-за дерева, не желая больше скрываться, ведь их положение давно было раскрыто. Это был высокий мужчина со светлыми растрепанными волосами и самодовольной ухмылкой.

— Чего вы хотите?

— Твою голову, — легко ответил тот, — за нее дают немало денег, а если ты будешь живым, то мы получим еще больше, — охотники за головами? В стране огня? Недалеко от Конохи? Как им хватило смелости нападать на самого Хьюгу?

Сора стояла за спиной парня, сжимая руками его рубашку, которую он любезно ей предложил ранее. Взгляд нападающего пугал, а брошенный сюрикен дал понять, что она совсем не готова к схваткам, раз даже не заметила такую простую атаку. Ее окутало не чувство собственной слабости, а желание в следующий раз не допустить такого.

— Лучше уходите, пока можете, — предупредил Хьюга, не желая вступать в ненужную драку.

— Не можем, — повел плечами мужчина и, сложив печати, заставил Неджи мгновенно отпрыгнуть, подхватив девушку. Появившиеся из земли деревянные копья тянулись к обладателю бьякугана, пока тот в спешке искал безопасное место, где мог бы оставить Кояму. Тем временем показались еще двое мужчин, готовых атаковать. Сора оказалась прижата к стволу дерева.

— Стой здесь! — выпалил парень.

Ему нужен был ближний бой с каждым, чтобы применить технику мягкого кулака, но пока не было такой возможности. В него полетел дождь сюрикенов, от которых он умело уклонялся, но внезапно он почувствовал тупую боль сзади — один из сюрикенов вонзился ему в слепую зону.

— Сдавайся, против нас троих тебе не устоять, Хьюга! — выкрикнул блондин, на что Неджи понял, что ему это надоело. Сконцентрировал нужный объем чакры в правильной форме и необходимом направлении, он заблокировал атаки противников, отбрасывая их от себя подобно вихрю. Воспользовавшись моментом, Хьюга подлетел к одному из соперников и стал наносить точные удары, нарушая у того потоки чакры. От молниеносных движений его темные волосы вздымались в небо, при этом глаза сосредоточенно наблюдали за ситуацией вокруг. Один есть.

Блондин разломал почву из-под ног Неджи, отчего тот отскочил в сторону, в которую в ту же секунду полетели кунаи. Снова то же самое. Острое лезвие поразило ту же точку, что и в прошлый раз, словно они знали заранее о его слепой зоне. Всего мгновение — и деревянные блоки, выходящие из рук блондина, сковали Хьюгу. Он попытался выбраться, но чувствовал, что все его попытки только больше отнимают силу. Кажется, дерево высасывало чакру. Как только парень понял это, блондин довольно ухмыльнулся.

— Ну что, паренек, я уже предвкушаю деньги, — довольно выкрикнул мужчина с сюрикенами. — Осталось тебя обезвредить, — и, занеся руку, хотел было снова попасть в первый грудной отдел Неджи, как услышал вопль:

—Так! — выпрыгнула Сора. — Ты кто такой вообще, дядя? — ее глаза блестели, а руки тряслись от окатившего ее страха.

— Уйди! — со злостью бросил Хьюга, заметив Итачи в пятистах метрах от них.

— Да, правильно, не мешайся, иначе хуже будет, — блондин пригладил свои растрепанные волосы, но это им не помогло. Кояма увидела кровь, окрасившую идеально белую рубашку Неджи, и встрепенулась. На секунду она почувствовала, как парализовались все ее конечности. Расстояние в пару десятков метров разделяло ее и атакующих, поэтому девушка, глубже вдохнув, сделала первое что пришло ей на ум — ринулась навстречу. Все что угодно, лишь бы Неджи не получил очередное ранение. Перехватить ее, сжав горло, противнику не составило труда: одна рука все еще держала кунай, целясь в Хьюгу, другая держала Сору за шею.

— Надо же, — с интересом наблюдая за ней, говорил мужчина, крепче сжимая девичью шею, — девчонка заступается за тебя. Что может быть унизительнее! — в следующий момент она вонзила нож ему в плечо, который прятала в рукаве. Тот резко отшвырнул ее на землю как котенка, но не успел опомниться, как сам был впечатан в твердую поверхность. Практически не применяя силу, Итачи вывернул противнику шею, отбросив того как мусор. Деревянные блоки ослабли — их хозяин уже бежал прочь, увидев красные глаза Учихи. Обладатель бьякугана чувствовал, как сильно ослаб будучи в оковах.

— Как ты себя чувствуешь? — вскочила девушка, все ещё тяжело дыша.

— Тебе не следовало вмешиваться, — только и ответил Хьюга, ощущая собственную слабость. Как он мог допустить такое? Чувство стыда охватило его.

— Он прав, — кивнул Итачи и заметил на ее шее темнеющие пятна от пальцев. Нахмурился, взглянув на бездушное тело атакующего.

— Итачи-сан, спасибо, — кивнула она, даже не взглянув на Учиху, который в данный момент вызывал страх.

Сора отгоняла чувство тошноты, которое подступало к ней, когда она смотрела на труп с неестественно вывернутой шеей. Кояма впервые видела, как убивают людей.

— Неджи, — обратилась девушка и подошла почти вплотную, — снимай рубашку, мне нужно заняться своими прямыми обязанностями, — и, не дожидаясь его реакции, принялась расстёгивать пуговицы.

Два сюрикена все ещё торчали из спины, плотно прижимаясь друг к другу. Сора надавила руками на его плечи, тем самым прося сесть на землю, после чего произнесла:

— Будет больно, но всего лишь мгновение, — и, положив одну руку ему на плечо и сжав его, резко вытащила одновременно два сюрикена. Неджи прикусил губу то ли из-за боли, то ли из-за ее холодных пальцев, сжимающих его кожу. В следующую секунду он ощутил ладонь на своей спине.

Учиха наблюдал за этим, вспоминая то, как совсем недавно Сора делала то же самое, когда он вернулся с очередной миссии. Он помнил ее мягкие руки, омывающие раны, сосредоточенный взгляд, проходящий раз за разом по его телу. Сейчас на его месте был Хьюга, отчего Итачи почувствовал укол злости и ревности. На миг ему почудилось, что Неджи специально пропустил эти атаки, но это было таким бредом, что Учиха разозлился сам на себя.

— Извини, если помешала тебе сегодня, — тихо сказала девушка. — Я не хотела, чтобы он сделал то, что задумал…

— Тебе не за что извиняться, — выдохнул Хьюга, понимая, что зря был с ней груб, — это я был недостаточно внимателен.

Девушка сразу повеселела, когда поняла, что Неджи не злится на неё. Его темные волосы были откинуты на бок, а ее рука все ещё покоилась на плече джоунина. Заметив это, Сора отдернула ладонь и выпрямилась. — В следующий раз не пытайся спасти меня…

— Попытаюсь, — не задумываясь, перебила его она, — мы ведь команда, — на это Неджи шумно выдохнул. Произошедшая ситуация подкосила его самоуверенность. Если бы не Итачи, то все могло обернуться совсем по-другому.

Рана затянулась, на ее месте остался небольшой след. Бледная кожа на спине все еще алела от засыхающей крови, и девушка, достав из кармана платок, постаралась утереть красные следы. Он чувствовал каждое прикосновение и дыхание.

— Не засиживайтесь, — строго произнес Учиха, когда ему осточертело смотреть на ее ладони, находящиеся на спине напарника. — Уже темнеет. Переночуем на горячих источниках, — и, не дождавшись реакции сокомандников, направился в нужном направлении.

Он больше не мог видеть ее порозовевшее лицо и руки с отчетливо проступавшими голубыми венами, откидывающими волосы Хьюги. Еще сегодня утром Итачи отметил стройные ноги и длинные волосы девушки, а сейчас был готов свернуть ей шею. Он не понимал своего отношения к ней. Часто обладатель шарингана видел Кояму, выходящую из квартала Учих, удерживающей от ветра подол легкого сарафана; он видел ее, когда та пыталась всмотреться в Саске, зная, что она ищет глазами вовсе не младшего брата; видел ее сосредоточенное лицо, когда она пыталась дотянуться до верхней полки, на которой лежали какая-то необходимая утварь, вставая на носочки. Итачи видел ее почти каждый раз, когда был не на миссии, она же даже не представляла, что Учиха где-то рядом. Он наблюдал, ничего не говоря, но в тайне для самого себя искал повод встретиться с Сорой, снова завести непринужденную беседу и снова забрать у нее кусочек тепла.

Ему часто казалось, что он чувствует себя мертвым только из-за того, что постоянно ощущал холод, даже находясь под палящим солнцем. Отец требовал от него чего-то невозможного: ему было мало, что сын и так считался гением клана Учиха, он требовал большего. Но что? Итачи бы выполнил все, если бы знал. Саске сторонился его, считая, что был лишь тенью старшего брата. Мама была окружена многочисленными родственниками, постоянно находясь в домашних заботах. Солнце все также ярко светило, опаляя все вокруг, но Итачи почему-то все равно было бездушно холодно, и он не знал как согреться.

Она рассматривала спину Учихи, пока тот договаривался о номерах и ужине. Перед глазами мелькали последние секунды жизни охотника за головами впредь до момента, пока тот не свалился на землю с вывернутой шеей. Ее подвергло в ужас то, с какой легкостью Итачи лишил жизни человека. Да, он угрожал жизни обоих его сокомандников, но несмотря на это тот убил мужчину так, словно делал это каждый день.

— Номер на троих, — приказным тоном проговорил Итачи, — через час ужин, — казалось, если бы не было свободных номеров, то им бы все равно предоставили то, что требовал Учиха. Его слова звучали беспрекословно.

— На троих? — тихо спросила девушка.

— Да, — отрезал капитан команды, — так легче контролировать ситуацию.

То, что придется ночевать в одной комнате с двумя молодыми людьми, несомненно, ее смущало. Но она подумала, что так происходит всегда на совместных заданиях, поэтому даже постыдилась своего глупого вопроса.

— В этих краях так холодеет к вечеру, просто жутко, — произнесла Сора, обращаясь к Неджи и обхватывая себя руками. Только сейчас поняла, как сильно она промерзла, пока они добирались до источников. Мысль о том, что совсем скоро ей удастся окунуться в горячую воду, расслабила ее.

— Если ты продрогнешь и замерзнешь, кому-то из нас действительно придется нести тебя на себе, — ответил Хьюга и легко улыбнулся.

— Что смешного? — она толкнула его локтем в бок. — Это я буду тебя тащить на себе, если ты не восстановишься! — действительно, деревянный блок, отнимающий чакру, сильно пошатнул его состояние. — А ты знаешь, что сил у меня как у кролика, поэтому брошу тебя на первом привале…

— Ну-ну, — хмыкнул он и также легонько ткнул ей в бок костяшками пальцев, пытаясь скопировать ее движение, отчего та звонко рассмеялась. — Что?

— Ай, щекотно!

— Я ведь ничего не сделал… — искренне удивился Неджи, пребывая в растерянности.

— Ничего не могу с собой поделать! — Кояма всплеснула руками, выдавая свою слабую зону.

Итачи шагал впереди и искал глазами отведенную комнату, слыша разговор сзади. Он чувствовал себя лишним на протяжении всего дня, что еще больше выводило его из себя. С этим пора было заканчивать. Когда они дошли до нужной двери, обладатель шарингана произнёс:

— Сора, — Учиха развернулся, — нужно поговорить. За мной.

Она заметно заволновалась, не зная чего ожидать. Что-то сделала не так? Или что-то случилось? Или она раздражает его своей неопытностью? Может, слишком много отвлекается? Болтает не по делу? Быстро утомляется?

Волна неопределенности окутала ее, заставила закусить нижнюю губу, направляясь за Итачи. Неджи лишь нахмуренно посмотрел им в спину, также не представляя причины внезапного порыва их капитана. Он проводил ее взглядом, пока длинные волосы, завязанные в высокий хвост, не скрылись за углом. Вновь почувствовав заметную усталость, Хьюга решил скорее окунуться в горячую воду и смыть остатки дня.

========== 5 ==========

Утро наступило слишком быстро. Казалось, что он вовсе не спал, а лишь на секунду закрыл глаза. Неджи неохотно разлепил веки и вспомнил, что вчера горячая вода на источнике привела его в расслабленное состояние, поэтому стоило ему прикрыть веки, как он тут же провалился в сон, не дождавшись сокомандников. Обернувшись, Хьюга увидел свернувшуюся на футоне Сору, которая укуталась в одеяло, натянутое до подбородка. Ее длинные волосы разметались по подушке, и он уже представлял, с каким трудом она будет прочесывать их расческой.

— Доброе утро, — прохрипела девушка, не открывая глаз. — Не нужно обладать твоим бьякуганом, чтобы чувствовать, как ты разглядываешь меня уже добрых пять минут, — все также лениво говорила она, отчего парень смущённо отвёл взгляд.

— Доброе. О чем вчера говорили с Итачи-саном?

— Что? — Сора перевернулась на спину, чтобы не встретиться глазами со смущающим ее Хьюгой. — Я вчера сразу же легла спать, как только увидела футон.

— Ты что-то путаешь, — нахмурился Неджи, не совсем понимая ее забывчивость. Он сидел, перенеся вес тела на руки сзади, и смотрел на нее сверху вниз.

— Не может быть! Вечером я даже не говорила с Итачи-саном, — Кояма была уверена, что вчера она мгновенно оказалась в постели. Их незамысловатую беседу нарушил звук открывающихся сёздзи, из-за которых появился Учиха. — Доброе утро, капитан! — приветливо пролепетала девушка и сразу поднялась, неловко поправляя футболку. — Как вам спалось?

— Замечательно, — лукавил он. Решив, что присутствие молодых людей ставит ее в неловкое положение, Сора ринулась в сторону ванной комнаты. Итачи вежливо пропустил ее и окинул взглядом полупустую комнату: Хьюга уже быстрыми движениями менял одежду, облачаясь в привычную форму шиноби.

Куноичи быстро стянула с себя одежду, оказываясь под горячими струями воды, которые приятно грели кожу. Прокручивая утро в голове, она удивилась, что не помнит вчерашней неловкости, потому как была уверена, что покроется румянцем, увидев Итачи и Неджи в ночных юкатах. Факт того, что она даже не переоделась, заставил задуматься. Внезапно виски сдавило, и девушка чуть не упала, вовремя ухватившись за кран. Боль окутала голову, но также быстро прошла, словно ее и не было. Скорее всего, это было результатом усталости, отчего она решила, что пора привыкать к таким нагрузкам и переставать быть неженкой. Сора высунулась, ища руками полотенце. Волосы липли к спине и плечам, хотелось скорее промокнуть их о мягкую ткань.

Под глазами Учихи явно проступали синяки, говоря о бессонной ночи, проведённой в дозоре. Ему не хотелось, чтобы снова произошли какие-то казусы, поэтому решил самостоятельно следить за местностью, пока его напарники сладко посапывали под одеялом. Не только возможность внезапного нападения спасала его от сонливости, но и мысли о Соре.

— Итачи-сан, о чем вы хотели поговорить? — пролепетала вчера девушка, как только они оказались на улице. Влажный холодный воздух заставлял покрыться ее гусиной кожей. Учиха обернулся, и она не могла не заметить алеющие глаза с тремя чёрными запятыми.

— Боишься меня? — вкрадчиво спросил тот.

— Нет. А должна? — Сора видела шаринган второй раз, и эта перемена скорее ее заинтересовала, чем испугала. — Вы ради этого меня позвали?

— Отчасти, — Итачи облокотился о стену, скрестив руки на груди. — Для меня стало неожиданностью, что ты бросилась спасать Неджи, не имея и шанса на победу.

— Я не могла стоять в стороне, — честно ответила девушка, — на то и нужны напарники.

— Да, но если бы я опоздал хоть на минуту, ты бы уже была трупом, а Хьюгу продали как зайца.

— Я знаю. Я уже поблагодарила вас за спасение. Если вы хотите ткнуть меня в это лицом, то можете сделать это снова, и я снова поблагодарю вас, — она действительно не понимала его цели. Чего он хотел?

— Я хочу, чтобы ты перестала опрометчиво поступать и думала, прежде чем что-то делать.

— На тот момент это было единственным, чем я могла помочь Неджи-куну, — Итачи нахмурился, услышав это, а Кояма продолжила с ещё большим запалом: — И если бы это произошло вновь, то я бы сделала то же самое. Что я должна была делать по-вашему?

Его губы сжались, плечи напряглись. Желание помочь Хьюге заставило ее рискнуть жизнью. Что это — безрассудство или отсутсвие опыта? Ещё утром она пыталась убедить его, что есть более способные и талантливые медики из ее академии, что она плохой шиноби и совсем не готова к выполнению миссий, а под вечер лезет на соперника с голыми руками, отчаянно пытаясь защитить Неджи.

— Сора, — потянул он, приподняв пальцами ее подборок, заглянул в глаза. Девушка почувствовала, как силуэт Итачи поплыл, а горизонт заметно размылся, отчего она прислонилась спиной к стене, а Учиха также держал за подбородок, опаляя холодными пальцами кожу. В следующее мгновение он перенес ее в гендзюцу. Перед глазами возникла сцена их первой встречи, когда Кояма врезалась в него по своей невнимательности. Но кто говорил, что он был невнимателен?

Сора видела произошедшее будто со стороны, с интересом наблюдая за действием. Вот она извиняется перед ним, вот завороженно смотрит в глаза, высоко подняв голову, теперь семенит за ним к дому Фугаку-сана, осматривая его спину.

— Что это? — произносит она, смотря на Итачи.

— Гендзюцу, — легко отвечает тот, — ты попалась.

Ее начинает беспокоить его тон и спокойные темные глаза, неотрывно наблюдающие за ней. Конечно, она знала о гендзюцу, но никогда не испытывала его на себе — не предоставлялось возможности.

— А теперь покажи мне что ты думаешь о Неджи-сане, — учтиво произносит обладатель шарингана, не прерывая с ней зрительный контакт. Что-то щемящее горло окутало ее, в груди образовалась пустота, из-за чего лицо куноичи скривилось в гримасе. Она не понимала цель, которую преследовал Итачи, но неосознанно подчинилась.

Учиха был свидетелем первой встречи Хьюги и Соры, видел его сосредоточенный взгляд и ее сведенные к переносице брови; видел, как она наблюдала за ним во время тренировки, прячась от солнца под кроной деревьев; их договоренность о совместной пробежке, холм и вид на краснеющую под солнцем гладь воды, продолжительные взгляды Неджи. Все, что не подмечала она, подметил Итачи и стиснул пальцы на ее плече. Та вышла из оцепенения.

— Итачи-сан, в чем дело? Что происходит? К чему все это? — заверещала Кояма, обеспокоенно осматриваясь и видя, что они также находятся на территории квартала Учих. Она чувствовала нарастающую тревогу — Итачи пугал ее. Он и сам пугал себя тем, что желание узнать о ней что-то большее заставило его применить гендзюцу. Другие способы ему были неподвластны, Учиха словно разучился добывать информацию, чем занимался продолжительное время, будучи капитаном Анбу.

Она успела заметить только искру, вылетающую из его красных глаз, и потеряла сознание, упав на руки Итачи, который ловко подхватил ее. Стоило только надеяться, что Хьюга уже отрубился, иначе пришлось бы объяснять, почему его напарница пребывает в бессознательное состоянии. Неджи мирно спал, поэтому обладатель шарингана аккуратно положил девушку на футон и безмолвно вышел.

Дорога до порта была скучной и безмолвной: как бы Кояма не пыталась разговорить Неджи, он не поддавался на ее провокации. Резкая смена его настроения не давала покоя, а безэмоциональный взгляд Учихи вовсе вгонял ее в ступор. Она не могла сопоставить поведение Итачи на миссии с поведением во время их похода в лавку за обезболивающим. В тот момент девушке хотелось краснеть, когда он ненароком касался ее или дольше обычного задерживал взгляд. Сейчас же его отстраненность отрезвляла, и Сора не знала как себя вести. Имеет ли она право поддаться эмоциям и попытаться сблизиться с человеком, который понравился ей с первых секунд знакомства?

Судно, которое перевозило их до страны Воды, ходило по расписанию, и команда Итачи вовремя успела к его отбытию. Белый парус со знаком Конохи наполнялся воздухом, напоминая крыло птицы. Чем дальше они продвигались, тем меньше могли разглядеть все вокруг — туман изолировал их от окружающего мира. Становилось заметно холоднее из-за повышенной влажности. Хьюга облокотился о борт судна, всматриваясь в туман. Ветер обдувал его лицо, развевал передние пряди, окутывал морской свежестью.

— Как долго идёт судно? — спросила девушка.

— Два дня.

— Неджи-кун, — она не выдержала, — твои глаза под цвет тумана! Замечал? — заглядывая в них, восторженно пролепетала Сора, а он отрицательно покачал головой.

— А твои похожи на шоколад, — действительно, ее взгляд был тягучим и сладким. Кояма тихо рассмеялась и облокотилась спиной о борт, вставая лицом к джоунину.

— Здесь так жутко, — оглядываясь, сказала девушка, — ещё и вы с Итачи-саном играете в молчанку. Я такие игры не признаю.

— Точнее, не знаешь как в неё играть?

— Да! — воскликнула Сора и сложила руки на груди. — Чем планируешь заниматься все это время?

— Тренироваться, — Неджи пожал плечами.

— А я хочу потренироваться с тобой, — она снова отвечала сама на свои же вопросы. — Разрешишь?

— Нет, — донеслось сбоку. — Как капитан команды, я беру это на себя, — Хьюга обернулся, встретившись со знаменитым ледяным взглядом. Если кого-то он и пугал, то Неджи ощущал лишь прилив злости.

— Кажется, она попросила об этом меня.

— Итачи-сан, действительно, вам не стоит утруждаться, — неловко улыбнулась Сора, заправляя прядь за ухо. Учиха потерпел поражение. Просить или принуждать ее было бы унизительно, и он уже давно пожалел, что вмешался в разговор. Предлагать Цунаде кандидатуру Коямы было ошибкой, о которой он жалел каждый раз, когда видел ее лицо. Итачи чувствовал страх и смущение, исходившие от нее, видел дружелюбный взгляд, направленный на Хьюгу, и осторожный — на него. Он ненавидел себя за то, что прошлой ночью применил гендзюцу. Ненавидел за то, что позволил ей согреть его, а потом сам окатил ее молчанием и холодностью.

Судно, как и полагалось, шло два дня. Неджи и Сора пытались тренироваться, но это давалось с трудом из-за малой свободной площади и немногочисленных людей, которые также следовали в страну Воды. Она сидела на палубе, обняв колени, и наблюдала за приближающимся джоунином, в руках которого были две деревянные кружки с чем-то горячим.

— Спасибо, — благодарно произнесла Сора, принимая напиток. Неджи присел рядом. Ему нравилось проводить с ней время: она могла говорить без умолку, сопровождая слова яркой мимикой и жестами, и невозможно было предугадать что именно она выкинет в следующий момент.

— А давай заплетем тебе косу! — с энтузиазмом выпалила Сора и, потянувшись к его протектору, чтобы снять, почувствовала сопротивление —он перехватил ее ладонь, несильно сжав. Куноичи испуганно взглянула ему в глаза, после чего Неджи разжал пальцы, позволяя девушке снять повязку. Ее руки осторожно потянулись к его затылку, медленно развязывая узел. В это мгновение парень почувствовал ее слишком близко, в нос ударил сладковатый запах, и он прикрыл глаза, чувствуя прохладные пальцы, которые вырисовывали контур печати. — Неджи, — он открыл глаза, накрыв ее ладонь своей.

— Ты знаешь что это?

— Нет, — прошептала Сора. Его горячие пальцы обхватили ее ладонь и отвели в сторону, открывая печать.

— Я получил его, когда мне было четыре года. Это клеймо побочной ветви клана Хьюга, — он внимательно смотрел на нее, пытаясь прочесть мысли, увидеть реакцию. Джоунин хотел видеть все, но только не жалость в ее глазах. И не увидел.

— Что тебя беспокоит? — молчание. — Неджи?

— Ничего, — он сжал губы. — Я родился с уже предопределенной судьбой, я — всего лишь слуга главной ветви, слуга без права выбора. Каким бы сильным я не был, какого бы успеха я не достиг, я никогда не перестану быть лишь побочной ветвью клана Хьюга; смысл моей жизни всегда будет заключаться в защите и прислуживании, — жестко процедил он. Повисло давящее молчание.

— Жизнь не имеет смысла. Смысл — это всегда несвобода, жесткие рамки, в которые мы загоняем друг друга или же сами себя, — она не отрывала взгляда от его глаз, сжимая пальцами горячую ладонь джоунина. — Говоришь, смысл в защите? Смысл в прислуживании? Это всего лишь рамки. В жизни нет смысла — и это ее высший смысл и высшая ценность. В жизни нет финала, к которому ты обязан прийти, — это важнее тысячи придуманных смыслов.

Он убивал себя, угнетал, и сам же ненавидел это. Большую часть жизни печать сдавливала его лоб, виски, затылок, напоминая ему о своем предназначении. В отражении Неджи видел только это клеймо, распластавшееся на лбу зелеными отметинами. Каждый раз возникало отвращение, когда он садился за стол с членами главной ветви, чувствуя себя лишним. Его ли это дом, его ли это семья? Может ли он называть их так? Клеймят ли в других кланах членов семьи?

Приблизившись, Сора мягко коснулась щекой его плеча, кладя руку ему за спину, и почти безмолвно прошептала тихое: «Прости». Девушка чувствовала вину за то, что заставила его показать печать, тем самым причинив ему боль. Неджи ответил на объятие и обхватил ее обеими руками, притянув ближе, уткнулся носом в распущенные волосы.

Он и раньше подозревал, что уничтожает сам себя, отравляя все изнутри. Но когда услышал то, что давно закрадывалось ему в голову, Хьюга будто протрезвел. Рамки, в которые он вгонял себя, ослабли, давая сделать глоток воздуха.

— Неджи, — прошептала Сора, отстраняясь, и тот скользнул ладонью по ее щеке. Молчание. Молчание как разрешение. Но подозревала ли она для чего? — Неджи, я не хотела… — он, не дав договорить, потянулся к ее губам. Куноичи коротко вдохнула, когда его лицо оказалось как никогда близко. Серые глаза с теплым лиловым оттенком смотрели без привычной твердости, большой палец медленно поглаживал ее кожу на щеке; теплый язык прошелся по обветренным губам Коямы, а та и не думала отстраняться, пребывая то ли в приятном оцепенении, то ли в смятении. Ему показалось, что стрелка часов замерла в тягучем ожидании, и Хьюга, второй рукой надавив ей на затылок, углубил поцелуй. Она что-то промычала в ответ, уперлась ладонями в его грудь и сжала пальцами жилет шиноби. Происходящее казалось ошибкой.

Комментарий к 5

Пока не уверена на все сто процентов в основном пейринге, поэтому хотела бы услышать ваше мнение :)

========== 6 ==========

Один из самых крупных островов страны Воды оказался густо заселённым, у порта стояли многочисленные купцы, продавая или обмениваясь товаром с приезжими. Деревня Скрытого Тумана, куда направлялась команда Итачи, находилась около горных цепей, окружённая густым туманом. Их встретил один из подданных Мизукаге с целью сопроводить команду из Конохи до скрытой деревни.

Сора выглядела уставшей и измотанной после двухдневного плавания: кожа заметно побледнела, под глазами залегли темные пятна. Казалось, вечная осень в этой части света медленно тянула соки из девушки, но сама Кояма понимала, что вовсе не погода служила причиной ее нездорового вида. Ей повезло, что деревня находилась совсем не далеко, отчего их дорога растянулась на пару тройку часов. Хотелось скорее просушить влажные вещи, переодеться во что-то сухое и оказаться наедине с собой, избавившись от тяжелого взгляда Учихи и неловкости при виде Хьюги. Вскоре ей представилась такая возможность.

Произошедшее прошлой ночью девушка не могла выкинуть из памяти, раз за разом прокручивая их поцелуй. Палитра чувств отзывалась в ней: стыд, смущение, возмущение, неопределённость — это преследовало ее по пятам. Она чувствовала разливающийся в груди жар, когда встречалась с ним взглядом, за которым скрывалось беспокойство.

Горячий душ согрел посиневшую от холода кожу, а в доме отдыха, где разместили команду Итачи, любезно предоставили сухую сменную одежду. Молочного цвета платье, доходившее до середины щиколотки, со смелым вырезом сбоку контрастно оттеняло темные волосы, спадающие по спине; накидка того же цвета хоть как-то спасала от непривычной температуры, которую Сора подпоясала свои протектором, туго затянув тот на узкой талии.

Зародившееся чувство неуверенности сдавливало грудь, поэтому куноичи спешно вышла из комнаты в поисках Неджи. Сначала она хотела избегать его, но позже поняла, что это только усугубит ситуацию. Ей повезло, и джоунин открыл дверь практически в ту же секунду и в это же мгновение воздух стал слишком удушливым.

— Неджи, — на выходе осторожно сказала девушка, — нужно поговорить, — он кивнул, запирая за собой дверь, и подошёл к ней чуть ли не вплотную. — Я не хотела тебя обидеть. Ты был переполнен чувствами, я видела. Если это было ошибкой… — Сора уперлась ладонями в его твёрдую грудь, когда тот сделал полшага навстречу.

— Ошибкой? — тихо ответил Хьюга, сводя брови к переносице. — Ты так считаешь? — она молчала. Пульсирующие удары его сердца отзывались у неё под ладонью.

— Я бы хотела услышать твой ответ, — она просто напросто не знала что делать, что говорить; девушка действовала по ситуации, которая с каждой секундой становилась опаснее для обоих. Хьюга перехватил ее тонкие запястья, слабо сжав, и понял, что боится этого разговора. Боится ее отказа и своих чувств.

Она неотрывно смотрела в глаза, которые напоминали ей две Луны, как вдруг за его спиной промелькнули темные волосы, завязанные в слабый хвост красной резинкой. От бровей практически до кончика носа тянулись заметные полосы, отличающие между собой братьев Учиха. Обладатель бьякугана не мог не услышать тихие шаги капитана команды за спиной, но в данный момент его волновала лишь девушка, руки которой находились на его груди.

— Я… — лепетала Сора в надежде, что тот скажет хоть что-нибудь. — Неджи…

Слова девушки долетели до ушей Учихи, который понял, что делать ему здесь больше нечего — он был уверен, видя ее нерешительный взгляд, что Кояма отвергает напарника. Ухмыльнувшись про себя, капитан оставил их наедине.

— Ты что-нибудь скажешь? — как можно мягче спросила куноичи.

— Ничего, — бросил Хьюга и, резко опустив запястья, оставил ее одну.

Головой она понимала, что их поцелуй ничего не значил, был лишь выражением всплеска эмоций и ждала, что Неджи подтвердит это, но он даже не удосужился объясниться. Сора продолжила стоять на месте, смотря в одну точку и чувствуя нарастающее давление в груди.

Следующие несколько недель прошли тихо: официальная встреча команды из Конохи с Мизукаге скрытой деревни Тумана, чайная церемония, знакомство с шиноби страны Воды и начало совместных тренировок для представителей кланов Учиха и Хьюга. Сора была занята общением с медиками и часто пропадала в библиотеке. Коммуникация давалось ей довольно легко — шиноби были открыты к сотрудничеству и обмену опытом, которого у нее было не так уж много. Встречи с Хьюгой сводились практически к нулю, лишь иногда они виделись на общем ужине, во время которого стояла тишина ввиду того что обычный источник болтовни не подавал ни звука. Сора старалась даже не смотреть в сторону Неджи, чувствуя обиду и злость. Его мысли так и оставались тайной, покрытой непроницаемой пленкой невозмутимости. Он мог бы быть немой статуей, если бы это было необходимо.

Непривычная влажность и частый ветер не могли нравиться Кояме, которая постоянно мерзла, отогреваясь только под горячим душем. Ее кожа бледнела и походила по цвету на молочное платье, легкие веснушки и вовсе пропали из виду. Несмотря на это девушка была полна энергии и с неиссякаемым запалом училась ранее ей неизвестным медицинским техникам, не забывая делиться и своими знаниями с шиноби скрытой деревни Тумана. Ей хотелось быть максимально занятой, только бы не встречаться с Хьюгой, который и так ее сторонился как огня.

— Можно? — донеслось сзади, и Сора быстро обернулась. Встретившись взглядом с Итачи, она мягко кивнула, приглашая присесть. — Надеюсь, что не отвлек тебя, — он оказался рядом и облокотился о прохладную стену спиной.

— Ничуть. Я думала о том, как получу свои веснушки обратно, когда мы вернемся в Коноху, — куноичи мечтательно прикрыла глаза, перенеся вес тела на руки сзади. — Кстати, сегодня впервые ясное небо. Я так давно его не видела… Порой кажется, что туман — вечный спутник деревни.

— Так и есть, но сегодня что-то пошло не так, — Итачи совсем легко улыбнулся, видя ее опрокинутую к ночному небу голову. Среди вечной сырости и белой дымки она светилась вместо солнца.

— Тогда определенно стоит продрогнуть до чертиков, но продолжить любоваться звездами! — на этих словах Сора повернула голову, поймав взгляд Учихи, который и так был обращен на нее. — Итачи-сан, посмотрите в небо и представьте, что мы в родной Конохе. Дует теплый — повторюсь! — теплый ветер, откуда-то пахнет сладкими данго, но если вы хотите, то может доноситься аромат курицы! — но ему не нужно было представлять это, чтобы мысленно оказаться в родной деревне.

— Ты сказала «данго», и мой желудок заурчал, — честно признался Учиха.

— А мой заурчал, когда я сказала «курица», — она рассмеялась и, потянувшись к резинке на голове, стянула ее, после чего длинные волосы рассыпались по спине и плечам. — Голова жутко болит, когда целый день хожу с тугим хвостом. Это невозможно терпеть… — смущенно говорила она в оправдание, пока Итачи наблюдал за каждым ее движением. Сора по привычке заправила прядь волос за ухо. Рядом с ним стеснение окутывало ее тело как прозрачная паутина.

— Каково целоваться с гением клана Хьюга? — внезапно спросил он. Она почувствовала ушат ледяной воды, опрокинутый ей за шиворот, и прикусила губу. Он видел, или Неджи сказал ему?

— Почему вы интересуетесь этим? — не стала молчать девушка, но очень хотелось.

— Что ты думаешь насчет этого? — он намеренно проигнорировал вопрос и решил надавить на нее.

— Все очень неприятно вышло. Да и вы видели, наверное, раз спрашиваете. Я пыталась поговорить с ним после, выяснить все, добиться некой определенности, но ничего не вышло, — куноичи пожала плечами, опустив голову. Она не стала говорить, что злится на Хьюгу из-за его игнорирования и чувствует себя опустошенной и брошенной. Признавать это было нелегко, но ничего другого ей не оставалось.

— И что ты чувствуешь? — Учиха шаг за шагом, как по лестнице, пытался вытянуть из нее то, что было ему необходимо.

— Неловкость, — не лукавила она, — мне неловко, потому что человек, которого я считала другом, поступает таким образом.

Если бы она подняла глаза, то увидела бы его довольный взгляд. Он услышал то, что боялся спросить напрямую. Учиха не видел джоунина своим соперником, но и не хотел, чтобы тот мешался под ногами. Он не думал о том, что сам чувствует к Кояме, но точно знал, что она должна быть рядом, чтобы не было так невыносимо холодно.

Повисло протяжное молчание: девушка думала о поведении Неджи и снова покрывалась краской от негодования, в то время как обладатель шарингана самозабвенно водил глазами по ее бледному лицу.

— Итачи-сан, с вашей стороны было очень бестактно спрашивать меня о… произошедшем поцелуе, — Сора шумно сглотнула. — Больше так не делайте, пожалуйста.

— А были еще случаи, о которых я мог бы спросить? — промурчал он, наклоняя голову. Ему нравилось ее смущать, видеть ее поджатые губы и бегающий взгляд.

— Вы что, смеетесь надо мной? — воскликнула куноичи и сердито взглянула на своего капитана, когда тот рассмеялся звонко и плавно. Даже его смех был красивым. И глаза, и губы, и руки. Она не знала, куда себя деть, поэтому резко поднялась на ноги и хотела было сбежать, как Итачи поймал ее руку, потянув на себя.

— У меня болит голова, — внезапно серьезно произнес он, — сделай что-нибудь.

Сора замерла от близости: их разделяло не больше десятка сантиметров. Внезапная просьба звучала неправдоподобно, но ей не хотелось развевать эту маленькую ложь. Кивнув, куноичи присела на колени сбоку от него, почти касаясь ногами его бедер. Из-за продолжительного пребывания на улице ее пальцы были подобны сосулькам, поэтому девушка старалась не касаться висков Итачи, держа ладони на расстоянии. Учиха прикрыл глаза. Она была так близко и одновременно так далеко. Ему было мало: он накрыл ее ладони своими, ощутимо сжав их. В воздухе витал аромат волос девушки, в которые ему захотелось уткнуться носом, запустить в них пальцы, слегка оттянув.

— Итачи-сан, — он отозвался, приоткрыв веки, — я закончила. Могу идти? — шептала Кояма, не смея пошевелиться. Если бы он сказал остаться, она бы молча повиновалась. Учиха только кивнул головой, после чего Сора спешно убежала в свою комнату, пряча порозовевшее лицо. Осознание того, что какую-то минуту назад она чувствовала его ладони на своих, заставило грудь томительно сжаться. Это ощущение походило на то, что она испытала, когда Хьюга поцеловал ее. Первый настоящий поцелуй произошел с человеком, которого Сора называла другом, но после этого она сама не понимала, считает ли его таковым.

Многими считается, что утро задаёт заряд на день и во многом определяет настроение, но Соре больше всего не хотелось, чтобы этот день начался таким образом. Когда она спустилась к завтраку, команда Итачи оказалась в сборе. Пронизывающий взгляд чёрных глаз и такой же — светло серых.

— Итачи-сан, Неджи-сан! — откуда ни возьмись завопили три куноичи, вбегающие в комнату и чуть не сбившие с ног Сору. — Нам сказали, что сегодня вы будете завтракать! Мы ведь не помешаем вам? — щебетали девушки и, не дождавшись разрешения, окружили молодых людей.

— Ну… — Итачи потерял дар речи. Никогда прежде женщины не вели себя таким образом, всегда опасаясь его, позволяя себе только бросать пожирающие взгляды. Эти же куноичи либо не знали, кто он такой, либо были слишком смелыми, но оттого не менее надоедливыми.

Кояма облегченно выдохнула, когда поняла, что не придётся терпеть невыносимое молчание и пытаться запихнуть в себя хоть крошку. Место напротив Учихи пустовало, так как девушки окружили парней по обе стороны, и Сора беззаботно заняла его.

— Неджи-сан, обязательно попробуйте это, — куноичи подцепила палочками креветку и поднесла ее ко рту Хьюги, который только хмыкнул и отвернулся. Девушки продолжали одаривать вниманием предметы своего обожания, всячески заглядывая им в глаза, пытаясь ненароком к ним прикоснуться.

— Как вам наша деревня? Не слишком ли влажно, как вы считаете? — наконец спросила одна из дам, на что молодые люди никак не отреагировали. Кояме стало их жаль, поэтому она решила вмешаться, отставив палочки в сторону.

— Просто замечательно! Мы никогда не видели здания с такой замысловатой архитектурой, а что говорить о вечном тумане, который словно прилип к деревне, — Сора разошлась не на шутку, решив, что переговорить этих девчонок не составит ей труда. Она довольно улыбнулась, продолжив: — Вещи всегда сырые, невозможно что-то просушить до конца, но это так забавно. Поэтому ваши волосы постоянно кудрявые? Вот у меня всегда прямые и даже ваша влажность их не берет. Вообще я использую специальный шампунь, который продаётся только у нас в Конохе, он замечательно пахнет! — тараторила девушка, а ее потенциальные оппонентки раскрыли рты, не зная, можно ли ее перебивать. Итачи и Неджи как ни в чем не бывало продолжали поглощать завтрак. — А местные парни чего стоят! Все такие смешные, интересные, так и норовят пригласить на свидание, а я говорю им, мол, нет, простите, я так занята, так занята! Нет времени даже поболтать нормально, чего уж говорить о свиданиях! Но знаете, мне нравится, что они облачают свои мысли в слова и предложения, и ты сразу понимаешь их, а не думаешь целыми днями об их намерениях! Ведь как предугадать мысли другого человека, правда? — обладатель бьякугана сжал губы в полоску.

— Д-да, вы правы… — одна из куноичи неуверенно подала голос, когда Кояма замолчала, чтобы проверить их реакцию. Все так, как она и планировала, — девушки отстали от ее сокомандников.

— Как хорошо, что мы ещё не успели выпить чай, я столько хотела обсудить с жительницами страны Воды, вы не представляете! А тут такая возможность!

— Ой, у нас тренировка по расписанию!

— Точно-точно! — замельтешили они и, чуть не опрокинув тарелки, спешно покинули комнату. Сора выдохнула, восстановив дыхание, и вновь взяла палочки в руки — креветки сами себя съесть не могли.

— Браво, — восхищённо произнёс Итачи, — болтать у тебя получается не хуже, чем лечить. Я не поблагодарил тебя за вчерашнее, — Хьюга замер. — Я бы не уснул с головной болью.

— Это моя обязанность, — Сора смущённо откинула волосы за спину.

— Только твои ладони были жутко ледяными. Ты не заболела? — услышав это, джоунин резко поднялся и, не сказав ни слова, вышел. Итачи сделал вид, что не заметил этого, продолжая смотреть на девушку, которая быстро последовала за напарником. Ее мучил вопрос, почему он ведёт себя как дурак. Почему игнорирует ее, избегает, даже не может взглянуть в глаза?

— Неджи-кун, остановись! — воскликнула она и обошла его сбоку, вставая лицом к лицу. Сосредоточенные серые глаза впервые за долгое время смотрели в упор. — Что происходит? Может быть ты хоть что-нибудь скажешь?

А что он мог сказать? Что потерялся в своих чувствах к ней? Что хотел разбить лицо Итачи, представляя, откуда тот мог узнать о температуре ее рук? Дружба, привязанность, симпатия, влюблённость — что это? Мог ли он признаться, что их поцелуй не был ошибкой, и если бы можно было пережить момент снова, он бы вновь повторил то же самое? Хотела ли она услышать, что ее дружеские чувства, если таковые были, он не поддерживает? Знала ли она, что он с ней не дружит и никогда не собирался? Самым абсурдным был факт того, что ему было страшно узнать ее мысли по поводу их поцелуя. Что, если она действительно считала это ошибкой? А он так не считал.

— Ничего не происходит, — Неджи отвёл взгляд на стену — лишь бы не видеть себя в отражении ее глаз. — Я знаю, ты считаешь, что я что-то не договариваю, но ты неправа.

— Правда? — Сора сжала челюсть, еле сдерживая подступившие слёзы. — Я думала…

— Абсолютно. Мне нужно идти, — перебил он ее и ушёл, как и ушёл пару недель назад, также оставляя ее одну посреди пустого коридора.

Всегда приятнее страдать, когда поделился с кем-то своей бедой. Разделенное горе вполовину меньше. Но такой способ Сора считала лишь перекладыванием ответственности, поэтому, когда наставница обеспокоенно спросила о ее состоянии , девушка натянуто улыбнулась. После утреннего инцидента она поспешила в больницу и старалась подавить в себе вновь вспыхнувший гнев вперемешку с обидой.

— Время прошло так быстро: еще вчера вы прибыли в страну Воды, а сегодня Мизукаге устраивает вам прощальный вечер, — переминая сухие травы в ступке, сказала наставница. — Думаю, наконец-то отношения наших деревень наконец-то наладятся во многом благодаря Итачи-сану и Неджи-сану.

— Да, — вымолвила Кояма и поняла, что неимоверно хочет вернуться в Коноху; хочет вновь распластаться на свежей траве под палящим солнцем, вновь услышать наставления матери и увидеть строгое лицо отца, погладить Акамару и пытаться угодить одной из родственниц Учих. Она так скучала по дому и времени, когда их отношения с Неджи не переросли в это сдавливающее горло молчание.

— Сора, ты и сама знаешь, что тебе нужно набираться опыта, чтобы достичь большего. И я вижу, что ты способна на это. В жизни имеет значение лишь одно — насколько хорошо ты делаешь свое дело. Больше ничего, остальное приложится.

— Порой мне так тяжело и кажется, что легче все бросить, чем продолжить ползти дальше. Но оборачиваясь, я вижу, какой путь проделала: сначала с трудом получила звание генина, после — и то по воле судьбы — поступила в медицинскую академию; приходилось чуть ли не спать в библиотеке, чтобы хоть немного приблизиться к своим сверстникам, — она выдохнула. — Это и постегивает меня ступать дальше! Что может быть приятнее, чем путем своего труда добиваться того, о чем ты и не мечтал в самом начале?

— Ты права, — по-доброму улыбнулась женщина. — Мы всегда должны искать в себе лучшее и ухватываться за это.

Молодая женщина продолжила переминать травы, поглядывая на лицо своей ученицы, щеки которой зацвели здоровым румянцем, ярко выделявшимся на фоне бледного лица. Девушка решительно откинула волосы назад, выпрямилась и произнесла с привычным задором:

— Танака-сама, пожалуйста, могу я уйти сегодня пораньше? Я бы хотела как следует подготовиться к вечеру.

— Но ты только пришла… — замялась та, глянув на часы: стрелка еле добегала до десяти.

— А как же выбрать наряд, прическу, макияж… — Сора умоляюще впилась глазами в наставницу, пытаясь разжалобить ту. — Ах, голова закружилась от волнения!..

— Бесстыдница, — только и произнесла женщина, цокнув языком, и взглядом указала на дверь, после чего куноичи радостно выпорхнула из кабинета.

— Да, точно! Танака-сама, я забегу к вам попрощаться завтра с утра, поэтому не опаздывайте! Я проверю! — под испепеляющий вгляд наставницы Сора все-таки прикрыла за собой дверь и помчалась по больничному коридору, ловко обходя шествующих ей навстречу людей.

Отгоняя мысли о Хьюге, девушка решила максимально абстрагироваться от накатывающей усталости. Она поняла, что сама загоняла себя в состояние, сходное этой скрытой деревне — серость, бесцветность и отстраненность. Постоянная работа и обучение, больница и библиотека не давали ей буквально сделать глоток воздуха. И сегодня, сделав вторую попытку поговорить с Неджи, которая с треском провалилась, Сора приняла решение не пытать ни его, ни себя, доверив все времени, которое должно было расставить все на свои места. По крайней мере, здесь уже ничего от нее не зависело.

Итачи дописывал короткую записку Хокаге, которую должен был доставить почтовый ястреб. Послание гласило, что его команда вскоре вернется обратно, а дела с страной Воды успешно решены. В голове уже крутились мысли, как он наконец выспится после утомительного месяца постоянных ночных вылазок. Молодой капитан Анбу убедился, что скрытая деревня Тумана не имела достаточное количество сильных шиноби, которые могли конкурировать с ниндзя Конохи, но недооценивать их тоже не стоило. Совместные тренировки показали, что они также не раскрывают свои секретные техники, отдавая предпочтение более классическим. Это было вполне разумно, что и понимали обе стороны.

— Итачи-сан, надеюсь, я не отвлекла вас, — на выдохе проговорила Кояма, — вы-то мне и нужны!

— Что-то случилось? — он обеспокоенно стал ее разглядывать.

— Да! Я поняла, что за эти четыре недели ни разу не выбиралась в город. Что же мне рассказать родным по приезде в Коноху? Что проводила время, сутками находясь в больнице или уткнувшись в учебник?

— Так, — Учиха не совсем понимал цель ее появления.

— Ну же, Итачи-сан, я уже и не знаю как вам намекнуть! — Сора покраснела, на что капитан удивленно приподнял бровь — намеки всегда давались ему очень сложно. Точнее, он их не понимал и не пытался понять. — Сводите меня на прогулку! Посмотрим на людей, себя покажем, поедим сладости. Будет весело!

— Понял, — кивнул он, осознавая, что не имеет права выбора, и последовал за улыбающейся куноичи.

Обычно ему было абсолютно плевать на страну, в которой находился на миссии, и устраивать себе подобные прогулки он не привык. Выполнил задание — отправился обратно в Коноху. Поэтому шагая по широким улицам деревни Тумана, Итачи даже не поменялся в лице, чего нельзя было сказать о его спутнице: девушка завороженно наблюдала за меняющимися домами, за торговцами, которые пытались ей что-то продать, но Учиха одаривал тех знаменитым взглядом, после чего они пропадали так же быстро, как и появлялись на пути. Было довольно шумно, пахло морепродуктами и сыростью. Увидев прилавок со знакомыми данго, Сора схватила капитана за рукав и тут же одернула.

— Срочно, Итачи-сан, мы должны это попробовать! — и, не дождавшись его, метнулась в сторону десерта. Цветные шарики, нанизанные на деревянные палочки, стали напоминанием ей о родной деревне. Она потянулась за деньгами, а Итачи, перехватив ее руку, просунул торговцу необходимую сумму. — Я не люблю быть в долгу! — Сора хмуро посмотрела на оппонента, но с радостью приняла данго, крепко держа палочки в руках. — Возьмите, — и протянула ему одну.

— Данго как напоминание о доме, — словно прочел ее мысли Учиха. — Сладко.

— Я думала о том же самом. Знаете, эти шарики выглядят как солнышки на таком фоне, — она провела рукой по воздуху.

«Нет, это ты выглядишь как солнце», — мысленно ответил он ей.

— Наше задание практически завершилось, и завтра мы отправимся в Коноху. Даже не верится! Наверное, вам было скучно здесь, — девушка склонила голову и поглядела на Итачи, который с удовольствием поглощал купленный десерт.

— Работа есть работа. Скучно или нет, но выбирать не приходится.

— А вы с детства мечтали быть шиноби? — ее вопрос застал врасплох.

— Я никогда не хотел им быть. Мне не нравится все это, но, как я уже говорил, выбирать не приходится. У меня просто не было выбора, — Учиха впервые говорил это вслух. Ему не нравилось убивать, видеть скорченные гримасы трупов, ступать по размазанной по земле крови.

— Почему?

— Потому что я принадлежу клану Учиха. Моя семья надеется на меня, называет гением, видит меня будущим главой клана, — он говорил это так, словно ему было невыносимо противно. Эти азбучные истины, приписанные ему еще, кажется, с самого рождения, сковывали тело изнутри.

— Но вы действительно гений. По крайней мере, вы профессионально справляетесь с данго, — она кивнула в сторону пустой палочки, которую Итачи все еще сжимал пальцами. — Наверное, не иметь права выбора — худшее, что может случиться с человеком. Но ведь у вас есть это право и всегда было.

— Мне не нравится убивать, Сора, и я не могу ничего с этим поделать.

— Но работа шиноби заключается не только в этом! Я слышала, как ваша мать хвалится подругам, говоря, скольких людей вы спасли на очередной миссии, скольким помогли избежать гибели.

— Но для этого мне приходилось убивать, — отчеканил Итачи. — Если по-твоему моей целью должна быть помощь людям, то я скажу тебе, что нет такой цели, которая оправдывала бы любые средства. Мне отдают приказы, я их выполняю. Освобождает ли это меня от ответственности? Однозначно, нет.

— Да, вы правы, — Сора потупила взгляд и ей стало стыдно за свои слова. Посчитала себя самой умной и зрелой, но вышло совсем наоборот. Она не могла представить, каково это — отнимать жизнь у человека. Один раз, когда ей удалось это лицезреть, глубоко отпечатался у нее в памяти, но что же тогда чувствовал он? — Простите, что не попыталась понять вас и вновь полезла со своими глупостями…

— Зато теперь я знаю, что моя матушка хвалится перед подругами, выставляя меня героем, — Учиха грустно улыбнулся, вспоминая, как его приняли в Анбу, и мать сделала только для него целую тарелку сладких вагаси.

— Для меня вы и есть герой… — неожиданно для себя прошептала девушка, и Итачи, услышав это, чуть не покраснел, но не сделал этого, потому что не умел. — То есть я хотела сказать, что… ой, протектор сейчас упадет, — Сора хотела поправить съезжающую с талии повязку, но палочка с данго была лишней в ее руках. Учиха, не долго думая, развернул ее к себе. Длинные волосы, спадающие на спину, явно мешали молодому капитану, и тот провел по ним рукой, отводя вперед. Исходивший от него запах мыла ударил ей в нос, как только он вплотную встал к ней, заводя свои руки ей за спину в поисках ослабшего узла протектора. Ей стало страшно, что Итачи услышит или — что хуже! — почувствует звонкие удары сердца. Она застыла на месте, не смея пошевелиться и боясь поднять на него глаза.

— Больше не теряй вес, иначе устанешь затягивать протектор туже, — шепнул на ухо он и задержался чуть дольше дозволенного.

========== 7 ==========

— Пойдём, — Итачи чуть наклонился, обхватывая пальцами ее ладонь, и потянул за собой сквозь поток людей.

Она семенила за ним, как это было во время их первой встречи в поместье Учих, когда он ощутил на себе ее способность врезаться во все подряд. У обоих кожа напоминала ледяную корку, но при соприкосновении та таяла, заставляя их пальцы крепче обвивать друг друга. Его низкий хвост слабо развевался при ходьбе, а широкие плечи не давали видеть ей дорогу, поэтому Сора, чуть ускорившись, поравнялась с ним. Сосредоточенное лицо Учихи твёрдо смотрело вперёд, в то время как глаза девушки волнительно оглядывали своего спутника и их переплетенные пальцы. Она ничего не спрашивала, слепо доверившись своему капитану.

Длинная, по его мнению, дорога до дома отдыха, в котором они жили последний месяц, наконец закончилась, и перед их лицом возникла дверь в его комнату, которую Итачи тихо распахнул и пропустил вперёд девушку. Она ощущала неимоверную неловкость, крепче сжимала палочку с данго, которое все ещё не могла доесть, чувствовала пунцовые щёки. Секунда — и Сора услышала звук закрывающегося замка.

— Итачи-сан, я не совсем понимаю… — начало было она, но капитан перебил ее, аккуратно взяв из ее рук данго.

— Ты не против? — он спросил он и не дождался ответа, откусывая раз за разом десерт, отчего его щеки немного надулись.

— Над таким даже смеяться неудобно, — куноичи еле сдержала смешок и поднесла ладонь к его губам, убирая прилипший десерт, но вовремя спохватилась и хотела вновь одернуть руку, но Итачи в то же мгновение ее перехватил.

— М-м, — промычал он и отшвырнул палочку в сторону, которая бог знает куда отлетела. — Ты не боишься находиться здесь?

— Мне неловко, — она решила не лукавить, все равно ее порозовевшее лицо говорит само за себя.

— Мне тоже. Я чувствую себя зверем, который загнал свою жертву в угол, — Учиха сделал пару уверенных шагов к ней и, взяв за руку, поднёс ее к своим губам. Он был так близко, что она боялась дышать. В следующее мгновение Кояма почувствовала на тыльной стороне ладони его тёплые губы, которые оставили влажный отпечаток на коже.

Слова не лезли в голову, его действия как будто блокировали мыслительную деятельность, разрешая ей только чувствовать прикосновения. Чуть склонившись, Итачи воспользовался ее вечной привычкой — заправил прядь волос за ухо и уткнулся носом в открытую шею, сделав шумный вдох. Ее запах, мягкость волос, гладкость кожи заставили его прикрыть веки, слегка сжав талию девушки. Внешне она не сопротивлялась, но внутри вела борьбу между желанием оттолкнуть его и обнять в ответ. По итогу Учиха сам, взяв ее за запястья, завёл их себе за шею, и куноичи обмякла в объятиях. Он двинулся вперёд, и девушка попятилась, прижимаясь спиной к твёрдой стене.

— Итачи-сан, — Сора пыталась перевести его внимание со своих губ на себя, но тот упорно не поддавался.

— Я просто хочу немного побыть с тобой. Останься, — он не мог отпустить. Он не хотел этого. Он хотел, чтобы она осталась. Впервые за долгое время Итачи действительно чего-то хотел, и это заставило его глаза блеснуть чёрным огоньком.

Ее губы были холодными и сухими. Обладатель шарингана медленно проводил по ним подушечкой пальца, терся кончиком носом о ее нос, поглаживая выпирающие скулы. Прикосновения были сходны с взмахом крыльев бабочки — лёгкими, почти невесомыми. Учиха ждал, давал ей время передумать, оттолкнуть его, сбежать, но Сора податливо, с волнением принимала ту нежность, на которую он был способен.

Ещё пару недель назад Хьюга делал то же самое, и это воспоминание, открывшееся перед глазами Итачи, полоснуло ножом по горлу. Он проник под ее накидку, кладя одну руку на поясницу, другой сжимая проступавшую тазовую косточку, потянулся к чуть приоткрытым губам, но остановился на полпути.

— Подождите, — Сора уперлась ладонями в грудь. Вместо робкого желания продолжить подступило чувство страха.

— Прости, — Итачи выдохнул ей в щеку. Он поторопился. В данный момент игра в зверя и загнанную жертву облачилась в реальность.

— Да… — тихо сказала девушка чуть ли не дрожа, — мне жутко неудобно. Кажется, сейчас мое лицо похоже на помидор, поэтому простите меня, — Кояма произнесла это почти на одном дыхании и поднесла руки к горячим щекам.

— Мне всегда нравилась твоя прямолинейность. Что ж, тогда буду прям и я, — и вместо продолжения фразы Итачи невесомо коснулся губами ее виска и стал плавно поглаживать шею сзади. Куноичи чувствовала его вздымающуюся грудь, слышала отчётливые удары сердца и легкий аромат порошка от тонкой водолазки. Зарождающиеся ощущения были для неё новыми, совсем не знакомыми, но не менее приятными. В то же время ее не покидало чувство, что все идёт неправильно; все не так, как должно быть на самом деле. И это чувство связывало ей руки. — Сора, — как можно мягче произнес он, — сегодня на ужине Мизукаге-сама сделает тебе одно предложение.

— Что он предложит? — после некоторой паузы спросила куноичи, но Итачи молчал. — Вы не ответите?

— Ты сама все услышишь. Не хочу торопить события. Ты не сможешь отказаться: это будет верх неуважения.

— Но я ведь могу и согласиться.

— Можешь, но не делай этого, — если бы Итачи не уткнулся ей в шею, она бы одарила его вопросительным взглядом.

Постояв так ещё с минуту, девушка неуверенно отстранила его от себя, промычала что-то нечленораздельное и вышла из комнаты. Если она хотела сбежать, то было уже поздно, — он решил, что не отпустит.

Все было неверно, нескладно, ненормально. Что-то внутри подсказывало, что так дела не делаются, что так нельзя. Было глупым отрицать, что Итачи ее привлекал как мужчина. Она терялась в его темных глазах, которые будто засасывали в омут, и порой девушка не знала, как оттуда выбраться. И это ее действительно пугало. Складывалось ощущение, что все из клана Учиха были такими — нелюдимыми, строгими, обладали тяжелым нависающим взглядом, окутывающим плотной пеленой страха. Она помнила, как однажды в ее небольшую рабочую комнату зашёл Саске Учиха, без приветствия сказав:

— Сделайте что-нибудь с этим, — и, сняв синюю рубашку с гербом своего клана, без стеснения встал перед ее лицом. На коже проступали покраснения, местами покрытые сухой корочкой, маленькие язвочки на теле были схожи с картой звездного неба.

— Есть ли температура? — Саске отрицательно помотал головой. — Зуд? — кивнул. — Раньше было такое?

— Нет. Просто уберите это, — с раздражением кинул темноглазый.

— Это обычная аллергия. Я могу убрать покраснения и снять зуд, но если не исключить причину возникновения, то завтра же повторится то же самое, — Сора заметила, как он поджал губы и недовольно хмыкнул. — Тренировались на природе в непривычном для вас месте?

— Нет.

— Трогали бездомных кошек или собак?

— Нет.

— Употребляли ранее незнакомые продукты?

— Орехи. На днях вынудили попробовать какой-то десерт с ними. Обычно я их никогда не ем.

— Тогда тут все ясно: больше не ешьте орехи, — Сора пожала плечами и улыбнулась, видя сосредоточенное лицо парня. Он был так похож на Итачи. И если бы не короткие волосы и отсутствие длинных полос на лице, простирающихся от темных бровей до кончика носа, Кояма бы подумала, что это и есть он. Даже взгляд и голос были одинаковыми.

— Ненавижу сладкое… — прошипел тот и хотел было по привычке почесать одну из язв, как девушка ловко перехватила его руку.

— Не стоит, — куноичи мягко улыбнулась и в следующую минуту поднесла свои ладони, окутанные зелёной чакрой, к его покрасневшей коже.

Отличие, явно прослеживающееся между братьями, Сора увидела своими глазами и почувствовала на себе: во взгляде Итачи можно было разглядеть нежность, которую тот упорно пытался спрятать. Даже сегодня, когда Учиха крепко обхватывал ее талию, явно недвусмысленно терся носом о шею, она ощущала ласку, на которую он, как казалось раньше, не был способен. Щеки покрывались алой краской, когда куноичи вспоминала, что их капитан завёл ее в свою комнату, а она, заглушая внутренний порыв сбежать, осталась. Но почему она хотела уйти? Потому что считала, что выглядит непристойно, или просто боялась Итачи? Или потому что в ее голове постоянно вертелся вопрос, который Сора пинками отпихивала: что бы сказал Неджи?

Раздражение, вызванное мыслями о Хьюге, делало ее движения резкими и рваными. С силой проведя расческой по мокрым запутанным волосам, Сора прошипела от боли, когда та встретилась с очередным узелком. Она шумно выдохнула и, сжав зубы, продолжила попытки прочесать шевелюру. Длинные волоски падали на деревянный пол, некоторые оставались на расческе. Как никогда ей хотелось хорошо выглядеть на вечернем ужине, до которого оставался считанный час, поэтому Кояма шумно выдохнула, словно выпуская через легкие гнев и открыла небольшую сумочку, больше похожую на пенал, принямаясь за легкий макияж. Хотя она не знала, можно ли называть использование туши, карандаша для бровей и коралловой помады макияжем. Сора взглянула в зеркало: лицо потеряло тот освежающий загар, а впалые щеки ещё больше выделяли скулы. Она подумала, что мама начнёт кормить ее с удвоенной силой, и счастливо улыбнулась.

Ее повседневное платье вполне подходило для ужина, поэтому девушка не стала выдумывать и надела его, оставив плотную накидку на вешалке, которая ранее прикрывала острый вырез на груди. И, собрав волосы в высокий хвост, тем самым открывая тонкую шею, она услышала стук в дверь.

— Да? — громче обычного сказала Сора, ожидая, что стучавший догадается, что дверь не заперта, и он не заставил себя ждать.

— Ты готова? — с порога спросил Итачи.

— Да. Вы хотите пойти вместе? — неуверенно спросила она и потянулась за протектором, чтобы водрузить его на привычное место.

— Поэтому я и зашёл за тобой, — он хотел помочь ей завязать узел на талии, но Сора сделала шаг назад, словно отшатываясь, смущённо произнесла:

— Я сама, — ей было неловко вновь чувствовать близость Учихи, который покорно ждал ее. — Готово, можем идти.

Он пропустил ее, оглядывая снизу вверх и отмечая, что она умело подчеркивала женственные очертания фигуры и никогда бы не поверил, что Сора даже не догадывается, каким взглядом ее порой провожают молодые люди.

— Давайте зайдём за Неджи. Думаю, было бы лучше появиться всем вместе, нежели по отдельности.

— Он уже ушёл, — ответил Итачи и сделал вид, что не заметил ее волнение, когда она произнесла его имя.

— Мог бы и подождать, — пробурчала шепотом Сора и недовольно оглянулась в сторону комнаты Хьюги. Она понимала, что тот всячески ее избегает, но не могло ведь это длиться до бесконечности! Всему есть свой предел.

— Так хотела пойти вместе с Неджи? — словно заговорщически спросил Учиха. Он боялся услышать положительный ответ, хотя подозревал, что она никогда этого не скажет хотя бы из-за обиды.

— Да, — твёрдо ответила Кояма, — хочу выпытать у него хоть слово. Знаете, говорят, что нет ничего хуже, чем молчание, и это правда — его молчание убивает меня. А ещё убивает то, что я пытаюсь помириться, — хотя мы и не ссорились! — а он и здесь игнорирует меня, словно мы никто друг другу, — Сора обхватила себя за плечи, опустив голову в пол. Мысли облачились в слова и от этого стало ещё хуже. Итачи молчал, за что девушка была ему благодарна.

— Почему все это произошло? — всё-таки он подал голос, стараясь делать его максимально отстранённым. Куноичи будто ждала этого вопроса и с неподдельным жаром начала рассуждать вслух:

— На самом деле, я не знаю. Не могу точно ответить. По дороге в страну Воды мы честно пытались тренироваться, но на судне было так мало места, что мы быстро оставили эту затею. Точнее, я, а Неджи просто поддержал. Мы как обычно сидели на палубе, что-то обсуждали, и произошёл один казус из-за моей глупой головы, — она решила не говорить о печати клана Хьюга, считая, что не имеет на это права. — Состоялся серьезный разговор, местами эмоциональный и… — девушка смущённо отвела взгляд, — он поцеловал меня, как вы уже знаете, — Итачи напряг плечи, и эта картина вновь возникла перед глазами. — Резко мы услышали какой-то крик, доносившийся из каюты, и я отлетела от него как ошпаренная. Мы подплывали к берегу, началась суматоха. Поговорить мы смогли на следующее утро, когда встретились в коридоре. Я спросила, не считает ли он произошедшее ошибкой, на что он не дал мне никакого ответа. Мне стало так больно, что он не мог объясниться со мной, поделиться мыслями на этот счёт. Я бы приняла что угодно, только не безразличие!

— Ты не безразлична ему, — сказал Учиха. — Если бы ему было плевать на тебя, он бы не поцеловал. Неджи не из тех людей, которые близко к себе кого-то подпускают.

— Думаете? — он кивнул. Итачи не понимал, почему оправдывает Хьюгу, почему говорит с ней о том, кто целовал ее. С каждой минутой повышался градус ревности, и он понял, что пора заканчивать эту добродетель.

— Сора, больше не смей со мной говорить о Неджи.

— Вам неприятно? — наконец-то догадалась девушка и прикусила губу, словно это могло вернуть все ее слова обратно. Она не была уверена что именно Учиха чувствовал к ней, но теперь, видя его ещё более суровое лицо, поняла, что ему было мучительно слушать ее болтовню.

— Да, мне неприятно, — капитан хотел взять ее за руку в доказательство самому себе, что она здесь, она рядом, стоило только дотронуться, но к тому времени они уже подошли к резиденции Мизукаге, где их давно ждали.

Молодой мужчина, облачённый в традиционную одежду шиноби с повязанным на лбу протектором деревни скрытого Тумана, встретил оставшихся членов команды из Конохи и проводил в залу, в которой обычно проводили официальные вечера. Помещение было светлым и просторным, посередине стоял низкий деревянный стол, нагруженный маленькими тарелками со множеством закусок; кроме самого Мизукаге присутствовали главы влиятельных семей деревни Тумана, которые поприветствовали зашедших простым кивком головы. Пустовало несколько мест, что говорило о том, что Итачи и Сора не опоздали. Девушка оказалась между двумя сокомандниками, один из которых пришёл раньше и теперь молча сидел, опустив руки на колени. Темные волосы, завязанные в низкий хвост, белоснежная рубашка, неизменный протектор на лбу, светлые, почти белые глаза, спокойное и ровное дыхание. Он был истинным Хьюгой.

— Наша деревня несказанно рада была принять шиноби из Конохи, и мы чувствуем гордость за то, что наши союзнические узы укрепились, — говорил Казекаге, оглядывая команду Итачи.

— Коноха выражает вам благодарность за приглашение и тот опыт, который мы могли перенять от ваших шиноби, — ровным голосом произнёс Учиха. Главы кланов сидели тихо, иногда улыбаясь, думая, что действительно заручились поддержкой кланов Хьюга и Учиха.

Обмен любезностями был окончен, и гости приступили к трапезе. Еда на столе выглядела невероятно аппетитно, от неё исходил приятный аромат, и желудок тихо заурчал, но несмотря на это ей не лез кусок в горло от мысли, что справа от неё сидел Неджи, в отношениях с которым имелись пробоины, а слева — Итачи, в отношениях с которым все было и вовсе не ясно. Она сделала вид, что что-то ест, перемешала кусочки овощей, которые лежали у неё на тарелке, сделала пару глотков воды. Присутствие здесь стало невыносимым. Руки Итачи, которые были в ее поле зрения, будто натягивали на неё удавку, когда она вспоминала, как он совсем недавно сжимал ими ее тело.

— Сора-сан, — неожиданно обратился к ней Мизукаге, — почему же вы ничего не едите? Боюсь, Хокаге подумает, что здесь вас морили голодом, — он наигранно рассмеялся.— Но раз вы не заняты едой, то хотел бы сделать вам весьма интересное предложение, — она мимолетно посмотрела на Итачи, а затем быстро перевела взгляд обратно.

— Да, пожалуйста, продолжайте.

— По опыту Цунаде-сама мы бы хотели также открыть медицинскую академию для шиноби, у которых есть способности к лечению. Вы очень способная девушка. К тому же, выпускница академии Конохи. Нам было бы интересно работать с вами, — учтиво, не отрывая глаз, произнёс Мизукаге, и девушка сжала ткань платья на коленях. — Ваша наставница, Танака-сан, сказала, что вы отлично ладите со своими сверстниками и шиноби помладше, они слушают вас и уважают, поэтому мы считаем, что вы справитесь с обучением молодых медиков как нельзя лучше. Мы хотим начать с вас, а позже устраивать обмен учителями между нашей деревней и Конохой, что, безусловно, сильнее укрепит наши связи. Вы — одно из звеньев этой цепи.

Ее глаза вспыхнули, когда она поняла, что может сделать следующий шаг на своём пути, что ее труды не пропали даром. «Вы — одно из звеньев этой цепи», — пронеслось в голове. Мизукаге умел красиво преподнести информацию, завлекая восторженными фразами. ‭Ощущение, что она может сделать что-то больше, чем просто быть личным медиком клана Учиха, наполнило ее. Но в то же время Сора вспомнила о словах Итачи, который говорил что-то об отказе на предложение Мизукаге. Значит ли это, что он не хотел оставлять ее в стране Воды? Или был какой-то другой смысл, которого она не поняла?

— Так что вы скажете? — Хьюга сжал пальцами палочки для еды.

— Думаю… — робко начала Кояма, мечась среди двух огней. Пальцы сильнее сжимали ткань, а глаза, направленные на неё, давили своей тяжестью.

— Мизукаге-сама, — она услышала ровный голос Неджи, и все обернулась в его сторону. — Нам очень лестно такое предложение, но мы не можем дать вам ответ, не посоветовавшись с Цунаде-сама.

— Да, безусловно, но я спрашивал о личном желании Соры-сан.

— Мое желание будет полностью зависеть от решения Цунаде-сама, — не отрывая глаз от Хьюги, ответила куноичи словами Неджи. Она не понимала причину, по которой он вмешался, но была ему очень благодарна. После тех слов, сказанных Мизукаге, было бы очень неуважительно отказывать, по крайней мере, ей. Возможно, обладатель бьякугана догадывался, что Сора не может сказать «нет», поэтому отказал за неё. Итачи предпочел молчаливое наблюдение за присутствующими, в частности, за своим напарником, который лишний раз доказал, что ему небезразлична Сора. Вмешательство со стороны джоунина было для кого-то внезапным, для Учихи — вполне ожидаемым.

— Что ж, в таком случае, жду от вас вестей, — максимально любезно произнёс один из Каге, поглядывая на Хьюгу, который как ни в чем не бывало продолжил трапезу.

========== 8 ==========

Ему не нужно было собираться с мыслями, переваривать слова, сказанные Мизукаге, взвешивать что-то, потому что он знал, что в деревне скрытого Тумана Соре не место. Он знал, что она сомневается, считая, что тем самым может помочь Конохе, что ей выпал шанс вступить на ступеньку выше, но это было совсем не верно. Добиться успеха куноичи могла и в стране Огня, стоило только усерднее учиться, а слова о помощи родной деревне были слишком раздуты, чтобы быть правдой. Неджи это понимал, надеясь, что и Сора не станет летать в облаках.

В первый день их прибывания на судне, шедшим в страну Воды, Неджи сосредоточенно изучал свитки, которые взял с собой в дорогу. Он облокотился о стену, скрестил ноги и, развернув бумагу, принялся за чтение. Серые глаза внимательно проходились по строчкам, брови порой сходились на переносице, если ему показывалось что-то, что достойно чрезвычайного внимания. Почти неслышно распахнулась дверь каюты, Сора проскользнула, стараясь беззвучно приблизиться к Хьюге, но тот это, конечно, заметил, выглядывая из-за свитка.

— Не отвлекаю? — осторожно спросила она и, не услышав ответа, присела рядом, касаясь плечом его плеча. — Я тихонько тут посижу. Ты читай, читай, не буду мешать, — и стала разглядывать предмет его изучения. Он хмыкнул и продолжил занятие. От неё пахло свежестью и ветром — значит, что долго находилась на палубе.

— Замерзла? — тихо спросил джоунин, не отводя взгляд от строк.

— Да, поэтому зашла внутрь, — Сора, в отличии от него, действительно читала написанное, пытаясь вникнуть, но на неё это действовало как снотворное: минута — и она положила голову на плечо Неджи, прикрывая глаза. Ее волосы слегка щекотали открытую шею. — Это очень интересно, правда, — тихо шептала девушка, — но что это?

— Здесь подробно описана одна из секретных техник клана Хьюга. Тебе нельзя это видеть.

— А я уже… — зевнула она, — что мне за это будет?

— Как минимум – отсечение головы, как максимум — схватка со мной, — ответил Неджи, сжимая свиток и также чувствуя приятную тяжесть на плече. — Рискнешь?

— Все же лучше умереть от руки друга, чем от… просто умереть, — она приподнялась, сонно потянув руки вверх, и послышался хруст суставов. — Я тебя отвлекаю, наверное, но ничего не могу с собой поделать, — Хьюга строго взглянул на нее, словно он действительно был зол. — Не смотри на меня так, иначе я действительно подумаю, что ты хочешь драться со мной!

— Не дерусь со слабаками, — хмыкнул он.

— Не лечу джоунинов. Принципиально.

— Что за принцип?

— Принцип: не лечить Неджи Хьюгу, даже если он корчится от боли и как мантру повторяет мое имя! — он фыркнул на это, и Сора, поджав губы, мгновенно потянула руки к его бокам и начала щекотать. Неджи не шелохнулся. — Так, я не поняла, тебе не щекотно? — тот покачал головой. — А так? — она прошлась пальцами по ребрам, он остался без движения. — Неджи, с тобой неинтересно…

— А ты? — и, не дожидаясь ответа, джоунин быстро откинул свиток и начал свою пытку.

— А мне щекотно! — завизжала Кояма и попыталась отшатнуться, но Хьюга словно прилип к ней, не давая отступить. Сонливость как рукой сняло. Ее скорченное лицо забавляло его, а попытки отстранить его руки от своих боков с треском проваливались, отчего куноичи дергалась из стороны в сторону. — Неджи-и-и, —потянула она, заливаясь смехом, — прекрати! Это невыносимо!

Он решил дать ей минуту на передышку. Кажется, он никогда никого не щекотал — не было возможности. Поглядывая то на его руки, покоящиеся слишком близко к ее ребрам, то на него, Сора твердо схватила его за запястья, сказав:

— Неджи Хьюга, не смей делать никаких опасных движений, иначе мне придется что-то предпринять.

— Что ты можешь? — улыбнулся парень, сидя почти вплотную, позволяя ей касаться своей разгоряченной кожи.

— Ой, лучше не спрашивай, — парировала та, — такое сделаю, что ты с ума сойдешь.

— Мне кажется, просто общаясь с тобой я скорее сойду с ума.

— Не паясничай, — Сора медленно опустила его руки, но не переставала за ними наблюдать. Очередной щекотки ее сердце не выдержало бы.

Иногда он поражался, с какой легкостью она выводила его на эмоции: гнев, раздражение, радость и озорство, восхищение и растерянность. Сначала Неджи хотел игнорировать ее нескончаемый поток рассказов и шуток, но потом понял, что не может не реагировать — глубокий взгляд, адресованный одному ему, вырывал его из внутреннего мира, и он оказывался здесь и сейчас вместе с ней. При первой встрече Кояма показалась ему привлекательной, но вредной девчонкой; при второй – привлекательной, но надоедливой; при третьей он понял, что был прав по всем параметрам, но выкинуть из памяти ее уже не мог. Она просто прилипла как жвачка, бегая туда-сюда, размахивая длинным волосами, подшучивая над ним.

Когда его команду неожиданно вызвали на срочную миссию, Хьюга ни секунды не медлил. К работе шиноби он всегда относился основательно и серьезно, не терпя каких-то опозданий и промахов. Однако он бы соврал, если бы сказал, что его не гложила мысль об утренней пробежке, которая была запланирована заранее. Скорее его беспокоил факт не упущенной тренировки, — Ли постоянно зовет его побегать — а Сора. Впервые за долгое время Хьюга спешил закончить миссию и вернуться в Коноху, но также боялся, что просто не встретит ее больше. Ждать ее у академии было бы слишком странным даже для него.

Волей-неволей ему удалось встретить Сору по дороге из резиденции Хокаге, где его команда отчитывалась о выполненном задании. Уже издалека Неджи заметил пса Кибы, на спине которого сидела девушка и, смеясь, поглаживала Акамару. Нужно было только побегать с ней, выполнить данное им обещание и странный груз спал бы с его плеч. Но увидев свое лицо в отражении ее почти черных глаз, он понял, что этот груз на самом деле был якорем, тянущим в омут.

Новые ощущения, которые внезапно принесла девушка, захлестнули его подобно волнам; он не успевал расставлять все по полкам, все валилось с ног на голову. Порой его раздражала ее беспечность и легкомысленность, но в ту же минуту она проявляла свою решительность; ему нравился ее заливистый смех, но порой он хотел посидеть в тишине, и Сора оказывалась рядом —молчать вместе было приятнее; ему не нравился ее легкий загар, но тонкие ключицы, обтянутые бронзовой кожей, вызывали мурашки по телу.

Когда он увидел ее испуганное, растерянное лицо после слов Цунаде-сама, в его голове она мгновенно стала нерешительной и неуверенной в себе куноичи. Но также мгновенно это развеялось, когда Сора бросилась на одного из головорезов, всеми силами пытаясь помочь ему. Однако эту помощь он расценил как легкомысленность. Но в момент, когда она, с синяками на шее от рук того мерзавца, поспешила дрожащими руками снимать с него рубашку, Хьюга увидел и другую сторону: она просто не могла стоять без действия, смотря, как его пытаются убить, и ринуться навстречу с чуть ли не отрицательным шансом на победу — все, что у нее было.

Он терялся в себе, когда задумывался, на какое развитие их отношений рассчитывает. Привыкший всегда думать на два шага вперед, Неджи впадал в тупик, но знал точно: она ему не друг, не враг и не просто так. Оставались романтические отношения, которые он намеренно откидывал в сторону. Тем не менее теплое чувство вспыхнуло в груди, когда он этого совсем не ждал. «В жизни нет финала, к которому ты обязан прийти». Ладонь, оставляющая теплый отпечаток на лопатках, щека, покоящаяся на его плече, вызвали моментальный отклик: Неджи сам притянул ее, обхватив руками, словно боясь, что ее сдует проносящимся ветром. И в этот момент появился финал, к которому он обязан был прийти. Она сама безмолвно дала разрешение на то, о чем он думал всякий раз, видя ее губы, но упорно не поддавался своим желаниям. Но его несуществующий план последующих действий рухнул, стоило только начаться суете на судне и медленно тянущейся дороге до скрытой деревни.

Оставшись наедине с самим собой, Хьюга понял, что сейчас не может похвастаться усидчивостью: его буквально дергало из стороны в сторону. Приняв душ, он активировал бьякуган и почти мгновенно увидел Сору, укутывающуюся в банное полотенце. На пол летели капли воды с ее волос, зеркало запотело, и девушка ладонью провела по его поверхности. Он свел брови. Если бы он был кем угодно, но не Неджи Хьюгой, то с радостью бы воспользовался ситуацией, наблюдая за ничего не подозревающей куноичи. Он подумал, что если и видеть ее совсем раздетую, то не при таких обстоятельствах, и прикрыл глаза. Сколько ей нужно времени, чтобы собраться? Пять минут, десять? Или добрый час? Ему нужно было выяснить, что скрывалось за ее молчанием по дороге до деревни. Он не строил никакие догадки и ничего не загадывал, только ждал, что она будет честна с ним. Это все, чего он хотел.

Услышав из коридора звук открывающейся двери, Неджи поспешил выйти. Она стояла напротив, но так далеко. Сделав пару уверенных шагов, он оказался в десятке сантиметров от ее взволнованного лица. В нос ударил запах шампуня. Заметила ли она, как часто и громко стучит его сердце?

Если произошедшее было ошибкой, то что тогда было бы правильным? Было бы верным водить ее за нос, откликаясь, когда та кричала ему: «Доброе утро, дружище!», но самому смотреть на вздымающуюся от бега грудь? Было бы верным отбрасывать мысли о ней, когда он засыпал? Она хочет, чтобы он врал сам себе? Если Кояма действительного этого желает, то он будет лгать, лукавить, обманывать, но не самого себя, а ее. Неджи понял, что финал, к которому он обязан был прийти, отталкивает его, пятясь назад.

Ее запястья были слишком тонкими, слишком слабыми, чтобы отпускать. Казалось, освободи их, и она упадет без сил. Наряду с желанием крепко держать ее он чувствовал желание сломать каждую кость на ее пальцах, чтобы больше ей никогда не удалось сжимать его грудь так же, как делала сейчас.

Игнорирование всегда давалось ему просто: он не считал, что на все нужно реагировать, а многие вопросы вовсе не требовали от него ответов. По крайней мере, он так думал. Если бы Сора сама не вела себя отстраненно, то его решение избегать ее так бы и не исполнилось. На самом деле он слишком боялся — хоть и не признавал этого! — правильно понять ее, боялся узнать, что она не чувствует того же самого. Хьюга, который, казалось, не страшился ничего, не мог унять панику.

Каждый день ее отчужденности подпитывал в нем мысли, что Сора считает их поцелуй лишь ошибкой, вызванной его эмоциональностью, и хочет возобновить их дружеские отношения, которые заставляли его корчиться от нелепости. Поэтому в день, когда она догнала его и вновь сделала попытку поговорить, Неджи отпихнул ее и на секунду был доволен собой, пока не увидел сжатую от накатившихся слез челюсть. Хьюга хотел вернуться, сказать, что она глупая, глупая девчонка, верящая, что он видит в ней только друга. Друга, который целует влажно и жарко. Но он не обернулся, не активировал бьякуган, чтобы остаться незамеченным, потому что знал: один лишь взгляд и он приползет к ней как пес. От этой мысли Неджи пошатнулся, сжав ладони в кулак.

Он даже не хотел думать о чувствах Итачи к Соре, все было ясно и без каких-либо мыслительных операций. Но не ей. Глупая дура, которая до сих пор считает себя маленькой девочкой, не способной нравиться мужчинам. Инфантильность и местами беспечность Коямы выводила его из себя, а поведение Итачи вовсе вызывало желание проехаться тому по лицу.

Последней каплей стало предложение Мизукаге, его слова, полные лести, которые впитывала Сора как губка. Он не позволил ей согласиться, заранее зная, что не сделай это он, это сделал бы Учиха. Оставлять ее одну, здесь, в деревне, которая совсем недавно стала союзником Конохи, было слишком непредусмотрительно.

Войдя в дом отдыха, Хьюга кивком попрощался с сокомандниками и прошел в свою комнату, решив, что по приезде в Коноху все решит.

Комментарий к 8

Я не могла уснуть, оставив Неджи крысой! :D

========== 9 ==========

Он резко надавил на ее щеки, разжимая губы и углубляя поцелуй. Теперь ей не сбежать. Ему хотелось целовать ее напористее, глубже, грубее, словно это давало ему возможность дышать. И она ответила. Ответила неуверенно, медленно, боязливо. Положила руки на его широкие плечи, несильно их сжав, шумно выдохнула в губы. Зародившееся ощущение сладкой неги пронизывало каждый сантиметр тела, расплываясь как горячий воск.

И прозвенел будильник как в самых глупых анекдотах. Сора мгновенно раскрыла глаза, вспыхнув как после ночного кошмара. Ее щеки чуть порозовели то ли от приснившегося, то ли причиной были солнечные лучи, успевшие прогреть воздух в комнате. Прошла уже неделя с их возвращения в Коноху, но она каждый раз довольно щурилась, смотря в окно. Жизнь вошла в старое русло: учеба, завалы которой дышали ей в затылок, работа в поместье Учих, дом, пропитанный запахом свежеприготовленной еды, друзья, которые успели по ней соскучиться. И появилось кое-что новое — Итачи Учиха. Точнее было бы сказать, что что-то старое открылось с иной стороны. Каждый день она изнывала от незнания как вести себя с ним и что говорить, если встретит его на территории клана. Но бумажная рутина, накинувшаяся на Итачи в Анбу, буквально поглотила все время, которым он владел. И если бы Сора знала это, то ей не пришлось бы каждый день прибывать в лёгком волнении из-за возможной встречи с Учихой.

— Сора Кояма, если ты сейчас не встанешь, то я не знаю, что я с тобой сделаю! — звонкий голос матери послышался с кухни, а затем — лязг посуды.

— Я уже давно встала и готова идти в бой! — вылетела она из комнаты, приземляясь на стул. Приснившееся здорово взбодрило ее.

Кухня семьи Кояма была среднестатистической: небольшая, заставленная цветной посудой, прихватками и парой цветочных горшков на подоконнике. Куноичи в последнее время редко удавалось посидеть вечером на кухне за огромной чашкой чая и свежими булочками, болтая с матерью, с которой отношения теплели пропорционально возрасту Соры. Отец работал в полиции Конохи, занимая должность обычного бухгалтера, и пропадал на работе целыми днями за кипой бумаг. С самого детства Сора привыкла видеть отца либо на ужине, либо по выходным, если тот не был занят поручениями матери. Его отношение к ней никогда не было пропитано теплотой и заботой в явном проявлении, но девушка не сомневалась, что родитель любит ее, и это было, пожалуй, самое главное.

— Моя дорогая мама, когда ты испечешь вишневый пирог? — Сора сделала большой глоток горячего чая и взглянула на женщину, суетящуюся у плиты. Она всегда была такой: домашней, теплой, заботливой, со свежими румяными булочками на подоконнике и в старательно выглаженном фартуке.

— Когда ты наконец-то соберешь вишню сзади дома! — переворачивая блинчик на сковороде, ответила та. — Что же тебя не кормили в деревне Тумана? Совсем щеки впали!

— Кормили, — Кояма пожала плечами и в голову пришло данго, которое Итачи забрал из ее рук, — просто все было не такое вкусное, как у тебя.

— Не подлизывайся. Лучше расскажи о клане Учиха: что у них там, как? Как Микото-сан относится к тебе?

— Да ничего особенного у них не происходит, все как у других людей: голова болит, живот болит, колено болит, засыпают сложно, просыпаются сложно, — перечисляла куноичи, — а Микото-сан я не видела после миссии, но в целом она замечательная: вежливая, спокойная, добрая, всегда предлагает мне зайти на чай, но ты же знаешь, мам, я стесняюсь, я скромная!

— Значит, как флиртовать с Кибой ты не стесняешься, а зайти на чай к благородной женщине не можешь! — воскликнула она и перевернула блин, даже не используя лопатку.

— Мам! Я никогда с ним не флиртовала! Мы просто друзья, — взмолилась Сора, но уже была не уверена в своих словах.

— Ну-ну. Дружбы между мужчиной и женщиной не бывает.

— Бывает, — куноичи демонстративно отвернулась, смотря в окно. То, что родительница называла флиртом, было обычной дружеской прогулкой, после которой Инузука проводил ее до дома. При этом она слышала фразу про дружбу второй раз и уже ненавидела ее. Первый раз та слетела с губ Неджи, когда он последовал за ней после резиденции Хокаге, где им было необходимо доложить о прибывании в Коноху.

— Так, не дуться! — повелительно произнесла женщина. — Хорошо, с твоим стеснением разобрались. Что с сыновьями Фугаку-сана? — румянец вспыхнул на щеках Соры. Хорошо, что она отвернулась в сторону, иначе это было бы сложно скрыть от прозорливого взгляда матери.

— Д-да ничего. Два сына, младший — злюка, старший — бука. И вообще я уже опаздываю, — не допив чай, на прощание она легко поцеловала мать в щеку и поспешила в академию.

Привычный легкий загар вернулся на ее кожу, светлые веснушки покрыли скулы. Ступать по сухому асфальту и видеть зеленую, блестевшую на солнце траву, было невероятно приятно. Сора чуть ли не ползла, смотря себе под ноги и пиная редко попадающиеся камни в сторону. Она заметила высокий столб, местами облезлый, на который порой клеили объявления и афиши. Еще какое-то время назад Неджи опирался о него со скрещенными руками на груди и ждал ее. В тот момент в груди что-то трепетало от мысли, что он вернулся, не забыл о ней и своем обещании. Их связь была тонкой словно нить, которая могла в любой момент оборваться, стоило только ему этого захотеть. Но он не хотел, а она — тем более. И эта нить утолщалась с каждой ответной улыбкой, которую Сора замечала на обычно хмуром лице Неджи. Но все же связь оборвалась, не достигнув финала. Это было концом, за которым стояло начало новых для обоих отношений.

Отчитавшись Хокаге о появлении в деревне, команда Итачи получила день отдыха. Итачи остался в кабинете Цунаде, а Сора и Неджи в неловком молчании направились по домам. За время дороги до Конохи сокомандники не обменялись ни словом, но девушке повезло, когда та встретила на судне женщину такую же неугомонно говорливую, как и она сама. Пустая болтовня отвлекала ее от мыслей о Хьюге и от глаз Итачи, которые следили за каждым ее шагом. Если он думал, что Сора этого не замечала, то он был бесконечно неправ.

Она не понимала, почему джоунин шагает с ней нога в ногу и как назло хранит молчание. Если хотел что-то сказать, то не стоило пытать ее. К счастью, сразу после этой мысли, словно по щелчку пальцев, он заговорил:

— Сора, что ты чувствуешь ко мне? — Хьюга остановился, а сзади него блестела полная Луна. Его глаза, действительно, были как две Луны, а темные брови — как крылья птиц. Кояма поняла, что смотрит слишком долго и не может отвести взгляд. Складывалось ощущение, что она не видела его бесконечно давно. Парк, посреди которого они остановились, был абсолютно безлюден, только еле слышный шелест листьев напоминал им, что они не спят.

— Я чувствую, что соскучилась по тебе, — тихо произнесла девушка и поняла, что готова забыть все обиды, которые держала при себе. — Все так глупо вышло. Я не хочу, чтобы все так закончилось.

— Как?

— Концом нашей дружбы.

— Ее и не было, — без тени улыбки сказал Хьюга. — Ты думала, что я считаю тебя другом?

— Думала, — пристальный взгляд Неджи на секунду сдавил ей горло. Молчание.

— Я понял, что ты такая глупая, что считаешь меня своим другом, а я настолько глупый, что позволил тебе считать себя таковым. Я не могу ненавидеть тебя, и дружить я с тобой тоже не могу. Я пробовал держать тебя на расстоянии, но видишь, сейчас мы стоим тут.

— И что же ты собираешься делать дальше? — тихо, еле слышно прошептала она.

— Собираюсь ответить на вопрос, который ты задала мне. Я не считаю ошибкой наш поцелуй. Я сделал это, потому что хотел, и ты ответила мне. Почему?

— Вероятно, потому что тоже хотела этого, — Сора неуверенно поджала губы, чувствуя нарастающее волнение, которое поднималось от кончиков пальцев ног к груди, затем — к затылку.

— И ты все еще считаешь меня другом? — она опустила голову, но Хьюга, желающий видеть все эмоции, резким движением приподнял ее лицо за подбородок.

— Я не знаю, Неджи, — пауза, сбитое дыхание. Всегда трудно найти слова, когда действительно есть что сказать. Если еще десять минут назад Сора была уверена в своих устоявшихся чувствах к нему, то сейчас эти представления рушились как домино. — Как ты думаешь, что я чувствую после того, как мой — если позволишь — друг целует меня, а после, когда прошу его поговорить со мной, он выбрасывает меня как ненужный фантик? Как ты думаешь, каково видеть твое отстраненное лицо, словно мы никогда не были знакомы?

— А как ты думаешь, каково целовать девушку, а после слышать от нее предположение, что все это было ошибкой? Как ты думаешь, как я себя чувствовал после этого? Что мне нужно было делать? Кричать, что ты нравишься мне?

— Да! Нужно было кричать! Нужно было кричать, а не оставлять меня с мыслями, что я никто для тебя, — Сора отступила на шаг назад, вырывая свое лицо из рук Неджи.

— Я мог кричать тебе каждый день, что ты нравишься мне, и все равно бы ты воспринимала меня лишь как друга. И я не говорил — я этим жил.

Впервые он был с кем-то настолько откровенен. Когда дело касалась его чувств, Хьюга закрывался и предпочитал молчать, переживая все в себе. И он делал это с Сорой, боясь неверно истолковать свои чувства как ей, так и себе. Но сейчас слова о симпатии дались просто и естественно. Он смотрел на нее, ожидая реакции, вместе с тем подавлял волнение и страх, увеличивающиеся в размерах с каждой секундой ее молчания.

— Ты ждешь от меня ответа, как и я ждала его от тебя, — начала она, — наверное, сейчас я понимаю тебя лучше, чем в деревне Тумана: сейчас я тоже хочу сбежать. Не хочу отталкивать тебя, просто дай мне немного времени, — произнесла Кояма и опустила потускневший взгляд в пол. Из нее словно выпили все жизненные соки, не оставив ни капли.

— Как скажешь, — после недолгого молчания ответил Неджи.

Жить, постоянно осознавая неразрешенный вопрос внутри себя, нелегко. Это как смотреть на солнце — выдержать можно лишь до определенного момента. Жить, каждый день просыпаясь с мыслью о том, что ты не можешь честно ответить самому себе на вопрос, невозможно. Внутренний конфликт душил, хватая за горло, как самый настоящий убийца. Она поняла, что сама для себя настолько размыла понятие дружбы и симпатии, что не может их различить. Или не хочет.

Проходя мимо большого тренировочного поля, она кинула взгляд в сторону доносящихся звуков. Язычки пламени полыхали на фоне голубого неба, вызывая неподдельный ужас. Сора отшатнулась, когда жар огня окатил ее с ног до головы. Среди этого пекла она заметила знакомые темные волосы, завязанные в хвост, и, узнав Итачи, вскрикнула. Учиха на секунду отвлекся и взглянул в сторону девушки. Мгновение — и по его коже проплыло кровавое зарево. Он резко одернул руку.

— Итачи! — воскликнул Шисуи. — Внимательнее!

— Итачи-сан! — бегом Кояма приблизилась к нему, обеспокоенно оглядываясь. — Что происходит?!

— Рядовая тренировка, — пояснил молодой человек с короткой стрижкой, — а наш Итачи-сан отчего-то пропустил заурядную технику и получил, — он кивнул на руку Учихи, на которой местами проступали крупные волдыри на фоне кровяных пятен. Не медля, она схватила его за кисть и, сосредоточив чакру в ладонях, принялась за работу. Кожа медленно затягивалась, а вскоре и вовсе стала почти как новая. Учиха молча стоял, не сказав ни слова, смотрел на ее обеспокоенное лицо и пальцы, крепко обхватывающие его запястье.

— Пожалуйста, будьте аккуратнее, ведь я не всегда могу быть рядом.

— Что-то мне подсказывает, что именно из-за того, что вы были рядом, это и произошло… — тихо произнес напарник Итачи, улыбаясь одними глазами.

— Что? — обернувшись, спросила Сора.

— Говорю, меня зовут Шисуи Учиха, — он протянул руку, но увидев, что ладони девушки заняты, неловко почесал за ухом. — Я уже давно гляжу на вас из-за угла дома Итачи и не решаюсь подойти!

— Сора Кояма, — сказала та смущенно, — приятно познакомиться! Так, готово, но все же будьте осторожнее, — она наконец подняла глаза на своего молчаливого пациента.

— Сора-сан, могу ли я пригласить вас составить нам компанию на ужине? — улыбаясь во все зубы, спросил Шисуи, склонив голову вбок. Вблизи она казалась ему еще милее. Молодой капитан Анбу все также молчал, доверив все своему другу. Если и получит отказ, то не он, а Шисуи.

— Была бы очень рада.

Она не знала зачем согласилась, но ничуть об этом не жалела: новый знакомый заваливал ее забавными историями, не давая ни секунды раскаяться о сделанном выборе. Итачи был рад внезапной возможности побыть с ней рядом, ведь после миссии в скрытой деревне он ни разу не видел Сору и, как бы он не хотел этого признавать, скучал по ней.

Переступив порог дома, Кояма подумала, что снова находится здесь даже в свой выходной.

— А где Микото-сан? — спросила Сора, оглядывая просторную кухню.

— Они с отцом ушли на свидание, — ответил вдруг появившийся в проеме Саске со скрещёнными на груди руках. Он без особо интереса оглядывал пришедшую компанию, отмечая, что голос куноичи кажется смутно знакомым.

— Это так мило! Хочу также ходить на свидания со своей будущей женой, скажем, каждую субботу, — уже представляя в мыслях такую традицию, мечтательно проговорил Шисуи, на что Саске закатил глаза.

Через короткое время еда оказалась разогрета и поставлена на низкий стол, покрытый светлой скатертью, и они принялись за ужин. Соре было бы неловко находиться в компании Итачи, а тем более, Саске, но Шисуи ловко развевал эту напряженность, за что она была ему безмерно благодарна.

— … представляешь, а она подходит ко мне, кладёт руки мне на плечи и шепчет: «Саске-кун, ты как сладкий зайчик», — передразнивая голос девицы, произнёс коротковолосый, — а я даже испариной покрылся от страха!

— Звучит отвратительно, — фыркнул младший Учиха.

— Но так и было! Саске, перестань быть таким популярным либо смени причёску, а то надоел копировать мой стиль…

— Кто кого ещё копирует, — ответил он недовольно и стал медленно пережёвывать неожиданно большой по размеру кусок обжаренного тофу, который надул его щеки.

— А наш Итачи вообще кумир всех девушек! — друг пихнул Учиху в бок, хитро улыбаясь, на что тот лишь пожал плечами, мол, тебе это куда известнее.

— Абсолютно с этим согласна, Шисуи-сан. В стране Воды все куноичи, стоило только показаться Итачи-сану, слетались как пчёлы на мёд! — подтвердила Кояма, вспоминая, как чуть ли не каждый день ее просили передать какие-либо сладости или записки ее капитану. Сору порой это раздражало, и она чувствовала легкий укол ревности, но всегда маленькие письма оказывались нераспечатанными, мирно покоясь в мусорном ведре.

— Ого, обычно в Конохе они просто съедают его глазами, а в стране Воды девушки явно смелее! Ха-ха, я вспомнил случай, когда одна из милых дам, не дающая проходу нашему Итачи, вытворила такое, чтобы привлечь его внимание! Она нарядилась в костюм ласки — господи, где она только достала? — и ждала его прям у дома! Микото-сан была в полном шоке! — стоял звонкий хохот, наполнявший каждый уголок кухни, и было не ясно, кто вносил большую лепту.

— Они явно нашли друг друга, — оглядывая Сору и Шисуи, сказал Саске, адресовывая фразу брату. Младший Учиха, всякий раз слыша голос девушки, пытался вспомнить, где он мог слышать его еще. Однако не задумываясь над этим больше нескольких секунд, Саске так и не удавалось отыскать ответ.

— Нет, ну только представьте: наш Итачи-сан спокойно идет домой после очередной супер-опасной миссии, ни о чем не беспокоится, как его около собственного дома встречает эта пушистая зверюга! Я бы умер либо от страха, либо от смеха!

— Тогда ты уже одной ногой в могиле, — видя, как друг заливается хохотом, произнес старший Учиха. Но стоило отметить, что ему нравилось, как Шисуи называл его «наш Итачи».

— Итачи, — сдержанно произнес Саске, пытаясь не смотреть брату в глаза, — ты обещал показать мне новую технику.

— Да, я помню, — ответил он и посмотрел на Сору, которая смеялась над очередной шуткой Шисуи, порой жмурясь и прикрывая рот. Он понял, что скучал по ее улыбающимся глазам и бледным веснушкам, украшавшим лицо. — Давай как-нибудь потом? — Саске недовольно сжал челюсть.

— Любимое занятие нашего Итачи — говорить Саске: «давай позже», — коротковолосый подпер лицо рукой, с улыбкой оглядывая насупившегося младшего Учиху, который что-то невнятно пробурчал себе под нос.

— У нас гости, — он взглянул на Кояму, — как мы можем взять и уйти. Это невежливо.

— Итачи-сан, пожалуйста, потренируйте Саске-сана, — воскликнула девушка, заглядывая тому в глаза, и угрожающе добавила: — Иначе останетесь без десерта!

Капитан Анбу выдохнул и, тихо усмехнувшись, ткнул брата в бок. Такая подачка со стороны Итачи была не по душе, но ему настолько хотелось провести время со старшим братом, что он, наплевав на свою гордость, последовал за Итачи на площадку. Факт того, что он добился этого только потому, что Сора вставила свое слово, разозлило и позабавило Саске одновременно. Шагая за братом, он отметил, что вскоре будет с ним одного роста, хотя раньше казалось, что Итачи невероятно высок. Они действительно были похожи, не считая длины волос и характерных полос на лице старшего.

— Не думай, что я пошел с тобой только из-за просьбы Соры, — остановившись, произнес капитан Анбу.

— Я и не думал, — фыркнул Саске, — кто она?

— Медик нашего клана.

— Точно, — ответил он, вспоминая, как ему пришлось обратиться к ней из-за возникшей аллергии, и его вдруг осенила мысль. — Работает на наш клан, а сама носится с Хьюгой.

— Что ты имеешь в виду? — напрягся Итачи.

— Я оказался в парке, убегая от какой-то преследовавшей меня девчонки, и услышал их разговор, — он пожал плечами, но увидев взгляд брата, требовавший продолжения, спросил: — Зачем тебе это?

— Саске, просто закончи то, что начал.

После недолгого молчания тот скептически продолжил:

— Я не вслушивался, но понял, что Хьюга сказал ей о своих чувствах. Она попросила дать ей время. Вот и все. Не понимаю, какой у тебя может быть тут интерес, — на это Итачи ничего не ответил, только сжал руки в кулаки и, скомандовав Саске встать в стойку, принялся за то, что обещал выполнить.

Выплеснув часть эмоций во время тренировки с братом, Итачи твердо шагал к дому и чувствовал себя лучше, чем после слов Саске. Он надеялся, что девушка еще не ушла, не попрощавшись, но шанс этого был настолько мал, что капитану Анбу оставалось только мечтать. Кояма выходила из квартала Учих и удачно встретилась с братьями, заметив еле волочащего ноги Саске. Значит, тренировка удалась.

— Итачи-сан, ваш десерт ждет вас на столе, — оглядывая младшего Учиху, улыбнулась она, но Итачи не улыбался.

— Саске, иди домой, — отдал приказ он, — я провожу тебя, — и, не дожидаясь ответа, развернулся в обратную сторону.

Сора поспешила нагнать его, чуть ли не переходя на бег. Его отстраненность пугала. Хотелось сказать, что необязательно было ее провожать, что он, скорее всего, устал, что ему не нужно утруждать себя, но что-то останавливало Сору, поэтому она тихо шагала рядом. Темные тучи скрыли Луну, дорога казалась беспросветно-темной. Она боялась оступиться, поэтому старалась идти медленно и смотреть только под ноги, но то, чего ты боишься больше всего, обязательно случается. Запнувшись об очередной камень, Сора чуть не полетела носом вперед, если бы не Учиха, ловко подхватившись ее за руку. Это было словно дежавю, только в прошлый раз он неловко отпустил ее, но теперь, крепче сжав плечо, резко развернул девушку к себе.

— Скажу один раз и повторять больше не буду: не пытайся сблизиться с Хьюгой, — он смотрел глубоко и безумно пугающе, сжимая ее сильными пальцами. От нахлынувшей злости глаза залились алой краской с тремя черными запятыми.

— Я… — шептала она, не смея отвести взгляд. Грудь внутри обдало чем-то холодным.

— Только не говори, что не понимаешь о чем я. Не пытайся меня обмануть — я ненавижу это.

— Почему я должна слушать вас? — молчание. Итачи, чувствовавший обжигающее напряжение внутри, хотел иметь все права на нее. Хотел, чтобы только он мог получать ту жизненную энергию, которая раскрашивала мир вокруг него; хотел видеть ее глаза, обращенные только на него, искрящиеся солнечными бликами; хотел, чтобы только он чувствовал себя по-настоящему живым рядом с ней. Она была той, что не требовала от него грандиозных побед, не называла гением и надеждой клана Учиха, не заставляла его чувствовать себя должным. Она просто была. Была той судьбой, которую он создал, чтобы полюбить.

Сместив руки на талию, Учиха потянул ее на себя, но ощутил резкое сопротивление в виде упирающихся в грудь ладоней. Он чувствовал всем телом, как грудная клетка Соры вздымалась на каждом вдохе.

— Не бойся меня. Что угодно, но только не это, — прошептал Итачи. — Пожалуйста.

— Я не боюсь вас. Я боюсь того, что может произойти, — она ощущала тепло, исходящее от его тела, и свою дрожь, которую не могла унять. Ощущение, что все неправильно, прошибало ее холодным потом. В голове крутились мысли о Неджи, а она стояла, смотря снизу вверх в глаза мужчины, который ещё недавно заставлял ее щеки покрываться румянцем. Сора помнила запах его кожи и мягкость пальцев, поглаживающих ее щеки. Хотелось бежать. Бежать куда подальше от этих алых глаз и твёрдых ладоней, властно прижимающих к себе.

— Прости, — произнёс Итачи и, приблизившись, еле коснулся губами лба. Простояв так несколько секунд, Учиха отстранился и взглянул ей в глаза. Ещё никто не уходил от гендзюцу, и она не была исключением.

========== 10 ==========

— И как часто ты делаешь это с ней?

Сора без сознания упала на руки Итачи, который мгновенно подхватил ее. Она была ещё легче, чем он мог представить. Из темноты вышел бесшумно, медленно шагая в их сторону, Шисуи.

— Как часто ты делаешь это с ней? — твёрдо повторил коротковолосый.

— Это тебя не касается.

— Ты прав. Но знает ли она об этом? — молчание. — Понятно. Я не знаю, зачем ты копался в ее голове, но подозреваю, что это личное. Ты ведь понимаешь, что это неправильно? — Учиха только поджал губы, не произнося ни слова. Он и так понимал все это без наставлений друга. И он давал себе обещание, что больше никогда не применит гендзюцу на ней, но стоило почувствовать, что она отдаляется от него, и все обещания стали забыты.

— Поговорим позже, — только и сказал Итачи. Шисуи молча проводил друга взглядом, на руках которого покоилось ее тело, словно оно было неодушевленным. Длинные волосы покачивались в такт шагу Учихи, направлявшегося в сторону дома Соры.

Гендзюцу — это всего лишь иллюзия, которую испытывает тот, кто стал жертвой, и этой жертвой стала Сора. Всякий раз, когда она делала шаг назад, Итачи бросало в жар то ли от гнева, то ли от страха, которые он не мог побороть. Не по своему желанию девушка становилась добычей, загнанной в угол, и сама не осознавала этого, продолжая вести себя с ним таким образом: позволять сжимать себя в крепких мужских объятиях, но при этом всякий раз отступать, держа на расстоянии.

Когда Кояма взглянула в его глаза, она сама зашла в клетку, не услышав звук закрывающегося замка. Они были на вершине горы, вокруг которой плавали молочные облака, пронизывая воздух кругом влажным, холодным запахом. Зеленая, с синим отливом трава приятно хрустела под ногами. Смотря ровно перед собой, Сора прибывала в замешательстве, пока теплые ладони не опустились на ее плечи сзади. Спиной она почувствовала широкую твердую грудь, вздымавшуюся на каждом вдохе. Ее реакция не заставила ждать: резко обернувшись, она встретилась взглядом со знакомыми темными омутами.

— Итачи-сан, — отчего-то говорить было сложно, она шептала: — В чем дело? Что вы сделали?

— Давай побудем здесь немного. Я просто хочу побыть с тобой еще чуть-чуть.

— Пожалуйста… — он приставил палец к ее губам.

— Тут так спокойно и красиво, прямо как ты любишь, да? Я подумал, что ты никогда не забиралась на гору так высоко. Когда-то давно Шисуи и я выбрались в поход и нашли это место. Давай как-нибудь доберемся до сюда вместе? — казалось, его вопрос не требовал ответа, и он не хотел его слышать. — Здесь можно устроить пикник и разбить палатку. А ночью звезды все как на ладони, прям как тогда в деревне Тумана, помнишь? — она кивнула. — Я бы хотел побывать тут с тобой, — Итачи прикрыл глаза, представляя, как бы это было в реальности.

— Почему я? — еле слышно спросила она.

— Потому что с тобой я чувствую себя живым. Живым, а не Итачи Учихой, будущим главой великого клана Учиха, не гением клана Учиха, не шиноби, который должен перевернуть мир с ног на голову, не устрашающим капитаном Анбу, от которого лучше держаться подальше. С тобой я могу быть тем, кем захочу, а не тем, кого ты хочешь видеть.

Ты сама сказала мне это.

— Не помню… — на ее лицо упал луч солнца, в глазах заиграли блики.

— Я знаю. Ты сказала, что хочешь забыть это, — произнес он. — Ты ведь знаешь, где мы?

— Вы использовали цукиеми? — он кивнул. — И со мной это не впервые?

— Верно. Первый раз был, когда мы остановились на горячих источниках по пути в страну Воды.

— Я помню, что утром у меня болела голова, и я чуть не упала в душе, — хмыкнула Сора, пытаясь вспомнить хоть что-то, но попытки были тщетны. — Почему я не хотела помнить произошедшее?

— Потому что расстроилась бы, узнав, что я применил цукиеми на тебе, — ответил Итачи и сделал шаг назад. Пахло цветами и травой. — Я всегда был с тобой честен, и если бы не твоя просьба, то это не было бы для тебя тайной.

— Но сейчас вы снова сделали это. Зачем? — спросила она, но не получила ответа. Учиха присел на траву, облокотился на руки сзади и, кивнув на место рядом с собой, глубоко вдохнул холодный воздух.

— Мы видели с тобой нашу первую встречу. Знаешь, со стороны всегда забавно наблюдать за собой. Ты так смеялась, когда увидела, как нелепо врезалась в меня, — он улыбнулся, поворачиваясь в сторону девушки, которая, обняв руками колени и склонив голову набок, оглядывала его лицо. — А после ты захотела посмотреть на меня в детстве. Сказала, что я очень милый.

— Да, похоже на меня… — тихо ответила Сора, ощущая чувство тревоги и подступающий ком в горле. — И все же вы не ответили на мой вопрос.

Он не хотел напоминать, что заставил ее показать все, что было связано с Хьюгой. Чуть помолчав, Итачи задумчиво сказал:

— Ты призналась мне, что тебя испугало то, как легко я убил того охотника за головами. Будто это было для меня обычным делом. Это и было для меня некой рутиной, — Учиха согнул ноги в коленях, облокотившись о них локтями, и продолжил: — Проговорилась, что для тебя странно испытывать страх и влюбленность по отношению к одному человеку.

— Я сказала это? — вмиг ее щеки покраснели, и Сора отвела взгляд, на что Итачи лишь горько усмехнулся.

— Да, твоя реакция была такой же, как и сейчас, когда ты поняла что сказала мне, — и, не медля, добавил: — Я был рад. Я ждал этого и хотел услышать это еще раз, но уже в реальности. Тем не менее ты этого не хотела. Говорила, что это глупости, чувствовала себя очередной влюбленной девчонкой, которая мне быстро надоест.

— Вот как…

Обычно когда родители рассказывают детям об их шалостях, которые те вытворяли будучи совсем маленькими, им кажется, что они действительно помнили свои проделки. На самом деле оказывается, что открываются не давно забытые воспоминания, а придуманные. Сейчас Сора испытывала то же самое: переживала момент так, словно действительно помнила его, что не могло было быть правдой. Ей было неловко, что она и впрямь была влюбленной в Итачи девчонкой, которая старательно пыталась не выдать себя, чтобы тот не относился к ней как к прилипшей жвачке.

— И все это время вы знали, что нравились мне? — от осознания этого Сора покраснела еще больше. Учиха кивнул, и повисло молчание. Каждый молчал о своем: она обдумывала случившееся, он — происходящее. — Чем же мы ещё занимались? — подала голос она, решая заполнить непривычное молчание.

— Играли с большими кроликами, ты кормила их морковью и листьями салата. Смеялась так, что даже Шисуи не мог бы тебя переплюнуть. Тебе так понравилось находиться в цукиеми, что ты не хотела возвращаться обратно. Говорила, что хочешь побыть со мной столько, сколько позволит время. То, что после ты могла все забыть, открывало большие возможности, — Итачи вспомнил, как Сора сама поцеловала его в щеку, привстав на носочки, и ее заливистый смех, который порой лишал его слуха.

— Что же я делала?

— Была собой, — ответил он, пожав плечами, и улыбнулся. — Просто обычно тебя сковывает робость, и ты не можешь вести себя со мной так, как хотела бы.

— Ваша откровенность всегда заставляет меня чувствовать себя ещё более неловко.

— Об этом я и говорю. Наверное, чтобы не совершить перевоплощение в алый помидор после возвращения в реальность, ты и попросила меня об услуге.

— Я даже не буду спрашивать о том, что было ещё, — на это Учиха только пожал плечами и заглянул ей в глаза, которые она упрямо пыталась спрятать.

— Нам пора возвращаться, иначе твоя голова будет болеть сильнее, чем ты бы могла представить, — сказал он и, поднявшись, протянул ей руку. Сора смущённо ее приняла, и тёплые пальцы сжали ладонь.

— Итачи-сан, в следующий раз, если захотите провести со мной время, то не используйте гендзюцу. Есть более человеческие варианты. И ещё, — она заправила прядь за ухо и, сглотнув, добавила: — Не считайте меня влюблённой дурой. Я больше не… — запнулась Кояма, — я извиняюсь за неудобства, которые доставили вам мои чувства, но больше этого не повторится.

— Твои чувства доставили мне то, чего я не мог нигде найти, — вкус жизни. Я осознал цель и смысл собственной жизни, когда услышал, что нужен тебе. Поэтому не проси прощения, просто будь со мной, — сказал Итачи и, подхватив ее, вернул из иллюзорного мира.

Она проснулась в собственной кровати, чувствуя тупую боль в затылке, словно кто-то ее ударил. С кухни доносился аромат выпечки, который вызвал у неё прилив тошноты. Медленно откинув одеяло, Сора опустила ноги на холодный пол и, посидев так с минуту, направилась в ванную комнату, чтобы скорее избавиться от вчерашней одежды и неприятного привкуса во рту. Это гендзюцу далось ей сложнее, чем предыдущее. Мысли о прошедшей ночи ещё сильнее сдавливали череп. Ей не хотелось ни о чем думать, потому что казалось, что чем больше она думает, тем больше путается в своих же чувствах.

Шаблонно выполнив все утренние процедуры, Кояма буквально вывалилась из дома, всеми фибрами души желая остаться в кровати и никуда не идти. Но учеба не любила ждать, а квартал Учих как обычно нуждался в очередном совете по выбору настойки для хорошего сна. Выдохнув, Сора побрела по давно изученной дорожке. Нежелание куда-либо идти переросло в тревожность, которая сдавливала легкие и покалывала пальцы.

Она понимала что Итачи испытывал к ней, но боялась признаться, что уже не испытывает того же. Если бы пару недель назад ее спросили, влюблена ли она в Учиху, то она бы, не колеблясь, смущённо кивнула. Но что поменялось сейчас? За эту неделю не прошло и дня, когда куноичи не думала бы о Неджи. Что он делает? О чем думает? Ждёт ли ее ответа? Не злится ли он на неё? Голова была заполнена только этими вопросами, но никак не ответом, который она пообещала дать Хьюге. Что не давало Соре напрямую сказать ему, что она чувствует? Смущение, неуверенность в себе и своих чувствах?

Она вдруг поняла, что запутала не только себя, но и обоих юношей. Ее поведение было глупым, а мысли — противоречивыми и порой расходящимися с ее действиями. Очередной камень, лежащий на дороге, с грохотом полетел в сторону, врезаясь в рядом стоящий ствол дерева. Она задала себе вопрос и решила, что непременно на него ответит: если бы спросили что выбрать — любовь или дружбу, то что бы она ответила? Не задумываясь, Сора выбрала и то, и другое. Ей не нужно было что-то по отдельности, ей хотелось всего сразу. Желание дружить с объектом своей симпатии — вот, о чем она всегда мечтала, и Неджи оказался тем, кто совмещал в себе эти два понятия. Она почему-то упорно продолжала доказывать самой себе и — что не маловажно — ему, что тот не нравился ей как мужчина. Но это было настолько глупо отрицать, что Неджи понял это почти сразу, а она — сейчас.

Желание ударить себя да посильнее охватило ее, но решив направить энергию в бег, Сора помчалась в сторону тренировочной площадки в надежде найти там Неджи. Но его там не оказалось, и она на секунду отчаялась, думая, что даже не знает, где он живет: всегда Хьюга провожал и находил ее. Сора решила не опускать руки и кинулась к резиденции Хокаге, где ей точно могли сказать местонахождение джоунина. По крайней мне, она так думала, но получать отказ о такой информации ей не пришлось — она встретила ту девушку с двумя собранными пучками на голове.

— Доброе утро! — воскликнула Сора, издалека завидев ее. Куноичи явно спешила, но неохотно остановилась.

— Здравствуй, — пытаясь вспомнить ее лицо, сказала Тен-Тен.

— Вы ведь знаете Неджи Хьюгу? — та кивнула. — Не могли бы вы подсказать, где я могу его найти?

— Просто иди за мной, — и, не дожидаясь, побежала в сторону. Кояма не отставала, концентрируя чакру в ступнях. Почему куноичи бежит так быстро? Неужели что-то случилось с Неджи? Невольно чувство страха охватило грудь, и на секунду бежать стало сложнее.

Тен-Тен, не особо задумываясь о следовавшей за ней девушке, помчалась по крышам домов, легко ступая по черепице, в то время как Сора, сосредоточенно смотря под ноги, старалась не упасть. Впереди виднелись ворота Конохагакуре. Ещё пара минут и она разглядела знакомые волосы, завязанные в низкий хвост, рядом стояли два шиноби, одетые в одинаковую одежду.

— Тен-Тен! — вскрикнул один из них. — Опаздываешь!

— Девушки всегда такие растяпы, правда, Гай-сенсей?

Неджи стоял спиной к приближающимся куноичи, закатывая рукава на белоснежной рубашке и проверяя снаряжение. Он привык к быстрым сборам, но присутствие при этом Ли и его нарезание кругов вокруг отвлекало джоунина. Мысль о том, сколько они пробудут на этой миссии, беспокоила его. Неделя? Две? Месяц? А он все ещё не услышал ответа от Соры. Может, и не услышит вовсе?

— Простите за опоздание, — выдохнула Тен-Тен, поправляя пучки. — Неджи, к тебе, — она хлопнула по плечу напарника, и тот быстро обернулся: она стояла прямо перед ним, пытаясь перевести дыхание.

— Могу я украсть у вас Неджи на десять минут? — Сора выглянула из-за Хьюги, оглядывая его команду.

— Конечно! Десять минут, не больше! Но вы можете уложиться в семь? Или даже в пять!

— Успокойся, — кинул Хьюга Ли и направился в сторону. Отойдя на некоторое расстояние, он остановился. Ей казалось, что комок встанет поперёк ее горла, и она не вымолвит ни звука, когда взглянет на него. Но нужные слова дались неожиданно просто:

— Неджи, у нас мало времени, поэтому позволь мне опустить подробности. Прости, я действительно была такой глупой, — Сора сделала шаг к нему и, улыбнувшись, продолжила: — Я бы могла кричать себе каждый день, что ты мой друг, но это было бы правдой только частично. Я настолько запуталась в понятиях дружбы и симпатии, что не знала, как их отличить. Теперь знаю, — Сора, привстав на цыпочки, обхватила его лицо руками и коснулась уголков губ парня. Тот шумно выдохнул.

— Без подробностей ты не обошлась. Сюда, — в губы прошептал Неджи и, потянув ее за руку, завёл за столб — лишние глаза им были не нужны.

Он притянул ее за талию, заправил выбившуюся прядь за ухо и явно ощутил гулкие стуки сердца, исходящие из ее плотно прижатой к нему груди. Времени было действительно мало, отчего Неджи, чуть наклонившись, прильнул к ее губам, вкладывая в поцелуй все те чувства, которые он бережно прятал. Она хотела этого поцелуя не меньше него, поэтому когда он прошёлся влажным языком по ее губам, Сора податливо приоткрыла рот и мгновенно ощутила его внутри. Сон, который заставил ее порозоветь, воплотился в реальность. Ей хотелось стоять в его объятиях не пару минут, по истечении которых его напарники не постыдились бы заглянуть за колонну, а по меньшей мере несколько часов, наслаждаясь запахом, исходившим от его одежды. Теперь все встало на свои места, и она почувствовала, что дышать стало легче.

— Я скоро вернусь, — прикрыв глаза и прижавшись щекой к ее щеке, произнёс Неджи. Он впервые говорил это кому-то. Фраза показалась слишком раздутой, пока он не услышал ответ, заставивший его забыть о выдуманной глупости:

— Я буду ждать, — улыбнулась Сора и скользнула пальцами по его шее, — буду ждать своего лучшего друга!

— И часто ты своих друзей целуешь? — Неджи повел бровью, разглядывая ее вздернутый носик и темные ресницы.

— Постоянно, — почти невесомо она провела большим пальцем по его подбородку и, снова чуть приподнявшись, дотронулась до уголка губ.

— Тогда не дружи ни с кем больше, — сказал он и услышал приближающиеся шаги: Тен-Тен шагала намеренно громко, чтобы не застать их в неловком положении. Неджи нехотя отступил на шаг назад.

— Будь осторожен как всегда. Увидимся!

— До встречи, — ответил Хьюга, слегка кивнув.

Ей стало легче, когда она назвала вещи своими именами, прекратив заниматься самообманом. Что может быть хуже, чем лгать самому себе? Она ненавидела неопределенность, но сама же всякий раз изворотливо уклонялась от разговора с собой и — самое удивительное! — считала, что такое положение вещей ее вполне устраивало. Стоило вытащить клешнями ответ из головы, и каждая клетка ее тела, пропитанная тревожностью, расслабилась. Сора вновь ощущала жизнь во всех ее красках. Чувствовала, как та течет по венам, шумит и плескается.

День за днем Кояма без устали посещала академию, а после спешила в квартал Учих, где она сама уже была словно одной из их клана. Если можно было так говорить, то порой ей везло: кто-то ломал руку или ногу, заражался ангиной, ухудшалось зрение, жаловались на почки. Это здорово помогало в практике, и опыт становился внушительнее, чем был еще несколько месяцев назад. Порой к Соре заходил Шисуи Учиха, который, к ее великой радости, был здоров как бык и хотел просто поболтать и перекусить. Временами он рассказывал забавные истории об Итачи или Саске, мельком спрашивая, как обстоят ее дела со старшим Учихой, на что девушка пожимала плечами и смущенно улыбалась. После пережитого цукиеми она видела его несколько раз, и то это было совсем вскользь. Сора не хотела видеть его, боязно вспоминая то, что она наговорила ему при первом его использовании гендзюцу. Было слишком стыдно и глупо.

Однако жизнь шла своим чередом. Каждый раз, поздно возвращаясь домой, куноичи поднимала голову в небо, глазами ища Луну. И если та не пряталась за серыми облаками, то она думала о Неджи, ассоциируя его глаза с небесным светилом. В общем-то она всегда думала о нем, но в такие моменты помимо мыслей закрадывалась тоска. Сора не знала, когда он вернется, покажется перед ней, посмотрит пристально и сосредоточенно, будто смотрит не на лицо, а на свиток с какой-нибудь техникой. Но у всего есть свое время: ни цветок раньше времени не распустится, ни солнце не взойдет. И она ждала.

Он вернулся спустя месяц. Это время показалось ей столетиями, ему — целой вечностью. Тем не менее Неджи, появившись утром около столба, все также опираясь об него спиной, сдержанно поприветствовал ее. Сора лишь рассмеялась.

— Доброе утро, Неджи-сан! — игриво поклонилась она.

— Этот столб стал более обшарпанным. Кто-нибудь следит за этим? — оборачиваясь назад, сказал он. Будучи на задании, джоунин часто думал, что ее появление перед их отбытием было сном или выдумкой. Поэтому через раз к нему закрадывалось чувство, что, вернувшись домой, все вернется на круги своя: мир, дружба, жвачка.

— Кто-то определенно должен, — Сора задумчиво потерла подбородок, — смотри, — она резко вскинула ладонь за его спину, и Хьюга по инерции обернулся. — И это все, что ты можешь сказать мне? — пара шагов и он оказался в кольце ее рук. Произошедшее становилось менее похожим на выдумку.

— Я вернулся, — прохрипел Неджи и в ответ обнял ее, прикрывая глаза. Тут, рядом прямо сейчас, так близко.

— Я вижу.

— Какие у тебя планы на день? — быстро спросил тот, уткнувшись носом в макушку.

— Учеба, работа. Все как обычно, — она слышала, как Неджи с грустью выдохнул. И если в ее голове уже зрело желание прогулять академию, то от Учих убежать было нельзя.

— Ты все еще работаешь там? — ему претило говорить вслух фамилию того, кто раздражал его.

— Да, это отличная практика для меня.

— Практику можно где угодно найти, — фыркнул он, отступая на шаг назад.

— Конечно, — легко ответила Сора и пожала плечами, — как хорошо, что она у меня уже есть и ничего не нужно искать. Так мы будем об этом говорить? Если хочешь, то я могу часами…

— Так, — перебил он, — иногда ты напоминаешь мне Ли, только в женском обличии.

— Это тот забавный юноша в зеленом костюме? — парень кивнул. — Блин, я хочу такой же! Он сам сшил костюм или ваш сенсей подарил ему? Где его можно найти? Он только мужской? — всполошилась Кояма. Неджи, закатив глаза, взял ее за руку и потянул в сторону. Их пальцы медленно переплелись. Большим пальцем Хьюга поглаживал ее кожу, словно пытался удостовериться в происходящем. — Ты уже решил за меня, что сегодня я не иду на учебу?

— Думаю, ты приняла это решение в тот момент, когда увидела меня.

— Не пытайся казаться крутым, — девушка слегка толкнула его в бок. Она замечала взгляды прохожих, обращенные на них и их крепко сжимающиеся ладони.

— Мне не нужно пытаться.

— Ну вот снова, — он ничего не ответил в продолжение, но это было в его стиле.

Она была счастлива, так просто шагая по улице, держа его за руку и порой поглядывая на него снизу вверх: его обычно белая кожа чуть загорела, еще четче очертилась линия скул. Он был собой: хмурый, серьезный, всегда сосредоточенный и собранный. Тот Неджи Хьюга, которого все знали, ласково сжимал ее пальцы и ловил каждый мимолетный взгляд темных глаз, обрамленных длинными ресницами.

— Мне кажется или все смотрят только на нас? — неуверенно спросила Сора.

— Думаю, на тебя, — ответил он, также отмечая про себя обращенные в их сторону взгляды, — все-таки не каждый день можно встретить такую ослепительную…

— Прекрати, — девушка рассмеялась, — не успел вернуться, а уже смущаешь меня. Дай немного времени привыкнуть.

— Ко мне?

— К твоим шуткам.

— Не стоит — я не часто шучу.

— В этом ты как всегда прав, — задорно произнесла Сора, снова ласково посмотрев на Неджи. Все было именно так, как и должно было быть.

========== 11 ==========

— Неджи! А я тебя как раз искал! — воскликнул Ли, в припрыжку подбегая к Хьюге и его спутнице. — Приветствую и вас, милая дама!

— Что на этот раз? — тот чуть сжал ладонь Соры, мысленно повторяя, что напарник точно не скажет ему, что пришло время для очередной миссии.

— Хотел потренироваться вместе, конечно же! — сокомандник блеснул белыми зубами и, окинув их взглядом, отметил, что пара держится за руки. — О, а я не слышал о такой парной технике! — он ткнул пальцем на их ладони. — Научи и меня тоже, а? — вымолвил Ли и сделал шаг навстречу, но Хьюга выставил перед ним руку.

— Так, прекращай, — он повел бровью, кинув взгляд на Сору, — это не тренировка.

— А что же тогда? — задумчиво потянул напарник. — Неужели…

— Отмена, Ли, отмена, — Неджи пощелкал пальцами перед носом, — тренировки не будет, можешь идти.

— Ну что ж…

— Ли-сан, — отозвалась Сора, — у вас замечательный костюм. Я спрашивала о нем Неджи, но он мне ничего не сказал. Где можно отыскать такой же?

— О, — воодушевленно выдал Ли и на глазах расцвел, — это специальный костюм Гая-сенсея и мой, он придает мужества и смелости! Я чувствую в нем себя непобедимым шиноби Конохи! — тот оттер проступившую слезу и продолжил, оглядывая ее: — Вы так же молоды и полны сил, как и я, поэтому думаю, этот костюм будет вам к лицу…

— Сора, — добавила она.

— Сора-сан!

— На сегодня никаких костюмов, — вмешался Неджи и потянул девушку в сторону, которая, оглядываясь назад, пыталась знаками сказать Ли, мол, поговорим еще и обсудим эту животрепещущую тему. — Ну какой костюм? Ты хоть знаешь, как тяжело он снимается?

— Конечно, не знаю! Боюсь спросить, откуда это знаешь ты… — зарделась она, на что Неджи только повел бровью и ничего не ответил. — Он очень забавный, мне он нравится.

— Да, Ли нравится всем… — усмехнувшись, потянул он. — Ты давно знаешь блохастика?

— Чего? Кто это?

— Инузука.

— С чего это он блохастик? — в той же манере спросила Кояма и нахмурилась.

— По очевидным причинам.

— Если ты имеешь в виду Акамару, то у него имеются все прививки, и он вовсе не блохастый! А с Кибой я дружу уже много лет.

— Знаю я, как ты дружишь, — Неджи получил недовольный взгляд и сразу добавил: — А он тоже так считает или это только твое мнение?

— Мы оба так считаем!

— Вот как, — тот довольно улыбнулся и крепче сжал ее руку, отчего куноичи вмиг оттаяла.

Идти с ним было легко и свободно. Ветер скользил по лицу, волосам, развевая их в стороны. Ей было непривычно гулять с Неджи, держа того за руку, но это не мешало ее неугомонному потоку речи не сбавлять оборот. Кажется, легкое смущение придало больше неуверенности, поэтому Сора старалась скрыть ее, щебеча что-то без остановки. Хьюга слушал молча, иногда кивал, порой улыбался, поглядывая на темную макушку рядом.

— Неджи, а когда твой день рождения? — игриво спросила Кояма и уже придумала подарок.

— Третьего июля.

— Так оно ведь уже прошло… — он кивнул. — И ты не сказал мне?!

— Мы были, кхм, не в том положении, чтобы я говорил это тебе, — ответил тот и добавил: — Точнее, чтоб я вообще с тобой разговаривал.

— Тебе определенно нужно было со мной заговорить хотя бы ради этого, — буркнула Сора и встретила виноватую улыбку Неджи. — Тогда нам необходимо его отпраздновать!

— Я и сам день рождения не праздновал. Ты хочешь, чтобы я делал это в другой день?

— Нет, этого ты должен желать, а не я, — он молчал, и куноичи настойчиво продолжила: — Так что? Хочешь?

— Похоже, что у меня нет выбора, — пожав плечами, произнёс тот, но отчего-то был рад. Был рад снова видеть ее: такую энергичную, надоедливую и безумно милую.

— Тогда что-нибудь придумаем, — ответила Сора и довольно улыбнулась, заправив прядь за ухо.

Из-за смены времен года темнело раньше — их тени заметно удлинялись, солнце близилось к горизонту. Время пролетело слишком быстро. Им хотелось побыть вместе еще немного в новом друг для друга амплуа, но Сора твердо покачала головой, расцепляя их руки.

— Не буду тебя задерживать, Неджи-сан!

— Кто кого еще задерживает.

— Что правда, то правда, — кивнула она, улыбаясь.

— Тебя встретить? Ты поздно заканчиваешь?

— Ну-ну, Неджи, ты захотел в один день исполнить все обязанности истинного джентльмена?

— Да, наверное, на завтра тогда ничего не останется и придется не обнимать тебя на прощание, а толкать в лужу.

— Какой ужас, — ахнула Сора и схватилась за плечи. — Не волнуйся, я дойду сама. Пока! — и, не дождавшись ответа, упорхнула в знакомую сторону. Уже предвкушая запах настоек и лекарств, куноичи легко шагала по чистой улице, поправляла волосы и срывала попадающиеся цветы, старательно изучая их аромат. В голову пришло, что нужно было сделать что-то милое на прощание, например, смущенно чмокнуть его в щеку. Но почему смущенно? В день, когда она призналась ему, обхватывая его шею руками, почему-то желание быть ближе полностью вытеснило стеснение на второй план. Это воспоминание тепло отозвалось у нее в груди.

Каждый раз Сора удивлялась, протирая пыль с полочек, что та появляется на них слишком быстро — не успеешь глазом моргнуть. Разного размера и цвета банки, засыпанные сухими травами, друг за другом стояли на длинных деревянных полках. На узком подоконнике стояла пара горшков с какими-то неприхотливыми растениями, о происхождении которых девушка не знала — они появились задолго до ее прихода в этот квартал.

Забравшись на табуретку, куноичи потянулась к справочникам, на которых скопилась вековая пыль, и прошлась по ним влажной тканью. В воздухе встал затхлый запах. Сзади послышалось сначала неуверенное шкрябание, после дверь резко распахнулась, и она обернулась, чуть пошатнувшись на табурете. На плече Шисуи покоилась перекинутая через его шею безжизненно свисающая рука.

— Итачи-сан! — воскликнула Сора.

— Жить будет! Только помогите… — Шисуи поковылял в сторону узкой кушетки, застеленной белой простыней. Итачи еле волочил ноги.

— Что произошло? — быстро спросила она и принялась помогать коротковолосому уложить Учиху. Как отметила девушка, видимых повреждений не было.

— Ничего страшного, — пытался заверить ее Шисуи, но лицо его выдавало, — просто слишком часто использовал гендзюцу.

Сора ничего не ответила, только сосредоточенно свела брови у переносицы и сконцентрировала чакру в руках. Ее ладони прикоснулись к его вискам, прошлись по лбу, глазным впадинам, надбровным дугам. Глаза были повреждены, но Шисуи был прав: Итачи в порядке, это было следствием перенапряжения и работы на износ.

— Вы правы, — согласилась она, не переставая залечивать лопнувшие сосуды. — Итачи-сан, не открывайте глаза. Как вы себя чувствуете?

— Нормально, — тихо сказал тот, спиной ощущая прохладную поверхность кушетки.

Она не могла сказать, чтобы он больше так не делал, не доводил себя до такого состояния, потому что это было его работой, а ее задача — справляться с последствиями его работы. Тем более, она не имела никакого права лезть в его личные дела, поэтому молча продолжала смотреть на его лицо, не выражавшее ни боли, ни облегчения. Шисуи, как ни странно, также молчал. Они нечасто ходили на совместные миссии, поэтому это задание было чем-то из ряда вон выходящим. В его голове не укладывалось поведение друга, который словно перестал думать и напрочь забыл как это делается, используя только гендзюцу непомерно часто, тем самым доводя себя до истощения. От глаз Шисуи не осталось незамеченным подавленное состояние Итачи, и тот списывал это на проблемы в личной жизни, ведь что еще могло достучаться до его друга? Наконец тот прервал молчание:

— Сора-сан, Итачи, я должен идти, — девушка коротко кивнула, и Шисуи тихо вышел, оставляя их вдвоем. Куноичи стояла у изголовья, невесомо касаясь кожи лица Учихи.

— Это не мое дело, поэтому не буду спрашивать. Только попрошу, чтобы вы были осторожнее, — сказав это, Сора убрала ладони и завела их за спину. — Можете открывать глаза. В целом все хорошо, будет легкая слабость и головокружение, но тут вам поможет сон и полноценный отдых. Хотя бы день.

Итачи шумно выдохнул, все также лежа с прикрытыми веками. Он вдыхал стоявший кругом запах трав и лекарств, попутно представлял ее лицо. Какая она сегодня?

— Спасибо, — прошептал он и уже громче добавил: — Скажи мне это в лицо.

— О чем вы?

— Ты знаешь, — и она знала, но боялась подумать. Ей стало невыносимо стыдно.

— Я должна была сказать это раньше. Наверное, даже раньше, чем могла бы подумать сама, но я… Мне не удавалось разобраться в своих чувствах, и я вводила всех в заблуждение. Я оправдываюсь, знаю, поэтому скажу прямо: я не могу ответить вам тем же, — на одном дыхании произнесла Сора, опустив глаза в пол. Это чувство, что она поступает отвратительно неправильно по отношению к Итачи, постоянно пыталось вырваться наружу, но накрывшая ее эйфория после признания Хьюги пеленой заглушала голос совести. И сейчас, когда Учиха лежал тут, прямо перед ней, заставило ее почувствовать отвращение к себе и своей глупости.

Итачи молчал, перебирал в голове ее слова, отделяя на слоги и отдельные буквы. Он знал это и без ее помощи, но ему было необходимо услышать это вживую. Каждый раз, думая о Соре и Хьюге, его колотило от злости. Как это могло произойти? Еще вчера она отвечала на его объятия, прильнув к нему телом, а сегодня говорит Неджи о любви? Еще вчера она робко целовала его в щеку, а сегодня Неджи целует ее, скрываясь от своей команды за колонной?

— Сора, где ты настоящая: здесь и сейчас или настоящей была та, которая была под властью гендзюцу? — он повысил голос. — Ты говоришь, что не можешь ответить мне взаимностью. Но почему ты целовала меня, будучи в гендзюцу? Или то, чего ты не помнишь, не считается?

Теперь была ее очередь играть в молчанку.

— Если бы ты помнила все, то что бы было? — Учиха распахнул глаза и резко встал, чувствуя, как и предупреждала Кояма, головокружение. Она стояла в паре шагов от кушетки, и ему открывался вид на ее взволнованное лицо. — Тебе напомнить?

— Не думаю, что от этого что-то поменяется.

— Не будь так категорична, — ухмыльнулся Итачи. Ему резко захотелось вывести ее из колеи, в которую она с наслаждением вступила. Сора поджала губы, не готовая услышать правду. Говорят, лучше горькая правда, чем сладкая ложь, но сейчас ей казалось совсем наоборот.

— Вы правы, — честно ответила Кояма. — Расскажите все.

— Зачем же все? Я скажу тебе главное: ты была счастлива, — без былого запала произнес он и тише добавил: — И я тоже. Что же поменялось? — она молчала, сжимая пальцами белый халат. Была счастлива. Счастлива… И он — тоже. Почему же тогда просила это забыть? — Молчишь? Хорошо, — и, встав с кушетки, направился к выходу. Учиха почувствовал себя брошенным псом, который умоляет хозяйку взять его обратно. Отвратительное чувство. Как он мог скатиться до этого? — Забудь.

Он был обижен на руку, которая не приняла протянутую им ладонь? Или же на себя за то, что протянул руку той, которая не собиралась ее брать?

Широкий стол Цунаде как всегда был завален кучей бумаг и папок, количество которых не уменьшалось, как бы не старалась Хокаге. Порой ей казалось, что она только и делает, что занимается бумажной волокитой. Но хорошо, что у неё была помощница, на плечи которой иногда можно было перевести пару десятков нерешенных дел.

В дверь коротко постучали, и через пару секунд показалась Шизуне. С виду она казалась обычной незаурядной медсестрой с забавной свинкой на руках, однако все представления развевались, когда та показывала себя в деле.

— Что там снова… — вымученно произнесла Цунаде, лениво подперев щеку рукой.

— Сокол с деревни скрытого Тумана, — протянула помощница небольшой кусочек свернутой бумаги, которую Хокаге быстро развернула, пробегаясь глазами по строкам.

— Так, ну ясно, опять просят медиков. А мне что делать?!

— Можем выделить пару, ничего не случится страшного, а наши отношения более укрепятся.

— Конечно, но плюсом это будет только для них. Мне их медицина, — закатила она глаза, фыркнув, — в общем ладно, отправим Судзуки и Кояму, раз уж она там уже была.

— Но Судзуки опытный медик. Не будет ли это слишком нам в убыток? — спросила Шизуне, поправляя спадающую на лоб темную челку.

— Справимся. Не такая уж она и незаменимая. А Мизукаге почувствует свою важность, — ухмыльнулась Цунаде, — сообщи им в ближайшее время, пусть будут готовы.

Жить в квартале Хьюга стало невозможным, когда отец Неджи скончался. Каждый день был пыткой, которую он терпел, пока не появилась возможность переехать. Недолго думая, джоунин выбрал простую квартиру, обставленную в спартанских условиях: кровать, шкаф, кресло, плюс пара стульев на кухне и обеденный стол. Он привык редко бывать дома, поэтому не видел необходимости что-либо обставлять. Можно было сказать с первого взгляда, что это холостяцкое жилище хотя бы по ситуации в ванной комнате: мыло, мочалка, зубная щетка и паста стояли в гордом одиночестве на единственной подвесной полке.

Неджи, выйдя после прохладного душа, обмакнул длинные волосы полотенцем, провел ладонью по поверхности зеркала, хотя то не было запотевшим. Этот жест ему напоминал Сору, которая сделала то же самое, когда они находились в деревне скрытого Тумана. Он взглянул на себя: печать подчинения главной ветви. Изумрудная, четко очерченная она красовалась на белой коже. Сжав губы, он повязал протектор.

Вытеревшись насухо, Хьюга начал спешно одеваться. Темные волосы контрастно выделялись на белом фоне свободной рубашки, капли воды оставляли влажные следы на спине. Времени ждать не оставалось, поэтому джоунин направился в сторону квартала Хьюг на встречу с Хиаши, за которой тот обычно узнавал об успехах племянника и давал какие-либо наставления касательно тренировок. Неджи относился к нему с тем уважением, которое требовалось в их отношениях «глава клана — член побочной ветви» и «дядя — племянник». Большего и не требовалось.

Подходя к кварталу, он встречал знакомые лица, коротко кивая им в качестве приветствия и кланяясь, если это был член главной ветви. На летней веранде его уже ждал Хиаши, расслабленно смотря вдаль.

— Здравствуйте, Хиаши-сама, — поклонившись, произнес Неджи.

— Здравствуй, — ответил тот и указал кивков на место напротив себя. — Я слышал, ты успешно провел несколько миссий ранга А, — юноша кивнул. — Твои результаты достойны похвалы, Неджи.

— Вы для этого позвали меня, Хиаши-сама?

— Не только для этого, — улыбнулся глава клана. — Займись тренировками с Ханаби, ей нужно набираться опыта.

— Как скажете, — безэмоционально ответил он, зная, что эти тренировки будут невыносимыми из-за скверного характера Ханаби. Но приказ со стороны главы клана был неоспорим.

— Можешь взять интересующие тебя свитки из клановой библиотеки. Я даю разрешение.

Неджи ухсмехнулся про себя, подумав, что Хиаши предлагал ему возможность расширить свои знания в обмен на тренировки с его невыносимой дочерью. Во всяком случае, упускать возможность легально взять свитки подкупала его.

— Можешь идти, — сказав еще пару рядовых фраз, произнес Хиаши и кивнул племяннику, после чего Хьюга встал и собирался покинуть веранду, как глава клана добавил напоследок, словно не придавая этому особого значения, но по его тону было ясно, что тот говорил серьезно: — Можешь путаться с кем хочешь, но не забывай, кто ты и к какому клану принадлежишь.

========== 12 ==========

«Можешь путаться с кем хочешь, но не забывай, кто ты и к какому клану принадлежишь». Фраза повисла в голове Неджи, не желая ее покидать. Он бы соврал, если бы сделал вид, что ничего не понял. Слова Хиаши были прозрачны. Всякий раз, когда Неджи смотрел в темные глаза Соры, он думал о том, как скоро в его клане узнают обо всем. Связи на стороне, необходимые по личной прихоти, никак не касались клана и никак не пресекались, чего нельзя было сказать о более серьезных отношениях, ведущих к чему-либо кроме постели.

Ему не стоило задаваться вопросом, каким образом они узнали — за членами клана постоянно велось наблюдение, особенно за самыми важными, в число которых попал и Неджи благодаря своим заслугам, чему был уже не рад. Стоял вопрос: как давно они знают и чем это может обернуться? Слова Хиаши трактовались и как приказ со стороны главы клана, и как совет со стороны строгого дяди. В любом случае Неджи не устраивало такое положение дел: если он член побочной ветви, то он не обязан получать распоряжения насчет своей личной жизни.

Брови Хьюги устремились к переносице, он хмыкнул и молча вышел с веранды, оставляя дядю наедине с собой. Он не хотел отвечать на его утверждение, желая посмотреть, на что способен клан Хьюга и как далеко они могут зайти, чтобы как-то ограничить жизнь члена побочной ветви.

Он направился в сторону квартала Учих, чтобы встретить Сору. Внезапно в нем не проснулся джентльмен или излишне заботливый молодой человек. Ему показалось, что сегодняшнего утра и половины дня, проведенных вместе, было недостаточно, чтобы заполнить тот месяц его отсутствия. Неджи только хотел встретить и проводить до дома, не отвечая на ее многочисленные вопросы, на которые она сама с удовольствием находила ответ.

Медленно шагая в нужную сторону, он слишком быстро настиг пункта — поместья кланов находились довольно близко друг к другу, что было странно для обоих семейств, но ничего с этим поделать уже было нельзя. Он никогда особо не вдавался в подробности, почему кланы недолюбливают друг друга, но догадывался, что дело было во власти. По крайней мере, это было единственной причиной, приходившей на ум.

Заходить в квартал Неджи не хотел, решив подождать девушку снаружи. Он облокотился о столб спиной и принял свою излюбленную позу, скрестив руки на груди. Наверное, не каждый день можно было встретить представителя клана Хьюга у входа в квартал Учих, поэтому мимо проходившие люди с кланом Учих на спине оглядывали его с ног до головы. Но Неджи было абсолютно без разницы на это — он привык к постоянным взглядам, обращенным к нему. Все они были разные: удивленные, завистливые, восхищенные, любопытные. Джоунин давно научился не обращать на это никакого внимания, уверенно игнорируя всех и вся вокруг.

— Неджи, — услышал он неподалеку и поднял голову. — Давно ждешь? Я не думала, что ты действительно придешь, — Сора виновато улыбнулась и подошла ближе.

— Захотел увидеть тебя. Ты поздно. Не боишься одна идти домой в такую темную ночь? — глянув на затянувшееся темными тучами небо, спросил Хьюга. Его белая рубашка была единственным светлым пятном.

— Нет, ты ведь здесь.

— Что-то случилось? — чуть нахмурился он, заметив тень на ее лице.

— Все в порядке, — девушка пожала плечами и отвела глаза, не подозревая, что все и так написано на ее лице. Она не хотела ничего говорить Неджи, зная, что пока не готова рассказывать ему об Итачи, с которым все было более, чем сложно.

— Я ведь вижу, что что-то не так. Перестань. Если мы в отношениях, то это не значит, что ты не можешь поделиться со мной чем-то. Хотя бы как с другом, — из его уст слышать слово «отношения» было неожиданно мило и в то же время неловко. — Ничего не поменялось. Я все тот же друг, только могу законно брать тебя за руку, — он сделал еще шаг вперед, сократив расстояние до минимума. Заправил ее прядь волос, легко касаясь подушечками пальцев кожи, и сжал ее ладонь.

— Пойдем, — кивнув в сторону, сказала Сора. Неджи молча последовал, не отпуская ее руку.

— Если не хочешь, то можешь не говорить, — он решил не давить на нее.

— Нет, ты прав. Мы все такие же друзья, но немного больше, — Сора улыбнулась, взглянув на Неджи. И, помолчав еще пару минут и обдумав все, она продолжила: — Все нормально, не волнуйся.

— Как скажешь.

— Чем был занят весь вечер? Упорно тренировался или бегал с Ли? — быстро спросила девушка, не желая оставаться в этой давящей тишине.

— К сожалению, я успел набегаться с ним еще вчера, когда он с Гай-сенсеем сломя голову мчались в Коноху, желая побить свой же рекорд, — ответил Неджи, — я был в поместье, встречался с главой клана.

— Ого, Неджи, а ты очень важный и занятой шиноби, — с прежней игривостью сказала Сора, еще пару минут назад угрюмо шагая и смотря себе под ноги.

— Действительно, — кивнул тот, — я жду награду за то, что смог выделить тебе свое драгоценное время.

— И чего же ты хочешь?

— Желание.

— Какое?

— Пока не знаю, — Хьюга пожал плечами, — это на будущее.

— Будущее туманно… — задумалась Сора и добавила: — Но я согласна! Только это нечестно, конечно, ведь я не просила меня встречать, это было лично твоей инициативой, поэтому желание должно принадлежать…

— Прекращай свои мыслительные операции — ты уже согласилась на свой страх и риск.

— Что же, я подписала свой приговор, — рассмеявшись, произнесла девушка и почувствовала себя много легче. На секунду она забыла о своей злобе на себя. Неджи был как глоток свежего воздуха в этой темной ночи. Он был тем, за кем хотелось прятаться от дождя.

Они свернули на дорогу, путь по которой до дома Соры был значительно длиннее. Неджи намеренно повел ее таким образом, а девушка не подала виду, что заметила это, также желая остаться рядом с ним дольше. Луна была закрыта густыми облаками, и если бы не Хьюга, крепко держащий Сору за руку, она бы давно споткнулась о какой-нибудь камень или бордюр. Его пальцы были теплыми и обволакивающими ее небольшую ладонь, слегка сжимающими и поглаживающими. В груди трепетало чувство, напоминавшее шелест листьев и слабое дуновение ветра, и чуть щекотало, заставляя глупо улыбаться.

— Это так забавно, что мы сейчас идем вместе, держась за руки, — пролепетала куноичи, и если бы было чуть светлее, то Неджи заметил бы ее порозовевшие щеки.

— Очень, — и, глянув на их сплетенные пальцы, сказал: — Забавнее некуда. Чем еще смешным займемся?

— Неджи! — воскликнула Сора и чуть толкнула его плечом, на что он тихо рассмеялся.

— Не знаю о чем ты подумала, но я имел в виду просто объятия. Обычные такие, знаешь.

— Дружеские, надеюсь? — заглядывая ему в глаза, с усмешкой спросила девушка.

— Ну конечно, о других я не могу и мечтать, — он пожал плечами и остановился, поворачивая корпус в ее сторону. Она еле доходила ему до подбородка и всегда заглядывала в глаза, смотря снизу вверх. Чуть помедлив, он аккуратно завел руку за ее спину и остановился на лопатках, притягивая к себе.

— Неджи, вдруг кто-то увидит, — Сора нехотя уперлась ладонями ему в грудь, не отрывая взгляд от его лица.

— Я-то тебя еле вижу на таком расстоянии, что говорить о других.

Сора тихо выдохнула, приблизилась, касаясь щекой его грудной клетки и слыша равномерное дыхание. Стоило прикрыть глаза, и все становилось нереальным. Весь мир, который находился за пределами кольца его рук, не существовал. Неджи прошелся ладонью по острым лопаткам, поглаживая их.

— Почему не надеваешь протектор?

— Забываю, — она выдохнула ему в грудь. — Это так странно — стоять с тобой в… таком положении.

— То забавно, то странно, — ухмыльнулся Хьюга. — Могла бы сказать, что это романтично.

— Постеснялась.

— Ты?

— Я, — кивнула Сора, — а ты не из стеснительных, Неджи-кун?

— Меня трудно смутить.

— Ну да, у кого я спрашиваю… Господин Молчун, — хихикнув, произнесла Сора и, чуть отстранившись, посмотрела ему в глаза. — Неджи?

— Да?

— У тебя такое красивое имя, — она улыбнулась, — мне очень нравится, — тот молчал, разглядывая ее лицо, и остановился глазами на чуть приоткрытых губах. Предыдущие два поцелуя были слишком быстрыми, порывистыми; ему не удавалось ухватить вкус ее губ, он был сосредоточен на эмоциях, которые в тот момент выплескивались через край.

Неджи почти невесомо провёл ладонью по ее щеке, коснулся большим пальцем нижней губы, чуть оттягивая вниз и в сторону. Мягкие. Все также держа руки на его твёрдой груди, Сора ощущала гулкие удары сердца и широкую ладонь на своей спине. Мгновение — и он приподнял ее подбородок и, приблизившись, остановился в паре сантиметров от губ. Глаза девушки широко распахнулись в ожидании поцелуя, а щеки начали заметно гореть. Он был настолько близко, что Сора чувствовала его дыхание на губах. Как зверь, выслеживающий жертву, он ждал, заставляя ее нетерпеливо потянуть его на себя. Когда она поцеловала его сначала в один уголок губ, затем медленно — в другой, Неджи перестал выжидать и провёл влажным языком по ее приоткрытым губам, проникая вовнутрь. С нежностью, податливо Сора отвечала, гладила его шею подушечкам пальцев, пытаясь слишком не наваливаться на него, но Неджи, уловив, что их все ещё разделяет некоторое пространство, медленно потянул ее на себя.

Целовать Сору было приятно, мягко, влажно. Ему нравилось ощущать тёплое, прижатое к нему тело девушки и чувствовать ее вздымающуюся грудь при каждом вдохе. Интересно, следили ли сейчас за ними люди клана Хьюга? Они могли делать это, даже не находясь поблизости. Впрочем, его это мало беспокоило.

— Если мы продолжим, то тебя явно потеряют дома, — оторвавшись, ей на ухо сказал Неджи и облизнул губы.

— Ты помнишь об этом лучше меня, — чуть развернув лицо, куноичи вновь коснулась уголка его губ и отстранилась. От него пахло чем-то особенным: пахло им самим. Пахло Неджи. И этот запах она ощущала каждый раз, проводя кончиком носа по его коже. Ее порой удивляло, что между ними не было жуткого стеснения или неловкости; все шло так, как должно было, — спокойно, плавно, словно так и должно было быть. Чувство, что она провалится сквозь землю или разгорятся огнем ее щеки, отсутствовало. Те ощущения, что ее окружали, находясь рядом с Итачи, испарялись, предоставляя место размеренным и мягким поцелуям.

Дальше они шли молча. Мимо проплывающие одноэтажные дома медленно сменяли друг друга, до ушей доносились лишь звуки их тихо ступающих ног. Ей всегда было странно видеть Коноху безлюдной, когда время переваливало за десять вечера, словно все зарывались в свои норки, наслаждаясь тихим уютом дома. Теплый желтый свет, выходивший из окон, освещал темную улицу, а запах еды дразнил их желудки.

Дом семьи Кояма находился довольно далеко от центра деревни. Окруженный такими же приземистыми зданиями, он ничем не отличался от остальных, если не брать в расчет ярко-синюю кладку на крыше, которая напоминала чистое небо. Небо без единой тучки и облачка. Сора остановилась около незапертой калитки, не выпуская руку Неджи.

— Пришли, — сказала она и получила кивок с его стороны. Он оглядывался.

— Впервые ты позволила мне пройти дальше фонарного столба.

— Сегодня особенный случай!

— И какой же?

— Пока не придумала, — задумчиво произнесла она, — но в следующий раз остановимся там, где полагается.

— Уже не получится — я знаю, где ты живешь, — Неджи чуть приподнял уголки губ и присел на низкий забор, скрестив руки на груди.

— Звучит очень угрожающе! — ахнула Сора и демонстративно сжала плечи. — Еще чуть-чуть и отец пустится на мои поиски.

— Тогда скорее заходи, — он улыбнулся, не сводя глаз с ее лица, еле освещенного желтым светом, доносящимся из окон дома. Сора кивнула и, на секунду замешкавшись, чуть коснулась сухими губами его скулы в том месте, где проступали надувшиеся вены во время активации бьякугана.

Если выдавался свободный денёк или вечер, то Сора всегда бежала навстречу приключениям, прихватывая с собой очередную подружку или друга, коих она с легкостью заводила. Обычно приключениями для неё были прогулка по Конохе или посиделки около озера с корзинкой еды. Если была хорошая погода, то она предпочитала загорать, лёжа на траве, и попивать прохладную воду, которая быстро становилась подстать прогретому воздуху. Зачастую подруги скрывались под зонтиком или зелёной кроной деревьев, потому что не любили загар на своей коже, но поплескаться в прохладном озере не отказывался ещё никто.

Сегодняшний день был, несомненно, одним из самых знойных: сухой воздух был пропитан жаром, а люди мгновенно плавились, не успев выйти за порог дома. Сора завязала высокий хвост, чтобы волосы не липли к шее, надела самое лёгкое бледно-голубое платье со светлыми узорами, прихватив с собой бутылку с водой с целью вылить ее на себя в случае перегрева. Она сразу подумала, что такая сухость и высокая температура куноичи из деревни Тумана даже не снилась.

Первой на встречу пришла Кейко — девушка с бронзовыми волосами, доходившими до плеч. Она держала в руках небольшую плетёную сумку, похожую на корзинку, из которой выглядывала темно-зелёная корочка книги. Как и Сора, девушка не обладала выдающимися способностями и поэтому с горем пополам выпустилась из академии, унеся с собой звание генина, и была этому рада. Сейчас она всячески практиковалась в кулинарии, мечтая открыть собственную небольшую пекарню, поэтому от неё часто пахло ванилью и корицей, а на одежде порой оставались следы от муки или сахарной пудры — Кейко была временами слишком увлечённой своим делом, не замечая ничего вокруг.

Второй показалась блондинка и, заметив подругу за одним из столиков кафе, радостно замахала руками. Азуми была похожа на Сору — такая же эмоциональная и порой несдержанная, она любила жизнь во всех ее проявлениях. Благодаря ее игривому поведению, число поклонников никогда не уменьшалось, а наоборот, шло в гору, что ее только радовало. Вздёрнутый носик, ярко-голубые глаза вместе с белыми как снег волосами привлекали противоположный пол и порой делали ее жизнь проще, чем она и отличалась от своей подруги: если Сора совсем не осознавала свою привлекательность, то Азуми всевозможно ею пользовалась в своих целях.

Когда прибежала Кояма, запыхавшаяся и от бега, и от жары, компания была в сборе. Девушки заранее заказали прохладительные коктейли, попросив не жалеть льда.

— Мы уже спорили, насколько же ты опоздаешь в этот раз, — хихикнула Кейко, оглядев покрасневшие щеки подруги.

— Ой, даже не говорите мне о своих ставках.

— Дорогая, я тебе лучше скажу, что ты потрясно выглядишь! — Асуми оценивающе прошлась глазами по внешнему виду Соры и игриво улыбнулась.

— Да, красное лицо мне явно идёт, — ответила та и, взяв меню, стала махать им перед своим лицом.

— Пока к нам идут коктейли, ты мне скажи: как тебе Учихи? Видела кого-нибудь из братьев? — вспыхнула любопытством Азуми и даже чуть наклонилась в сторону подруги.

— Хоть кто-нибудь перестанет у меня это спрашивать?

— Я не буду спрашивать, — отозвалась Кейко и добавила: — И так услышу ответ.

Подошёл официант, молодой парнишка в светлой рубашке с коротким рукавом, ловко поставил перед девушками высокие бокалы с напитками, откуда торчали цветные соломинки. Дождавшись, когда тот отойдет на приличное расстояние, Азуми нетерпеливо продолжила, оглядывая лицо Соры:

— Так что?

Куноичи смутилась и уткнулась глазами в коктейль, рассматривая плавающую на поверхности мяту.

— Да все отлично с ними, — начала она, — все как и говорят: красивые, отстраненные, имеют много поклонниц, — на последних словах Сора глянула на притихшую Азуми, которая впитывала каждое слово об интересующем ее клане, а точнее, о некоторых его представителях. — Саске вредный, оттого и забавный. Итачи-сан… Хороший.

— Хороший? Сора, ты ведь рассказывала, с какой лёгкостью он свернул шею тому головорезу, который напал на вас, — произнесла Кейко удивленно.

— Ну да, но это не делает его плохим или кровожадным.

— Это понятно, — перебила блондинка, — что там с Саске? Поподробнее.

— Ой, очередная поклонница? — рассмеялась Кояма и сделала большой глоток.

— Не поклонница, а просто интересующаяся личность. Не путайте меня с этими школьницами, которые бегают за ним попятам!

— Ты не школьница, но тоже пытаешься бегать за ним, — добавила Кейко.

— Так, мы тут обо мне говорим или об Учихах, — вздёрнув носик, проговорила Азуми и закинула ногу на ногу.

— Да-да.

— А что с Итачи? Мне неинтересны ваши убийства и сворачивания голов. Я помню, как ты лепетала от счастья, когда он угостил тебя данго! Поэтому скажи одно: нравится он тебе? Да?

— Как парень? — неуверенно переспросила Сора, заправив прядь волос за ухо. Рассказать об их отношениях с Неджи она не успела, потому что была жутко загружена в последний месяц и не могла найти ни одного свободного вечера для встречи.

— Нет, как кактус! — воскликнула блондинка и услышала смешок со стороны Кейко. — Сора, ну что за вопросы. Конечно, как парень!

— Давайте я начну по порядку, — начала Кояма и облокотилась локтями о столешницу. — Вы ведь знаете, что у нас была ссора с Неджи.

— Да. Этот дружочек ещё и поцеловал тебя, — сказала Азуми, — впрочем, я бы сама не отказалась от поцелуя с таким красавцем.

— Снова она про себя, — рыжая вздохнула, закатывая глаза.

— Сейчас мы встречаемся, — смущенно произнесла Сора. Подруги одновременно выпучили глаза и даже ближе придвинулись к Кояме. — Для меня это тоже было неожиданно.

— То есть как это? Он поставил тебя перед фактом?

— Нет. То есть да. В общем он сказал мне, что я нравлюсь ему, — блондинка пожала плечами, мол, это было и так ясно, — я как обычно повела себя глупо и долго тянула время. По итогу поняла, что я чувствую то же самое, и мы теперь… пара? Знаете, это так необычно — говорить и думать, что мы в отношениях.

— Конечно, переход от друга к парню всегда оставляет за собой какой-то след.

— Неужели ты встречаешься с Неджи Хьюгой, а мы узнаем об этом только сейчас?! — перебив подругу, воскликнула Азуми и чуть не опрокинула бокал, всплеснув руками.

— Тише, — прошипела Сора, оглядываясь в поиске того, кто мог это услышать, — сказала так быстро, как могла: ты то в пекарне пропадаешь, то на кухне собственного дома, а ты, — куноичи посмотрела на блондинку, — вечно на свиданиях! Когда бы я сказала?

— Почтового голубя нужно иметь для таких срочных новостей! — парировала подруга. — Так, ты встречаешься с гением клана Хьюга, мы узнаем об этом миллион лет спустя. Это ладно, я уже простила. Но причём тут Учиха Итачи?

— Ну… — замялась Сора, — могу сразу сказать: я первая тупица в этом мире.

— Ого, это уже интересно, — отозвалась Кейко.

— Наверное, я была в него влюблена.

— Влюблена? — хором переспросили девушки.

— Влюблена! — фыркнула Сора и добавила уже тише: — Понимаете, я чувствовала себя влюблённой малолетней дурой, которая бегает за ним, но ничего не могла с собой поделать — он был слишком добр ко мне: порой ходил со мной за покупками, мы ели сладости, смотрели на звезды.

— Так ты нравилась ему, — выдала свой вердикт Азуми, пожав плечами. Такие вещи, как симпатия мужчины к женщине и наоборот, она видела издалека.

— Сначала я не думала об этом. У меня почему-то была установка, что я не могу ему нравиться.

— И как же ты пришла к обратному?

— Я осознала это только тогда, когда он сказал мне об этом напрямую. До этого я просто пропускала моменты, когда он обнимал меня и кидал какие-то фразы, смысл которых дошёл до меня только недавно, — грустно произнесла она, вспоминая лицо Итачи со спадающими на щеки прядями темных волос и его чёрные задумчивые глаза.

— Так, подожди, теперь я чувствую себя тупицей, — рыжеволосая сдвинула брови, — что за любовный треугольник?

— Да нет, — отмахнулась Сора и, подперев лицо ладонью, уставилась на бокал и неосознанно стала водить по дну трубочкой. — Я сказала Итачи-сану, что не могу ответить ему взаимностью.

— Не можешь, но хочешь?

Сора быстро перевела взгляд на блондинку и ее рука с трубочкой застыла в воздухе.

— Ни то, ни другое. Мне тяжело осознавать, что я отвратительно поступила с ним, когда давала надежду, отвечая на его ласку.

— Тебе ведь это нравилось, разве нет? Остальное уже его проблемы, — неожиданно жестко ответила Кейко, заставив подруг смутиться. — Нет, правда, смотри: ты ему нравилась, он проявлял нежность, ты отвечала, потому что в тот момент тебе это было приятно. Вы оба получали удовольствие.

— Она права, — согласилась Азуми, — ты ведь не давала ему обещаний и клятв любви.

— Да, но… — задумалась Сора и сдвинула брови к переносице. Было странно смотреть на ситуацию с такой точки зрения. — Да, все верно, но понимаете, я представляю себя на его месте и чувствую себя отвратительно, словно меня предали. А если учесть, что я стала встречаться с Неджи, то ощущение утраивается.

Девушки пытались убедить подругу, что она не виновата, но та упорно не поддавалась, понимая, что они не знают всей правды. Возможно, если бы они узнали о том, что происходило в гендзюцу, то поменяли бы мнение о невиновности Соры.

Азуми пыталась добиться от подруги всех подробностей о способностях Хьюги в поцелуях, но когда поняла, что Кояма слишком стесняется говорить об этом, оставила свои попытки и переключилась на рыжеволосую. Та не сказала ничего нового, обуславливая это тем, что в ее отношениях, которым недавно исполнилось пять лет, не происходило ничего интересного, что могло завлечь подруг. На это блондинка недовольно шикнула и, отобрав право рассказывать истории о личной жизни, принялась с упоением лепетать об очередном поклоннике. Сора время от времени возвращалась к мыслям об Итачи, которые перебивали воспоминания тёплых губ Неджи, скользивших по ее скулам. Разобраться в себе и своей голове стало для неё первостепенной задачей, и этот шанс был предоставлен ей слишком быстро и неожиданно.

========== 13 ==========

Большинство людей, смотря на ночное небо, не подозревают, что над их головами среди жидких звёзд существуют точки, отличающиеся особой яркостью, которые явно выделяются на фоне остальных. Если подумать, то звёзд на небе было столько, что каждый мог ухватить себе одну. В чистой синеве каждый мог иметь свою маленькую светящуюся точку и называть ее своим именем.

Забравшись на широкий подоконник с ногами, Итачи прислонялся виском к прохладной поверхности окна, которое щитом отделяло его от темноты ночи. Черные пряди лениво струились по его спине, и он прикрыл веки, наслаждаясь тишиной в доме. Ему нравилось в перерывах между бесконечными миссиями находить часы, а то и дни, когда он мог тихо сидеть в своей комнате, не ожидая засады и нападения. Сидеть, вглядываясь в ночное небо, приоткрывать окно и вдыхать прохладный воздух, пить уже остывший чай, который он стащил для себя во время ужина, и слышать недовольное бурчание Саске за стеной.

Он, занимающий не последнее место в Анбу, знал о всех миссиях и шиноби, которые их выполняли. Он был лично знаком с феодалами и был у них на хорошем счету. Его уважали, но нельзя было сказать, что любили. Любили скорее из уважения. Бесспорно, боялись, как и многих представителей клана Учиха. Впрочем, Итачи такое положение дел вполне устраивало: он не хотел быть всенародным любимцем или героем, не хотел что-либо кому-то доказывать. Он только хотел быть собой.

Если бы не случайно подслушанный разговор, когда он выходил из кабинета Хокаге, он бы и не узнал о том, что вскоре Сора покинет деревню. Две молоденькие девушки, держащие в руках папки с бумагами, спорили, кто сообщит приказ Цунаде-сама Судзуки, а кто — Кояме. Спор состоял в том, кто именно направится к первой куноичи, которая славилась не только прекрасными медицинскими способностями, но и скверным характером. Когда Итачи услышал знакомую фамилию, он стал перебирать в голове все миссии, которые были запланированы на ближайшие недели, но не мог вспомнить хоть что-то. Поэтому, подойдя к куноичи, решил уточнить, о каком задании идет речь. Сначала те неохотно отпирались, обуславливая это секретностью, но стоило Итачи чуть улыбнуться, они вмиг расплавились и выдали информацию, которая, на самом деле, была вовсе не тайной. Он не был удивлен, что ее послали в деревню скрытого Тумана: Сора получила хорошие характеристики от Мизукаге после возвращения в Коноху, плюс стала делать большие успехи в академии — он всегда интересовался ее жизнью, пусть и делал это скрытно. Несмотря ни на что его интересовал один факт: сколько продлится ее отсутствие? Месяц? Два? Полгода? Сколько еще ему ее ненавидеть?

Тихий стук в дверь. Не дожидаясь, Саске вошел в комнату брата.

— Не спишь? — задал вопрос тот и хотел забрать слова обратно, когда понял, что Итачи сидит на подоконнике и явно не дремлет.

— Нет, — все-таки ответил старший, поворачиваясь и тепло улыбаясь — в темноте все равно не видно его лица.

— Чем занят?

— Смотрю на небо и думаю, когда же мой младший брат наконец-то перестанет шуршать под дверью и зайдет, — тихо сказал он и кивком указал на место напротив себя, приглашая тем самым Саске присесть.

— Не хотел мешать тебе.

— Но все-таки зашел.

— Да, но… — надулся Саске и, плюхнувшись на подоконник, скрестил руки на груди и быстро добавил: — Можем завтра потренироваться. Если ты свободен, конечно, — фыркнув на последней фразе, сказал он, на что Итачи только тихо рассмеялся.

— Можем.

Они молчали, сидя друг на против друга: один имел мягкие и плавные черты лица как у матери, другой больше походил на отца — жесткий взгляд и четко очерченная линия скул. Итачи всегда с теплотой обращался к младшему брату, снисходительно относился к его порой грубым ответам, уважал за стойкость характера и смеялся, когда тот надувался от обиды как мыльный пузырь. Младший же, хоть и вел себя очень своенравно, гордился старшим братом, который был его примером для подражания. Ему всегда хотелось быть как Итачи — сильным и властным. Но кажется, он этого хотел гораздо больше, чем сам Итачи.

— Ты теперь чаще обычного пропадаешь на миссиях.

Итачи кивнул. Таким способом он пытался меньше показываться дома, где он мог встретить Сору.

— Это с девчонкой связано? — спросил Саске и глянул на брата. Младший Учиха и так обо всем догадывался, но не мог поверить, что Итачи серьезно относится к медику их клана.

— Ее зовут Сора, — тихо выдохнул тот, не отводя глаз с поблескивающей Луны. Саске хмыкнул и спустя пару минут добавил:

— И что же это?

— О чем ты? — не понял Итачи и перевел взгляд на младшего, перебирая пальцами складки ткани на домашних штанах.

— Я о твоих чувствах говорю. Я в них ничего не смыслю, но готов тебя выслушать. Если хочешь, — сказал Саске и неуверенно глянул на брата. Ему всегда казалось, что Итачи не считает его себе ровней, поэтому Саске всегда уточнял, хочет ли тот что-либо делать вместе с ним, словно убеждаясь, что это не только его собственное желание.

Учиха молчал. Он не знал, хочет ли вообще что-либо обсуждать. Ему казалось, что таким образом он вывернется наизнанку.

— Я не знаю что говорят в таких ситуациях.

— Говори то, что чувствуешь.

— Это сложно, — Итачи с горестью улыбнулся. Всегда сложно обличать чувства в слова. — Я ощущаю ненависть и раздавленность, потому что получил отказ; теплоту и трепет, когда думаю о ней; ревность и зависть, когда представляю ее с другим, — почти шепотом говорил он и смотрел куда-то вдаль. — Мне больно. Я потерялся, Саске. Я не знаю что делать, — констатировал факт он.

— Итачи, — выдавил младший спустя минуту, явно пораженный откровенностью брата. Они были близки, но почти никогда не обсуждали чувства друг друга и отношения с девушками, не считая, когда Саске что-то бурчал по поводу бегающих за ним куноичи. — Ты любишь ее?

Он молчал. Ему казалось, что он сказал и так слишком много.

— Что такое «любить»? Являться пламенем для свечи или же прикасаться к горящему огню? — и добавил: — Я прикоснулся.

Видеть брата в таком состоянии было для Саске неожиданно. Обычно сдержанный, закрытый даже для самых близких и отстраненный, Итачи предстал в диаметрально противоположном виде: он обнажил свои чувства, на минуту забыв как дышать.

Младший оставил брата наедине с собой, понимая, что сейчас это могло помочь тому куда больше, чем слова поддержки. На секунду сжав плечо Итачи, он тихо вышел из комнаты.

Ей всегда нравилось просыпаться рано, но не всегда удавалось это делать. Однако заряд бодрого настроения на день был обеспечен, когда Сора велением судьбы открывала глаза задолго до будильника, неспешно умывалась, выкраивала время на легкую уборку комнаты, которая была обставлена, если можно было так сказать, по-спартански: кровать, обычный стол с лампой, крепящейся к стене, книжный шкаф с аккуратно расставленными книгами и цветными открытками, невысокий комод, куда помещались все ее вещи. Ей не нравилось захламлять пространство лишними вещами и предметами мебели, если те не были необходимыми. Простоту и лаконичность она ценила во всем, включая собственный внешний вид.

Сора прошла на кухню, откуда уже доносился приятный аромат приготовленной на молоке каши. Солнечные лучи били в окно, озаряя все кругом теплым желтым светом, делая кухню ярким островком домашнего уюта.

— Доброе утро! — глубоко вдохнув и широко улыбнувшись, пролепетала Сора и обняла маму со спины.

— Доброе, доброе, — добродушно похлопав дочь по рукам, произнесла она.

— Пахнет замечательно!

— У кого-то слишком хорошее настроение? — спросила родительница, осматривая дочь с ног до головы и молочную кашу, запах которой стоял на кухне почти каждое утро.

— Да, — согласилась Сора, — настроение совершать подвиги и хвалить тебя за замечательный завтрак.

— Пахнет действительно вкусно, — на кухню зашел глава семейства.

— Па-а-апа, — потянула дочь, — неужели ты еще не убежал на работу, и мы позавтракаем вместе?

Отец кивнул, чуть улыбнувшись, и сел на свое место за столом. Сора разлила чай по цветным кружкам. Заваривать чай ей всегда нравилось, хоть и делала она это непрофессионально, а скорее по-обычному: по-житейски клала пару ложек мелко раздробленных чайных листьев, обдавала их крутым кипятком, накрывала крышкой и давала настояться пару минут.

— Как дела в академии? — слегка подув на ложку с кашей, спросил отец, на что Сора беззаботно пожала плечами.

— Делаю успехи, — ответила она смущенно, — работа на клан Учиха дает мне большой практический опыт.

— Это хорошо, — согласился он хмуро. — Тебе придется оставить это на какое-то время.

— Оставить?

— Да, — строго, не поднимая глаз на дочь, сказал глава семейства и продолжил: — Вчера тебя искала подопечная Хокаге-сама, чтобы сообщить одну новость: тебе предстоит отправиться в деревню скрытого Тумана в качестве медика от Конохи, им необходима помощь.

Сора сдвинула брови к переносице, сосредоточенно разглядывая лицо отца, словно ища в его словах подвох. Она думала, что отказалась от предложения Мизукаге, но на самом деле всего лишь отсрочила его.

— Я так понимаю, все уже решено? — родитель кивнул, куноичи сжала пальцами ложку. Ее не пугала миссия, если ее можно было таковой назвать. В какой-то степени Сора даже обрадовалась возможности отвлечься и все обдумать, но также знала, что это задание может растянуться на неопределенный срок.

— Мам, перестань, — протянула Сора и задержала руку матери, когда та вскочила со стула с желанием приготовить три вида пирога и еще столько же гарниров.

— Что значит перестань? Это тебе не кошек ловить! — запротестовала та. — В прошлый раз вернулась оттуда бледная как поганка и походила на ходячий скелет!

— Ну ма-а-ам, я не буду брать с собой еду! Мы все-таки будем останавливаться перекусить, да и в случае чего есть таблетки специальные…

— Какие таблетки? Они тебе домашнюю пищу заменят?!

— Дорогая, тебе не стоит беспокоиться, — вступился за дочь отец, но это не дало никаких результатов.

— Так, я уже все решила, — с этими словами женщина туже завязала фартук на талии и направилась к своим волшебным шкафчикам с посудой.

Отец кивнул Соре в сторону двери, мол, беги, пока есть возможность сделать это, и она тихо поспешила к выходу. Точные инструкции необходимо было получить лично у Цунаде, поэтому девушка поспешила в резиденцию Хокаге, молясь всем богам, чтобы отправление на миссию было не сегодня, и она успела бы попрощаться с Неджи.

Неджи. Неужели придется всегда ждать друг друга с заданий? Думать, не ранен ли он, не покалечился ли? Если да, то как сильно? И сможет ли она ему помочь, имея не слишком завидные способности? Порой эти мысли не давали ей уснуть в библиотеке и толкали продолжить упорно изучать медицинские техники. Да и в принципе страх, что она не сможет помочь людям из-за своей неквалифицированности, был одним из первых ее мотиваторов.

Цунаде отправилась на собрание феодалов, поэтому ее распоряжения передала одна из помощниц, которая, вероятно, вчера и искала ее. Услышав, что отправление намечено на завтрашнее утро, Сора облегченно выдохнула. Значит, успеет.

С горем пополам она нашла квартал клана Хьюга, расспросив о его местоположении, кажется, у всех жителей Конохи. Не зная, может ли она врываться на его территорию без предупреждения, Сора решила не наглеть и подождать Неджи где-то рядом. Рано или поздно он бы все равно вышел или зашел бы. Люди с такими же светлыми глазами, как у Неджи, ходили туда-сюда, но самого объекта ее поисков все не было и не было. Она стала шагать взад-вперед, сцепив ладони за спиной.

— Вы кого-то ждете? — произнес высокий мужчина с убранными назад темными волосами. Белое кимоно чуть оголяло грудь.

— Да, — ответила Сора, — здравствуйте! — оппонент сдержанно кивнул в знак приветствия. — Вы не подскажите, как я могу увидеть Неджи?

Мужчина совсем чуть-чуть ухмыльнулся своим мыслям и ответил:

— Он не живет здесь.

— Гм, — задумчиво хмыкнула она.

— Неджи направился домой, и вы можете застать его там, если поспешите, — мужчина дал ей адрес племянника и, получив благодарную улыбку, проводил Сору взглядом.

Теперь он лично увидел девушку Неджи. Она была такой, какой ее и описывали его подчиненные: невысокая, с длинными темными волосами и красивыми чертами лица. Если бы она принадлежала к какому-нибудь высокопоставленному клану, то Хиаши ничего бы не сказал племяннику, тем самым давая молчаливое одобрение. Но тут речь шла о бесклановой девчонке, о союзе с которой не могло идти и речи. Впрочем, он все же считал, что Неджи просто развлекается с ней, а в этом не было ничего запретного — физические потребности в его возрасте были делом нормальным.

Сора никогда не спрашивала его о том, где он живёт и как, никогда не была у него дома и не интересовалась адресом, о чем сейчас жалела, потому что знала, что может заблудиться в трёх соснах и в итоге не найти его квартиру несмотря на точные инструкции одного из родственников Неджи. Она поняла, что не представилась и не поинтересовалась именем ее оппонента, поэтому решила, что обязательно попросит Неджи передать слова благодарности.

Немного поплутав по незнакомым улочкам, она убедилась, что потерялась и, чуть помедлив, ускорилась в надежде где-нибудь увидеть рыжие ставни на окнах, которые, по словам длинноволосого мужчины, являлись ее ориентиром. Низкие дома сменяли друг друга, Сора быстро семенила ногами и наконец вдалеке разглядела здание с нужным номером и — не верится! — те самые оранжевые ставни. Она забежала в дом, поднялась на нужный этаж и, примерно определив квартиру, стала звонко стучать в дверь. Сначала не было ни звука, после послышались шаги и звук открывающегося замка. Неджи или случайный незнакомец?

— Тут есть звонок, — произнёс он первым делом, и она заметила вздувшиеся вены на его лице. Значит, активировал бьякуган, чтобы посмотреть, кто к нему пожаловал.

Неджи сделал шаг назад, пропуская ее внутрь и пытаясь понять причину столь внезапного появления.

— Привет, — сказала Сора и неуклюже протиснулась в узкий проход, стараясь не задеть Неджи.

— Здравствуй, — ответил тот и закрыл дверь, защелкивая замок. — Как ты узнала мой адрес?

— Ждала тебя у квартала твоего клана, но не дождалась: мне помог мужчина, наверное, твоей родственник — у него были такие же глаза, как у тебя.

Неджи нахмурился, думая, кому известен адрес его местожительства. Сомнений не было: это был Хиаши.

— Понял.

— Извини, что без предупреждения, — неловко начала она, — мне нужно было тебя увидеть.

Слегка улыбнувшись, Хьюга сделал шаг вперёд и чуть сжал ее плечо, потянув в сторону кухни. Она последовала за ним, плюхнулась на стул, неловко поправляя подол сарафана. До этого момента ей казалось, что все в порядке, но сейчас, смотря на него и ощущая тёплые пальцы на своей коже, Сора поняла, что прощаться окажется много сложнее.

И ей не нравилось прощаться: ни на день, ни на два, а тем более, на три месяца. Когда знаешь, что твое время ограничено, то чувствуешь себя зверем в клетке. Не зря говорят, что перед смертью не надышишься. И каждое прощание было маленькой гибелью.

— Соскучилась? — предположил джоунин, облокотившись спиной о столешницу напротив девушки.

— Мм, — промычала Сора и добавила: — Я пришла попрощаться: завтра ухожу на задание в деревню Тумана, — подняв глаза, тихо сказала куноичи и встретила его лицо со сведёнными к переносице бровями.

— Понятно, — только и выдавил он. Миссии были привычным делом для их профессий, но почему-то ему казалось, что только он может уходить на задания и пропадать на них неделями, а то и месяцами, но никак не она.

Сора облизала губы. Не такой реакции она ожидала. А что, впрочем, он должен был сказать? Не уходи, останься? Или что должен был сделать?

— Это только на три месяца, — она попыталась улыбнуться, но вышло так себе.

Встав со стула, она медленно поползла к Неджи, словно боясь спугнуть, неловко обвила его торс руками, утыкаясь носом в грудь. Сначала неуверенно, потом более нежно он стал поглаживать ее спину и плечи. Такие нежные жесты все еще были непривычны обоим. Непривычны, но приятны.

— Будь осторожна, — прошептал он, и куноичи вскинула голову, заглядывая ему в глаза.

— Неджи, ты все так драматизируешь! — она заулыбалась, пытаясь разрядить атмосферу. — Все будет хорошо, я ведь не драться собираюсь!

— Действительно, у тебя это отвратительно выходит.

— А ты не умеешь льстить.

— Люблю говорить правду, — пожал плечами Хьюга.

— У тебя тут кристальная чистота, — выдала вердикт девушка, оглядываясь кругом: ни пылинки, ни соринки, идеально выглаженные занавески, блестящая поверхность стола. — Неджи, неужели поддерживаешь порядок этими прекрасными ручками? — захохотала куноичи и стала сжимать пальцами его ладони.

— А что с ними не так? — повёл бровью парень.

— Все так, — отозвалась Сора, — просто думала, что эти руки могут только идеально вести бой, но никак не хозяйство.

Неджи улыбнулся. Порой ему не хватало этих шуточек, которые она генерировала на ходу.

— Неджи, — ей нравилось называть его имя, — давай проведём день вместе?

— Давай, — неожиданно легко согласился он.

— Что, даже пропустишь тренировку? — вставая на носочки, спросила Сора и смеющимися глазами смотрела на него снизу вверх.

— Совместим приятное с полезным.

— Ой… — сглотнула Кояма и представила, как будет обливаться потом и задыхаться.

— Или можем проваляться весь день и ничего не делать, — увидев ее кислую мину, предложил Неджи.

— Это звучит более привлекательно, — закивала она. Представив, что они будут лежать рядом друг с другом, она порозовела, что не осталось без внимания.

— Устроим, — он заметил румянец, — чем же я тебя смог смутить?

— Ничем, — прошептала Сора, отводя глаза в сторону. — Просто тут жарко, — и отступила на шаг, тем самым вырываясь из кольца его рук.

— Правда? — сощурившись, спросил Неджи и увидел ее бегающие глаза. — Сора-чан, неужели я засмущал тебя чем-то?

— Н-нет…

Про себя он рассмеялся, внешне же не подал виду, а только довольно ухмыльнулся. Решив стеснить ее больше, Хьюга потянулся к лицу и заправил ее темную прядь волос за ухо, чуть касаясь подушечками пальцев шеи. Сора приоткрыла рот, чтобы сморозить очередную глупость, дабы выйти из неловкой ситуации, но столкнулась глазами с его — серыми, почти прозрачными, чуть сливающимися с белками.

— У тебя плохо получается врать.

— Ничего я не вру, — поняв, что он уличил ее в лжи, она буркнула это себе под нос на манер Саске и нахмурилась.

— Конечно, не врешь, — Неджи провел ладонью по ее волосам, улыбаясь, и добавил: — Тут действительно жарко. Будешь чай?

— Буду.

— Горячий, надеюсь? — все также улыбаясь, спросил он и получил недовольное «да».

Он наполнил обычный стальной чайник водой и поставил его на одну из конфорок. Молясь, чтобы в шкафчике оказались хотя бы заварочные пакетики, так как он зачастую редко бывал дома, достал последние и облегченно выдохнул. Сора вновь оказалась на стуле и стала следить за каждым его движением, мысленно представляя того в забавном фартуке со сковородкой в руках. Что бы он мог готовить? Рис, рыбу? Или десерт?

Найдя еще пару кружек, которые подарила ему Хината на новоселье, Неджи поставил их перед девушкой и присел напротив. Ее лицо больше не походило по цвету на румяный персик, тонкие пальцы тихо стучали по столешнице. Он чувствовал себя с ней в своей тарелке: уютно, тихо и тепло. Ему не нужно было вести себя с ней как-то по-особому — как гению клана Хьюга, как талантливому шиноби и высококлассному джоунину.

— Почему ты ответила мне взаимностью?

— Потому что ты нравишься мне, — это прозвучало так же легко, как и его неожиданный вопрос.

— Чем? — спросил Неджи так, словно никогда не замечал толпы поклонниц, тихо жаждущих его внимания.

— Разве это можно описать?

— Не отвечай вопросом на вопрос.

— Я не могу иначе, — Сора пожала плечами и, усмехнувшись, продолжила, зная, что сбежать от ответа не удастся: — Неджи, ты нравишься мне потому, что это ты: молчаливый и поэтому забавный, серьезный и оттого еще более смешной, — перечисляла она с энтузиазмом, — а еще ты прямолинейный, мне это очень нравится, потому что порой я не могу быть такой, но очень ценю это качество в других людях.

— Я это заметил, — издал тихий смешок он. — А еще?

— Сегодня день восхваления Неджи Хьюга?

— Сегодня день раскрытия карт, — поправил джоунин. Он хотел услышать что-то помимо его общих качеств. Что-то, что нравилось бы ей в нем как в парне — объекте влюбленности и желаний. Сам говорить о своих желаниях он не мог, потому что не умел, но был готов показать на практике.

— Хм, — задумчиво промычала она и поняла, к чему тот клонил, и снова покрылась румянцем. Раздался свисток чайника, и Неджи быстрым движением выключил газ, что дало Соре небольшую передышку.

— Боюсь, если ты продолжишь свои мыслительные операции, то сгоришь со стыда прям тут, — выдал он, убедившись, что девушка все же верно истолковывает свои чувства и принимает его.

Порой его одолевали сомнения, что Сора продолжает путать дружеские чувства с романтическими, поэтому каждый раз, заглядывая ей в глаза, Неджи пытался убедиться и убеждался, что она смотрит на него влюбленно. Обнимая ее, маленький червячок внутри шептал: «А не друга ли она обнимает в ответ?». Пожалуй, это было одним из его страхов, которые можно было пересчитать по пальцам. Чувство, что его обманывают, не покидало голову. Но что же должна была сделать Сора, чтобы доказать обратное?

========== 14 ==========

— Неджи! — взвизгнула она, когда увидела парня, который стоял, опираясь спиной о фонарный столб, со скрещенными на груди руках. Он медленно поднял голову, заранее зная, кому принадлежит этот тонкий голосок — он наблюдал за ней еще с того момента, как Сора вышла из дома. — Я ведь говорила, что можешь не провожать меня… Это не… — замялась девушка, но Хьюга со смешком перебил ее:

— Мне нужно было увидеть твое раскрасневшееся лицо еще разок.

На это Кояма отреагировала так же, как он и предполагал, — порозовела и от негодования начала что-то быстро лепетать, сжимая и разжимая руками лямки походного рюкзака, который покоился на ее плечах.

— Ты такая сильная, — сказав это, Неджи без особых усилий снял с нее рюкзак и закинул его себе на одно плечо, беря девушку за руку. Когда теплые пальцы перехватили ее ладонь, куноичи ощутила привычную чуть мозолистую кожу и заулыбалась еще шире. Голубые вены выступали под его бледной кожей, закручиваясь узлами, расползаясь с ладоней по предплечьям. Они шагали, держась за руки, по пустым улицам Конохи: кому бы в голову пришло находиться вне дома в пять утра?

Темно-синие облака обрамляли небо, в воздухе стоял легкий запах дождя. Сора с любовью осматривала каждый мимо проплывающий дом, калитку, темные окна. В такие моменты все становится до боли дорогим и родным. Тревога от того, что она покидает деревню, покинула ее в тот момент, когда девушка застегнула свой рюкзак на молнию, словно закрывая тем самым не только сумку, но и свои страхи.

Смотря на профиль Неджи, куноичи улыбнулась, что не осталось без внимания.

— Нравлюсь?

— Нравишься, — кивнула она, на миг позабыв о стеснении.

— Можешь краснеть — в такой темноте я все равно не увижу твой румянец, — оглядываясь вокруг, ответил Хьюга.

— Вовсе я не краснею!

— Безусловно, — согласился тот, — кто всегда тут краснеет, так это я.

— Безусловно, — Сора пожала плечами и решила закрыть эту перепалку, чтобы снова не сесть в лужу.

Неджи крепче сжал маленькую ладошку девушки и стал аккуратно поглаживать ее большим пальцем. Ему хотелось как можно чаще касаться ее загорелой кожи, ощущать исходивший от нее ненавязчивый аромат, слышать звонкий и порой оглушающий смех.

— Как же твоя работа? — аккуратно спросил он, глядя ровно перед собой.

— Отпустили, — коротко пожала плечами девушка, — может, вовсе найдут мне замену, всё-таки меня не будет продолжительное время.

Ей было немного тяжело от мысли, что она не попрощалась с Итачи, оставив их диалог на не самом приятном месте. Она не знала, чего именно хочет от него. Дружбы? Или только отсутствие обиды с его стороны? Или?..

Сора встряхнула головой и шумно вдохнула носом прохладный воздух. По коже пробежались мурашки, отчего куноичи вздрогнула.

— Неджи, если бы ты мог загадать любое желание, и оно бы исполнилось, что бы ты пожелал?

— Я бы загадал, чтобы никто и ничто не могло предопределять судьбу человека, — мысленно притронувшись к печати на лбу, проговорил он.

— Человек — творец своей истории?

— Каждый в праве решать, кем им быть и что делать. А ты считаешь, что судьба предопределена заранее?

— Нет, — покачав головой, сказала она, — иначе бы я не боялась смерти. Зачем бояться того, чего якобы не избежать…

Как бы он хотел, чтобы его желание могло сбыться. Неджи давно свыкся с мыслью о принадлежности к побочной ветви. Привык, что, каким бы гением он ни был, он все также останется только слугой главной ветви. Но было бы странно полагаться только на исполнение своего несбыточного желания, доверяя его чему-то сверхъестественному. Все было в его руках. Он мог изменить мир. Свой мир. Он не привык сдаваться, он сильнее своей судьбы. Судьба для неудачников.

— Не буду называть это судьбой. Просто стечение обстоятельств, при котором я заблудилась и оттого встретила тебя, — заметив его задумчивое лицо, Сора решила вывести того из оцепенения, заглядывая ему в лицо. — Неджи, ты был таким молчаливым. Прямо как сейчас!

— Ты была разговорчива прямо как сейчас, — вторил Хьюга.

— Думаю, это была не случайность, а неизбежность, иначе кто бы веселил тебя день ото дня?

— И заставил мое сердце болеть, — скривившись, сказал Неджи c ломанной гримасой.

В нескольких десятках метров виднелись ворота Конохагакуре, где обычно и собирались шиноби, чтобы отправиться на миссию. Напарницу Сора пока не видела, поэтому, развернувшись к Неджи, девушка привстала и заглянула ему в глаза: серые, почти белые, они обрамлялись кромкой темных ресниц.

— Кто вас будет сопровождать? — тихо спросил тот, продолжая рассматривать ее близко расположившееся лицо.

— Не знаю, — пожав плечами, улыбнулась Кояма, обратно опускаясь на полную стопу. — Думаю, в случае чего, доберёмся сами.

На это Хьюга недовольно нахмурился, поджав губы. Ему не поступало никаких поручений насчёт их сопровождения, и он также ничего не слышал от других, поэтому стоило только гадать, каким образом девушки доберутся до деревни.

Совсем неподалёку Неджи почувствовал знакомую чакру, и уже в ту же минуту за его спиной оказался Учиха, облачённый в неизменную форму Анбу с маской ласки на лице. Девушка заглянула за спину Неджи и, не сразу догадавшись о личности молодого Анбу, стояла так ещё некоторое время, пока тот не подал голос:

— Доброе утро.

— Доброе и очень раннее, Итачи-сан, — неловко улыбнулась Сора, заправляя прядь волос за ухо и поглядывая на обладателя бьякугана. Он медленно развернулся. Ее сердце сжалось при одном взгляде на Учиху.

— Здравствуйте, — произнес джоунин, на что Итачи коротко кивнул.

Повисло неловкое молчание. Сора неосознанно сделала шаг в сторону от Неджи, удары ее сердца заглушали собственный голос, который стал звучать неестественно тихо. Она находилась меж двух огней, один из которых мог сжечь ее в любую секунду.

Хьюга уже был готов задать интересующий его вопрос, но вовремя осекся, понимая, что сопровождающим будет никто иной, как сам Итачи. На это он про себя усмехнулся, снаружи оставаясь таким же безэмоциональным.

— Итачи-сан, вы… — тихо начала лепетать Сора, но молодой человек быстро закончил ее фразу:

— Буду сопровождать тебя и Судзуки-сан, — закончил он и, опережая ее дальнейший вопрос, добавил: — Шисуи также присоединится к сопроводительной команде.

Девушка кивнула. И вправду, отправлять Итачи одного, каким бы опытным шиноби он ни был, было опрометчиво. Однако посылать двух капитанов Анбу на такое плевое задание являлось в принципе странным решением.

— Цунаде-сама считает, что путь опасен настолько, что необходимо отправлять двух капитанов Анбу? — чуть выгнув брови, спросил Неджи, озвучивая мысль куноичи вслух.

— Видимо, да, — отрезал Учиха и явно дал понять, что не собирается продолжать этот разговор.

Если бы его лицо не скрывала маска Анбу, то Сора заметила бы то, как бесконечно долго и с упоением он смотрел на нее. Складывалось ощущение, что Итачи было абсолютно плевать на рядом стоящего Неджи, который — что не осталось без внимания — взял за руку девушку, тем самым словно очерчивая невидимую границу между ними и Учихой. Однако тот держался как обычно отстранённо и, кажется, не замечал, как Хьюга напрягся.

Сора неловко поежилась от прикосновения джоунина и не ответила на его жест. Чувство, обжигающее изнутри, заполнило ее грудь, щеки покраснели, в горле пересохло. Ей плохо удавалось побороть стыд и вину, которые она испытывала при виде Итачи.

Вдалеке показывалась женская фигура, медленно приближающаяся к их тройке. Сомнений не было: девушкой была Судзуки — напарница Соры, которая также должна была отправиться в деревню скрытого Тумана. Они не были знакомы до этого, поэтому внешность куноичи до этого оставалась для нее тайной. Судзуки, поправляя лямки небольшого рюкзака, выглядела как обычная взрослая женщина: строгий взгляд, тонкие губы были плотно сжаты, брови чуть сведены к переносице, небольшой вздернутый нос, яркие веснушки плавно переходили с щек на линию переносицы. Пожалуй, именно россыпь веснушек придавала ей юность и легкость.

— Здравствуйте, — неожиданно низким голосом произнесла куноичи, подходя к группе своих товарищей. — Я Минори Судзуки, — сразу представилась она, поочередно оглядывая каждого. Учиха не назвал своего имени, полностью соответствуя правилам Анбу, а лишь коротко кивнул.

Итачи отметил, что медика так и описывали, явно подчеркивая ее сдержанность и сухость. Он внимательно изучил ее досье, но ничего странного или подозрительного не нашел: обычная бесклановая куноичи с хорошими способностями ирьенина, числилась в нескольких миссиях ранга Б, но в основном либо принимала участие в миссиях ранга ниже, либо отличалась заслугами в больнице Конохи, была на хорошем счету у Хокаге.

— Доброе утро, Минори-сан, приятно познакомиться, — учтиво кивнула девушка, — Сора Кояма, — на это Судзуки коротко кивнула, и в ту же секунду с крыши спрыгнул Шисуи, мягко приземлившись около Учихи. Его волосы чуть растрепались от бега, под глазами залегли заметные синяки.

— Доброе утро! — воскликнул он. — Прошу прощение за опоздание! — неловко почесывая затылок и впопыхах натягивая маску Анбу, проговорил Шисуи и огляделся. — Неджи-сан, вы?..

— Пришел попрощаться, — закончил Хьюга и, мимолетно взглянув на Итачи, крепче сжал ладошку Соры и потянул за собой. Он не думал, что будет настолько демонстративно показывать свои права на девушку. Такое поведение удивило его самого.

Сделав пару шагов в сторону, Неджи встал спиной к ожидающим Сору, и впервые после возникновения Итачи взглянул на нее. На побледневших щеках яснее виднелся легкий румянец.

— Все в порядке? — спросил он и получил утвердительный кивок.

Джоунин не знал что сказать. Мысли спутались после того, как он увидел Учиху. Подозрения, которые он раньше с усилием заглушал, вырвались на свободу, стоило ему только заметить странную реакцию Соры.

— Будь осторожен, — тепло сказала девушка, свободная ладонь которой слегка сжала плечо Неджи. Он внимательно смотрел на ее лицо, пытаясь что-либо понять за оставшиеся секунды вместе. И, если бы не произошедшее в следующее мгновение, он бы принял все опасения, которые он хранил глубоко внутри.

Сора, привстав на носочки, потянулась губами к его щеке и оставила сухой поцелуй на скуле. В эту секунду куноичи почувствовала взгляд, который мог принадлежать только мастеру гендзюцу, и поежилась. Не он пугал ее, а она сама пугала себя. Легкий поцелуй, который куноичи оставила напоследок, — единственное, что она могла бы себе позволить.

— Неджи, — тихо сказала Сора, заглядывая в его серые глаза, — увидимся! И не смей забывать меня! — и, тепло улыбнувшись дорогому ей человеку, сняла рюкзак с его плеч и помахала ему ладошкой.

Если знаешь дорогу, то время, проведенное в ней, тянется дольше. Но это не имело ничего общего с восприятием Соры, потому что дорогу до страны Воды она так и не запомнила, когда-то полностью полагаясь на своих сокомандников. Сейчас куноичи решила поступить также и с любопытством рассматривала пролетающие мимо пейзажи. С каждым километром Коноха оставалась позади все дальше и дальше, а чувство чего-то нового разрасталось в ее сердце, волнуя и маня.

Шисуи, весело разговаривая с Сорой, на мгновение чуть не завел команду не в ту сторону. Но, в отличии от него, его друг не был так разговорчив, молча следуя позади болтающей парочки и строгой Судзуки. Он смотрел на спину Коямы, бедра которой порой медленно покачивались из стороны в сторону, обтянутые длинным темно-синим кимоно, которое доходило ей до середины щиколотки. На тонкой талии также был повязан протектор, крепко завязанный узлом сзади. На минуту он подумал, что хотел бы стянуть его.

Мысли о распахнутом кимоно прервал голос Шисуи, отчего Итачи чуть вздрогнул, словно его застали с поличным:

— Уже темнеет, переночуем в гостинице, — кивнув в сторону виднеющейся деревни, сказал его друг и продолжил разговор с куноичи.

«… а наш Итачи-сан… » — до его ушей доносились восклицания Шисуи, на что Учиха только слегка улыбался, вновь слыша «наш Итачи».

С виду небольшая деревня оказалась довольно шумной и многолюдной: родители потакали капризам детишек, покупая им сладкую вату и яркие шарики, старики, держась под руку, медленно бродили по улице и разглядывали молодежь, которая и была основным источником шума. Стемнело и зажглись желтые фонари, освещая цветные гирлянды, перекинутые поверху через улицу.

— Кажется, какой-то праздник, — оглядываясь, сказала Сора, — народу-у-у куча! — кажется, такое обстоятельство ее только радовало, чего нельзя было сказать об Итачи, который больше предпочитал тишину и покой. «Такая живая», — подумал он.

— Обожаю праздники! — выдал его друг и поправил маску. Он явно улыбался во весь рот. — Может, возьмем в гостиницу чего-нибудь эдакого?

— Например? — заинтересованно спросила Кояма.

— Местные сладости, вкусности, — начал тот, — алкоголь?..

— Капитан, — кашлянув, сказал Итачи и посмотрел на Судзуки, которая молча стояла и, кажется, даже не замечала разговора, — мы на службе.

— Точно, — Шисуи неловко почесал затылок и, как догадывался Итачи, застенчиво улыбался, — просто Сора-чан так меня заговорила, что я на секунду подумал, что сегодня я гражданский.

Про себя Учиха отметил, что его друг перешел на другой суффикс, говорящий о более близких отношениях. На секунду почувствовал укол ревности, он нахмурился и ему показалось, что Судзуки вышла из своего мира и с интересом оглядывала Сору и Шисуи, которые вновь заливались звонким смехом.

У Итачи складывалось ощущение, что девушка делает все, только бы не встречаться с ним взглядом и — не дай бог — не говорить. Она словно каждый раз выскальзывала из его пространства, что не могло остаться незамеченным. Итачи же вел себя так, будто ничего не было, и ему это хорошо удавалось.

Сокомнадниками было решено взять ёкан, который в деревне, по словам продавца, готовился по-особому рецепту, и небольшую кобочку с данго для Итачи, о любви к которым его друг знал не понаслышке. Капитан команды отыскал более приличную гостиницу, так как, по его словам, с ними были дамы и спать невесть где — верх невежества. Когда номера были оплачены, команда разошлась по своим комнатам: Шисуи и Итачи в одну, Сора и Минори — в другую.

Некогда Итачи глубоко внутри ощущал желание заснуть вместе с Сорой, видя ее умиротворенное лицо перед своим, и неторопливо проснуться, застав девушку в том же положении — подле него. Сейчас же он явно чувствовал это желание и не скрывал его от самого себя.

Комната куноичи оказалась небольшой, но аккуратно обставленной: две кровати, пара тумбочек, узкий шкаф и высокий абажур, около которого уютно разместилось кресло. Сора кинула рюкзак на пол около кровати и плюхнулась на нее, почувствовав усталость. Ее напарница бесшумно проскользнула в ванную комнату. Послышался звук воды.

Не прошло и десяти минут, как Минори выскользнула из ванной, и по комнате разнесся приятный запах мыла. Сора приоткрыла глаза, замечая, что чуть не уснула.

— У тебя есть еще пятнадцать минут, — тихо сказала Судзуки, — поторопись.

— А вы не пойдете на ужин?

— Нет, я устала, лягу спать, — сказав это, ирьенин исполнила свои слова в жизнь.

На это Кояма кивнула и поплелась в душ. Хотелось смыть усталость, накопившуюся за целый день в пути, и освежить голову. Все время ощущая взгляд, сверлящий твою спину, сложнее, чем это можно представить. Особенно сложно неосознанно избегать человека, который находится с тобой в одной команде. Сора хотела бы поговорить с Итачи, но не знала как начать разговор и как его продолжить. О каком разговоре вообще шла речь, если даже при одном взгляде на него она испытывала стыд.

Девушка облачилась в свой дневной наряд, туго затянув протектор на талии, и распустила чуть влажные волосы, почувствовав, как расслабилась кожа головы после прически в виде высокого хвоста. И, взглянув на себя в зеркало, решила, что постарается вести себя с Итачи максимально открыто, потому что догадывалась, что ее попытки избежать с ним контакта он не оставлял без внимания.

— А где Судзуки-сан? — спросил Шисуи, смотря за спину девушки.

— Сказала, что устала и будет спать.

— Вот как, — сказав это, он стянул с себя маску и глянул на Итачи, — давай.

Учиха поступил так же, как и его друг, и отдал тому маску ласки, которую Шисуи быстро кинул в их комнату.

— Ну что, Сора-сан, Итачи-сан, — кивнув в сторону каждого, бодро сказал капитан команды, словно и не было четырнадцати часов дороги, — выдвигаемся ужинать!

С собой капитан команды прихватил их покупки, закидывая один шарик данго за другим, кажется, совсем позабыв, что купил эти сладости для своего друга. Итачи только и оставалось с упоением считать, сколько данго поглотил Шисуи.

— Не хочу показаться грубым и невежливым, но я рад, что Судзуки-сан осталась в гостинице, — поймав взгляд сокомандников, быстро добавил: — Наконец можно было снять маску! Мне она никогда не нравилась… то лицо потеет, то глаз чешется. Одни беды! Что думаешь, Итачи?

— Мне без разницы, — он пожал плечами и проводил взглядом последний шарик, который его друг проглотил без зазрения совести.

— Ой, — неловко произнёс тот, когда опустил руку в коробку и понял, что сладости закончились. Сора заулыбалась, а Итачи только закатил глаза. — Извините, я вообще не особо сладкое люблю, это прерогатива Итачи, не знаю что со мной произошло.

— Ничего страшного. Думаю, наш Итачи-сан не обидится, — произнесла куноичи. Учиха внутри себя вскинул брови, когда услышал своё имя из ее уст. Впервые за целый день.

— Наш Итачи-сан такой милосердный, — приторно заулыбался капитан, подплывая ближе к другу, — я куплю тебе ещё, только не бей.

Сора, смотря на забавы Шисуи, вновь заулыбалась во весь рот. То, как он подкалывал Итачи и реакция самого Итачи на это, смешило ее из раза в раз. Приняв тогда то решение у зеркала в ванной, девушка поняла, что нашла оно было верным: теперь, когда она вела себя открыто рядом с Учихой, она чувствовала себя спокойнее и увереннее, краска не приливала к лицу, а взгляд не бегал из стороны в сторону как у запуганного кролика. Можно было дышать свободно.

На секунду в толпе куноичи будто бы увидела лицо своей напарницы, но, вглядевшись, потеряла ее из виду. Показалось. И перевела взгляд обратно на двух друзей, один из которых весело хохотал, держа в руках пустую коробку из-под сладостей, а другой с негодованием поглядывал на неё, вспоминая, как ещё полчаса назад та была доверху заполнена его любимым лакомством.

Комментарий к 14

Прошу прощение за столь долгую задержку. Вроде как снова в строю!

Благодарю за ожидание :з

========== 15 ==========

Обхватив одной рукой талию, Итачи подхватил ее под коленки и уверенным шагом стал подниматься по лестнице.

Сора никогда бы не могла представить, что впервые в жизни напьётся в компании двух молодых людей в неизвестной деревне, да ещё и без какого-либо повода. Просто так. Потому что захотелось. Это и есть часть взрослой жизни?

Когда с основной едой было покончено, Шисуи уже не предлагал, а настаивал на веселом продолжении вечера, и заказ бутылку сакэ. Итачи наотрез пить отказался, но друг все равно наполнил его стакан, каждый раз весело чокаясь.

— Шисуи-сан, я тоже, наверное, пас, — смущенно сказала Сора и зарделась.

— Сора-чан, ну только не ты! — он вскинул руки. — Вы оба хотите сделать из меня алкоголика, а потом всем рассказывать про меня ужасные байки?!

— Именно эту цель и преследуем, — согласился Учиха. Куноичи посмеялась, поддакивая.

— Сора-чан, я тебя умоляю, — капитан заглянул ей в глаза и попытался сделать как можно более миловидное личико, — когда же, если не сейчас…

— Я бы с радостью, но боюсь, не смогу составить вам должную компанию, — поймав удивленный взгляд, продолжила более смущенно: — Опыта с алкоголем не было.

— Значит, будет! — весело кивнул Шисуи и вмиг наполнил ее стакан. — Лучше с нами, чем с… с кем-нибудь другим! Не волнуйся, Сора-чан, я буду следить за тобой! — подмигнув, парень поднял свой бокал, тем самым призывая сделать ее то же самое, и Кояма неуверенно взяла в руки стакан. Послышалось звонкое «дзынь!».

Итачи не спускал с неё глаз, подмечая, как капелька напитка стекала по ее губам, и как живо заблестели ее глаза. Он знал, что его друг никогда не позволит себе напиться до без памятства, а если и позволит, то явно не будучи на задании, но за Сорой он предпочёл следить. Следить не потому, что не доверял, он бы и без причины делал это, а потому, что боялся, что та не сможет контролировать количество спиртного.

Девушка стала ещё более шумной, начала чаще жестикулировать и громче смеяться, но самое главное, перестала стесняться встречаться взглядом с Итачи, который этот взгляд не отводил. Ее щеки не отпускал румянец, в темных глазах отражался он сам и его друг собственной персоной.

— Эй, — почувствовав толчок в бок, Учиха вернулся из своих мыслей и обратил внимание на друга, — мы тут обсуждаем, какие девушки тебе нравятся.

— И? — Итачи на миг перевёл глаза на Сору и продолжил: — К чему вы пришли?

Шисуи положил руку на плечо друга и заговорчески начал выкладывать одну из версий:

— Я считаю, как твой лучший друг, твой брат, человек, с которым ты вырос, которому доверяешь, я, который знает тебя как…

— Ближе к делу, — произнёс Итачи, понимая, что капитан начинает заговариваться, и отодвинул незаконченную бутылку.

— Так вот, — продолжил он, — мне кажется, тебе нравятся высокие красивые блондинки из благородных кланов с прекрасными способностями шиноби, — говоря это, парень то и дело поглядывал на девушку, которая, как казалось, впечаталась взглядом в лицо Итачи, подперев при этом то и дело падающую голову ладонью.

Как же он был красив: темные тонкие брови, явно очерченные скулы, губы, острый подбородок, чёрные омуты глаз, обрамлённые каймой густых ресниц, выпирающий кадык. Идеален. Он казался ей чем-то таинственным, небывалым, почти сказочным. Ещё бы пара глотков сакэ и ей бы показалось, что вокруг Итачи парит дымка.

— Промах по всем пунктам.

— Правда? — искренне удивился Шисуи и надулся, но продолжил, ухмыляясь: — Тогда попытка номер два. Тебе нравятся невысокие брюнетки с прямыми волосами, темными глазами, добрые и невинные, как ромашки в поле, с россыпью веснушек и загорелой кожей, с добрым сердцем и отличным чувством юмора. Что на это скажешь, Итачи-сан?

Сора, кажется, и не поняла, что капитан описывает ее саму. Икнув, куноичи вопросительно вскинула брови, ожидая от него ответа. Учиха молчал, не понимая, что за пьяный цирк устроил друг.

— Ты прав.

— Вот! Ты должна мне ещё бутылку сакэ! — победно воскликнул Шисуи, а девушка свела брови у переносицы.

— Бли-и-ин, — потянула Сора.

Она предложила этот глупый вариант насчёт блондинок для того чтобы убедиться, что ему нравятся совсем другие. Совсем. Но услышав обратное, Сора пребывала в смятении и залпом осушила свой бокал. Молодые люди переглянулись.

— Ничего себе, Сора-чан, ты невероятна, — рассмеялся в изумлении капитан команды, — и где мое сакэ?!

— Тебе на сегодня достаточно, — строго сказал Итачи, — иначе мне придётся нести вас обоих.

— Понял, — поймав серьёзную физиономию друга, Шисуи нервно сглотнул и посмотрел на совсем опьяневшую куноичи: палочкой она тянулась к ладони Итачи и медленно коснулась его кожи, обводя ею выпирающие косточки. Как бы ему хотелось, чтобы это была не палочка для еды, а ее пальцы.

— Итачи-сан, — устало выдавила она, продолжая свои манипуляции, — я вам хочу сказать такую вещь… — и стала слегка нажимать на кожу. Учиха наблюдал за этим, в то время как его друг озабоченно искал припрятанную Итачи бутылку. — Хочу сказать… что я так напилась… просто ужас… жутко… — с сожалением говорила она, морщась от собственных слов. — Мне так стыдно…

— Сора-чан, о каком стыде ты говоришь! — вмешался Шисуи, — ты же не буянишь и не лезешь в драку. Так что все прекрасно!

— Вы так считаете? — хмыкнула она и направила глаза на капитана, ожидая, что он подтвердит свои слова. Шисуи кивнул, и куноичи облегченно выдохнула и улыбнулась. — Тогда я готова к веселью! А пойдемте купаться? А?

— Пойдемте! — подхватил капитан, но тут же осекся, поймав неодобряющий взгляд друга. — То есть…

— Шисуи хочет сказать, что завтра рано вставать, да и вода в реке явно холодная, — добавил Итачи, на что получил недовольную мордашку девушки. Ему нравилось, как она хмурится, а уже через секунду лучезарно улыбается, заставляя улыбнуться в ответ.

— Итачи-са-а-ан, — она взмолилась, — я так хочу купаться, вы просто не представляете! Ик! — но, поняв, что тот не согласится, быстро оставила эту идею и выдала новую: — А давайте выпьем вместе! А, Итачи-сан? — кажется, она вовсе перестала его стесняться, теперь уже уверенно глядя в его темные глаза.

— Наш Итачи-сан обязательно согласится, правда? — коварно заулыбался Шисуи. Он явно потерял страх. Учиха понял, что отвертеться от ее невероятных предложений ему не удастся, поэтому покорно кивнул. Сора победно хлопнула ладонью по столу, а капитан наконец нашел бутылку, подливая себе и девушке напиток.

— Сора-чан, — говорил тот, держа тару в руках, — а какие парни нравятся тебе? — на этом моменте рука Итачи задержалась у рта, готовясь опрокинуть стакан. Кояма даже закашляла.

— Хорошие, — уклончиво ответила она, чувствуя, как ее кожа на щеках превысила все допустимые температурные показатели.

— Подробнее, Сора-чан, нам нужны подробности! — шутя, Шисуи слегка стукнул кулаком по столу. Его друг не сделал ни глотка.

— Какие именно? — уточнила она и, получив пожатие плечами, мол, думай сама, продолжила, смотря на свое расплывчатое отражение в стакане: — Наверное, каких-то определенных критериев нет. Это же все такое… приходящее, не знаю, — хмыкнула она, — мне важно, чтобы мне было комфортно с человеком, чтобы была духовная связь, чтобы оба были готовы принять мнение друг друга, даже если оно разнится с собственным, чтобы и посмеяться можно было, и погрустить. Насчет внешности не знаю. Никогда не нравились блондины. Ничего против не имею, но просто так получалось, — девушка пожала плечами и, сделав небольшой глоток, поморщилась.

Итачи ловил каждое ее слово, неосознанно пытаясь сравнить их отношения с теми словами, которые она в порыве произнесла.

— Хорошо, что я не блондин, — рассмеялся Шисуи и провел рукой по своим торчащим темным волосам.

Когда была допита вторая бутылка, было решено отправляться в гостиницу. Капитан команды свободно плыл по улице, напевая песенки себе под нос, а иногда и у уха Итачи, пока тот взял на себя обязанность оттаскивать пьяную девушку от каких-либо павильонов, куда она каждые десять метров пыталась пробраться. Ноги ее совсем не слушались, окружение вокруг расплывалось мутной дымкой, а в груди разливалось тепло. Она ощущала горячие ладони Итачи сначала у себя на предплечье, затем на плечах, а после Учиха поддерживал ее, держась за узкую талию. Предплечьем он ощущал трущийся узел протектора, который девушка туго затянула. Итачи еще никогда не ощущал ее так близко и так долго. Хотелось, чтобы дорога до гостиницы заняла не двадцать минут, а добрых пару часов, но тому было не суждено сбыться.

У входа Сора поняла, что не может идти дальше: ноги совсем перестали слушаться, то и дело заплетаясь и запинаясь о несуществующие преграды. Тем временем Шисуи стало плохо, и он помчался что есть мочи в номер, сметая все и вся впереди, с усилием пытаясь подавить приступ рвоты. Итачи проводил взглядом друга и взглянул на девушку, которая, чуть улыбаясь, блестящими глазами изучала серую ткань его формы.

— Итачи-сан, у вас тут пятно, — задумчиво выдала она, тыкая ему в грудь тонким пальцем и ощущая, какая та твердая.

Он, не желая быть у всех на виду, подхватил ее на руки и понес наверх. Сора не оторвала дрожащую ладонь от него, уже полностью накрыв ею его грудь. От нее пахло алкоголем и мылом. Распущенные волосы щекотали его голые плечи.

Каждая оставшаяся позади ступенька приближала его к финалу их вечера. Он был готов вернуться к самому началу лестницы и, вновь подхватив почти невесомую девушку, подниматься снова, крепко прижимая ее тело. Даже сделай он так, Сора бы ничего и не заметила, все также продолжая вырисовывать узоры на груди Итачи.

— Итачи-сан, кажется, пришли… — медленно потянула она и стала оглядываться. Он аккуратно опустил ее на ноги. — Спасибо, что помогли! — она слишком резко подняла голову, чтобы заглянуть ему в лицо, и пошатнулась, готовясь врезаться в стену. Учиха рывком прижал ее к себе так, что перехвалило дыхание. — Итачи…

Он приклеился глазами к ее губам, неистово желая прикоснуться к ним. Ещё час назад, когда они ужинали, Учиха в самых ужасных подробностях представлял, как Неджи целовал ее, проводя языком по мягким губам девушки и надавливая рукой на затылок. Он чувствовал, как с каждой секундой закипал все больше и больше.

Кояма уперлась руками ему в грудь, пытаясь толкнуть, но ничего не выходило: Итачи, кажется, вовсе не почувствовал какого-то сопротивления. Должно быть, алкоголь на него немного, но подействовал, делая смелее в своих желаниях. Она чувствовала его быстро бьющееся сердце под ладонью и была готова поклясться, что и ее сердце билось с той же частотой.

Итачи понял, что в реальности никогда не целовал ее в губы: в висок, щеку, шею, лоб, но не в губы. Почему?

— Итачи-сан, отпустите, — выдавила она, пытаясь поймать четкий образ Учихи. Перед глазами все расплывалось.

— Не отпущу.

Он словно говорил не о ситуации, а имел в виду что-то большее.

— Почему? — наивно спросила она, нахмурившись. Итачи провёл большим пальцем по ее нижней губе, а Сора продолжила смотреть на него невинным взглядом.

По коридору пронёсся звук открывающего замка, затем — двери.

========== 16 ==========

С виска стекла капелька пота. Вторая. Третья. Ткань протектора, крепко повязанного на лбу, изнутри пропиталась соленой жидкостью. Неджи перевёл дыхание. Одиночная тренировка, длящаяся уже шестой час, неслыханно вымотала его. Он ощущал только усталость и бессилие, которое растекалось по всем мышцам тёплыми волнами.

Медленно перебирая ногами, джоунин побрел в сторону своей квартиры. Кристально белая рубашка все также идеально сидела на гении клана Хьюга, волосы ничуть не растрепались, и только по уставшему взгляду можно было сказать, что он вновь пытался отвлечься с помощью изнурительных физических нагрузок. На время ему это удалось, но после того, как душ был принят, а ужин съеден, в груди вновь разлилась ноющая тяжесть.

Он никогда не мог представить, что будет скучать по кому-то. Скучать так, что щемящее грудь чувство перерастало в злобу и ненависть. Если бы Неджи не привык вести себя сдержанно, то он бы с радостью ходил и пинал все попадающиеся камни и бил бы по каждому стволу дерева. Одновременно его раздражало то, что он называл зависимостью. Но в то же время, вспоминая загорелое лицо Соры, он таял как мороженое на солнце.

На его кухне царила идеальная чистота: посуда была вымыта и насухо вытерта, белоснежные шторы, стол без единой царапинки от ножа. Словно он тут и не жил вовсе. Неджи глянул на стул, на котором еще недавно сидела она, краснея при взгляде на него. Такая стеснительная, но всегда отчаянно пытающаяся это скрыть.

Парень по привычке поставил воду в чайник, поставил тот на плиту и потянулся за кружкой. В его голове мелькнула мысль: вот бы обернуться, как в тот раз, и увидеть ее, стучащую хрупкими пальцами по столешнице. Ее порозовевшие щеки и бегающий взгляд после слов, что они могли бы пролежать весь день вместе, забавляли его, но в то же время делали Сору такой желанной и красивой в тот момент, что на долю секунды он хотел наброситься на нее.

В то время, когда Сора считала его своим другом, он себя таковым не считал и позволял проходиться взглядом по ее тонкой фигуре. Для него она была подобием природы: чистой и невинной. Но это не мешало ему желать забраться немного дальше поцелуев и объятий. Порой он давал волю желаниям: скользил по бедрам, чуть сжимая их, оставлял влажные поцелуи на шее. Однако каждый раз останавливал себя, зная, что, зайдя чуть дальше, он не сможет контролировать себя.

Чего скрывать, он хотел ее. Порой Неджи даже стыдился, представляя свою невинную девушку в самых грязных фантазиях. Если снаружи он был непоколебимой скалой без эмоций, то внутри него бушевал ураган из чувств, которые он с трудом подавлял, когда девушка проходилась тонкими пальчиками по его шее, ушам и ключицам. Неджи с усилием для себя перехватывал их и нежно целовал, чтобы закончить эту пытку.

— Почему? — наивно спросила она, нахмурившись. Итачи провёл большим пальцем по ее нижней губе, а Сора продолжила смотреть на него невинным взглядом.

По коридору пронёсся звук открывающего замка, затем — двери. Итачи напрягся, чувствуя чакру Судзуки. Ну почему сейчас, почему не позже?! Зачем она вообще решила выйти? Она ведь должна была спать!

Он все еще прижимал ее к себе, напряженно глядя на чуть приоткрытый рот. В тот момент, когда Учиха уже был готов резко выпустить девушку из рук, чтобы не предстать перед Судзуки в неловком положении, он почувствовал ладонь, которая накрыла его губы. Дверь так и не раскрылась, ирьенин осталась в комнате.

— Итачи-сан, — лепетала куноичи, не отрывая ладонь от его рта, — если вы хотели меня поцеловать… то не стоит… я такая пьяная… это будет ужасно, правда…

Учиха молчал. Смотрел в ее блестящие от алкоголя глаза. Она плачет?

— Все в порядке? — внезапно испугавшись, спросил он и чуть ослабил хватку. Он так напугал ее? — Прости, я не хотел…

Заправив прядь за ухо, Сора шмыгнула носом и сделала крохотный шаг назад. Она стала четче видеть лицо Итачи, на котором на мгновение застыл страх.

— Итачи-сан, это вы меня простите, — более ровным голосом произнесла Сора, пытаясь унять головокружение, — я веду себя по-дурацки… Могу я сказать вам кое-что? — получив кивок, девушка продолжила, с усердием концентрируя плавающие мысли: — Вы мне очень нравились. Ну когда я только-только вас увидела, то сразу поняла, что вы замечательный: такой внимательный, вежливый, добрый, ранимый, — краснея уже не от опьянения, а от откровений, говорила девушка. — Хотя чего я вру! В первую очередь, вы понравились мне внешне. И это нормально, наверное… А я вам нравилась?.. Внешне? — словно с надеждой спросила она.

— Ты очень красивая, — прошептал он и получил самую теплую, самую искреннюю улыбку. И сам улыбнулся в ответ.

— Вы тоже, — почти одними губами произнесла она. — Вы мне так нравились, что мое сердце готово было выпрыгнуть от волнения! Я так… Я волновалась при каждой нашей встрече! Вы не представляете, что я переживала! Мне казалось, что мои волосы скоро вовсе побелеют. А потом вы знаете…

— Не знаю. Что ты имеешь ввиду?

— Всегда рядом со мной был Неджи. Он такой, знаете… — она опустила глаза, словно стыдясь своих чувств перед ним, — он был моим другом. Мне с ним спокойно и хорошо. Я чувствую, что мы понимаем друг друга, даже если мы совсем разные.

— Он нравится тебе? — стараясь говорить ровно, произнес Итачи и слегка сжал ее талию пальцами. Слышать его имя из ее уст было невыносимо. Молчание. Он грубо приподнял ее лицо за подбородок и добавил: — Нравится, Сора?

Чего она ждет?

— Нравится, — тихо ответила Кояма.

— Врешь.

Девушка молчала. Видя его лицо так близко и ощущая теплые ладони на своей талии, она не могла позволить себе вырваться, убежать от него, скрыться и никогда больше не говорить. Находясь наедине с Итачи, здравый ум выключался, отдавая права быстро бьющемуся сердцу. Сора нервно сглотнула.

— Я не вру.

— Тогда почему ты все еще позволяешь мне делать это с тобой? — опуская руку с талии на бедра, спросил Итачи. Он злился, о чем говорили сведенные к переносице брови и грубые прикосновения.

— Хватит, — толкнув его в грудь, наконец сказала Сора и отступила без какого-либо сопротивления. Это дерзкое касание отрезвило ее. — Мне нравится Неджи. И мне плевать, верите вы в это или нет.

— Не верю, — он пожал плечами, — лгунья из тебя никакая, Сора. Ложь — не твое поле боя.

— Думайте как пожелаете, — фыркнула девушка.

— О, неужели из невинной овечки ты превратилась в грубиянку? Наконец-то показала свое истинное лицо? А?

— О чем вы вообще говорите?!

— Сора, не строй из себя глупышку, — ухмыльнулся он. Его сердце каждый раз сжималось, когда он заставлял себя вылить очередной яд на нее, но другого выхода не было: либо так, либо она никогда и ничего не скажет ему о своих истинных чувствах. — Вспомнила о своем парне, когда оказалась в объятиях другого? И часто ты себе это позволяешь? Не завидую я Неджи…

Она покрылась краской. Оправдываться, что еще десять минут назад она и на ногах не стояла, было глупо.

— Разве не вы позволили себе такие прикосновения?!

— А ты была против? Мне казалось, тебе это очень даже нравится, — Итачи встал вплотную к ней, заставляя ту вжаться в стену. — Ну что ты молчишь? Правда глаза колет?

Молчание. Сора поджала губы, отвернувшись.

— Я тебе говорил, чтобы ты больше не говорила со мной о Неджи? — Итачи уткнулся носом ей в макушку. Его злость вмиг пропала, уступая место прежней нежности.

— Говорили, — тихо ответила она, сжимая его плечо пальцами. — Пожалуйста, Итачи-сан, не нужно.

Учиха, сжав челюсть, шумно выдохнул. Если бы девушка ответила на его прикосновения, то это была бы не она. Такой исход был очевиден, но он надеялся, в глубине души лелеял мысль, что все будет иначе. Его сердце в очередной раз сжалось в тугой узел. Он не хотел быть жалким, никчемным. Но казалось, что по-другому он не может. Он, способный вырезать всю деревню, готов был лежать у ее ног.

Нежно, мягко касаясь его волос, Сора провела ладонью по его голове. Она знала, что больше никогда не сможет стоять так близко к нему, ощущать его запах и слышать дыхание. Прикрыв глаза, мысленно произнесла: «Прости». И без сил опустила руки.

— Итачи-сан, давайте больше не будем вести себя так. Это была моя ошибка. Такого больше не повторится, — серо говорила она, словно читала предложения по тетрадке. — Спасибо, что помогли добраться. До завтра и спокойной ночи.

Сора выскользнула из его ослабевшей хватки и последовала к себе в комнату. Все также не поднимая головы, Итачи остался стоять на месте. На его лице был написан ужас. Он не мог ничего сделать. Впервые в жизни он был таким слабым.

На следующее утро капитан команды проснулся в здравом духе и прекрасно себя ощущал, что нельзя было сказать о Соре: болела голова, тело было одним большим отеком, хотелось лежать и никуда не идти. Поймав строгий взгляд Минори, девушка быстро приняла ледяной душ и стала более походить на человека. К своему превеликому ужасу, Сора помнила все вчерашние события до мельчайших подробностей, и стыд окатывал ее каждый раз, когда в голове всплывали те или иные картинки.

Команда наспех позавтракала и двинулась в сторону причала. Шисуи пытался вытащить клешнями из девушки все впечатления ее первой попойки, на что та неохотно отзывалась, оправдываясь тем, что не хочет вспоминать тот позор. Итачи, будучи в маске Анбу, вовсе проглотил язык, еле выдавливая из себя даже дежурные фразы. Судзуки же держалась отстранено.

В горле каждый раз пересыхало, когда Сора видела хоть край одежды Итачи, не говоря о нем самом. С трудом ей удавалось держаться бесстрастно, когда сердце готово было вырваться из груди. Даже дышать с ним одним воздухом было по истине сложным испытанием.

Два дня на корабле пролетели как две недели. По крайней мере, для Итачи и Соры, которые даже выходили из палубы в разное время. Шисуи такой расклад определенно не нравился, но поделать ничего не мог: друг был чернее тучи, а это могло значить только то, что что-то между ними пошло не так, как было в розовых мечтах капитана. Порой он замечал, как Судзуки внимательно рассматривает Итачи или сидит неподалеку от его каюты, делая вид, что занимается своими делами. «Влюбилась, — подумал Шисуи, улыбаясь, — как же легко женщины ведутся на нашего Итачи. Ему и делать ничего не приходится». Но понимая, что ирьенин слишком взрослая, да и сердце друга было давно занято, Шисуи не делал попыток помочь девушке завоевать сердце Учихи.

Когда медиков передали в руки помощникам Мизукаге, миссия почти была выполнена: оставалось тайком проверить готовность деревни скрытого Тумана к военным действиям и оценить общую обстановку. Все-таки не зря Итачи напросился на это задание у Хокаге, хотя та изначально отправляла Шисуи вместе с его командой. И если бы не настойчивость Итачи, ничего бы не вышло.

День за днем пролетали незаметно. Из-за кучи новой информации и обязанностей, в которых еще было необходимо разобраться, ирьенины из деревни Листа потеряли счет дням. Они изучали новые медицинские техники, серьезно занимались обученим других, молодых ирьенинов, полноценно работали в местной больнице, пытаясь поставить на ноги запущенных пациентов. Сора была благодарна, что ей не оставалось времени даже поесть, иначе бы и это свободное время она бы тратила на мысли об Итачи и Неджи.

Сора часто виделась со своей наставницей, с которой познакомилась еще в то время, когда впервые посетила деревню. Танака-сама, отмечая возросшие умения в медицине, была довольна успехами своей ученицы и была готова передать ей свои знания. Все случилось как по щелчку пальцев: успех не заставил себя ждать, и о девушке заговорили в высших кругах, отмечая, какую помощь та оказала деревне, пополняя их списки вылечившихся пациентов. Кояме удавалось преобразовывать старые техники, дополняя их другими элементами, что давало гораздо больший эффект в лечении. Ее молодые ученики в академии неосознанно, но учили ее, когда использовали техники своих кланов.

Миссия затянулась: ирьеины из Конохи провели в деревне Тумана не три, а пять месяцев. Цунаде негодовала, желая уже обрушить всю злобу на Мизукаге, но каждый раз получала заискивающие просьбы дать ему еще пару недель, чтобы девушки успели закончить семестр и не было необходимости искать новых учителей. Хокаге сдалась, и наконец спустя почти полгода Судзуки и Кояма вернулись в деревню, сопровождаемые уже Анбу Мизукаге.

Минори почти не изменилась: она была также бледна и смертельно строга. Сора же, как и в первый раз, вернулась сильно осунувшейся и мертвецки белой, но с довольной улыбкой и небольшой дополнительной сумкой, которую она забила подарками. Сухо попрощавшись с напарницей, с которой ей так и не удалось подружиться, девушка направилась домой. Наверняка родители ждали ее с ломающимся от количества еды столом. В животе неприятно заурчало. Проходя мимо столба, у которого всегда ждал ее Неджи, девушка тепло улыбнулась. Как бы ей хотелось, чтобы он оказался в деревне, а не на очередной миссии.

Как и ожидалось, родители уже у входа в дом ждали ее. Неужели отец даже отпросился с работы пораньше?

Внезапно ощутив порыв любви, девушка метнулась к маме, на ходу бросая сумку и рюкзак. Отец подошел сзади, обнимая своих маленьких женщин. Порой видя грустное лицо жены, он жалел, что отпустил дочь на такую продолжительную миссию.

Сора еще часами рассказывала родителям о своих успехах и успехах ее учеников, которыми она невероятно гордилась, об ее ощущениях, когда та впервые пришла на урок, который должен был вести не серьезный дядя в очках, а она сама. Они сидели до позднего вечера, пока глаза отца не стали закрываться. Посмеявшись, Сора отправила их спать, а сама была готова еще свернуть горы, поэтому, приведя себя в порядок, решила прогуляться по улицам Конохи.

Было тихо. Белый диск освещал дорогу, и Сора незаметно для себя засмотрелась на небо, отмечая, как соскучилась по ярким звездам, которые не скрываются за одеялом из туч. Поежившись, она обхватила себя руками, и изо рта заклубился пар. Понимая, что это странно и глупо, девушка пустилась в сторону дома Неджи, молясь не заблудиться.

Она ходила, нарезала круги, кажется, вокруг одно и того же дома, промерзла до костей, но нашла тот самый дом с рыжими ставнями, которые и сейчас являлись для нее главным и единственным ориентиром. Свет нигде не горел. Еще бы!

Быстро поднявшись по лестнице, Сора перевела дыхание и с надеждой постучала в дверь. Ничего. Вспомнив его слова «тут есть звонок», она потянулась рукой вверх, но не успела нажать на заветную кнопочку, как перед ее лицом возник он: заспанный, с чуть растрепанными волосами, в одних штанах без рубашки и без привычного протектора на лбу. Неджи. Она хотела пискнуть что-то вроде «прости», но не успела — он потянул ее на себя, крепко схватив за плечо.

— Неджи, — наконец выдавила она, когда тот прижал ее к запертой двери. — Извини, что так поздно и без предупреждения… Мне очень хотелось тебя увидеть, я только…

— Т-с-с, — прошептал он и сделал глубокий вдох: от нее пахло морозом и яблочным мылом. Он расстегнул пуговицы на ее тонкой накидке и на ощупь повесил ту на крючок. — Как же тебя мама отпустила в ней? Совсем ведь не греет…

Она ощутила сквозь ткань своего сарафана горячую кожу Неджи и часто бьющееся сердце. Положив ледяные ладони на его плечи, почувствовала, как тот вздрогнул.

— А мама уже спала, — улыбнулась Сора.

— Спала? Значит, никто тебя не потеряет?

— О чем ты? — спросила девушка, но вместо ответа последовала за Хьюгой, который крепко держал ее за руку.

Он остановился около своей широкой кровати, оборачиваясь. Было темно, но он все равно заметил краску на ее впалых щеках, и улыбнулся. Чтобы не испугать ее, парень медленно провел ладонью от кистей до плеч, сжимая их, поднялся выше к ключицам и шее, медленно изучая. Видеть ее рядом с собой, такой теплой и невероятно красивой, было выше него. Еще чуть-чуть и он мог сорваться.

Скользнув глазами по его широким плечам, она неосознанно облизнула губы. Неджи. Всегда такой собранный и сдержанный, предстал перед ней лишь в домашних штанах в клетку. От него исходил уют и тепло, в то время как за окном намечалась буря. Она встала на носочки и аккуратно поцеловала в уголок рта.

Выдох. Хьюга, резко подхватив ее, уложил на кровать и навис сверху. Глубокий вдох. От него словно исходил пар, становилось тяжело дышать. Он поцеловал ее легко и почти невесомо, вспоминая, каким был их первый поцелуй. Тягуче-сладко. Углубив поцелуй, парень дал волю рукам и в ту же минуту стал гладить талию, переходя к бедрам, стискивая их пальцами. У Соры перехватило дыхание, когда тот стал расстегивать пуговицы на сарафане. Медленно. Одна за другой. Он наблюдал за ее реакций как хищник наблюдает за жертвой. И она потянулась к его лицу за очередным поцелуем, в котором ей не было отказано.

Хьюга помог вылезти девушке из одежды, и она осталась в одном нижнем белье. Надавив на ноги и раздвигая их, парень улегся между ними. От его прикосновений ее и без того холодная кожа покрылась мурашками. Оставляя влажные поцелуи на шее, он спускался ниже к упругой груди, скрытой бюстгальтером, и узкой талии. Из ее рта доносилось тихое постанывание, которое только разжигало внутреннюю бурю, полыхавшую в нем. До сиреневых отметин от пальцев он сжимал ее бёдра, когда в очередной раз терял над собой контроль.

— Все в порядке? — хрипло спросил он. Лучше поздно, чем никогда. Вместо ответа девушка потянула его и поцеловала, зарываясь пальцами в мягкие волосы. Она соглашалась, чувствуя нарастающую пульсацию внизу живота. Еще во время свой миссии в стране воды она поняла, что испытывает к нему что-то большее, чем просто симпатия.

Сора провела пальцами по его лбу и ласково поцеловала то место, где была печать. Неджи вздрогнул. Это прикосновение для него значило, что она принимает его таким. Таким, какой он есть.

Парень нежно проводил пальцами по ее мягкой коже и вздрагивал от прикосновений к своим плечам и животу. Ему нравилось, как она скользила ладонью по его прессу, вычерчивая неведомые узоры. Нравилось, как она смущалась, когда ловила его взгляд, которым он проходился по ее гибкому телу. Ему было важно ощущать, что она здесь, рядом с ним, такая живая и теплая, до боли желанная и переполненная чувствами как и он сам.

Неджи не был девственником, но и сказать, что у него было много партнерш, было нельзя. Все те девушки уже имели некоторый опыт в постели, поэтому ему не приходилось слишком волноваться насчет их самочувствия. К тому же, он не испытывал к ним никаких чувств, поэтому любое беспокойство было исключено. Сейчас же парень хотел сделать все максимально комфортно и безболезненно. Никогда в жизни бы он не пожелал, чтобы Сора испытывала боль. Тем более, из-за него. Поэтому, когда она резко вонзила ногти ему в спину, Неджи напрягся.

— Прости, прости, — ласково прошептал он ей на ухо.

— Все нормально, — слукавила Сора и попыталась расслабиться.

— А врать ты так и не научилась.

Желание внутри него уже достигло предела. Он стал двигаться быстрее, стараясь успокаивать девушку поглаживаниями и поцелуями, и вскоре та привыкла. Уткнувшись ей в шею, в порыве парень стал засасывать тонкую кожу, оставляя заметные следы. И когда достиг пика своего наслаждения, он бессильно рухнул на нее и с трудом перекатился на бок, не желая ее задавить своим весом.

На порозовевшем лице Соры играла легкая улыбка. Она еще никогда не ощущала себя настолько желанной. А когда Неджи, потянув ее за талию к себе, поцеловал в нос, Сора была готова прыгать от счастья — так мило это было.

Неджи первый последовал в ванную, подгоняемый девушкой: она снова была не готова предстать перед ним в обнаженном виде. И когда оба приняли душ, они легли на уже прохладные простыни, накрывшись до подбородка одеялом.

— Я тебя не испугала, когда заявилась к тебе?

— Я увидел тебя еще тогда, когда ты прибыла в Коноху, — заметив ее удивленный взгляд, добавил: — Способностям шиноби нет предела.

— А я думала, тебя дома не окажется…

— Зря оказался?

— Нет! — покраснела она. Ему нравилось смущать ее.

— Давай спать.

Перевернувшись на спину, он увлек ее за собой. Сора положила голову ему на грудь, обнимая широкий торс рукой. С ним было так тепло. От него так вкусно пахло. Он был таким родным. Девушка растянула губы в улыбке, подмечая про себя, что пришла к верному выводу, будучи в деревне скрытого Тумана.

Утро было бы не утром, если бы оно не началось со стука в дверь. Назойливого, не желающего останавливаться, стука. Неджи, активировав бьякуган, увидел, что это был один из помощников Хиаши. Мысленно выругнувшись, он аккуратно встал с кровати, чтобы не разбудить спящую девушку. На секунду он застыл, любуясь ее лицом, на котором играли лучики солнца. Такая красивая.

Он наспех надел футболку и открыл дверь.

— Доброе утро, Неджи-сан, — кивнул худощавого телосложения мужчина с протектором на лбу, скрывающим печать.

— Здравствуй.

— Вам нужно быть в поместье клана Хьюга. Это срочно.

— В чем дело? — напрягся он.

— Идет обсуждение вашей свадьбы.

Хьюга, сдвинув брови к переносице, хотел спросить что за чушь тот несет, но услышал громкий выдох за его спиной. В тот момент он пожалел, что не закрыл дверь в спальню, когда выходил. Она все слышала.

========== 17 ==========

Лучи солнца с трудом пробивались сквозь узкие щели плотно задернутых штор.

Первое, что она почувствовала, был приятный запах, исходивший от его кожи на груди, к которой она прижалась носом. Просыпаться в объятиях Неджи оказалось невыносимо волнительно и до жути приятно. Было удивительно видеть его в безмятежном состоянии, тихо посапывающем на белых простынях. Она радостно улыбнулась, подавляя желание коснуться его плеча своими пальцами, чтобы убедиться, что это не сон. Сладкий сон, который превратился в реальность.

Вдруг почувствовав слабое шевеление, девушка быстро прикрыла глаза и прикинулась спящей. Оставалось молиться, чтобы Неджи не догадался, что она давно уже не спит. И он не догадался, лениво открывая глаза и видя макушку девушки, тесно прижавшуюся к нему. Счастье, окутавшее его с самого пробуждения, было так близко, что хотелось схватить его за длинный хвост и привязать к себе. Поэтому он, медленно скользнув рукой по плечу Соры, чуть сжал его в районе локтя и стал поглаживать ее кожу. Слабая дрожь прошлась по телу Неджи, когда тот подумал, что девушка лежит в одной его футболке, которую он вчера оставил для нее в ванной. Его позабавило то, как стыдливо она вынырнула из комнаты, всеми силами пытаясь натянуть футболку ниже. И чтобы вновь не загонять ее в краску, Неджи накрыл ту одеялом.

Стук в дверь. Он фыркнул, активировал бьякуган и увидел помощника Хиаши. Мысленно выругавшись, он аккуратно встал с кровати. На секунду он застыл, любуясь ее лицом, на котором играли лучики солнца.

— Доброе утро, Неджи-сан, — кивнул худощавого телосложения мужчина с протектором на лбу, скрывающим печать побочной ветви.

— Здравствуй.

— Вам нужно быть в поместье клана Хьюга. Это срочно.

— В чем дело? — напрягся Неджи.

— Идет обсуждение вашей свадьбы.

Хьюга, сдвинув брови к переносице, хотел спросить что за чушь тот несет, но услышал громкий выдох за его спиной. В тот момент он пожалел, что не закрыл дверь в спальню, когда выходил.

Сора, сама не понимая зачем, почти поднялась сразу после Неджи и последовала за ним. И как бы она не хотела, она не могла забыть то, что услышала. В груди сразу стало слишком тесно. Она хотела сделать большой вдох, наполняя легкие спертым воздухом, но не смогла: мужчина в дверном проеме буравил ее взглядом, а Неджи смотрел с нескрываемой тоской.

Девушка стояла перед ним в его футболке, сжимая ее края тонкими пальцами. На худой шее виднелись бордовые пятна, некоторые из которых скрывались под темными волосами. Неджи быстро кивнул помощнику Хиаши и с характерным звуком захлопнул перед его лицом дверь. На секунду прикрыл глаза, раздумывая над происходящей ситуацией. Неужели Хиаши решил сделать его главой клана таким способом? Не веря собственным мыслям, парень мотнул головой и сделал пару уверенных шагов в сторону Соры.

— Эй, — он приподнял ее подбородок пальцами, заставляя посмотреть в глаза, — это явно какая-то ошибка. Слышишь?

Она кивнула, поджав губы. В ее глазах он видел свое отражение — настолько темными те были. Он был готов часами разглядывать в них играющие блики, но сейчас было не до этого.

— Кстати, доброе утро, — Неджи слегка улыбнулся и потерся щекой об ее висок.

— Доброе, — тихо ответила Кояма.

Затем Хьюга быстро залетел в ванную, наспех умыл лицо холодной водой и пару раз провел щеткой по белым зубам. Если поспешит, то через десять минут сможет быть в поместье главной ветви клана. С каждой минутой его злость становилась сильнее, тем самым уничтожая спокойствие и уверенность, которые Неджи воспитывал в себе с самого детства.

Когда он вошел в спальню, Сора застегивала последнюю пуговицу на своем сарафане и, увидев Неджи, сделалась еще бледнее. Совсем не такое утро она представляла себе еще каких-то пятнадцать минут назад.

Подойдя к шкафу, он выудил оттуда штаны и белую рубашку и принялся переодеваться, краем глаза смотря на отвернувшуюся девушку. Молчание, обрушившееся на них двоих, давило и заставляло отводить глаза в сторону.

— Возьми, на улице холодно, — Неджи протянул ей свою кристально белую толстовку с капюшоном. Она растерянно кивнула в знак благодарности и, подцепив за нижний край, натянула ее на себя.

— Неджи, если что-то не так… — стиснув зубы, начала Сора, но не смогла продолжить фразу. Если что-то не так, то что?

Она качнула головой и тихо хмыкнула, не решаясь говорить дальше.

— Думаю, это просто какое-то недопонимание. Будь уверена, что все в порядке, — помолчав пару секунд, Неджи, стараясь как можно более уверенно держать тон, добавил: — Веришь мне?

— Да.

Потянувшись на носочках, Сора мягко обвила его шею руками, утыкаясь носом в шею. Его реакция не заставила долго ждать: он провел рукой по волосам и крепко прижал к себе. Ему было важно знать, что она не чувствовала себя использованной, а сейчас все именно так и выглядело — как в глупых фильмах. Но какой был обычно конец в таких фильмах?

Глубоко выдохнув, Неджи попытался расслабиться и сделал шаг вперед, ступая в кабинет Хиаши. Окна выходили на солнечную сторону, поэтому яркие лучи вмиг ослепили Неджи, заставляя щуриться.

— Приветствую, Хиаши-сама, — в поклоне произнес Неджи со стиснутыми зубами.

— Здравствуй. Ты опоздал, — увидев вскинутые брови племянника, глава клана медленно добавил, не скрывая удовольствия: — Думаю, ты уже обо всем догадался.

Неджи молчал, выжидая. Но когда его дядя, чуть склонив голову, продолжил молчать, джоунин заговорил с нескрываемой злобой:

— Почему вы выбрали такой способ?

— Ты достоин стать главой клана Хьюга. Никто более не смог бы занять этот пост, и ты об этом прекрасно знаешь, — намекая на свою слабую старшую дочь, говорил Хиаши, — также догадываешься, что просто так я не мог бы этого сделать — совет вряд ли хорошо бы воспринял тот факт, что отпрыск из побочной ветви станет главой клана, — Неджи сжал кулаки, — поэтому, женившись на Хинате, ты сможешь по праву занять место главы.

— Ради этого вы готовы отдать свою дочь замуж за меня?

— Я делаю все ради клана. Это лучшее решение, — отрезал Хиаши.

— Вы не можете пожертвовать Хинатой.

— Я уже сделал это.

— Я не согласен на такие условия.

— Это не условия.

— Мне не нужно место главы. Я этого не хочу, — он хотел. Но не таким способом.

— Твой отец гордился бы тобой.

— Неправда. Он бы никогда не принял такого решения, — выплюнул он.

Молчание.

— Это из-за девчонки? — пренебрежительно спросил Хиаши и внимательно следил за изменившимся лицом племянника: тот еще больше сжал губы в полоску, выдавая повышенное напряжение.

— Я все сказал.

— Она не любит тебя, — Хиаши пожал плечами и небрежно кинул на стол тонкую папку с листами.

— Что это?

— Прочти.

Неджи хмуро взял папку в руки и стал водить глазами по строчкам, написанным аккуратным женским почерком. Это был отчет, как он сразу догадался, о сопроводительной миссии. Красной толстой квадратной скобкой был выделен абзац, на который сразу глянул Хьюга: «… капитан команды Шисуи Учиха, Итачи Учиха и Сора Кояма направились в небольшое кафе, где они приняли некоторое количество алкоголя и возвращались в гостиницу в приподнятом настроении. Было установлено, что из-за сильного алкогольного опьянения Кояма почти не стояла на ногах, что, скорее всего, стало причиной того, что Итачи Учиха придерживал ту за талию. После капитан команды убежал в свой номер, предположительно, из-за ухудшающегося состояния. Я поняла, что он заметил меня, поэтому я поспешила в комнату. Мне пришлось использовать технику призыва, чтобы продолжить слежку. Выпуская в коридор призывное животное, я приоткрыла дверь, и этот звук явно не остался без внимания для Итачи Учихи. Оба стояли близко друг к другу и, могу предположить, Учиха-сан был готов поцеловать Кояму-сан…».

— Что это? — сжимая пальцами бумагу так, что та смялась, Неджи впился взглядом в Хиаши, который довольно наблюдал за племянником.

— Одна из моих помощниц по моей просьбе понаблюдала за этой девушкой. Вот что из этого вышло. Дошел уже до части, где «она долго и томно смотрела в его глаза»?

Хьюгу передернуло. Перевернув страницу, он вновь увидел выделенные предложения красным цветом. «Учиха Итачи приподнял девушку за подбородок, сжал пальцами ее талию. Кояма-сан долго смотрела в глаза собеседника…». Неджи швырнул в стену папку. Перед его глазами рисовалась эта омерзительная картина.

— Что за бред здесь написан? Это больше похоже на пошлый роман, чем на отчет, — выплюнул он.

— Согласен, — дядя пожал плечами, — но что остается делать, если писать отчет нужно, а перед глазами такое? Вот Судзуки-сан и описала все в мельчайших подробностях.

— Это неправда.

— Тебе решать.

— Вы пытаетесь заставить меня принять ваши условия таким отвратительным способом, вешая мне лапшу на уши.

Он знал, что Хиаши не стал бы унижаться до такого, но он не мог поверить, что это правда. Всеми силами пытаясь не видеть перед глазами ее глаза, которые она вчера стеснительно отводила, Неджи с усилием сжимал кулаки.

— Во-первых, никаких условий нет. Это приказ. Во-вторых, ты должен быть благодарен мне за то, что я открыл тебе глаза на твою шлюху, которую ты пригрел у себя на груди. Не сейчас, так потом бы… — он не договорил, как племянник развернулся и вышел из кабинета. Впервые за всю жизнь он позволял себе вести себя подобным образом, полностью наплевав на все нормы приличия.

Глава клана знал, что племянник вернется. Не сегодня, но через пару дней точно. Он должен был бросить эту девчонку еще тогда, когда Хиаши заговорил с ним о том, что Хината слишком слаба и неуверенна для того, чтобы стать главой клана Хьюга. Хиаши прекрасно понимал, что его дочь не справится с ответственностью, которая придет с приходом власти, а его племянник словно был рожден для этого титула. Как бы прискорбно не было, но Неджи Хьюга был гением их клана, его ценили и уважали, хоть и он и был только из побочной ветви. Это было единственным его недостатком.

Неджи быстро перескакивал с крыши на крышу, ища бьякуганом Итачи Учиху. Примерно в километре от леса, среди деревьев которого тренировался мастер гендзюцу, джоунин заметил его и ускорился. Он почти задыхался, представляя, каким идиотом был.

В голове Хьюги один за другим проплывали фрагменты: Сора шумно стучит в его дверь, стоя в легкой накидке; Итачи гладит ее по щеке своими костлявыми пальцами; она лежит под ним и чуть ли не с криком сжимает его плечи; Учиха скользит языком по тонкой шее. Его тошнило от этого. На секунду он возненавидел их обоих, желая их смерти в самых адских формах.

Но здравый рассудок не покинул окончательно голову парня, поэтому он пытался найти хоть какое-то оправдание или доказательство того, что все написанное на тех жалких листах бумаги — ложь.

Не стараясь действовать тихо, Неджи с шумом приземлился в паре десятков метров от Итачи. Тот давно заметил знакомую чакру и, когда увидел джоунина, даже не был удивлен. Он взглянул на оппонента, который казался менее собранным, чем всегда: чуть растрепанные волосы, бледные щеки, сведенные у переносицы тонкие брови.

Обладатель бьякугана не желал махать руками и затевать глупую драку, но видя лицо того, о ком говорилось в чертовом отчете, чувствовал, как самообладание покидает его.

— Здравствуй, — первым подал голос Учиха, пряча сюрикены в набедренной сумке. — Чем…

— Во время сопроводительной миссии за вами следили? — без приветствия резко сказал Хьюга.

— Думаю, да.

Итачи давно понял, что в ту ночь вовсе не Судзуки-сан пыталась выйти из своего номера, а ее призывное животное, которое не осталось без его внимания. К тому же, Шисуи тоже подтвердил его подозрения, рассказывая, что заметил ирьенина еще тогда, когда они ужинали. Теперь ему стало ясно, для чего нужна была эта слежка. Он горько усмехнулся.

— Ты пришел, чтобы узнать это лично от меня?

Неджи встал напротив Итачи и, схватив того за грудки, твердо произнес:

— Говори как есть. И ты знаешь, что именно я имею в виду.

Он отпихнул Неджи и с грустной улыбкой тихо проговорил:

— Думаю, я люблю ее, — гений клана Хьюга сжал челюсть. — Не буду говорить за что — ты и сам знаешь. Не знаю, что вам доложила ваша недошпионка, но ты праве злиться на меня. Сора ни в чем не виновата, это все я.

— Что — ты?

— Я пытался поцеловать ее в тот вечер, но она накрыла мои губы ладонью и не позволила этого сделать, — он усмехнулся, снова вспоминая момент ее очередного отказа. Для него даже стало удивительно, что парень перед ним — гений клана Хьюга — получает свет и тепло от его любимой девушки. Итачи почувствовал укол ревности и зависти, но не подал виду. — Я действительно был настойчив и не пытаюсь извиниться за это. Могу только сказать, что Сора все еще твоя, не волнуйся.

Неджи тихо хмыкнул. Одновременно и гнев, и чувство облегчения окутали его. Пелена злости больше не застилала глаза, он ощутил, что может думать рационально. Однако осознание того, что кто-то любит ее также, как и он сам, больно кололо его, открывая наружу чувство собственничества.

— Почему вчера она не сказала мне об этом? — словно задавая вопрос воздуху, а не Итачи, произнес он. Учиха сжал один кулак от нечаянно оброненного слова «вчера»: значит, она вернулась и сразу побежала к Хьюге.

— А сам как думаешь? — Итачи старался говорить как можно более непринужденно, но выходило, как ни странно, плохо. — Можно ревновать к самой любви, отвернувшейся от тебя, а не к ее объекту. Но Сора не отвернулась…

— Не смей даже думать о ней, — перебил его джоунин, колко посмотрев на Учиху, на что тот ничего не ответил.

Все, что ощущал Итачи, были боль и тоска, съедающие внутренности вновь и вновь. Он думал, что неуверенные ответы Соры значили то, что она не могла выбрать между ними. И эта надежда заставляла его отсчитывать каждый день ровно до того момента, пока он не почувствовал чакру Неджи вблизи. Именно в этот момент ему стал ясен выбор девушки.

Сейчас, видя взволнованное лицо Хьюги, Итачи хотел врезать по этой смазливой физиономии, крикнув, мол, радуйся тому, что не убил тебя. Но не стал, отделавшись надменным взглядом, брошенным в сторону парня.

Ему нужно было все обдумать и понять, как стоит поступить в этой ситуации: поговорить с Хинатой, которая могла попросить отца не принимать такого решения, или попросту настоять на своем? В первом случае шанс того, что Хиаши послушает дочь, был близок к нулю, а во втором был хоть какой-то толк — не мог ведь совет насильно заставить его жениться на Хинате. Неджи прикрыл глаза. Совет вполне был в праве сделать это, иначе за неподчинение следовала смерть. Он неосознанно поднес ладонь ко лбу.

Всегда должен был быть третий вариант. Должен был быть. Но какой?

Он подумал: а почему он не может жениться на Хинате, чтобы стать главой клана и иметь возможность не сразу, но постепенно поменять все абсурдные правила, касающиеся разделения на главную и побочную ветви? Ответ был на поверхности, и сегодня утром он спал на его белых простынях. Неджи выдохнул. Сора. «Неужели ты станешь моей преградой?».

Много раз провожая Сору до дома, он давно выучил эту дорогу наизусть, поэтому сейчас парень чуть ли не с закрытыми глазами дошел до знакомого адреса. Ярко-синяя кладка на крыше дома походила на цвет неба в ясный день.

Остановившись за пару домов до необходимого, он активировал бьякуган: девушка стояла около раковины и мыла посуду, отвечая что-то матери, которая сидела за обеденным столом. Вся кухня была заставлена фотографиями в рамках, вазами и и горшочками с цветами и какими-то наборами посуды. Стояла теплая домашняя атмосфера, которой ему часто не хватало.

Он не заметил, как девушка вышла из дома. Она шла, понуро опустив голову. Ощущение, что что-то не то, сводило живот. Утренняя ситуация не покидала мысли, и Кояма вновь и вновь возвращалась к ней. Она верила, что это какая-то ошибка и пыталась себя в этом убедить, но маленький червячок под именем «неуверенность» ел изнутри.

Почувствовав взгляд, Сора подняла голову и встретилась с парой серых глаз, внимательно смотрящих на нее.

«Ты — не моя преграда, — подумал Неджи, — ты — мой дом, которого мне так не хватало».

========== 18 ==========

Почувствовав взгляд, Сора подняла голову и встретилась с парой серых глаз, внимательно смотрящих на нее.

«Ты — не моя преграда, — подумал Неджи, — ты — мой дом, которого мне так не хватало».

В ту же секунду он преодолел несколько десятков метров и встал напротив нее. Он заметил, что с шеи пропали багровые пятна, оставленные им этой ночью.

— Неджи, — на выдохе произнесла Сора и поняла, что в голове совсем пусто: все, что ее беспокоило, какие вопросы она была готова вылить на него, все мысли и переживания исчезли, стоило ей только почувствовать теплые пальцы, обхватывающие ее плечо. Перед глазами выплывали картинки с прошедшей ночи, и ее щеки предательски краснели.

Хьюга, медленно скользя по ней взглядом, подавлял в себе нарастающее чувство ревности. Вся теплота и нежность в один момент отошли на второй план. Он хотел, чтобы в ее доверчивых, широко распахнутых темных глазах только один он мог видеть свое отражение, мог проводить подушечками пальцев по скулам и губам, по тонкой коже шеи и острым ключицам.

— Неджи, все в порядке? — полушепотом спросила она, перехватив его пальцы своими.

Он молчал, не зная что ответить. Нет, все не в порядке. Ситуация не под контролем. Он не знает как ее решить. Он слишком умен, чтобы решать проблему простым настаиванием на своем, и слишком прям, чтобы пытаться схитрить. Слова в голове путались, превращаясь в перекати-поле и отказываясь выстраиваться в предложения.

Сора поджала губы и обеспокоено стала перебирать складки ткани на его рубашке. Тишина давила на виски, обращая все ее переживания в жизнь.

— Все лучше, чем ты думаешь, — видя ее резко побледневшие щеки, сказал Неджи, — есть некоторые проблемы, но я их решу, не волнуйся.

— Давай решим вместе? — наивно произнесла Сора в ожидании его согласия, но Хьюга только покачал головой и заправил ее темную прядку за ухо.

— Боюсь, с этим придется мне разобраться лично.

Она тоскливо отвела глаза в сторону. Он не доверял ей? Сердце предательски сжалось от мысли, что все близится к финалу, и девушка закусила нижнюю губу, подавляя желание расплакаться. Дрожащие от обиды пальцы наконец оторвались от его белоснежной рубашки, и руки слабо повисли в воздухе.

— Не знаю, может, я драматизирую… но, Неджи, — она сделала паузу, тяжело сглатывая ком в горле, — вся эта ситуация очень глупая и странная… Я понимаю, что это твои дела и твои проблемы, ты не хочешь меня впутывать в них, но пожалуйста, поделись этим со мной, — Сора заглянула ему в глаза, — ведь разделенное горе вдвое меньше, правда?

— Сора, дело в том, что… — он хотел было сказать, что это ему ничем не поможет, но, видя ее глаза, в уголках которых скапливалась соленая жидкость, понял, что это нужно ей — половина его горя. — Не пригласишь меня к себе?

Тыльной стороной ладони он нежно провел по ее щеке и, когда девушка неуверенно кивнула головой, сделал пару длинных шагов и прыгнул на крышу, приземлившись напротив ее окна. Теплый свет наполнял небольшую комнату, минимализм которой напоминало ему собственную.

Девушка открыла окно, пропуская его внутрь. В нос ударил запах, принадлежащий только ей: свежий и чистый.

— Только тихо — родители еще не спят, — шепнула она, оглядываясь на закрытую дверь. На это Неджи, активировав бьякуган, произнес:

— Твой отец уже заснул в кресле, а мама… — на секунду нахмурился и продолжил: — Печет какие-то булочки… — и повел носом, пытаясь ощутить запах выпечки.

Не дождавшись ее реакции, Хьюга жестом получил приглашение присесть на кровать, в то время как Сора устроилась в кресле напротив, поджав под себя ноги. Он молчал, стараясь правильно подобрать слова, и поджимал губы.

— Если ты просишь правды от меня, то я — от тебя.

— Что ты имеешь ввиду? — тихо спросила Кояма. Ей не нужно было уточнять, но это давало время на хоть какую-то передышку.

— Ты знаешь, — хмыкнул он.

— Неджи, я не говорила тебе, потому что не видела в этом смысла. Да и что мне нужно было сказать? «Неджи, кажется, я нравлюсь Итачи Учихе»? — почти шептала Сора и нервно стучала пальцами по подлокотнику.

— По крайней мере, ты должна была сказать, что он пытался поцеловать тебя, — почти выплюнул он, сведя брови на переносице. На секунду у нее перехватило дыхание, что не осталось незамеченным для Неджи. Это распалило его еще больше. — И?

— Если бы я сказала, то это бы ничего не изменило.

— Дело не в том, что именно бы изменилось. Дело в том, что ты не посчитала нужным сообщить мне об этом, — он сделал паузу, пытаясь прочитать эмоции на ее лице. — Это настолько неважно для тебя или я сам неважен?

— Нет, — выпалила она.

— Что — нет?

— Я не хотела ранить тебя, поэтому умолчала это, — девушка отвела взгляд, но Неджи, резко встав с кровати, подошел к ней в плотную и, наклонившись, заставил посмотреть себе в глаза.

С помощью бьякугана он мог почти все: видеть сквозь любые твердые объекты, анализировать мельчайшие детали, идентифицировать чакру и ее каналы. Но смотря в ее темные, кажется, бездонные глаза, Неджи не видел ничего, кроме самого себя.

— Прости, — Сора обхватила пальцами его руку, держащую ее за подбородок, — я поняла, что сделала только хуже… Ты прав: мне нужно было все сказать тебе, чтобы ты не услышал этого за моей спиной.

Долгое время, которое она пыталась скрыть детали ее отношений с Итачи, пошло против нее. Только сейчас девушка поняла на опыте, что умалчивание приравнивается ко лжи. А врать она не то что бы не умела — не могла и не хотела, но делала это неосознанно.

— Прости, прости, — шептала Сора и чувствовала, как воздух в комнате стал чуть ли неосязаемым. Неджи, поджав губы, твердо смотрел ей в лицо и сжимал пальцами подбородок. На выдохе он сделал шаг назад и нервно стал мерить шагами комнату. Чувство ревности и ненависти граничили с нежностью и желанием поцеловать ее здесь и сейчас.

— Да, слышать это от своего дяди было отвратительно, — выдал он, — но самое отвратительное это то, что таким образом он попытался придвинуть меня к свадьбе с моей двоюродной сестрой.

Сора замерла. Значит, правда. Сегодняшний утренний инцидент не был глупой ошибкой.

— И ты… — неуверенно начала куноичи и не смогла закончить, не зная, сможет ли озвучить страшную догадку в своей голове. Ты женишься? Это конец? Ты пришел попрощаться?

— Я не женюсь.

— Но почему твой дядя хочет этого?

— Потому что кто-то должен занять место главы клана. А это могу сделать только я, — не став ничего скрывать, ответил Хьюга и добавил, притрагиваясь к протектору на лбу: — Но я — всего лишь член побочной ветви, который априори не может быть главой клана. Поэтому свадьба с наследницей клана — единственно возможный вариант для дяди и совета.

— А для тебя? — осторожно спросила Сора, боясь услышать ответ.

— Сора, — парень медленно подошел к ней и уселся у ее ног, — если бы это был единственный вариант для меня, то я бы не был сейчас здесь, — и, опустив голову на ее колени, почувствовал теплые ладони на затылке.

Чувствуя накатывающиеся слезы, Кояма неосознанно обрадовалась, что Неджи не видел ее лица. Она нежно поглаживала его голову, проходясь пальцами по темным волосам, касалась протектора, зная, что под ним скрывается. Ей казалось, что она рушит его мечту — возможность изменить свой клан. Когда-то, когда Неджи ответил ей, что хочет, чтобы никто и ничто не могло предопределять судьбу человека, она знала, что он имел ввиду свой клан и разделение на главную и побочные ветви. Она знала, как он ненавидит и хочет поменять это. И становление главой клана было первой ступенью к его мечте.

— Неджи, — заговорила она после недолгого молчание, заставляя парня поднять голову и посмотреть в глаза, — пожалуйста, пообещай мне, что ты не пожертвуешь собой и своей мечтой ради меня. Хорошо?

— Сора…

— Пожалуйста! Это единственное, что я прошу! — залепетала она и в уголках глаз вновь заблестели капли.

— О какой жертве ты говоришь? — он сжал ее колени.

— Я знаю, как для тебя важна твоя мечта, — на секунду она глянула на его протектор, и Неджи все понял, — поэтому, если выхода не будет, то…

— Будет. Я же сказал, что будет, прекрати не верить в меня, — Хьюга даже отвел глаза от обиды, — я — тот человек, который может добиться желаемого любым способом. И становление главой клана — далеко не единственный путь.

Чуть помолчав, Сора наклонилась и, слегка коснувшись губами его виска, прошептала:

— Я верю в тебя.

Кожу обдало горячим дыханием, и по телу пробежала дрожь. Сухими губами он коснулся ее шеи в том месте, где пульсировала вена, и прикрыл глаза, вдыхая аромат.

Он догадывался, что третьего варианта не было, и это ставило его в жесткие рамки: либо унижение, которым вряд ли что-либо можно было добиться, либо повиновение, которое его в принципе не устраивало. Он догадывался, но не переставал верить, что выход найдётся. Что-нибудь, но он придумает. Что-нибудь, но должен. Он знал, что что-то должно было быть. Все не может обернуться таким образом.

— Позволишь остаться? — с надеждой спросил Неджи, проводя кончиком носа по острым коленям.

— Родители…

— Они спят, — в подтверждении своих слов он вновь активировал бьякуган.

Краска залила ее бледные щеки, когда та вспомнила о прошедшей ночи. Синяки от его пальцев и темные пятна на шее ей удалось залечить, но внутренняя часть бёдер все ещё немного болела. Словно прочитав ее мысли, парень добавил:

— Я не буду к тебе приставать.

— Я не об этом думала!

— Мне даже не нужно поднимать глаза, чтобы увидеть твои розовые щеки, — хмыкнул Хьюга и был рад реакции: девушка что-то пискнула, вскочила и направилась к двери.

— Я в ванную, — кинула она, не оборачиваясь лицом, чтобы Неджи не подтвердил свою догадку.

Сора не заставила себя долго ждать. С чуть влажными у лица и шеи волосами в светлых пижамных штанах и такой же футболке она аккуратно закрыла за собой дверь в комнату. Неджи уже лежал на кровати, закинув руку за голову, и смотрел в потолок.

Щёлкнув по выключателю света, она медленно прошла к кровати и, откинув одеяло, шмыгнула под него.

— Стесняешься меня?

— Нет.

— А если не врать?

— Да.

— А так? — он резко перевалился на бок так, что его лицо оказалось в паре сантиметров от ее. Ещё чуть-чуть и их носы могли соприкоснуться.

— Неджи! — шёпотом выкрикнула Сора, собираясь толкнуть того в плечо, но он ловко перехватил тонкое запястье, потянув на себя.

Глаза в глаза. Секунда — и он жадно впивается в ее чуть приоткрытые губы. Осознание того, что эти пьянящие поцелуи в праве получать только он, еще больше будоражило его. Ряд ровных зубов, шершавый язык и горячее дыхание на своих губах.

— Неджи… — выдохнула она.

— Забираю свои слова обратно.

— Какие?

— Ты знаешь, — и, запустив руку под футболку, прошёлся по гладкой коже поясницы, спускаясь ниже.

========== 19 ==========

— Хината! — выкрикнул он прежде, чем смог унять свое волнение в голосе, и быстро исправился: — Хината-сама, здравствуйте.

От неожиданности девушка чуть не подпрыгнула на месте — так незаметно подкрался ее брат. Руки и ноги готовы были трястись от смятения, окутавшего с головы до пят, и она неосознанно приложила ладонь к груди, спрашивая:

— Неджи-сан, ты знаешь?..

— Да, — коротко кивнул Хьюга, видя напуганный взгляд сестры. Она дрожала от страха выйти замуж за своего брата или не хотела становиться марионеткой в руках мужа? Зная Хинату, Неджи мог однозначно ответить, что та думала только о Наруто и то, что он подумает о ней.

— И что же делать? — почти вымученно прошептала девушка, опуская голову. Залегшие под глазами синяки говорили о том, что всю ночь она пыталась найти ответ на этот вопрос и, не найдя того, хотела услышать его от брата.

— Хината-сама, — осторожно начал Неджи в надежде, что слова выстроятся в связные предложения, — Ваш отец…

— Он сказал, что… что… — перебила она и в панике начала заикаться, пытаясь унять подступающие слезы, но ей плохо это удавалось. Неджи аккуратно положил ладонь на ее плечо, отчего она, кажется, еще больше задрожала.

— Не волнуйтесь так сильно, Хината-сама, — твердо сказал он, — я выступлю против на следующем собрании клана. Они не смогут женить нас насильно.

— Неджи-нии-сан… — залепетала девушка, заглядывая в глаза брата, и тот подумал, что она вот-вот задохнется, — Неджи, они убьют тебя, — почти на одном дыхании произнесла Хината, хватаясь за его ладонь, — не делай этого, умоляю, это не выход!

— Хината-сама, — он свел брови на переносице и тяжело сглотнул ком в горле, — этого не произойдет.

— Почему ты так считаешь?

— Если они убьют меня, то… — замолчал он и уже тише добавил: — … то некому будет выступить в качестве главы.

Он ожидал от нее вопроса, удивления, злости, но ничего не последовало кроме вымученного выдоха. Она разве не злится, что он не считает себе ровней ни ее, ни ее сестру? Не злится на высокомерие отпрыска побочной ветви?

— Ты ошибаешься, — проговорила Хьюга и, поймав вопросительный взгляд брата, продолжила: — Неджи, разве ты не знаешь?

— Знаю ЧТО?

— Даже если мы вступим в брак, — сглотнула на последнем слове она, — то ты не сможешь быть главой клана. Свадьба — всего лишь прикрытие.

— Прикрытие чего? — недоуменно спросил он, сжимая кулаки.

— Многие соклановцы… не желают видеть ни меня, ни Ханаби на месте отца, — Неджи кивнул, подтверждая, что он понял что именно она имеет ввиду, и та продолжила: — А ты для них — лучшая кандидатура. Поэтому во избежании междоусобиц внутри клана совет принял решение о нашем браке…

— Фиктивный брак, — закончил он, на что Хината только кивнула, заламывая пальцы. — Всем будут управлять старейшины, а мы будем пеленой, прикрывающей глаза наших соклановцев от деяний совет, — выплюнул Неджи. Оголившаяся правда окатила его с ног до головы холодной водой.

— Отец сказал мне, что решение уже принято и… и… — почти плакала она, сжимая ткань толстовки на груди, — и нет смысла что-либо делать… он сказал, что это предначертано судьбой…

— Предначертано судьбой? — спросил он, глядя куда-то вдаль, и сам ответил на свой вопрос: — Предначертано судьбой, что его племянник будет клеймен? Предначертано судьбой, что его племянника убьют за неподчинение? Предначертано судьбой, что его дочь будет марионеткой в руках старейшин? Предначертано судьбой ЧТО? Что предначертано судьбой?

— Неджи, прости…— шептала Хината, словно была виновата во всем том, о чем говорил брат.

— Хината-сама, за что Вы пытаетесь извиниться? За то, что мы оба родились в этом чертовом клане, где все пропитано ложью? За что Вы просите прощение? За то, что, по словам Вашего отца, предначертано судьбой?

— Мне жаль, что я ничего не могу сделать для тебя, — она подняла глаза, полные слез.

Неджи был полон ярости и, выдыхая, казалось, готов был выпустить огненный шар изо рта. В порыве он хотел, чтобы старейшины совершили то, что было решено судьбой, — убили его, и эта печать принесла хоть какой-то толк. Его рвало изнутри на куски, он хотел ощутить вкус собственной крови во рту. Он ненавидел этот прогнивший клан, отказываясь верить, что этих людей он называл соклановцами. Он ненавидел, что принадлежал клану Хьюга и этим омерзительным устоям.

Развернувшись на пятках, Неджи уверенным шагом направился к кабинету Хиаши, и Хината в исступлении схватилась за его плечо.

— Куда ты?

— Я не собираюсь подчиняться, — выплюнул он, — только не сейчас.

— Неджи, но ведь… — глотая слезы, шептала она и сжимала ткань его рубашки, — позволь мне пойти с тобой!

— Хината-сама, Вам лучше не ходить со мной, — твердо произнес он и хотел было продолжить, что ее голос все равно ничего не решает, как впрочем, и его, но наследница перебила его, восклицая:

— Это и мое дело тоже! Я не могу оставаться в стороне, когда… когда твоя жизнь под угрозой, Неджи. Я тоже хочу попробовать что-то изменить, — уже тише говорила она, — я не хочу быть марионеткой.

— А чего Вы хотите? — в лоб спросил он.

— Я… Я… Единственное, чего я хочу, это быть… — она залилась румянцем, когда перед ее глазами всплыл образ голубоглазого блондина, и Неджи договорил за нее:

— Вы хотите быть с Наруто-куном. Я вас понял. Но Вы думаете, что Ваш отец позволит этому случиться? Вы думаете, что он послушает Вас? — чуть ли не с усмешкой говорил он, и Хината сжалась в комок. Она прекрасно знала о своевольности отца, но хотела верить, что у нее что-то может получиться. Главное — сделать хоть шаг вперед к своей цели.

— Я хочу попробовать снова. Снова и снова, — задыхаясь, говорила девушка.

Неджи молчал, обдумывал ее слова. Он знал, что их шансы на победу примерно около нуля. Но если пять минут назад он был готов умереть, отстаивая свои убеждения, то сейчас, увидев порозовевшее лицо Хинаты, он представил на ее месте Сору.

Ее волосы, губы, шея. Хрупкие плечи, веснушки, родинка на груди. Всегда искренний смех, самоотверженность. Постоянная болтовня и раскрасневшееся лицо, когда он гладил ее по спине. Мог ли он попрощаться с ней, отдавшись на растерзание своим демонам?

Хьюга отцепил вжавшиеся в его плечо пальцы сестры и, строго взглянув на нее, уверенно произнес:

— Вытрите слезы, Вашему отцу не понравится, что Вы в таком состоянии.

Хината быстро провела дрожащей ладонью по щекам, и когда Неджи удостоверился, что та собралась с мыслями, они зашагали в сторону кабинета Хиаши. Длинные коридоры казались бесконечными в этом огромном поместье Хьюга, стены были пропитаны тишиной, которая вместо спокойствия вселяла панику.

Девушка осторожно шла за братом, пытаясь запомнить этот момент: широкие плечи под идеально белой рубашкой, уверенная походка, длинные темные волосы, собранные в низкий хвост. Всегда уверенный в себе Неджи Хьюга является жертвой своего клана. Справедливо ли это?

Получится ли отговорить отца? Старейшин? Увидит ли она еще раз Неджи?Неужели все нельзя изменить? Неужели у них действительно нет шансов? Неужели она и вправду ничего не может сделать?

Пройдя ещё один бесконечный коридор, они оказались напротив белых сёдзи, и Неджи с вопросом глянул на свою сестру — готова? Хината только кивнула, поджав губы.

— Войдите, — послышалось за той стороной сёдзи. Хиаши давно чувствовал их приближение и только усмехнулся очередной попытке его переубедить.

Оба Хьюга вошли в просторный кабинет. В детстве Хинате казалось, что кабинет отца — огромная песочница, где можно весело играть и получать внимание папы. Сейчас кабинет оказался судебным залом, где решалось, кто должен жить, а кто — умереть. Она вмиг потеряла дар речи, пытаясь сглотнуть ком в горле, чего нельзя было сказать о Неджи: он, стиснув кулаки, вскипал, и только воспитанное с детства самообладание помогало ему не взорваться.

— Я ещё раз повторю вам обоим, — окинув их взглядом, твёрдо сказал Хиаши и устало потёр переносицу, — все уже решено. Брак будет заключён с вашим или без вашего согласия.

— Хиаши-сама, я не буду говорить что-то о справедливости или праве выбора главе прогнившего изнутри клана, — ядовито выплюнул он, но Хиаши даже бровью не повёл. — Я был верен Вам и клану Хьюга, но я не собираюсь переступать через себя.

— Готов переступить через меня? — усмехнулся тот. — Сможешь, а?

— Да, — кивнул он, ничуть не смутившись. Хината нервно переводила взгляд то на одного, то на другого, словно они тянули одеяло, только каждый сам на себя.

— Отец, пожалуйста, я умоляю Вас, — лепетала она шепотом, — как Вы можете…

— Хината! — воскликнул он и свёл брови на переносице, пересиливая себя. Он не хотел кричать на неё, но упрямство дочери выходило за край. — Перечишь отцу? Разве я так тебя воспитывал?

— Вы учили меня отстаивать своё мнение и быть непоколебимой, как истинная Хьюга.

— И ты только сейчас решила это проявить? Это смехотворно! — цокнул Хиаши. — Вы оба ещё ничего не понимайте.

— Нет, Хиаши-сама, это Вы ничего не понимаете, — усмехнулся Неджи и сверкнул глазами, — старейшины хотят склонить всех Хьюга к своим ногам, а Вы им в этом помогаете, отдавая свою единственную дочь за какого-то отпрыска побочной ветви, — Хината осторожно посмотрела на брата, и его уверенный тон на секунду придал уверенности и ей. — По итогу никто не будет счастлив. Только Ваш совет, который и Вас вскоре спихнёт куда-нибудь восвояси.

— Перестань нести чушь, — отпихнулся Хиаши.

— А что тогда не чушь? — тот молчал, крепко стиснув зубы. — Что? Хиаши-сама?

— Ты совсем дурак? А? Неджи? Не понимаешь, какой шанс упускаешь из-за своей шлюхи?!

Хината округлила глаза, а Неджи, резко встав с колен, в полный рост посмотрел на оппонента. Его сердце ускорило ритм так, что он, кажется, слышал каждый удар. Хиаши довольно улыбнулся, вновь попадая племяннику под дых.

Хината пыталась понять, о чем говорил ее отец, и о ком он мог так омерзительно отзываться. В голову пришел только один мимолетный разговор с Тен-Тен, когда та упомянула девушку ее брата. Мол, вот же веселенькую девчонку выбрал Неджи. Тогда Хината не придала этому значение, а теперь, видя гневный взгляд Неджи, поняла: та девушка действительно многое значила для него. На секунду она даже обрадовалась, узнав, что у них обоих есть что-то общее помимо фамилии — человек, которого они любят.

— Что молчишь, Неджи? Тебе показать вновь тот отчёт, который ты с таким рвением запустил в стену? Может, тогда вспомнишь, что делала эта…

— Ещё одно слово и я забуду о самообладании, — холодно произнёс парень. — Отвечая на Ваш вопрос, могу сказать, что я не упускаю шанс, который Вы мне предоставили. Я избегаю возможности снова быть куклой в ваших руках. И мне без разницы, каким образом я этого добьюсь, — безотрывно смотря в глаза Хиаши, ровным тоном сказал он и, резко сняв протектор, добавил: — Убейте меня. Убейте! Она ведь для этого здесь, не так ли?! — ткнув пальцем на печать, воскликнул Неджи и поймал на секунду встревоженный взгляд дяди.

— Неджи! — всхлипнула Хината, хватаясь за его плечо. — Отец! Пожалуйста! — она нервно переводила взгляд туда и обратно.

— Хината, оставь нас.

— Но…

— Иди, — и под испепеляющий взгляд отца девушка медленно направилась к выходу.

Мир сегодня — это красота. С этой мыслью она спрятала руки в карманах и вдохнула прохладный воздух через нос. Она чувствовала боль в спине и шее: всё-таки спать вдвоём на одноместной кровати было сложно — Неджи постоянно давил ее своим весом. Но эта боль полностью перекрывалась его сонным лицом и хриплым с утра голосом. Щеки становились пунцовыми из-за пролетающего холодно ветра и мыслей о его горячих поцелуях.

Она медленно шагала в сторону дома Учиха, где хотела забрать забытые вещи. Прохожие то и дело шептались и удивленно восклицали, не сдерживаясь в выражениях. Прям как в дурацких фильмах. Она ёжилась, втягивая голову в плечи, от мимолётно долетающих до неё фраз: «Хьюга? Женятся? Брат и сестра? Неджи-сан! Такой молодой!». Внутри себя Сора давно решила, что доверяет Неджи на все сто процентов. И так и было. Он не мог сказать и не выполнить обещание. Это не в стиле Неджи Хьюга.

Она смотрела себе под ноги и пыталась переключить внимание с разговоров местных жителей на структуру асфальта. Увидев ноги впереди себя, куноичи резко затормозила и оказалась в десятке сантиметров от груди Итачи. На выдохе она произнесла с долей облегчения:

— Господи, чуть не врезалась в Вас снова, простите.

— Все в порядке.

— Да, — она неловко поправила волосы, — здравствуйте, Итачи-сан.

Он кивнул. Слышать ее голос было чем-то нереальным, а видеть эту привычку — заправлять прядь за ухо — вовсе сбило его с мысли.

— Как у Вас дела? — неуверенно начала девушка, пытаясь скрыть свои ранее порозовевшие щеки.

— Сносно, — коротко ответил Учиха.

Он не знал, зачем следовал за ней с самого ее дома, не оставив без внимания выскальзывающего из окна Неджи. Увидев, как девушка глубже засовывает руки в карманы и сильнее кутается в шарф, Итачи почувствовал, как сам тянется к перчаткам. Желание отдать их вдруг пересилило избегать ее.

— Сора, вот, — он, пытаясь скрыть смущение, протянул ей перчатки, — не мучай себя, бери, — Итачи чуть ли не силком впихнул их ей, на что девушка тихо сглотнула.

— Спасибо.

— Не переживай, можешь оставить их себе, — она кивнула. — Ты в порядке?

— Да.

«Хьюга женятся!» — воскликнул прохожий своему оппоненту, вскинув руки.

— Ну… Да, все в порядке, — подтвердила Сора, тоскливо проводив взглядом пару мужчин, и на секунду поникла.

Итачи только устало выдохнул. В который раз ему стало тошно от происходящего. Он был готов принять пост отца и стать главой клана Учиха, он был готов взять в жены любимую девушку и знал, что Фугаку ничего не сможет сказать против. Он был готов сделать все ради неё. А она?

— Итачи-сан, спасибо, — Кояма показала ладони в его перчатках, — сами не замёрзнете? — она покосилась на его покрасневшие руки и, схватив одну, поднесла ближе к лицу. — Ну что это такое! Кожа уже потрескалась даже! Так, срочно пойдёмте в аптеку и возьмём Вам мазь. Тут уже обычным кремом не обойтись, — и, потянув того в сторону, быстро засеменила.

Всем сердцем он хотел принять заботу и нежность, исходившие от неё, но он знал, что так сделает только хуже. Поэтому отдёрнув руку, Итачи остановился.

— Не нужно, Сора, — она вскинула брови, — пожалуйста, ты делаешь только хуже.

Молчание. Девушка недовольно прикрыла глаза.

— Простите, — тихо произнесла она, — я опять сделала глупость. Простите.

— Все образумится, нужно только время, — сказал Учиха, словно пытался успокоить сам себя. — Просто так вышло, тут ничего не поделаешь. Никто не виноват в этом.

— Вы правы, так и есть, — устало проговорила Сора. — Итачи-сан, бесспорно, я виновата. Я этого не скрываю. Но я не хочу доставлять Вам ещё больше неудобств и бередить затянувшиеся раны. Не только Ваши, но и свои, — подняв голову, она встретилась с парой чёрных глаз, вновь погружаясь в их омут. Тихо сглотнув, продолжила: — Я никогда не принадлежала к числу тех, кто терпеливо собирает обломки, склеивает их, а потом говорит себе, что починенная вещь ничуть не хуже новой. Что разбито, то разбито. И уж лучше я буду вспоминать о том, как это выглядело, когда было целым, чем склею, а потом до конца жизни буду лицезреть трещины.

Они долго смотрели друг другу в глаза, пытаясь найти себя. Секунда — и он исчез.

Комментарий к 19

Простите за количество диалогов и долгие споры в клане. Надеюсь, в следующей главе что-нибудь да решится :DD

========== 20 ==========

— Хината, оставь нас.

— Но…

— Иди, — и под испепеляющий взгляд отца девушка медленно направилась к выходу. Напоследок глянув на ровную спину брата, Хината тихо прикрыла сёдзи. Она съехала по ним спиной, держа руки на груди, и с замиранием сердца стала вслушиваться. На секунду она пожалела, что оставила Неджи один на один с отцом, словно бросила его на растерзание в клетку с тигром. И только вера в брата давала ей надежду.

Не пошевелив ни одним мускулом, Неджи продолжил с вызовом смотреть в глаза главе клана и сжимать протектор в руке. Он был на грани отчаяния. Ему казалось, что печать обжигает кожу, давит, стискивает виски. И без действия бьякугана его вены вздулись, и зрачки приняли более отчетливый вид.

— Неджи, — вмиг морщины на лбу Хиаши разгладились, лицо приняло усталый вид, — я не желаю тебе зла.

— В таком случае, что это?

Хиаши молчал, собираясь с мыслями. По его лицу было видно, что в нем происходит внутренняя борьба: лгать или сказать правду? Этот извечный вопрос, мучающий каждого, не имел однозначного ответа.

— Если вы не вступите в брак, — он сглотнул, — то мне придется поставить печать Хинате. Ты знаешь, ее не особо любят в клане из-за ее слабости. Но что я мог сделать? Мне пришлось дать согласие на этот брак, — вымученно сказал Хиаши и с надеждой посмотрел на племянника — тот был непоколебим. — Ты хочешь добиться того, что Хината будет клеймена, а ты — мертв?

В горле резко пересохло, и печать словно вновь загорелась. Он не хотел, чтобы на сестра была таким же, как он.

— Не пытайтесь вызвать у меня жалость, сочувствие или страх смерти. Я этого не боюсь. И если Вы до сих пор не осознали, что старейшины таким образом возьмут власть в свои руки, и Вы будете с нами в одной лодке, то мне не о чем больше говорить, — выдохнул Неджи и разжал кулаки.

Он устал спорить. Здесь он сделал все, что мог. Теперь очередь за Хиаши. Если тот не примет действий на следующем совете старейшин, то Неджи примет их сам.

За белыми седзи он застал сестру, руки которой нервно сжимали ткань толстовки. На бледных щеках блестели соленые дорожки, а сама Хината, кажется, была готова вот-вот задохнуться. Она все слышала о печати, и Хиаши об этом знал, намеренно не понижая голоса. Он хотел, чтобы она знала на что идет, решаясь противиться совету старейшин. Он хотел вызвать страх и безропотное подчинение.

— Хината-сама, — осторожно начал Неджи и, ухватившись за ее локоть, поднял с холодного пола, — Вам не стоит тут сидеть, пойдемте.

— Куда? — почти неслышно прошептала она и обхватила пальцы брата, словно боясь потерять его.

— А куда хотите? — неуверенно спросил джоунин, на что девушка уже более громко ответила:

— Хочу познакомиться с ней.

Неджи ничего не ответил, но понял по ее красноречивому взгляду, о ком шла речь. Сора. Конечно, она. Вероятно, Хинате было любопытно, какая девчонка была способна хоть чуточку растопить сердце ее всегда неприступного брата, и Неджи даже чуть улыбнулся, представляя этих двух с красными щеками, только от волнения сестра бы молчала как мышка, а Сора, превратившись в пулемет, не затыкалась бы ни на секунду.

Когда они вышли из квартала Хьюга, Хината робко опустила руку брата, на которую опиралась. С ним она всегда чувствовала себя более уверенно и, несомненно, защищено. Она глянула на него из-под ресниц, отмечая про себя его внешность. Не зря куноичи делились на два лагеря: кто-то носился за Учихой Саске, а кто-то — за ее братом, Неджи Хьюга. Однако ни у тех, ни у других не выходило покорить своего кумира, поэтому девушкам оставалось томно вздыхать, когда Неджи или Саске проходили мимо. Хината порой была горда собственным братом, когда замечала заинтересованные взгляды куноичи, направленные на него. Конечно, сам Неджи не посчитал бы внешность его главной заслугой, он скорее бы ориентировался на свои успехи в мире шиноби.

Молча дойдя до небольшой развилки, он остановился около высокого фонаря. Хината оглянулась и только сейчас заметила, как далеко они успели уйти. Когда она находилась вдалеке от своего квартала, было легче дышать. Словно и не было клетки, в которой она всегда себя ощущала.

— Ты куда? — встрепенулась Хьюга.

— Вы же хотели познакомиться с ней.

— А-а-а, — только и выдала она, не совсем понимая смысла его слов то ли от пережитого стресса, то ли от того, что Неджи как обычно говорил тезисами.

Он скрылся за стенами домов и, кажется, не спешил возвращаться. Хината терпеливо ждала, переминаясь с ноги на ногу, и мысленно давила в себе желание воспользоваться бьякуганом. Все-таки она хотела бы впервые увидеть девушку Неджи во всех цветах, а не черно-белый силуэт. Внутри сидел назойливый червячок, постоянно юлящий из стороны в сторону, подсказывая, что она уже где-то слышала это имя. Сора. Сора. Что-то знакомое, но Хината не могла вспомнить. Еще бы чуть-чуть, и она топнула бы ногой, но на горизонте появился брат, а рядом — хрупкий силуэт девушки. Хината трепетно сжала рукава кофты и, опустив взгляд, принялась краснеть. Новые знакомства ей всегда давались с трудом и не обходились без пунцовых щек. К тому же, Сора явно слышала о глупостях насчет их свадьбы. Как она восприняла это? Не злится ли она на Хинату?

Когда они оказались в паре метров друг от друга, Хината наконец подняла глаза. Сора выглядела чуть более взволнованной, чем ей представлялось. Подол платья развевался под теплым кардиганом, открывая стройные ноги в черных колготках. Длинные, собранные в хвост, волосы, аккуратные серьги, легкий макияж. Она была такой женственной и хрупкой, что Хината почувствовала себя неудобно, стоя перед ней в растянутой толстовке и простых штанах. Она вмиг сделалась еще более розовой, понимая, что совсем не учтиво молчит и разглядывает девушку.

— Привет, — первой отозвалась Сора, подметив замешательство Хьюга, и дружелюбно протянула руку со словами: — Сора.

— Хината, — в тон ей ответила куноичи и, кинув взгляд на брата, пожала ее ладонь.

— Вот и познакомились, — улыбнулась Кояма, и выглядела она чуть более уверенно, чем Хината.

Когда Неджи тихо постучался в ее окно, она вальяжно разлеглась на кресле и, закинув ноги на подлокотник, медленно перелистывала странички книги. Сосредоточиться на чтении было сложно, в голове постоянно маячили мысли о насущных проблемах. Ей казалось, что романтика, покоящаяся на бумаге, поможет отвлечься, но все попытки были тщетны. Поэтому появление Неджи стало маной небесной.

Неловко спрыгнув с кресла, Сора быстро прикрыла дверь, чтобы родители не застали нежданного гостя. Хьюга сам приоткрыл створку и без усилий пролез, тихо ступая на пол.

— Вечер добрый! — улыбнулась Сора и заправила прядь волос за ухо. Неджи только кивнул. Всё-таки не любил он здороваться.

— Как ты себя чувствуешь? — он сделал пару шагов навстречу. Теперь она чувствовала жар от его груди и запах порошка.

— Все н-нормально, — сглотнула девушка, — а что может быть не так?..

Хьюга молчал, разглядывая ее бледное лицо. Проведя пальцем по скулам, отметил, что некогда яркие веснушки совсем побледнели, сливаясь с кожей. Под глазами залегли синие пятна. Он пытался запомнить каждую деталь, думая, что больше такой возможности может и не быть. Нет, он был уверен в успехе, он хотел верить в это, но зная, что нужно учитывать и плохой вариант событий, был готов ко всему.

От его прикосновений по коже пробежал рой мурашек, а когда подушечки пальцев коснулись ушной раковины, ее словно обдало легким разрядом. Сора перехватила его ладонь и чуть сжала. На миг она увидела в его серых, почти бесцветных глазах долю сожаления. Ей показалось, что он прощается. Он выглядел так, словно это их последние минуты. В горле мгновенно пересохло.

— Неджи? — неуверенно начала Кояма. — Ты?..

— Нет, — перебил он.

— Все в порядке?

— Пока да, — ему не хотелось скрывать что-то, преподнося ей какие-то слова в красивой упаковке. — Нас ждут.

— Мм?

— Моя сестра, — и, чуть помедлив, добавил: — Хината.

Он был уверен, что Сора адекватно воспримет Хинату, не взирая на какие-либо слухи, которые крутились по всей деревне насчёт свадьбы Хьюга.

— Тогда давай поспешим!

Она быстро откинула его руку, которая до этого покоилась на ее спине, и стала судорожно рыться в шкафу. Ей хотелось хорошо выглядеть перед его сестрой. И, достав очередное платье, приложила на себя и обернулась к Неджи.

— Ну как?

— Хорошо.

— Ты даже не взглянул! — нахмурилась Сора.

— У меня бьякуган, — расположившись на кресле и прикрыв глаза, произнёс Хьюга.

— Но ты его даже не активировал.

Молчание. Ему и не нужно было использовать бьякуган — он чувствовал каждое ее движение, каждый глубокий вдох и выдох, каждый скребок ногтей по капроновым колготкам. Девушка, шумно фыркнув, продолжила копаться среди вещей и, когда нужный наряд был найден, смущенно произнесла:

— Неджи.

— А?

— Закрой глаза и не смотри.

— Они и так закрыты, — хмыкнул он.

— Ну а ты не открывай! — она принялась медленно стягивать футболку и одним глазком наблюдала за парнем, чтобы тот не нарушил правило. Он нарушил.

— О.

— Неджи! — воскликнула Сора, кинув в него свою футболку, которую тот без труда поймал.

— Ладно, ладно, не буду смущать, — и, положив ладонь на глаза, демонстративно отвернулся.

Неджи также вышел через окно, Сора — по-человечески. Они быстро добрались до их привычного места встречи. Хината стояла, опустив руки в карманы. С каждым шагом сердце начинало ускорять темп, и Сора чувствовала явное волнение.

— Она не кусается, — Неджи улыбнулся краешками губ и почти невесомо прошёлся по ее плечу. Сора кивнула.

— Привет! — сразу представилась она и смущенно провела рукой по волосам, замечая заинтересованный взгляд серых глаз. — Сора.

— Хината, — та неловко пожала ладонь. Ее голос был намного тише Соры, и она ещё больше смутилась, посчитав себя слишком громкой.

— Вот и познакомились, — более уверенно выдала она. — Вы очень похожи с Неджи!

— Чем же? — спросил он, и девушка, хмыкнув и промычав что-то, ответила:

— Ну-у, — она переводила взгляд с брата на сестру и жалела, что сказала первое что попалось на ум, — глаза!

— Оригинально, — в своей манере сказал Неджи, на что получил хмурый взгляд Соры.

— Нет, забираю свои слова обратно: совсем разные. Совсем. И как ты можешь быть братом такой милой девушки… — и, ткнув его в бок, обратилась к молчавшей Хинате: — Может, прогуляемся?

Хьюга кивнула, и они непроизвольно зашагали в сторону центра. Хината больше всего боялась молчания, которое обязательно должно было повиснуть, ведь она знала, что брат никогда не попытается поддержать, а тем более, начать разговор, а ей просто не хватит смелости сделать что-либо из этого. Но ее страх неожиданно был развеян.

— Хината, — кашлянув, Сора добавила, неловко улыбаясь: — Могу я так обращаться?

— Д-да, конечно, — Хьюга это ещё более заставило покраснеть.

— Хината, хоть ты мне скажи! Я уверена, ты знаешь это — где Ли-сан берет такие замечательные костюмы?

— Костюмы? — задумала она. — Зелёный костюм, в котором ходит он и Гай-сенсей?

— Именно!

— Ох, — куноичи поняла, что ее застали врасплох, — это лучше спросить у нии-сана, всё-таки он с ними в одной команде довольно давно.

— Он мне не говорит, — хмыкнула она и, вновь заглянув через Неджи, так как он шёл по центру, обратилась: — Тогда, может, уговоришь своего брата, чтобы он устроил со мной спарринг?

— Обычно он не отказывает в таких вещах, — она посмотрела на Неджи и не заметила в нем ни одну эмоцию.

— Он говорит, что…

— Вообще-то я все ещё здесь, — наконец произнёс Хьюга.

— Да, так вот…

Сора принялась рассказывать новоиспечённой знакомой о том, как Неджи отказывается устраивать с ней спарринги, потому что в последний раз он закончился тем, что девушка упала в обморок и стукнулась головой о камень, чудом уцелев. Ей было неловко так заканчивать поединок, но делать было нечего — она была без сознания. А Неджи, будь он неладен, теперь отказывался даже бегать с ней, боясь, что загоняет ее до смерти. Хината только тихо посмеивалась, видя закатанные глаза брата и восклицавшую куноичи с ее активной мимикой. Так вот какие девушки нравятся ее брату — полные жизни, эмоций и чувств. Хьюга улыбнулась, заметив, как Неджи аккуратно взял ладонь Соры в свою, словно пытаясь утихомирить.

— А Неджи мне тогда говорит: «Сора, тебе следует больше и усерднее тренироваться, потому что ирьенин — такой же член команды, как и все», — точь-в-точь копируя строгий голос парня, произнесла куноичи. — А я ему отвечаю, мол, Неджи, я буду работать в больнице, какие тренировки, ты о чем… В общем всеми силами пытался приобщить меня к тренировкам, но без него, потому что он боялся загонять меня до полусмерти. Хотя думаю, у тебя бы это вышло в первый же день, да?

Неджи только пожал плечами, а Сора продолжила свою бесконечную болтовню. Ему долго не могло прийти на ум, кого она ему напоминает, но взглянув на Хинату и ее одобрительную полуулыбку, наконец понял. Она была воплощением Наруто: также болтала без умолку без какой-либо реакции со стороны оппонента. Она могла просто говорить и говорить. И если бы заместо Неджи появилось ходячее дерево, то она бы и не заметила подмены. Кажется, Хината тоже это поняла и кивнула ему.

Несмотря на своё бесстрастное лицо, он впитывал каждое слово Соры, наслаждаясь звонким смехом и изменяющемуся тембру, когда она кого-то пародировала. Ему не верилось, что он шёл по улицам Конохи вместе с ней и сестрой, на которой он должен был… Нет, не должен. Неджи встряхнул головой.

— Неджи? — сказала Сора и коснулась его плеча свободной рукой. Он обернулся. — Я всё-таки замучила тебя своей болтовней?

— Нет, с чего бы, — и улыбнулся. Хината хихикнула.

— Тогда это прекрасно, — чуть сощурившись, ответила Кояма и неосознанно потерлась щекой о плечо парня, но быстро отстранилась. Неджи довольно улыбнулся.

Хината, видя влюблённые глаза Соры, ее неловкие и почти невесомые касания, хихикала про себя. Она поняла, что ей до жути нравится наблюдать за ними и видеть, как ведёт себя ее брат, и как девушка управляется с ним. Было забавно наблюдать за строгим лицом Неджи и смеющимися, всегда растянутыми в улыбке, губами Соры. Рядом с ним она выглядела еще нежнее и игривее, дополняя его.

Хината, никогда ранее не видя брата с какой-либо девушкой, была уверена, что никогда больше не застанет его ни с кем кроме Соры. Почему-то она была в уверена на все сто процентов. Это подтверждалось тем, как он отвечал ей — коротко, старался строго, но ничего не выходило. Кажется, он не мог ничего с собой поделать. По крайней мере, так показалось Хинате, которая отметила мягкость в голосе брата, и была это удивлена. Казалось, перед ней предстал другой Неджи. Не тот, которого она всегда знала. Или она не знала его вовсе?

Комментарий к 20

Заметила, что случайно отключила в предыдущих частях публичную бету. Прошу прощения. Буду рада исправлениям!

Ещё мне кажется, что я немного тяну кота за хвост. Но надеюсь, мне только кажется :DDD

========== 21 ==========

— Тогда это прекрасно, — чуть сощурившись, ответила Кояма и неосознанно потерлась щекой о плечо парня, но быстро отстранилась. Неджи довольно улыбнулся.

Неджи и Хината одновременно были похоже и одновременно — нет. Главное различие состоялось в глазах: у первого они были серые с едва уловимым светло-лиловым оттенком, излучающие непоколебимую уверенность и местами дерзость, в то время как у второй они напоминали скорее легкое облако с присущей ему мягкостью и кротостью.

Неужели судьба распорядилась таким образом, что эти двое должны были соединиться узами брака? Судьба ли это или приказ их клана? Неужели это нормально — подвергать своих детей велению старейшин? Эти вопросы кружили в голове Соры при одном взгляде на Хьюга, но больше ее волновал вопрос: что будет Неджи, если он не склонит голову?

Она боязливо взглянула на него снизу вверх, но тут же отвлеклась на вопрос Хинаты. Когда он сказал, что их ждет не кто-то, а его сестра, Сора на долю секунды почувствовала себя героиней глупой книжки с сюжетом, держащимся на нелепом любовном треугольнике. Однако эта мысль продолжила сидеть внутри головы, изворотливо прячась, но давая всякий раз повод откинуть очередной наряд в поиске лучшего. Ей хотелось предстать перед Хинатой в своем лучшем виде. Но когда она увидела смущенное выражение лица Хьюга, услышала ее легкое заикание при разговоре о неком Наруто, она поняла, что сердце Хинаты давно отдано другому человеку. После этого груз вины на себя опустился на ее плечи. И как она могла отдаться чувству ревности к сестре Неджи? К сестре! Но в то же время на сестрах не женятся… И что за любовный треугольник она себе состроила?

Любовный треугольник — что может быть смешнее и нелепее? Один нравится другому, а этому другому нравится третий. Бред.

Сора прикусила губу, чуть сильнее сжав пальцами ладонь Неджи.

Это действительно бред. Бред, который она сама устроила и в котором по уши увязла. Слова, сказанные Итачи, несомненно, были правдой. Чувства, некогда теснившие ее девичью грудь, ослабли, и при одном взгляде на Итачи ей не хотелось прижимать руку к груди и ощущать учащенное сердцебиение. Она хотела, чтобы это чувство первой влюбленности оставалось в ее памяти таким — легким и нежным, прямо как его поцелуи, оставленные на ее загорелой коже.

Она знала, что когда-то делала выбор между дружбой, которую можно наполнить любовью, и влюбленностью, в которой не было и намека на дружбу. Ей было важно, чтобы любимый человек был в первую очередь ее другом — человеком, которому она могла и хотела открыться, с которым она могла быть собой и никем другим. Поэтому она была не уверена, что сможет любить Итачи на таких основаниях. Но ее ошибкой было то, что она не дала ни ему, ни себе шанса убедиться в этом. Обрубила все чувства, словно их вовсе и не было.

— Сора-сан! — воскликнул Ли, когда та переступила порог небольшого уютного заведения.

Тен-Тен, которую встретили брат и сестра Хьюга и Сора, привела их к небольшой компании чуть ли не силком. За широким низким столом сидел третий член команды Гая — Рок Ли, рядом с ним что-то весело рассказывал блондин с ярко-голубыми глазами, при виде которого лицо Хинаты вмиг порозовело. Она внутреннее выдохнула, видя за столом и свою команду — Кибу и Шино, и стала пробираться к ним.

Сора разжала пальцы, сжимающие ладонь Неджи, не желая привлекать еще больше внимания, но тот только покосился на нее и не позволил этого сделать. Они тихо прошли к столику, и их сцепленные ладони словно горели от переизбытка глаз, направленных на них. Девушка неловко поежилась, в то время как Хьюга и бровью не повел.

Все внимание на секунду было обращено на вошедших. Их интересовала то ли новенькая в их компании куноичи, то ли присутствие самого Неджи и Хинаты, о свадьбе которых они, несомненно, слышали. Но кажется, каждый понял, что последнее лучше не озвучивать вслух, поэтому первым отозвался Киба, обращаясь к Соре:

— Так, так, — ехидно начал он, — и кто же это у нас тут такой появился под ручку с Неджи?

— Киба! — чуть ли не взвизгнула она и смущенно заулыбалась.

— Киба-кун, ты знаешь Сору-чан? — осторожно спросила Хината у друга, на что тот утвердительно закивал.

— Да, мы друзья детства, — он глянул на Кояму. Хината подумала что-то о том, как тесен мир, но не озвучила вслух.

— Приятно познакомиться! Сора, — представилась куноичи и обвела компанию взглядом. Первым подорвался Наруто.

— Привет! Наруто! — он дружелюбно протянул через весь стол руку. — Не знал, что у Неджи… что ему кто-то нравится, — и почесал затылок, стеснительно улыбаясь.

Хьюга подумал, мол, вот оно, встретились два клона, и усмехнулся. В голове его сестры пронеслось то же самое, на что девушка также заулыбалась.

— У Хьюга Неджи любовь всей жизни появилась, — вдруг начал Шино в своей привычной манере и также резко замолчал, считая, что тем самым поприветствовал девушку.

Сора сглотнула ком в горле. Такое всеобщее внимание ее смущало, и Неджи не мог этого не заметить. Ему самому стало тошно от того, что они всё-таки пошли с Тен-Тен, и оказались в этой пучине вопросов и взглядов.

— Так во-о-от какие девушки привлекают нашего Неджи! — игриво прощебетала Тен-Тен и в ожидании реакции оглядела всех вокруг.

— А ты как будто бы раньше не видела их вместе! — воскликнул Киба.

— Видела, конечно, — фыркнула та, — просто каждый раз удивляюсь, что у нашего господина Неприступность появилась дама сердца.

— Господин Неприступность? — со смехом повторила Сора и глянула на парня. — Неджи, это твоё второе имя?

Хьюга осталось только наблюдать за растянутыми в улыбке губами девушки и слышать всеобщее хихикание.

— Думаю, тебе не стоит рисковать так называть меня, — уклончиво ответил он, на что Сора, вскинув брови, ответила:

— Правда? А как лучше? Господин Молчун, а?

— Господин Молчун? — сразу подхватил Наруто. — Это про него, да, да, даттебае! За первое место по молчаливости постоянно борется он и Саске! Ты знаешь Саске? Такой высокий оболтус.

— Саске-сан? Да, знаю, но я бы не назвала его оболтусом, — отозвалась Сора, — он скорее… зануда.

— Даттебае, да ты читаешь мои мысли, Сора-чан, — Наруто покачал головой и в подтверждение своего восхищения добавил: — Это слово полностью описывает Саске и Неджи!

— Сладкая молчаливая парочка.

— Именно, — согласился блондин.

— Не слишком ли много болтунов на квадратный метр, — скорее самому себе, чем присутствующим, сказал Неджи и оглядел обоих, которые уже нашли общий язык и принялись что-то живо обсуждать, то и дело заливаясь смехом.

Ему не пришлось помогать Соре влиться в коллектив — она сама с этим справлялась лучше, чем кто-либо. Впрочем, Хьюга сам не был мастером в таких делах, поэтому коммуникабельность девушки была ему кстати. Он посмотрел на перекинутого через весь стол Наруто, который что-то активно рассказывал куноичи и всячески жестикулировал, а Сора под стать ему энергично отвечала. Неджи крепче сжал ее ладонь и выдохнул, представляя, сколько ему придется терпеть этот смех у самого уха.

Он отпустил ее ладонь, но не дал остаться без своих прикосновений и секунду — перевел руку на колено, чуть сжимая его. Если бы не стол, который полностью прятал нижнюю часть туловища, внимание компании сразу бы направилось на его заигрывающее движение. Сора мгновенно покраснела.

— Не волнуйся, — одними губами произнес Неджи, и девушка робко отвела глаза обратно на Наруто.

Его ладонь забралась под подол платья и стала поглаживать ноги, обтянутые черными колготками. Когда он ущипнул ее, Сора сжала губы и резко обхватила его запястье, не давая сделать ни малейшего движения. Неджи только усмехнулся.

— Слушай, а откуда ты знаешь Саске, Сора-чан? — спросил Наруто, с характерным звуком втягивая лапшу.

— Я работала в поместье Учиха ирьенином, там и узнала, — ответила та и сделала большой глоток воды. В помещении стало жарко. Кожа под его ладонью покрылась испариной.

Неджи, услышав эту фамилию, непроизвольно сжал пальцы на ее бедре. Ему все еще тяжело было думать о словах, написанных на том чертовом отчете.

— А Саске ничего про тебя не рассказывал!

— Ну было бы странно говорить о человеке, который вылечил его… — и запнулась, понимая, что чуть не сболтнула лишнего.

Неджи скользнул рукой по внутренней части бедра.

— Его?.. — продолжил Наруто и пристально поглядел в ее глаза. Ему до жути стало интересно, чем же мог болеть его непобедимый друг. — Сора-ча-а-ан, ну!

Она сглотнула ком в горле, когда он принялся водить круги пальцами.

— Извини, не могу. Не хочу, чтобы Саске-сан стал еще более недовольным, чем есть сейчас.

— Да куда уж хуже…

С идеально прямой спиной, смотря четко перед собой, Неджи довольно хмыкнул, когда почувствовал, как она резко сжала ноги. Ее щеки наверняка пылали, и он решил переместиться обратно на колени, чтобы не заставлять голос девушки дрожать еще больше. Но ему стоило признаться, что такое занятие было куда веселее и интереснее, чем бесконечно льющиеся истории Наруто.

Когда ребята выползли из душного помещения на улицу, из их ртов поплыл пар. Хината обхватила себя руками, пытаясь унять дрожь.

— Ну кто ж так одевается в такую погоду! — воскликнул Киба и в это же мгновение накинул на плечи Хьюга свою куртку.

— Ты ведь замёрзнешь, — робко произнесла она, оглядываясь в поиске Наруто. Что он подумает, если увидит ее в куртке Кибы?

— Все в порядке, — только отмахнулся он.

— А давай на перегонки? — подключился Наруто, вызывающе смотря на Ли, который, широко улыбнувшись, вытянул большой палец вперёд со словами:

— Замётано! — и они убежали, сверкая пятками.

Неджи покачал головой, наблюдая за спиной Наруто и Хинатой, смотрящей в сторону блондина. Ну как можно быть таким глупым? Как можно не замечать того, кому ты нравишься? Ему оставалось только гадать.

— Неджи? — она прикоснулась к его плечу пальцами, чуть сжимая его. Невинный взгляд снизу вверх, чуть приоткрытые губы. — Проводи Хинату, я пойду.

— Нет, давай вместе.

— Нет-нет, вам вообще в другую сторону, — девушка замахала руками и головой из стороны в сторону. Ей не хотелось, чтобы Хината оставалась одна, ведь она не была уверена, что Киба или Шино ее проводят.

— Я провожу, не волнуйся, — и, закинув руку на плечо подруги, Киба заговорил уже тише: — Ну что, расскажешь мне наконец все. А то я уже себя твоим другом не считаю. Как могла такое скрыть! — он кивнул в сторону Неджи, на что Сора только фыркнула, толкая того в бок.

— Ну и? — когда они отошли на приличное расстояние, повторил свой вопрос Киба.

— Что?

— Н-Е-Д-Ж-И, — по буквам произнес он и закатил глаза. Девушка задумчиво провела пальцами по подбородку, не зная с чего начать и что именно хочет услышать ее друг.

— Мы встречаемся.

— О боже мой, я это понял, — выдохнул Инузука, — я имею ввиду что вы собираетесь делать с этой нелепой помолвкой или свадьбой, не знаю что у них там.

Плечи девушки опустились, и она чуть сгорбилась, словно пыталась закрыться от ответа на этот вопрос.

— Неджи сказал, что все решит.

— Неджи сказал, Неджи сделал! И что он сделает против старейшин? Попросит передумать?

— Не знаю, — тихо произнесла Кояма, пожав плечами, а Киба продолжил свою тираду:

— Ты ж понимаешь, я не за него беспокоюсь, — и, увидев вопросительный взгляд подруги, быстро добавил, чуть смутившись: — Хината.

— А-а.

— Слушай, я не думаю, что у Неджи что-то выйдет, если он пойдет в лоб с таким вопросом. Я вообще не особо смыслю в делах их клана, но его печать… — он ткнул себе в лоб пальцем, — это плохая штука.

— Ты думаешь, они?.. — она остановилась и сжала пальцами края рукавов.

— Эта штука все решает. Хината как-то сказала, что любой из главной ветви может убить члена побочной, а все из-за печати. Не уверен, но есть все шансы, что они используют ее на Неджи, если тот всерьез воспротивится.

В ушах застучало. По спине пробежался холодок. В глазах застыла паника, и Киба схватился за ее плечо. Грубо, но действенно он встряхнул Сору.

— Эй, я не утверждаю, что так и будет, — сразу замешкался он, — просто озвучиваю свои догадки.

— Я понимаю, — и, сделав глоток воздуха, в надежде добавила: — Что я могу сделать?

— У меня спрашиваешь? — удивился Инузука, но видя ее состояние, поспешил ответить: — Поговори с ним! Спроси, каким образом он хочет добиться того, чтоб их послушали. Хината ведь тоже не хочет этого! Неужели Хиаши не послушает собственную дочь?

— Я не знаю! Он говорит, что все решит. Говорит, что все в порядке… Я не думала, что все может так обернуться… Я говорила ему, что если их не послушают, то лучше согласиться, иначе… Я не думала, не думала… — чуть не задыхаясь, восклицала девушка.

Он заметил блестящие дорожки на ее щеках. Потянув к себе, слегка обнял, чувствуя, как она дрожит всем телом. Ему хотелось ударить себя в лоб за то, что поднял эту тему. Он не думал, что выплеснет свое самое худшее опасение, совсем не подумав о Соре! Импульсивность, часто берущая верх над разумом, часто доставляла ему проблемы, и с этим нельзя было не согласиться.

— Он был у Хиаши-сама… Но пришел какой-то расстроенный или серьезный. Наверное… Наверное, он ему отказал. Киба? — она подняла голову с его груди, заглядывая в глаза. — Что это значит? Я ведь говорила ему! Я не могу… Я не могу держать его, зная, к чему это может привести. Ты понимаешь?

— Понимаю, успокойся, — он сжал ее плечо, — я тебе наговорил какую-то чушь. Это всего лишь догадки. Лучше спроси у Неджи и не делай преждевременных выводов. Поняла? — выделил он последнее слово и с нажимом посмотрел на нее. Девушка кивнула, закусывая нижнюю губу.

— Тогда я пойду, — она сделала попытку вырваться, но Киба только сильнее схватил ее за плечо, строго добавив:

— Утром сходишь к своему ненаглядному! Нечего по ночам шастать по домам парней. А сейчас домой! — и потянул в сторону, в сотый раз жалея о сказанном.

Предложение Кибы насчет того, что следует переждать ночь, было не самым лучшем: всю ночь она проворочалась, сон вовсе решил ее покинуть. И как тут уснуть, когда всякий раз, как она закрывала глаза, вставал образ Неджи с горящей печатью на лбу. Сора не знала, каким образом та работает, но ей казалось, что отметина горит, и вместе с ней плавятся виски.

Всякий раз она прокручивала в голове все взгляды, все слова, произнесенные им за последние дни, и все больше находила подтверждений, что он прощался с ней. Он смотрел слишком долго, держал ладонь слишком крепко, его поцелуи были слишком чувственными, а губы — горячими. Возможно, Сора натягивала факты за уши, но чувствуя громкий стук сердца и видя перед глазами гримасу боли на лице Неджи, она еще больше убеждалась в словах Кибы.

Неджи был собственником своей жизни и своей судьбы. Только ему было позволено решать, как он должен распоряжаться своей действительностью. Но осознание того, что она могла хоть как-то повлиять на его выбор, давало надежду, что самого кошмарного исхода событий можно было бы избежать. Ей было не важно, каким именно путем она отговорит его — будет кричать, плакать, угрожать или молить. Был важен только конечный исход.

Только под утро Кояме удалось уснуть, но всего на пару часов. Ее разбудил страх, не отпускавший даже во сне, и она быстро вскочила с кровати. Стрелка часов показывала семь утра. У нее был шанс застать его дома, поэтому Сора впопыхах умылась и, ляпнув что-то матери об утренней тренировке, помчалась в сторону дома Неджи. К счастью, в этот раз она прямиком вышла к оранжевым ставням. Ступая через две ступеньки, она промчалась пару пролетов. Как только ее лицо оказалось около знакомой двери, та в мгновение ока распахнулась, выдавая хозяина квартиры.

— Вот это доброе утро, — поздоровался он, оглядывая ее запыхавшееся лицо. Еще бы недавно Сора отметила, что тот наконец-то поздоровался, желая доброго утра, а не как обычно хмыкнул, но сейчас она этого даже не заметила.

— Прости, что рано, — быстро начала Кояма, — могу пройти?

Неджи сделал шаг назад, закрывая за ней дверь. Внезапность ее появления была нарушена еще тогда, когда он активировал бьякуган, чтобы посмотреть, как далеко за кухонный гарнитур упала вилка.

— Неджи, — сказала девушка, и он внутренне улыбнулся, вновь слыша свое имя из ее уст. — Пожалуйста, давай договоримся, что будем говорить честно?

— Хорошо, — неожиданно согласился Хьюга. Ее взволнованное лицо заставило его свести брови к переносице. — Что произошло?

— На что способен клан Хьюга?

— На многое, — чуть помолчав, он добавил с привычной ему жесткостью: — Зачем ты это спрашиваешь?

Сора прикрыла глаза, но уже через секунду, собравшись с мыслями, распахнула их и впилась в его лицо, губы, которые не должны были лгать.

— Что следует за неповиновение?

— Чего ты хочешь?

— Просто ответь мне на вопрос.

— Наказание.

— Какое? — попытавшись придать голосу твердость и скрыть страх, спросила она.

— Может, ты перестанешь выуживать из меня информацию и наконец скажешь в чем дело?

— Они убьют тебя? — не медля, произнесла Сора на выдохе. Унять дрожь в голосе не удалось.

— Это тебе твой собачник сказал? — огрызнулся он и сжал ладони.

— Неджи, ответь на вопрос.

— Он тебе и про печать Хинаты сказал? — Сора сглотнула, пытаясь не выдать то, что впервые об этом слышит. — И что, стало жалко бедняжку?

— Мы договаривались быть честными друг с другом.

Он замолчал. В горле резко пересохло, он видел ее блестящие глаза и свое отражение в них. Взяв ее ладонь в свою, произнес:

— Я не позволю этому случиться.

Самое страшное, что она могла услышать, она услышала — подтверждение догадок Кибы и ее собственных страхов. Девушка не знала что говорить, что делать, как себя вести. Эти вопросы превратились в дрожь, которая одним всплеском прошлась по позвоночнику. Неджи долго смотрел в ее глаза, но ничего, кроме пустоты, не видел. Страх словно парализовал ее.

— Сора?

— Каким образом ты не позволишь этому убить себя? — он молчал, сжимая ее безжизненную ладонь. — Ты надеешься на удачу?

— Я надеюсь на себя. Я всегда надеялся только на себя и продолжу это делать. У меня нет другого выбора.

— Почему ты не хочешь вступать в брак? — спросила Кояма, и Неджи сжал губы.

— Если ты не знаешь ответ на этот вопрос, то мне не о чем говорить с тобой, — выплюнул он и откинул ее руку.

Сора осталась стоять без движения. Кажется, ее щеки еще больше впали, а кожа сделалась по цвету сродни мелу. На одном дыхании она сказала:

— Тогда нам нужно расстаться.

— Что?

— Это будет лучшим решением, — сглатывая, произнесла Сора и сделала шаг назад.

— Перестань нести чушь! — Неджи сделал шаг вперед, вставая вплотную. Она ощущала своей грудью его и, опустив голову, боясь посмотреть в глаза, сказала:

— Неджи, я действительного этого хочу.

— Я тебе все сказал, — Хьюга резким движением поднял ее голову за подбородок, — я не…

— Давай расстанемся.

— Назови хоть одну причину.

— Я все еще не испытываю к тебе романтических чувств.

— Врешь.

Она почти задыхалась, и Неджи это заметил, прижимая ее тело к двери.

— Мне всегда нравился Итачи-сан.

— Нет.

— То, что сказала Судзуки-сан, это правда, — быстро говорила она, словно скорость произнесенных ею слов была решающим фактором. — Он хотел поцеловать меня, а я…

— Хватит.

— … я хотела этого… — говорить правду оказалось еще сложнее, чем ей казалось.

— Я сказал — хватит! — и резко ударил кулаком в дверь прямо около ее лица, и Сора ожидаемо вздрогнула всем телом. Его светло-серые глаза потемнели, впиваясь в ее губы, которые обдавали его ложью с головы до ног. — Если ты скажешь еще хоть слово…

— Давай расстанемся.

Она сделала последнюю попытку, зажмурившись. Смотреть на его лицо не было больше сил. Видеть протектор, закрывающий печать, которая могла в любую минуту исполнить свое предназначение, было невыносимо. Она не хотела бросать его в этой ситуации. Она хотела попытаться спасти его. Но от старейшин или от самого себя?

Она хотела защитить его и ничего, кроме расставания, придумать ей не удалось. Может, если бы не она, то перед ним и не вставал бы такой выбор: жениться или нет?

— Нет, — отчеканил Хьюга, впечатывая подушечки пальцев в ее подбородок. — Я сказал — нет. Я делаю это не для тебя, я делаю это для себя.

— Ничто не может служить оправданием принесения в жертву самого себя.

— Это уже не тебе решать, — и, грубо дернув ее за руку, отлепил ее от двери, открывая ту настежь. — Можешь идти.

Комментарий к 21

тяну кота за хвост, знаю. но ситуация с женитьбой оказалась сложнее, чем я думала :S

надеюсь, у вас еще хватает терпения:))

========== 22 ==========

В каждом дыхании, в каждом ударе сердца заключалось немного умирания — все это, как ему казалось, толчки, приближающие нас к концу. Прислонившись спиной к двери, Неджи медленно съехал по ней и почувствовал, как печать сдавливает виски. Кажется, в воздухе до сих пор витал ее запах, каждый раз на вдохе заставляя его слышать своё сердцебиение.

Когда он выставил Сору за дверь, захлопнув ту перед ее носом, казалось, что это было единственным вариантом в тот момент. Иначе как бы он смог спокойно дышать и смотреть ей в глаза, сгорая от ревности и негодования? Он горел. Горел в своих чувствах, заполнивших его от самых пяток до кончиков ушей. Ему казалось, что прижми ее к стене, сомкни пальцы на тонкой шее, и девушка лопнет как мыльный пузырь. Хотел ли он этого? Определённо. Губы, что произнесли имя Учиха, не могли оставаться не разбитыми. На мгновение Неджи понял, что готов убить ее, не взирая на какие-либо правила и нормы морали.

Его разрывала ненависть к ней, которая вздумала таким отвратительным способом помочь ему, и чувства, описать которые удавалось ему с трудом, но Хьюга знал: он никогда не примет условия своего клана не только из чувства гордости и справедливости, но и из-за глаз, в которых он видел только своё отражение. Печать Хинаты, подчинение, его смерть, несправедливость, падение клана — все это отбросилось на задний план, стоило только Соре сказать эту глупость. И он злился, утопал в своей беспомощности, в самоуверенности, он дал себе волю в чувствах, сидя на полу и хватаясь за голову.

Он дышал часто, так часто, что казалось, кислород вот-вот закончится. Внутри него словно что-то лопнуло, словно струна, отчего дрожь накрыла его сильное тело, заставляя стучать зубами.

Ему было страшно. Он перестал верить в себя. После смерти отца единственный, в кого верил Неджи, был он сам. И сейчас, на мгновение потеряв свою привычную хладнокровность и уверенность, Хьюга стал уязвимым.

— Неджи, я хотела… — девушка толкнула дверь, но почувствовала сопротивление. Неджи вскочил с пола и, прочистив горло, сделал шаг в сторону, после чего дверь медленно приоткрылась. — Неджи?

— Что? — бросил он, хмуря брови, еще не успев прийти в себя, поэтому голос его был непривычно низким.

Его руки плетями висели вдоль тела, серые глаза подозрительно блестели, острые скулы сделались еще более очерченными. Неужели человек может так поменяться всего за пару минут? Сора поджала губы.

— Ты прав: не мне решать, что ты делаешь со своей жизнью, ты в праве распоряжаться ею на свое усмотрение. На то это и твоя жизнь.

— И? — его почти трясло, и юноша пытался скрыть этот факт, сжав пальцы в кулак.

— Но после того, как я стала чувствовать это, — она поднесла ладонь к его груди у сердца, — я стала воспринимать свою жизнь как часть твоей, а твою — как часть своей. Если ты не можешь сказать то же самое, то это не столь важно. И я сделаю все, чтобы помочь тебе, уберечь тебя, даже если от самого себя или, тем более, меня. Поэтому, я прошу тебя, руководствуйся только своей холодной головой, как ты это всегда делал. Не думай обо мне. Ты выполнишь это?

— Сора, — вымученно выдохнул Хьюга, — почему ты не можешь понять меня? Я не могу идти на уловки своего чертового клана…

— Не можешь! — перебила девушка, — и не должен! Ты — единственный, кто может что-то исправить. Ты был рожден для этого, правда? Только ты способен сделать это! Но, Неджи, не ценой своей жизни, понимаешь? Иначе для кого будут твои старания?

— Для моих соклановцев, которые тоже достойны справедливости.

— А ты — нет?

— О чем ты?

— Ты можешь сделать этот клан лучше. И ты вправе получить то, чего заслуживаешь. Ты в праве пожать все свои плоды.

Пальцами она сжимала ткань его рубашки, закусывала губу, чтобы слезы не катились по бледным щекам. Ее беспомощность раздражала, бесила, ей хотелось провалиться сквозь землю, но что бы это исправило?

— Я просто хочу, чтобы ты был счастлив. Даже если и без меня, просто…

— Мне еще раз выставить тебя за дверь?

— Нет… — отведя взгляд в стену, произнесла Сора и съежилась.

— Я не понимаю что за чушь ты городишь здесь? Какое расставание? Какой, к черту, Учиха Итачи?! Ты меня раньше времени в могилу свести хочешь? — шипел тот, буравя лицо девушки взглядом. — Пусть лучше эта печать взорвет мне голову, чем я еще раз услышу это имя от тебя.

— Неджи! — она резко подняла на него глаза и кинулась на шею. От неожиданности Хьюга сделал шаг назад, упершись в стену спиной, но по инерции обхватил ее талию руками. — Я все что угодно тебе скажу и сделаю, лишь бы из-за меня ты не принял неверный выбор…

— Любой мой выбор будет верным.

— Самоуверенность? — Кояма чуть откинулась назад, чтобы встретиться с ним взглядом.

— Нет, — буркнул он недовольно, — истина.

И он вновь почувствовал веру в себя. На минуту забытая правда, которой он жил все это время, снова всплыла в его сознании, и Неджи твердо знал: он сделает этот клан лучше и всецело пожнет свои плоды. Или он не Неджи Хьюга.

Он не любил прощаться, говорить какие-то слова напоследок, потому что знал, что все это временно, поэтому всегда уходил молча. Сегодня с большим трудом ему удалось отлепить Сору от себя, которая, в несвойственной для нее манере, приклеилась к нему и боялась выйти из квартиры. Кояма не озвучивала вслух свои мысли, но Неджи понял и так — она боялась, что это их последнее мгновение. Девушка пыталась показать, что верит, надеется, но взгляд, полный отчаяния, выдавал ее с поличным. Но Неджи только кривил губы, вновь чувствуя привычную самоуверенность.

Как ни в чем не бывало Хьюга сходил в резиденцию Хокаге, ознакомился с предстоящей миссией, перекинулся парой фраз с Шикамару и отправился на тренировку с Ли. Напарник даже был удивлен энтузиазмом Неджи, который обычно предпочитал тренировки в компании только своей персоны. Но тому хотелось устроить спарринг, выплеснуть эмоции, чтобы прийти на вечернее собрание старейшин в полном спокойствии. Так и он и поступил, уверенным шагом пересекая узкий коридор поместья клана Хьюга. Прохладный пол приятно обдавал кожу на ступнях.

Было тихо. Все ждали его. Хината, сидевшая по левую руку от Хиаши, подняла глаза на вошедшего брата и нервно сглотнула. Неджи коротко кивнул сестре, и она с облегчением выдохнула.

— Неджи, — кивнул Хиаши и кивнул на место около себя, на что тот мысленно вскинул брови и тихо опустился на татами. Он впервые был на собрании старейшин — обычно члены побочной ветви до него не допускались. — Все в сборе, можем начать.

На пару секунд повисла тишина, которую нарушил один из старейшин, сидевший в первых рядах. Белесыми, грозными глазами, он обвел взглядом всех вокруг и остановился на Хинате, которая сразу же почувствовала это и съежилась еще больше.

— Хиаши-сама, — скользко начал тот, — думаю, стоит обговорить вопрос о помолвке.

Неджи взглянул на дядю и только сейчас заметил, как тот словно за пару дней постарел: на лбу проступали глубокие морщины, тонкие брови сделались еще более вскинуты в стороны, под глазами проступили тяжелые мешки.

— Да, пожалуй, — отчеканил он.

Хьюга шумно выдохнул и, сведя брови у переносицы, открыл было рот, как дядя перебил его, даже этого не заметив:

— Помолвки не будет.

— Что?! — в недоумении воскликнул один из старейшин. — Хиаши-сама, о чем вы говорите…

— Помолвки не будет и это точка.

— Вы можете как-то обосновать это нелепое решение? — подал голос старейшина с высоко убранным хвостом на затылке.

Хиаши устало выдохнул и, на мгновение прикрыл глаза, взглянул на Неджи. Тот поймал его взгляд, не веря своим ушам. Он почти задыхался, а шум, доносящийся со стороны восклицающих мужчин, не прекращался.

— Думаю, это твой час, — если бы он мог, он бы подмигнул, но Неджи и так все понял, коротко кивнув. Это не осталось без внимания, и десятки глаз были направлены на молодого джоунина.

— Меня зовут Неджи Хьюга. Я из побочной ветви клана Хьюга, — его голос звучал четко, спокойно-неумолимо, — я являюсь частью того, что гордо называют «клан Хьюга», частью одного из самых могущественных кланов Скрытого Листа. Я являюсь частью того, что называют доблестным, сильным, справедливым. Мне не посчастливилось родиться в главной ветви. Так получилось. Но я точно знаю, каково быть членом побочной ветви, я знаю, каково это — когда тебя клеймят. Наверное, я даже благодарен и приятно удивлен, что в ваших головах возникла идея о помолвке, в ходе которой вы, старейшины клана, непременно останетесь в выигрыше. Казалось бы, все будут довольны? Вы говорите, что никто не может стать главой клана, кроме меня. Вы надеетесь, что недовольство представителей побочной ветви утихнет, когда один из их соклановцев займет важную роль и, быть может, что-то изменит. Вы говорите, что мы обязаны уважать ваше решение, которое, по сути своей, является приговором. Но не для вас. Для вас это — бесчестная игра, в которой победить можете только вы. Вы уверены, что мне хочется власти. И в этом вы правы, я этого действительно хочу, но мне нужна настоящая сила, а не сила, которая на деле окажется пустым фантиком, а конфета будет в ваших руках.

Мне всегда было интересно: кому пришло в голову делить один клан, одну семью, одну кровь? Почему один царствует, а другой является рабом? Но боги или люди создали это разделение? Неужели вас действительно это устраивает? Неужели вы считаете нормальным, что у кого-то есть право — а в клане Хьюга это именно право — решать кому жить, а кому — умирать?

Вы правы, я хочу власти. Настоящей власти! Я хочу перечеркнуть все законы клана, где есть разделение на главную и побочные ветви. Я хочу, чтобы будущее поколение имело право выбора. Я хочу, чтобы будущее поколение не боялось умереть от рук своих соклановцев. Я хочу, чтобы будущее поколение знало, что такое справедливость.

Я — Неджи Хьюга и я из побочной ветви. У меня нет права выбора, я не могу что-то решать. У вас нет точек, на которые я способен надавить, ведь в любую секунду печать может исполнить свое предназначение. Я долго думал, каким образом смогу положить вас на лопатки, но в голову ничего не пришло, потому что выхода, действительно, нет. Я хотел испугать вас, что если вы убьете меня, то не останется кого-либо, кто сможет достойно встать на место главы клана. Я хотел предложить вам бой, по исходу которого было бы принято решение. Я хотел поступить правильно, попытаться честно выиграть. Но одержал бы я победу? Вряд ли. Единственный способ, который представляется мне возможным, я уже воплотил в жизнь. Я попытался доказать вам, что ваши поступки неправильные. Таким образом вы снова обманите своих соклановцев, переступите через них. Я не думаю, что вы послушаете меня, но это единственное, что я могу сделать для своего клана — попытаться изменить что-то.

Один юноша говорил мне, — нет, он кричал! — что хочет изменить этот мир, хочет сделать его лучше. Мир для меня — непосильно много. Поэтому я хочу попытаться начать со своего клана. И я сделаю все для этого, — он поднялся, собираясь встать по центру широкого зала и опуститься на колени, но Хиаши, заметив движение племянника, остановил того рукой.

— Сядь, — строго сказал тот и, недолго думая, железно произнёс: — Если вас не убедил его речь, то на меня произвела эффект. Это будет сложно воплотить в жизнь, но думаю, стоит сделать шаг вперёд, перестать сидеть и ждать чего-то… ждать, как обезумевшие.

— О чем вы говорите, Хиаши-сама?! Как он посмел!..

— Клан Хьюга станет лучше, — уверенно сказал Хиаши, — он станет лучше под предводительством Неджи Хьюга. Думаю, он — единственный из нас, кто действительно видит.

— Какое право Вы имеете принимать такие решения без совета старейшин? Кем вы себя возомнили? — вскрикнул мужчина с хвостом, и его белки глаз окрасились в красный цвет.

— Я возомнил себя главой клана Хьюга, — без раздумий ответил тот и впервые в жизни, а может, и в истории, глава возразил совету, сказав: — Или вы принимаете мое решение, или я собственноручно убью каждого представителя побочной ветви.

Неджи неотрывно смотрел на дядю, не веря своим глазам и ушам. Его сердце билось так, что готово было выбить все кости из грудной клетки. Он перевёл взгляд на Хинату, которая от волнения скривила личико, вцепившись пальцами в края кимоно.

— Вы не можете!.. Вы!..

— Что — я? — отчеканил Хиаши и, не дождавшись ответа, встал. За ним поднялись Неджи и Хината, и они направились в сторону сёдзи под возмущённые голоса старейшин.

Шокированный Неджи не сразу пришел в себя, пока дядя не вывел его из транса, резко остановившись посреди длинного коридора. Джоунин чуть не впечатался лицом в спину Хиаши, но вовремя остановился, приняв серьезное выражение лица.

— Отец, ты ведь не…

— Нет, — перебил глава клана без былой строгости во взгляде, — резня всей побочной ветви заметно пошатнуло бы положение вещей. Старейшины не готовы к такому.

— Понятно… — все еще дрожа, ответила Хината и взглянула на брата. Тот выглядел обеспокоенным, хоть и всячески пытался это скрыть.

— Хиаши-сама… — неуверенно начал он и, кашлянув, продолжил: — Почему Вы поддержали меня?

— Потому что так правильно, ты и сам знаешь. Еще до твоей речи я принял это решение, как и сказал ранее. Я боялся признаться себе, что завишу от совета, но рано или поздно приходится смотреть правде в глаза. И я посмотрел, — Хиаши опустил руку на его плечо и, чуть сжав, продолжил: — Твой отец бы гордился тобой и твоей храбростью. Ты способен исправить этот клан. Теперь ты просто обязан это сделать, я верю в тебя, — он чуть улыбнулся, опустив глаза. Неджи кивнул.

========== Эпилог ==========

Неджи полностью доверился девушке и медленно следовал за ней, чувствуя ее теплые ладони на своих глазах. Ступенька за ступенькой, ее тихий шепот себе под нос. Она бурчала, какой он высокий и как ей неудобно идти на носочках, чтобы закрывать ему глаза. На вопрос, почему он не может просто прикрыть веки, Сора категорично качала головой, отвечая, что иначе все пойдет не по плану. И когда она ногой захлопнула дверь в свою комнату, Неджи смог открыть глаза.

— Ура-а-а! С прошедшим днем рождения, Не-еджи! — прыгнула Сора и хлопнула в ладоши. — Я же обещала! Правда, с опозданием, но… Что ты смеешься?!

Неджи подошел ближе к комоду, на котором стояла корзинка с яркими подсолнухами, и повернулся к ней лицом, улыбаясь:

— Цветы? Мне?

— Да! А что такого? Я слышала, твои любимые — подсолнухи… Нет? Наврали?

— Сказали правду, — усмехнулся Хьюга и провел пальцем по желтым лепесткам. Он был похож на солнце. Не зря ведь так называется?

— Вот, это тебе! — Сора протянула ему белую коробку, обвязанную крупным черным бантом из атласной ткани.

Неджи оставалось только подергивать уголками губ, видя, как она радуется больше него самого. Развязав бант, он потянул крышку вверх. В коробке лежало длинное кимоно насыщенного черного цвета с эмблемой клана Хьюга на спине. Ничего лишнего: идеальная шелковая ткань, ненавязчивый узор вдоль подола. Неджи засмотрелся на герб своего клана, вышитый шелковыми нитками. Он никогда не думал, что сможет носить это.

— Я подумала, если ты теперь такой важный… молодой человек, то… — замялась Сора и неловко заправила прядь за ухо.

— Мне очень нравится, — мягко сказал он, — спасибо.

Сора порозовела и от удовольствия готова была мурчать — так приятно было ей делать его счастливым. Когда он взял в руки открытку, девушка стала тихо хихикать.

— «Лучших друзей так тяжело найти, потому что самый лучший на свете друг уже мой»? — прочитал Неджи и, вскинув брови, взглянул на неё. — Лучший на свете друг, значит? — и, сощурившись, подхватил девушку под коленки, и уселся на кресло.

— Понравилось? А? А? — нетерпеливо тыкая в грудь парня, лепетала Сора и не думала прекращать улыбаться. Он вдруг понял, что она была так похожа на подсолнух — светлая, тёплая, словно солнце, греющее даже в самые холодные дни.

— Твой юмор когда-нибудь убьёт меня, так и знай.

— Я буду осторожна с тобой.

— А я — нет, — и, припав губами к ее тонкой шее, слегка укусил, заставляя девушку сжать его плечи.