КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 468805 томов
Объем библиотеки - 684 Гб.
Всего авторов - 219097
Пользователей - 101718

Впечатления

Stribog73 про И-Шен: Сила Шаолиня. Даосские психотехники. Методы активной медитации (Самосовершенствование)

Конечно, даосская техника активной маструбации весьма интересна для тех, у кого нет партнера по сексу, как у шаолиньских монахов. И это весьма оздоровительное занятие в прыщавом возрасте.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
Алекс46 про Круковер: Попаданец в себя, 1960 год (СИ) (Альтернативная история)

Графоманство чистой воды.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
чтун про Васильев: Петля судеб. Том 1 (ЛитРПГ)

Дай бог здоровья Андрею Александровичу; и чтобы Муза рядом на долгие годы!

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
vovih1 про Шаман: Эвакуатор 2 (Постапокалипсис)

Огрызок, автор еще не дописал 2 книгу.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
медвежонок про Кощиенко: Айдол-ян - 4. Смерть айдола (Юмор: прочее)

Спасибо тебе, добрая девочка Марта за оперативную выкладку свежего текста. И автору спасибо.
Еще бы кто-нибудь из умеющих страничку автора привел бы в порядок.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
каркуша про Жарова: Соблазнение по сценарию (Фэнтези: прочее)

Отрывок

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).

Бухгалтер Его Величества (fb2)

Бухгалтер Его Величества Иконникова Ольга
Пролог

«Бухгалтерский учет стоит выше всех наук и искусств, ибо все нуждаются в нем, а он ни в ком не нуждается. Без бухгалтерского учета мир был бы неуправляем, и люди не смогли бы понимать друг друга».

Бартоломео де Солозано, начало XVII века

— Рад приветствовать вас в Тодории, сударыня! — невысокий полный человек в расшитом кружевами камзоле отвешивает мне низкий поклон. — Надеюсь, перемещение прошло благополучно?

О том, что перемещения во времени и в пространстве весьма болезненны, меня предупредили. Ну, как предупредили — проинформировали, когда я уже подписала договор, и отступать было поздно. Да, честно, я и не поверила тогда ни в какую теорию перемещений. Посчитала это глупым розыгрышем.

А мужчина с удивлением смотрит на то место, где я стою — словно ждет, что кто-то еще вот-вот материализуется из воздуха.

Комната, в которой я оказалась, похожа на один из залов Петродворца — всё стильно и роскошно. Правда, теперь я уже не сомневаюсь, что это — вовсе не музей.

— Простите, сударыня, — лепечет толстяк, — а где второй человек?

Второй? Ни о каком втором я не знаю.

— Ну как же, — волнуется он, — должен же быть еще второй — бухгалтер!

Я широко улыбаюсь:

— А я как раз бухгалтер и есть.

Он смотрит на меня как на привидение — с ужасом.

— Изволите шутить, сударыня?

А вот это мне уже не нравится. Я и без того чувствую себя полной дурой — и как я могла согласиться на эту авантюру?

— Между прочим, я окончила один из лучших университетов Москвы! — я стараюсь говорить как можно спокойнее. — И опыт работы у меня есть. То есть, всем вашим требованиям я соответствую.

— Требованиям? — он хватается за голову. — Как вы можете им соответствовать, если вы — женщина???

Если бы я могла, я уже вернулась бы назад. Но я понятия не имею, как это сделать.

— Да, — холодно отвечаю я и перечисляю то, что запомнила еще с первого собеседования: — диплом, стаж, знание французского языка. Про мужской пол претендента там ничего не говорилось.

И вообще — что это за дискриминация?

Мужчина трясущимися руками открывает кожаную, украшенную вензелями папку и достает три листа бумаги, исписанной крупным почерком.

— Вот, извольте ознакомиться!

Французский я знаю почти в совершенстве, но в тексте много незнакомых мне, должно быть, давно уже вышедших из употребления слов.

Это что-то вроде запроса в кадровое агентство — только со множеством вступительных и заключительных вежливых фраз. Я не всё могу разобрать, но главное понимаю — им нужны были двое. Бухгалтер — мужчина средних лет с опытом работы на государственной службе. Статс-дама — молодая женщина привлекательной наружности.

Копию этого запроса я уже видела — в нашем времени. Только состоял он из двух страниц, а не из трех. Так я и говорю моему собеседнику.

— Но это ужасно! — восклицает он. — Должно быть, средняя страница потерялась при пересылке, и там подумали, что речь идет об одном человеке. Такое, знаете ли, иногда случается. Вот только что же мне делать теперь?

Я пожимаю плечами:

— Вам придется пока обойтись без статс-дамы. Направите новый запрос.

Моя голова гудит, тело ноет. Не дождавшись приглашения от хозяина, я сама подхожу к ближайшему креслу.

— Но вы не понимаете! — едва не плачет мужчина. — Вы можете претендовать только на должность статс-дамы! Мы и документы вам уже подготовили. Вот, прошу.

Мне протягивают еще один листок. Элен д’Аркур, маркиза. Звучит неплохо.

— Я подписывала договор на работу бухгалтером, — напоминаю я. — Если это невозможно, прошу отправить меня обратно.

Втайне надеюсь, что именно так и случится. Хватит, наигралась!

— Сударыня, — уже не плачет, а сердится он, — вы, кажется, не понимаете всей серьезности положения. Я не могу отправить вас назад! У нас порталы времени еще не изобрели! Это ваши ученые отправили вас сюда. И, как я полагаю, именно на тот срок, который предусмотрен договором. И даже если вы попали к нам по ошибке, вам придется выполнить то, за что мы заплатили большие деньги.

Ну, положим, мне они еще ничего не заплатили. Только пообещали. Но да, пообещали немало. Но именно за работу бухгалтера. А кто такая статс-дама, я понятия не имею.

А он будто читает мои мысли:

— Поймите, сударыня, бухгалтером при дворе может быть только мужчина. Но уверяю вас, ваша новая должность вам понравится. Хотя… Подождите, сударыня, сначала ответьте на один вопрос. Там, у себя, вы замужем?

Теперь уже лепечу я:

— Нет. А какое это имеет значение?

Даже царящий в помещении полумрак не в состоянии скрыть пот, выступивший у него на лбу после моего ответа.

— Не обижайтесь, сударыня, — он судорожно облизывает губы, — но… вы — девственница?

Чувствую, как краснеют щеки. Да кто он такой, чтобы задавать мне подобные вопросы? И с чего он решил, что я скажу ему правду?

И всё-таки солгать я не решаюсь. Наклоняю голову и снова отвечаю:

— Нет.

И с изумлением слышу, как он хлопает в ладоши.

— Превосходно, сударыня, превосходно!

1. По предварительному сговору (тремя месяцами ранее)

— Уклонение от уплаты налогов в особо крупном размере, совершенное группой лиц по предварительному сговору, — майор полиции Коханчук делает паузу, подчеркивая серьезность своих слов, — может быть наказано лишением свободы на срок до шести лет.

Указательный палец майора взмывает вверх, и мой взгляд устремляется туда же.

— А почему вы думаете, что в особо крупном? — мямлю я, едва сдерживая слёзы. Майор снисходительно усмехается:

— А в не крупном смысла нет. Поверьте моему опыту.

Проверки в ООО «Элегия» начались несколько дней назад. Начались внезапно, и привычная спокойная жизнь в офисе канула в лету. Директор исчез — по словам полиции, сбежал за границу. Главный бухгалтер — милейшая женщина и очень квалифицированный специалист — находилась под домашним арестом.

Мне жаль и директора, и мою непосредственную начальницу. А еще я жалею о несостоявшейся поездке в Прагу, где на следующей неделе я должна была подписывать новый контракт с нашим постоянным зарубежным партнером. Это была бы первая сделка, которую полностью курировала я, Елена Миронова.

Я работала в «Элегии» три года — начала с должности кассира, потом стала бухгалтером по заработной плате, а несколько месяцев назад заняла должность заместителя главного бухгалтера. Неплохая карьера в крупной фирме.

— Между прочим, Елена Ивановна, вам еще повезло, что ни на одном сомнительном документе нет вашей подписи, — Коханчук с шумом отхлебывает горячий чай из фарфоровой чашки и отправляет в рот маленькую круглую печенюшку. — А иначе мы бы с вами не здесь разговаривали.

— А что вы называете сомнительным? — нахожу в себе силы уточнить я.

Майор охотно поясняет:

— Да вот, смотрите — фирма «Консул». Зарегистрирована в Чехии. А деньги вы ей перечисляли на счет, открытый в Хорватии.

Я чувствую дрожь в коленках — именно с «Консулом» через несколько дней я и должна была подписывать договор.

— Ну-ну, — майор ободряюще улыбается, — вы еще молоды и неопытны.

На самом деле, я не настолько неопытна, чтобы не заметить того, что творилось в «Элегии». Но меня это ничуть не шокировало. Двойная бухгалтерия? Недоплата налогов? Сделки с фирмами-однодневками? Подумаешь! Разве не все так работают?

Правда, главбух Настасья Ильинична еще не посвящала меня в их с директором тайны — всё присматривалась. Но я понимала — они уже решили, что мне можно доверять. И командировка в Прагу была тому подтверждением.

Я уже мечтала о существенной прибавке к зарплате и частых зарубежных поездках. И вот всё рухнуло. И хорошо, что рухнуло сейчас, а не через пару месяцев, когда я уже успела бы оставить свои подписи на липовых документах.

— Послушайтесь совета, — вздыхает Коханчук, — ищите себе новую работу.

Это я понимаю и сама. Да еще взятый два года назад на покупку машины кредит висит как дамоклов меч. Я не могу позволить себе остаться без работы.

2. Яблочко от яблони

— А я давно говорила, что твоя бухгалтерия до добра не доведет, — тетя Руфина считает себя правой всегда и во всём. — И зачем, спрашивается, тебе такая морока? Директор денежками карманы набивает, а главбух за каждый его чих отвечает. Ваша-то, небось, еще и в тюрьму сядет. Радуйся, что легко отделалась.

Вообще-то с рождения тетушку звали вовсе не Руфиной — звучное имя потребовалось ей, когда она пару десятков лет назад решительно бросила работу учителя литературы в средней школе и стала индивидуальным предпринимателем.

— Я вообще не понимаю, как ты с твоим воображением можешь целыми днями корпеть над скучными цифрами, — тетушка цокает языком, выражая крайнее неодобрение. — Бухгалтер — профессия «синих чулков». А ты — девушка видная, не для пыльных кабинетов.

Я хмыкаю и оглядываю ее рабочее пространство — здесь-то как раз пыли полным- полно. И это не небрежность Руфины, а некий декоративный элемент, без которого старинные мрачноватые вещи смотрелись бы не так впечатляюще.

Тетушкин ноутбук пищит, сигнализируя, что клиент выходит на связь, и Руфина торопливо набрасывает на плечи цветастый платок. Она уже не тетушка, а ведьма в десятом поколении, всемирно известная гадалка и прорицательница — именно так аттестует ее реклама на ее собственном сайте.

Я сижу тихонько — клиентке ни к чему знать, что в офисе Руфины есть кто-то еще. Женщина торопливо и словно даже с удовольствием вываливает на тетушку свои проблемы. Хочется ей того же, что и всем — большой и чистой любви. И Руфина ей почти ее гарантирует.

Я едва дожидаюсь конца связи и в голос хохочу.

— Тетя Руфа, — она с детства приучила меня называть ее новым именем, — раньше ты хотя бы давала им приворотное зелье — они его своим кавалерам в чай добавляли. А сейчас что? Ворожишь онлайн?

Она пожимает плечами:

— А чего ты хочешь? Нынче у всех работа дистанционная. Пробовала я. как раньше клиентов принимать — едва на штраф не нарвалась. Хорошо, участковый знакомый

— ограничился профилактической беседой. Так что как и все — соблюдаю противоэпидемиологические меры.

Она поит меня чаем с какими-то травами — гадость ужасная! — и учит жизни.

— Ты пойми, Лена, — нельзя своим даром разбрасываться. Я тебе сколько раз предлагала — давай вдвоем бизнес вести.

Я хихикаю:

— И как ты хочешь меня назвать? Роксоланой? Степанидой?

Тетка обижается:

— Ты зря смеешься. Разве было бы у меня столько клиентов, если бы я как по паспорту — Натальей — звалась? А так — сама видишь — не жалуюсь.

Но я только качаю головой:

— Не уговаривай. С твоим бизнесом еще проще в тюрьму угодить. Тебя саму в прошлом году едва за мошенничество не осудили. Забыла уже?

Руфина хмурится, но не сдается:

— Подумаешь — один случай на тысячу. Дамочка уж больно надоедливая попалась. Да к такой зануде, как она, мужик ни за что бы не вернулся — там моих способностей никак не могло хватить. А знала бы ты, скольких людей я счастливыми сделала!

— Обманом? — строго вопрошаю я.

— Да почему же обманом? — искренне удивляется она. — Ты свою бабушку помнишь? К ней, между прочим, со всего Союза люди приезжали. А ведь тогда всё это было под запретом. Думаешь, она тоже обманщицей была? Зря ты так — она с большинства из них ни копейки не брала.

Бабушку я помню плохо — она умерла, когда я была еще маленькой. Помню только, что глаза у нее были темные-темные, а взгляд такой, что в дрожь бросало.

— А ты способнее меня, Лена. Ты в неё, Агриппину!

Я благодарю за чай и поднимаюсь. Тем более, что у Руфины снова вызов по скайпу.

— А ты подумай, Лена, подумай!

Я целую ее в морщинистую щеку. Нет уж, спасибо! В бухгалтерии как-то надежней.

3. Странный работодатель

При заполнении анкеты на сайте крупнейшего кадрового агентства города я честно указываю минимальный уровень заработной платы, на который я согласна. В «Элегии» я получала семьдесят тысяч, сейчас готова согласиться на пятьдесят. Но даже это кажется менеджеру кадрового агентства слишком высоким.

— Вы же понимаете, Елена Ивановна, экономика в кризисе, предприятия не набирают, а увольняют работников, — сообщает она по телефону то, что я знаю и сама, — или понижают им зарплату.

— У меня достаточно высокая квалификация, — почти обижаюсь я.

— Да, да, конечно, — тактично соглашается она.

Я уверена, что проблема преувеличена. Да, бизнес не работал больше месяца, а общепит не работает до сих пор, но это же — временно. А хорошие бухгалтеры нужны всегда — и особенно в кризис.

Но проходят две недели, а я не получаю ни единого предложения. Потом, правда, получаю целых два, но оба быстро отвергаю. Первый работодатель готов платить всего двадцать тысяч рублей за полный рабочий день. Второй оказывается щедрее и ищет не простого, а главного бухгалтера, но даже беглый взгляд на их бухгалтерскую отчетность позволяет понять, что за них тоже скоро возьмутся и налоговики, и правоохранительные органы.

— А я вас предупреждала! — девушка из кадрового агентства, кажется, довольна, что оказалась права. — И если работа вам нужна срочно, то стоит рассмотреть и менее выгодные варианты.

Работа мне нужна, и еще как! Небольшие сбережения тают день ото дня — автокредит и плата за съемную квартиру слишком велики для безработной.

Тетя Руфина звонит каждую неделю и ненавязчиво интересуется, как у меня дела. Бодро вру, что регулярно хожу на собеседования. Да-да, предложений много!

И вот когда я уже почти убедила себя, что нужно соглашаться на любую, даже временную работу по специальности, из кадрового агентства снова звонят.

— Елена Ивановна, есть очень интересный вариант! Бюджетное учреждение — какой-то научно-исследовательский институт. А это, сами понимаете, стабильность и полный социальный пакет. Ваше резюме работодателя полностью устроило. Записывайте адрес и телефон.

Через час я уже стою перед старинным зданием с колоннами в центре города. Табличка на стене гордо гласит, что здесь располагается федеральное государственное бюджетное учреждение науки «Федеральный исследовательский центр экспериментальных технологий». Название мне ни о чём не говорит.

Я смело захожу в вестибюль и натыкаюсь там на контрольно-пропускной пункт, который сделал бы честь даже оборонному предприятию. Меня заставляют пройти через рамку металлоискателя, потом требуют паспорт и, наконец, звонят сотруднику, на встречу с которым я пришла.

Честно говоря, возникает желание сбежать отсюда, не дожидаясь собеседования. Если они так трепетно относятся к своему учреждению, то точно не возьмут меня на работу. Я ни единого дня не работала в бюджетной сфере — а бухгалтерский учет здесь совсем другой, нежели в коммерческой организации. Достаточно задать мне несколько практических вопросов, чтобы убедиться в моей некомпетентности.

И всё-таки я вхожу в кабинет заместителя директора. Из роскошного кресла из-за не менее роскошного и явно старинного стола чуть приподнимается при моем появлении солидный мужчина в хорошем костюме.

— Елена Ивановна? Прошу вас, присаживайтесь.

Он задает мне несколько общих вопросов — сколько мне лет, что я окончила, почему ушла с предыдущего места работы. На них я отвечаю достаточно уверенно.

— Скажите, вы действительно знаете французский язык на хорошем уровне?

Я подтверждаю:

— Да, мой отец был журналистом-международником, и я вместе с родителями десять лет жила во Франции. К тому же, одним из учредителей фирмы «Элегия», в которой я работала, был француз, и я переводила для него наши финансовые документы.

Он удовлетворенно кивает:

— Отлично!

Речь снова идет о совместном предприятии? Но мы же находимся в российском научно-исследовательском институте! Зачем им бухгалтер со знанием французского языка?

Мужчина будто читает мои мысли:

— Наверно, у вас уже тоже появились вопросы. Я дам вам возможность их задать, но чуть позже. Пока же я хотел бы ввести вас в курс дела хотя бы в общих чертах. Но прежде, чем я расскажу вам о новой работе, вы должны подписать договор о неразглашении всего того, что вы здесь услышите, — взгляд мужчины серьезен и розыгрыша, вроде бы, не предполагает.

Но я всё равно поднимаюсь со стула. Он что, за идиотку меня принимает? Они занимаются секретными научными разработками? Да на здоровье! А я в шпионов я не играю! Я всего лишь ищу работу бухгалтера. Желательно, высокооплачиваемую.

— Сколько вы получали на предыдущем месте? — несется мне в спину.

Я оборачиваюсь и отвечаю почти с гордостью:

— Семьдесят тысяч.

О том. что сейчас я готова согласиться на меньшее, лучше не говорить.

— Умножьте эту сумму на пять! — на губах мужчины — ни тени улыбки.

Что? Так с этого и нужно было начинать! И хотя неприятное предчувствие всё-таки появляется, я решительно отбрасываю страхи и возвращаюсь к столу.

— Где нужно подписать?

4. Бред сумасшедшего?

Договор я изучаю минут десять, не меньше. Вчитываюсь в каждую строчку, но ничего подозрительного не обнаруживаю. Хотя пункт об ответственности впечатляет. На всякий случай спрашиваю:

— А чем вызвана подобная секретность?

— Видите ли, Елена Ивановна, — мой потенциальный работодатель, настраиваясь на долгий разговор, откидывается на спинку кресла, — наш научный центр занимается разработками, аналогов которых в мире нет. И речь идет не о коммерческой, а о государственной тайне.

Я пожимаю плечами:

— Моя работа — это финансовые документы. Ваши технологии меня не интересуют ни в малейшей степени.

Мужчина неожиданно расплывается в улыбке:

— В том-то и дело, Елена Ивановна, что если вы согласитесь на наше предложение, то с этими технологиями вам придется познакомиться лично.

Мне еще больше хочется удалиться и из этого кабинета, и из этого здания. Но сумма обещанной зарплаты будто гиря удерживает меня на месте.

— Если ваши разработки настолько важны для государства, то стоит ли знакомить с ними совершенно постороннего человека? Мне кажется это несколько странным, — я смотрю на него выжидательно, — простите, не знаю вашего имени-отчества.

Он краснеет:

— Ох, Елена Ивановна, как неудобно получилось! Я заместитель директора по науке Вересов Андрей Романович.

Зам по науке? Не по экономике, не по финансам. Странно всё это.

— А что касается вашего вопроса, Елена Ивановна, то выносить сор из избы, прежде всего, не в ваших интересах. И дело тут не только в той ответственности, что предусмотрена договором. Понимаете — если вы решите рассказать кому-то о том, что вы здесь услышите, вам просто не поверят. Впрочем, довольно предисловий. Как вы понимаете, этот документ вас ни к чему не обязывает. Только к сохранению в тайне определенной информации. А соглашаться или не соглашаться на эту работу, решать вам.

Я всё-таки подписываю договор. Вересов кивает.

— Скажите, Елена Ивановна, вы читали Герберта Уэллса?

Мне начинает казаться, что он сумасшедший. Говорят, среди людей науки такие тоже встречаются.

— Что именно?

— Машину времени, — усмехается он. — И вообще — вы любите фантастику? Или, может быть, фэнтези?

Я оглядываюсь на дверь. Интересно, я успею до нее добежать? А может, стоит закричать? В приемной была секретарша.

— Люблю, — я тоже выдавливаю из себя улыбку. — Особенно фэнтези.

Он довольно потирает руки:

— Ну, что же, в таком случае вам проще будет поверить в то, что я расскажу. Но сначала — несколько слов о той работе, которую я вам предлагаю. Сразу скажу — эта работа не связана с нашим научным центром. Более того, этот контракт предполагает работу не в России.

— Вот как? — удивляюсь я. — А где же?

— В Тодории.

— Где???

Я неплохо знаю географию, но о такой стране слышу впервые.

— Это небольшая страна в Альпах. Она граничит с Францией и Италией.

Я решительно поднимаюсь. Я десять лет прожила в Париже. Я путешествовала по Италии и Швейцарии. И я прекрасно понимаю, что никакой Тодории в Альпах нет!

— Вы извините, Андрей Романович, но я вынуждена отказаться. Я не могу сейчас уехать из России. У меня больная тетя, — надеюсь, такую причину он сочтет убедительной.

Я дохожу до самой двери, и Вересов не пытается меня задержать. Уже переступив порог и увидев секретаршу, оборачиваюсь: ...

Скачать полную версию книги