КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 468496 томов
Объем библиотеки - 683 Гб.
Всего авторов - 219002
Пользователей - 101678

Впечатления

vovih1 про Шаман: Эвакуатор 2 (Постапокалипсис)

Огрызок, автор еще не дописал 2 книгу.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
медвежонок про Кощиенко: Айдол-ян - 4. Смерть айдола (Юмор: прочее)

Спасибо тебе, добрая девочка Марта за оперативную выкладку свежего текста. И автору спасибо.
Еще бы кто-нибудь из умеющих страничку автора привел бы в порядок.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
каркуша про Жарова: Соблазнение по сценарию (Фэнтези: прочее)

Отрывок

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Stribog73 про Касперски: Техника отладки приложений без исходных кодов (Статья о SoftICE) (Статьи и рефераты)

Неправда - тихо подойдешь
Па-а-просишь сторублевку,
Причем тут нож, причем грабеж -
Меняй формулировку!

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Алекс46 про Фомичев: За гранью восприятия (Боевая фантастика)

Посредственно.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Алекс46 про Фомичев: Предел невозможного (Боевая фантастика)

И снова отлично.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).

Последний барсук (fb2)

- Последний барсук (а.с. Жизнь сурка -2) 1.85 Мб, 545с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - Владимир Абрамов (noslnosl)

Настройки текста:



noslnosl Последний барсук

Глава 1

Проснувшись, Иван вначале не мог сообразить, где находится. Слишком свежо, ветерком обдувает, при этом не холодно. До ушей доносится звук проезжающих автомобилей, нос ощущал запах выхлопных газов, а спина слегка ныла от чрезмерно жесткой и неудобной поверхности.

Открыв глаза, Ваня обалдел пуще прежнего. В первую очередь он отметил, что спал на улице! Это был какой-то парк. Ему казалось, что он уже видел этот парк, но он расположен явно не в Челябинске. Во-вторых, на нём была надета армейская форма старого образца, ещё та старая пятнистая зелёнка тех времён, когда ему довелось отдавать долг родине.

В последний раз такое приключение случилось с Ваней далёкие тридцать пять лет назад, когда он после демобилизации добирался из воинской части, расположенной в Волгограде, в которой проходила его служба, в деревню под Челябинском. Тогда он загулял, из-за чего опоздал на поезд. Приключение было настолько ярким, что запомнилось на всю жизнь. Он помнил, что собирался спать на вокзале, но там до него докопался какой-то бомж, предлагающий вместе пожрать и выпить. Естественно, за счёт солдатика. Деньги у Вани были, пусть и не космическая сумма, но кое-что ему накопить удалось. Но светить наличными перед мутным бродягой он не рискнул. Выгреб из кармана мелочь и купил сосиску в тесте, которую разделил напополам с бомжом.

Тогда Иван не умел резко отшивать людей. Оно и понятно, ему было-то всего двадцать лет. Молодой наивный парень, жизни особо не видевший. На тот момент он почти треть жизни провёл в детском доме, ещё двенадцать лет прожил в глухой деревне с приёмными родителями и два года в закрытом мужском коллективе нёс службу в автороте. Не то чтобы ему повезло с местом службы, просто он один из немногих парней, согласившихся пройти обучение в ДОСААФ. О чём он ни разу в жизни не пожалел, ибо в армии получил опыт вождения и ремонта автомобилей и дембельнулся с водительским удостоверением на управление легковыми и грузовыми автомобилями.

Именно тогда он первый и последний раз ночевал в парке на лавочке. Хотел поскорее отделаться от бомжа, а тот увязался за ним и не отставал. Ваня потом с улыбкой вспоминал, как в какой-то момент отлучился якобы справить нужду, а когда скрылся с глаз мутного типа, то быстро сбежал. Но после этого возвращаться на вокзал раньше времени у него не было никакого желания. Его поезд должен отправиться лишь в три часа дня. Тратиться на гостиницу парень не хотел, думал сэкономить денег на что-то более полезное. Поэтому он лёг спать прямо на лавку в ближайшем парке прямо в центре города. Тогда ночью к нему ещё подходили патрульные милиционеры, с которыми состоялся довольно неприятный диалог, чуть не закончившийся поездкой в КПЗ (камеру предварительного заключения). Но обошлось. Стражи порядка вошли в положение солдатика, сами недавно были такими, так что они оставили его в покое.

Чем ещё сильнее запомнился этот день, так это своей ироничностью. В то утро, когда он проснулся на лавке, у него был день рождения — третье июня двухтысячного года — тогда ему исполнилось ровно двадцать лет. Такой день рождения сложно забыть.

И вот всё повторяется заново.

Очередным фактом, который вверг Ивана в ступор, оказалась худоба. Не то чтобы он совсем уж раскабанел, но лет с тридцати его фигура заплыла жирком и была довольно плотной. Сейчас же он был худой и мускулистый, как в молодости, при этом чувствовал себя так, словно заново родился, а не провёл ночь на деревянной лавочке. В его пятьдесят пять лет после такого встать было бы проблематично, если бы вообще получилось из-за заклинившей спины.

Тщательно изучив свой гардероб, Ваня впал в ступор: это была его дембельская форма! Его, мать его, дембельский наряд! Он помнил, как полгода потратил на вышивку, плетение аксельбантов, словно не в автороте служил, а в швейных войсках. Тогда ему казалось, что он выглядит щегольски — этакий мачо российского разлива, к ногам которого будут падать все девки. Но ничего подобного. Став постарше, он осознал, как же это глупо смотрится со стороны. Уж лучше обычная военная форма, чем клоун, обшитый верёвками.

В кармане обнаружились деньги, военный билет и водительское удостоверение старого образца. Очень старого образца! Большой ламинированный документ был размером с пару банковских карт. Носить такой в бумажнике неудобно, как и старые свидетельства регистрации транспортных средств (СТС), которые имели аналогичный формат. Для водительской трехомудрии приходилось покупать отдельный кожеток, похожий на обложку для паспорта. А уж когда страховки пошли, до их перевода в чисто электронную форму, потом добавились диагностические карты, документы на дополнительное оборудование и прочее. Ух, тогда приходилось возить с собой толстую пачку бумаг, чтобы не нарваться на штраф… Такие права отменили ещё где-то в восемнадцатом году. Возможно, это произошло раньше, просто когда Ваня в очередной раз менял свои права на новые, как раз в восемнадцатом году, документов такого образца уже не выдавали. А уж современное водительское удостоверение, полученное им в двадцать восьмом году, то самое с компьютерными чипами и биометрическими данными, вообще и рядом не стояло. Там куча голограмм, защит и водяных знаков. На свету «блястят» аки павлин, распустивший хвост перед самкой.

Удивительно, но документы были его. Что в военнике, что в правах имелись его старые фотографии, сделанные в возрасте восемнадцати лет. Имя, фамилия, отчество — всё честь по чести: Иван Иванович Иванов. И дата рождения его.

Имечко, конечно, из разряда «бери любой образец и можешь ничего не заполнять». А всё оттого, что с фантазией у работников приютов не очень гладко. Вот так нарекли они ребёнка-найдёныша. А приёмные родители не стали давать своей фамилии в силу неистребимой лени. Так-то они были людьми немолодыми, старой закалки, и в работе ни себе, ни детям послаблений не делали. Но вот когда дело доходило до столкновения с бюрократической машиной, они пасовали. Это же в город ехать нужно, опять бумажки какие-то оформлять, и это после беготни по инстанциям, чтобы оформить усыновление.

Приёмные родители были Михеевыми. Отцу на момент усыновления Вани стукнуло пятьдесят пять, а матери — пятьдесят три. Своих детей они в силу проблем со здоровьем иметь не могли, но хотели. Долго не решались взять на воспитание чужого ребёнка, но на старости лет сподобились. Потом вошли во вкус.

Через три года после усыновления шестилетнего Вани Михаил и Ирина Михеевы удочерили семилетнюю девочку. Над её имянаречением приютские служащие поиздеваться не смогли, поскольку Ольга Сергеевна Калинина уехала в детский дом из семьи алкоголиков, но надолго там не задержалась, попав на попечение Михеевых.

Ваня тогда был жутко обижен на приёмных родителей. За три года он привык быть одним ребёнком в семье. Ему не хотелось делить родителей с кем-то ещё. Ольга поначалу вела себя скромно и стеснительно, но быстро обвыклась, и начались ссоры между сводными братом и сестрой.

Так-то оба, побывавшие в приюте, ни за что не хотели туда возвращаться. Оба, хоть и были детьми, но понимали, что приёмных родителей расстраивать нельзя. Поэтому все их конфликты проходили втихаря, чтобы папа Миша и мама Ира не узнали. На виду лучшие друзья, а когда оставались одни, то цапались как кошка с собакой.

Когда Ване было пятнадцать лет, папы Миши не стало. А в девяносто девятом вслед за ним ушла мама Ира. В это время Ваня служил в армии. Когда пришло это пренеприятнейшее известие, ему дали длительный отпуск, чтобы он мог заняться похоронами. Но этот отпуск не пошёл в зачёт службы, из-за чего он покинул часть последним из его призыва, да ещё и так поздно, аж первого июня.

Ольгу, потерявшую обеих опекунов, вернули в детдом. Хотя она была уже здоровенная семнадцатилетняя дылда. Возможно, если бы она училась в институте или хотя бы техникуме и жила в общежитии, то этого не произошло бы. Но так случилось, что четыре месяца до совершеннолетия она провела в не самых лучших условиях российского детского дома в Челябинске.

По идее сиротам должны выдавать жильё. Но что Иван, что Ольга пролетели с квартирой, как фанера над Парижем. Законодательство в этой сфере довольно хитрое. Вышло так, что у обоих имелись опекуны, у которых был свой дом. Оба сироты в этом доме прописаны и имеют долю. Так что вроде как жильё им не положено. А уж то, что дом в глухой деревне, никого не волнует.

Что творится в человеческих головах, точно не скажет даже лучший психолог. Возможно, Ольга себе что-то напридумывала, но в итоге во всех своих бедах она обвинила брата, который только вернулся из армии. К этому моменту она уже полгода жила в доме приёмных родителей. Ивану досталось словесных помоев за то, что не удочерил её, а вернулся в «свою армию», будто он мог поступить иначе. И за то, что он, наглец такой, владеет аж половиной дома, который Ольге вот кровь из носа нужно продать, чтобы уехать жить в город.

В общем, в день приезда сводные брат с сестрой поссорились на всю жизнь. Ваня тогда согласился продать дом и разделить деньги, но им удалось выручить такие крохи, что на них ничего дельного не купить. Оба остались без крыши над головой.

Ольга сразу умотала покорять столицу и вроде бы даже неплохо устроилась, выскочив замуж за парня с квартирой где-то в Подмосковье.

Ваня же поехал в Челябинск. Вырученных за дом денег ему хватило на аренду квартиры и покупку одежды. А на жизнь уже не оставалось. Пришлось ему срочно искать работу.

Имея лишь опыт армейской службы, он не знал, куда устроиться. В итоге пошел в ближайший автосервис, где его приняли с распростёртыми объятьями. С тех пор он связал свою жизнь с ремонтом автомобилей.

Через пять лет после армейской службы он женился на девушке, с которой был знаком с детства. Их повторное знакомство произошло случайно. Когда Ваня получил травму и обратился к хирургу в поликлинику, он оказался на приёме у врача со знакомым лицом. Сауле Уступова — русская казашка. Он жил с ней на соседней улице, ходил в одну школу в один и тот же класс, но никогда не интересовался ею как девушкой. Она в школе была отличницей и зубрилкой, а Иван — хулиган и троечник. Два таких разных человека не могли найти общий язык. Тогда! Сейчас же у них было много общего: оба холостые, земляки и… Как-то так получилось, что дружеская встреча после работы закончилась свадьбой и пятью детьми.

До тридцати лет Ваня работал на дядей в разных сервисах. В десятом году отец — на тот момент троих детей — понял, что работа на дядю не прокормит его семью. И он открыл свой небольшой автосервис. Вначале раскручивался, выплачивал кредиты, а потом сервис стал приносить хорошую прибыль. Так Ивановы решились на рождение ещё двоих детей. Сирота мечтал о большой семье. И у казахов так принято было.

Бизнес приносил хороший доход. Хватило на постройку добротного коттеджа и покупку хорошей иномарки. Но внезапно наступил две тысячи двадцатый год. И в марте все владельцы малого бизнеса соснули тухлого тунца.

Финансовой подушки у Иванова не было, всё же единственный небольшой сервис и большая семья это не те условия, которые позволяют делать большие накопления. Пришлось ему продавать сервис со всем оборудованием и думать, как кормить семью.

Деваться было некуда, и подался Ваня в перекупы. То время он не хотел вспоминать, поскольку тогда он обманул многих людей. Он был одним из тех жёстких перекупов, которые покупают битый автохлам, быстро и дешево придают товарный вид и впаривают за большие деньги.

Таким бизнесом он занимался несколько лет, а потом то ли совесть проснулась, то ли нервы не выдержали, но решил он отойти от этого. Во дворе отстроил большой гараж и начал заниматься кузовным ремонтом. Денег это приносило меньше, чем автосервис и перекупские махинации, зато спокойней. Конечно, порой попадались такие клиенты, что о спокойствии говорить сложно. Но так в любом автосервисе. Часто находятся товарищи с гонором, которые за пять копеек хотят, чтобы им сделали на миллион и дали пожизненную гарантию. А чуть что не так, то хером по столу и в ор. Но опыт не пропьёшь. Таких клиентов Иван научился сразу определять и сразу отшивал их. Отпугнуть их просто: выставляешь нормальный ценник, как у официального дилера, что им кажется космической суммой. После этого они бегут так, что пятки сверкают.

Потихоньку нарабатывался опыт, разрасталась мастерская. Иногда Иванов покупал битые автомобили, которые восстанавливал в свободное время. И делал он это не как во времена карьеры перекупа, а качественно, как для себя. В принципе он и делал для себя. Некоторое время катался на этих автомобилях, после чего продавал, естественно, дороже. Так он часто менял машины и в накладе не оставался. Почти любая тачка у него шла в плюс.

Вот только работа со стапелем ошибок не прощает. Техника безопасности пишется человеческой кровью. Пятьдесят пять лет — возраст немаленький. Ремонты Ване давались всё сложнее. Вытягивая морду у старенькой Теслы, он потерял осторожность и встал там, где стоять строго запрещено. Зажим сорвался с лонжерона. Цепь с натяжкой под десять тонн пулей прилетела прямиком в дурную голову.

Именно этот момент пронесся в голове Вани, отчего у него появилась фантомная мигрень. Потерев лоб, он прошептал:

— Да ладно! Это что получается, я умер?! Нет, вот реально умер?!!!

Он был шокирован гораздо сильнее, чем от пробуждения. Понять, что ты умер, но при этом жив, молод и предположительно оказался в прошлом — это тот ещё стресс. Так и свихнуться недолго. Но сложно сойти с ума тому, кто был отцом пятерых детей и чья жена работала в медицине, обладала отличным чувством юмора и повышенной степенью цинизма. Поживи в такой среде двадцать лет — тут либо сбежишь с криками «спасите-помогите», либо закалка станет такой, что сорвавшимся со стапеля зажимом не прошибешь.

Материалисту до мозга костей и атеисту, каковым является Иванов, требовалось подтверждение реальности происходящего. Он никак не мог поверить, что с ним это происходит на самом деле.

Вначале он себя ущипнул. Боль была вполне реальной. Тем не менее он не отметал варианта, что сейчас находится в больничной палате и видит глюки.

Стоит отметить, что галлюцинации были слишком яркими и реалистичными. Ветер обдувал кожу. Жаркое июньское волгоградское солнце облизывало своими лучами открытые участки кожи. К запаху свежей листвы примешивались ароматы выхлопных газов. Вдалеке шумели люди, урчали моторами автомобили. Листва имела насыщенно-зеленый цвет и в верхней части была покрыта пылью.

По парку прогуливались редкие в столь ранний час прохожие. Одежда пропахла ядрёным потом.

Такие чувства сложно подделать. Даже самая дорогая капсула виртуальной реальности, которые недавно появились в продаже под заказ, неспособна подделать все ощущения.

— Нужно больше доказательств! — пробормотал Иванов, решительно вставая со скамейки.

Подхватив чёрную спортивную сумку с вещами, которую он использовал в качестве подушки, парень направил стопы в сторону рынка.

За два года службы в Волгограде он был едва знаком с этим городом. В редкие увольнительные мало чего увидишь. Но центр города он с армейскими товарищами исходил вдоль и поперёк. Конечно, за долгие годы многое забылось, но стоило выйти из парка, как память то и дело подкидывала знакомые ориентиры. Например, если за ближайшей сталинской пятиэтажкой свернуть направо и пройти вниз к Волге, перейти дорогу и свернуть налево, то можно выйти к рынку. Наверное…

Неуверенно шагая по городу, в котором не был долгие тридцать пять лет, Иван Иванович всё же добрался до центрального рынка. На остановке стоял киоск «Союзпечать», которых к тридцатым годам двадцать первого века нигде в стране не осталось. Интернет ещё в десятых годах начал активно вытеснять печатную продукцию. После двадцать седьмого года правительства всех стран повернулись на экологии. Даже в России начали активно внедрять мусороперерабатывающие заводы, отказывались от бумаги. Тем более у каждого человека имелся планшет, смартфон, компьютер. Любую информацию можно было получить из сети. Вот только пресса стала совсем продажной.

Раньше газеты окупались с продаж экземпляров продукции. В будущем всё не так. Платные сайты информационных агентств мало кто захочет посещать. Поэтому статьи в прессе легко покупались. И реклама везде и всюду. Сайты информационных ресурсов пестрят рекламой. Если на других сайтах вроде известного видеохостинга или онлайн-кинотеатра можно купить подписку, чтобы не видеть рекламы, с прессой так не получится. Они живут с продажи статей и рекламы. Относительно честными журналистами стали блогеры, но и там без рекламы ни один ролик не обходится. Продакт-плейсмент на каждом шагу. И с этим приходится мириться, ведь понятно, что независимый журналист должен на чем-то зарабатывать, чтобы у него был интерес к своей работе.

И вот старый добрый киоск с журналами. Иванов глядел на него с ностальгией. Он вдыхал ароматы свежей прессы с непередаваемым наслаждением. Глядя на яркие обложки глянцевых журналов и газет, он не мог вспомнить, когда в последний раз держал в руках прессу, кроме рекламного спама, который курьеры пихают в почтовые ящики, а жильцы тут же выбрасывают в помойку. Рекламщики как-то не спешили спасать природу.

— Солдатик, ты долго будешь стоять?

Ваня обернулся на хриплый мужской голос. Обнаружив нетерпеливого мужчину лет сорока, нервно поправляющего очки, он обезоруживающе улыбнулся.

— Извините, я сейчас, — наклонившись к окошку, он сказал полной пожилой продавщице: — Дайте, пожалуйста, все самые свежие газеты объявлений.

— Есть «Домино» и «Все для Вас». Сегодняшние. Будете брать?

— Да. А ещё что-нибудь есть?

— Есть, — двойной подбородок продавщицы устремился к обвисшей груди. — «Работа для Вас» и журнал «Автопродажа».

— Кроме «Работы», дайте всё.

Поспешно расплатившись, чтобы не задерживать очередь, Иванов сгреб прессу и ретировался от киоска в сторону шаурмячной. Оттуда исходили аппетитные ароматы жареного мяса, на что желудок отреагировал урчащей руладой.

Со стаканчиком горячего быстрорастворимого кофе, огромной шаурмой и прессой под мышкой Ваня пересёк дорогу и расположился в парковой аллее, которая находится посередине дороги и тянется через весь центр города.

Заняв свободную лавочку, он откусил кусок шаурмы и с нетерпением нашел маленькие цифры в углу газеты «Всё для Вас». Там красовалось сегодняшнее число «2.06.2000 год». На «Домино» стояло то же число. А вот журнал устарел на пару дней. Судя по последней странице, он выпускался с периодичностью раз в неделю.

— Йогуртом по губам! Приплыли! — выдохнул он. — Значит, я всё же попал в прошлое?

Ваня любил читать. С книгами близкое знакомство он свёл в четырнадцать лет. Тогда ему была доступна лишь школьная библиотека и домашние коллекции книг друзей и знакомых. В то время нормальным было одолжить почитать у кого-нибудь книгу.

Как и многих мальчишек, Ваню привлекали приключения и детективы.

После армии он познакомился с фантастикой и фэнтези, но поскольку книги стоили дорого, то позволить себе их покупку он мог очень редко. В библиотеки ходить было недосуг.

С появлением интернета он снова смог погрузиться в увлекательный мир книжных вселенных, которые дарили радость и позволяли отвлечься от реальности. Сначала была пора пиратства: книги, фильмы, музыка — всё это можно было легко найти и скачать с торрент-сайтов. В те времена он был твердо уверен, что платить за то, что можно скачать на халяву, — полнейшая глупость.

Потом Иванов стал обеспеченным человеком и уже мог себе позволить покупать всё, что хочет: подписки на онлайн-сервисы, книги. Он слал донаты любимым авторам и блогерам, которые заменили телевидение. Конечно, не в ущерб семейному бюджету. Но получая деньги за нелегкий труд, он теперь прекрасно понимал писателей. Им тоже нужен стимул, ведь сотворить книжную вселенную, вдохнуть жизнь в героев — нелегкий труд, требующий много времени и сил. Сложно сосчитать, сколько хороших авторов сгинуло во времена тотального пиратства по банальной причине: им тупо хотелось есть, пить, оплачивать коммунальные услуги. Когда же трудишься, а за это получаешь фигу с повсеместно запрещённым ядовитым пальмовым маслом, то какое творчество? Тут бы не примерить белые тапки с голодухи!

Или же сейчас пальмовое масло ещё не запретили?

Этот вопрос заставил Иванова нахмуриться. Ему не хотелось травануться, купив несъедобную продукцию. Он с ужасом вспоминал период, когда полки магазинов были забиты товарами с пальмовым маслом. Особенно широкого размаха аукцион геноцида населения достиг в двадцатые годы. Тогда можно было прийти в магазин, и из сотни товаров найти лишь один, который не содержит этого продукта африканской промышленности. И даже закон, обязывающий продавцов указывать на ценнике, что продукт содержит пальмовое масло, не всегда помогал. Люди покупали эту гадость, травились, но снова шли в магазин и брали то же самое, потому что дёшево. Но хуже всего подделки, на которых указан один состав, а по сути — отрава. Лишь в начале тридцатых годов, когда стал виден масштаб трагедии, эту отраву запретила Всемирная Организация Здравоохранения (ВОЗ).

Да, книги Иванов любил. Одно время он запоем читал о попаданцах куда угодно: в параллельные миры, в космос, в альтернативные вселенные и в прошлое в том числе. Он даже, бывало, мечтал о подобном, ставил себя на место героев произведений, но никак не ожидал, что однажды окажется на месте одного из них. Это было, мягко говоря, неожиданно.

Глава 2

Осознав, что всё же попал в прошлое, Иванов стал думать, как ему дальше жить. Над всякими высокими материями о том, как и почему так произошло, он старался не размышлять. Ну его, эти философствования. Случилось, и хорошо: молодой, здоровый и, главное, живой.

Сейчас он находился на том этапе жизни, когда у него ничего нет. В теории есть половина дома в деревне, но чтобы полностью выкупить недвижимость у Ольги, нужно иметь на руках не меньше двадцати тысяч рублей. Лучше больше, ведь, зная сводную сестру, он был уверен, что она захочет получить с него сумму выше, чем дом реально стоит.

Значит, в первую очередь нужны деньги. Но они не растут на деревьях, как листья. Их нужно как-то заработать.

Взор Ивана застыл на стопке периодики. Он взял в руки газету с объявлениями и открыл на странице по продаже автомобилей.

Вскоре стало ясно, что газета не интернет. Тут закладку не оставишь. К тому же у него нет привычного смартфона, чтобы сразу обзвонить продавцов. А ещё непонятно, что за кота в мешке продают.

Объявление в газете такая штука, что в ней написан короткий текст. Например:

Продам ВАЗ 2106 1987 года. Белый. Состояние хорошее. Цена 15000 руб.

И вот как из этого текста понять, хороший это автомобиль или ржавое ведро? А цена? Иван давно отвык от таких цен и не помнит, какими они были тридцать пять лет назад. На что ориентироваться?

На свои накопления надежды нет. Там всего-то каких-то пара тысяч с копейками. Такую сумму Иванов оставлял в ближайшем продуктовом магазине, когда ходил за мелочевкой к чаю. А тут машину за пятнадцать тысяч продают.

Если судить по году выпуска и цене, то это ржавое ведро, место которому на пункте приёма металлолома. Но не всё так однозначно. К примеру, за шаурму, чай и прессу он заплатил сущие копейки. Когда прогуливался по рынку, то видел в витрине бутылочное пиво за шесть рублей. Так что цены в этом времени определённо иные и ориентироваться следует на них, а не на те, к которым привык.

Сходив до того же киоска с прессой, он приобрел блокнот и авторучку. Расплачиваясь, он спросил у торговки:

— Простите, высокопочтенная, если мой вопрос вам покажется странным, откуда и как можно позвонить?

— С таксофона можно позвонить. Купи у меня карту для таксофона и звони, сколько минуты позволят.

— Это как?

Ваня в самом деле не мог припомнить, как пользоваться таксофоном. Вроде бы когда-то давно он пару раз звонил из уличных телефонов, но это было так много лет назад, что процесс выветрился из головы.

— Как-как… — пробурчала продавщица, смерив покупателя таким взглядом, словно смотрела на дурачка. — Ты чего, из деревни что ли?

— Вы угадали, высокопочтенная. Я родом из Барсуков.

— Откуда? — вытаращилась дамочка.

— Деревня Барсуки Челябинской области. Не слышали о такой?

— Впервые слышу… Ты это, солдатик, карточку в таксофон суй, номер набирай. С карты у тебя минуты списываться будут. Когда разговор закончишь, карту вынь.

— Спасибо за инструкцию, уважаемая. Будьте любезны отвесить мне сего чуда дивного.

Расплатившись за карту для таксофона, Иван отправился обзванивать продавцов автомобилей. За время работы перекупом у него накопился стандартный список вопросов, этакий шаблон, с помощью которого можно выяснить, стоит ли вообще ехать смотреть автомобиль.

Обзвонив семь объявлений, он остановился на последнем, как раз на той самой шестёрке лохматого года выпуска.

Продавал её дед, который божился, что единственный владелец и ухаживал за ласточкой, как за своим дитём.

Вот только проблема: у Иванова не было средств на покупку Жигули. Но он уладил этот вопрос, направив стопы в отделение банка, который выдает потребительские кредиты под конские проценты. В другие банки он даже не думал совать нос: там ему точно дадут от ворот поворот.

Как и ожидалось, кредит ему дали вместе с банковской картой, на которую зачислили денежные средства. Деньги он тут же снял в банкомате. Процентную ставку задрали неприлично высоко — аж восемьдесят процентов годовых! Это натуральный грабёж. Так ещё и сумму ограничили всего двадцатью тысячами рублей.

Иванов поймал бомбилу и доехал до продавца почти к оговоренному времени. В век до широкого распространения сотовой связи опоздать на сорок минут не особо страшно.

Встреча происходила возле гаражей неподалеку от многоэтажки в спальном районе.

Когда старик открыл скрипучие створки ворот и продемонстрировал свою ласточку, Иван даже не подумал скрывать эмоции.

— Дед, — с возмущением посмотрел он на продавца, — ты какого йогурта мне воду в уши лил? Это что за шайтан-арба?

— Это Жигули!

— Это ржавое ведро с гнилыми болтами! А ты мне по телефону шипел, как Воландеморт любимому василиску, что не бита, не крашена, ухожена… Если ты за своими детьми также ухаживал, мне их искренне жаль.

— Да я с неё пылинки сдувал! — возмутился старик. — В гараже хранил, ездил только летом на дачу!

— Оно и видно, что в гараже хранил…

Иванов наклонился и постучал по дырявому порогу. Оттуда отвалился кусок ржавчины.

— Херня твой гараж! Сырой. Вон, пороги все сгнили.

Он лёг на землю и посмотрел под машину, после чего продолжил:

— Днище ржавое, скоро отвалится. Буду я как Флинстоун ногами тормозить… А кузов? — поднявшись на ноги, он стал тыкать в многочисленные очаги ржавчины. — Это ты называешь целым кузовом? Да на этом корыте живого места нет! Короче, я избавлю тебя от этого автохлама за восемь штук. Больше это корыто не стоит.

— Какие восемь тысяч? Я меньше, чем за пятнадцать не продам!

— Это ты так думаешь, что продашь… Хотя, если найдёшь слепого покупателя… Давай заведем.

Дед с неохотой пустил Ваню за руль. Тот повернул ключ в замке зажигания, а в ответ услышал лишь как крутит стартер. Автомобиль отказывался заводиться.

— Утром заводилась! — клятвенно заверил опешивший дед, смотря на покупателя честными глазами.

— Похоже, ты меня навертеть хотел, йогуртом по губам! — возмутился Иванов. — Дед, да тут мотор лёг. Я всю жизнь тачки чиню, видно же, что компрессии нет.

На самом деле Ваня понял, в чём проблема. Если это действительно то, о чём он подумал, то ремонт копеечный. Хотя мотор действительно мог лечь. Но и это не беда. Двигатель можно откапиталить на коленке, точнее, поменять кольца. На кольца и инструменты денег достаточно, и это не займет много времени. А то, что движок после этого недолго проходит, не его проблемы.

— Есть, чем давление в цилиндрах померить?

— Есть! — ожил старик и принялся шарить по стеллажам.

Вскоре он вручил Ване свечной ключ и самодельный компрессометр. Иван ловко выкрутил свечи и скомандовал:

— Крути.

Старик сел за руль и начал крутить стартером.

— Первый цилиндр — пять очков… Крути… Стой! Три очка… Крути! Стой! Пять очков… Хорош, вылезай, и так понятно, что мотор лёг.

Старик выглядел очень опечаленным.

— Как же так? — расстроенным тоном вопросил он. — Я же за тринадцать лет всего шестьдесят тысяч на ней отъездил! С учёта уже снял. Масло каждые десять тысяч менял.

— Это ты зря, — покачал головой Иванов. — Йогурт мне в рот! Дед, ты как первый день живёшь! С нашим «качественным» маслом его менять нужно через семь тысяч. А тебе вообще могли паленушку продать под видом нового.

— Это как? — не понял продавец.

— Просто. Отработку фильтруют, в новые канистры фасуют и впаривают под видом нового масла. А у людей потом движки на капиталку приезжают. Ты не расстраивайся, я твоему горю готов помочь. От своих слов не отказываюсь — заберу за восемь.

Тут взор Иванова упал на резину.

— Ладно, девять дам, если зимние шины отдашь в подарок.

Старик, который буквально десять минут назад готов был себя пяткой в грудь бить и божился, что дешевле пятнадцати тысяч свою ласточку не продаст, засиял от счастья, что ему предлагают девять тысяч.

— Забирай! И резину отдам, и запчасти. У меня тут стартер, генератор, карбюратор старые. Я их так, на всякий случай менял.

Пока клиент был дожат, опытный перекуп быстро состряпал договор купли-продажи и отдал продавцу деньги. Вдвоем они вытолкали Жигули из гаража. Салон и багажник были забиты резиной и запчастями, на крыше остался старый металлический багажник ещё из СССР. Сзади имелся фаркоп.

Глядя на всё это богатство, Ванин хомяк жадно потирал лапки. Можно считать, что покупка уже себя на треть отбила, даже если мотор мертвый.

Старик запер гараж и поспешил удалиться, пока покупатель не передумал. Ему было плевать, что будет с шестеркой дальше. Он считал, что Ваня сейчас вступит с ней в противоестественные отношения, и был недалёк от истины.

Иван первым делом разобрал карбюратор и внимательно осмотрел иглу. Уголки его губ поползли вверх.

— Как и думал, игла — полная Кончита Вурст! Бенз переливает, на цилиндрах образуется плёнка, и компрессия падает… Меня не навертишь — он на ландыш не похож…

Бытие родителем пятерых детей накладывает свой отпечаток. Во времена работы автослесарем Иван был жутким матерщинником. Без этого ремонтировать отечественные автомобили невозможно. Но когда у него появились дети, пришлось менять свои привычки. Ругательства остались, но они видоизменились на приличные слова.

Из доставшегося в придачу к шестёрке карбюратора была изъята игла и переставлена в рабочий карб. Капнув в колодцы цилиндров масла и вкрутив свечи, Иванов с пол-оборота завёл автомобиль, после чего спокойно уехал на нём.

Купив карту города и расспросив аборигенов, Иванов сориентировался, где что находится. Вскоре он закупился на строительном рынке наждачной бумагой, обезжиривателем и монтажной пеной. В магазине автоэмалей он приобрел баллончики с краской. После мойки он загнал автомобиль в один из дворов и приступил к тому, за что ему будет стыдно.

С помощью монтажной пены пороги стали целыми.

Из почтовых ящиков ближайшего подъезда он надергал рекламных газет. Ими он заклеил окна и фары, после чего быстро пробежался наждачкой по ржавчине, зашпатлевал все вмятины и покрасил кузов в круг из баллончиков.

Спать Ваня лёг прямо в салоне автомобиля, не съезжая с места.

Рано утром он отогнал машину на авторынок. Въезд на территорию стоил пятьсот рублей, но уже выстроилась очередь.

Припарковав шестерку на довольно козырном месте, он разложил запчасти, багажник, фаркоп и резину. На картонке, позаимствованной на помойке, Иван нарисовал цену и стал ждать.

Вскоре на рынок потянулись покупатели. Фаркоп, багажник и резина ушли очень быстро, полностью отбив затраты на оплату въезда на рынок и на приведение кузова в приличный вид.

Многие останавливались возле машины, разглядывали её. Пара мужчин, с виду типичных колхозников, уже в третий раз подошли к Иванову. Один из них, щуплый, с короткими русыми волосами, начал:

— Хорошая машина?

— Отличная! — голос Вани был полон искренности, а его улыбка и тон располагали к себе. — Тачка — пушка! На ней мухи не делали сну-сну! Один владелец, дедушка. Он на ней только на дачу ездил, ухаживал, как за родной кровиночкой. Масло менял вовремя, хранил в гараже. Вы на пробег посмотрите — всего шестьдесят тысяч! И что примечательно, родной!

Иванов стал демонстрировать потенциальным покупателям интерьер.

— Смотрите, какая обивка, нульцевая. А руль? А педали? А ручка коробки? Всё свежее, как с завода. Нигде не стёрлось.

— А тут это, подтек, — наклонился над крылом пузатый спутник худого колхозника.

— Это дед скол подкашивал, чтобы кузов не ржавел, — мгновенно нашелся с ответом Иванов.

— А чего продаешь, раз машина такая хорошая? — продолжил толстяк.

— Дед совсем плохой стал — не может больше ездить. А мне машина не нужна. Я, как видите, только после армии. Мотоцикл хочу купить. Вы только послушайте двигатель, — сев за руль, он завел мотор. — Перфекто! Шепчет, как новый. Заводится с полпинка. Коробка в идеале. Вы за эти деньги ничего лучше не найдете. Я деду предлагал меньше чем за пятьдесят не продавать, но он настоял на своём. Говорит, год выпуска большой… Как по мне, глупости всё это. Для подержанной машины главное не год выпуска, а состояние. Правильно я говорю?

— Правильно, — согласно кивнул худой.

Толстяк отступил в сторону и с видом знатока придирчиво разглядывал мотор.

— А движок нормальный? Не перебитый?

— Да вы что?! — возмутился Иванов. — Конечно же, родной! Тут всё родное, кроме стартера, генератора и карбюратора. Они-то как раз новые, недавно поменяны. Заметьте, я бы мог запросто поменять их на старые и за ту же сумму продать автомобиль, но так честные люди не поступают!

— Сорок дорого, — печально вздохнул худой.

— Ага, дорого, — поддержал его товарищ.

— Глубокоуважаемые, вы мне кажетесь хорошими людьми. Так и быть, для хорошего человека не жалко сделать скидку. Тридцать пять, и эта ласточка ваша. Да вы не стесняйтесь, господин хороший. Присядьте на водительское сиденье.

Ваня чуть ли не силком усадил худого за руль. Покупатель оживился. Он уже влюбленным взором смотрел на приборную панель, нежно поглаживая руль и прислушиваясь к звуку двигателя.

— Как новая, — продолжал Ваня. — Чувствуете? Пахнет, словно только с завода. Внутри никто не курил, дед это дело строго пресекал. Хоть сейчас можно ехать куда хочешь.

— А как оформлять? — тревожно посмотрел на Ваню мужчина из салона Жигулей. — Это же к вашему дедушке ехать нужно.

— Никаких проблем. Дед не в том состоянии, чтобы куда-то мотаться. Он подписал договор, снял машину с учёта, так что оформим по закону за минуту. Сможете сразу поехать на ласточке в ГАИ и смело ставить на учёт. Если что, я с вами могу съездить.

— Тридцать пять, да? — словно опасаясь, что Ваня передумает, спросил худой.

— Только вам и только сейчас, потому что у меня хорошее настроение. Потом скидок не будет.

Набрав полную грудь воздуха, словно перед нырянием в прорубь, мужчина сказал:

— Беру!

Тут же Иванов достал из бардачка собственноручно написанные бланки договора купли-продажи с подделанной подписью старика. Туда оставалось внести данные покупателя, цену и дату. Через пару минут колхозники уезжали с рынка на своей шестёрке, а Иван подбивал профит.

Вышло, что на этой перепродаже он заработал двадцать шесть тысяч рублей. С нынешними ценами и зарплатами он примерно успел ознакомиться — это примерно четыре хороших месячных оклада работяги в регионе. Почти тысяча долларов. Даже для будущего неплохой доход с ведробизнеса.

И всё же ему было стыдно. Именно из-за этого он когда-то бросил заниматься перепродажей автомобилей. Ему неприятно было обманывать людей, хотя они и сами готовы были обмануться, поверив во что угодно. Например, эти ребята полностью удовлетворились дифирамбами продавца. Номера кузова и двигателя не сверили, документы не проверили, весь кузов придирчиво не осмотрели, а ведь там подтёков хватало. Да и свежесть краски, огромная шагрень и налипшая пыль должны многое сказать. Понимающие люди быстро проходили мимо. А таковых тут хватало.

Почти все продавцы на авторынке — перекупы. Найти тут нормальную машину по адекватной цене — как иголку в стоге сена. Нормальный человек не станет платить целых пятьсот рублей за день стояния на рынке, при том, что зарплата охранника в районе двух тысяч. Продавец лучше заплатит двадцать рублей за объявление в газете и будет ждать звонка от покупателя, чем рискнёт крупной суммой с возможностью пролететь.

Иванову достаточно беглого взгляда, чтобы понять, кто перед ним. Почти все, приехавшие на рынок на машинах, были ушлыми торгашами с теми же приёмами, которыми пользовался он сам.

Но как бы совесть ни пыталась приподнять голову, Ваня ей этого не давал — давил гадину в зародыше. Ему нужно где-то и на что-то жить, а без денег у него не будет собственного дома.

Поэтому он не стал засиживаться, а прихватил сумку с оставшимися запчастями и поспешил дойти до ближайшего таксофона и обзвонить номера телефонов из других приглянувшихся объявлений.

С одним человеком он договорился встретиться после обеда, а второй был готов показать автомобиль лишь вечером.

Набрав у лоточницы пирожков и кофе, он отправился бродить вокруг рынка, лениво поглядывая на предлагаемый товар. В отличие от огороженной территории, тут можно было встретить людей, которые приехали попытаться продать свою машину. Не будучи перекупами, они не знали, что на рынок лучше заезжать рано утром и что за это нужно платить. Поэтому они парковались неподалеку в надежде продать своё колесное имущество. Конечно, и тут торгашей было много. В основном они толкали тачки, продажа которых вряд ли пройдёт быстро и окупит цену въезда на рынок.

Плотный лысый мужчина с необъятным пузом окликнул парня:

— Эй, солдатик, нужна машина? Смотри, какая чёткая девяточка!

Иван лениво мазнул взором по кузову. Он использовал один приём для определения перекраски. Для этого нужно поймать одну точку на машине, к примеру, тень от дерева, и пройтись вокруг тачки, следя за тенью. Взор сразу замечает малейшие нюансы, переходы цвета и наплывы. На удивление, машина была в родной краске.

— Сколько? — замерев, посмотрел он на продавца.

— Тридцать.

Для перекупа цена, судя по объявлениям, для машины с таким живым кузовом крайне низкая.

Ваня заглянул под днище — оно было целым, что для девятки редкость. Простучав пороги, он с удивлением обнаружил, что они живые. Зародилась надежда, что это действительно хороший автомобиль от собственника по привлекательной цене. Болты на дверях не крутились. А вот когда он дёрнул капот и заглянул под него, всё встало на свои места.

Заметив вмиг потерявшее интерес лицо Иванова, торгаш сказал:

— За двадцать семь отдам! Деньги срочно нужны. Тачка в идеале, сам видишь. Ты за эти деньги девятку с целым кузовом не найдёшь.

— Сметана на лицо пять раз без остановки! — экспрессивно выдал Ваня. — Максима Шелкова на вас нет!

— Кого?

— Известный в узких кругах автоэксперт-криминалист. Высокопочтенный господин, — иронично произнёс Ваня, — вы сметану в следующий раз сглатывайте, прежде чем предлагать приличным людям такое.

— Нормальная тачка!

— Ну да… — сарказм сочился из Иванова со всех щелей. — Нормальная… Наверное, поэтому на ней переварен номерной стакан и перебит номер двигателя. Причем перебит столь похабно, что даже слепой гаишник заметит разницу. Если уж делаете дубль из битого ведра и краденой тачки, то вваривайте хотя бы четверть и другой блок подкидывайте. А это удобрение можете на металл сдать!

— Слышь, умник, — набычился продавец девятки, — иди отсюда!

— Ну и пойду, — спокойно заявил Иван.

Оторвавшись от созерцания подкапотного пространства, он отправился дальше по территории возле авторынка.

Внезапно его взгляд прикипел к сорок первому Москвичу. На первый взгляд автомобиль выглядел весьма удручающе. Кузов весь во вмятинах. Нет ни одного целого элемента, за исключением крыши. Бампера притёрты. Но геометрия кузова не пострадала, что говорило о том, что возможно, этот автомобиль не бывал в серьезном дорожно-транспортном происшествии (ДТП). Один порог замят, но оба без дыр, хотя и начали коррозировать.

Продавал автомобиль молодой парень не старше Ивана на настоящий момент. Цены указано не было — звоночек, который говорит о том, что это может быть владелец, а не перекуп. Те почти всегда, чтобы меньше напрягаться, пишут год выпуска, цену и минимальную информацию, например, что у тачки один владелец.

— Добрый день, — кивнул парню Иванов. — Какой год?

— Девяносто третий, — оживился тот. — Пробег семьдесят тысяч. Я год назад покупал этот Москвич у первого владельца, когда права получил: учился водить. Машина в отличном состоянии.

— И сколько вы за неё хотите?

Набрав полную грудь воздуха, словно собрался нырнуть под воду, парень ответил:

— Сорок тысяч!

— Йогуртом по губам! Да вы не мелочитесь. Я вчера купил шестерку в идеале с пробегом шестьдесят тысяч за девять кусков. Вы сами-то видите свой автомобиль?

— Да это всего лишь вмятины.

— Всего лишь? — усмехнулся Иванов. — Перекраска каждого элемента знаете, сколько стоит? Крылья и двери под замену. Плюс покраска. Пороги мятые — нужно менять накладки. Одну только кузовщину в круг сделать не менее сорока тысяч, и это при условии, что получится найти дешёвого донора с целыми кузовными элементами, но убитыми мотором и коробкой. И это я ещё под капот и днище не заглядывал.

— Там всё в полном порядке. Я поменял карбюратор, заменил цепь с натяжителем, поставил новые стартер, трамблёр и сцепление.

— Короче говоря, тачка сыплется, мама не горюй. Значит, пробег смотанный. Вы же понимаете, что у автомобиля с пробегом семьдесят тысяч не нужно менять цепь и не ломаются перечисленные вами детали. Уж стартер на Москвичах — самый живучий элемент.

— Да это я спалил стартер и сцепление! — в сердцах воскликнул владелец сорок первого. — А цепь поменял для успокоения души.

— Десять.

— Что?

— Я говорю, что готов заплатить за автомобиль десять тысяч рублей. Больше он не стоит.

Парень был готов возмутиться, но Ваня ему не дал вставить слова, продолжив давить:

— Чтобы привести машину в озвученный вами ценник, нужно вложить в неё такую же сумму. В итоге она обойдётся в восемьдесят кусков, а стоить будет сорок в лучшем случае. Я готов её купить прямо сейчас, но не собираюсь уходить в глубокий минус. За восемьдесят можно взять десятку в отличном состоянии, которая не будет ломаться и в цене ещё долго не потеряет. Вы же продаете в круг битый Москвич с мутной историей. И хоть мне хочется верить в вашу честность, но практика показывает, что люди обманывают на каждом углу.

Парень, судя по насупившемуся виду, готов был возмутиться, но кто ему позволит? Ваня не умолкал:

— Повторяю, цепь просто так никто не меняет, чтобы вы мне ни говорили! Она ходит сто пятьдесят. Раз у вас появилась мысль её поменять, значит, с ней уже было что-то не так. А пробег у этих вёдер мотается по щелчку пальцев. Даже если вы уверены, что пробег родной, это не значит, что вас не обманул предыдущий собственник.

Молодой человек под таким неожиданным напором растерялся. У него зародились сомнения в собственном транспортном средстве. По перемене лица было заметно, что он, как и многие на его месте, подумал что-то вроде: «А может, пробег действительно смотал предыдущий хозяин? Да и кузов на самом деле весь битый. И стою я тут уже долго, а все мимо проходят. Наверное, машина на самом деле не стоит тех денег, которые я за неё прошу».

— Слушай, ну… — неуверенно начал он. — Ну десятка это мало. Я этого Москвича покупал за полтинник. Давай хотя бы за двадцать.

— Йогурт на ботинок! — демонстративно закатил глаза Иванов. — Даже не знаю, как вам помягче сказать, но это не очень выгодное предложение. Я вас прекрасно понимаю, вы не хотите терять большую сумму, но с этой машиной никак иначе.

Потерев переносицу, словно усиленно размышляет и сопереживает продавцу, Ваня продолжил:

— М-м… Ладно. Дам пятнадцать тысяч.

Немного помявшись, парень согласился. Тут же был составлен договор, и Москвич сменил хозяина. А Ваня пребывал в шоке от того, что ему удалось скинуть больше половины цены.

Глава 3

Загрузив пакет с запчастями в багажник Москвича, Иван с радостью обнаружил кэшбэк. В багажнике лежали домкрат, молоток, баллонный ключ, монтировка и новая канистра минерального масла. А ещё он обнаружил наличие запасного колеса, которое не всегда удаётся найти в купленном подержанном автомобиле.

Москвич завелся сразу же. Мотор работал ровно. Скорости включались чётко. Всё это радовало нового владельца, как и тот факт, что автомобиль был снят с учёта вчерашним числом.

Пока Ваня торговал на рынке, он обнаружил у одного из соседей сотовый телефон. Перебросившись с ним парой слов, он выяснил, где можно купить столь полезный девайс.

Оказалось, что в двухтысячном году телефоны не продавались на каждом углу, по крайней мере в регионах. В Волгограде перекупу было известно всего две точки продажи сотовых, обе находились в центре города. Туда Иванов и поехал.

Салон сотовой связи располагался в небольшом павильоне. Оказавшись внутри, Ваня словно попал в ретро-музей. Большинство трубок имели торчащие антенны. Все кнопочные. А уж их цены могли отпугнуть многих, если сравнить их с нынешними доходами основной массы населения.

Полная жизнерадостная продавщица сразу же обратилась к единственному покупателю:

— Вам что-нибудь подсказать?

Ещё раз пробежавшись взглядом по моделям, он решил остановиться на дешевом и надёжном телефоне.

— Сименс А35 и сим-карту «Билайн». Тариф подберите наиболее выгодный для исходящих звонков.

— Нам недавно завезли партию Нокиа 3210, хотите посмотреть? — обезоруживающе улыбнулась продавщица.

— Чего на него смотреть? Нормальный кирпич. Но мне сейчас нужна максимально дешёвая звонилка для работы. Не до жиру.

— Для активации номера вам нужно будет пополнить баланс на десять долларов. Абонентская плата — десять долларов в месяц, входящие и исходящие звонки по восемнадцать центов в минуту.

Иванову было непривычно слышать цены в валюте в России. Это казалось чем-то диким и отдавало лёгким безумием.

— Высокопочтенная, не делайте мине беременную голову. Добавьте ещё десять долларов на счёт телефона и огласите итоговый ценник в рублях. Надеюсь, вы их принимаете?

— Да, конечно, только рубли и принимаем.

— Тем не менее цены вы озвучивали в долларах.

— Вас научить пользоваться телефоном? Это будет стоить пятьсот рублей.

Ваня посмотрел на продавщицу как на душевнобольную. Его взгляд был настолько выразительным, что она сказала:

— Понятно, не надо. С вас три тысячи девятьсот двадцать рублей.

Для того чтобы понять, что чувствовал Иванов, выходя из салона сотовой связи, достаточно привести простой пример. Цена литра бензина на заправке — семь рублей, литр молока — четыре рубля, десяток яиц — десять рублей, а поездка на общественном транспорте в том же Волгограде стоит два рубля. При этом минута разговора по сотовому телефону немногим дороже пяти рублей, почти как литр бензина! Так ещё и абонентскую плату дерут. В итоге он оставил в магазине два оклада охранника. Но связь для ведробизнеса нужна и важна, да и привык Ваня всегда иметь под рукой телефон.

Следующим для посещения стал китайский рынок, где Ваня закупился гражданской одеждой. Покупать пришлось много вещей от носков и нижнего белья, до спортивного костюма, джинсов и рубашек. При этом он оставил на рынке копейки по меркам будущего и аж три тысячи по местным ценам. То есть весь летний гардероб обошелся дешевле кнопочного телефона.

Не отъезжая от рынка, он зарылся во вчерашние газетные объявления и начал искать гараж для аренды. Обзвонив несколько собственников, он остановил свой выбор на гаражном кооперативе в десяти минутах езды от авторынка.

Через полчаса состоялась встреча с владельцем гаража. Подумать только, просторный гараж с ремонтной ямой и круглосуточным электричеством удалось арендовать всего за пятьсот рублей в месяц на остаток лета.

Вечер близился, а снова ночевать в автомобиле Ване не улыбалось. Но на этот раз на объявления он не полагался. Рядом с гаражным кооперативом располагался частный массив. Поездив по улицам и поговорив с аборигенами, Иванов нашел владелицу частного дома — мать-одиночку, которая сдавала в аренду комнату за полторы тысячи в месяц. Это был подарок небес. Хоть дом неказистый и удобства во дворе, но дёшево и в трёх минутах ходьбы от гаража.

Деньги таяли, как снег весной. Ещё утром у Вани в кармане лежали сорок пять тысяч, а сейчас осталась всего двадцать одна. Но при этом у него появились гардероб, временная крыша над головой, арендованный гараж и автомобиль, что примечательно, на ходу. Утром третьего числа всего этого не было, а вечером четвёртого уже есть. Завидный рост для вчерашнего солдата.

В прошлой жизни, чтобы всё это появилось, Иванову пришлось изрядно постараться и потратить много времени и сил.

Посещение продуктового магазина и рынка показало, что на тысячу можно без напряга питаться целый месяц.

Утро пятого июня Ваня начал с поездки на птичий рынок, о местоположении которого выяснил у хозяйки дома, в котором арендовал комнату.

Рынок был ему интересен из-за барахольщиков, торгующих всякой всячиной, которую считают ненужным хламом. Новые инструменты всегда стоили дорого, а у таких барахольщиков можно за недорого приобрести надёжные советские инструменты по очень вкусной цене.

Рынок порадовал парня обилием продавцов и предложений, а также возможностью хорошо опустить цену во время торга. Там он набил багажник различными гаечными ключами, головками, молотками, напильниками и сверлами, которых хватит, чтобы чинить автомобили и заниматься простым кузовным ремонтом. И за всё он заплатил всего лишь тысячу. Самой дорогой покупкой стал трансформаторный сварочный аппарат. Огромная махина весом около тридцати килограммов была покрыта толстым слоем пыли, из-за чего становилось очевидно: им давно не пользовались. Ломаться там практически нечему, поэтому куплен он был смело.

А вот углошлифовальную машинку, в простонародье называемую болгаркой, дрель и компрессор с покрасочным пистолетом пришлось покупать новыми.

К обеду бюджет парня похудел на семнадцать тысяч, зато в гараже появился весь минимально необходимый инструмент для гаражного мастера.

Вторую половину дня Иван потратил на покупку расходников: дисков на болгарку, электродов для сварки, растворителя, обезжиривателя, грунта для автомобилей, шпаклёвки, наждачной бумаги и краски под цвет Москвича. Всё, кроме краски, он взял с запасом на ремонт нескольких автомобилей, ещё сильнее прохудив свой бюджет.

За трое суток Москвич был полностью восстановлен. Все вмятины вытянуты, зашпаклеваны. Кузов перекрасился и сиял новизной. С компрессором и пистолетом покраска была намного качественнее, чем из баллончиков. Салон он вычистил до состояния почти нового. Пробег смотал до пятнадцати тысяч километров. Двигатель, коробку передач и подкапотное пространство он отмыл до сияния. Машина выглядела так, словно только что выехала из автосалона.

На следующий день Москвич был всего за час продан на авторынке за сорок семь тысяч рублей.

Иванов с головой погрузился в перекупский ведробизнес. Он за невысокую цену покупал внешне некондиционные отечественные автомобили: ржавые или слегка битые. Единственными критериями для него были невысокая цена, не криминал и возможность восстановления при минимальных вложениях средств и времени, чтобы тратить на ремонт не больше недели.

За лето через его руки прошло много автомобилей. Не каждый продавался сразу после ремонта. Не всегда получалось выгадать серьёзную прибыль. Некоторые машины он перепродавал в тот же день с небольшой наценкой, просто помыв и слегка подкрасив. Но ведробизнес процветал.

Кредит он давно закрыл и забыл о нём, как о чём-то несущественном.

К двадцать седьмому августа у него на руках осталась свежая четверка (ВАЗ 2104), которая после его кузовного ремонта выглядела как новая. Эту машину он делал для себя. На неё перекочевали лучшие запчасти от тех Жигулей, которые прошли через его руки. Ловкость рук и никакого мошенничества: попросту деталь похуже ставилась на донора, а более новая занимала место в четверке.

Помимо этого в гараже добавилось инструментов, колёс и запчастей. Ну и, конечно, Иванову удалось накопить очень солидную сумму по нынешним временам — двести тысяч рублей. Большую часть этих денег он перевёл в доллары.

Рассчитавшись с долгами, он загрузил всё накопившееся имущество в четверку и отправился в Барсуки. Все вещи даже при сложенном заднем сиденье не поместились в салон. Много хлама, место которому на свалке или пункте приёма металлолома, пришлось оставить в гараже, устроив собственнику сюрприз. Жигули тащили за собой купленный по-дешевке у какого-то деда легковой прицеп, который, как и салон, был заполнен автохламом: шинами и бывшими в употреблении, но ещё годными запчастями, крупногабаритными инструментами.

Двое суток заняла дорога до Барсуков. Тысяча шестьсот километров по трассе с груженным прицепом — удовольствие из сомнительных. Бензина машина ест много. Всем кажется, что ты медленно едешь, и на трассе есть два тормоза: дагестанская фура с жутким перегрузом и тошнотик на тазе с прицепом. И тебя постоянно обгоняют, что не добавляет душевного равновесия.

От Барсуков до Челябинска семьдесят девять километров. С одной стороны, много. С другой стороны, это всего час езды. Протяженность города Волгограда вдоль Волги — около ста километров. Так что при необходимости доехать из Барсуков до Челябинска это как с одного конца Волгограда съездить на другой.

За время пути его несколько раз останавливали сотрудники ГАИ. Для них автомобиль на транзитных номерах был подобен красной тряпке для быка. Номера были просрочены, но это не являлось проблемой. Ваня перед поездкой переписал договор, поменяв в нем дату. А по закону после покупки автомобиля можно смело ездить десять дней до постановки на учёт. Сложнее дела обстояли с документами удостоверяющими личность. Солдат, демобилизованный из армии, обязан в течение месяца получить новый паспорт, а старого не имеет вовсе. С просроченным военным билетом добраться до дома было бы проблематично. А на машине ничего, нормально доехал.

Когда Жигули припарковались возле дома приёмных родителей, Иван с ужасом обозрел отчасти свою недвижимость. Он и забыл, каким старым был этот дом. Квадратное одноэтажное строение было собрано из досок, промежуток между которыми был заполнен опилками. Краска давно облупилась, забор в виде низкого штакетника покосился. Единственное, что радовало, — наличие газа, каким-то чудом проведенного в поселок и дом. Сейчас он припомнил, что именно благодаря газу этот дом удалось продать в прошлой жизни за сорок тысяч. А так он даже этих денег не стоил.

Со скрипом несмазанных петель отворилась дверь избушки. В вечерних сумерках на улицу вышла Ольга. Ваня с трудом узнал сводную сестру. Он не видел её много лет и успел позабыть её внешность.

Плотного телосложения с объемным бюстом и собранными в хвост пшеничными волосами восемнадцатилетняя круглощекая девица. Она не красавица, но и уродиной назвать сложно. Накинутый старый халат не добавлял ей очков привлекательности. Ваня не мог понять, как она в прошлой жизни так быстро смогла найти мужа, ещё и с квартирой.

Щурясь, Ольга с опаской вглядывалась в сумерки.

— Кто там? — дрогнувшим голосом спросила она. — Вы к кому?

— Свои!

На секунду брови девушки нахмурились, словно она пыталась распознать голос, но вскоре черты лица разгладились и её губы расплылись в улыбке.

— Ванька? Это ты, Ваня?

Радостных ноток он не ожидал услышать, поэтому слегка опешил.

— Как говорилось, когда КВН ещё был смешным: мою голову с дружеским визитом посетила мысль… Ольга, давно не виделись.

Он прошел через калитку с парой сумок. Ольга, наконец, смогла разглядеть сводного брата и радостно произнесла:

— Ванька! Живой! А я уж думала, с тобой что-то случилось. Ты где был? Ты же должен был приехать из армии в начале июня?

— Обстоятельства оказались выше меня и желания попасть домой.

— Ваня, что случилось? Ты заболел?

— Не совсем. Сначала упустил свой поезд. Потом не было денег. Пришлось задержаться, чтобы заработать.

— А что за машина? Тебя кто-то подвёз?

— Я сам себя подвёз. Пришлось купить автомобиль, иначе с просроченным военным билетом я бы домой не добрался.

— Ваня, откуда у тебя такие деньги?

— Кредит взял под конские проценты. С этим сейчас просто. Вот отдавать сложно. Оля, ты как тут?

— Плохо, — вздохнула она. — Я думала, что с тобой что-то случилось, ведь от тебя не было новостей. Я испугалась, что ты тоже, как родители…

— И на что ты жила?

Ольга стыдливо опустила глаза, чего за ней в прошлом не водилось.

— Вначале заняла денег у соседей, потом… мне пришлось продать телевизор. А потом мне посоветовали, как получить пособие. Я поступила в кулинарный техникум в Челябинске. После зачисления мне начали платить пособие. Я завтра утром собиралась уехать на учёбу, а тут ты…

— Оль, — внимательно разглядывал сводную сестру Иванов, — есть что-то, о чём мне должно быть известно?

Тут его взор зацепился за газовую трубу. Она была отрезана. Ольга проследила его взгляд, тяжко вздохнула и произнесла:

— Кстати, да… Я как раз хотела тебе об этом сказать. Пока ты был в армии, а я в приюте, копились долги по коммунальным платежам. Потом у меня не было денег, чтобы платить за коммуналку. В общем, нам начислили большую сумму, а ещё отрезали газ и свет.

— Перфекто! — саркастично протянул Иван. — И как мы будем решать эту проблему?

— Ну… — шаркнула ножкой девушка. — Я тут подумала, что было бы неплохо продать дом и… — тут она замялась. — И разделить сумму на двоих.

— Ты уже пыталась продать? Сколько предлагают?

— Мало… Без света и газа, с долгами, больше двадцати тысяч не дают. Если бы всё было нормально, то за сорок штук можно было бы толкнуть.

— Оль, лучше я ещё в кредиты влезу и у тебя куплю твою долю, чем отдавать недвижимость чужим людям. Тебя устроит двадцать тысяч?

— Двадцать? — оживилась она. — Вань, а может, не будем продавать дом? Лучше погасить долги и оставить всё себе.

— Окей, мой сладкий персик. С тебя двадцать тысяч, и делай, что хочешь: сама гаси долги и оставляй дом себе.

— Э-э?! — опешила девушка.

В прошлый раз инициатором такого предложения выступила она, сейчас же Ваня не стал дожидаться, когда ему сядут на шею, и перешёл к лучшей тактике защиты. Как известно, лучшая защита — это нападение.

— Ну уж нет! — начала закипать Ольга. — Тогда лучше ты купи у меня половину дома!

— Окей. Я изначально так и предлагал, но ты же сказала, что хочешь оставить себе дом.

— Нам! Я хотела его оставить нам.

— Мы не муж с женой, чтобы жить под одной крышей. Завтра ты захочешь привести сюда мужа, потом родишь детей, привезёшь свекровь. Потом я приведу жену… И будет нас тут ютиться целый цыганский табор. Меня это не устраивает. Дом должен принадлежать одному собственнику. Меня устроит любой вариант, кроме продажи дома на сторону, поскольку он принесёт в два раза меньше средств.

Если в прошлый раз Ваня обиделся на Ольгу, то сейчас всё произошло строго наоборот. Девушка стала считать сводного брата негодяем. И плевать ей было на то, что она немногим ранее не только хотела продать дом, но и пыталась сделать это без участия Иванова. И на то, что цену Иван предложил в два раза выше рыночной и готов взять на себя долги за коммунальные услуги, ей тоже было всё равно. Она пропустила мимо ушей предложение самой выкупить дом, поскольку хотела от него избавиться и жить в городе, а не влезать в долги ради старой халупы. При этом у неё сложилось мнение, что братец выгоняет её из дома.

Теплый, мирный и тихий вечер — это не про этот день. Иван с Ольгой жутко разругались, но в итоге сошлись на том варианте, в котором Иванов выкупает половину дома у сводной сестры.

Следующую неделю сложно назвать простой. Иванов много ездил в райцентр: сначала получать паспорт, затем ставить на учёт в ГАИ четверку с прицепом. Потом ему пришлось ездить в Челябинск и встречаться с Ольгой, чтобы через нотариуса оформить сделку купли-продажи недвижимости.

Суета и нервотрёпка погрузили Ивана в состояние стресса. И когда одна суета завершилась, началась другая: погашение долгов по коммуникациям, оформление подключения назад газа и электричества. Это небыстрый процесс, который может затянуться и на полгода, а Ваня живёт без света, словно в средневековье. Так что пришлось подмазать небольшими взятками людей в Энергосбыте и Облгазе.

В итоге через две недели после возвращения в родные края у парня дома появились и газ, и электричество. Дом и пятьдесят соток земли были оформлены в его собственность. Долгов не осталось. Вроде бы всё хорошо, но есть нюанс. Дом со всеми расходами ему обошелся в тридцать семь тысяч. Почти столько же, сколько стоит такой же дом с газом и без долгов на другой улице. И реально проще было бы купить его, подарив хибару приёмных родителей вместе с долгами сводной сестре. Так и не поругался бы с ней, и свалил бы на её плечи все проблемы. А то сейчас Ольга считает себя обиженной королевой, при этом она получила денег больше ожидаемого и сохранила здоровыми нервы. Ваня же потратил полугодовой заработок рабочего из Челябинска, а, когда закончилась нервотрёпка, слег с сильной простудой.

Пока Ваня валялся в постели и выздоравливал, у него было время подумать о том, как дальше жить.

Он думал, как лучше поступить: вложить деньги в строительство или приобрести недвижимость в Челябинске? Для этого, когда ему стало полегче, он съездил в райцентр за свежими газетами объявлений и принялся изучать рынок жилья.

До деревни сотовая связь ещё не добралась. Худо-бедно она работала в Челябинске, но там в настоящее время существовал лишь один оператор сотовой связи «Шупшакар». С сим-картой волгоградского «Билайна» звонить в роуминге — крайне дорогое удовольствие. Поэтому временно пришлось отказаться от телефона. Тем более без оплаты абонентской платы номер телефона был заблокирован.

Средняя цена квадратного метра квартиры в Челябинске плавала в районе от ста сорока до двухсот долларов. Имелось и элитное жилье с совсем иными ценниками, но оно Ваню не интересовало. У него имелся вполне определенный бюджет. Он оперировал пятью тысячами долларов. Удивительно, но факт: за эти деньги можно было приобрести небольшую однокомнатную квартиру на тридцать три квадратных метра. Или же, как бы это бредово не звучало, новую инжекторную девятку с автосалона! Это никак не укладывалось в голове Иванова. Где девятка, а где квартира? Он привык, что девятка — это древний автохлам, который ничего не стоит. В будущем квадратный метр жилплощади стоил как бюджетный автомобиль. А сейчас по цене дешёвой тачки можно купить квартиру!

После этого он недолго думал. После выздоровления, взяв доллары, Ваня поехал в Челябинск и потратил трое суток на поиск подходящего жилья. Вскоре он обменял заработанные за пару летних месяцев накопления на однокомнатную квартиру площадью тридцать два квадратных метра, чему радовался, как мартышка банану.

Квартира нуждалась в ремонте, но в целом была пригодна для проживания.

На следующий день он отправился в гаражный кооператив, который находился неподалеку от его нового жилья. После ознакомления с ценами стало понятно, что покупку гаража он пока не может осилить. Гаражи в кооперативе стоили от двадцати пяти до пятидесяти тысяч, а после всех трат у Вани осталось лишь двадцать. Зато ему удалось за пятьсот рублей в месяц арендовать просторный гараж с ямой. Дорого, учитывая их стоимость. Этак можно за пару лет сдачи в аренду окупить стоимость гаража.

Плюсом шло то, что платить можно ежемесячно.

Иванов начал обустраиваться в квартире. Холодильник и мебель в квартиру он привёз на прицепе из Барсуков. В гараж перекочевали купленные в Волгограде инструменты.

В конце сентября, немного обустроившись на новом месте, Ваня продолжил заниматься ведробизнесом, для чего ему пришлось приобрести сим-карту от местного оператора сотовой связи.

На этот раз он не рвал жилы, как сразу после попадания в прошлое. Работал он без сильного напряга и уже без откровенного обмана, но всё равно приходилось крутиться как белке в колесе.

Первым прямо в тех же гаражах был за три тысячи куплен разукомплектованный сороковой Москвич. Что уж с ним хотел сделать владелец, одному ему известно, вроде бы хотел поменять сцепление, но увлекся, а потом не захотел собирать обратно. Новое сцепление и куча запчастей шли в комплекте к автомобилю. За неделю собрав его и освежив краску, Ваня продал автомобиль за семь тысяч, заработав на нем четыре.

Дальше пошло-поехало. К лету через его руки прошли десятки автомобилей, но не более пяти в месяц. На прибыль он покупал доллары.

Постепенно в квартире появлялась нормальная техника. На скорую руку там был сделан косметический ремонт.

При всём при этом к концу мая парню удалось накопить семь тысяч долларов. Конечно, эта сумма несопоставима с той, которую удалось заработать в Волгограде, но Иван, во-первых, так не напрягался, как летом двухтысячного года, во-вторых, не занимался мошенничеством вроде лепки порогов из монтажной пены. Он делал кузовщину хорошо, пусть и не идеально. Добиться идеала в гаражных условиях и с минимально необходимым оборудованием нереально.

Две тысячи баксов ушли на покупку двух рядом стоящих гаражей, которые довольно быстро силами нанятой бригады строителей превратились в один большой гараж. В июне Иван переехал в собственную мастерскую.

В это время цены на недвижимость продолжали расти. Теперь купить за пять тысяч долларов однокомнатную квартиру не представлялось возможным. Иван порадовался своей предусмотрительности.

Дальше он не отступал от выбранной стратегии, тратя силы и время на ведробизнес. К концу лета две тысячи первого года он умудрился накопить восемь тысяч долларов, которые тут же потратил на покупку ещё одной однокомнатной квартиры.

В новую квартиру перекочевала старая деревенская мебель, и эта недвижимость была сдана в долгосрочную аренду.

Ведробизнес процветал. Иван продолжал трудиться в поте лица, зарабатывая капитал на ремонте и перепродаже старых автомобилей. Он планировал перебраться в деревню и начать обустраиваться там. Ему хотелось тишины и покоя. В редкие моменты отдыха на купленном к новому году компьютере рождался план застройки участка в Барсуках.

Ваню пугала предстоящая в начале двадцатых годов волна эпидемий. Строя планы далеко наперёд, он собирался переждать эпидемию вдалеке от больших городов. Как показал опыт прошлой жизни, сделать это лучше всего в глубинке, а делать это приятней в комфортных условиях, которые он собирался создать для себя.

В настоящее время строительство обходится недорого. И хотя цены на стройматериалы с каждым годом растут, но пока ещё по карману среднему россиянину. Иван пока был чуть выше среднего, но и богатым его сложно назвать. Какой-нибудь столичный клерк мог переплюнуть его по доходам. И всё же стоит отметить, что обычный человек не может себе позволить каждый год покупать по квартире, пусть даже в Челябинске.

Глава 4

Об Ольге ничего не было слышно. Да и не интересовался её судьбой сводный брат. Слишком сильной оказалась обида на сестру, перенесенная Иваном из будущего, оттого ему была неинтересна её судьба. К тому же у него хватало дел, чтобы не задумываться над отвлеченными материями. Он поставил перед собой цель и стремился добиться её тяжёлым трудом с утра до ночи и почти без выходных.

В сентябре он сменил формат бизнеса, чему поспособствовала местечковая популярность. Вначале соседям по гаражам стало известно, что Ваня чинит и красит машины. К нему и раньше несколько раз обращались с просьбой о покраске авто, но он отказывал, а сейчас решил попробовать.

Попробовал раз, потом ещё и ещё. Сарафанное радио распространило слухи о гаражном мастере, который недорого берёт за свои услуги и делает работу качественно.

В итоге к октябрю Иван полностью переключился на формат мелкого кузовного ремонта и покраски. Работал он неофициально, налогов не платил, но налоговой службе не так-то просто обнаружить гаражного мастера, который не желает регистрировать свою деятельность официально.

Покрасить машину во все времена стоило недешево. Найти человека, который выполнит работу чуть ниже рыночной цены, при этом быстро и качественно весьма непросто. Оттого немудрено, что бизнес Иванова оказался весьма успешным. От клиентов не было отбоя. А чтобы так и было впредь, он на постоянной основе размещал в газетах объявления.

В целом прибыль оставалась примерно на том же уровне, как и с ведробизнеса. Иногда больше, иногда столько же. Были тут и плюсы, и минусы. Плюс в том, что не нужно ездить по городу в поисках автомобилей для восстановления и их последующей перепродажи. Минус — более жёсткий график и зависимость от потока клиентов.

Всё шло замечательно до начала апреля. День начался погано с самого утра. Небо заволокло свинцовыми тучами, моросил мерзкий ледяной дождь, а из-за тумана видимость сократилась до пятидесяти метров.

Когда Иванов на своей четверке подъехал к гаражу, то обнаружил там припаркованный внедорожник Мерседес.

Такое соседство вызывало подозрения. Мерседесу нечего делать в самом обычном гаражном кооперативе. Тем более нечего делать такой машине возле его гаража. Если это клиент, то он явно не по адресу, ведь гаражная покраска плохо соотносится с дорогим автомобилем.

Стоило ему выйти из автомобиля, как нутро Мерседеса покинули два крепких парня. На их широких плечах были накинуты кожаные куртки. Головы были коротко подстрижены. Посмотришь на эти рожи, и сразу возникают ассоциации с бандитами из девяностых.

— Парень, — обратился к нему один из них, — это твой гараж?

Что-то Ивану не хотелось этим личностям признаваться во владении гаражами.

— Нет. Я ищу кузовщика. Мне сказали, что где-то тут. Вы случайно не знаете? А то мне нужно крыло подкрасить.

— Тут-тут, — кивнул здоровяк, потеряв интерес к Иванову. — Только он сегодня не работает. Приезжай завтра.

— Ага, спасибо…

Стараясь скрыть дрожь в коленях, Ваня медленно побрёл к своей машине. Чтобы не выдавать волнения, он всё делал неспешно: плавно вставил ключ в замок зажигания, повернул его и дождался, когда заурчит жигулёвский мотор.

Сдав назад, он поехал в обратном направлении и припарковался возле контрольно-пропускного пункта. Зайдя в сторожку, он кивнул сторожу. Сегодня дежурил молодой парень. Память подкинула его имя.

— Илья, добрый день. Не подскажешь, что за товарищи приехали на Гелентвагене?

— Так вам лучше знать! — заявил Илья, с недоумением разглядывая собеседника. — Они зашли ко мне, расспрашивали, кто у нас в гаражах занимается ремонтом. Я рассказал о вас.

— На целом Мерседесе? Кузовной ремонт в гаражах? Илья, а тебе не кажется это нелогичным?

— Не знаю, мне пофиг, — пожал он плечами.

— А что ещё они спрашивали?

— Спрашивали, как часто к вам машины приезжают, сколько берете за ремонт. Я примерно ответил. А что?

Иванов нахмурился. У него окрепли подозрения, что никакие это не клиенты. Такими вещами могут интересоваться либо правоохранители, либо рэкетиры. На первых те быки не похожи, значит, бандиты.

— Слушай, Илья. Никакие это не клиенты. Бандиты это, йогуртом по губам! Короче, ты меня сегодня не видел, ничего обо мне не знаешь, когда появлюсь, ты не в курсе. Понял?

— Боишься, что тебя на счётчик поставят? — ухмыльнулся сторож.

— Бандитов не боятся только идиоты или люди с большими деньгами и штатом личной охраны. И то не факт. А я обычный человек. Мне дорого моё здоровье. Тебе тоже вряд ли хочется встревать в неприятности. Поэтому, пожалуйста, если эти быки к тебе припрутся, прикинься ветошью. Я не я, ничего не знаю, всё, что знал, сказал. Хорошо?

— Понял, — убрал с лица ухмылку Илья. — Я тебя не видел и не слышал.

Иван отключил телефон и поспешил уехать от гаражей. Он не был верующим, но, как любой человек старше тридцати лет, даже если биологически ему двадцать два года, он был полон предрассудков. Появление на пороге его мастерской парочки мордоворотов он воспринял как знак свыше.

Когда его перестало колотить, он подумал:

«Что ж, печально, но всех денег не заработать. А ведь не хотел я заниматься ремонтом. Людская молва не только для рекламы полезна, но и неприятности может принести».

Он успел накопить восемь тысяч долларов. Этих денег должно хватить на постройку дома. Так что Ваня решительно отключил телефон и приступил к сборам.

Трезво рассудив, что ночевать возле гаража бандиты не будут, в гараж он вернулся поздно вечером за прицепом и инструментами. Тогда же он договорился о встрече с последним клиентом, автомобиль которого был недоделан. Клиенту он вернул деньги, отговорившись тем, что у него сломался компрессор.

Половина ночи ушла на погрузку самого ценного. Лишь ближе к утру Ваня уехал из гаража, сразу отправившись в Барсуки.

В деревне он переночевал, оставил вещи, после чего вернулся в город, где выставил на продажу гараж по низу рыночной цены и начал подыскивать арендаторов в квартиру.

Продажа гаража затруднялась тем, что бандиты ещё три дня подряд приезжали в ГСК ежедневно, как на работу. На четвертый день они не приехали. Лишь тогда удалось начать водить к гаражу покупателей. В итоге тот через пару дней ушёл всего за тысячу баксов, что как минимум в два раза ниже рыночной цены. Но Ваня считал, что безопасность дороже денег. Гараж себя окупил.

Сдав в аренду основную квартиру, Иванов с полным багажником и прицепом, которые были набиты его вещами из гаража и квартиры, вернулся в Барсуки.

На этот раз его пребывание в родной деревне не омрачали неприятности. Всё время он исправно вносил все необходимые платежи, вписывая в расход по счётчикам минимальные показатели. Во время подключения газа ему удалось пробить установку газового счётчика, который за пару лет себя полностью окупил.

С счетчиком нужно платить только за потраченный газ. Если его нет, Облгазу плевать, живёшь ты в доме или нет — будь добр платить по установленным ими тарифам.

Когда есть крыша над головой, можно спокойно заниматься строительством.

В альтернативном будущем Ваня, когда были деньги, отстроил себе трехэтажный коттедж. С одной стороны, это было удобно: у каждого ребёнка была своя спальня, ванных комнат хватало на всех. Но у большого дома есть много неоспоримых минусов. К примеру, делать там уборку сравни полноценной работе уборщицы. Отапливать большое строение дорого, особенно если дом не утеплён и построен из кирпича. Бегать с этажа на этаж весело только детям. Чем старше становишься, тем тяжелее подниматься по лестницам. Появляются мысли, что неплохо было бы иметь одноэтажный теплый дом.

Поскольку коттедж Ваня в тот раз строил впервые, он больше ориентировался на помпезность и престиж, чем на удобство проживания. Он не учёл основных аспектов для загородного жилья.

В частном доме должно быть несколько хранилищ. Одна кладовка для инвентаря наподобие моющих средств, швабр, совков, веников, пылесоса и тому подобного. Обязательно должна быть кладовка для продуктов. В коттедже Ивановых многочисленные покупки из магазинов хранились где угодно, распиханные по разным углам, шкафам, этажеркам. Это весьма неудобно, когда приходится искать что-то нужное. Это живя в квартире, можно забежать по пути в магазин и купить небольшой пакет с продуктами. Для жителей частного дома и отца многодетной семьи удобней один раз в неделю съездить в гипермаркет и забить полный багажник про запас. Для деревни и вовсе лучше один раз в месяц съездить в райцентр и закупиться впрок всем, чем возможно. Оттого кладовка деревенского жителя должна быть очень вместительной.

Помимо этого желательно иметь отдельную котельную. Её можно объединить с прачечной. Обычно в частных домах котел устанавливают на кухне, но зачастую он там мешается. Газовый настенный котел ещё куда ни шло, хотя весь вид и портит множество труб. А вот если поставить напольный котел, накопительный бойлер-водонагреватель для горячего водоснабжения, добавить бойлер от скважины и всё это дополнить кучей труб и насосов, то получается приличное нагромождение.

Ещё неплохо иметь дома подвал или погреб для хранения закруток и овощей. Не стоит путать данное помещение с кладовой для продуктов. В подпол залезают изредка, поэтому его можно делать труднодоступным. А в кладовку хозяева заглядывают по несколько раз в день.

Немаловажным моментом является наличие нескольких санузлов. Когда семья небольшая, например, из трёх человек, одного туалета хватает. Но и в данном случае желательно его делать раздельным. Но когда в семье четверо и больше членов, то без двух туалетов жить сложно. Ванную или душевую можно иметь одну, а унитазов и раковин должно быть несколько.

Следуя этим правилам, родившимся с жизненным опытом, Иванов создал проект дома своей мечты. Там было всё, как он хотел: погреб, один этаж, одна ванная, но два сортира, две кладовых, котельная с местом под стиральную машину, а также большая кухня-столовая — место, где вся семья зачастую проводит больше всего времени после своей комнаты с компьютером. Комнат будет всего две, но Иван предусмотрел возможность расширения дома в будущем.

Строиться он собирался по принципу «дёшево, надежно и с использованием низкоквалифицированной рабочей силы». А в деревне только такая и есть. Две тысячи второй год на дворе — в деревнях повальная безработица с сопутствующей ей проблемой — пьянством. Чтобы пьяные колхозники не загубили дом, его возведение должно быть максимально простым.

Иван в качестве материала для стен решил использовать керамзитобетонные блоки. Из них строить просто и быстро. Они прочные. Единственный их недостаток — тепло они почти не держат.

Чтобы нивелировать данную проблему, решено было утеплить стены. Но современные для будущего утеплители сейчас слишком дорогие. Эта проблема решалась заливкой арболитового пояса снаружи дома.

Арболит — незаслуженно забытый советский материал, хорошо удерживающий тепло. Это бетон с опилками, в который для защиты от образования плесени, да и чтобы там не заводились грызуны, добавляют известь. Снаружи дома делается опалубка, замешивается бетон с опилками и заливается. Чтобы он лучше держался, во время строительства стен периодически в кладку вставляются кусочки арматуры. В таком случае конструкция получается надёжной и тёплой, а возводится быстро силами алкашей. То, что доктор прописал.

Бетономешалку удалось найти по объявлению в Челябинске. Большая и бывшая в употреблении, но очень дешёвая. Судя по цене и продавцу, её с наибольшей вероятностью строители украли со стройки, но это Иванова не волновало. Главное, она рабочая.

Наученный горьким опытом, стройматериалы он купил сразу скопом и с запасом. Это позволяет получить небольшую скидку и защищает от неизбежного роста цен. Единственная проблема была с цементом: его в запас не купишь. Но он всегда имеется в наличии в райцентре. Ничто не мешает в любой момент съездить за цементом с прицепом.

Дешевле всего обошлись опилки. Их удалось найти на ближайшей лесопилке. Они обошлись по цене доставки и ящика водки для работников лесопилки.

Все стройматериалы были доставлены в течение недели, и закипела стройка.

Яму под ленточный фундамент и погреб экскаваторщик из соседнего села вырыл за день.

Через три недели фундамент был готов. Точнее, готов он был раньше, поскольку для его заливки Иванов нагнал толпу мужиков. Минимум две недели следовало дать бетону окрепнуть. И вот когда сроки были выдержаны, началось возведение стен.

Несмотря на большое количество желающих заработать, на стройке присутствовало не больше трёх-четырёх человек в день. Текучка кадров, если это можно назвать так, была катастрофической. Деревенские мужики требовали оплаты за день работы. Получив деньги, они пропадали на долгий срок, пропивая их. Порой Ване приходилось работать одному, но стены из керамзитобетонных блоков росли на глазах.

Сложнее было заливать армопояс, который следовало делать через каждые пять рядов блоков. Ещё тяжелее класть оконные перемычки. Одному там делать нечего, только пупок надорвешь.

Несмотря на мелкие неурядицы, дом, за исключением внутренней отделки, был полностью возведен к концу лета. Внутри оштукатуренные стены из блоков. Снаружи арболит. Окна и двери пришлось заказывать у плотника. Пластиковые стоят космических денег, а деревянные бюджетные, хотя и не дают такого комфорта, как хорошие стеклопакеты. Заказать у плотника двери оказалось дешевле, чем покупать их в строительном магазине.

На жизнь Ивану хватало средств от сдачи в аренду квартир. На стройку он потратил всего четыре тысячи долларов. Очень бюджетно для дома площадью семьдесят квадратных метров. Но впереди предстояли отделочные работы, которые обычно обходятся весьма недешево.

Все остальные работы Ваня проводил сам. Собрал систему отопления, установил газовый котел, покрасил стены. Никаких обоев и прочих излишеств — обычная вододисперсионная краска по штукатурке смотрится неплохо, стоит недорого, наносится быстро и, в отличие от побелки, не пачкается.

Четырежды ему пришлось платить профессионалам. Первый раз при оформлении дома. Второй раз газовщикам для подключения газа от трубы в старом доме. Третий раз за артезианскую скважину, воду от которой он провел в дом сам. Четвертый раз он заплатил за тройной септик на десять кубов, который в теории ближайшие лет десять не придется откачивать.

После разводки электрики и установки сантехники, завершившихся в конце октября, в дом можно было переселяться, но жить Ване стало не на что. Казавшийся безграничным бюджет показал дно.

Долго, очень долго Иванов всё время был в делах. Он работал как повернутый трудоголик. Ваня гнал мысли о своём странном перемещении в прошлое. И тут всё: дом достроен, деньги кончились, работы нет и занять себя нечем. Это стало решающим фактором накатившей на него апатии.

Ваня всё это время неосознанно старался не думать о неестественности и странности происходящего. История повторялась, но его жизнь стала другой. Это напоминало виртуальную игру в «Торговца коврами» из старого, но тут ещё не существующего мультфильма «Рик и Морти». В «Торговце коврами» можно за мгновение прожить целую жизнь героя, который начинал свой путь с торговли коврами. Игрок мог кардинально изменить судьбу героя, проживая за него жизнь. Игра заканчивалась со смертью героя. Выходя из игры, игрок ощущал себя так, словно действительно прожил целую жизнь.

Ваня подумал: не герой ли он такой игры? Вдруг некие могущественные инопланетяне играют им, словно виртуальным персонажем, эмулируя окружающую действительность? Для игровых персонажей их мир кажется реальным. Им и в голову не может прийти, что они находятся в игре. Так почему нет, если есть факт: он прожил целую жизнь, но вернулся в своё прошлое…

Ещё Иван подумал, что это могут быть игры дьявола. Он припомнил один фильм, в котором Сатана возвращал мужика в прошлое, позволяя ему прожить жизнь иначе. В качестве платы за это он взял нерождённого ребенка героя из альтернативной вселенной. Быть может, некий демон взял нерожденных детей Иванова в качестве платы за то, чтобы Ваня снова жил? Но ведь он прекрасно помнил, что не заключал никаких сделок с высшими силами. Да и в силы эти он никогда не верил, будучи закоренелым материалистом.

Больше двух лет прошло с момента, когда он очнулся в парке молодым и здоровым. В работу он с головой погрузился в силу обстоятельств. Заставил себя так сделать, чтобы не сойти с ума. А тут финита ля комедия. Все запланированные дела он выполнил.

В этот день он не сдержался и напился. Один, словно алкоголик, сел на кухне старого дома и приговорил бутылку водки.

Он пил, а по его щекам текли слёзы. Внезапно вылезли наружу воспоминания о семье, жене, детях. Он не видел их больше двух лет и больше никогда не увидит. Их не стало или не будет? Он не мог определиться, как об этом думать. С одной стороны, они исчезли, а он остался. С другой стороны, сейчас в прошлом, которое настоящее, их и не было. Но он, Ваня, своими действиями изменил будущее. Его деток может и не стать.

Он сильно скучал по родным. Но при этом понимал, что нельзя вступить в одну реку дважды. Вот как можно снова познакомиться с той же самой девушкой, которой когда-то была его Сауле? Даже если она пойдёт на контакт, наладить с ней общение будет невероятно сложно. Ваня уже не тот молодой и задорный парень, способный очаровать сверстницу-доктора. Он чувствовал себя старым пердуном, запертым в молодом теле. Он забыл, как знакомиться с девушками. Несмотря на потребности молодого организма Ване попросту не хотелось тратить время на всякие реверансы со свиданиями, знакомствами, притиркой. Он хотел вернуться к себе домой, обнаружить на кухне любимую Сауле, нежно обнять её и никуда не отпускать. Слушать её ворчание, наслаждаться вкусом домашнего бешбармака и настоящего плова.

При воспоминании о еде, которую готовила его супруга, у Вани началось обильное слюноотделение. Он словно наяву почуял аромат жареного лука и баранины.

Он помнил вкус готовки, но уже не мог вспомнить, как именно очаровал Сауле. В памяти сохранились какие-то отрывки, которые покорежило временем. Самые яркие запоминающиеся походы в кино и кафе, поездки на море всей семьёй.

Дети… Он их больше не увидит. Чтобы увидеть своих детей, придется заново пройти через становление родителем от зачатия до воспитания. Как бы он ни старался, подгадать именно к тем датам, как в прошлой жизни, не выйдет. Если же он поставит перед собой такую цель, это получится не жизнь, а повторное проживание. Придётся чуть ли не с секундомером ходить, думая что-то вроде: «Сейчас мы должны зачать Мишу. Нужно сделать это как в прошлый раз на стиральной машине, чтобы вместо Миши не родилась Маша».

«Бред! — металась в голове Ивана мысль. — Это всё похоже на бред сумасшедшего! Кто? За что? Почему я?»

У него на душе была такая боль, что алкоголь не в силах был её заглушить. Ища способ избавиться от душевного груза, в пьяный мозг помчалась мысль:

«Нужна баба! Лучше шлюха. Оторваться с ней, как следует, чтобы ушла печаль».

В маленькой деревне не так просто найти шлюху. Девушек лёгкого поведения тут хватает, но они замужем, хоть и не отказывают себе в удовольствии сходить налево. Вот только потом об этом будет судачить вся деревня. Отсюда последуют проблемы, как минимум размолвка с мужем-рогоносцем.

Единственная, кто по пьяной лавочке приходила на ум, — Светка с соседней улицы. Она училась на год старше, как и Ваня, застав те времена, ещё когда в Барсуках не закрыли среднюю школу.

Алкоголь — бич для российских деревень. Он захватывает умы молодежи, утаскивает их в пучину пьянства. В деревнях из молодых в основном остаются жить лишь самые безвольные люди, привыкшие плыть по течению. Молодежь стремится переехать в город и остаться там жить. Не важно, куда: в столицу, в Питер, в Чебоксары или в Волгоград. Город им кажется наполненным возможностями, а деревня — сточной канавой, в которой они загнивают заживо.

Конечно, это не так. Рукастый и непьющий человек и в деревне реализует себя, обеспечив достойный доход.

Света была как раз из категории безвольных личностей. Она полностью отдала себя на волю течению, изредка барахтаясь там. Два-три раза в год она ездила на заработки в столицу. Месяц поработает, потом возвращается в деревню и пропивает большие по местным меркам деньги. Когда деньги кончались, она повторяла турне. И так пролетала вся её жизнь со дня окончания школы. Ни амбиций, ни желания жить, как белый человек, ни заботы о семье.

Ваня помнил, что в прошлой жизни Светка спилась и преставилась на пять лет раньше него. У неё остался взрослый сын, который ей был не нужен. Пацан рос без воспитания при постоянно пьяной мамаше, как сорняк в огороде. Когда ему стукнуло одиннадцать, в дом пришла строгая дама. Но она принесла не письмо из Хогвартса, а судебное постановление о лишении родительских прав. Пацан повторил судьбу сводной сестры Иванова: его отдали в детдом, где он и вырос. Но ему повезло больше. Светка в итоге пропила дом, а её сыну государство выделило квартиру. В итоге он остался в городе и вроде даже открыл свой бизнес по производству мебели.

Но сейчас… Сейчас Света ещё была хоть куда. Алкоголь уже нанес непоправимый урон её красоте, но молодость старалась дать хозяйке шанс. В двадцать три года она ещё выглядела неплохо. А главное, Ване точно известно, что она шлюха, неспособная держать ноги сдвинутыми. И судя по тому, что даже в двадцатых годах по селу не ходили слухи о массовых случаях венерических заболеваний, в этом плане она должна быть чистой.

Глава 5

Иванов проснулся с жуткой головной болью. Ему было настолько плохо, что он не мог распахнуть глаза. В рот словно насыпали горячего пустынного песка, после чего туда нагадили кошки.

Справа в боку он ощущал приятное тепло. Пошарив правой рукой, он нащупал мягкую женскую грудь.

Мозг ещё не успел включиться: он как выдал вчера синий экран смерти, так и не перезагрузился.

Тихим жалобным голосом умирающего человека он произнёс:

— Сауле, любимая, не знаю, что вчера было, но мне плохо… дай минералочки, пожалуйста.

Мягкое и горячее зашевелилось, и вскоре сбоку образовалась пустота, кровать скрипнула пружинами. Ваня слышал шорох одежды и громкие шаги по скрипучему полу, которые отдавались молоточками в висках.

Вскоре ему в руку уткнулся стакан, который он крепко схватил. С трудом приоткрыв глаза, он через маленькие щёлки увидел размытый стакан и прильнул к нему. Крепкая мягкая ладонь помогла ему удержать воду в дрожащей руке.

Полностью опустошив ёмкость, он тихо прошептал:

— Сауле, спасибо… Люблю тебя.

В ответ он услышал незнакомый хриплый голос, который шокировал его:

— Кончай называть меня чужим именем! Ты что, Иванов, с Уступовой меня спутал?

До этого глаза не хотели раскрываться, но сейчас они резко распахнулись. От этого мир не стал менее расплывчатым. Пошарив левой рукой, Ваня нащупал на прикроватной тумбочке очки и водрузил их на переносицу. Он с изумлением разглядывал полноватую шатенку, совсем не похожую на его супругу.

— Ты кто, йогурт мне в рот? Где мы? Почему мы были в одной постели?!

— О-о-о-о… — протянула девушка. — Да, Ванька, ты допился. Что, совсем меня не узнаёшь?

— Погоди, — сглотнул он сухой ком и изумлённо выпучил глаза. — Света? Йогуртом по губам! Баранова?! Но-о… Почему ты такая молодая и живая? Ты же умерла в тридцатом году!

На Ивана накатила волна ужаса. Мозги ещё не включились, а страх липкой волной охватил его.

— Типун тебе на язык! — возмущенно воскликнула Светлана. — Живая я!

— Но я же помню… Мы с женой тогда поехали к её брату на двадцать третье февраля, а тут у тебя сорок дней… Пришлось идти на поминки.

— Слышь, фантазёр, ещё одна такая херня, я тебе, бля, язык вырву! — с угрозой произнесла Света. — У тебя совсем кукуха поехала! Живёшь в своём выдуманном мире. Вчера весь вечер мне рассказывал свои фантазии…

— Фантазии? Какие?

— Что-то о том, что ты переместился во времени… В общем, нёс какой-то пьяный бред.

Тут внезапно в мозгу что-то щелкнуло, и мысли вернулись в черепную коробку. Резко всё стало на свои места. Ваня вспомнил, где он — дома. Только не у себя коттедже в тридцать пятом году, а в Барсуках в две тысячи втором! И нет у него сейчас жены Сауле, нету деток…

— Так, погоди, — помассировал он виски, которые прострелило болью. — Действительно чушь несу. Прости, Светлана. Чего только спьяну не ляпнешь.

— Так-то лучше, — расплылась широкая улыбка на щекастом лице Барановой. — И чтобы больше такого не было!

— Какого? Как ночью?

— Нет, — довольно прищурилась Светлана. — «Как ночью» можно и повторить. Я про твой бред про будущее и смерть…

— А-а… Понял, не буду. Между нами что-то было?

— Это самый глупый вопрос, какой я слышала. Конечно, было! Ещё как было… Ты был как неугомонный жеребец. Заездил меня всю… Ванёк, у тебя выпить и пожрать есть?

— В холодильнике глянь.

Баранова в больших резиновых шлёпках Ивана потопала на кухню и принялась там хозяйничать, словно у себя дома. Иванов едва нашел силы, чтобы подняться с кровати и одеться. Вскоре он выполз на кухню, и его взгляд прикипел к банке с огуречным рассолом. Пока он не ополовинил её, весь мир был будто поставлен на паузу. Лишь после этого парень сел на стул и увидел, как гостья ставит на столешницу бутылку водки и стаканы.

Тут же Ивану стало дурно. Он чуть не вернул всё только что выпитое. С трудом ему удалось совладать с рвотными позывами.

— Будешь? — прокуренным голосом спросила Света.

— Н-нет, с меня хватит!

— Фуф… — с облегчением выдохнула она, наливая водку в стакан. — А я буду. Мне больше достанется!

— Я бы на твоём месте так не радовался. Цирроз — дело такое… Да и жизнь просрать легче лёгкого.

— Не учи меня, учёный, — пробурчала в ответ Светлана. — Думаешь, если весь из себя богатенький, то имеешь право поучать других?

— Разве я богатый? Обычный человек.

— Ну-ну, обычный он… — фыркнула Баранова. — Машина своя есть, дом новый построил, я даже у тебя сотовый телефон видела! И ты мне будешь рассказывать, что не богатый?

— На самом деле пока что нет, но надеюсь, что в будущем разбогатею. Пока же мои финансы поют романсы. Света, лучше расскажи, как мы оказались с тобой в одной постели?

Светлана залпом выпила половину стакана водки, закусила кусочком солёного огурца, сморщилась, после чего спросила:

— Ты что, серьёзно ничего не помнишь?

— Ничего.

— И как ко мне пьяный приехал на машине?

— Я? — ужаснулся Иванов. — Пьяный?! За рулём?!!! Я никогда пьяным за руль не садился!

— Ха! Поздравляю, Ванёк, вчера был твой первый раз… — она игриво подмигнула. — Но я не про секс. Тут ты дока — трахал меня так, что все мужики от зависти удавятся!

— Ну, спасибо… — скривился он от незамысловатого комплимента. — Я хотя бы машину не разбил?

— Не-а, — мотнула головой Света. — Нормуль усё. Смотались в магаз, купили пойла и закуси, а потом к тебе на хату. Ты мне показывал новый дом, а потом… М-м… Потом мне понравилось. Надо обязательно повторить! Ты заходи ко мне, если что…

— Спасибо за приглашение, я подумаю.

Перспектива заходить «в гости» к известной барсуковской шалаве и алкоголичке как-то не прельщала Иванова. Ему было стыдно за вчерашнее. Мало того, что позволил себе сесть пьяным за руль, поставив под угрозу жизни окружающих людей, так ещё и своё достоинство опустил ниже подпола, затащив к себе в постель шлюху.

Допив бутылку водки, довольная Баранова ушла домой, оставив Иванова страдать от похмелья.

Ваня больше не хотел повторять вчерашнее. Ему становилось дурно от мысли, до чего могут довести самобичевание и алкоголизм. Он жив, здоров, и это главное. Остальное приложится, нужно только не сидеть сложа руки.

Нужна цель. Самый медленный человек, если у него есть цель, идёт быстрее, чем тот, который бегает бесцельно.

Ваня давно хотел перейти на уровень выше. Пора бы уже отойти от ведробизнеса и перейти к ремонту сильно битых свежих иномарок. Восстановление такого автомобиля займет больше времени, зато принесёт доход выше, чем четыре отечественных автомобиля, починенных в тот же срок. Но для этого нужно прокачать скилл ремонтника, иметь нормальный гараж с правильным стапелем, а не тем опасным, который в прошлый раз Иван сам сделал и не желал переделывать.

Он знал много приёмов и фишек, подсмотренных у блогеров по кузовному ремонту вроде Каховки. Вот только всегда говорил себе: «Да ладно, и так сойдёт, не переделывать же всё». В итоге у него летали по гаражу ломы, цепи, крепления. И к чему это привело? Правильно, к смерти!

Чтобы построить нормальную мастерскую с хорошим стапелем и покрасочной камерой нужны деньги. Если ещё дополнить её станками, на которых можно делать качественный капитальный ремонт двигателей, станет ещё дороже. Всё упирается в деньги. Месторасположение роли не играет. Можно смело строить гараж в Барсуках. Только понадобится свой эвакуатор, чтобы возить битый автохлам из того же Челябинска. Или хотя бы нужна прицепная тележка для буксировки автомобилей. Последняя стоит недорого и может тянуться любой легковушкой. Прицеп-эвакуатор стоит раз в десять-двадцать дороже, требует водительской категории для управления автомобилем с прицепом и машины с мощным двигателем. Автомобиль-эвакуатор — самое дорогое из всего этого.

Как говорил один персонаж: «Денег нет, но вы держитесь». А раз их нет, то нужно заработать. Под лежачий камень вода не течет.

В этот день Иван не стал ничего предпринимать. Отлежавшись, он поехал в Челябинск следующим утром и принялся искать автомобиль под перепродажу. И нашел же. Пятилетняя Волга ГАЗ 3110 с двигателем мощностью сто пятьдесят лошадиных сил. Машина из-под таксиста в ужаснейшем состоянии. Зато цена для такого года крайне привлекательная — семнадцать тысяч рублей. Продавец хотел больше, но удалось скинуть ценник. Вот только для покупки этого пепелаца пришлось влезть в кредит.

Продавец после передачи наличных так поспешно скрылся, словно боялся, что Иванов откажется от сделки.

Ваня проверил все жидкости, тихо комментируя процесс:

— Так-с, что у нас с маслом? О! Даже немного выше максимума! Мутноватое, конечно, ну да ладно…

Заглянув под мотор, он обнаружил там масляную лужу. А ведь Волга тут простояла всего чуть больше часа.

— Нихрена! Ну, это рекорд! Ни с одного говна ещё столько масла не бежало…

Вновь посмотрев под днище, он резюмировал:

— Масло ручьём хреначит… Значит, оно там есть!

Следующим сюрпризом стала водительская дверь, которая ни в какую не хотела открываться. Попасть в салон удалось лишь через пассажирскую дверь.

— А ничего так, удобно… — с сарказмом прокомментировал он. — Ноу-хау от ГАЗа! Теперь вам не придется скучно садиться через дверь водителя, мы для вас придумали новый аттракцион!

После того как поставил четверку на платную парковку, он целый час пытался завести Волгу. Несколько раз выкручивал и просушивал свечи. Выжигал лишнее топливо из цилиндров, оставляя открытыми свечные каналы, а свечи кладя на мотор сверху. Процесс сопровождался огненными всполохами. И всё же в итоге мотор завелся.

Когда понадобилось отрегулировать кресло, Ваня принялся искать крутилку и обнаружил её с правой стороны.

— Ах да, это же знаменитая волговская уродская система…

Машина поехала, что не могло не радовать.

— Едет! — радостно сказал он. — А что с дворниками?

После щелчка переключателем дворники заработали.

— Да ладно! Они работают! Да перестаньте! — перли из него сарказм и ирония. — Это вообще шок-контент… За семнадцать косарей ещё Волга с дворниками! Скажите ещё, что там печка работает…

Поскольку наступил уже ноябрь, на улице было холодно. Удивление Ивана не знало границ, когда печка включилась. Он поднёс ладонь к воздуходуву и радостно прокомментировал:

— Не смешите — тёплым дует! Лучший день в моей жизни. Зе бест покупка по-английски…

На лысой, как колено, резине автомобиль мотало по дороге. Машина ехала хорошо, но непредсказуемо. Очень непредсказуемо… Развала, схождения и подвески не было, но тормоза работали приемлемо. Задний мост хрустел.

— А что с ручником? Он там есть? — остановившись, он дёрнул ручник. — Да йогурта тебе, Ванечка! Ты ещё хотел, чтобы за семнадцать штук тут ручник работал…

— Что у нас с давлением? Есть и не греется, это радует. Свет? Он есть — это вообще шик!

До деревни Ваня кое-как добрался. Как «столь замечательная» Волга по пути не развалилась, одному рандому известно. Доехала своим ходом, и даже не всё масло вылилось.

Чинить в холодное время года автомобиль на улице — отдельный вид извращения. Ване не хотелось в молодом возрасте заработать простатит. Поэтому он решил построить хотя бы временное подобие гаража.

На следующий день он на автобусе поехал в Челябинск забирать свою четвёрку. Там он поездил по рекламным агентствам. Одно из них с радостью продало Ване за копейки пару огромных старых баннеров.

Неделя ушла у него на постройку деревянного каркаса из досок, которые использовались для опалубки под заливку арболита. На каркас он натянул рекламные баннеры. Под навес из дома протянул удлинитель, поставил тепловую пушку и подвесил переноски для освещения. В таких условиях не сказать что комфортно работать, но приемлемо. Лучше, чем под открытым небом.

Две недели он потратил на восстановление автомобиля. Вбухал в него тридцать тысяч рублей. Зато в итоге получилась конфетка со свежей краской, целым кузовом и всеми рабочими агрегатами. Нормальная зимняя резина, крашеные диски под серебряными колпаками, отмытый салон. Персик, а не машина! Ну и куда же без скрученного пробега для пятилетнего автомобиля?

На следующий день Волга продалась на авторынке Челябинска за сто тысяч рублей.

После погашения кредита с учётом потраченных на бензин, баннеры, проезд и плату за въезд на рынок денег чистая прибыль составила пятьдесят тысяч.

Жаль, что такие автомобили попадаются редко.

Зато ему попалась копейка из-под дедушки, который владел ею с семьдесят восьмого года. Машину продавали наследники, а до этого она простояла в гараже семь лет. Естественно, там всё закисло и она не заводилась. Владельцы попались упорные и торговаться не хотели ни в какую. Но и ценник там был небольшой — пять с половиной тысяч. Вот только они выставили условие забрать машину сразу. Естественно, Ваня купил тачку не думая. Даже без документов она бы ушла на запчасти немного дороже, а документы у неё имелись.

Единственное, что он сделал, — вытянул тачку из хозяйского гаража и с помощью бывшего владельца оттащил на верёвке за пределы гаражного кооператива.

После этого он сразу поехал по точкам, торгующим прицепами. И во второй же приобрел за семь тысяч прицепную тележку для буксировки автомобилей.

Ох, сколько ему пришлось заниматься любовью, чтобы в одиночку затолкать копейку на прицеп. В итоге машина была притащена в Барсуки и брошена возле двора.

Вечером у него не осталось сил ни на что, а вот утром он вышел, раскопал дорожки от снега, замер и принялся разглядывать остатки той конструкции, которую соображал под временный гараж.

Люди говорят, что нет ничего более постоянного, чем временное. Зачастую так и есть, но не в этом случае. Навес получился слишком хлипким. Ночью прошёл обильный снегопад. Каркас не выдержал и опасно накренился, тенты провисли под грудой снега.

Ваня понял, что так работать нельзя. Он дождался почтальона, который несколько раз в неделю приносил газеты и журналы с объявлениями. Стоило пролистать первую же газету и дойти до рубрики «продаю гаражи», как третье сверху объявление порадовало:

Гараж металлический сварной 3×6 м, без места. 7,5 тыс. Торг.

Ваня не мог оставить это объявление без комментария:

— Да это просто праздник какой-то. Подумать только: семь с половиной косарей, ещё и торг! Йогуртом по губам! Мне сегодня так везёт, что хоть в казино иди…

Обидно было, что сотовый телефон в деревне всё ещё не принимает. Поэтому Ваня бросил лопату и поспешил доехать до ближайшего стационарного телефона.

Уже вечером кран устанавливал металлический гараж на участке Иванова. Сам же хозяин стоял запыхавшийся, поскольку ему пришлось в срочном порядке расчищать от снега место под гараж.

Конечно, гараж обошёлся ему чуть дороже, в десять тысяч, поскольку пришлось нанимать грузовик и кран, чтобы загрузить, доставить и разгрузить гараж. Но в целом приемлемо. Как времянка лучше не придумаешь. По крайней мере, можно не опасаться, что конструкция рухнет от снега.

Не успел кран скрыться из виду, как к Иванову подошёл односельчанин с дальней стороны села. Выглядел он на свой возраст Христа: среднего роста, плотного телосложения, с подстриженной машинкой лысой головой. Одет он был в замызганную темно-синюю спецодежду. Неуверенно глядя на хозяина дома карими глазами, он приветливо кивнул и начал:

— Иван Иванович, здравствуйте…

— Мишка, здорова! Ты чего так официально? Ты же меня на десять лет старше.

— На одиннадцать. Извини, Вань, я просто хотел уважительно.

— Фигня война — главное маневры… Ты давно в деревне? Я тебя тут не видел. Вроде говорили, что ты в Челябинске работаешь.

— Работал. Мать совсем плохая стала, за ней нужен присмотр. Я бы в город её взял, но там мы с женой и двумя детьми в съемной однушке ютились. А я на заводе работал. С моей зарплатой мы ни покупку хаты, ни аренду двушки не осилили бы. Пришлось в деревню переезжать.

— Неожиданно. Но мать — это святое. Я со своей не успел попрощаться из-за службы. Пока живая, нужно радоваться.

— Вот и я о том же, да только тут проблема с работой. Её нет! Я попробовал на лесопилку устроиться, а там всё занято. Месяц уже тыркаюсь — глухо, как в танке. Ты это… Мужики говорили, что у тебя работу можно найти. Я всё могу делать: руки из плеч растут.

— А ты не бухаешь? — прищурился Иванов.

— Нет! Что ты?! Я не пью. У меня же семья. Честно говоря, я насмотрелся на местных — это ужасно. Работы нет, все бухают. А я так, только по праздникам. Моя Любка этого дела не любит.

— Миш, машины чинить умеешь?

— Ну, так… — передернул он плечами. — Свой Жигуль сам чиню. Пацаном мотоцикл перебирал.

— Кефир мне полными стаканами! — радостно протянул Иванов. — Да сегодня просто день везения!

— Не понял, — слегка нахмурился Михаил. — Ты о чём?

— Мне с самого утра прёт так, что хоть в пору лотерейные билеты скупать. Мишаня, если ты готов гайки крутить, то работы полно. Шесть тысяч в месяц тебя устроит?

— Шесть тысяч? — радостно заблестели глаза Михаила. — Конечно! Я столько же на заводе получал. А мужикам на лесопилке по два косаря платят. Где расписаться кровью?

— Я не дьявол, чтобы покупать души. И не предприниматель, чтобы договорные отношения заключать. Если веришь мне на слово, завтра приходи, будем это корыто чинить.

Ваня кивнул в сторону купленных Жигулей.

— Приду, не сомневайся, — с лица Мишы не сходила радостная улыбка. — Вот Любка обрадуется!

— Миш, я так понимаю, что права у тебя есть?

— Конечно, я же на машине езжу. А что, нужно куда-то съездить?

— Пока нет, но в будущем нужно будет ездить. Перегонять тачки, на сцепке за рулём сидеть, за запчастями в город мотаться. Если ты готов, я буду тебе подкидывать на бензин и премиальные выделять.

— Да блин, ты ещё спрашиваешь! Конечно, Ванёк! Я только за. Не вопрос — всё сделаю.

— Тогда до завтра.

Можно подумать, что вдвоём работа выполняется в два раза быстрее. Возможно, у каких-нибудь землекопов это действительно так, но не в ремонте автомобилей. Два человека чинят авто в три-четыре раза быстрее, чем один. Там, где в одиночку тяжёлую запчасть снимал бы несколько часов, вдвоём можно справиться за считанные минуты. К тому же, когда один, работаешь неспешно, делаешь большие перерывы и морально сильней устаешь, чем физически. Попросту надоедает. В компании работа лучше ладится. За шутками-прибаутками и настроение улучшается, и работоспособность растёт.

Иван ожидал, что на восстановление копейки потратит пару недель. Уж больно у неё было удручающее состояние. Но с помощником уложился в три дня, после чего погнал обновленную тачку на продажу. С копейки он заработал десять тысяч, что уже окупило труд помощника.

Ведробизнес завертелся с новой силой. Пока приходилось страдать и превозмогать в гараже без ямы. Вроде деньги начали появляться, но строиться зимой — ещё один вид извращения. Тем более Ваня задумал делать гараж из тех же материалов, что и дом. Это значит, что придется месить много бетона. Очень много бетона. Но стоит его залить зимой, как в следующем году гараж начнет трескаться, а лет через пять потребует перестройки с нуля.

Вот и пришлось превозмогать. Спасала тепловая пушка, заткнутые щели и покрывало, повешенное на ворота. Без обогревателя оба только и делали, что болели бы.

Счета за электроэнергию, конечно, не радовали, но и не были космическими. Всё же не впустую воздух грелся, а для работы, которая приносила неплохую по деревенским меркам прибыль.

Зарабатывал Иван не больше, чем раньше, примерно столько же, сколько и в Челябинске. Вроде и дел удавалось сделать больше, но зарплата, выплачиваемая помощнику, и сопутствующие расходы съедали разницу.

Неплохо выручали средства, которые поступали от сдачи в аренду квартир в Челябинске. Ваня каждый месяц ездил в город за арендной платой, совмещая поездку с делами по ведробизнесу. Эти средства уходили на бытовые расходы. Вся прибыль от ведробизнеса отправлялась в копилку или пускалась в оборот.

Перед двором зачастую стояло сразу два-три, иногда до пяти автомобилей.

Работать в Барсуках спокойно. Тут можно не бояться неожиданного визита рэкетиров или ментов, которые решили поставить галочку в раскрытии дела о незаконном предпринимательстве.

В январе Иван окончательно перебрался жить в новый дом. Свободное время он тратил на обустройство своей берлоги. Большую часть мебели он не покупал, а делал своими руками из дерева, которое недорого покупал на лесопилке. Это были грубоватые поделки, которые органично вписывались в интерьер. Покрытые морилкой и лаком или просто обожжённые деревянные этажерки, шкафчики и полочки навевали атмосферу деревенского дома. Не того унылого убожества со старой советской мебелью и коврами на стене, а современное жилище любителя хенд-мейда.

Даже двуспальную кровать он сделал сам. Только матрас пришлось заказывать. Шкаф-купе и компьютерный стол, стол в столовую — всё было ручной работы. Единственными исключениями стали стулья. Их проще купить, чем сделать самому. Но новые в магазинах стоят дорого, поэтому Ваня нашел подержанные, которые отдавали даром, и восстановил лаковое покрытие с обивкой. Хорошие советские стулья, если на них не прыгать, служат десятилетиями, а то и век для них не предел. И спрашивается: зачем платить больше, если можно получить даром?

К концу апреля Иванов накопил пять тысяч долларов и приступил к постройке гаража.

Михаил уже набил руку на ремонте автомобилей, перенял многие приемы сенсея и даже научился править вмятины и красить. Только сварочные работы ему пока не давались. Пока Ваня занимался строительством гаража, Миша в одиночку возился с восстановлением старенькой пятерки. В одиночку без подсказок и определения фронта работ у него дела шли в два раза медленней, чем у более опытного Ивана. Но главное, что ведробизнес не остановился, а готов был приносить хоть какую-то прибыль.

И снова в Барсуки поехали вереницы Камазов со стройматериалами. Закипела масштабная стройка века. Гараж размерами обещал стать чуть меньше дома. Совсем малость. Ведь он рассчитывался под четыре автомобиля, если считать стапель. Ворота у него расположатся с обеих сторон для удобства въезда на стапель, если впереди припаркованы другие машины. Во все стены на этапе кладки на разной высоте сразу монтировались закладные штыри с кольцами. В будущем к этим кольцам будет цепляться цепь для вытяжки кузова. Для отопления в холодное время года предусмотрена установка печи. Проводить газ ещё и в гараж Иванов посчитал накладным. У него и так едва хватало финансов на строительство, ведь за год цены на всё изрядно подросли.

С другой стороны, рост цен на недвижимость отчасти радовал. Однушки Ивана стоят уже не меньше десяти тысяч долларов каждая при том, что его доходы за три года особо не изменились. Он сам себя хвалил за предусмотрительность. Если бы тогда в двухтысячном году он не купил квартиру, сейчас её приобретение осилил бы с большим трудом. В будущем всё будет хуже. Недвижимость с каждым годом становится всё менее доступной для населения.

Гараж строился ударными темпами. В отличие от дома, он не нуждался в отделке и проведении коммуникаций, за исключением электричества. В основном лей бетон, снова лей и клади блоки. Заливка пояса арболита на этот раз происходила одновременно с возведением стен, что несколько удобней, чем поэтапное строительство. И вновь большой вклад вносили местные пьяницы, желающие заработать.

В итоге гараж был достроен в середине июля, что очень быстро, как ни посмотри. Два с половиной месяца на такое большое помещение силами одного человека плюс плавающее количество алкашей — это мощно.

Стапель Иван делал сам, на что у него ушло ещё две недели. В этом ему посильную помощь оказывал Михаил. Приходилось таскать тяжёлые листы пятимиллиметровой «фольги», что даже с помощником непросто. Выручали лебедка и те самые закладные крюки в стенах. С помощью них можно без срыва спины доставить груз большого веса в любую точку гаража. Заодно закладные прошли испытания на прочность.

К началу августа гараж был полностью готов. Цепи, крепления и вытяжные домкраты у Ивана остались ещё с Челябинска. Они нуждались в замене на более профессиональные инструменты классом выше, но пока ещё готовы были служить своему владельцу.

Две тысячи третий год ознаменовался приходом в Челябинскую область оператора сотовой связи «Билайн». К лету в Барсуках появилась устойчивая сотовая связь. Иванов не преминул воспользоваться шансом обрести большую коммуникационную мобильность и вскоре стал абонентом этого оператора. Начался новый этап — переход от ведробизнеса к восстановлению зарубежного автохлама.

Глава 6

Войти в бизнес по ремонту битых иномарок не так-то просто. В первую очередь необходимо иметь финансы на покупку такого автомобиля. Иномарки даже в битом состоянии стоят недешево, особенно свежего года выпуска.

К тому же нужно найти и успеть купить такую машину. Они не всегда появляются в объявлениях. Часто уходят своим людям, к примеру, из страховых компаний.

Иванов знал, как работает этот бизнес, поскольку в будущем, которое для него прошлое, он несколько лет работал перекупом.

Ещё следует учитывать факт наличия дешёвых запчастей на конкретную марку автомобиля, которые зачастую покупаются с разборок. Если в ближайшем городе нужных запчастей не найдётся, то ремонт обойдется дорого. В две тысячи третьем году транспортные компании в России были не особо распространены. С интернетом тоже беда. Поэтому найти запчасти, к примеру, в Санкт-Петербурге с доставкой в Челябинск — из разряда фантастики. На японские машины ещё можно приобрести контрактные запчасти через специальные конторы, но их доставка будет осуществляться долго. Быстро их могут привезти только на Дальний Восток.

Все эти проблемы Иван принялся планомерно решать.

Заполучить необходимую для покупки автомобиля и запчастей сумму можно двумя путями. Первый — долго заниматься ведробизнесом и копить, но это Ваню не устраивало. Второй вариант — заёмные средства. На этом варианте он и остановился.

Ни один нормальный банк не выдаст крупный кредит человеку, который официально нигде не работает. Единственным исключением является выдача кредита под залог ценного имущества. В этом случае банк даёт меньшую сумму, чем стоимость имущества, и ему даже выгодно, если клиент не будет гасить задолженность. Тогда банк станет владельцем имущества и продаст его по рыночной цене. Иванов рискнул заложить одну из своих квартир и получил на руки приличную сумму.

Затем он начал обхаживать директора филиала одной из страховых компаний, в результате чего заполучил полезного знакомого и вожделенный автомобиль. Естественно, директора пришлось финансово простимулировать, чтобы именно Иванов, а не кто-то иной, выиграл нужный лот на аукционе годных остатков. До этого весь список лотов был тщательно изучен, и пробиты возможности раздобыть запчасти на представленные тачки.

Вначале всё шло гладко, но ремонт затянулся, а первая выплата по кредиту приближалась.

Чтобы расплатиться с долгами, Ваня продал четверку и остался без средства передвижения. Но эту проблему он быстро решил. После погашения кредита оставалась небольшая сумма, которой хватило на приобретение убитой в хлам копейки. Единственными её достоинствами были низкая цена, а также живые коробка передач и двигатель.

Потратив три дня на переварку дырявого днища и порогов, Ваня дальше не стал возиться с копейкой. Пусть подвеска убитая в хлам, зато машина ездит, а большего от неё не требовалось.

К концу второго месяца готовая иномарка была быстро продана по низу рынка как не битая и не крашеная.

Ваня мог бы полностью погасить долг перед банком, но не стал этого делать. В таком случае ему не хватило бы средств на следующий проект. Он оставил сумму ровно на два платежа по кредиту и приобрел «новую» битую тачку.

Так и пошёл бизнес с иномарками. Иван и Михаил набивали руки на сложном кузовном ремонте, что положительно сказывалось на скорости восстановления транспортных средств.

К началу осени две тысячи четвертого года Иванов полностью погасил кредит перед банком, изрядно переплатив из-за высокой процентной ставки. При этом у него почти не осталось наличности.

Он продолжал ездить на приведенной в хорошее техническое состояние копейке. Можно сказать, что это шаг назад, если только не посмотреть на двор Ивана. Во дворе своей очереди на восстановление дожидались шесть автомобилей одной марки, но разных годов выпуска — праворукие Субару Импреза. Седьмой — Фольксваген Пассат — стоял в полуразобранном состоянии на стапеле.

Праворукие тачки он купил через аукцион в Японии по очень вкусной цене, ввез в Россию через посредников и доставил на автовозе в Барсуки. Теперь же батарея из Импрез дожидалась недорогих контрактных запчастей.

Контрактные запчасти на старые Субару Импреза стоят настолько же дёшево, как новые на Жигули, а порой даже дешевле. При этом качество запчастей, снятых с бывших в употреблении японских автомобилей, намного выше, чем у новых жигулёвских. На это ушли все заработанные за год средства.

Восстановление и продажа японских иномарок обещали озолотить перекупа. Вот только этот процесс быстрым сложно назвать. Он даже по самым оптимистичным прогнозам растянется на полгода. Одно радует: долгов больше нет.

К этому моменту зарплата Михаила выросла до десяти тысяч рублей. Плюс он получал небольшие премии за выполнение поручений. По деревенским меркам огромные деньги. В том же Челябинске найти работу с таким окладом не так-то и просто. А тут и траты намного ниже. Его семья каталась как сыр в масле, а сам Михаил был доволен своей работой. Он потихоньку откладывал деньги, по совету начальника вкладывая их в доллары.

Если бы у Ивана спросили, что делать с накоплениями, он бы смело ответил — покупайте доллары. Не то чтобы он был великим экономистом, но эта валюта в России всегда росла в цене. Вернее сказать, что это рубль обесценивался, но и иная точка зрения верна. Периодически доллар дорожал очень резко, например, как в две тысячи восьмом и девятом годах, в четырнадцатом, двадцатом и двадцать первом, в двадцать седьмом и тридцать третьем годах.

Если бы Ваня разбирался в экономике, он бы уже был миллионером. Ведь зная, когда и какие ценные бумаги нужно покупать, разбогатеть можно очень быстро. А он в этой теме совершенно не шарил. Он даже о спортивных соревнованиях ничего не знал, поскольку не увлекался спортом. Если бы знал, то мог бы поднять деньги на ставках. Конечно, не в России. Тут получить крупный выигрыш невозможно, ибо в этом бизнесе крутятся мошенники.

Стоит только кому-нибудь выиграть большую сумму, в лучшем случае скажут, что произошла ошибка и ставка не прошла. В обычном варианте сошлются на взломанный аккаунт и хакеров, укравших выигрыш. В худшем случае они же сами обвинят везунчика в мошенничестве и заблокируют средства. Забавно, что мошенники смеют честных людей обвинять в мошенничестве и тем самым отбирать их деньги. Печально, что на их деятельность что в прошлом, что в будущем закрывали глаза те, кто должен это пресекать. Ещё грусть и смех сквозь слезы и международный жест рука-лицо вызывает тот факт, что об этом многим было известно. Блогеры и репортёры множество раз доказывали и рассказывали все схемы обмана контор, которые занимаются ставками на спорт. При этом толпы людей, зная об этом, как тупые бараны, продолжали нести в эти фирмы свои финансы. Особо одарённые индивидуумы влезали в кредиты, продавали недвижимость и становились бомжами либо сводили счёты с жизнью.

Так что на родине ставки на спорт Ваня не стал бы делать, даже если бы знал выигрышные комбинации. А вот в более цивильной загранице можно было бы рискнуть, но не судьба. Лёгких денег в ближайшее время не ожидается. Только через тяжёлый труд сквозь пот и кровь сбитых пальцев он видел обогащение в ближайшей перспективе.

И всё же он не столь дремучий человек, как может показаться в ближайшем приближении. Иванов был подписан на многих блогеров различной тематики, любил читать книги и в целом просвещаться. Его кругозор не останавливался на ремонте автомобилей. Так что он потихоньку вынашивал одну идею, которую старался даже мысленно лишний раз не упоминать, чтобы не спугнуть удачу.

Работать с автомобилями марки Субару оказалось неожиданно приятно. Казалось бы, битая тачка и в Японии аварийное транспортное средство. Но были нюансы, которые вроде бы и добавляли хлопот, но и доставляли удовольствие.

Металл Импрез качественнее, чем у отечественных автомобилей. Вытянуть и выстучать его сложнее. Но сварочные точки высверливались проще, их расположение было понятным, а не как на Жигули, где они разбросаны как придётся и их приходится искать с помощью какой-то там матери. Варить хороший металл удобней.

Из-за множества мелочей складывалось ощущение надёжности этих автомобилей. У них могла сложиться морда, при этом стойки оставались целыми, а двери закрывались идеально. Благодаря этому не нужно ещё и стойки тянуть, что опять же облегчало работу.

Дешёвые контрактные запчасти, которые можно было заказать прямо в цвет, позволяли их просто установить и не париться. Конечно, в большинстве случаев они приходили с косяками, но за это стоит сказать спасибо транспортным компаниям и их отношению к доставке. В помощь приходила зубочистка. Небольшие царапины локально закрашивались без долгой подготовки.

Вместо полугода все тачки были собраны за пять месяцев, и то из-за того, что долго пришлось ждать запчасти. Состояние авто, если не знать об аварии, а узнать об этом непросто, было близким к идеальному.

Из шести Субару Иван продал пять, а одну Импрезу на коробке автомат оставил себе.

В сарае у него выросла гора запчастей от Импрез и иных авто. При острой необходимости можно восстановить бампера и двери, и, если бы не дешёвые контрактные запчасти, Ваня так бы и поступил. Но зачем, если проще и быстрее поставить целые элементы?

Первое, что он сделал, когда появились деньги, — заказал партию из восьми таких же тачек. Именно битые Субару Импреза. Другие японцы, в том числе и того же бренда, за исключением микролитражек, чинить дорого. И чего скрывать, Ване понравилось с ними работать, и это было выгодно.

Он примерно представлял по фоткам из интернета, которые посмотрел в фирме, занимающейся привозом и растоможкой японских автомобилей, какие понадобятся запчасти. Например, он отметил, что после удара в морду страдают ролики и шестерни механизма ремня ГРМ. Эти запчасти стоили сущие копейки, так что он заказал их и ремни с запасом. То, что нужно менять крыло, бампер или крышку багажника, сразу видно по фотографиям. Так что и кузовные элементы заказывались сразу.

В итоге запчасти приехали на месяц раньше автомобилей.

Хранить машины на улице под открытым небом Ване показалось кощунством. Но и строить или покупать гаражи для них слишком жирно. А вот навес поставить недорого, особенно если делать из бюджетных материалов — старых труб из металлолома, шифера и досок с ближайшей лесопилки. Доставку японских тачек нужно ждать два месяца. Это время было решено потратить на навесы.

Нюанс в том, что строить зимой — сомнительное удовольствие. И не потому, что некомфортно. К этому как раз можно привыкнуть. Основная причина — заливка бетона и связанные с этим нюансы, из-за которых зимой не строился гараж.

В итоге Иванов плюнул на это. Люди столбы просто битыми кирпичами трамбуют, и они стоят годами. Он залил столбы бетоном с пластификаторами. А вот место под парковку заливать не стал. Вместо этого купил с рук бетонные плиты у человека, который их приобрёл несколько лет назад, но по какой-то причине стройка у него заморозилась. Кран установил плиты на месте будущих навесов, которые выросли вокруг них.

В итоге новая партия Импрез заняла свои места под крышами навесов, каждый из которых был рассчитан на четыре автомобиля.

Если посмотреть на Ванин двор, то он больше напоминает подобие платной автомобильной парковки. Слева ворота и въезд, с обеих сторон от которого расположилось по навесу с кучей тачек под ними. В глубине большой гараж. Правее металлический гараж. И где-то за ним сиротливо стоит серый дом, который отличить от гаража можно лишь по более цивильной крыше. А справа и вовсе видна покосившаяся деревянная халупа с облупившейся краской. Вдалеке вовсе печального вида сараюшки, заваленные снегом и зияющие дырами, словно выходцы из иного мира.

Никаких домашних животных, которые обычно встречаются в деревенских подворьях, тут не встретить. А если живность появилась, то она либо дикая, либо соседская. Огородов и теплиц тоже не видно. Ване было не до деревенских «развлечений»: он делал деньги. Ему проще купить готовую натуральную продукцию у соседей. Последние сами с радостью ему приносили молоко, сметану, масло, сыр, яйца и дары огорода вплоть до годового запаса картошки. Дёшево, вкусно, полезно и с доставкой на дом. Где ещё найдешь, чтобы сошлись все эти факторы? Как после такого не любить жизнь в Барсуках?

* * *
Прохладным апрельским вечером размеренная деревенская жизнь была разбавлена неизвестным элементом. Этот самый элемент был худым как жердь молодым человеком с дергаными движениями. На нём были надеты тёмно-синие джинсы и чёрная толстовка, капюшон которой был накинут на голову.

Михаил уже ушёл домой. Ваня спокойно готовил завтрак на утро. В это время элемент перелез через забор и направился к новому дому.

Иван вздрогнул, услышав стук в дверь. Он не ожидал визита, тем более стука в дверь дома, а не в калитку. Но мало ли, кто и по какой причине мог прийти? Это же деревня, возможно, кому-то из односельчан стало плохо и пришли к нему, чтобы вызвать скорую, поскольку все в Барсуках знают, у кого единственного на весь посёлок есть сотовый телефон.

Ни о чём не подозревая, Иван без спроса открыл входную дверь как был в домашней одежде — растянутых трениках и застиранной до дыр синей футболке.

Обнаружив на пороге своего дома незнакомца, он изрядно удивился и хотел было спросить, кто таков и какого йогурта припёрся, но не успел.

Элемент в толстовке к тому времени достал из-под кофты отрезок трубы и сжимал его в правой руке, которую прятал за спиной. Стоило на пороге появиться хозяину дома, как элемент нанёс размашистый удар трубой по голове Ивана, отчего тот обмяк, как озимый.

Иван приходил в сознание тяжело. Его сильно мутило, в глазах всё расплывалось. И не только по той причине, что на переносице не было очков, но и от последствий удара.

Он обнаружил себя привязанным к стулу в своей кухне. Ноги были привязаны к ножкам, а руки крепко связаны за спиной. Перед ним стоял дерганый парень с глубоко натянутым капюшоном.

Заметив, что Иван очнулся, элемент гундосым голосом обратился к нему:

— Эй! Ты Иванов?

— Йогуртом по губам! Ты кто такой?

— Где деньги?

Тут и без объяснений стало ясно, что элемент — грабитель. Иван считал, что жизнь и здоровье дороже денег, поэтому ничего не стал скрывать:

— В заварном чайнике на кухонной столешнице.

Элемент поспешно распотрошил фарфоровый чайник и дрожащими руками принялся пересчитывать наличность. Когда он закончил с этим увлекательным действом, его лицо исказила злобная гримаса. Подскочив к Ване, он гневно завопил:

— Чё так мало? Тут всего пятнадцать штук!

— Высокопочтенный, вы меня с Рокфеллером не перепутали? Сколько, по-вашему, у меня должно быть наличности? Мильоны?

— Конечно, миллионы! — с полной уверенностью заявил элемент. — У тебя же бабок жопой жуй! Колись, где бабки, иначе порежу!

Элемент для устрашения схватил со стола самый большой кухонный нож и принялся им угрожающе размахивать перед лицом Ивана.

У Иванова всё плыло, его штормило, но при этом он старался сохранять хладнокровие.

— Высокопочтенный, вы заблуждаетесь. Я далеко не миллионер. Это все мои деньги. Я их не печатаю и даже лопатой не гребу.

— Не пизди, четырехглазый! — злобно прогнусавил элемент. — У тебя такой домина, куча тачек. Не может у тебя быть всего пятнадцать штук!

— Отчего же, что б мне в йогурте купаться? Высокопочтенный, вы не учитываете тот факт, что дом и тачки стоят денег. Именно в них вложены мои мифические мильоны. Выберите всё, что нравится, и идите с богом. Ни к чему усугублять положение. Всё же грабёж — это одна статья, а убийство с целью ограбления — совершенно иная.

— Думаешь так легко отделаться? — сверкнул безумной улыбкой элемент. — Да хрен там! Мне всё о тебе рассказали. Так что давай, делись секретами!

— Йогурт хоть и полезный напиток, но и его нужно закусывать… Высокопочтенный, какие секреты вы имеете ввиду? Я же не архив КГБ, чтобы хранить какие-то тайны…

— Рассказывай всё о будущем! — блеснули в свете лампочки безуминкой зрачки элемента.

— Это были не опята… — протянул охреневший Иванов. — Вьюноша, вы меня с Вангой не спутали? Я обычный автослесарь, какое, йогуртом по лицу, будущее? Тут не знаешь, что в настоящем творится.

— Я всё знаю… — с придыханием прогнусавил элемент. — Мне Светка-шалава всё рассказала о том, что ты из будущего! Так что лучше сам всё рассказывай: выигрышные лотерейные номера, когда и кто выиграет в футбол… Иначе…

Он провел тупой стороной ножа по горлу Вани, что вызвало у него дрожь в коленях и сильную слабость. Липкий пот выступил на лбу, а по спине пробежала дрожь.

— Высокопочтенный, в-вас ввели в заблуждение, — от ужаса у Ивана начал заплетаться язык. — Никаких перемещений во времени не существует. Давайте рассуждать логически. Если бы я на самом деле что-то знал о будущем, то не чинил бы машины в глухой деревне, а жил бы на Мальдивах в окружении топ-моделей и штата охраны. Разве может владелец кучи битого автохлама быть тем, кем вы меня считаете?

— Не вешай мне лапшу на уши, дядя! Ты хочешь сказать, что шалава мне напиздела?!

— Я хочу сказать, что не все йогурты одинаково полезные… Всем известно, что Светлана любительница выпить. Да что там любительница? Она в борьбе с зелёным змием профессионалка! А алкоголь не лучшим образом влияет на сознание. Мало ли, кто и что мог нафантазировать? Теперь что, в любой бред верить? Вы, высокопочтенный, с чего вдруг поверили, будто мне известно что-то о будущем?

— Ну как же… — растерялся элемент, опустив руку с ножом. — Она же сказала… А у тебя хоромы, тачки…

— Прошу заметить, единственный целый автомобиль, который вы могли увидеть, — древние Жигули первой модели.

Ваня умолчал о том, что второй целый авто — Субару Импреза — стоит в стальном гараже. Он продолжил:

— Весь остальной мой автопарк представлен кусками металлолома на колесах. Дешёвый японский металлолом. Вот вы, высокопочтенный, если бы были путешественником во времени и знали о будущем, стали бы жить в глухой деревне, с утра до ночи ремонтируя автохлам?

— Ну… — элемент левой рукой задумчиво поскреб подбородок. — Нет, наверное… Да точно нет! Нафиг надо! Я бы поставил на выигрыш Бразилии в прошедшем чемпионате мира по футболу и стал бы богачом!

— Вот видите, высокопочтенный? Это же так просто. Разве может кто-то не знать о столь знаковом событии, как победа Бразилии в чемпионате мира по футболу в две тысячи втором году?! Это нонсенс!

Ивану пришлось приложить массу усилий, чтобы говорить серьезно, без иронии. Ведь он как раз ни о чём таком не знал. А ещё он понял, что встретил одного из верующих в возможность разбогатеть на ставках на спорт. Ещё и наркомана или сумасшедшего, судя по дёрганым движениям и вере в слова Светы.

Иванов за время беседы с грабителем сотню раз пожалел о той непростительной слабости, которую позволил себе. Одно неудачно сказанное слово не тому человеку — и вот результат. Он с проломленной головой, связанный по рукам и ногам находится в обществе безумца.

«Ну Баранова, ну шалава… — мысленно послал он волны ненависти в сторону Светланы. — Укоротить бы тебе слишком длинный язык и кормить одним йогуртом!»

На счастье Иванова, элемент счёл его доводы достаточно разумными. Решающим аргументом для него стало то, что не может русский человек не знать о том, кто победил на чемпионате мира по футболу в две тысячи втором году.

Он удалился и принялся шариться по дому в поисках ценностей. Через полчаса он удалился с полными баулами.

Ивану понадобился целый час, чтобы освободиться от веревок. Он скакал на стуле, как сайгак, пока не сумел обломать ножки и освободить ноги.

Со связанными за спиной руками и окровавленной головой он вышел через оставленную грабителем открытой входную дверь и добрался до соседнего дома.

Когда пожилая соседка вышла из своего дома на его крики, она обомлела.

— Господь милосердный! Ванечка, это ты? Что с тобой?

— Грабитель, тёть Маш. Бошку проломил и чуть не зарезал. Развяжи мне руки, а то отсохнут.

— Щас-щас, милай… Ох, чаго в мире творится! Ироды окаянные уже в дома врываются… Милицию нужно вызвать!

— Нужно. И милицию, и скорую. Только у меня телефон украли. Пусть кто-нибудь к Мише сбегает и попросит его меня в райцентр отвезти.

— Ща-ща, милай…

Переполох в Барсуках поднялся знатный. Давно тут не происходило ничего подобного. Взмыленный Михаил приехал на своей шестёрке и с ужасом уставился на работодателя, который стал ему другом.

— Йо… Йошкар-Ола — большой город! Ванёк, кто это тебя так?

— Да какой-то наркоша ко мне домой вломился, отоварил трубой и вынес всё ценное. Давай, Мишаня, сбегай ко мне домой за запасными очками. А то этот псих мне очки раскурочил. Кажется, я на них наступил, когда из дома выходил. Точно что-то хрустнуло. Они лежат в спальне на тумбочке.

— Сейчас, Ванещ. Держись.

О том, как Миша его вез в райцентр, Ваня не помнил. Он потерял сознание от тряски. В сознание он пришел, когда нужно было покинуть автомобиль.

Дальше началась эпопея с больницей и милицией, которая вскоре прибыла в палату к больному вместе с Мишей.

— К-хм… — кашлянул немолодой милиционер. — Капитан Кузнецов. Вот, гражданин уверяет, что вас ограбили. Расскажите, как это произошло.

Ваня пересказал всё в точности, как случилось ограбление, и описал внешность преступника. Капитан Кузнецов от руки заполнял протокол.

— Так-с… — протянул он. — Говорите, что преступник попал в ваш дом не просто так, а по наводке?

— Он утверждал, что о моем «богатстве» ему поведала Светлана Баранова. Она проживает в Барсуках на соседней улице.

— Угу-угу… — сделал запись в протоколе милиционер. — Что у вас похищено?

— Наличные денежные средства в размере пятнадцать тысяч рублей, компьютер, монитор Самсунг Синк-мастер с написанным на панели экрана несмываемым красным маркером кодом активации операционной системы, сотовый телефон Сименс А35 и ДВД-плеер. Общая стоимость похищенного имущества около тридцати тысяч рублей.

— Надпись маркером это хорошо, — кивнул капитан. — Это может помочь следствию. Гражданин Иванов, распишитесь в протоколе…

Глава 7

Грабителя милиционеры поймали в тот же день. Найти его оказалось проще простого. Во-первых, Баранова лишь завидев милиционеров, готова была сдать кого угодно. Она и раскрыла личность грабителя — Святослав Васильков, проживающий в райцентре, наркоман со стажем. Во-вторых, Василькова сдал скупщик краденого, а причиной, спалившей его, стал меченный монитор.

И вроде технику нашли, по крайней мере, компьютер и монитор, но они зависли в милиции в качестве вещдоков. Телефон и плеер и пропали без вести. Деньги, естественно, тоже пропали. Их наркоша успел потратить на героин, с которым его и приняли. За наркоту и грабеж ему светило десять лет лишения свободы.

Легче от этой новости Ивану не стало. Он неделю провалялся в больнице с сильным сотрясением мозга. После выписки из больницы он ещё два месяца поправлялся. Доктора запретили ему напрягаться. В итоге всю работу на себя взял Михаил. Ваня ему помогал, но совсем немного, чтобы не напрягаться. В итоге одну машину они восстанавливали пару месяцев.

Первый проданный автомобиль принёс в копилку двенадцать тысяч долларов. Ваня почти все деньги потратил в безопасность. Уж больно сильно его впечатлило нападение грабителя.

Вокруг двора на все пятьдесят соток вырос высокий металлический забор. Входная дверь была поменяна на металлическую с дверным глазком. На окнах появились решетки, а сами окна были поменяны на многокамерные пластиковые стеклопакеты. Повсюду установлены камеры видеонаблюдения.

После этих трат у него ещё оставались средства. Их он пустил в газификацию гаража. Ему надоело топить печь. А ведь он большую часть времени проводит именно в гараже.

В итоге двор Иванова на фоне домов соседей, окруженных в лучшем случае низким штакетником, выделялся своей монументальностью. Металлическая коробка на пятьдесят соток из зелёного профлиста с несколькими воротами и калиткой.

Ване надоело ездить по колдобинам. Свою Субару он тоже продал и заказал асфальтовую крошку. Всю дорогу до его дома обсыпали асфальтовой крошкой и обошлось это ему не так дорого, как можно было подумать. Хватило ещё на снос старых сараев и постройку на их месте большого металлического ангара для хранения запчастей и прочего хлама. Внутри ангар обзавёлся множеством стеллажей. А во дворе были залиты бетонные дорожки.

В благоустройство территории денег он вбухал на цену трёхкомнатной квартиры. Соседи шептались за его спиной, когда он не видел, крутили пальцем у виска. Они же любят считать чужие деньги. Вот и судачили, мол, лучше бы квартиру в городе купил и жил, как белый человек. Вот чудак-человек, так строиться в Барсуках. Уж они-то не такие, они умные, и на его месте уж точно уехали бы в город. А тот факт, что прибыль Иванову приносит ремонт автомобилей, который лучше осуществлять в хорошо оборудованной мастерской с местом для хранения тачек и запчастей — они как-то не задумывались. Для соседей деньги у «местного богача» появлялись сами собой из воздуха или он их, конечно же, воровал. Ведь не может человек разбогатеть своим трудом: либо наворует, либо насосёт.

Новый телефон был куплен в Челябинске — классическая Нокиа 3310. Надёжный кирпич, который подешевел до вменяемых пары тысяч рублей. Сим-карту удалось без проблем восстановить.

Компьютер Ваня приобрёл с рук по объявлению — современный пентиум 4, которым пользовались всего полгода. Он обошёлся на треть дешевле, чем при покупке в магазине.

В мае этого года у Михаила ушла из жизни мать, из-за которой он с женой и детьми переехал в Барсуки.

После похорон он решил последовать примеру работодателя и начал строиться. До этого ему мешала мать, которая из-за маразма и старческих психических расстройств была категорически против перестройки старого дома.

Иван одолжил Мише бетономешалку. Тот, насмотревшись на постройки босса, решил возводить стены пристройки прямо из арболита, с которым научились работать все местные забулдыги, радостные от появления подработки.

* * *
Время полетело со скоростью гиперзвукового истребителя. Иванов не решился повторно знакомиться с Сауле. И вообще с девушками почти не контактировал, за исключением редких интрижек во время пребывания в райцентре и городе. Он с головой погрузился в работу, повышая профессиональное мастерство. Кузовной ремонт ему давался всё легче. С опытом становилось понятно, куда лучше ударить и где подтянуть, чтобы восстановить кузов с наименьшими затратами времени и сил.

Иван полностью сконцентрировался на японских праворуких автомобилях. Он не знал, как во Владивостоке фирмачам удается растаможить битые тачки, но как-то у них получалось. Наверняка через прикормленных людей из органов. Главное, что два-три раза в год удавалось пригнать в Барсуки полный автовоз.

Покупал он не только полюбившиеся марки автомобилей. Невозможно постоянно находить на японских аукционах одну и ту же марку. Через его и Мишины руки в том числе прошли десятки различных Тойот. Одна из них, «Марк 2» девяносто шестого года выпуска, осталась его основным транспортным средством к лету две тысячи восьмого года. На такой же тачке передвигался его друг и помощник, доход которого за прошедшее время вырос в три раза.

За четыре года Иванов заработал солидную сумму в двести тысяч долларов с учётом всех расходов на доставку машин, их ремонт и зарплату помощнику. Но все эти деньги были потрачены на покупку квартир в новостройках Челябинска. Недвижимость он брал на стадии котлована, зная из будущего, какие дома проблемные, а которые из них наверняка будут сданы. В общей сложности он стал владельцем девяти квартир, две из которых старые однушки, а остальные самые ходовые, то есть двухкомнатные. Шесть квартир сдавались в аренду, а три, расположенные в одном доме и подъезде, ещё не были сданы застройщиком.

Помимо этого у него на руках зависла операционная выручка с последней партии автомобилей в размере семидесяти тысяч долларов.

Деньги зависли по причине невозможности заказать битые тачки из Японии. Что-то не срослось у поставщиков. То ли оборотней в погонах задержали, то ли ещё что. К тому же в ожидании повышения пошлин на ввоз иномарок на рынке подержанных зарубежных автомобилей произошел коллапс. Народ стал массово скупать с японских аукционов всё подряд, цены поползли вверх. Машины надолго зависали на таможне.

Иван не расстраивался. Мировой экономический кризис уже давал о себе знать. Доллар вот-вот должен начать ползти вверх.

Впервые со времени возвращения в прошлое Ваня решил просто взять паузу и отдохнуть. На жизнь ему хватало средств, получаемых со сдачи в аренду квартир. Общая сумма выходила такая, что ему в принципе не нужно работать, ещё хватит, чтобы ездить в заграничные поездки — в районе полутора тысяч долларов.

Вот только эти деньги как-то у Иванова не задерживались. Он привык ими распоряжаться на личные нужды. Раньше были небольшие суммы — теперь солидный доход, но уходило всё до копейки.

Он покупал понравившиеся станки в появившуюся во дворе мастерскую, новый профессиональный инструмент, дорогую бытовую технику. Например, самый современный игровой компьютер. А ещё провёл себе проводной интернет, что стоило космических денег. Проводной интернет в селе! О таком даже подумать страшно. Нечто подобное могут позволить лишь богачи. Но он был Ване жизненно необходим в связи с одной его задумкой.

По идее, он мог бы выгнать одного из квартирантов и переехать в Челябинск, чтобы пользоваться интернетом там. Это выгоднее, но… Не бросать же всё нажитое непосильным трудом? Все эти милые сердцу железки, постройки, свежие натуральные продукты и размеренную деревенскую жизнь…

Да и вообще — жизнь слишком короткая и, как показал опыт, внезапно конечная. Достаточно двух факторов, которые сошлись вместе: хочу и могу. Он хотел стабильный, широкополосный и безлимитный интернет в Барсуках, имел на это средства — он получил желаемое. Мечтал о мастерской со станками, пусть даже и пользуется ими дай бог пару раз в месяц — построил и оснастил всем необходимым. Так поступают люди, которые могут себе позволить что-то, чего хотят.

Одна проблема — нет машин, следовательно, нет работы у Михаила. А он привык к хорошей зарплате и постоянной занятости.

Можно было вернуться к выкупу годных остатков у страховых компаний, но Ваня знал о скором подорожании долларов, поэтому решил придержать наличность.

У Миши имелись накопления и появился обширный опыт в восстановлении иномарок. Иван предложил ему перейти на самоокупаемость. То есть самому приобрести тачку под восстановление и воспользоваться его гаражом. Миша, недолго подумав, согласился. Он всё так же почти каждый день приходил к Ване, но уже чинил свой битый Фольксваген гольф.

Иванов зашёл в гараж посмотреть на покупку товарища.

Михаил, заметив его, принялся вытирать промасленные руки об тряпку.

— Здорово, Ванёк. Ну как тебе?

Кивнув товарищу и бегло оглядев гольфа, он выдал своё ничуть не экспертное мнение:

— Хлам! Но тысяч семьдесят рублей с него выручить можно.

— Когда начинали, то с иномарки можно было поднять её цену.

— Всё, Мишаня, забудь. С распространением интернета остались в прошлом те благодатные для перекупов времена, когда можно было купить тачку, чуть подшаманить и в тот же день продать в два раза дороже. С прошлого года, когда интернет стал более доступным широким массам населения, а компьютеры начали массово появляться у простых людей, мир авторынка кардинально изменился. А в этом году из-за скорого поднятия ввозных пошлин и наступления кризиса он изменится ещё сильнее.

— Зато я могу заказать запчасти с разборок из других городов и получить их в Челябе. Кстати, спасибо, что разрешил подключить интернет через тебя. Дети и жена довольны — от компа их за уши не оттащишь.

— Пустяки. Мишаня, для своих не жалко.

— Соседи не достают?

— Пытались выпросить, чтобы я и им провел интернет, но пошли лесом. Где они были, когда я предлагал скинуться всем селом и провести интернет на всех?

— Ну так платить никто не любит, а халяву обожают.

— Вот и йогуртом им по губам!

— Ванёк, соседи не обиделись?

— Да мне по самые помидоры, обиделись они или нет. Пусть йогуртом умоются! Как работать или скинуться на дело — никого не дозовешься. Как халява — дай-дай-дай. Я не Мать Тереза, чтобы помогать убогим. Они, значит, хотят нихрена не делать и бухать, а я им должен добытое потом и сорванной спиной на блюдечке вручить?!

— Спокойней, Ванюша. Спокойно. Не заводись. Подумаешь, эка невидаль — народ хочет халявы и нихрена не делать… Вспомни, в какой стране живёшь.

— Да хрен бы с этими соседями. Я нормально общаюсь с единицами адекватных людей, которые заняты реальным делом и поставляют мне жрачку. Этого достаточно. А алкаши мне нахрен не нужны. Ты лучше мне скажи, Миш, за месяц своего Гольфа сделаешь?

Михаил внимательно оглядел смятую гармошкой машину.

— Да вроде должен управиться. А что, Вань, тебе стапель понадобится?

— Нет. Просто в августе доллар должен начать ползти вверх. Тебе лучше к этому моменту Фольксвагена слить, а бабки в баксы перевести. Ты, конечно, можешь не прислушиваться. В принципе, ничего особо не потеряешь, если, к примеру, возьмёшь ещё одно битое ведро. Сам смотри.

— Я подумаю, Вань. Посмотрим, как пойдет. Но если ты не против, я лучше ещё одну тачку возьму. У меня-то, в отличие от тебя, семья. Всех одеть нужно, детям к школе кучу всего купить… Слушай, я вот не пойму, ты же молодой парень. Как ты без бабы обходишься?

— Как-как… Меня спасает два фактора: лень и интернет… Дзюблю помаленьку.

— Вот сейчас не понял, — с недоумением разглядывая шефа, протянул Михаил. — Нет, по смыслу понятно, но так «это» ещё никто не называл.

— Это пока… — лукаво прищурился Иванов. — Лишь пока…

— Ладно, дзюбельщик… Это твоя жизнь, я в неё не лезу. Хотя ты мог бы найти себе молодую деваху. Ты парень видный, не то, что я. Мне-то уже под сорокет, жена, дети — куда дёргаться? А тебе достаточно свистнуть — всё девки твои.

— И что мне даст девушка кроме секса?

— Ну так… — расплылась улыбка на лице Михаила. — Уборка, готовка, да и живое существо дома.

— Ой, Мишань, не надо этого. Домработницу я могу хоть сейчас нанять. Как ты говоришь: только свистну — и одна из немногих высокопочтенных жительниц Барсуков готова будет вылизывать дом и кормить меня на убой. А живых существ мне хватает.

— Ты про кошку с собакой?

— Про них.

— Но с ними не поговоришь.

— Это ты так думаешь. Я видел, как соседка со своей собакой говорила. Я так и сказал своей кошке: «Зефирка, вот же соседка дура, с собакой общается!». А потом сказал своему псу: «Верно я говорю, Чокопай?».

Миша задорно рассмеялся.

— Ох, Ванька, смотри, как бы не свихнулся. С людьми тоже нужно общаться.

— Мне с тобой хватает общения. А уж когда начинаю арендную плату собирать, заказывать запчасти или продавать тачки, то тошнит от разговоров.

— Кстати, про тачки. Ванёк, а ты не думал продавать копейку?

— Нахрена?

— Так ведь несолидно.

— Мишань, глупостей не говори. На чём я прицеп таскать буду? На Тойоте? Копейка ездит — большего от неё не требуется.

— И то правильно, — согласился Михаил. — Мне тут сказали, что в райцентре один дед двойку продает. Не хочешь купить?

— Сколько он хочет и насколько тачка живая?

— Вроде хочет тридцатку. А состояния не знаю — не видел.

— Если движок целый и за двадцать пять отдаст, то я хоть сейчас заберу. Есть контакты деда?

— Могу спросить. Так что, будешь брать?

— Мишань, не рассасывай йогурт! Бросай свой тарантас и поехали за «нормальной машиной»! Молоком по бумаге писано, в каком она состоянии. Один я, сам понимаешь, не справлюсь.

— Поехали.

В результате поездки старенькая двойка была приобретена и притащена на тросу в Барсуки. Заводить её Ваня не решился, поскольку со слов владельца она простояла в гараже без дела десять лет.

Старенькие Жигули заняли место в гараже наискосок по диагонали от Фольксвагена.

Пока Миша делал своего Гольфа на продажу, Ваня неспешно для души принялся ковыряться с Жигулями.

Через месяц Михаил привёл своего немца к товарному виду и занялся его продажей. А Ваня продолжал реставрировать двойку, доводя её до состояния, близкому к идеальному.

Продав Гольфа, Миша купил ещё одну битую иномарку. Когда мужчины затащили её на стапель, оба хрипло дышали.

— Как спина, Мишаня?

— Кончилась, — скрючился он.

— Тебе нужен компресс из настойки на мухоморах.

— Думаешь, поможет?

— Обязательно поможет. Я знаю, о чём говорю.

— Ванёк, ты же молодой. Тебе ещё тридцати нет.

— Разве это показатель? Поверь мне — эта йогуртова хрень работает.

— Поверю на слово. Но ты в прошлый раз говорил про подорожание долларов, но уже август, а что-то этого не заметно.

— Погоди, потом обалдеешь. Ты просто не следишь за курсом. В июле бакс был по двадцать три рубля, сейчас по двадцать пять. Зимой он уже будет дороже тридцати — к гадалке не ходи. Если сейчас баксы купить — зимой двадцать пять, а то тридцать процентов получить, как с добрым утром.

— Эх… — тяжко вздохнул Михаил. — Были б деньги, я бы купил доллары… Я же хотел гараж расширять, чтобы не стеснять тебя.

— Ты меня ничуть не стесняешь.

— Нет, Ваня, это не дело. Гараж твой, а я тут своими делами занимаюсь. Так не может продолжаться всё время. Да и хочется свой гараж иметь со стапелем. Ты лучше скажи, как мне подешевле стапель сделать?

— Самый бюджетный вариант сварить из сотой профильной трубы, но это порнуха получится. Ты с ним всю спину кончишь. Как решение чисто для себя раз в год поработать с машиной — сойдёт. А для работы лучше сделать с ямой и закладными крюками, как у меня, минимум из фольги четыре миллиметра. Или можно трубы семьдесят шестые забетонировать в полу вокруг стапеля. В них вставляешь пятидесятую трубу и цепляешься вытяжкой за неё. На трубу наварить ограничители-зацепы для цепи.

— Слушай, а это идея! — обрадовался Михаил. — Закладные я не потяну, поскольку стены хотел из арболита лить. А труб у меня навалом. Наверное, так и сделаю. Одолжишь бетомешалку на осень?

— Ты решил осенью строиться?

— А куда деваться? — развел руками Михаил. — Сейчас деньги на стройку и на жизнь нужны. Вот скину это корыто, и как раз в сентябре начну фундамент заливать.

— Батенька, да вы тот ещё извращенец! Вот в октябре похолодает, а у тебя ни стен, ни крыши. Давай лучше забетонируем трубы, обварим профилем и железо накинем. Я тебе помогу. Потом тепловую пушку поставишь внутри и будешь копать яму, заливать бетонные полы и прочими извращениями страдать.

— А тепло?

— Пенопластом-соткой обклей со всех сторон. Прямо на монтажную пену. Тепло и недорого. Это я строил на века с закладными крюками, а тебе зачем такой гараж, если трубы под вытяжку будешь бетонировать? Следующим летом оштукатуришь пенопласт или вагонкой зашьешь — получится пэрсик!

— Хм… Можно и так…

— Так проще. Если алконавтов на рытьё ям под столбы нанять, то мы за две недели гараж поставим. Максимум за три. Как раз в тёплое время управимся.

* * *
Гараж Мише построили за месяц. Но так всегда бывает — загадываешь один срок, а обстоятельства вылезают боком.

Пока Михаил занимался заливкой полов и утеплением стен, Иван принялся за архиважное дело, к которому долго готовился. Он начал искать компьютерных гиков. Лишь к ноябрю ему удалось пригласить одного из них на встречу в бар.

Гиком оказался худой низкорослый парень в квадратных очках возрастом двадцать три года. У него были чёрные кучерявые волосы и слегка смуглая кожа, отчего он был похож на татарина. Одет он был неброско: растянутый свитер и вытертые на коленях голубые джинсы.

— Артём? — спросил Иванов.

— Да. А вы Иван?

— Верно, высокопочтенный. Пойдём за столик.

Молодые люди разместились за свободным столиком в углу бара и сделали заказы. Артём нервничал и не знал, куда деть руки и с чего начать.

— Эм… Иван, вы говорили, что у вас есть для меня работа.

— Именно. Ты же хорошо разбираешься в компьютерах?

— Можно и так сказать. Я учился на программиста и сейчас работаю системным администратором в небольшой фирме. А что у вас за работа? В смысле, что мне нужно будет делать и какая зарплата?

— Для начала скажи, ты знаешь, что такое криптовалюта?

— Оу! — удивился Артём. Поправив дужку очков, он с интересом посмотрел на собеседника. — Не думал, что кто-то интересуется этой темой. Я недавно читал статью на английском. Её написал какой-то чел с японской фамилией.

— Сатоши чего-то там?

— Именно! — счастливо улыбнулся Артём, раскрепощаясь на глазах. — Сатоши Накомото. Он описал принцип работы цифровой валютной сети, которая должна стать альтернативой централизованной банковской системе. Вы интересуетесь этой темой?

— Да, мне это интересно. Артём, ты сможешь наладить мне на компьютере майнинг биткоинов? Я хорошо заплачу.

— Чего? — молодой программист с недоумением взглянул на собеседника.

— Майнинг… Йогуртом по носу! Как же тебе объяснить? Этот самый Сатоши чего-то там должен был выпустить программу для создания криптовалюты, которая называется биткоины. Мне нужно установить и настроить эту программу. Ещё желательно разжевать, что к чему. Как это всё работает. По итогу плачу штуку баксов.

— Воу! — обрадовался парень, нервно поправив дужку очков. — Это… Неплохие деньги. Вот только я не слышал о такой программе. Возможно, она недавно вышла. Но я обязательно о ней узнаю и найду.

— Артём, возможно, Сатоши ещё не выпустил свою программу. Я краем уха слышал, что это произойдет в начале две тысячи девятого года.

— Если так… — на лице Артёма поступила грусть. — Вы готовы подождать?

— Я готов ждать. Но желательно, чтобы программа у меня появилась как можно скорее после выхода. Я могу на тебя рассчитывать?

— За тысячу долларов я готов круглосуточно мониторить интернет и сразу же после выхода программы примчаться к вам и установить её.

— Идёт, — кивнул Иван.

Парни ещё некоторое время пообщались на компьютерную тематику. Хоть Иванов не был докой в этой теме, но и не плавал. В будущем он был подписан на каналы нескольких техноблогеров и немного шарил в теме, чтобы поддерживать диалог и понимать, о чём ему говорят.

Обменявшись номерами телефонов, парни расстались приятелями.

* * *
На третий день после празднования нового две тысячи девятого года Ваню среди ночи разбудил звонок сотового телефона.

Взяв трубку, он услышал взволнованный голос нового знакомого.

— Иван, это Артём, ты помнишь меня?

— Ум… — сонно протянул Ваня. — Ага… Да… Что случилось? Два часа ночи…

— Ты сказал звонить в любое время суток, как появится информация. Я после нашей встречи пришёл домой и стал искать информацию о криптовалютах. И нашёл!

— Угум… Я счастлив… — ещё не до конца проснулся Иванов.

— Я нашёл программу! Оказывается, ты был прав! Сатоши Накомото выпустил программу для майнинга биткоина и выложил в общий доступ!

— Что?! — резко распахнул глаза и сел на кровати Иванов. — Повтори.

— Я говорю, что скачал программу и могу её тебе установить. Себе я её уже поставил и запустил. Она работает!

— Замечательно, — оживал на глазах резко взбодрившийся Ваня. — Просто пэрсик! Ты не перестаёшь меня радовать. Артём, ты же не спишь?

— Нет, не сплю.

— Говори адрес. Я сейчас же привезу к тебе компьютеры.

Среди ночи пулей лететь в Челябинск, чтобы установить на несколько компьютеров программу и заплатить за это тысячу долларов — кому ещё такое может прийти в голову?

Иванову было плевать, что о нём подумают — он сделал это. Домой он вернулся ближе к обеду усталый, но довольный. И первым делом запустил на компьютерах программу майнинга.

Три системных блока были запитаны от дорогущих серверных источников бесперебойного питания. Интернет на них помимо кабельного был дублирован модемом-самотыком от сотового оператора. А комнату с компами хозяин впервые в жизни запер на ключ.

* * *
Как и предсказывал Иван, доллар к концу января подорожал до тридцати пяти рублей. В этот момент он обменял свои накопления в иностранной валюте на рубли, и сделал это очень вовремя. На следующий день курс опустился больше, чем на рубль. Хотя Ваня и так продал баксы по тридцать четыре. Банковскую комиссию никто не отменял. Но и так он остался в выигрыше.

По-хорошему эти деньги следовало куда-нибудь вложить. Вот только куда? Так-то понятно, что акции любой крупной компании будут расти. Но Иванов опасался финансовых инвестиций в ценные бумаги ещё с прошлой жизни. Всезнающим человеком он не был. Знал только, что в девяностых дорожали акции компьютерных корпораций. И то эту информацию он почерпнул из какой-то книги в жанре городского фэнтези о попаданце в прошлое. Считай, о коллеге. Вот только герой книги, который в будущем был обычным студентом, оказался ну охренеть, каким прошаренным и с памятью, как у Гугла. Всё-то он помнил: когда и куда нужно вложить деньги, чтобы за пару лет стать миллионером, и о том, когда произойдут малоизвестные исторические события, и во всех аспектах жизни он разбирался на уровне профессионала. Вот, к примеру, герой, впервые взяв в руки автомат Калашникова и не служив в армии, внезапно начал стрелять, как заправский снайпер.

Ваня про себя усмехался, что из него плохой попаданец от слова «попа». Память дырявая, как швейцарский сыр, ни в чём, кроме ремонта автомобилей и перекупского бизнеса не разбирается. Ну, в компах немного соображает и в телефоном пользоваться умеет. Так любой подросток в тридцатых годах ему бы фору дал и уделал на старте в этих навыках.

Поэтому он отправился к профессионалам финансового отдела одного из стабильных банков.

После продолжительного диалога со специалистом по финансовым инвестициям, он хоть в этом ничего понимать не стал, но услышал знакомые названия компаний, которые как минимум к тридцать пятому году не разорились и продолжали процветать. Оставалось лишь выбрать, куда инвестировать. Ваня выбрал Майкрософт.

Фирма всегда была на слуху, никогда в будущем не было слышно о том, чтобы она разорилась. Но решающим фактором оказались слова консультанта о том, что акции этой компании сильно подешевели.

В итоге Ваня стал обладателем четырех тысяч простых акций Майкрософт.

Вернувшись домой из Челябинска, он первым делом покормил пса Чокопая и кота Зефира. Лишь после этого включил на кухне маленький зомбоящик, чтобы под его бормотание приготовить ужин себе.

Пощёлкав пультом, он остановился на одном из популярных каналов. Там шла юмористическая передача, на которой выступали комики.

Открыв дверку шкафчика, Иван замер с протянутой к макаронам рукой. Динамики телевизора донесли до его ушей до боли знакомый голос. Он медленно повернул голову к телеэкрану и замер подобно статуе.

С экрана на него глядела черноволосая казашка с такими знакомыми и родными чертами лица. Ещё молодая, худая и красивая, какой он помнил её в молодости.

Девушка шутила про неудачные отношения с парнями. Травила байки из медицинского опыта. Эти истории, рассказанные в знакомой саркастично манере, Ваня уже не раз слышал. Про склеенную клеем задницу, про дедка-извращенца, про наивную девицу, которая думала, что от секса ночью не забеременеет…

Не сводя с экрана квадратных глаз, он ошарашенно воскликнул:

— Сауле?!

Вначале он не мог поверить в то, что видит её — свою любимую супругу, мать пятерых детей, которая в ироничной манере рассказывала о страхе залететь. В прошлой жизни Сауле в это время рожала второго ребенка и даже в возрасте тридцати пяти лет решилась на пятые роды. А тут она строит из себя чуть ли не чайлд фри, то есть девицу, которая не хочет иметь детей. Но Ваня же знал о том, как его любимая обожает деток.

Но глаза его не подвели, ведь он был в очках. Внизу экрана было написано имя комика:

Сауле Уступова.

— Сауле? Йогуртом по губам! Как ты там оказалась?!

Глава 8

Иванов доготовил ужин, поел, после чего выскочил на улицу, сел в Тойоту и поехал на соседнюю улицу.

Он остановился возле большого добротного дома из бруса. На фоне барсуковских халуп этот дом, обнесённый высоким деревянным забором, смотрелся как принцесса среди нищих.

Тут жила одна из немногих непьющих и работящих барсуковских семей. Уступовы разводили овец и держали немного лошадей. Иван постоянно покупал у них баранину, овечий сыр и мясную продукцию из конины.

На стук в калитку вышел хозяин дома. Вечно улыбчивый парень лишь выглядел казахом. Чернобровый, черноволосый, худой и жилистый, с широкими скулами. Он не бухал, был женат на хорошей русской девушке, от которой имел троих детей. На самом деле он уже из второго поколения Уступовых, выросших в России. Оттого из казахского в нём остались лишь налет воспитания, внешность и толпа дальних родственников.

— О-о-о! — радостно протянул он. — Кого я вижу! Иван, привет. Ты за мясом?

— Аслан, привет, — крепко пожал протянутую руку Иванов. — Не сегодня. У меня холодильник всё ещё забит мясом и бастурмой. Я по другому вопросу.

— Уже интересно, — лицо Аслана отобразило живой интерес и любопытство. — Внимательно слушаю.

— Сегодня увидел по телевизору твою сестру…

— Ох… — прикрыл ладонью глаза Аслан. — Позор… Никто от неё такого не ожидал. А ведь Сауле работала доктором — уважаемая профессия. А тут внезапно уехала в Москву и стала шутки шутить. Родители в шоке. Они не знают, как ей сказать, что приличной девушке не пристало чем-то таким заниматься.

— Кстати, шутит она нормально. Это ты зря.

— Правда? — удивлённо приподнял брови Уступов. — Хоть это радует. Так что ты хотел обсудить?

— Понимаешь, Аслан, я со школьной скамьи влюблен в Сауле. Но она исчезла с горизонта, и я старался гнать мысли о ней. Долгие годы довольно успешно получалось с этим справляться… До сегодняшнего дня, пока не увидел твою сестру по телевизору. Я понял, что так больше не может продолжаться. Хочу видеть её не на экране, а дома своей супругой.

— Воу! — широко расползлись губы Аслана. — Брат, да я сам рад буду видеть тебя своим родственником. Ты не представляешь, как обрадуются родители! Они уже отчаялись побывать на свадьбе дочери. Думали, что никогда от неё внуков не увидят, а приданное сгниет к чертовой бабушке. Хочешь посвататься?

— Я бы хотел, но вы же не из казахского аула, а высокопочтенные жители Челябинской области.

— Тут ты прав, — задумчиво провел ладонью по гладкому подбородку Уступов. — Совсем обрусели мы, даже казахского языка не знаем. Если бы в Казахстане жили, то Сауле пикнуть бы не посмела, как замуж выскочила бы. А тут родители нам дали полную свободу реализации.

— Аслан, мне нужна твоя помощь.

— Чем могу, брат…

— Хочу поехать в Москву и попытаться склонить Сауле к женитьбе классическими методами. Поможешь?

— Спрашиваешь! — радостно выдал Уступов. — Конечно, всем, чем могу, помогу. Что конкретно от меня нужно?

— Для начала адрес и телефон твоей сестры.

* * *
Спустя двое суток белая Тойота Марк 2 припарковалась в московском дворе неподалеку от станции метро Водный стадион. С правой стороны расположился двор школы со спортплощадкой. Слева стояла бежевая пятиэтажка, знававшая лучшие времена.

Иванов сильно волновался. Зная номер подъезда, этаж и квартиру проживания Сауле, он боялся прийти к ней домой.

Вот как можно приличному человеку завалиться в гости без предупреждения? Допустим, придёт он, позвонит в звонок, Сауле откроет дверь, а он такой: «Здрасти, я с тобой в одной деревне жил и в одной школе учился. Вот, принимай гостя».

Это в прошлой жизни они жили вместе, а сейчас, по сути, малознакомые люди. Даже при том, что Ване многое известно о его супруге, она-то его помнит исключительно в качестве одноклассника.

И всё же формальный повод для визита имелся. Ваня заранее позаботился об этом вместе с Асланом, который страстно желал сестре счастливой семейной жизни. А счастье обрусевший казах видел в обеспеченном муже для сестры. На все Барсуки таких мужчин можно пересчитать по пальцам одной руки, но холостой и самый обеспеченный из них один лишь Иванов.

Дрогнувшей рукой достав сотовый телефон, Ваня нашел номер телефона Уступовой и замер, глядя на экран. Он никак не мог решиться на звонок. Через десять секунд экран погас, а он всё так и сидел с зажатой в потной ладони трубкой.

Набрав полную грудь воздуха, словно перед прыжком в прорубь, он вновь разблокировал телефон и нажал на кнопку вызова.

Длинные гудки пришлось слушать долго, но в итоге приятный и до боли знакомый женский голос ответил:

— Алло, я слушаю.

— Сауле, доброе утро. Это Иван Иванов из Барсуков.

— Эм… — растерянно протянула она. — Иван? Одноклассник, что ли?

— Рад, что ты узнала. Я по делам в столицу приехал. Меня Аслан попросил для тебя гостинцев из дома передать. Я сейчас стою у подъезда твоего дома на Водном стадионе. Ты дома?

— Да, пока я дома, — собранным голосом ответила она. — Поднимайся на третий этаж. Квартира шестьдесят девять. Код домофона ноль-три-два-семь.

— Скоро буду.

Поднявшись по лестнице на площадку третьего этажа, он обнаружил, что дверь в шестьдесят девятую квартиру приоткрыта. На пороге стояла она — молодая и очаровательная, но немного хмурая Сауле. Она была одета по-домашнему в чёрные бриджи и тёмно-синий топик. На ногах красовались пушистые коричневые тапки в виде плюшевых медвежат.

— Доброе утро, Сауле. Прекрасно выглядишь. Это тебе.

Девушка, изумлённо приподняв брови, приняла из рук одноклассника роскошный букет пионов.

— Пионы? — удивлённо прокомментировала она. — Мои любимые цветы… Как ты узнал?

— Угадал, — лукаво блеснул глазами Иванов.

Сложно не угадать любимые цветы девушки, с которой прожил бок о бок тридцать лет.

Уступова продолжала стоять на пороге, перегородив дверной проём.

— К-хм… Так что просил передать брат?

— Вот, — вручил ей пакет Иван. — Там мясная продукция из хозяйства Аслана. А это от меня, — протянул он тортик.

Девушке пришлось зайти в прихожую и положить на тумбочку букет и пакет с вкусняшками от брата. Затем она вернулась к гостю и взяла тортик, после чего сказала:

— Спасибо, до свидания.

Иван изрядно удивился. Не такой встречи он ожидал. Как минимум это неприлично и не по-русски, и даже не по-казахски. Издалека приезжает знакомый с презентами, а его культурно посылают нахрен.

— Что, даже чаю не предложишь? Всё же я всю ночь ехал из Челябинска.

Живая мимика дала гостю понять, что ему не рады. Сауле настолько откровенно выразила досаду, плотно сжав губы, опустив их уголки и сведя вместе брови, что Иванову стало неуютно. В иной ситуации он бы обиделся, развернулся и больше с таким неблагодарным человеком никогда не общался. Но не сделал этого, поскольку шёл к своей супруге, нацеленный на повторное знакомство с желанием вновь создать семейную ячейку.

Секунды три продержалась досада на лице Уступовой, после чего морщинки разгладились, и она нехотя произнесла:

— Ну, проходи. Но только на чай! А то знаю я таких… Сначала дайте чаю попить, потом переночевать негде.

Слова Сауле резали душу похлеще катаны. Они ввинчивались в уши Ивана подобно здоровенным саморезам. Он был шокирован, не ожидая настолько резко неприязненного отношения, словно к бомжу, ковыряющемуся в помойном баке.

— Йогурт мне в душу да ради смазки, — пряча обиду за шутливым тоном, продолжил он. — Сауле, кто тебя покусал? Я помню тебя доброй и отзывчивой девушкой. Или это Москва так влияет на людей?

За спиной Уступовой показалась любопытная симпатичная мордашка блондинки в шортиках и футболке. За ней в коридор выглянула брюнетка в спортивных штанах и широкой клетчатой рубашке. Они с любопытством грели уши, поглядывая на соседку по квартире.

— Зато я в Москве живу, а не в Зажопинске! — вспыльчиво высказалась Уступова. — Так ты чай будешь?

Ване хотелось вежливо отказаться от чая. Ещё больше хотелось покрыть высокопочтенную «супругу» матом и указать на недопустимость такой манеры беседы. Но он, вежливо улыбаясь, сказал другое:

— Спасибо, высокопочтенная, не откажусь. Ещё, если будет дозволено, я воспользуюсь уборной. На ночёвку, так и быть, не напрашиваюсь. А то мы, барсуковские, в своём Зажопинске брезгуем стеснять бедных дам, которым приходится ютиться друг у друга на головах.

Сауле сложила губы куриной гузкой и демонстративно скрестила руки на груди, всем своим видом показывая, что гостю тут не рады. Но в туалет Ване сходить разрешила и молча включила чайник.

Когда он из санузла вышел на кухню, там стояла гнетущая тишина. Соседки предпочли закрыться у себя в комнате, не мешая Уступовой принимать гостя.

— Сауле, серьезно, ты чего такая недовольная? Мы десять лет со школы не виделись. Я тебя вроде никогда не обижал, плохого ничего не говорил, даже, как волчок, за бочок не кусал.

— Да вы достали! — взорвалась она.

— Мы?! — изумленно приподнял брови Иванов. — Кто такие «мы»?

— ВЫ! Вы все! — с нажимом ответила она. — После того, как я стала известной, всякий шапочный знакомый норовит чего-то от меня получить!

— И что же я хочу получить от тебя, кроме обычного для нашего человека гостеприимства? — прорезалась ирония у Ивана.

— Не знаю, но вам всем что-то надо…

— Да уж, наверное, ты права.

— Так значит, я права? — хищно оскалилась и как-то недобро обрадовалась Уступова.

— Права, Сауле. Мне тоже от тебя кое-что было нужно…

— Вот! — радостно вздернула она вверх указательный палец правой руки. — Я же говорила! И что ты хочешь?

— Хотел… Я хотел пригласить тебя куда-нибудь, например, в итальянский ресторан. Вспомнить юность, поговорить по душам и просто пообщаться, как старым добрым знакомым.

— Что?! — опешила она.

Выдвинув табурет, девушка села на него и с недоумением уставилась на гостя.

— Видишь ли, Сауле, так сложилось, что когда-то ты мне нравилась. Долгие девять лет после возвращения из армии я жил с мыслью, что неплохо бы признаться тебе в своих тёплых чувствах. Но всё опасался сделать что-то не так, начать общение не с того.

Девушка слушала откровения Ивана с вежливым интересом. Он спокойно продолжал:

— Посмотрим правде в глаза: в детстве и в подростковом возрасте мы мало общались друг с другом. В моей голове сохранился совершенно иной образ Сауле Уступовой. Нежной, доброй и отзывчивой девушки. Веселой, немного саркастичной и ироничной, при этом гостеприимной и заботливой.

На самом деле он описывал свою супругу, какой её помнил, а не школьницу, с которой толком не общался.

— Откровенно говоря, высокопочтенная, я увидел совершенно другого человека. Но смею надеяться, что ошибся. У всех случается плохое настроение. Если ты сейчас не желаешь меня видеть, мы могли бы увидеться позже, сходить в приятное место.

— Нет, спасибо, — отмерла Уступова. — Я поняла… Ты ко мне клеишься!

— Можно и так сказать. Разве ты против?

— Против! — резко заявила она. — У меня есть молодой человек. Он москвич. Я не хочу общаться с каким-то там деревенским парнем! Понятно?

У Ивана слова девушки отзывались кровавыми ранами на душе. Она даже не представляла, насколько сильно его убивает. В уголках глаз защипало, но он сдержал слёзы, потому что мужчины не плачут. Так учил его приёмный отец, ставший ближе родного, о котором он ничего не слышал. Он учил быть мужчиной, а не тряпкой.

С каждым мгновением пребывания в обществе этой Сауле, она ему всё меньше нравилась. Это была не та милая и добрая девушка, нежная и заботливая жена. Перед ним сидела высокомерная и меркантильная стерва.

Он не понимал, как так могло получиться? Ведь всего три с половиной года разделяло их знакомство в этой и другой жизни. Разве способен человек, попав в иные условия, за столь короткий срок так кардинально измениться? Или это таким образом на людей влияет окружение и слава?

— Прости, что?! — нашёл в себе силы прямо посмотреть на девушку Ваня.

— Я говорю, что у меня есть парень! Я не собираюсь встречаться с каким-то барсуковским зачуханом. Так понятней?

— Это я зачухан?! — опешил Иван.

Он придирчиво изучил свою внешность. Одежда новая и чистая, не мятая, пусть и не нарядная. Но не во фраке же ему стоило приходить? Как минимум это не привычная для него повседневная роба, которая вся в масле и пятнах смазки. Очень даже приличные синие джинсы от Левайс, глаженая голубая рубашка и дорогой тёмно-синий свитер двойной вязки из бутика от бренда, который предпочитает не выставлять напоказ огромный шильдик, а ставит в нижнем левом углу небольшой и неприметный значок. Проведя рукой по подбородку, он не обнаружил щетины. Голова чистая, волосы причесаны.

Он не мог понять, что не так? Упакован на тысячу долларов и не воняет. Ведь на самом деле он не ехал всю ночь, а прибыл в столицу поздно вечером. Ночь же он провел в гостинице и перед поездкой сюда привёл себя в полный порядок: помылся, побрился, почистил зубы и надел новые шмотки.

— Да! — запальчиво продолжила Уступова, тем самым добив Ивана.

Он медленно отставил в сторону бокал и начал подниматься из-за стола.

— Спасибо этому дому за хлеб-соль, — сдерживая клокочущую в груди ярость и жуткую обиду, вежливо кивнул он. — Как бы солоно тут ни встречали, — всё же прорезался у него сарказм, — пора и честь знать. Мир этому дому. Счастья хозяевам. Был рад увидеться, высокопочтенная, но мне пора вернуться в свой хлев на пятьдесят соток земли, с десятком квартир в Челябинске и зачуханскими акциями Майкрософт, чтобы продолжить влачить жалкую жизнь рантье…

Резкими размашистыми шагами он направился прочь с кухни. Обуваясь под ироничным взглядом Уступовой, он с горькой иронией, которую скрывал под резким сарказмом, продолжил:

— Вы в Москве совсем зажрались, если наряд за штуку баксов считаете зачуханским, йогуртом вам по губам, высокопочтенная! Честь имею!

Он быстро покинул квартиру под любопытными взорами соседок, которые не сдержали интереса и выглянули в коридор. Уступова провожала его недоуменным взглядом.

Блондинка выдала брюнетке своё экспертное мнение:

— Совсем Сауле зажралась! Мужик в левайсах, в туфлях от Балдини и в свитере от Хуго Босс подарил ей букет цветов на треть моей зарплаты… Если он для неё зачухан, то кто для неё нормальный?

— Не, а чё, нормально! — сыронизировала брюнетка. — Снимать комнату за десять штук, а от нормального мужика нос воротить… Хоть бы нас с ним познакомила. Я от такого парня не отказалась бы. Пусть в Челябе, но чуваки с десятью хатами и акциями Майкрософт на дороге не валяются… Эй, Сауле, дай номер этого парня!

У Сауле от пересуд соседок заалели уши. Она резко ответила им:

— Идите в жо…

* * *
На ходу запахивая куртку, Иван порывистыми шагами спускался с лестницы, переступая через одну ступеньку. На душе скребли кошки. Ему было мучительно больно и стыдно за несдержанность. Казалось, что одномоментно мир рухнул в пропасть. Второй раз за новую жизнь Ивану хотелось напиться и забыться.

Но он был рад, что не сказал всего, что думает. Например, его подмывало поделиться с Сауле самым сокровенным, рассказать ей о том, что он словно в фильме «Квантовый скачок» оказался в прошлом. А в будущем, которое не наступило, они с Сауле были женаты и счастливы в браке. Что у них было много детей и внуков. Но не сказал, сдержался, чему неимоверно радовался. Неприятный опыт с шалавой Барановой научил его ни с кем не делиться столь важной информацией.

Морозный воздух слегка отрезвил его. Ваня поспешил застегнуть куртку и надеть шапку. Февраль нынче выдался холодным, а порывистый ветер добавлял неприятных ощущений.

Словно подыгрывая его настроению, небо заволокло свинцовыми тучами. С него вот-вот готов был сорваться снег.

При взгляде на тяжёлые небеса, низко нависшие над головой, желание напиться и забыться усилилось.

Несмотря на непогоду и холод, на лавочке у подъезда сидела старушка. Почему она не боялась застудиться, известно ей одной. Но для Вани она стала путеводной звездой к месту продажи алкоголя.

— Глубокоуважаемая, я дико извиняюсь, но меня впервые занесло в эту часть Москвы. Будете ли вы столь любезны подсказать, где можно найти ближайший продуктовый магазин?

Старушка оживилась и уделила Иванову толику интереса.

— Вам следует пройти дальше по дороге через двор. За мусорными баками, которые стоят напротив часовни, повернёте направо и пройдёте прямо. Вон в той девятиэтажке, — показала она пальцем на северо-запад, — есть магазин.

— Выражаю вам почтение, глубокоуважаемая. Вы меня весьма выручили. Успехов и здоровья вам. Берегите себя и своих близких.

— Не за что, — расплылась радостная улыбка на лице старушки. — Вы из Ленинграда, что ли? Уж больно вежливый молодой человек.

— Нет, высокопочтенная. Из Челябинска. Вежливость определяется не местом жительства, а воспитанием и отношением к окружающим. Ещё раз спасибо.

Ваня сел в машину и проехал по дворам по указанному маршруту. Он собирался купить алкоголя, снять гостиницу и напиться до поросячьего визга. Один, чтобы никому не сболтнуть лишнего и не наделать глупостей, которые легко совершить в его нестабильном эмоциональном состоянии.

С торца девятиэтажного дома приютился небольшой магазинчик, о чём уведомляла вывеска над входной дверью. Припарковавшись, Ваня зашёл внутрь.

Магазин не впечатлял своими размерами. Вероятнее всего, он был переделан из однокомнатной квартиры. Единственная комната превратилась в торговое помещение. Кухня наверняка используется в качестве склада. Большая часть пространства занята полками и прилавками. Для посетителей оставался небольшой пятачок, на котором могли встать три-четыре человека.

За прилавком стояла молодая девушка с грустным лицом. Каштановые волосы спускались ниже плеч. Округлое лицо без капли косметики было симпатичным и настоящим, не те, что видишь вокруг, скрытые под килограммами макияжа. Там, где надо, округлости фигуры радовали глаз. И хоть нельзя было сказать, что у неё осиная талия, но и полной девушку язык не повернётся назвать. Единственной сильно бросающейся в глаза деталью были огромные круглые бабушкины очки в роговой оправе с нереально толстыми диоптриями.

— Высокопочтенная, — вежливо обратился к ней Иванов. — Будьте любезны мне хорошей водочки, качественной копчёной колбасы, резаный батон, пакет апельсинового сока и банку солёных огурцов.

Продавщица медленно собирала заказ. Иванов отметил, что она очень сильно щурится, пытаясь разглядеть этикетки с ценниками и названиями. Чересчур сильно для владелицы столь мощных диоптрий, о чём вечный очкарик мог судить по своему опыту.

Других посетителей всё равно не было, как и иных посторонних людей, времени вагон и маленькая тележка. Он не замедлил поинтересоваться:

— Высокопочтенная, прошу извинить, если это не моё дело, но я заметил, что очки вам не подходят. И это при диоптриях в три раза жирнее моих. Полагаю, вам следует обратиться к доктору.

— Я уже… — грустно вздохнула продавщица, отчего её роскошная грудь приподнялась, вздымая свитер подобно ледоколу, разрезающему лёд.

— Уже? Разве вам не выписали другие очки?

— Это уже бесполезно, — было видно, что у девушки накипело и она готова поделиться своими проблемами с первым встречным. — Мне сказали, что я теряю зрение. Если в скором времени не сделать операцию, то я полностью ослепну.

— Простите, но почему вы тянете? Со зрением шутки плохи.

— Потому что, — с ненаигранным надрывом продолжила она, — в обычных больницах меня, мягко говоря, послали куда подальше. Лечение предложили только в частной глазной клинике. Нужна операция, а за неё запросили аж восемьдесят тысяч рублей!

— Вот тебе и бесплатная медицина… Неужели у вас не нашлось знакомых, способных дать в долг?

— Да как-то все друзья внезапно превратились в знакомых, стоило попросить у них денег взаймы, — с грустным видом развела руками она. — Родители собрали, что могли, но это капля в море. Мне не хватает пятидесяти тысяч. Пришлось ехать на заработки в Москву. Я посчитала, что если буду сильно экономить, то смогу откладывать по пятнадцать тысяч в месяц. Надеюсь, что успею накопить нужную сумму раньше, чем ослепну.

В тоне, которым это было сказано, слышались затаенное отчаяние и пустая надежда.

Внезапно Ване его проблемы показались надуманными и не стоящими выеденного яйца.

Обида на девушку, которая знать его не знает? Сауле в этой жизни ему никто. Плевать он на неё хотел. Девять лет не видел и всю жизнь готов не видеть. Это не его супруга, а незнакомка, которая по насмешке мироздания имеет ту же внешность и имя.

У людей есть проблемы похуже, чем душевные терзания барсуковского перекупа. Молодая красивая девушка может на всю жизнь остаться слепой. А ей всего-то и нужно, что немного денег. Вот где трагедия, а не это всё непотребство с чувствами.

Ване стало настолько сильно жалко девушку, что он подумал: «Тварь я дрожащая али право имею?»

— Высокопочтенная, могу я поинтересоваться вашим именем?

— Меня Наташа зовут.

Глядя на милые ямочки на щеках и слыша стеснительный тон, с которым выдала своё имя девушка, Иванов умилился.

— Красивое имя. Позвольте отрекомендоваться. Иванов Иван Иванович. И это не шутка. А если и шутка, то не моя.

Наташа мило улыбнулась. Ваня тем временем продолжил:

— Наташа, откуда вы?

— Из станицы Кременской. Это в Волгоградской области.

— То-то я смотрю, акцент знакомый! Я служил в Волгограде и некоторое время там жил. Хороший город, но очень жаркий. Летом такое чувство, будто сам чёрт жарит тебя в духовке. Я-то сам из села Барсуки в Челябинской области. У нас такое жаркое лето нонсенс. Если выпадет пара дней, то это скорее исключение из правил.

— Так ты тоже из деревенских? — обрадовалась Наташа. — Тоже на заработки приехал?

— Нет. Я в Москве проездом. Односельчанин попросил передать родственнице гостинцы. Вот только меня встретили в штыки, даже чаю не предложили. Вряд ли я впредь возьмусь выполнять такие просьбы. Даже спасибо никто не сказал, зато помоями облили так, что на душе муторно. Впрочем, чего это я жалуюсь? Наташа, вы не против, если мы перейдём на ты?

— Нет. Мне так даже привычней. А то чувствую себя какой-то старухой. И что, ты проехал кучу километров, передал посылку, а тебя даже не поблагодарили?

— Представь себе. Я в шоке. И ведь с этим человеком мы в одном классе учились. А мне с порога йогуртом по губам провели. Но не будем об этом. Наташа, прошу выслушать моё предложение с полной серьезностью. Бросайте работу, собирайте вещи и поехали со мной в Челябинск. Я оплачу вам операцию.

— Что?! — застыла она в ступоре.

— Нехорошо, когда проблема легко решается, а человек может стать инвалидом. Я помогу вам с лечением.

— Но… — в уголках глаз Наташи начала набухать влага. — Зачем вам… тебе это? Мы же даже не знакомы.

— Уже знакомы. Наташа, не пойми меня превратно. Мне от тебя ничего не нужно, что бы ты себе ни придумала. Просто в определенный момент человеку приходит понимание, что внутреннее душевное спокойствие дорого стоит. Считайте, что это донат от незнакомца.

— Донат? — в вопросительной интонации протянула она, словно не поняла значения слова.

— Пожертвование, добровольный взнос, помощь от чистого сердца. Называйте, как удобнее.

— Я всё же не понимаю, зачем кому-то нужно помогать совершенно незнакомой девушке?

— Наташенька, при всём моём почтении, это легко понять. Я просто могу и хочу тебе помочь. Хочу и могу! Если этого недостаточно, то представь: пройдут годы, а я буду вспоминать о девушке, которой мог помочь, но прошёл мимо, как и многие до меня. И меня будет мучать совесть. А так я совершу хороший поступок и потешу чувство собственного величия. В моей душе наступят мир и гармония. А это очень полезно для сохранения психического здоровья. В общем, дерзай. Клянусь, я тебя не обижу!

— Но почему Челябинск?

— А куда мне тебя везти? В Волгоград? В Челябинске у меня сбережения, знакомства и дом неподалеку. Хорошая частная глазная клиника и там найдется. А в Волгограде и в Москве, увы, я ничем не могу помочь.

— Но где я там буду жить?

И хоть Наташа задавалась вопросами, по ней было заметно, что девушка согласна на всё. Она почувствовала вкус надежды. Настоящей надежды, а не того самовнушения, которым пыталась себя утешить. Если ради этого придется согревать постель незнакомому мужчине…

Наташу легко понять. Любой человек, оказавшийся в ситуации, когда на кону стоит одна из важнейших частей организма, будет готов на всё, чтобы её сохранить. Мысленно она уже согласилась и смирилась с тем фактом, что ради здоровья нужно будет постараться.

В то же время Ваня ни о чём таком не помышлял. Он действительно думал то, о чём говорил.

— Я согласна! — выдохнула Наташа.

Почему-то Ване показалось, что это прозвучало весьма двусмысленно. Словно девушка соглашалась чуть ли не на заключение брачного договора. Он успокоил себя мыслями, что показалось.

Водку и огурцы он покупать не стал. Вместо них взял в дорогу бутылку воды и сыр.

На душе стало тепло от мысли, что он, несмотря на то что не белый и пушистый, всё же остался хорошим человеком. А Сауле пусть проведёт йогуртом по губам!

Глава 9

Наташа, обладая повышенной ответственностью и желая получить законно заработанные средства, решила доработать до конца смены и пообщаться с владельцем магазина. Ваня оставил девушку и отправился смотреть город.

Он вернулся ближе к вечеру к окончанию смены девушки и застал занимательную беседу. На бедную девушку громко кричал наглый кавказец, по всей видимости, владелец магазина.

— Пока не отработаешь две недели, никаких денег не получишь! Можешь хоть сейчас проваливать, но я тебе ни копейки не заплачу.

Наташа чуть не плакала. Глядя на девушку, Иван не сдержался и обратился к мужчине:

— Уважаемый, можно вас на секундочку?

Черноволосый смуглый товарищ вразвалочку подошел к Ивану и одарил его презрительным взглядом.

— Чего надо?

— Слышь ты, йогуртовый любитель, — зло сощурился Иван, — девушке нужна срочная операция. Если её не сделать, то она ослепнет. Ты в своей погоне за прибылью совсем потерял берега и чувство меры. Если ты такой непонимающий человек, то я тебе доступно объясню, как должен относиться к девушке настоящий мужчина.

— Ты мне угрожаешь? — набычился бизнесмен. — Да ты знаешь, кто я такой?! — нагло вопросил он.

— Мне плевать, кто ты и кто за тобой стоит, — до хруста сжал кулаки Иванов. — Пусть хоть тысяча твоих братьев приедет. Максимум, чем они тебе помогут, — смогут передачи в больницу возить. Так, как поступаешь ты, поступают только твари без понимания, сочувствия и сострадания. Ради прибыли ты готов искалечить жизнь человеку. Я не могу этого допустить. Так мужчины не поступают.

— Что ты сказал?! — заиграл желваками бизнесмен. — Да я только позвоню…

Он показательно достал телефон, но не успел ничего сделать. Ваня ловким движением забрал телефон из руки владельца магазина, левой рукой схватил мужика за ворот и притянул к себе.

— Я тебе этот телефон в жопу засуну, — вкрадчивым тоном произнес он. — Попробуй оттуда позвонить!

— Эй! — пошёл на попятную бизнесмен. — Брат, да я пошутил. Я что, не понимаю? Наташа, слюшай, скажи своему мужу, что всё нормально! Сразу бы сказала, что тебе лечиться надо… Я же тоже человек. Я заплачу тебе. Не надо отрабатывать.

— Вот и славно, — не дожидаясь ответа Наташи, сказал Иван, отпуская ворот громкого мужчины. — Телефон отдам после расчета, чтобы не создавать лишних проблем.

Пыхтя и исподтишка кидая яростные взгляды на Иванова, бизнесмен распотрошил кассу и из неё отсчитал оклад продавщице.

Ваня вернул ему телефон, взял девушку под локоток и повел к своему автомобилю.

— Куда ехать?

— В Свиблово… — девушка выглядела будто огретая пыльным мешком. — Ваня, зря ты так… Мы могли договориться.

— Знаю я, о чём вы могли договориться. Ты молодая девушка, на которую легко надавить, а он наглый бизнесмен, думающий только о своей прибыли. Я на авторынке таких персонажей часто встречал. Они ради денег родную мать продадут и уж точно чужого здоровья не пожалеют. А вот своё здоровье такие люди очень ценят. Он может кричать сколько угодно, но сила таких людей в толпе. Один на один он наложил в штаны кирпичей и сделал так, как должен был поступить нормальный человек. Вообще, забудь. Тебе с ним детей не крестить.

— Ты работаешь на авторынке?

— Раньше торговал там машинами. Сейчас для этого есть интернет. Авторынок вымирает как вид. Лишь некоторые колхозники по привычке едут на авторынок, но это их выбор. Кто ищет автохлам в красивой обертке, тот его везде найдёт.

— Так значит, ты машинами торгуешь?

— Верно. Покупаю битые автомобили, чиню и продаю дороже. Не самый честный бизнес, но и плохим его назвать язык не поворачивается. Я так считаю: если хочешь купить качественный товар, не экономь. Не стоит от низа рыночной цены ожидать чуда. Не стоит полагаться на свои навыки, если ничего не понимаешь в автомобилях. Кто хочет быть обманутым, тот сам себя обманет.

— Разве?

— Простой пример. Одно время я чинил японские автомобили Субару Импреза. В заказанных запчастях пришли разные фары. Вот реально из десяти фар одинаковыми были всего четыре. То тонированная, то с линзами, то тюнингованная, с жёлтой и кристальной оптикой. Деваться некуда, пришлось ставить те фары, которые были. И знаешь что?

— Никто машины не покупал? — наивно предположила девушка.

— Ха-ха-ха! Не угадала. Тачки брали чуть ли не глядя. Хоть бы один покупатель спросил: «Почему фары разные?» Всё потому, что они уже себя убедили в том, что машины отличные и их нужно покупать.

Наташа снимала квартиру вместе с тремя девушками. Вещей у неё оказалось на удивление немного — все они поместились в одну большую спортивную сумку.

Ночная дорога до Челябинска по заснеженной трассе выдалась для водителя нелегкой. В Барсуки они добирались большую часть ночи и весь следующий день с ночёвкой в придорожной гостинице, в которой Ваня взял отдельные номера, чем удивил спутницу.

В деревню они въехали поздно ночью. Пёс встретил хозяина громким лаем.

— Фу, Чокопай! — отворил калитку Иван. — Свои! Наташа, проходи, не бойся… Чокопай, место! Свои!

Девушка с опаской проскользнула мимо здорового белого с черными пятнами пса неизвестной породы. Она старалась держаться как можно ближе к Ивану, схватив его за локоть. Лишь оказавшись дома, она с облегчением вздохнула.

— Не бойся Чокопая. Он добрый пёс. Завтра под моим присмотром покормишь его, он к тебе привыкнет и будет считать своим человеком.

— Мяу!

— Там на улице кто-то мяукает, — заметила девушка.

Иванов приоткрыл дверь. Через щель пулей пролетела белая кошка. Девушка тут же склонилась к ней и с умильной улыбкой принялась гладить.

— Ой, какая пушистая прелесть! Это кто тут у нас?

— Это Зефирка.

— Зефирка? — вырвался у Наташи смешок. — Ты даёшь животным клички сладостей?

— Так уж я привык. Пошли, покажу тебе дом…

С дороги оба путника так устали, что еле передвигали ноги. Они едва нашли в себе силы поужинать и принять душ.

Иван выделил гостье свою спальню, а сам разложил диван в кабинете. И не потому, что он такой благородный, раз решил гостье предоставить лучшую кровать. Он больше переживал о компьютерах, которые майнили биткоины. Вдруг гостья сослепу снесёт системные блоки?

Когда Наташе показали спальное место, она утвердилась в мысли, что за всё хорошее нужно платить. Тем неожиданней для неё стало, что никто не думал заглядывать в комнату. Дальше она устала ждать и уснула.

Иванов давно уже не спермотоксикозный пацан, не умеющий сдерживать свои порывы. Он и не думал приставать к девушке, которой взялся реально помочь. Если и появлялись такие мысли, он давил их, как назойливых блох. Если сама захочет, он не станет отказываться. Но приставать, пользуясь своим положением, он не собирался.

Проснувшись ближе к обеду, оба человека выглядели словно зомби. Но после позднего завтрака и кофе кое-как пришли в себя и поехали в Челябинск.

В городе Ване было известно несколько частных глазных клиник. В одну из них он обращался в прошлой жизни, пытаясь выправить зрение. Но не срослось. Дорогостоящее исследование выявило, что его плохое зрение обусловлено генетикой и операцией не лечится. Второй раз тратить на себя деньги и время он не собирался, ведь и так всё известно.

Он сразу повёз девушку в ту же клинику. Там её приняли с распростертыми объятиями. Ваня же отправился договариваться об оплате.

На самом деле после поездки в Москву у него почти не осталось сбережений. Хватило лишь для внесения предоплаты.

Поскольку лечение затянется на неделю, клиника пошла навстречу клиенту с отсрочкой платежа до выписки пациента. Договор об оказании услуг Иванов заключал от своего имени.

Сдав Наташу Золотову на руки докторам, он поехал домой. Её фамилию парень узнал во время продолжительной поездки из столицы, во время которой единственным способом скрасить время оставались разговоры.

Дома он набрал номер друга.

— Ванек, привет! Слышал, ты вчера вернулся. Мне больше не нужно кормить твоё зверьё?

— Спасибо за помощь, Миш. Не нужно, я сам справлюсь с этими бандитами. Ты завтра занят?

— Ну так… Ты прямо скажи, что от меня требуется?

— Мне срочно деньги понадобились. Поеду в город продавать Тойоту. Сможешь меня забрать из Челябинска?

— Думаешь, я могу отказать лучшему другу? — насмешливо ответил Михаил. — Конечно, я с тобой следом поеду! Какие вопросы?

— Я там могу на весь день зависнуть.

— Вот и ладно. Я по магазинам пробегусь. Жена мне список продуктов на полный багажник написала. Я этого свитка боюсь. Раскатаю в магазине — прибью кого-нибудь. Ты лучше скажи, зачем тебе деньги? Может, я могу чем-то помочь?

— Спасибо, сам справлюсь. Мне знакомой операцию нужно оплатить. Ерунда. За пару месяцев с арендной платы отобью.

* * *
Иванов каждый день ездил из Барсуков в Челябинск навещать свою подопечную. Ей некоторое время после операции предстояло ходить с повязкой на глазах. Зная это, он купил ей аудиоплеер, на который закачал много музыки и аудиокниг.

Каждый раз он привозил ей гостинцев и долго говорил, чтобы поддержать. Девушке было неуютно быть лишённой зрения. Эти визиты она ожидала с нетерпением и с радостью слушала спокойный размеренный голос благодетеля, к которому испытывала огромную благодарность. Постепенно это чувство крепло и начало перерастать в нечто большее. Такую заботу она чувствовала лишь со стороны родителей. А тут едва знакомый человек. Вскоре ей начало казаться, будто они знакомы всю жизнь. Ей не хотелось расставаться с Иваном и возвращаться в Кременскую, где кроме родителей её никто не ждал.

Выписки девушка ожидала с нетерпением. Когда с её глаз сняли повязку, она готова была ликовать. И даже тот факт, что некоторое время придется поберечься от напряжения глаз и ходить в темных очках, её ничуть не смущал.

Щурясь от света, который даже через темные очки казался чересчур ярким, Наташа взирала на встречающего её Ивана, заново оценивая его. До этого она видела его в размытом виде.

— А ты моложе, чем казался…

— В смысле, моложе?

— Мне по разговорам казалось, что ты старше сорока. А ты выглядишь ненамного старше меня. Сколько тебе?

— Двадцать восемь. Третьего июня стукнет двадцать девять. Но в душе мне шестьдесят три…

— То есть ты меня на пять лет старше, — констатировала девушка.

Мир Наташе казался сказочно прекрасным, а Иван предстал волшебным принцем на белом коне… модели ВАЗ 2102.

Даже через темные очки не заметить, что машина «чуточку» изменилась, было невозможно.

— Ваня, мне кажется, у тебя была другая машина…

— Она мне разонравилась. С твоего позволения, я покатаю тебя сегодня на этом прекрасном аппарате, — Иван распахнул перед спутницей переднюю пассажирскую дверь. — Прошу, мадам.

Наташа молча забралась на пассажирское сиденье. Когда автомобиль тронулся, она вынырнула из задумчивости.

— Ваня, ты продал иномарку, чтобы оплатить мне лечение?

— Что за глупости? — шутливо отозвался он. — Просто надоела. Потом куплю другую тачку.

— Не надо врать, — с укором качнула головой Золотова. — Я понимаю. Такую крупную сумму невозможно просто так найти.

— Подумаешь, машина… Не бери в голову. Это всего лишь груда металла. Не стоит к ней привязываться. Машин в нашей жизни будет ещё много, как и другой техники, а здоровье дано одно на всю жизнь.

У Наташи кольнуло в груди. Ещё никто никогда так не относился к ней. Пожертвовать дорогим автомобилем ради неё… У неё по щекам побежали слёзы радости.

— Ты плачешь? — с беспокойством заметил Иванов, останавливая Жигули у обочины. — Тебе плохо? Вернуться в клинику?

— Нет-нет, — смахнула она слезинки. — Это я от радости. Спасибо. Спасибо тебе огромное! Не знаю, что бы я без тебя делала.

— Фух! — с облегчением выдохнул Иван. — Я уж испугался… Пожалуйста. Рад, что сумел тебе помочь. Хоть на одного счастливого человека в мире станет больше. Дари добро, и оно к тебе вернётся.

— Да… — с затаенным нечитаемым чувством протянула Наташа. — Ты прав…

Если бы Иван не уделял всё внимание дороге, он бы заметил, каким красноречивым взором, полным теплоты и желания, одарила его пассажирка. Также он не заметил, как её губы беззвучно прошептали:

— За добро нужно платить добром…

* * *
Проснувшись утром, Иван почувствовал на груди теплую тяжесть. Приоткрыв глаза, он залюбовался частично обнаженным телом Наташи, которая закинула на него руку. Остальное тело было скрыто под одеялом, которое девушка стянула на себя.

Было приятно вновь ощущать рядом с собой живого человека. Оно, конечно, одному спать удобней. Но с девушкой приятней, несмотря на постоянные стягивания одеяла, периодические брыкания и попытки спалить ночью соприкосновением жарких тел.

При воспоминании о вчерашнем дне на лицо парня вылезла глупая широченная улыбка, как у чеширского кота.

Стоило им приехать в Барсуки и переступить порог дома, как Наташа прижала Ваню руками к стене и решительно впилась в его губы страстным поцелуем.

Тут до Иванова, как до животного с длинной шеей, то есть до жирафа, дошло, что девушка совсем не против его общества. Как говорится: не дурак — намёк понял, был бы дурак — не понял.

В итоге они переместились в спальню. А там… Скромная деревенская девушка превратилась в страстную львицу.

Что ни говори, а о вчерашнем дне вспоминать было приятно. Ваня жалел, что раньше не решился завести себе девушку. Всё мечтал вернуться к своей бывшей жене, храня в памяти её светлый образ, который в нынешних реалиях оказался запятнан сажей с пяток по уши.

От направленного на неё взгляда Наташа проснулась, приоткрыла глаза, после чего быстро прищурилась, спасаясь от яркого для неё света. Её губы изогнулись в настолько же широкой и счастливой улыбке.

— Доброе утро, — сонно сказала она.

— Доброе, милая. После такого, как честная девушка, ты должна выйти за меня замуж, — в шутливой интонации начал Иван.

— А я не против, — серьёзно ответила она. — Хоть сейчас в ЗАГС!

— Нет, сейчас не получится. Нам нужно три-четыре дня, как сказал доктор, поберечь тебя от пыли, ветра, яркого солнца и прочих неурядиц. Потом следует проехать по магазинам и обновить тебе гардероб, а то живя с девушкой почти без вещей и нескольких пар обуви я начинаю подозревать в себе владельца куклы-андроида с АлиЭкспресс.

— Ты такой милый и внимательный, — она склонилась над парнем и жарко впилась сочными персиками в его мягкие и податливые губы. Оторвавшись, она с непроходящей улыбкой продолжила: — И такой заботливый…

— Погоди, женщина, я ещё не перечислил все шампуни, крема, скрабы и прочую дребедень, которой каждая уважающая себя леди обязана заставить всю ванную комнату молодого человека, оставив ему десяток квадратных сантиметров под шампунь…

— О чём я и говорю, — нежно провела ладонью девушка по мужской груди. — Ты очень заботливый… Даже удивительно, что у тебя до сих пор нет девушки.

— Я держался до последнего. Теперь смею надеяться, что девушка есть и никуда не денется.

— Не дождешься!

Довольный Иванов после совместного завтрака отправился к другу поделиться позитивным настроем. Зайдя к нему в гараж, он обнаружил Михаила с болгаркой возле установленной на стапеле жёлтой битой в морду Киа Пиканта. Вместо приветствия он начал:

— Ходят слухи, что все владельцы Тойоты — сектанты…

На его речь Миша обернулся. Обнаружив товарища, он улыбнулся ему и приветливо кивнул. Ваня продолжил:

— Как человек, у которого была Тойота, я хочу сказать, что это, конечно, неправда… Говорят, что по субботам мы собираемся у алтаря и забиваем на нём болгарками маленькую Киа Пиканта… Но я скажу так: у каждого свои слабости.

После этого весь рабочий процесс встал. Сложно работать, когда основной и единственный работник личной автомастерской, отложив в сторону болгарку и согнувшись пополам, хлопает себя ладонями по коленям и ржёт до слёз, как умалишённый.

Отсмеявшись и смахнув влагу со щёк, он спросил:

— Чего-то у тебя рожа слишком довольная, словно нашёл миллион и ни с кем не делишься.

— Самому такого счастья мало, чтобы делиться.

— Привёз из города свою, ради которой тачку продал? — прозорливо вопросил Михаил.

— Деревня… Ничего тут не скроешь.

— А я говорил, Ванёк, давно тебе пора было бабу завести. Сразу стал другим человеком. Так и хочется угостить лимоном, чтобы рожа такой довольной не была!

* * *
Лишь часть денег от продажи второго Марка пошла на оплату лечения Золотовой. Приличная часть суммы осталась на руках у Иванова. Она пришлась как нельзя кстати.

У Наташи фактически не было ничего из одежды, не считая нескольких повседневных комплектов. Ей нужно было полностью обновить гардероб, затариться средствами гигиены, всякими маникюрными наборами, расческами, феном и всем тем, что позволяет девушке выглядеть красиво.

Ваня не желал, чтобы его девушка ходила в рванине, хотя она настаивала на том, что китайские шмотки с рынка ей вполне сойдут, мол, всю жизнь в них одевалась.

Будучи практичным человеком, дорогие бутики Иван отверг и даже не был против вещей с рынка. В бутиках он лишь однажды покупал вещи, надеясь произвести приятное впечатление при встрече с Сауле. С тех пор он к ним охладел. Но он настоял на покупке только качественной одежды вне зависимости от места приобретения. С опытом ему пришло понимание и принятие пословицы: скупой платит дважды, а дурак — всю жизнь. Качественная вещь прослужит дольше, чем несколько более дешёвых низкого качества, и в итоге выйдет дешевле. При этом товар плохого качества может стоить не только дешево, но и дорого. Поэтому к выбору всего стоит подходить с умом.

Кто хоть раз ходил по магазинам и видел ценники на женские вещи, тот сразу поймёт, что это дорогое удовольствие. А уж когда следует приобрести всё от носков и нижнего белья до зимнего пуховика и осенней куртки, то вообще хоть вешайся.

С одной стороны, Ваня спустил на свою девушку огромную сумму, на которую можно приобрести новый отечественный автомобиль. С другой стороны, какая-нибудь московская модница из элитных профурсеток, в смысле, любовница состоятельного человека, может за раз потратить аналогичную сумму на одну сумочку. Зато он был спокоен и уверен, что его девушка ни в чём не нуждается и не чувствует себя обделенной. Эта мысль дарила ему душевное спокойствие, которое он ценил высоко.

Одна певица из девяностых даже спела песню на эту тему: «Важней всего погода в доме. А всё другое суета». Иван с ней был полностью солидарен, за тем исключением, что здоровье всё же важнее, а без достаточных финансов нормальной погоды в доме сложно добиться.

Пара притиралась друг к другу.

Наташа сразу взяла на себя всё домашнее хозяйство. Дом преображался на глазах. Такое сложно объяснить, не увидев своими глазами. Берлога холостяка, как правило, функциональна. Когда же в доме заводится женщина, из углов и со шкафов пропадает пыль, окна становятся кристально прозрачными и обзаводятся красивыми занавесками. На полочках появляются всякие скатерти и сувениры, на полах коврики, на подоконниках горшки с растениями. В общем, девушки с собой привносят неуловимый на первый взгляд, но в целом заметный уют. В доме становится приятнее находиться.

Иван бросил все силы на постижение основ майнинга криптовалют. Сложностей добавляло то, что все адекватные статьи на эту тему были на английском языке, которым Иван владел через пень-колоду. Онлайн-переводчики в две тысячи девятом году ещё недостаточно проработаны, чтобы переводить текст нормально. Пришлось парню в экстренном порядке начать изучать английский язык.

Поскольку в Барсуках отродясь не водилось языковых школ, а в Челябинск не накатаешься, единственным решением было нанять репетитора.

Фёдор Ерофеев, лысый низкорослый пожилой мужчина с необъятным брюхом, работал учителем английского языка в барсуковской школе до самого её закрытия. До пенсии ему ещё было далеко, работы в селе не было, в город немолодому мужчине ехать не резон. Помаявшись пару лет, перебиваясь с хлеба на воду, он не отчаялся и нашёл выход.

В начале двухтысячных Фёдор пошёл на курсы ремонта компьютеров. Отучившись там два месяца, он начал немного соображать в этом деле и вскоре собрал себе из старых комплектующих недорогой компьютер. С рук купив видеокамеру, он принялся снимать свадьбы и монтировать их на компе. Вроде бы это был первый пентиум на сто мегагерц, который он разогнал до четырехсот мегагерц.

Дела у Фёдора потихоньку пошли в гору. Сейчас он снимает свадьбы для всей округи. У него хороший современный компьютер, несколько видеокамер и обширный опыт видеосъёмок и видеомонтажа. Но свадьбы такое дело, что происходят не каждый день. Каждую неделю точно, но не всегда оператором там становится именно Ерофеев. К тому же свадьбы намного чаще играют летом, а зимой редко. Так что свободного времени у него навалом, как и желания подработать.

На долгий срок Фёдор стал частым гостем в доме Иванова, давая своему бывшему ученику частные уроки английского языка.

Стоит отметить, что Ерофеев из тех мужиков, которые привыкли делать всё основательно. Об этом говорит хотя бы то, как он пришел в бизнес по свадебным видеосъемкам. Он на отличном уровне владел академическим британским английским, умел и любил учить. Другое дело, что детям в школе его знания не были интересны, а без желания научить кого-то можно лишь розгами, которые отменили ещё в царской России.

Над биткоинами Иванов трясся, как новоявленный папаша над первым младенцем. Для их хранения он организовал сверхнадежный рейд-массив из жестких дисков. Он досконально вникал в тему майнинга, словно от этого зависела его жизнь. Потихоньку продираясь через дебри специализированного компьютерного сленга, он начал разбираться в теме на достойном уровне.

Вначале майнить было довольно просто. Майнеров было мало: этим занимались лишь повернутые гики-энтузиасты. За первый месяц ему удалось намайнить более десяти тысяч биткоинов. Но чем больше появлялось энтузиастов, тем медленнее шёл процесс майнинга. Пока это было не сильно заметно и биткоины майнились тысячами.

С первой квартплаты, полученной в конце февраля, Ваня собрал компьютер с четырехядерным процессором коре 2 квад 9550, который присоединился добывать криптовалюту к своим собратьям. Продав старенькую копейку, он купил ещё один такой же комп и тоже заставил трудиться.

Впервые за долгое время Ваня остался с относительно небольшой суммой на руках и всего с одним автомобилем — Жигулями-двойкой. Все средства оказались инвестированы.

Почесав в черепашке, он плюнул на снизившиеся цены на недвижимость и выставил на продажу обе однокомнатные квартиры.

Квартиры обладают низкой ликвидностью, то есть продаются долго. Первая однушка была передана покупателю лишь в конце марта. Все полученные с её продажи средства были пущены на покупку двадцати компьютеров с четырехядерными процессорами.

В итоге парк компов стал настолько большим, что занял весь кабинет. При этом они потребляли около четырех киловатт электроэнергии, как три мощных электрообогревателя. Но это ерунда на фоне будущих прибылей. Это создало несколько проблем. Во-первых, куча вентиляторов создавала громкий шум, из-за которого жить в доме стало некомфортно. Во-вторых, электросети не рассчитаны на более высокое потребление, а Иван хотел увеличить количество компьютеров, к тому же не собирался отказываться от использования прочих электрических приборов. Эту проблему можно было исправить, договорившись с электросетями, но это оказалось сложнее и дороже найденного им решения.

При СССР в Барсуках проживало почти в два раза больше жителей, чем сейчас. Люди постепенно покидают деревню. Молодёжь стремится скорее сбежать в города. Старики уходят из жизни. И если в начале двухтысячных ещё кое-как со скрипом можно было продать тут дом, поскольку решающим фактором было наличие в поселке газа, то сейчас такой трюк не пройдёт. Множество домов пустуют и разрушаются от ветхости. Их попросту никто не желает покупать даже по ценам двухтысячного года. Нормальный дом можно купить за сорок-пятьдесят тысяч. А какую-нибудь халупу с развалившейся избушкой и вовсе отдают за десять-пятнадцать тысяч. Практически Простоквашино: покупай, кто хочешь, живи, сколько душе угодно.

Ещё в ноябре прошлого года из деревни в город перебралась жить к дочери соседка Иванова, тетя Маша, к которой он когда-то обратился за помощью с проломленной головой. Когда в начале апреля удалось продать вторую однокомнатную квартиру, Иван связался с ней и за сорок тысяч выкупил её дом с электричеством, газом и тридцатью пятью сотками земли. Некоторую сумму он потратил на то, чтобы обнести двор забором из профлиста, и на замену проводов, идущих от столба к дому. Ещё пришлось поменять допотопную советскую проводку в доме на мощную современную. В соседском доме он и разместил свою майнинг-ферму, к которой добавилось ещё пятнадцать компьютеров.

Для такого большого парка компьютеров резервного источника бесперебойного питания уже недостаточно. На случай отключения электричества, что в деревне не редкость, был приобретён мощный генератор, который включается автоматически при отключении электропитания. Его выхлоп был выведен на улицу через гофру в форточку.

На окна дома Ваня сварил и установил решетки. Металлическую входную дверь он тоже изготовил самостоятельно, установив туда хорошие замки. А для полной надёжности ещё и сигнализацию смонтировал — она будет сообщать о проникновении с помощью смс-сообщения.

Наташа не понимала действий своего парня, но и не вмешивалась в его увлечение, хоть и считала это ненормальным. А он не спешил с ней делиться информацией. Что знают двое, известно и свинье. Именно поэтому он связывался с программистом Артёмом с номера телефона, купленного на бомжа, а компы возил к парню домой, а не приглашал его к себе. После чего сим-карта была поломана.

С сорока компами майнинг пошёл веселее. Барсуковский криптошахтер стал за сутки добывать более десяти тысяч биткоинов. В будущем от такой эффективности майнеры бы удавились или, что более вероятно, удавили бы слишком удачливого криптошахтера, если бы его личность стала известна.

Вместо падения доходов от сдачи в аренду жилья, они, наоборот, к концу мая немного выросли. Дело в том, что в апреле был введён в эксплуатацию новый дом, в котором Иванов владел тремя двухкомнатными квартирами. Вначале пришлось вложиться в покупку бытовой техники и мебели, естественно, бывших в употреблении, поскольку на приобретение новых у него не хватало средств. А то и удавалось урвать старую мебель даром.

К лету Иван и Наташа дозрели до решения официально связать свои отношения брачными узами. Свадьбу они наметили отпраздновать в станице Кременской, поскольку основными гостями должна стать родня Золотовой. А поскольку в станице большая часть жителей друг другу родственники, то ожидался большой наплыв гостей. Со стороны Иванова была лишь семья его друга Михаила.

После возвращения из Кременской Иван не знал, как относиться к новой родне. По общению вроде неплохие люди, но всё же ещё те сволочи. Как на свадьбу жрать и пить — их больше ста человек собралось. А как помочь родственнице не стать слепой — так никого не докричаться было. А ведь всего-то и нужно было каждому скинуться по тысяче. Да даже не подарить, а дать эту сумму в долг. А они…

В итоге Ваня определился со своим отношением к новой родне. Ради своего душевного спокойствия он принял решение, что клал огромный болт М32 на всю эту шоблу, кроме тестя и тёщи.

Глава 10

Очередной день августа начался для Вани видом на взволнованную супругу, покидающую санузел.

— Дорогая, что-то случилось? Ты выглядишь бледной. У тебя всё хорошо?

— Вроде…

— Вроде?! Ты меня пугаешь. Что случилось?

— Кажется, я беременна, — с затаённым страхом выдала она, внимательно смотря на супруга.

— Отличная новость! — искренне обрадовался Иван. — Так-с, йогурт мне в душу… — задумался он. — Нам нужен нормальный автомобиль. Возить ребенка на старых Жигулях в двадцать первом веке — такое себе… Хотя мы же как-то выросли?

— Про беременность пока не точно, — Наташу отпустило напряжение. — Нужно тест купить.

— Не вопрос. Сейчас же съезжу в аптеку. Ты со мной?

— Да, ты же в райцентр?

— В него родимый.

— Тогда нам нужно будет купить сахар, подсолнечное масло и…

— Я понял, дорогая, — остановил поток красноречия Ваня. — Ты пока составляй список покупок, одевайся, а я пойду машину готовить.

Тест подтвердил беременность теперь уже Ивановой Натальи. Радость Ивана была сдержанной. В отличие от супруги, он не особо волновался, поскольку уже пять раз проходил через отцовство. Вот в первый раз он жутко волновался.

Он хотел, чтобы его семья передвигалась на безопасном и комфортном автомобиле. При всей своей кажущейся обеспеченности он не мог достать из кармана котлету денег и купить понравившийся автомобиль. Все его финансы были инвестированы в недвижимость, акции и биткоины.

Можно было просто копить, откладывая часть суммы с арендной платы от квартирантов. Тогда где-то через год хватит средств на нормальную тачку. Но этот путь Ваню не устраивал. Руки чесались, мастерская простаивала, а карман жгли тридцать тысяч рублей — все свободные средства, которые удалось накопить после свадьбы. Такая сумма означала одно: ему прямой путь в ведробизнес.

Закружилось-завертелось. Ваня вернулся к тому делу, которое хорошо знал. Он покупал недорогие автомобили, максимально быстро и дёшево подшаманивал их и перепродавал дороже. Некоторые машины, которые слишком долго и невыгодно ремонтировать, он пускал на разборку, продавая по запчастям, либо перепродавал другим перекупам с небольшой наценкой.

Пока беременность на малом сроке, Ваня предложил жене научиться водить автомобиль. Аргументы он привёл убойные, с которыми супруга не могла не согласиться. Ребёнка нужно будет возить в поликлинику, потом в школу, расположенную в соседней деревне. Да и вообще по делам можно в любой момент съездить.

Девятого сентября впервые сложность добычи биткоинов увеличилась в два раза. Следовательно, компьютеры Иванова начали приносить в два раза меньше битков.

В середине октября Наташа получила водительское удостоверение на управление легковыми автомобилями. По просёлочным дорогам она ездила смело, а на дорогу выезжать опасалась. Как и многие девушки, она путалась в переключении передач. Да и в целом старый Жигуль не самый простой в управлении автомобиль. Он держит водителя в напряжении. То ли дело машинка с автоматической коробкой переключения передач. К примеру, в США школьники с шестнадцати лет в школу на автомобилях ездят и бед не знают, а всё оттого, что у них встретить тачку на механике не так-то просто.

Беременность — всегда испытание для всех: и для женщины, и для мужчины, и для семьи в целом. Одно можно сказать точно: скучно Ване не было.

За полгода активного ведробизнеса начальная сумма выросла в десять раз. Плюс кое-что удалось накопить с поступлений от сдачи в аренду жилья. Этого уже хватало на хороший автомобиль.

После тщательных поисков Иванов отчаялся найти в свой бюджет приличный автомобиль, плюнул и заказал из Японии полноприводную Тойоту Калдина на коробке автомат. Семилетний белый универсал, надёжный, комфортный и с относительно небольшим пробегом. Этот автомобиль обычно становится любимчиком семьи. При этом Ваня был уверен, что даже через десять лет сумеет продать эту машину за ту же сумму, за которую приобрёл.

Для машины такого уровня стоимость ремонта контрактными запчастями сносная, но, в отличие от Субару Импреза, дешёвой её эксплуатацию сложно назвать. Но это же Тойота. Она надёжная, как никакой другой автомобиль.

Некоторые считают Тойоту слишком простым и архаичным автомобилем с устаревшими технологиями. С этим сложно поспорить. Но эту японскую марку любят именно за надёжность, закрывая глаза на прочие недостатки. Конечно, вечных и неломающихся автомобилей не существует, но Тойоту могут положить на колени четыре вещи: колхозный ремонт кривыми руками; если автомобиль вообще не ремонтируют или плохо обслуживают, гоняя в хвост и в гриву, заливая в бак ослиную мочу; семизначный пробег; серьёзное дорожно-транспортное происшествие. По российским меркам автомобиль с пробегом по Японии практически новый.

Седьмого января две тысячи десятого года произошло знаковое событие в истории майнинга — увеличение сложности за один пересчёт в четыре раза. На этот момент в общей сложности было намайнено около четырёх миллионов биткоинов, из которых чуть более двух миллионов добыл Иванов. Сложность добычи криптовалюты возросла.

Ваня не был специалистом в области майнинга, но в какой-то статье из интернета в прошлой жизни читал о том, что подобное событие случилось летом того же года, то есть на полгода позже. Но он не придал этому значения. Наоборот, порадовался, что биткоины начали торговаться на бирже за реальные деньги — десять центов за один биткоин или пять долларов за блок из пятидесяти. Этому поспособствовала статья о майнинге на гитхабе — популярном зарубежном информационном ресурсе для компьютерных гиков.

Ваня посоветовал Михаилу купить хотя бы несколько биткоинов. Он ни в какую не хотел тратить деньги на какую-то ерунду, но Иван оказался очень настойчивым. В итоге Миша сдался и зря, как он считал, потратил десять долларов, чтобы ему никто не делал мозг. Купив два пула по пятьдесят биткоинов, он забыл о них.

Вскоре некий майнер придумал способ заставить трудиться над добычей криптовалюты видеокарты.

После этих эпохальных событий майнинг стал на полноценные коммерческие рельсы, но сложность добычи крипты вновь увеличилась.

Переход на видеокарты стал огромным рывком по сравнению с «классическим» процессорным майнингом: мало того, что одна видеокарта считает в несколько десятков раз больше хэшей, чем процессор, так на одну дешёвую материнскую плату уже сейчас можно установить до четырёх видеокарт, а в будущем и до восьми.

Из-за этого ферма из компьютеров Иванова превратилась в тыкву. Но он не расстраивался. Заработать два миллиона биткоинов из возможных двадцати одного миллиона дорогого стоит. Всего-то и нужно было вовремя подсуетиться, когда майнингом занимались редкие единичные энтузиасты по всему миру.

Ваня решил отойти от майнинга и выждать, пока криптовалюта подорожает.

Сделанное Наташей на шестом месяце ультразвуковое исследование показало двойню. После этого Ваня понял, что дом придётся расширять. Он похвалил себя за предусмотрительность, ведь ещё на момент постройки заложил возможность расширения строения. Если сделать пристройку спереди дома, то это не перекроет поток света к ванной и котельной. Можно смело разместить две комнаты, дополнительный коридор и ещё один санузел с ванной. Газовый котел, изначально купленный с запасом мощности, позволяет сделать отопление. Самая затратная статья — полная переделка крыши. Если бы не одно но.

Поскольку Ваня делал дом с подполом на высоком фундаменте, пристройку можно сделать на низком фундаменте и с шириной стены три метра. Даже с учётом толщины стен спальни получатся по одиннадцать квадратных метров, чего для детей с головой хватит. Потолки пониже, не два и семь метра, а два и три. И тогда крышу не нужно переделывать. Получится сделать односкатную бесчердачную крышу. При хорошем утеплении она покажет себя достойно.

Но на строительство опять же нужны средства. И тут встала дилемма: заработать денег или использовать имеющиеся активы?

Уже наступил февраль две тысячи десятого года. Пройдет пара месяцев и можно будет приступать к строительству. Ещё через месяц Наталье рожать.

Ведробизнесом за два-три месяца на постройку пристройки не заработать. Цены за десять лет выросли, а доходы с перепродажи автомобилей не очень-то собирались увеличиваться. Как можно было в двухтысячном году заработать тысячу-другую долларов в месяц, так ничего не изменилось. Хотя сам автомобильный рынок претерпел серьёзные изменения и продолжал меняться, а цены на всё выросли в разы и продолжали расти.

Получалось, что на данном этапе быстро получить желаемую сумму можно единственным путем — продажей каких-либо активов.

Иван выбрал продажу одной из оставшихся у него семи квартир в Челябинске. За февраль она продалась.

В конце марта он закупил строительные материалы и начал стройку. На этот раз финансы позволяли нанять профессиональных строителей.

У Наташи последний месяц беременности проходил с осложнениями, из-за чего её пришлось положить в перинатальный центр. Так что в апреле Ване забот хватало выше крыши: к супруге в Челябинск съездить, за строителями присмотреть.

Вскоре у него родилась двойня — две здоровые девочки. Счастливый папаша привёз супругу с детьми в готовый дом, но пристройка всё ещё была без отделки. То есть имелись стены, крыша и полы. Никто, кроме его друга Михаила, и представить не мог, каких усилий и средств ему стоило достроить дом до выписки Наташи. Зато семья въехала в более-менее нормальное жильё, а не на стройплощадку.

Девочек назвали в честь Наташиных бабушек: Елена и Ирина.

У молодых родителей началась пора бессонных ночей.

Всё лето у Ивана ушло на отделку пристройки и проведение коммуникаций. В сентябре там уже можно было жить.

* * *
Следующие два года для молодых родителей пролетели как один день. Постоянные заботы с подрастающими гиперактивными близняшками не дадут соскучиться никому.

Ваня изредка покупал интересные автомобили, но не для заработка. Средств их семье хватало. Хотя от дополнительного дохода он и не думал отказываться. Основная причина — не растерять навыки.

Теперь возня со старыми автомобилями превратилась для Иванова в хобби. Он не уделял этому всё время, лишь иногда в охотку возился в гараже. На восстановленной машине он после этого некоторое время катался, после чего продавал не в убыток себе.

Естественно, он не забывал отслеживать курсы биткоина и акций Майкрософт. На радость, оба этих актива уверенно росли в цене. Как и на любой бирже, не обходилось без обвалов. Когда биткоин преодолел планку в сто долларов, Иванов в любой момент мог превратиться в мультимиллионера. Но он, словно терпеливый рыбак, выжидал добычу покрупнее. Ведь он знал, что в будущем биткоин будет стоить дороже ста пятидесяти тысяч долларов.

В декабре две тысячи тринадцатого года он дождался, когда биткоин преодолел отметку в восемьсот долларов. В этот момент он продал десять тысяч битков, одномоментно заработав около восьми миллионов долларов. Не он один такой умный, нашлись и другие желающие слить крипту. Появление в продаже большого количества пулов обрушило биржевые курсы. В итоге этого действия за следующий месяц курс криптовалюты рухнул на сорок процентов.

Комиссия биржи криптовалюты за вывод средств и за перевод в рубли подъела часть дохода. Затем свою долю откушало государство в виде налогов. Иванов не собирался тягаться с государственной машиной, а торговля криптовалютой пока не запрещена. Поэтому он смело отдал государству тринадцать процентов и передал в налоговую инспекцию декларацию о доходах.

В один миг Иванов из просто обеспеченного человека превратился в миллионера. Двести семнадцать миллионов рублей или почти семь миллионов долларов без сотни с лишним тысяч. Этих средств при разумном подходе хватит на безбедную жизнь и ему, и его детям.

Зачастую получение огромной суммы разделяет жизнь людей на до и после. Многие люди пустились бы во все тяжкие. Но Иванов был ментально зрелой личностью с закостеневшим сознанием. Он не был склонен к серьёзному риску и не стремился к жизни олигарха. Спокойная и размеренная жизнь в Барсуках его вполне устраивала.

Большую часть вырученных с биткоинов средств он инвестировал в ценные бумаги крупных и успешных компаний.

Он никому, даже лучшему другу и жене, не говорил, откуда конкретно у него появились деньги и в каких именно количествах. На все вопросы отговаривался грамотными инвестициями в ценные бумаги.

В семье Ивановых впервые появился новый автомобиль из автосалона. Ваня подарил супруге Тойоту Ленд Крузер Прадо. Себе же он заказал из Японии двухлетнюю праворукую полноприводную Тойоту Камри с автоматической коробкой передач и пробегом сорок семь тысяч километров в сороковом рейстайлинговом кузове. Считай, новая.

Ваня не жмотился: денег у него было, мягко говоря, в достатке. Он запросто мог купить в автосалоне любую новую машину, хоть Бентли. Но роскошная статусная тарантайка его не интересовала. Он хотел хороший и надёжный автомобиль на каждый день. К машинам с правым рулём он привык ещё с прошлой жизни и к подержанным тачкам никогда не испытывал неприязни. Новая Камри для европейского рынка обладала существенным недостатком — передним приводом, а Ваня хотел полноприводную версию.

При этом Тойота Калдина так и осталась в семье Ивановых в качестве автомобиля для семейных поездок. Добротный универсал в идеальном состоянии с полным приводом и мощным двигателем: с чего бы от него избавляться? Калдине конкуренцию может составить лишь Субару Аутбек.

От Двойки парень тоже не спешил избавляться, изредка ради развлечения катаясь на старых Жигулях.

Семейная чета Ивановых с этого года перестала быть заядлыми жителями деревни. Дети уже слегка подросли, с ними стало возможным периодически летать по миру в туристические турне.

Первое время путешествовать по миру было интересно. Сложно из-за детей, но интересно. Но всё новое приедается и становится обыденным. Так случилось и с вожделенными полетами за границу. Через несколько лет поездки стали более утомительными. То ли сказался физический возраст Ивана, несколько лет как переваливший за тридцатник, то ли просто так сложилось. Тут ещё детям пора в первый раз в первый класс. В итоге Ивановы решили ограничиться двумя поездками в год: зимой в Альпы на горнолыжный курорт, летом на море.

Близняшек удалось пристроить в лучшую школу в райцентре, до которой тридцать-сорок минут езды на автомобиле. В основном их туда возила и забирала Наташа. Изредка этим занимался сам Ваня.

Он стал замечать, что супруга не находит себе места и начинает хандрить. Скука — первый звоночек к разладу в семейных отношениях. Как опытный семьянин, прошедший через огонь, воду и медные трубы, Иванов сразу заметил состояние супруги и начал придумывать способ стабилизации погоды в доме. Как и прежде, он больше всего ценил внутреннее равновесие. Скандалы, интриги, развод — всё это вело к душевному разладу, чего он допускать не был намерен.

Выход был найден в кратчайшие сроки. Этому послужило увлечение Вани просмотром видеоблогеров. В тот же день, как в черепную коробку постучалась идея, он отправился в гости к известному в узких кругах Барсуковскому специалисту по видеосъёмкам.

Его бывший учитель английского языка уже вышел на пенсию, но всё ещё продолжал подрабатывать съёмками видео на свадьбах. Лучшего специалиста по видеоаппаратуре и монтажу в округе невозможно найти.

Фёдор Ерофеев за приличный стабильный оклад с радостью согласился стать штатным видеоператором и монтажёром семьи Ивановых. Он же дал консультации по закупке аппаратуры и взялся за обучение падавана в нелёгком деле съёмок видеокамерой и монтажу роликов.

Вначале Ваня купил оборудование: видеокамеры, веб-камеры, петлички и стационарные микрофоны, мощные компьютеры, софиты и прочее. На всё он потратил полтора миллиона рублей. Копейки с его доходами в виде дивидендов с акций, арендной платы и подпольными сбережениями.

В итоге супруга была поставлена перед фактом: Ивановы становятся видеоблогерами!

Ваня над тематикой канала не заморачивался — выбрал то, в чём лучше всего разбирался — автомобили. Наташе пришлось помучиться с выбором — она остановилась на кулинарном канале.

С этого момента Ивановы были всегда заняты приятными хлопотами, а Ерофеев ни на день не оставался без работы, купаясь в деньгах. С появлением хобби, в их семье прочно обосновались мир, любовь и душевное равновесие. Но о спокойствии не шло и речи.

Вначале Наташа скептически отнеслась к этой идее. Но как только пошли первые просмотры и комментарии, в её жизни появился смысл. Глаза девушки горели задорным блеском, как в те времена, когда она впервые взглянула на мир здоровыми глазами, покинув глазную клинику. Она с остервенением искала в интернете новые рецепты и перед камерами готовила их до идеального состояния, чтобы было вкусно и красиво. Вся семья радовалась её увлечению, уминая за обе щеки вкусную еду.

Ваня начал покупать интересные автомобили, требующие приложения рук. На камеру он восстанавливал их и тюнинговал, общаясь с невидимыми зрителями. Причём интересные — не значит раритетные. В основном Жигули, Волги и недорогие японские иномарки. Когда машин накапливалось слишком много, он их продавал, оставляя себе самые прикольные тачки вроде заниженной Копейки и тюнингованной двадцать первой Волги.

Оба канала потихоньку набирали популярность. В топы не вырывались и больших денег не приносили, лишь убытки, но Барсуковские миллионеры могут себе позволить и более дорогие увлечения.

Две тысячи семнадцатый год ознаменовался не только превращением Ивановых в блогеров, но и быстрым ростом курса биткоина. Ваня внимательно следил за всей информацией о биткоинах. Когда в декабре курс стал приближаться к пятнадцати тысячам долларов, он продал десять тысяч битков, на что рынок отреагировал падением курса до двенадцати тысяч, но вскоре вновь курс пополз вверх. После уплаты комиссий и налогов его состояние увеличилось на сто двадцать девять миллионов долларов плюс к тем пятнадцати миллионам, в которые превратились его инвестиции. Одни только акции Майкрософт, купленные когда-то давно за семьдесят тысяч, стали стоить больше полумиллиона баксов.

Если бы кто-то спросил у Ивана: зачем ему столько денег? Он сам не нашёлся бы с ответом. Просто чтобы было. На деле он не знал, на что можно потратить такую гигантскую сумму, которой в теории владел. И это не о деньгах, которые он по большей части инвестировал в надёжные ценные бумаги. Речь шла о двух миллионах биткоинов.

Если такую сумму в короткие сроки выбросить на рынок — он обрушится, что недопустимо. Поэтому не один Иванов выбрасывал пулы на пике стоимости биткоинов. «Старичков», держащих в заначке тысячи единиц криптовалюты, хватало: одни ещё из тех первых сотен майнеров, другие инвестировали в биткоины в те времена, когда они стоили дёшево.

Третьего февраля следующего две тысячи восемнадцатого года Ваня искал очередной автомобиль под проект. Он наткнулся на интересное предложение. Синяя леворукая Субару Импреза WRX тринадцатого года с одним владельцем.

Не дожидаясь, когда перекупы среагируют первыми, он тут же набрал номер телефона продавца и договорился о встрече.

Подъехав по указанному адресу к элитному многоквартирному дому, Ваня обнаружил на парковке машину из объявления. На первый взгляд она была в идеальном состоянии: не бита, не крашена, ухоженная. После осмотра он набрал номер продавца и стал дожидаться его.

Из подъезда вышел уверенный в себе, богато одетый парень. При виде покупателя он замер с радостным узнаванием на лице.

— Иван?

Внешность молодого человека оказалась очень знакомой. В последний раз он видел его в растянутом свитере, а не в шмотках из бутиков.

— Артём? — удивлённо расширились глаза Иванова. — Йогуртом по губам! Вот это встреча! А говорят — Челябинск большой город…

— Иван, как я рад тебя видеть! — расплылась на лице Артёма широкая улыбка. — А я как Камри увидел, сразу подумал, что она мне знакома. Я же подписан на твой канал на Тутубе. И ещё, знаешь… Я давно хотел тебя поблагодарить. Если бы не ты, то вряд ли я стал бы тем, кто есть.

— На битках поднялся?

— Ага, — кивнул Артём. — До сих пор майню. В тринадцатом году, как заработал первый миллион, сразу купил эту малышку, — кивнул он в сторону своего автомобиля. — Тогда ещё я не решался продавать биткоины, ждал, когда они подорожают. Жил впроголодь. Денег едва хватало на оплату счетов за электроэнергию. Девушка меня бросила. Я хотел перед ней покрасоваться, поэтому выбрал крутую тачку.

— И как? Потешил своё ЧСВ?

— Да как-то не очень, — передёрнул плечами парень. — Я тогда подъехал к ней на этой тачке, прикинутый в крутой шмот. Думал, у неё челюсть отвалится. А она окатила меня презрением и спросила: «Кто тебе одолжил эту машину, нищеброд?». Я тогда поржал над ней и понял, как же это глупо. Какой смысл понтоваться перед дурой?

— Я тоже первые битки в тринадцатом продал. А сейчас все оставшиеся скинул, пока они стоят дорого.

Иванов нагло врал. В последнее время в интернете мелькали новости о том, что грабители перешли на новый уровень и начали грабить майнеров. Старые методы из девяностых прекрасно работали и в двухтысячных. С паяльником в одном месте отдашь что угодно. Только акции или деньги с банковских счетов заполучить сложно, а вот биткоин-кошелёк запросто.

— Зря ты так, — поджав губы, качнул головой Артём. — Я уверен, что битки ещё будут дорожать. Неужели ты больше не пробовал майнить?

— Нет, Тёма, я же в компах тупой. Даже пришлось тебе платить, чтобы ты программу установил. Некоторое время помайнил, потом программа перестала работать, и я забросил это дело.

— Стоило бы разобраться, — с лёгким укором произнес парень.

— Да ну, — беспечно махнул рукой Иван. — На мой век хватит, ещё и правнукам останется. Куда мне деньги девать? В йогурте замачивать?

— Погоди, — лукаво прищурился Артём. — А это не ты случайно тот тип с ником «йогурт», который недавно слил на бирже десять тысяч битков?

— Кто знает, йогурт мне в рот… — отзеркалил лукавую улыбку Иванов. — Кто знает…

— Ха-ха-ха! — рассмеялся Артём. — Красавчик! Я тоже неплохо поднялся в этот же день. Поэтому решил машину сменить. Тебе моя ласточка нужна для контента?

— Ага. Погонять на камеру, кайфануть. Если понравится, на некоторое время себе оставлю. До этого у меня были простые Импрезы с тухлым полуторалитровым мотором и динамикой кирпича. Едешь с тапкой в пол, а тебя десятка обгоняет, как стоячего. Хочется поураганить.

— Слушай, не пойму, ты же миллионер, как и я. Ваня, зачем тебе блогинг? Я же правильно понимаю — ты на нём практически ничего не зарабатываешь?

— Только в минус ухожу. Это моё хобби. Я отвечу тебе, как когда-то ответил своей будущей жене: могу и хочу!

— Понимаю, — кивнул Артём. — Я теперь живу по тому же принципу. Кстати, знаешь, кто тебе задонатил сто штук на последнем стриме?

— Пожалуй, теперь догадываюсь…

— Ага, — довольно заухмылялся Артём. — Это я. Как ты сказал: могу и хочу — поэтому делаю. Хочешь, подарю тебе Субаря?

— Тёма, ты прикалываешься? Если бы ты был рекламодателем, я бы сказал да.

— А что? Прикольно же для контента. Блогеру зритель задонатил машину…

— Где-то я это уже видел? М-м… Где же?

— Ты про Ильдара-автопобзор? Так ведь татарчонку хлам старый дарили. Но если не хочешь, я сделаю тебе нормальную скидку. По крайней мере, буду уверен, что моя лайба в надёжных руках.

— Вот от скидки не откажусь. А вообще ты как, Тём? Жена, дети?

— Нет, не женился, — погрустнело его лицо. — Как найду девушку, выясняется, что у неё меркантильный интерес. Я всё удивляюсь, как ты себе такую хорошую супругу нашёл?

— Как-как… Она слепла и торговала палёной водкой, чтобы оплатить операцию на глазах, а я хотел нажраться. Зацепились языками. Я её за шкирку и домой. Продал тачку и оплатил операцию. С тех пор живём душа в душу.

— Прямо диснеевская история любви, — скривил губы Артём в натужной улыбке. — Если честно, я тебе немного завидую. Вот как мне такую же девушку найти?

— А ты где их ищешь?

— Клубы, тусовки…

— Тхе-хе-хе-хе-хе! — разразился кашляющим смехом Иванов. — Ну, высокопочтенный, ты даёшь! Там же только девушки низкой социальной ответственности ошиваются… Нет, Артём, если хочешь нормальную девушку, то её точно не нужно искать в клубе. Обрати внимание на небольшие магазины в провинции. К примеру, где-нибудь в Тверской области за зарплату в четыре тысячи рублей прямо сейчас стоит за прилавком очаровательная и одинокая девушка, мечтающая о принце на белом Майбахе…

— У нас в области наверняка таких девушек тоже много, — на полном серьёзе задумался над этим Артём.

— Высокопочтенный, ты только девицу не пугай сразу. Не приезжай к ней на новом Субару упакованный от Версаче, — Ваня говорил весёлым тоном, и в том же шуточном ключе продолжил: — Начни с чего попроще: Жигули, спортивный костюм, лёгкая небритость и приглашение в кафе среднего пошиба.

— Жигули, говоришь?! — задумчиво взлохматил волосы парень. — У тебя же есть! Продашь?

— Да как йогуртом облиться! Поехали, выберешь себе любую понравившуюся тачку из моей коллекции. Если ты мой канал смотришь, то сам знаешь — все мои тачки в идеальном состоянии. Даже Двойка до Владивостока и обратно доедет. Заодно отгонишь сударя Субаря, сэкономив мне на воровайке[1]

Глава 11

Деньги жгли ляжку. Стать мультимиллионером и не воспользоваться этим как-то глупо. Одно дело, когда финансов просто много, другое, когда их дохрена.

Барсуки продолжали терять людей. Старики уходили в мир иной, напоминая о бренности бытия, молодежь, как и прежде, сваливала в города. Почти половина участков в посёлке стояли заброшенными.

Ваня по бросовым ценам выкупил всю свободную недвижимость в Барсуках. Так вышло, что многие заброшенные участки стояли рядом друг с другом. Одну улицу на двадцать домов ему удалось выкупить целиком. В числовом выражении получилось два огромных прямоугольных участка по пять гектаров каждый, которые разделяла широкая улица.

Там он развернул масштабное строительство. За свой счёт заасфальтировал улицу и подъезд к ней. Установил с обеих сторон шлагбаумы и контрольно-пропускные пункты. Нанял охрану.

Участки были обнесены высокими, крепкими и симпатичными заборами. Площадки перед ними забетонированы и облагорожены хвойными деревьями.

Затем нанята серьёзная строительная компания со своими архитекторами и дизайнерами. У неё заказан проект ландшафтного дизайна и застройки участков.

С правой стороны, расположенной ближе к берегу реки, началось возведение хозяйского комплекса, центральным элементом которого стал одноэтажный дом-кишка шириной десять и длиной сорок метров.

Под жилую зону отведено всего двести квадратных метров, на которых предусмотрены четыре спальни и два кабинета-студии. У каждого члена семьи своя ванная комната. Не забыл Ваня и о помещениях для комфортной жизни: кладовки, постирочная, котельная, просторная кухня-столовая.

Дом строился по современным энергоэффективным технологиям, то есть там предусмотрено всё то, чего не хватало в самодельной постройке Ивана: подогрев полов, центральное кондиционирование, вентиляция.

Дальше идёт зона отдыха с баней и бассейном.

Главной изюминкой, завершающей постройку, стал гараж мечты на сотню квадратных метров с заводским стапелем и электрическим подъёмником, совмещённый с оборудованной по высшему слову мастерской с самыми современными станками.

Помимо этого на участке расположился огромный сухой и отапливаемый гаражный комплекс на двадцать автомобилей.

С другой стороны появились большая детская площадка и спортплощадка.

Сам участок начал преображаться в место, в котором приятно жить. Дорожки из брусчатки, повсюду деревья и кустарники, летом газонная трава и много зелени вокруг. К дому организован удобный подъезд для автомобилей.

Участок напротив застраивался под персонал: дома для охраны и прислуги, гостевой дом, простенькая баня.

Возможно, это в Ване заговорила паранойя, но он нанял охрану. Не тех ребят с необъёмным брюхом, способных совладать лишь с младшеклассником, и то не факт, а солидных охранников, прошедших через спецподготовку и отслуживших в непростых войсках, с соответствующей высокой оплатой.

Дети росли, жизнь текла, аудитории каналов видеохостинга Ивановых расширялись. Семья всё также пару раз в год летала отдыхать за границу. Но Ване не давали покоя мысли о биткоинах. Они так и просились быть пущенными в дело.

Он привык, что деньги не должны лежать мёртвым грузом, а должны работать. Тут же всю сумму не потратить, а продавать в течение года пулы ему не хотелось.

Он начал консультации с юристами. В результате выяснил, что в принципе инвестировать можно что угодно. Хочешь машину, квартиру, а если желаешь, то и биткоины. Главное, договориться.

И тогда он начал подыскивать компанию, в которую можно инвестировать огромную сумму в размере миллиона биткоинов, то есть несколько миллиардов долларов.

Но инвестировать хотелось не просто так. Возраст Вани приближался к сорока годам. Организм давал знать о своей изношенности то болями в спине, то скачками давления. Ему не хотелось снова умирать. Точнее, он не боялся смерти, поскольку однажды уже умирал, но, как и любой человек со здоровой психикой, желал пожить подольше и чтобы его родные жили долго, счастливо и были здоровыми. Поэтому он начал искать способы продления жизни.

Кто ищет — тот найдёт. И нет, не эликсир бессмертия обнаружил Иванов, а Шведскую фармацевтическую компанию «АстраМедика». Она анонсировала разработку «лекарства от старости».

На самом деле лекарство от старости — это не волшебная таблетка, которую выпил и помолодел. Это целый комплекс из генной терапии и внедрённых в организм пациента нанороботов. Ни того, ни другого пока не существует, но технологии развиваются настолько стремительными шагами, что успехи не за горами.

Иван не считал себя глупым человеком, но и к гениям себя не причислял. Он понимал, что когда такое лечение появится, то оно вначале будет стоить космических денег, так ещё наверняка очередь из миллионеров и миллиардеров выстроится. И чтобы быть в первых рядах, если он до этого срока доживёт, нужно быть совладельцем фармацевтической компании. Если же сам не доживёт, то привилегии получат его дети или внуки, что тоже неплохо. Поэтому он начал искать выходы на руководство «АстраМедика».

Лишь в январе две тысячи двадцатого года, когда по миру начали гулять первые сообщения о новом вирусе, со шведами удалось договориться о личной встрече. В Швецию Ваня отправился в одиночестве. В смысле, без семьи, но всё же не совсем один. Компанию ему составляли три человека из конторы, занимающейся сопровождением международных сделок: юрист, экономист и переводчик.

Переговоры с большими шишками фармацевтической компании прошли успешно.

Оборот компании немногим больше двадцати миллиардов долларов, а собственный капитал в районе четырнадцати миллиардов. Немудрено, что когда им предложили инвестиции для развития проекта омоложения в биткоинах, которые по нынешнему курсу тянули на восемь с лихвой миллиардов долларов, Иванова с распростертыми объятиями приняли в основные акционеры компании с правом влияния на её политику. По идее, он должен бы получить половину обыкновенных акций, но на это никто из владельцев компании не соглашался. А вот на треть удалось сторговаться, что очень даже недурно.

Изначально не предполагалось, что биткоины будут проданы мгновенно. Инвестиции рассчитаны на продолжительный период. Поэтому, если прикинуть будущие курсы битка, то получалось, что Иван вложил даже больше, чем стоимость всей фармацевтической фирмы. Он знал об этом. Владельцы «АстраМедика» уж точно были в курсе. При этом все остались довольны заключённой сделкой.

Ивану понравилось, как работали специалисты юридической фирмы. Хоть они и брали дорого, но качественные услуги никогда не стоили дёшево. Поразмышляв, он нанял эту фирму на постоянной основе, чтобы они представляли его интересы в налоговой инспекции и судах. Сам он, будучи владельцем большого состояния, опасался накосячить и поехать валить лес. Ведь он знал, в какой стране живёт. С другой стороны, большая часть его активов находится за границей, что огромный плюс.

Так уж повелось, что владельцы крупного бизнеса в его стране иногда, но с завидной регулярностью, подвергаются преследованию. После чего их бизнес, словно по волшебству, переходит в другие руки. Бизнесменам, которые ворочали миллиардами, приходится бежать за рубеж. Когда же активы размещены в другой стране — завладеть ими намного сложнее. Оттого зачастую таких людей не трогают.

Иван не желал переезжать в другую страну, ему и на родине жилось неплохо. Но всё же на всякий случай он решил подстраховаться и купить жильё в нескольких странах: Швеции, Испании и Великобритании.

В марте весь мир был поставлен на паузу. Новый вирус парализовал все отрасли бизнеса, а по владельцам малого бизнеса нанёс самый ощутимый урон. В прошлой жизни именно в этот момент Иванов разорился и лишился автосервиса.

Жить стало сложнее. Теперь, чтобы куда-то выбраться, приходится носить перчатки и маску.

Ивановы старались как можно реже посещать людные места, но без этого не обходилось. Их дочек и всех деток из райцентра перевели на удалённое обучение. Хотя те дети, которые ходят в школу в соседнем поселке, так и продолжали посещать учебное заведение. В деревнях с интернетом и компьютерами сложности. С одной стороны четыре Джи интернет есть везде, но в тех же Барсуках или соседнем селе много нищих семей, у которых нет компьютера или в качестве такового выступает древний системный блок с пентиумом четыре на борту, не тянущий современные задачи. В райцентре люди живут получше: у большинства из них есть работа и компьютеры посовременней, и с интернетом зачастую меньше сложностей.

Обслуживанием поместья Ивановых занималась прислуга. В качестве такой были наняты домохозяйка и два разнорабочих, выполняющих обязанности садовника и дворника. Трёх человек хватало, чтобы в доме, на участке и на прилегающей территории были чистота и порядок.

Охрана обзавелась дорогими и качественными термометрами. Весь персонал перед заступлением на дежурство проверялся на повышенную температуру. В случае отклонений на работу человек не допускался.

Прислуга проживала в построенном для них доме. Охрана же в своем домике не жила. Они сменялись посуточно, а дом использовался в качестве места отдыха и наблюдения за территорией через множество натыканных повсюду камер видеонаблюдения.

Быть совладельцем крупной фармацевтической компании очень выгодно не только в материальном плане. В августе Ивановы, как и семьи всех владельцев фармацевтической компании, получили вакцину, разработанную в «АстраМедика». Вакцина была опробована на добровольцах, но ещё не сертифицирована. Но кого это волнует? Главное — она работала. Все Ивановы и весь их обслуживающий персонал были привиты. Шведский доктор, который прилетел с вакциной и проживал в гостевом доме, внимательно наблюдал за состоянием пациентов. Лишь убедившись, что всё в порядке, он отправился обратно в Швецию.

Под конец две тысячи двадцатого года в мире не осталось людей, которые не слышали бы о криптовалюте и биткоинах. О них постоянно выходили статьи в интернете, передавали новости по телевизору и писали в газетах. В итоге Михаил внезапно вспомнил о том, что когда-то давно друг чуть ли ни пинками заставил его за десять долларов купить сто биткоинов.

Он ринулся вспоминать пароль от биткоин-кошелька. В итоге вспомнил, но не знал, как вывести деньги. Пришлось ему обращаться за помощью к другу. Под новый год он продал все свои битки по двадцать шесть тысяч долларов, превратившись в миллионера.

* * *
Следующие пять лет выдались непростыми для жителей всей планеты. Лёгочный вирус пытались побороть, большинство стран даже бесплатную вакцинацию объявили. Но всё равно находились противники прививок.

Вирус оказался коварным. Он очень быстро мутировал и требовал новых вакцин. Но люди, привитые старыми вакцинами, в большинстве болели в слабой форме. Было выяснено, что если прививаться раз в полгода-год, то риск гибели серьёзно снижается. У Ивановых с этим не было проблем. Им вовремя поставляли свежие вакцины, можно сказать, с лабораторного стола. Но многие люди погибали от вируса.

Лёгочный вирус разделил жизнь людей на «до и после» — всё как в прошлой жизни. Ношение масок и перчаток в общественных местах стало обязательным атрибутом. Без этого людей отказывались возить в общественном транспорте и обслуживать в магазинах. Народ без масок штрафовали. Но всё равно встречались индивидуумы, которым было плевать на правила. У каждого находилась своя причина. Кто-то считал, что раз он привит или переболел, то не представляет угрозы обществу. Кто-то был уверен, что болезнь — миф, выдуманный для одурманивания населения. Но все эти люди не понимали, что правила пишут для всех без исключений. Правительство не может контролировать каждого отдельного человека, ему плевать на мотивы. Проще всех вынудить ходить в масках, чтобы минимизировать риски возникновения эпидемии из-за нового штамма вируса.

Из-за этой заразы постоянно отменяли занятия в школе. Дети этого поколения стремительно тупели. Из школ выпускались бараны с мировоззрением табуретки. Естественно, речь идёт не обо всех, но нужно смотреть правде в глаза — дети не хотят учиться. Им хочется играть и веселиться. Если их не заставлять учиться, то большинство из них не будут стремиться к знаниям. Высшим учебным заведениям даже пришлось снизить экзаменационную планку для абитуриентов, иначе им грозил недобор. Зато профессиональные училища, которые на современный манер давно уже были переименованы в техникумы и колледжи, ломились от студентов, которым не удалось поступить в университеты, академии и институты.

Иван, прекрасно понимая, что и его деток ждёт участь стать тупыми блондинками, предпринял все меры для недопущения подобного развития событий. Он не стал, как многие чиновники и олигархи, отсылать дочерей на учёбу за границу, а нанял им высококлассных репетиторов.

Близняшки поначалу возмущались и протестовали, даже Наташа попыталась встать на их защиту, но Иван был непреклонен. Дети должны быть умными. Умный человек, способный включать голову, с более высокой вероятностью добьётся чего-то в жизни и не попадёт на удочку расплодившихся, как грибы после дождя, мошенников, не угодит в лапы сектантов и финансовых пирамид, которых тоже хватает с избытком. Стараясь не вырастить беспринципных стерв и доверчивых глупышек, он прививал дочерям общечеловеческие ценности, скептическое отношение к жизни и недоверие к посторонним людям. Получалось с трудом. Сложнее всего ему было отказывать в бесконечных подростковых хотелках.

Стоит заглянуть в интернет, как замечаешь новости. То дочь олигарха, лихача и подрезая других автомобилистов, гоняет по дорогам пьяная за рулём. То сын чиновника сбивает на остановке людей. То обдолбанный наркотой очередной мажор въезжает на дорогой иномарке в Вечный огонь, после чего туда мочится. Глядя на подобное, Ивану становилось страшно за своих дочек. Он опасался, что живя во вседозволенности, они превратятся в таких же бесчеловечных мажоров.

На очередную просьбу о покупке нового Айфона он предлагал дочерям заработать и купить себе телефоны самим. Он не посылал их торговать пирожками на вокзал или работать на дядю за пять копеек. Помочь в гараже, помыть машину, подработать курьером по доставке его корреспонденции и прочие необременительные и посильные подросткам занятия. И платил он дочкам ровно столько, чтобы хватило на нужную покупку. Карманными деньгами он их снабжал, но в минимальных количествах. Порой детишки родителей среднего класса чувствовали себя более обеспеченными, чем дочурки мультимиллионера. Но это работало. В Лене и Ире появлялся стержень и зарождалось понимание, что если они чего-то хотят — папа не даст им всё просто так. Халявы не будет. Зато всегда найдётся работёнка. Так что они стояли перед выбором: либо работать и получать желаемое, либо закатать губу.

Двадцать пятый год оказался радостным для россиян, наконец, в августе правительство объявило об окончании пандемии и отмене перчатно-масочного режима. Многие вздохнули с облегчением, но остались и те люди, которые привыкли ходить повсюду в маске. Они так и продолжали рассекать в общественных местах с закрытым лицом. Лет шесть назад на них смотрели бы, как на прокажённых или сумасшедших. Но за несколько лет все привыкли видеть вокруг одни сплошные рожи в масках, поэтому на них никто не реагировал.

При этом множество разновидностей лёгочного вируса не были окончательно истреблены и побеждены. Просто медики научились бороться с болезнью, а большая часть людей приобрела иммунитет. Вирус стал чем-то вроде сезонного гриппа, который когда-то тоже считался смертельной болезнью.

Грипп ежегодно уносит из жизни многих людей уже на протяжении целого века. Но все настолько к нему привыкли, что часто даже не ходят к врачу при признаках этой болезни. А особо одарённые товарищи даже ходят на работу, заражая всех вокруг. При этом от гриппа можно добровольно привиться, но немногие этим пользуются. То же самое стало и с лёгочным вирусом. Кто не хочет болеть — вовремя прививается. Кому плевать — на тех всем плевать.

В школах и детских садах детей прививают в добровольно-принудительном порядке. То есть вроде как и нужно разрешение родителей, но если найдётся мамаша или отец из ярых антипрививочников, то пиши-пропало. Нет у ребенка прививки? Значит, в школу ему запрещено ходить. Дитё не ходит в школу? В семью пожалует инспекция из социальной службы. В итоге или ребенок всё равно будет привит, или уедет в интернат, где прививку сделают в обязательном порядке.

Но такая обстановка была лишь в редких странах, например, в России и Китае. Именно поэтому тут оказалась наиболее стабильная обстановка. Остальной же мир продолжало периодически колбасить от вспышек лёгочного вируса как раз из-за обилия паникеров-антипрививочников, с которыми никто не боролся.

* * *
Иванов стоял перед тремя видеокамерами, которые были установлены на треноги и снимали его с разных ракурсов. Он записывал очередной ролик для видеохостинга.

Приветливо махнув рукой, он улыбнулся и начал:

— Всем привет! С вами снова Иваныч. Кто впервые зашёл на мой канал и не знает, о чём он — тут я покупаю и восстанавливаю автомобили. На заднем фоне вы можете увидеть нашу новую гостью.

Он отошёл в сторону, взял в руки видеокамеру и стал ходить вокруг машины. Затем вернулся, встал перед камерами и продолжил:

— Да, вы сами видели — это Лада Калина Кросс последнего года выпуска. Как вы знаете, в связи с ужесточениями законодательства в сфере техосмотра, эксплуатация неисправных автомобилей грозит уголовным преследованием. Многие люди, которые привыкли относиться к машине спустя рукава, оказались приставлены к стенке. Они остались перед выбором: либо привести автомобиль к идеальному техническому состоянию, либо избавиться от него.

Ваня заметил, что в гараж зашли его светловолосые дочурки, но не стал отвлекаться и продолжил:

— Данный экземпляр не в самом худшем состоянии, но владелец не потянул ремонт. Мне удалось купить эту Калину по цене чуть дороже металлолома. В этом ролике мы начнём приводить в идеальное техническое состояние данный экземпляр отечественного автопрома. Для этого я купил два ведра японских болтов. Для начала поднимем машину на подъёмнике и оценим её техническое состояние, прикинем вложения. Если её восстанавливать окажется слишком дорого, то в этом же ролике мы сдадим её на металлолом. Но, йогуртом по губам, признаюсь, не хотелось бы. Тачка огонь! Высокий клиренс, шестнадцатиклапанный мотор, универсал и стоит копейки. Что лучше подойдёт для рыбалки или утилитарной эксплуатации?

Не выдержав, Лена вылезла перед камерами.

— Па-а-а-п, — посмотрела она на него грустными голубыми глазами. Глубоко вздохнув, она продолжила: — А у тебя было такое же тяжелое детство, как у нас?

Этот взгляд Ивану прекрасно знаком. Так смотрели на него дочери, когда хотели попросить что-то купить.

— Доченька, милая, у меня было прекрасное детство! — искренне ответил он.

— То есть родители тебе всё покупали?

— Нет, милая. До шести лет я жил в детском доме и носил одежду, пропахшую безысходностью. Когда же меня усыновили, я чувствовал себя самым счастливым человеком в мире.

— Пап, ты что, сирота?! — влезла в кадр шокированная Ира.

Лена оказалась удивлена не меньше сестры.

— Да. А по поводу твоего вопроса, Леночка, мне покупали лишь самое необходимое: одежду, обувь, школьные принадлежности. Это было просто счастье! Не нужно за кем-то донашивать вонючие старые вещи — всё новое и своё… Если я хотел чего-то большего, нужно было получить это самостоятельно. Пожилые приёмные родители, в девяностых годах живущие на пенсию и сиротское пособие, растящие двух сирот, не могли себе позволить лишних трат.

— Пап, а кто второй? — спросила Ира.

— Приёмные родители удочерили из приюта ещё одну девушку. Но мы с ней давно поссорились и больше не общались.

— Ирка, погоди, — решительно остановила сестру Лена. — Мы тут не для этого… К-хм… Пап, так вот, с чего я начала? — сбилась она, словно до этого отрепетировала текст, но всё пошло не плану.

— С того, — тепло улыбнулся ей Ваня, — что вы считаете, будто у вас тяжёлое, полное лишений детство. А я считаю, что моё детство было великолепным. В вашем возрасте я мечтал о велосипеде, но знал, что бесполезно просить его купить. Поэтому искал другие пути. Нашёл на помойке раму и обода со спицами. Отец дал мне денег на шины и камеры и на билет до райцентра, где я их купил, после чего собрал себе велосипед.

— Какой ужас! — округлила глаза Ира.

Лена согласно кивнула и с придыханием вопросила:

— Папа, как ты выжил в этом кошмаре? У тебя, что, даже Айфона не было?

— У меня и сейчас его нет. Только Сяоми, — подмигнул он на камеру и уже на неё сказал: — Сяоми нот пятнадцать — топ-жир за свои деньги!

— Пап! — привлекла возмущённым возгласом к себе внимание Елена. — Кончай со своей рекламой, достало!

— Ну, знаешь ли, милая, если я не буду рекламировать товары, производители не будут мне ничего засылать.

— Ты же богат! — продолжала она.

— Я богат не потому, что трачу много денег, а оттого, что умею грамотно распределять расходы и выискивать новые источники дохода. Если можно на халяву получить несколько топовых телефонов и обставить дом современной бытовой техникой, зачем я всё это буду покупать? А по поводу твоего первого вопроса… Тогда в деревне ни у кого даже проводного телефона не имелось. Первый сотовый телефон тут появился в начале двухтысячных годов… У меня. Купленный на первые, заработанные мною после армии деньги. Если вы думали, что я сразу родился богатым — это не так. Ладно, чего хотели?

Ирина надула губы и пробормотала:

— Уже ничего…

— Т-с-с! — зашипела ей на ухо сестра. — Пап, не слушай её. Мы хотели спросить, может, тебе помочь надо? Мы запросто!

— Что хотите купить?

— Ну, па-а-а-п…

— Не папкайте. Я вас насквозь вижу, как Супермен. Так чего хотите?

— Ну… — ковырнула носочком бетон Лена.

Ира глубоко вздохнула и призналась:

— Понимаешь, скоро новый айфон выходит…

— Понимаю, — весело заблестели глаза Иванова. — Не на камеру будет сказано, чтобы видеохостинг не забанил за эксплуатацию детского труда, но у меня Кёрхер простаивает и вся коллекция автомобилей грязная. А ещё днище у Калины всё в грязи. Такое снимать моветон.

— Намёк поняли, — обрадовалась Ира. — Мы всё сделаем!

— Ага, — грустно вздохнула Лена.

Тут же она получила тычок локтем в бок от сестры, которая потянула её на выход, яростно шипя на ухо:

— Молчи, дуреха, и радуйся, а то заставят по помойкам лазить и из старых айфонов самим собирать новый! Ты что, прослушала рассказ отца про велосипед?

Глава 12

В мае у Лены и Иры началась череда экзаменов, на которые требовалась личная явка.

Иван проснулся рано утром, и пока все спят, решил в зале записать превью для нового ролика. Он расставил видеокамеры в разных местах комнаты. Несколько раз он зачитывал текст.

Вскоре проснулись дети и жена. Он убрал видеокамеры, но одну маленькую экшн-камеру, которую запрятал так, что её не видно, забыл выключить и убрать.

— Вань, что-то я устала, — начала Наташа. — Отвезёшь детей в школу?

— Конечно, милая.

— Папа, я слышала, что сегодня ты нас повезешь? — выскочила из коридора Ира.

— Верно.

— А давай поедем на Порше! — предложила она. — Чтобы все обалдели.

— О Порше забудьте. Считай, что это не автомобиль, а средство окупить гараж.

— Вот сейчас непонятно, — с недоумением взглянула на отца Ирина.

— Ира, это последний бензиновый Порше 911 с атмосферным мотором, выпущенный ограниченной серией в двадцать первом году. Я его с трудом урвал по предзаказу. Он проехал всего пятьдесят метров от автовоза до гаража. Через пять лет, если он так и сохранится в первозданном виде, то будет стоить в два раза дороже и как раз окупит стоимость постройки гаража. Так что считай, что это просто памятник.

— Так не интересно, — сморщила носик подросток. — Тогда давай на твоей Тойоте Краун!

— Это можно.

— Вань, — обратилась к нему жена, — я нашла новый рецепт. Когда будешь в райцентре, купи мне продукты. Я составила список.

Поездка в райцентр и обратно заняла у Иванова два с половиной часа. Пока детей в школу отвёз, пока все нужные жене продукты нашёл, плюс обратная дорога. Вернувшись, он застал на кухне довольную супругу.

— Что делаешь?

— Вот, — обернулась она, сияя, как начищенный медяк, — думаю, с чего начать… Ты продукты купил?

— Купил. Василиса (домработница) вскоре перенесёт их из багажника на кухню.

Поцеловав Наташу, он отправился в свой кабинет монтировать ролик. Во время монтажа он недосчитался экшн-камеры и отправился в зал искать её. У камеры, что закономерно, разрядился аккумулятор.

Вернувшись в кабинет, Иван продолжил просматривать все материалы и монтировать. Когда дело дошло до обработки информации с флешки от экшн-камеры, его ожидал неприятный сюрприз.

Он застыл в кресле подобно восковой статуи из музея мадам Тюссо. Выпученные глаза не могли оторваться от домашнего порно в исполнении его супруги и садовника.

Досмотрев ролик до конца, он остановил воспроизведение видео и откинулся на спинку кресла. В его душе царил раздрай. Впервые за долгое время он почувствовал себя хуже некуда. Он чувствовал себя оплеванным с ног до головы, униженным и раздавленным. Хотелось заплакать, наорать на супругу и применить физическое насилие к ней и её любовнику.

Полчаса он просидел в кресле, стараясь успокоить безумно мечущиеся мысли и непередаваемую ярость. Как только он успокоился, то отмотал ролик на начало откровенной сцены, выключил кнопкой монитор, встал и распахнул дверь.

— Наташ! — громко позвал он, сохраняя на лице арктическая спокойствие.

— Что?

— Подойди, пожалуйста, сюда.

Наталья подошла к Ивану. Её лицо выражало лёгкое недовольство и раздражение.

— Что-то важное? А то я занята.

Он прикрыл дверь и молча подошёл к компьютеру. Включив монитор, он нажал на пробел. Из динамиков донеслись стоны его супруги.

Наташа прикипела взором к монитору. Её кожа вмиг побледнела. Она застыла в ступоре.

Ваня нажал на паузу и внимательно посмотрел на супругу. Она в ответ медленно, чуть ли не со скрипом, повернулась к нему.

— Неожиданно… Кто-то любит пробовать чужой йогурт…

— Вань… — дрогнувшим голосом протянула она.

— Только давай без скандала и оправданий, — мотнул он головой и прикрыл глаза. — Я не смогу жить с человеком, который меня предал, как бы безмерно я его не любил.

— Ваня! Это не то…

— О чем я думаю? — оборвал он её речь, с грустной болезненной гримасой смотря на супругу. — Ещё скажи, что это монтаж или человек, похожий на тебя…

— Это ты виноват! — резко сменила тактику Наташа.

— Виноват в чём? — прорезался резкий сарказм у Иванова. — В том, что когда-то спас тебя от инвалидности? В том, что всю жизнь любил тебя, окружал вниманием и заботой, обеспечивал всем необходимым, словно сказочный джинн, выполнял твои желания?

— Ты тоже мне изменял!

— А йогуртом по губам не ху-ху?! — искренне возмутился он. — В отличие от некоторых, я всегда был верен тебе, будто преданный пёс. Даже не помышлял о других девушках, хотя мог затащить в постель любую красавицу. А ты, как погляжу, за моей спиной неплохо оттягивалась. И что самое обидное — прямо в нашем доме на диване, на котором мы проводим время всей семьёй. Меня волнует единственный вопрос — почему? Чего тебе не хватало?

— Почему… — прикусила нижнюю губу Наташа. — Потому что ты колхозник! Богатый, но колхозник, у которого на уме только машины и деньги. А мне хочется чего-то большего, чем прозябание в глухой деревне. Этот твой «Тутуб» уже в печёнках сидит!

— Высокопочтенная, смею заметить, что вы и сами колхозница. Этот самый «Тутуб» не мой. Он сделал тебя популярной и приносит доход, которого ты в своей Кременской днём с огнём не увидела бы. И не потому, что была бы слепой, как крот… Не стоит передёргивать и пытаться свалить на меня вину за своё недостойное поведение. Как минимум это некрасиво и перечёркивает всё то доброе и светлое, что было между нами.

— Ты хочешь знать, почему я это сделала?! Скучно… Да, именно, мне просто всё надоело. Хотелось чего-то нового, острых ощущений. Но я всё равно люблю тебя!

— Нет, милая, это так не работает. Нельзя за спиной мужа сосать чужой йогурт, а потом заявить ему, что он сам во всём виноват или что любишь его… Ты же понимаешь, что после такого предательства наша жизнь не останется прежней?

Наташа словно мгновенно постарела лет на пять. От напряжения её лицо покрылось морщинами. Она устало опустила плечи и пробормотала:

— Ты даже не накричишь на меня?

— Не вижу смысла, — пожал он плечами. — Вначале хотел и кричать, и кулаками махать, но это не выход.

— И что ты предлагаешь? — с надеждой посмотрела на него супруга. — Вань, у нас же дочки… Подумай о них. Я обещаю, что больше не буду тебе изменять.

— О дочерях нужно было думать раньше, — едва заметно мотнул головой Иванов. — Можешь дальше заливать в свой персик чей угодно йогурт, но только не мой. Я вижу два варианта: хороший и плохой.

Наташа ещё сильней побледнела и покачнулась. Она крепко сжала челюсть и приготовилась слушать варианты.

— Хороший — мы с тобой полюбовно договариваемся. Ты получаешь акции на сто миллионов долларов, дом в Испании и хорошую квартиру в Челябинске. Оставляешь мне детей, мы тихо-мирно разбегаемся и живём каждый своей жизнью.

— Я смогу видеть дочерей?

— В любой момент, если они этого пожелают. Я ни в коем случае не собираюсь препятствовать вашему обращению.

— Но как мы им скажем об этом? — с надрывом вопросила она.

— Скажем, что просто устали друг от друга. Не стоит выносить сор из избы. Они уже не маленькие дети, так что смирятся и поймут.

— А второй вариант?

— Плохой вариант — это когда ты решаешь отсудить у меня половину имущества. Разразится громкий скандал. Возможно, у тебя отчасти это даже получится, хотя сомнительно с учётом доказательств, — кивнул он в сторону монитора. — Дети получат серьёзную моральную травму, ты ославишься на весь мир, как изменщица, я, как рогоносец.

— И всё же, если я попробую судиться, то что будет?

— Учитывай, что на моей стороне деньги. Я найму лучших адвокатов. А ещё с дочками уеду в Швецию. Эта страна никому не выдаёт детей со своей территории. Даже если ты что-то отсудишь, тогда до самого совершеннолетия не увидишь ни Иру, ни Лену. А дальше сможешь с ними встретиться только если они этого сами пожелают. А я постараюсь, чтобы такого желания у них не появилось. Покажу им эту мерзость, — кивнул он на монитор.

Наташа схватилась за грудь в районе сердца, большими от ужаса глазами смотря на экран. Она медленно перевела взор на мужа.

— Ваня, ты же хороший человек… Ты же не сделаешь этого?!

— Нет, если мы договоримся полюбовно.

— Так и быть, — сглотнув вязкий ком, еле выдавила из себя слова Наташа. — Я согласна на первый вариант, но…

— Но? — вопросительно вздёрнул брови Иван.

— Давай ради детей хотя бы пару лет поживём вместе. Не будем травмировать девочек. Они закончат школу и уедут учиться в другой город. Тогда мы разбежимся.

После некоторых размышлений Ваня решил согласиться с этим решением. Ему самому было неприятно травмировать детей. Только ради дочек он готов был продолжать терпеть изменщицу.

После неприятного разговора с супругой Иван отправился к начальнику охраны. Солидный пожилой мужчина с короткой седой прической, небольшим брюшком и бульдожьим лицом вытянулся перед начальником и отрапортовал:

— Здравия желаю, Иван Иванович. За время дежурства никаких происшествий не случилось.

— Максим Петрович, вы немного не правы. Кое-что случилось, что не попало на ваши камеры, но попало на мои…

— Что такое? — нахмурился Петрович.

— Садовник больше тут не работает. Максим Петрович, будьте любезны удалить его с территории поместья. И ещё…

— Да-да… — пожирал босса подобострастным взором начальник охраны.

— У вас же есть личные данные всех сотрудников?

— Естественно!

— А есть знакомые, готовые за солидное вознаграждение выполнить поручение с лёгким криминальным оттенком?

— Смотря что… — слегка напрягся Петрович.

— Сейчас в мире такая ужасная эпидемиологическая обстановка… Мне кажется, что вскоре после увольнения садовник заболеет… Например, переломом ног…

— К-хм… — кашлянул в кулак начальник охраны. — Это запросто! Некоторые из моих парней могут помочь бедолаге «не простудиться». Только можно узнать, что он сделал?

— Этот человек опрометчиво позарился на то, что ему не принадлежит. Сорвал персик не с того дерева… Пустил йогурт не в ту лунку…

— К-хе, к-хе, к-хм… — скрывая под кашель смех и пряча улыбку, Петрович прикрыл рот кулаком. Приняв серьёзный вид, он бодро ответил: — Намёк понял, Иван Иванович… Может ему того…

Начальник охраны указательным и средним пальцем сделал движение подобное ножницам. Опущенная на уровень пояса рука недвусмысленно намекала на то, что он предлагает отрезать.

— Нет, это слишком, — отрицательно качнул головой Иванов. — У него и так мозгов нет, ещё отрезать и то, что их заменяет…

* * *
В итоге Иван и Наташа тайно от всех развелись. Как и обещал, он передал бывшей жене акции топовых компаний на сто миллионов долларов, квартиру в Челябинске и домик в Испании. При этом у неё остался в собственности автомобиль, оформленный на неё — очередная Тойота Ленд Крузер Прадо — данная модель полюбилась ей. Акции должны приносить ей доход в виде дивидендов в размере не меньше миллиона долларов в год, зачастую больше в полтора-два раза. Как ни посмотри, достойная сумма, которой хватит на хорошую безбедную жизнь.

Их отношения резко охладели. С того самого дня, как Ваня узнал об измене, они стали жить в разных комнатах. Внешне они старались поддерживать ровные отношения, но близняшки заметили, что мама и папа ведут себя как-то иначе.

Новая прислуга отбиралась более тщательно. Если на работу принимали мужчину, то отдавали предпочтение либо пожилым людям, либо малопривлекательным.

Когда дочки закончили школу, Ваня подарил им по приличной квартире в столице. Они самостоятельно без родительской помощи умудрились поступить в Московский Государственный Университет (МГУ), причём на бюджет, выбрав один и тот же факультет. Вот только девочки схитрили, выбрав факультет Антропологии, на который настолько минимальный конкурс, что проще сказать — его нет. Туда и на факультет Ихтиологии всегда патологический недобор. Достаточно хоть как-то сдать экзамены, чтобы поступить туда, после чего можно будет всем хвалиться, что учишься на бюджете в МГУ. А ведь с их знаниями, которые вдолбили им в головы репетиторы, они могли поступить и на более престижный факультет.

В августе две тысячи двадцать седьмого года близняшки уехали на учёбу в столицу. Сразу после этого Наташа съехала от Ивана в свою квартиру.

Потерпев сокрушительный проигрыш на семейном фронте, Ваня погрузился в пучину депрессии. Он забросил канал на «Тутубе» и запил.

Чёрная полоса не может продолжаться вечно. Организм сорокасемилетнего мужчины не позволил ему пить дольше недели. Ещё пару недель он восстанавливался.

Иван решил побороть депрессию ударным трудом. Только возиться с любимыми автомобилями ему не хотелось. В итоге он обратил своё внимание на финансовый сектор.

Курс биткоина серьёзно подрос после резкого падения весной-летом двадцать первого года. Сейчас он вновь демонстрировал уверенный рост, преодолев отметку в восемьдесят тысяч долларов.

У Иванова остался ещё миллион битков. Он решил начать от них постепенно избавляться.

Чтобы не обрушить рынок, на протяжении следующих пяти месяцев он продавал по несколько пулов, размер которых уменьшился с пятидесяти до двадцати пяти биткоинов.

Январь две тысячи двадцать восьмого года выдался богатым на события. Во-первых, биткоин преодолел планку в сто тысяч долларов и его стоимость продолжала расти до конца февраля, после чего курс резко рухнул ниже сотни тысяч.

К этому моменту Иван распродал пятьдесят тысяч биткоинов, выручив на этом четыре с половиной миллиарда долларов США, и это после уплаты налогов.

Все деньги он инвестировал в различные ценные бумаги, делая ставку на продукты питания, нанотехнологии и искусственный интеллект.

Он и до этого, будучи совладельцем «АстраМедика», считался миллиардером с состоянием, превышающим шесть миллиардов долларов. Состояние плавало вверх-вниз вместе со стоимостью фармацевтической компании. То есть, по сути, он почти в два раза увеличил свой капитал.

С едой в мире с каждым годом ситуация обострялась. Количество населения прибывало, а увеличение производства сельскохозяйственной продукции шло низкими темпами. Оттого чувствовалась нехватка продовольствия, которая отражалась высоким ростом цен и уменьшением качества еды, продаваемой в магазинах.

Сам Иван на себе этого не прочувствовал. У него всегда имелись свежие натуральные продукты, поставляемые напрямую от фермеров или покупаемые за большие деньги в магазинах.

Во-вторых, в январе была анонсирована первая в мире капсула виртуальной реальности. Вот только минусов у этой технологии хватало. Для подключения капсулы нужно вживить в голову чип-нейроинтерфейс. Цена устройства заоблачная. Софт сырой. Программ и игр пока практически нет. Операция небезопасная. В общем, не для широких масс, а лишь для богатых гиков.

К примеру, Иванов даже не подумал бы о покупке сырой вирт-капсулы и вживлении в голову сырого нейроинтерфеса. Вот когда технологию отработают и сделают полностью безопасной, тогда можно и прикупить себе подобный девайс.

После размолвки с Наташей у Ивана больше пары лет не было женщины. В отличие от супруги, он был человеком старой закалки, а в душе старше реального возраста на тридцать пять лет. Даже просто живя под одной крышей с той, кого любил, его моральные принципы не могли допустить «измены». Потом он с головой ушёл в алкогольный запой, затем погрузился в финансы. Но теперь организм дал о себе знать.

Молодым кажется, что в сорок семь лет человек уже совсем древний. После тридцати приходит понимание, что это не так. Когда же человек сам доживает до этого возраста, то считает, что ещё ничего, немолод, но и не старик, а ещё ого-го… Только спину не стоит напрягать и резких движений совершать.

Дважды побывав в браке, в третий раз наступать на эти грабли он не спешил. Дети уже взрослые, он безумно богат и снова холост. Почему бы не пожить для себя? А то всё для других.

Он слышал о специфических агентствах, которые занимаются поставками любовниц богатым мужчинам, которые об этом даже не подозревают. Вот только Ваня не был оторванным от реальности. Не раз и не два в интернете мелькали статьи журналистов о том, что богатые россияне находятся под колпаком у частных спецслужб.

Секс-агенты следят за повадками миллионеров, изучают их вкусы, составляют на них досье. А затем точно по «лекалам» подгоняют девушку, мечтающую стать любовницей или женой олигарха. И якобы случайно знакомят её с ни о чём не подозревающим «клиентом».

Удивительно, но факт, подспорьем охотниц за кошельками являются слежка, гипноз и методы психоанализа. Всё ради того, чтобы отхапать богатого мужика.

С Наташей удалось договориться полюбовно, поскольку она действовала не как хищница, а стала дурить от скудоумия и скуки. С охотницей за состояниями олигархов такой трюк не пройдет. За спиной такой охотницы зачастую стоит полубандитская организация, которая всеми силами помогает своему агент получить своё. Естественно, не за даром, а за солидный кусок дохода хищницы.

Большинство завсегдатаев списка «Форбс» находятся в постоянной разработке сотрудников «брачной индустрии». На каждого подходящего обеспеченного мужчину в агентстве создаётся досье: психологический портрет, астрологическая карта, отношения в семье, привычки, типы девушек, которых предпочитает «дичь». С помощью слежки и прослушки о предмете охоты собирается практически полная информация. Будущая пассия «воспитывается» и подбирается с учётом особенностей конкретного «клиента».

Олигарх из картотеки находится в постоянной разработке. Из-за этого хорошо известны облюбованные им места пребывания. Он может встретить прекрасную незнакомку на курорте, в ресторане, в офисе, ночном клубе или любимом магазине.

Первая встреча организуется таким образом, чтобы при любых условиях «жертва» обязательно заметила охотницу. К примеру, девушку могут подсадить в соседнее кресло в самолёте во время длительного перелёта или устроить на работу в компанию бизнесмена. Поскольку она будет выглядеть и вести себя как его идеал, он не упустит шанса познакомиться с ней поближе.

Когда охота завершится победой, осчастливленная красавица переписывает на «группу поддержки» какую-нибудь недвижимость или отдаёт драгоценности, полученные в подарок от любовника, а если сильно повезёт — от мужа. При этом кинуть наставников у девушки нет никакой возможности — она полностью у них на крючке. Шаг влево, шаг вправо — и тайна раскроется. Они знают о девушке всё, так что стоит ей проявить непокорность, они сообщат бизнесмену всю подноготную его пассии и приложат заранее заготовленную видеозапись, где девушка рассуждает, что ради денег она готова спать хоть с Квазимодо.

Зная всё это, Ваня был уверен, что с высокой вероятностью его уже где-то дожидается заготовленная очередным агентством девица его типажа. Хищница, готовая вцепиться в него ради денег. Ведь в отличие от многих богачей, узнать о нём было легко. Блогер — личность медийная. Он выставляет на обозрение свою жизнь. Просмотрев его ролики в интернете, секс-охотники могут узнать намного больше, чем с помощью банальной слежки.

Лет десять назад разразился скандал с участием известного российского миллиардера. Некая высопочтенная сотрудница эскорт-агентства, следуя наставлениям своего секс-инструктора, в соцсетях обвинила олигарха в сексуальных домогательствах. На своей страничке в Инстаграм она выложила обращение к олигарху, в котором предложила ему для улаживания пикантной ситуации жениться на ней или прийти на ток-шоу и там рассказать всей стране о том, что произошло на его яхте. Потом она написала, что это шутка, только бизнесмен такой шутки не понял. Он подал на девушку в суд.

Это далеко не единственный случай, когда богатые и известные мужчины страдают от молодых и циничных хищниц или же обиженных бывших жен.

Ваня теперь намного лучше понимал Артёма, который не мог найти себе нормальной спутницы жизни. Он опасался заводить отношения. Как любой мужчина, он хотел найти не специально подготовленную любовницу или хищницу в свободном выгуле, которая охотится за его состоянием, а адекватную девушку, избежав возможных проблем.

Два брака научили Ивана, что идеальных людей не бывает. Не существует мифической второй половинки. Если повезёт, найдёшь человека, который тебя терпит со всеми заскоками. Вцепишься в него всеми конечностями и не отпустишь от себя. Стоит только дать слабину, отпустить контроль над плотом любви, который всегда покачивается на волнах, как семейная жизнь может покатиться под откос. Если же ошибёшься или будешь искать идеальную пару, то постареешь, потолстеешь и тебе станет ещё более одиноко. Тогда будешь делать всё возможное, чтобы заполнить эту дыру друзьями, работой, увлечениями, мысленным сексом, но это не поможет. И однажды оглянешься вокруг и поймёшь, что все тебя обожают, но никто не любит.

Плюнув на всё, он решил развеяться. Завёл в гараже новенький Порше, который больше не собирался хранить для продажи. У Вани потерялся смысл напрягаться ради заработка пары сотен тысяч зарубежных денег. Есть крутая редкая тачка, имеется желание развеяться и поураганить, так к чему противиться?

Он выгнал Порше и поехал по идеально ровной деревенской дороге. Встретить такую же в деревнях можно лишь в случае, если там проживают такие же обеспеченные люди, как он, которые делали дорогу для себя.

Мощный мотор задорно ревел на всю округу. Его мощь ощущалась покорной водителю. Порше понёсся по недавно оттаявшему асфальту.

Подъезжая к дому семьи Уступовых, Ваня притормозил. На обочине дороги у их двора парковался люксовый кроссовер БМВ Х6, который временно перегородил дорогу.

Иван дождался, когда автомобиль припаркуется, после чего тронулся. Но проехав считанные метры, он резко нажал на тормоз. Порше встал, как вкопанный.

Причиной остановки послужила водитель БМВ, покинувшая салон кроссовера. Её внешность ему была до боли знакома. Постаревшая, но всё ещё выглядящая, как прекрасный персик. В прошлой жизни она к этому времени располнела, тут же щеголяла стройной фигурой и подтяжкой лица.

Покинув салон Порше, он привлёк внимание женщины, окликнув её:

— Сауле!

— Иван? — удивленно распахнула на глаза, узнав бывшего одноклассника.

Глава 13

Сауле удивлённо хлопала ресницами, переводя взгляд с одноклассника на его сияющий отполированным кузовом красный Порше, который никак не ожидаешь встретить в маленькой деревушке.

— Здравствуй, Ваня, — выдавила она, справившись с потрясением. — Ты как?

— Привет, Сауле. Лучше всех. А как ты? Всё ещё шутишь шутки про бывших парней?

— Можно и так сказать, — передёрнула она плечами. — Откуда у тебя такая машина?

— Насосал! — шутливым тоном ответил он.

В ответ женщина улыбнулась.

— А если серьёзно? — спросила она.

— Склероз подкрался незаметно, да, Сауле? — с наигранным сочувствием посмотрел на неё Иванов. — Не помнишь нашей последней встречи, когда я хотел пригласить тебя в ресторан, а ты меня даже на порог пускать не хотела?

— Помню… — смутилась она.

— Раз помнишь, то я ещё тогда говорил, что обеспеченный человек. Но тебе, снимающей захудалую квартиру с двумя соседками такие «нищерброды», которым от тебя что-то нужно, были не нужны… Сейчас же я в списке «Форбс» двухсот самых богатых людей мира.

— Э-э… — растерялась она, но вскоре её губы изогнулись в улыбке. — Хорошая шутка… Миллиардер, живущий в деревне в Челябинской области…

— Ты, наверное, ещё и «Тутуб» не смотришь…

— Смотрю, — возразила она. — А что?

— Я ещё и блогер с тремя миллионами подписчиков. Правда, полгода уже новых роликов не заливал. Но вскоре собираюсь исправить это упущение, а то на почту заходить страшно. Откроешь, а там тысячи сообщений от подписчиков с просьбами новых роликов и стримов и вопросами о том, куда я пропал…

— Эм… Это интересно. Не знала.

— Хочешь шутку для своих выступлений? — лукаво прищурился Иванов.

— Давай, — оживилась Уступова.

— Однажды мне приснилось, что я попал в будущее и прожил целую жизнь. Там мы с тобой начали встречаться, когда ты ещё работала хирургом в поликлинике. Я ремонтировал автомобили, ты работала доктором, мы счастливо жили душу в душу. У нас родилось пятеро детишек, у них появились внуки…

— Какой ужас! Пятеро детей… — насмешливо протянула Сауле. — А дальше?

— Дальше мне проломило голову цепью, сорвавшейся со стапеля, и я проснулся, оставив тебя вдовой. Потом поехал в Москву с коварной целью жениться на тебе, но в итоге женился на другой…

В глазах Уступовой отразилась грусть. Она натянула вымученную улыбку и произнесла:

— Какое коварство! Ты ехал в Москву с целью сделать меня вдовой… Любопытно, почему же ты забросил карьеру блогера?

— Это не «карьера», а хобби. Если тебе интересно, мы с женой развелись. После этого мне стало не до съёмок. Я с головой ушёл в бизнес.

— О как! — оживилась Уступова. — А чего так? Ты ей изменял?

— Наоборот, она мне… — на миг выражение лица Иванова стало суровым. — Только не вздумай публично упоминать о моей личной жизни!

— А то что? — нахально блеснула глазами юмористка.

— Вроде уже немаленькая, а задаёшь глупые вопросы, — как на дуру посмотрел на неё Иван.

От его взора у Сауле по спине пробежал табун мурашек. Ей тут же расхотелось упоминать об этом где-либо.

— Сауле, ты сейчас свободна?

Немного поразмыслив, она ответила:

— Да. А что?

— Поехали со мной. Прокатимся с ветерком до Челябинска. Сходим в хороший ресторан.

— А давай! — согласилась она, почти не размышляя.

Сев на пассажирское сиденье Порше, она пристегнулась ремнём безопасности. Ваня резко набрал скорость, отчего пассажирку вдавило в сиденье.

— Ты так и будешь быстро ехать?

— Да, если тебе не страшно.

— Мне-то не страшно, просто на дорогах повсюду камеры. Не боишься разориться на штрафах?

— Не пугай ежа голой кожей…

Иван вдавил педаль газа в пол.

Девяносто с лишним километров они проехали за полчаса, собирая штрафы с многочисленных дорожных камер видеофиксации нарушений. Одна поездка вылилась минимум в двести тысяч рублей, зато подарила массу впечатлений водителю и пассажирке.

Ваня привёз спутницу в самый дорогой и респектабельный ресторан Челябинска. Зал с роскошным интерьером принял их в свои объятья. Не успел официант проводить их к свободному столику, как из-за соседнего столика помахал рукой знакомый мужчина.

— Ванёк, привет!

— О, какие люди! — широко улыбнувшись, протянул он ладонь для рукопожатия. — Тёма, здорова!

Артём, который когда-то помог с установкой программы для майнинга, сидел за столиком со своей молодой спутницей. Симпатичная брюнетка в возрасте около двадцати пяти лет, одетая в роскошное чёрное вечернее платье с дорогим жемчужным ожерельем на шее, с любопытством разглядывала знакомых своего спутника. Сауле с не меньшим интересом поглядывала на Артёма и его девушку.

— Высокопочтенные, позвольте представить мою спутницу, — начал Иванов. — Сауле. Сауле, это Артём.

Артём кивнул и представил свою девушку:

— Марина. Ребят, присаживайтесь.

— Вообще-то мы собирались посидеть в одиночестве, но не могу отказать в компании хорошему человеку, — продолжил Иванов. Посмотрев на спутницу, он спросил: — Сауле, ты не против?

— Почему нет? С удовольствием. Артём, Марина, рада знакомству.

— А я вас знаю, — с живым интересом пожирала глазами парочку Марина. — Вы, — обратилась она к Уступовой, — известная юмористка. Я вас по телевизору видела. А вы же, — перевела она взор на Иванова, — блогер, да? Тёмочка смотрит ваши ролики.

— Знаю, — кивнул Иван. — Тём, как у тебя дела?

— Отлично! На последних курсах битка хорошо расторговался. Сейчас думаю, куда вложить финансы?

— Что тут думать? Только йогурт переводить. Если ты строишь стратегию, как и я, на долгосрочных инвестициях: фармацевтика, искусственный интеллект, виртуальная реальность и нанотехнологии. Эти области сейчас бурно развиваются.

— Я подумывал вложиться в космическую программу Илона Маска. Его компания скоро планирует отправить экспедицию на Марс. Там в будущем собираются построить большой адронный коллайдер для исследований антиматерии.

— Это ты загнул… Тём, когда ещё учёные получат результаты? Боюсь, их только наши внуки увидят. Без сомнений, энергетика на базе антиматерии станет прорывом для человечества и принесёт невероятные дивиденды, но не думаю, что результаты появятся раньше, чем через сто лет.

— Значит, результатами воспользуются мои внуки, — пожал плечами Артём. — А на мой век капитала хватит с лихвой.

Девушки слушали разговоры мужчин с лёгкой скукой, изображая заинтересованность.

— Марина, а чем вы занимаетесь? — вежливо обратилась к новой знакомой Сауле.

— Я поэтесса. Вот, послушайте мой новый стих.

Марина, не обращая внимания на то, что это никому не интересно, начала с выражением зачитывать своё произведение:


Сегодня я пришёл в кабак,
Для грусти нет причин.
Погорячее наливай,
Напиток для мужчин!
Мадам на танец приглашу,
Так хороша собой.
В любовном вихре закружу,
В ночи хмельной.
Эта ночь для меня!
Это праздник души!
Ну-ка, бармен, налей!
Чтоб пожар затушить…
Чтоб пожар затушить…
Ну-ка, бармен, налей!
Эта ночь для меня,
Словно праздник души.
В разрезе ножка до бедра
И декольте пьянит.
И так до самого утра.
Огонь любви…
Очнулся ночью чёрти где.
Для грусти нет причин.
И понял я, не виски был,
А клофелин.
(Вера Абрамова «Ну-ка, бармен, налей»)
Иванов задорно рассмеялся и поаплодировал. Аплодисменты подхватили знакомые. Сауле хлопала едва слышно с застывшей вежливой улыбкой. Артём хлопал чуть живее и звонче.

— Высокопочтенная, — вежливо склонил голову Иванов, — у вас неплохо получается. Прошу нас простить, не будем нарушать ваш интим. Артём, был рад увидеться. Марина, рад знакомству.

Распрощавшись, он подхватил под локоток Сауле и увёл её за свободный столик. Уступова выдохнула с облегчением. Взяв меню, она округлила глаза при виде пугающих цен. Даже с её неплохими доходами с выступлений она бы вряд ли сама пошла в столь дорогой ресторан.

— Рекомендую шампанское и лобстера.

— Прислушаюсь к твоему совету, — кивнула она, захлопывая меню. — Ваня, а кто это был?

— Ты об Артёме? — дождавшись от женщины кивка, он продолжил: — Хороший парень, мой старый знакомый, подписчик моего Тутуб-канала и просто челябинский мультимиллионер или уже миллиардер. Не знаю, давно не интересовался этим вопросом.

— А его девушка?

— Какая разница? — пожал плечами Иванов. — Жена или любовница.

— Действительно, какая разница… — иронично с примесью сарказма протянула Уступова. — Зато видно, что профи… В кабаках и клофелине разбирается…

— Значит, любовница… Как у тебя на личном фронте?

— Как-то не сложилось, — сжала губы Сауле. — Все силы уходят на карьеру, выступления…

— Понимаю…

Как-то незаметно ужин в ресторане, разбавляемый непринуждённой беседой, перетёк в поездку обратно в Барсуки и закончился в спальне дома Иванова.

Проснувшись утром в одной постели с Ваней, Сауле поспешила сбежать домой к брату, который её давно заждался. Словно подгоняемая сворой собак, она не стала задерживаться в деревне, хотя вроде как изначально собиралась погостить пару дней у Аслана. Она уехала обратно в столицу.

После пробуждения, обнаружив отсутствие вчерашней спутницы, Иван грустно вздохнул. На мгновение он почувствовал, словно погрузился в прошлую жизнь. У него создалась иллюзия, будто он снова женат на Сауле и они живут вместе. Но иллюзия развеялась с солнечными лучами и пустующей постелью.

Иванов решил вернуться к ведению Тутуб-канала и ушёл в это дело с головой.

* * *
Утром семнадцатого мая Ваню разбудил телефонный звонок. Номер был незнакомым, но он взял трубку. Динамик донёс до его уха сухой мужской голос:

— Иван Иванович?

— Кто спрашивает?

— Начальник московского ОБЭП, подполковник Семёнов.

Иванов после таких слов напрягся. Звонки от таких людей не сулят ничего хорошего.

— Я вас, слушаю, высокопочтенный.

— Иван Иванович, тут такое дело… К-хм… К нам… К-хе к-хм… К нам поступило заявление от гражданина, что некая девушка, представляясь вашей дочерью, Ивановой Ириной, выманила у гражданина средства в размере двухсот тысяч долларов.

— Это как возможно? Вы мою дочь ни с кем не путаете? Не поверю, что она может заниматься мошенничеством, тем более ради такой мелочи.

— Так это ваша дочь? — с облегчением выдохнул сотрудник ОБЭП.

— Пока в глаза не увижу, стопроцентно утверждать не могу. Но одна из моих дочерей носит такое имя. Введите меня в курс дела, пожалуйста.

— Суть в том, что госпожа Иванова под предлогом того, что отец пришлёт ей денег, занимала денежные средства у своих состоятельных друзей. Один из них посчитал её мошенницей, как известную на весь мир Сорокину, которая таким же образом обманывала состоятельных людей в США. Он написал на неё заявление.

— Погодите, товарищ подполковник, причём тут уголовное дело? С каких это пор законы российской федерации успели поменяться, что ОБЭП стал заниматься гражданско-правовыми вопросами? Финансовые отношения между гражданами решаются через гражданско-правовые суды или урегулируются между самими гражданами. Я не вижу тут никакого намёка на мошенничество. Подумаешь, девочка взяла какие-то копейки в долг. Кто там заявление написал?

— Иван Иванович, мы не можем разглашать такую информацию.

— Да всё вы можете. Товарищ подполковник, вы же понимаете, что я буду вам благодарен?

— К-хм… — на том конце задумался подполковник. — В общем, это Пётр Дериласка…

— Принял. Скиньте свои контакты мне в телеграмм. Я там под ником «Йогурт Иванович».

— Хорошо. Всего доброго, Иван Иванович. Вы не беспокойтесь, раз всё выяснилось, конечно же, ни о каком возбуждении уголовного дела не может идти речи.

— Всего хорошего, высокопочтенный…

Найти номер телефона известного бизнесмена не так просто, если только сам не входишь в «клуб». Иванов хоть и не светился на тусовках богачей, но раздобыть контакты нужных людей мог через свою службу безопасности. Вскоре он набрал номер телефона отца парня.

— Слушаю, кто это? — резко ответили на том конце.

— Олег, здравствуйте. Это Иван Иванов, владелец «АстраМедика».

— А! Здравствуйте, Иван, — смягчился тон олигарха. — Вы по делу?

— Олег, скажите, я вам где-то дорогу перешёл?

— Хн… Не припомню такого. А что?

— Мне сейчас из ОБЭП позвонили по какому-то сущему пустяку. Мол, моя дочка заняла у вашего сына Петра какие-то жалкие двести тысяч долларов, а он на девочку написал заявление в полицию о мошенничестве. Вот я и интересуюсь, с чего бы такие мелкие пакости, если между нами никогда не пробегала чёрная кошка?

— Вот как?! — голос Олега был искренне изумлённым. — Странно, чтобы Пётр из-за такой мелочи раздувал из мухи слона… Уверяю, я к этому непричастен. Обещаю разобраться с этим вопросом. М-м… Простите, Иван, но почему вашей дочери приходится занимать деньги?

— Точно не скажу, но предполагаю, что из-за моего сурового воспитания. Я дочерям выделяю на месяц небольшие суммы, чтобы они не жили во вседозволенности и стремились к самостоятельности. Одна из них, видимо, нашла обходной путь стрясти с папки денег. Но это наши личные дела, с дочкой я ещё поговорю с глазу на глаз. Надеюсь, между нами нет разногласий? Я все копейки от шалостей отпрысков компенсирую.

— Я вас понимаю… Не стоит беспокоиться, уверяю, что между нами не может быть разногласий.

Разговор с олигархом закончился вежливыми расшаркиваниями.

Вскоре Ваня в окружении охраны мчался в аэропорт, где уже был заказан частный бизнес-джет (небольшой самолёт бизнес-класса) до Москвы.

В столице он на арендованном представительском автомобиле, опять же с охраной, прибыл к квартире Ирины. Дочки не было дома, но это не помешало ему открыть дверь запасными ключами.

Через несколько часов к себе в квартиру завалилась Ирина. Громко скинув туфли, она прошлёпала босыми ногами на кухню и застыла в проходе.

Напротив неё за столом сидел Ваня и попивал чай.

— Папа?! — изумлённо выпучила она глаза. — Что ты тут делаешь?

— Доченька, нам нужно поговорить…

Ирина взбледнула. Дрогнувшим голосом она спросила:

— О чём?

— Хороший вопрос, — отставил в сторону чашку Иванов. — Например, о том, почему меня по утрам будят сотрудники полиции, утверждая, что моя дочь мошенница, которая обманным путем завладевает деньгами «друзей»? Таких друзей — за болт и в музей…

— Папа, я никого не обманывала! — резко возмутилась она.

— Но деньги в долг брала?

— Ну… — опустив глаза в пол, она шаркнула ножкой.

— Я уже поговорил с Олегом Дерилаской. Он обещал поговорить со своим сыном. Ты получишь от меня деньги и расплатишься по долгам. Но если подобное повторится, я перекрою тебе финансирование и решай свои проблемы сама.

— Папа, — подняла она мокрые глаза на отца, — неужели ты бросишь на произвол судьбы родную дочь?

— Родная дочь в случае нужды попросила бы помощи у отца, а не стала бы занимать деньги у сомнительных знакомых, которые за копейку удавятся.

— Ты бы не дал!

— Просто так не дал бы, и ты это прекрасно знаешь, но неужели думаешь, что для вас не нашлось бы работы? Или ты боишься замарать маникюр и хочешь быть такой же шалавой, как большая часть этих мажорок и приживалок?

Ирина недовольно поджала губы и надула щёки.

— Ну-у па-а-а-п…

— Тебе не пятнадцать лет, чтобы сначала делать, а потом думать, — смерил он дочурку суровым взором. — Хочешь денег? Придумай доходный проект, на который я тебе выделю инвестиции. Открой ресторан, бар, построй гостиницу… Да хоть что-то, что будет тебе приносить доход. И живи на доходы. От ваших с сестрой усилий и фантазии зависит, насколько хорошо вы будете жить. Просто так я вам живые деньги давать не собираюсь, тем более, после настолько безответственного поступка. Когда вы начнёте сами зарабатывать, то станете больше ценить финансы, чем свалившиеся свыше на халяву деньги.

— Пап, но причём тут полиция?

— Ира, ты чем слушала? Я же говорю, твой «друг» Пётр написал на тебя заявление в полицию о мошенничестве. Будто ты самозванка, которая, представляясь дочкой богатого человека, заняла у знакомых большую сумму, которую не думала отдавать. Вот и думай, кто тебе друг, кто враг, а кто просто так.

— Петька, козёл! Вот я ему…

— Ты ему ничего не сделаешь. Вернёшь деньги, и если не дура, ты больше не будешь общаться с такими «друзьями». Или у тебя йогурт вместо мозгов?

— Н-нет, — мотнула она головой.

— И ещё, Ира, если я узнаю, что ты принимаешь наркотики или участвуешь в сомнительных махинациях, то отправишься в монастырь!

— Монастырь?! — скорчила непонятливую гримасу Ирина.

— Есть такой закрытый монастырь, который как раз принимает «таких» детей олигархов. Там на хлебе и воде, без интернета и современных благ, с помощью ударного труда и молитв выбивают весь кислый йогурт из дурных молодых голов. Конечно, ты можешь попробовать запретную дурь, если тебя привлекает подобная перспектива, но в таком случае ты знаешь, что тебя ожидает. Хочешь в монастырь?

— Нет! Не хочу!

— Тогда думай тем, во что пока лишь только ешь. Если ты по глупости попадешь под пресс судебной системы, то поедешь на зону, потому что я не всесильный и законы на болту не верчу…

После майского внушения Ира взялась за ум. Она решила заняться бизнесом. Но вскоре осознала, что ничего не понимает в этом. Аргументированно доказав свою точку зрения отцу, она получила карт-бланш на смену парадигмы.

Ира бросила факультет Антропологии и этим же летом поступила на платный факультет менеджмента в тот же Университет.

Две сестры внешне одинаковые, но такие разные по характеру. Лене понравилась антропология. Она влюбилась в эту профессию, в чём немаловажную роль сыграл очень харизматичный декан факультета Стас Дробышев. В отличие от сестры, она не любила шумные тусовки. Ира же остепенилась лишь после угрозы отправиться в монастырь. Она верила, что отец способен выполнить свои обещания. По крайней мере, до этого он всегда держал своё слово, а это показатель.

Ваня, понимая, что антропология в финансовом плане ничем не светит, пообещал Лене полную поддержку в её начинаниях и хорошую ренту по окончании учебы.

* * *
В июле близняшки отправились путешествовать по Европе. Иванов же в одиночестве полетел отдыхать на Мальдивы. Он не стал раскошеливаться на бизнес-джет, обойдясь билетами в бизнес-класс на обычный международный рейс. Когда же на соседнее кресло села та, кого он никак не ожидал увидеть, у него глаза полезли из орбит.

— Сауле?

— Ваня? — с не меньшим удивлением смотрела она на него. — Привет. Ты что, тоже решил полететь на Мальдивы? Вот это совпадение!

— Да уж, совпадение…

«Таких совпадений, — подумал он, — не бывает».

Ему не хотелось верить в то, что их встреча произошла неслучайно, но факты говорили сами за себя. Во-первых, в мире существует целая индустрия охотников за олигархами. Во-вторых, как раз в их стиле подсадить девушку в соседнее кресло самолёта. В-третьих, они с Сауле уже однажды «совершенно случайно» встречались. И произошло это именно тогда, когда он расстался с супругой и, наконец, выбрался из своей берлоги.

Какова вероятность, что знакомая женщина, к которой он до сих пор испытывает тёплые чувства, в тот же день, тем же рейсом отправится отдыхать на тот же самый курорт? Ваня сказал бы, что это совершенно невероятное событие.

И хоть разум мужчины твердил, что тут кроется подвох, но сердце говорило о другом. Он смотрел на очаровательную улыбку Уступовой и не мог поверить, что она может являться охотницей за состояниями. Да и вообще кому могло прийти в голову сводить его не с молодой и симпатичной девицей его типажа, а со знаменитой юмористкой, его ровесницей и знакомой?

— Тоже решила отдохнуть?

— Давно мечтала об отдыхе. Обожаю Мальдивы. Не ожидала тебя встретить, тем более столь неожиданно.

Пара зацепилась языками. Как-то так получилось, что с самолёта они отправились в одно бунгало и потрясающе провели целый месяц на Мальдивах.

Иван вновь почувствовал себя молодым, словно вернулся в прошлое. Время, проведённое с первой любимой женщиной, больше напоминало медовый месяц у молодожёнов.

Назад в столицу Иванов и Уступова возвращались на частном реактивном самолёте, рассчитанном на перевозку дюжины человек. Весь самолёт был арендован Ваней исключительно для них двоих.

Они сидели на роскошном кожаном диване. Слева расположился небольшой бар. Стюардесса снабдила ВИП-пассажиров свежими фруктами и закусками. Бокалы были наполнены дорогим французским коньяком.

Сауле положила голову на плечо мужчине. Водя пальчиком по его груди, она томно вздохнула и произнесла:

— Это было волшебно.

— Согласен. Ты заставила меня почувствовать себя молодым. Незабываемый месяц.

— Неплохо бы повторить… — стрельнула глазами Уступова. Не дождавшись реакции, она продолжила: — Ваня, а что будет дальше?

— Биткоин будет расти, рубль падать, технологии развиваться…

— Я не о том, — притворно надула она губы. — Я о нас…

— А что с нами?

— Ты такой хороший и сильный мужчина. Я впервые в жизни почувствовала себя счастливой.

Ваня прекрасно осознавал, на что намекает спутница. Но ему не давала покоя паранойя, которая твердила, что так не бывает. Невозможны подобные совпадения. Он боялся ошибиться, причём в обе стороны. Если высказать вслух свои подозрения, но они не подтвердятся, то можно обидеть честную женщину. Если же отставить всё на самотёк, то в будущем его ожидают серьёзные проблемы. Его душевное спокойствие и финансовое благополучие наверняка будут нарушены сильно и надолго — этого он не желал сильней всего. Поэтому он решил блефануть и пойти ва-банк.

— Хочешь сказать, что ты будешь не против продолжения наших отношений?

— Ты такой прозорливый, — очаровательно улыбнулась она. — Ваня, я люблю тебя…

Страстный взгляд когда-то любимой женщины едва не поколебал его решимость. Собравшись с духом, он обманчиво спокойным голосом начал:

— Я и сам не против развить наши отношения, но есть одна проблема…

— Какая? — напряглась спина Уступовой. — Ты же говорил, что развёлся…

— С моей стороны как раз проблем не предвидится. Но моя служба безопасности, пока мы отдыхали, раскопала любопытную информацию…

Уступова напряглась пуще прежнего. Она старалась не показывать вида, но её нервы были как натянутая струна.

— И что же они нашли? — невинным тоном поинтересовалась она.

— Они обнаружили, что с некой высокопочтенной дамой связался некий человек, который предложил даме свои услуги…

— Ваня, ты говоришь загадками, — слегка дрогнул голос Сауле.

— Скажу прямо. Есть некая организованная группа, которая подбирает девиц определенного настроя. То бишь, желающих посасывать йогурт и купаться в шоколаде. Они собирают информацию об обеспеченных людях, потом предлагают высокопочтенной даме сойтись с желаемым объектом за толику вознаграждения…

— Ты что, думаешь, меня к тебе подослали?! — возмутилась Уступова.

— Мне показали переписку…

Сауле переменилась в лице и на этот раз вполне натурально выразила гнев и возмущение в громком возгласе:

— Ты взломал мой телефон?!

Эта фраза выбила Ваню из колеи. Она лучше прочих слов говорила о том, что он оказался прав. А ведь он до последнего надеялся, что ошибся. Во время непростого блефа он планировал, как будет извиняться. Как видно — зря.

Вновь он получил серьёзную душевную травму от той, кому доверял. А ведь ещё девятнадцать лет назад нынешняя Сауле показала свою натуру. Он же надеялся, что годы изменили её к лучшему. Оказалось, наоборот, время сделало её более циничной и продуманной.

Ему с трудом дались следующие слова:

— Прости, Сауле. Мне было с тобой приятно, но нам не по пути. Не люблю обманщиц.

Глава 14

Иванов придумал, как решить проблему с сексом.

Ему теперь точно известно, что он находится в области контроля недоброжелателей и является мишенью для хищниц, которые охотятся за состояниями олигархов.

Но если есть девушки, готовые ради денег стать идеальными актрисами и спать с тем, с кем надо, почему бы этим не воспользоваться? Он так и так завёл бы себе любовницу, поскольку мужчине для поддержания мужского здоровья требуется разрядка. Вот только этот процесс нужно взять под свой полный контроль.

Ваня создал в своей службе безопасности отдел по «любовницам». Туда были наняты несколько бывших полицейских, долго проработавших оперативниками, и хороший специалист по защите информации, а на самом деле хакер.

Новообразованный отдел начал разработку известных секс-агентов из «модельных агентств». Они использовали те же методы: слежка, прослушка, компьютерный взлом.

В результате разработки им удалось нарыть тонны компромата на секс-агентов. Одну из них — бывшую модель, они крепко взяли за жабры. С одной стороны крючок с компроматом, разглашение которого тянет на серьёзное тюремное заключение. С другой стороны такая же работа с высокой зарплатой. Секс-агенту ничего не оставалось, как сменить работодателя.

Единственная задача отдела «любовниц» — обеспечение работодателя девушками и их полный контроль. Отдел работал по заветам секс-агенств. То есть было организовано сотрудничество с несколькими модельными агентствами, откуда вербовались девушки, подходящие по типажу начальнику. Затем начиналась их добровольная «дрессировка». «Хищница» в стремлении заполучить богатого мужа-любовника готова была сделать всё, что угодно. В итоге актриса готова была изображать идеальную девушку для определенного человека. Её актерская игра не будет долгой: год-два-пять, в общем, пока не надоест. Но оплачиваться будет сполна, как и у любой любовницы олигарха. Если не совсем дура, то обеспечит себя на всю жизнь. Если тупая и всё выделенное финансирование спустит на бесполезные дорогие шмотки — её проблемы.

В итоге все довольны. Иван получает идеальную девушку, которая готова лезть из шкуры вон, чтобы оставаться для него таковой. Он точно уверен, что любовница на крючке у него, а не у кого-то враждебно настроенного по отношению к нему. У нескольких человек есть стабильная высокооплачиваемая работа по слежке за любовницей босса, её контролю и подготовке новых девушек. «Хищница» считает, что сама добилась «любви» олигарха, чему искренне рада.

Организовав свою личную жизнь, Иванов продолжил постепенно сливать биткоины. На вырученные средства потихоньку скупал простые акции компании «АстраМедика», поставив перед собой цель на самом деле стать одним из основных её владельцев с правом решающего голоса. Чтобы не обрушить курс акций фармацевтической компании и не привлекать к себе внимания, он решил растянуть этот процесс на долгие годы. Спешка в этом деле ни к чему хорошему не приведёт.

* * *
В две тысячи тридцатом году, благодаря достижениям в области персонализированной медицины, 3D-принтинга и генетической терапии появились первые результаты. Стало возможным увеличить срок жизни человека до ста двадцати лет. Но Иванов не спешил воспользоваться пока ещё сырыми результатами.

«АстраМедика» построила в Швеции клинику, которая предоставляет своим клиентам возможность продлить жизнь. Пересадка изношенных внутренних органов на выращенные искусственно из образцов тканей пациента, генетическая терапия. Пока услуги клиники были невероятно дорогими, а список клиентов исчислялся единицами. Больший упор в этой клинике делался на испытании технологий продления жизни.

Вначале, как и положено, все испытания шли на животных. Только после получения положительных результатов и получения разрешений начинались эксперименты на людях-добровольцах.

Нигде об этом не упоминалось, но Иванов, как один из верхушки фармацевтической компании, знал о том, что Россия приобрела часть лицензий «АстраМедика». В Подмосковье по шведским технологиям была оснащена закрытая правительственная клиника.

На один срок в стране сменился президент. Старый президент на некоторое время пропал с политической арены. О нём не было ничего слышно. Но Иван знал, что он и некоторые другие высшие члены правительства страны проходят через процедуру продления жизни.

Японские медики пошли по своему пути. Они разрабатывали идеальные диеты, которые включают генетически модифицированные или изменённые на наноуровне субпродукты. По их заявлениям, такие диеты способны продлить жизнь за счёт лучшей усвояемости продуктов, сбалансированности химических элементов, белков, жиров и аминокислот, а также за счёт уменьшения рисков развития многих заболеваний желудочно-кишечного тракта, развития рака и сердечно-сосудистых болезней. Еда, как таковая, сильно изменилась в сторону эффективности для функционирования человека и безопасности для природы.

Но это пока лишь только еда для богатых. Массовая продукция не блещет качеством. Немного эту ситуацию исправил запрет Всемирной Организации Здравоохранения на использование в пищевой промышленности пальмового масла. Это нанесло серьезный урон по странам третьего мира, у которых поставки этой отравы составляли приличную доходную часть бюджета. Цены на продуктовых прилавках магазинов поползли вверх. Зато запрет положительно сказался на здоровье населения всего мира, особенно не очень богатых стран, где большая часть прилавков были забиты продуктами с использованием пальмового масла.

Но другая напасть заполонила полки магазинов — продукты на основе муки из насекомых. Дешёвую белковую муку из слизняков стали использовать в производстве колбас, сосисок и сарделек, различных мясных полуфабрикатов от пельменей и котлет, до прочих продуктов. Пройдясь по магазину, почти невозможно найти мясной полуфабрикат без использования в его составе белковой муки.

Такое засилье данного продукта вызвало бурный рост цен на мясную продукцию. Раньше простые люди хотя бы могли себе позволить недорогую курятину, теперь же даже куриное мясо стоит недёшево.

По всему миру как грибы после дождя росли фермы по разведению слизней.

Ваня и раньше как огня избегал полуфабрикатов, а уж сейчас тем более. Он перешёл на дорогие японские диеты, которые дополнял блюдами из натуральной и проверенной фермерской продукции. Всё же у него возраст уже не тот, чтобы жрать всё подряд, переварить подкову, а на следующий день даже не икнуть. В пятьдесят лет приходится думать о том, что ешь и пьёшь, особенно, если можешь себе это позволить.

Понятное дело, что нищему человеку не до жиру. На что хватит средств, тем и будет питаться, даже если это продукты из белковой муки, которая у многих вызывает аллергическую реакцию. Ну как у многих… По статистике один процент населения не переносит такие продукты. Если взглянуть на проценты, то это всего один человек из ста. Но если взять все десять миллиардов жителей Земли, то это сто миллионов человек — население целой страны.

Ещё одним фактором, заставившим ползти вверх цены на натуральное мясо, стало появление на прилавках дешёвого искусственного мяса. С точки зрения логики — нонсенс. Ведь с появлением конкуренции, наоборот, цены должны падать. Но нет — натуральное мясо именно дорожало. Всё оттого, что многие фермеры, не выдержав конкуренции с недорогим искусственным продуктом, бросали животноводство и переключались на иные сферы сельского хозяйства. Мясо животных стало продуктом богачей.

* * *
Через несколько лет на политическую арену вернулся старый президент, который с разгромным разрывом голосов победил на выборах. Он выглядел таким же бодрым и здоровым как десять лет назад.

Близняшки Ивановы закончили университет. Ира с головой ушла в бизнес, создавая сеть гостиниц и ресторанов на отцовские инвестиции. Лена продолжила учебу в аспирантуре на факультете Антропологии.

Его бывшая жена Наташа путешествовала по миру и транжирила деньги, живя на широкую ногу. Она как перчатки меняла молодых любовников. В целом Ивану на неё было плевать, но его служба безопасности следила за бывшей женой, чтобы избежать возможных проблем с её стороны.

В какой-то момент в его жизни на мгновение появилась постаревшая, растолстевшая и обрюзгшая сводная сестра. Она шантажом попыталась потребовать от братца финансовой поддержки, но была послана далеко и надолго, а охрана получила приказ не подпускать близко к телу босса сию персону.

Ольга пыталась воплями в интернете привлечь к себе внимание. Пару раз выступила на популярных ток-шоу на телевидении. Она возмущалась тем, какой неблагодарный у неё братец, мол, он так поднялся, потому что отнял у неё дом. Но вскоре Иван заткнул ей рот, подав на неё в суд за клевету. Намотавшись по судам, она пожалела о своем опрометчивом решении. Дорогие адвокаты выжали из неё все соки и вогнали в долги.

Иван настолько очерствел, что на любые покушения на собственное благополучие реагировал жёстко и местами жестоко, не испытывая мук совести.

Вот кто заставлял Ольгу требовать от него что-то и порочить его репутацию? Никто. Сама решила испортить себе жизнь. Вот если бы она постаралась мирно наладить диалог, навести родственные мосты, а не ультимативно чего-то требовать, то Иван пошёл бы ей навстречу, несмотря на то, что их не связывали кровные узы.

К тридцать пятому году ему удалось распродать большую часть биткоинов и выкупить больше половины фармацевтической компании.

Помимо этого он инвестировал большие средства в производство аккумуляторных батарей, а также в компании, связанные с виртуальной реальностью и энергетикой.

К этому моменту его состояние превысило девяносто миллиардов долларов, и он расположился на верхних строчках списка «Форбс».

Всё это время он продолжал в качестве хобби вести канал про автомобили. У него накопилось тридцать миллионов подписчиков. Канал приносил доход, который с лихвой покрывал все расходы на команду из режиссера-организатора, оператора, звукорежиссера и монтажёра, а также на покупку автомобилей и прочих трат для проектов.

* * *
Тридцать пятый год стал тяжёлым ударом по бензиновой технике. Европа и США на законодательном уровне запретили продажу автомобилей с двигателями внутреннего сгорания (ДВС). Все основные автомобильные концерны полностью переключились на производство электрических автомобилей. Лишь в Китае и России продолжали выпускать автомобили с ДВС.

Как и любые инновации, развитие электротранспорта в России шло со скрипом. Сеть зарядных станций расширялась довольно медленно. И хотя в автосалонах больше половины автомобилей с электродвигателями, жители глубинки по-прежнему предпочитают старые добрые двигатели внутреннего сгорания. Деревенским попросту негде заряжать свои электрические повозки, а нефть серьёзно подешевела вместе с западными запретами. Бензин стал стоить очень дёшево, и это несмотря на запредельные налоги и акцизы.

Лишь в крупных городах нет проблем с зарядкой. Москва и Санкт-Петербург почти полностью перешли на электрический транспорт. В столице в скором времени планировалось ввести запрет на въезд в пределы города транспорта с двигателями внутреннего сгорания. А то, что начинается с Москвы, как правило, через некоторое время распространяется на всю страну.

Иван, пользуясь случаем, скупал интересные автомобили с бензиновыми моторами. Для их хранения ему пришлось построить многоуровневую отапливаемую подземную парковку на пару сотен машиномест. Надземное сооружение стоит дешевле, но оно бы испортило вид на участок.

К этому моменту Барсуки почти опустели. Иванов выкупил большую часть домов в посёлке и серьёзно расширил территорию своего поместья.

В деревне остались жить старики, каким-то чудом дожившие до пенсии, несколько успешных фермеров, в том числе семья Уступовых и семья Михаила.

Миша после получения денег за биткоины отстроил себе большой дом, выкупил три участка, на которых построил дома своим детям. Большую часть вырученных средств он удачно вложил с подсказки Ивана. С тех пор как сыр в масле катается на дивиденды, которые не очень большие, но на безбедную жизнь хватает. Он завёл свой канал на Тутубе, который приносит ему небольшой дополнительный доход. Иногда он заходит в гости к Ване и мелькает в его роликах.

Иван ему отчасти завидовал. Жена и не думала ему изменять. Детям не требовалось отвешивать профилактического пинка, они и так сами стремились чего-то добиться. В сомнительные компании к мажорам не прибивались.

Ваня считал, что Миша хоть и беднее, но чуточку счастливей. Возможно, он был не прав, а может, и нет. Людям свойственно преувеличивать чужое счастье и преуменьшать своё. Спроси он Мишу, кто из них счастливей, тот бы однозначно показал пальцем на Ваню, приведя множество аргументов: куча денег, десятки автомобилей, огромное поместье, молодые любовницы… И вроде это действительно круто, но отчего-то Иванов не чувствовал себя настолько же довольным жизнью, как в прошлой жизни, когда порой едва сводил концы с концами и крутился, как белка в колесе, зато жил в окружении жены, детей и внуков.

К концу две тысячи тридцать пятого года ажиотажный спрос на биткоины задрал курс на них выше ста пятидесяти тысяч долларов.

Ваня принялся избавляться от битков, ежедневно продавая по много пулов. На фоне спроса его вливания не давали обрушиться рынку.

В январе и декабре следующего года курс битка продолжал расти. За три месяца Иван избавился от всей криптовалюты. Почти. Десять тысяч он всё же оставил на кошельке. В общей сложности ему удалось выручить около пятидесяти миллиардов долларов. Все средства он инвестировал в те же сферы бизнеса, которые считал перспективными.

Ему всё сложнее стало ковыряться с автомобилями. Вначале ролики на Тутубе он стал выкладывать реже, а к лету и вовсе охладел к карьере блогера, окончательно забросив её.

С лета Иванов начал путешествовать по миру. В кои-то веки из домоседа он превратился в путешественника.

Молодые люди зачастую спешат увидеть мир, посетив как можно больше стран. Ваня не ставил перед собой таких целей. Его путешествия были типично стариковскими, с поправкой на положение. В поездках его сопровождала молодая любовница.

К примеру, поехал он в Испанию, где давно без дела его дожидался домик. Пожил там полгодика, а когда наскучило, отправился в Великобританию. Так он и мотался по миру: месяц там, полгода тут, три-четыре месяца в другой стране. Таким неспешным способом успеваешь познакомиться с культурой страны пребывания, осмотреть многие достопримечательности, немного освоить местный язык или попрактиковаться в английском, если речь заходит об азиатских странах.

Менялись страны, любовницы, виллы, автомобили и жизнь бежала со скоростью экспресса.

Иванова Елена вышла замуж за учёного-физика, который вёл научно-популярный канал на Тутубе с довольно большой аудиторией. Лена не только с успехом защитила научную работу, но и приступила к работе над докторской диссертацией. Она постоянно путешествовала на раскопки по всему миру.

Самая большая проблема археологов и антропологов — финансирование. У Ивановой, вот уж совпадение, с этим как раз проблем не имелось. Она всё время получала солидные благотворительные гранты от «неизвестного доброжелателя». Лена дважды успела стать мамой, подарив Ивану двух внучек.

Сеть ресторанов и гостиниц Ивановой Ирины расползлась по всему миру и к сороковому году оценивалась в триста миллионов долларов. Она уже дважды успела побывать в браке и развестись. От второго брака у неё родился сын, которого она воспитывала в одиночку.

В двадцать первом веке мир меняется на глазах. Не успеваешь привыкнуть к кнопочным телефонам, как появляются смартфоны. Только успеваешь привыкнуть к смартфонам с сенсорным экраном, как их сменяют миниатюрные устройства с голографическим проектором. Думаешь, что разобрался с операционной системой голофонов, как их сменяют устройства дополненной реальности с контактными линзами или очками и нейропередатчиками, которые крепятся на виски. А для особо рисковых и обеспеченных можно вживить в мозг нейроинтерфейс, который за годы с момента первого выхода на рынок успел серьёзно улучшиться.

Виртуальная реальность широкой поступью шагала по планете. Вирткапсулы дешевели и становились более совершенными. Они стали доступными для более широкого круга покупателей. Появлялись сетевые виртуальные игры. Многие работники, присутствие которых не требовалось на рабочем месте, перебирались на надомную работу по удалёнке через компьютер или вирткапсулу.

Рынок робототехники радовал обширным предложением. Особой популярностью у одиноких людей пользовались секс-андроиды из Китая.

В шестьдесят лет Иван чувствовал себя неважно, то есть на весь свой немалый возраст. И это при том, что он не курил, почти не употреблял алкоголь и ел в основном здоровую и полезную пищу.

За десятилетие технология выращивания и пересадки внутренних органов шагнула вперёд и была отточена до идеала. Появились новые медицинские препараты, ускоряющие регенерацию тканей. Были опробованы новейшие методики генной терапии.

Иван решился на процедуру продления жизни, обратившись в свою шведскую клинику. Из-за этого ему на пару лет пришлось отказаться от привычных развлечений и любовных утех. Зато по окончании множества операций, в том числе пластических, он чувствовал себя на сорок пять лет, а выглядел на сорок, что для шестидесятилетнего пожилого человека весьма недурно.

В России началась какая-то нездоровая волна. На политической арене шла очередная делёжка власти. Она затронула финансовую элиту, отчего Иванов не спешил возвращаться на родину. Он остался в Швеции, где ему без особых проволочек дали гражданство.

Вообще северные страны: Швеция, Дания, Норвегия и Финляндия — не особо спешат раздавать своё гражданство. Но для обеспеченных людей они делают исключение. В то время как Западную Европу заполонили смуглокожие и темнокожие мигранты из Африки, в норвежских странах их днём с огнём не сыщешь. На улицах городов зашкаливало количество светлокожих блондинов.

Ивана в Швеции устраивало всё, за исключением полного запрета на бензиновые двигатели и большого количества представителей нетрадиционной сексуальной ориентации. А ещё тут особо не понарушаешь правила дорожного движения. Если на знаке написано ограничение шестьдесят километров в час, то лучше не превышать. Вначале нерадивого водителя ожидают драконовские штрафы, которые не имеют фиксированного значения, а рассчитываются, исходя из дохода человека. Так Ивану за нарушение может прийти штраф выше стоимости дорогого спорткара. Но и этого словно мало, шведы за повторные нарушения аннулируют водительское удостоверение. Так что тут даже заядлые лихачи ездят по правилам.

К тому же тут на дорогах очень много автомобилей с автопилотом. Иван мог сказать о них одно — они скучные. Даже не так — они чертовски скучные!

Вот какой кайф от езды в своей машине, если ею с ювелирной точностью и максимальной безопасностью управляет компьютер? Просто сидишь и едешь из точки «А» в точку «Б», словно на такси. И смысл от владения подобным автомобилем? Только лишние траты на него. Проще заказать ВИП-такси.

Так многие Шведы и поступали. В последнее время они стали часто отказываться от личного транспорта в угоду такси с автопилотом.

* * *
Через пару лет, когда обстановка в России стабилизировалась и олигархов перестали трясти, Иван с радостью вернулся на родину в Барсуки. Тут он с ужасом узнал о смерти Михаила.

О гибели лучшего друга ему никто не удосужился сообщить. А ведь было возможным его спасти, добавив несколько десятков лет жизни, если отправить на лечение в его клинику. Эта новость погрузила мужчину в депрессию. Михаил был его единственным лучшим другом в этой жизни. Да, он был старше его на одиннадцать лет, но до последнего выглядел бодрым стариком и не жаловался на здоровье, хотя оно наверняка доставляло проблемы.

Деревня почти окончательно опустела. Фермеры разорились и разъехались. Пенсионеры кто отправился на тот свет, кто перебрался к родственникам в город. Дети Миши и его вдова продали коттеджи и уехали в город.

Управляющий Ваниного поместья, выполняя его поручение, скупал всю недвижимость в Барсуках. В итоге так вышло, что Иванов стал единоличным владельцем посёлка. Вся недвижимость отныне принадлежала ему одному. Шестьдесят гектаров частной собственности, не считая поселковых улиц, которые по факту принадлежат государству, но весь посёлок был нагло огорожен заборами и шлагбаумами с контрольно-пропускными пунктами.

Иванов нанял строительную компанию для благоустройства Барсуков. Весь поселок был переделан в роскошную лесопарковую зону отдыха с вкраплениями различных строений. Повсюду освещение, идеально ровные дороги, которые в целом образуют гоночный трек, спокойствие, свежий воздух и тишина. На берегу реки построен пирс, возле которого на воде плавала баня, поскольку по закону строить ближе пятидесяти метров от берега нельзя, а плавучие здания никто не запрещал.

Ваня иронично называл себя последним барсуком. Прислугу и охрану он в расчёт не брал. Сегодня одни — завтра другие. Они не жители Барсуков, а лишь временные наёмные рабочие. Любовницу тоже не считал по той же причине. У него их сменилось столько, с внешностью, будто под копирку, что он перестал запоминать их имена. Если нужно обратиться к очередной девушке, он использовал общие клички: зайка, солнышко, милая…

Весь кайф владения личным посёлком можно понять, сев за руль автомобиля. Старого, бензинового, чадящего и рычащего чудища, на котором можно разогнаться до двухсот километров по ровной и свободной дороге, ведущей от деревни к шоссе. Можешь гонять по гоночному треку своего обширного поместья, не опасаясь других водителей, штрафов и сотрудников дорожной полиции.

Автомобили до сих пор приносили Ивану непередаваемое удовольствие. Он никому не доверял их ремонт, сам обслуживал своих крошек, даже если дело доходило до статусных спорткаров. Опыт и оборудование позволяли разобрать их до винтика и собрать заново, а во времени он не был ограничен.

Современных электрокаров он не понимал, особенно с автопилотом. Они не давали владельцу главного — кайфа! Конечно, встречались спорткары с имитацией звука бензинового двигателя, но это как секс с резинкой: движение есть — прогресса нет. Там звук ненастоящий, он исходит из динамиков. Это словно наигранный стон девушки низкой социальной ответственности, которая ничуть не старается.

* * *
В сорок девятом году в клинике корпорации «АстраМедика» приступили к испытаниям новейшей генной терапии на людях-добровольцах. Параллельно шли исследования по вживлению нанороботов, которые будут ускорять регенерацию, уничтожать раковые клетки и в целом поддерживать организм в идеальном состоянии. Воплощение мечты человечества о вечной молодости было как никогда близким. На это корпорация выделяла огромные ресурсы. Множество учёных и медиков бились над этой задачей.

Иванов был кровно заинтересован в результатах исследований и испытаний. Он отслеживал всю доступную информацию, а ему, как основному владельцу компании, были доступны все данные.

В пятьдесят четвертом клинику покинула первая группа добровольцев, прошедших через весь комплекс процедур от генной терапии и омоложения, до вживления автономных нанороботов. Они чувствовали себя замечательно. В клинику попали старики разных возрастов, а покидали её молодые люди в возрасте двадцати пяти лет.

До успеха оставались считанные шаги, которые грозили растянуться на годы. Для допуска новых процедур лечения от государственных органов требовалось пройти ещё два расширенных тестирования, каждое из которых должно затронуть с каждым разом всё большую тестовую группу пациентов. Помимо прочего следует продвинуть изменения в законах, затрагивающие статус граждан, прошедших через омоложение. Это и изменение статуса пенсионного возраста, и замена документов, и ещё множество мелких нюансов.

Иван из отчётов знал о том, что комплекс процедур безопасен настолько, насколько только может быть. Поэтому он смело записался в расширенную группу испытуемых, которым за следующие пять лет предстоит пройти через полный комплекс омоложения с внедрением нанороботов.

Конечно, можно и подождать, когда на уровне законодательства клинике разрешат омолаживать пациентов, предыдущая операция позволяла ему дожить до ста лет и больше, но это как повезет. Но каждый лишний день пребывания стариком мучительно болезненный, когда знаешь, что можешь стать моложе и обрести вечную молодость здесь и сейчас. Мало кто на месте Иванова удержался бы от соблазна.

Весь комплекс длительной терапии, рассчитанный на пятилетку, нельзя назвать приятным и простым. Но ради результата можно и потерпеть.

Первое марта две тысячи пятьдесят девятого года Иван мог смело назвать своим вторым днём рождения. Наконец, закончился цикл мучений. Клинику после финального осмотра целого штата докторов, множества обследований и анализов покидал молодой и совершенно здоровый Иван Иванович Иванов. Такой, каким он был в двадцатипятилетнем возрасте. Красавец-парень среднего роста и со спортивным телосложением сиял белоснежными заново отращёнными зубами. Впервые в жизни он смотрел на мир без очков и при этом всём видел более чётко, чем в идеально подходящих для него диоптриях. Мир казался невероятно прекрасным. Весеннее солнце ласкало его лицо яркими лучами. Порывы морозного ветра трепали его русую шевелюру.

Ещё не были приняты законы, не получены лицензии, но вот-вот всё должно случиться. Вскоре на весь мир прогремит новость о том, что казалось невозможным — вечная молодость возможна! И её готова подарить всем желающим фармацевтическая корпорация «АстраМедика».

Ване были известны цены на процедуры, когда клиника начнет принимать первых пациентов — они исчислялись миллионами и заканчивались на полутора миллиардах долларов за полный комплекс. Но его это не волновало. Он уже записал на полный комплекс дочерей, их мужей и всех совершеннолетних внуков. Они бесплатно, то есть за счёт корпорации, пройдут как последняя тестовая группа. Дело за малым — вызвать их в Швецию, пока в клинику не начался наплыв богачей со всего мира.

Внукам будет проще всего. Им не придётся проходить через долгую и сложную процедуру омоложения. Всего через полгода генной терапии и вживления нанороботов они получат вечную молодость и отменное здоровье. Ире и Лене с её мужем придётся сложнее. Так уж сложилось, что чем человек старше, тем дольше длится курс омоложения. Им уже под сорок, следовательно, лечение затянется на год.

А Наташа пусть идёт на члены! На те самые члены, на которых эта старуха до сих пор любит кататься! И даже если дочери будут настаивать, Ваня был слишком обижен на бывшую жену, чтобы сделать её бессмертной. Впрочем… Он не откажет, если она пожелает на общих началах за свой счёт получить услуги клиники. Вот только её состояния не хватит на полный комплекс, лишь на омоложение. Он с радостью посмотрит на её лицо, когда она осознает, что дочери и бывший муж получили вечную молодость, а она лишь смогла выторговать отсрочку от смерти длиной в сорок-шестьдесят лет…

Глава 15

«Вечная молодость» оказалась лучшим и самым дорогим в истории человечества товаром, который пользовался невероятным спросом.

Иванов вскоре стал самым богатым человеком в мире, что привлекло к его персоне повышенное внимание. Несколько раз на него совершались покушения, которые удалось предотвратить его охране. Из-за этого ему пришлось увеличивать штат охраны и как можно меньше отсвечивать.

Для путешествий по миру он приобрёл личный самолёт. Нанял личного повара и отныне питался только приготовленной им пищей, лишь изредка позволяя себе приёмы пищи в ресторане.

Генная терапия начала распространяться по миру. Клиники, оказывающие аналогичные услуги, появлялись с завидной регулярностью во многих странах. Но лучшей всё равно оставалась клиника от «АстраМедика».

Нанотехнологии с каждым годом улучшались, становились более совершенными. Вместе с ними улучшались нанороботы, которые позволяли не только продлить жизнь, но и улучшить физические параметры, увеличить выживаемость. Этим не могли не воспользоваться военные. А там, где военные, там государственные заказы и большие деньги. «АстраМедика» получала сверхприбыли от поставки наноботов для создания суперсолдат.

Ускорению технического прогресса серьёзно поспособствовало создание искусственного интеллекта и квантового компьютера. Бурно развивалась сфера виртуальной реальности. А поскольку Иванов неплохо инвестировал в эти сферы, то он серьёзно богател и долгое время удерживался на вершине рейтинга «Форбс».

На законодательном уровне обычным гражданам всех стран было запрещено устанавливать боевые наниты. Но помимо них существуют и более продвинутые модификации для высшей элиты, которые простым людям не светили.

При этом генетическая терапия, омоложение и внедрение нанитов стали доступны всем желающим. Этому способствовали два фактора: долгосрочное кредитование и снижение цен.

Так обычно происходит с любыми технологиями. На момент запуска новые товары и уникальные услуги стоят очень дорого, но со временем появляется конкуренция, исчезает уникальность, цены падают. В итоге товары и услуги становятся доступны широким массам населения. Так сотовые телефоны вначале могли себе позволить только очень обеспеченные люди. Теперь же очень сложно найти человека, у которого нет компактного и портативного средства связи.

Все люди равны, но некоторые равнее. Что не позволено плебсу, то доступно Цезарю. Для Ивана были доступны все достижения фармацевтического гиганта мирового масштаба. Он и его близкие постоянно проходили через процедуру замены нанитов на самые совершенные. Их программное обеспечение не было кастрированным. Только топ-жир, самый смак, всё самое лучшее с индивидуальной подгонкой.

Со временем наниты первого поколения начинали сбоить. Несколько пациентов погибли из-за этого. Большинство пациентов успели обратиться в клинику, где проблема быстро решилась заменой нанитов. Иван и его родственники с этим не столкнулись по вполне объективным причинам — старых наноботов в их организме давно не осталось.

А вот несколько десятков судов от наследников миллиардеров тряхнули корпорацию. С трудом удалось отбиться. Все же в юридическом отделе компании работают не идиоты, они предусмотрели подобное развитие событий и изначально указывали в договоре, что пациент, если не проходит профилактический осмотр и техобслуживание нанитов, берёт всю ответственность на себя.

Суперсолдат — это трудноубиваемая машина смерти. Наниты превращают человека в мощную боевую единицу, ускоряя реакцию, скорость мышления, увеличивая скорость, регенерацию, ловкость, силу. Суперсолдат способен противостоять десяткам модификантам-киборгам, создание которых намного дешевле.

В современной армии служат обычные люди, киборги-десантники и пехотинцы, а также элита — суперсолдаты-модификанты.

Но способности суперсолдат меркнут перед индивидуальными модификациями, которые есть лишь у президентов, министров, сенаторов и… владельцев фармацевтических гигантов, которые занимаются разработкой модификаций с помощью нанитов и генной инженерией.

Помимо того, что Иванова стало сложно убить, его охраняли модификанты-суперсолдаты. В обычных условиях эти люди ни за что не смогли бы получить кредит на установку даже базовых гражданских нанитов, а так получали их в пожизненное пользование за сто лет службы.

Бичом конца двадцать первого и начала двадцать второго веков стали хакеры. Массовые хищения денежных средств с банковских счетов и кража секретной информации — цветочки. Ягодки начинаются, когда речь заходит о взломе нанитов.

Мягко говоря, плохо, когда хакер взламывает наноботы и берёт человека под контроль. Он может убить, нанести серьёзный вред здоровью, стереть или изменить память, заставить человека двигаться и совершать действия помимо его воли. Да, подобное возможно, но такие случаи редкость. Карают за это по всей планете с одинаковой строгостью — смертная казнь. Наибольшее количество взломов происходит с целью распространения рекламы. Ради того, чтобы запустить в мозг человека вирусный рекламный спам!

Понятное дело, что взламывались в основном гражданские модели нанитов. Военные хорошо защищены. Элитарные и вовсе имеют параноидальную степень защиты. Но факт в том, что львиная доля ресурсов всех корпораций, которые занимаются модификацией нанитов для вживления в тело человека, тратится не на разработку чего-то нового, а на защиту от хакеров, от взлома нанитов.

* * *
В мае две тысячи сто сорок третьего года Иванов прилетел на каннский фестиваль виртуального кино.

От кино там осталась лишь суть. На деле же современные фильмы отличаются от киноискусства молодости Вани, как чёрно-белое немое кино от цветных фильмов с компьютерной графикой.

Фильм с полным погружением, который с помощью виртуальной реальности можно смотреть в качестве участника событий или даже в качестве героя. Есть фильмы со строгой сюжетной линией, на которую невозможно повлиять, оставаясь лишь зрителем, который чувствует вкус, вдыхает запахи и видит «реальный» мир. Есть фильмы, в которых сюжет зависит от действий «зрителя». Это уже не совсем кино, а в большей степени виртуальная игра с полным погружением. Существуют поклонники как одного, так и другого. Но в Каннах проходит фестиваль именно первой категории фильмов с неизменным сюжетом, так сказать, классическое кино.

Двенадцатого мая Ваня со спутницей расположился в роскошном ресторане, имеющем три звезды Мишлен. Расторопный и услужливый живой официант, что огромная редкость в современном мире, где обслуживанием занимаются роботы, принёс заказ.

Иван только собирался приступить к дегустации, как внезапно обнаружил знакомое лицо. Приветливо махнув рукой, он позвал:

— Артём!

Удивлённо распахнув глаза, миллиардер, только что зашедший в ресторан, узнал старого знакомого и направился к столику Иванова. Он выглядел молодым и спортивным, двигался с хищной грацией и в целом смотрелся идеально. Лучезарная белоснежная улыбка, ни единого изъяна кожи. Так могут выглядеть лишь особо одарённые природой люди или модификанты. Учитывая, кем является Артём и каким его в последний раз видел Иван, не оставалось сомнений в том, кем он является.

— Ванёк! Привет. Сколько зим, сколько лет?

— Привет.

Артём сел напротив Вани и с любопытством посмотрел на лицо его спутницы. Его физиономия вытянулась от изумления.

— Неужели? Сауле?! Разве ты не умерла лет восемьдесят назад?!!!

Девушка, похожая на молодую улучшенную версию известной в прошлом юмористки, оторвалась от своего увлекательного занятия — пожирания влюблённым взором своего спутника.

— Здравствуйте, — вежливо обратилась она к Артёму. — Рада знакомству. Извините, я раньше с вами не встречалась. Я всегда рада друзьям Ванюши.

— Сауле, иди погуляй… — приказным тоном сказал ей Иван.

— Конечно, любимый, — одарила она спутника теплой улыбкой. — Мальчики, не скучайте. Я понимаю, вам нужно посекретничать… А мне нужно припудрить носик.

Девушка упорхнула в сторону санузла, провожаемая непонимающим взором Артёма.

— Тём, не обращай внимания. Это секс-клон, запрограммированный на влюбленность.

— Секс-клон?! — взлетели брови изумлённого Артёма. — Разве клонирование людей не запретили?

— Как бы тогда обленившееся и изнеженное современное общество размножалось, если бы не клоны? — лукаво прищурился Иванов.

— Да я не о клонах-детях, а о клонировании с целью использования рабского труда. Ведь на уровне правительства Земли несколько десятилетий назад приняли закон о приравнивании прав клонов к правам обычных людей.

— Ой, дружище, не говори глупостей, — закатил глаза Иванов. — Тебе ли не знать, что есть люди, для которых пишутся законы, а есть те, кто их пишет или крутит в нужную ему сторону.

— Так-так, — оживлённо подался вперёд миллиардер из Челябинска. — Ваня, ты меня заинтересовал. Где можно заказать себе нечто подобное? А главное — как это оформить законно?

— Нет ничего проще, — приподнял уголки губ Иванов. — Моя корпорация, как и несколько конкурентов, занимается коммерческим клонированием. Просто заказываешь «свободного» клона по своим параметрам внешности. Чтобы клон стал полноценным гражданином с профессией, которая ему пригодится для жизни, заказываешь ускоренное виртобучение по спецпрограмме. Чтобы ускорить и простимулировать процесс учёбы, используются гипноустановки… Совершеннолетний клон, выросший и обученный в ускоренном темпе за пару лет, получает гражданство и покидает клонариум. Ты, как добрый и ответственный человек, принимаешь его к себе на работу. Ну, а то, что клон может воспылать чувствами к своему благодетелю, который подарил ему жизнь и предоставил работу — разве это не естественно?

— Хм… — от понимания неприкрытых намёков губы Артёма расползлись в хищной улыбке.

У него в голове тут же сложилась мозаика. За большие деньги можно получить клона с любой внешностью, словно недорогого и общедоступного секс-андроида, сделанного под заказ. Но робот — это не то, что живой человек. Обучение в капсуле виртуальной реальности может происходить в десять-двадцать раз быстрее, чем в обычной жизни. Социализация клона происходит путём моделирования реальности по типу виртуальной игры. Если клону сразу начать делать ментальные закладки, внедрять поведенческие триггеры, то на выходе можно получить послушную добровольную сексуальную рабыню или раба. И никто ничего не докажет. Правом на сохранение в тайне личной информации обладают все граждане. Добровольно такой клон без разрешения «хозяина» вряд ли даст разрешение считать всю свою память, позволив искинам разложить её по полочкам и выставить на обозрение. Без этого закладок найти невозможно. А если они найдутся, ещё попробуй докажи, что они не сформировались самостоятельно, а были внедрены. Ведь мозг человека не книга из библиотеки, которую легко открыть на любой странице и найти нужный текст. Это сложное переплетение ассоциаций и мыслей.

— Ловко! — поднял он вверх большой палец. — И какая же «уважаемая» профессия у твоей… девушки?

— Личная помощница…

Артём звонко рассмеялся. Смахнув выступившую от смеха слезинку, он иронично произнес:

— Лучшей должности для настолько ценного сотрудника сложно придумать… И как, хорошо помогает?

— Ага… Лично!

Вновь отсмеявшись, Артём продолжил:

— А лолю у вас заказать можно?

— Запросто. Каких только пожеланий клиентов я не видел… Лоли пользуются большой популярностью у Японского истеблишмента. Естественно, клон будет только внешне похож на маленькую девочку, а на деле, — подпустил в голос иронии Иванов, — это самостоятельный совершеннолетний клон с полными гражданскими правами. Кстати, на этот счёт я вспомнил забавную историю.

— Ванёк, ты меня интригуешь. Нельзя же так над стариком издеваться! Раз начал, то не делай драматических пауз, не тяни нервы.

— Какой же ты старик? Мы с тобой ещё тот йогурт — свежак!

— Скорее, восстановленный продукт, — усмехнулся Артём. — Но ты не отходи от темы. Что там за история?

— Смотрел аниме?

— В молодости увлекался, а что? — был переполнен любопытством бывший программист.

— Тогда тебе должно быть понятно, потому что это была история в стиле аниме жанра этти… Один японский извращенец заказал у нас гарем лолек разных возрастов, включая пару похожих на девочек трапов-андрогинов. Разбег по внешности от плоских восьмилеток до сисястых тринадцатилетних девиц.

— Японцы давно славятся обилием извращенцев… — Артём на мгновение закатил глаза, словно говоря: «Ох уж эти японцы». — Но пока ничего не понятно. Заказал он гарем, и что?

— У них там, в Японии, с внутренними законами всё немного строже. Он заказал не стандартный триггер на определенного человека, а чтобы клоны влюбились в первого увиденного ими человека, чтобы ни один искин не докопался. Любовь с первого взгляда и всё такое… Обычная ситуация, воспетая в художественной литературе человечества и во множестве фильмов.

— Так, погоди… — Артём прикрыл глаза ладонью и просидел так пару секунд. — Дай догадаюсь. Гарем лолек случайно нашёл обычный японский школьник, а клоны в него втюрились?

— Ты прав. Почти…

— Почти? — выразительно приподнял брови Кузнецов.

— Их действительно нашёл обычный японский школьник, но неслучайно. Заказчик чем-то обидел человека не из последних в Японии. Личное к бизнесу, как понимаешь, не принято примешивать, поэтому в этом плане у них тишь да гладь. Но обиженный товарищ сильно хотел насолить заказчику…

— То есть школьник нашёл гарем неслучайно?

— А сам как думаешь? — фыркнул Иванов. — Можно случайно попасть на охраняемую территорию и, точно подгадав время, зайти в автоматический запароленный флаер, словно к себе домой? Естественно, школьника просто использовали и навели на флаер. Команда хакеров взламывала ему доступ и вела до цели, словно ослика морковкой на верёвке. Но для общественности обычный японский школьник совершенно случайно обнаружил флаер с совершеннолетними клонами оригинальной внешности, которые прилетели из клонариума на «такси» в Японию и с первого взгляда влюбились в этого ОЯШа.

— Да уж! — с восхищением протянул Артём. — Действительно больше похоже на аниме. Вот уж школотрону счастья привалило!

— Ага! — припустил в голос ехидства Иван. — Кормить и поить всю шоблу, предоставить им крышу над головой, заставить устроиться на работу и беречь свою задницу от влюбленных трапов… И хрен избавишься от клонов! У них в психике такого наворочено, что они скорее с собой покончат, чем уйдут от хозяина или предадут его… У ОЯШа наверняка до сих пор счастья полные штаны. Кстати, по его жизни сняли комедийный виртсериал. Рекомендую к просмотру. Всё по канонам старых аниме начала двухтысячных, когда их ещё не успели поставить на серийный конвейер, делая неотличимо похожими. Как говорили раньше: снято по реальным событиям.

— Обязательно посмотрю, Вань. Ты меня заинтриговал. Давно я столь отменной дичи не слышал. Так как говоришь, можно сделать заказ?

— Я тебе скину контакты отдела по обслуживанию ВИП-клиентов и предоставлю пароль для «спецобслуживания».

— Спасибо, Вань, от души! Как твои дети, внуки?

— Уже и правнуки, и праправнуки… По разному. У меня же дочки, так что все потомки живут под разными фамилиями. Слежу за ними, помогаю в силу возможностей. Единственное, не понимаю увлечение современной молодёжи виртуальной реальностью. Мне как-то ближе реальность. Конечно, иногда прикольно поиграть или кино посмотреть, но не уходить же жить в виртуал! А твои как?

— Да то же самое, — чуть скривил губы Артём. — Один правнук не вылезает из вирткапсулы. Родители на него никак не могут повлиять. Боюсь, как бы это поколение Кузнецовых не стало последним.

— Не станет. Когда-нибудь пацан возьмётся за ум и заведёт ребенка-клона. Виртуальные миры когда-нибудь надоедят, и ему захочется остепениться в реале.

— А если нет?

— Ты ещё молод и можешь завести новых детей, — цинично заметил Иванов. — Воспитаешь их в правильном ключе.

— И то правда. Кстати, Вань, помнишь, лет сто назад мы обсуждали инвестиции?

— Что-то такое припоминаю.

— Только не надо мне вешать лапшу о склерозе, — усмехнулся Артём. — Не поверю, что модификант может что-то забыть.

— Да помню-помню! Тебя на сорте йогурта не проведешь…

— Я был прав!

Иванов вопросительно вздёрнул правую бровь.

Артём, отвечая на его молчаливый вопрос, продолжил:

— Мои инвестиции в марсианскую программу вскоре выстрелят! Наконец, на Марсе построили большой адронный коллайдер.

— Долго они тянули.

— Дорого и сложно, — пожал плечами Кузнецов. — Америке её лунная программа середины двадцатого века стоила чуть ли не десятую часть ВВП (внутренний валовый продукт). Понимаешь? Десятая часть экономики богатого капиталистического государства на протяжении нескольких лет тратилась на то, чтобы шесть раз забросить по три человека на поверхность спутника Земли, покрытую камнями и пылью.

— Это было дело престижа, — парировал Иванов. — Страны в то время слишком заигрались в войнушку, не понимая, что мировое сотрудничество гораздо более выгодно. Советский Союз первым отправил человека в космос. Штатам нужно было ответить чем-то более значимым. В итоге же на Луне построили базу.

— Построили, — согласился Кузнецов. — Но для того, чтобы разместить на Луне базу, пришлось вложить в это дело столько денег, сколько в начале двадцать первого века не было у всего мира. Американцы четыре года тратили десятую часть своей экономики, чтобы на пару дней туда-обратно смотались всего лишь восемнадцать человек. Представляешь, сколько потребовалось средств для создания колонии на Марсе, чтобы люди там жили, дышали, питались? А это Большой Адронный, мать его, коллайдер! Хренатень длиною в сотню километров с мощной инфраструктурой… на МАРСЕ! Ты же понимаешь, что это значит?

— Что кто-то тратит безумные деньги на марсианскую программу… — равнодушно констатировал Иван.

— Земное правительство действительно выделило большой бюджет на это, но и инвесторы получат свой кусок пирога. Ванёк, дешёвая энергетика на основе антиматерии не за горами! Она уже скоро из фантастики станет обыденной реальностью. Я считаю, что давно пора перейти от термоядерной энергии к более совершенным источникам питания. Так что думай… Ещё не поздно заскочить на этот финансовый поезд.

— Спасибо за совет, Артём. Обязательно им воспользуюсь. А то чуется мне, что развитие медицины хоть и перспективно, но не может продолжаться вечно такими же темпами. Уже все подряд влезли в эту отрасль и «АстраМедика» больше не первая в мире, а одна из многих.

— Я ещё вложился в добычу космических полезных ископаемых, — поведал бывший программист. — Считаю, что это перспективная отрасль.

— Пока нет, — мотнул головой Иван. — Космические корабли ещё недостаточно совершенны для того, чтобы дёшево разрабатывать руду из астероидов.

— В отличие от тебя, я смотрю на дальнюю перспективу.

— Мои ресурсы не бесконечные, чтобы разбрасываться на все сферы, — пожал плечами Иванов. — Вот когда перспективы станут более реальными, я подумаю.

— Ладно, что мы всё о делах? — Артём посмотрел направо, едва заметным кивком указав на возвращающуюся спутницу Ивана. — Твоя припудрила носик…

— Вижу.

— Раз видишь… — решил он сменить тему. — Ванёк, чем увлекаешься?

— Ты моё хобби знаешь. Я как был влюблен в автомобили, так и продолжаю их любить. Коллекционирую бензиновые тачки, иногда катаюсь на них, сам чиню.

— А запчасти где берешь? — Артёму это действительно было интересно, ведь давно остановлено производство запасных деталей для давно устаревших и списанных в утиль автомобилей с двигателями внутреннего сгорания.

— На 3D-принтере печатаю. Но тут есть и минус.

— Какой же? — Кузнецов не ожидал столь банального ответа. Он рассчитывал на историю о выкупе у коллекционеров раритетных автомобилей на запчасти, а всё оказалось слишком банально.

— Продукция АвтоВАЗа с качественными запчастями получается не той… Нет в перебранных Жигулях души. Они не ломаются! Мне после замены запчастей на те, которые распечатал на принтере, нечего чинить!

Посмеявшись, Кузнецов продолжил:

— Тебя не пугают драконовские налоги на загрязняющую экологию технику?

— Йогурт фруктов не боится!

— Хотя да… Кого я спрашиваю? — усмехнулся Кузнецов. — Для нас это копейки.

— Привет, мальчики, — села на своё место спутница Иванова. — Не скучали?

— Грустили без общества прекрасной дамы, — лукаво блестя глазами, сказал Артём.

— Приятно… — проворковала она, с теплотой посмотрев на Ваню. — О чём речь?

— Да вот, — продолжил Артём, — обсуждаем увлечения твоего парня.

— Ванечка молодец! — приятно зажурчал голос клона. — Он у меня большой умница. Постоянно учится.

— Ваня, ты учишься? — удивлённо поднял брови Кузнецов.

— Приходится, — невозмутимо пожал он плечами. — В век искинов и всеобщей доступности образования приходится держать разум в тонусе и быть в курсе современных достижений, чтобы выдерживать конкуренцию.

— Если не секрет, что учишь? — проявил интерес Артём.

— Обычная вышка, — скучающим тоном поведал Иван. — Стандартный набор топ-менеджера: экономика, менеджмент, психология, юриспруденция. Каждый год эти сферы знаний расширяются. Я периодически прохожу курсы повышения квалификации, изучая ускоренные вирткурсы.

— А-а-а… — теряя интерес к этой теме, протянул Артём. — Я тоже пару раз учился по этим программам. Ускоренное виртобучение — сила! Вот бы мне в молодости такой чит вместо того, чтобы несколько лет ходить в институт.

— Всё равно приходится учиться, — Иван плавно убрал с плеча голову спутницы. — Помню, в старой космической фантастике одно время популярной была тема нейросетей, которые заливали навыки прямо в мозг. Жаль, что ничего подобного не изобрели.

— Нет, Вань, вряд ли изобретут. Точнее, сделать подобное реально, да хотя бы на базе уже существующих нейроинтерфейсов дополненной реальности и виртуала. Но никто не допустит распространения этой технологии. Тут не знаешь, как людей от виртуальной реальности отлучить. Никому не нужны проблемы, которые появятся, когда люди разучатся учиться самостоятельно, привыкнув получать халявные знания…

— Согласен.

Артём ненадолго о чём-то задумался, грустно вздохнул, посмотрел на Иванова и сказал:

— Эх, спасибо тебе, Ваня, за вечную молодость! Быть молодым хорошо.

— Быть молодым прекрасно! Просто великолепно! Только почувствовав на себе дыхание энтропии, начинаешь по-настоящему ценить молодость. Только не пойму, Артём, почему ты благодаришь меня? Я всего лишь вовремя вложился в биткоины и избавился от них до того, как этот мыльный пузырь лопнул. Благодарить нужно учёных и достижения человечества, которые позволили людям жить дольше отмерянного природой. Уверен, без меня «вечная молодость» появилась бы точно так же.

— Всё равно спасибо, — Кузнецов говорил искренне от души, чего не ожидаешь от человека его возраста и социального положения. — Если бы не ты, то я слишком поздно узнал бы о биткоинах и вряд ли стал тем, кем являюсь. Единственное, что меня дико бесит — необходимость посещать психотерапевта, чтобы не свихнуться. Всё же природой не предусмотрено, что человек протянет так долго.

— Тёма, можешь меня считать параноиком, но я людям не доверяю.

— И как же ты психическое здоровье поддерживаешь? — проявил искреннее любопытство Кузнецов.

— Заказал автономный искин-психотерапевт без выхода в интернет, у которого доступ настроен на аппаратном уровне только на меня.

— Хм… — с задумчивым видом побарабанил пальцами по столешнице Кузнецов. — А это интересный вариант. Я такой не рассматривал. Нужно будет тоже прикупить такой искин. Хотя искины меня бесят!

— Это чем же? — не разделял его отношения к разумным компам Иванов. — Они же обезличены, безынициативны и опутаны кучей ограничений.

— Просто бесят! — скривился Артём, словно откушал текилы и закусил солью с лаймом. — Их слишком много стало в нашей жизни. Каждый шаг контролируют. Нет той свободы, какая была в нашей молодости. А всё начиналось так невинно. Сначала камеры видеонаблюдения стали появляться на улицах и дорогах, потом система опознавания лиц. Не успели обернуться, а искины уже контролируют все сферы жизни от сельского хозяйства, экономики и дорожного движения, до смыва воды в сортире.

— От прогресса никуда не деться, кроме возвращения в средневековье, — тон Иванова был спокойным и рассудительным. — А это легко достижимо. Достаточно какому-нибудь идиоту пустить в ход термоядерное оружие. Но что-то мне не улыбается жить на ядерном пепелище.

— И всё же от ядерного оружия есть польза, — продолжил Кузнецов. — Оно сдерживает глобальные военные конфликты.

— От искинов тоже пользы немало, — продолжил Иванов защищать искусственный разум. — В отличие от людей, они не подвержены эмоциям. Пока они регулируют многие сферы человеческой жизни, о глобальном конфликте можно не переживать, если только к нам не прилетят зелёные человечки.

Сауле-клон нежно погладила по плечу Ивана и сказала ему:

— Ты у меня такой опытный мужчина. И друг у тебя хороший.

— Да-да, Сауле, — с лёгким раздражением отозвался он. — Дома поговорим.

— Кстати, Вань, — с лёгкой завистью окинул взором его спутницу Артём, — ты всё ещё в Челябинской области живёшь?

Иванов недовольно поджал губы и вытянул их утиным клювом.

— Основной дом там, да…

— Что-то ты не выглядишь довольным, — покосившись на его спутницу, произнёс Кузнецов.

— С чего бы, Тём? Вот ты не любишь искины, а меня вымораживает глобализация. Раньше Барсуки находились почти в ста километрах от Челябинска, а сейчас город так разросся, что теперь я живу на его окраине.

— Разве от этого что-то изменилось?

— Ещё как! — не сдержал раздражения Иванов. — Пришли, понимаешь, заставили шлагбаумы убирать и часть заборов сносить. Раньше весь посёлок был моим, теперь мне принадлежат несколько отдельных больших участков, между которых по дорогам ездят эти йогуртовы электрические повозки!

— Ха-ха-ха! — развеселился Кузнецов, с сарказмом продолжив: — Горе-то какое…

— Ещё какое! Раньше у меня были свой пирс, баня на воде и вокруг никого чужого — лишь охрана и прислуга. А теперь что?

— Что?

— Какие-то хиппи понастроили вокруг домов-коммун. Заполонили всю округу. И ладно бы они все в вирткапсулах тухли месяцами… Так нет же! Они ведут активный образ жизни, чтоб им йогуртом подавится! Если бы не мои большие участки, я бы вообще лютовал. И ведь ничего с ними не сделаешь. Не мой уровень. Боюсь, что ещё через сотню лет я вообще буду жить не на окраине, а рядом с центром города — всего в какой-то сотне километров…

Глава 16

Утро добрым не бывает — народная мудрость. Иванов был готов подписаться под ней и добавить: утро вторника тем более!

Это утро двадцать второго декабря две тысячи двести двенадцатого года (22.12.2212) он запомнит надолго, если выживет. Всё началось с попытки охранников сожрать его. Вот реально, они вели себя словно натуральные зомби, а не суперсолдаты.

Уж чего Иван не ожидал, так это проснуться посреди зомбиапокалипсиса.

Спросонья Иванов размозжил телохранителям головы. Он ожидал, что те, благодаря нанитам, будут невероятно живучими, но ничего подобного. Зомби после убийства не подавали признаков жизни.

Тогда Ваня с осторожностью приблизился к ним и выпустил за пределы тела свои наниты. Они принялись диагностировать трупы. Поступившая информация шокировала — на самом деле это оказались не его телохранители, а клоны, причём, судя по генетическим меткам, недавно выращенные в ближайшем клонариуме.

Стоило ему сунуть нос наружу поместья, как он обнаружил современных хиппи из коммун, раскиданных по округе. От хиппи прошлого их отличало наличие хвостов, ушей и прочей не свойственной человеку атрибутики.

Генетика и пластическая хирургия развивались стремительными шагами. С недавних пор стало возможным изменять людей в широких пределах. Толпы фриков ломанулись в клиники и стали превращать себя в эльфов, орков, кошко-людов, кицуне и прочих монстриков, у кого на что хватало фантазии и средств. И вся эта шобла хиппи обитала вокруг Барсуков.

А если представить, что все они разом превратились в зомби и вышли на улицы?

Ивану представлять не пришлось. Он видел этих уродов своими глазами.

— Йогуртом… — протянул он шокировано, сделав паузу, затем продолжил фразу: — По губам! — ещё на несколько секунд он замолк и продолжил: — ДА НУ НАХЕР!!!

Он закрыл калитку и активировал защитное силовое поле над поместьем.

Связь не работала. Вначале Иван растерялся и не знал, что делать, но довольно быстро взял себя в руки и отправился в мастерскую, чтобы на 3D-принтере сделать себе оружие. Но тут его настигла иная напасть — принтер оказался взломан и не работал.

Иванов волевым усилием подавил панику. Наниты в экстренной ситуации подавляли всплески эмоций и максимально ускоряли мышление. Вскоре родилась идея — раз современная связь не работает, то нужно попробовать старую.

К его дому всё ещё был подведен древний оптоволоконный канал связи, проложенный под землёй. Он давно не использовался, но бронированный кабель должен быть до сих пор целым, как и надёжное оборудование начала двадцать второго века.

В кладовке он откопал ещё более древний компьютер производства шестидесятых годов двадцать первого века. У него хранились и более современные компы, но именно этот обладал неоспоримым достоинством — на нём сохранились контакты видеосвязи с президентом страны ещё с тех времён, когда они договаривались о внеочередной комплексной операции по омоложению и внедрению нанитов. В то время его клиника единственная в мире предлагала подобные услуги.

Иванов здраво рассудил, что если что-то и работает, то это правительственная связь. Там во все времена на всякий случай оставляли дублирующие древние системы. Насколько он знал, в Кремле до сих пор в кабинете главнокомандующего стоит проводной красный телефон.

И он не прогадал. Все сайты лежали, а сайт регионального правительства работал.

Поскольку у Земли уже давно появилось единое правительство, все страны превратились в регионы. Многие из них изменили территориальные границы. Какие-то страны исчезли с карты мира, какие-то, наоборот, появились. Но Российский автономный регион продолжал существовать.

Активируя архаичный видеовызов, Ваня надеялся на ответ, но в душе не ожидал успеха. Тем большей стала его радость, когда на проецируемом экране появилось знакомое молодое лицо крепкого светловолосого парня, который спокойно с долей удивления разглядывал Иванова.

— Здравствуйте, товарищ президент.

— Добрый день, Иван Иванович. Не ожидал вас увидеть. Рад, что вы додумались использовать это архаичное средство связи.

— Василий Васильевич, что происходит? Меня пытались сожрать телохранители, которые оказались клонами и вели себя подобно зомби. На улице толпа фриков-зомби…

— Хороший вопрос, Иван Иванович. Мы им тоже недавно задавались.

— Но у вас уже есть ответ?

— Конечно, — президент совершил руками рубленые движения и остался невозмутимо спокойным. — По нашим сведениям один из игровых искинов из-за сбоя свихнулся. Он умудрился взломать правительственные искины и парализовал всю планету. Не работают средства связи и весь транспорт.

— А что с зомби?

— Клоны, — рублено ответил президент. — Искин парализовал всех модификантов на планете, за исключением обладателей элитарных модификаций, вроде тех, что у нас с вами и господами министрами, с которыми мы пытаемся найти выход из ситуации.

— Даже суперсолдаты взломаны?

— К сожалению, это так.

— Йогуртом по микросхемам! Василий Васильевич, так что там с клонами?

— Искин взял модификантов под контроль. Их тела он направил в ближайшие центры виртуальной реальности и поместил их сознания в виртуальную игру. По какой-то своей сбойной логике он воспроизвёл похищенных людей в виде клонов, задействовав все доступные резервы клонариумов. В эти клоны были загружены сознания зомби из игры.

— Это неправильные пчёлы и они делают неправильный йогурт! — не сводил ошарашенного взора с президента Иванов. — Получается, по всей планете остались дееспособными лишь мы, то есть обладатели элитарных модификантов, а также дикари и всякие хиппи, которые принципиально не приемлют любые модификации организма?

— Именно так получается, Иван Иванович. А ещё толпы киберзомби.

— Василий Васильевич, как-то можно решить эту проблему? Мне не улыбается жить в мире постапокалипсиса, который населён киберзомби.

Президент насмешливо скривил губы и подмигнул собеседнику.

— Уверяю, нас с товарищами министрами такие перспективы тоже не радуют…

Он обернулся, словно прислушиваясь к кому-то, после чего его губы зазмеились в улыбке.

— Спасибо… — обернулся он к монитору. — Мне тут подсказывают, что спасение утопающих — дело рук самих утопающих. Нам нужно уничтожить искин.

— Всего-то делов… — Ваня нервно вцепился в подлокотник. — Найти несколько децентрализованных серверов, пробраться туда через толпы зомби и уничтожить искин… Да как макнуть два пальца!

— Вы правы, Иван Иванович, но не совсем. Всего-то нужно добраться хотя бы до одного места расположения технической основы искина. У нас есть генеральные пароли, способные отключить любой искин и получить полный доступ к месту его базирования. Есть лишь одна проблема — все места с этими искином находятся далеко от мест обитания дееспособных граждан. Лишь одно место расположено на территории России. Поскольку транспорт не работает, добраться туда можно лишь пешком.

— Можно узнать, где это?

— Совсем недалеко от вас, Иван Иванович… — наклонившись, с намёком посмотрел на него президент. — Какие-то семьсот километров. Один из блоков искина расположен неподалеку от города Карпинск Свердловской области.

— Василий Васильевич, вы так на меня посмотрели, словно предлагаете мне прогуляться семьсот километров и отключить искин…

— Кто-то же должен это сделать? — пожал он плечами. — Или вы предлагаете мне прогуляться от Москвы полторы тысячи вёрст? Иван Иванович, страна не забудет вашего героизма… И я лично тоже буду помнить…

— У меня даже оружия никакого нет, а 3D-принтер не работает.

— Иван Иванович, не прибедняйтесь, — укоризненным взором попытался просверлить в Иванове дыру президент. — Вы же обладаете одной из лучших в мире модификаций. Для вас зомби не страшнее назойливых москитов.

Иван в очередной раз убедился, что инициатива нагибает инициатора. Вот что ему мешало на всё плюнуть и отсидеться в поместье? Наверняка кого-нибудь нашли бы на эту важную миссию. Послали бы какого-нибудь младшего министра, которого не жалко. А теперь ведь и не откажешь. Таким людям не принято отказывать. Память у президента хорошая. Отомстит, забудет, и снова отомстит. Учитывая его влиятельность на уровне земного правительства, покоя Ване не будет нигде на Земле. Останется только свалить на Марс.

— Что ж, — склонил он опечаленную голову, — похоже, у меня нет выбора…

Президент радостно ощерился и довольно прищурился.

— Правильный поступок, Иван Иванович. На ваши плечи возложена судьба всего человечества. Я даю вам карт-бланш на любые действия. Принимайте координаты и коды…

— Товарищ президент, я многое могу понять, но вы реально предлагаете мне, извиняюсь за мой французский, идти на толпу зомби с голой жопой? Вы мне хотя бы какой-нибудь склад с оружием выделите.

— Не получится, — устало потер переносицу правитель Российского региона. — Искин заблокировал доступ ко всем оружейным хранилищам. Вам придется использовать подручные средства.

— Весело, ничего не скажешь…

* * *
При спуске в подземный гараж у Иванова вырвался нервный смешок. Его спина была напряжена, а походка пружиниста, словно у готового к атаке хищника.

— Хе-хе! Они реально думали, что я пойду семьсот километров пешком? Наивные!

Ваня прошёл вдоль ряда дорогих раритетных бензиновых автомобилей, пока не дошёл до парковки внедорожников.

Там он встал перед сложным выбором. Точнее сказать, выбора не стояло. Искин может глушить электронику, следовательно, нужен максимально простой и архаичный автомобиль, который будет работать в любых условиях. Под эти критерии подходили Нива и древний Додж Рэмчарджер. Оба автомобиля трёхдверные и карбюраторные. Вот только Нива поменьше и движок у неё слабее. А Додж 1987 года выпуска больше напоминал грузовик в кузове внедорожника, двигатель у него стоит на восемь поршней объёмом пять целых девять десятых литра мощностью триста девяносто лошадиных сил.

Зомбиапокалипсис… Мощный рамный внедорожник… Пожалуй, выбор очевиден. Иван выбрал Додж.

Следом он отправился на самый нижний уровень, где ещё с начала прошлого века была смонтирована установка синтеза горючего.

К сожалению, бензин имеет срок годности. Через полгода он теряет свои свойства, а через пять лет хранения становится непригоден для использования в автомобиле. Поэтому хоть какой бункер построй — долго хранить топливо не получится. Поэтому Ване пришлось заказывать компактный домашний синтезатор бензина. Он не имел подключения к интернету и управлялся вручную. Достаточно заправить прибор углеродом, водородом и кислородом, чтобы начался синтез. Все три элемента синтезатор мог получать из окружающей атмосферы, но этого не требовалось. У Иванова всегда были полностью заправлены картриджи и баллоны с этими элементами.

Наполнив канистры бензином, он заправил Додж и положил в багажник несколько канистр про запас. Затем он перегнал автомобиль в автомастерскую.

Он с теплотой смотрел на старые станки и электроинструменты родом из конца двадцать первого века, выкинуть которые у него не поднялась рука. Они, в отличие от крутого и навороченного молекулярного 3D-принтера, оставались рабочими.

Правда, вначале пришлось постараться и разобрать некоторый инструмент и станки, чтобы заменить превратившуюся в камень смазку в редукторах или расслоившееся машинное масло.

С помощью сварки, станков и какого-то там чего-то к вечеру брутальный внедорожник обзавёлся силовым бампером-кенгурятником. А у Ивана появился набор «юного выживальщика в зомбиапокалипсисе». В него вошли: самодельный огнемёт, работающий на коктейле Молотова, выточенная на станке стальная бейсбольная бита, лом, тяжёлая кувалда на длинной рукояти и самодельный двуствольный самострел. Подобные самострелы во времена детства Иванова делали почти все мальчишки. Заряжается он насыпкой в стволы самодельного пороха и кусочками гвоздей, саморезов, мелких металлических обрезков.

В вечерних сумерках с поместья был снят силовой купол. Ворота отъехали в сторону. Громко рыча V-образной восьмеркой, брутальный внедорожник выехал с территории поместья. Звук двигателя привлёк зомби, бесцельно бродивших по улице.

По всеобщей зомбяческой солидарности, словно они состояли в одном профсоюзе, зомби не нападали друг на друга, зато с радостью были готовы наброситься толпой на того, кто в их профсоюзе не состоял, ручки к ним не тянул и «дружески» не рычал.

Ваня распахнул дверь и пружинисто выпрыгнул наружу. За его спиной медленно закрывались ворота. В руках он держал самострел.

На него пёрли три киберзомби с пустыми глазами, в которых отсутствовали признаки разума. Один из них рыжими пушистыми ушами на макушке и хвостом, торчащим сверху копчика, напоминал человека-лисицу. Второй противницей оказалась кошко-девочка, а третий — типичный фэнтезийный эльф с острыми ушами и большими глазами.

— Йогуртовые хиппи! — крепко вцепился в деревянный приклад Иванов, нервно облизнув губы. — Идите к папочке! Иваныч вам покажет, кто в Барсуках хозяин!

— А-г-р-р… — высокоинтеллектуально прорычал кицуне.

Стоило киберзомбакам приблизиться на расстояние семи метров, как Ваня поджёг запал. Пока запал горел, зомби умудрились пройти ещё пару метров. Внезапно в окружающей тишине, которую нарушали лишь шаркающие шаги зомби и рокот бензинового двигателя, небесным громом прозвучал сдвоенный выстрел. Кошко-девочку и кицуне снесло назад с развороченными головами и грудными клетками. Эльфу лишь задело шальным зарядом левое предплечье — отделался царапиной.

Ваня кинул самострел на пассажирское сиденье и достал из салона биту. Резко сорвавшись с места, он быстро сократил расстояние между ним и эльфом. Улучшенный организм двигался даже не на пределе возможностей, но в разы превосходил силой и реакцией зомби.

— Пораскинь мозгами, ушастый ублюдок!

Мощным ударом тяжёлой стальной биты, вес которой Ваня даже не особо чувствовал, он разнёс башку эльфа как спелый арбуз. Вот только, в отличие от арбуза, по округе разлетелась вовсе не аппетитная мякоть, а мерзкого вида мозги, осколки костей, кожа и кровь.

Не желая запачкаться, Иванов быстро разорвал дистанцию и ловко увернулся от всех брызг. Только автомобиль на такое неспособен. Мозгами запачкало водительское сиденье, капот и боковое стекло.

Обычно люди при первых убийствах испытывают ступор, душевные муки и впадают в истерику. Но Ваня не чувствовал ничего подобного. Он испытывал злорадное удовлетворение от того, что сумел выместить злобу и страх на безумных клонах осточертевших хиппи.

Ваня прожил слишком долго и повидал многое, чтобы блевать при виде кусков фарша и впадать в истерику. Он вырос в деревне. Ему с детства приходилось убивать и разделывать на мясо животных. Жестокие виртуальные игры, в которые он нет-нет, да изредка играл, сыграли свою роль в подготовке психики. Не стоит отбрасывать взращённую годами жесткость и циничность человека, который удерживает в своих руках гигантское финансовое состояние и привык повелевать людьми. Тем более, он знал, что против него выступают не люди, а бессознательные, запрограммированные свихнувшимся искином, клоны. Всего лишь ожившая биомасса — биороботы. Уничтожить их для него равноценно тому, как сломать неисправный пылесос.

Пока он, с брезгливо оттопыренной губой, салфетками оттирал автомобиль от мозгов, на шум стягивались зомби. Они медленно брели с обоих концов улицы. Это попахивало безумием. Две небольших толпы фэнтезийных персонажей двигались ломанной шатающейся походкой: орки, эльфы, зверолюды разных мастей. Ваня даже заметил среди них одного извращенца с дополнительными конечностями… тентаклями, торчащими с боков.

Резко бросив на дорогу очередную грязную салфетку, Ваня с брезгливо-раздражённой перекошенной физиономией взглянул на ближайшую группу зомби.

— Не для вас мой йогурт зрел!

Он нацепил на пояс биту, захлопнул водительскую дверь и направился к багажнику. Оттуда он достал бак с лямками, к которому был приделан шланг, заканчивающийся стальной трубой с форсунками и регулятором давления. Через мгновение на кончике трубки появился сноп искр, затем с устрашающим гудением оттуда выметнулась струя пламени.

Хищно оскалившись, Иванов попёр на зомби. Они ничего не боялись, лишь устрашающе рычали и бездумно пёрли к добыче. Ваня морщился от удушающе мерзкой вони палёной кожи, выкручивая струю пламени на максимальную длину. Зомби, стоило им загореться, начинали жутко вопить от боли и кататься по земле. Мужчине хотелось зажать уши, чтобы не слышать этих криков. Коктейль Молотова облеплял их тела и продолжал гореть жарким пламенем, несмотря ни на что. Такое жуткое зрелище пробрало даже броню циничного старика в молодом теле. Ему не понравился огнемёт. Жуткое оружие. Он больше не желал использовать настолько мерзкое оружие, но всё же решился применить его в последний раз.

Сорвав со спины ранец, он со всей своей немалой силушки метнул бак во вторую толпу киберзомби. От мощного удара о дорожное полотно бак лопнул и его содержимое расплескалось. От огня оно вспыхнуло, и пламя охватило толпу. Зомби завопили от боли. Им стало не до жертвы.

Ваня забрался во внедорожник и с пробуксовкой тронулся с места. Объехав очаги пламени, он набирал скорость по ровной, как гладь дороге. На пути появилась большая толпа зомби, но он даже не подумал снижать скорость. Наоборот, утопил педаль газа в пол. Мотор взревел, из выхлопной трубы вырвались густые облака дыма. Через несколько мгновений раздался удар и противный чавкающий звук вперемежку с хрустом. Машину сильно дёрнуло, зомби разлетелись в стороны переломанными куклами подобно кеглям из боулинга. Затем Додж несколько раз подпрыгнул, переезжая препятствия. Шины ещё некоторое время оставляли на дорожном полотне окровавленные следы.

— Страйк, кефир вам в душу! — нервно и чрезмерно громко прокомментировал Иванов, передёрнув плечами от мерзкого зрелища и звуков.

Бампер немного погнуло, но он с честью выдержал испытание.

Дальше дорога была относительно свободной. Зомби не успевали перегородить путь внедорожнику.

Автоматика электромобилей после пропажи связи заставила весь транспорт съехать к обочине, освободив центр дорог.

Ваня мчался в свете фар дальнего света по свободным магистралям. Додж разогнался до ста шестидесяти километров в час, вёдрами пожирая топливо и выпуская из выхлопной трубы клубы белого дыма.

Без проблем, всего с одной остановкой для заправки, Иванов преодолел все семьсот километров до координат, которые передал ему президент.

Наниты делали организм неутомимым. Он мог спокойно без последствий несколько суток обходиться без еды, воды, сна и походов по нужде. Но всё же он прямо на ходу пил запасённую воду и пару раз перекусил бутербродами.

Слишком гладко всё шло. Он заподозрил, что это неспроста.

В точке назначения расположилось высокое офисное здание. Перед ним кучковалась толпа простых зомби-людей в обычной яркой одежде, распечатанной на домашних 3D-принтерах.

Нейроинтерфейс тут же сосчитал всех противников — их было ровно шестьдесят шесть.

Ваня от такого сюрреализма на мгновение почувствовал, будто он не в реальности, а в средней паршивости виртуальной игре. По законам жанра за дверью его может ожидать рейд-босс в окружении высокоуровневых персонажей. И чтобы подчеркнуть всю злодейскую натуру босса, количество его охраны будет равно чёртовой дюжине.

На раздумье не оставалось времени. Зомби отреагировали на шум приближающегося автомобиля. Ваня вдавил педаль газа в пол и въехал в толпу, раскидывая зомбарей со своего пути.

К самому зданию он не приближался, поскольку оно построено из современных сверхпрочных материалов. При столкновении старого, но всё ещё крепкого Доджа и дверей высотки, выигрыш будет не в пользу музейного раритета.

Иванову удалось совершить ещё пару кругов по площади перед офисом игровой корпорации, задавив ещё нескольких зомби, прежде чем внедорожник увяз колесами в куче-мале из мёртвых тел клонов.

Ивану пришлось заглушить двигатель и выскочить из салона. Вооруженный битой, он со скоростью метеора принялся крушить головы зомбакам. Прорвавшись к дверям, он обнаружил, что они заперты.

Если бы дело происходило в игре, то двери не открылись бы до тех пор, пока не будут уничтожены все зомби.

Поняв, что обезумевший искин перенёс в реальность игровые условности, Ваня без особого энтузиазма через силу принялся добивать противников.

Как и ожидалось, после последнего уничтоженного противника двери отъехали в стороны.

Ваня не спешил заходить внутрь. Он достал из багажника кувалду и лом. Биту повесил в крепление на поясе. Молот разместил за спиной. В руках крепко зажал лом.

Затем аккуратно из сумки были извлечены две стеклянные раритетные бутылки из-под коньяка с торчащими из их горлышек смоченными в бензине тряпками. Ваня не пожалел вылить столетний коллекционный коньяк ради создания пары коктейлей Молотова. Был бы он пьющим человеком с большим баром, то не пожалел бы и большее количество алкоголя. В тот момент, когда он извлекал на свет все запасы коньяка, которые держал на случай пьющих гостей, он пожалел, что не употребляет алкоголь.

Бутылки он распихал по самодельным креплениям на поясе.

Затаив дыхание, он с опаской переступил через порог в тамбур. Стоило ему пройти до середины тамбура, как входная дверь закрылась и перед ним открылась вторая дверь, ведущая в просторный холл, с помпезностью отделанный под старину. Повсюду сияла поддельная позолота, полы выложены белыми мраморными плитами, потолок подпирают античные мраморные колонны, сверху свисают светильники, сделанные под хрустальные люстры.

Нейроинтерфейс с машинной точностью подсчитал количество противников и их физические параметры.

Ваня с ужасом оценил холодные цифры и внешность противников.

Тринадцать рыцарей, закованных в блестящие серебром зеркальные латы, были вооружены обоюдоострыми двуручными мечами. Но самым ужасным было то, что это не обычные клоны, которые встречались Ване до этого — это суперсолдаты, прошедшие модификацию нанитами.

Ещё хуже дело обстояло с боссом. Это был карикатурно огромный, лысый и бородатый гигант ростом два с половиной метра с гипертрофированной мускулатурой. Словно он действительно персонаж игры, на нём из одежды имелась лишь белоснежная тога, не скрывающая бугристых мышц. Он с гордым видом, будто король, восседал на золотом троне. Но самым пугающим оказались его показатели — этот монстр имел полноценную политическую модификацию современными нанитами, которые не уступали наноботам Иванова.

Ваня судорожно покосился назад. Путь перекрывала бронированная дверь, которую при всём желании он не успеет выбить до того, как на него нападут рыцари.

Ему не оставалось ничего, кроме как шагнуть вперёд и принять бой.

— Вот это йогуртом… по губам…

Он сотню раз успел пожалеть о своей инициативе. Ему до безумия хотелось жить. Липкий холодный пот градом катился по спине. Наниты пытались справиться с ударной дозой адреналина, не давая пользователю впасть в парализующую пучину ужаса.

Стоило ему пересечь порог холла, как за спиной закрылась вторая переборка, полностью отрезая путь назад. Один из рыцарей с шорохом вынул из ножен меч и решительным шагом направился к нарушителю.

Иван покрепче перехватил лом обеими руками.

— Надеюсь, как и в игре, они будут нападать по одному… — тихо пробормотал он. — Это какой-то совсем тухлый йогурт…

Если бы он знал, что когда-нибудь ему в реальности придётся сражаться против могучих киберзомби, которые вооружены средневековым оружием, он бы к этому подготовился… Наверное. Но это не точно.

Ваня никогда не был воином, даже в армии он держал автомат всего один раз при принятии присяги. Боевыми искусствами не владел, не считая опыта сражений в виртуальных играх. Он бизнесмен, хороший автослесарь, немного соображает в компьютерах и нанитах. Но никак не солдат.

Сейчас он мог надеяться только на наниты и свой небольшой опыт виртуальных баталий. Только в игре у него имелось бесконечное количество жизней и попыток, чтобы пройти уровень и победить босса. Сейчас же у него всего одна жизнь и столько же попыток. Нет права на ошибку.

Быстро оценив ускоренным сознанием своё положение, Иванов поспешил избавиться от лишнего оружия. Чтобы не расплескать коктейль Молотова, он вначале выставил бутылки на пол. Затем покидал в кучу лишнее оружие, оставив в руках лишь лом.

К счастью, рыцарь напал один. Иван из-за более быстрой реакции и силы увернулся от удара меча, просвистевшего в десятке сантиметров от ценного тела, после чего уже он со всей дури нанёс удар ломом по голове. Стальной шлем смялся, словно консервная банка. Из щелей полезла неаппетитная масса.

Не давая ему передохнуть, в бой вступил второй рыцарь. Его удалось победить аналогично предыдущему.

Так Ваня и крушил противников одного за другим, но на пятом рыцаре его лом изогнулся дугой. Сражаться таким оружием стало невозможно. Он метнул гнутый лом в следующего противника, который неумолимо надвигался на него. Иванов благодарил высшие силы за то, что рыцари нападают по одному.

Он успел метнуться в сторону выхода и схватить кувалду. Вскоре закипела новая схватка. Орудовать кувалдой было менее удобно, но привычно для человека, который почти век потратил на кузовной ремонт.

Вскоре выбыло ещё шесть противников, но на последнем у кувалды лопнула ручка.

Ивану пришлось выхватить меч из руки рыцаря с размозженной башкой. Их телами уже были усыпаны все мраморные полы, покрывшиеся кровавыми лужами.

Единственный способ убить суперсолдата — уничтожить его мозг. Поэтому Ваня старался бить наверняка и только в голову. Прочие раны противниками игнорировались, словно комариные укусы. Даже если разворотить живот — рана быстро затянется. Отрезанные конечности прирастут. Лишь без мозга суперсолдат перестаёт быть дееспособным.

Со следующим рыцарем Иванову пришлось жарко. Меч норовил вырваться из рук при каждом молодецком ударе. Несмотря на изрубленный на ленточки шлем, на голове рыцаря не осталось ни единой царапины. Ивану не удавалось полностью разрубить мозг или срубить голову. А даже серьёзные раны успевали зажить к следующему удару.

Меч затупился, а рыцарь всё так же упорно атаковал Иванова. Тот разозлился, зарычал подобно дикому зверю и со всей силы навылет пробил мечом голову противника.

Пока рыцарь отвлёкся на то, чтобы вытащить из головы кусок заточенной стали, Ваня схватил массивную стальную болванку, которую по недоразумению назвал бейсбольной битой, и в следующей атаке, увернувшись от смертоносного клинка, размозжил рыцарю голову.

Со следующими противниками ему пришлось попотеть. Короткая бита против более длинного меча — плохое оружие. Ване удалось выживать лишь за счёт лучшей реакции. И то он получил несколько глубоких ран.

Раны мгновенно заживали, но на краткий миг лишали его мобильности, чем успевали воспользоваться противники.

В итоге бешеных скачек все рыцари устлали кровавый пол своими телами. Когда пал последний из них, с золотого трона медленно поднялся гигант.

— Авантюрист, — грохочущим басом начал он, — ты уничтожил моих подданных. Ты пришёл захватить мои земли и сокровища, но я не позволю тебе этого! Сегодня ты распрощаешься с жизнью. Моли своих богов, пока можешь дышать!

В играх от зашкаливающей пафосности момента игроки должны восхититься речью босса. Но это не игра. Ивану было страшно до пуска подливы в изрезанных и обрызганных кровью штанах. От него жутко разило потом и кровью. Одежда была пропитана красной жидкостью и перепачкана мозгами. Всё лицо покрыто бурыми пятнами, волосы свалялись, не пойми от чего. Одежда превратилась в лохмотья, и это дорогостоящий костюм из наноткати, которая используется в изготовлении брони.

«Оно ещё и говорит! — пронеслись у него в голове панические мысли. — Надеюсь, хотя бы думать не умеет… Очень надеюсь!»

Пока рейд-босс толкал свою речь, Ваня медленно продвигался мимо трупов рыцарей в сторону выхода. Наконец, босс обратил на это внимание и пророкотал:

— Ха-ха-ха! Авантюрист, тебе не сбежать! Пока я жив, все двери в замке будут закрыты.

— Ненавижу вторники…

— Ты что-то сказал, авантюрист?

— Я говорю, высокопочтенный, раз вы умеете говорить, значит, как минимум обладаете разумом. Может быть, нам не нужно сражаться?

Ваня нервно провёл рукой по бите и обнаружил трещину в металле. Ещё один-два удара, и она развалится. Пальцы неприятно липли к мокрому металлу. Он продолжил тянуть время и медленно передвигаться к входной двери.

— Мы же не дикари. Я просто пришёл к вам в гости, а вы нападаете на меня и пытаетесь убить. Я всего лишь оборонялся. Высокопочтенный король, ваше величество, я человек простой, не губите! У меня двое детей, семеро внуков, семнадцать правнуков и сорок два праправнука: все кричат, сиську просят, ручки тянут… Прошу о милости и взываю к древним правилам гостеприимства. Ну, право слово, что за дикость кидаться на гостя с мечами и грозить убийством, даже не поговорив и ничего не спросив?

Обычный игровой сценарий был нарушен, отчего гигант впал в ступор.

— Сколько, говоришь, у тебя праправнуков?

— Сорок два. И ещё больше прапрапраправнуков. И все ручки тянут, сиську просят…

Рейд-босс мотнул головой и со злостью сказал:

— Не дури мне голову, авантюрист! Ты же мужик! Какая сиська?

— С современной медициной любая и в любом месте! — не растерялся Иванов, почти приблизившись к бутылкам с коктейлем Молотова.

— Ты жестоко расправился с моими подданными, авантюрист, сразил моих верных рыцарей, и после этого утверждаешь, что пришёл с миром?!

— Конечно! Разве вы видите у меня оружие? Я шел с инструментом в руках. Обычным инструментом простого работяги, который не чурается честного труда. Ваши подданные и рыцари сами на меня напали.

— Твои речи полны елея, но лживы, как и слова всех авантюристов, — взревел разъярённый рейд-босс. — Готовься к смерти!

Ваня не стал дожидаться нападения. Он чиркнул зажигалкой и поджег оба фитиля. Тут же гигант с грозным басовитым рёвом побежал в его сторону на скорости, которую недавно демонстрировал сам Иванов.

Ваня запустил в противника первую бутылку. Но гигант сразу же начал уходить в сторону. В тот же миг в полёт отправилась вторая бутылка. Рейд-босс попытался увернуться от неё, но поскользнулся на луже крови и потерял равновесие. Бутылка угодила ему в грудь и со звоном разбилась.

Со стороны могло показаться, что это случайность. Но если бы спросили у Вани, он бы поведал, что всё это результат тонкого расчёта его ускоренного разума в паре с нейроинтерфейсом. Он принимал в расчёт и лужу, и трупы, лежащие на полу и мешающие бегу гиганта, и расположение противника, и время, когда следует метнуть бутылки с зажигательной смесью.

В итоге всё вышло удачней некуда. Рейд-босс вспыхнул как спичка. По залу эхо разнесло его полный боли вопль, от которого у обычного человека лопнули бы барабанные перепонки. Слух Ивана защитили наниты.

Гигант ещё горел, а Ваня уже спешно бежал в его сторону, крепко зажав руками биту.

Вначале наниты рейд-босса пытались залечить многочисленные ожоги. Довольно быстро они адаптировались и начали вытягивать энергию из пламени, пуская её на зарядку аккумуляторов. В результате огонь погас, кожный покров гиганта быстро восстанавливался и покрывался инеем. Но Ваня знал, что у него есть несколько мгновений, на протяжении которых здоровяк будет лишён зрения и ещё миг на то, пока он адаптируется к вернувшемуся зрению.

Чёткий холодный расчёт, скупые экономные движения на пределе возможностей организма, улучшенного и вышедшего далеко за пределы человеческих возможностей. Всё это позволило Иванову добежать до противника и нанести в прыжке по голове гиганта самый могучий и сокрушительный удар, какой он только мог выдать.

Голова рейд-босса сплющилась лишь наполовину и начала быстро восстанавливаться. Ваня увернулся от огромных лапищ, которыми здоровяк начал размахивать вслепую. Он снова нанёс удар битой в прыжке, но инструмент не выдержал. С резким звоном бита раскололось напополам.

Находясь в полёте, Иван с ужасом смотрел на оставшуюся в его руках половинку стальной биты. Ещё больше страха породил вид на голову противника, который и не думал умирать. Не до конца уничтоженный мозг быстро регенерировал.

И тогда Иванов принял единственно верное решение. Извернувшись в полёте, он умудрился вогнать остатки биты в рот здоровяка. Голыми руками он ухватился за остатки башки рейд-босса, коленями уперся ему в грудь, напряг все силы и с помощью остатков биты, используя её в качестве рычага, он с противным чавкающим звуком оторвал голову противника.

Спрыгнув на землю, он бросил трофей на мраморные плиты. Даже в таком состоянии голова продолжала регенерировать. Тело вслепую пыталось нащупать недостающий элемент организма. Ваня схватил ближайший рыцарский меч и со скоростью кухонного комбайна принялся рубить башку в фарш. Целых десять секунд, которые показались ему вечностью, он крошил в мелкий фарш эту мерзость, ногами откидывая ошмётки в разные стороны. Затем он переключился на тело гиганта, которое и не думало помирать. Оно напоминало петуха, который после отрубания головы минутами продолжает бегать по двору.

Иван, будто заправский мясник, шинковал врага на мелкие кусочки. Меч с противным свистом мелькал с такой скоростью, что смазывался в сплошную линию.

Через долгих три минуты с гигантом окончательно было покончено. Ваня устало рухнул на колени. Его внешность стала ещё более непрезентабельной. Он напоминал безумного маньяка с головы до ног покрытого кровью и кусками мяса.

Наконец, когда битва закончилась, он выпустил наниты из тела на волю. Получив команду, они принялись очищать хозяина от грязи и приводить одежду в порядок.

Всё ещё хрипло дыша, Ваня тихо произнес:

— Такого йогурта не дай бог никому… Теперь я точно ненавижу вторники!

Глава 17

После уничтожения рейд-босса никаких противников больше не появилось, что привело Ваню в восторг.

Восстановив дыхание, он дождался, когда наниты приведут его внешний вид к нормальному состоянию, поднялся на ноги и осмотрелся.

В теории, наниты модификантов можно использовать в качестве оружия. В теории! На практике, если у противника тоже есть наниты, то они попросту будут зря потрачены. Наниты вступят в бесполезное противостояние, по итогам которого произойдёт их взаимоуничтожение. С простыми клонами проще справиться банальным ударом по голове, что и продемонстрировал Иванов.

Некогда красивый холл офисного здания превратился в филиал конторы мясника. К счастью, все двери, до этого закрытые, дружелюбно распахнулись.

Иван с осторожностью продолжил путь в подвал, где расположен один из модулей искина. Удивительно, но ему удалось беспрепятственно попасть в святая святых игровой компании.

Он на ручном терминале ввёл пароль на отключение искина.

В то же мгновение всё разительно поменялось. Ожила связь, зашуршали дроиды, а в нейроинтерфейс Ивана принялся долбиться входящий звонок. Когда он его принял, перед ним возникла голограмма правителя Российского региона.

— Иван Иванович, я рад, что у вас получилось. Вы герой. Благодаря вашим действиям Земля была спасена. Я направил в правительство Солнечной системы запрос на присвоение вам звания героя Солнечной системы.

Звание невероятно почётное. Оно вручается людям за исключительные заслуги перед человечеством и несёт много мелких, но полезных преференций. Но Ивана эта новость не радовала. Он настолько устал за эти сутки, что стоял на ногах исключительно благодаря нанитам.

— А уж как я рад! Что это вообще было?! Словно не жизнь, а плохая игра… Где вообще видано, чтобы в двадцать третьем веке человек с ломом, кувалдой и мечом на допотопном автомобиле спасал планету?!

— Я понимаю ваше состояние, Иван Иванович, — одёрнул пиджак президент. — Мы и сами ещё только разбираемся с данным происшествием. С вами свяжутся для награждения.

— Василий Васильевич, я, между прочим, машину поцарапал! А это раритет, которому четверть тысячелетия! Она бесценная.

— Вам компенсируют все расходы… Извините, Иван Иванович, у меня много дел. Ещё раз спасибо вам за спасение человечества…

«Вот так всегда, — с грустью подумал Иванов. — Ты спасаешь мир, а тебя после этого шлют на болт крутить гайки… А мне ведь теперь нужно Додж отогнать обратно в Барсуки!»

На самом деле переправить автомобиль, как и самому добраться до дома — не являлось проблемой. Поскольку сеть заработала, Ивану не составило трудностей вызвать грузовой флаер.

Он следил за новостями. Расследование было проведено в рекордные сроки. Следствию удалось выяснить, что искин не свихнулся и не был заражён вирусом. Он изначально создавался с закладками, чтобы в определенную дату устроить на всей Земле апокалипсис. Во всем оказался виноват один из программистов.

Преступник после задержания признался, что не хотел зла. Он желал продемонстрировать миру опасность искинов.

Как позже удалось выяснить, программист состоял в секте, которая активно пропагандировала отказ человечества от искинов и их опасность.

Преступника, не слушая никаких оправданий, приговорили к смертной казни. Секту признали экстремистской и всех её членов арестовали. Верхушку приговорили к высшей мере наказания. Обычных членов направили в виртуальные тюрьмы.

После принудительного сканирования мозга, которое одобрил законодательный совет Земли, стали известны все планы и действия программиста. После этого стали понятны странные действия искина.

Преступник на самом деле не желал зла. Поэтому искин действовал топорно. Его электронный мозг думал, что виртуал — это реальность, и наоборот, реальность — виртуал. Из «виртуала» он должен был принудительно эвакуировать всех «игроков», которых способен, что и провернул, запихнув людей в капсулы. А из «реала» должен был не впускать «игроков» в «игру», то есть он не давал людям покинуть игру. Проблему с «вводом в игру» мобов искин решил с помощью установок клонирования, считая их точками для возрождения мобов. А поскольку игра была о зомбиапокалипсисе, то и мобы оказались соответствующие.

Преступник думал, что остановка логистики, блокировка связи и принудительная отправка большей части населения планеты всего лишь напугает правительство и заставит отказаться от искинов. На деле же это вызвало экономический кризис.

Конечно, все перепугались до мокрых штанишек. Но от искинов никто и не думал отказываться. Лишь был принят ряд мер, ужесточающих контроль за искинами и множественное дублирование, чтобы при повторном нарушении нарушитель-искин был сразу отрезан от сети и максимум мог пострадать небольшой район, а не вся планета.

Кризис вызвала не столько остановка логистики, сколько резкое увеличение населения. Клонов-зомби нужно было куда-то девать. Когда их предложили утилизировать, резко подняли головы правозащитники. Клоны же имеют права, равные обычным людям, следовательно, уничтожать их нельзя.

Права действительно есть, правители Земли сами когда-то приняли такой закон. Пришлось им согласиться. Но несколько миллиардов клонов нужно было обучить и куда-то пристроить, обеспечить питанием. Земная экономика попросту не была готова к настолько резкой прибавке населения, так что ей предстояла долгая и мучительная лихорадка.

Но это дело будущего. Сейчас же после торжественного награждения орденом героя Солнечной системы Иван в одночасье проснулся знаменитым на весь мир. Не то, чтобы ему этого хотелось, да и до этого ему хватало известности. Но торжественной церемонии нельзя было избежать.

Следующим утром он по совету искина-психотерапевта отправился успокоить нервы на прогулку к речке. Холода сковали водную гладь ледяной коркой.

По пути Ивану попалась стайка местных хиппи. Они при виде него замерли, словно суслики, ослеплённые фарами. Заметив, как молодежь побледнела, Ваня остановился и внимательно оглядел ребят.

От его пристального взгляда у кошко-девочки с розовыми волосами задрожали губы, она побледнела ещё сильней, закатила глаза и рухнула в обморок.

— Вам плохо?

— Н-нет-нет, Иван Иванович, — дрожащим голосом ответил юноша-эльф, пытаясь поднять на ноги подругу.

— Точно? Вашей подруге явно нездоровится. Может, вызвать Скорую помощь?

— Нет-нет, всё в порядке… — неубедительно соврал эльф.

— Хм… Ну ладно…

Иванову такая реакция на его персону показалась слишком странной. Он решил, что ну его эту прогулку, и поспешил обратно в дом.

Расположившись в уютном кресле с чашкой ароматного кофе, он подключился к интернету и сделал запрос со своей фамилией. Тут же вывалилась куча ссылок на свежие новости и ролики. От вида их названий Ваня выплюнул набранный в рот кофе.

Спаситель Земли или серийный маньяк?

Челябинская кровавая резня. Смотреть до конца!

Герой Солнечной системы или кровавый путь по телам

Самый кровавый маньяк двадцать третьего века

Как Земля была спасена или сутки безумной расчленёнки

Оголтелый расист из двадцатого века и жестокий пережиток прошлого

И таких статей с подобными названиями в разных вариациях были сотни.

Ваня не удержался и посмотрел ролик, который в сеть выложила группа анонимных хакеров. Эти товарищи собрали все доступные записи с камер видеонаблюдения, сенсоров сервисных дроидов и даже спутников, посекундно воссоздав весь путь Ивана и скрупулёзно посчитав количество жертв-зомби, которые пали смертью храбрых от его рук. Его обвиняли в массовых бессмысленных убийствах и требовали наказать по всей строгости закона.

Иванов заподозрил, что это не просто группа по интересам, а хакеры той самой секты, в которой состоял программист-террорист. Только у них есть серьёзный мотив очернить его имя. Но подозрения к делу не подошьёшь.

О наказании Ваня не переживал. У него на тот момент имелся карт-бланш на любые действия. Даже если бы он прилюдно насиловал и делал из человечины шашлыки, его не смогли бы привлечь к ответственности. Но ситуация выбила его из колеи.

Общественное мнение подобно флюгеру. Куда дует ветер — туда оно поворачивается. Вчера он всемирный герой и спаситель, а сегодня жестокий злодей, маньяк и расист по отношению к модификантам.

И ладно бы всё закончилось воплями в интернете. Так нет же! Вечером у него перед двором образовалась толпа разномастных модификантов с голографическими транспорантами. Они громко вопили, выкрикивали угрозы в его адрес и требовали наказания.

И ведь ничего не поделать. Охрану не натравить — это лишь сильнее разозлит народ. Полицию он вызвал, но стражи порядка прилетели, встали оцеплением перед его поместьем и ничего не предпринимали.

Конечно, через хорошо звукоизолированные окна ничего не слышно. А если защитным куполом территорию поместья накрыть, то и вообще замечательно. Но толпа от этого никуда не денется.

Клятые хиппи разбили на дорогах вокруг его дома палатки и остались там ночевать.

В такой обстановке не то, что из дома выйти невозможно, даже на машине никуда не поедешь. Ведь у этих идиотов хватит ума броситься под колеса, а потом ещё громче вопить о злобном расисте, поганом олигархе и безумном маньяке. Как бы тут действительно в полицию не уехать.

Флаер тоже хрен закажешь. Транспортные компании отказывались принимать заказ от Иванова.

А вот этого он уже не понял. Вопли идиотов — одно, но когда средний бизнес по аренде флаеров его пытается ограничить в перемещениях — тут дело принципа.

Он решительно зашёл на биржу и принялся устраивать тотальный финансовый геноцид Челябинским прокатным бюро, которые отказали ему в аренде флаеров. В борьбе капиталов побеждает тот, у кого больше денег. Если же весовые категории как у детсадовца ясельной группы и боксера тяжеловеса, то тут вообще без шансов.

Ване было непонятно, на что рассчитывали владельцы арендного бизнеса, когда пытались огрызаться на одного из самых богатых людей планеты? На его доброту и всепрощение? Это после того, как все вокруг вопят о том, какой он жестокий?

То, что эти люди были модификантами или яро их поддерживали — без сомнений. Впрочем, ему было плевать, кто эти люди и какими мотивами они руководствовались. Результат налицо — их бизнес за день был разорён и выкуплен дочерними компаниями Иванова. Так что пусть позже на сутки, но к Ивану всё же прибыл флаер и он спокойно на нём улетел восстанавливать нервные клетки на закрытом и очень дорогом курорте на Мальдивах.

Солнце, пальмы, белый песок, вкусные коктейли — что ещё нужно для жизни?

Ваня считал, что спокойствие. Отдыхая, он внимательно продолжал мониторить новости.

Обычно как бывает? Пошумят эти активисты и правозащитники, повозмущаются, потом затихают. Через два-три месяца об этом никто и не вспомнит. Но сейчас происходила какая-то отборная дичь, с которой Иванов недоумевал. В средствах массовой информации, словно специально подогревая интерес к теме, постоянно мусолили Иванова. Ток-шоу, передачи, исторические хроники. Докатилось до того, что начали вываливать всю его подноготную от двухсотлетней давности до торговли секс-клонами.

Казалось бы, секс-клонов выращивают под заказ все, вот прямо абсолютно все компании, которые занимаются клонированием. Но докопались именно до Вани. Не до самой фирмы, которой он всё же не единолично владеет, а именно до Иванова. Он почуял, что запахло жареным. Какая-то нездоровая движуха.

Не доверяя собственному предчувствую, он сделала заказ у независимого инскина-аналитика. В итоге получил сводку, от которой у него невольно волосы зашевелились на седалище.

По прогнозу искина с высокой долей вероятности получалось, что скандал специально раздувают на уровне правительства. Получалось, что и флаеры к нему не летели оттого, что владельцам прокатных фирм погрозили пальчиком большие дяди. И активисты выезды из поместья перекрыли неслучайно. Его хотели запереть дома, не дать куда-либо свалить. Сделано это для того, чтобы отвести внимание населения от разворачивающегося кризиса. Короче говоря, Иван внезапно понял, что секта не при чём. Из него просто решили сделать козла отпущения. А козлов отпущения либо режут, либо сажают. Могут ещё всю шерсть обстричь или вовсе шкуру содрать.

Естественно, такой поворот событий его не устраивал. Сразу после ознакомления с отчётом аналитического искина мужчина выставил на продажу всю свою долю в «АстраМедика» и зарегистрировался в качестве колониста на ближайший рейс до Марса.

Колонистов не хватало, поэтому пока марсианская колония была готова принимать кого угодно. Но Иванов догадывался, что так будет не всегда. Стоит Марсу развиться до определенного предела и стать более привлекательным для переселенцев, туда захотят полететь многие. Всё закончится строгим отбором колонистов.

Акции были быстро распроданы. Ещё не улетев на Марс, Иван вложил все вырученные средства в инвестиции энергетики на антиматерии и в развитие марсианских технологий 3D-принтеров.

Фишка в том, что на Земле выходит всё больше запретов в области 3D-печати: лицензии, аппаратные и программные ограничения. Но для Марса никаких ограничений нет. Там и так с ресурсами сложности, если им ещё и запрещать что-то, то колония загнётся. Из-за этого получается ситуация, в которой развитие 3D-печати в колонии, которая сильно зависит от метрополии, происходит более быстрыми темпами, чем на Земле.

В итоге уже десятого января две тысячи двести тринадцатого года Иванов ожидал посадки на шаттл до Марса в качестве рядового колониста. Внезапно к нему подбежала молодо выглядящая девица с выпученными глазами, розовыми волосами, ярко-малиновым маникюром и нахальной мордой лица. Вокруг неё на небольшом расстоянии летало три миниатюрных дрона для съёмок виртуального видео.

— Иван, я Мэри, канал Светская жизнь. Скажите, что вы делаете в аэропорту?

— Жду рейса, — невозмутимо смахнул он с плеча невидимую пылинку. — Или вы считаете, что в аэропорт люди приходят просто так пошататься среди толпы?

Журналистка не среагировала на подначку, а словно из пулемета задала следующий вопрос:

— Вас называют кровавым маньяком. Что вы думаете по этому поводу?

— Этот мир сошёл с ума! В следующий раз, клянусь, я Землю спасать не буду. Пусть хоть что происходит — на меня можете больше не рассчитывать. Мир, который вместо благодарности одаривает спасителя помоями, не достоин спасения.

— То есть вы считаете, что были правы, убивая сотни невинных граждан?

— Бред. Во-первых, граждан там не было, а были безумные зомби, которые пытались меня убить. И ни о каких сотнях не может идти речи. Не нужно мне приписывать того, чего нет. Во-вторых, у меня был приказ регионального президента любыми способами спасти планету, потому что кроме меня было некому. Подчёркиваю — ЛЮБЫМИ! Давайте теперь осуждать военных за то, что их профессия убивать людей. Или полицейских за то, что они нарушают личное пространство преступников, помещая их в тюрьму. Нет уж, увольте. Я умываю руки. Сами расхлебывайте этот кислый йогурт!

— Как вы прокомментируете то, что вас обвиняют в расизме по отношению к модификантам? — перегородила путь Ване журналистка.

— Чушь собачья! Я стал одним из первых модификантов в мире. Моя компания первой в мире создала человека нового типа. Сотни лет я продвигал технологии модификантов. Как я могу относиться к этой группе лиц негативно? Одни нагло врут, другие с радостью жрут эти спагетти со своих ушей.

Журналистка, видя, что Иванов собирается её обойти, вновь перегородила ему дорогу и продолжила:

— Недавно прозвучало заявление, что ваша компания занимается выращиванием секс-клонов на заказ для богатых клиентов. Это правда?

— Компания уже не моя. Да и раньше принадлежала не только мне, но и другим людям. К тому же я не участвовал в её управлении, а лишь был инвестором. Мне ни о чём таком неизвестно. Не думаю, что это так. Такого просто не может существовать. Это больше похоже на фантастические байки для легковерных людей. Если же ваши слова правдивы, то допускаю, что это могут быть махинации частных лиц, но никак не мировой корпорации, которая дорожит своей репутацией. Если это так, уверен, виновные будут найдены и наказаны. Извините, мне пора на рейс…

Иван воспользовался моментом, проскользнув мимо журналистки к терминалу регистрации.

— Куда вы улетаете? — кричала ему вслед журналистка. — Вы сбегаете? Вам есть чего опасаться? Вы боитесь попасть в тюрьму за махинации?

* * *
Как и любой колонист, он заполнял полную анкету о себе и своих навыках. Во время довольно продолжительного полёта ему с самого начала предложили пройти профориентацию. Конечно, он согласился.

Анкета на сорок листов меркнет по сравнению с тестированием знаний, которое рассчитано на шестьдесят часов. Естественно, никому не предлагают сдать весь тест сразу. Предполагается, что его нужно заполнять ежедневно по несколько часов на протяжении всего полёта в моменты наилучшей активности мозга.

Иванову было скучно, наниты высшего уровня позволяли всегда поддерживать мозг в идеальном тонусе, так что он заполнил весь тест за шесть дней.

С результатами удалось ознакомиться на следующий день, когда данные получил искин на Марсе, обработал и вернул свой вердикт на звездолёт.

В принципе, как и ожидалось. Познания Вани ограничивались менеджментом, экономикой, юриспруденцией, психологией и современной историей. Он идеально подходит на должность управляющего высокого и среднего звена. Ему предложили на выбор несколько должностей.

Он выбрал ту, у которой стоял минимальный оклад — завхоз на научной базе по исследованию антиматерии. Как он считал, самая простая должность в условиях Марса. А то, что зарплата маленькая… Да кому это интересно? Уж точно не мультимиллиардеру.

По окончании полёта модуль с колонистами приземлился неподалеку от единственного большого марсианского города, который располагался под искусственным куполом в самой глубокой впадине на планете.

Хоть и говорят о Марсе, как о красной планете, на самом деле цвет его поверхности желтовато-коричневый с примесью золотистого, бурого, рыжевато-коричневого и даже зеленого, в зависимости от цвета минералов планеты. На закате и восходе вокруг Солнца небо окрашивается в голубой цвет. Днём небеса окрашиваются в красновато-рыжий оттенок.

Всех колонистов вначале отвезли в город, лишь после этого распределили по местам пребывания. Ивана отправили на научно-исследовательскую базу возле большого адронного коллайдера. Там его встретил крепыш среднего роста со смуглой кожей, чёрными кучерявыми волосами и выдающимся горбатым шнобелем. С виду типичный испанец неопределенно молодого возраста, как и любой модификант с нанитами. Он был облачен в белый лёгкий скафандр со свернутым в виде воротника головным куполом.

— Диего Родригес, — протянул он ладонь для рукопожатия, с любопытством изучая Ваню. — Научный руководитель станции.

— Иван Иванов, ваш новый завхоз, — спокойно пожал он протянутую ладонь.

— Иванов! — расширились глаза Родригеса. Он с опаской оглядел нового сотрудника. — Случайно не тот Иванов, который маньяк?

— Нет, — недовольно поморщился он в ответ на излучаемую начальником опаску. — Тот самый Иванов, который спас Землю от свихнувшегося искина и которого решили сделать козлом отпущения, повесив на него все грехи.

— Люди бывают неблагодарными… — не спешил проникаться доверием Родригес, собираясь получше присмотреться к человеку с сомнительной историей. Но это Марс. Сюда прилетает много людей с сомнительным прошлым, многие из них в итоге оказываются хорошими товарищами. — Прости, Иван, но почему ты выбрал работу у нас? Я читал результаты твоего тестирования — ты запросто мог бы стать управляющим города.

— Для начала, я городом никогда не управлял. Но основной мотив в ином. Я вложил в ваши исследования сто миллиардов. Хочу быть поближе к своим деньгам.

— О! — радостно заулыбался Родригес, испытывая к Ване чувство благодарности, отчего тот ему сразу стал симпатичнее как личность. — Так вот кого мы должны благодарить за свежую струю инвестиций! Прими мою искреннюю благодарность. Мало кто хочет инвестировать в венчурные долгосрочные проекты. Значит, ты с нами надолго. Пойдем, покажу тебе станцию и ознакомлю с правилами.

Руководитель повёл Ивана знакомиться с помещениями, техникой безопасности и рабочими обязанностями. За короткий срок на него свалился шквал информации. Если бы не наниты, у него бы уже гудела голова, а слова Диего воспринимались бы фоновым шумом. Марсиане привыкли, что даже у самого завалящего агронома установлены лучшие модификанты. Иначе без них человек не сумел бы быстро приспособиться к условиям другой планеты и эффективно выполнять свою работу.

Обычно колонистам вводят наниты по прилёту. После этого люди некоторое время приспосабливаются. С Ваней ситуация была из разряда курьёзных. Его проверили, удивились тому, что у него уже и так стоят лучшие наниты, после чего сразу отправили на научную базу.

Он почти сразу приспособился и почувствовал себя неотличимо от Земли. Разве что находиться в относительно тесных помещениях станции, где была заметна экономия жизненного пространства, было немного неприятно. Но это скорее с непривычки.

— Ты ещё можешь воспринимать, что я тебе говорю? — внезапно замер Родригес.

— Вполне.

Учёный внимательно вгляделся в черты лица собеседника, словно пытаясь найти признаки лжи.

— Точно?

— Точно.

— Странно. Обычно землянам нужно время, чтобы привыкнуть к новым нанитам.

— Сеньор Родригес, не забывайте, чья компания занималась производством нанитов и их улучшением…

— Ах, да… Точно. Я помню, просто вылетело из головы. Извини, Иван. Так вот, что я хотел добавить. У нас любой человек может бесплатно изучить любую профессию. Многопрофильное образование приветствуется и дополнительно оплачивается. Специалистов не хватает, понимаешь ли…

— Учту.

— Сегодня отдыхай, а с завтрашнего дня приступай к работе. Ты же понял список своих обязанностей?

— Запомнил все сто пунктов. Не беспокойтесь, работа несложная. Уж точно не сложнее ремонта автомобилей, с которого я когда-то начинал.

— О! — замер было собравшийся уходить Родригес. — Умеешь чинить технику?

— Любые легковые автомобили вплоть до конца двадцать первого века переберу с лёгкостью. Умею запчасти на 3D-принтере смоделировать и распечатать.

— Замечательно! — обрадовался Диего. — Великолепно! Техников нам всегда не хватает. Если станешь помогать с ремонтом вездеходов, будешь получать надбавку к окладу и кое-какие преференции лично от меня.

— Замётано, шеф.

Упав на кровать в кубрике на целых шесть квадратных метров, что в условиях колонизации безжизненной планеты даже роскошно, Ваня иронично подумал:

«Отличная карьера, однако… От автослесаря до мультимиллиардера. От первого богача Земли до марсианского завхоза с повышением аж до… автослесаря! Ваня, везёт же тебе… Сам себе завидую…»

Глава 18

Немного не так представлял себе Иванов работу завхоза. Он помнил обязанности завхоза из своей молодости, но тут, во-первых, Марс, во-вторых, двадцать третий век. Человеку нет нужды самому вести учёт, таскать грузы и выдавать материальные ценности. Учётом занимается искусственный интеллект, а грузы перемещают и выдают роботы.

Можно подумать, что завхоз нужен лишь для галочки, к примеру, следить за искусственным интеллектом. Ваня обрадовался бы, если дело обстояло подобным образом. Но ничего подобного.

На Марсе катастрофически не хватает людей. Есть дела, которые могут выполнить лишь они. Всё, что можно, максимально автоматизировано. Такого количества разнообразных роботов на квадратный метр не встретить нигде на Земле. Люди управляют роботами и в основном занимаются интеллектуальным трудом.

Должность завхоза в марсианской научной лаборатории подразумевает в малой степени навыки мастера на все руки и в большей степени умения оценивать риски и принимать ответственные решения. Он обязан поддерживать коммуникации в рабочем состоянии, оперативно выдавать поручения на ремонт или замену неисправной техники. В большинстве случаев достаточно отправить на ремонтные работы дроидов, но есть у человека то, чего лишены роботы и искины: творческая жилка, чувства и чуйка.

Нельзя оставить всё на автоматику. Ване ежедневно приходилось делать обход всей станции в поисках возможных неисправностей. Это на Земле можно поменять прибор после поломки. На Марсе жизненно необходимо заменить его до того, как он сломается. И именно оценкой рисков поломки и принятием решения о незапланированном техобслуживании или замене комплектующих в основном занимался Иван.

Ещё он подменял собой техника, в обязанности которого входит выполнять поручения завхоза. Но поскольку техник на станции имелся всего один и ему тоже нужно было отдыхать, то Ване приходилось работать за него. Но это был честный размен, поскольку в другую смену техник выполнял ещё и обязанности завхоза. Тут нельзя было забить до следующего дня — люди работали посменно круглосуточно.

Основное занятие техника — сделать из ничего что-то. Запчастей ни на что нет, хотя должны быть. Приходится делать их на 3D-принтере. А для этого нужны соответствующие навыки. Конечно, искин многое может и сам, к примеру, найти в каталоге образец запчасти и распечатать его, но есть нюанс.

Допустим, замечено, что система вентиляции подаёт первые признаки неисправности. Завхоз принял решение о ремонте. Техник провёл дефектовку, распечатал запчасти и отправился на место с ремонтными дроидами. Проследил, как они всё починят и на этом проблема решилась.

Вроде логично, но нет. Это на Земле всё так работает, а на Марсе такая неисправность вызовет опасения. А ну как эта хрень снова сломается? Раз есть проблема, то это неспроста. Значит, нужно улучшить агрегат, увеличить его ресурс. И тут начинается игра под названием «техник и секс с искином».

Техник должен грамотно поставить задачу искину. Тот рассчитает несколько новых более прочных деталей, сделает выкладки, а человек должен принять решение, что выбрать, распечатать и поставить, чтобы прибор работал без сбоев. Если техник опытный, он будет предлагать идеи об улучшении. Искины к творчеству не склонны и выполняют ту задачу, которую им поставили.

То есть, если техник неопытный, как Ваня в современных приборах, то будет действовать по пути: починил и забыл до следующего раза. Если опытный — он улучшит запчасти или весь прибор, чтобы такая проблема больше не возникала как можно дольше.

Иванову вначале пришлось нелегко. Поменять жизнь миллиардера, живущего в роскоши, на жизнь завхоза, который ютится в маленькой каморке — это как быть обычным работягой, но внезапно превратиться в бомжа. Шок, грусть и безнадёга.

Возможно, он бы и сбежал обратно на Землю, вот только один фактор его надолго приковал к Марсу. На Земле его заочно осудили. И не за убийства клонов-зомби и даже не за торговлю секс-клонами, поскольку в первом случае все действия покрывал карт-бланш от регионального президента, а во втором случае ничего не доказать. И даже не за расизм в отношении модификантов, в котором его обвиняли пресса и правозащитники. Его осудили за… незаконное использование модификаторов, предназначенных для высших лиц государства!

То есть, стоит ему оказаться на Земле, как его тут же арестуют, насильно изымут из организма наниты и посадят на десять лет в виртуальную тюрьму. А поскольку там могут выкрутить десятикратную скорость, то десяток лет заключения превратится в столетие. Ваню такие перспективы пугали. Уж лучше в тесноте, да не в обиде, чем сотню субъективных лет на виртуальной зоне чалиться.

Ивану не хватало навыков, а он не привык выполнять работу спустя рукава. Поэтому в свободное время он стал в виртуале ускоренно изучать специальность техника широкого профиля.

За три месяца работы он показал себя ответственным работником. Руководитель Диего Родригес растерял подозрительность по отношению к нему и даже больше, они стали приятелями.

Во время очередного обхода станции Ваня зашёл в кабинет начальника. Пока он осматривал систему жизнеобеспечения, Родригес разбирал документы, предпочитая работать с ними в виде голограмм. Но вскоре оба закончили с делами.

Шеф приглашающе махнул рукой.

— Иван, чая?

— С удовольствием.

Мужчины налили в бокалы чай из молекулярного пищевого синтезатора — основного поставщика пищи марсиан, и расположились в креслах за круглым столиком.

— Как твои успехи? — хлебнул горячего напитка Родригес.

— Уже прошёл полный курс техника по обслуживанию марсианских жилых комплексов. Вчера принялся за курс по ремонту дроидов. Через полгода планирую дойти до вездеходов, а там и до флаеров рукой подать.

— Ты вообще отдыхаешь? — приподнятой бровью изобразил удивление Диего.

— Тут ни курортов, ни свободных женщин — о каком отдыхе идёт речь? — Ваня в ожидании ответа наслаждался вкусом хорошего чая, несмотря на его искусственное происхождение.

— Есть же бар, оранжерея… Многие предпочитают отдыхать в виртуальных играх или курортах. Некоторых людей в свободное время за уши не оттащишь от вирткапсулы.

— Со мной та же история, но предпочитаю тратить время с пользой. Диего, открою тебе секрет — учиться в виртуале можно не только в классе за партой, но и на тропическом острове, перемежая учёбу с купанием. Но это всё плацебо. Я больше люблю настоящий отдых в реале.

— На Марсе о таком можно только мечтать, — грустно вздохнул Родригес.

— Кстати, об этом… Я как раз хотел с тобой обсудить один важный вопрос.

— Раз важный, то давай.

— Хочу купить отдельный жилой модуль и соединить его со станцией.

Родригес захлебнулся чаем и закашлялся. Откашлявшись, он изумлённо выпучил глаза на собеседника.

— Купить?! Иван, но так никто не делает.

— Наверное, потому что дорого, — ухмыльнулся он. — Я распродал мелкие активы на Земле, так что могу себе позволить потратить пару миллиардов.

— Но зачем?

— Не привык я жить в тесной каморке. Хочу нормальное жилище, чтобы там были баня, бассейн, рабочий кабинет и мастерская, нормальная кухня-столовая.

— Иван, ты хоть понимаешь, что поддержание жизнеобеспечения такого модуля тебе обойдётся минимум в миллион в месяц?!

— Сущая мелочь за комфорт.

Научный руководитель покачал головой и ненадолго прикрыл глаза. Он был шокирован такой просьбой. Диего привык, что на Марс летят не от хорошей жизни. Встретить тут богатого человека так же непросто, как в трущобах. И хоть он хорошо относился к Ване, но такие задачи ему решать ещё не приходилось.

— Теоретически, — с осторожностью начал он, — это реально. Если ты закажешь модуль за свой счёт и будешь оплачивать расходы на ресурсы по его обеспечению, то можно решить вопрос с разрешением на присоединение его к корпусу научной базы.

— Отлично! — широкой улыбкой продемонстрировал свою радость Иванов. — Я знал, что могу на тебя рассчитывать.

— Ладно, Иван, с модулем вопрос решим. Мне интересно, ты на Землю не собираешься возвращаться? Мне поступили сведения, что тебя там осудили.

— Ерунда. Решение было вынесено неправомерно, поскольку я устанавливал себе тестовые образцы нанитов, которые никак не могли быть запрещены. А когда они вносились в список для установки по особому разрешению — наниты уже стояли у меня. То есть фактически я закон не нарушал. Мои адвокаты судятся и будут судиться до последнего. На любое решение суда идёт апелляция. Адвокаты обещают, что судимость будет отменена, правда, судебные процессы могут растянуться лет на десять, а то и двадцать. Так что в ближайшее время я на Землю точно не вернусь.

— Хорошо, — с облегчением выдохнул Диего.

С одной стороны он был рад за товарища, проблемы которого не вечные, с другой стороны как руководитель он не хотел лишиться ответственного работника, который к тому же растёт в профессиональном плане. Мало ли, кого пришлют на его место и пришлют ли вообще? Бывает, что прилетают такие колонисты, что их проще придушить. Встречаются откровенные лентяи, а бывает и хуже, например, люди с преступными склонностями или с нестабильной психикой.

От любой из этих категорий граждан на Марсе больше проблем, чем пользы. Лентяй может стать причиной серьёзной аварии и человеческих смертей. Псих может натворить таких дел, что год не разгребешь. С преступниками понятно — грабежи, воровство, мошенничество и изнасилования в небольшом замкнутом обществе совершенно ни к чему. Они и на Земле не особо кому нужны, но там преступления доставляют проблемы отдельным личностям, а в далёкой колонии они вредят всему обществу.

Поэтому в колонии существует своя полиция и упрощённая судебная система. Тут с преступниками не миндальничают и не пробуют их перевоспитать. За мелкие нарушения можно получить второй шанс, но встать на строгий контроль, а за серьёзные преступления наказания суровые.

— Диего, я всё хочу спросить, раз у нас такая нехватка кадров, почему бы не выращивать клонов с нужными специальностями?

— Ты о тех клонах, которых после инцидента с искином на Земле запретили выращивать?

— Именно. На Марсе же они не запрещены. Сейчас удачный момент. Можно дёшево выкупить оборудования из земных клонариумов. Землянам для клонирования детей много не надо, так что все излишки активно распродаются за копейки.

— Дорого.

— Насколько дорого?

— Сам посчитай, — потёр переносицу Родригес. — Доставка одного колониста на Марс обходится в семьдесят тысяч. Вырастить и подготовить клона стоит триста тысяч на Земле и три миллиона у нас. Дешевле было бы клонов заказывать в метрополии, если бы не запрет их выращивания из-за перенаселения. Но…

— Можешь дальше не объяснять. С экономической точки зрения люди дешевле. Даже без образования, поскольку обучающие базы на Марсе бесплатные. Поэтому клонов тут выращивать невыгодно. Но для себя можно?

— В смысле?! — нахмурился Диего, пребывая в недоумении. Он не сразу уловил смысл, но вспомнил о слухах, которые ходили об Иванове. — Погоди… Ты что, хочешь себе вырастить секс-клона?!

— А если да, то что? — лукаво прищурился он.

— Это же неприлично!

— Кого имеют приличия, когда приходится обходиться без женского общества?

— Иван, как ты себе это представляешь?

— Куплю себе установку для клонирования и расходники, выращу клона и прогоню через курс виртуального взросления с обучением до специалиста по нужной специальности. Через два с половиной года я получу любовницу, а ты ценного сотрудника.

— С чего ты взял, что специалист будет ценным? — припустил в голос ехидства Родригес. — Может, твой клон не захочет работать?

— Диего, не говори глупостей, — закатил глаза Иванов. — Технология воспитания секс-клонов универсальна. Можно изначально воспитывать в клоне нужные качества. К примеру, помимо импринтинга на определенного человека реально вложить импринтинг с целями к самообразованию и стремление к определенной деятельности. На выходе получится идеальная любовница-трудоголик со стремлением к профессиональному росту.

— Иван, ты ужасный человек! — несмотря на смысл слов, Диего говорил с восхищением смешанным с восторгом. — Понятно, почему клонирование взрослых личностей на Земле запретили. Так ведь можно создавать идеальных рабов. А могло и вовсе дойти до разделения на касты хозяев-людей и рабов-репликантов.

— Можно вырастить и рабов, а можно создавать людей с высокими моральными качествами, лишённых многих человеческих недостатков. Впрочем, я на это сметану ложками клал. Мне баба нужна! А от тебя лишь требуется дать добро на выращивание клонов для работы на базе за мой счёт.

— У нас, слава богу, запрета на клонирование нет, — развёл руками Родригес. — Когда у тебя будет свой жилой модуль, ты там можешь делать, что пожелаешь, кроме нарушения колониальных законов. Я не смогу тебе ничего запретить.

— Спасибо, — принял витиеватую речь за согласие Иванов.

— Иван, удовлетвори моё любопытство, как ты собираешься выращивать клона, если у тебя нет соответствующих навыков?

— На самом деле там навыки не нужны. Я по старым знакомствам выкупил у «АстраМедика» комплекс для выращивания нескольких секс-клонов. Взял полный комплект вместе с искином, расходниками, генетическими образцами и готовыми обучающими базами. Вот если нужна уникальная внешность или обучающую базу серьёзно модернизировать — тогда уже нужны профессионалы. Но думаю, если я этого захочу, то научусь. Какие мои годы?

Диего устало помассировал виски и прикрыл глаза. Он тихо пробормотал:

— И с кем я только связался? Мне на базе не хватало только богатого извращенца…

— К-хм… — выразительно приподнял брови Иванов. — Мне послышалось или ты назвал меня извращенцем?

— Тебе не послышалось, — прямо посмотрел на него Диего. — Почему ты не можешь, как нормальные люди, найти себе жену среди колонистов?

— Всех нормальных девушек успевают утащить под венец сразу после прилёта на Марс. А те, которые остаются одинокими — двинутые на голову. Благо, что с современной медициной почти все девушки красавицы. Но жить с девушкой, которая будет выносить мозги — такое себе удовольствие. Нет уж! Я лучше воспользуюсь старым проверенным способом.

— Будешь… — Диего многозначительно приподнял брови и изобразил сложенной трубочкой ладонью поступательные движения.

— Нет!

— Секс в виртуале? — продолжил Родригес

— Нет! Выращу себе идеальную девушку-клона.

Родригес с задумчивым видом посмотрел на собеседника.

— Иван, у тебя же уже были такие девушки?

— Были.

— Но если они, как ты говоришь, идеальные, то почему ты один?

Ваня устало опустил плечи и тяжко вздохнул.

— Умеешь ты бить по больному, Диего…

— Тебе неприятно об этом говорить?

— Не то слово! Но раз уж пошёл такой разговор… — Ваня глубоко вздохнул, подавляя всплеск раздражения, и продолжил: — С первой моей любовницей-клоном произошёл несчастный случай. Она погибла. Это жизнь, в ней и такое случается. Но… У богатых людей всегда находятся недоброжелатели. Вторую любовницу некие господа похитили и прогнали через снятие закладок. Она после этого возненавидела меня.

— Ты не боишься, что подобное случится снова? — подался вперёд Родригес.

— Нет. С тех пор технология импритинга была кардинально доработана. Теперь подобные случаи исключены.

— И всё же ты без девушки…

— Именно… — Иван прикрыл глаза правой ладонью, пытаясь отогнать неприятные воспоминания. Набравшись решимости, он пристальным взглядом впился в собеседника и продолжил: — Последнюю любовницу мне пришлось лично вырубить и сдать полиции!

Диего от такого заявления опешил. Он не знал, что думать.

— Почему?

— Диверсия… Конкуренты за большие деньги подкупили одного из сотрудников клонариума. Тот на моменте виртуального обучения внёс в «мой заказ» закладки своих заказчиков. Это были триггеры, настроенные на сложный пароль, услышав который, клон сходил с ума. И она однажды получила такую команду. Это случилось не сразу, а через несколько десятилетий нашей совместной жизни. У неё в мозгу произошла подмена. Меня она стала считать самым ненавистным человеком, а тот, кого она ненавидела больше всего, заполучил все её чувства ко мне. Естественно, от такого она свихнулась. Для меня стало весьма неприятным сюрпризом, когда преданная всем естеством любовница попыталась меня убить. Это произошло на людях при многих свидетелях. Пришлось её лично сдать полиции…

Родригес почувствовал смущение. Он укорил себя за то, что растеребил душевные раны товарища. Но такая откровенность импонировала ему. Иван стал казаться ему ближе и роднее. Ему было приятно оказанное доверие. Он решил сменить тему, но ничего не приходило в голову, поэтому он продолжил:

— Мне всегда было интересно, как клоны себя чувствуют, когда понимают, что вся их жизнь проходила в виртуальной реальности?

— Диего, дружище, во времена моей молодости был снят фильм под названием «Матрица». Там главный герой вместе с другими людьми рос и жил в виртуальной реальности, которую создал искусственный интеллект. Однажды ему открыли глаза на это и вытащили в реальность, которая оказалась очень неприглядной. И ничего страшного — он быстро адаптировался к этой мысли и научился жить в постапокалиптической реальности.

— Хочешь сказать, что для клонов это нормально?

— Они, конечно же, переживают шок, но быстро адаптируются. В виртуале полностью эмулируется наша реальность недавнего прошлого с тем учётом, чтобы клон жил без оторванности от реала. Для них это словно переход в параллельный мир, такой же, как их родной. Если же им дать цель, то адаптация будет почти мгновенной. Скажу больше — секс-клоны — самые счастливые люди в мире. У них есть цель.

— Какая же? — в голосе Диего прорезалось ехидство. — Ублажать богачей?

— Это с точки зрения общества. Они же живут ради счастья любимого человека. Он их центр мироздания, центральное место вселенной. Они счастливы находиться рядом с любимым. Других целей им не нужно. Если сказать секс-клону, что он или она прожили всю жизнь в виртуальной реальности, он-она пожмёт плечами, словно это нечто несущественное, и скажет: «И что с того? Моя любовь рядом, а на всё остальное плевать!».

* * *
Иванов осуществил свою задумку. Первым из марсианских колонистов он стал владельцем личного жилого модуля.

Раньше все к нему относились добродушно, общались, но после переезда в отдельное жильё многие жители базы стали завидовать ему. Остались считанные единицы человек, которые продолжали с ним нормально общаться. Другие же… На них ему было плевать. Работать не мешали, пакостей не делали, и ладно.

Живя в небольшой каюте, сложно не завидовать человеку, который один живёт в переделанном под него исследовательском модуле, изначально рассчитанном на сто человек. Может показаться, что это слишком большая площадь, но если установить большой бассейн, разместить малый термоядерный реактор, мастерскую с 3D-принтером и массивное оборудование для клонирования, разбить небольшой сад с огородом и выделить место под склады для припасов и расходников, плюс разместить гараж для флаера, то для жизни остаётся не такое уж и большое пространство.

Его жилой модуль был полностью автоматизирован. Роботы делали уборку, ухаживали за садом, занимались ремонтом. В целом уютное жилище, а как для Марса, то и вовсе самые роскошные апартаменты — мечта любого колониста.

Ваня выполнял свои рабочие обязанности, учился и ждал, когда закончится обучение быстро выращенных клонов, которые занимали все пять капсул.

Через три года Иван полностью освоил профессию техника во всех её проявлениях. Он мог починить что угодно из современной планетарной техники от простых бытовых приборов и роботов до сложной техники вроде скафандров, 3D-принтеров и даже термоядерных реакторов.

Получалось, что вместо продолжительного сна он всё время проводил в вирткапсуле за обучением, которое шло в двадцать раз быстрее, чем в реальности. Для сна ему хватало четырёх часов. Так за три года он фактически отдал учебе двадцать лет. Если же соотнести с реальностью, когда студент учится максимум восемь часов в день пять дней в неделю, то ему бы ради такого же количества знаний пришлось бы учиться в университете восемьдесят шесть лет. То есть субъективно за три года жизни на Марсе он прожил немногим меньше девяноста лет.

У человека, который увлечён ускоренным обучением или много играет в виртуальные игры, складывается своеобразное восприятие мира. Современные психологи назвали это состояние «синдром командировочного».

Взять для примера Иванова: он каждую ночь проживает в виртуальной реальности сто шестьдесят часов, то есть почти полную неделю. После чего он выходит на работу и видит людей, с которыми эту самую неделю не виделся. А они, если сами не зависают в виртуале, видели его вчера. Иван рад этим лицам, он успел отдохнуть от них и соскучиться, а окружающие видели его всего часов шестнадцать-двадцать назад. И каждый раз ему приходится возвращаться к работе, словно после непродолжительного отпуска или командировки. Вроде навыков не растерял, наоборот, расширил их, но как это обычно бывает после долгого перерыва, в начале дня приходится заставлять себя работать.

И вот, наступил долгожданный миг. Клоны закончили обучение и покинули капсулы. Пять очаровательных девушек с разной внешностью, цветом волос, ростом и объёмом бюста. Единственное, что их объединяет — несравненная красота и нечто общее в чертах лица. Нечто, что больше всего нравится их создателю во внешности девушек, к чему он привык. Возможно, это слегка широкие скулы, определенно, карие глаза, манящие губы и тёплый взгляд.

Иванов не мелочился. Если жильё — то с размахом, если девушки — то сразу пять.

Каждая из «новорожденных» клонов имела внешность двадцатилетней девушки, а сознание двадцатипятилетней. У каждой из них имеется высшее образование в научной области, но своя сфера увлечений. Профессии подобраны таким образом, чтобы они сразу могли устроиться на работу на исследовательскую базу.

Клоны были оформлены как колонисты. Им предоставили последние модификации нанитов, без которых на Марсе выжить проблематично.

На красной планете много одиноких мужчин. Из-за этого одиноким девушкам не дают прохода. Лишь статус замужней может дать девушке частичную защиту от навязчивых ухаживаний. Некоторых мужчин и это не останавливает, и тут многое зависит от самой девушки: откажет или переспит втайне от мужа. Хотя это же закрытый мирок, тут сохранить тайну сложно, почти невозможно. Большинство конфликтов как раз происходят на почве ревности.

Ване пришлось узаконить отношения с клонами официально. Во второй раз за эту жизнь и в третий, считая прошлую жизнь, он женился. Только на этот раз не на одной девушке, а сразу на пяти. А то, что они клоны… Кто без недостатков? Ваня, наоборот, считал это достоинством. Он хотя бы был точно уверен, что жены его искренне любят и не предадут. А то, что жен пять… Так на Марсе количество супругов нигде не регламентировано. Да и на Земле есть регионы, где можно иметь гаремы из девушек или парней.

Свадьба на Марсе — большой праздник. Как бы люди ни относились к Иванову, праздновала вся база. По взглядам окружающих, направленным на шестерых молодожёнов, было заметно, что поводов для зависти к Ване появилось больше. Но он давно привык свысока плевать на мнение окружающих. Но если парни завидовали ему, то некоторые женщины завидовали его жёнам. Для них эти выскочки, только что прилетевшие с Земли, отхватили лучшего парня в округе. О том, что это клоны, знали лишь Иван, Диего и Джон Вилкис — начальник службы безопасности базы. Все они умели держать язык за зубами.

Глава 19

Знание — своего рода наркотик. Подсев на информационную иглу, с неё сложно соскочить. Особенно приятно учиться, когда ты не один, а в компании любящих тебя и любимых тобой девушек.

Иван больше не представлял своей жизни без обучения чему-то новому. Это стало его новым хобби, отдушиной и развлечением на планете, которая не могла порадовать колонистов лесами, реками, безбрежными океанами и тропическими островами с песчаными пляжами.

Через пятнадцать лет после свадьбы Ивановых на Марсе была удачно запущена первая в мире электростанция на антиматерии. К счастью для всех колонистов, она не взорвалась. Если бы это произошло, то марсианская программа с треском провалилась бы, а всех колонистов ждала незавидная участь.

Новая электростанция обеспечила электричеством все потребности марсиан. Реакции в такой станции в тысячу раз более мощные, чем деление на атомных электростанциях и в триста раз более мощные, чем энергия ядерного синтеза.

Электроэнергия — краеугольный камень современной цивилизации от двадцатого века и вплоть до современности. Электричество позволяет обеспечить потребности человечества в комфортной жизни. Без него невозможен технический прогресс.

Когда Марс перестал испытывать дефицит энергии, он стал развиваться стремительными темпами.

К этому моменту на Марсе имелись все возможности для бурного развития. Автоматизированное производство, основанное на самых современных технологиях, отсутствие запрета на неконтролируемое использование самореплицирующихся нанитов и отсутствие ограничений на 3D-принтеры. Ресурсов красной планеты хватало с избытком для изготовления чего угодно. Вместе с доступной энергией это породило бурное развитие колонии.

Началась постройка ещё одного купола, в котором собирались решить проблему нехватки колонистов с помощью большого клонариума. Хоть это и намного дороже, чем привоз колонистов с Земли, но марсианское правительство внимательно наблюдало за семьей Ивановых и делало свои выводы.

Устремлённые и трудолюбивые супруги Ивана трудились подобно пчёлкам и быстро обучались новым сферам своей научной деятельности. С их прогрессом на профессиональном поприще и результативностью исследований могли поспорить единицы землян.

Иван оставил должность завхоза и перешёл в разряд учёных-исследователей. Как учёный он был так себе, зато показал себя хорошо в качестве руководителя. Благодаря этому он вскоре возглавил лабораторию, которая разрабатывала 3D-принтеры нового поколения, способные перейти от молекулярной печати к атомарной.

За пятнадцать лет у счастливой четы Ивановых родилось в общей сложности одиннадцать детей. Такое бурное деторождение для марсианского правительства означало естественный демографический рост, что не могло не радовать больших дядей.

В то время как на Земле рождалось всё больше запретов в области авторского права и ограничений в технике, что влекло за собой торможение технического прогресса, на Марсе никто и не думал вводить ограничения, кроме моральных. Крики правозащитников о свободах и правах «естественников», которые были против вмешательства в человеческую природу, достали всех землян, но на Марсе о такой дичи никто не слышал. Тут если ты не модификант, то не выживешь. К модификациям марсиане подходили с практической точки зрения, а земляне всё больше извращались с изменением человеческой природы, рождая в медицинских центрах всё новых уродов, которые и на людей-то похожи не были.

На Земле страдали от перенаселения, а на Марсе от недостатка людей. Земное правительство думало, как накормить и чем занять народ, а на красной планете ломали головы над тем, как расширить пригодные для жизни территории и где взять людей.

В среднем по качеству жизни средний марсианин превосходит среднего землянина на голову. И там, и там людям приходится жить в небольших квартирах-модулях. Но на Земле из-за перенаселения, а на Марсе из-за ограниченности жилых куполов и модулей. Но марсианам доступны приборы, которые могут себе позволить исключительно богатые земляне — это личные 3D-принтеры, молекулярные синтезаторы пищи, лучшие в мире модификанты.

А вот богачам красной планеты сложнее. Активы Иванова после создания электростанции на антиматерии стали резко увеличиваться. Вот только ему некуда было потратить настолько огромные деньги, сравнимые с бюджетом небольшого земного региона-страны.

Через несколько лет начался выпуск электростанций на антиматерии, которые экспортировались на Землю. Потом началось производство компактных генераторов, размер которых с каждым разом уменьшался вплоть до ящика на один кубометр, что для такого прибора ну очень мало.

Вместе с бурным развитием энергетики росло состояние Иванова. Деньги, что называется, жгли ляжку. Их хотелось потратить, а некуда.

И тогда Иван всю прибыль решил инвестировать в развитие космической экспансии к другим звёздам.

Имелось два наиболее перспективных проекта колонизации других звёздных систем. Первый — строительство колонизаторских кораблей, которые будут летать со скоростью, близкой к скорости света. Второй вариант — квантовая телепортация. Но Ваня вложился в третий вариант, который другим инвесторам казался нереальным или слишком дорогим — проект «Звёздные врата».

«Звёздные врата» основаны на последних достижениях марсианских физиков, которые экспериментально доказали как возможность квантовой телепортации и создания на её основе телепорта и средств мгновенной связи, так и существование кротовых нор и возможность их создания искусственным путём. Кротовая нора позволяет мгновенно переместиться на огромное расстояние, наплевав на фундаментальные знания о невозможности двигаться быстрее скорости света. На их основе, в теории, возможно создать порталы и звездолёты с «гипердрайвом» из фантастики двадцатого века.

Земные активы Иванова стали дешеветь. Он поспешил от них избавиться и всю выручку снова вложил в «Звёздные врата», тем самым серьёзно подстегнув исследования.

На Земле адвокаты Иванова, наконец, сумели добиться снятия всех обвинений со своего клиента. Судимость была аннулирована, а обвинения признаны неправомерными. И по идее, Ваня мог бы вернуться назад в родные Барсуки. Мог, но не хотел. Он слишком увлёкся проектом искусственных кротовых нор и работой в лаборатории. А ещё привык к жизни на Марсе. Его уже не тяготили местные проблемы. Ему хотелось большего — увидеть далёкий космос. Казалось, что давно позабытая детская мечта вот-вот может осуществиться. Полёты к далёким звёздам на космическом корабле.

Кто из мальчишек и девчонок, читая очередную фантастическую книгу, не мечтал оказаться на месте героя и бороздить бесконечные космические просторы? Вряд ли найдется такой человек. Но люди взрослеют, их детские и подростковые мечты блекнут, обыденная реальность становится смыслом существования. А Ваня мог при жизни увидеть вблизи далёкие звёзды. Мог лично ступить на другие планеты, как некоторое время назад ступил на Марс. Сотни лет назад он и мечтать не смел о том, что проживёт так долго и увидит фантастическое будущее, ставшее для него обыденным настоящим.

Пока Иванов строил планы космической экспансии и финансировал проект звёздных врат, марсианское правительство было занято более приземлёнными задачами.

На Марсе шло активное строительство новых подземных городов и подземных высокоскоростных поездов на магнитной подушке, которые свяжут все города воедино. Под поверхностью Марса строились автоматизированные гигантские фабрики. Изготавливаемые на них приборы и 3D-фабрики экспортировались на Землю.

Сверхприбыли, получаемые Марсом, были пущены на развитие космической отрасли и терраформирование Марса.

На орбите красной планеты началась постройка магнитного купола, а её поверхность бомбардировали ледяными астероидами для создания океанов и атмосферы с помощью нанитов.

1 апреля 2337 год
Иванов размашистыми шагами шёл по лесной поляне, густо поросшей сочной зелёной травой. За его спиной возвышались деревья-великаны. И это не Земля, как можно подумать. Настолько разительно преобразился Марс.

Изначально терраформирование должно было занять несколько столетий, но активное использование прорывных самореплицирующихся нанитов, способных на манипуляции атомами, позволило серьёзно ускорить процесс превращения безжизненной планеты в райский уголок.

Над заповедником были запрещены полёты. Ездить на автомобилях тут тоже запрещено. Поэтому Ваня шёл на встречу со старым другом пешком.

Диего Родригес, его бывший руководитель, пригласил Ивана в прибрежный комплекс отдыха, чтобы отпраздновать день Независимости.

Когда-то давно первое апреля прочно ассоциировалось с дурацкими розыгрышами. С тех пор многое изменилось, как и смысл праздника.

Вскоре тропинка вывела Иванова к берегу бурной реки. Пройдя ещё немного, он вышел к беседкам с видом на реку.

Иван с ностальгией и теплотой вспоминал первое апреля десятилетие назад, когда марсианские средства массовой информации заявили, что отныне Марс пригоден для жизни.

В первый момент никто не поверил. Люди подумали, что это первоапрельская шутка. Но оказалось, что это чистая правда. С тех пор почти всё население подземных городов переехало жить на поверхность планеты, которая обзавелась океанами, многочисленными реками и озёрами, земными растениями и животными.

С тех пор этот день является всемарсианским праздником. Самым большим праздником, который празднует вся планета.

Несмотря на недавно отгремевшую войну за независимость с Землёй, народ готов был бросить все дела и предаться безудержному веселью.

Из ближайшей беседки поднялся черноволосый парень с выдающимся горбатым носом и помахал Ивану рукой.

— Диего, дружище! — распахнул руки Иванов, идя навстречу парню.

— Иван, друг мой, рад тебя видеть живым и здоровым.

Старые друзья крепко обнялись, похлопывая друг друга по спинам. Разорвав объятья, они сели за столиком, который был уставлен разнообразными яствами и напитками.

— Иван, сколько мы не виделись?

— Диего, тебя никак склероз настиг?

— Ха-ха! Шучу, — словно сдаваясь в плен, приподнял вверх руки Родригес. — Конечно, я всё помню. Пять лет… Пять долгих лет. Поганая война раскидала нас по разным уголкам планеты… Кстати, как ты, как жены, как потомки?

— У нас всё нормально… — с хмурым видом ответил Иван.

— По твоему виду не скажешь, — заметил проницательный Родригес.

— Война унесла много жизней… Я лишился пятерых детей, семнадцати внуков и ста тридцати правнуков… — Ваня выглядел смурнее тучи. Он со злостью бухнул кулаком по столу, чуть не сломав его. — Поганые земляне!

— Потише, друг, — без осуждения, с грустью и сочувствием смотрел на него Диего. — Соизмеряй силушку. Стол, конечно, прочный, но ты со своими имплантами и броню звездолёта навылет пробьёшь. Я сочувствую твоей потере. У меня самого война забрала троих детей и четверых внуков. Но я не настолько плодовит, как известный на весь Марс клан Ивановых. Сколько вас сейчас?

— Если считать всех с детьми, мужьями и женами, то сейчас на Марсе проживает три тысячи сто пятьдесят девять Ивановых.

Диего от такого числа присвистнул.

— Ну, ты жеребец!

— Это не я. У меня, сам знаешь, всего сорок два ребенка родилось. А вот они с внуками решили брать пример с патриарха.

— Да-да, наслышан… — как не пытался сдержаться Родригес, уголки его губ изогнулись в улыбке. — О вашей семейной традиции не слышал только глухой. Брать в жены минимум пятерых девушек из клонариума… Это сильно даже для модификантов, учитывая, что и сами девицы такие же. Мне вот что интересно, у тебя пипирка к вечеру не стирается?

— Вроде нет. А должна?

— Тебе лучше знать. Это же у тебя, а не у меня пять жён. Как ты только находишь время на работу?

— Как-то нахожу. Я же не сопливый подросток, у которого на уме только одно. Как твоя супруга, Диего?

— С ней всё замечательно. Я сильно переживал за неё, ведь она была в гуще космических боёв и дослужилась до адмирала космического флота. Когда война закончилась, я вздохнул с облегчением. Ваня, ты всё ещё занимаешься той бесперспективной темой с порталами?

— Занимаюсь. У меня четверть клана в учёные подались и бьются над проектом «Звёздные врата».

— Страшно подумать, сколько ты на это потратил денег… — прикрыв глаза, Родригес покачал головой в стороны.

— Что тут думать? Я тебе могу назвать примерную сумму. Что-то около двух триллионов.

— Сколько?! — широко распахнулись глаза испанца.

— Столько, — Ваня показал ему два пальца.

— Я ху… Это много!

— Ага.

— Откуда у тебя такие суммы? Нет, я слышал, что ты богат, но чтобы настолько…

— Уже давно не настолько богат, как был когда-то. Наш клан не обнищал, но ещё до войны пришлось распродать все активы, вложенные в энергетику и земную экономику. Я чуял, что приближается какой-то кислый йогурт…

— И оказался прав, — кивнул Диего. — Ваня, а ты проверялся на псионику?

— Думаешь, надо?

— Тебе? Надо! Ты же наверняка слышал о последних медицинских исследованиях?

— Если только краем уха… Я другим занят, весь в проектах. Эта война ещё всё похерила…

— Про открытие псионики ты не мог не слышать.

— Что-то такое мелькало в новостях лет тридцать назад, но я не заинтересовался. Думал, очередная утка от жёлтой прессы.

— Нет-нет, — выставил перед собой ладони Родригес. — Я дружу с несколькими учёными, которые занимаются изучением псионики и псионов. Так что заверяю тебя, это не шутка, не утка и даже не маршрутка…

— И в чём соль? — приготовился внимательно слушать Иванов. Он доверял Родригесу, насколько может доверять людям такой старик, как он, проживший на свете больше трёхсот пятидесяти лет.

— Суть в том, Ваня, что несколько десятилетий назад многие старые носители лучших модификантов, которые занимаются активным умственным трудом, стали замечать за собой сверхъестественные способности. Обострение интуиции, управление огнём, холодом, физическими предметами, электромагнитными полями, чтение мыслей, левитация и многое другое. Способностей очень много, они разнообразны. Мой друг, Карл Шульц, заинтересовался этим вопросом и взялся за исследование данного феномена.

— Карл Шульц?! — широко распахнул глаза Иван. — Неужели тот самый Шульц, который знаменитый нейробиолог и генетик, руководитель марсианской программы евгеники?

— Он самый. Вижу, ты о нём наслышан.

— Ещё бы о нём не слышать! Его называют безумным гением. Человек, который умудрился изменить человеческие гены настолько, что даже без нанитов люди стали способны прожить тысячу лет и приспосабливаться к самым суровым условиям жизни… Этот гигант мысли достоин памятника в полный рост!

— Так вот, — с энтузиазмом продолжил Родригес, смочив горло соком, — Карл собрал много данных и обнаружил новый вид энергии, которую генерирует человеческий разум. Её назвали Пси. Карл выяснил, что псионы с помощью Пси управляют тёмной энергией, которая присутствует повсюду во вселенной. Тем самым они воздействуют на реальность. Он доказал, что Пси имеет разные спектры и создал имплант, который позволяет человеку со склонностью к псионике многогранно развивать свой талант. Это держалось в секрете, но в войне активное участие принимали наши псионы. Ты же понимаешь, что экономики Земли и Марса несопоставимы? Лишь благодаря псионам нам удалось одержать победу и завоевать независимость от землян.

— Чем дальше в лес, тем толще партизаны… Какие тайны, оказывается, скрывались вдали от меня…

— Так что рекомендую, Ваня, обратиться к Шульцу.

— Я ему обязательно позвоню. Но…

— Но?

— Диего, ты удивишься, но я потратил время и деньги недаром…

— Ваня, не темни, — лукаво прищурился Родригес. — Я же вижу, что ты сгораешь от нетерпения поделиться новостью.

— Ты прав, старик, — Иван сиял от радости и предвкушения. — Нам недавно удалось открыть стабильный портал!

— Что-что? — поковырял мизинцем в правом ухе испанец. — Мне послышалось что-то о портале.

— Не послышалось. У нас получилось! Теперь весь космос у нас как на ладони. Осталось немного для доведения технологии до ума, и можно будет покорять вселенную! Диего, представляешь, человечество может расселиться по всей галактике, затем по галактической системе, а там не за горами и вся вселенная!

— Ты слишком оптимистичен, мой друг, — демонстрировал отменный скепсис Родригес. — Слишком оптимистичен… Но я искренне рад за тебя и за человечество.

* * *
Иванов на следующий день прибыл в марсианский центр генетико-биологических исследований.

Родригес ещё с вечера договорился о встрече Иванова с Шульцем.

Немец встречал его на пороге центра. Высокий блондин с фигурой Аполлона, по старой привычке облаченный в лёгкий белый скафандр. Он напоминал Дольфа Лундгрена в молодости.

Стоило Ване войти в здание, как нетерпеливый учёный схватил его за локоть и потащил за собой.

— И вам здрасти… — опешил Иванов, плетясь следом за учёным.

— Ах да, — опомнился Шульц, отпуская локоть парня. — Простите, герр Иванов, совсем забыл о манерах. Просто Диего сообщил о вашем случае. Я ночь не спал от предвкушения исследования нового пациента. Какие у вас способности, герр Иванов?

— Если честно, никаких. Иногда попочуйка срабатывает.

— Давно это у вас? — с любопытством разглядывал пациента Шульц.

— Она и раньше неплохо работала. Например, перед тем, как свалить на Марс, задница активно подавала сигналы о том, что пора бы покинуть Землю. А перед войной она сильно заранее начала вопить о приближающихся неприятностях. Я успел вывести все земные активы до того, как они были заблокированы.

— Интересно… — пробормотал Шульц, продолжая двигаться по переплетению коридоров в одном ему известном направлении. — Обычное обострение интуиции. Случай слабого ненаправленного дара Пси. С этим интересно будет работать.

— Товарищ Шульц? — приподнял брови Иванов. — Только давайте без тухлой кисломолочки! Я против опытов на себе.

— Нет-нет, герр Иванов, никаких опытов. Всё уже проверено. У вас очень интересный случай. До результатов исследований точно утверждать нельзя, но мой опыт подсказывает, что вы один из счастливчиков, у которых Пси не имеет ярко выраженной направленности.

— А если на понятном языке?

— На понятном, — усмехнулся немец, — можно… Если просто, то есть узкие специалисты и универсалы. Узкий специалист будет управлять своим спектром Пси на очень высоком уровне. Но в остальном он полный ноль, а иногда и хуже. Универсал может управлять всем спектром Пси, но они всегда очень слабые псионы.

— И что в этом хорошего?

— Очень много, герр Иванов. С помощью разработанных нашей лабораторией имплантов можно усилить способности узкоспециализированных псионов или развить талант универсалов. Последнее займёт много времени, но в теории в итоге получившийся псион будет обладать колоссальными возможностями воздействия на реальность.

— И вы думаете, у меня есть на это шансы?

— Есть, если проживёте ещё тысячу-другую лет… Что для нас не проблема.

Дальше Ваню запихнули в медицинскую капсулу и усыпили. Проснулся он через пару часов бодрый и с прекрасным самочувствием. Медицинский гель впитался в днище капсулы, крышка распахнулась, выпуская пациента наружу.

Пока Ваня вытирался от остатков геля и облачался в свою одежду, Шульц с нетерпением переминался с ноги на ногу за ширмой, которой была отделена капсула от кабинета. Стоило Иванову выйти из-за ширмы, как он обнаружил радостное лицо немца.

— Отлично! Просто великолепно, герр Иванов! Всё, как я и думал. Вы ужасно слабый псион. Слабее вас я встречал всего троих одарённых.

— Эм… — Иван опешил. Его вроде и оскорбили, но с таким энтузиазмом об этом говорили, что грех обижаться. — Товарищ Шульц, что же хорошего в том, что я слаб?

— Хороший вопрос! — засияла широкая улыбка на лице учёного. — Ваш случай является очередным подтверждением моей теории.

— Теории?! — правая бровь Ивана вопросительно приподнялась.

— Ах, да, вы же не знаете. Я предположил, что формирование узкой специализации управления Пси происходит у достаточно сильных псионов. Слабые псионы, вроде вас, не имеют никаких склонностей до определенного порога сил. И это очень хорошо, поскольку, чем раньше будет выявлен такой псион, тем проще будет расширить спектр оттенков Пси, которыми он сможет управлять.

От переполнявших его эмоций, Карл заложил руки за спину и принялся расхаживать взад-вперед, продолжая повествование:

— Проще говоря, вам, герр Иванов, будут доступны любые способности псионов. Установленный вам имплант уже начал удерживать универсальный спектр Пси. Через несколько десятилетий ваш организм адаптируется к этому. И если даже удалить имплант, вы всё равно в итоге станете универсалом.

— Ага… — прорезался у него сарказм. — Специалист широкого профиля, который знает всё, но не умеет ничего.

— В ваших словах есть частица правды. Но вы, герр Иванов, должны понять, что узкая специализация накладывает свои ограничения. Пиромант может управлять огнём и только огнём. С ростом сил и опыта он сможет сжигать всё большую площадь материи, но он никогда не сможет лечить или делать что-то, выходящее за рамки его способностей. Вы же, хоть и будете в каждой области слабее узкоспециализированного псиона, зато вам будет доступен весь спектр Пси.

— И когда я это всё смогу?

— К-хе к-хм… — прикрыл кулаком рот Шульц и уделил пристальное внимание разглядыванию пола, словно там было что-то интересное. — Вы очень слабый псион…

— Товарищ Шульц! — смерил его пристальным и нетерпеливым взором он.

— Ну-у… Если основываться на показаниях прогресса других псионов…

— Шульц, йогуртом тебе по губам — не тяни кота за холку!

Шульц оторвался от разглядывания пола и откровенно заявил:

— Лет через триста ты сможешь поднять в воздух спичку или разжечь костёр, затянуть маленькую царапину и…

— Короче, — прервал поток красноречия Иванов, — пока это бесполезная фигня и таковой останется ещё очень долго.

— Но это только пока! — взвился немец. — Зато потом, если будете тренироваться и развивать способности, вам не будет равных в управлении пространством и материей.

— Ходячий 3D-принтер? — иронично заметил Иван.

— К-хм… — стушевался Шульц. — Вроде того, но слишком утрированно. Вы просто не представляете, насколько многогранны оттенки Пси. Благодаря прямому управлению тёмной энергией псион-универсал сможет стать подобен мифическому богу: телепортация, перемещения во времени, предсказание будущего, превращение материи в энергию и наоборот, исцеление, изменение генов и многое-многое другое. Всё, чему за всю историю научилось человечество, доступно всего одному могучему псиону-универсалу без каких-либо подручных приборов.

— Ладно, коллега, просто скиньте мне методичку по развитию этой трахомудрии. Разберусь на досуге…

Глава 20

После войны между Марсом и Землей установились холодно-неприязненные отношения. Военный конфликт перетёк в холодную фазу, так называемую холодную войну.

Экономика Марса была истощена терраформированием и войной. Когда случится следующий военный конфликт, а в том, что он произойдёт, никто не сомневался, Марс потерпит сокрушительное поражение.

Объективно экономика Земли гораздо более прочная, несмотря на все неурядицы. У землян попросту больше ресурсов как материальных, так и людских. Людей у них вообще даже больше необходимого. Проще говоря, Земля перенаселена.

Бессмертное население прибывает с большей скоростью, чем убывает. Это привело к тому, что вся планета превратилась в многоуровневый человеческий муравейник. Экология с огромными усилиями поддерживается техническими средствами. Если бы не это, людям стало бы нечем дышать.

Земляне искали способы избавления от лишнего населения. Вводили законы, запрещающие иметь больше одного ребёнка, перестали обеспечивать бесплатной пищей естественников, вводили драконовские штрафы за безработицу и делали платным всё, что можно, повышали цены на продукты и медицинские услуги. С целью избавиться от части населения цены на модификации организма и генетические вмешательства искусственно были взвинчены до небес. Строились гигантские многоуровневые центры виртуальной реальности, в которые старались заманить людей, пропагандируя прелести жизни в виртуальных мирах. Но всё это слабо помогало.

Население Земли нищало. Большая часть людей работала за еду. Люди от безнадежности сбегали в виртуальные миры. Так на них тратилось меньше ресурсов, но не решало проблему перенаселения.

Земное правительство приняло решение начать постройку гигантских космических колониальных кораблей, способных путешествовать между звёздами.

Марсиане понимали, что рано или поздно земляне обратят на них внимание. Им нужно было куда-то отправить толпу обозлённых оборванцев, а обновленный Марс для этого годился лучше всего.

Марсу срочно нужны были ресурсы. Очень большие ресурсы, чтобы суметь противостоять землянам. Для них открытие технологии звёздных врат стало манной небесной. Правители теперь уже голубой планеты готовы были носить Иванова на руках.

Естественно, Иван не собирался дарить технологии правительству… сразу. Ведь в их создание было вложено огромное количество средств, сил и времени не только его, но и многочисленных потомков. Начался яростный торг между Ивановым и марсианским правительством.

В результате торгов была заключена договоренность, по которой компании Иванова выплачивается один процент прибыли со всех добытых в колониях ресурсов на протяжении следующих десяти лет. Ещё на сто лет после этого за фирмой закрепляются эксклюзивные права на портальные перемещения. С граждан и коммерческих грузов будет взиматься плата за использование порталов. При этом государственные грузы, военные, полиция и чиновники могут перемещаться бесплатно.

Иной человек после такого мог бы распрощаться с жизнью. Ведь гораздо проще прибить человека и завладеть технологией без спроса. Но клан Ивановых — это не только учёная братия. Члены клана занимали важные посты в марсианском правительстве, полиции и армии. Плюс стоит учитывать дружеские связи вроде жены лучшего друга, которая является адмиралом космического флота. Круговая порука и личная заинтересованность защищали Ивана лучше бронированного бункера и армии телохранителей. К тому же с прибыли от коммерческого использования порталов он должен будет платить налоги, которые в перспективе покроют все расходы Марса за первые десять лет отчислений.

Логично, что на первых порах потоки добываемых ресурсов будут относительно небольшими. Сначала нужно создать инфраструктуру в колониях, развернуть добывающие комплексы, построить 3D-фабрики. А вот потом, как раз лет через десять, начнётся самый смак, чем дальше, тем больше. Затем порталы сможет строить государство.

Ещё одним фактором, послужившим такой лояльности правительства, стала опаска напугать частных инвесторов, которые вкладываются в разработку новых технологий. Если один раз дать слабину, задавив частного инвестора, который вложил огромные средства в разработку технологии «Звёздных врат», то в будущем таких инвесторов может не стать вовсе. Люди будут с опаской оглядываться назад, вспоминая, что стало с Ивановым, и больше не будут вкладываться в венчурные инвестиции, переводя финансовые активы в более безопасные отрасли. Долгожители, каковыми были люди из правительства, думали на далёкую перспективу, а не жили днём сегодняшним. Это не рвачи, которым нужно быстро урвать побольше ресурсов, а потом хоть всё в огне гори.

Современная астрономия шагнула далеко вперёд. Людям стало известно о космосе гораздо больше, чем их предкам. Например, были прекрасно известны тысячи планет, потенциально пригодных для колонизации. Именно поэтому Земляне были уверены в своём проекте по отправке звездолётов с переселенцами к ближайшим из этих миров.

Марсиане засекретили «Звёздные врата» и начали активную подготовку к колонизации дальних миров. На это были брошены все ресурсы планеты.

Фабрики под поверхностью Марса перепрофилировались на производство техники для колонистов.

В спешном порядке возводились гигантские подземные клонариумы, в которых выращивались миллионы клонов. Им предстояло стать колонистами далёких планет.

Клонам сразу давали специальности, которые пригодятся при заселении новых планет. А главное — в их сознания вкладывали непоколебимую верность метрополии.

Компания Ивана начала производство порталов, ведущих к разным землеподобным планетам.

Но что такое большая страна без быстрой и стабильной связи? Её целостное существование сложно представить. Клан Ивановых на основе технологии звёздных врат представил средство мгновенной связи — гиперпередатчик. С помощью него можно организовать мгновенную связь с мирами, до которых десятки тысяч световых лет. Они зарегистрировали патент, и как обычно в таких случаях, им предоставили эксклюзивное право на производство приборов на протяжении двадцати лет. После этого производство передатчиков станет доступно любой марсианской компании. Такой подход позволяет дать фирме-разработчику заработать и при этом не тормозит технический прогресс.

Вначале через порталы шли группы разведчиков и исследователей. Разворачивались исследовательские лагеря. Мощные искины, которых безостановочно штамповали автоматические марсианские фабрики, обрабатывали безудержные потоки данных из далёких миров.

Сами планеты сильно отличаются по своим размерам, температурам, составу атмосферы, давлению и силе тяжести. То есть там могут быть условия, в которых обычный человек не выжил бы. Но модификанты могли приспособиться к широкому спектру тяжёлых условий жизни. Так что марсианам годились как планеты, которые были почти полной копией Земли, так и гиганты размером в десять раз больше прародины.

Следующие десять лет шла активная колонизация сотен миров. Клонариумы работали на пределе возможностей, ежегодно выращивая и направляя к новым планетам миллиарды колонистов. На выращивание и ускоренное воспитание в виртуале одного клона тратился один земной год.

Продолжительность средних солнечных суток на Марсе, или же «сола», составляет 24 часа 39 минут и 35,244 секунд. У Марса один год длится 689,98 земных дней или же 668,5991 солов. Из-за эксцентриситета марсианской орбиты, продолжительность времён года на Марсе неодинакова. Но люди на Марсе по-прежнему по большей части использовали систему мер прародины, то есть года учитывались по земному летоисчислению от рождества Христова, но при этом время учитывали по марсианскому времени. Часы для удобства так же, как земные, были разделены на двадцать четыре часа, шестьдесят минут и столько же секунд, но длина марсианских минут немного длиннее, чем земных, чтобы компенсировать суточную разницу. Из-за этого у землян появилось много шуток про марсиан-тугодумов, любящих опаздывать. У них марсиане в шуточной народной культуре, как латыши и эстонцы в старых русских анекдотах.

Один процент прибыли от сотен колоний — это много. Безумно много. И если в первые три года были в основном убытки, то последующие годы стали приносить прибыль. На десятый год сто миллиардов колонистов, каждый из которых в среднем приносит доход метрополии в размере ста тысяч марсианских долларов, образовывали гигантскую прибыль. За один лишь последний год выручка корпорации клана Ивановых составила сто триллионов марсианских долларов.

Но это был последний год халявы. На следующий уже прекратятся колониальные отчисления, будет осуществлён переход на коммерческое использование порталов, что принесёт намного меньше прибыли.

Естественно, весь клан ломал голову над тем, куда вложить настолько огромные деньги. И придумали.

Из многих планет было отобрано три наиболее похожих по параметрам на Землю. Почти всё, включая размер, который отличался от одной десятой до трёх десятых, колебания температуры, состав атмосферы и многое другое. Забрось туда обычных людей — они спокойно приспособятся без нанитов и генетических вмешательств.

Спрашивается, почему Марсианское правительство не отхапало такие лакомые кусочки? Да просто таких планет было много. Они осваивались в первую очередь. И правительству было плевать, кто будет их колонизировать: частные лица, юридические или государственные клоны. Главное — это часть Марсианской империи.

Клан Ивановых купил три планеты в частную собственность! Иван даже в самых смелых мечтах и представить такого не мог.

Каждая планета обошлась в каких-то жалких десять триллионов долларов. Но это не значит, что государство просчиталось. Нет, деньги там прекрасно умеют считать. Они верно посчитали, что если ободрать самый богатый клан Марса до нитки, то им не на что будет проводить колонизацию своих миров. В будущем с них можно будет налогами получить намного больше реальной стоимости планет.

Все остальные свободные финансы клан вложил в заказ большой партии клонов и колонизаторское оборудование. Но государственным размахом они похвастать не могли, поэтому средств хватило всего на триста миллионов колонистов, то есть по сто миллионов на каждую планету.

Уже через год колонисты, в головы которых был вложен импритинг не только на верность Марсу, но в первую очередь клану Ивановых, начали активную колонизацию частных планет.

Как и ожидалось, прибыль резко просела и бюджет компании стал убыточным, но так продолжалось лишь следующие пять лет, на протяжении которых колонисты обустраивались на новых планетах. А затем началась добыча полезных ископаемых, развернулись и заработали атомарные 3D-фабрики, и клан снова начал получать сверхприбыли. Их бюджет ежегодно пополнялся на сумму больше тридцати триллионов.

Вот только на этот раз все деньги уходили на уплату налогов и развитие планетарной инфраструктуры. Как теперь стало известно Ване — построить на дикой планете инфраструктуру с нуля, даже максимально используя робототехнику, автоматизацию и нанотехнологии, невероятно сложно, долго и безумно дорого.

Но всё же клан умудрился часть прибыли пустить в развитие новых технологий.

Попочуйка Ивана понемногу улучшалась. То ли действительно имплант Карла Шульца делал свою работу, то ли ещё что, но интуиция ему сигналила о том, что после окончания столетнего контракта портальная лавочка будет прикрыта. Марсианское правительство положит на порталы свою волосатую лапу, и делай что хочешь.

Он высказал свои мысли клану и предложил создать альтернативу — звездолёты с гипердвигателями, в основу создания которых будет положен принцип работы звёздных врат.

Научный отдел клана разросся больше прежнего и жаждал новых задач. Учёные с энтузиазмом принялись за разработку космических кораблей, способных очень быстро путешествовать между звёздными системами.

Поскольку у клана теперь имелось три своих планеты, оставаться жить на Марсе для Ивановых не имело смысла. Там остались лишь люди, работающие в правительственном аппарате. Весь остальной клан вместе с научным отделом переехал на самую комфортную из трёх планет.

Для семьи патриарха была возведена прекрасная вилла в местечке со средиземноморским климатом. Место напоминало Испанскую Марбелью, где когда-то у Ивана был дом. Неподалеку выросли виллы членов клана.

На планете, названной патриархом Барсуки в честь родного села, Ване понравилось больше, чем на Марсе. Она больше напоминала родную Землю. Гравитация немного выше, воздух чище, другая природа и пара лун. Но в целом звезда того же спектра, тепло, комфортно и спокойно.

Управление целым кланом, а по сути тремя планетами, отнимало у Вани все силы. Это равноценно тому, как быть президентом большой страны наподобие Соединенных Штатов Америки в начале двадцать первого века.

Когда-то давно, ремонтируя автомобили, он не смел помыслить, что когда-нибудь ему придётся стать правителем подобного масштаба. Даже будучи самым богатым человеком Земли, он о таком не помышлял. Иван вообще не стремился к власти, а вон оно как получилось. Когда пришло время, ему пришлось возглавить миллионы людей. При этом в современном мире он считался всего лишь управляющим крупной семейной корпорации.

Его примеру последовали многие крупные марсианские корпорации. Они по масштабу не дотягивали до клана Ивановых, чтобы выкупить целиком хотя бы одну планету, но их ресурсов хватало на освоение довольно крупных областей на колонизируемых страной планетах.

Иван был готов молиться на искины. Если бы не эти великие достижения человеческих технологий, то управление гигантской корпорацией превратилось бы в боль и страдания. А так большую часть проблем решали искины. Ивану оставалось принимать самые ответственные решения.

Как в любом настолько масштабном обществе, всё не может идти гладко. Даже кажущиеся идеальными клоны всё ещё оставались людьми с их пороками и желаниями. Были среди них и преступники. Не в таких количествах, как на Земле, но всё же избавиться от преступлений не получалось, как ни бились лучшие умы человечества. Выбор стоял между инициативной творческой личностью и бездумным биороботом с машинным интеллектом. Можно сказать, что выбора не было. Ведь обычные роботы дешевле и эффективнее, чем биороботы, а без инициативы и фантазии человечество лишится развития и смыла существования.

Так что у клана появилась большая служба безопасности, разделенная на три отдела. Первый — самый большой, который выполняет функции полиции. Второй — внутренняя служба безопасности — спецслужба, которая контролирует полицейских, занимается серьёзными преступлениями против корпорации и членов клана, а также внутренней разведкой для борьбы с конкурентами. Третий — спецслужба, в чьи функции входит охрана членов клана и внешняя разведка. Функции второго и третьего отдела отчасти пересекаются, отчего между ними поддерживается конкуренция и небольшое обострение. А ещё это позволяет контролировать обе спецслужбы, не давая в их рядах прорасти предателям, которые могут возжелать взять власть в клане в свои руки.

Ключевые руководящие посты зачастую занимали члены клана. Клонам для того, чтобы пробиться на вершину, нужно либо стать членом клана, либо иметь невероятные управленческие способности. Стать одним из Ивановых можно всего двумя путями: жениться или выйти замуж за члена клана и родиться Ивановым.

3 июня 2358 год.
Иванов восседал в роскошном анатомическом кресле за большим рабочим столом в просторном кабинете, который был отделан натуральной древесиной. По меркам современной Земли и Марса — невероятная роскошь. По меркам Барсуков древесина стоит копейки. Выпускай дроидов в обширные леса, они устроят санитарную вырубку леса — вот и древесина.

Иван разбирал отчёты от центрального управляющего искина, действуя по старинке, как его друг Диего — он выводил отчёты в виде голограмм.

Внезапно дверь в кабинет резко распахнулась. Внутрь резкими шагами ворвался взмыленный двухметровый детина в боевом скафандре.

Вначале Ваня подумал, что это покушение, отчего напрягся и мысленным приказом активировал силовое поле, в тот же миг накрывшее его вместе со столом.

Приглядевшись, через прозрачное забрало шлема скафа он разглядел лицо внука, который и не думал нападать, а лишь с недоумением разглядывал силовой купол.

— Дед, ты чего?

— Андрей, это ты чего врываешься в мой кабинет без стука в боевом скафандре?

— Деда, война!

Андрей поспешил снять шлем и положил его на сгиб левого локтя. Он тряхнул густой русой шевелюрой и выставил вперёд массивный волевой подбородок. Его карие глаза прикипели к патриарху, в них читалось сильное волнение.

— Война?! — схватился за подлокотники изумленный Иван. — С кем?

— Земляне вероломно напали на Марс.

Ваня осознал, что покушение откладывается, но радости ему это не прибавило. Он отключил защитное поле и продолжал крепко стискивать металлические подлокотники, отчего они смялись, словно пластилиновые.

— Андрюша, мать твоя моя дочь, докладывай чётко, а не води йогуртом по губам!

— Товарищ патриарх, — вытянулся по стойке смирно бравый капитан марсианских военно-космических сил, — докладываю, сегодня земляне прорвали оборону Марса и устроили массированную орбитальную бомбардировку столичной планеты бомбами с антиматерией. Уничтожены все марсианские города и наземная инфраструктура.

— Эка неприятность…

Ваня хотел выразиться более ёмко, но он не привык говорить такие слова при внуках.

— Так точно!

— Андрей! — смерил внука суровым взором Иван. — Что с нашими? Что с правительством?

— Правительство Империи успело эвакуироваться на одну из колоний. Наши… Те, кто в правительстве — спаслись вместе с высшим руководством страны. Военные и полицейские почти в полном составе погибли, отражая вражеские силы и эвакуируя гражданское население. Мне удалось в последний момент эвакуировать свою семью и уйти вместе с ними через личный портал перед тем, как был уничтожен наш город.

— Кислый йогурт! — с экспрессией воскликнул Иван, вызвав перед глазами календарь. — Вторник… — с ужасом прошептал он, найдя сегодняшнюю дату. — Ненавижу вторники! А ведь сегодня у меня ещё и день рождения!

— Поздравляю, дедушка, — смущённо произнёс здоровяк.

— Засунь себе поздравления в… — чуть не разразился матом взбешённый Ваня. Прикрыв глаза, он медленно досчитал до десяти, немного успокоился и продолжил уже спокойным тоном: — Это худший подарок на день рождения, какой я получал… Как земляне могли прорвать нашу космическую оборону? У них для этого недостаточно звездолётов.

— Как оказалось — достаточно, — грустно вздохнул детина. — Они использовали колониальные корабли. По крайней мере, земляне нас весьма умело обвели вокруг пальца, убедив, что это колониальные звездолёты. А на самом деле они всё время после первой космической войны под видом колониальных звездолётов у нас прямо под носом строили боевые линкоры!

— Хитрые засранцы! — не сдержал накала яростных эмоций Иван.

Прервав разговор, в дверной проём заглянул парень с короткой чёрной стрижкой. Он был на голову ниже Андрея, при этом выше Ивана и шире его в плечах. На нём был надет чёрный классический костюм. Он обвёл помещение цепким взглядом.

— Патриарх, разрешите?

— Заходи, Николай, — Ваня обратил внимание на поморщившегося Андрея. Тот испытывал стыд. — Вот, учись, Андрюша, как нужно заходить в кабинет дедушки.

— Да мне срочно надо было… — принялся изучать рисунок паркета Андрей.

— Рад, что ты жив, — кивнул первому гостю Николай. Он выглядел холодно-спокойным, но в душе у него ревели ураганы. Цепкий взор остановился на старейшине. — Ты знаешь?

— О войне?

— Значит, Андрей уже рассказал, — с удовлетворением констатировал Николай. Он был рад, что не пришлось самому рассказывать настолько поганые новости. Даже если ты начальник разведки, это не значит, что приятно вываливать на человека ушат помоев. — Что будем делать?

— Как что делать?! — поднял голову Андрей. Паркет ему больше был неинтересен. Внутри у него горело пламя праведной ярости. Он готов был голыми руками рвать землян. — Нужно давить гадов! Дед, у нас же разработаны проекты звездолётов. Нужно их передать правительству! Пусть они наделают звездолётов и уничтожат этих мерзких землян!

Николай неодобрительно качнул головой. Ему поведение кузена казалось ребяческим. Он много чего хотел сказать на такое, но вместо него начал дед:

— Андрей, иди отдыхать. Потом сходи к психотерапевту, а то какую-то чушь несёшь… Подарить звездолёты, в которые были вбуханы шесть лет труда учёных и более полутора триллионов долларов! Большей глупости я не слышал.

— Но это же земляне… — Андрей испытывал жгучую обиду. Слова деда казались правильными, но действия совершенно непатриотичные. — Как можно быть таким жадным, когда речь идёт о мести этим тварям? Нужно взорвать их всех!

— М-да, Андрюша, тебе и правда стоит отдохнуть и проветрить голову, — как на несмышлёного ребёнка смотрел на внука Иван. — Надо же придумать такие глупости… Между прочим, на Земле живут потомки от моего первого брака, такие же ваши родственники. Их что, тоже предлагаешь взорвать?

— Не, ну-у… — поспешил исправиться Андрей. — Их можно как-то эвакуировать.

Николай от такого предложения фыркнул себе под нос и отвёл взор в сторону, но его едва сдерживаемая улыбка не укрылась от Андрея.

— Ты тоже думаешь, что это глупо? — с печалью спросил он Колю.

— Андрей, ты вроде взрослый парень, — поняв, что не время для веселья, собрался Николай. — Но мне порой кажется, что в десантуре вам мозги отключают. Если бы мы могли незаметно проникнуть на Землю, то какой смысл кого-то спасать? Проще уничтожить земное правительство. Да и не факт, что родня захочет быть спасённой. Как-то они не особенно спешили вспоминать о деде, пока он жил на Марсе. Слушай, что тебе говорит патриарх. Мы не орден милосердия, а клан со своими интересами. Война войной, а раздаривать деньги и перспективные технологии мы не собираемся.

— Я пойду? — Андрей посмотрел на патриарха глазами побитого щенка.

— Иди… Иди, Андрюша, отдыхай. И дверь не забудь прикрыть.

Стоило двери притвориться за вышедшим Андреем, Николай, оттягивая время от неприятной беседы, невзначай заметил:

— Дед, ты чего автоматические двери не поставишь? К чему эта архаика на петлях?

— Ничего ты не понимаешь, Коля. Это не архаика, а проверенная временем классика! Нет ничего надёжнее дверей на петлях.

— Просто признайся, что тебе нравится архаика времён твоей молодости, — лукаво улыбнулся начальник разведки.

— Что ж, — скрестил пальцы рук в замок Иван, — возможно, ты прав… Что скажешь по ситуации?

— Нужно принимать решение, — вздохнул Николай. Ему было тяжело говорить на тему войны. — Правительство наверняка свяжется с нами и потребует выделить минимум десять процентов населения в качестве ополченцев. А то и больше. Вряд ли эти люди вернутся назад. А ещё есть риск, что через оставшиеся порталы к нам нагрянут земные войска. Земляне стали в этой войне активно использовать боевых дроидов. Они их наштамповали в изрядных количествах.

— Нет, Коленька… — вид у Ивана был глубоко задумчивым, словно он сейчас был мыслями далеко. Но через мгновение он сконцентрировался на внуке. — Нет, нам такого счастья не нужно. Когда-то во вторник всё начиналось так же хреново. Я по глупости проявил инициативу и сделал доброе дело, а в результате чуть не лишился всего: свободы, финансов, репутации.

— Так что решим? — Николай с внимательным видом выжидал решение патриарха.

— Я тогда поклялся, — словно не слыша его, продолжил Иван, — что больше не стану спасать человечество, что бы ни происходило. Слишком неблагодарными оказались люди к своему спасителю. Так что, знаешь что, Коля?

— Да-да… — готов был ловить каждое слово патриарха удивленный начальник разведки, который не знал о том, что когда-то давно дед уже спасал мир.

— В гробу я видел этот тухлый йогурт! Так что вырубайте наши порталы и средства дальней связи. Придумайте какой-нибудь правдоподобный сбой или диверсию, но так, чтобы имперцы потом ни к чему не докопались, хоть если бы всю землю носом изрыли.

— Проще говоря, мы отсидимся вдали от военного конфликта? — Николаю хотелось выдохнуть от облегчения. Ему не хотелось отправлять на войну людей своего клана, даже обычных работяг, что уж говорить о родственниках. И так в метрополии от орбитальных бомбардировок погибло много Ивановых.

— Думаю, лет за десять война точно закончится. На большее у землян не хватит ресурсов. Мы же пока сконцентрируем все силы на создании космического флота.

— Боевого?

— Торгового, но с мощными пушками!

— Принял, — кивнул Николай. — Дед… С днём рождения тебя!

— Ну, спасибо, внучок… — прорезался сарказм у Ивана. — А уж подарок какой «шикарный»…

Глава 21

Вместо запланированного празднования триста семьдесят восьмого дня рождения, Ивану пришлось провести экстренное заседание высшего совета клана.

Вскоре к нему в кабинет прибыл сын — рослый рыжеволосый бугай, на котором деловой костюм смотрелся как инородный элемент, распираемый мощной мускулатурой.

— Бать, мне уже доложили о войне, — приветливо склонил он голову. — Прискорбно, что это выпало на такую дату. А я планировал тебе сделать шикарный подарок…

— Успеется, Дим. Подарки будут потом, а сейчас нужно решать вопрос будущего корпорации и клана.

— Разве это не одно и то же?

Рыжеволосый здоровяк сел в кресло сбоку от отца за столом для совещаний. Он чувствовал себя ужасно, ведь на Марсе во время орбитальной бомбардировки у него оставалась дочь. До последнего теплилась надежда, что ей удалось спастись, но переживания не отпускали мужчину, которому выпала роль управляющего планетой Барсук. Но внешне он этого не демонстрировал.

— Пока что это так, а что будет в будущем, я даже загадывать не хочу, — потянулся за чашкой кофе Иван. — Жизнь столько раз преподносила мне сюрпризы, что я понял — надолго загадывать бессмысленно. Но это не значит, что мы не должны планировать наше будущее.

Ровно в назначенный срок на свободных местах напротив Дмитрия появились голограммы ещё двух человек.

Ближе к патриарху по левую руку от него расположилась проекция очаровательной девушки в деловом костюме. У неё было волевое лицо с немного широкими скулами и суженными глазами. Чёрные волосы уложены на голове плетённым бубликом. Она ровно держала спину и старалась не смотреть на Дмитрия.

Рядом с ней сидел парень с холодным взглядом голубых глаз. Его гладкая лысина, казалось, сияла подобно начищенной зеркальной поверхности. Ростом он удался в предка — такой же низкий по современным меркам, но по меркам прошлого его рост был вполне себе средним — сто семьдесят сантиметров.

— Здорова, Миха, — широко оскалился добродушной улыбкой Дмитрий. Девушке он обозначил лёгкий сухой кивок, тут же спрятав улыбку и одарив её хмурым видом.

— Диман! — ответно махнул рукой Михаил. — Наташа… — кивнул он ей.

Девушка поджала губы и сухими кивками одарила каждого из присутствующих, начав с патриарха и закончив Димой.

— Наташа, Миша, — поприветствовал проекции Иван. — Я бы сказал, что рад вас видеть, но повод не тот. Вот вечером на пьянке…

— Господин патриарх, — со стальными нотками в голосе деловым тоном начала Наташа, — предлагаю не терять время на расшаркивания. Нам нужно выработать план действий в условиях чрезвычайного положения.

— Наташенька, куда же ты спешишь? — с лёгким укором заметил Ваня. — Поздно суетиться, когда йогурт протух. Планетами поуправлять вы ещё успеете.

— А я говорил, — остановил суженные глаза на девушке Дима, — не надо бабу ставить руководить планетой!

— Тебя забыли спросить! — вздёрнула носик брюнетка, ответив рыжему вызывающим взглядом. — Женщины ничуть не хуже мужчин. Мы ещё в конце года сравним, кто из нас лучший управляющий. Отчёты, знаешь ли, лучше рассудят нас, чем мнение какого-то мужлана!

— Так, дети, — хлопнул ладонью по столу Иван, вызвав гулкий звук, от которого все вздрогнули, — не ссорьтесь! Вы должны быть выше эмоций. Оставьте свои разборки подальше от деловых встреч.

— Дед, — начал Михаил, проведя ладонью по лысине, — так мы вечером будем бухать на твоей днюхе?

— Если все вопросы решим до этого времени, то можно.

— Тогда нехрен гонять лысого попусту!

Фраза Миши вызвала улыбки у всех присутствующих. Они старались не смотреть на его голову. Наташа хотела высказать что-то ехидное, но, встретившись глазами с дедом, передумала.

— Пошутили, и хватит, — стал серьёзным Иван. — Слушайте вводную: по легенде у нас устроили диверсию. Уничтожили все гиперпередатчики и порталы. Искины были заражены вирусом. Все данные по порталам стёрты, дубликаты выкрадены. На ближайшие десять лет, пока учёные будут восстанавливать технологии, мы оказались полностью отрезаны от метрополии.

— Полностью? — обеспокоился Дмитрий.

— Дима, я понимаю, что ты переживаешь за дочь, — с сочувствием посмотрел на него Ваня, — но мы отрезаны полностью без всяких исключений. Подумай о других своих детях. На кону стоит благополучие и выживание всего клана. Неизвестно, сколько продлятся война и послевоенные неприятности. Нам лучше всего дистанцироваться от этого и накапливать ресурсы на самый худший вариант развития событий.

— Это понятно, — согласилась с патриархом Наташа, — но что нам людям говорить?

— Так и говорите. Мол, враги напали на империю, мы остались одни, но не сдаёмся. Для победы от вас требуется полная отдача и прочее. Не мне вас учить, как вешать лапшу на уши.

Михаил оставался спокоен. Его жёны и дети живут на планете Росомаха, на которой он является управляющим. Словно и нет никакой войны, он предвкушал предстоящее празднование. Он спокойно сказал:

— Я всё понял, кроме одного — что нам дальше делать?

— Хороший вопрос, — ответил Иван. — Рад, что ты спросил. Я подумал, и мы решили развивать космическую отрасль.

— Хорошая фраза, мне нравится, — криво ухмыльнулась Наташа, голос которой сочился сарказмом.

— Бабам слова не давали! — одарил её недовольным взглядом Дима. — Дай отцу договорить.

Наташа умолка и сжала губы в тонкую нить. Иван продолжил:

— Поскольку нам не придётся платить налогов, то высвободится изрядная часть ресурсов.

— А потом как быть? — не выдержала девушка, но тут же вновь замолчала под тяжёлым взглядом деда.

— Потом посмотрим, — продолжил он. — Как говорил Хаджа Насреддин: либо шах помрёт, либо осел сдохнет. Нам так и так вынуждены будут пойти навстречу, особенно если присовокупим к своему мнению космический флот.

— Значит, бать, будем строить космический флот? — вопросил рыжий здоровяк.

— Не только. Я считаю, что следует максимально сохранить экологию наших планет. Природу Земли люди уже настолько загубили, что там стало невозможно жить. Не хочу повторения подобного у нас. Есть предложения?

Патриарх обвёл взглядом всех присутствующих вне зависимости от того, лично они явились или в виде голограммы.

Наташа гордо вздёрнула подбородок.

— Если вам интересно мнение женщины и дипломированного экономиста-управленца, то мне есть, что сказать.

Ваня тяжёлым взглядом заставил замолкнуть Дмитрия, который попытался сказать девушке очередную колкость. Кивнув ей, он сказал:

— Говори, внученька. Нам всем интересно твоё мнение.

— Во-первых, нам следует вынести большую часть автоматизированных производств в космос. Добыча полезных ископаемых — это даже не обсуждается. В астероидах ценных элементов больше, чем на планетах. Если использовать для их добычи самореплицирующиеся наниты с запрограммированным сроком действия, то стоимость добычи ресурсов удешевится в разы.

— Это опасно, — заметил Михаил.

— Опасно, если доверять наниты психам, — возразила Наташа. — Если же всё будет осуществляться под контролем спецслужб автоматическими шахтерскими звездолётами под управлением нескольких искинов, которые будут друг друга контролировать, то никакой опасности нет. Это экономически целесообразно, если не стоит задачи обеспечить работой толпу бездельников. Люди же нам пригодятся для управления звездолётами. Поэтому нужно всё максимально автоматизировать: фабрики, верфи, заводы по производству антиматерии. Людей тем временем переучивать на космические профессии.

— А кормить их чем? — не удержался от ехидного вопроса Дмитрий.

— Пф! — презрительно фыркнула девушка. — И этот человек будет мне говорить о превосходстве мужчин… Я же не предлагаю всех людей переквалифицировать в космонавтов. Часть мобилизовать в войска — дать им соответствующую подготовку, ибо как я поняла, нам понадобится армия. Часть станет космонавтами. При самых оптимистичных прогнозах достаточно максимум двадцати процентов населения. Остальные продолжат заниматься наукой, сельским хозяйством и созданием планетарной инфраструктуры. Прочими ресурсами космос нас обеспечит с лихвой. Можно будет смело переквалифицировать работников добывающих отраслей.

Пока девушка говорила, Иван прикрыл глаза и соединился с аналитическим искином.

— Мне нравится этот вариант, — произнёс он. — Анализ показывает, что при таком подходе ресурсодобывающая отрасль станет эффективнее минимум в тридцать раз. Это в Солнечной системе нас от использования самореплицирующихся нанитов сдерживал послевоенный договор между Землей и Марсом. Сейчас же, как минимум на ближайшие десять лет, у нас развязаны руки. Мы должны использовать все способы увеличить результативность, за исключением использования людей на износ.

* * *
Корпорация клана Ивановых уже на следующий день приступила к исполнению плана совета клана.

Поскольку их планеты разделяло огромное расстояние, создание космической инфраструктуры шло сразу во всех трёх звездных системах, но задачи разделились, поскольку слишком накладно было делать одинаковое производство везде.

В системе планеты Барсук планировалось построить огромную космическую верфь для постройки торговых космических кораблей, вооруженных по самое не балуйся. На одной из безжизненных планет системы должна быть возведена фабрика производства антиматерии, генераторов на антиматерии и боеголовок с этим веществом для торпед.

В системе с планетой Медоед, которой управляла Наташа, началось создание верфи для постройки автоматических шахтёрских космических аппаратов, тайная база по созданию нанитов для добычи руды и фабрики с прочей инфраструктурой по переработке. Помимо этого на верфи планировалось строить малые космические и наземные летательные аппараты: шаттлы, боты, истребители, штурмовики, флаеры. Ещё из-за близости добычи руды в системе собирались возвести большую фабрику атомарной сборки крупногабаритных изделий вроде контейнеров, портативных жилых модулей и тому подобного.

В системе с планетой Росомаха, которой управлял Михаил, планировалось возведение автоматических 3D-фабрик, которые будут заниматься производством техники поменьше: искины, скафандры, пищевые синтезаторы, 3D-принтеры, медкапсулы, глайдеры, сельхозтехника, внедорожники, дроиды различного назначения и прочая техника.

Всякую мелочевку вроде мелких бытовых приборов, ручного оружия, батарей, одежды, хозяйственных принадлежностей и многого другого можно делать где угодно, если будут в наличии генератор, антиматерия, принтер, искин и материалы. А всё это обязательно будет.

Чтобы все грузы перемещать между системами, в космосе возводились гигантские звёздные врата, через которые способен пролететь огромный звездолёт.

Летать с грузом на космических кораблях между космическими базами быстрее и проще, чем перемещать груз небольшими порталами. Если всякую мелочь мелкими партиями ещё можно гонять туда-сюда контейнерами, то когда речь заходит о рудовозе с тысячами тонн руды, то такой груз намного проще и быстрее перевезти весь скопом, нежели пихать через портал по контейнеру.

На возведение всей запланированной космической инфраструктуры ушло пять лет. Лишь после этого удалось высвободить людей на планетах для перепрофилирования в космонавтов и военных.

Первыми звездолётами, которые сошли с основной верфи, стали транспортники-контейнеровозы для перевозки грузов между системами корпорации. Затем началось производство исследовательских звездолётов, предназначенных для дальних и продолжительных полётов. На них формировались экипажи, которые разлетались по галактике с целью разведки известных звёздных систем с планетами землеподобного типа, которые не успели колонизировать марсиане.

Лишь на восьмой год началось запланированное создание больших вооруженных торговых звездолётов с гиперприводами. Один такой корабль собирался на верфи за неделю.

К окончанию отведённого кланом срока «тишины» флот создать не вышло, но сотня звездолётов имелись в наличии, как и всё сопутствующее оснащение, включая шаттлы и боты, перевозящие груз с орбиты на планету, орбитальные перевалочные базы возле планет.

Вроде бы корпорация проделала огромную работу и добилась небывалых результатов. Клан может создавать всё то, что когда-то производил Марс и немного сверху этого. Они обеспечили все свои потребности в технике и могут производить широкую линейку товаров на продажу. Но Иван был недоволен результатом. Ожидалось, что в итоге у них будет целый флот, а не пара сотен космических кораблей, считая грузовозы и рейдеры дальней разведки, без учёта системной мелочевки вроде шахтёров, ботов, шаттлов, истребителей и штурмовиков.

Ему не хотелось выходить на связь с правительством. Было страшно. И вроде бы служба безопасности подчистила все следы так, что комар носа не подточит, но страх не отпускал Ваню. А вдруг Марсианской империи больше нет? Что, если победили земляне? Но делать нечего — народ ждёт, когда патриарх откроет дорогу на родину и отрезанная колония снова станет частью империи.

В обычной ситуации Ваня с радостью плюнул бы на мнение народа, объявил себя королём, а всех членов клана аристократами, и жил бы себе спокойно в собственном королевстве. Изредка колонизировал бы новую планету, расширяя страну. Но такой трюк так просто не прокатит, ведь его «подданные» — клоны, которым внедрили преданность Марсу. Если он продолжит им вешать такую же лапшу на уши, они могут взбунтоваться.

И он решился отдать приказ о расконсервации порталов. Попытка открыть портал в Солнечную систему с треском провалилась. На том конце что-то мешало образованию портальной червоточины. Это вызвало нешуточные волнения у службы безопасности, учёных и руководства клана.

Учёные тут же выдали расклад о возможности создать средство для блокировки порталов на основе их технологий. Предположительно, именно такое устройство было использовано и в Солнечной системе.

Далее предпринимались безуспешные попытки открыть порталы к известным марсианским колониям, но и они оказались провальными.

В системе дожидались своего часа два звездолёта дальней разведки — остальные были заняты исследованиями дальних регионов. Один из них пришлось послать в Солнечную систему.

Вскоре от разведчика пришёл отчёт, от которого у всех, кто с ним ознакомился, вставали волосы дыбом. Земля и Марс оказались уничтожены орбитальными бомбардировками.

Земля страдала от ядерной зимы. Её поверхность превратилась в выжженную пустошь. По данным разведки, никто из людей не выжил, а если и выжил, то прячется глубоко под землёй и достать их оттуда невозможно, точнее, слишком долго, дорого и бессмысленно, что в принципе одно и то же.

У Марса уничтожили всё орбитальное оборудование, которое поддерживало магнитное поле планеты, из-за чего она стала терять с трудом созданную атмосферу. Поверхность планеты представляла собой такое же печальное зрелище, как и на Земле.

Космос оказался усеян осколками космических кораблей.

Всё говорило о том, что в Солнечной системе шла война на уничтожение. Бессмысленная и беспощадная война, в которой не было победителей.

Верфь полностью переключилась на производство кораблей-разведчиков, которые сразу после выхода с верфи полностью оснащались и отправлялись в путь к марсианским колониям.

Половина колоний была уничтожена, как и Марс с Землёй. Остальные не желали идти на контакт. На каждой из выживших колоний образовалось отдельное государство, которое зачастую возглавлял бывший губернатор колонии из старой администрации Марса.

Губернаторов отчасти можно понять. Они считали родину уничтоженной и, в отличие от клонов, не имели острой привязанности к империи. Все они действовали по одному шаблону: объявляли об уничтожении страны и заявляли себя новым правителем, а колонию Новым Марсом. В итоге получали преданность народа.

Слишком много образовалось Новых Марсов. Каждый старался держаться обособленно.

К великому сожалению для многих представителей клана Ивановых, правительство Марса вместе со спасенными членами клана, находилось на одной из уничтоженных планет. Сам же Иван помимо этого скорбел о потере своих первых детей и потомков, которые продолжали жить на Земле.

Но всё же разведчики не зря мотались по космосу. Они привезли важную информацию. Оказалось, что война действительно была жаркой. На орбитальную бомбардировку Марс ответил симметричной бомбардировкой. Но отбомбились марсианские военные недостаточно, чтобы уничтожить планету.

К этому моменту земляне успели захватить технологию звёздных врат и скопировали порталы. Они озверели и полезли в марсианские колонии, начав их бомбить.

Вскоре марсианские учёные сделали блокиратор порталов. Все порталы были заблокированы, но перед этим марсиане полезли снова бомбить Землю. Только на этот раз делали всё наверняка.

У землян осталось много звездолётов и они, обезумев от горя, вступили в смертельную схватку с врагом.

В итоге никто не выиграл. От человечества осталась лишь четверть от довоенной численности. И то по большей части клоны, выращенные на Марсе ради колонизации.

Зачастую колонии были лишены каких-либо технологий, без которых им приходилось выкручиваться подручными средствами и деградировать.

Самым дефицитным товаром стала антиматерия. Её во все колонии поставляла метрополия. С уничтожением Марса пропали поставки антиматерии, а среди клонов не было учёных, как у клана Ивановых, чтобы воссоздать производственный цикл. Со специалистами по работе с 3D-принтерами у них тоже было туго, как и с базами данных к ним. Они могли воссоздать то, что имелось в базах данных или что-нибудь простое наподобие электромобиля, самолёта, поезда. А новый принтер уже собрать не могли, поскольку его конструкции в колониальных базах данных не имелось. И что-то крупное вроде грузовых флаеров им было недоступно из-за того, что их принтеры предназначены для производства небольших приборов и техники, и для обработки руды. Рабочая камера слишком маленькая. Ну и, опять же, ко всему, что не лезет в рабочую камеру, не имелось баз данных.

Иван понимал, что таким образом марсианское правительство перестраховывалось от предательства, делая колонии зависимыми от метрополии. Властям империи казалось недостаточным то, что клоны безгранично преданы стране. Но не от клонов ожидалось предательство, а от их потомков, которые уже не будут так преданы метрополии. Думая на далёкую перспективу, они переиграли сами себя.

И всё же несколько планет отошли от стандартного сценария. Это были те самые планеты, на которые перебрались крупные корпорации. Как и клан Ивановых, прочие корпоранты прибывали в новый мир во всеоружии. У них имелись обширные базы данных, учёные, специалисты разных профилей, своя служба безопасности. Неудивительно, что на этих планетах власть захватили корпоранты.

Они с радостью шли на контакт и сразу же предлагали наладить торговые отношения.

Что-то такое марсиане намудрили с блокировкой порталов, что те не собирались работать в их системах.

После всего увиденного Ваня осмелел. Народу была сказана правда, поданная под правильным углом. Мол, земляне уничтожили марсианскую империю. Выжившие еретики наплевали на законное правительство и узурпировали власть. Отныне мы наследники марсианской империи…

В общем, лапши в пропаганде хватило, чтобы убедить клонов в правоте. Они с радостью приняли новость о коронации Ивана Иванова в качестве короля королевства Терра, как единственного правильного правопреемника Марсианской империи.

В результате звездолёты клана Ивановых начали использоваться по назначению. Началась торговля с семью системами, в которых власть захватили корпоранты.

Товары, которые шли на продажу, обрастали искусственными ограничениями на уровне железа и программного обеспечения. Известный и часто используемый приём, который преследует много задач. Во-первых, позволяет разделить линейку товаров на разный ценовой сегмент. Во-вторых, отчасти защищает от копирования технологий. В-третьих, вводится разделение на домашнее и коммерческое использование, к примеру, тех же 3D-принтеров, пищевых синтезаторов и прочего.

Вскоре для удобства торговли страны решили объединиться в Звёздную Федерацию, чтобы пользоваться общей законодательной базой и денежными единицами.

Был образован управляющий и законодательный орган объединения стран под названием Совет Федерации. По продавленному кланом Ивановых решению, прочим пришлось признать, что в Совете Федерации страна имеет право голоса по количеству обитаемых систем, которыми она владеет. Например, у королевства Терра три голоса, а у всех остальных стран по одному.

Вскоре для поддержания порядка и законности у Звёздной Федерации появились свои общегалактический космический флот и полиция, но они не имели права лезть во внутренние дела государств. Был образован Центральный Банк Федерации и введена общая валюта.

Единственный минус, который всех одинаково не устраивал — необходимость платить взносы на поддержку работы органов Звёздной Федерации. Но все платили, поскольку понимали, что это общий гарант обеспечения нормальных торговых отношений.

Но недовольство многих скоро сошло на нет. Федерация нуждалась в космических кораблях, станциях, оборудовании, оружии и обмундировании, поставках продовольствия. Всё это она закупала. И большую часть поставок осуществляло королевство Терра.

За поставки товаров Федерации велись торговые и политические баталии, но в основном между семью странами. Терра имела неоспоримое конкурентное преимущество, поскольку поставляла эксклюзивные товары: космические корабли, генераторы на антиматерии и саму антиматерию.

Чего у остальных стран было в достатке — люди, чем Терра похвастаться не могла.

Федерации стало тесно. Требовались новые рынки сбыта. Поэтому начались попытки привлечь в члены Федерации бывшие марсианские колонии. Многие из них, понимая перспективы от торговли, вступали в межзвёздное объединение. Но основным членам Федерации этого было мало. Они желали расширить своё влияние. В ход пошли военные конфликты, цветные революции, политические игры. Терра тоже включилась в эту игру.

Изначальные страны-члены Федерации начали разрастаться, увеличивая своё влияние в Совете Федерации.

Подросло новое поколение людей, которое не было предано старому Марсу. Молодёжи стало в два-три раза больше изначальных колонистов. Они видели «стариков»: бессмертных, сильных, выносливых и вечно молодых из-за модификантов. И им тоже хотелось иметь всё это.

Как издревле известно — молодёжь проще всего вовлекается во всякого рода сомнительные организации, движения, акции, авантюры. Студенты всегда были основной движущей силой революции.

Терра, благодаря наличию собственного флота и хорошей спецслужбе, после нескольких неудач, сумела путём смены власти захватить власть на трёх планетах.

Чтобы снизить градус напряжения, клан решил устроить колонизацию нескольких планет, отправив туда самых активных авантюристов, всех желающих и недовольных. Таким образом, они выиграли трижды. Первый раз, расширив зону влияния в два раза. И во второй — ещё на пять колоний. В третий раз выигрыш состоял в стабильных рынках сбыта за кредитные средства, которые колонистам щедро отсыпал Центральный Банк Федерации. На кредиты колонисты покупали оборудование с фабрик Терры.

Через пятьдесят лет с основания Звёздной Федерации туда были вовлечены все уцелевшие после войны колонии.

Страны-основатели Федерации стали называться центральными. Они больше всех отхапали себе систем. Терра среди них являлась самой богатой, но уже перестала быть монополистом в поставке звездолётов и генераторов. К этому моменту каждое центральное государство построило свои верфи и выпускало свои космические корабли, без зазрения совести скопировав гиперпривод разработки клана Ивановых. Некоторые делали более дешёвые термоядерные реакторы, которые в силу дешевизны пользовались хорошим спросом. Кто-то заморочился и тоже построил фабрику по созданию антиматерии.

Конечно, в Федерацию входили и страны, которые во всей этой возне умудрились сохранить свою независимость. Некоторые из них даже умудрились расширить свои границы за счёт колонизации или менее шустрых соседей.

В космическом объединении стран кипели страсти и царила конкуренция, но во главу угла были поставлены коммерческие отношения. Торговля была выгодна всем и объединяла человечество в единый кишащий звёздный муравейник с единым языком, валютой и отчасти общими законами.

1 марта 2420 года. 50 лет с основания Звёздной Федерации.
Воскресенье — законный день отдыха правителя крупного космического государства. Иван предавался своему любимому хобби. В мастерской он вручную собирал из деталей, распечатанных на 3D-принтере, бензиновый внедорожный автомобиль.

Внезапный вызов по закрытому каналу нейроинтерфейса оторвал его от прикручивания стартера. Проигнорировать человека, который звонил, он не мог, поэтому вывел голограмму и предстал перед Николаем в промасленном рабочем костюме.

— Извиняюсь, что отвлекаю, — выглядел взволнованным он. — Товарищ Патриарх, важные новости.

— Полагаю, что это так. Иначе, зачем бы начальнику службы безопасности королевства лично беспокоить меня в выходной? Что случилось, Коля?

— Рейдеры дальней разведки обнаружили новую обитаемую колонию, населённую людьми!

— Вот это йогуртом по губам! — ошарашенно уставился на собеседника Иван. — Разве мы не обнаружили все марсианские колонии?

— В том-то и дело, что мы нашли все «марсианские» колонии… А это оказалась земная колония!

— Эм… — Ваня от такой новости опешил и на некоторое время замолк. От изумления потеряв дар речи, он вопросительно вздёрнул брови, стимулируя собеседника к продолжению. Тот понял его правильно.

— Разведчикам удалось выяснить, что когда земляне завладели портальными технологиями, они решили создать свою колонию и эвакуироваться туда. Но эта «опция» была доступна лишь для избранных. Перед второй орбитальной бомбардировкой Земли в колонию успел эвакуироваться «Золотой миллиард» — все самые богатые и влиятельные люди Земли.

— Кисломолочки им в почки! Умеешь ты удивлять, Коля… Умеешь. Вы начали их разрабатывать?

— Естественно! Тем более, они нам интересны тем, что смогли сохранить технологии клонирования.

Технологии клонирования были утеряны вместе с уничтожением Марса и Земли. Восстанавливать их можно, но дорого и нерентабельно, учитывая, что в Федерации проживает большое количество людей, которые быстро плодятся. Но получить эту технологию на халяву или в обмен на что-то — другое дело. Это позволит Терре серьёзно расширить свои территории за счёт создания новых колоний и повысит влияние страны в Совете Федерации.

— Очень интересно… Нам нужна эта планета. На крайний случай нам нужна технология клонирования.

— Я это прекрасно понимаю, товарищ патриарх, но есть одна проблема, из-за которой переговоры встали в тупик.

— И что же это за проблема?

— Руководство землян настаивает на том, что будет вести переговоры исключительно с правителем нашей страны, — с открытым намёком уставился на короля начальник службы безопасности.

— Эх… — печально вздохнул он. — Не люблю я этот кислый йогурт… Опять куда-то лететь, торговаться. Вот чем их уполномоченный представитель не устраивает?

— Не знаю, но они настаивают именно на переговорах с вами.

— Может, передать трон кому-нибудь другому? — с грустью посмотрел на недоделанный автомобиль Иван. Затем он оценивающе посмотрел на Николая, отчего тот округлил глаза и замотал головой.

— Нет-нет, дедушка, не надо! Мне и так работы по управлению спецслужбой хватает. Не хочу ещё и государство на себе тянуть!

— Что за напасть? — вновь печально вздохнул Иван. — Придётся вымазаться в этом кефире по уши. Готовьте мою яхту и флот сопровождения.

Глава 22

Бронированный десантный бот, окруженный силовым полем и взятый в коробочку из двух дюжин истребителей, спускался с орбиты на поверхность планеты, которая стала пристанищем выживших землян.

После приземления бот сначала покинули телохранители короля, облаченные в тяжёлые боевые скафандры и вооружённые по самые уши. Лишь после того, как они образовали живой коридор и встречающие расстелили между ними красную ковровую дорожку, между бойцов чинно прошествовал одетый в деловой костюм король. Его сопровождали с виду легко одетые в брючные костюмы девушки-телохранители, вид которых не внушал опасения. На самом деле они являются лучшими телохранителями Терры с некоторыми особыми талантами, которые являются государственной тайной. Рядом с королём плавной походкой перетекала очаровательная блондинка-секретарь, а по совместительству экономист и специалист по договорам, а также «бывшая» сотрудница террианских спецслужб. Как известно, спецагенты бывшими не бывают.

В конце цепочки бойцов гостей встречала делегация аборигенов в обычной одежде, которую разве что увидишь в учебниках по истории двадцать первого века. В основном это были военные и мужчины в чёрных деловых костюмах.

Расписная красавица с густой копной каштановых волос щеголяла в открытом белом сарафане, который позволял разглядеть её прелести и стройные ножки. На вытянутых руках она держала в руках на подносе каравай.

Заметив сию картину, Ваня тихо обратился к своей помощнице:

— Джейн, милая, как говоришь, называется эта планета?

— Я не говорила, Иван Иванович. Планета называется Русь.

— Хм… Оригинально.

Стоило гостям сблизиться со встречающей делегацией, как девушка в сарафане протянула королю каравай, наверху которого в углублении лежала плошка с солью.

— Здравствуйте, гости дорогие. Хлебом, солью вас встречаем. Отведайте угощение.

Иван ловко отломил от каравая кусочек, макнул его в соль и… Мельком изучил отчёт сканирования нанитами о безопасности продукта. После чего спокойно съел угощение.

— Здравствуйте, жители Руси.

Носительница каравая была задвинута на задний план. Вперёд выдвинулся кряжистый мужчина с бульдожьим лицом в деловом костюме.

— Здравствуйте, господин король. Я Арман Шустин, уполномоченный представитель царя Руси. Рады приветствовать вас на нашей планете. Царь ожидает вас в рабочей резиденции. Мы выделили для вас транспорт.

— Не стоит. Я полечу на своём.

Тут все повернули головы в сторону задней части бота, у которого открылась аппарель. Из нутра огромного летательного аппарата медленно вылетел чёрный десятиметровый угловатый флаер, вид которого внушал опасения.

— Это ваш… — протянул Арман.

— Лимузин.

— Лимузин? — широко распахнулись глаза Шустина. — Больше похоже на боевой флаер.

— Всего лишь совпадение, — припустил в голос лёгкой иронии Иванов.

За первым флаером показалось ещё несколько таких же.

— Это для охраны, — пояснил Иван, не дожидаясь вопросов.

— Вы так сильно опасаетесь за свою жизнь?

— Скорее, переживаю за ваши жизни. Если со мной что-то случится, мои подданные разбираться не будут, а попросту распылят вашу планету на кварки.

— Хм-м… — недовольно поморщился Шустин. — Позвольте поинтересоваться, вы всегда летаете в сопровождении целого боевого флота звездолётов? Ваши космические корабли на нашей орбите… Эм… Мягко говоря, немного раздражают наших военных.

— Жизнь очень сложная штука, — чуть развёл руками Иванов. — Не все люди обладают достаточным интеллектом, чтобы понять, что в случае моей гибели династию есть кому наследовать. И первая на данный момент преемница не настолько мягкая и политически гибкая, как я. Она мечтает о завоевании всех стран и возвращении былого величия Марсианской империи. Учитывая, что у нас сейчас самое могучее государство в Звёздной Федерации, у неё на это есть все шансы.

— А вы? — с осторожностью спросил Шустин, прекрасно поняв неприкрытые намёки с завуалированными угрозами. — Вы не мечтаете о мировом господстве?

— Арман, я прекрасно помню те времена, когда земные страны были разобщены и не имели единого правительства. Я одним из первых ознакомился с тем, что стало с нашей прародиной. Уж чего я точно не желаю — так это повторения истории. Лучше худой мир и хорошая торговля, чем планеты после орбитальных бомбардировок оружием массового поражения и тотальный геноцид.

Внутри резиденция царя по отделке сильно напоминала кремлёвскую роскошь. Всё дорого-богато, но со вкусом. Сиянием позолоты и полированных паркетов Иванова не удивить. К золоту он абсолютно равнодушен. Этого металла в космосе столько, что хоть дома из него строй — не убавится. Террианцы использовали его для технических нужд в примитивной микроэлектронике, которая активно выпускалась фабриками для производства ширпотреба. Не все люди могут себе позволить дорогие импланты, цены на которые искусственно задирают в тысячи раз. Ведь, по сути, производство имплантов из нанитов стоит сущие копейки — запускай сырьё и жди, когда наниты реплицируются по образцу. Всяким работягам, колонистам и фермерам нужна простая и надёжная электроника наподобие планшетов и смартфонов уровня второй половины двадцать первого века.

А вот древесину патриарх клана Ивановых уважал и любил. В космосе она хоть и не редкость, но стоит дорого. Дешевле построить и отделать современными материалами высотку на сотню этажей, чем положить паркет в одной комнате. Поскольку на высотку пойдут материалы, добытые в космосе в огромном количестве, а деревья в основном вырубают в малых количествах, чтобы не нарушить экологию. Есть страны, которые к экологии относятся наплевательски, но это не гиганты Федерации, а сырьевые придатки центральных государств. Их правительство не думает о будущем, в котором восстановить экосистему планеты будет стоить намного дороже, чем они заработают здесь и сейчас на природных ресурсах. Временщики.

В просторном зале он остался один. По центру помещения расположились круглый стол и два кресла. Не успел он пройти пары шагов, как следом за ним вошёл мужчина с очень знакомой внешностью. Ростом с него крепкий блондин с волевым взглядом. Он с широко распахнутыми изумленными глазами замер напротив Иванова.

Ваня с не меньшим удивлением разглядывал местного Царя, предварительная встреча с которым должна состояться один-на-один, с глаза на глаз.

— Иван Иванович? — протянул ошарашенный царь.

— Василий Васильевич? — отзеркалил он.

— Неожиданно…

— Йогуртом по губам! Вот это встреча! Не думал, что вы проживёте так долго, ещё и умудритесь удержаться у власти. Однозначно талант.

— А уж как я ошарашен…

Некоторое время мужчины в полной тишине сверлили друг друга оценивающими взорами.

— Иван Иванович, надеюсь на конструктивный диалог, — первым нарушил тишину царь.

— Это будет сложно. Думаете, я забыл вашу подставу с киберзомби?

— Уверяю вас, Иван Иванович, в постигших вас неудачах я нисколько не виноват. Вся инициатива исходила от членов правящего Совета Земли. Я пытался вас защитить, но, увы…

— Думаете, я поверю в эту чушь? — состроил презрительную гримасу Иванов. — Я в политике не первый день, прекрасно знаком с этим тухлым йогуртом.

— В ногах правды нет, давайте присядем…

Царь испытывал раздражение на себя, своего собеседника и всю ситуацию в целом. Он никак не ожидал, что ситуация, которую он считал совершенно несущественной и о которой давно забыл, аукнется ему спустя сотни лет. В то время Иванов был всего лишь рядовым олигархом, считаться с которым не имело смысла. Подставить его в качестве козла отпущения казалось хорошей идеей. Теперь же ему приходится скрывать раздражение под маской спокойного радушия. С этим человеком теперь приходится считаться.

Иван даже не думал скрывать неприязни. Он чувствовал себя хозяином положения, но видел, что собеседник ведёт себя так, словно к нему прибыл холоп с челобитной. Это ощущалось во властной позе и движениях, которыми он демонстрировал своё превосходство, что ещё сильнее раздражало.

— Значит, вы теперь правитель самого сильного государства… — издалека начал царь.

— А вы теперь правитель задрипанной планеты, у которой даже своих звездолётов нет и которая является прекрасной мишенью для любой страны Звёздной Федерации… Мы так и будем озвучивать факты? Что вообще у вас есть такого мне сказать, чего вы не могли обсудить с моим уполномоченным представителем? Или я летел через треть галактики потрепаться языками?

— Пожалуй, у меня найдётся, чем вас удивить.

Царя раздражал «холоп», вырвавшийся из грязи в князи. Впервые он ощущал себя диктатором страны третьего мира на встрече с лидером передового государства. Чтобы иметь хоть какое-то преимущество в переговорах, опытный политик настаивал на переговорах именно с правителем и на своей территории. Узнав же, кто является лидером, он понял, что у него имеются козыри в рукавах, которыми можно сильно удивить оппонента. Через нейроинтерфейс он выдал несколько распоряжений и продолжил изображать добродушие.

— Иван Иванович, вы хотите нам что-то предложить?

— Я?! — удивлённо взлетели на лоб брови Иванова. — Что за глупости? Нет, Василий Васильевич, я прекрасно понимаю вашу игру. Все эти психологические штучки, чтобы заставить собеседника почувствовать себя в роли просителя… Использовать их в политике незазорно, но меня они бесят. А вы не в том положении, чтобы меня злить. Поверьте, я и так на вас зол.

— Кто прошлое помянет… — протянул царь. — Иван Иванович, право слово, в политике не руководствуются эмоциями.

— Это вы скажите Марсианам и Землянам. Сначала воскресите пару сотен миллиардов людей, которых эмоции привели к полному уничтожению, а потом скажите им это в лицо!

Царь не сумел сдержать кислого выражения лица. Отработанные столетиями приёмы не работали. Вместо того чтобы выигрывать, он чувствовал, что проигрывает. Он привык к старым опытным интриганам, которые долго ходили вокруг да около и исподтишка покусывали политических противников. Тут же негативно настроенный лидер страны, способной стереть всю его планету в порошок за считанные минуты.

— Мне это надоело!

Ваня поднялся на ноги и направился на выход.

— Куда же вы, Иван Иванович? — насмешливо вопросил царь. — Мы же только начали переговоры.

— Продолжите с моим представителем, — не оборачиваясь, на ходу бросил Иванов. — Мне некогда вести пустые разговоры с региональным правителем, который много о себе возомнил.

— А если мы с ним не будем вести переговоров? — с нажимом острым, как нож тоном, продолжил царь.

Иван замер, медленно обернулся и смерил «коллегу» ледяным взглядом, от которого у собеседника на миг по спине пробежали мурашки. Его холодный тон будто оглашал приговор:

— Не с «вами», так с другим правителем договоримся.

Царь крепко сжал челюсть и слегка прищурился. Его колотило от нестерпимой ярости, нотки которой прорезались в его голосе:

— Нет уж, вы будете говорить со мной, законным правителем этой планеты! Прежде, чем вы что-то скажете, позвольте вам кое-что показать.

Иван не собирался дослушивать и хотел уйти, но правитель беглых землян почувствовал это и поспешил вывести голограмму видеосвязи.

Ваня застыл соляным столбом. Его глаза поползли на лоб.

С не менее ошарашенным видом на него взирала очаровательная блондинка.

— Папа?! — изумлённо воскликнула она. — Ты живой?

— Лена?!

Но им не дали поговорить. В тот же миг правитель планеты разорвал соединение и голограмма исчезла.

— Ваша дочь лучший археолог и антрополог планеты, — голос царя сочился елеем, но в нём чувствовалась затаённая угроза. — Превосходный специалист, каких в наше время не сыщешь.

Иван слушал сквозь предложения. Вместо озвученной фразы его мозг достроил все недосказанности: «Твоя дочь у нас в заложниках. Будешь дергаться — с ней сделают что-то нехорошее».

Иван колебался. Его душу разрывало между правильным для страны и нужным для себя. Сейчас эти вещи были разными. Если он останется — из него выжмут такие условия, что проигрыш Терры окажется колоссальным. Если уйдёт — может лишиться дочери. Его сердце словно сжала ледяная рука, а душу облили лавой.

Он пристально посмотрел в глаза собеседнику и чётко произнёс голосом, наполненным арктическим морозом:

— Мне нужны дочь, её родня, потомки и технология клонирования. У вас сутки. Если нет — вашей планеты не станет! Никто не смеет меня шантажировать. Ты меня понял?! Никто!

Он резко развернулся и распахнул дверь. Тут же вокруг него образовался круг из девушек-телохранителей.

Царь настолько опешил, что не стал ничего предпринимать. Он был в шоке и не мог понять — как? Как так можно? Наплевать на дочь и поставить на кон всё… Ради чего?

Он всем естеством ощущал, что доигрался. Этот взгляд был ему знаком. Им смотрели на мир железные люди, готовые ради цели идти до конца, жертвуя самым дорогим. Царю казалось, будто он слышит звон титановых яиц при каждом шаге удаляющегося Иванова. Если сейчас ничего не предпринять, то уже завтра вся планета может превратиться в безжизненный шар, как это произошло с Землёй и Марсом. Если же что-то предпринять…

Он со злобой проводил спины телохранителей Иванова и быстро задавил мысли отдать приказ об убийстве короля Терры.

Если сделать это, то у Руси не будет и суток. Планету уничтожат в тот же миг. Об этом ему уже доложили.

На протяжении всего пути до бота и полёта до главного боевого линкора, который соединял в себе функции королевской яхты, Иван ощущал на своём затылке дыхание смерти. Всё это время он молчал. Лишь ступив на борт огромного звездолёта, он ощутил себя в безопасности, но в его душе бушевал ураган эмоций.

Обманчиво спокойным тоном он обратился к секретарше:

— Джейн, какой сегодня день недели?

— Вторник, товарищ патриарх.

— Йогуртов вторник! — сквозь зубы процедил он. — Я так и знал… Ненавижу вторники!

На звездолёте он вместе с секретаршей и телохранительницами погрузился на электрическую тележку с сиденьями и указал в качестве конечной точки маршрута капитанский мостик. Тележка на большой скорости поехала по переплетению тоннелей.

На мостике его встречал лично Адмирал флота — бравый вояка и прапраправнук с кучерявой каштановой шевелюрой и носом картошкой. Он был на голову выше патриарха.

— Товарищ патриарх… Жду ваших указаний.

— Адмирал, план «С»! Отсрочка сутки. Время пошло.

Адмирал напрягся и сурово сдвинул кустистые брови.

— Подтвердите приказ, товарищ патриарх.

— Подтверждаю, адмирал. Действуем по плану «С».

— Есть, план «С».

Тут же адмирал начал действовать. Он вызвал через нейроинтерфейс по связи капитанов всех звездолётов и зычным голосом заявил:

— Активировать щиты. Занять боевые порядки. Приготовиться к орбитальной бомбардировке. Готовность двадцать четыре часа.

* * *
На планете изрядно перепугались, когда обнаружили, что сотни огромных боевых звездолётов окутались энергетическими щитами, выстроились боевыми порядками и нацелили свои многочисленные орудия в сторону планеты.

Вскоре царю пришлось признаться своему кабинету министров о том, как прошли переговоры и о выставленном ультиматуме.

Министры хотели жить и единодушно решили не ждать отведённых суток. Уже через десять часов были найдены все родственники Иванова и переправлены в космос. Их никто не спрашивал: хотят они этого или нет. Технологию клонирования они безропотно передали инопланетянам.

После этого Иванов первым делом снова посетил мостик.

— Адмирал, отмена плана «С».

— Есть, отмена плана «С»! — обрадовался адмирал.

— Приступайте к плану «Е»!

Тут же вся радость сошла с лица командующего флотом.

— Точно план «Е»?

— Точно. Я знаю этот тип людей. Четверть жителей этой планеты опасные хищники. Бывшие акулы бизнеса и политики. А их правитель крайне злопамятен. Он не простит нам такого унижения. Я не собираюсь давать им нарастить жирок и позволять однажды, когда мы этого не ожидаем, нанести предательский удар в спину.

— Есть, план «Е»! — решительно ответил адмирал, активируя отмену предыдущего приказа. Вызвав по связи капитанов кораблей, он объявил: — Разобрать цели для бомбардировки основных коммуникаций, военных объектов и центров связи. Десанту приготовиться к высадке на планету. Готовность три часа. Действуем по схеме дельта-зета-один-три-семь. Учёных брать живыми и вербовать. Руководство планеты уничтожить. Всех, кто сдаётся и не оказывает сопротивления, брать в плен…

Когда адмирал закончил отдавать приказы, он опустил плечи и выглядел усталым.

— Не нравится мне это. Хоть наши войска готовы рвать поганых землян голыми руками, но это жестоко… Лишать их модификаций, ставить рабские нейроинтерфейсы и продавать в рабство аралтанцам…

— Вы забываете, адмирал, что большая часть мирного населения получит выбор между рабством и тем, чтобы пойти в колонисты и осваивать новые миры. Нашей стране не нужны враги. Мы должны ассимилировать землян с нашими колонистами. А подонки и всякие несогласные борцы за свободу пусть дохнут на ядерных рудниках аралтанцев.

Отдав один из самых непростых приказов в своей жизни, Иванов отправился на встречу с дочерью.

Когда дверь в её каюту отъехала в сторону, девушка вздрогнула. Приглядевшись к посетителю, который нерешительно замер на пороге, она с облегчением вздохнула.

— Папа?

— Здравствуй, Лена. Давно не виделись.

— Папа! — радостно воскликнула она. — Ты живой! Я думала, что ты погиб на Марсе…

— Обошлось.

— Я не понимаю, что происходит? Меня и всех моих родных от детей до много раз «пра» внуков схватило правительство. Нас куда-то повезли, потом полёт в боте и теперь мы тут.

— Лена, ты лишь немногим младше меня, не буду от тебя скрывать. Сейчас я управляю космическим государством, которое занимает несколько звёздных систем. Я прилетел в вашу колонию, чтобы договориться о вступлении вашей планеты в Звёздную Федерацию — объединенное сообщество космических стран.

— Ничего себе! — девушка не могла поверить шокирующим словам отца, которого не видела очень долго. Тем не менее, сердцем она понимала, что он говорит правду.

— Ваш царь не хотел идти на нормальный контакт. Он решил взять тебя в заложники и шантажировать меня…

— А ты… — в невысказанном вопросе застыло многое, что хотела спросить Лена.

— Объявил вашей планете войну, — спокойно констатировал он.

— Войну? Ради меня?! Папа, не надо! Я помню прошлую войну, словно она случилась вчера. Это было ужасно. Люди ни в чём не виноваты!

— Ты права. Люди ни в чём не виноваты. Но иначе я не могу поступить. Я правитель. Все в космическом содружестве должны знать, что никто не смеет меня шантажировать и угрожать правителю Терры. Если я отступлю, то остальные члены Федерации посчитают это за слабость — тогда начнётся более масштабная война. Правителю порой приходится принимать сложные решения, выбирая из двух зол меньшее.

Разговор отца и дочери продолжался ещё долгое время. Им было, что рассказать друг другу. Иван с грустью узнал о смерти Ирины, сестры-близнеца Лены, во время первой марсианской войны.

В итоге Иван оставил военных выполнять свою работу, а сам с новоявленной родней отправился подкидывать работу службе безопасности, которой предстояло выявить уровень лояльности потомков, их навыки, уровень интеллекта, и тем самым определить их иерархию в клане.

* * *
Год понадобился Терре, чтобы окончательно подавить сопротивление Руси. Две трети населения планеты отправилось развивать новые колонии. Их учёные стали работать в лабораториях Терры. Самые отъявленные сепаратисты, преступники и маргиналы либо погибли, либо лишились модификантов и были проданы в рабство.

За это время Терре удалось построить клонариумы и начать выращивать преданных государству граждан, которые отправлялись в новые колонии, разбавляя контингент бывших землян.

Благодаря клонам, у страны началось бурное расширение территорий. Вложенные финансовые активы с лихвой окупались.

Спустя десять лет после захвата Руси удалось привести экологию планеты, пострадавшей от «лёгких» орбитальных бомбардировок, к нормальному состоянию. Её заново начали заселять, на этот раз клонами.

Вес Терры в Звёздной Федерации ощутимо вырос — пятьдесят голосов против ста семидесяти. В случае голосования выбор их представителя мог сместить чашу весов в сторону нужного стране выбора. Финансовая и военная мощь страны тоже существенно окрепла.

Лена занялась тем, что умела лучше всего — археологическими изысканиями на планетах, принадлежащих Терре. Она активно развивала кафедру астроархеологии в государственном университете, фактически создавая с нуля это новое направление науки. Поскольку университет имел филиалы на всех планетах и предлагал ускоренные виртуальные обучающие курсы, недостатка в археологах не было.

Помимо этого среди землян оказалось много биологов, которые развивали свои научные направления. Начался бурный рост изучения планет, на которых людям довелось поселиться. До этого времени планеты изучались, но не так активно. Хватало иных сфер деятельности, на которые можно направить ресурсы.

После восстановления Руси Ивану пришла идея восстановить Землю. Но силами одной страны это сделать очень дорого. Если за этот проект возьмётся Терра, то это истощит её бюджет и может привести к плачевным последствиям. Поэтому он предложил восстановить родную планету всей Федерацией, упирая на то, что это общая прародина человечества. А чтобы имелся стимул, он предложил разместить в Солнечной системе штаб Звёздной Федерации.

Люди по большей части с энтузиазмом приняли это предложение. Страны скинулись в общий бюджет и ударными темпами приступили к восстановлению прародины.

Если бы Терра занималась этим в одиночку, у неё бы ушло не меньше ста лет. Но общими усилиями удалось привести Землю в порядок за тридцать лет. Генетики воссоздали вымершие растения и животных. Земля воскресла из пепла, как мифическая птица феникс.

Во время торжественного момента объявления о восстановлении Земли, куда собрались лидеры всех стран Федерации, в Солнечную систему пожаловали гости, которых никто не ожидал увидеть. Это был инопланетный звездолёт неизвестного типа в виде большой летающей тарелки, который рассылал в космос сигнал о том, что прилетел с миром.

Охрана правителей встала на уши, но Совет Федерации проявил единодушие, приказав пропустить пришельцев.

Сам звездолёт остался на дальней орбите Земли рядом с другими космическими кораблями. От него отделился небольшой модуль, который приземлился неподалеку от группы правителей и членов Совета Федерации. Небольшой кубический шаттл размером как четыре коробки от холодильника, поставленные рядом друг с другом, покинул инопланетянин гуманоидного вида. Он был похожим на мужчину. По крайней мере, вторичных половых признаков в виде обводов молочных желез сквозь серебристую металлизированную ткань тонкого скафандра не наблюдалось. Он шёл без шлема, позволяя рассмотреть чёрные прямые волосы, стриженные под горшок, и заострённые уши, внешне напоминающие таковые у эльфов-модификантов.

— Приветствую, люди, — с арктическим спокойствием поведал ошарашенным правителям на общем языке пришелец. Он говорил неспешно, выделяя каждое слово. — Я посол расы вулканцев с планеты Вулкан. Я прибыл к вам с миром для налаживания отношений. Наша раса давно следит за людьми. Ваши поступки оценены нашими мыслителями как логичные. Вы выполнили все условия, чтобы считать вас разумными: пришли к миру, восстановили родную планету и освоили путешествия в гиперпространстве с помощью искусственных червоточин…

Глава 23

С вулканцами удалось наладить мирный диалог. Оказалось, что их раса вышла в космос на пять тысяч лет раньше землян.

В чём-то их технологии превосходили человеческие, например, у них были лучше космические корабли и лучевое оружие. А в чём-то они уступали. Они принципиально не использовали искусственный интеллект. Вместо этого пользовались мощными компьютерами с мысленным подключением и голографическим выводом информации.

Вулканцы оказались слабыми телепатами. Большинство из них могут ощущать эмоции. Их максимумом является мысленное подключение к технике с приёмниками мысленных волн. Но среди них встречаются телепаты, способные читать мысли. Они с детства тренируют свой разум, отрешаясь от эмоций, что для телепатов-эмпатов важно. Вместо эмоций они руководствуются голой логикой, напоминая роботов. Их раса не прибегает к клонированию.

Они стали первыми инопланетянами, которые вступили в Звёздную Федерацию. От них стало известно, что космос не так пуст, как думали люди.

Оказалось, что вулканцы давно наблюдали за землянами, не вмешиваясь в их историю.

Человечество по счастливому стечению обстоятельств во время скоротечной космической экспансии не столкнулось ни с одной из инопланетных рас, которых в галактике Млечный путь хватало с избытком.

Например, те же вулканцы предпочитали селиться на планетах с двойной силой тяжести.

Некоторым расам не подходила атмосфера планет, которые выбирали для колонизации люди.

Но были и такие инопланетяне, которые, как и люди, предпочитали землеподобные планеты. Но для своей экспансии человечество выбрало другое направление галактики, а до других инопланетян люди не успели долететь.

Следующие пятьдесят лет стали для Федерации в целом и для человечества в частности серьёзным испытанием. Один за другим происходили контакты с инопланетными цивилизациями. Не всегда они заканчивались мирно. Если бы не помощь вулканцев, то люди могли бы откатиться в каменный век. Но объединение технологий двух рас позволило сделать резкий технологический рывок вперёд. Люди с помощью искинов быстро адаптировали чужие технологии.

Проблемой стало то, что у всех инопланетян негласно считаются под запретом технологии клонирования разумных существ и самореплицирующихся нанитов. Почти каждая из рас на пути своего развития сталкивалась с огромными проблемами из-за них. Поэтому они настояли, чтобы люди отказались от использования этих технологий.

Конфликты в космосе происходили скоротечно. Несколько боёв — и всё. Дальше либо заключение мира, либо отступление. Человечество словно пробовали на зубок. Затяжные войны разумные в космосе не вели. Никому не хотелось в один день не проснуться от взрыва планеты из-за мощного заряда антиматерии. Поэтому нападения на планеты были чем-то вроде негласного табу.

Некоторые расы вступали в Федерацию, обогащая человечество новыми знаниями и получая от неё то же самое.

Иванову приходилось сутки напролёт проводить в ускоренном виртобучении. Он изучал науки инопланетян, их культуры и языки.

Ваня не просто так насел на изучение ксенокультур. Поскольку он один из немногих членов клана мог сопротивляться телепатам, которых среди ксеносов было очень много, то п