КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 468805 томов
Объем библиотеки - 684 Гб.
Всего авторов - 219097
Пользователей - 101718

Впечатления

Stribog73 про И-Шен: Сила Шаолиня. Даосские психотехники. Методы активной медитации (Самосовершенствование)

Конечно, даосская техника активной маструбации весьма интересна для тех, у кого нет партнера по сексу, как у шаолиньских монахов. И это весьма оздоровительное занятие в прыщавом возрасте.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
Алекс46 про Круковер: Попаданец в себя, 1960 год (СИ) (Альтернативная история)

Графоманство чистой воды.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
чтун про Васильев: Петля судеб. Том 1 (ЛитРПГ)

Дай бог здоровья Андрею Александровичу; и чтобы Муза рядом на долгие годы!

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
vovih1 про Шаман: Эвакуатор 2 (Постапокалипсис)

Огрызок, автор еще не дописал 2 книгу.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
медвежонок про Кощиенко: Айдол-ян - 4. Смерть айдола (Юмор: прочее)

Спасибо тебе, добрая девочка Марта за оперативную выкладку свежего текста. И автору спасибо.
Еще бы кто-нибудь из умеющих страничку автора привел бы в порядок.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
каркуша про Жарова: Соблазнение по сценарию (Фэнтези: прочее)

Отрывок

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).

Драконья кровь (fb2)

- Драконья кровь (а.с. Дети Грозы(Успенская) -5) 696 Кб, 198с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - Ирина Успенская

Возрастное ограничение: 18+


Настройки текста:




Дети Грозы. Драконья кровь Мика Ртуть


Интермедия
 …вырастет из косточки дерево Силь, соединяющее землю и небо. И не приблизится к священному дереву неверный, упадет и не сможет идти — так узнаешь ты, кто любит меня, а кто таит зло и почитает ложных богов. Не примет земля воды лжеца, вора и убийцы, и так узнаешь ты виновного перед законом. Через девять дней зацветет дерево и принесет плоды. Дай один плод мальчику из семьи своей, и станет тот мальчик голосом моим. Береги его, слушай, что скажет он, и делай по слову его. А когда умрет он, принеси к дереву и закопай под корнями — возродится он в плодах Силь, и стану я снова говорить голосом его…

Последнее Слово Карума

617 год Исхода, середина лета. Полуденная Марка, остров Черепахи.

Ниме сен Акану

— Прими молитвы мои, о Истинный! — срывающимся голосом попросил рыбак и наклонил кувшин над корнями мертвой груши.

Ниме Акану затаил дыхание вместе со всеми, кто наблюдал за древним ритуалом: Старейшим, тремя молодыми жрецами и полудюжиной простолюдинов с кувшинами.

Вода звонко ударилась о сухую землю и ручейком побежала прочь, за пределы обозначенного замшелыми камнями круга. Ветер, пахнущий морем и ладаном, насмешливо засвистел в голых ветвях. Простолюдины выдохнули — со страхом и облегчением.

— Я ни в чем не провинился перед тобой! — В глазах рыбака блеснули слезы, когда он обернулся к Старейшему. — Я не знал!

Старейший молчал, прикрыв выцветшие глаза и опираясь на посох, такой же черный и неподвижный, как священное дерево. Трое молодых жрецов схватили рыбака и поволокли к обрыву. Простолюдины, взошедшие на рассвете на гору Карум-де, благоговейно замерли: суд вершится. Кто-то прошептал, успокаивая себя:

— Божий суд справедлив…

— Смилуйся, Истинный! Я не винова-а!.. — причитания рыбака превратились в крик, и крик падал и падал, пока не оборвался далеко внизу ударом и плеском.

Вода из треснутого рыбацкого кувшина все лилась на землю у корней и стекала прочь — дерево Силь не приняло жертвы.

Чем провинился рыбак, Ниме Акану не знал: Старейший не счел нужным просветить своего верного шпиона. Зато не поленился напомнить, что бывает с теми, чья служба не угодна единственному живому богу Полуденной Марки: Старейшему жрецу Истинного.

Только когда кувшин рыбака опустел, Ниме оторвал взгляд от единственного бутона на обращенной к востоку ветви груши и повернулся к Старейшему. В нос снова ударило ладаном: за восемь лет отсутствия на островах он отвык от всепроникающего запаха, угодного Истинному. Тлен и ладан. Родина…

— Пора, сын мой. — По бледным губам Старейшего скользнула улыбка. — Истинный ждет.

Полы черного циу из козьей шерсти, воплощение скромности и благочестия, но дозволенного лишь Высочайшим и жрецам цвета, развевались вокруг худых ног и хлопали на ветру, как упущенный парус. Казалось, сухонького старичка сейчас унесет в небо, и лишь высокий посох, словно вросший в скалу, помогает ему удержаться на земле.

— Благодарю тебя, отец мой.

Ниме поклонился, проведя рукой по вышитому мечу на левой стороне циу. Его одеяние из шелка было самого темного цвета, почти как ночное небо, но не черным.

Старейший выглядел в точности как всегда — сколько Ниме себя помнил, он не менялся. Ничто не менялось здесь, в стране мертвого бога. Чайки над морем все плакали над судьбой рыбака. Старейший шептал благословение. Ниме почтительно внимал.

Дослушав, он выпрямился и неспешно приблизился к дереву. Все веточки были целы, ни одна не обломилась за тысячу лет. Ладан. Тяжелый и сладкий запах смерти. Блеск акульего клея — каждое полнолуние, когда ночью светло, жрецы покрывают дерево слоем прочным, как алмаз. Запаха клея не различить за ладаном, а блеск… что блеск, если людям нужно чудо? Никто не увидит, что бутон священного дерева Силь сделан из шелка, а увидит — промолчит. Обрыв над Красной бухтой вот он, рядом.

Сохраняя благочестивое выражение лица, Ниме обошел дерево и осторожно наклонил кувшин. Вода полилась тонкой струйкой, сразу впитываясь в землю. Ниме лил осторожно, чтобы не попасть на масляно отблескивающие участки, оставшиеся там, где земли коснулась вода из кувшина рыбака. Состава той жидкости, что жрецы капают в кувшины «виновным», он не знал, зато был уверен, что сегодня его вода чиста. Старейшему нет смысла вызывать его с континента, не дождавшись выполнения задания, чтобы убить. Нерационально. А Старейший никогда ничего не делает зря.

Последняя капля впиталась, Ниме выпрямился и глубоко вдохнул сладкий холодный воздух. Шпион еще нужен Старейшему, забери его Хисс. Хисс? Ниме спрятал усмешку. Полжизни на континенте не прошли даром.

— Ты нужен Истинному, — одними губами шепнул Старейший. Острые зубы сверкнули на смуглом, похожем на сушеный чернослив, лице. — Идем, сын мой, тебе…

Старейший отвернулся, не окончив фразы, и направился к опоре канатной дороги. Мертвый бог