КулЛиб электронная библиотека
Всего книг - 474194 томов
Объем библиотеки - 698 Гб.
Всего авторов - 220940
Пользователей - 102739

Впечатления

Stribog73 про Ланцов: Купец. Поморский авантюрист (Альтернативная история)

Паки, паки... Иже херувимо... Житие мое...
Извините - языками не владею...

Это же мое профессион де фуа!

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).
Ордынец про Сердюк: Ева-онлайн (Боевая фантастика)

если это проба пера в этом жанре.то она ВАМ удалась

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
медвежонок про Ланцов: Купец. Поморский авантюрист (Альтернативная история)

Стилизация под древнеславянский говор.
Такой же отзыв.
Не читать, поелику навоз.

Рейтинг: +4 ( 4 за, 0 против).
Serg55 про Ланцов: Всеволод. Граф по «призыву» (Фэнтези: прочее)

продолжение автор решил не писать?

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
demindp93 про серию Конфедерат

Отличный цикл, а 5 книги нет?

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Stribog73 про Достоевский: Преступление и наказание (Русская классическая проза)

Книга на все времена. Эту книгу должен прочитать и периодически перечитывать каждый, кто хочет считать себя человеком.
Те, кто сейчас правят Россией и странами бывшего СССР, этой книги, видимо, не читали.

Рейтинг: +2 ( 4 за, 2 против).

Целитель чудовищ - 4 [Владислав Бобков] (fb2) читать онлайн

- Целитель чудовищ - 4 (а.с. Целитель чудовищ -4) 1.07 Мб, 226с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - Владислав Андреевич Бобков

Настройки текста:



Владислав Бобков Целитель чудовищ - 4



* * *

Глава 1



Человечество благодаря своей сути всегда стремилось вперед. Освоить новую землю, изучить повадки и привычки хищников, очистить ареал обитания от этих самых хищников.

Начиная с первых шагов и заканчивая последними, человечество готово пойти на любые жертвы и преступления, если это даст ему возможность двигаться вперед.

Стаса всегда смешили речи о возможной доброте и невинности детей.

Для Ордынцева было очевидно, что такие понятия как: «добро и мораль» являются не больше чем созданной самими людьми надстройкой, о которой дети, что логично, не имеют ни малейшего понятия.

Вот и выходит, что люди при рождении совершенно не добры. Более того, если сравнивать их со зверями они одни из самых бессмысленно жестоких видов.

Ближайшим аналогом можно привести тех же приматов. Словно карикатура на человека, они также любят убивать себе подобных, устраивают войны «племен», захват самок и, самое главное, любят покуражиться и поиздеваться.

Но к чему же Стас вспомнил о столь знакомых ему недостатках человечества?

Ответ прост и имя ему — запретное искусство Мертвителей.

Забавно, но изначально оно называлось иначе и не считалось запретным. В те далекие годы, когда духи передали Кутисагайне тайны духовных техник, оно называлось искусством Жажды.

Однако спустя столетия гонений и поражений мертвители остались лишь тенью себя прежних.

Именно поэтому в какой-то момент они тоже принялись называть свое искусство запретным.

Впрочем, судя по всему, деградация не так уж и сказалась на их боевых навыках. Возможно, они многое забыли, но даже так они явно не стояли на месте, развивая свои техники и придумывая новые.

Во всяком случае, Минору так и не смогла вспомнить никакой техники «Черного солнца», которую использовал Корга. А это значило, что техника появилась уже после ее пленения.

Искусство жажды по своей природе являлось сплавом двух абсолютно разных энергий — духовной и физической, которой являлась прана.

Назовем эту смесь эфиром, для простоты описания.

Эфир, как можно догадаться, являлся удивительной энергией. Понятие «жажды» в названии использовалось не просто так, ведь эфир являлся поразительно жадной силой.

По какой-то причине он старался впитать и пожрать в себя как можно больше окружающей энергии. Словно черная дыра, пытающаяся всосать в себя звезды, так и эфир вожделел все вокруг.

Эфир был всеяден — он с одинаковой любовью мог поедать как духовные техники, так и прану или даже те же стихии. О чем говорить, если при больших концентрациях эфира он проходил ту крайнюю точку, когда начинал поглощение и переработку материальных объектов.

Из всего вышеперечисленного легко можно понять опасность данного вида энергии. Но, как говорится, что может пойти не так, если смешать в своих собственных телах два противоположных вида энергии, а в итоге получить искусственную силу, которая прямо-таки жаждет поглотить все вокруг без остатка?

— Я так понимаю, первые шаги были не особо успешными? — хмыкнул Стас, догадываясь о том, какую цену заплатили «Жаждущие знаний во благо мира», чтобы освоить новую стихию.

— Да, — Минору скупо кивнула. — Эфир, впитывая природную энергию, очень быстро исчезал в окружающем пространстве. Единственным выходом было использовать его внутри тел воителей. Вот только те, у кого не получалось его подчинить своей воле, очень быстро умирали, будучи поглощенными своей собственной силой.

— Но ведь они не только умирали? — пристально взглянул Ордынцев на свою собеседницу.

— Я вижу, ты кое-что узнал о Мертвителях, — Минору невесело улыбнулась. — Да, иногда воителям не везло просто умереть. Страсть эфира к поглощению столь сильна, что она волей-неволей передается и тем, кто использует искусство жажды. Вот только если потерять контроль эфир может окончательно захватить тело и разум несчастного, превращая его в монстра, который желает лишь одного — жрать.

— Ванпайи, — кивнул Стас. — Я немного о них слышал. Можешь рассказать больше?

— Могу, ведь таково наше соглашение, — недовольно дернула плечиком Минору. — Ванпайя, это извращенная, абсолютно безумная пародия на человека, единственная цель которой поглощение любой энергии, которую она сможет найти. Не думала, что это скажу, но хоть я и не люблю вас, людей, однако то, что из вас может получится, еще отвратительнее. Все их существование зависит от энергии. И чем больше они ее выпьют, тем сильнее становятся.

«Энергетические вампиры, которые потеряв контроль едут крышей».

— Ванпайи нельзя контролировать. Некоторые из них могут разговаривать и даже заключать сделки, контролируя свою жажду на небольшое время, но итог всегда один и это бессмысленная и бесконечная резня. Именно ванпайи одна из причин сложившегося отношения к Мертвителям. Если Кутисагайне терял контроль он рисковал стать огромной проблемой.

Минору погрузилась в воспоминания. Это была уже их вторая встреча.

Каэде пришлось сбегать за новой партией чешуек с хвоста ламии, чтобы поддерживать связь. В это же время Левиафан аккуратно проглатывала запечатанные в стенах таблички, после чего относила их подальше от цитадели и просто выбрасывала.

Никто не знал, как они могут отреагировать, если их разбить.

Процесс был медленным и осторожным, чтобы не привлечь ничьего внимания, однако какой-то толк уже был. Минору было намного легче создавать свою проекцию для общения.

Более того, по ее оговоркам, она теперь могла отправлять свое сознание намного дальше. Именно таким образом древний ёкай была в курсе мировой обстановки и следила за новостями в своей темнице.

К сожалению, можно было убрать лишь самые небольшие печати. Все важное хранилось в клановых кварталах внутри Цитадели.

Но даже так Минору признала, что Широ честно со своей стороны исполняет свою часть сделки.

И тут был интересный момент. Изначально ламия хотела предоставить Станиславу некий кредит, в который она бы включила ряд техник мертвителей.

По ее мнению это было бы достаточной платой и задатком за то, что он уже сделал.

Вот только сам Ордынцев был решительно не согласен. Землянин отлично понимал ценность знаний и опасность предлагаемого ему искусства.

И он не собирался к нему даже притрагиваться пока не разберется, как то работает. К тому же, учитывая практический подход воителей, Стасу очень не хватало общения с кем-то, кто понимает, как все работает.

— Если ты хочешь знаний, то я могу тебе их дать, — пренебрежительно отреагировала Минору, услышав пожелания собеседника. — Но тогда я уменьшу количество данных тебе техник. Ты согласен на это?

— Конечно, — усмехнулся землянин: «Ведь если я буду знать, как все работает, то могу попробовать и сам придумать эти ваши техники».

Таким образом лекция оказалась куда более обширной, чем планировалось изначально. Из нее же стало ясно, что история Кутисагайне не ограничивалась одними лишь неудачами.

— … И хоть первые шаги были тяжелы и неудачны, но постепенно благодаря нашим советам Мертвители добились первых успехов, — Минору подхватила кончик своего хвоста и провела по нему кончиками пальцев.

— С каждым днем эфир показывал нам все новые и новые возможности. Казалось, это открытие изменит все. Воители, что впустили в себя эфир научились использовать его жажду к поглощению, чтобы вытягивать энергию из своих врагов. Эта энергия была способна питать их тела. Она делала их сильнее, быстрее и даже откатывала возраст! Старики молодели и возвращались к расцвету сил.

— Вот только у всего этого была цена.

— Да, — согласие упало вниз с тяжестью гранитной плиты. — Искусство жажды и эфир делали своих хозяев зависимыми от себя. Чем сильнее воители становился и чем больше эфира было в их телах, тем сильнее росла жажда. Слышал ли ты как погибли Кутисагайне? — в голосе Минору послышались болезненные нотки.

Стас лишь молча покачал головой.

— В те года Ищущие знаний объявили войну сразу нескольким сильным кланам. И ты, наверное, думаешь, что их уничтожила собственная жадность или, что объединившаяся армия их врагов победила? Да как бы не так.

Хвост ламии гневно стегнул воздух.

— Они ведь победили. Кутисагайне разбили все армии. Их войска заставили остальные кланы в ужасе бежать, спасая свои жизни. Вот только тот поток энергии и жертв, который они выкачивали на войне, прекратился. Война закончилась, а значит, больше не было тех, кто стал бы питать их мощнейшие пропитанные сверху донизу эфиром тела. Они были сильными людьми. Несмотря на то, что их тела усыхали, а они сами под действием беснующегося эфира становились все уродливее, они держались.

— Но это не могло продолжаться долго.

— Я не знаю, кто первый начал бойню. Но очень скоро все захваченные Кутисагайне города и места где были расположены их поселения превратились в кровавые свалки, в которых бродят лишь могущественные Ванпайи, которые убивают как друг друга, так и просто всех вокруг. Из того ужаса смогли спастись лишь те, кто был в начале пути воителя и погрузился в эфир не так глубоко. Когда выжившие Ванпайи доели оставшихся жителей, они двинулись в соседние страны. А когда их армии были побеждены, то жаждущие мести воители, оммёдо и даже другие духи пришли к нам.

На комнату опустилось тяжелое молчание. Минору вспоминала, как она почти не сопротивлялась, когда ее захватывали. Тяжесть совершенных ею проступков давила, словно многотонный груз. Именно тогда она дала себе обещание, больше не влезать в дела смертных и стараться не убивать. У нее было много времени обдумать эту позицию.

Стас же отметил в памяти еще один кусочек истории местных.

— Все еще не передумал, целитель? — подняла бровь Минору, посмотрев на Стаса. — Это искусство по праву носит название проклятого. Ты готов заплатить цену?

— Нет, — ответ Стаса заставил ее удивленно застыть. — Значит ты отказываешься?

— Нет. — издевательски ухмыльнулся Ордынцев.

— Тогда что твои слова значат?! — вновь начала раздражаться древняя ёкай. — Я не желаю тратить время на твои глупые шутки.

— Я не готов платить ТВОЮ цену. Но я возьму все, что ты мне дашь и сделаю так, чтобы МОЯ цена была намного меньше.

— Самоуверенный щенок, — презрительно фыркнула Минору. — Люди и духи не в пример умнее тебя уже пытались это сделать. Всех постигла неудача. Ты считаешь себя умнее нас всех?

— Да. — просто сказал Стас.

— Знаешь, — наконец сказала Минору после долгого молчания. — Я не особо горела желанием доверять хоть кому-то секреты искусства жажды. Но тебе я их дам с удовольствием, чтобы посмотреть, как ты будешь корчиться.

— Мы это еще посмотрим, — «благодарно» согласился Стас. — Но может не будем отвлекаться и вернемся к уроку?

— Конечно, — ласково махнула рукой Минору. — Продолжим. Что тебя еще интересует?

— Поднятие мертвых, — Стас невольно облизал пересохшие губы. Он долго ждал, чтобы задать этот вопрос. — Как у них это получилось?

— Эфир по своей природе очень просто все принимает. В какой-то момент мы научились передавать ему свои чувства и команды, объясняя, что ему требуется сделать. Так появились различные дальнобойные техники. Однако эфир был способен поглощать не только наши чувства. Если помнишь, ванпайи являются людьми, пожранными эфиром. Они не живы и не мертвы.

«Любопытно, как много воителей было пущено под нож, чтобы во всем этом разобраться?»

— Кому-то пришла идея начать процесс насильственной ванпафикации, но ближе к концу убить подопытного, не дав ему закончить превращение. Если все правильно сделать и настроить, то большая часть разума недо-ванпайи умирает, но оставшейся части вполне хватает, чтобы управлять телом и даже ограниченно использовать свои старые навыки. Правда последнее лишь для самых сильных зомби.

— А обязательно проводить ритуал на живых воителях? — поднял спорный вопрос мужчина.

— Не обязательно, — согласилась ёкай. — Можно использовать и свежие трупы, но они будут еще тупее, чем первые. И ни о каких навыках не будет идти и речи.

— Контроль мертвецов нужно поддерживать всегда? — деловито уточнил интересующий его момент Стас. — Или они могут впадать в какую-нибудь спячку если не нужны?

— Да, — с интересом кивнула Минору, пытаясь понять, о чем думает сидевший перед ней человек.

— А сколько они могут существовать без подпитки эфиром? Я ведь правильно понял, что сами они его не производят?

— Правильно. Чем сильнее был воитель при жизни, тем больший заряд он может хранить. Средний воитель спокойно может лежать пару лет. Эфир не даст телу гнить. Но к чему ты спрашиваешь?

— Да есть пара любопытных мыслей. — подозрительно улыбнулся Стас, прикрыв глаза.

* * *
Получив на руки парочку запретных техник, Стас не горел желанием использовать их вблизи от Сумада.

Именно поэтому ему пришлось удаляться далеко в лес, после чего по нескольку раз перепроверять чтобы за ним никто не следил.

Однако могло быть непонятно, почему Стас вообще рискнул на эксперименты с эфиром, если он пока что не достиг никаких успехов в уменьшении отрицательных эффектов техник.

Все дело в том, что эфир имел накопительный эффект. Проще говоря, ограниченное его использование было относительно безопасно, так как эфир со временем «вымывался» из организма.

Другое дело, что если использовать эфир много и часто, то эффект начинал накапливаться, а в какой-то момент и вовсе переставал уходить, начиная свое жуткое влияние, как на организм носителя, так и на его сознание.

Иронично, что первые мертвители специально доводили эфир до крайности, тем самым отрезая себе путь назад. В таком случае эфир становился намного более концентрированным, а, следовательно, и опаснее.

Правда, какой ценой.

И хоть Минору дала ему не так много техник, но она общими словами объяснила, что эфир умеет делать. Если подвести итог, то выходило, что эфир идеален, как средство проклятия и ослабления противника.

Высасывание жизненной энергии, праны, крови, стихий и чего бы то ни было, все это было вотчиной страшной стихии.

Но кроме этого воители сумели приспособить эфир, как жутковатый способ «реанимации».

Первой техникой, что логично, учитывая интерес Ордынцева, стала процедура создания живых мертвецов.

Деятельный разум землянина уже представил парочку идей, где и как можно было использовать сей страшноватый аргумент.

Конечно, имелись и сложности.

Вспомнить хотя бы то, что использование запретных техник могло поставить крест на Стасе в глазах всего сообщества воителей. А в таком случае сами воители очень быстро могло поставить крест уже на могилке самого Стаса.

Однако, кто сказал, что именно ему надо будет использовать зомби?

Для столь сомнительных дел Стас прямо сейчас усиленно создавал свою маленькую личную армию.

Ну а там, кто будет разбираться, сделали ли это мертвители или нет?

Ну а второй причиной являлось слишком большое количество эфира. По подсчетам Ордынцева даже на одного низшего воителя ему надо будет потратить два-три дня чтобы дать время собственному телу вывести излишки смертоносной энергии.

Срок же годности таких болванчиков без подпитки составлял не больше полугода.

Второй же техникой, которую дала Минору, являлась: «Темная слабость».

Действие последней техники не было чем-то очень сложным. Владелец формировал в своем теле заряд эфира, после чего выпускал его, словно газ, в пространство, надеясь, что противник по глупости зайдет в «облако».

Техника не была полностью прозрачной. Плавающий в воздухе эфир создавал небольшие оптические искажения. Тем не менее в бою их было не так просто заметить.

Эфир, почувствовав живое существо, мгновенно активировался и начинал вбирать в себя любую энергию, до которой дотянется.

Эта техника была младшим братом «Черного солнца», который мог выпивать даже средних воителей.

Сам владелец мог эфира не бояться, так как темная слабость умела распознавать энергию хозяина.

Таким образом к тому моменту, как закончился очередной месяц передышки, наступало время возвращения на грязную и кровавую работу. Стас Ордынцев же приобрел в свою коллекцию уникальные по своей силе и опасности знания.

Впрочем, эти крохи его лишь раззадорили.

Также следовало решить вопрос с Каэдой. Ведь хоть та и хотела «тоже путешествовать, как Широ», все было не так просто.


Глава 2


— Почему я не могу уйти вместе с тобой?! — в который раз уже канючила Каэда, действуя сидящему в теньке леса Стасу на нервы. — Теперь я умею делать крутые штуки, как и эти воители. Я не буду бесполезной!

— Каэда-сан, никто не говорит, что вы будете бесполезны… — терпеливо повторил Ордынцев, но его перебили.

— Широ, — грозно сдвинула бровки ёкай. — Мы с тобой уже давно не чужие, поэтому хватит твоего официоза. Обращайся ко мне не столь официально иначе я обижусь.

— Хорошо, Каэда, — тяжело вздохнул Стас, а видя, как тут же заулыбалась его головная боль, захотел посыпать себе голову пеплом. — Но разве Минору-сан не сказала, что твое обучение еще не закончено? Она считает, что тебе еще стоит многому научиться.

— «Минору-сан», — передразнила Каэда. — Она скучная. То делать нельзя, это тоже. По ее мнению нужно вообще держаться подальше от всего, чтобы не было неприятностей, а как я тогда увижу мир?!

Стас криво улыбнулся. Он без проблем видел то, что пыталась скрыть Каэда. Стас совершенно не понравился Минору. Она явно не считала его хорошей компанией наивной и молоденькой ёкай, всячески пытаясь отодвинуть Каэду прочь.

В ее глазах Ордынцев был тем еще проходимцем, который обязательно научит маленькую девочку чему-то плохому.

Ирония же заключалась в том, что сам землянин был с ней частично согласен.

Каэда, получив новое тело, обзавелась намного более непоседливым характером, чем раньше. Учитывая же, что и изначально она была далеко не подарком…

Станислав будучи человеком обстоятельным и любящим планировать все свои действия, начинал испытывать легкую головную боль от постоянно вертящегося неподалеку гиперактивного духа девушки.

Хотя какая она теперь дух, если у нее есть вполне себе физическое тело?

В этом плане Ордынцев до сих пор оставался в недоумении. Он решительно не понимал, как работают законы этого мира и почему решившая уйти из «дома» ёкай получает физическое тело. Откуда в конце концов берется на это энергия?

Вечная материализация, тем более чего-то настолько сложного, как не крути, это дорогое удовольствие.

— Предположим, ты права. И уход от своего сенсея, которая явно очень огорчится от подобного выбора, — Стас надавил словами, показав насколько же Минору может быть «огорчена». Судя по занервничавшей Каэде, она тоже поняла. — Но подумала ли ты об опасностях моего пути? Жизнь воителя опасная штука. Случайный удар, который ты не заметишь и все. Тебя могут убить, и я не хотел бы, чтобы с тобой это случилось.

— Ой, Широ-кун, — Каэда прижала ладони к губам и было непонятно серьёзно она или нет. — Ты беспокоишься обо мне. Как это мило! Но я уже многое умею. К тому же, я сильная.

Чтобы это показать ёкай с места рванула в сторону ближайшего небольшого деревца и мощным ударом мгновенно превратившейся в когтистую лапу рукой разнесла его в щепки.

И Стас должен был признать ее силу. Во всяком случае он сам смог бы повторить такой подвиг в лучшем случае со второго или даже третьего удара.

— Это все хорошо, но есть еще кое-что, — Станислав окончательно стал серьезен. Важный разговор больше нельзя было откладывать. — Каэда, сядь, пожалуйста, рядом.

Когда же она удивленно выполнила его просьбу, он внимательно на нее посмотрел.

— Каэда, ты можешь сделать своими иллюзиями так, чтобы никто не смог разобрать, о чем мы тут говорим?

— Ну-у, — задумалась ёкай. — Я могу сделать оптическую иллюзию, но со звуком у меня будут проблемы. Но никто ничего не разберет. Стой, нас кто-то слушает?! — Каэда раздраженно начал осматриваться.

— Не думаю, — покачал головой Стас, получив ответ от Леви. — Но лучше перестраховаться.

— Сделано. — Стас огляделся, отметив, что воздух вокруг них обрел повышенную плотность от чего Солнечные лучи начали немного преломляться.

— Я приоткрою карты, — продолжил Ордынцев. — Прямо сейчас я собираю молодых людей, которые в будущем будут мне служить. Сумада, которым я сейчас служу, об этом не знают и не должны знать. Пока что они юны, практически дети, и не очень опытны. Я хочу попросить тебя приглядеть за ними. У них есть перспективы, и я не хочу, чтобы этот мир убил их раньше времени.

— Дети? — смутилась Каэда. — Но я толком не умею с ними…

— Они довольно самостоятельны, — начал дожимать Стас, пользуясь ошеломлением собеседницы. — Тебе не нужно менять им пеленки, лишь защитить от очевидных опасностей. К тому же, Каэда. Я не прочь твоей компании, но пока что твоя личность вызовет слишком много вопросов у моей команды. Позволь мне решить эту проблему. Ну а ты, пока я это делаю, узнай о воителях немного больше, чтобы иметь возможность при необходимости прикинуться одной из них. Смело спрашивай, если что-то непонятно у Мари и Киочи. Ты сделаешь это для меня?

— Ну… если ты так хочешь, — окончательно сбилась с мысли Каэда, не зная, что еще сказать. Пристальный взгляд Широ начал ее нервировать. Поэтому, когда он улыбнулся, она испытала облегчение.

— Вот и договорились. Я скажу Мари о тебе. Слушать ее ты не обязана, но и командовать кроме как в домашних делах ты ей не можешь. Если им будет угрожать опасность я был бы очень благодарен, если ты им поможешь.

— Я же сказала, что помогу, — обиженно пробурчала Каэда, накуксившись. — Хватит мне повторять по десять раз, будто я глупая.

— Вот и ладненько. — довольный, как сытый змей, Стас сел обратно в позу для медитации, продолжив тренировки по вызову духовной энергии.

Если с тем, чтобы почувствовать эту мистическую энергию ни у него, ни у Леви не было проблем, то вот с ее вызовом и использованием все было сложнее.

Так как эфир состоял из двух частей, праны и духа, то Ордынцев был вынужден тратить время на тренировки своей духовной составляющей.

И в отличие от той же праны процесс происходил заметно иначе.

Сама тренировка заключалась в формировании в сознании причудливых знаков, после чего мысленной концентрации на них. Требовалось во всех подробностях ощутить каждый завиток или форму искомых иероглифов. А в идеале иметь возможность покрутить их у себя в сознании.

Если же он чувствовал, что поймал один из знаков, то следовало попытаться выпустить духовную энергию в специальный бумажный листик с совпадающим нарисованным знаком.

Таких листиков перед Стасом лежала целая куча. Он мог бы из них сложить колоду Таро.

Минору не особо стремилась распространяться, что какой знак означает, но так как знаки были созданы на основе местной письменности, некоторые из них можно было разобрать.

Единственным знаком, который у Стаса лучше всего получился, оказался «змей».

Ордынцев списал его с одной из тех пластинок, которые вытащили из стен. Разобраться в том, что там было написано он не смог, но пара знаков его заинтересовала.

Надо было видеть лицо Минору, когда Стас показал ей, как с легкостью заполняет знак змеи. Не трудно было догадаться зачем он нужен в запечатывающих нурэ-онну заклятьях оммёдо.

Такой смеси удивления, ярости и гнева он не видел уже давно. Ему даже показалось, что ее проекция сейчас обретет плотность и задушит его в змеиных кольцах.

Но обошлось. Правда задумчивый взгляд древнего ёкая сверлил его еще долго. Ордынцев сумел дать понять ёкаю, что он не так прост, как она считала изначально.

А может дело было в странной змеиной составляющей землянина. Как бы то ни было, Минору чувствовала странное родство с Широ. А если бы она узнала о том, как он видит свою прану, это бы лишь добавило ей подозрений.

* * *
— Кладите их сюда! — лазарет Сумада в этот день был весь на ушах. Привезли большую партию раненных прямиком с фронта. Некоторые из них были в тяжелом состоянии, поэтому все вокруг носились, как наскипидаренные.

Кто-то нес бинты, другие тащили воду, третьи осторожно складывали тела. Рук откровенно не хватало.

Что уж говорить про опытных целителей, которых из-за новых распоряжений совета было еще меньше, так как значительная часть из них отправилась на фронт от чего в цитадели их стало недостаточно.

В центре же всего этого кавардака стояла нерушимая скала имени Хидэо Сумада, о которую разбивались все волны паники.

Его зычный старческий голос перекрикивал остальные крики и сыпал новыми и новыми указаниями.

Подчиненные, выслушивая приказы, немедленно бросались их исполнять.

При этом сам Хидэо не стоял бесцельно на месте, а попутно заращивал особо сложные ранения. Точнее, он не давал пациентам умереть, а дальше за работу брались уже его ученики и подчиненные.

За свои десятилетия врачебной практики старый целитель умел сохранять спокойствие даже в самых безнадежных и страшных ситуациях.

В очередной раз дверь в лазарет открылась, но внутрь вместо еще одной партии носилок вошел тот, кого никто уж точно не ждал.

Из-за специфики профессии в обществе лекарей все друг друга так или иначе знали. И, конечно же, все знали внука, уважаемого Хидэо Сумада, неудачника, который несмотря на все возможности оказался жутким разочарованием своего героического деда.

Тем не менее, всех интересовал вопрос, что же он тут делает.

И чем дальше шел Кизаши, тем больше возникало вопросов у окружающих людей.

Внук Хидэо был одет в медицинский халат, а в руках у него покоился ящичек с инструментами и какими-то склянками.

Более того, чем дальше он шел, тем сильнее нарастали шепотки. Вокруг было множество раненных. У некоторых сквозь бинты капала кровь из-за открывшихся ран, но Кизаши шел вперед будто ничего этого не замечал.

— Что застыли?! — рявкнул Хидэо, ударив ногой в пол от чего сверху посыпалась пыль. — А ну марш работать! Если кто-нибудь из пациентов сдохнет из-за вашей безалаберности, то я навечно вас сгною в мытье «уток»!

Подобная угроза простимулировала всех еще активнее заниматься своими делами, но внимание они ничуть не ослабили, просто стали делать это тайно.

— Хидэо-сама! — Кизаши резко остановился перед своим дедушкой, выпрямив спину и выпятив грудь колесом. Глаза парня впились в строгое лицо главы больницы. — Как вы и приказывали, я принес медицинские снадобья, но у меня есть просьба!

— Излагай! — не менее грозно ответил Хидэо, сверкнув глазами из-под густых бровей.

— Я прошу вас позволить мне начать медицинскую практику. Я считаю в связи со сложившейся ситуацией нужны будут любые руки. Я готов оказать помощь.

Зал застыл. Остались лишь двое целителей. Старый и молодой. Первый будто спрашивал: «Ты уверен? Обратного пути уже не будет».

Молодой же был готов прыгнуть в бурную реку, не сомневаясь и не боясь.

Но их молчаливый диалог был разрушен третьей стороной.

— Как там тебя, Кизаши? — один из старших целителей как раз закончил с одним из самых тяжелых пациентов и опустил руки в бережно поднесенную к нему емкость с водой чтобы смыть кровь.

Эти действия не были сделаны с целью убить микробов, скорее это был удачный ритуал, который прошел сквозь века.

— Извини, но не мог бы ты перестать отвлекать серьезных людей? Здесь, в отличие от тебя, заняты делом, поэтому, пожалуйста, уйди. — в голосе одного из главных учеников самого Хидэо не было намерения оскорбить. Скорее… Мужчина старался как можно быстрее убрать никому ненужную помеху, которая мешает его сенсею вернуться к работе.

В его глазах Кизаши был досадным недоразумением, место которого было где-нибудь подальше. Он не испытывал к нему ненависти, лишь снисхождение и легкое презрение.

Вот только он сильно ошибся, ведь если раньше Хидэо вполне мог его и послушать, прогнав внука, то вот сейчас многое изменилось.

— Мичиро, мне послышалось, или я просил у тебя совета? — ласково протянул у него глава всех целителей.

— Хидэо-сама, простите…

— Не прощаю! — рыкнул старик. — И без советчиков справлюсь. Или ты считаешь, что знаешь лучше меня самого, что мне делать? Может тогда мне и вовсе отсюда уйти? Судя по всему, ты и без меня тут со всем справишься.

— И в мыслях не было! — вот сейчас уже реально испугался Мичиро. Уж больно неприятные слухи ходили о тех, кто посчитал, что их задницы куда лучше придутся на месте главы больницы.

— То-то, — отвернулся Хидэо, вновь поворачиваясь к Кизаши. — Твое место для работы третье. Эй, выделите ему помощников и укажите его стол. А теперь возвращаемся к работе!

— Рассекающий удар в живот, — начала говорить его невольная помощница, в то время как на операционный стол перед Кизаши клали первого пациента. — Состояние критическое. Кишки и некоторое внутренние органы сильно изувечены. Уже чудо, что он дожил до этого момента. — последнее его помощница проговорила уже больше для себя.

«Не повезло», — подумал Кизаши, зажимая страх от открывшейся перед ним жуткой раны глубоко внутрь: «Первый же пациент и тяжелый».

Но хоть внук Хидэо боялся, его руки споро засветились зеленым.

Одна целительская техника сменялась другой и состояние пациента под удивленными взглядами помощников начало улучшаться.

Тот момент, когда критическое состояние превратилось в просто плохое, запечатлелся навсегда в памяти алхимика.

Именно тогда он окончательно сорвал с себя столь осточертевшую ему маску юнца и неудачника и смело шагнул вперед.

— Эй, вы! — голос его деда заставил Кизаши инстинктивно вздрогнуть, боясь, что он сделал что-то не так. — Не видите, что ли, что он слишком хорош, чтобы тащить ему легких или средних? Мой внук достаточно компетентен, чтобы брать тяжелых!

«Чтобы тебя сожрали ёкаи, старик». — с нежностью и раздражением подумал Кизаши отлично понимая, что делает Хидэо.

Прямо сейчас его дедушка ковал его будущую репутацию. Да был риск, что он не справится, но если он все же бы сумел, слухи напрочь смели то, кем его знали раньше.

И это работало. Новый пациент, выглядящий так, будто его сожрал и высрал легендарный дракон, а спустя пол часа работы уже более-менее спокойно дышащий комок плоти.

Теперь он был передан целителям послабее, а Кизаши вновь занялся тяжелым пациентом.

Все время сколько он себя помнил, Кизаши тренировался на животных. Целительским техникам в большинстве своем не особо важно, кто перед ними, воитель или та же свинья. Восстановить кишки собаке или человеку для праны — это было не так уж и существенно.

Разве что расход праны может увеличиться.

Сложность целительских техник была в том, что их не так-то просто освоить. Даже ту же целительскую длань осваивали далеко не все, что уж говорить о чем-то еще более сложном.

Но Кизаши смог это сделать, а его вынужденная изоляция скрыла подобное достижение от общественности. Люди просто не хотели ничего знать о калечном внуке главного целителя.

Но теперь все изменилось, ведь алхимик мог применять освоенные им техники не только на животных, но и на людях.

Стимулятор привычно отправляется в живот и сердце взрывается болезненными потоками праны.

Но Кизаши все равно. Он весь в спасении и помощи своим братьям, который всю его жизнь не считали его равным себе.

И теперь их мнение с каждым новым телом постепенно менялось.

Сомнения и недоверчивость сменялись удивлением и задумчивость, а им на смену приходили удивление и ошеломление.

Кто бы мог сказать, что бестолковый внук старика Хидэо окажется способен применять столь сложные и энергозатратные техники?

А что насчет его боязни крови? Неужели он смог ее побороть?

Разве такое возможно?

Реальность ломала всех их представления о логике и положении мира.

При этом, никто не говорит, что у Кизаши не было неудач. Он не являлся богом целительства, поэтому некоторые из пациентов так и умирали у него на руках.

Но ведь подобное происходило и у других целителей. Эти люди находились между жизнью и смертью слишком долго. И хоть их старались довести как можно быстрее от фронта до Цитадели, но даже у железных организмов воителей имеются пределы.

Безусловно, старшие целители справлялись намного лучше, однако для своего возраста и положения «новичка» Кизаши держался очень хорошо.

В этот же момент один старик мысленно улыбался. Все его существо пело от удовольствия, когда его внук и он сам одновременно работали и спасали чьи-то жизни.

Как же он давно этого хотел.

При этом старый целитель был горд самим собой. Те склянки, что он заказал у Кизаши были совершенно не нужны. Их даже не открыли, так как нужный запас у больницы имелся.

Все дело было в том, чтобы привлечь Кизаши сюда и толкнуть его действовать. Вынудить сделать шаг и дать шанс показать себя в трудную минуту перед всем кланом.

Дать ему тех, кого он спасет прямо из лап смерти и заставить себя уважать.

Так почему же Хидэо ничего не сказал своему внуку? Почему он ждал первого шага именно от него?

Просто благодаря жизненному опыту старый целитель знал, что этот путь Кизаши должен был пройти самостоятельно

Он должен был считать, что именно он сам решился на помощь больным.

Ему ни к чему было знать, что дедушка внимательно следил за его прогрессом в борьбе гемофобией, а также планомерно капал на мозги разговорами о том, как же им не хватает свободных рук из-за приказа старейшин.

Старик Хидэо скрыл довольную улыбку в усы. Невольно он подумал, что из-за общения с одним хитрым целителем, он сам подхватил у него любовь к изощренным планам.

В любом случае, он был счастлив наблюдать за рождением новой звезды Сумада, чей свет не был запятнан его собственными ошибками и неудачами.

«Эх, Игиро наконец-то я могу подумать о том, что уйти на покой, ведь у меня теперь есть тот, кому я могу передать свое наследие».

Вот только поглощенный радостью старый целитель не видел косой взгляд Мичиро Сумада, своего первого ученика.

В промежутках между пациентами Мичиро раздраженно переводил взгляд с учителя на, как ему казалось, купающегося в лучах славы Кизаши.

В душе неплохого, по сути, мужчины удушающей волной вспыхнула черная ревность и страх.

Долгие годы он шел к тому, чтобы впоследствии заменить своего учителя на его должности и тут появляется этот молодой выскочка? И что, раз он внук старика, то теперь все перед ним обязаны встать на задние лапки?

Разве это честно?!


Глава 3


— Стихия огня! Огненный всплеск! — Станислав изо всех сил бросился в сторону под прикрытие одной из каменных стен.

Мощнейший взрыв прогремел на том месте, где он был секунду назад. Кожа на лице болезненно заныла, когда по ней прошелся наждачкой раскаленный воздух.

Ордынцев судорожно вздохнул, впуская в легкие непонятую смесь из кислорода, чьей-то горелой плоти, каменной пыли и пепла.

«Если выживу, потрачусь на маску!»

Нестерпимо захотелось закашляться тем видом кашля, когда ты будто бы намериваешь выблевать свою еду на землю вместе с воздухом, но мужчина сдержался — сейчас было не время.

Каменная преграда из прошлого сражения сослужили ему добрую службу, спасая от бури огня, но вот против прямого попадания она была бесполезна.

Рванувший прочь землянин в очередной раз обогнал свою собственную смерть, которая уже нежно похлопала его костлявой ладошкой по плечу.

В спину ударила сметающая все и вся волна горячего воздуха, но Стас знал, как себя вести в подобных ситуациях.

«Спасибо, мастер Джун. Надеюсь вы еще живы.

— Ха-ха-ха! — позади раздался ненавистный смех вражеского воителя, который и обрушивал на Стаса техники огня. — Беги мышка, беги! Но далеко не убежишь! Я все равно прикончу тебя!

— Кровавый удар! — прошипел Стас, резко разворачиваясь и посылая уже свою технику в показавшегося из дымовой завесы противника.

Кроваво красный сгусток сформировался за мгновение и выстрелил собой, разрезая горячий воздух, словно раскаленный нож подтаявшее масло.

— Техника огня. Огненная стена! — с руки его противника сорвалась защитная техника, в очередной раз принявшая на себя удар землянина.

От столкновения насыщенной праной крови и магического огня образовались бордовые тучки, внутри которых проскакивали нехорошие вспышки, но сражающимся было не до этих странных погодных условий.

«Будьте прокляты старейшины. Из-за вас я должен иметь дело с этой хренью!»

И Стаса можно было понять. Их миссия с самого начала ему не понравилась. Сопровождать чиновника, который будет собирать налоги в городах расположенных в опасной близости от фронта, было априори опасно.

И это, учитывая, что у тех же Санса как раз имелся критический недостаток средств. Наемники, благодаря которым они держались стоили дорого. Как говорится, что могло пойти не так?

И если первые два месяца ничего интересного не происходило, заставив Стаса испытать робкую надежду, что обойдется, то на третий месяц вдарило так, что мало не показалось никому.

На защиту чиновника было отправлено разом три команды воителей. В данный момент Стас был уверен, что их осталось уже меньше.

Их караван состоял не только из сановника и воителей. Высокопоставленный чиновник тащил за собой здоровенный обоз из телег с золотом, слугами, писарями, отрядом самураев и носильщиками.

Именно вся эта кодла и принялась весело и задорно гибнуть под ударами техник воителей, устроивших на них засаду.

И если чиновника вытащил Джун, беспардонно ухватив за шиворот и передавив кислород воротником, то вот его ученикам пришлось спасать свои задницы самостоятельно, скатываясь с телег и залегая неподалеку.

Цепочка взрывов и вспышек сработавших техник накрыла весь караван. Страшно было даже смотреть на то, во что превратились обычные люди.

Их противники предпочитали использовать огненные и кислотные техники. Была парочка водных и вроде бы воздушных, но общей тематики это не меняло.

Их спасло лишь то, что они не были приоритетными целями. Основной удар приняли средние воители и парочка высших, одним из которых был и их сенсей.

Другое дело, что мастера Джуна так легко было не убить.

— Кто-нибудь их видит? — закричал Стас, чувствуя, как по щеке что-то течет. Он приложил исцеляющую длань к уху, восстанавливая порванную барабанную перепонку.

— Они вон там! — Мэй указала в глубину леса, которую начали осыпать техниками их товарищи. Врагов из-за листвы было плохо видно, но это дело решалось прямо на глазах.

Так любимые Сумада земляные техники выкорчевывали деревья, как траву, оставляя опустошающие буреломы.

— Что будем делать? — в их укрытие приземлился немного дымящийся Эиджи. Видимо, одна из техник прошла в опасной близости от его тела чуточку подпалив.

Если изначально они скатились в обычный овраг, то теперь он под влиянием праны Мэй углубился и обзавелся небольшим бруствером, из которого они и выглядывали.

— Двинемся на соединение с учителем? — предложил Ордынцев, начиная лечить уже ушки Мэй. Она находилась неподалеку от него, поэтому ее тоже хорошо приложило взрывом.

— Нет, — поморщилась девушка от прострелившей ее внутреннее ухо боли. — Учителю сейчас не до нас. Мы там будем лишними!

В ту же секунду громкий хохот, который определенно точно принадлежал их учителю, был заглушен свистом раскручивающегося зеленоватого вихря, сплошь состоявшего из кислоты.

— Опасность! — Стас резко распахнул глаза и бросился из их окопа прочь. Следом метнулись и остальные, разминувшись с хлюпнувшей кислотной каплей, которая практически до краев заполнила яму.

Предупреждение скрывающейся под землей Левиафан оказалось, как нельзя кстати. За прошедшие бои они выработали вполне рабочую тактику.

Змейка благодаря своим экстраординарным навыкам сенсорики контролировала их окружение и оказывала поддержку в виде атак из засады.

Если ничего не происходило она старалась не показываться, чтобы не раскрывать своего присутствия.

— Эх, какая жалость. — перед настороженными учениками Джуна приземлились четверо бойцов. Говорил тот, что был постарше и, судя по всему, занимал главенствующую роль. Остальные трое, два парня и девушка, были немного старше Стаса с товарищами.

— Всем было бы проще, если бы вы умерли от моей первой же техники. Но где же мои манеры, позвольте представиться, Кирин Санса, высший воитель.

Никто не был удивлен откровенно странным поведением воителя. Казалось бы, вокруг идет бой, а он устраивает представление.

Но здесь стоит немножечко окунуться в культуру воителей.

Так как воители не были самураями, они не видели ничего дурного в том, чтобы нападать из засады, безжалостно расправляясь даже со слабыми врагами.

Тем не менее, если неожиданное нападение не срабатывало, то включались другие правила.

Вся жизнь воителей — это непрекращающаяся война и тренировки к ней. Повторения приемов тысячи и десятки тысяч раз без конца и края, лишения и потери.

Очевидно, в подобных условиях воители имели шанс сдохнуть в любое время, поэтому они старались так или иначе оставить память о себе.

В культуре воителей не было ничего слаще, чем остаться в памяти легендарным воином, предания о подвигах или злодеяниях которого стали бы передаваться еще многие поколения.

Именно поэтому традиция представления являлась вполне действующей вещью. Конечно, если миссия тайная, никто бы не стал представляться, но так как шла война, это не имело смысла.

В независимости от того, кто победит, выигравшая сторона впоследствии расскажет, что столкнулся с теми-то и победила их в «честном» бою.

Да и без этого существовали всякие тонкости вроде того, что слабые воители обычно не представлялись перед сильными, если те не спрашивали.

«Кирин Разрез — один из опытных воителей ветеранов Санса», — обреченно вспомнил Стас: «Мы трупы».

— Но, думаю, детишки, вашем случае представляться нет смысла, — рука Кирина почти легла на рукоять катаны, как он резко метнулся вперед и выхватил из воздуха, несущегося к нему Джуна.

От удара огромной палицы и, казалось бы, тоненькой катаны разошлась неприятнейшая звуковая волна, заставившая нестерпимо заныть все зубы.

Судя по тому, как прана перетекла на клинок Разреза, он владел искусством напитки оружия праной. В ином случае его меч не имел шансов уцелеть в столь мощном столкновении.

— Джун, давно не виделись, — учтиво бросил Кирин, нанеся своему противнику десяток скользящих ударов, но из-за скорости они почти слились в один.

— Кирин, — рыкнул Джун, парой скупых движений, принимая все удары на дубину и совершив размашистый удар, заставивший Разреза отпрыгнуть. — Сто лет твою рожу не видел и столько же бы предпочел этого не делать.

— Как всегда груб. Я смотрю, ты решил остепениться и взять команду? Что-то я об этом не слышал. Значит, еще совсем зеленые? Будет очень жаль, если мои ребятки нарежут твоих на салат.

— Это мы еще посмотрим! — двое высших воителей начали сдвигаться прочь от своих учеников. Оба прекрасно понимали, что даже одного хорошего удара его противнику хватит, чтобы кого-нибудь убить.

Шестеро учеников двух разных воителей настороженно уставились друг на друга.

Один из троицы уже было открыл рот, чтобы представиться, а Стас чтобы попытаться обойтись без битвы, как Эиджи все испортил, запустив технику прямиком в учеников Кирина.

Самое же глупое, что это ничего не дало, так как воители с легкостью увернулись. Зато вот Мэй, Эиджи и Широ мгновенно поняли, что имел в виду Разрез, когда говорил о неопытности, ведь их враги были самыми настоящими средними воителями!

И очень быстро ситуация вышла из-под контроля.

Не прошло много времени, как им пришлось разделиться, уводя каждый своего противника в сторону.

«Надо что-то делать, так дальше продолжаться не может», — стремительно думал Ордынцев, продолжая уворачиваться от огненных техник своего врага: «Судя по его энтузиазму, праны у него много, а я рано или поздно допущу ошибку. Значит, надо как-то сблизиться с ним. Судя по его постоянными выкрикам он довольно самоуверен и горделив, попробуем сыграть на этом».

Следующий взрыв, оказался чрезвычайно близко к землянину от чего его со всего маху откинуло в сторону и бросило прямо на землю, заставив замереть там сломанной куклой.

Вот только все было далеко не так просто, как выглядело на первый взгляд.

Пока Стас катился по земле, он заставил свое тело в нужный момент приклеиться к поверхности, остановившись именно так, как он того хотел.

И хоть его мышцы нестерпимо ныли, одна рука оказалась скрыта его собственным телом.

— Бесчувственный демон, — прошептал Ордынцев и боль мгновенно ушла, а тело наполнилось силой. Он прекрасно знал о разрыве некоторых мышц, частично обугленной коже и знатно прожаренном доспехе, но боли больше не было.

Наоборот, тело чувствовало удивительную легкость.

Теперь же наступала самая опасная часть его плана.

«Хоть бы он не решил просто добить меня на расстоянии техникой! Давай, подойди ближе. Еще ближе. Ты же хочешь позлорадствовать? Позубоскалить? Ну вот он я». — мысленно уговаривал Стас, изображая умирающего лебедя. И если бы не техника, изображать не особенно и пришлось бы.

— А что это за поджаренная тушка у нас тут лежит? — преувеличенно мягко спросил приземлившийся неподалеку противник.

Стоит немного остановиться на его внешнем виде. Это был парень лет двадцати трех, с зеленой броней и голыми руками без наплечников. На руках извивались татуировки, опутывая неплохие мышцы.

Лицо молодого мужчины покрывала стальная маска, оставляющая видимой лишь небольшую часть лба и глаза.

— Знаешь, я сегодня добрый. Меня зовут Койя. И да, ты меня сегодня изрядно повеселил. Поэтому, если ты меня вежливо попросишь, я даже убью тебя быстро, а не с помощью кислоты или огня. Поверь, это очень щедрое предложе…

«Сейчас!»

Земля под ногами Койи взорвалась и оттуда по диагонали вверх рванул десяток червеобразных тел.

Скрытая рука Стаса прямо в этот момент контролировала технику червей, которые тайно прорыли ходы под землей.

Вот только его враг не просто так носил звание среднего воителя.

Мужчина инстинктивно отпрыгнул прочь от несущегося на него червей, попутно нарезая их в каменный фарш своей катаной, но именно это Ордынцеву и требовалось.

На полном ходу Койя влетел в заранее расположенное сбоку облако эфира. Стас потратил много сил, чтобы выпустить его как можно больше, не рискуя подхватить интоксикацию.

— Что-что это за дрянь?! — спесь мгновенно слетела с врага, когда он почувствовал, как силы начинают его покидать. — Это яд или какая-то техника?!

Впрочем, он не долго мог сокрушаться своим состоянием.

Казалось бы, поверженный враг вскочил и с неожиданной для него скоростью обрушил целую серию тычков копьем.

Ни один из них не попал, но целью Стаса было не убить, а блокировать попытки воителя выйти из зоны действия эфира.

Да, Койя был опытнее и куда лучше владел клинком, но на стороне Стаса было ослабляющее действие эфира и полная нечувствительность к усталости мускулов.

Благодаря технике «демона» Стас развил бешеный натиск, выжимая из своего тела все что только можно в стремлении еще сильнее увеличить скорость и напор.

— Это бесполезно! — выдохнул враг, отбивая все атаки и пытаясь ретироваться.

— Земляные черви! — вырвавшиеся из руки Стаса смертоносные щупальца прошли мимо ловко отшагнувшего в сторону противника. Меч в его руки лениво перерезал тела, разрывая связь с техникой, но в ту же секунду Койя ахнул от внезапной боли.

Ордынцев же мрачно усмехнулся.

— Ч-что? Ты спрятал ножи в свою технику?! — наконец догадался мужчина, раздражённо смотря то на Стаса, то на свою поцарапанную руку.

Это была недавняя придумка Ордынцева. Так как с изменением червей на змей были еще проблемы, Стас решил всунуть в головы образующихся червей ножи. Здесь требовалось одновременно ловкость, рук, расчет и контроль.

Это не была в полном смысле этого слова новая техника, скорее легкая модернизация.

Когда головы змей проходили мимо, они выталкивали из себя ножи, которые имели шанс попасть по врагу. И это задумка даже сработала.

Стас ничего не сказал, медленно кружа вокруг своего врага. Койя этого еще не заметил, но каждый из ножей был покрыт жирным слоем яда.

— Ками, — В какой-то момент Койя скривился, покачнувшись, после чего его глаза вспыхнули пониманием. — Ублюдок!

Понимая, что он проигрывает, тот решил поставить на карту все.

Это был отчаянный маневр. Даже не смотря на все ухищрения Ордынцева его враг все еще был сильнее в рукопашной.

Прямое столкновение могло закончиться плачевно.

А это значило, что нужно закончить бой на своих условиях.

Стас, сузив глаза, бросился навстречу противнику.

Секунда и они встретились. По задумке тычок мечом в грудь должен был заставить Ордынцева отойти в сторону, оставив правую руку открытой для удара, но какого же было удивление Койи, когда его враг сам насадился грудью на клинок.

Молодой мужчина попытался вырвать меч, но прижавший его руку к себе Ордынцев помешал это сделать. Бесчувственный демон позволил землянину не обращать внимание на жуткую боль, а так, он специально рассчитал точку попадания, которая принесла бы меньше всего непоправимых повреждений.

С другой же стороны, нож самого землянина с легкостью нашел дорогу, втыкаясь прямо в шею Койи. Стас не удовлетворился одним ударом и повторил его еще несколько раз, пока тело воителя окончательно не расслабилось, упав.

И даже тогда, Стас, склонившись, ударил еще контрольным.

Учитывая живучесть воителей, это были не лишние предостережения.

Стас прямо с мечом в груди быстро двинулся к укрытию. Техника бесчувственного демона еще работала, но шли последние минуты перед неминуемым безумием. Вытаскивать клинок тоже не стоило, чтобы не истечь кровью.

Сев и привалившись к одному из упавших деревьев Ордынцев принялся за самолечение. Праны оставалось очень немного, поэтому он экономил как мог.

«Кто бы мне раньше сказал, что сегодняшнее «немного», равнялось моему прошлому резерву в начале тренировок. Но дальше тянуть нельзя».

Техника бесчувственного демона была отменена и Ордынцев тут же согнулся, выхаркивая скопившуюся в легком кровь.

Дышать было тяжело и больно, но он чувствовал себя намного лучше, чем его противник.

Кстати, о нем.

Мужчина вытащил из сумки на спине толстый свиток и споро начал его раскатывать. Края он прижал камнями. Закончив, он подхватил мертвое тело и положил прямо на бумагу. На кровь он не обращал внимания, так как свиток был покрыт специальным составом.

Приложив пальцы к неприметному символу в углу и подав прану, Стас разом запечатал мертвое тело. Покупка столь полезного в хозяйстве имущества, как пространственный свиток, обошлась ему в очень кругленькую сумму. Но он не жалел ни единого Рё.

Ордынцев не собирался разбрасываться столь ценным материалом, как почти целый средний воитель.

Безусловно, он проклянет все и вся, пока по капле будет заполнять его эфиром, но в итоге у него должен получиться великолепный живой мертвец, готовый выполнить даже самый самоубийственный приказ.

Но расслабляться пока было рано. Хоть бои уже затихали, следовало поспешить и проверить, что там с его товарищами, вдруг им нужна помощь?

Скатав свиток и положив его обратно, Стас похромал туда, где он оставил Эиджи.

Открывшаяся ему картина заставила Станислава облегченно выдохнуть. Полукровка все-таки выиграл свой бой. Более того, он даже умудрился взять своего противника, а точнее противницу в плен!

Стас иронично хмыкнул. Зная какие тараканы бродят в голове его сокомандника надо поспешить и узнать, что он собирается делать.

— О, Широ! — устало улыбнулся Эиджи, заметив подходящего Стаса. — Я рад, что ты цел. Я краем глаза видел те взрывы и клубы огня. Даже подумал было идти к тебе на помощь.

— Неужели здесь все было настолько просто? — с интересом уточнил землянин, оглядывая стоявшую на коленях девушку, руки и ноги у которой были туго стянуты. Ее глаза смотрели на них с ненавистью.

— Не сказал бы, — Эиджи стал серьезнее. — Она меня почти сделала. Если бы не твои ножи, все могло сложиться иначе.

Стас довольно кивнул. Он выдал несколько ядовитых клинков товарищам на крайний случай.

— Что будешь с ней делать? — решил перевести тему Ордынцев. — Может возьмешь в наложницы? — пошутил он, но замолчал, так как лицо стоявшего перед ним парня перестало что-либо отображать.

— Что ты сказал? — тихо пробормотал Эиджи.

— Во-первых, я пошутил, — тяжело вздохнул Ордынцев, которому происходящее нравилось все меньше и меньше. — А во-вторых, учитывая, что она довольно красива, — здесь Стас не соврал. Стоявшая на коленях молодая женщина и впрямь невольно привлекала взгляд. — После того, как в клане из нее достанут все знания, она, скорее всего, окажется чьей-либо наложницей.

— Вот значит, как, — Эиджи отвернулся и посмотрел девушку.

На следующее действие Ордынцев попросту не успел отреагировать. Нагината парня, провернувшись в его руке, глубоко вошла в висок пленницы.

На ее лице так навсегда и застыло выражение непонимания и удивления.

— Нахрена?! — выдохнул землянин, поудобнее перехватывая копье и вставая в боевую стойку. Он был готов к тому, что Эиджи нападет и на него. — Какого демона ты ее убил?!

— Я не повторю ошибок своего отца! — закричал Эиджи, смотря на Широ безумным взглядом. — И я не дам кому-то из моего клана тоже совершить ошибку! Женщинам не место на войне! Они предадут, обязательно предадут и их нельзя подпускать так близко.

Стас ничего не сказал, внимательно смотря на борющегося со своими эмоциями парня. Наконец тот успокоился и опустил нагинату, Стас тоже отвел копье.

— И что дальше? — медленно и осторожно уточнил Ордынцев, будто общался с опасным психом. Хотя почему «будто»?

— Она пыталась совершить побег, и я ее убил, — безразлично пожал плечами Эиджи. — Я помню, ты говорил, что собираешься экспериментировать над мертвыми телами? Можешь ее забрать. И шмотки ее тоже возьми, мне они не нужны.

Больше не говоря ни слова, Эиджи отошел в сторонку, дожидаясь пока Стас запечатает очередное тело.

Было понятно, что полукровка дал ему, своего рода, взятку, чтобы тот молчал.

Что же, пока что Ордынцев был готов позволить этому «недоразумению» пройти мимо.

Пока что.


Глава 4


— Значит, ты хочешь освоить именно эту технику? — Джун с интересом посмотрел на Широ. Их сенсей вообще любил задавать такие вот провокационные вопросы и смотреть, что они на них ответят.

Ордынцев подозревал, что он себя так вел, так как любил видеть, как они корчатся. И не важно, в физическом плане или психологическом.

Правда эта любовь Джуна относилась не только к ним, а в принципе ко всем людям.

— Да, сенсей, — Стас был решителен как никогда. — Слишком часто возникают ситуации, когда сбежать от вражеского удара или техники очень сложно. Эта техника позволит мне увеличить мою выживаемость.

— Хм, — Джун сделал вид, что задумался. — Допустим я расскажу тебе, как делать эту технику. Но ответь мне вот на какой вопрос, Широ. Зачем тебе мертвые тела воителей?

— Я много думал над тем, какую нишу я смогу занять в этом мире, — начал издалека Стас, вдохновленно плетя кружева лжи. — Чем я могу быть полезен для приютившего меня клана…

— Я сейчас расплачусь, — ухмыльнулся мастер. — А теперь давай без всей этой возвышенной чуши, в которую я все равно не поверю. Я тебя, Широ, слишком хорошо знаю, чтобы меня можно было так легко надуть. Поэтому заканчивай маяться дурью и скажи мне короткую и логичную причину, которую я при необходимости скажу Совету, если меня спросят.

— Я тренирую на трупах целительскую длань, планируя исправлять ошибки прошлых лечений, шрамы и рубцы. — после короткого молчания подытожил Стас.

— Можешь же, когда хочешь, — довольно кивнул Джун.

— Сенсей, — осторожно начал Стас. — А у вас самих, нет вопросов насчет того, зачем я это делаю?

— Широ, заруби себе на носу, мы воители, — раздраженно ответил сенсей. — У каждого из нас есть десятки и сотни секретов, о которых мы можем не рассказать даже нашим детям, забрав их с собой в могилу. Насколько я могу судить, ты не собираешь использовать их во вред ни мне, ни своим товарищам?

— Нет.

— Значит мне все равно. Касательно же твоего вопроса… Будет тебе техника «Скольжения в земле». Не передумал еще? Я могу научить тебя какой-нибудь крутой атакующей технике взамен этой.

Ордынцев с легкостью поборол искушение. Он знал цену умению, позволяющему вовремя свалить. К тому же, кто сказал, что этот навык нельзя использовать для того, чтобы скрытно добраться туда, куда тебе нужно?

— Эх, — сокрушенно вздохнул Джун, махнув рукой. — Как всегда скучен. Тогда слушай. Как мы уже поняли, со стихией земли у тебя нет проблем?

Стас согласно кивнул.

Формирование праны в земляную было… Это было не так просто описать.

Ордынцев словно бы передавал ей ряд свойств вроде твердости, непоколебимости и постоянства. Он будто бы пробуждал некий уже заранее заложенный алгоритм, который его прана откуда-то знала.

Может это и называлось родством?

Стоило же стихийной пране закончить формирование, как ее требовалось как можно быстрее высвободить наружу в виде техники.

Праноканалы не были рассчитаны на стихии, поэтому сначала их жгло, а потом начинался процесс разрушения.

— Выбранная тобой техника очень непроста, — продолжил лекцию Джун. — Откровенно говоря, я даже не уверен, что у тебя что-то выйдет. Как ты знаешь, точки праны находятся у нас по всему телу, но активно мы используем только те, которые находятся на руках и ногах.

Ордынцев согласно кивнул. Занимаясь лечением, он несколько раз обследовал точки праны своих товарищей целительской дланью, и разница была огромной.

— Техника скольжения в земле требует, чтобы ее пользователь сформировал технику и высвободил прану через, как можно большее число точек праны. Это позволит сформировать вокруг себя земляной пузырь, который станет разжижать землю перед тобой и толкать вперед.

Желая продемонстрировать, Джун начал медленно опускаться под землю, будто в зыбучие пески.

— Именно с этого упражнения ты и начнешь, — посоветовал он. — Сначала научишься формировать технику вокруг ног, затем руки, следом спина и грудь. Ну и наконец начинай складывать весь этот мясной пазл в человека и пробуй плыть. Вот только ты кое-что забыл. — в голосе сенсея без труда можно было услышать насмешку.

— Воздух? — попытался предположить Стас.

— Не угадал. Воздуха у тебя лишь столько, сколько сможешь набрать в легких. А потом можешь попробовать создавать воздушные карманы. Как ты собираешься ориентироваться под землей? Уплывешь слишком глубоко, а нам потом твой труп искать и откапывать?

— И что делать, сенсей? — подобная перспектива Ордынцева не обрадовала.

— Ты должен будешь освоить еще и сенсорную технику «Чувство земли», вот только про нее я расскажу, как-нибудь потом. — безжалостно отрезал Джун видя, как Стас уже открыл было рот.

— Сенсей, — после небольших раздумий выдал Ордынцев. — А что вы скажите, если я прямо сейчас выдам вам уникальный по своему составу и вкусу алкоголь, который вы еще никогда не пробовали?

Глаза мастера сузились.

— Ты недооцениваешь мою мощь, ученик. Я бухал всем известным и неизвестным алкоголем! Да что там, я пил даже ядовитое вино, которое пролежало в одной гробнице больше полутора сотен лет!

— А мой вы все еще не пробовали, — ухмыльнулся Стас, с вызовом глядя на Джуна.

— Ты играешь с огнем, парень. Я не люблю, когда меня обнадеживают, а потом обламывают. Тащи немедленно свое бухло. И если оно и впрямь такое уникальное я научу тебя этим двух техникам!

— А если оно вам понравится? — слова Стаса заставили мастера гневно раздуть ноздри.

— Если же оно мне еще и понравится, то готовься запоминать еще две техники сверху! — рявкнул доведенный до ручки сенсей. — Но если ты мне наврал, то я приложу все свои силы, что этот отдых запомнился тебе надолго.

Ордынцев постарался незаметно сглотнуть и метнулся в свою комнату за парочкой запечатанных бутылок с медовухой.

Заказанные перед отъездом бутылки с алкоголем уже были сделаны и, на непрофессиональной вкус Стаса, получились неплохими.

Бульк-Бульк!

— Мням-ням-ням, — Джун хмуро уставился на бутылочку у себя в руке и задумчиво блямкал губами, пытаясь оценить вкус.

Стас аж задержал дыхание.

— Не повезло тебе, паря, — с предвкушением ухмыльнулся Джун. — Готовься и смазывай жопу, этот месяц ты проведешь за самыми жестокими тренировками в твоей жизни!

«Не может быть!»

— Бва-ха-ха! Опять купился! Что же вы все такие легковерные! — заржал Джун, потешаясь над помрачневшим Стасом.

— Сами бы попытались угадывать, что сделает человек, который сам не знает, что он будет делать через минуту. — тихо пробурчал Стас.

— Разговорчики! — строго прикрикнул сенсей. — Короче, как это бухло называется?

— Медовуха.

— М-м-м, то-то сладенький привкус. Не могу сказать, что она мне не понравилась, но и до удовольствия далеко. Поэтому сверх обещанных двух техник получишь лишь одну. Согласен?

— Так точно!

— Ладно, с третьей мы попозже разберемся, а пока запоминай. Техника чувства земли позволяет пользователю определять где верх и низ. Более того, она позволяет почувствовать, если кто-то стоит прямо на земле. Принцип действия прост, ты отправляешь волну праны земли вокруг, после чего ждешь, когда она вернется обратно и даст тебе сведения обо всем, чего она коснулась…

* * *
— Широ-сан! А у меня столько новостей, — Кизаши провел Стаса в свою комнату и, вызвав служанку, приказал ей принести им горячего чая. Причем Ордынцев отметил, что служанка появилась практически мгновенно.

— Что у тебя за новости Кизаши-кун? — доброжелательно спросил землянин, с наслаждением садясь на мягкую подушечку.

После тех чертовых месяцев по пыльным дорогам с постоянным риском смерти, эти маленькие радости наполняли его сердце истинным удовольствием.

Его сенсей был полностью прав, Станислав не собирался вредить Сумада. Ведь если они исчезнут, то исчезнет и эта возможность отдохнуть в безопасности, не ожидая в любую секунду ножа в спину.

— Представляете, дедушка назначил меня своим личным помощником!

— О-о-о, — в легком удивлении поднял брови Ордынцев. — Поздравляю. Извини, если я немного не в курсе, но что именно ты обязан делать?

— Ну, — засмущался Кизаши, почесав затылок. — Пока что я хожу за дедушкой, ношу его документы, бумаги и иногда заполняю какие-то бумажки и письма. Еще стою позади него, когда он ходит на собрания и вызовы в Совет.

«Неужели Хидэо все-таки начал готовить внука на свое место», — Стас насторожился. Будучи знакомым с больничной «кухней», Ордынцев прекрасно понимал, скольким людям Кизаши, сам того не зная, перешел дорогу.

Это было нехорошо хотя бы потому, что сам алхимик не особо и стремился к власти и высокому положению. Ему нравилась его работа и то, что он мог дать своим трудом.

Однако, видимо, у его деда было другое мнение.

— Скажи, Кизаши, а как твое появление восприняли остальные целители? Никто не возмущался?

— Да нет, — парень нахмурился. — Хотя был один, Мичиро Сумада. Я с ним почти не общался. Он один из лучших учеников дедушки. Говорят, он очень хороший целитель. Так, когда я рядом он шутит как-то очень грубо и обидно. Я ему ничего не сказал, но я не понимаю причину его ко мне отношения.

«Как я и думал. Хидэо, ты можешь быть гениальным врачем, но когда дело касается твоего любимого внука, ты готов переть подобно слепому носорогу».

— Кизаши, — Стас осторожно подбирал слова. — Я могу ошибаться, но есть шанс, что Мичиро и многие другие посчитали, что ты планируешь занять место своего дедушки, после того, как он уйдет.

— Но я не хочу! — возмутился вскинувшийся Кизаши. — Мне это не нужно!

— Я это понимаю, — успокаивающе поднял руки Ордынцев. — Но для них ситуация выглядит иначе. Более того, я подозреваю, что твой дедушка как раз этого и хочет.

Кизаши ошарашенно замер, приоткрыв рот.

— Но… Но это… Я же ничего не говорил.

— Хидэо желает тебе самого лучшего…

— Но я не просил!

— Вот поэтому ты и должен быть осторожен, — веско припечатал Стас. — Старайся не наживать врагов в больнице, тебе с ними еще работать и работать, и начни потихоньку объяснять Хидэо свою позицию. Главное, не вываливай на него все сразу. Он упрямый и пожилой человек, поэтому если скажешь, как есть, он обидится и упрется. Начни с малого. Расскажи о своих мечтах и планах.

— Благодарю вас, сенсей. — от души поблагодарил Кизаши, загрузившись. Он даже не догадывался, что над ним нависли такие тучи.

Что бы он делал, если бы Широ не рассказал ему об этом?!

— Вы говорили, что собираетесь встретиться с вернувшимся с войны младшим принцем? Вы давно не виделись. Как все прошло?

— Это было интересно, — скрыл выражение лица Стас, делая большой глоток чая.

* * *
— А ты изменился, — двое молодых мужчин пристально смотрели друг на друга. Каждый из них видел столько смерти и разрушений, что кому-то хватило бы на всю жизнь. Но даже так они были лишь в начале своего пути. — Сколько лет прошло с тех пор, как мы друг друга видели?

— Больше двух, — пожал плечами Стас в ответ на вопрос Джишина. — Плюс минус пара месяцев.

— Ками, никак не привыкну к твоим новым глазам, — фыркнул Джишин, разрушая сложившееся между ними напряжение. — Что ты сделал, чтобы обзавестись такими глазками? Или это от того, что тебя покусала Левиафан?

Последняя внимательно осмотрела Джишина, после чего независимо проползла мимо, потеревшись своей чешуей о его ногу, чем вызвала новую волну фырканий.

Сумада наклонился, чтобы ее погладить, но та игриво ускорилась, и он успел дотянуться лишь до ускользнувшего кончика хвоста.

— Ничего не меняется. — выругался усмехнувшийся Джишин.

— Нет, — улыбнулся Стас. — Леви меня не кусала. Удивительно, но у меня начала проявляться родословная.

— Было бы странно будь иначе, учитывая сколького ты достиг за такой короткий срок, — Джишин развернулся, приглашающе махнув рукой стоявшему на пороге Стасу. — Давай, заходи. После стольких лет этой проклятой войны я уже не чувствую себя здесь хозяином.

Как у принца, пускай и младшего, у Джишина была большая жилая площадь, состоявшая из нескольких комнат, зала, внушительной кухни и еще пары каких-то закрытых помещений.

Сумада привел Стаса в свою комнату.

Парни, а точнее уже мужчины, учитывая, через что они прошли, с наслаждением сели на пуфики, позволив себе немного расслабиться. После чего понимающе друг на друга посмотрели и тихо засмеялись.

— А ты Широ крепкий орешек. Когда Рейко передала мне вести о том, что Совет отправил тебя прямо на фронт, я думал тебе конец. Уж прости, но когда я тебя видел, ты не выглядел, как тот, кто сможет выжить на войне.

— Я так и не добрался до войны, — поправил Стас, покачав головой. — Судя по всему, учитывая какие ужасы ты описывал в своих письмах, я бы не протянул там и пары дней.

Стоит немного остановиться на том, кто же такой была эта таинственная «Рейко».

Перед тем, как отправиться на войну Джишин дал кодовую фразу и сказал, что тому, кто ее скажет, можно доверять.

Достойной доверия оказалась Рейко Сумада, самая настоящая принцесса и старшая сестра Джишина, попутно же она была младше Идзуны.

Именно она молча выбирала время и место чтобы встретиться со Стасом, дабы передать ему или от него письмо Джишину на фронт. Ордынцев не знал, как именно она доставляла письма. Скорее всего, через каких-то доверенных людей.

В любом случае, за прошедшие два года он сталкивался с ней раза четыре и ни разу они не обмолвились больше пары слов.

— Ну не принижай свои достижения, — не повелся Джишин. — Ученик самого Беспокойного Джуна — это уже что-то да значит. А уж гибель двух учеников Кирина Разреза даже подняла боевой дух в армии, когда об этому узнали. Я как раз собирался обратно в Цитадель, когда об этом услышал.

На это Стас лишь поморщился. История вышла не очень героической.

Как оказалось, Мэй была пленена своим противником и когда они с Эиджи приблизились, тот пригрозил ее убить.

Хоть они и были истощены, но их было двое, а он один.

Ситуация была патовая и они так и продолжали стоять, пока откуда-то не примчались потрепанные Джун с Кирином.

Ни первый, ни второй не смогли убить своего противника, праны осталось не так много, поэтому они решили разойтись.

Скольких же нервов им стоило обменять Мэй и отпустить последнего ученика Кирина.

Стас до последнего ждал какой-то подлянки, но все к счастью обошлось.

В итоге Мэй была обижена на весь белый свет и на них его представителей в частности, Эиджи ходил от этого гордый, но тут же замирал, когда встречал недовольный взгляд Стаса, который ничего не забыл.

Сам же Джун вообще ни с кем не разговаривал, тяжело воспринимая ничью.

В итоге победа, который Ордынцев по праву гордился, ведь он почти честно победил самый настоящий средний уровень, превратилась в непонятно что.

Хуже того, в глазах оставшегося ученика Кирина и его учителя Стас увидел обещание жестокой мести. А землянин смог бы спокойно прожить и без желающего его убить высшего воителя.

— И не думай, что я забыл о твоих змеиных глазках, — погрозил пальцем Джишин. — Чувствовал ведь в тебе нечто особое, когда мы только встретились. А вот оно что, оказывается.

На подобное утверждение Стас лишь закатил глаза.

«Ага, чувствовал он, конечно. Не проявись у меня эти дрянные изменения, ни о чем бы и не подозревал».

— Да, это был хороший бой, — кивнул Станислав. — Но что мы лишь обо мне? — перевёл он стрелки. — Уверен, в письмах ты писал далеко не все. Ну что, поделишься новостями о фронте? Слышал, у вас там было жарко. К тому же, последние месяцы вроде как идут бои за остатки городов Хюго?

— Такое дело нельзя обсуждать трезвыми, — на секунду в глубине глаз Джишина мелькнуло нечто темное. — Поэтому давай выпьем!

На столик перед ними со стуком были поставлены несколько дорогих на вид бутылок. И судя по иероглифам, здесь был даже алкоголь для воителей.

— Я смотрю кто-то подсел на спиртное? Воитель-алкоголик горе в семье.

— Поговори мне тут, или напомнить, кто у тебя сенсей?

Стас на это лишь скривился.


Глава 5


— Знаешь ли ты, Широ, что такое техники высшего уровня? — задумчиво делился Джишин наболевшим.

Стас его не перебивал, внимательно слушая сидящего напротив него двадцатиоднолетнего парня, взгляд которого подошел бы больше здоровому побитому жизнью сорокалетнему мужику. — Видел ли ты что это такое?

Ордынцев лишь покачал головой, не став говорить про каменных гигантов и долив в их пиалы еще саке. Они решили начать с обычного алкоголя. Правда хоть какое-то более-менее серьезное влияние он оказывал лишь на Стаса и то оно быстро проходило. Джишину же, как полноценному и давно устоявшемуся среднему рангу было плевать на обычное саке.

— Это битва произошла в ни в чем не примечательном редком леске. Понимаешь, совсем ничем. Когда все кончилось, я так и не смог найти или вспомнить ничего, — Джишин беспомощно посмотрел на свои руки.

— Нас поставили прикрывать фланг основной армии. Мы возвели укрепления и как обычно зарылись в землю. Одна из причин, почему нас называют кротами и за это не любят: если мы укрепились, нас уже не сковырнуть, — в голосе мужчины послышалась затаенная гордость.

— С нами было несколько высших воителей. Именно они тогда командовали. Нападение произошло, как всегда неожиданно. Знаешь, я иногда сожалею, что мы не самураи. Как бы это облегчило всю нашу работу.

Джишин выпил свою пиалу, будто это была обычная вода.

— Отряд Санса, как потом стало ясно, был не очень большим, но проблема в том, что с ними был один легендарный высший воитель. Тогда я не понимал, как они смогли его нанять, но теперь после того, как воздушные Авасаки сделали свой ход, это становится куда очевиднее.

Пауза.

— Райгон Треск — воитель отступник, который спасаясь от своего клана убежал очень далеко в наши земли. Его сила была такова, что он по праву заработал славу элиты даже среди высших воителей. Он тайно подготовил одну из тех техник, из-за которых он и получил свою печальную известность.

— Что он сделал? — с интересом уточнил Стас. Сейчас он не играл, ведь ему и впрямь было очень любопытно все, что касалось сильнейших техник мира воителей.

— Вначале мы увидели свечение, которое очень быстро приближалось к нам. Оно было столь сильным, что на секунду показалось, что Солнце взошло еще раз, но уже, с другой стороны, а ведь был день. Но это оказалось не Солнце. Это была: «Техника огня. Гигантский пожар». Она неслась на наш лагерь, захватывая все новые и новые деревья на своем пути.

Новая порция алкоголя была опрокинута внутрь.

— Суть ее в том, что когда пламя касалось дерева, то оно вкручивалось внутрь, после чего дерево с оглушительным треском взрывалось, разбрызгивая вокруг горящие щепки, которые инициировали новые взрывы в других деревьях. Следом же за взрывами шла стена огня. Сумасшедшая круговерть взрывов, огня и свечения. Мы поняли, что что-то идет не так, лишь, когда самые опытные воители крикнули нам бежать.

Джишин сокрушенно покачал головой.

— Знаешь, это выглядело настолько нереально, что многие просто не могли поверить, что их смерть так близка. Они просто стояли, смотрели и отрицали саму возможность существования двадцатиметровой стены огня, которая надвигалась на них с впечатляющей скоростью. В тот момент у меня в подчинении было два десятка бойцов. Я пинками и затрещинами кинулся их приводить в порядок. Но я все равно не успевал. И знаешь, что я сделал?

Джишин горько усмехнулся.

— Я подхватил двух ближайших ко мне низших воителей — мальчика и девочку лет пятнадцати и побежал. Мы бросили тех, кто не смог побороть ужас перед столь подавляющей мощью. Мы бежали наперегонки с самой смертью. И даже если ты побежал, это не значило, что ты спасся, ведь техника Райгона пройдя наши укрепления пошла дальше. Те, кто был слаб погибли следом. Они сгорали за нами, а мы могли лишь бежать, теряя товарищей и молясь, чтобы мы были быстрее.

Джишин ударил по столу кулаком, но он себя явно контролировал, так как последний остался цел.

— Я до сих пор слышу этот долбанный треск. Я понимаю, что это трещали деревья, но мне мерещится, что там были и наши люди. К счастью техника Райгона действовала не так долго. У него кончилась прана, и он отступил. Санса же заняли нашу позицию, точнее то, что от нее осталось, а у нас так и не хватило сил отбить ее у них.

— Мда уж, — Стас многозначительно хмыкнул. — Этот Райгон, я так понимаю, и получил свое прозвище в честь этой техники?

— Ага. Но я вспомнил все это к тому, что глядя в напуганные глаза тех детей, которых я спас, я понял, что Кейташи был полностью прав.

— Подожди, — Стас замер. — Ты говоришь про… Ты про того принца водяных Мизуно?! А к чему ты его сейчас вспомнил?

— Ай, я же еще не говорил, — меланхолия Джишина немного отступила, и он улыбнулся. — Однажды я пробирался с небольшим отрядом по территории Хюго и наткнулся на Кейташи с его телохранителем Аоем. Их наняли украсть какие-то данные у одного из важных торговцев. Мы с ним неплохо посидели, а потом на нас вышли наемники Санса. И хоть Кейташи пытался объяснить им, что он не с нами, ему пришлось все равно вытаскивать свое копье и драться.

— Представляю его выражение лица, — захмыкал Стас, не удержавшись от смеха, когда перед глазами предстало обиженное лицо Кейташи, у которого ничего не вышло.

— После боя мы немного поговорили, и я… Рассказал ему о Райгоне и тех детях. Он в свою очередь тоже кое-что рассказал, уже из своего опыта.

Ордынцев задумчиво смотрел на Джишина, который что-то усиленно обдумывал.

— Мы с ним никак не могли понять, почему воители обязаны только воевать из года в год. Тот же клан Эйко создал прекрасный город. Почему мы не можем делать то же самое, но в больших масштабах? Те же самураи тоже обладают силой, но их не ненавидят так сильно, как нас. Поэтому мы с Кейташи решили это изменить.

— И что вы надумали? — подозрительно уточнил Стас: «В какую дурость этот хитрый подводник решил втравить принца, на которого у меня столько планов?»

— Мы решили, — Джишин собрался с духом, после чего решительно выпалил. — Мы решили, что первым делом стоит рассказать людям о самой идеи мирной жизни. Понимаешь, — он с жаром принялся доказывать свою мысль, видя недоуменный взгляд Ордынцева. — Сейчас никто даже не задумывается об этом. Кланы воюют из поколения в поколение, и никто не видит выхода. Да, о чем я говорю, мы живем на пороге новой Мировой войны и всем не терпится в нее вступить.

Джишин сокрушенно покачал головой, выражая свое отношение к подобному желанию.

— Мы решили, что каждый из нас попытается донести мысль до своего клана о том, что война не нужна, что мы можем попробовать быть защитниками, а не агрессорами. Что мы можем защищать города, а не разрушать их. А крестьяне и даже самураи будут нам служить, наслаждаясь тем, что мы дадим им мирную жизнь!

«Ну, предположим, самураи не будут наслаждаться, если над ними появятся воители».

— Джишин, подожди, — Стас его решительно остановил. — Это, конечно, все хорошо. И я, возможно, даже поверю, что Кейташи и впрямь начнет выполнять то, о чем ты мне рассказываешь. В конце концов, он всегда к этому стремился. Но ты уверен, что так открыто встречаться и что-то обсуждать с принцем Мизуно это безопасно? Как это скажется на твоей репутации?

— Не беспокойся насчет этого, — отмахнулся Джишин, но видя требовательный взгляд Стаса стал серьезнее. — За два года войны у меня получилось познакомиться с многими достойными воителями. Многим из них я спас жизни. Некоторые из тех, кому я спас жизнь имели братьев, родителей и сестер, которые смогли запомнить добро. Некоторые спасли мне жизнь в ответ. В том походе меня окружали лишь те, кого я отобрал лично.

— Кстати, а Урамаса там был? — немного отвлекся Стас, вспомнив о кое чем важном. — Он вернулся с тобой?

— Старина Кенсей остался приглядывать за моим отрядом. Он даже стал одним из сержантов.

— И воители слушаются бывшего самурая? — подобного Стас никак не ожидал.

— Кенсей сумел завоевать наше доверие, — гордо кивнул Джишин. — Он бросался в такие отчаянные сражения, что мы его приняли. Кстати, спасибо, что отправил его со мной. Он как-то рассказал, что это ты его надоумил. — Сумада остро взглянул на Ордынцева.

— Не за что, — хитро пожал плечами Стас, ничего не говоря. Он не знал, что именно сказал Урамаса, поэтому не было смысла ни подтверждать, ни опровергать. — Но даже если ваши с Кейташи мысли и впрямь сработают, то они сработают лишь на обычных воителях. Инициаторы таких войн всегда сидят на самом верху. А им все равно сколько будет жертв, пока это не тронет лично их.

— Я это понимаю, — твердо согласился Джишин. — Но надо начинать хоть с чего-то. Если не делать ничего, то даже если у нас появится шанс, мы не сможем им воспользоваться.

— Хорошо, но что скажет твой брат? Он за или против войны?

Как-то так получилось, что Ордынцев принялся выискивать недостатки в плане Джишина, пока тот его яростно защищал. Не столь идеалистичный Станислав с трудом воспринимал идею «осчастливить всех скопом и разом».

Он слишком хорошо знал людей, чтобы понимать, что без крови, идея Джишина нереализуема.

Вот только вопрос стоял, как обычно, где именно будет больше крови — через стремление к миру или наоборот через большую войну.

Почему-то и там, и там кровь льется особенно отчаянно.

— Мой брат за войну, — помрачнел Сумада. — И я не вижу способов, как его переубедить. Мы несколько раз сталкивались на войне и ничего хорошего из этих встреч не вышло. Иногда мне кажется, что он так меня ненавидит, что отказался бы от наследования, если бы мог меня прикончить лично.

— Об этом я и говорю, — указал на слабое место Стас. — Что ты будешь делать, если он начнет активно мешать или даже вредить? Поддержки одних низов может быть недостаточно. К тому же, если он станет главой клана, что ему помешает от тебя избавиться?

— Значит я должен стать тем, кого он не сможет так просто убрать, — отрезал Джишин. — Я долго над этим думал. Благо, у меня было время. И я понял, что Идзуне требуется хорошая трепка. Он должен увидеть, что меня нельзя трогать иначе он пожалеет.

— А ты, я смотрю вырос, — довольно улыбнулся Стас. Ордынцев был рад, что не ошибся со своим выбором. Джишин не собирался сидеть у моря погоды и ждать, что его проблемы сами рассосутся.

По мнению Стаса, подобными качествами обладали немногие люди.

«Как иронично, Идзуна всю свою жизнь жил в страхе, что его более талантливый брат начнет предпринимать шаги, чтобы захватить у него власть. В итоге же именно его действия толкнули Джишина на эти самые шаги. Конечно, младший принц не хочет забирать всю власть, но какую-то ее часть он все же планирует оторвать».

Разговор о серьезных вещах немного прервался, так как дело наконец дошло до алкоголя для воителей.

— Кампай! — огненная вода была опрокинута в луженые желудки пока что относительно слабеньких, но сверхлюдей.

— Слушай, — Джишин весело прищурился. — Я помню, ты мне говорил, что со своей стороны всячески меня поддержишь. Ну так что? Какие успехи? Успел уже переманить на свою сторону всю личную охрану моего братца или может нацелился на гвардию отца? А то я тебя знаю. Вон, Акару и сынок дайме Хюго до сих пор не могут оправиться от твоих игр.

Сказав это, Джишин сам же засмеялся своей шутке, показывая Стасу, чтобы тот не воспринимал его слова всерьез

— Ну что вы, Джишин-сама, — елейное обращение заставило Сумада подавиться своим же собственным саке. — Я уже начал предпринимать ряд шагов, чтобы выполнить данное вам обещание. Однако я счел вербовку среди Сумада пока что излишне рискованным предприятием, хоть я и не могу сказать, что успехов совсем нет.

— Что за успехи? — Джишин даже оставил пиалу в сторону от греха подальше. Алкоголь воителей в носоглотке — это не то, что он хотел повторять еще раз.

— Во-первых, это знакомство и ученичество у Хидэо Сумада, главе всех целителей Сумада. Также я нахожусь в приятельских, можно сказать, даже дружеских отношениях с его внуком, Кизаши.

— Кизаши? — нахмурился Джишин. — Вроде бы он чем-то болен? Помню об этом когда-то давно слышал краем уха.

— Я, скажем так, вылечил его болезнь, из-за чего он усиленно идет на поправку и начинает участвовать в делах клана. — развернуто объяснил Стас. — Кроме этого, благодаря твоему отцу, как ты слышал, моим учителем является аж сам Джун Сумада. Это очень трудный человек, но надо признать за своих он стоит горой. Пока что рано говорить точно, но уже можно сказать, что он ценный актив.

Джишин подозрительно молчал.

— Кроме же этого среди моих сокомандников находится наследница семьи Эйко, правителей города Сумада. Наши отношения выправились достаточно, чтобы она даже нормально со мной разговаривала. Учитывая, что в ее глазах, я безродный, это весомый успех.

Ну и наконец, — Стас хитро ухмыльнулся. Он долго думал, раскрывать или нет, этот козырь, но в конце понял, что придется. С возможной помощью Джишина его шансы на успех значительно вырастут. А в дальнейшем скрыть эту тайну в любом случае не получится. Можно будет разве что играть с размером секретов.

— Как я сказал, я не вижу причин напрямую вербовать Сумада, поэтому я взял на себя решение создать отдельную, подконтрольный лично мне отряд из воителей. Каждый из них имеет свои весомые причины служить лишь мне, поэтому в их верности можно быть уверенными. Я и они будут готовы выполнить любой твой приказ. — последнее предложение прозвучало подозрительно зловеще.

— И какова их мощь на данный момент? — осторожно уточнил Джишин. Он уже видел таланты своего друга и даже боялся себе представить тот масштаб, который он развернул за два прошедших года.

В сознании принца уже рисовался кошмары в виде десятка высших воителей, носящих глухие, черные плащи с почему-то красными облаками, которые только и ждали приказа от своего таинственного и изворотливого лидера.

— Их мощь пока что откровенно невелика, — ответ заставил принца облегченно выдохнуть. Все было не так жутко, как он начал подозревать. — Мои ребятки пока что молоды, но я трачу деньги и силы, чтобы они выучились и стали представлять опасность.

Ордынцев задумался.

— Пока что их предел, это миссии на уровне низших воителей. Хм, разве что в шпионаже, воровстве или тайном убийстве они чуть выше этого уровня.

— Зная тебя, я не удивлен, — фыркнул Джишин, оскалившись, и Стас отзеркалил ему такой же зубастой улыбкой. — Но ты меня удивил. Опять. Пора мне уже привыкнуть, что ты всегда прячешь парочку сюрпризов.

— Так каков же план, Джишин? — поднял вопросительно брови Стас.

— Готовиться и становиться сильнее, — немедленно ответил Джишин, подобравшись. — Пока что мы должны воспользоваться каждым месяцем и днем, чтобы обрести силы и выжить в будущих битвах. Легко нам не будет, но зато у нас есть цель, ради которой мы и будем воевать. А там, глядишь, может и получится удержать кланы Мизуно и Сумада от войны, спасая целую уйму жизней.

— Значит, за мир? — Стас поднял пиалу.

— За мир! — согласно улыбнулся Джишин.

* * *
Этот день, казалось, ничем не предвещал того, что случится. Однако, когда Леви настороженно подняла голову и посмотрела на дверь, Стас невольно напрягся.

А уж, когда раздался громкий стук, его уверенность, что он спокойно потренирует контроль праны, развеялась, как дым.

Ордынцев не любил сюрпризов.

Стоило ему открыть дверь, как он немного приоткрыл глаза. Перед ним стояла недовольная и смущенная чем-то Мэй.

— Эм-м, привет.

— Привет. — буркнула девушка, никак не помогая неловкой ситуации.

— Войдешь? — Стас решил быть вежливым и, чуть отшагнув в сторону, приглашающе открыл дверь до конца.

— Нет! — резко воскликнула Мэй, но тут же сдулась, почему-то отказываясь смотреть на Стаса. — Папа сказал пригласить тебя к нам на обед. Я хотела отправить слугу, но он запретил и сказал, что раз ты мой сокомандник это должна быть я сама! — выпалила она скороговоркой и последнее прозвучало так, будто она все еще с кем-то спорит.

— А когда встреча? — осторожно поинтересовался Стас, судорожно думая над причинами такого вызова. В конце концов, где он, а где правители одного из богатейших городов этой части мира?

— Завтра в час дня, — отрывисто бросила Мэй, чувствуя себя максимально неловко. — Не опаздывай. — сказала она под конец и, быстро развернувшись, стремительно унеслась прочь.

Стас же, несколько секунд молчаливо смотря ей вслед, вдруг вспомнил кое о чем важном: «Проклятье, уже вечер, а у меня никакой подходящей дорогой одежды для такого приема! Нельзя было раньше предупредить, обязательно все делать в последний момент?!»


Глава 6


— Прошу вас, господин, идите за мной, — очередной слуга глубоко поклонился и чуть ли не распростерся ниц перед тем, как передать Ордынцева следующей партии слуг, которые повели его еще дальше в дворцовый комплекс Эйко.

Стас не знал, какие распоряжение выдал глава семьи, но окружающие его слуги и Сумада демонстрировали настолько болезненную вежливость, что Стасу было не по себе.

Он не понимал, чего добивался глава одной из могущественных семей великого клана, но это ему уже не нравилось.

Но даже так Станислав не мог не отдать должное, что Эйко умели пользоваться своим богатством.

В отличие от других семей их главная резиденция располагалась не в Цитадели, а в городе, что позволило им размахнуться от души.

Такой пышности и достатка он не видел даже во дворце Нобуноро Като. Иногда возникало ощущение, что ты не в чьем-то доме, а где-то вроде Эрмитажа. Во всяком случае Стас предпочитал более сдержанную и лаконичную. архитектуру, чем все эти украшенные резьбой фасады, разноцветную черепицу, разномастные острые крыши.

И в целом здесь не было ничего удивительного. Сотрудничество с воителями в этом мире являлись желанной целью для многих торговцев.

Жестокие и высокомерные воители посвящали себя одной войне. Даже те же самураи правили обычными людьми, решая их проблемы.

Но воители зачастую считали себя выше этого.

Из-за подобного образа жизни свои огромные гонорары за миссии они тратили буквально на все, чем существенно развивали торговый класс.

Также из-за небольшого срока жизни воители зачастую старались тратить деньги здесь и сейчас. Вот почему игровые кварталы, бары и кварталы красных фонарей работали круглые сутки. В таких заведениях крутились бешеные деньги и это была еще одна причина, почему воителей терпели.

А уж удовлетворить сильного воителя с гигантской выносливостью и сопротивлением любым ядам, надо было постараться.

Забавно, но возможно именно поэтому самураи так презирали профессию торговцев. В местном табели о рангах, абсурдно, но крестьяне обладали большей честью, чем торгаши.

При этом крестьяне могли дохнуть от голода, в то время как коммерсанты жили в свое собственное удовольствие.

— Рады вас видеть, господин, во дворце семьи Эйко, — очередная порция славословий на этот раз от двух красивых служанок вновь вернули мысли Ордынцева на прежнее русло.

Теперь он шел за мелко семенящими служанками по дорогому паркетному полу и оценивал увиденное. Платья девушек были такими узкими, что они могли сделать шаг лишь на длину ступни. Стас не был уверен, что смог бы пройти в таком темпе даже пары метров.

«Может он планирует впечатлить меня своим богатством? Но с какой целью?»

Двери были оперативно открыты и перед ним предстал вид на четыре посадочных места, три из которых были уже заняты.

Стас сразу узнал напряженную Мэй, а женщина и мужчина, что логично, были ее матерью и отцом. Перед каждым из них стоял свой маленький столик из дорогого дерева.

Пока одна служанка осталась у входа, вторая провела Стаса до оставшегося посадочного места.

— Прошу вас, господин.

Стас вежливо поклонился сначала господину Тошиюки, а затем и его жене, после чего сел на свое место. Мэй он лишь кивнул.

— Для меня честь быть приглашенным на вашу трапезу. — Ордынцев был само воплощение пристойности.

— Рад наконец увидеть одного из сокомандников моей дочери, о котором она так много рассказывала…

— Папа! — возмущенно вспыхнула Мэй, бросив на отца тяжелый взгляд.

— Ой, твой старик оговорился, — помахал рукой Тошиюки. — Я хотел сказать, почти ничего не рассказывала.

Стас на эту речь лишь мягко улыбнулся, поддерживая желание главы клана пошутить. Если человек его уровня шутит, все смеются, независимо от того смешная шутка или нет.

Вот только если старейшина Сумада думал подобным образом заставить Стаса расслабиться, то он добился абсолютно противоположного результата.

И хоть Ордынцев старался излучать спокойствие и доброжелательность, внутри у него все напоминало сжатую пружину.

— Но что это я. Мэй, представь нас, пожалуйста. — отдал приказ ее отец.

— Конечно, — буркнула девушка и монотонно начала. — Широ, позволь тебе представить моего отца, Тошиюки Сумада, главу семьи Эйко, создателей города Сумада. А это моя мать, Хироко Сумада, жена моего отца. Отец, мать — это Широ, мой товарищ по команде, клана нет.

Последнее прозвучало почти обвинительно и предназначалось явно не Стасу.

«Что за…»

— Благодарю, дочь, — усмехнулся Тошиюки. Стас помнил, что он еще на собрании старейшин вел себя также. Постоянно шутил и так и норовил поддеть своих собеседников. — Как вам наш дом?

— Тошиюки-сама, — немедленно ответил Ордынцев. — Я был в разных городах, но такую красоту еще не видел.

Двери в комнату были открыты и стало видно, что принесли первые блюда. Служанки ставили еду с подносами на пол, после чего на коленках перебирались через порог, подхватывали подносы и уже так переносили их внутрь.

Перед Стасом поставили какую-то рыбу, уже заранее очищенную, заботливо разрезанную и в каких-то ярких специях. Несмотря на то, что по мнению Стаса было все же островато, он наоборот был даже рад — пресность местного меню уже давно сидела у него в печенках.

— Широ-кун, ты же позволишь так себя называть?

— Конечно, Тошиюки-сама.

— Я смотрю на твои глаза Широ-кун и вижу самые настоящие змеиные зрачки. Я знаю клан Киатто и еще пару кланов, которые тоже связали свои жизни с какими-то видами животных. Но вот о змеиных кланах я никогда не слышал. Не поделишься?

— Прошу простить меня, Тошиюки-сама, но я потерял память и не помню, кто были мои родные. Единственное, что осталось, это уверенность, что мой клан уничтожили.

— Как печально, — покачал головой глава семьи. — Возможно твои глаза даже не относились к вашему клану. Иногда родословные имеют свойство проявляться самостоятельно. Это редкое явление, но ходит поверье, что такие люди самим миром поставлены, чтобы совершить нечто великое. К примеру, многие из них основывали новые кланы. Что ты думаешь по этому поводу, Широ-кун? Для такого важного дела определенно нужна подходящая жена.

Палочка в руках Мэй с хрустом превратились в опилки.

— Ой, какая я неловкая, — натянуто протянула дочь Тошиюки. — Прошу простить меня.

— Ну что ты, дочка, — ласково посетовал ей глава. — Не будь столь официальна. Ведь сокомандники — это люди, котором ты порой доверяешь даже больше, чем родным. Поэтому можешь расслабиться, мы сидим тут, считай, по-семейному.

Надо ли говорить, что его слова оказали скорее противоположный эффект на Мэй? У который, как показалось Стасу капилляры в глазах полопались.

— Как там твой учитель поживает? — перевел тему Эйко. — Все так же пьет, не просыхая?

— Вы знаете сенсея? — уточнил Стас. Одно дело он сам, но разглашать что-то о мастере Джуне, могло выйти боком.

— Еще бы, — фыркнул Тошиюки. — Чтоб ты знал, мы в детстве все вместе общались. Хотя я, правда, никогда не одобрял его безумства и больше общался с Ио. Насколько я знаю, вы с ним уже общались? — Мэй удивленно посмотрела на своего отца. Судя по всему, она не знала об их связи.

Стас же на секунду опустил глаза. Он не забыл тот слив информации, из-за которого ему пришлось взять миссию по устранению одного неплохо, в сущности, аристократа.

Мэй рассказала об их навыках отцу, тот же передал своему другу, Ио.

— Да, Тошиюки-сама. Мы выполняли парочку его миссий.

— Кстати, Широ-кун, если мы уж заговорили о Джуне, то я не могу не спросить о вашем последнем сражении. Слухи о поражении Кирина Разреза разошлись очень быстро. В некотором роде это была вина отсутствия других новостей, но благодаря этому о вас узнали многие.

Ордынцев мог много чего сказать по этому поводу и далеко не все было бы цензурным.

— Я слышал, что ты и этот мальчик, Эидзи? Сумели победить своих противников. Вот только насчет моей дочери все оказалось не так просто. Злые языки даже попробовали дать ей прозвище «Хрустальная принцесса». Согласись, Широ-кун, как отец и как глава нашей семьи я был очень огорчен этим обстоятельством…

— Долбанный Эиджи! — рявкнула Мэй, чем заработала недовольный взгляд матери, но она его проигнорировала. — Это он начал хвастаться, когда мы встретили один из наших разъездов, что он и Широ дескать победили двоих средних воителей, а если бы не я, то победили бы и последнего! Не прощу этот кусок…

— Дочь, хватит. — строго бросил Тошиюки.

— Но отец я…

— Хватит, — Мэй опустила лицо. Повисло неловкое молчание. — Широ-кун, я хочу услышать от тебя, что там произошло. Не стесняйся говорить прямо, я готов услышать правду.

— Тошиюки-сама, — Мэй на него не смотрела, но он чувствовал ее обжигающее внимание. — Возможно, вы мне не поверите и посчитаете, что я прикрываю вашу дочь, но в том бою ее вины не было.

— Неужели?

— Да, — подтвердил Стас. — Для нас всех встреча с тремя средними воителями оказалась гигантскими стрессом. Мы нарабатывали действие в команде, но ученики Кирина разорвали нас в мгновении ока и если бы не их пренебрежение, все могло закончиться куда иначе.

Глава семьи внимательно слушал, не прерывая.

— Проблема оказалась в том, что если мне и Эиджи достались бойцы, сконцентрировавшиеся на развитии своих техник и дальнем бое, то вот Мэй пришлось драться с тем, кто специализировался именно на ближнем бое. Она талантливая ученица, но и ученик Кирина не был дураком. Он просто был сильнее, быстрее и более опытен. Еще год или два и Мэй превзойдет его, а ведь даже тогда она была бы младше.

— Хм, интересный взгляд. Я подумаю на этим. А теперь Мэй, Хироко, не могли бы вы нас оставить? Нам с Широ-куном надо кое-что обсудить с глазу на глаз.

«А вас, Штирлиц, я попрошу остаться…»

— Хорошо, отец. — процедила его дочь, кидая то на Стаса, то на отца подозрительные взгляды.

Наконец они остались вдвоем.

Из-за нервов Стаса чувствовал, как новая ткань кимоно царапает ему кожу, возводя раздражение на новый уровень.

— Скажи, Широ-кун, ты не удивлен поведением Мэй? — с хитрой улыбочкой поинтересовался Тошиюки, с интересом смотря на потеющего Стаса.

— Да, я заметил странности.

— Уверен, у тебя есть некоторые догадки о причинах, не так ли? Будь добр, озвучь их. — Ордынцев чувствовал, что с каждым вопросом падает все дальше в бездну.

— Все дело в… Женитьбе… Меня и Мэй? — осторожно, непонятно чего ожидая, протянул Стас. Он ждал грома и молний, но глава Эйко лишь довольно кивнул.

— Знаешь, Широ-кун, а я ведь потратил время, чтобы узнать о тебе как можно больше, — доброжелательно начал Тошиюки. И чем больше я узнавал, тем необычнее получались выводы. Так, я узнал, что хоть ты и владел праной на момент прихода к Сумада, но твой уровень силы был на удивительно низком уровне. Тем не менее, спустя чуть меньше двух с половиной лет, ты сражаешь со средними воителями. Более того, побеждаешь. Это невероятный успех для обычного человека, но для того, у кого есть мощная родословная, уже не так и странно.

Глава сделал паузу.

— Тем не менее, есть странность, ведь никто не помнит, чтобы у тебя были эти змеиные глаза с самого начала. Значит ты пробудил свою родословную значительно позже. Слуги, которые работают на тех этажах, где ты бываешь, говорят в один голос о твоем упорстве и стремлении к силе. Мало кто может тратить столько времени на тренировки. Вот почему я могу сказать, что ты и впрямь перспективный молодой человек. И я задам один вопрос. Ты хочешь жениться на моей дочери?

— Благодарю вас за оказанную честь, — Стас немедленно поклонился. — Но я боюсь, что вынужден отказаться.

— Объяснись. — нахмурился Тошиюки, впившись строгим взглядом в сидящего напротив него молодого мужчину.

— Как правильно сказала ваша дочь, я безродный. И хоть в будущем я могу стать силен, это не то, что будет требоваться вашей семьей. Как я вижу, вы двигаетесь не в сторону грубой силы, а скорее по направлению торговли, искусств и ремесел. К тому же, ваша семья новичок и ей требуется брак с кем-то известным, чтобы упрочить свое положение. Я не тот, кто нужен вашей дочери.

— Ты говоришь правильные слова, но что насчет тебя самого? Мэй красивая девушка, неужели ты никогда об этом не думал? — настойчиво спросил глава, требуя ответа.

— Думал, но эта жизнь не для меня, — пожал плечами Стас. — Я ищу силу.

«И бессмертия. А вот после этого можно будет за сотни лет подумать и о чем-то другом».

В комнате воцарилась тишина.

Внезапно Тошиюки засмеялся и пару раз легонько хлопнул в ладоши.

— Великолепно, Широ-кун! Великолепно. Наконец-то хоть один человек, который понимает свое место в этом мире и не хочет захапать все и сразу. Я рад, что такой человек, как ты будет рядом с моей дочерью. А то слишком много развелось тех, кто считает, что можно иметь красивое личико и через пару месяцев звать меня папой!

Ордынцев лишь вежливо улыбался. Зачем, право слово, огорчать человека и говорить ему, что ты подозревал, что все это игра.

Нет, ни из-за того, что глава плохо играл. Просто, Ордынцев был таким человеком, который ищет второе и третье дно даже в собственной пиале с саке.

С другой стороны, он сказал главе Эйко чистую правду — на Мэй у него не было никаких планов, включающих женитьбу.

— Уверен, Мэй будет в ярости, — позволил себе намек Стас, чем вызвал хмыканье и ироничную улыбку отца.

Глава не стал ничего говорить Стасу насчет того, что он пересек черту приличий и это было хорошей новостью.

— Готов поспорить, что так и будет. Видел бы ты ее, когда я намекнул ей о возможности твоей и ее женитьбе. К сегодняшнему дню она еще успокоилась. Но отбросим эту суету, надо решить еще парочку важных вопросов.

— Я слушаю. — стал серьезней Стас.

— Стимуляторы, — Тошиюки залез в карман и положил на стол один из стимуляторов Кизаши. — Хидэо-сан недавно навещал меня и предоставил результат твоей с Кизаши работы. Я хотел обсудить возможное сотрудничество с ним, но он направил меня к тебе.

Ордынцев никак не показал, что слова главы его немного задели. Землянину было чуточку стыдно. Упоминание его имени в работе над стимуляторами было подобно насмешке. В конце концов из-за этих проклятых миссий он почти не появлялся в Цитадели, от чего всю работу сделал лишь Кизаши.

— Я понимаю, — кивнул Ордынцев. — Мы хотим, чтобы эти стимуляторы подпадали под тайну техник воителей и принадлежали исключительно троим из нас: Кизаши, мне и Хидэо-саме.

— Хм, в связи с открывшимися обстоятельствами, это можно сделать. — кивнул глава. — Но в свою очередь, я хочу, чтобы продажа этих стимуляторов велась исключительно через семью Эйко. И наш процент будет равен тридцати. Лишь тогда семья Эйко отдаст свои голоса за ваше предложение.

— Эйко-сама, это слишком много, — немедленно пошел в атаку Стас. — В связи с эксклюзивностью предложения, десять процентов это максимум.

— Что же, — Тошиюки холодно улыбнулся. — Я не могу с тобой согласиться, Широ-кун…

Спустя тридцать минут отчаянного торга, где Стас поднял все свои навыки дипломатии и обмана.

— Двадцать процентов будет честной ценой.

— Согласен. — кивнул Ордынцев.

Партнеры довольно пожали друг другу руки. Попутно они обсудили цены на ингредиенты и еще пару важных мелочей.

— Второй вопрос, — Глава Эйко побарабанил пальцами по столу. — Меня очень беспокоит ваш второй товарищ по команде. Эиджи-кун. Он имеет наглость порочить доброе имя моей дочери, распуская о ней ужасные слухи. Мне стоило больших сил и денег разобраться с тем позорным прозвищем. Я хочу знать, так ли он полезен для вашей команды? Или его лучше… Заменить?

Последнее слово прозвучало, словно лязг топора палача.

— Что скажите, Широ-кун? Есть ли смысл дать ему второй шанс?

Ордынцев серьезно задумался над этим вопросом, и моральная сторона волновало его в последнюю очередь.


Глава 7


— Я все-таки должен сказать, что существование Эиджи в команде оправдано, — наконец решил Стас, после чего принялся объяснять собеседнику, почему он принял именно такое решение.

— Как вы знаете, Тошиюки-сама, важность командной работы сложно переоценить. И за прошедшие два года мы потратили немало сил, чтобы вместе наработать кое-какие связки.

— Неужели? — поднятая бровь была ответом. — Насколько я помню, в недавней битве каждый из вас дрался один.

— И такое бывает, — согласился Стас. — Но наших навыков просто не хватило. Попадания единственной техники даже одного моего противника было бы достаточно, чтобы зажарить нас всех до хрустящей корочки. Риски были слишком велики.

— Обойдемся без красочных описаний, — отмахнулся глава. — Если это все, то я могу гарантировать, что приложу все свои усилия, чтобы вам в вашу команду на замену поместили достойного кандидата.

— К сожалению, нет. Слышали ли вы или нет, но наш сенсей получает большое удовольствие издеваясь над Эиджи. Однако это лишь первый уровень. На самом деле, все его насмешки и унизительные задания несут одну единственную цель — сделать его сильнее. Среди нас троих любимчик мастера именно Эиджи. Если с ним что-то случиться, сенсей может… Огорчиться. И я тогда не знаю, что может произойти.

— Хм-м, — вот теперь Тошиюки и впрямь задумался. — Джун — это серьезно. Он слишком любит действовать на эмоциях, а потом остается лишь разгребать руины… Я тебя понял, однако приглядывай за ним, я не хочу, чтобы он сделал еще одну такую глупость. И да…

Глава семьи с намеком посмотрел на Стаса.

— Я бы хотел попросить тебя приглядеть за моей дочерью. Даже не так, в случае необходимости помочь ей выйти победительницей и выжить. Как ты понимаешь, ей предрешено наследовать все это, — он обвел руками комнату. — И править семьей Эйко. Глава должен обладать авторитетом и победами, заработанными с молодости.

— Я сделаю все от меня зависящее. — судя по мелькнувшей ухмылке, Тошиюки заметил некоторую расплывчатость обещания Ордынцева.

— Но не думай, что я просто так что-то тебе приказываю. Вероятно, ты заметил, что все ваши миссии проходили за пределами линии фронта? Да, я не смог оградить свою дочь от участия в миссиях накануне войны, тем не менее все еще в моих силах держать вас подальше от творившейся мясорубки.

— Мы вам очень благодарны, — искренне наклонил голову Стас.

— Кроме этого, — продолжил глава. — Я вижу, что тебе пока что не нужна слишком большая слава. Тем не менее, я хочу сказать, что семья Эйко умеет быть благодарной. Я не забуду того, кто будет помогать моей маленькой девочке.

— Прекрасно вас понимаю. Приложу все силы, чтобы с Мэй ничего не случилось.

— Рад, что мы друг друга поняли.

* * *
Уже привычная полянка в лесу, вот только на этот раз кроме самого Стаса здесь было довольно людно.

Перед Ордынцевым выстроились трое человек. Причем каждый из них вел себя очень по-разному.

Первой из троицы была Мари. За прошедшие полтора года она неплохо окрепла, вытянулась вверх и обзавелась небольшой мышечной массой. Стас не экономил, приказав хорошо питаться и тренироваться. Самурай же который ее гонял, тоже был лишен жалости, поэтому старался занять ее по максимуму.

Конечно, полтора года было недостаточно для кардинальных изменений, но Стас предпочел бы не сражаться с этой девушкой ночью или в темной комнате. Ее родословная отлично скрывала и смазывала движения, делая просчет противника очень сложным делом.

Девушка гордо выпятила свою небольшую грудь вперед и преданно пожирала своими черными глазами командира.

Второй шла Каэда. У Стаса все еще не получилось донести до нее мысль о необходимости серьезного поведения, но некоторые успехи уже были.

Так, она научилась стоять на месте и даже иногда слушать, не перебивая.

В данный же момент она с интересом оглядывала место встречи.

Третьим и последним участником был мальчик лет шестнадцати. Последние полгода тоже пошли ему на пользу. Конечно, он до конца не избавился от зашуганности и неуверенности, но Киочи Фукаса уже не был той жертвой, которой его видел Стас при первой встрече.

— Сегодня я хотел бы проверить ваши силы в тренировочном бою, — голос Стаса приобрел угрожающие нотки и заставил всех троих подобраться. — Тренировки хороши, но они не дадут вам навыков сражения с разными противниками. Покажите всему, чему вы научились.

В руках, всех собравшихся было тренировочное оружие, поэтому Стас был более-менее уверен, что все не закончится трагедией. В крайнем случае он был целителем.

— Хай! — дружно выкрикнули бойцы Змея, как они его звали между собой, готовясь к схватке.

— Каэда-сан, будьте готовы по моей команде наложить на Змея свои иллюзии, — тихо начала отдавать приказы Мари.

— Хорошо, Мари-тян, — захихикала Каэда, начиная плести кружева будущей иллюзии. Они уже обсуждали свои роли, поэтому ёкай знала, что хочет Мари.

— Киочи, ты и я одновременно атакуем мастера с двух сторон. Это наш единственный шанс его победить. Ты понял?

— Да, Мари-сан. — прошептал Фукаса покрепче стискивая рукоять меча. Мари кивнула, она знала, что, не смотря на неуверенность, парень не подведет.

Секунда и все пришло в движение.

— Темная скрытность! — Мари покрыли тени, размазывая ее фигуру в пространстве.

Перед взглядом Стаса картинка поплыла и бегущие к нему воители расплылись клубами дыма, начинающего заполнять импровизированную арену. В серых завихрениях то и дело что-то мерещилось, усложняя понимание откуда ждать удара и путая жертву.

Это вступила в действие Каэда, применив «дымную иллюзию». Последняя скрывала не только «визуал», но и звук.

Вот только на беду его подчинённых Ордынцев обладал не только обычным зрением, но еще и духовным. Именно благодаря ему он отшагнул вбок, пропуская мимо себя когтистую лапу Каэды. В духовном зрении она светилась, как новогодняя елка.

«Отметить. Сказать ей поработать над скрытностью. Вдруг целью будут оммёдо?».

Вот только двое еще оставались скрыты и тут на выручку пришла не так давно выученная техника земли, точнее, сразу две.

Так как нападавшие бежали по земле, то от их шагов невольно распространялась вибрация, которую и не подумали скрыть иллюзией.

Активированная техника чувства земли позволила Стасу с высокой точность оценить где именно находятся два последних нападавших.

— Техника земли. Скольжение в земле! — Ордынцев еще плохо знал технику, чтобы выкинуть хотя бы часть ее названия.

Клинки Мари и Киочи почти достигли его тела, когда напавшие с ошеломлением увидели, что их противник от всего увернулся, попросту погрузившись по бедро в землю.

— Земляные черви! — из руки Змея ударил плотный пучок извивающихся тел. Киочи почти увернулся, но в мире воителей «почти» не считается. В этот раз черви не кусали, а лишь били, отбросив паренька на несколько метров прочь.

— Вот только Мари не стоило недооценивать. Ее меч в последнюю секунду поменял направление и обязательно достиг бы Стаса, если бы тот не заблокировал его копьем.

Самое же забавное, что хоть Стас и знал, где находится его враг, но он не мог сказать, куда именно она бьет мечом.

Так откуда же он узнал?

А все дело в том, что Ордынцев не обещал играть честно. В этот самый момент сидящая в сторонке Левиафан, не находясь в иллюзии, передавала хозяину видеопоток их сражения.

Принимать чужие чувства было тяжело, но Станислав уже давно развивал этот навык.

Копье и меч столкнулись несколько раз на нечеловеческой скорости и с каждым ударом Стас все больше понимал, что он проигрывает девушке в мастерстве.

«Чертовы местные!» — раздраженно думал он: «Тренируются с самого детства, а мне с ними дерись».

Почему-то Ордынцев не хотел вспоминать, что серьезные тренировки у конкретно его противницы начались всего лишь полтора года назад.

«Пора с этим кончать».

Для Стаса не стало сюрпризом его ужасные навыки ближнего боя. Именно поэтому он как проклятый развивал свою прану. Ведь зачем учить как бить, если это можно сделать так быстро, что враг попросту не заметит удара.

Праноканалы взвыли от того, как прана, получив толчок, понеслась по всему телу. Мышцы же вздулись от закаченной порции праны.

Мир ускорился.

Теперь против Мари действовал не обычный воитель, а кто-то подозрительно близко приблизившийся к скорости среднего воителя.

Все закончилось мгновенно. Отбить древком замедлившийся удар и продолжением этого же движения впечатать кулак в живот противнице, отправив ее следом за Киочи.

Однако в следующую секунду Стасу пришлось отбросить копье и вытащить макеты ножей, так как рядом с ним возникла жаждущая битвы Каэда.

Природная скорость ёкай оказалась выше всяких похвал. Она равнялась, а порой даже превосходила скорость Стаса. Более того, ее трансформировавшиеся руки по крепости немногим уступали стали.

Единственное, что спасало Ордынцева, это то, что ёкай совершенно не умела драться. Ее удары больше подходили какому-то зверю, в то время как Стас все же прошел некую школу боя.

Ситуация диаметрально поменялась.

— Техника эфира. Проклятый туман. — выдохнул сквозь зубы Ордынцев, распыляя вокруг высасывающую духовную энергию отраву.

— Это же, — отвлеклась Каэда, за что и поплатилась.

— Кровавый удар! — выпучив глаза ёкай метнулась прочь от техники, которая даже ей могла нанести вред. Но Стас и не целился в нее. Красный снаряд ударился в землю за ее спиной, породив взрыв, который откинул дух девушки на его напитанный под завязку праной кулак.

Каэда успела лишь булькнуть, как свесилась с руки Стаса, как хорошенько выстиранное белье.

Небрежным движением Ордынцев откинул ёкай прочь, после чего принялся ждать пока его подчиненные придут в себя.

Наконец они собрались вокруг него, боясь поднять взгляд. Единственная, кто чувствовал себя нормально, была Каэда. Но и она была подозрительно задумчива.

Стас подавил улыбку. Если раньше Ордынцев был перед ней бессилен, то теперь роли поменялись и это беспокоило ёкай.

«Посмотрим, что она надумает».

— Ваша ошибка в том, что вы слишком положились на иллюзии Каэды. Также, хоть вы и атаковали одновременно, что было хорошим примером командной работы, вы не ожидали того, что что-то пойдет не так.

Киочи со стыдом опустил голову.

— Не забывайте и о скрытности. Духовную составляющую тоже надо скрывать. Кто знает, может вашей целью будут и оммёдо.

В ответ пришел молчаливый кивок ёкай.

— Ну и наконец, хоть ваши навыки и стали лучше, этого все еще недостаточно. Требуется повысить число тренировок и их качество. — на этот раз отреагировала Мари, резко кивнув.

— Мы вас не подведем, Змей-сама!

— Надеюсь на это. А теперь свободны.

— Хай!

* * *
Стас глубоко вдохнул, наполнив легкие кислородом под завязку, после чего чуть выпустил запасенный воздух, выдохнув название техники.

— Техника земли. Скольжение в земле.

Стоило последним слова отзвучать, как Стас опрокинулся на спину. Но вместо того, чтобы больно удариться о землю, его тело стало медленно погружаться вниз, словно в болото.

Момент, когда наползающая земля скрыла свет Солнца был откровенно жутким. Казалось, что ты самолично похоронил себя заживо.

Воздух в груди еще был и благодаря выносливости воителя его спокойно хватило бы еще на пару другую минут.

— Техника земли. Чувство земли. — вторая техника и тьма подземного мира расцвела колеблющимися черно белыми волнами.

Мгновенно стало понятно, где находится поверхность, а где и в каком положении сам Стас.

По коже прошлось что-то гладкое и холодное.

«Леви, кончай играться, я тренируюсь!»

В ответ пришло лишь веселье.

Змейка откровенно насмехалась над неловкими попытками своего хозяина плавать в земле подобно ей. У самой змеи это вышло намного легче и естественнее.

В любом случае, Ордынцев постарался отстраниться и сосредоточиться на своей цели. Погрузившись в информацию, поступающей от техники, он наконец нашел того, кого так искал.

Рывок в земле постоянно прерывался отключением техники или тем, что Стас двигался не туда куда хотел.

Но все же дело было сделано.

Наступал самый решающий момент.

Воздуха осталось не так много, поэтому следовало поспешить.

Земля взорвалась во все стороны комками и травой, так как под конец техника Стаса опять пошла в разнос, но так его появление вышло даже эффектнее.

Эиджи попытался отпрыгнуть, но удар по опорной ноге оказался фатальным, а учебный кинжал Стаса нашел его спину.

Пока что у Ордынцева не получалось тянуть за собой еще и оружие, покрывая его пленкой праны. А на крепкий и небольшой свиток для хранения у него не было денег. Тот же Кейташи Мизуно мог себе позволить мастера, чтобы тот создал печать прямо на его доспехах.

— Блин, опять ты меня подловил, — огорчился Эиджи. — Но ничего, я уже почти почувствовал, когда ты ко мне приблизился. Техника ощущений воды рулит!

Товарищи в данный момент отдыхали после тренировки, поэтому Стас считал, что сейчас подходящее время для серьёзного разговора.

— Эиджи.

— Хм?

— Я хотел бы поговорить о Мэй.

— А что с этой Хрустальной принцесской? — ухмыльнулся полукровка, даже не понимая какие тучи сгущаются у него над головой.

— Эиджи, будь серьезен. — слова Стас заставили парня вздрогнуть и удивленно посмотреть на Ордынцева. Широ редко на кого-то кричал или показывал сильные эмоции. Если же он это все-таки это делал, значит произошло нечто аномальное. — Наше ученичестве у мастера Джуна — это удача и я, как и ты, благодарю небеса за это. Но за всем этим, ты забыл кто ты и кто такая Мэй.

— Что ты хочешь этим сказать?! — сжал кулаки парень. — Ты защищаешь эту высокомерную стерву?!

— Эиджи, буквально несколько дней назад я слышал разговоры о том, чтобы тебя убить. И люди, которые об этом говорили, могли сказать лишь слово, чтобы им принесли твою голову, — Стас говорил размеренно, будто с глупым ребенком. — Мэй принадлежит к правящей семье Эйко. Они молодая семья и они не приемлют никаких оскорблений своего статуса. А оскорблять их наследницу…

Слова Ордынцева остались висеть в воздухе.

Эиджи же с каждым словом бледнел все больше, когда слова товарища до него доходили.

— Они не посмеют. Если они меня убьют, мастер Джун…

— Да, мастер Джун заставит их заплатить, — оборвал его Стас, пытаясь вбить свои слова в голову собеседнику. — Но к тому моменту ты будешь уже бесповоротно мертв. Пойми, ты не даешь им даже и шанса отпустить ситуации. На кону их честь, и они прекрасно знают, кто именно дал их принцессе столь позорное прозвище.

— И… Что делать?! — было видно, что Эиджи напуган, но он старался себя контролировать и у него эта даже получалось. В конце концов он не раз видел смерть и пару раз сам был от нее на волосок.

— Я рад, что ты задался этим вопросом, — одобрительно кивнул Стас. — Как ты знаешь, я выполнял кое какую работу для Ио. Брат нашего сенсея является хорошим знакомым отца Мэй. Я могу попросить за тебя, Эиджи. Но ты должен понимать, что обращение к столь важным людям не может обойтись бесплатно.

— Я… Я понимаю, — с трудом выдавил молодой мужчина, отводя взгляд. — Что ты хочешь за свою помощь? — ему было мучительно больно просить кого-то вроде Стаса о помощи.

В глазах идущего самостоятельно по жизни Эиджи просить помощи, равнялось унижению.

Хлопок Стаса по плечу заставил полкровку вздрогнуть и удивленно посмотреть на Широ.

— О чем ты говоришь? — приветливо улыбнулся Ордынцев. — Мы же товарищи по команде, боевые братья. Мы должны помогать друг другу. Если мы не станем помогать друг другу, то кто тогда? Я попрошу тебя лишь о том, чтобы как можно меньше трогать Мэй и уж точно закончить распускать о ней какие-либо слухи. Ты можешь мне это обещать?

— Да, — Эиджи кивнул. — Точнее, может быть у меня что-то прорвется, больно уж она меня бесит, но я буду сдерживаться.

— Я рад. — улыбка Ордынцева стала еще шире.

— И… Широ.

— Да?

— Я этого никогда не забуду.

— Я знаю, Эджи, я знаю. — мягко улыбнулся ему Станислав.


Глава 8


— Господин, чего изволите? — одного взгляда кузнеца хватило, чтобы мгновенно перестать отчитывать своего помощника и броситься к дорогому клиенту.

Ведь любой воитель в городе Сумада являлся ходячим денежным мешком на ножках.

— Вы хотите заменить броню? — продолжил кузнец, пока покупатель медленно обводил его магазин взглядом. — Я вижу, вы опытный боец. Ваша броня пестрит множеством чинок и заплат. Как раз для такого, как вы, у меня есть…

— Не интересует, — змеиные глаза вошедшего заставили кузнеца оцепенеть. Помощник же и вовсе пискнул, боясь вдохнуть. — Мне требуется маска. Укрепленная разукрашенная на самурайский манер маска для прикрытия нижней части лица. Она не должна стеснять движения шеи. — каждое новое техническое условие заставляло кузнеца приходить в себя все больше.

— Я так понимаю, господин, цвет стоит подобрать под стиль ваших доспехов? Изумрудно-зеленый?

— Все верно. — согласно кивнул землянин.

— Та-а-ак, что же у меня есть, — кузнец двинулся сначала в одну сторону, потом передумал и пошел во вторую, пока не бросился вовсе в третью. — Давно у меня не брали именно маски, — пропыхтел он, пытаясь отодвинуть один из ящиков. — Что ты стоишь, дурень?! — это предназначалось помощнику. — Помоги мне!

Наконец ящик был вытащен и перед Стасом выложили парочку масок, которые до этого были завернуты в ткань.

— Подобный дизайн, — ткнул пальцем Стас в одну из масок, только на змеиную тематику и зеленого цвета.

— Понял, — довольно кивнул кузнец. — Работа сложная, поэтому придется подождать. У вас будет две недели?

— Да. — у меня еще месяц отдыха.

— Превосходно! Будут какие-нибудь особые пожелания?

— Я хочу, чтобы одного взгляда на нее хватало, чтобы внушить моим врагам ужас. Вас порекомендовали, как человека, у которого талант к подобной работе.

— Не сомневайтесь, господин воитель. Я являюсь дальним родственником самих легендарных магических кузнецов, и моя работа еще впечатлит ваших врагов!

* * *
В этот день сам мир почувствовал некую неправильность. Птицы летали вокруг, предвещая своими печальными криками о приближении конца.

Звери, что могли убраться, убежали прочь, спасая свои жизни. Матери хватали щенков и птенцов пастями и клювами, стремясь покинуть опасную область.

Насекомые зарывались в землю, а тучи закрыли все небо.

И причиной всему этому могло быть одно…

— Широ, а о чем вы там говорили с моим отцом? — до краев наполненный подозрением голос Мэй, влез в размышления Стаса.

— Мэй, ты же знаешь, что я не могу тебе сказать. — в который раз устало ответил Ордынцев.

— А…

— Нет, те разговоры про женитьбу были лишь шуткой. Твой отец хотел посмотреть, как ты и я себя поведем.

— Ну-ну. — судя по тону Мэй так и не отбросила свои подозрения, что заставило Стаса понуро повесить голову.

Прямо сейчас разговор проходил в таверне, в которой они остановились по пути на очередную миссию.

В этот раз им нужно было украсть какой-то ценный документ. Единственной проблемой оказалось то, что владелец документа узнал о планах своего противника и заказал уже свою команду воителей, которые получили задание по защите.

В такие моменты Ордынцев чувствовал. Что все происходящее скатывается в самый настоящий фарс.

— Что голубки, когда свадьба? — рядом рухнул, судя по всему, подслушивающий Джун. — А ты, Широ, я смотрю та еще змеюка. Решил, чтобы захапать такую красавицу, сначала договориться со стариной Тошиюки? Уважаю!

— Сенсей, только вы не подливайте масла в огонь, — поморщился Стас. — Видите же, как она на меня всю дорогу смотрит. Того и гляди, яду подсыпет.

— Не сработает, — авторитетно заключил Джун. — Чтобы тебя потравить нужно будет очень постараться, так как ты и так ядовитый.

— Очень смешно, — закатил глаза Ордынцев. — Сенсей, а не расскажете о вашем знакомстве с Тошиюки? Он вас упоминал.

— О, Тоши меня вспомнил? Ну а почему бы и нет, — подумав согласился Джун. При этом Мэй невольно забыла о своем беспокойстве, что и требовалось Стасу. — Уж не знаю, что говорят сейчас о нем, но раньше твой отец был самым заядлым книжным червем, которого я знал. Хотя нет, вру. Один червяк превосходил твоего отца и это был мой брательник Ио.

Джун хлебнул из стоявшей возле него кружки.

— Эти два скучнейших человека всеми силами пытались игнорировать нашу дружную компанию, но у них получалось откровенно плохо. Все же я был сильнее, — ухмыльнулся Джун. — Ну а если хочешь полюбоваться, как у твоего отца перекосит его лицо, — это предназначалось для Мэй. — Упомяни восточную кошку.

— А… А что с ней не так? — осторожно поинтересовалась девушка, не сумев сдержать любопытства. И сенсей с радостью ответил.

— Когда мы были мелкими к нам во внутренний двор забежала магическая тварь. По большому счету, она была напугана большего нашего, так как за ней уже шла погоня. Вот только Тошиюки поднял такой крик, будто за ним гналась сотня демонов! А потом он дал деру! Да та кошка, сбежала почти сразу, как появилась!

От вида, ржущего до слез Джуна, усмехнулась даже Мэй, которая не знала, как реагировать на подобные сведения.

— Так он потом так налег на тренировки, что даже догнал меня. Мы еще долго соревновались, кто сильнее. Ио к тому моменту окончательно ударился в свои бумажки. Но я никогда не перестану припоминать ему ту кошку!

Стас же лишь покачал головой.

Только что он стал обладателем сомнительного компромата на главу одной из могущественнейших семей на этом континенте.

К слову, континент в этом мире был один единственный. Вокруг же него находился океан. Местные уже давным-давно совершили кругосветное плавание, причем сразу в нескольких направлениях, так что можно было быть уверенными в отсутствии не задокументированных континентов.

* * *
— Так, ученички, — Джун был немного раздосадован и волны жажды крови чувствовали все вокруг. А так как разговор проходил в одном из мелких городков, то улицы быстро омертвели. Стас был даже уверен, что некоторые особо умные или просто впечатлительные прямо сейчас бежали прочь от стен, надеясь спастись при разрушении города.

— Наша цель оказалась умнее, чем мы ожидали, и он спрятал их в одном из трех мест. Так как по сведениям нашей разведки на защиту были отправлены лишь какие-то низшие воители отступники, то уверен, вам хватит навыков справиться и в одиночку с тремя слабосилками. Поэтому каждый берет на себя одно направление. На крайняк, продержитесь пока не прибудут ваши товарищи. Все всё поняли? Вперед!

Ордынцев молча выбрал правое направление.

Добраться до указанной цели вышло без всяких проблем. Тем не менее, приблизившись к нужному двору Станислав замедлился, пытаясь приглушить очаг праны.

Последнюю технику он выменял у Мари. Техника скрытия излучения праны предназначалась для исчезновения с радаров сенсоров. Это была одно из немногих ее техник, которые не зависели от родословной тени.

Сомнительно, что у противников могли быть сенсоры, но лучше не рисковать.

Левиафан же тайно проскользнула под землей прямо на позиции противника и сразу же нашла врагов, которые… Тупо сидели в одном из домов, отчаянно друг с другом споря.

Стас перепроверил три раза, подозревая ловушку, но все оказалось максимально глупо.

По идее одного единственного кровавого удара, запущенного через окно должно было хватить, чтобы превратить всех там сидящих в одну хорошенько отбитую котлету с кровью.

Тем не менее Стас все же заинтересовался, о чем же отступники так яростно спорили.

— Это ты во всем виноват! — истерично кричала одна из двух девушек, наседая на хмурящегося парня лет восемнадцати. Всего в помещении было четверо человек. Оставшийся парень и девушка лишь переводили взгляды с одного на другого спорщика.

— Давай возьмем это задание, давай возьмем! Ну и что теперь?! Враг нашего заказчика заказал воителей не у кого-то там, а у проклятых Сумада! Что ты будешь делать, когда долбанный великий клан придет сюда и засунет каменное копье в твою тупую голову?!

— А что нам еще оставалось делать?! Давай, поделись своими планами? — не выдержал, видимо, их вожак, яростно сверкая глазами. — Наш клан был походя уничтожен чертовыми Киатто. Они, блин, даже не заметили, как разрушили всю нашу деревню. Припасов у нас толком нет, денег нет. Идти грабить? Так за наши головы тут же назначат награды и отправят охотников! Ты этого хочешь?!

«Значит не отступники, а всего лишь выжившие бродяги. Интересно».

— Лучше уж так, ведь пограбив, мы бы могли убраться в другие земли, — привела достаточно неплохой довод девушка. — А теперь скоро у нас всех будет что-то общее. Мы все тут сдохнем, если не свалим отсюда, как можно скорее.

— Жина хватит паниковать. Мы не будем уподобляться презренным бандитам. Подумай о том, чтобы сказали старейшины, если мы падем так низко…

— Ты труп, и ты труп, и я, все мы трупы, если не начнем действовать! А старейшины уже давно гниют в земле, чтобы что-то сказать. Так что если вы не собираетесь ничего делать, то и сидите тут, а я пошла…

«Хм, а они неплохи. Точнее, часть из них».

Дверь с треском разлетается на куски и внутрь врывается стремительная тень. Сидящие внутри воители оказались совершенно не готовы к нападению.

Отработанная техника земляных червей, которую Стас активировал еще снаружи и напитывал праной, врезалась одновременно в двух человек, после чего принялась их заматывать в коконы.

Двое других сначала получили кулаками по лицу и груди, после чего тоже были опутаны техникой.

Не стоило считать, что воитель без оружия — сильно слабее. Стоило помнить, что напитка праной мышц позволяет воителям с легкостью гнуть и рвать сталь. Если вражеский воитель недостаточно накачал свое тело праной для защиты, то он рисковал размазаться на руках своего врага.

— Кха-Кха! — комнату накрыло облако эфира, а Стас привычно принялся следить за количеством гибельной энергии в своем теле.

Последним в себя пришел главарь этой недо-банды. Стас ему сильно зарядил в солнышко, рассчитывая, вывести из строя надолго.

Путы напряглись, ставя перед Стасом четыре замотанные и ничего не понимающие «куколки». От их общего веса Ордынцеву пришлось прикрепиться праной к полу, чтобы не упасть.

Вот только стоило плененным окончательно прийти в себя, как они застыли, в ужасе смотря на стоявшего перед ними демона.

А это мог быть только он.

Страшные немигающие вертикальные зрачки, неестественно белая кожа и оскаленная пасть будто бы собравшаяся то ли посмеяться над их плачевным положением, то ли растерзать в мгновении ока.

Только через пару секунд они поняли, что это лишь талантливо сделанная маска, которая очень плотно прилегала к лицу.

Однако больше всего их внимание привлек выведенный черной краской знак Сумада.

— Они нашли нас! — в отчаянии закричала Жина, инстинктивно пытаясь вырваться. И она в принципе могла это сделать. Земляные черви не предназначались для долговременного удержания.

— Прекрати вырываться или пожалеешь, — дернувшиеся было остальные воители замерли словно кролики перед удавом, но Жина слишком ударилась в панику чтобы слушать.

Ее путы треснули, осыпаясь.

— Я предупреждал…

Деревянный пол вспучился горбом, после чего раскрылся, выпуская наружу толстые белые кольца.

Тихо хрустнули кости, когда змеиное тело сжало девушку в своих смертельных объятиях.

Жина успела лишь закричать, когда змеиная пасть с сомкнулась на ее шее, напрочь откусывая голову. Тело пару раз дернулось и застыло навсегда, а вниз, из уголков пасти Левиафан хлынули потеки крови.

Леви неторопливо начала погружаться обратно, попутно заглатывая свою жертву.

Десяток секунд и о случившейся трагедии напоминает лишь случайные капли крови и разломанный пол.

— Есть еще желающие не следовать моим приказам? — безразлично уточнил Стас. — Отвечать.

— Никак нет, Сумада-сама! — поспешили заверить пленники.

— Хорошо, — Стас чуть наклонил голову, будто раздумывая. Все затаили дыхание, бросая нервные взгляды вниз, словно ожидая новую дрожь земли.

— Изначально я хотел вас всех убить, — Сумада говорил тихо, но каждый из здесь присутствующих напрягал изо всех сил уши, чтобы услышать каждое слово. — Но подумав, решил дать вам шанс быть полезными. Вам интересно?

— О чем вы, господин… — взял на себя храбрость Рюо, предводитель остатков одного мелкого клана.

— Зовите меня, Змеем. А шанс очень прост. На данный момент вы, живые трупы. Без денег, без сил и связей, без дома. Вам некуда идти и нечего делать. Единственный ваш шанс на выживание, это присоединиться к какому-то большому клану, но вы станете не больше чем грязью под их ногами.

Стас дал всем оценить перспективы.

— А что предлагаете вы, господин Змей? — осторожно спросил Рюо.

— Я предлагаю дары, — глаза Сумада прищурились. — Силы, техники, деньги, поддержку и наконец цель. Но мои дары не бесплатны. Их получат лишь самые сильные из вас, остальные же падут. И уж поверьте, желающих будет много. На этом пути у вас не будет союзников, лишь соперники.

Повисла тишина.

— Но сейчас можете не бояться, — тон воителя стал спокойней, заставив пленных облегченно выдохнуть. — Я дам вам возможность стать сильнее и прийти в себя после разрушения вашего дома. В конце концов, я заинтересован, чтобы вы выполняли поставленные мной же задачи. Итак, ваш выбор?

Остатки уничтоженного мелкого клана быстро переглянулись, после чего взгляды сошлись на Рюо.

— Мы согласны, Змей-сама.

Тут же путы спали с них, но никто даже не дернулся, прекрасно понимая возможные последствия.

— Ваша цель — небольшой перевалочный городок Тарояки рядом с городом Сумада. Вашими будут четвертый и пятый дом на красной улице. Вас встретят ваши же будущие наставники. Их слушать беспрекословно. Время на тренировки ограничено, поэтому воспользуйтесь им по максимуму, после этого вы станете выполнять поставленные перед вами миссии.

Ордынцев остановился.

— Если сумеете показать себя по сравнению с остальными вашими товарищами, как я и обещал, вас переведут в более элитное подразделение. А теперь убегайте через северные ворота и нигде не останавливайтесь даже на секунду. Кстати, где документы?

Получив же их на руки, он бросил.

— Свободны!

Невольно, глядя на сбегающих низших воителей, Стас вспомнил одну из тем, которую они обсуждали с принцем.

— Скажи, Джишин, у тебя имеются свободные незарегистрированные деньги и бойцы, которым ты можешь беспрекословно доверять?

— Пожалуй, есть, но к чему такие вопросы, Широ-кун? Тебе нужны деньги?

— Не совсем, — усмешка зазмеилась на лице Стаса. — Как я уже сказал, прямо сейчас я уже собрал несколько бойцов в свой личный отряд. Но я подумал, почему мы должны себя ограничивать? Благодаря твоим деньгам и людям, я планирую создать второе подразделение тайных бойцов. Они будут хуже, чем первые, но зато их будет больше и им можно будет поручать не столь важные дела. Как ты на это смотришь?

— И кому они будут подчиняться? — ключевой вопрос был задан почти сразу.

— Они будут подчиняться нам. — тут же ответил Стас, ожидая второго вопроса.

— А почему они должны подчиняться «нам», если деньги и наставники будут моими? — усмехнулся Джишин. — Зачем здесь ты?

— Все просто. Потому что у тебя не получится следить за новым отрядом. Всеобщие взоры будут приклеены к тебе, в то время как нужен человек, который станет работать в твоей тени. И этот человек, которому ты должен будешь всецело доверять. Я считаю, что подхожу идеально.

— Пха-ха-ха! Сколько с тобой общаюсь, но так и не привык к твоей гордыне. Она достойна самого дайме. Твой змеиный язык не пропадает даром, Широ. Ты меня убедил, — Джишин стал серьезнее и прищурился.

— Однако я хочу получать подробные отчеты, как идут дела и на что тратятся деньги. Кроме этого, при необходимости, они обязаны будут выполнить любой мой приказ. Без возражений, Широ, и споров.

— Конечно, Джишин, они ведь твои люди, — засмеялся Стас. — Как же может быть иначе?


Глава 9


Люди редко задумываются о том, сколько же времени своей жизни они тратят на что-то ненужное.

Эти мысли всегда крутятся где-то на задворках сознания, раздражая повседневные планы своим надоедливым писком.

И чем старше человек становится, тем все громче этот писк резонирует в костях черепа.

В среднем человеку для нормального существования требуется восемь часов сна. Другими словами, это ровно треть всего времени суток.

Треть нашей жизни мы проводим, валяясь пластом и, в лучшем случае, видя сны.

Следующие восемь часов мы проводим на работе. В большинстве своем на работу люди идут не потому, что им нравится то, что они делают, а чтобы не сдохнуть с голоду на улице.

В итоге уже две три нашей жизни уходят в никуда.

Это время мы тратим чтобы оставшаяся треть не была ужасной и не была похожа на драку бомжей за место на теплотрассе.

А теперь давайте вычтем оставшиеся затраты. К примеру, время на дорогу в той же Москве даже с учетом метро может с легкостью достигать сорока пяти минут или часа лишь в одну сторону.

К минус двум из восьми часов прибавим время на готовку, стирку, поход в магазин и тому подобные бытовые мелочи.

И сколько же времени в конечном случае остается?

Жизнь воителя, к сожалению, не лишена тех же проблем.

Хоть повседневные мелочи и брали на себя слуги, но миссии раз за разом тратили столь нужное время на бессмысленную жестокость.

Благодаря пране воители могли преодолевать огромные расстояния и при этом даже чувствовать себя нормально.

Вот только даже так на подобную беготню уходили дни и недели.

Кроме же всего вышеперечисленного большая часть миссий воителей, как бы это странно не казалось, не была чем-то интересным.

Безусловно, со стороны может показаться, что бежать со скоростью в несколько десятков километров в час, затем напасть на вражеских воителей, уничтожить их в яростном, но кратковременном сражении, это круто.

И в чем-то такая миссия реально неплоха.

Но проблемы начинаются, когда теряется чувство новизны. Да, сражения происходят, но в большинстве своем они заканчиваются очень быстро.

Отец Мэй не соврал и все их задания были или откровенно легкими или, максимум, равными им по силам.

Учитывая же то, что их тренировал и страховал аж сам Джун, неудивительно, что сей поток миссий начинал сливаться в одну непрерывную полосу.

Чтобы лучше осознавать, о чем идет речь, давайте посмотрим на парочку таких миссий.

Сразу после задания с кражей документов и основания ячейки будущего пушечного мяса, настала миссия по доставке каких-то важных документов на фронт.

Проще говоря, им пришлось поработать доверенными почтальонами.

Эиджи был сильно недоволен подобным распределением миссий и хоть бросал на Мэй раздраженные взгляды, но все же помнил обещание Стасу.

Полукровка распробовал вкус славы. Судя по всему, его победа над учеником Кирина добавила ему очков у Сумада, что вылилось в улучшившееся к нему отношение.

Сильные пользовались в среде воителей неослабевающим уважением.

Тогда же команда Джуна смогла полюбоваться на фронт между Санса вместе с Сору, одним из союзников воздушников Авасаки, и Сумада.

Линия фронта представляла собой гигантские каменные стены с одной стороны, затем вытянутую в обе стороны перепаханную землю по центру и не такие огромные, но усиленные многочисленными рвами с водой позиции второй стороны.

Если приглядеться, можно было понять, что Сору, подчиненные Авасаки, сумели изменить направление ближайшей реки, затопив позиции перед своими укреплениями, превратив окружающую местность в болото.

Джун, скривившись, отказался идти в лагерь. Для высшего воителя было унизительно иметь отношение к обычному курьерству.

И его можно было понять. Когда ты уничтожаешь города, меняешь правителей стран, сражаешься с сильнейшими этого мира и одним желанием добавляешь новые географические объекты, сложно опускаться к чему-то столь приземленному.

В итоге, пройдя пару постов и попав в командный бункер, они просто передали свитки нужному высшему воителю.

У последнего было какое-то совещание, поэтому их быстро выпроводили прочь.

После чего началась дорога обратно.

Сразу же после этой миссии они получили следующую. Джишин к тому моменту вновь куда-то укатил. Другое дело, что Стас уже получил имена нескольких доверенных Сумада, к которым он мог обратиться от имени принца.

Безусловно, они были не очень высокого статуса и все происходили из побочной ветви, но даже так они могли быть полезны.

Новое задание было не лучше прежнего и обязало их целых два месяца бегать между парой городов, отслеживая всех проходящих между ними курьеров.

Их целью было чтение переписки между парочкой аристократов.

Надо ли говорить, что Стас не был удивлен, когда заказчиком оказался сам Ио?

Из его заданий можно было догадаться о том, какую функцию он выполняет в клане Сумада.

Попутно Стасу было приказано остаться, пока все остальные вышли.

— Широ-кун, у меня к тебе дополнительное задание. Ты готов его выполнить? — Ио отложил один из свитков в аккуратную стопку справа от себя и протер глаза. Было видно, что у него много работы, так как стопка слева была раза в три больше.

— Да, Ио-сан. — Стас был краток.

— Я знал, что на тебя можно положиться, — кивнул брат Джуна, после чего положил на краешек стола перед Стасом запечатанный листик. — Я хочу, чтобы ты, когда найдешь одного из курьеров и прочитаешь его письмо, засунул этот листик в послание. Он тонкий, поэтому курьер ничего не заметит.

— Хорошо, Ио-сан. — Ордынцев уже ждал слов прощания, но что-то пошло не так.

— И еще одно, — Ио издал легкий вздох, после чего, смерив бумажки у себя на столе тяжелым взглядом, спокойно встал. — Давай немного пройдемся.

— Как скажите. — Стас был в недоумении. Данная ситуация была чем-то новеньким.

Проявление ли это некоего фаворитизма со стороны брата его сенсея? Или он хочет сказать нечто, что нельзя говорить даже в его кабинете?

Осторожных расспросов окружающих хватило, чтобы понять, что «Ио-сан» серьезно так замешан с Теневым камнем. И судя по его действиям, он занимал там далеко не рядовую должность.

В любом случае Стас напрягся.

— Знаешь, Широ-кун, я с самого начала понял, что ты очень активный молодой человек, — они в молчании прошли один из коридоров и вышли на большую смотровую площадку, выступающую из тела Цитадели метров на пять вперед. — Вот только наш мир редко приемлет изменения.

Ордынцев пытался понять, к чему ведет Ио, но пока это дело шло безуспешно.

— Родившийся крестьянином, остается им же. Самурай никогда не станет дайме, а бесклановой, даже если женится на клановой, останется в глазах остальных бесклановым. То же касается и полукровок. — Станислав замер.

— Ты уже понял, что я хочу сказать, — слабо улыбнулся Ио, смотря вдаль на поднимающееся вверх каменные клыки, окружающие долину, в которой раскинулся город Сумада.

— Моей матерью была дочь обычного торговца. Тем не менее, теперь я полноправный Сумада. Это было не просто сделать, но я справился. В тебе я вижу тот же огонь, что горел в моей душе. Именно поэтому я не удивлен, что ты решил обмануть всех вокруг, заключив договор с младшим принцем.

Ордынцев умел принимать удары, поэтому он никак не отреагировал на слова своего собеседника. Вот только удары не собирались кончаться.

— Куда сильнее меня удивила ваша совместная идея создать личную армию. Твои мозги, Широ-кун, деньги и люди Джишина-куна. Но со стороны ваши действия заставляют появиться очень много неудобных вопросов. А уж если об этому узнают другие лица… К примеру, старший наследник. Мне продолжать? — Ио требовательно посмотрел на Стаса.

— Нет, господин. — Стас не видел смысла пытаться увиливать. Если уж Ио узнал столько и Стаса еще не потащили в пыточные застенки, это значило, что он еще зачем-то нужен.

— Тогда у меня к тебе один важный вопрос: зачем?

— Горо-сама, к сожалению, не вечен. Пройдут годы, но возраст возьмет свое. На трон главы клана сядет Идзуна-сан. Я, как друг Джишина, хотел помочь ему помочь, когда это произойдет.

— Друг? Просто Джишина? — вопросительно протянул Ио. — Все становится немножечко понятней и в то же время запутанней. Но что именно вы хотели сделать? Неужели Джишин решил, что он куда лучше справится на месте главы клана?

— Ни в коем случае, Ио-сан. По плану Джишин должен обрести достаточно политического влияния и сил, чтобы иметь возможность защититься от действий брата. Ни о каком перевороте не идет и речи. Джишин не собирается становиться главой клана. — добавил Стас в конце, видя напрягающий взгляд Ио.

— Я готов поверить в ваши слова, — после небольшой паузы заключил Ио, заставив Стаса все же выдохнуть сквозь зубы. — Более того, вы удивитесь, но я не стану вам мешать в этом деле.

— Господин Ио, если позволите, могу я задать вам вопрос? — осторожно уточнил Ордынцева

— Почему я это делаю? — проницательно спросил мужчина, на молчаливый же кивок, он скупо улыбнулся. — Это не очень очевидно, но далеко не все хотят, чтобы Идзуна-сан остался единственным принцем. Его нелюбовь к брату известна многим, но в своем слепом неприятии он не замечает того, что Джишин-кун в перспективе станет очень сильным воителем. А если вспомнить, что скоро грядет большая война, его таланты могут клану пригодится.

Ио дал время переварить свои слова.

— Именно поэтому я не стану вам мешать. Тем не менее, Широ-кун, вы должны быть осторожнее. Если я сумел наткнуться на ваши действия, сможет и кто-то другой. И тогда вам уже может так не повезти. — в голосе мужчины без труда можно было почувствовать угрозу.

— Ио-сан, а что именно нас подвело? Я хочу знать, чтобы в будущем не совершать тех же ошибок. — сделал хитрый ход Стас, и судя по чуть прикрытым глазам его маневр оценили.

— Все просто, Широ-кун. Твой друг выбрал правильных людей и среди них не было предателя, но вот их родственники заметили странное поведение и отлучки своих знакомых. А среди них как раз и была парочка моих людей. Поэтому советую проработать этот момент получше.

— Благодарю за учебу. — кивнул Стас.

— Кроме того, я был бы благодарен, если ваши люди станут выполнять некоторые из моих заданий. — продолжил Ио, вновь вернувшись к лицезрению скал.

«Ну вот и вторая причина, почему он оставил нам нашу игрушку. И как бы эта причина не основная. Ему попросту нужны неподотчетные войска, готовые выполнить любой приказ. Более того, организация этих бойцов будет на мне, деньги с принца, а Ио останется лишь указывать что нужно делать. Ну а если что, сам он ни при чем, это все принц-принц».

— Естественно, но в таком случае я хотел бы попросить с вашей стороны помощь в получении заказов. Я хотел бы зарегистрировать их как несколько отдельных наемных отрядов, чьи услуги будут продаваться. Если клан Сумада решит с нами сотрудничать, это очень поможет нашему делу. — Ордынцев с намеком посмотрел на задумавшегося Ио.

— Хм, с этим я и впрямь могу помочь. Я так понимаю, пока что требуются не очень сложные задания?

— Вы правы.

— Тогда зарегистрируем все официально. С каждого такого задания процент будет отходить клану.

— С вами приятного иметь дело, Ио-сан.

— Как и с тобой, Широ-кун. При случае передай Джишину-куну, что есть люди, заинтересованные в его дальнейшей жизни.

— Непременно.

* * *
В свое время Джун пообещал Стасу за медовуху третью технику. Выбор у Ордынцева был большим, но, подумав, землянин, как всегда, остановился на том варианте, который для сенсея показался откровенно неинтересным.

Мастер был уверен, что молодые воители должны изучать исключительно то, что будет делать их сильнее, а не осваивать непонятно зачем нужные техники.

Таким образом третьей техникой стало «Управление землей».

Отчаянно медленная и неудобная техника, использование которой в бою было бы просто невозможным. Но уже в мирных условиях ее возможности раскрывались с новой стороны.

Принцип действия заключался в том, что прана воителя, пропитывала землю и начинала ее уплотнять и двигать, повинуясь желанию пользователя.

Это открывало широкие возможности для строительства.

Стас подозревал, что при первой встрече Горо использовал именно эту технику, чтобы создать ту руку из пола. Правда его техника была на совершенно новом уровне качества. С другой стороны, чего еще ожидать от главы Сумада.

Последние месяцы миссий хоть и были до невозможности скучными, но они все же позволяли Стасу тренироваться и осваивать новые техники.

Ордынцеву давно надоели тренировки под открытым небом. Внезапный дождь и обратно приходилось идти полностью мокрым. Кроме того, изредка случались нападения местных магических тварей.

Сейчас они не представляли опасности, как раньше, да и Левиафан следила за периметром, но все же подобное изрядно раздражало.

Именно поэтому Стас потратил немало сил и времени, чтобы с помощью скольжения опуститься на десяток метров под землю, после чего начать создавать пустоты под землей.

Не забывал он и провести к будущим комнатам воздухосборники. Таким образом исчезла и нужда «всплывать». Последние были расположены так, чтобы даже под дождем они не набирали воду.

Следующим этапом стало расширение получившегося пространства и уплотнение стен, потолка и пола. Ордынцев не хотел, чтобы его будущее убежище затопило.

Прогресс шел медленно, прана же тратилась очень быстро, но Станислав не привык отступать.

Самой большой проблемой оказалась гладкость стен. Ему пришлось помучиться, чтобы выровнять поверхности.

Но в мире нет ничего вечного, поэтому в какой-то момент стройка была завершена.

На глубине в десяток метров оказалось четыре просторных пустых параллелепипеда соединенных друг с другом сетью коридоров.

Входа в подземное убежище не было. Стас не собирался водить туда гостей. Все же, что он планировал туда доставить, можно было пронести и в свитках.

Тем не менее уже сейчас можно было начать располагать в этом месте первые запасы.

Каменные полки и три отдела уже были заполнены тремя свитками, в каждом из которых было запечатано по шесть мертвых тел воителей.

Из них лишь двое были воителями среднего уровня. Оставшиеся шестнадцать являлись обычным низшим уровнем.

Санса из них был лишь двое. Все остальные были в большинстве своем представителями каких-то слабых кланов, которые решили на свою беду посоревноваться с Сумада в выполнении миссий.

Теперь же Ордынцев собирался приступить к своему первому и серьезному воскрешению мертвого.

«Жуткое темное подземелье? Есть» — Стас обвел взглядом каменный мешок на глубине десяти метров. Тьму вокруг разгоняли два масляных фонаря, подвешенных у потолка — создать каменные крюки было легче легкого.

«Непонятная и таинственная каменная тумба, аля жертвенник? Есть». — в центре помещения возвышался прямоугольный «алтарь», на котором в данный момент лежало раздетое и неестественно белое тело ученицы Кирина Разреза.

Несмотря на прошедшие месяцы тело девушки не было подвержено ни крупице разложения.

Было полное ощущение, что она просто спит.

Секрет был в запечатывающих свитках, внутри которых время останавливалось.

После же Стас начал заполнять ее тело эфиром, который уничтожал любые посторонние процессы и бактерии.

Так она, нетленная, и лежала здесь неделю за неделей.

Ведь наполненное эфиром тело уже нельзя было запечатать так как свиток рисковал взорваться.

Стасу же не хватало сил чтобы набрать необходимое количество эфира с одного подхода и не получить зависимость от жаждущей энергии.

В итоге Ордынцеву приходилось раз за разом навещать ее, понемногу подпитывая.

Но теперь все должно было решиться. Эфира было более чем достаточно для перерождения.

Не хватало лишь последнего толчка.

«Приступим».

Ладони землянина вспыхнули черным, даже по сравнению с тьмой подземелья, светом и особенно сильно контрастирующим с белоснежным телом лежащей перед ним мертвой девушки.


Глава 10


Одна рука легла чуть ниже левой груди, прямо напротив сердца, вторая же почти нежно убрала челку и опустилась на лоб.

Черный свет пульсировал жутким, неестественным сиянием. Словно маленькие черные дыры, что по странной шутке судьбы не унаследовали сил своей старшей родительницы, способной уничтожать звезды.

«Начнем!»

Угольное свечение задрожало, после чего начало опускаться вниз, вливаясь сквозь кожу внутрь, активизируя уже имеющийся там эфир.

Два куска единого целого почувствовали друг друга и потянулись. Для обычного зрения это не было видно, но из тела девушки вытянулись тончайшие ворсинки энергии жажды, соединяясь с руками Стаса.

Обычное вливание энергии не требовало от Стаса столь сильной концентрации эфира. Он его понемногу вливал от чего руки не приобретали столь неприятного вида.

Но сейчас все было иначе.

В данный момент он должен был создать искру, которая подорвет пары «бензина» и запустит цепную реакцию, которая прокатится по всему мертвому телу.

Словно врач с дефибриллятором он собирался пустить мощный разряд.

Концентрированная энергия эфира достигла сердца, а заодно и источника праны воителей. Данный орган был уже мертв, поэтому особых таинств ждать не стоило, но даже так из него можно было получить великолепный результат.

Вторая порция жаждущей энергии проникла через правую руку в мозг, стремительно распространяясь по нейронами и глиальным тканям.

Белое лицо Ордынцева пересекла предвкушающая усмешка. Змеиные глаза, в которых горело духовное зрение, с жадностью смотрели на сердце мертвой девушки.

«Запуск!» — скопившийся в сердце и только ждавший приказа концентрированный эфир «взорвался», всколыхнув своего менее концентрированного собрата.

Что же сделал Стас?

На самом деле пока что немногое. Он всего лишь отправил темной энергии одну невероятную сконцентрированную эмоцию: «жажду». Она включала в себя многое: желание жить, есть, пить, заниматься сексом. Обладать всем и ничем одновременно.

Эта была выжимка того, что должна была хотеть сама девушка, не будь она мертвой.

Ордынцев делал это за нее.

И эфир отреагировал на желания столь близкие ему по духу. Темная энергия принялась с остервенением вгрызаться в предоставленное ей тело, напитывая клетки и реанимируя их.

Эфир чувствовал, что этому телу нужна его помощь, чтобы продолжить дальше поглощать. И таким образом он сможет закрепиться в этой реальности подольше.

Мертвое сердце все так же оставалось неподвижным. Но это было другое молчание. Тишина нежити, которая не должна жить, но вопреки всему продолжает идти, желая пожрать любую жизнь.

Тем не менее, ритуал еще не был закончен.

Мысленное усилие и подконтрольный Стасу эфир начинает расширяться, захватывая до сих пор не используемые части тела.

Более того, в мозг мертвой девушки транслируются специальные эмоциональные триггеры, которые немедленно резонируют с эфиром, дополняя его желания.

Теперь оживший эфир будет считать, что единственное, что его держит в этом мире, это воля его создателя. Выполнение его приказов единственное верное и правильное решение, если он хочет поглощать.

Нет послушания — нет пожирания. Все просто.

Это было столь наглое и просто решение, что Стас не мог не восхищаться теми, кто это придумал.

По факту, единственное, что сдерживало оживленный эфир было, своего рода, обманом. Но оно все равно действовало.

Ордынцев резко оборвал подпитку эфира и черный свет пропал с его ладоней. Станислав с холодком осознал, что он слишком увлекся и подошел к опасной грани, почти перешагнув ее.

Использование энергии жажды напоминало ходьбу по канату над бездной, из которой на тебя постоянно облизывается кто-то вечно голодный.

Одна ошибка и ты уже беспощадный наркоман, высушивающий беззащитных детей прямо на глазах их мертвых родителей.

Но пора было закругляться с рефлексией.

Мертвая девушка все так же лежала на алтаре, не подавая признаков жизни. Но это впечатление было обманчивым.

Стас отлично видел, как пульсирует эфирное сердце, прогоняя по неживому телу потоки эфира.

— Встань! — резкая команда прозвучала словно щелчок хлыстом.

Ордынцев подавил желание отскочить, когда девушка села, а потом попыталась встать.

Запутавшись в ногах она скатилась с тумбы, ударившись головой о каменный пол. По комнате прокатился глухой стук.

Лежащая в сторонке Левиафан испуганно зашипела. Ее очень напрягала эта человечка. Она двигалась и вела себя слишком неправильно. Мертвые должны спокойно лежать и быть съеденными, а не ходить среди живых!

Со стороны могло показаться, что зомби вышел дефектным. Он дергался, пытался встать и раз за разом снова падал.

Но Ордынцев видел, что с каждой секундой в движениях мертвеца было все больше правильности.

Осознавший себя эфир учился пользоваться данными ему мозгами и телом.

И вот, момент истины. Девушка поднялась, заняв вертикальную стойку.

Она чуть покачивалась, но наконец приняла устойчивое положение, которое быстро укоренилось.

Еще минута и последняя неуверенность пропала. В данный момент мертвая воительница была готова выполнить приказы своего нового мастера.

— Ударь по этой тумбе. — палец землянина указал на алтарь.

Тело девушки расплылось, и она тут же оказалась возле каменного прямоугольника.

«Бьет она одновременно двумя руками, сжав их в кулаки. Значит Минору не соврала, часть мышечной памяти и впрямь сохраняется. Скорость превосходит обычных людей, но все же немного слабее стандартных низших воителей».

Во все стороны брызнула каменная крошка и алтарь развалился надвое. В воздух поднялась пыль.

Пришлось подождать пока она опустится вниз.

— Апчхи! — Жуткий-жуткий некромант в темной-темной лаборатории, отчаянно чихал, протирая слезящиеся глаза

«Черт, придется потом еще и убираться».

Но наконец приличия были восстановлены, и мастер вновь взглянул на свою послушную немертвую слугу.

— Скажи, как тебя звали раньше.

Девушка открыла рот и пару раз беззвучно хлопнула губами. Несколько секунд ничего не происходило, а затем она догадалась сделать вдох.

— А-а-а-р-р-а-а…

— Прекрати, — поморщился Стас: «До чего же отвратный звук. Как и ожидалось речевые функции пострадали, тем не менее объект помнит, что такое разговор и способен к урезанному творческому подходу».

— Это успех! — Стас ярко улыбнулся. — У меня получилось.

Мертвая девушка ничего не сказала, все так же безэмоционально продолжала смотреть на своего создателя.

Единственное, что заботило порождение запретных искусств, это как скоро оно может что-нибудь сожрать.

И этим «что-нибудь» могло быть что угодно: люди, животные, хозяин или даже она сама.

* * *
— Почему я должна давать тебе еще знаний?! Хоть ты и ослабил мою тюрьму, но основные заговоры все еще действуют! — рычала Минору на спокойно стоявшего перед ней землянина. — Мы так не договаривались.

— Ты права, — согласно кивнул Стас. — Тем не менее, если до этого у меня не было идей, как окончательно помочь тебе. То теперь план есть. Однако для этого требуется больше знаний об эфире и том, как он действует.

— Почему я должна тебе верить? — сложила руки под грудью ламия. — Пока что ты лишь требуешь от меня техник. Откуда мне знать, что ты мне поможешь?

— Потому что у меня есть план. И я даже готов его тебе рассказать. — вновь повторил Стас, ни на шаг отступая от своей позиции.

— И что же это за план? — подняла бровь ёкай.

— Насколько я понял, под Цитаделью находятся довольно глубокие подземелья. Изначально они должны быть защищены тобой, но, как мы видим, это не проблема. Я планирую переправить туда некоторое количество зомби, после чего совершить с их помощью нападение на несколько ключевых точек, стянув туда основные защитные силы Сумада. Можно будет замаскировать нападение на происки Мертвителей

Минору невольно убрала защитную позу и начал слушать внимательнее.

— Если ты не убил и не поднял целую кучу хотя бы средних воителей, то из этого нападения ничего не выйдет. Мертвецов перебьют очень и очень быстро. — покачала головой древняя ёкай. Несмотря на то, что она всем сердцем не любила Сумада, она не могла отрицать их силу. Даже тогда, когда большая часть их войск была на войне или на миссиях.

— Здесь можешь не волноваться, — паскудно усмехнулся Ордынцев. — У меня есть некоторые мысли, как сделать поднятых низших воителей смертельно опасными даже для средних товарищей. Но вернемся к плану. Для того, чтобы все получилось, мне требуются знания, как создавать умных зомби, чтобы они повели мертвецов в атаку. Все же мое присутствие на поле боя может быть лишним.

Он прервался, чтобы собраться с мыслями.

— С этим я могу помочь, — нахмурилась ёкай. — Моя тюрьма достаточно ослабла, чтобы я могла удалённо контролировать некоторых зомби.

— Но не всех, — подвел итог Ордынцев. — Именно поэтому мне и нужны твои знания.

— И ты готов провести ритуалы над живыми людьми? — бросила на Стаса странный взгляд Минору.

— Мы заключили сделку, не так ли? — безразлично посмотрел на духа Станислав.

— Ты прав, — покачала головой Минору, отводя взгляд от человека. — Хорошо, я дам тебе эти знания. Более того, я поделюсь техникой усиления зомби. Единственное, они будут разрушаться намного быстрее.

— Уж поверь, это не проблема. — фыркнул Стас, будто вспомнил что-то смешное.

* * *
«И-и-и, вот так». — тройка взрывных свитков в окружении рубленной металлической рубашки заняла свое место в животе низшего зомби.

Мертвецу было все равно, что у него удалили весь кишечник и часть легких. Они ему в любом случае были не нужны. На их месте же была установлена мощная взрывчатка.

Каждый раз, когда Стас вспоминал, сколько денег он потратил на эти артефактные свитки, ему хотелось плакать. Почти все, что он заработал непосильным трудом, ушло на покупку взрывающих кусков бумаги.

«Минору, я сдеру с тебя каждое рё, которое я на тебя потратил!»

— Встань в строй к остальным. — приказ и немёртвый, встав с каменного операционного стола, размеренно подошел к другим стоявшим зомби и занял свое место.

Нет, этот зомби не был особо умным. Просто Стас лично контролировал его с помощью техники эфирной нити. Единственной проблемой была сложность контроля на больших расстояниях, вследствие чего за раз он смог бы контролировать намного меньше слуг.

Эта техника тоже была предоставлена Минору, и так увеличив уже имеющийся долг.

По поджатым губам ёкай было видно, что это последняя благотворительность с ее стороны. Больше она не собиралась ему ничего давать до выполнения его обещания.

Но это не требовалось. Уже имеющихся знаний вполне хватало.

Чего не хватало, так это готовой нежити.

Но это было делом поправимым. В конце концов этот мир буквально кишел плохими ребятами, готовыми убить тебя даже по надуманному поводу.

Так почему же Стас не мог сделать с ними нечто очень жуткое и плохое?

* * *
— Все, ученички, кончилось ваше время! — именно такими словами поприветствовал Джун напрягшихся учеников, которые собрались по его приказу на знакомой полянке в лесу.

Это место можно было считать их неофициальной точкой сбора.

Именно здесь они столкнулись с вожаком волков. И если раньше им требовались часы чтобы досюда добраться, то теперь они справлялись минут за тридцати.

Новая сила пьянила посильнее любого наркотика.

— Сенсей, что вы имеете в виду? — осторожно спросил Эиджи, заведомо боясь услышать ответ.

— Я говорю, что кончились годы моих страданий. Больше никаких миссий подай, принеси, пошел вон, унеси! Будь прокляты курьерские миссии и тому подобная чушь. Даже если мне платят полную ставку, я все равно не согласен заниматься подобной херней!

Джун не нашел, что еще сказать и под гробовую тишину, приложился к фляжке.

— Короче, каждый из вас дармоедов уже достоин того, чтобы зваться средним рангом. Знаю, змееныш! — Он тут же повернулся к открывшему рот Стасу. — Что средние воители очень разные по силам и вас могут отправить на слишком опасную миссию. Но иначе не бывает. Вся наша жизнь — это прятки со смертью. Лучше вы сейчас научитесь самостоятельности, чем столкнетесь с этим на войне.

Джун нахмурился и смерил учеников тяжелым взглядом.

— К тому же, что это за недовольство? Нормальные воители готовы убить за повышение ранга, а вы еще и недовольны?

— Никак нет сенсей! — воскликнул обрадованный Эиджи. — Мы готовы!

— Вот это настоящая боевой дух. Учитесь силе юности у Эиджи!

— Сенсей, а как это будет происходить? — Стас уже понял, что переубедить Джуна не выйдет, поэтому хотел получить хоть какую-то информацию.

— Все просто, — мастер окончательно успокоился. — Вы должны будете показать комиссии ваши сильнейшие техники… — взгляды невольно сошлись на Стасе, ведь тот сконцентрировался не столько на масштабности техник, сколько на концентрированных и хитрых ударах. — И под сильнейшими я имею в виду и их скорость. Иногда самыми опасными техниками бывают не те, что создают горы, а те, что за секунды способны уничтожить всех врагов.

Стас кивнул — это было логично. Воителей интересовала не приблизительная мощь претендента, а то, насколько он может быть опасен для врагов.

— Во-вторых, вы должны ответить на ряд вопросов, касающихся географии и других подобных мелочах. Кроме этого вы обязаны уметь читать и писать. Благо с этим проблем нет.

Ордынцев лишь мысленно вздохнул. Он не хотел вспоминать сколько сил он потратил чтобы научиться читать и уж, конечно, писать на этом проклятом языке.

— Ну и наконец, в-третьих. Если вы успешно сдадите первые два испытания, то должны будете выполнить парочку миссий в одиночку, чтобы подтвердить свое звание окончательно.

Мэй закусила губу и над чем-то напряженно думала. Не сложно было понять, о чем.

Хоть ее отец и пообещал отправлять их на легкие миссии, но, видимо, предел терпения Джуна лопнул, и лавочка скоро должна была прикрыться. Правда девушка не выглядела слишком раздражённой. В конце концов она тоже очень хотела стать средним воителем.

В их компании один лишь Станислав первым делом думал обо всех тех бесчисленных опасностях, что будут ждать их после назначения.

Что же, Джун был их командиром более двух с половиной лет. Конечно, было много команд, чьи сенсеи служили за своими воспитанниками дольше. Но были и те, которые выкидывали своих учеников уже спустя год.

Правда в отличие от Стаса, Мэй и Эиджи такие ученики были расходным материалом. Учителя просто посчитали их бессмысленной тратой времени и готовы были смириться с порицанием общества.

Из таких низших воителей лепили временные команды и отправляли на обычные, ничем не примечательные миссии. Надо ли говорить, что их жизнь и смерть никого особенно не волновала?

Ученики же Джуна были готовы к самостоятельному плаванию. Более того, средних воителей старались все-таки беречь, ведь они уже не были обычным пушечным мясом.

Тем не менее, если Стас думал, что их сенсею теперь на них все равно, то он к своему удивлению понял, что ошибался.

— Эй, змеёныш, — Стас вздрогнул, когда услышал голос сенсея у себя за спиной. Пока его товарищи отрабатывали удары в спарринге, он сел за прогон праны по каналам. Он так часто делал это упражнение, что оно стало чем-то сродни дыханию.

Мужчина мог одновременно над чем-то думать и при этом гонять свою энергию по всему телу.

— Сенсей? — Стас открыл зеленые глаза.

— То, что я сказал насчет скорости техники правда, — Джун замялся. Было видно, что ему не нравится этот разговор, но он его все же продолжил. — Тем не менее, убойная сила тоже важна. Мэй и Эиджи, в отличие от тебя уже владеют и неплохо практикуют техники среднего уровня.

Мастер скривился, после чего приложился к фляжке.

— Ладно, скажу прямо. Все равно у меня никогда не получалось юлить. Я не хочу, чтобы ты провалился и подставил меня. У тебя есть хоть что-то, чем ты можешь впечатлить комиссию? Если нет, то до экзамена остался еще месяц. За это время, учитывая твою скорость обучения, я смогу научить тебя одной средней технике. Этого должно хватить.

Ордынцев спрятал улыбку. Что бы сенсей не говорил, но от провала Стаса, если пройдут Мэй и Эиджи, никакого урона репутации Джуна не будет. Просто мастер, беспокоясь, в своей манере пытался помочь ему точно сдать тест.

— Сенсей, — Стас искренне поклонился. Нельзя годами жить в другом мире и не подхватить некоторые привычки. — Я с величайшей благодарностью рад принять вашу помощь. Я немедленно готов приступить к освоению новой техники.

— Так и знал, что не зря беспокоюсь. — раздраженно сплюнул Джун.

— Тем не менее, сенсей, — немедленно продолжил Стас. — Я должен вас спросить. Насколько сильно ценится комиссией если участник продемонстрирует измененную технику?

— Измененную?

— Да, — кивнул землянин. — Если участник взял, к примеру, технику земли, после чего видоизменил ее, сделав опаснее и сильнее. Как это будут оценивать?


Глава 11


— Как здоровье, Хидэо-сама? Как дела в госпитале? — Стас чинно занял место напротив старика и с благодарностью принял из его рук чашку с чаем.

За прошедшее время Станислав не то, что полюбил зеленый чай, но стал к нему относиться как к неизбежному злу. А вот все эти размеренные чайные церемонии ему даже стали немного нравиться. Они хотя бы были спокойными в отличие от его обычной жизни.

У Ордынцева было не так много людей, с которыми он мог просто спокойно пообщаться и поговорить.

Он был пару раз в гостях у Эиджи, но было видно, что полукровка стесняется своей маленькой и убогой комнаты.

Мэй позвала их один раз, причем вместе с Эиджи. Но, очевидно, ей было неловко и сделала она это исключительно ради традиций.

Сенсей находился слишком высоко по социальной лестнице.

В итоге оставался лишь Кизаши и его дедушка.

С последним Станислав невольно и подсел изредка чаевничать.

Их посиделки были редки ведь миссии никто не отменял. Тем не менее, пожилой воин находил общение с молодым воителем интересным времяпровождением.

Мозг его собеседника работал как-то по-иному, находя непривычные моменты в привычных вещах.

Этот день был одним из таких дней.

— Все более-менее. На здоровье же, особенно для такого старика, как я, грех жаловаться.

— Это радует, — улыбнулся Стас. — Кизаши беспокоится о вас. Говорит, что вы перерабатываете и очень поздно уходите.

— Будет он мной еще командовать. Молоко на губах еще не высохло, — грозно встопорщил усы старик, но тут же отбросил строгость. — Эх, в нашем мире такое доброе и большое сердце, как у моего внука, редко бывает. Я иногда думаю, как же сложится его жизнь дальше.

— Отбросьте эти упаднические мысли, Хидэо-сан. Насчет же вашего внука, то будьте уверены, я пригляжу за ним.

Между ними повисло уютное молчание.

— Я слышал ты, Широ-кун, достиг некоторых успехов в твоем желании убирать шрамы и рубцы?

— Да, Хидэо-сан, — кивнул Стас. — Работа с шрамами оказалась интересным вызовом. Для меня стало удивительным узнать, что целительская длань почти бесполезна против подобных повреждений кожи. Если шраму много лет, то организм его запоминает и наоборот препятствует его удалению.

— И как ты решил данную проблему? — с интересом спросил старик.

— Двумя способами, — Стас поднял два пальца. — В первом случае, я назвал это способом «иссечением». Нанося шрамы на мертвые тела, активируя их регенерацию и обследуя получившийся результат целительской дланью, я с удивлением понял, что вместо нормальной ткани, рана заполняется, назовем ее, заполнительной тканью, которая мешает нормальной регенерации.

Ордынцев прервался, чтобы сделать глоток чая. Рассказывать про те же фибробласты он счел излишним.

— В результате вместо нормального заживления на месте раны получается уродливый рубец. Чтобы решить эту природную ошибку, я решил помочь организму добраться до пораженной области. Для этого с помощью скальпеля я иссекал рубец, позволяя организму залечить эти мелкие ранки самостоятельно. В итоге, ускорив процесс заживления, таким постепенным подходом я убирал очень длинные шрамы.

— Как любопытно, — Хидэо задумался. — Но ты говорил еще о втором способе.

— Да. В этом случае я срезал с другой стороны трупа кожу, следом убирал пораженный участок кожи и пришивал на его место новый. При правильной обработке кожа вполне успешно приживалась, заменяя пораженную. Единственная проблема в том, что подобная процедура не удобна для длинных шрамов. С другой стороны, при площадном ранении такой вариант куда предпочтительнее.

— Скажу честно, я поражен, — Хидэо удивленно покачал головой. — Когда ты решил тренироваться на трупах, я не думал, что ты сумеешь добиться таких серьезных результатов. В конце концов тела быстро приходят в негодность и даже при использовании целительской энергии, толку бывает немного. Но ты сумел меня удивить. Кстати, а куда ты девал тела?

— Закапывал за пределами города, — пожал плечами Стас, никак не показывая, что этот вопрос его напряг. — Есть место, где мы обычно тренируемся. Вот именно там я их и хороню.

И здесь стоит остановиться поподробнее.

Ордынцев, как достаточно осторожный и подозрительный человек, подозревал, что столь открытое использование мертвых тел воителей может привлечь никому ненужные вопросы.

Именно поэтому он выбрал место для кладбища поближе к их тренировочному полю, чтобы сенсей и его сокомандники могли видеть, как он закапывает тела.

Вот только соль была в том, что тела были отнюдь не воителей.

Это было одно из первых важных заданий порученных личной группе Стаса, возглавляемой Мари.

Приказ был прост — найти и убить столько обычных бандитов, разбойников и грабителей, чтобы заполнить предоставленные свитки.

И его подчиненные с честью выполнили задание.

В итоге, когда приходил момент похорон, Стас демонстративно опустошал свитки, закапывая изуродованные тела обычных людей, делая вид, что закапывает воителей.

Причем, даже если кто-то решит проверить могилы, он ничего не найдет. Тела к тому моменту уже сгниют, прано каналы же являлись достаточно нежными органами, поэтому разрушались еще в первые часы после смерти. Та же судьба постигала и очаг праны.

Узнать были ли это воители или нет оказалось бы очень сложным делом, если не невозможным.

— Это правильно, — покивал своим мыслям Хидэо, после чего без предисловий как бы невзначай спросил. — Широ, а ты уже думал насчет женитьбы?

Делающий в этот момент глоток чая Стас чуть не захлебнулся в своей собственной кружке.

— Что? — Ордынцеву пришлось сделать паузу, чтобы вернуть себе самоконтроль.

— Если память меня не подводит, ты пришел к нам, когда тебе было лет восемнадцать? Сейчас тебе уже двадцать один, — старик напустил на себя задумчивый вид. — Жизнь воителя полна опасностей, пора бы уже подумать о том, чтобы найти невесту.

— Хидэо-сан, но я же голодранец! Даже не Сумада. Кто же решится выдать за меня свою дочь?

— Широ-кун, ты себя недооцениваешь, — ухмыльнулся в усы старик. — Скоро ты получишь ранг среднего воителя. Не отпирайся, обязательно получишь. Потом, ты ученик аж самого Джуна Сумада. Возможно, репутация этого охламона так себе на самом верху, но обычные люди его любят. Кроме того, скорость твоего роста аномальна и поверь, это заметил не только я.

— Понятно. — буркнул Ордынцев лишь для того, чтобы сказать хоть что-то. Землянину решительно не нравилось куда зашел разговор.

Уж чем-чем, но браком с туземкой он не собирался заниматься в ближайшие лет десять.

В конце концов для местных браки, это рождение детей. Нельзя жениться и наивно думать, что можно пожить для себя. Никто просто не поймет. А если не появится ребенка, то все давление ударит по жене.

Ведь, по средневековой логике мужчина не может быть виноват, значит где корень проблем? Правильно, в женщине.

Но даже если Стас все же решит заделать ребенка, стоит понимать, что его ребенок будет расти в условиях отвратительной культуры максимально кастового общества, в котором убийство совершенно не возбраняется и даже поощряется.

Станислав не хотел, чтобы его сын или дочь были столь убоги и ограничены. А ведь так и случится, ведь Ордынцеву будет не до ребенка. Пока он будет на миссиях, ребенка будет воспитывать жена и ее родня.

Ну и кроме всего вышеперечисленного Стас хотел бы иметь возможность в случае чего защитить свое дитя, а пока что он не мог гарантировать даже свою собственную безопасность.

— Ты подумай над словами старика, — решил не давить Хидэо. — Но поверь, если что, можно будет подумать даже над кем-нибудь из главной ветви. А там глядишь, и станешь полноправным Сумада.

— Большое спасибо, Хидэо-сан, за оказанную честь…

«Хрен вам всем!»

* * *
— А теперь вызывается ученик Джуна Сумада, Широ. — когда все поняли, что после имени Стаса не будет никакой фамилии по рядам зрителей прошлась волна шепотков.

Как оказалось, Стас здорово недооценил масштаб проходящих испытаний.

Учитывая невеликое количество развлечений в культуре воителей и их общая повернутость на войне, можно было догадаться, что экзамены на присвоение нового ранга, это целое событие.

Кроме команды Джуна набралось еще человек пять. Одна команда вроде их и еще двое отдельных воителей, которые своими силами дошли до столь важного звания.

Причем ученики Джуна были из всех самыми молодыми. Если тому же Стасу было двадцать один и он был среди них самым старым, то вот у противоположной команды возраст колебался на границе двадцати четырех-пяти лет.

А те двое, мужчина и женщина без команд уже подходили к тридцатилетнему рубежу.

Ордынцев не хотел представлять, сколько гнева и обиды было направлено на них. Там, где они сдирали руки в кровь, чтобы к тридцати годам все же подняться на командную должность, была тройка молокососов, которым просто повезло с сенсеем.

Кроме же самих участников и комиссии в виде десятка стареньких, но все еще уважаемых и внушающих воителей, имелись и зрители.

О чем говорить, если для них сколотили что-то вроде деревянного полукруглого Колизея из-за чего все стало напоминать какой-то рыцарский турнир.

Зрители в большинстве своем были воителями. Правда воителями они были раньше, как молодые мамочки, или вообще лишь будут, как те же дети. Присутствовали и взрослые воители, которые только вернулись с миссий или приходили в себя с фронта.

Присутствовали не только Сумада, но и союзные им кланы или даже просто случайные воители, которых допустили к просмотру.

Кроме воителей имелись богатые торговцы города и владельцы мастерских.

Распорядитель же испытаний оказался тем еще плутом, поэтому назначил учеников Джуна на последнее место.

Учитывая, что ими больше всего и интересовались, то внимание не ослабевало ни на секунду.

Смотреть за остальными претендентами было не очень интересно. Первая команда была поголовно Сумада, поэтому все их техники оказались земляными. А показанная мощь была на самой границе среднего ранга.

Следующая пара из мужчины и женщины была поинтереснее. Как оказалось, они были из союзного Сумада клана, поэтому их проверкой занимались Сумада.

Их клан не обладал какой-то родословной, поэтому девушка реализовала технику водяных хлыстов изрубившей стендовые мишени, а парень жахнул техникой огня, напоминавшей что-то вроде огненного питона.

Да и называлась она: «огненный полоз».

Первым из их команды вышел Эиджи. Сидящий рядом Джун аж наклонился вперед. О чем говорить, если он не стал доставать свой излюбленный алкоголь.

Показ скорости движений, бега и ката прошли довольно быстро, после чего настало время техник.

И здесь Эиджи явно было что показать.

— Техника воды! Серия ударных волн! — Из рук и даже рта парня вырвалось три толстенных столба воды, которые, переплетаясь и закручиваясь, понеслись, расширяясь в сторону мишеней.

Под воздействием гравитации они рухнули на землю и тут же увеличились стократно, занимая все пространство, отсекая у гипотетического противника возможность увернуться.

Вода неслась с огромной скоростью от чего за считанные секунды врезалась в цели, опрокидывая их и затягивая внутрь себя.

Более того, как понял Стас, в казалось бы единой волне действовали сразу три течения, которые перетирали друг о друга попавшие в них предметы.

Техника вылетела за пределы зоны испытания и двинулась в сторону деревьев, срывая листья и опрокидывая старые стволы.

Тесты проходили на окраине леса.

Эиджи тяжело выдохнул и отпустил контроль техники. Всюду текла воды, которая, тем не менее, быстро испарялась. Стас знал, что для парня пока что тяжело использовать столь внушительную мощь, но на публике полукровка держался уверенно.

— Молодец, Слюнтяй, — Джун от души хлопнул вернувшегося ученика по плечу, заставив того присесть от неожиданности. На лице сенсея сияла широкая улыбка. — Хотя нет, Слюнтяя больше нет. Теперь ты Оболтус. Гордись!

— Я горжусь, сенсей! — на лице Эиджи горела не менее яркая улыбка. Стас подозревал, что сегодняшний день как бы не самый счастливый в его жизни.

— Давай, Стерва порви их там всех. — мотивировал Джун Мэй. Девушка уже давно перестала обращать внимание на обидное прозвище, так как Джун не имел в виду ничего обидного.

Мэй вышла перед комиссией легким, прогулочным шагом. Ятаган, сверкнув, покинул ножны и замелькал поражая невидимых врагов.

Ордынцев поморщился. С каждым годом он все сильнее понимал, насколько же он плох во владении холодным оружием. Да и в том же бое без оружия похвастаться было мало чем.

Станислав не был прирожденным воином и с этим приходилось мириться.

Но это не значило, что он был слаб — у него были свои секреты.

Но наконец подошел второй этап торжества Джуна.

Лицо девушки исказилось от напряжения. Она явно замахнулась на нечто еще более масштабное, чем Эиджи.

— Техника земли! Каменное разрушение! — воскликнула Мэй, со всей яростью воткнув руки в землю и пробив ту с легкостью.

В ту же секунду от находящихся под землёй ладоней прошла волна, двигающаяся прямиком в сторону заново расставленных мишеней.

И чем ближе она к ним становилась, тем сильнее нарастал странный гул и треск крошащихся камней.

Бу-у-у-ум!

Всю поверхность земли вплоть до деревьев расчертили мелкие разломы, но их было так много, что они выглядели, как кусочки мозаики.

А в следующую секунду, каждый «кусочек» резко наклонился, бросая все, что было рядом в сторону таких же наклоненных кусков. Мишени, встречаясь с торчавшими острыми сколами, трескались и разлетались на куски.

Стас видел действие этой техники второй раз, но даже так она его впечатляла.

Тем не менее, такая техника была эффективна против обычных людей, но не против воителей.

Смысл же действий Мэй был в том, чтобы скорее помешать вражеским воителям покинуть зону действия перед вторым этапом техники.

Все еще державшая руки под землей Мэй закончила подготовку.

— Подрыв! — и все наклоненные куски почвы разом взорвались, перемешивая остатки мишеней с камнями и кусками почвы.

Сидящие на зрительских рядах женщины со смехом принялись удерживать юбки от ударной волны. Все вокруг заполнила кружащаяся в воздухе черная пыль, которая медленно опускалась вниз.

Хоть большинство из сидящих были слабее, но они все еще были воителями, поэтому по-другому смотрели на сильные техники.

Комиссия удивленно зашепталась, переглядываясь.

Показанная им мощь, вполне тянула уже даже на устойчивый средний ранг, а не на начальный.

— Все же решилась, — покачал головой Джун, посмотрев на засмущавшуюся ученицу. — Я думал остановишься на чем-то, что у тебя точно получается.

— Я не могла вас подвести. — выпалила девушка.

— Ах ты подлиза! Все, решено, с этого дня я зову тебя Подлизой!

— Как скажете, сенсей!

Джун перевел серьезный взгляд на Стаса, после чего немного нахмурился.

— Давай, Змеемордый. Остался лишь ты. Не подведи меня. Заставь эти замшелые пеньки с тобой считаться.

Стас лишь молча кивнул, двигаясь на исходную позицию.

— Ученик Джуна Сумада, Широ. Вы готовы к началу испытания? — привычно спросил глава комиссии.

— Хай!

— Тогда приступайте.

Ордынцев сжал копье, после чего разом отключил плотину, что сдерживала бурлящую в его теле прану. Бесчисленные змейки рванули под его взглядом по всему телу, напитывая мышцы и обостряя чувства.

Тело вспыхнуло, будто его окунули в кипяток.

— Удар! — выпад копьем был нанесен не на максимальный скорости, но пока это и не требовалось.

Ордынцев танцевал, раз за разом нанося стремительные тычки или уходя от воображаемых ударов, чтобы тут же контратаковать.

В его движениях не было ничего примечательного, поэтому зрители начали немного скучать.

Вот только тело землянина разогрелось достаточно хорошо, чтобы он начал направлять в мышцы все больше и больше праны. Прано каналы яростно зашипели, когда по ним еще быстрее потекла энергия.

А вот это уже привлекло внимание.

Казалось бы, ничем не примечательный бесклановой планомерно повышал свою скорость, обгоняя одного кандидата в средние воители за другим!

Для обычных людей его движения окончательно начали расплываться, создавая иногда образ того, что он то просто стоит на месте, то и вовсе телепортируется немного вперед.

Члены комиссий одобрительно закивали.

Скорость этого бескланового уже преодолела скорость его собственных товарищей по команде. Что уж говорить обо всех остальных.

Упорные тренировки Стаса с собственной праной все же дали результат.

Его энергия была сильнее и подчинялась ему лучше, чем у других претендентов.

Ордынцев с сипом начал замедляться пока за пару движений и вовсе не остановился. В этот день погода на улице была не очень теплой, поэтому от землянина вверх поднималась еле видимая дымка.

Для этой демонстрации он вложил все свои силы, но все же сумел преодолеть очередной предел скорости.

«Надо успокоиться. Еще ничего не закончилось».

Мышцы подергивались от напряжения, поэтому Ордынцев активировал целительскую длань и под новые шепотки принялся водить рукой по особо болящим мышцам. Его действия не остались незамеченными комиссией.

Использование техник исцеления показывало его высокий контроль над праной, который большей части людей был попросту недоступен.

Мужчина сделал пару вдохов и выдохов, подходя к огневой позиции.

Бледное лицо Ордынцева исказило предвкушение: «Пора наконец показать широкой публике проект, над которым я так долго работал».


Глава 12


— Что это? — данный вопрос пролетел по рядам зрителей и достиг столов комиссии. И удивление людей можно было понять.

Прямо сейчас слуги выводили упирающихся животных и привязывали их к стендовым мишеням.

Здесь была пара старых ослов, несколько свиней и такой же старый бык. Животные волновались, предчувствуя нечто нехорошее.

Ордынцеву пришлось обойти все ближайшие скотобойни, чтобы набрать себе материала для показа.

— Уважаемая комиссия! — Станислав обратился к экзаменаторам. — Сегодня я хотел бы представить вашему вниманию улучшенную мной самим технику. Возможно, вы знаете, но у меня не так давно открылась родословная. Я объединил измененную технику земли и свою родословную. Для лучшего же показа получившегося результата, стоит использовать живые мишени.

— Хм, — старички переглянулись, что-то тихо обсуждая. — Широ, вам позволено использовать живые мишени.

«Давай, Стас, не запори технику». — мужчина был напряжен. В конце концов он никогда не пробовал вложить в свою технику так много праны.

Мышцы напряглись, а эфир вздрогнул, начиная двигаться, повинуясь приказам своего владельца.

— Техника земли! Удар сотни змей пожирателей! — длина названия техники была вынужденным выходом иначе расход праны достигал уж совсем неприличных величин.

Рука Ордынцева коснулась земли и из последней в сторону мишеней выстрелили десятки молниеносных теней. Извиваясь, они неслись в сторону завизжавших животных.

Следом за первыми серыми тенями рвались все новые и новые щупальца, которые под жаждущими взглядами зрителей оказались толстенными стального цвета змеями.

Черные провалы на месте глаз, бездонные пасти, невозможно длинные и бритвенно острые клыки. Вот, что собой представляли порождения земного разума.

А земля все продолжала и продолжала изрыгать из себя поток змей, хоть Стас уже убрал руки и контролировал технику дистанционно.

Рукотворные монстры почти не касались земли, отталкиваясь, чтобы продвинуться вперед еще быстрее.

Но вот, змеи все же добрались до мишеней. Сверкнули клыки и пролилась первая кровь.

Напитанные праной конструкты мертвой хваткой сжимали мишени и животных, круша дерево, кости и металл.

Но это было лишь началом.

Никто не видел с чего эта началось, но вдоль тел змей пронеслась фиолетовое свечение, которое подсветило серую чешую изнутри. В темных же провалах глаз вспыхнул жутковатый пурпурный свет.

Повинуясь воле призывателя, змеи разом вцепились в своих жертв. Они не стремились расправиться с ними одним укусом и стало понятно почему.

Тела животных стремительно усыхали, превращаясь в обтянутые кожей скелеты. Упругая кожа обвисала и скукоживалась, пока наконец не лопалась, обнажая желтеющие кости, но не проливалось и капли крови, так как та уже была высушена и поглощена.

Никто не мог об этом знать, но прямо сейчас Ордынцев сумел немного расслабиться.

Его техника уже породила порядка трех десятка змей, которые яростно крушили указанные им мишени. Но на данный момент искомое число рептилий было лишь три десятка, которое не дотягивало до названия техники.

Все дело в том, что у Стаса хватало праны лишь на столько и если бы змеи не пополнили свою энергию животными, то Ордынцеву пришлось бы их развеивать. Теперь же они могли какое-то время существовать и без подпитки с его стороны.

— Спрячьтесь! — Стас демонстративно поднял руку и змеи, получив команду, воткнув морды в землю принялись прорывать себе путь вниз.

Пара секунд, и они скрылись под землей.

На пустыре остались лишь уничтоженные подчистую мишени.

А теперь наступал самый пафосный и ответственный момент. Надо было как можно лучше сконцентрироваться на контроле техники, чтобы все прошло идеально.

Ордынцев развел руки в стороны, после чего откинулся назад, позволив себе упасть на спину.

Но его тело не долетело до земли.

Вздыбившийся грунт превратился в двух змеев, которые мягко подхватили своими смертоносными пастями творца под руки, а еще две головы уперлись ему в спину.

Под ногами же закружились в завораживающем танце толстые змеиные тела, которые вознесли его вверх.

Толчок в спину, и ноги, благодаря прилипающей пране, позволяют стоять на откровенно скользкой поверхности.

Стоя в двух метрах над землей Станислав обводит взглядом притихшие ряды зрителей.

А ведь это еще не конец.

Новые и новые змеи вырываются на поверхность, вплетаясь в угрожающую композицию. Каждая новая змея оскаливается и направляется в свою сторону, контролируя подходы и защищая свой угол атаки.

И наконец, на вершине всего это шелестящего хищного комка застыл сложивший руки на груди землянин.

Прыжок и он спрыгивает со змей и спокойно приземляется на землю.

«Отмена».

Змеи, замерев, начинают чешуйка за чешуйкой осыпаться пылью.

Глядя в удивленные лица комиссии Стас Ордынцев был как никогда горд собой. Эта техника на данный момент была вершиной его таланта, как воителя.

В ней он объединил, как свои знания стихийных техник, а именно земли, так и запретных, наделив возможностью поглощать и запасать энергию.

И словно этого мало, он умудрился научить свою прану вести себя как настоящие змеи. Его попытки соединить вид праны и вид техники неожиданно дали плоды, повысив искусственный интеллект техники.

Ну и наконец, у Ордынцева получилось отойти от шаблона «черное солнца». Используемый им в этой технике эфир был фиолетовым, а не черным.

А всего-то надо было поиграться с концентрацией и добавлением стихийной праны в нужный момент.

Конечно, эффективность эфира снизилась, и он поглощал энергию куда слабее. Но зато вероятность быть заклейменным запретными искусствами уменьшилась.

Трибуны наконец придя в себя неистово зашумели и закричали. В отличие от всех претендентов, которые просто устраивали «бум», Стас показал кровавое и показательное зрелище, которое имело сразу несколько актов. Неудивительно, что именно его шоу запомнилось лучше всего.

— Благодарю вас, Широ. Как вы собираетесь назвать вашу родословную?

— Змеиной. — чуть подумав, ответил Ордынцев.

* * *
— У кого какие мысли? — очередное собрание Совета на этот раз касалось в том числе и очередного пополнения средних воителей. — Кто по-вашему достоин повышения?

— Учитывая войну, я считаю, что все. — высказал общую мысль один из старейшин. — Мы должны рекордные сроки восстановить прежние показатели, чтобы наши противники продолжили с нами считаться.

— А разве клан Хогоро не переметнулся от Санса к нам? С их бойцами мы даже увеличили численность войск.

— Если змея подставляет тебе спину, это не значит, что можно расслабиться и погладить ее, — отрезал другой старейшина. — Предавший один раз, предаст и второй. Хогоро не стоит доверять. Они должны доказать кровью, что готовы подчиняться и служить до конца.

— Кстати, насчет змей. Я одна нашла странную связь между техникой этого странного бескланового и запретным искусством Мертвителей? — старейшина Ютака, подозрительно сощурила глаза. — Я не верю в такие совпадения.

— Да неужели, — голос старейшины Тошиюки заставил женщину скривиться, будто у нее заболели все зубы. — Чимико, ты как всегда поспешна. Я бы посоветовал тебе сначала подумать, а потом разбрасываться столь тяжелыми обвинениями. Будешь выглядеть умнее…

— Да неужели? — фыркнула Ютака. — И это я слышу от тебя, Тошиюки? Да всем известно, что твоя дочь в одной с ним команде. Именно поэтому ты его и покрываешь. Кстати, что там насчет слухов, что он собирается женится на твоей дочери?

— Эти слухи ложь, — усмехнулся старейшина Эйко. — Широ-кун умный парень и он знает свое место. Касательно же твоих обвинений, может тогда нам до кучи обвинить и кланы Райгачи и Курояда в связях с Мертвителями? У них же родословная тоже завязана на поглощении праны. Давайте обвиним их в связи с Мертвителями.

— Не юродствуй! Ты сам видел то фиолетовое свечение. Да, оно отличается от запретных техник. Но я все равно предлагаю проверить его технику на наличие…

— Так, подожди, Ютака, — в разговор вмешался старейшина Джеро, лысый, как коленка мужчина. Ему явно не понравилось предложение женщины. — Ты, видимо, сидя у себя в кабинете, забыла, кто мы такие. Мы, воители! И тайна техник для нас святое. Может тогда начнем требовать друг у друга секреты? И как скоро мы вырежем друг друга?

Никто не стал пытаться оспорить его слова. Данное правило не просто так соблюдалось неукоснительно.

— Поэтому я считаю, что парень хорош. Сумел модифицировать неплохую, но все же слабую технику земляных червей в технику достойную среднего уровня. Такие мастера, как он, нашему клану еще понадобятся в будущей войне. А если кто-то уж так хочет узнать его секреты, то пусть делает это по старинке. Найдет юбку покороче и подсунет к парню. Уж не тебе ли Ютака знать, как это делается?

— Да как ты смеешь?! — мгновенно вспыхнула женщина. — Я вскрою тебе глотку!

— Тихо! — рыкнул Горо, смотря, как старейшины спокойно рассаживаются. Он видел одни и те же скандалы по многу раз.

Что уж говорить про грызню Джеро и Ютаки. Старейшины этих двух семей постоянно друг дружку оскорбляли, а глава Сумада постоянно не давала им вцепиться в глотку противнику.

В итоге, честь была сохранена, а рабочий процесс продолжался.

— Тогда сообщите участникам о том, что они все прошли первый этап. На втором тоже особо не зверствуйте. Пусть они умеют читать, писать и хоть как-то ориентироваться на местности. Нам нужны будут их боевые качества, а не умение цитировать философские трактаты.

— Хай, Горо-сама!

* * *
— Ура! Мы прошли!

Четверо человек и одна змея громко и от души веселились, отмечая прохождение ими первого теста. Кроме Стаса, Мэй и Эиджи был даже сам Джун, который на радостях принял их приглашение.

Левиафан свернулась вокруг сидящего Стаса и с интересом слушала их разговоры.

Перед ребятами стоял широкий стол, который был завален разнообразным мясом и другими вкусными блюдами. Никто не собирался в этот день экономить.

— Ну ты, Широ, конечно, и дал, — Эиджи прям распирало. — Это же надо такое придумать. Я когда смотрел на твоих змеек, то думал, что они и впрямь живые. Двигались они точь-точь, как Леви.

«Неправда», — махнула кончиком хвоста питомица: «Я двигаюсь красивее и естественнее».

«Конечно», — улыбнулся Стас и погладил Левиафан вдоль головы между роговыми пластинками «короны»: «Ты у меня самая красивая и никакие подделки с тобой не сравнятся».

От этих слов носик змейки тут же задрался вверх, грозя пробить верхние слои стратосферы.

«Правда если кто-то не начнет больше двигаться и налегать на тренировки, то этот кто-то рискует покрыться жирком и превратиться в толстую колбаску».

«Неправда! А это не жир, а мышцы!»

«Я бы может и поверил, если бы не обследовал тебя целительской дланью. Поэтому с завтрашнего дня кончаешь лениться и начинаешь работать над своим внешним видом. И никаких поросят до того, пока не похудеешь».

Левиафан за прошедшее время хоть и перестала расти так отчаянно, как раньше, но все же уже достигла впечатляющей длины в десять метров. Ее же ширине позавидовали бы и самые большие питоны.

Ее вообще пустили в это заведение лишь из-за репутации Джуна. Больно уж зловеще выглядела столь огромная змея.

«Но…»

«Нет».

«Хозяин…»

В ответ Стас повернулся и безошибочно ткнул пальцем в жирок, заставив Леви обиженно отстраниться и отползти к Мэй. Та ее с радостью приняла. Она не поняла, что случилось между Широ и его питомицей, но женская интуиция была на стороне последней.

— А мой отец, — улыбнулась девушка. — Пообещал, что если я стану средним воителем, то он купит мне артефактные наручи прямо от Клана магических кузнецов.

— Бешеные деньги, — с завистью протянул Эиджи. — Их артефакты одни из лучших. Говорят, что они могут служить целыми поколениями.

Правда он не долго куксился, взбодрившись.

— Представляете, стоило всем только узнать, что я стану средним воителем, как тут же я стал всем нужен. Ну уж теперь-то они у меня попляшут. Осталось стать высшим воителем, чтобы окончательно смешать их с грязью.

В голосе парня без труда можно было услышать звенящее предвкушение.

— Оболтус, не спеши, — покачал головой Джун. — Поменьше болтай и побольше делай. Не хвались тем, что ты еще не заслужил. Вдруг средний ранг пролетит мимо, а ты перед всеми уже похвастал? Станешь полным идиотом. А уж болтать о высшем ранге тем более не стоит…

— Почему? — уточнил Широ, заметив, как их сенсей задумался.

— Был у меня один знакомый. Почти друг. Мы с ним много дрались плечом к плечу. Так он с детства грезил тем, что станет высшим воителем, — Джун приложился к кружке с пивом. — «Когда я вырасту, то стану высшим воителем», — передразнил он. — Я уже средний воитель, еще немного, и я буду высшим воителем. И знаешь, что, Оболтус? Он ведь им почти стал, но богиня Судьбы очень ревнива и не любит, когда за нее решают, что будет дальше.

Джун неприятно улыбнулся.

— Мой друг умер. Причем сделал это довольно глупо. Его убили чертовы шиноби по заказу одной проститутки, которую ему надо было убить давным-давно. А спустя всего-то пару лет я исполнил его мечту и получил звание высшего. Вот такая вот ирония судьбы, согласись.

Мужчина с сожалением вздохнул.

— Конечно, я заглянул к той твари и заставил ее смотреть, как я убивают остатки ее семьи прямо у нее на глазах. А потом размазал и ее в каменных тисках, но мой друг был уже мертв. Поэтому не хвастай своими планами. У Судьбы может быть другое мнение.

— А ты, Широ, что планируешь делать? — спросила Мэй, желая разрядить неприятное молчание. — Кстати, твоя новая техника и впрямь была очень впечатляющей. Я еще удивилась, что ты так влюбился в тех земляных червей. Везде их использовал. А вот оно оказывается, почему.

— Я планирую стать настолько сильным, чтобы спокойно изучать медицину. — скромно улыбнулся Стас.

В ответ же послышалось веселое фырканье Джуна.

— Это ты тогда зря. Уж поверь мне, чем сильнее становишься, тем больше от тебя хотят. Другое дело, что у сильного больше шансов достичь того, чего он хочет, банально выжив.

— Выпьем за это? — хитро улыбнулся Стас, поднимая чашку.

— Читаешь мои мысли. — оскалился сенсей.

— Кампай!

* * *
— Здравствуй, Широ-кун. Ты как всегда вовремя.

— Здравствуйте, Ио-сан. Это в конце концов мое первое самостоятельное задание.

— Понимаю. Именно из-за твоей серьезности я и выбрал тебя для следующей миссии. Ты сумел зарекомендовать себя, как человек, который умеет выполнять задания, о которых широкой общественности не стоит знать.

Ордынцев промолчал. Уже, когда его вызвали сюда для выдачи миссии, он понял, что чего-то простого ждать не стоит.

— Мы, Сумада, как великий клан, работаем со многими другими кланами воителей. Некоторые из них наши враги, другие союзники, третьи подчиненные. Но есть среди наших знакомых и те, с кем мы хоть и ведем отношения, но редко вмешиваемся в их дела. Я говорю об оммёдо.

Станислав подобрался. Это становилось интересным.

— Клан Шиджеро наш очень давний партнер. Мы работаем с ними столетиями, заказывая всякие защитные амулеты… — Ио замолчал, после чего внимательно посмотрел на Стаса. — Скажи, Широ-кун, ты знаешь о… Потусторонней стороне нашего мира?

— Не совсем, — замялся Стас, изображая неуверенность. — Вы говорите о духах?

Если есть возможность узнать о ёкаях из стороннего источника, почему бы ей не воспользоваться.

Не то, что Стас не доверял древней ёкай… Хотя нет, он ей не доверял. Но в оправдание Минору можно сказать, что Ордынцев не доверял в принципе никому.

Если обобщить рассказ Ио, то к знаниям Стаса он добавил разве что парочку названий кланов оммёдо и информацию о том, чем и как они живут.

Оказывается, жизнь заклинателей духов крутится, как и у воителей, вокруг высшего двора и богатых людей. Вот только в отличие от воителей оммёдо стараются заботиться и об обычных людях.

Так заклинатели духов частенько устраивают длительные шествия по деревням и мелким городкам, убивая особо зловредных духов и убирая проклятья.

Поэтому отношение к оммёдо со стороны обычных людей, да и аристократии очень положительное. Сюда можно добавить еще и то, что кодекс оммёдо запрещает вмешиваться в политику и мирские дела.

Слушая все это Ордынцев невольно пожалел, что пошел именно к воителям. Пока что бытие оммёдо представлялось ему намного более мирным и спокойным.


Глава 13


— Благодарю вас за столь подробное объяснение, — кивнул Стас, когда Ио наконец закончился. — В чем будет заключаться цель моей миссии?

— Теперь насчет этого, — Ио развернулся и вытащил откуда-то из-за спины украшенный свиток. — Клан Шиджеро страдает от нападений магических зверей. Их клан расположен рядом с Серыми горами, длинной грядой, которая касается северо-восточной части нашей страны. По какой-то причине монстры все чаще и чаще выходят из лесов к людям. И если сам клан оммёдо в состоянии защититься, то вот крестьянские деревни нет.

Ио передал Стасу в руки свиток.

— Здесь кое-какая важная информация. Ознакомься. Между тем, твоя задача разобраться в причине происходящего. Если же сумеешь ее решить, то плата будет выше. И еще одно, — Ио чуть подался вперед. — Эта часть задания секретна. Постарайся определить настроение и отношение оммёдо к Сумада.

— Хай. — Стас вышел от Ио и двинулся в сторону своих апартаментов.

Добравшись же, он вытащил мелкую зеленую чешуйку, лежащую среди одежды, и переломил ее пополам.

Спустя пол часа дверь приоткрылась и внутрь шмыгнула радостная Каэда.

— Широ! А я уж думала ты обо мне забыл, — Стас оказался в крепких и неожиданных объятиях радостной ёкай. Объятия же оказались настолько крепкие, что Ордынцеву пришлось экстренно включать усиление праной, чтобы все его кости остались в целости.

— Каэда, уф, я же просил тебя следить за используемой силой! — недовольно пробурчал Стас, но губы мужчины все же тронул намек на улыбку. Непосредственность и активность девушки он находил занимательным и в чем-то даже веселым.

— А кто это у нас тут такой пухленький?! — засюсюкала ёкай, посмотрев на поднявшую голову Левиафан.

Если бы змея могла распахнуть глаза, она бы так и сделала.

«Пухленький?! Женщина, ты хочешь сдохнуть?!» — в глубине глаз змеи вспыхнули красные точки, а кольца исполинского тела нависли над казалось бы хрупкой девушкой. В комнате повисла жажда крови.

«Хозяин, это ты ей сказал?!»

«Нет». — абсолютно нагло соврал Стас, попутно контролируя мыслеречь: «Просто Каэда тоже заметила, что тебе пора потренироваться».

«Неправда!»

— Широ, мне вызвать сенсея? — уточнила Каэда.

— Да, ее совет тут будет не лишним.

Спустя же несколько минут все были в сборе. И первое, что сказала Минору, когда узнала суть дела это.

— Так этот проклятый клан все еще жив! Почему их до сих пор не уничтожили?! — древняя ламия рвала и метала в своей призрачной форме.

Наконец она успокоилась.

— Ну и зачем ты тогда вызвал меня и мою ученицу?

— Как ты уже поняла, я получил задание защитить их клан от магических зверей, — рассудительно пояснил Стас. — Тем не менее я не хочу лезть к оммёдо совсем без защиты. Скажи, Каэда в состоянии задурачить оммёдо своими иллюзиями?

Минору немного задумалась, после чего отрицательно покачала головой.

— Нет, пока что ей нельзя даже приближаться к этим людям. Они для нее слишком опасны. Оммёдо живут, чтобы ловить и побеждать духов. Каэда пока что неопытна для такого тяжелого боя.

— Понятно, но Каэда все равно мне понадобится, поэтому я ее навремя у тебя заберу.

— Я же сказала, что она не готова! — нахмурилась ламия. — Так какого демона ты ее тащишь к шинигами в пасть?!

— Не беспокойся, — успокоил ее Ордынцев. — Я не собираюсь брать ее в их клан. Мне она требуется, как подстраховка в другом деле. В конце концов, сомневаюсь, что за звание среднего воителя они дадут мне легкую миссию. Поэтому надо быть готовым к любого рода неожиданностям.

Минору ничего не сказала, но она явно думала не очень хорошо обо всей этой идее.

— Но это еще не все, — продолжил Стас. — Я уверен, что у оммёдо могут быть подчиненные ими духи. Ты можешь мне помочь нанести защитные знаки на доспехи и оружие?

— Они будут слишком заметны и непостоянны. Для хорошего качества их требуется вплетать в момент производства той или иной вещи.

— Я предлагаю расположить их с внутренней стороны брони. Этого должно хватить на миссию. А насчет оружия можно не беспокоиться. Оммёдо не удивятся, что воитель решил подготовиться к встрече с ними. А там, какие только секреты мы не храним.

— Эффективность таких знаков будет слабее, — решила древняя ёкай. — Но они будут действовать. Ну и если будет возможность, съезди от меня по морде какому-нибудь Шиджеро. Это будет лучшая благодарность за мои труды.

— Договорились.

* * *
Шуджи весь этот день чувствовал себя ужасно. Весь его опыт и ощущение опасности говорили ему об одном — сегодня случится нечто плохое.

Именно поэтому он дергался на любой громкий звук и готов был ударить в любую секунду.

Учитывая же то, что он был средним воителем, это заставляло окружающих его путников испуганно дергаться, стремясь как можно быстрее покинуть его компанию.

Шуджи был воителем отступником, и он сформировал для себя несколько правил, которые позволили ему выживать так долго.

Первое и самое главное из них было: «Никогда не задерживайся в одной стране больше, чем на три задания».

Стороннему человеку может показаться, что миссии выдают лишь кланам. Но это не так. Многие из аристократов или просто богачей не желают делиться компроматом на себя с вездесущими кланами воителей.

Именно поэтому они пользуются услугами различных теневых информаторов, с которыми уже и связываются отступники.

Проблема такой работы в том, что ты никогда не знаешь, когда тебя решат зачистить, как слишком много знающего.

Прямо же сейчас Шуджи покидал столицу Сумада и спокойным шагом направлялся в сторону границы. Он не бежал, экономя прану и силы. Они ему еще понадобятся.

Неладное он почувствовал тогда, когда число идущих мимо него путников сначала начало уменьшаться, а потом и вовсе сошло в ноль.

Он остался один на абсолютно пустой дороге.

Хуже того, какое-то ощущение на границе сознания мешало ему сосредоточиться.

«Иллюзии!» — пришло страшное осознание.

— Рассейся! — взревел Шуджи, прогоняя по телу прану, желая грубой силой сорвать вражеское воздействие.

Какого же было удивление, когда его действия заставили окружающую иллюзию лишь задрожать, дав рассмотреть настоящую действительность, но не рассеяли.

Каким-то образом его заставили отойти на стороннюю деревенскую дорогу. Вокруг было не видно ни души, но это не значило, что он был один.

И он был как никогда прав.

Земля вокруг пришла в движение, заставив стиснуть зубы.

«Сумада! Так и знал, что надо было уходить уже после второго задания. Но нет, решил пожадничать!»

Первую каменную змею, он рассек единым движением, почти не замедлившись. Вторую и третью он взорвал тугой водяной струей, вылетевшей изо рта.

От четвертой до восьмой были разорваны серией водяных кулаков, которым он так гордился. В конце концов за них он и получил свой средний ранг. Так филигранно и точно использовать эту технику могли немногие.

Но к его ужасу лезущие из земли змеи не кончались. Наоборот, их число лишь увеличилось.

Средний воитель крутился, как бешеный, но невозможно было защититься со всех сторон.

Он ждал, когда покажется сам атакующий, но тот благоразумно прятался, атакуя лишь техникой.

Нога Шуджи взорвалась болью.

На том месте, где казалось ничего не было появилась змеиная голова, которая воткнула клыки прямо в его плоть. Тут же мужчину накрыла странная слабость.

«Их двое. Один управляет техникой земли, второй иллюзией». — Мужчина старался не думать о том, что это мог быть один человек. В таком случае это был кто-то уровня высшего воителя.

У него хватило силы одним ударом расколоть голову змеи, оставив ее клыки глубоко в ране, но это было началом конца.

Еще две змеи вцепились в его плечо и бедро.

Шуджи пытался сопротивляться, но все новые и новые укусы тянущие силы заставили его упасть на колени.

Сил осталось лишь на то, чтобы удерживать свое тело в таком положении, но не больше.

Словно издеваясь, из-за деревьев вышел его враг, неторопливо двинувшись в его сторону.

За спиной послышалось странное шуршание, будто там проползла очередная гигантская змея.

Но ведь таких больших змей не бывает?

— Презренный… Трус… — выдавил Шуджи, кое-как выплевывая слова и прожигая стоявшего возле него врага ненавидящим взглядом.

Мужчина ждал хоть чего-то: насмешки или презрения. Но реальность оказалась жестокой.

Шуджи моргнул. У его противника были нечеловеческие глаза. И самое ужасное было то, что в них не было ничего. Даже злости.

С этими мыслями Шуджи накрыла тьма.

* * *
Стас удовлетворенно смотрел на упакованное тело самого настоящего среднего воителя, которого получилось пленить так просто. Перед этим он прошелся целительской дланью, залечив все раны от клыков змей.

Физическое состояние воителя не было повреждено, так как змеи, получив команду, тянули лишь прану.

«Молодец Мари. Надо будет ее похвалить за хорошую работу. Она очень вовремя мне сообщила о том, что подходящая цель собирается в ближайшие дни покинуть город. Всего-то и оставалось подождать его на выходе и приказать Каэде отвести его в сторону подальше».

— А что ты с ним собираешься делать? — с интересом спросила ёкай, наклонившись и потянув пленника за волосы.

— Для будущего освобождения твоей учительницы нужен тот, кто станет прикидываться одним из нападавших Мертвителей. А для этого нам требуется не просто тупое мясо.

Стас взвалил на плечо бессознательное тело и понес его глубже в лес.

Ордынцев не хотел, чтобы будущему ритуалу кто-то помешал.

Наконец подходящее место было найдено. Темная поляна, которую со всех сторон прикрывали толстые стволы деревьев, чьи ветки росли столь плотно, что скрывали окружающую действительность в тени.

Тело пленника Ордынцев положил в центре и глубоко вздохнул.

Он собирался с силами. Все же хоть он и проводил похожие ритуалы над мертвыми воителями, над живым ему подобного делать еще не приходилось.

Здесь требовались куда более тонкие манипуляции. К счастью эфира требовалось даже меньше, чем обычно.

Станислав откровенно не понимал, как Мертвители прошлого вообще додумались до такой последовательности действий.

Горящая черным светом рука легла на лоб и сердце жертвы. Сколько уже раз он повторял эту последовательность действий?

Станислав привычно отбросил вопрос морали. Его не интересовало почему его подопытный стал на путь отступника. Может он был и не виноват. Это уже было неважно.

Эфир ядовитыми струйками принялся просачиваться в тело воителя, заставляя его даже в бессознательном состоянии морщиться от неприятных ощущений и вздрагивать.

Ордынцев тоже был напряжен. Прямо сейчас перед ним стояла нетривиальная задача.

Требовалось поместить эфир в тело воителя, при этом не дав жаждущей энергии начать пожирать подопытного.

В некотором роде прямо сейчас Ордынцев проводил процесс насильственной ванпафикации. Клетки сердца мужчины под воздействием эфира, менялись и трансформировались в нечто иное.

От подобного организм воителя шел в разнос, но они все еще могли успеть.

Ордынцеву также не было смысла обрабатывать все тело.

Будь эфир создан самим Шуджи, этот процесс был бы естественен, но так как эфир был сформирован из духовной энергии Стаса, приходилось следить за тем, чтобы тот не поглотил всю прану разом.

Сей процесс сопровождался жуткой болью. Пленный несколько раз очнулся и лишь своевременный удар по голове от Каэды держал ситуацию под контролем.

Здесь у Стаса не было подходящих пут.

«Пора».

Мысленный сигнал и обработанное праной сердце издало свой первый мертвый стук.

Шуджи выгнулся дугой. Теперь его собственное сердце воспроизводило потоки эфира, которые превращали его в ванпайи.

Кожа стремительно высыхала и сморщивалась. Но от этого она не становилась менее прочной. Скорее наоборот.

Уже скоро новообращенный ванпайи был похож на одного из мертвителей, который прошел слишком далеко по пути жажды.

Тем не менее, процесс еще не был закончен.

От ладони, которая была прижата ко лбу, сорвалась темная клякса, заставившая подопытного сначала дернуться, а потом, расслабившись, упасть обратно.

Прямо сейчас Ордынцев провел, своего рода, лоботомию, заменив значительную часть личности ванпайи подконтрольным ему эфиром.

Таким образом личность Шуджи получила практически непоправимые повреждения, а Стас получил верного слугу, который мало того, что мог обходиться без подпитки праной благодаря действующему эфирному сердцу, так еще и продолжал владеть некоторыми из техник и мог выполнять сложные приказы.

Стас дождался окончания процесса ванпафикации, после чего бросил.

— Посмотри на меня.

Веки тут же распахнулись и черные глаза сосредоточились на создателе.

— Как тебя звали раньше?

— Шуджи из клана Кога. — голос был хриплым и доносился будто из бочки.

— Что за клан?

— Небольшой свободный клан. — ответы были максимально короткими.

— Почему ты ушел?

— Убил на тренировке соклановца.

— Почему?

— Хотел его девушку.

— Вот же говнюк, — скривилась Каэда, с презрением оглядев мертвеца. — Хорошо, что мы тебя грохнули. Такой мусор, как ты, не должен жить. — в памяти ёкай мелькнули размытые сцены почему она сама умерла.

Шуджи ничего не ответил. Его не беспокоили слова ёкай. Теперь его вообще мало, что волновало.

Ордынцев ухмыльнулся. Минору не соврала — ритуал действовал, да еще как!

Веревки были сняты с Шуджи и тот встал. Он был лишь немного ниже самого Стаса. Черные глаза безэмоционально смотрели вперед, пока мертвец ожидал приказов.

— Каэда, — Стас посмотрел на ёкай. — Проводи Шуджи… Нет. Теперь тебя зовут Первый. Кивни если понял.

Последовал резкий кивок.

— Так вот, проводи Первого к остальным зомби. Там чуть в сторонке от убежища под упавшим деревом есть небольшая пещерка. Там его и оставь. Он будет ждать нашего возвращения. Когда же закончишь возвращайся и двигайся к вот этой деревеньке. — Ордынцев достал свиток, на котором была нарисована карта, и указал на небольшую деревню между горами и местом жительства оммёдо. — Если я не появлюсь за пять дней, то возвращайся назад. Это значит, я не могу безопасно с тобой встретиться.

— Какой ты строгий, Широ-кун, когда отдаешь приказы, — рассмеялась Каэда, разрушив всю серьезную атмосферу. — Давай, говнюк, то есть, Первый пошли. Нам стоит поспешить.

— И старайся не попадаться никому на глаза. — крикнул следом Стас, вспомнив об этом моменте.

— Иногда ты такой скучный, Широ-кун!

* * *
Стас ожидал, что его встретят до того, как он достигнет деревни оммёдо. В свитке с миссией этот момент был упомянут особо.

И учитывая, чем занимались заклинатели духов, Стас понимал причину такой предосторожности.

Дорога привычно вилась под ногами, когда впереди показалась черная точка.

При ближайшем рассмотрении это оказалась маленькая зеленая пагода. В таких по поверьям крестьян жили небольшие духи полей и лесов. Точнее, они наведывались сюда, получая от людей вкусную дань.

Они же в свою очередь облегчали людям жизнь, рыхля землю, убирая паразитов и сорняки.

Но внимание Стаса привлекло не деревянное сооружение, а сидящий рядом с ним человек.

Длинное, черное одеяние с непропорционально широкими рукавами. Высокая сужающаяся шапка со срезом на верхушке.

В руках у незнакомца присутствовал искусно вырезанный посох с несколькими отверстиями на вершине. Сквозь эти дырочки был продет десяток медных колец.

Оммёдо, а это был именно он, опустил голову вниз и не мог видеть тихо приближающегося воителя. Однако, когда до него оставалась пара десятков шагов он быстро подняли лицо и безошибочно посмотрел на Ордынцева.

Кольца в посохе протяженно зазвенели, когда оммёдо спокойно встал и потянулся.

Перед Стасом предстал уверенный в себе мужчина лет сорока. Его глаза с легким любопытством осмотрели доспехи Стаса и в особенности его копье, на котором можно было без труда рассмотреть выжженные руны.

Глаза оммёдо дернулись и посмотрели ровно в ту сторону, где проплыла под землей Левиафан.

«Значит вот как он понял, что я подхожу». — Станислав подозревал, что прямо сейчас вокруг них кружатся подконтрольные оммёдо духи.

Но Ордынцев ни за что на свете не активировал бы сейчас духовное зрение.

Мужчина не сомневался, что пленившие Минору оммёдо все еще помнят, что собой представляет эфир. Воитель умеющий видеть духовную составляющую подозрителен.

К счастью за прошедшие дни пути, остатки эфира от ритуала рассеялись, поэтому он не боялся заходить в логово возможных противников.

Конечно, Минору убеждала, что найти эфир без использования невозможно, но Стас предпочитал перестраховаться.


Глава 14


— Здравствуйте. Мы вас ждали, — оммёдо вежливо склонил голову, поприветствовав Стаса как равного.

— Приятно слышать, — ответил так же Ордынцев.

— Прошу следовать за мной. Большая просьба, если увидите нечто странное, скорее всего это духи шалят, поэтому не реагируйте на них слишком строго.

— Хорошо, — медленно протянул Стас и быстро оглядел округу. Тут же он заметил, как кусты слева подозрительно заколыхались, будто кто-то поспешно дал деру.

— Кстати, — оммёдо кивнул в сторону залегшей Левиафан. — Я чувствую в той стороне некое возмущение. Это ваше магическое животное?

Кивок Ордынцева полностью удовлетворил сопровождающего.

Встречающий заклинатель духов оказался довольно неразговорчивым человеком.

Он просто вышагивал впереди, позвякивая кольцами на посохе и не обращая на Стаса никакого внимания.

Тем не менее Стасу и без этого было чем заняться.

Стоило им преодолеть некую границу, как деревья по бокам дороги словно бы ожили.

То и дело, ветки начинали двигаться против движения ветра, а листья иной раз разворачивались вслед за землянином.

А чего стоит хотя бы семейство опоссумов, которые всей кодлой поднялись из травы и провожали их компанию любопытными взглядами.

Вот только надо было видеть их мордочки, когда они внезапно осознали, что у них за спиной выросла гигантская белая змея.

Так у всего семейства глазки и закатились.

На их счастье Левиафан чувствовала лишь веселье, а не голод, поэтому она спокойно поползла дальше, оставив особо впечатлительных животных греться на солнышке.

В ту же секунду из ближайшего дуба вылез маленький белый человечек с неравномерно распределенными на круглой голове черными точечками глаз.

Его головка раз в пару секунд начинала потрескивать и подрагивать, пока снова не замирала.

Чуть в сторонке вылез еще один дух.

Скоро вся полянка была в маленьких белых человечках. Одни сидели на цветках, другие раскачивались на ветках деревьев, третьи высовывались из коры.

Они переглянулись.

«Воитель».

«Да».

«Магический зверь».

«Да».

«Не навредил».

«Интересно».

«Необычно».

— Ты нравишься лесу, — слова оммёдо заставили Стаса вздрогнуть. Прямо сейчас он следил за парочкой деревьев. И он был готов поклясться, что видел там оленьи ножки и женскую фигуру.

Происходящее вокруг будило в Ордынцеве ощущение какой-то детской сказки.

Все его полученные в этом мире знания кричали, что все неизвестное и непонятное опасно.

«Призови прану. Спусти пожирающих змей, используй разрушительную каменную технику. Сровняй все с землей» — вот, что шептало ему подсознание.

Но сердце подсказывало, что в этом месте у него нет врагов. Неизвестно, как все обернется в деревне оммёдо, но прямо здесь никто не собирался ему вредить.

— Что ты имеешь ввиду? — уточнил Ордынцев, сосредоточившись на черной фигуре впереди. — Ты про какого-то сильного духа? Хозяина этого места?

— У Леса нет хозяина, — чуть подумав оммёдо поправился. — У этого леса нет хозяина. Здесь может найти приют каждый, но никто не может здесь командовать.

— А мне казалось, что вы, оммёдо, любите подчинять всех окрестных духов своей воле и контролировать ситуацию. Но чем больше я смотрю вокруг, — Стас кивнул на пару расплывчатых фигур в листве, которые дружно захихикали и сбежали. — Тем больше понимаю, что это не так.

— Некоторые кланы и впрямь так делают, — кивнул сопровождающий. — Но мы, Шиджеро, считаем, что насилие стоит применять лишь в крайнем случае. Мы все гости в этом мире, поэтому не стоит устанавливать свои правила в гостях. Живи и дай жить другим, вот духовный принцип нашего клана.

— Удобная позиция, — кивнул Станислав. — Мне она даже в чем-то близка.

— Если это так, то я рад, что именно вас отправили в нашу деревню.

Внезапно прямо перед ними упало самое настоящее яблоко, которое чуть прокатившись остановилось в ногах у Стаса.

Ордынцев задрал голову и не нашел вокруг никаких плодоносных деревьев. Даже веток над головой не было. Так откуда могло упасть это яблоко?

— Если захотите когда-нибудь отдохнуть и найти приют, этот лес даст вам пристанище, — серьезный голос оммёдо был ему ответом. Рядом показалась мордочка Левиафан и в пасте у нее покоился брат близнец первого плода. — Лес почему-то посчитал вас достойными.

Оммёдо хорошо себя контролировал, тем не менее Стас успел увидеть на его лице легкое раздражение.

Однако землянину было не до ревнующего заклинателя духов.

«Почему этот лес решил мне довериться?» — Ордынцев не считал себя хорошим человеком. В глубине души он тешил себя мыслями, что он был просто неплохим, но точно не хорошим: «Так почему? С чего эта груда растительной биомассы выдала мне пропуск в свои владения? И судя по поведению оммёдо для них это так же странно».

Стас перестал обращать внимания на шепчущуюся разными голосами листву и любопытные взгляды.

«Может дело в иномирном запахе? Так уже проверяли. За прошедшие годы он выветрился окончательно».

Вдруг на краю сознания забрезжила смутная догадка.

«Я кажется понял. Что если окружающий меня лес способен чувствовать эмоции, точнее отношение? Находясь здесь я был восхищен им, словно ожившей сказкой, которая сбежала с кадров Хаяо Миядзаки. Я не хотел разрушить это место. Более того, мне даже не было интересно, как оно устроено. Ведь если узнать, сказка пропадет».

Ордынцев как-то по-обычному усмехнулся и покачал головой.

Ему тут определенно нравилось. Было здесь как-то… Спокойно. Такое отличие от его обычной жизни.

Так в размышлениях они и дошли до деревеньки оммёдо.

На входе их повстречали огромные деревянные арки, через которые нужно было пройти, если хочешь попасть внутрь.

Станислав с любопытством закрутил головой.

Первое, что привлекало внимание — это умеренность живущих тут людей. Это не значило, что они жили бедно. Дома были красивы и ухожены.

Но они редко были двухэтажными хоть владельцы явно могли себе это позволить.

Очевидно, живущие тут люди не гнались за достатком.

Какое разительное отличие с воителями, которые буквально тыкали свое богатство в лицо, покупая все самое дорогое, что только могли достать.

— Воитель-сан, — подал голос сопровождающий. — Прикажите вашей питомице следовать четко за нами. — Вам ничего не угрожает, но не стоит пугать живущих здесь людей.

— Прекрасно вас понимаю. — усмехнулся Стас.

«Леви возвращайся. Исследовать их деревню не выйдет».

Пройдя пару домов перед Стасом открылась небольшая утоптанная низменность, вокруг которой росли декоративный кусты.

В этот момент на маленькой площади происходило какое-то обучение.

Разного возраста дети, поджав по турецки ноги, положили руки на колени и, закрыв глаза, глубоко вдыхали и выдыхали. Раз в десяток секунд благообразный старичок перед ними стукал посохом с медными кольцами по земле. В такие момент перезвон медяшек странным образом резонировал в окружающем воздухе, становясь то тише, то наоборот приобретая непонятную глубину.

Пару раз им на пути попадались спешащие по своим делам жители. Каждый раз они удивленно провожали его взглядами. Очевидно, гости здесь были не часто.

Стас ожидал, что его приведут к кому-то, кто решает вопросы, но чего он уж точно не ожидал, так это увидеть самого главу деревни.

Им был невероятно худой старик с сильно выпирающими венами на шее и руках. Одного взгляда на его лицо, похожее на сморщенный сухофрукт, хватало, чтобы понять, что ему очень много лет.

Подобное в этом мире можно было увидеть нечасто. Дожить до старости могли себе позволить единицы.

— Проходи, юный воитель, — голос главы оказался на удивление не дребезжащим. В нем была сила и становилось понятно, почему он до сих пор правит этим мистическим местом. — Присаживайся.

Стас не стал чиниться, заняв указанное ему место.

Дверь в комнату отворилась и внутрь зашла ослепительной красоты женщина, которая никак не могла существовать в реальности. Белоснежная кожа, серебристые волосы и пронзительные голубые глаза, так похожие на ледышки. Одета она была в сине-белую юкату.

В воздухе стало чуточку холоднее.

В руках она держала чашки с чаем. Их она и поставила перед главой и Стасом.

— Благодарю тебя Юми. Твой чай, как всегда самый вкусный. — поблагодарил ее старик.

Юки-онна, а это вне всяких сомнений была именно она, холодно кивнула, принимая комплимент и двинулась прочь.

Стас ради интереса взял чашку и попробовал пригубить напиток, после чего чуть не подавился.

Жидкость была невероятно холодной!

«Кто вообще так готовит чай?! Это ей что, холодный чай Липтон? И какого черта он еще похвалил ее?»

Вдруг юки-онна замедлила свой шаг и остановилась, стоило Стасу замереть и подавить кашель.

— Вкусный чай, — выдавил Стас с кривой улыбкой, чувствуя, как температура в комнате стремительно падает. — Пил бы, да пил.

Удовлетворившись, юки-онна величественно вышла, тихо прикрыв за собой дверь.

— Если не хочешь, не мучай себя, юноша, — тяжко выдохнул глава и поставил чашку на столик. Стас поспешно повторил за ним. — Между нами произошла ссора и теперь она мне так мстит. Я не хочу, чтобы сторонние люди страдали от наших разногласий.

Стас лишь вежливо поклонился, не зная, что сказать. Принцип местного общества был примерно таким же — не знаешь, что делать, кланяйся. Беспроигрышная тактика.

— Но оставим это. Меня зовут Хидору Шиджеро и я глава клана Шиджеро, заклинателей духов, давних союзников клана Сумада. Как тебя зовут, юноша? Что ты можешь о себе рассказать?

— Широ, господин. Меня отправили к вам, чтобы я помог разобраться со странным поведением магических зверей. От выполнения этого задания зависит мое повышение до среднего воителя.

— Такой молодой и уже средний ранг? — изобразил удивление глава. — Но хорошо. Что ты скажешь про наш дом? Есть какие-то мысли?

— Очень… Спокойное место, — честно ответил Стас. — Здесь приятно находиться.

— Хо-хо-хо, — засмеялся Хидору. — Я начинаю понимать, почему Лес дал тебе свой плод. И не удивляйся, в этом мире мало того, что я могу не заметить.

«Что он имеет ввиду?» — напрягся Стас: «Как же задрали эти могущественные и мудрые мастера, которые обладают великим множеством всяких скрытых талантов и знаний. И как в таких условиях, спрашивается, вести дела?»

— А твои размышления достойны скорее повидавшего жизнь воина, чем столь молодого человека, как ты.

«Проклятье! Это он намекает на то, что почувствовал мой реальный возраст или просто соблюдает вежливость?»

— Для меня честь слышать подобное от кого-то вроде вас, — рассыпался в благодарностях Стас. — Есть ли что-то, что я должен знать перед выполнением этой миссии?

— Разве что, то, что в первую очередь мы хотим информацию о том, что происходит. Это значит, что если найденная тобой причина будет слишком опасна, возвращайся. Мы не хотим, чтобы первый воитель, который прибыл к нам за столько лет, погиб.

— Поверьте, я тоже этого не хочу. — пошутил Стас, но каменное выражение лица старика убило весь юмор.

— До гор тебя проводит один из моих людей. Если необходимо он проведет тебя и к пострадавшим деревням.

— Премного благодарен, — расплылся в улыбке Ордынцев, попутно проклиная старика. Он уже понял, что отказаться от этой чести у него нет возможности. — Но ограничимся какой-нибудь одной деревней. Не вижу смысла обходить их все.

— Ну что ты, — глава поднял руки. — Я ни в коем случае тебя не заставляю. Это твоя миссия и тебе решать, как ее исполнять.

Из того, что Ордынцев видел, можно было сказать, что местные оммёдо не испытывают к воителям какого-то явного предубеждения. Более того, глава не просто так упомянул то, что они союзники.

Это были хорошие новости.

Почему-то Стас совершенно не удивился, когда вызванным для сопровождения заклинателем духов оказался его молчаливый спутник.

— Извините, мы так друг другу и не представились, — улыбнулся Стас.

— Ой, простите, — моргнув, смутился оммёдо. — Со мной вечно такое случается. Меня зовут Тэмотсу Шиджеро. А вас…

— Просто Широ. Очень приятно с вами познакомиться».

«Я думал воители странные, но по сравнению с этими оммёдо, они просто образец здравомыслия. Может они для расширения каких-нибудь внутренних чакр, что-нибудь смолят? Больно уж похоже, что их разум плавает где-то в другом месте».

Из-за навязанного сопровождающего было понятно, что к Каэде идти не стоит. К счастью, Стас подумал об этом и ранее предупредил ёкай о том, что через пять дней она должна была уходить.

Возможно, надо было взять Мари, но Ордынцев не собирался рисковать, связывая себя с этой девушкой.

В конце концов Шиджеро могли доложить Сумада о неизвестной воительнице, работающей с Широ.

Именно поэтому Стас отдельно упомянул, что хочет добраться до северной части хребта и, соответственно, лучше бы им зайти в деревню, которая будет по пути.

Совершенно случайно деревня, в которой расположилась Каэда, была как можно дальше от их пути.

* * *
— Печальное зрелище, — тихо пробормотал оммёдо, сдерживая рвотные позывы. Было видно, что заклинатель духов не привык к подобным видам.

Стас на секунду почувствовал превосходство, так как он видел подобных сцен так много, что они уже не вызывали в нем никаких чувств, но потом он осознал, чем именно он собирался гордиться. Настроение окончательно испортилось.

Ордынцев до скрипа зубов не хотел становиться одним из этих дикарей. А для этого он должен был сохранить в себе хоть что-то человеческое.

К примеру, не радоваться чужой боли и смерти.

Деревня была полностью уничтожена. Проблема с магическими зверями в том, что они отлично чувствуют запахи, звуки, а иногда и даже просто жизненные токи живых существ.

Поэтому там, где тот же воитель может пройти мимо и не заметить скрытый подпол с укрывшимися женщинами и детьми, звери его обязательно найдут.

Стас тронул одну из почерневших балок, и та рассыпалась прямо у него в руке. Какой бы огонь здесь не действовал, он был явно ненормален.

— Пошли. Здесь нечего делать. — бросил Стас бледному оммёдо, двигаясь в сторону возвышающихся над ними гор.

Хоть те и казались близко, нависая над ними серыми громадинами, на самом деле идти к ним предстояло долго.

* * *
Путь до гор не обошелся без неожиданностей.

Когда до их цели оставался где-то час ходьбы откуда-то из-за пригорка донеслось злобное рычание и к ним наперерез метнулась дикая собака. Это была здоровенная лохматая тварь, явно бывшая в очень тесном родстве с волками.

Важно же было то, что судя по красноватой шерсти, она явно не была обычным зверем.

Станислав уже было вытянул руку, чтобы приласкать ее ударом крови, как оммёдо его опередил.

Со звоном ударился посох о землю и тут же у землянина взвыло чувство опасности.

В воздухе соткался высокий воин с вороньими крыльями за спиной. На его лице была одета красная маска с длинным носом, а в руке он сжимал два крючковатых меча. Его одежда напоминала смесь доспехов и перьев.

Воин, взмахнув крыльями, завис в воздухе.

Но действия оммёдо еще не закончились.

Он вытащил из-за пазухи голубую бумажку и бросил ее в сторону приближающегося пса. Кусочек бумаги, напрочь игнорируя гравитацию, быстро полетел вперед. Зубы пса клацнули, но бумажка вспыхнула раньше, окружив монстра синим свечением.

В ту же секунду спокойно висевший в воздухе карасу тенгу метнулся вперед и за считанные секунды разорвал пса на куски, после чего чуть отодвинув маску и слизав кровь с руки, растворился в воздухе.

«Любопытно», — Стас спокойно анализировал увиденное: «То ли вызванный ёкай был недостаточно силен, чтобы полностью воплотиться в реальности, то ли Тэмотсу специально решил помочь слуге, поместив пса глубже на духовный план с помощью заговора. Как все же интересно действует их магия».

Путники ничего не говоря, прошли мимо останков монстра, двигаясь дальше в сторону гор.

— Здесь я вас вынужден буду оставить, Широ-сан, — Шиджеро, с сожалением развел руками.

— Не извиняйтесь, это в конце концов моя миссия.

— Мы будем с нетерпением ждать вашего возвращения. — на прощание сказал оммёдо.

«Ну пора подтверждать средний ранг», — подумал Ордынцев разворачиваясь: «Зная многоуважаемых старейшин, просто не будет».


Глава 15


«Эх, удружили все-таки старички затейники», — мысленно ругался Стас, пробираясь сквозь снег и оглядываясь по сторонам: «Я им что, альпинист? Хотя надо признать, виды красивые».

У землянина было полное ощущение, что перед ним открылся целый мир.

Особенно это чувствовалось, когда ледяной туман отступал и перед мужчиной представали лежащие внизу земли и леса.

Очередной порыв пронизывающего ветра заставил Стаса крепче стиснуть зубы и прочнее прикрепиться к скале, чтобы его не сдуло. Если бы не циркулирующая по телу прана, он давно бы замерз насмерть.

Но тело воителя оказалось крепким механизмом, готовым провести своего хозяина даже сквозь покрытые льдом и снегом высоченные горы.

Там, где нельзя было пройти, Стас упорно прикреплялся ногами и руками к отвесным стенами, после чего, как таракан лез вверх.

Проблемой оказалось и то, что он не мог вечно поддерживать циркуляцию праны. Его поиски длились уже несколько дней и ночью ему надо было спать.

К счастью в горах имелись довольно уютные долины, в которых даже росли деревья и не было снега.

Используя свои собственные руки, как топоры, Стас с легкостью обеспечивал себя древесиной для костра. Взятая им палатка же позволяла с некоторым комфортом спать по ночам.

Несмотря на сбежавших магических зверей, животные здесь все же водились. А техника чувства земли позволяла находить всяких спрятавшихся кроликов. Тычок копьем в нужную норку и на обед и ужин довольно жилистое, но все же вкусное мясо.

Так, живя абсолютно один, не считая Левиафан, Стас невольно почувствовал некое глубинное удовлетворение.

Было чувство, что все те заботы, которые так тревожили его раньше, дружно взяли перерыв и решили не надоедать. Словно сам мир решил дать ему передышку, остановившись.

И если первые дни лазания по горам он проклинал все на свете, то уже с третьего по пятый день он смотрел на ситуацию иначе.

«Чем это не отпуск? Чистый и свежий воздух, отсутствие желающих тебя прикончить вражеских воителей, сильно умных интриганов и сомнительных миссий. Красота».

Правда вот его спутница с подобным взглядом на ситуацию была решительно не согласна. Левиафан отчаянно мерзла.

Надо понимать, что несмотря на все мутации и изменения она все еще оставалась холоднокровной. И хоть она могла двигаться по горам, это не доставляло ей никакого удовольствия.

Большую часть пути она предпочитала путешествовать внизу, напрямую через камень. По словам Леви там было теплее, чем наверху.

Вот и сейчас они с удобством устроились в палатке Стаса, готовясь ко сну.

Палатка была небольшой, поэтому из-за забившейся в нее Левиафан, Стас оказался плотно укутан кольцами своей питомицы.

О чем говорить, если он боялся, что ткань палатки не выдержит и порвется.

«Даже не думай говорить об этом, хозяин!»

«Я ничего не сказал».

«Но вы явно подумали! Я не толстая».

«Конечно нет».

«…»

«Ты просто пухленькая».

«Хватит издеваться!»

В мыслеречи послышалось обиженное сопение.

«Да ладно тебе, не злись», — Стас погладил Левиафан по голове. Его невероятно умиляло то, как змейка реагировала на его шутки: «Что обо всем этом думаешь? Ты поняла почему все магические звери сбежали?»

«Нет, хозяин. Однако я начала чувствовать странную нервозность».

«Хм, ты можешь сказать, когда она появилась?»

«Да».

«Хорошо, тогда начнем поиски оттуда. Если я правильно понял, как это действует, то нас интересует центр некоего воздействия, от которого расходятся волны. Источник способен перемещаться, ведь на третий день, когда мы были от него довольно близко, он сместился еще дальше на север вдоль хребта».

Повисло уютное молчание.

Их палатка была расположена в небольшой пещере. А у входа горел большой костер, посыпая тепло к ним внутрь.

Дым же уходил в специально проделанное Стасом отверстие в потолке.

Таким образом, был шанс, что дикие звери дважды подумают лезть ли через огонь.

«Скажи, Леви, а чем ты любишь заниматься?» — вопрос Ордынцева заставил змейку смутиться и растеряться.

«Я люблю кушать, спать и… Плавать под землей. Хозяин, а почему ты спрашиваешь?».

«Это хорошие желания», — покивал Стас, откинувшись на мягкий хвост змеи, заменяющий ему подушку: «Но за всю жизнь я понял одну интересную вещь. В жизни любого разумного существа должно быть хобби. Ты этого не помнишь, но когда мы жили в нашем первом мире, я почти каждый день ходил на работу».

Леви внимательно слушала хозяина. Она и впрямь мало, что помнила. Разве что некие смутные запахи и образы. Особенно сильно ей запомнился запах одной самки. Та ее явно ненавидела. Уже потом она узнала, что это была бывшая самка хозяина.

«На работе я видел разных людей. Кто-то тратил все свободное время, стремясь утопиться в работе, другие наоборот ленились и считали минуты до ухода, третьи ждали выходных и отпуска так, будто это были последние их дни на Земле. Однако многих среди них объединяло то, что кроме работы у них практически ничего не было»

Стас покачал головой.

«Да, у них были знакомые и друзья, но часто они были связаны с этой самой работой. И чем старше эти люди становились, тем страшнее им было смотреть вперед. Ведь впереди пенсия и все их знакомства и работа перестанет что-либо стоить. Они останутся абсолютно одни и им нечем будет заняться».

Ордынцев ткнул Леви пальцем в нос.

«Поэтому я бы посоветовал тебе найти для себя какое-нибудь увлечение. Хобби, к которому ты будешь возвращаться чтобы отдохнуть сердцем и душой. Понимаешь меня?»

«Нет, но я постараюсь понять», — решительно заявила змейка.

«Ты моя умница. А теперь давай спать. Я чувствую завтра будет трудный день».

Снаружи пещеры поднялся ветер, гоня прочь крупицы снега, костер то пригибался, то вспыхивал с новой силой, а в пещере в тепле и сухости спало два иномирца, которые даже не подозревали о том, что за встреча их ждет завтра.

* * *
Чем ближе они приближались к источнику, тем сильнее ощущалось некое напряжение. Как оказалось, животное его чувствовали куда лучше людей, тем не менее концентрация повышалась, поэтому почувствовал и Стас.

Это было похоже на ощущение приближающейся беды. Словно ты самолично шагаешь к краю обрыва и все в тебе говорит развернутся назад.

Но Стас, игнорируя новое чувство, упорно пробирался вперед.

Землянин и его питомица были полностью наготове. Руки воителя сжимали копье, в то время как змейка ни на секунду не выключала духовное зрение, сканируя окружение.

Но даже так они умудрились пропустить то, что искали.

«Стой. Я что-то чувствую», — Стас дал приказ Левиафан замереть, после чего быстро закрутил головой. Его чувства будто взбесились: «Что-то здесь не так…»

— Ну что же, маленький человечек. Ты все же нашел меня. Ну и что теперь? — этот голос напоминал шипение плавящейся стали, грохот камней и рев извергающегося вулкана. От одного этого звука хотелось упасть на землю и прикрыть голову руками от того, что предшествует существу, что может так говорить.

Земля треснула, выпуская наружу нечто ужасно огромное, кроваво красного цвета.

Стас затруднялся сказать, как он мог не заметить здоровенный провал в земле за деревьями, которые прямо сейчас падали вокруг них, напоминая какой-то жалкий кустарник по сравнению с тем, кто сейчас смотрел прямо на них.

— Дракон. — Стас был удивлен, что это слово он произнес довольно спокойно и ни разу не заикнувшись. — Красный дракон. — дополнил он свое очень меткое наблюдение.

«Дерьмо. Леви, беги!». — к счастью змейка послушалась приказа Стаса и изо всех сил поплыла в земле прочь. Дракон лишь на мгновение обратил на нее внимание, но потом его вниманием вновь завладел мелкий человечишка, что посмел побеспокоить его сон после трапезы.

Невольно остатки разума мужчины оценили нависшую над ним магическую машину смерти. В холке указанная им громадина занимала метров десять. Вот только в длину она был во много раз больше. Он даже не мог сказать насколько, так как не видел всего тела.

Еще, учитывая мир, Ордынцев ожидал, что он будет похож на азиатскую версию дракона. То есть тонкий и очень-очень длинный.

Вот только реальность оказалась жестока.

Стоявший перед ним дракон относился скорее к западном варианту.

Что мог сделать Ордынцев, когда на тебя плотоядным взглядом уставился чем-то недовольным дракон?

Правильно.

Свалить.

Именно поэтому огненный смерч накрыл уже пустую землю, в то время как сам Стас, успев воспользоваться техникой плавания под землей, провалился вниз на несколько метров.

Вот только Ордынцев сильно недооценил силу пламени дракона.

Земля мало того, что не остановила огонь, так такое чувство, что она его вовсе не задержала!

Теперь Ордынцев знал, как себя чувствует куропатка, которую запекают в глиняном шаре.

Лишь то, что он почти сразу как опустился, рванул прочь, спасло его от плавящей все и вся дикой смеси плавленой земли и огня, стекшей вниз.

— Не уйдешь человек! — несмотря на то, что Стас был под землей, он отлично слышал и понимал каждое слово.

Сверху что-то задрожало, а потом земля вокруг пошла трещинами.

Ордынцева опять спасло чувство земли, сообщившее о неожиданном многотонном препятствии прямо у него на пути.

Рванувшись в сторону, он с ужасом увидел, как лапа дракона пронеслась в каком-то считанном метре, разрыхляя землю.

Ящер просто засунул лапу вниз и попытался его поймать.

Какую же силищу надо было иметь, чтобы каменистая почва почти не создавала сопротивления?

В следующую секунду мужчине пришлось экстренно скользить в сторону. Ведь над ним вновь рванул плевок дракона, прожарив землю на несколько метров вглубь.

— Ты начинаешь меня раздражать.

Красный дракон чуть-чуть надкусил свою лапу, после чего резким движением засунул ее в землю.

Драконья кровь — это чистая магия, воплощение огненной стихии, если это красный дракон.

Во все стороны рванули светящиеся тонкие корешки. Парочка из них пронеслась мимо Стаса. Лишь один из них чуть-чуть коснулся его доспехов и Ордынцев зашипел от боли.

Огненная магия почти прожгла сталь от одного жалкого касания!

А в следующую секунду под расширившимся глазами землянина каждый корешок начал гореть все сильнее, словно готовясь…

Бу-у-ум!

Сквозь десятки разломов вверх ударили тугие струи пламени. Страшно было даже представить, что творилось внизу.

Дракон к чему-то прислушался, после чего удовлетворенно выдохнул струйки пара. Он больше не чувствовал жизни этого человечка.

Значит можно было не бояться, что кто-то помешает ему и дальше видеть сны в этом месте…

«Подождите-ка», — глаза дракона подозрительно сощурились, а нос пришел в движение.

Рывок вперед и прикидывающаяся кочкой дымящаяся фигура человека резко стартанула вниз по склону, опешивший же дракон сначала замер, а потом, хмыкнув, понесся следом.

Он уже почти не был зол. Этот упорный в своем выживании человечек сумел его даже удивить своим упорством. Ящеру было интересно, сколько еще он сможет сопротивляться неизбежному.

Дракон не чувствовал в нем особой силы, тем не менее, человек отказывался сдаваться и умирать. Возможно именно поэтому дракон не залил все вокруг пламенем, а всего лишь изредка плевался небольшим сгустками пламени.

Хотя, как, небольшими? Одного такого огонька хватило бы вдоволь, чтобы разрушать замковые стены, испепелять отряды воинов и нести ужас в сердца врагов.

Сам же Станислав яростно работал ногами, стремясь унести свою жопу от несущегося прямо за ним дракона. От каждого прыжка ящера содрогались сами горы. Кое-где уже началась лавина или обвалы, а в паре мест земля разошлась, открыв разломы.

Тем не менее бежать дальше смысла не было. Спуск заканчивался, а дальше начинался крутой подъем. Без использования праны по нему нельзя было забраться. Вот только кто ему даст это сделать?

Дракон с интересом поднял веки, когда человечек резко развернулся и ударил по земле.

Еще больше его заинтересовали мелкие каменные змейки, которые понеслись в его сторону.

Взмах хвостом и почти все из них превратились в пыль, в то время как оставшиеся успели цапнуть его за ногу.

«Хм, они пытаются меня выпить?» — усмехнулся ящер: «А что вы скажете на это?»

Небольшое усилие и кровь дракона вспыхивает, разом сжигая вцепившихся змеек.

Гигант вновь посмотрел на человека и… Того уже не было на месте. В этот самый момент он яростно работал руками и ногами буквально выбрасывая себя по склону вверх.

— От меня так просто еще никто не уходил, человечек. — сокрушительный взмах хвостом, от которого воздух, казалось, рвется и удар приходится прямо на утес, заставляя тот с гулом расколоться на множество падающих вниз кусков.

Прыжок! Прыжок! Прыжок!

Ордынцев пытался вскарабкаться по падающим камням выше, но не успел.

«Ах ты ж гравитация, бессердечная ты сука!»

Дракон отошел на пару шагов, с интересом смотря на груду приземлившихся перед ним камней.

Наконец пыль рассеялась и перед гигантским ящером предстал опаленный, побитый и помятый человек. Чувствовал он себя неважно, дыхание с хрипом выходило из груди, тем не менее в глазах не было принятия своей судьбы.

Его руки крепко сжимали копье и направлено оно было прямо на него! На повелителя неба! Какая наглость!

Дракон и человек замерли в молчаливом противостоянии, но вечно это продолжаться не могло.

— Прощай человечек. За то, что ты меня развлек, я дарую тебе быструю смерть.

От рывка ящера, казалось, стали рушиться сами горы. Грохот разнесся во все стороны. Чтобы преодолеть путь до Ордынцева дракону хватило всего четырех прыжков.

Стас рванул в сторону, попутно формируя в руке как можно более мощный кровавый удар, но он понимал, что ему не уйти.

Слишком разные уровни сил.

Существо, с которым он был вынужден столкнуться вполне могло выстоять разом против нескольких высших воителей. Что ему новоиспеченный средний ранг?

— Стойте! Ямато-сама, стойте! Не убивайте его!

Чего стоило Стасу не ударить в резко замедлившегося перед ним дракона, стоит описания в отдельной книги. Ордынцев пошатнулся, когда ослепительно горячее дыхание из пасти ящера обдало его мощной волной.

«Мне показалось… Или это кричала Каэда?»

— Каэда-тян, почему ты защищаешь этого человека? — красный дракон медленно повернул морду и посмотрел на подбегающую к ним ёкай. — Что в этом человечишке такого особенного?

Почему-то голос дракона хоть и звучал довольно громко, но теперь не заставлял сердце обрушиваться в пятки.

— Ямато-сама, — Каэда глубоко поклонилась дракону. — Это мой друг. Мы вместе с ним как раз и пошли искать причину того, почему все животные сбежали. А это оказывается ваше присутствие их всех напугало.

Ямато задумчиво пыхнул дымом.

Стас же предпочитал изображать из себя статую. Когда перед ним замаячила призрачная возможность выжить, он был готов потерпеть и не такое.

— Каэда-тян, а почему ты не сказала мне о том, что ты пришла не одна, а со спутником? — задал важный вопрос Ямато и Стаса тоже очень интересовал ответ.

— Ну… Я, — Каэда нервно хихикнула, потерев затылок, став до боли напоминать Кизаши. — Понимаете, я… Как-то вас встретила. У меня было столько вопросов, мы разговраивали и я… Забыла рассказать об этом.

Ордынцев медленно прикрыл глаза, чтобы не видеть виновницу того, почему он чуть было не стал шашлыком в драконьем меню. Его копье вполне сошло бы за деревянную шпажку!

Конечно, не будь ее здесь все могло закончиться еще более печально, но это все равно не сильно успокоило Стаса.

— Забавно. — наконец изрек Ямато, смерив Стаса и Каэду ироничным взглядом. — Дружба между воителем и ёкаем. Подобное редко можно увидеть. Каэда-тян, если духов и ёкаев я еще готов терпеть, то людей нет. Уходите и передайте, что ближайшие годы — это мой дом. Все, кто решат сюда прийти, станут моей едой. Я все сказал.

— Благодарю вас за великодушие Ямато-сама, — впервые на памяти Ордынцева поклонилась Каэда. Стас кое-как тоже изобразил поклон. Погнутые доспехи и ожоги мешали сделать это полностью.

Расправив широченные крылья, дракон резко взмахнул ими, посылая себя вверх. Мощная волна воздуха заставила уцелевшие деревья качаться и клониться к земле.

Станислав получив в грудь воздушный удар, не стал сопротивляться, позволив себя уронить.

Лежа на земле он с замиранием сердца смотрел на тяжелые взмахи величественного существа.

Откуда-то сбоку испуганно выползла Левиафан. Змейка впервые в своей жизни чувствовала такой страх. Разница между ней и повелителем неба была столь несоизмеримой, что ей было не по себе.

Тихий смешок слетел с губ землянина, пока не перерос в оглушительный хохот. Тело нестерпимо болело, но смех все продолжал рваться изнутри.

— Широ-кун, что с тобой?! — испуганно бегала вокруг Каэда. — Тебе больно?! Извини меня, я не хотела!

«Я увидел гребанного дракона и остался жив! А самый главный вопрос, что мне говорить старейшинам и оммёдо?!»


Глава 16


— Как это понимать? — сказать, что Стас был зол, это соврать. Он был в бешенстве. Но тем не менее, он мог себя контролировать, поэтому его ярость звучала в преувеличенно вежливых словах и давящей интонации. — Каким образом вы могли не знать, что в горах прячется самый настоящий дракон?

Ордынцев сидел напротив хмурящегося главы деревни оммёдо и требовал ответа. Миссия была выполнена. Конечно, в идеале он должен был решить проблему. И возможно он даже об этом подумал бы, за что-то вроде такой мелочи, как власть над миром.

— Только не говорите мне, что вы не отправляли духов на разведку. — продолжил напирать Ордынцев. Прямо сейчас он мог себе позволить некоторую наглость. Задание было выполнено, но степень риска уж точно не соответствовала среднему уровню. А это был уже косяк заказчика.

— Никто об этом и не говорит, — наконец заговорил оммёдо, хмуро посмотрев прямо на Стаса. — наши духи и впрямь добирались до гор и немного заходили в них. Но этого хватало лишь для того, чтобы понять существование некой большой угрозы. Никто из оммёдо не был отправлен, так как горы — это очень опасное и холодное место. А мы, в отличие от вас, воителей, не обладаем сильными телами.

— Так почему…?

— Если бы я сам знал ответ, — Хидору Шиджеро раздраженно цокнул языком. — Когда мы заказывали у вас эту миссию, мы честно упомянули о риске. Учитывая то, что мы описали, должен был быть прислан опытный средний ранг или даже высший. В идеале должен был быть кто-то ориентированный на скрытность.

— Так почему вы ничего не сказали, когда я представился? — нахмурился Стас. — Почему вы не сказали о повышенном риске?

— Потому-что это было бы неуважением к вашим навыкам, — ответил старик, пожав плечами. — Я решил, что ваш клан знает, что делает, и у вас есть секреты, которые помогут справиться с нашим делом. Поэтому я искренне удивлен, узнав, что вас фактически отправили на смерть.

«Ио, сука!»

— Значит, горы оккупировал дракон, — задумчиво протянул Шиджеро, когда молчание зстало затягиваться. — Какого он был цвета?

— Красного. Это важно? — Ордынцев невольно отвлекся от представлений своей жестокой мести одному хитрому ублюдку.

— Да. Драконы живут очень и очень долго. Так или иначе люди с ними сталкивались. А те, кто выжили даже записывали об этом. Так мы можем узнать, что именно ждать от этого дракона. К примеру легендарные черные драконы — это настоящая катастрофа для ближайших земель. Даже по сравнению с остальными своими братьями они еще сильнее ненавидят человеческий род. Ты случайно не узнал его имени?

— Нет, — не моргнув и глазом соврал Стас. — Он лишь поигрался со мной, как кошка с мышкой, после чего отправил к вам передать весть.

— У него было явно хорошее настроение, — заключил Хидору. — Драконы очень редко отпускают свидетелей. Обычно они любят убивать всех, кто забредает на их территорию. Им все равно, что люди так и продолжат приходить, не зная об опасности. Они считают себя выше необходимости сообщать о себе.

— Я почувствовал, — криво усмехнулся Стас, поводя плечами. Несмотря на то, что он потратил пару часов на исцеление самых серьезных повреждений, до конца он так и не вылечился, так как он счел невежливым испытывать терпение дракона на прочность.

Возьмет, к примеру, и вернется проверить, ушел ли человек?

В итоге к оммёдо Ордынцев пришел не в лучшем настроении. Ему даже пришлось несколько раз активировать бесчувственного демона, чтобы справиться с особо сильными приступами.

В такие моменты Каэда суетилась вокруг, но он отправил ее обратно. Ей нечего было делать рядом с оммёдо.

— Широ-сан, — после возвращения отношение к Стасу невольно переменилось. Даже сам глава клана теперь обращался к Ордынцеву как к равному. Видимо, схватка с драконом не может обойтись без последствий, пускай он ее и безнадежно проиграл. — Мы не можем вас так просто отпустить.

Станислав сузил глаза.

— С нашей стороны было бы черной неблагодарностью, если вы не отдохнете и не восстановитесь после вашей битвы.

— Благодарю, я с радостью воспользуюсь вашим гостеприимством. — подумав решился Стас.

* * *
Гостить у оммёдо Стасу понравилось. Тихая мирная деревушка, где люди знали, чего они хотят и это наполняет их жизнь каким-то глубинным пониманием.

Особенно забавно было то, что открывалось, если включить духовное зрение.

Нет, Стас не решился нарушить собственный же запрет.

Просто Левиафан не была ограничена подобными ограничениями. Она с любопытством ползала по деревне, попутно отправляя Стасу картинки увиденного.

Всюду куда падал взгляд роились десятки больших и мелких духов.

Особенно виспов, или, другими словами, самых мелких неразумных духов похожих на светящиеся светлячки, было много возле своеобразных тотемов, вырезанных деревянных статуй или маленьких домиков. Частенько возле таких мест лежали небольшие подношения.

И судя по довольству духов, когда туда что-то приносили, это вполне работало.

Они не ели пищу, как таковую, скорее они отщипывали некую энергетическую оставляющую приготовленной еды.

Во всяком случае именно к таким выводам пришел Стас после пары часов наблюдений.

К Стасу отнеслись как к дорогому гостю. Ему был выделен неплохой дом почти в центре деревни. Кроме этого его кормили, как на убой. И хоть Ордынцев подозрительно обследовал еду целительской дланью и духовным зрением Леви, ничего подозрительного он так и не нашел.

Правда за все прошедшие дни местные как-то не спешили заводить с ним диалог.

Более того, смотря через глаза змеи, Стас видел скрытый страх и неприятие в глазах некоторых оммёдо.

Вот только негатив был направлен не лично на него, а скорее на само понятие воителей.

Взрослые оммёдо, вдоволь напутешествовавшись по миру, отлично представляли за какие «заслуги» давали среднего воителя.

И Стас не мог их за это осуждать.

В глазах этих людей он был кровавым мясником, который собирался лишь увеличивать кладбище за своей спиной.

На второй день его отдыха вечером у него состоялся разговор с Тэмотсу, мужчиной, с которым он добрался до гор.

— Не отвлекаю? — подошедший оммёдо остановился возле Стаса. Землянин в этот момент сидел на веранде, свесив ноги к земле.

Он как раз следил глазами Леви, но для кого-то могло показаться, что он глубоко задумался.

— Нет, — Ордынцев слабо улыбнулся. — Присаживайся. — Стас решил перейти на более неофициальный тон.

— Благодарю. — они немного помолчали, каждый думая о своем.

— Знаешь, мне доводилось сталкиваться с воителями, — неожиданно заговорил заклинатель духов. — Пару раз это были даже сражения насмерть.

Стас не стал задавать глупых вопросов. Коль его собеседник сидит тут, значит его враги, скорее всего, давно гниют в земле.

— Тем не менее я никогда не понимал, почему вы такие, какие есть, — оммёдо скривился. — Путь духов и ками учит нас терпению и миролюбию. Люди созданы не для того, чтобы нести лишь боль и смерть.

— Хочешь сказать, — оммёдо никогда не убивают? — иронично уточнил Стас.

— Убивают, — честно ответил мужчина. — Но в отличие от других вы отбросили все остальное. Даже само ваше название «воители» говорит о том, чем вы живёте. Почему?

— Может дело в силе? — предположил Станислав. Он мало об этом думал. Всегда находились темы поважнее.

— У нас тоже есть сила, — не согласился Тэмотсу. — У тех же монахов и самураев она тоже есть. Но все стараются пустить ее на добрые дела.

— Я думаю все дело в двух вещах, — наконец заговорил Стас. — Первая, отсутствие ограничений. Насколько я знаю, существуют великие духи. Именно они устанавливают правила, по которым живут духи и оммёдо. Я прав?

— Ты хорошо знаешь историю нашего мира. — Стас буквально услышал несказанное «удивительно хорошо».

— Именно великие духи ограничивают вас от всяких сомнительных с точки зрения равновесия вещей. Воители же, особо не сдержаны ничем. У нас нет того, кто ударит по попке, если мы слишком заиграемся.

— Но у самураев тоже никого нет, — буркнул оммёдо, уязвленный словами воителя.

— Если не считать даймэ? — хмыкнул Стас, но тут же махнул рукой. — Хорошо, предположим дайме нет. Но тут подходит вторая вещь. А именно, сила. Воители намного сильнее в индивидуальном плане, чем те же самураи. Единственное, в чем они могут нас превосходить — это владение оружием. Во всем остальным воители сильнее.

Стас невесело поднял уголок рта.

— А теперь подумай, как на людей может повлиять неограниченная сила? Ведь пока воитель жив он становится сильнее. Даже у пожилого воителя прана продолжает работать, как и прежде. Да, тело и память начинают подводить, но сила праны никуда не девается.

— Получается, сила — это зло? — напряженно спросил заклинатель духов.

— Кто знает, — не выдержав, засмеялся Стас, после чего пояснил удивленному Тэмотсу. — Я не тот человек, с кем ты можешь это обсудить. Я просто плыву по течению и пытаюсь выжить. В этом деле лишние вопросы ведут лишь к одному — к смерти.

Ордынцев не собирался раскрываться перед не пойми кем.

Через пять дней же, когда его тело полностью зажило, Стас, получив припасов, двинулся в обратную дорогу.

* * *
— Сын, что тебя так заинтересовало в этом человеке? — с интересом спросил глава деревни у своего старшего отпрыска, а по совместительству одного из сильнейших заклинателей духов своего поколения. — Ты редко общаешься даже с соотечественниками, что ты нашел в этом чужаке?

— Не знаю, — задумчиво пробормотал Тэмотсу, невидящими глазами смотря вперед. — Но я готов поставить многое на то, что мы о нем еще услышим. — И его история о драконе… Нет, он сказал правду. Дракон и впрямь отправил его передать послание. Но что-то важное он все же умолчал.

— Думаешь стоит сообщить об этом Сумада? — нахмурился старик.

— А когда тебя стало интересовать мое мнение?

— Не начинай! Ты мой сын и именно тебе становиться главой нашей деревни. Учись принимать важные решения!

— Я бы не стал ничего сообщать. Широ и впрямь не знал об опасности, поэтому я не хочу тесного общения с теми, кто предает и отправляет на смерть своих же.

— Да будет так, — кивнул глава. — Ну а ты подумай, сколько уже можно быть бродягой? Пора наконец остепениться и…

— И слушать ничего не желаю!

* * *
— Я хотел бы извиниться, — именно такими словами встретил Стаса Ио. — Случившееся с тобой ничто иное, как моя ошибка.

— О чем вы говорите? — Ордынцев не собирался упрощать своему оппоненту задачу.

— Твоя миссия, — Ио вздохнул. — Первой она добралась до аппарата старейшин. Уже после них она попала мне на стол. И каким-то образом из нее исчезло упоминание некоторых моментов, о которых говорили оммёдо. Если бы я перепроверил их данные сразу, этого бы не случилось.

— Старейшины, значит? — хмыкнул Стас. — Тогда в этот раз они почти достигли успеха.

Нельзя было сказать, что Ордынцев сразу поверил в слова Ио, однако он допускал, что тот может говорить правду.

В конце концов их сотрудничество обещало выгоду обеим сторонам, и он не видел смысла, чтобы Ио решил слить его так скоро.

— Но пока забудем об этом… Недоразумении, — Ио встал и сходил до ближайшего стола, после чего передал Стасу красивый свиток. — Здесь твое официальное назначение средним воителем. Теперь ты способен получать куда более сложные миссии и работать один. Также теперь ты имеешь возможность получить прозвище.

Ордынцев кивнул. Личные прозвища и впрямь становились доступны, лишь начиная от определённого уровня силы.

— И здесь я хотел бы тебе помочь, исправив свою ошибку. — закончил Ио, спокойно смотря на Стаса.

— Что вы имеете в виду?

— Получение прозвища ответственный процесс. Его могут выдать враги и оно может не понравится. Прямо сейчас я предлагаю тебе определиться с тем прозвищем, которое я постараюсь распространить, как можно дальше. Я возьму на себя задачу, чтобы оно стало официальным.

Стасу не надо было долго думать, так как ответ лежал на верхушке.

— Широ Змей подойдет лучше всего.

— Да будет так, — кивнул Ио, достав один из свитков и что-то туда записав. — В таком случае, средний воитель Широ по прозвищу Змей, на ближайшие два месяца вам выдан отдых в связи с тяжестью прошедшей миссии. Ее успешное выполнение будет занесено в ваше дело.

— Служу, Сумада. — усмехнулся Стас.

* * *
Левиафан занималась непривычным для себя делом — она напряженно думала.

Встреча с драконом заставила ее ощутить не просто страх, а нечто куда более глубокое и страшное.

Там, где Стас чувствовал давление и мог с этим бороться, Левиафан оказалась полностью беззащитной.

О чем говорить, если она даже не подумала не выполнить приказ Стаса, когда он ей сказал бежать.

Сейчас, думая об этом, ей было мучительно стыдно, ведь она бросила хозяина на верную погибель лишь чтобы спасти свою шкуру.

Это был ужасный опыт.

Как она могла до такого докатиться?

Еще будучи маленькой, обычной змейкой она, не сомневаясь, бросилась в атаку на вооруженного человека. У нее не было никаких шансов его убить, даже если бы тот не сопротивлялся, но ее это не остановило.

Так что же случилось теперь? Неужели она размякла?! Может слова хозяина про то, что она потолстела имели под собой реальные основания?!

С подобной постановкой вопроса Леви мириться была не готова.

На принятие решения она потратила лишь один день.

Со следующего же утра рядом с прогоняющим по телу Стасом сидела напряженная Левиафан, сосредоточенно гипнотизирующая небольшой камешек.

Стас никак не мешал своей питомице, чем бы она не занималась. Более того, он иногда скашивал на нее глаза.

Но надо было видеть его удивление, когда мелкий камень под взглядом Левиафан с тихим шорохом сдвинулся на пару миллиметров.

Это можно было принять за обман зрения, но когда взгляд змейки стал еще более интенсивным, камень сдвинулся уже на целый сантиметр.

Стас мягко улыбнулся.

«Я рад, что мои слова о хобби сумели отложиться в твоем сердце».

* * *
Этот день в жизни Сумада, казалось, должен был быть таким же, как и остальные. Ничего примечательного.

Вот только это было не так.

Последние мелкие сдерживающие печати в стенах цитадели были планомерно уничтожены. Теперь единственное, что все еще держало могущественную ёкай в тюрьме была сеть заговоров расположенных в центрах владений главных семей Сумада.

Места, защищенные по высшему разряду, ведь чтобы туда пробиться, надо было миновать город, пройти ровные, как стекло, подступы, взять приступом цитадель и наконец пробраться через сеть туннелей, в которых Сумада чувствовали себя, как рыба в воде.

Вот только все становилось иначе, когда удар мог быть нанесен из самого сердца.

Глубоко под землей, в вечной царящей тьме шли последние приготовления.

Мрачные солдаты тихо маршировали по заполненным паутиной и пылью туннелям. Никто из них не обменялся шуточками и не потому, что они были дисциплинированными. Просто мертвые плохо умеют шутить.

Каждую из двух групп зомби вело нечто большее и в то же время меньшее, чем человек. Пустые глаза безразлично обшаривали обстановку, ведя мертвецов именно туда, куда сказал человек со змеиными глазами.

У Стаса все же получилось поймать еще одного среднего воителя и провести над ним ритуал. Можно было попытаться и дальше увеличивать его армию, но надо было спешить.

Прошел слух, что война с Санса близится к завершению. А это значило, что большая часть войск Сумада скоро вернется обратно, увеличив оборону Цитадели.

Тем не менее Ордынцев не забыл записать известные мертвым воителям техники. К сожалению часть их воспоминаний оказалась повреждена и некоторые техники были недоступны.

Но даже так Ордынцев расширил свой арсенал техник. Конечно, он ими не умел пользоваться, но в будущем он намеривался это исправить.

Минору подняла голову и с торжеством взглянула на входящих в ее пещеру мертвых солдат. Повинуясь приказам парочки ванпайи они выстраивались вдоль стен, дав древней пленнице оценить представшие перед ней силы.

— Госпожа, — звук с хрипом вырвался из горла того, кто раньше отзывался на Фуджи. — Мы готовы выполнить ваши приказы.

— Великолепно-с. — улыбнулась ламия.


Глава 17


— Я рад, что ты наконец нашел время и для занятий целительством, — брюзжал уже который час Хидэо, — Сколько месяцев я тебя не видел? Разве это дело? — но если он думал, что это хоть как-то заденет Стаса, то он жестоко ошибался

Ордынцев ради знаний старого воителя готов был его выслушивать даже не часами, а целыми днями.

Скорее, Сумада охрип бы, чем Стас почесался.

— Но все же я и впрямь удивлен, — признался дед Кизаши более-менее нормальным тоном. Все это время он показывал Стасу некоторые тонкости работы целительской длани в зависимости от используемых эмоций.

Как оказалось, к желанию помочь можно было подмешивать кое-что еще, изменяя конечный результат.

— Обычно талантливые воители, которые обнаруживают в себе талант, мгновенно забывают о каком-то там целительстве и бегут, не смотря ни на что за большими техниками.

— Джун не раз мне предлагал что-то подобное, — хмыкнул Стас, подняв на другого своего сенсея взгляд. — Но я каждый раз отказывался, беря то, что мне пригодилось бы для выживания.

— И в этом ты преуспел побольше многих, — покачал головой Хидэо. — Выжить после встречи с драконом, это впечатляет. Они не просто так считаются легендарными, ведь тех, кто видел их и сумел уйти живым, можно пересчитать по пальцам.

Ордынцев лишь пожал плечами.

— Но все же настолько долго забрасывать целительство просто неприемлемо. — вновь начал старик, нахмурившись.

— Сенсей, — Стас приложил руку к груди напротив сердца. — Я был бы рад больше тратить времени на исцеление, но наш мир не любит слабых. Теперь, когда я стал сильнее, я могу позволить себе чуть больше вернуться к лечению.

— Все вы так говорите, — пробурчал глава больницы. — А стоит вам увидеть юбку, как все идет по одному месту.

— Сенсей, — возмутился Стас. — Не вам ли не знать, что для меня сейчас превыше всего движение вперед, а не какая-то там любовь?

— А стоило бы и о любви подумать. — торжествующе усмехнулся Хидэо, глядя, как страдальчески вытянулось лицо его слишком хитрого ученика. — А я ведь говорил…

Пол под ногами воителей дрогнул и откуда-то снизу донесся протяжный гул.

Собеседники напряженно переглянулись.

Стоило же им прислушаться, как последовала новая серия взрывов, от которых посыпалась пыль с потолка.

— О Ками! Нападение! — ахнул Хидэо. Но тут же неуверенность была сметена яростью. Лицо старика стало напоминать маску какого-то древнего демона. И несмотря на то, что у него давно не было части зубов, его оскал не выглядел смешно. — Широ, как старший по званию я привлекаю тебя к помощи госпиталю. Следуй за мной!

— Хай! — решительно кивнул Стас, следуя за резво побежавшим вниз стариком.

Мелькали перелеты и всюду происходил дикий кавардак. Раскрывались двери, выпуская наружу ошарашенных людей. Отовсюду звучали какие-то призывы, команды и распоряжения.

Многие бежали к бойницам на внешней стене, выискивая подлых нападающих.

Некоторые же выпрыгивали на внешние стены и лестницы, продолжая бежать вниз. Пару раз так сделали и Хидэо со Стасом, когда стало ясно, что через некоторые пролеты не пройти, так много на них было людей.

И не сказать, что была особая паника. Люди знали, что делают. Так, часть воителей вела женщин и детей ближе к центру цитадели, где было меньше всего шансов попасть под вражескую технику.

Тем не менее из-за общей численности то и дело случались заторы.

В очередной раз пробегая по вертикальной стене крепости и глядя на десятки метров вниз, Стас почувствовал, будто они разворошили не человеческий замок, а причудливый гигантский термитник.

И теперь озверевшие термиты с жаждой крови спускаются с верхних этажей вниз.

— Что происходит? — ворвавшийся в святая святых, больничное отделение Сумада, Хидэо сразу потребовал ввести его в курсе дела. — Кто нападает?

— Пока неизвестно! — четко отрапортовал Мичиро Сумада, первый ученики Хидэо, выскочив откуда-то сбоку. — Пока что известно, что нападающие с ходу атаковали кварталы главной семьи. Нападение было очень стремительным и жестоким…

Пол под ногами в очередной раз начал дрожать, как безумный. Пока они бежали взрывы уже были, но чего-то настолько сильного нет.

— … Нападавшие не считаясь с личными потерями смели охрану основной семьи проникли внутрь! — продолжил Мичиро.

— Кизаши… — прошептал старик. Его лицо немного побледнело. Он пошатнулся.

— Хидэо-сама! — одновременно воскликнули Стас и Мичиро, бросаясь к пожилому воителю.

— На какие именно этажи пришелся удар! — быстро спросил Стас, требовательно смотря на заместителя главы больницы.

Тот нахмурился, смерив непонятного воителя, пристальным взглядом. Он пришел с главой больницы и это уже что-то значило. Он не знал, какой силы был этот молодой мужчина, но змеиные глаза прямо намекали на наличие какой-то родословной.

— С восьмого по девятый. — наконец сказал он.

— Ну вот, Хидэо-сама, — Стас принялся быстро говорить. — А ваш внук сегодня должен был быть на одиннадцатом. А его жилье на четырнадцатом. Он в безопасности.

— Отпустите меня, я не хрустальный, — раздраженно бросил дед, отталкивая окруживших его воителей. Ему явно стало лучше и теперь он стеснялся момента своей слабости. — Что застыли, дармоеды?! — взревел он, глядя на замедлившийся медицинский персонал. — Скоро сюда начнут поступать раненные и у вас ничего к ним не готово!

Хидэо оказался прав.

Более того, поток раненных оказался даже больше, чем можно было ожидать. И сразу стало ясно почему так.

— Демоновы мертвители! — рычал на носилках один из клановых бойцов главной семьи. — Эти бесчестные мрази пускают впереди себя взрывных мертвяков, напичканных до жопы всяким металлическим дерьмом. Стоит тебе оказаться рядом, как они тут же взрываются, раня всех вокруг! Толком даже не подступиться!

— Это еще что! — с другой койки донесся голос еще одного бойца. — Эти уроды стоит им пройти сразу же подрывают за собой стены и коридоры. Пройти за ними можно, но на выходе ждут новые твари! Как они только умудрились проникнуть внутрь в таком количестве?!

«Что им вообще надо?» — этот вопрос интересовал всех Сумада, как на самом верху, так и обычных рядовых. — На что они вообще надеются? Они пробились в самое сердце за счет неожиданности и наглости, но обратно их никто попросту не пустит.

Прямо сейчас силы великого клана блокировали даже мельчайшую возможность отступить для нападавших.

Более того, опытные воители уже разбирали завалы и разминировали ходячие бомбы, двигаясь вперед.

Как таковых, убитых было очень мало. Не смотря на взрывы и разлетающееся железо, убить даже слабых воителей таким образом все же сложновато. Закупленные Стасом взрывные артефакты не являлись лучшими на рынке. Да и так они проигрывали земной взрывчатке.

Ну и к этому стоит добавить, что Ордынцев не был профессиональным минером.

Тем не менее даже сделанного хватало, чтобы выводить нападавших из строя, заставляя товарищей оказывать им первую помощь и тащить к медикам, что выигрывало время.

— Кладите его сюда. — спокойно приказал Стас очередной спасательной партии. Раненный имел несколько глубоких проникающих ранений в области живота и груди, но напитка праной, локализовала повреждения, а живучесть воителей позволила бы ему жить с такими ранами еще долго.

Руки уже привычно обработали рану, убрав ошметки одежды и кусочки брони. Кровь была удалена тряпкой со специальным антибактериальным раствором.

Следующим этапом стало вытаскивание осколков взрывчатки и удаление поврежденных тканей.

Ведь при попадании осколков и тех же пуль, имеются довольно обширные зоны некроза тканей. Их стоит так же удалить, дабы не случилось заражения.

Делать это было просто хотя бы потому, что все поврежденные сосуды и артерии Стас мог движением пальца зарастить, остановив кровь. Закончив же, он их уже соединял как надо, окончательно закрывав рану.

Конечно, ранение еще было. Но учитывая количество пострадавших можно было оставить и так.

— Хидэо-сама, — ворвавшийся в операционную Кизаши был настроен максимально решительно. Увидев, что с его дедушкой все в порядке, он немного расслабился, а когда увидел и Стаса, то даже улыбнулся.

— Иди за свой стол. И возьми в помощники Широ. А то он тут новенький пока. С тобой он хотя бы привык работать. — приказ главы больницы заставил других медиков на секунду отвлечься от своих обязанностей и посмотреть на этого самого Широ.

Дальнейшие действия их ничем особенно не впечатлили. Если тот же Кизаши, придя сюда, с самого начала показывал очень хорошие навыки и знания разнообразных целительских техник, то непонятный Широ был всего лишь слабо-средним целителем.

С другой стороны, работал он споро, явно зная, что делать, лишнего не болтал и четко выполнял приказ, поэтому в глазах сообщества на первое время он был принят.

К тому же кто-то из целителей краем уха слышал о каком-то друге Кизаши, с которым он раньше проводил много времени. Теперь все эти люди постараются разузнать больше.

Стас же упорно работал, показывая всем и каждому насколько же он хочет помочь.

О чем говорить, если он даже довел себя до истощения праны.

— Эй, отнесите его куда-нибудь в сторону, чтобы не мешался, — буркнул Хидэо, глянув на побледневшего и осунувшегося землянина, который опустился на пол. — И дайте что-нибудь от истощения!

Ордынцев же мысленно усмехнулся. Он сделал все что мог, чтобы нападение с ним никак не связали, остальное же зависело уже от самой ёкай.

* * *
Минору глубоко вдохнула. Несмотря на гигантский опыт прямо сейчас она волновалась. На кону стояло слишком многое. Древняя ёкай понимала, что если сегодня она провалится, то Сумада вызовут проклятых Шиджеро и те обновят заговоры.

На чем же строился план Стаса Ордынцева, которого в этом мире знали, как Широ, а другие уже довольно давно называли Змеем?

Все дело в том, что в создании техники Мертвителей или тогда еще Кутисагайне, участвовали и духи. А это значило, что ёкаи тоже планировали управлять своим немертвым воинством.

Конечно, осуществлять контроль сидя под запечатывающими заговорами было тяжело, но и Минору нельзя было назвать рядовой ёкай.

Кроме того, у нее имелись своеобразные усилители в виде ванпайи.

Сосредоточившись, сознание Минору перетекло в головы двух мертвых средних воителей. Этот процесс был почти естественным, если не считать воображаемое ощущение того, что ты касаешься гнилого мяса.

После этого же она раскинула сети контроля уже на всех остальных зомби.

Еще немного времени ушло на привыкание к телам, как дух была полностью готова. Двигающие руками, бродящие туда-сюда и приседающие зомби вновь застыли стройными рядами.

Ёкай припомнила карту, которую ей выдал Широ. Последний проделал большую работу, разработав четкий путь мимо большинства постов напрямую к интересующих их местам.

«Пора начинать».

Получив команду сотня мертвых ног шагнула вперед, чтобы сразу же перейти на бег.

Лестница, коридор, коридор, лестница — камень подземелья мелькал так быстро, что на нем трудно было сосредоточиться.

Мертвый голем из сотни тел превратился в единую многоножку с одним единственным хозяином.

Момент, когда камень сменился рукотворной кладкой был на удивление сладостным, хоть она еще не была в своем истинном теле.

Как бы ёкай это не нравилось, но она была вынуждена не убивать встречающихся ей на пути слуг.

Подчинённые ей мертвецы сильными ударами откидывали их прочь, толком даже не останавливая свой бег. Конечно, удары такой силы не обходились без последствий, но слуги были живы.

К сожалению, вечно так продолжаться не могло.

— Эй, кто вы такие?! — растерянно закричал один из двух стражей. Оба воителя были преступно молоды. Именно поэтому увидев, что именно на них бежит, они замешкались.

Минору отлично увидела серый цвет лица одного из мальчиков, пока подчиненные ей ванпайи за пару ударов заставили стражей потерять сознание.

«Как я до такого докатилась?!» — мысленно сетовала ламия: «щадить своих врагов? Это ли не старость?»

К счастью просьба Стаса больше касалась именно обычных воителей, и он был куда более спокоен по отношению к клановым главной семьи.

Главным столпом плана была скорость. Дай Минору хотя бы десяток минут воителям, и они бы собрали такой заслон, что она бы не смогла бы его взять и с несколькими сотнями мертвецов, но она не собиралась этого делать.

Стоило первым серьезным воителям преградить ей дорогу, как она с мстительным удовольствием активировала взрывчатку, которая раскидала противников, посеяв смуту в их рядах.

Привычная тактика воителей сойтись в ближнем бою дала сбой, приведя к многочисленным пострадавшим.

В получившиеся бреши и прорывались идущие следом мертвяки.

Скорость — вот, что было важным и Минору всей кожей чувствовала, как убегают последние минуты.

Как только они добежали до восьмого этажа один из подчиненных ей ванпайи остался на этом этаже, а вторая группа двинулась на девятый этаж.

С какой же радостью она смотрела, как взрываются клановые ворота и горит их дом. Мирные жители уже были эвакуированы, поэтому она могла с чистой совестью разгуляться, уничтожая все вокруг, в том числе и ненавистные заговоры, запечатанные в стенах.

Проклятые бумажки разлетались ошметками, а Минору с удовольствием чувствовала, как путы исчезают, растворяясь.

Находящийся на восьмом этаже ванпайи сжег предпоследний амулет, когда рванувшие со всех сторон воители, заставили Минору со вздохом активировать взрывчатку на всех мертвецах на том этаже.

Взрыв вышел знатным, внеся еще толику великолепного хаоса.

Но радоваться было еще рано.

— Стоять! Здесь вы и сдохните, любители мертвечины! — ёкай с холодком поняла, что дорогу до последнего заговора уже успели перекрыть. И не кем-нибудь, а средними и даже парочкой высших воителей.

Но увидев проблеск свободы, ёкай не собиралась так просто сдаваться.

«Вперед!» — зомби с яростью своей госпожи бросились вперед. Часть из них нырнула в боковые коридоры, в попытке успеть проскользнуть.

Вот только с каждым гибнущим слугой Минору понимала, что шансов попросту нет.

Сумада действовали четко и слаженно, не подпуская зомби к себе ни на метр. Видимо, в отличие от начала боевых действий, теперь они прекрасно знали о взрывах. Кроме этого же они не стеснялись перекрывать дорогу вылезающими стенами и сдвигающимся полом.

Приходилось тратить слуг даже чтобы сделать еще один шаг вперед.

Неудивительно, что очень быстро запасы ёкай показали дно и остался лишь один ванпайи. Управляющая им Минору дралась отчаянно. Используя все возможности и преимущества мертвого тела.

Техники эфира слетали одна за другой, но тут же разбиваясь о десятки защитных техник Сумада. Скорость же движений бывшего Фуджи давно превзошла его собственную, когда он был еще жив.

Вот только этого было недостаточно.

— Мертвителя взять живьем! — эту фразу находящаяся в панике Минору восприняла, как личное оскорбление.

«Подрыв!» — на глазах у празднующих победу воителей последний из нападающих приложил руку к груди, после чего разлетелся тысячей кровавых ошметков. В «мертвителей» Стас не стал добавлять металлический мусор, чтобы их обгорелые кусочки могли счесть за живых людей.

Находящаяся во тьме древняя ёкай открыла горящие бешенством глаза.

— Нет! Ни за что! Почти же получилось! — она с яростью ринулась на выход, но и как тысячи раз до этого ее оплели сотни светящихся веревок, не пускающих вперед. — Нет!

Она с ужасом смотрела, как выход из ее темницы опутывается энергетическими линиями, в которых без труда можно было увидеть ненавистные иероглифы.

Воля древних оммёдо продолжала отравлять ее жизнь даже спустя века!


Глава 18


Темная пещера, которая никогда не видела солнечных лучей и неподвижная вода озера, с равнодушием взирающая на почти побежденного, но не сломленного древнего духа.

Ключевое слово: «почти».

— Я не сдамся, — Зрение затуманилось и ламия поняла, что у нее по щекам неожиданно текут слезы. Перед глазами Минору, как вживую предстали картины того, как она и ее сестры проиграли войну, как они пали, будучи запечатанными и увезенными прочь.

Эти презрительные, довольные взгляды людей, которые уже придумали, как воспользоваться её силой. В их глазах она не была разумным существом.

Она не могла позволить им сделать это еще раз. А ведь так и случится, когда Шиджеро прибудут сюда вновь, после того, как они поймут цель нападения. Ёкай не думала о том, что Сумада могут попросту не понять цель нападения.

«Я или погибну, или получу свободу». — подпитываемая этими мыслями Минору решительно двинулась вперед. Веревки впились в ее тело, начиная нагреваться все сильнее.

Она очень хорошо знала это чувство и прекрасно представляла, что вскоре последует.

Чешуя еще какое-то время держалась, но в конце концов сдалась, пустив магию оммёдо прямо к мясу.

Вверх потянулись десятки струек дыма, а ёкай с всхлипом втянула воздух.

Оммёдо сделали очень надежную систему. Даже одного центрального заговора хватало бы, чтобы удерживать древнюю ёкай, но сеть сразу из трех заговоров и кучи мелких делала защиту попросту нерушимой.

Но она не сдастся.

Метр и еще один метр.

Через боль, слезы и страх.

— Я… Стану лучше… — слова выходили почти бессвязными. Минору вообще не была уверена, что что-то говорит. Ее разум плавал в океане боли, но она упорно ползла вперед. — О, Великий змей, я поняла свою ошибку. Дай мне… Еще один шанс. Пожалуйста.

Сказав это она сделала последнее невероятное усилие и… Провалилась вперед, упав на холодной пол. На тот момент для ее истерзанной, обожжённой плоти это была словно пуховая перина.

А в это время последний заговор с треском сгорал и развалился на куски.

Многовековая конструкция, которая питалась силами духа развеялась, разом открыв перед измученным телом океан ранее недоступной энергии.

С щелчком сломанные рывком кости встали на место, мясо же с еле слышным шипением начало нарастать на окровавленные кости.

Путь Минору оставил от нее практически голый скелет. Если бы она не победила, то рисковала просто развеяться.

Но она рискнула и выиграла.

Последней заросла кожа и чешуя.

Минору неторопливо поднялась. Кончик хвоста возбужденно дернулся.

Она была свободна.

Древняя ёкай с предвкушением облизнулась.

Как бы она хотела наплевать на все свои обещания и погрузиться в столь сладостную месть, но… Перед глазами встала улыбчивая Каэда, вечно серьезный Широ и наконец данное ей в момент агонии обещание.

Она не чувствовала со стороны никакой помощи, но…

«Да кого я обманываю. Я давным-давно дала обещание не идти старой дорогой».

Тем не менее, Минору все еще могла отвести душу.

«А ведь Широ-кун не соврал. Какое редкое качество для таких, как он. Хотя, если так подумать, таких, как он, и впрямь немного». — ёкай испытывала двойственные чувства к спасшему ее человечку, но об этом можно было подумать и после.

Станислав Ордынцев знал, что его жизнь под угрозой, еще с того момента, когда по решению Совета его засунули в штурмовую команду. И не будь помощи главы клана, все могло закончиться очень печально.

Тогда Станислав терпеливо начал собирать информацию о Совете и его членах. Задачу осложняла необходимость соблюдать полную анонимность.

Тем не менее у Ордынцева получилось узнать имена и семьи тех, кто больше всего ратовал за привлечение целителей на фронт. Из этих имен он сумел выделить тех, кому прибившийся к Сумада целитель не нравился больше всего.

В итоге у Стаса было пять имен. Одна женщина и четверо мужчин.

К несчастью, если с ними всеми случилось бы что-то нехорошее, это было бы подозрительно. Поэтому следовало поубавить аппетиты.

С другой стороны, Стас работал не только на себя. В Совете были и те, кто был против и Джишина.

Так почему бы не совместить приятное с полезным? Трое одних и двое других.

Огромная ламия чуть ужалась в размерах, чтобы проходить через коридоры.

«Эх, жаль, что у меня так мало времени, пока вокруг беспорядки и Сумада думают, что отбили вторжение, но и этого должно хватить, чтобы выполнить задуманное». — невольно ёкай подумала о том, почему она делает то, что ей сказал какой-то там человек?

Но она быстро отбросила эти мысли. Что за глупость? Ведь она делает ровно то, что ей самой хочется. А раз оно совпадает с желаниями Широ, то это просто совпадение.

* * *
Стас довольно улыбнулся лежа на кровати.

Еще один план можно было считать успешно выполненным.

Ордынцев давно, еще на Земле, принял решение, что любое его действие должно нести, как минимум двойную пользу.

В этом мире он решил не изменять своим принципам.

Так, будучи вынужденным показать на экзаменах свою «родословную», Стас невольно подпортил сам себе алиби.

Конечно, это решение включало в себя не только желание заработать уважение, славу и известность, но и обычную необходимость.

Запретная магия давала законную возможность выжить в будущих битвах и землянину кровь из носу требовалось легализовать хотя бы часть своих новых сил.

И лучше бы это было сделать у всех на виду, дав разумное объяснение, чем позволять некоторым лицам додумывать самим.

Тем не менее к нему теперь вел тонкий, но все же явственно ощутимый след запретной магии и с этим надо было что-то делать.

В эту же группу проблем можно было высыпать и все те «недопонимания» с высшим руководством Сумада. Отправка на обед к дракону это не то, с чем можно было мириться.

Да, Стас выжил, но сколько еще удача будет к нему милостива?

Требовалось нечто, что могло разом решить или хотя бы отодвинуть на неопределенное будущее часть его проблем.

И здесь так удачно вырисовывалась Минору со своим побегом и желанием отомстить Сумада.

Выполнить обещание, а попутно чужими руками устранить часть своих врагов, а заодно пустить возможных ищеек по ложному следу. Что может быть приятнее?

На последнем же пункте стоило остановиться поподробнее.

Станислав догадывался, что даже всего сделанного теоретически может не хватить. Будучи по своей природе параноиком, Ордынцев допускал, что верхушка клана может догадаться о наличии наводчика, которые предоставил нападавшим планы крепости.

Именно поэтому он дал Минору четкие указание какими именно коридорами выбираться. Ровно в тот день на указанном маршруте должны были дежурить бойцы семьи Джеро. Они тоже были среди врагов Стаса, но тем лучше.

Ёкай не убила никого из них, что невольно создаст целый ряд подозрений к их непричастности.

Кроме этого Минору и пальцем не тронет кварталы Эйко. Конечно, подставлять Тошиюки было как-то некрасиво… Но Стас не сомневался, что тот сможет отбиться от обвинений и пусть лучше будут обвинять хитрого главу Эйко, чем самого Стаса.

Две главных семьи Сумада предатели?! Какой скандал!

А за всеми этими беспорядками личность одного скромного человечка удивительным образом потеряется.

Конечно, даже так кое-кто может вспомнит о Стасе, но, как говорится, нет человека — нет проблемы.

Стас об этом тоже позаботился.

* * *
Старейшина Ютака решительно шла по коридорам дворца в окружении охраны из бойцов собственной семьи.

Вокруг то и дело проносились отряды воителей, но ей это было не интересно.

В данный момент она шла на экстренное совещание Совета. И тема для подобного созыва была самая, что ни на есть актуальная.

Нападение Мертвителей.

Никто доподлинно не знал, в чем причина вторжения. Одно было ясно точно — оно было очень странным.

Удар мертвителей, как на него не смотри, был бессмысленным.

Они лишь зазря потеряли всех атакующих бойцов и при этом почти не нанесли урона человеческим силам, ни той же инфраструктуре.

Атакуй все эти зомби тот же город, потери были бы куда значимее.

Теперь же они лишь показали уязвимость в их обороне и ничего не достигли.

Глаза старейшины сузились.

«Уязвимость».

Нападающие слишком хорошо знали расположение постов и планы обороны Цитадели. Ютака подозревала предательство.

И у нее даже были первые подозреваемые.

Первый — старейшина Тошиюки вместе со своим кланом выскочкой. Виданное ли дело, клан воителей-торгашей?

Атака мертвителей удивительным образом пришлась исключительно на кварталы других семей, напрочь игнорируя Эйко. Как подозрительно случайно.

Кроме этого, до Ютаки уже дошли слухи о том, что нападающие прошли через людей Джеро, не убив никого из них. Да, те были в больнице. Но не было трупов!

Это ли не предательство?!

Ну и кроме всего прочего женщина ни на секунду не забыла об одном мелком, излишне живучем безродном крестьянине, который по недомыслию богов был все еще жив.

Ютаку до безумия злило, что эта бесклановая крыса жрала в три горла их еду, использовала их слуг и спала в их доме. Мало того, он имел наглость учиться их клановым техникам.

Уму непостижимо. То, что могли получать исключительно Сумада по крови бездарно разбазаривалось какому-то чужаку.

Хуже того, у него были не просто учителя. А лучшие из лучших. Герой клана Хидэо Сумада и высший воители Джун Сумада.

Если бы не покровительство проклятых Эйко и неофициальное главы клана, с ним уже давным-давно разобрались. Но столь хорошо спланированная отправка на заведомо смертельную миссию не привела ни к чему.

«Ну ничего, даже если он в этом нападении ни при чем, все равно можно попытаться его к этому привязать». — мрачно размышляла старейшина: «Всего-то и нужно…»

— Так-так-так, а кто это тут у нас? — стоило, казалось, доносившимся отовсюду словам отзвучать, как на воителей обрушился всепоглощающий ужас.

Минору не просто так учила Каэду иллюзиям. Но если юный дух девушки больше тяготел к зрительным и звуковым морокам, то вот ее опытная учительница опиралась на немного другую специализацию, а именно, психологическую.

Мир перед глазами воинов поплыл, чтобы тут же трансформироваться в нечто максимально, по их мнению, ужасное.

Мешанина красок, резких движений и внезапных ударов. Напряженные до разрыва нервов и яркости ощущения.

Эти иллюзии были призваны сводить людей с ума еще сотни лет назад, сработали они и сейчас.

Точнее, эти иллюзии заставили воителей потерять понимание, что в их окружении реально, а что нет. Это было сравнимо с тем, как видят мир шизофреники.

Те из них, кто понимают свою болезнь и отдают должное, что творящиеся вокруг них галлюцинации не реальны, все равно не могут до конца убедить самих себя в этом.

Страшная судьба.

И пока большая часть воителей мучилась в оковах разума, скрывающаяся Минору выпустила вторую иллюзию, заставившую бойцов увидеть, как стоявший рядом с ним товарищ резко их атакует, оказавшись врагом.

Спокойный коридор утонул в хаосе боя, где Сумада беспощадно резали друг друга на потеху одной веселящейся ёкай.

Лишь несколько человек сумели побороть морок и сбросить вражеский контроль. Среди них была и старейшина.

Она не была высшей воительницей и находилась на верхушке среднего ранга, что делало ее уже достаточно опасной.

Охрана у нее была под стать.

Но, как оказалось, этого было недостаточно.

Выскользнувшая из темноты, словно тень, Минору находилась скорее на уровне близком к высшей планке высших воителей. Проще говоря, она могла наравне сражаться с такими мастодонтами, как главы великих кланов.

Очнувшиеся охранники смогли дать Ютаке целых десять секунд, прежде, чем распались на кровавые куски, разлетевшиеся под водяными плетями и ударами, способными крушить камень.

— Из какой адской дыры ты вылезла, тварь?! — в панике успела воскликнуть женщина, когда с ужасом увидела тянувшийся по коридорам змеиный хвост.

— Тебе это уже не нужно знать. — ухмыльнулась ёкай, двумя слитными движениями ломая женщине руки и ноги. Учитывая разницу в скорости, это было слишком просто.

Глядя на то, как красивое женское лицо трескается и расходится, открывая бездонную черную пасть, на Ютаку снизошло озарение.

Мгновенно все точки сошлись, и она увидела связь между странным бесклановым со змеиными глазами, нападением мертвителей и выползшим непонятно откуда демоном.

Но она уже никому и никогда бы не смогла ничего об этом рассказать.

* * *
Запланированный совет в тот день так и не случился. Смерть сразу четырех старейшин напрочь разрушила ту иллюзию стабильности, которую власть старалась поддерживать.

Более того, жертв среди правящей верхушки могло быть и больше, но все же сориентировавшись, Сумада смогли организовать хоть какую-то охрану, поэтому вылезшего из адской бездны демона встретили уже не просто случайные охранники, а готовые к бою высшие воители.

Адской твари пришлось спешно бежать. Но воители не смогли воспользоваться победой, преследовав ее, так как было непонятно откуда еще ждать нападения.

И теперь, через два очень напряженных дня, когда клан отчаянно лихорадило, совет все же собрался.

Вот только при всем желании его нельзя было назвать спокойным.

Зал для совещаний был разделен сразу на несколько частей, каждую из которых оккупировала своя группа воителей под предводительством различных семейств.

И в обсуждении отношений они ничуть не стеснялись.

— Предатели! Это вы привели Мертвителей в наш дом! Подослали убийц к родичам, будь ваши предки живы, они плюнут на ваши могилы! — громче всех разорялась группа семейства покойной старейшины Ютаке. К ним присоединилось еще два семейства, потерявших своих старейшин.

— Это подстава! — злобно рычал лысый Джеро. — Как вы не понимаете, они специально не тронули тех молокососов, чтобы посеять в наших рядах смуту!

— Как удобно! — третья группа, в которой находились родичи другого погибшего старейшины, тоже жаждали крови. — А что семья Эйко вдруг замолчала? Обычно вы, старейшина Тошиюки, очень многословны. Не связано ли это с тем, что нападавшие как-то подозрительно обошли вашу территорию? Вы ничего не хотите нам сказать?

— Уважаемые соклановцы, — Тошиюки говорил спокойно, но по его нахмуренному лицу и задумчивому взгляду было понятно, что сложившаяся ситуация ему тоже не нравится. — Я знаю не больше вашего и не имею никакого отношения к происходящему.

Обвинения неслись со всех сторон. То и дело стороны меняли цели и нападали на своих бывших союзников, видя в их действиях измену.

Кто-то подозрительно долго вел солдат на позиции, а кто-то пришел на помощь недостаточно быстро.

Припомнить можно было многое, особенно учитывая общую недоверчивость воителей, как таковую. Да и без случившегося у каждого семейства было, что припомнить оппонентам.

Но долго это не могло продолжаться.

В какой-то момент семьи мрачно замолчали, требовательно смотря на главу клана.

Все здесь присутствующие очень жаждали получить хоть какие-то ответы.

По знаку главы в зал вошел пожилой воитель. По силе он еле-еле дотягивал до среднего ранга, но данный факт волновал собравшихся меньше всего.

— Уважаемый совет, — прокашлялся он под десятками пристальных взглядов. — Меня зовут Уракаса Монке, и я уже десять лет, как выполняю обязанности архивариуса при архиве клана Сумада. — он взглянул на Горо и глава клана согласно кивнул.

— Все, что я скажу дальше, — Уракаса от жеста Горо набрался уверенности. — Является секретом высшего класса, который не должен уйти из этого помещения. Я хочу вам поведать об ужасе прошлых веков, проклятом союзе воителей и ёкаев, породивших мерзость, которой не должно было быть в нашем мире. В своем стремлении к жажде власти и силы они нарушили законы, как человеческие, так и божеские, чем навлекли на себя всеобщий гнев.

Монке сделал паузу, чтобы перевести дух.

— Тех воителей, что посмели совершить тот грех, сейчас зовут Мертвителями, — сказанное не обошлось без внимания. — А один из духов, что посмел сотворить запретное искусство, был заключен под нашей Цитаделью.

— Зачем?! — Уракаса был даже рад этому выкрику.

— Все дело в том, что Шиджеро. Да-да, еще тогда они были нашими союзниками. Шиджеро пообещали, что сила духа будет питать защиту нашей твердыни, защищая Цитадель от злобных ёкаев. И они не соврали. Тем не менее, Мертвители, как оказалось, все еще помнили, что один из их союзников был заключен у нас… — архивариус замолчал. Он знал свое место, поэтому не собирался делать никаких выводов.

Однако догадаться, о чем думали собравшиеся, было не трудно.

— Получается это, как его, древнее зло сбежало? — после короткой паузы уточнил Горо.

— Из описания битвы с тем ползающим монстром, я могу точно сказать, что оно сходится с древними текстами. — согласно кивнул старик. — Это несомненно могущественная Минору, очень сильный дух. И очень злой на нас.

— Будь она неладна! Развлекалась, убивая нас, а как только хвост прижали, так сбежала. — цыкнул новый старейшина клана Ютаки.

— Ситуация мне понятна, — наконец решил Горо. — Отправьте нескольких посланцев к Шиджеро. — Опишите им ситуацию, напомните о договорах. Если все настолько серьезно, как описал Уракаса-сан, то следует действовать незамедлительно. Также я официально заявляю, что пока Сумада живы, Мертвителям не будет покоя. Ио-сан, я жду от вас результатов как можно быстрее.

Глава теневого камня послушно поклонился.

Клан Сумада жаждал крови, и он эту кровь собирался взыскать, пускай даже и с непричастных.

В это же время один землянин, уже как пару дней назад выйдя из больницы, спокойно продолжил тренировки.

Почти все, что он запланировал, было сделано. Конечно, кое-кто еще коптил небо. Но ведь всегда можно провести работу над ошибками и доделать «хвосты».


Глава 19


Минору подозрительно спускалась в темные подземелья, ожидая в любую секунду неожиданного удара.

В каждой тени или шорохе осыпающейся земли ей слышались движения Шиджеро.

Разумом ёкай понимала, что Широ нет смысла ее предавать, но страх все еще горел в ее сердце.

Вырвавшись на свободу, она до безумия боялась потерять возможность самой решать свою судьбу.

Возвращение к прежнему существованию было катастрофой, которая свела бы ее с ума!

План хитроумного целителя отнюдь не останавливался на вытаскивании древней ёкай из темницы. Помня о содержащихся в ее памяти знаниях, Ордынцев потратил немало сил и времени на создание полноценного убежища еще дальше в лесу.

Конечно, прятаться почти под боком Сумада было глупо, но с другой стороны ищейки клана и оммёдо уж точно даже не подумали бы, что их стоит искать так близко.

Плюс, под лесом находились многочисленные пустоты, среди которых замаскировать подземелье было раз плюнуть.

Скорее, ищейки бы решили, что ёкай ушла так далеко, насколько только могла, чтобы залечить раны.

Кроме того, лес полный монстров был достаточно неприятным местом для поисков.

В любом случае Ордынцев благодаря технике изменения земли создал неприметный вход внутрь, лестницу на десяток метров вниз и наконец, несколько вполне просторных комнат, в паре из которых Минору могла бы поместиться даже в полный рост.

Наконец спуск был завершен и… Что-то бросилось на нее из темноты!

«Я так и знала, что людям нельзя доверять!»

— Сенсе-е-е-ей!

— Каэда, — выдохнула ламия, еле успев остановить удар. — Сколько раз я тебе говорила, так себя не вести. Мы не в игрушки играем.

— Ой, простите, сенсей, — понурилась кутисакэ-онна, но тут же подняла сияющие глаза. — Но как же хорошо! У Широ все получилось. Вы свободны и теперь все будет хорошо.

Минору невольно улыбнулась такому заряду позитива и легонько потрепала девушку по волосам.

— Пока еще рано судить, будет ли все хорошо, или нет. И я говорила, что людям нельзя доверять до конца. Они могут предать в любой момент. А пока помолчи и не мешай. Мне надо кое-что сделать.

Древняя ёкай нахмурилась и оглядела фронт работ. Минору имела обширный опыт борьбы с оммёдо. В отличие от тех же воителей, чьи способности были довольны прямолинейны, заклинатели духов больше полагались на уловки, хитрости и подлые удары.

Причина была очевидна, ведь в отличие от воителей оммёдо не имели сверх прочных тел, поэтому и не спешили ввязываться в сражения, в которых могли так бесславно погибнуть.

Пока что у Минору было время до того, как поисковые духи и заговоры оммёдо начнут искать ее следы.

Поэтому надо было как можно быстрее обезопасить это место.

Каэда послушно передала ёкай кисточку и банку черной краски, после чего ее учительница принялась аккуратно и ровно вырисовывать цепочки символов.

Первая цепь опоясала все комнаты, двигаясь по стенам. Это была сложная и муторная работа. Единственное, что облегчало задачу, между иероглифами могли быть большие просветы.

В какой-то момент первая банка с краской кончилась и Каэда передала вторую, а затем и третью.

Закончив со стенами, Минору перешла на потолок. Учитывая ее рост, это не составляло никаких проблем.

Последним она завершила косяк перед лестницей наверх.

Теперь находясь в этом месте, она была в безопасности перед любыми поисковыми ритуалами и действиями своих извечных противников.

Конечно, выйди она наружу, то ее вновь могли бы найти, но вечно заниматься поиском оммёдо не смогут, а даже если и будут, постоянное движение напрочь бы смешало им все планы.

Теперь оставался вопрос комфорта, а затем и дальнейших планов.

И если с первым могла помочь Каэда, попросту закупив нужные предметы и еду, то вот со вторым мог помочь лишь Широ.

Учитывая же опасность ситуации непонятно было, когда он сможет появиться.

Но так или иначе, даже сидя в этом убежище, Минору чувствовала себя на седьмом небе. Ведь она была свободной.

А то что надо было подождать… Уж это она научилась за прошедшие века делать великолепно.

* * *
— Проходи, Широ-кун и располагайся. — Ио выглядел откровенно неважно. Темные круги под глазами, осунувшееся лицо и бледная кожа. Свалившееся словно снег на голову нападение оказалось неприятным сюрпризом.

А люди по своей природе обожают искать причастных к своим собственным проблемам.

А кто виноват, как не совершивший ошибку глава секретной службы Теневого камня, позволивший случиться столь отвратительному нападению?

В итоге Ио мало спал, плохо ел и ужасно жил последнюю пару недель. И, что еще больше портило его настроение, черная полоса не собиралась заканчиваться.

Как бы он не старался найти хвосты, все было без толку.

Точнее, он все же нашел парочку агентов Мертвителей в городе, но это были мелкие сошки, и они ничего не знали о планах своих хозяев.

А так как наверху яростно требовали результатов, Ио пришлось хватать хоть кого-то прямо на месте. А это, в свою очередь, заставило хозяев агентов порвать с ними все связи.

Подобное развитие событий заставляло мужчину скрипеть зубами.

Так бы он мог назначить за ними наблюдение и попробовать проследить за их связями, а в итоге ему приходится действовать, как какому-то сопляку!

Единственное, что во всей этой ситуации было хорошим, это то, что он был все еще жив. Да и никто из его родственников и ценных сотрудников не пострадал.

Взбесившаяся ёкай так удачно выместила свою злобу на старейшинах, что их смерть открыла перед скромным бумажным работником прекрасные возможности.

В конце концов главы основных семей всегда мешались на пути семьи Игиро с их многочисленными незаконнорождёнными отпрысками.

Теперь же пользуясь их раздробленностью и недоверчивостью, можно было половить рыбку в мутной воде.

Это была еще одна причина, почему в его сутках места для сна почти не было.

Более того, Ио находил все случившееся удивительно удачным. Его личная власть и власть его семьи скакнули сильно вверх, а мощь Совета ослабла.

Подозрительный разум Ио даже подумал, о том, что все это нападение было совершено как раз с этой целью. Но короткое расследование не вывело никаких телодвижений со стороны заинтересованных лиц.

На такую сложную и масштабную интригу мог быть способен кто-то вроде главы клана, решившего почистить Совет.

Но Ио сомневался, что Горо стал бы действовать в такой секретности, не предупредив даже его.

Да и, как было сказано выше, Горо Сумада был всегда на виду.

Если кто-то и впрямь мог быть способен сделать что-то подобное, то Ио должен был отдать должное его способностям.

Умудриться в рамках абсолютной секретности нанять мертвителей, узнать планы патрулей и проходов цитадели, а заодно каким-то вообще непостижимым чудом договориться с безумным монстром из далеких веков, чтобы тот убивал лишь тех, на кого укажут…

У Ио не было могущественных и влиятельных кандидатур способных провернуть такое.

Именно поэтому мужчина отбросил эту теорию, слишком уж она была фантастичной.

Ио поднял взгляд с документов и взглянул на сидящего перед ним воителя.

«Побольше бы таких бойцов в мои подразделения и работать стало бы значительно проще».

Мысли главы тайной службы не сложно было понять. Все же Широ Змей обладал всем тем, что Ио ценил в людях.

Во-первых, он был осторожен и не любил излишне выделяться. По сравнению со среднестатистическим воителем, которого онигири не корми, дай выпендриться, Широ понимал, что самый опасный удар наносится из темноты.

Во-вторых, Широ отлично понимал, когда стоит рваться вперед, а когда стоит подчиняться. Одно время Ио опасался, что его сумасшедший братец испортит столь перспективного воителя, но к счастью Широ оказался сделан куда крепче, чем можно было подумать.

И наконец в-третьих, целитель, хотя бы благодаря своей специализации, отлично понимал, что он не бессмертен. Это хорошо коррелировалось с первым пунктом.

— Ио-сан, вы хотели меня видеть?

— Да, Широ-кун, — глава Теневого камня положил перед собой на стол свиток с миссией. — Обстоятельства иногда оказываются сильнее нас. Ты все-таки отправляешься на фронт.

Ордынцев ничего не сказал, но Ио сразу приметил его напряженную позу. Нетрудно было понять, о чем думает молодой человек.

— Однако я хотел бы тебя немного успокоить, — выдержав паузу, Ио улыбнулся. — Твое распределение не имеет ничего общего со старейшинами или Советом. В связи со сложившейся обстановкой я на время перевел тебя из общих сил Сумада под свое командование.

— Я рад это слышать, Ио-сан, — немедленно ответил Станислав единственным верным способом, поклонившись. — Я приложу все силы, чтобы вас не подвести

— Я знал, что ты поймешь, — удовлетворённо кивнул мужчина, отметив, что не ошибся в Широ. — Твое же распределение связано с тем, что наша война с Санса, Киатто и этими, Сору, подчиненными великого воздушного клана Авасаки, подходит к концу. От территорий Хюго мало что осталось. Почти все из них уже захвачены или нашим дайме Рашта или дайме Хогоро, страны где располагаются Авасаки и союзные им кланы. Дайме Кеиджи Като погиб, а его сын Нобуноро Като исчез.

Он сделал паузу.

— Тем не менее на уже захваченных территориях царит полный хаос. Все-таки регулярные войска плохо предназначены для полного усмирения, поэтому многие из небольших кланов воителей, воителей наемников, отрядов самураев или даже подразделений Санса умудрились уцелеть и рассеяться. Они постоянно атакуют и грабят наши тылы. Твоя задача, как и других средних воителей, отправленных на это задание снизить число нападений на наши обозы.

Ордынцев понятливо кивнул. Задача ему была ясна и знакома.

— Кроме того, — Ио позволил себе еще одну небольшую улыбку. — Зная твои тесные отношения с младшим принцем, я рад сообщить, что подчиняться ты будешь непосредственно ему. Именно спину его отряда ты должен будешь защищать.

— Приложу все силы. — Стас немного расслабился. Хоть он и отправлялся на фронт, но подчиняться ему предстояло не какому-то неизвестному воителю, а самому Джишину.

Ордынцев прекрасно видел, что хочет ему сообщить Ио. Хитрый глава Теневого Камня планировал усидеть сразу на двух стульях.

Быть одновременно полезным и для будущего наследника, но и на всякий случай укрепить связи с младшим принцем.

Широ Змей не мог не уважать столь продуманный подход к ведению дел.

* * *
Толща воды.

Невероятно огромная толща воды, столь глубокая, что Солнце почти не в состоянии осветить хотя бы кусочек этой бесконечности.

Стас задергался, схватившись за горло, но почти сразу понял, что он спокойно может дышать.

Вода без всяких проблем проскальзывала в его горло и легкие, выходя наружу стайкой легких пузырьков… Которые уносились через чудовищную толщу воды наверх.

«Где-то я это уже видел…» — воспоминания, которые он старательно гнал прочь. Те, которые ему несколько раз снились в кошмарах, вернулись и теперь они были еще страшнее.

Ведь в отличие от прошлого раза он воспринимал реальность намного лучше и становилось все сложнее обманывать себя, что это был всего лишь сон.

Вдруг легкое течение ударило его в спину и снесло немного вперед. Проблема была только лишь в том, что это было не течение, а скорее ЧТО-ТО, что могло создавать течение.

Стас не хотел оборачиваться. Вся эта ситуация ему решительнейшим образом не нравилась. Слишком уж происходящее было похоже на начало какого-то фильма ужасов.

Тем не менее Широ Змей не стал бы тем, кем он был, если бы боялся неизвестности.

Резко обернувшись, Стас подавился водой, ведь вдалеке он увидел тянущийся вдаль хвост.

Из-за отсутствия вокруг ориентиров сложно было сказать о реальных размерах водного существа, но почему-то казалось, что Стас спокойно может поместиться всего лишь на одной чешуйке… Из сотен тысяч имеющихся.

Глубоководное гудение на этот раз ударило мужчину в затылок, приглашая обернуться, что он мучительно и сделал.

Хотел бы Стас сказать, что вновь увиденный змей его не впечатлил, но это было слишком большим враньем.

Ордынцев подозревал, что встречи с чем-то подобным от раза в раз не теряют свою «новизну».

Но в отличие от первой встречи были различия.

Теперь змей совершенно точно был заинтересован землянином так как его голова, которая по размеру больше подошла бы носу какому-нибудь тихоокеанского лайнера, находилась прямо перед Ордынцевым.

Человек и титанический монстр внимательно смотрели друг на друга. Змеиные глаза человека, встретились с такими же у чудовища.

Стас ничего не говорил, хоть догадывался с кем ему пришлось столкнуться.

Великий Король Змей, хранитель этого мира, получивший серьезные раны после сражения с последней демонической угрозой и уползший в океан, оставив своих подчиненных одних.

Глядя в эти огромные глаза, Стас видел интерес. Ордынцев чувствовал, что его рассматривают и находят для чего-то подходящим.

Тем не менее было в этом взгляде кое-что еще — усталость. Король Змей не считал, что Стас еще готов.

Однако если Ордынцев правильно понял ситуацию…

«Покажи мне». — это не было похоже на слова, так как вокруг была лишь вода: «Покажи мне правду». — повторил Стас, отправляя колебания в сторону змея.

И тот его понял. Взгляд великого духа сделался задумчивым. Он словно бы спрашивал — готов ли ты к тому, что просишь?

Мужчина помнил, что змей был ранен, но прямо сейчас не было видно ран. А это значило что все вокруг иллюзия.

Станислав считал, что готов, а хранитель этого мира не стал его в этом разубеждать.

Ордынцев вздрогнул, внезапно он почувствовал, что, то, что он задумал не очень хорошая идея.

Темная синева вокруг мигнула, а Стас моргнул.

Ему показалось или мир на секунду стал… Красным?

Словно бы некий режиссер вписал двадцать пятый кадр в саму реальность.

Вновь странный блик и теперь краснота уже захватила сразу два кадра мироздания.

Происходящее начало нравится Стасу все меньше. Он уже подумал было отказаться, как Змей, видимо, решив, что Стас готов, окончательно позволил сбросил морок, позволив увидеть ему истинную правду.

Синева океана вокруг исчезла. Пропала и мутность из-за которой Стас видел так недалеко.

Мир окончательно стал красным. Но не из-за света или чего-то такого, просто вся вода была очень сильно пропитана кровью.

А перед Стасом во всей своей ужасающей красе предстал Великий Король Змей.

Минору не соврала, ее господин и впрямь очень сильно пострадал от лап архидемона. Вот только Стас искренне сомневался, что древняя ёкай видела всю картину.

Скорее всего великий дух, чтобы пощадить чувства своих подчиненных скрыл часть правды.

Но вот вняв глупой и самонадеянной просьбе наивного человечка, он показал ему леденящую душу истину.

Исполинское тело выглядело так будто с него решили частями снять кожу, но потом бросили это дело на пол пути. Куски чешуи развевались в красных глубинах, как крылья исполинских бабочек.

В паре мест кожа и жировая ткань была рассечена слишком глубоко от чего часть внутренних органов вылезла наружу и теперь плавала в невесомости. Даже так они содрогались, продолжая выполнять свои функции и посылая по окружающей воде вибрации.

Голова змея потеряла свою величественность. Перед Стасом застыл череп змеи, покрытый гноящимися кусками мяса и кожи.

Но все меркло перед одной деталью, которая перечеркивала все остальное.

Демонический лорд, решивший спуститься в этот мир имел очень неприятную особенность. Можно даже сказать, специализацию.

Архидемон относился к плану гнили и разложения.

А это значило, что нанесенные им раны — нечто большее, чем просто раны. Такие удары идут не только по плоти, но и по духу.

Король змей все это время гнил заживо.

Тучи непонятных существ похожих одновременно на рыб и мух роились в его ранах, на его органах и кишках. Сила великого духа уничтожала их ежесекундно, но они рождались из его же плоти, продолжая плодиться и зарываться в булькающий «мясной бульон».

Регенерация могущественной сущности все еще отчаянно восстанавливала свое тело, чтобы лишь подпитывать сжирающую ее гниль.

Сколько он уже борется? Сотню лет? Две сотни? Какой силой воли и желанием жить надо обладать, чтобы выдержать подобное мучительное существование?!

Дрожащий Стас поднял взгляд и посмотрел в глаза до сих пор сражающегося Змея. Точнее, он посмотрел в его единственный глаз. На месте второго был комковатый кусок плоти, заполненный гноем и десятками отверстий.

Из одного из них выползла здоровенная личинка и посмотрела прямо на Стаса.

Ордынцев открыл рот и внутрь хлынул поток красной воды и всего того, что отслаивалось от тела Змея веками.

И тогда Ордынцев сделал то единственное, что он еще мог.

Он закричал.

Даже не так.

Он завопил от сводящего с ума всепоглощающего ужаса.


Глава 20


«Покажи мне, покажи», — мысленно бурчал Стас, продвигаясь в сторону фронта: «Когда я уже пойму, что иногда любопытство и наглость это совсем не благо».

После того, как Ордынцев проснулся ночью от собственного крика, он, еле успев выскочить из палатки, хорошенько опорожнил свой желудок, после чего до утра просидел возле горящего костра, нервно бросая настороженные взгляды в окружающую тьму.

Там, в темноте Ордынцеву виделась уже знакомая бездна и жуткая голубовато-красная синева.

Стас передернулся всем телом, а кружащая вокруг Левиафан бросила на хозяина обеспокоенный взгляд.

Мужчина ничего не сказал своей змейке, чтобы хоть она не волновалась, но Леви было все равно не по себе от состояния мастера.

У кого-то могли бы возникнуть вопросы, вроде: «В чем причина столь сильной реакции Станислава на кровь и раны?»

В конце концов он был мало того, что медиком, так еще в этом мире провел более трех с половиной лет, сражаясь и рискуя своей жизнью.

Проблема заключалась в ранах Великого Змея, а точнее в яде хаоса пронизывающем изнывающую от агонии плоть.

Эта субстанция была столь неестественна восприятию обычных живых существ, что одного взгляда на нее хватало, чтобы смутить рассудок и ввергнуть в безумие слабых разумом.

Стас же увидел такое количество гноя хаоса, что лишь невероятным усилием остался в здравом рассудке.

Кроме всего прочего скверна терзающая тело великого духа развивалась, порождая тех ужасных тварей, похожих на помесь мух и рыб.

В итоге мужчину одолевали тяжелые мысли, на которые у него не было ответов.

Взять хотя бы его сюда попадание.

Был ли Король змей в ответе? Или он наоборот спас Стаса, когда тот здесь очутился?

Ответы опять же неоткуда было получить.

Ордынцев сомневался, что связаться с этой сущностью будет так просто. А даже если свяжется, Ордынцев подозревал, что это ничем хорошим не кончится.

Что если желание змея уйти от своих последователей заключалось в его страхе заразить их ядом хаоса?

Это в свою очередь значило, что окажись Стас возле тела змея, он рисковал подхватить ту же болезнь, превратившись в нечто подобное.

И тут вставал немаловажный вопрос, зачем Великому Змею нужен какой-то там человек? Точнее целитель, обладающий знаниями сразу двух миров?

Мог ли великий дух каким-то образом предсказать случившееся и призвать своего спасителя?

Читать о всякого рода пророчествах весело, когда ты с ними никак не связан. Но чувствовать дыхание фатума на своей шее мало приятного.

Но что бы Стас не думал, делать было нечего. Король змей не просил и не требовал его помощи. Ордынцев был предоставлен сам себе, поэтому именно он и являлся хозяином своей судьбы.

* * *
«Как же я не соскучился по всему этому». - тяжело вздохнул Стас, минуя блокпост своей страны и входя на земли страны Хюго. Точнее то, что от них осталось.

Стараясь держать команду Джуна подальше от фронта, Ио невольно снизил те ужасы, которые они могли видеть.

Да, перед ними открывались виды на разрушенные деревни, вскрытые животы пленных, забитые трупами колодцы, гроздья повешенных и многое, многое другое.

Но все это встречалось скорее, как редкость. Чаще бандитам все же нужны были всякие слуги, осведомители или просто игрушки для развлечения. Плюс, их можно было выгодно продать. Это давало обычным людям шанс выжить.

Война в местных условиях эту возможность почти исключала.

Любой дом, двор, деревня, село или город могли представлять ценность. А это значило, что в случае поражения она могла достаться врагу… Туземцы отлично знали, что в этом случае стоит делать.

Тактика выжженной земли практиковалась здесь многие сотни, если не тысячи лет.

И если вид очередной сгоревшей деревни, через обгорелые доски которой видны скрюченные кости мертвецов, почти никак не трогал сердце землянина, то вот что-то похожее, но уже в рамках того же города, заставляло его чувствовать неуверенность.

Слишком много смертей, разрушенных судеб и трагедий для одного человека.

Даже просто идя по дорогам можно было видеть, как на обочинах были выкинуты десятки трупов. Их тела обобрали вплоть до набедренных повязок. Жирные, лоснящиеся вороны даже не пытались отскочить или взлететь, видя человека.

Они ленивыми взглядами провожали очередного воителя, словно бы примериваясь, что первым у него выклевать: его прекрасные зеленые глаза или может быть расклевать щеку и вытащить язык.

И чтобы понимать весь кошмар ситуации уже не одно поколение этих птиц было выращено исключительно на человеческом мясе.

Лето, зима, осень или весна сменялись, но вороны никогда не имели проблем со свежим мясцом.

Вдруг что-то мелькнуло и сразу несколько ворон оказались в пасти выскочившей из земли Леви.

На дороге заметалось паническое карканье и воронье, теряя перья, бросилось прочь.

Ордынцев криво усмехнулся. Он был доволен.

Хоть он ничего не приказывал, но Левиафан абсолютно верно считала его отношение к этим зарвавшимся комкам перьев.

Остановиться Стас решил на окраине одного из разрушенных городов. В его пригороде, на удивление, все еще жили люди, пытаясь хоть как-то соединить концы своей разрушенной жизни.

Глядя в их потухшие или наоборот полные скрытой ненависти глаза, Ордынцев бесстрашно шел по улицам города. Если кто и мог бросить ему вызов, то они решили не связываться с подозрительным путником.

Город, в котором он остановился, прилегал к широкой реке, по которой ходили небольшие торговые корабли и рыбацкие лодки.

Это позволило им хоть как-то держаться на плаву. Скорее всего это место принадлежало кому-то очень сильному, из-за чего никто так его и не разграбил. Бывало, что высшие воители покупали недвижимость в других странах. С их деньгами это не было проблемой.

В результате иной раз даже великие кланы не видели смысла ссориться ради пары магазинов с людьми подобного калибра.

Возможно, именно поэтому пара магазинов у нескольких пристаней все еще работала и у Стаса получилось купить свежей еды. Так, сидя на крыльце одного из заброшенных домов, он почувствовал, как кто-то осторожно дотронулся до его вещмешка.

К несчастью Ордынцев давно уже приметил мелкого воришку. Техника чувства земли тратила немного праны, поэтому Ордынцев старался использовать ее как можно чаще.

Конечно, кроме праны она тратила еще и внимание. Кроме же этого, после пары часов начинала болеть голова, но постепенно границы использования техники и ее длительность отодвигались все дальше и дальше.

Из-за этого подобраться к Стасу по земле становилось все более сложной задачей.

Ну и не стоило забывать о Левиафан, которая мониторила всю округу духовным зрением.

Легкая напитка праной, и малец лет семи оказывается поднят над землей за руку с маленьким кусочком стали, которым он хотел тихо вскрыть его сумку.

Самодельный ножик с тихим звоном упал в дорожную пыль.

Глядя в ужасе распахнутые глаза, Стас вздохнул. Очевидно, в своих доспехах для местных оборванцев он выглядел то ли обычным самураем, то ли каким-нибудь наемником.

В любом случае воришка уж точно не ожидал встретиться с самым настоящим воителем!

Свою роль сыграло и то, что мужчина был одет в плащ, который скрывал знаки Сумада.

В руке Стаса оказался обычный худой пацан со светлыми волосами и молча открывающимся и закрывающимся ртом. Видимо, из-за страха он ничего не мог из себя выдавить.

Откуда-то из-за обломков донеслось несколько испуганных писков, но все быстро затихло.

Стас отметил, что еще двое скрывающихся детей так и не бросили своего товарища, продолжая наблюдать за намечающейся трагедией.

«Будь здесь обычный воитель или самурай все могло закончиться очень печально…»

Ордынцев не был раздражен на воришку, да и ему ли кого-то осуждать? В этой жизни он делал вещи и похуже.

Поэтому Стас медленно опустил ребенка на землю, после чего, покопавшись в туеске с купленной едой дал мальцу одну из недавно купленных булок, и наконец, ничего не говоря отпустил.

Пацан пару секунд растерянно смотрел на возвышающегося над ним воителя. Надо полагать добрый и щедрый воитель хорошенько так разрушил его картину мира, вызвав когнитивный диссонанс.

Но детская психика пластичная вещь, поэтому он быстро опомнился и сразу сделал ноги, шмыгнув между несколькими балками.

Стас же, тихо ухмыляясь, сел обратно, достав еще одну булку и начал с удовольствием ее есть, краем сознания следя за троицей.

А у тех разгорелся жаркий спор. Воришка оказался честным малым, поэтому разделил сдобу на три ровных куска. Но одной булки, что логично, не хватило. А полученная еда лишь разбередила аппетит.

В итоге мелкие решали стоит ли им рискнуть или нет.

Стас же в этот момент чувствовал себя так, словно он пытается покормить уличную кошку, которая недоверчиво обнюхивает предложенный кусочек сосиски, сидя в каком-то укрытии.

— Господин воитель, — Стас, изображая безразличие, взглянул на мнущихся перед ним троих детей, двух мальчиков и одной девочки. У второго мальца волосы были столь длинными и нечёсаными, что они опустились на лицо, прикрыв глаза своеобразной челкой. — Не могли бы вы… Дать еще немного еды?

— Еды? — Стас поднял одну бровь. — А что вы за это мне можете предложить? — Ордынцев решил с ними немного поиграть.

Дети растерянно переглянулись, пытаясь сообразить, что могут дать великому и ужасному воителю.

«Хозяин, у этих троих детенышей большие запасы праны. Особенно же внушительные они у самки. Почти в два раза выше, чем у остальных детенышей вместе взятых».

«Сколько раз я тебе повторял, не детеныши, а дети, и не самки, а женщины».

Тем не менее Стас уделил пристальное внимание девочке, попутно активировав духовное зрение.

Связь между праной и духовной энергией все же была, пускай и слабая. Так, чем больше у человека было праны, тем скорее всего больше и духовной энергии. Другое дело, что «больше» могло быть совсем чуть-чуть.

Но если знать где искать, этим можно было воспользоваться.

Вот только пристальное внимание Стаса к их подруге не осталось без внимания, так как пацаны тут же прикрыли девочку, смотря на Стаса разгневанными взглядами полными отвращения.

Очевидно, они уже прекрасно знали об одной из темных сторон этого мира. И, судя по всему, они планировали уже делать ноги.

Ордынцев поморщился. Уж славу педофила он совершенно точно не хотел получить ни при каких обстоятельствах.

— Спокойно, — легкая волна жажды крови заставила детей окаменеть. Стас лишь недавно научился этому фокусу. Его размер очага праны достиг минимального размера для активации подобной способности.

Для этого требовалось очень сильно сосредоточиться на нужной эмоции, обычно ярости или злости, после чего выплеснуть особым образом прану в воздух.

Чем больше праны или чем сильнее эмоции, тем ярче эффект.

Его жажда крови пока что была не иначе, как жалкой. Но для обычных детей ее хватило с головой.

— Я не собираюсь вам вредить. Мое же внимание вызвано тем, — Стас сделал паузу, раздумывая, что стоит сказать дальше. — Что у вас есть сила чтобы, если повезет, стать воителями. И у вашей подруги ее больше всего. Вот почему я так долго на нее смотрел.

— Воителями? — ахнул воришка, но тут же скуксился, боясь поверить словам взрослого и правильно делал. Остальные дети не решались вступить в разговор. — А может вы нас обманываете? Взрослые постоянно обманывают.

— Это уж решать вам, — хмыкнул Стас и достал еще три булки, после чего бросил их одна за другой в руки детей. Те недоверчиво их осмотрели и чуть ли не обнюхали — Но ответ я хотел бы услышать уже сейчас. Вы бы хотели стать воителями?

Дети вновь переглянулись.

— Чтобы убивать людей? — тихо спросила девочка, смотря на Стаса не по-детски старыми глазами.

— Да, — серьезно кивнул Стас. — И делать другие столь же ужасные вещи.

— Тогда я согласна. — решительно кивнула она, вызвав удивленные взгляды своих товарищей.

— Мы тогда тоже согласны. — кивнул вожак троицы, немного поколебавшись. — Что нам делать теперь?

— Пока что ждать, — пожал плечами Стас удивленным детям. — Я не знаю, как скоро за вами придут. Может через год, а может через месяц. Теперь ваша задача просто выжить.

Ордынцев залез в сумку и вытащил пару десятков медных монеток на веревке. Подумав, он добавил еще парочку серебряных. Это были не большие деньги для воителей, но для парочки оголодавших детей в разрушенном войной городе это было почти легендарное сокровище.

— Никогда не показывайте сразу все деньги. Максимум одна монета. Часто не покупайте, — принялся наставлять детишек Стас. Он не хотел, чтобы их прирезали, подумав, что у них появилось много денег.

— Большое спасибо, дяденька-воитель. — искренне поблагодарили его дети. Спрятав данные Стасом монеты они буквально светились от радости.

Стас не был наивен, поэтому допускал, что троица могла наплевать на все договоренности и просто сбежать с деньгами.

Но Ордынцеву было все равно. Даже так он уже сделал хорошее дело, чуточку облегчив груз на душе.

Однако напоследок надо было сделать кое-что еще.

— Торговец-сан, — Стас наклонился через прилавок и внимательно посмотрел на продавца, который явно проникся серьезностью ситуации. Чуть ранее именно у него Ордынцев купил булки.

— Что такое, воитель-сан? — тихо спросил мужчина немного подрагивающим голосом.

— Вы знаете троих детей, двух мальчиков и девочку, которые живут в этом районе?

— Да…

— Я хочу, чтобы вы приглядели за ними. Ничего серьезного. Но если они будут покупать у вас поесть и после этого с ними что-то случится, я очень огорчусь. Вы понимаете меня?

— Очень хорошо понимаю, воитель-сан! — быстро закивал продавец, тиская в руках какую-то тряпку. — Буду относиться к ним, как к родным!

— Я рад, что мы друг друга поняли, — ласково улыбнулся Ордынцев, сверкнув змеиными глазами. — Если все пройдет хорошо, то вы тоже не останетесь в накладе.

Удостоверившись, что больше ему в этом городке делать нечего, он спокойно двинулся прочь.

Его спину прожигали четыре взгляда. Три — наполненные до краев благодарностью, а четвертый страхом и облегчением.

Почему Стас вообще решил подумать о судьбе этих детей? Ведь до того, как из них получится что-то стоящее пройдет, как минимум, лет десять.

Просто Ордынцев вспомнил, что как-то не собирается умирать в ближайшую пару десятков лет, а в идеале и пару сотен.

А это значит, что он вполне может заранее начать воспитывать тех, кто будет ему верен чуть ли не с самых пеленок.

Самые ласковые коты получаются из тех, кто успел полной ложкой хлебнуть «счастливой» уличной жизни. Может поэтому домашние коты, да еще и с родословной, частенько обладают самыми высокомерными характерами.

И кто сказал, что этот принцип нельзя перенести и на людей?

* * *
Двигаясь через лагерь Джишина, Стас не мог не отметить, что у его друга определенно есть лидерские качества.

Вокруг царила образцовая чистота и порядок. Праздно шляющихся воителей почти не было — все занимались каким-либо полезным делом.

Пока Стас подходил к войскам Джишина на его пути встретилось по меньшей мере два отряда разведчиков.

Обойти их можно было, но Стас честно показывал свиток миссии и двигался дальше.

При примерном подсчете в подчинении младшего принца было порядка трех — четырех сотен воителей.

Очень внушительная сила, способная при желании уничтожать маленькие страны.

Безусловно, далеко не все из них были Сумада. Многие являлись бойцами подчиненных Сумада мелких кланов, которые были разбросаны по Рашта. В случае войны они переходили в подчинение великому клану.

Да и высших воителей среди этой массы войск была всего лишь пара-тройка человек.

Но даже так становилось понятно, что сейчас Джишин не последний человек.

— Широ! — громкий крик заставил Стаса и сопровождающего его воителя напрячься, но почти сразу Ордынцев расслабился и даже улыбнулся.

— Кенсей, рад тебя видеть среди живых.

Урамаса Кенсей широкими шагами двигался навстречу, после чего сходу сграбастал Стаса в объятия.

— Глазам не верю. Ты все-таки решил навестить нас, — ухмыльнулся одноглазый здоровяк. — Оставь нас, я сам его провожу. — отдал он приказ стражнику и под удивленным взглядом Ордынцева тот никак не показал, что его задели слова самурая.

— А я смотрю, ты стал тут совсем своим, — лукаво улыбнулся Стас, прощупывая почву. — Теперь тебя можно звать воителем, а не самураем?

— Начнем с того, что я уже давно не самурай, — не повелся на подначку Урамаса, ведя Стаса дальше. — Я как бы ронин. А во-вторых, хрен вам всем. Буду я еще всякие ваши хитромудрые штучки учить. Путь воина на острие его клинка, а излишества от демонов.

— Я смотрю Джишин не сдается? — тихо засмеялся Станислав, видя нахмурившегося Кенсея. — Но согласись, если ты научишься еще и техникам, то станешь куда смертоноснее.

— Я и так хорош. Средние воители для моего клинка, — одноглазый стукнул ножнами двуручного меча по наплечнику. — Всего лишь кровавая смазка. К тому же, старого волка новым трюкам не научишь…

Повинуясь знаку Кенсея, охрана разошлась, и они вошли в подземный бункер.

Сидящий и хмурившийся над расстеленной перед ним картой Джишин поднял глаза.

— Широ. Рад тебя видеть. Хорошо, что ты наконец прибыл. — но в противовес радостному тону приветствия, взгляд, который младший принц бросил на своего друга, был далек от добродушного.


Глава 21


— Кенсей, я был бы рад, если мы собрались и поговорили все вместе, но есть кое-что важное, что мы должны обсудить с Широ наедине. — перевел взгляд Джишин на Урамасу.

— Никаких проблем, командир. — пожал плечами ронин, после чего оставил их в напряженной тишине.

— Проходи, присаживайся, — Джишин гостеприимно указал на место перед собой. — Как добрался? Никаких неожиданностей на дороге?

— Все прошло отлично, — Стас с удобством расположился на предложенной подушечке. — Единственное, все эти разрушенные виды не очень настраивают на благодушный лад, но такова уж наша жизнь.

— Кстати, насчет жизни, — речь Джишина текла вроде как спокойно, но Стас не расслаблялся. — Слышал, ты все же получил среднего воителя? Как прошла проверочная миссия? Вроде как были какие-то проблемы.

— Твоя сеть осведомителей работает все лучше, — кивнул Ордынцев. — Из-за «неожиданной», — он выделил это слово особо. — Ошибки совета, меня отправили прямиком в пасть к расположившемуся в горах дракону. Эта здоровенная огнедышащая тварь здорово меня потрепала и почти запекла в собственных же доспехах. Благо, в конце она так впечатлилась моим желанием жить, что решила меня не жрать, а использовать, чтобы передать послание.

— Вот как, — Джишин сочувственно покачал головой, но Стасу упорно виделась некоторая наигранность в его жестах. — А что насчет нашего совместного предприятия? У нас, я так понимаю, с этим делом возникли некоторые проблемы?

«Вот мы и подошли, судя по всему, к самому важному».

— Знаешь, когда ко мне подошел Шин, сын главы теневого камня, и сказал, что ему передал привет аж сам Ио… Я очень сильно напрягся. — Джишин опасно сузил глаза. — Но когда чуть позже стало ясно, что к этому причастен и некий Широ Змей, то кое-что стало проясняться. Не поделишься? А то довольно неприятно сидеть за многие километры от дома и чувствовать, что в любой момент можешь стать изменником.

Стас бесстрашно взглянул на явно злого принца великого клана.

— Было довольно самонадеянно считать, что наши действия не привлекут ничьего внимания, — принялся рассказывать Стас. — Хоть мы и постарались исключить любое разглашение секретной информации со стороны наших людей, и в этом мы добились успеха, тем не менее мы не учли наличие у агентов семей.

— Они рассказали родным? — рассерженно процедил принц.

— К счастью, нет, пускай общий итог и не изменился. Просто среди их родных были агенты Ио. И они доложили о странных телодвижениях своих родственников. А дальше дело техники. Создать слежку и раскрыть всю цепочку.

— И чем нам это грозит? Раз мы еще не в тюрьме, значит ему от нас что-то надо. — мрачно протянул Джишин, правильно оценив ситуацию. — Он уже говорил, что хочет?

— Да, — кивнул Ордынцев. — И здесь начинается самое интересное. Ио заявляет, что он и еще несколько человек на самом верху не имеют ничего против того, чтобы ты набирал силу.

— Заговорщики? — было видно, что Джишину подобный вариант совершенно не нравится. — Хотят устроить переворот и свергнуть моего брата?

— Нет, — усмехнулся Стас. — Скорее, они желают, чтобы, когда вы с братом вырастете и Горо Сумада уйдет на покой, у старшего принца была бы оппозиция в твоем лице.

— Зачем им это? — немного растерянно спросил Джишин. Очевидно, он не так уж много времени уделял столь неочевидной политике. — Разве не проще влиять на одного лишь Идзуну?

— Вероятно, причин несколько, — задумчиво ответил Ордынцев. — Но я считаю, что дело в возможности продвигать различие идеи и предложения. Проблема однополярного круга власти заключается в том, что если какая-то идея на самом верху отклоняется, то с этим уже ничего не поделать. Причем идея может быть и впрямь стоящая, а правитель и его окружение могут ошибаться, но она все равно не будет принята в работу.

Стас сделал паузу, чтобы подобрать слова.

— Если же у власти, есть хоть какая-то оппозиция или даже просто не до конца подчиненная часть общества, то тогда уже и начинается диалог. В таком случае возможно обсуждение. И если ту идею не приняли на верху, с этой идеей можно прийти к другому лагерю и может быть что-то получится.

Стас криво усмехнулся, разведя руки.

— Так эта система должна работать в идеале. Ну и, конечно, наличие хотя бы пары сторон открывает перед предприимчивым человеком, вроде Ио, целый список возможностей. В том числе и не очень законных. Тут уж ничего не поделаешь.

— Значит ему выгодно чтобы брат не смог заставить меня исчезнуть? Дескать, если я стану сильнее, брат не сможет меня задвинуть?

— Точно. И ради этого он пообещал, что будет закрывать глаза на те действия, которые не идут во вред клану. Однако я все равно не стал ему доверять, поэтому начал переводить часть из наших сил на новые места.

В этом плане догадливость Ио создала для Стаса целую массу «головняка».

Рисковать, доверяясь тому, что державший их за яйца Ио, не решит неожиданно сжать кулак, было просто глупо.

Поэтому Стасу пришлось разделить имеющихся бойцов на несколько ячеек, которые двинулись в абсолютно случайные города.

Часть из них так и осталась под бдительным оком Ио, выполняя его задания. Вторая же, была максимально скрыта.

На данный момент в организации, если не считать наставников Джишина было три десятка воителей. Из них лишь один был достаточно силен, чтобы претендовать на звание среднего воителя. Но при этом ему было уже определенно за пятьдесят.

Стас встретил его, когда тот с двумя сыновьями пробирался по территории Рашта. Стас выдвинул предложение, особо отметив обучение. Дед же, посмотрев на своих еще зеленых сыновей, согласился. Они откуда-то бежали, поэтому возможность где-то отсидеться была для них благом.

Старик увел одну из трех свободных ячеек подальше от Цитадели и загребущих лап главы Теневого Камня.

Каждая из свободных ячеек не знала о том, где и в каком виде другие группы. Связь держалась через целую систему тайных знаков и паролей и велась исключительно через доверенных людей, которых знали немногие.

Ордынцеву пришлось много потрудиться и подумать, чтобы все спланировать и рассчитать. Правда, даже так землянин рассчитывал скорее потянуть время пока ищейки Ио будут искать их людей.

— Ты и впрямь проделал большую работу, — удовлетворенно кивнул Джишин, выслушав краткий отчет. — Правда силы организации удручают. Мне кажется теперь даже твоих сил вполне хватит, чтобы вырезать их всех.

— Да, но пока это только начало. Они учатся и самостоятельно выполняют заказы. Причем, как открытые ячейки, которым Ио дает задания Сумада, так и скрытые, которые действуют, как свободные наемные отряды. Первые и вторые не прекращают вербовку новых членов. Благодаря же поддержке с твоей стороны это проходит исключительно легко.

Стас хмыкнул.

«Иногда даже слишком».

Этот мир не привык к тому, что знания, пускай даже базовые, могут давать даже за абсолютную верность и службу. Можно было с детства принадлежать к великому клану, но будучи из второстепенной семьи, то большая часть силы проплывала мимо.

Именно посмотрев на разобщенные навыки бойцов организации Стас понял какова же пропасть с клановыми бойцами, у которых все же была какая никакая, но система.

Правда это работало и в обратную сторону, когда от членов каких-нибудь небольших кланов, живущих в самой глуши, можно было получить совсем уж неожиданную технику, от которой было непонятно, как защититься.

Тем не менее разговор явно был не завершен. С самого начала Джишин не забыл включить защиту штаба от прослушки, но теперь, судя по всему, он собирался сказать что-то еще более важное.

Ордынцев подобрался.

— Кстати, ранее ты упомянул про вред клану, — Джишин отвел взгляд. — Даже до нас дошли слухи о чудовищном и наглом нападении отряда Мертвителей на Цитадель. Поговаривают, что от рук призванного ими демона погибло множество клановых бойцов и даже несколько старейшин. Ты ничего не хочешь мне сказать, а друг мой?

Доброжелательная маска Джишина на мгновение треснула, показав нечто уродливое.

— Что именно ты этим хочешь сказать? — лицо Ордынцев превратилось в неподвижную маску, когда он чуть опустил голову и требовательно посмотрел на собеседника.

— Что я хочу сказать? — тихо пробормотал Джишин. Его голос понемногу наливался яростью. — Ну так я повторю и даже уточню. Несколько старейшин посылают тебя на смерть, после чего случается неожиданное нападение мертвителей и их мертвецов. И старейшины, о чудо, внезапно дохнут! Тебе не кажется это подозрительным?

Стас ничего не сказал, смотря на принца тяжелым взглядом, а тот лишь все больше распалялся.

— Или вот, например. Под самый конец мертвители призвали демона, жуткого змееподобного ёкая, который бесчинствовал, убивая всех вокруг. И я знаю лишь одного человека, у которого тоже есть подчиненный ёкай! И мне почему-то кажется это все связано.

Джишин скрипнул зубами.

— Ну и наконец. Я отлично знаю одного человека, который способен с минимумом сил и средств организовать маленький апокалипсис в целом городе за несколько месяцев. Может ли этот человек сделать что-то подобное, но уже в масштабах великого клана за несколько лет? Я не знаю. Но я хочу спросить тебя, Широ, если ты мне друг, скажи, знаешь ли ты что-то о случившемся нападении?

Двое мужчин неподвижно замерли.

— К чему этот надрыв? — голос Ордынцева был холоден. — Да, все это организовал и сделал я.

Джишин распахнул глаза и резко выдохнул. Было видно, что он ошарашен.

— Ты… Ты даже не пытаешься скрываться. Ты вообще понимаешь, что ты сделал?! — стол полетел в стену и Джишин схватил Стаса за торчавший из-под доспехов отворот кимоно.

Ордынцев был выше принца, и сцена могла бы смотреться смешно, если бы не понимание того, что может сделать человек, вполне подходящий к высшей планке среднего воителя.

— Я и Сумада доверились тебе, дали дом, убежище! Старик Хидэо стал тебя учить, а мой отец отдал одного из лучших воителей и своего брата в учителя и вот как ты нам отплатил?! Убил моих соклановцев и порушил мой дом?! И ты, глядя мне в глаза, смеешь в этом так нагло признаваться? У тебя что, совсем нет чести и благодарности?!

Вот только если раньше Стас мог лишь быстро сдохнуть в руках воителя, то теперь, пускай Джишин был сильнее, это уже было далеко не так.

— А теперь послушай меня ты, — змеиные глаза Ордынцев презрительно сощурились и он тыкнул принца в грудь. — Скажи мне, Джишин, если я еще могу тебя так называть, что мы делаем?

— О чем ты? — не понимая, рыкнул принц.

— Может мы с тобой играем в игры? Или решили внезапно пошутить? — тон Станислав не предвещал ничего хорошего. Сам же Сумада немного растерялся от того, как с ним говорит Широ. Мало кто мог такое себе позволить кроме его отца.

— Ой, нет, — Ордынцев криво улыбнулся. — Мы не играем в игры. Мы с тобой заговорщики, Джишин. И цена за ошибку, ой, как велика. Мало того, в эту бездну мы уже втянули огромное количество людей. Эти люди верят нам, они за нами следуют. У них есть мечты и желания.

— К чему ты…

— Не перебивай, — отрезал Стас. — Эти люди доверились нам. И если мы проиграем и все пойдет прахом, они умрут следом за нами. Более того, пострадают даже их семьи. Клеймо предателей будет на них до скончания дней, а может перейдет даже на их детей. Ты этого хочешь? И вот теперь, когда мы прояснили этот момент, ты хочешь мне сказать, что я что-то делаю не так?

— Но не такими же средствами! — Джишин уже отпустил Стаса и зло махал руками. — В чем тогда смысл?

— Ты меня спрашиваешь в чем смысл? Смысл в том, чтобы все, кто нам верит, жили, враги умерли, а мы победили. Еще раз, мы не играем в игры, Джишин. Осознай это. Все очень и очень серьезно. За наши ошибки будут страдать другие. Мы не можем позволить себе слабость остаться чистенькими. И если я должен буду замараться, то спокойно войду во тьму, а не буду плакаться, почему все так сложилось.

Джишин ничего не говорил и лишь напряженно слушал.

— И к твоему сведению, жертв было не так уж и много. Я специально потратил время и силы, чтобы наоборот их снизить. А те, что все же случались, принадлежали почти исключительно людям старейшин.

Слова Стаса сочились ядом. Все же, как бы ему не хотелось это признавать, эмоциональные слова Джишина его задели.

— И да, погибшие старейшины были не только те, кто задумывали что-то против меня. Я не тронул часть из них и заменил их на тех, кто интриговал и против тебя, Джишин. Да-да, я устранил тех, кто поддерживал твоего брата и хотели твоей смерти. Более того, я сделал даже так, чтобы они перессорились, подозревая друг друга. Я день и ночь работаю над тем, чтобы облегчить наши жизни и выполнить свое обещание. Разве не так должны действовать, друзья?

Стас скривился.

— И теперь, после того, как мы не видели друг на друга несколько очень напряженных месяцев, вместо благодарности я слышу лишь обвинения и упреки?

— Хорошо, — эти слова давались Джишину очень тяжело. — Возможно ты и впрямь в чем-то прав. Тем не менее мертвители?! Их не просто так объявили вне закона почти что все кланы воителей! Да, как принц, я знаю, что ради победы и своего клана можно поступиться честью. Но даже так есть граница той тьмы, в которую можно входить!

Стас несколько секунд пристально разглядывал тяжело дышащего принца.

Ордынцев не хотел этого делать, но если он прямо сейчас не сорвет пластырь, то в будущем ситуация станет еще хуже.

Легенда про мертвителей была хороша для посторонних, но для знающего расклад Джишина она была подобно бомбе замедленного действия.

— Не было никаких воителей, — слова прозвучали и пути назад больше не было.

— Что значит не было? — остановился Джишин.

— Все это нападение было хорошо разыгранным спектаклем. Я не видел смысла привлекать Мертвителей, который могли неожиданно повести себя и действовать не по плану. Поэтому я сам создал и подчинил тех мертвецов, разыграв нападение. Найти подобные знания было тяжело, но я справился. А вырвавшаяся из подземелья древняя ёкай завершила мой план, уничтожив ненужных нам старейшин.

Правда правдой, но даже в такой ситуации Стас не собирался раскрывать все карты, рассказывая, что слишком хорошо знает Минору.

— Ты начал практиковать запретное искусство? — тихо спросил Джишин, потеряв дар речи.

— Ты опять начнешь что-то из серии — это бесчестно и некрасиво? Пора тебе отбросить эти наивные мысли, Джишин.

— Запретные искусства не просто так названы запретными. — было видно, что принц все еще растерян и не знает, что сказать.

— Уж поверь тому, кто знает, о чем говорит, — закатил глаза Стас. — Да, они опасны, но если соблюдать правила безопасности, то даже с запретными искусствами можно работать. А так, я повторю, у нас нет права отказываться даже от такой силы. О чести и запретах может задумываться лишь сильный. Слабые должны использовать все, что у них есть.

— Я… Мне, нечего сказать. Я не знаю, что делать, — Джишин опустошенно отвернулся, не желая смотреть на Ордынцева. Было видно, что вся эта ситуация по нему и впрямь сильно ударила. — Оставьте меня. Кенсей скажет вам, где расположиться. Что вам делать известно по свитку с миссией. Мне нечего добавить.

— Благодарю, вас командующий, — Стас сухо поклонился. — Не буду вас больше задерживать.

Джишин больше ничего не сказал, стоя спиной к ушедшему другу.

— Что у вас там случилось? — лениво спросил Кенсей, прислонившись спиной у выхода. — А то последние дни после нападения на Цитатедель Джишин сам не свой.

— Кое-какие проблемы, — туманно ответил Стас. — Джишин распорядился предоставить мне место для сна.

— Это без проблем, — кивнул Урамаса. — Эти Сумада тут столько понавыкапывали, что можно расположить раза в три больше народу.

— Ну тогда веди. — улыбнулся Стас, стараясь не показывать свои истинные эмоции.

На душе было муторно. Он не знал, что решит Джишин.

Очевидно, сдавать его он не будет. В конце концов они слишком плотно повязаны. Убивать? Это не в его характере.

Однако больше ничего предположить не получалось.

Несмотря на все ужасы, что Джишину удалось пережить, вроде войны, ненависти брата и опаски клана, парень все еще не был готов к высокой политике.

Ему было слишком тяжело принять методы Широ Змея.


Глава 22


— Как у тебя, вообще, дела-то? — Стас и Кенсей остановились в подземном жилище Урамасы. Кенсей приложился к пиале с саке, Стас чуть помедлив повторил вслед за ним.

— Да нормально. Стал вот средним воителем. Жизнь понемногу налаживается. А разве правила самураев не запрещают распитие спиртных напитков? Что-то вроде: «держи разум всегда острым, чтобы чувствовать каждое мгновение жизни и защитить своего господина». — улыбнулся Ордынцев, с интересом смотря на реакцию одноглазого мужчины.

— Эх, из меня и в лучшие дни был так себе самурай. А что уж теперь-то. Связался, вот, с воителями. Так что одним запретом больше, одним меньше. Знаешь…

Ронин задумчиво махнул рукой.

— Когда мы с тобой стояли там, в Акару, против бандитов и тех воителей, я сразу понял, что из тебя будет толк. Так бесстрашно выйти против нескольких вооруженных грабителей, толком не умея драться, надо быть и впрямь необычным человеком. И судя по твоему стремительному взлету вверх, я был прав. Научиться владеть праной за считанные годы. Я даже боюсь представить, что из тебя бы вышло, начни обучение с молодых лет.

— Я сейчас покраснею от твоих комплиментов, — ухмыльнулся Стас. — Что же ты тогда не вспомнил о том, что умудрился стать в доску своим среди воителей? Как тебе вообще это удалось? Мне казалось, самурай и воитель, как кошка с собакой, оставь их одних, и они обязательно подерутся.

— В чем-то так и есть, — Урамаса беззастенчиво заржал. — Когда я только сюда прибыл чуть ли не каждый день какой-то хрен решал проверить чего этот «самураюшка» стоит. Приходилось тяжко, все же далеко не все были слабаками. Но потом начались бои и резко стало не до таких глупостей. Ну а потом я попросту стал сильнее большинства из них, от чего задираться, значило получить по роже.

Урамаса прервался, чтобы наполнить пиалы.

— Затем благодаря тому, что Джишин неплохо так нами командовал наш отряд начал расти. Прибывали новые бойцы, затем все вместе мы штурмовали новые высоты. А там я спас парочку жизней, да и себя показал с лучшей стороны. Ну и как-то пошло дело. Ну и близость к принцу тоже сыграла свою роль. Сам видишь, я не мастер рассказывать. — вздохнул мужчина, осознав, что ему нечего больше сказать.

— Ты бы видел, как на Джишина теперь смотрят остальные. За всю войну он проиграл всего пару битв, в которых вообще не было шансов победить. Но даже так мы смогли отступить, а не просто бежать и спасать свои жизни. И это с далеко не самыми лучшими бойцами. А чтобы это исправить он начал их тренировать, представляешь?

Стас кивнул. Он слышал о чем-то подобном краем уха.

— А чего стоил хотя бы тот переход через леса и холмы Тотоями? Если бы не его наука, половина армии сдохла бы от усталости еще на половине пути. А так, мы мало того, что оказались за спиной войск Киатто, так еще и ударили прямо в спину этим любителям зверей. Ух и резня там была. Единственное жалко, что Санса там было немного…

Судя по всему, гнев Урамасы на этот клан воителей и не думал проходить. Вероятно, на месте ядоделов было бы лучше убить Кенсея еще годы назад, но они на свою беду так не сделали.

— О чем говорим? — тканевый полог был отодвинут и внутрь вошел улыбающийся Шин, сын Найто.

Вечно приветливый парень заметно изменился за прошедшие три с половиной года. На правой щеке появилась серия мелких точек, видимо, от кислотного взрыва, а тело стало куда мускулистее.

Все же работа агента и участие в войне наравне со всеми — это разные вещи. В последнем случае приходится прикладывать все силы, чтобы стать сильнее и уцелеть.

— А от тебя хрен куда денешься, — поморщился Урамаса. — Я когда в туалет иду, боюсь твою рожу из дырки увидеть.

— Да ладно, тебе, Кенсей, — он повернулся и дружески улыбнулся Стасу. — На самом деле он меня любит, просто стесняется.

Стас и Шин в большим вниманием смотрели, как рука ронина легла на рукоять клинка и вытащила его на два пальца из ножен.

— Шучу-шучу. — хихикнул глава тайной службы Джишина.

Пара секунд напряженной тишины и лезвие с щелчком цубы о ножны скрылось из виду, а на столе появилась третья пиала.

Стас уже давно получил сообщение лежащей в углу комнаты Левиафан о силе здесь присутствующих людей.

Каждый из них уже находился на среднем уровне силы. Причем, для Урамасы это было даже серьезней. Ведь не имея возможности тратить прану на разнообразные техники, на войне он развивал лишь путь меча и усиление тела.

А так как в противниках у него были не такие же, как и он, самураи, а куда более опасные воители, то Кенсею пришлось куда активнее становиться сильнее.

Конечно, не будь он и сам талантлив, ничего бы не вышло. Но здесь звезды сложились на удивлением удачно.

Невольно Стас задумался во что может превратиться человек идущий по пути самурая, но с силой высшего воителя?

Неожиданно в его памяти всплыл один любопытный придуманный мир, в котором сильнейшие мечники скоростными атаками могли с легкостью разрезать целые острова, а силовыми сдувать города.

Шин тоже представлял интерес. Если сам Стас лишь немного прошел по пути среднего воителя, то сын Найто был в середине пути. Учитывая же то, что для обычных людей на подобное уходили долгие годы, а иногда и вся жизнь, можно было оценить его потенциал.

«Это ли не судьба?» — невольно задумался Стас: «Да, я приложил некоторые усилия к изменению судьбы Джишина, но окружающие его люди стали такими сильными совершенно без моей помощи».

Самурай, Змей и Шпион распивали саке и обсуждали свои совместные дела. В углу же лежала гигантская змея, на которую, что Кенсей, что Шин бросали любопытные взгляды, но пока молчали.

— Только что был у Джишина, — Стас отметил, что все здесь присутствующие называются принца по имени. — Давно не видел его в таком нервном состоянии. В последний раз это было тогда, когда его старший брат дал нам ту позицию. — Шин покачал головой. — Повезло, что Санса не нашли сил, чтобы продолжать атаковать. У нас в тот момент каждый второй был ранен, а каждый первый валялся без сил.

— Да уж этот злобный ублюдок не собирается отстать от Джишина, а соответственно и от нас. — Урамасу перекосило. Видно, Стас пропустил немало историй о взаимоотношениях двух братьев.

Ордынцев же с удивлением взглянул на Кенсея. В нынешнем кастовом обществе было почти невероятно встретить кого-то, кто мог оскорблять даже чужих вышестоящих.

Суть местных традиций была в том, что оскорблять можно только равных или тех, кто слабее. На примере это значило, что обычные солдаты могли материть таких же солдат, как и они сами или крестьян. Офицеры уже могли пройтись по другу и по солдатам. Но вот правителей никто не мог тронуть, кроме их самих.

Ордынцев встретился с внимательным взглядом Шина. Теневик кивнул, подтверждая мысли Стаса.

— Кенсей прав, тебя, Широ, не было с нами, поэтому тебе повезло не видеть и не выполнять эти безумные и опасные приказы, — вечная улыбка Шино на секунду дрогнула. — Кстати, насколько я знаю официально ты все еще в лагере Идзуны, а с Джишином вы в ссоре?

— Ага. Наш гениальный наследник, такое чувство, просто забыл обо мне. И за все три года ни разу даже не позвал. Не то чтобы я был против, но все равно заставляет задуматься. — Стас правильно понял, что именно делали сидящие рядом с ним люди.

Каждый из них позволил себе нелицеприятные слова в адрес наследника великого клана, после чего ожидающе смотрели, сможет ли тоже самое сделать Стас. Конечно, они знали, кто такой Широ. Тем не менее, все же позволили эту маленькую проверку.

Стоило словам землянина отзвучать, как атмосфера за столом приняла куда более расслабленный вид.

Здесь собрались люди, которые решили накрепко связать свою жизнь с младшим принцем. И для того, чтобы их жизни длились как можно дольше, они сейчас и ломали головы.

— Начнем с того, что именно хочет старший принц? — внес вопрос на рассмотрение Стас. — К чему он стремится?

— Тут все довольно просто, — Шин покатал сакэ в пиале. — Война подходит к концу и каждый из командующих, командиров и даже обычных бойцов старается захватить хоть что-то, чтобы к моменту награждений и поощрений выглядеть, как можно лучше.

— И в каком положении относительно старшего принца сейчас мы? — уточнил Урамаса у Шина. — Сильно далеко?

— Сложно судить, — задумался сын Найто. — Но если обобщить, то все далеко не так плохо, как могло бы быть. В отличие от Идзуны Джишин намного чаще участвует в боях. Более того, личных сражений у него намного больше. И среди побежденных им воителей есть даже несколько известных имен.

Шин прервался, чтобы выпить.

— В это же время Идзуна является командиром куда большей армии. В его же подчинении, насколько мне известно, порядка двух тысяч воителей, что является одной из самых больших армий нашего клана. Тем не менее это накладывает на него ряд обязательств, которые заставляют его безвылазно сидеть в штабе. Число его личных побед откровенно невелико и среди них почти нет никаких известных имен.

Стас кивнул, осознавая полученный расклад. Для человека со стороны, не знающего местные расклады могло показаться странным, что личная сила и уж тем более число трупов и побежденных врагов является таким важным мерилом успеха.

Но тут стоило понимать, что единственной твердой «валютой» в среде воителей являлась именно сила. В отличие от тех же самураев или оммёдо у воителей не было какой-то глобальной цели или смысла жизни. Хуже того, правила и ограничения тоже строились на этой самой силе и системе банальных ограничений, вроде запрета выдавать техники.

Бывший самурай явно повеселел.

— Получается, если все и дальше пойдет так, как ты говоришь, то мы будем на равных?

— Получается, что так, — улыбнулся Шин. — Тем не менее это вскоре изменится. Когда Идзуна займет последние города Хюго и война закончится, он получит столько славы, что разом отбросит нас назад.

— Значит мы или должны ему не позволить это сделать, — мягко улыбнулся Стас, заставив своими словами окружающих нахмуриться. — Или, что намного лучше, самим под конец сделать что-то, что сделает нас еще более известными.

— И что это будет? — нахмурился Урамаса, Шин молчал, с заинтересованной улыбкой смотря на Стаса. — Ты, конечно, мастер придумывать выходы даже из самых безвыходных ситуаций. Слышал, ты даже от дракона сбежал, но тут ты явно слишком на многое замахнулся.

Ордынцева перекосило. Он затруднялся сказать, где именно была утечка: у Ио, старейшин или оммёдо, но он к своему ужасу обнаружил, что теперь его имя плотно ассоциировалось не только с убийством ученика Кирина Разреза, но и с улепетыванием от огромной легендарной ящерицы!

Причем в глазах местных это выглядело даже почетным. Выжить после встречи с драконом, который хотел тебя убить — это значимо. И плевать, что тот сначала игрался, а потом и вовсе просто отпустил. Главное, результат.

Но проблема была в том, что для Стаса тот опыт был одним из самых неприятных во всей его жизни. Чувство полной и абсолютной беспомощности, когда любые твои хитрости, удары и усилия просто бессмысленны. Что может быть хуже?

Леви, услышавшая слова самурая, тоже пригорюнилась, но тут же набралась решимости.

Последние месяцы она усиленно тренировалась и у нее даже были успехи.

В отличие от техник воителей или даже оммёдо ее магия заметно отличалась. Если первые создавали из праны нужную стихию, или пропитывали праной имеющуюся, то Левиафан использовала текущую в ней природную энергию, чтобы каким-то образом подключаться к окружающему ее миру, приказывая ему измениться.

И так как мир тоже имел в своей основе природную силу, это как-то работало.

И хоть Стас пока был занят освоением праны и эфирными техниками, однако он уже видел потенциал природной энергии.

Даже если забыть, что человек, способный использовать окружающую его силу никогда не устанет, стоило вспомнить о таком свойстве природы, как развеивание эфира.

Энергия жажды без специальных стабилизирующих техник чувствовала себя очень неуютно вне пределов живых существ. По своей природе она начинала экстренно поглощать природную энергию, но тратила на это больше сил, чем получала, в итоге быстро схлопывалась.

Учитывая, сколько проблем Стасу доставляла интоксикация эфиром, точнее заботы о ее недопущении, можно было понять интерес землянина к этой дисциплине.

Если он научится использовать природу, как очиститель от эфира, то он мог бы безопасно использовать намного более мощные техники.

Но сложность была в том, что природная энергия в чистом виде являлась невероятным мутагеном.

Стоит хотя бы посмотреть на тех же магических зверей измененных этой силой.

И надо было помнить, что из десяти мутировавших животных в лучшем случае лишь у одного был шанс остаться жизнеспособным. Остальные девять могли, к примеру, получить особо едкий желудочный сок, который попросту проел бы их собственные тела.

— Сам подумай, — продолжил Кенсей. — Что мы можем сделать со славой о прекращении войны и захватом последних городов?

— Тем не менее, у меня есть идея, — все же справился Стас с «драконьей темой». — И я хотел бы, чтобы вы сначала выслушали, а лишь потом высказали свое мнение.

— Не слушай этого любителя мечей, Широ, — Шин поощряюще улыбнулся. Стас не был против отказаться от суффиксов. — Мы тебя внимательно слушаем.

— Ты кого мечеголовым назвал? Захотел умереть? — ударил легкой жаждой крови Урамаса.

Стас не стал ждать пока они успокоятся, заговорив.

— Моя идея основана на том, что люди существа достаточно нелогичные и зачастую способны мыслить лишь яркими образами. Возьмем, к примеру, руководство Сумада. Обычные воители, когда о нем думают, скорее всего, видят именно Горо Сумада.

Шин и Кенсей не перебивали, внимательно слушая.

— Люди очень ленивые существа, поэтому наш разум ищет любые возможности чтобы отдохнуть. В итоге, чтобы не напрягаться, вспоминая десятки людей все правительство ассоциируется с личностью главы всего клана. Этим я и предлагаю воспользоваться. — Стас хитро прищурился.

— Нам не нужно соперничать с Идзуной в количестве захваченных городов и уничтоженных армий. В конце концов, благодаря численности его армии — это фактически невозможно. О нет, мы подойдем с другой стороны. Требуется совершить нечто столь смелое, решительное и безумное, чтобы, когда вспомнили конец этой войны, все думали не о захваченных городах, а об этой авантюре.

Возле входа послышалось движение и хоть глушащие звуки артефакты были актированы, он все же подождал пока проходящие мимо солдаты уйдут.

— Самое же смешное в том, что нам не нужно совершать нечто героическое или очень сложное. Скорее, авантюра должна быть яркой и запоминающейся. После же мы должны донести эту историю до как можно большего числа людей.

— Хм-м-м. — Урамаса глубоко задумался. — Ничего в голову не приходит. У тебя, Шин, есть идеи?

— Так сразу и не скажу. Возможно победа над каким-то знаменитым воителем или захват какого-то важного опорного пункта подойдет, — сын Найто раздраженно покачал головой. — У меня просто недостаточно информации. Моя сеть информаторов еще пока слишком слаба, чтобы давать такие важные сведения.

— Вот, значит, как, — Станислав побарабанил пальцами по столу. — Этот вопрос решаем. У меня даже есть кандидатура человека, который может нам помочь. Учитывая же то, что я на него работаю, это будет еще проще.

— И вопрос лишь, что он потребует за свою помощь? — перестал улыбаться Шин, которому эта идея показалась довольно рискованной. — И не будет ли цена избыточной?

— Это вопрос обсуждаемый. — подвел итог их посиделкам Стас. — К тому же, без решения Джишина все остается в подвешенном состоянии.

— А мне нравится эта идея, — взмахнул кулаком Кенсей. — Давно пора встряхнуть все это болото. Вписать свои имена в историю, а что кроме этого может быть милее сердцу самурая?

— Ты же сам повторяешь, что давно не самурай? — одновременно заметили Шин и Стас, весело переглянувшись.

— А вам бы лишь над этим посмеяться, подлые воители!

— Ты же сам об этом постоянно говоришь!

— Ничего не знаю!


Глава 23


Донести «общую» идею до Джишина решил Урамаса с Шином. Стас не стал лезть, попутно намекнув товарищам, что в данный момент в их отношениях с принцем появился некий разлад. Это значило, что роль Стаса в плане лучше не выпячивать.

Остальные отнеслись с пониманием.

Спустя же день стало ясно, что Джишин по достоинству оценил план. Единственное, что ему не нравилось, это необходимость просить помощи у Ио.

Влезать в долги к такому человеку, это буквально напрашиваться на неприятности.

Тем не менее Стас все же сумел донести до принца необходимость решительных действий.

Немного подумав, Ордынцеву было даже капельку жаль парня.

В свой двадцать один год он должен был сталкиваться с вещами, которые ломали многих взрослых и состоявшихся мужчин. Необходимость интриговать, заниматься долгосрочными планами, бояться раскрытия, воевать и планировать действия против родного брата — слишком много для одного человека.

И словно этого мало, в глазах Джишина Широ умудрился совершить серьезную ошибку. И хоть все пошло им на пользу, но сомнения остались.

Принц разрывался на части, не зная, как поступить. Конечно, предавать Широ он не собирался, но и забыть тоже не мог.

Забавно, но узнай Сумада о подобном несколько лет назад, он не задумываясь бы напал на Стаса. Однако война и необходимость отвечать за своих людей заставила его повзрослеть и многое переосмыслить. Для своего возраста это был большой скачок.

Но проблема была в том, что даже так этого было недостаточно.

В любом случае письмо к Ио было направлено и оставалось только ждать. И выполнять поставленную Ио задачу по защите внутренних коммуникаций.

Каэда в тот момент была занята с Минору, поэтому была недоступна. Стасу это не очень нравилось, но он понимал, что кутисакэ-онна является еще и ученицей древнего ёкая. Прямо сейчас Минору явно что-то магичила, чтобы облегчить себе возможность выбираться на свежий воздух. Попутно она продолжила тренировать и обучать Каэду.

Вместе с миссией по защите тылов армии Джишина Стас получил карты и указания, где чаще всего случались нападения. Учтя уровень нападавших, командованием было решено, что десятка действующих по одиночке воителей должно хватить, чтобы охватить, как можно большую площадь.

Одним из таких воителей и стал Стас.

К сожалению жизнь любит преподносить сюрпризы.

* * *
Встреча между Стасом и группой из пятерых воителей не была неожиданностью. Левиафан успела вовремя предупредить своего хозяина. Но сложность была в том, что она успела сделать это всего лишь за десяток секунд до нападения.

Как-либо серьезно подготовиться за такое короткое время было попросту невозможно.

— Вот мы и нашли еще одного Сумада. — русоволосый парень лет двадцати двух безошибочно указал на засевшего в листве Ордынцева. Он невольно выделялся на фоне своих коллег броней явно хорошего качества и богато украшенным мечом. Лицо выражало легкую скуку, будто он уже заранее знал, чем все кончится.

Кроме него было еще четверо воителей. Судя по тому, как он держался, он и был командиром этой группы. — Хватит прятаться, я тебя все равно вижу.

«Сенсор — это плохо, но ничего неожиданного. Леви, уровень силы?»

«Низшие воители, вожак — средний. Очень высокий уровень праны. Больше сложно сказать или опытный средний или даже уровень ветерана».

«Проклятье! Без приказа не высовывайся». — ситуация была очень нехорошей. От сенсора не сбежать, помощь же была далеко, поэтому приходилось принимать откровенно невыгодный бой.

Увидев, что с засадой не вышло, Стас спокойно спрыгнул вниз с четырехметровой высоты. Напитанные праной мышцы почти даже не напряглись от столкновения с лесной подстилкой.

— За свое вероломство вы все ответите и будете гореть в аду! Наши земли разрушены, дома сожжены, а родные убиты! И во всем виноваты только вы. — крикнул один из низших воителей, сверля Стаса злым взглядом.

— Если быть до конца честным, то на вашу страну напали не мы, а дайме страны Рашта. Это уже потом он обратился к нам за помощью. — педантично поправил землянин, заставив оппонентов разразиться проклятиями и объяснениями почему он не прав.

Происходящее могло показаться странным, ведь Стас обычно не любил почем зря трепаться. Однако сейчас ситуация была иной.

Ордынцев не хотел сражаться сразу против такого большого числа бойцов. Хоть он и был сильнее большинства из них по отдельности, но вместе они вполне могли его прикончить. Кроме того, личность среднего воителя Стаса изрядно нервировала.

— Жалкие отговорки, — сплюнул другой воитель. — Что, страшно тебе, Сумадская погань? Ничего, мы убьем тебя быстро. Мы ведь не такие подонки, как вы.

— Брать живьем, — хмуро отдал приказ главный, игнорируя выкрики подчинённых и заставляя их замолчать. — Он может знать о расположении других групп Сумада. А там мы уж поговорим. — по жутковатой улыбке командира стало ясно, что Ордынцева в плену не ждет ничего хорошего.

«Зря вы решили потрепаться».

Благодаря разговору у Стаса хватило времени чтобы скрытно завершить формирование одной из сильнейших техник в своем арсенале.

Когда Стас решил выступить на экзамене средних воителей, Джун предложил изучить новую технику. И хоть Ордынцев отыграл со своей разработкой, тем не менее технику сенсея он освоил.

Это была мощная наступательная магия полноценного среднего уровня с возможностью повышения до средне-ветеранского.

Но не обошлось и без сложностей.

Для того, чтобы создать технику требовалось внушительная концентрация и планомерное формирование в голове нужного результата, плюс необходимы были движения руками.

Вот только без последнего можно было обойтись, если имелся хороший контроль праны.

Таким образом Стас начал скрытно создавать технику, сконцентрировав прану до поры до времени в руках.

И когда удерживать технику уже не было никаких возможности…

— Техника земли! Гиблое болото! — по задумке Стас должен был хитро взмахнуть руками, наклониться и ударить ладонями в землю, но его движение оставило бы врагам пару мгновений на то, чтобы успеть среагировать.

Он не хотел давать им такой возможности.

Вместо этого его ноги провалились аж по пояс в землю из-за чего он практически мгновенно ударил по земле, активируя расширяющуюся волну изменений.

Протяжно заскрипев, окружающие деревья, кусты и даже просто камни покачнулись падая набок и начиная погружаться в резко потерявшую твердость почву.

Выглядело происходящее откровенно жутко. Будто мир разом «потек».

Примечателен был и масштаб техники. Учитывая ловкость и скорость воителей, Стас не поскупился на прану от чего под удар попала площадь аж в три-четыре сотни квадратных метров.

Даже если воители успевали инстинктивно оттолкнуться, они все равно падали на действующую технику. Попытки зацепиться за деревья ни к чему не приводили так как те еще быстрее уходили под землю, да и оторвать ноги от ставшей липкой почвы было не так-то просто.

А уж сила техники говорила сама за себя. За считанные секунды окружающая действительность превратилась в абсолютно ровное желто-серое плато. Все, что могло утонуть, утонуло. Это коснулось даже разнообразных земляных примесей от чего песок получил желтоватый оттенок.

Отчаянно кричавшие воины пытались вытащить себя из засасывающей их бездны, но получалось у них откровенно плохо, ведь в отличие от зыбучих песков, что мешали человеку выбраться и медленно утягивали его вниз из-за гравитации, техника Стаса еще и прилагала силу к этому.

Да, сила даже низших воителей была велика. От их ударов и дерганий ногами, когда они пытались выкопаться, целые куски земли разлетались во все стороны, но все без толку.

Теперь проигравших ждала медленная смерть от недостатка кислорода, ведь пропитанная праной земля их бы не выпустила.

Тем не менее кое-кто решительно не хотел умирать.

Мелькнула тень и на спину почти выбравшегося из западни наемника приземлился его командир.

— Ах ты су… — остаток речи был неразборчив, так как земля достигла рта неудачливого воителя.

Перед Стасом же оказался вполне себе живой противник!

«Ну хоть с низшими расправился», — саркастично подумал Ордынцев. Такие мысли же были из-за того, что праны у него осталось заметно меньше, а впереди предстоял серьезный бой.

«Эх, было бы намного проще, если бы не выбирался».

— Воздушный удар! — глаза землянина расширились пока он рыбкой не нырнул в землю. И сделал он это очень вовремя так как весь верхний слой почвы размололо и сдуло к черту на кулички.

Но в следующую секунду и воздушнику пришлось экстренно уходить в сторону, потому что копье Стаса пожелало немного поиграть в графа Дракулу.

Три тычка и уже Стас выпрыгнул из-под земли, если ее еще можно было так назвать. Теперь это было нечто вроде плохо просеянного песка.

— Техника воздуха! Секущий лист. — сжатая плоскость воздуха мало того, что чуть не отрезала Стасу ноги, не дав уйти на глубину, так еще и взорвалась, подбросив отрубленный и рассыпающийся кусок почвы вверх, прямо под меч противника, имеющий подозрительное дрожание воздуха вокруг клинка.

Ускорение и, проскользнув мимо клинка, который двумя слитными движениями расколол парящий в воздухе куб земли, Стас напитанным праной кулаком со всей силы врезал по голове врага.

Удар!

Воздушник успел напитать голову праной, поэтому отделался лишь ушибом, а не расколотой черепушкой, но его все равно сильно откинуло в сторону.

Вот только еще в воздухе он начал замедляться, а потом и вовсе поменял направление, сместившись вправо. И сделал он это не зря.

На том месте, где он должен был приземлиться, вырвались две каменные змеи, бессмысленно щелкнув клыками, схватив пустоту.

Это были обычные не модифицированные каменные змеи, так как у Стаса не было времени создать усиленную технику.

Стас цыкнул от разочарования, настороженно смотря на медленно опускающегося на землю парня.

Тот ответил таким же взглядом.

Бойцы в этой короткой, но яростной схватке сразу поняли, что их противник явно чего-то да стоит и очень опасен.

Вот только ни один из них не собирался отступать.

— Меня зовут Ичиро Авасаки, по прозвищу, Рассекающий. С кем мне довелось сражаться? — официально представился враг, соблюдя этикет.

Фамилия парня заставила Станислава стать еще серьезней. Боец великого клана — это не простой противник. Теперь было понятно, почему именно воздушные атаки. Кроме того, наличие прозвища еще один показатель его необычности.

Хоть Авасаки и не вступили официально в войну, но это не мешало им всюду совать свой нос, изо всех сил усложняя Сумада жизнь.

— Широ, по прозвищу Змей. Служу Сумада. — зачем-то пояснил он, увидев вытянувшееся лицо Ичиро.

— Признаться, я удивлен, — покачал он. — Я думал судьба столкнула меня с чистокровным Сумада и, скорее всего, из главной семьи… Хотя подожди, — Авасаки задумался, а у Стаса появилось нехорошее предчувствие. — Змей-Змей-Змей, а это не ты случаем сумел сбежать аж от двух драко…

— Нападай уже! — рыкнул Стас, прерывая Авасаки и, стиснув зубы от злости, принялся готовить эфирную технику змей. Он был сыт по горло этой необъяснимой глупостью.

Как же он был рад, что еще не все старейшины, которые его отправили на смерть, были мертвы. Для них он обязательно приготовит кое-что особенное.

— Как грубо. — прерванный воитель нахмурился, но не стал спорить.

Воздух вновь собрался у него за спиной, когда тот без слов активировал технику перемещения. В этом он был похож на Стаса, ведь Ордынцев тоже довел использование плавание под землей до автоматизма.

Воитель кинулись вперед одновременно, но первым спустил технику именно Авасаки. И это было кое-что из по-настоящему серьезной магии.

— Техника воздуха! Рассекающий ураган! — Авасаки глубоко вздохнул и резко выдохнул название техники и бушующую прану от чего окружающее пространство буквально взорвалось хаотичными завихрениями, которые рвали в клочья все, что попадалось им на пути.

Выглядело это до боли похожим на гигантский миксер.

Мало того, техника была столь сильна, что ее вихри проникали даже в землю, разрывая и там все на своем пути.

Но Стас был готов к чему-то подобному. Управление землей медленная способность, но и ее можно использовать творчески.

— Управление землей!

Прямо на пути движения Стаса вырос здоровенный трехметровый укрепленный куб земли, который, казалось, должен был послужить укрытием, но это было лишь началом.

— Техника земли! Толчок земли! — это была не совсем техника, просто прямое управление землей, к которому Стас привязал некоторые эмоции, упростив управление.

Ударная сила у нее была слаба, но вот зато мощь избыточна.

Огромный куб земли медленно поднялся и с тяжелым свистом полетел прямо на удивленного подобным Авасаки. Стас же следом запрыгнул на противоположную от воздушной техники плоскость куба и тут же крепко прикрепился к ней праной.

Мгновенно под ним, справа, слева и сверху пронеслись воздушные вихри, перемалывая деревья и траву в зелено-коричневую пасту.

Расчет Стаса был прост. Техникам подобным той, что выпустил Ичиро, требуется время, чтобы набрать инерцию и полностью развернуться. Если попасть под ее воздействие ближе к началу, последствия будут не столь тяжелыми.

Так и произошло.

Гудящий воздух по бокам стесывал куски камня, но для Стаса по центру оставалось более чем достаточно безопасного места.

Но даже так это был еще не конец.

Тяжело выдохнувший Авасаки, который потратил на эту технику немало праны спокойно шагнул в сторону, намереваясь пропустить куб земли мимо. Его в этот момент беспокоил лишь стоявший с другой стороны Широ.

Ичиро видел его благодаря сенсорике и не сильно волновался.

Вот только вырвавшиеся из падающей земли светящиеся подозрительным фиолетовым светом змеи заставили его поднапрячься, чтобы не сдохнуть в их удушающих объятиях.

Во все стороны рванули десятки воздушных техник, перемалывающие, как куб, так и змей, но часть из созданных рептилий посыпались на землю, избегнув первого удара.

С другой же стороны не отставал Стас.

Леви не соврала. У их противника и впрямь было чудовищное количество праны, как для среднего воителя. К счастью, он все же не был ветераном, но и обычным средним воителем его назвать язык бы не повернулся.

Круговерть боя, закрутилась не на жизнь, а насмерть.

Ордынцев больше не стеснялся использовать все, что он выучил и освоил за годы упорных тренировок.

Кровавый удар взрывал лезвия ветра и ветряные щиты. Проклятый туман заставлял Авасаки развеивать его мощными порывами ветра, чтобы расчистить поле боя.

То и дело, землянин нырял в землю, чтобы нанести неожиданный удар, но умение Ичиро его чувствовать заставляло Стаса немедленно выскакивать, чтобы не схлопотать воздушным взрывом под землей.

Все же скорость под землей у Ордынцев была хуже, чем на поверхности.

Авасаки, который, как уже давно понял Стас, явно был не простым бойцом, тоже приходилось непросто.

Ордынцев был очень хитрым, подлым и неудобным бойцом. Он редко нападал прямо, и зачастую каждая его атака была ловушкой, чтобы заманить врага под удар каменных змей, тумана, какой-нибудь резко выскочившей каменной подножки или чего-нибудь еще столь же неожиданного.

Как уже говорилось выше, Авасаки компенсировал умения Широ подавляющей мощью и внушительными объемами праны.

Однако вечно такой напряженный бой продолжаться не мог.

В какой-то момент запасы обоих воинов начали показывать дно. Плюс, как бы они не уворачивались, но несколько ран все же получили. Так, у Стаса была иссечена мелкими лезвиями левая рука, разрублен доспех на груди, благо кровь была остановлена, и разбиты в кровь губы, Ичиро же мог похвастаться несколькими колотыми ранами от клыков каменных змей на руках и ногах. Если бы не его аномальные запасы, он давно бы был высушен.

Тяжело дышащие воители устало застыли на перепаханной пустоши, которая тянулась на несколько сотен метров в любую сторону. Под ногами мягко пружинила перемолотая растительность или шелестел песок.

Стас еще раз успел использовать пожирающее болото, а Ичиро попытался его прихлопнуть рассекающим ураганом.

Как раз последняя техника очень заинтересовала Ордынцева. Видя, что Авасаки не собирается в ближайшее время нападать, он решил кое-что попробовать узнать.

— А что это за техника, рассекающий ураган? Первый раз о ней слышу, хоть и старался узнать о вашем клане побольше. — невинно уточнил Ордынцев, особо ничего не ожидая. Тем удивительней был ответ.

— Техника главной семьи. — как само собой разумеющееся пояснил Ичиро, не став задаваться.

После взаимных неудачных попыток друг друга убить между ними сложилось хрупкое взаимное уважение.

— Обычные бойцы клана к ней не имеют доступа.

— Оу, понимаю. — Стас кивнул. — Твое прозвище от нее пошло?

— Ага. Она у меня всегда получалась очень быстро и легко, — гордо улыбнулся Авасаки, но тут же стер улыбку. — Но теперь моя очередь спрашивать. Что за змеи? Вроде бы у вас есть техника червей, но о змеях я не слышал. Да и когда я не успел увернуться, они чуть ли не сожрали всю мою прану! Еле успел сбить.

— Личная разработка. Модификация техники червей, плюс родословная. — сказанное заставило Ичиро уважительно покивать.

— Я не вижу смысла нам дальше драться. — наконец произнес парень, требовательно смотря на Ордынцева.

— Полностью согласен. — решительно согласился Стас. Хоть землянин и понимал, что победа над этим Ичиром и будет очень показательна, так как он непростой клановый, но риск того не стоил.

Он мог бы попытаться что-то придумать с атакой затаившейся Левиафан, вот только даже так Ичиро мог с лёгкостью её убить.

А рисковать своей питомицей Стас не собирался.

— Тогда прощай, Широ Змей, битва с тобой была интересной. Надеюсь мы еще встретимся.

— Прощай, Ичиро Рассекающий, — буркнул Стас, после чего тихо прошептал. — А я надеюсь нет.

Уже ушедший довольно далеко Авасаки развернулся и хитро улыбнулся.

— Воздух все слышит.

Стас на это лишь сплюнул, вызвав еще один приступ смеха, правда заставивший улыбнуться и самого Ордынцева.

Оглядев случившееся вокруг опустошение, Стас должен был признать, что он постепенно все же вошел в список людей, чьи действия вполне себе способны немного менять рельеф местности.


Глава 24


— Вот значит, как, — Ио задумчиво перечитал свиток, отправленный личным порученцем Джишина. — А маленький дракон-то рвется в бой. Или его надоумил маленький хитрый змей? Хотя неважно, дракончик окружил себя, на удивление, компетентными людьми.

Младшему принцу требовалось большое дело. Нечто рискованное и впечатляющее, что в перспективе способно затмить даже достижения старшего брата. И, о чудо, у Ио как раз появилось нечто подпадающее под все вышеперечисленное.

В другой ситуации такая информация была бы почти полностью бесполезна, ведь риски были слишком велики, а времени на то, чтобы воспользоваться возможностью, решительно не хватало.

Проблема была и в том, что подобная авантюра попахивала откровенным безумием. Шансы принца умереть были чрезвычайно большими.

С другой стороны, если он все же преуспеет, это разом изменит общий итог войны.

Ио немного поколебался, но все же достал чистый свиток, расправил его и принялся аккуратно выводить послание.

В нем он сообщал принцу местоположение того, чего он хочет. Заодно он требовал уничтожить послание, так как в случае неудачи не хотел иметь к этому никакого отношения.

Все или ничего. Если Младший принц победит — он будет героем. Проиграет? Ответит по полной за все. Хотя Ио сомневался, что его получится призвать к ответу. С трупами это вообще сложно провернуть, если ты, конечно, не последователь запретных учений.

— Чуть не забыл. — Ио взял еще один свиток и заполнил миссию. Широ требуется оправдание, почему он вообще решил следовать за младшим принцем. Ведь официально они в ссоре и будет странно, если он решит помогать ему просто так. Дату в свитке он поставил сразу задним числом.

Глава теневого камня удовлетворенно кивнул и запечатал оба свитка сургучом.

Конечно, был риск, что он переоценил Джишина, но в его деле порой приходилось принимать тяжелые решения.

Будет печально, если его планы с противопоставлением младшего старшему закончатся даже не начавшись. Но лучше сейчас, чем, когда он вложит в это дело еще больше сил и средств.

Об одном скромном землянине Ио больше не думал. В тех масштабах, в которых он сейчас мыслил, судьбы обычных воителей и вовсе не учитывались.

* * *
— Как Минору? — поприветствовал Стас прибывшую Каэду. Одета та была в легкий доспех воителя без клановых знаков, просторный серый плащ с капюшоном и серую безликую маску, скрывающую все лицо кроме глаз.

— Я давно не видела, чтобы она так часто улыбалась, — пожала плечами ёкай, наклонившись и погладив вылезшую из-под земли Левиафан. Змейка благосклонно приняла поглаживания от духа девушки.

Встреча проходила за пределами лагеря Джишина, возле небольшого охотничьего домика, чтобы не было подозрений.

Да, теоретически принц по просьбе Ордынцева мог сделать для Каэды документы, чтобы к ней не было вопросов.

Но появление неучтенного, нового лица в военном лагере могло привести к появлению никому ненужных вопросов.

— А у тебя Широ-кун, как дела? Я хотела пойти с тобой, но Минору, как с цепи сорвалась. Говорит, одних иллюзий мало, — девушка надула губы. — Пришлось учиться. И я даже освоила кое-что новенькое!

— Не повезло наткнуться на среднего воителя, — ответил Стас, невольно притронувшись к груди, которая была в той битве вполне себе разрублена. Благо, не очень глубоко, и он смог остановить кровотечение.

— Ой, ты был ранен?! — Каэда бросилась вперед и внимательно начала осматривать Стаса. — Кто был тот мерзавец? Я его заставлю пожалеть о каждой пролитой капле крови моего любимого Широ-куна!

— Чистокровный Авасаки. Звали Ичиро. Если встретишь такого, будь настороже.

— Это один из великих кланов, вроде того, с которым ты сейчас имеешь дело? — задумалась Каэда, старательно припоминая расклад сил. Для духа девушки все воители были одинаковы, и она не очень верила, что Широ станет надолго связывать свою жизнь с каким-то кланом.

— Ага. Причем, судя по его силе, запасу праны, доспеху и манере держаться, он явно имеет какое-то отношение к правящей семье. Насколько знаю, у Авасаки такое же политическое управление, как и у Сумада. Однако, это мелочи, ты сказала, что чему-то научилась?

— Смотри. — отошедшая в сторону Каэда забавно нахмурила бровки и вытянула руку вперед. В следующую секунду лежащий в стороне камень размером с кулак взрослого человека буквально выстрелил в ее руку, но мгновенно остановился, не долетая до кожи пару сантиметров.

«Телекинез — это полезное умение». — не мог не оценить приём Стас. Отсутствие внешних эффектов делало его чрезвычайно опасным.

Каэда развернула руку и на этот раз оттолкнула камень, отчего он вылетел будто из пушки, глубоко уйдя в лесную подстилку.

— Пока я могу управлять лишь с одним объектом, но уже сильно увеличила массу. — похвасталась она. — Изначально это был камешек с мой палец.

— Молодец, — от похвалы Ордынцева она немного покраснела. — Твои умения скоро должны пригодится. Если все пройдет хорошо, то нам вскоре предстоит очень опасное задание. Поэтому продолжай тренировки и сопровождай меня пока этот момент не случится. Наша миссия очистка ближайших земель об бандитов и разрозненных групп слабых воителей.

— Ты же говорил про какого-то среднего…

Стас поморщился.

— Это, судя по всему, было исключение. Его явно тут не должно было быть.

— Поняла. Когда отправляемся?

— Завтра, — немного подумал Стас, посчитав, что ему еще стоит подготовить провизию.

— Тогда буду ждать тебя здесь. — Каэда махнула в сторону охотничьего домика.

* * *
Между написанием письма, его доставкой, ответом Ио и его отправкой обратно прошли две недели.

Стас честно следовал указанным в миссии тропам и выискивал притаившихся врагов. Особо лезть на рожон он не собирался. Хватило одной неожиданной встречи.

По большому счету, Ордынцев собирался лишь выполнять обязательный минимум. Он не видел смысла рисковать жизнью и лезть из кожи, ради Сумада, которые его за это наоборот будут хотеть убить, как выскочку.

Конечно, захватить или убить того же Ичиро ради будущего сильного зомби было интересно, но жизнь была все же важнее.

Если же вернуться к миссии, то Каэда очень сильно помогала в поисках так как ее чувство живых было даже сильнее, чем у Левиафан. Да и в бою она могла за себя постоять.

Ее новая способность телекинеза хоть и была довольно топорной, но обладала неплохой огневой мощностью.

Воители за это время попались всего несколько раз и, как и ожидалось, были низшими, поэтому проблем не возникло.

Более того, Стас постарался их убивать максимально аккуратно, чтобы не повредить тела. Затем он напитывал их небольшим, но достаточным для хранения количеством эфира и закапывал в небольших каменных гробах в различных памятных местах.

Это могло быть большое уродливое дерево, какая-нибудь пещера или вовсе поворот в город.

Эфир должен был защитить тела от гниения, а гробы от совсем уж отмороженных насекомых. Плюс камень лучше экранировал эфир.

Последним же Стас заинтересовался после того, как встретил конкурентов.

— Широ-Широ, а ведь это самые настоящие мертвители! — лихорадочно шептала Каэда, лежа рядом со Стасом, пока они на значительном расстоянии следили за грузившими тела на телеги и переносные ящики мертвителями.

Последние прямо на глазах у ошарашенных землянина и духа вырезали напавшую на них небольшую группу воителей отступников. В этом им помогали и выскочившие из товаров боевые мертвецы.

Последние думали, что напали на небольшой торговый караван, но они сильно ошибались.

— Знаю, тихо ты. — прошипел Стас, смотря как тела были умело закутаны в покрытую письменами ткань, а затем заставлены специальными ящиками. Туда же отправились и сражавшиеся ранее зомби.

— Я о них столько слышала от учителя.

— Не сомневаюсь.

«Торговый караван» как ни в чем не бывало двинулся дальше. По прикидкам Стаса здесь было минимум десяток мертвителей разной силы, плюс пара десятков обычных людей, которые, на удивление, служили презираемым всеми отщепенцам.

«Получается, мертвители специально кочуют по воюющим странам, собирая тела и даже убивая тех или иных сражающихся, если могут сохранить свою маскировку».

Ордынцев покачал головой. Этот мир сумел его немного удивить.

Увиденное также показывало, что человеческая жадность позволила мертвителям вполне себе вольготно существовать. Стас невольно вспомнил Роки, старшего слугу у Нобуноро Като, сына дайме. В то время он тоже вел дела с проклятым кланом.

Однако их охота не могла продолжаться вечно, ведь ответ Ио все же дошел до Джишина.

* * *
— Такого я уж точно не мог ожидать, — Джишин растерянно сидел возле столика и гипнотизировал свиток от Ио.

Рядом расположились задумчивые Стас, Кенсей и Шин. Ради такого момента принц даже забыл об их противоречиях, Ордынцев же сам не стал напоминать.

Никто не торопился говорить первым, так как вопрос был и впрямь очень серьезным.

— Этот ваш Ио хочет нас грохнуть, — протянул Кенсей, стукнув кончиком ножен по полу. — От объединенной армии Санса, Киатто и их наемников жалкая пара-тройка километров. Даже если там и впрямь будет не так уж и много охраны, останутся те, кто придет на встречу. И готов поставить свой меч на кон, они будут сильны.

— Но зато какая хорошая возможность, — возразил Шин. — Если мы сумеем помешать встрече, то создадим нашим противникам дикие проблемы.

— Если нас поймают, вот где будут проблемы, — недовольно хмыкнул Ордынцев. У Стаса чесалась шея, которая чувствовала ту петлю, в которую он собирался сунуть голову. — Если нас поймают, то это может инициировать войну раньше срока. И не между кем-то там, а прямиком между великими кланами.

Всеобщие взгляды невольно остановились на молчаливом Джишине.

Тот глубоко вздохнул и медленно выдохнул.

— Я считаю, что лучше возможности мы не придумаем. Армия моего брата уже почти подошла к позициям Санса. Ждать больше нельзя.

— Значит все же идем, — решительно подвел итог Кенсей. Ронин явно отпустил ситуацию, осознав, что пути назад нет. — Тогда надо решить кого брать.

— И впрямь, — Шин улыбнулся краешками губ. — Так как весь наш план завязан на скорости и неожиданной атаке, все, кто ниже среднего уровня, будут лишь помехами.

— Значит остается три десятка средних воителей и двое высших. — подхватил мысль Шина Кенсей.

— С последними будет труднее всего, — сразу обозначил проблему Джишин. — Они служат скорее моему отцу, чем мне. И их цель, защитить мою жизнь, а не выполнять сомнительные задачи. Они могут даже воспрепятствовать и не дать мне покинуть лагерь.

Кенсей кровожадно усмехнулся.

— Мы всего лишь должны заставить их пересмотреть свое мнение.

— Если все средние и высшие воители уйдут, лагерь останется фактически беззащитен перед любой серьезной атакой. Ни командиров высокого уровня, ни низового. Это будет резня. — спокойно отметил Стас.

— Значит стоит поспешить, — Кенсей хлопнул Стаса по плечу, после чего заговорщически наклонился вперед. — К тому же, как я слышал, один из участников встречи должен быть тебе хорошо знаком, разве нет? Уверен, ты не прочь с ним встретиться, но уже на своих условиях.

— Твоя правда. — змеиные глаза землянина мрачно сверкнули. — Теперь все будет иначе.

* * *
Высшие воители, Рио и Ноки, ничего не подозревая, спокойно принимали пищу, когда Рио насторожился и дал знак своему другу отставить палочки в сторону.

Если Ноки специализировался на ближнем бое и был довольно толстокож, то вот Рио развил в себе кое-какие навыки сенсора.

Пропустить же подходящую к ним толпу из пары десятков воителей было сложно. Единственное, что успокаивало, это то, что Рио узнал прану Джишина и еще нескольких других людей.

Однако высшего смущало отсутствие предупреждения о намечающейся миссии.

Почему их предупредили последними?

Стоило же им выйти, как ситуация не стала понятней.

Стоявшие перед ними бойцы были в полном боевом снаряжении и словно были готовы отправиться на войну прямо сейчас.

Напрягали и максимально серьезные взгляды, как средних воителей, так и принца. Конечно, Рио и Ноки должно было хватить, чтобы отбиться даже от такого количества бойцов. А при некотором риске даже победить.

Но в чем причина подобного отношения?! Совет счел их предателями?! В таком случае он бы не отправил так мало сил.

Принц сделал шаг вперед.

— Рио, Ноки, — тон Джишина был сух. За его спиной стояли верные ему бойцы. — Я получил сведения о скорой важной политической встрече наших противников. Если мы им помешаем, это изменит исход войны. Встреча произойдет всего в паре километров от армии Санса. Я собираюсь прямо сейчас отправиться туда и помешать ей случится.

Высшие воители растерянно переглянулись. Ноки, привычно заговорил, пока Рио дал ему право говорить за обоих.

— Джишин-сан, о чем вы говорите? Нам пока не поступало никакой команды о наступлении.

— Это мое собственное решение.

— Подождите, — Ноки нахмурился, вспомнив, что говорил принц. — Вы говорите пара километров? Это очень мало! Вы подвергнете свою жизнь неоправданному риску. Требуется уточнить у верховного главнокомандующего, Горо-самы…

— Нет, — отрезал Джишин, смотря на говорившего с ним высшего воителя «сверху вниз». — Я прямо сейчас отправляюсь на эту встречу, так как у нас осталось не так много времени. И пойду я с вами или без вас.

— Джишин-сан! — возмутился даже молчаливый Рио. — Мы не можем позволить вам так поступить. Нам приказано вас защищать, и ваша идея несет лишь вред. Кто будет командовать армией в ваше отсутствие?

— Защищайтесь, — по знаку Джишина десятки клинков были вынуты из ножен. Однако если приглядеться, было видно, что многие из воителей очень бледны и обливаются потом.

Все здесь собравшиеся были исключительно средними воителями и хоть их было много, но противостоять аж двум высшим… Это было почти самоубийством.

— Принц, одумайтесь! — воскликнул Ноки, беря разговор в свои руки. Высшие заметно напряглись. Их руки легли на собственные рукояти клинков. — Вам ни за что нас не победить. А даже если вы и преуспеете, то у вас не хватит сил идти дальше.

— Мне все равно, — Джишин глядел прямо в глаза Ноки. — Я или пойду дальше, а вы присоединитесь ко мне, или я погибну здесь от ваших мечей, а затем мой отец убьет вас.

Кенсей отрывисто засмеялся, покачав двуручным мечом и смотря на происходящее горящим взглядом.

Стас был уверен, что стоявший рядом с ним ронин получает огромное удовольствие от всего происходящего. Ордынцеву же происходящее нравилось куда меньше.

Высшие бессильно переглянулись. Их выбор был очень невелик.

— Мы… Мы последуем за вами, Джишин-сан, чтобы защищать вашу жизнь, — скрипнул зубами Ноки, Рио лишь недовольно кивнул. — Но вы понимаете, что Горо-саме это может не понравится?

— Все или ничего, Ноки-сан, — уже спокойней ответил принц, давая знак убрать мечи в ножны. — Сегодня мы обязаны вернуться с победой. Или не вернуться вовсе. Помните об этом.

Высшие воители мрачно кивнули и вошли в колонну бойцов. Вокруг них тут же появилось значительное пустое место. Никто не хотел стоять рядом со злым высшим воителем.

— Бойцы! — Джишин развернулся и оглядел свое воинство. Позади на все происходящее смотрели сотни глаз обычных воителей. — Нам предстоит тяжелый путь и сразу за ним тяжелое сражение. Затем же, пока противник не опомнился, нам предстоит путь назад.

Он сделал паузу, оценив решительное настроение бойцов.

— Вам были выданы восстанавливающие прану таблетки. Вы воспользуетесь ими, когда мы будем подходить к цели. Тем не менее, если вы не сможете бежать даже так… Вы знаете, что делать. Однако я хочу сказать, что если мы преуспеем, то ваши имена запомнят все на этой войне. Так давайте же сделаем это!

— Хай!

«Я слышал речи и позажигательнее, но для местных сойдет».

— Вперед!




Глава 25


Джиробу Санса раздраженно оглядел окруживший поляну лес. Несмотря на то, что прана была в его теле сильна, как никогда, но вот само тело уже начало постепенно подводить.

Шестьдесят восемь лет, слишком большой возраст даже для такого могучего воителя, как он. К сожалению, он не мог бросить клан в такое тяжелое время.

Все шло далеко не так, как планировалось изначально.

Санса и Киатто должны были хорошо потрепать Сумада, в то время как Авасаки обязаны были навалиться на них с другой стороны.

Джиробу не сильно волновало, что они, скорее всего, инициировали бы Мировую войну. Старейшина считал, что лучше прыгнуть в эту бездну на своих условиях, чем, когда тебя и клан втянут вместе со всеми.

Вот только все пошло почти сразу не так.

Авасаки пришлось отвлечься на расположившихся с другой стороны Хизору, великий клан огня. Между из союзниками и союзниками Хизору возникли трения и Авасаки оставили Санса сражаться самим с великим кланом.

Одно это заставляло Джиробу хотеть вырвать им глаза, приготовить из них похлебку и скормить им ее насильно.

Словно этого было мало, единственная успешная акция с поимкой младшего сына нынешнего главы клана Сумада с треском провалилась, закончившись невероятной неразберихой и потерями.

Дайме Хюго сыпал на них бесконечные обвинения и если бы не тяжелая война, уже отдал бы приказ своим самураям напасть на них самих.

Когда же Авасаки решили проблемы и все-таки обратили свое внимание на Санса и Киатто было уже поздно. Оба клана, как и их страна лежали в руинах. Глава Санса в одной из битв был убит, как и его наследник, поэтому Джиробу пришлось неохотно брать на себя эту роль.

Он был слишком стар, но лучше него кандидатур просто не было. Остатки клана раздирали противоречия, Киатто, чувствуя сжимающуюся ловушку, бесились, словно дикие звери, почти не желая никого слушать.

Лишь благодаря силе и авторитету у Джиробу получилось организовать Киатто хоть во что-то серьезное, но особых надежд на них уже не было.

Многие из Санса и Киатто предпочли и вовсе сбежать, как трусы, спасая свои жизни.

Тем не менее, даже не смотря на свой возраст, старик все же был силен. Высший воитель, чьи запасы праны позволяли творить настоящий апокалипсис на поле боя. В этом плане его физическое состояние было уже не столь важным, ведь прана была все так же могущественна.

Помощь Авасаки через союзные им кланы и деньги помогла нанять наёмников, воителей-отступников и сдержать наступление Сумада. Но как бы они не старались полностью его остановить не вышло.

Джиробу отлично понимал, что в глазах Авасаки он и его люди являются расходным материалом, единственная цель которого тратить ресурсы Сумада в бессмысленной бойне, ослабляя их перед будущей большой войной.

Теперь же он должен был окончательно плюнуть на остатки своей гордости и вымаливать у предавших их людей снисхождение и спасение.

Ведь несмотря на всю оказанную им помощь, официально Санса и Киатто были сами по себе. Авасаки так и не объявили их своими союзниками.

И на данный момент они даже тянули со спасением остатков проигравших кланов, делая вид, что не понимают, чего Санса от них хотят.

Зато Джиробу очень хорошо понимал.

Авасаки хотели, чтобы Санса и Киатто стали не просто одним из союзных кланов, а полностью потеряли свою свободу, став несколькими подчиненными семьями.

Фактически, слугами!

И там не надо было долго думать, чтобы понять, что их собираются разделить и отнять даже призрачную надежду на свободу.

Именно поэтому встреча была назначена вдалеке от лагеря, так как официальный представитель Авасаки пока что не хотел светить свое лицо.

И Джиробу обязан был склонить голову и принять любые, даже самые унизительные требования.

На эту встречу он был вынужден прийти лишь с одним сопровождающим. Это должен был быть человек, которому он мог полностью доверять и который не стал бы рассказывать о том, что здесь произойдет.

Выбор пал на Зуко, одного из немногих выживших высших воителей Санса. Этот парень был неплохим бойцом и ему сопутствовала удача. Иначе он бы не дожил до этого момента. Он был повышен до звания во время войны и хоть он проигрывал опытным воителям, но для своих тридцати был неплох.

Впереди показались четыре фигуры, лениво идущих по немного опавшей листве. В данный момент была осень. А так как в этом мире различие между временами года было минимальным, то деревья не сбрасывали полностью листву. Различия чувствовались в количестве осадков. Зимой и осенью их было намного больше.

Джиробу прищурился. Первый из идущих был ему знаком. Мидочи Авасаки — высокомерный посол великого клана воздуха. В его глазах Санса даже в первую их встречу были ничем иным, как слугами.

«И теперь мне придется это признать». — горько подумал старик: «Как жаль, что я дожил до этого времени».

Одежда и броня посла имела несколько вариаций синего и голубого. Так, Авасаки показывали свою близость к воздуху и небу. Примечательно, что союзным им кланам и подчиненным семьям позволялось одевать в разы меньше этих цветов. А если и было дозволение, то яркость цветов сильно занижали.

Сам Мидочи кроме того, что являлся высшим воителем, еще был двоюродным братом главы клана Авасаки.

За исключением посла имелся еще один высший воитель. Последних в мире не так много, поэтому их имена и заслуги так или иначе нас слуху.

Фуджи Сору — пример того, что благодаря силе при удаче можно подняться на самый верх даже в этом мире. Член подчиненного Авасаки клана Сору. Благодаря уникальном сродству с ветром поднялся сначала до службы клану покровителей напрямую, а затем стал служить и высшим чинам Авасаки, как телохранитель.

Опасно выглядящий черноволосый мужчина с длинными волосами и стальной налобной пластиной внимательно осмотрел окрестности.

Двое других бойцов не заинтересовали Джиробу совершенно. Обычные средние воители, выполняющие роль порученцев и даже обычных грузчиков.

Там, где разговаривают высшие, средние могут лишь молчать.

— Рад вас приветствовать, Мидочи-сан. — Джиробу немного поклонился, приветствуя посла и мысленно скривился отметив, что Авасаки даже не изобразил попытку ответить поклоном. Более того, он немного скривился на «сан». В глазах посла Санса уже должен был обращаться к нему «сама».

Нынешнему главе Санса захотелось забить это выражение лица ему же в глотку, но он в который раз сдержался.

— Вы просили о встрече, — с достоинством высказался Авасаки. — Мы уже предоставили вам всю возможную помощь. К чему такая срочность? Что вы еще хотите у нас просить? Уж простите, но еще и сражаться с Сумада мы пока не планируем.

«Как будто ты не знаешь высокомерный мерзавец. Ты хочешь, чтобы я сказал это лично и прямо. Будь ты проклят».

— Я хочу вас попросить о спасении моего клана. — слова тяжело рухнули вниз гранитными плитами. Джиробу униженно опустил голову, позволяя увидеть свою лысину.

— Это очень серьезная просьба. Если мы вмешаемся, это заставит нас выступить против Сумада. А как вам известно, в данный момент мы боремся с огненными Хизору, — усмехнулся Мидочи. — Но на ваше счастье я готов обговорить с вами условия. Конечно, вы должны понимать, что даже о союзном договоре речи уже не идет?

— Я… Я понимаю, — Джиробу было почти физически больно, но он не видел другого способа спасти свой клан. — Я готов слушать.

— Превосходно. — посол, даже не скрываясь, потер руки в предвкушении. — Тогда первыми пунктами пойдут… — он резко замолчал и повернул голову в сторону леса. — Эти приближающиеся люди ваши?

— Нет, — глаза Джиробу сузились. — Это не мои люди!

Взрыв!

Стас и компания прекрасно понимали, что так как на встречу придут немногие, значит, каждый из присутствующих будет максимально силен.

По прикидкам выходило, что их ждет от двух до шести воителей. В последнем случае у нападающих почти что не было шансов не то, что на победу, но и на просто побег.

К счастью, противников высшего уровня было всего четыре. Но даже так это было очень много. Двоих могла взять охрана Джишина, но осталось бы еще двое.

Поэтому по плану требовалось решить эту проблему, уравняв шансы.

Защитные техники вспыхнули, разрезая воздух. Собравшимся здесь людям не требовались слова, чтобы управлять своей праной.

Вокруг Мидочи Авасаки и Фуджи Сору закрутился воздушные смерчи, формируя выпуклые стенки щитов. Джиробу, как Санса тяготел в сторону яда, но кроме этой стихии они неплохо управляли и водой.

Пятьдесят процентов яда и пятьдесят воды, шипастая стена зеленоватой первородной стихии окружила старика, оставив бойницы, чтобы он наблюдал за полем боя.

Но все приготовления высших оказались бессмысленными, ведь в них не прилетело ни одной атаки.

Удар двух высших воителей и мчавшихся за ними самых быстрых средних пришелся конкретно на охранника Джиробу Санса.

Зуко среагировал мгновенно. Кислота окружила его начинающим твердеть водяным панцирем, но проблема была в том, что у него было слишком много противников, и они не были обычными людьми.

Летящий на бешеной скорости острый каменный цилиндр прорвался сквозь защитный барьер и застрял, наполовину уйдя в преграду, чтобы в следующую секунду резко взорваться, посылая во все стороны острые и невероятно прочные пластинки, режущие все на своем пути.

Как оказалось, цилиндр состоял из тысяч мелких пластинок, удерживаемых вместе лишь волей высшего. Это чем-то напоминало картечные танковые снаряды, конечно, с местной спецификой.

Но даже в таких обстоятельствах в паре сантиметров от Зуко возникла еще одна техника воды. Быстро дрожащие переплетающиеся друг с другом капли, задержали смертоносные пластины, разломав их на куски.

Санса уже планировал восстановить свою оборону, но в то же мгновение до того, как его первая защитная техника восстановилась внутрь скользнул второй воитель.

Рио и Ноки являлись спаянным войной и смертью дуэтом высших воителей, который умел реагировать на действия друг друга с минимальной задержкой.

Это было страшная машина убийств. Практически существо о двух головах и восьми конечностях способное биться словно единое целое с удивительным единством.

Пластины снайперской техники Рио еще не успели окончательно упасть, как сквозь затягивающееся отверстие в кислоте и втек Ноки.

— Техника сокрушения каменного бога! — это была сложная техника уровня высших воителей владеющих каменной стихией, относящаяся к средне ближнему бою.

Слова напитанного праной под завязку тела почти протянулись в пространстве так быстро они были сказаны.

А в следующую секунду покрывшиеся камнем руки врезались в дрожащие капли воды, окружившие Зуко.

Если бы кто-то успел замедлить время в пару сотен раз, то мог бы наблюдать, как от каменной подложки на кулаках Ноки начали расти тоненькие шипы, которые достигнув длины в пару сантиметров, немедленно давали еще два побега в правую и левую стороны. А на каждом новом «побеге» вновь вырастало еще по два шипа.

А так как скорость этого фрактального роста было немыслимо быстрой, а шипы невообразимо крепкими, то все, что люди могли увидеть, это взрыв черной бурлящей и закручивающейся каменной массы, которая поглотила ахнувшего Зуко и продолжила свое движение в сторону рядом стоявшего главы Санса

Вот только Джиробу не собирался умирать вместе со своим охранником.

Никто не понял, что он сделал, однако ползущие в его стороны фракталы принялись расти внутрь себя, тут же разрушая получившиеся конструкции. Дикий треск и визг, пронесся по лесам, а вниз посыпались целые потоки пыли.

«Вот и кончилась удача Зуко», — мрачно подумал Джиробу, разгоняя прану по телу и с неудовольствием чувствуя, что его мышцы отнюдь не так хорошо реагируют на струящуюся по его телу силу.

Когда каменная техника рассыпалась от Зуко остались лишь мелкие обломки доспехов и целые ручьи крови с мелко перемолотым мясом.

Но натиск и не думал ослабевать. Единственный шанс на успех у нападающих был в скорости, и они не собирались его тратить зазря.

Десятки средних воителей, которые все же догнали высших, выметнулись из леса и немедленно обрушили на Авасаки поток своих лучших техник, вынуждая последних вновь защищаться.

Вот только на то они были и высшими, чтобы делать сразу два действия. В их руках уже начали зарождаться воздушные техники, что внесли бы смятение и ужас в ряды средних воителей, но в ту же секунду им пришлось развеивать их, чтобы принять удар Ноки и Рио.

Каждый из Сумада взял на себя одного врага, заняв его боем.

Между высшими завязалась яростная битва, где никто не хотел отступать ни на шаг.

Оставшиеся же без дела средние воители постоянно перемещались, оказывая внешнюю поддержку, атакуя в те моменты, когда Авасаки замирали хоть на секунду, лишая их передышки.

— Вон значит, как, — тяжелым тоном проговорил Джиробу, смерив стоявших перед собой четырех воителей.

Внезапной атаки по лидеру Санса не вышло, поэтому Стас и остальные медленно подходили к стоящему спокойно главе Санса. Вокруг него тихо колыхался яд, но никаких атакующих техник так и не вылетело. И такое странное поведение старика их изрядно нервировало, вынуждая искать в каждом клочке земли ловушку.

Джишин, Стас Ордынцев, Кенсей и Шин — каждый из них неторопливо обходил Джиробу по кругу. Рядом шел ближний бой между высшими воителями, но ни один из четырех не делал резких движений, намереваясь подобрать лучшую позицию.

Шин был одет в серые доспехи, Стас в зеленые, Джишин в коричневые, а Кенсей в красные. Единственное, что у них всех было общее — знак Сумада на спине и груди.

В это время Каэда была среди средних воителей, атакующих Авасаки. Тем не менее, это было лишь прикрытием. Она терпеливо ждала момента, когда Джиробу откроется, чтобы помочь Широ.

Взгляды Станислава и Джиробу встретились и хоть Ордынцев был в маске, но на лице старика появилось узнавание. А может дело было, в том, что глава Санса уже ранее слышал о некоем Широ или только сейчас провел параллели.

Взгляд землянина горел холодным пламенем. Стас не забыл те унижения и возможности умереть, которые ему щедро отсыпали Санса при их первой встрече.

Умирать от недостатка кислорода — неприятная смерть, которую Ордынцев намеривался вернуть с довеском. Остался должок и к Гокку Санса, сыну Джиробу.

Вот только Стаса очень беспокоило пассивное поведение его противника. Он помнил тогда еще старейшину, как резкого, жесткого и довольно прямолинейного человека. Просто так стоять и ничего не делать, было не в его характере.

Сам же Джиробу глубоко вздохнул, почувствовав странную легкость. Он не ощущал того гнева и ярости, которые, по идеи, должны были быть с ним.

Старик не просто воевал всю сознательную жизнь, он жил войной. Его отец взял тогда еще маленького семилетнего Джиро на поле боя, чтобы показать ему ужасы войны. В восемь лет он убил первого человека, а в тринадцать забрал жизнь такого же, как и он низшего воителя.

Годы шли и они, поколение прошлой мировой войны, начали исчезать. Им на смену пришли бойцы, которых воспитывали уже не так строго.

Для него наблюдать, как в настоящее время шестнадцатилетние парни первый раз идут на миссии, было странно, но он ничего не делал, хоть иногда позволял себе немного побрюзжать.

Старик много думал над этим. Ему казалось, что дух тех великих, яростных Санса постепенно уходил из их потомков. Но он успокаивал себя тем, что сейчас просто иное время.

Однако, вот, они уже на грани даже не уничтожения, а порабощения. Могли ли Санса прошлого до такого докатиться?

Что бы они сказали о своих потомках?

Джиробу очень хорошо знал ответ. Санса прошлого предпочли бы смерть столь позорному существованию. Хоть Санса и не были никогда великим кланом, но с их наличием считались даже последние.

Так не лучше ли было благородно умереть в последней битве, дав звезде Санса в последний раз ярко вспыхнуть, чем медленно и печально тлеть, пока тьма не опустится окончательно?

К чему эти вымаливания у сильных сего мира шанса на такую жизнь? Он был против сдачи, но его убедили и, глядя в глаза своих умоляющих родственников, Джиробу пошел против всего во что верил и что знал.

Он сумел на время убедить себя, что поступает правильно. Скрыть этот горький вкус гнили на языке.

Но появление Сумада вновь разрушило эту иллюзию. Глядя на бойцов великого клана, старик видел тех, кто носил имя воителей по праву.

Этот мир принадлежит сильным, так почему же он упорно не дает умереть тому, что уже и так мертво?

Ради детских слез или просьб женщин? Так Джиробу это никогда особо не трогало.

«Старею, раз сумел дать соклановцам задурить себе голову. Сердце главы воителей не должно знать жалости».

Именно поэтому Джиробу почти не чувствовал ненависти. На секунду его сознанию открылась вся ирония ситуации, в которой жизнь одного случайного целителя оказала столь решительную роль в судьбе пары великих кланов, обычных кланов и даже коснулось таких людей, как семья дайме Хюго.

«Если твоя судьба столь сильна», — Джиробу смотрел прямо в змеиные глаза своего оппонента: «Значит тебе и впрямь решать, что будет дальше. Если ты выживешь и победишь, то закончишь то, что начал, и мой клан умрет. Умрешь ты? Значит, твоя судьба закончится здесь и мой клан будет жить».

Взгляд Джиробу вернул твердость, и старик еще крепче сжал катану приготовившись к драке. Вокруг ударила жажда крови, сорвав листья с окружающих деревьев.

Старый волк бросал вызов окружившим его молодым волкам.

Стас и остальные на мгновение замерли, а затем одновременно бросились вперед, занося оружие и формируя свои лучшие техники.

Бой за право Санса существовать и исход войны начался.





Конец четвертой книги





Оглавление

  • Глава 1
  • Глава 2
  • Глава 3
  • Глава 4
  • Глава 5
  • Глава 6
  • Глава 7
  • Глава 8
  • Глава 9
  • Глава 10
  • Глава 11
  • Глава 12
  • Глава 13
  • Глава 14
  • Глава 15
  • Глава 16
  • Глава 17
  • Глава 18
  • Глава 19
  • Глава 20
  • Глава 21
  • Глава 22
  • Глава 23
  • Глава 24
  • Глава 25