КулЛиб электронная библиотека
Всего книг - 585517 томов
Объем библиотеки - 883 Гб.
Всего авторов - 233672
Пользователей - 107443

Впечатления

Wapentake-Lokki про Аккерман: 2034: Роман о следующей мировой войне (Научная Фантастика)

сплошные сопли..да ещё непонятно какие-такие еХсперты описывали военную составляющую книги..по уровню так школота по ГУГЛила

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
DXBCKT про Голодный: Ядерный скальпель (Альтернативная история)

Как и многие «комментаторы» я несколько начинаю «убавлять свой пыл» ... И не то что бы данная вещь была так уж плоха... Просто (в отличие) от «нереально жизненной» первой части — здесь получился некий «боевичок-середячок» в стиле (не будь он упомянут к ночи)) тов.Поселягина (с его «Дитем» и прочими творениями) в которых он практически в каждой книге (так или иначе) но ОБЯЗАТЕЛЬНО «подрывает главную достопримечательность» Лондона))

И не

подробнее ...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
DXBCKT про Голодный: Право на смерть. Ярче тысячи солнц (Боевая фантастика)

Вторая часть определенно получилась одновременно и лучше и хуже... Лучше — потому что, весь «расслабон» (второй части первой книги) наконец-то заканчивается и весь стиль данной книги так и хочется назвать: «Стальная крыса идет в армию»))

Хуже — потому что «первоначальные таланты» ГГ настолько «широко раскрываются» что вот (казалось бы среднестатистический майор) применяет свои (типа забытые) навыки (имеющие отношении к «главной

подробнее ...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
DXBCKT про Голодный: Без права на жизнь (Боевая фантастика)

Сначала я не очень хотел читать данный цикл... Исходя «из опыта» чтения данного издательства я предвидел лишь очередной постапокалиптичный боевик (в стиле А.Конторовича «Выжженая земля», А.Рыбакова «Три кольца», Б.Громов «Терский фронт», «Эпоха мертвых» и т.п). А поскольку данная тема была уже знакома, читать ее очередной «клон» как то большого энтузиазма не было...

Но — время идет, ничего лучшего (на данный момент) я так и не нашел...

подробнее ...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Shcola про Мартынов: Каллисто (Научная Фантастика)

Замечательная и легкая в прочтении книга.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
poruchik_xyz про Абрамов: Справочник молодого литейщика.— 3-е изд., перераб. и доп. (Учебники и пособия для среднего и специального образования)

Суперкнига! Для студентов соответствующего профиля - вещь незаменимая!

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
Lyusten про Винокуров: Начало (Боевая фантастика)

Какойто детский бред напополам с матами. Дальше пары десятков страниц ниасилил.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).

Под небом чужой звезды [Мила Сербинова] (fb2) читать онлайн

- Под небом чужой звезды [СИ] 745 Кб, 164с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) (скачать исправленную) - Мила Сербинова

Настройки текста:



Мила Сербинова Под небом чужой звезды

Любовь бежит от тех, кто гонится за нею,

А тем, кто прочь бежит, кидается на шею

Вильям Шекспир

I

Артем всю жизнь мечтал вырваться из капкана родительской заботы и начать жить самостоятельно. Сейчас, рассекая ластами воду над покрытым коралловыми лесами песчаным дном Красного моря, он впервые почувствовал себя свободным. От сухопутного мира с его бесконечными правилами и удушающими требованиями Артема отделяли тысячи кубометров воды. Вокруг мелькали маленькие полосатые, черно-белые, золотые и перламутровые рыбки, кто-то притаился в коралловых зарослях, поджидая легкомысленную добычу, а одинокое страшилище мурена с важным видом инспектировала свои охотничьи угодья. Вдали, как подводная лодка, грациозно проплыла огромная черепаха.

– Вот кто настоящий гордый одинокий морской странник, – с восхищением подумал Артем, глядя на черепаху.

Сегодня акул не было видно, но вчера он встретил пару небольших зубастых убийц, державших в страхе всех обитателей кораллового рифа.

– Вот бы стать вольным жителем подводного мира, как Ихтиандр! – мечтательно улыбнувшись, подумал Артем. – Здесь не жужжит бесконечными нотациями и упреками отец, не лезет со своей показной заботой мама, не достает злыми шутками старший брат Витька, и даже нет вечно названивающей Марианны с повадками опытного орнитолога, мечтающего меня навеки окольцевать. Здесь тишина и спокойствие, хотя…

Через иллюминатор маски Артем с детским любопытством наблюдал за кипящей страстями жизнью молчаливого подводного мира. Он невольно провел параллель с миром надводным. Здесь все также, как и наверху, все развивается по тем же законам. Крупная хищная рыба безмерно хозяйничает в своем водоеме, а вокруг снуют желающие ей угодить, но не стать ее обедом, пугливые мелкие рыбешки. Кто-то мудро зарылся с головой в песок, поджидая близорукую добычу, а другие, умирая от страха, пытаются при этом кого-то обмануть и напугать своим кричаще-ярким окрасом. Хищники нехотя учатся сосуществовать друг с другом, а мелкая, всеми любимая за хороший вкус рыбешка, надеется перехитрить судьбу и выжить, сбиваясь в неуловимо-быстрые веселые компании. Но, что самое завораживающее – это абсолютное безмолвие всех участников пищевой цепи.

– Точно, как у отца в компании! Ха-ха-ха! – подумал Артем, выпустив взлетевшую вверх дорожку пузырей.

Вволю насмотревшись на подводное царство, Артем медленно всплыл на поверхность безмятежно спокойного в этот день Красного моря и нехотя погреб к берегу. Как же он не хотел снова встретиться лицом к лицу со своим братом Виктором. Старший брат Артема, в отличие от сумасбродного, с точки зрения родителей, младшего сына являлся их воплощенной мечтой об идеальном сыне. Виктору недавно исполнилось тридцать пять лет. Напыщенное празднование юбилея в Москве он решил продолжить в одиночестве на земле Древних фараонов, но отец настоял на том, чтобы он взял с собой в Египет и Артема.

– Пусть пацан немного проветрится, а то у него совсем мозги набекрень съехали в последнее время. То он на экономиста не желает учиться, а собирается поступать на филологический факультет, то хочет стать музыкантом и бренчать на своей дурацкой гитаре по ночным клубам. Кем он станет? Учительницей русского языка и литературы? А, может, как шут, будет скакать с гитарой по сцене на потеху толпе? Только этого не хватало! Витя, возьми его с собой, научи уму-разуму, – настойчиво потребовал Геннадий Николаевич. – Витя, ты поговори с ним по-мужски, пообщайся с братом! Пусть он от тебя хоть чему-то дельному научится. Стань для него примером во всем. Ты понимаешь, о чем я?

– Да, понял я, понял! – с досадой ответил Виктор. – Нужно стать для Арчи нянькой и авторитетом. Что же тут непонятного! Хм… Всю жизнь об этом мечтал!

Виктор всегда считал младшего брата чудиком не от мира сего, но с отцом запрещено было спорить. Он всегда прав, а его решения – закон. Виктор вторую неделю отдыхал с братом на египетском курорте, но Артем все время куда-то исчезал.

– Пляж, море, солнце, вокруг столько телочек, а этот придурок ныряет с аквалангом и смотрит на рыб, – усмехнулся Виктор, глядя на подплывающего к берегу Артема. – Пацан младше меня всего-то на шестнадцать лет, а ведет себя как школьник. Круглый идиот! Уж я-то в его возрасте хорошо знал, чего хочу в жизни и как клеить телочек.

Сам Виктор не терял времени зря. Каждый день новая девочка, море выпивки и роскошные морские деликатесы на обед. Ради такого отдыха вдали от семьи можно даже потерпеть рядом дурачка Арчи, как все называли Артема. По общему мнению, Виктор являлся успешным бизнесменом и обладал акульей деловой хваткой. В строительной компании АО «На/Строй» Виктор занимал пост коммерческого директора, но, по сути, являлся заместителем генерального директора, то есть собственного отца.

Геннадий Николаевич Горчив знал, что рано или поздно его строительная корпорация перейдет в руки Виктора, хотя пока и не собирался освобождать директорское кресло. Его беспокоил младший сын со своими странными фантазиями и полным нежеланием вникать в семейный бизнес. Иногда он смотрел на неприлично веселого, куда-то бегущего с гитарой за спиной Артема и с трудом верил, что это его сын. Да и внешне мальчик не был похож ни на отца, ни на мать. Слишком жгучий брюнет с горящими черными глазами отдаленно напоминал разве что деда Геннадия Николаевича, болгарина Виктора с его знойными турецкими корнями

– Эх, горе ты мое, – полушутя говорил Геннадий, глядя на своего младшего сына. – Что-то ты слишком веселый. С нашей-то фамилией…

Геннадий так шутил, хотя чувство юмора точно не было его сильной стороной. Он искренне полагал, что сама их фамилия Горчив, переводившаяся с болгарского, как Горький, не располагает к веселью, а напротив, должна настраивать всех ее носителей на серьезный лад. Втайне от всех отец Артема даже сделал ДНК-тест. Хотя Геннадию не в чем было упрекнуть свою надменную, влюбленную в собственное зеркальное отражение супругу, он не понимал, откуда вся эта романтическая чушь появилась в голове Артема. Все эти стишки, песенки под гитару и нежелание жениться на умнице-красавице Марианне – дочери его делового партнера, очень уважаемого человека, Егора Дмитриевича Шахтинского. Вся надежда на то, что его младший сын возьмется за ум и станет нормальным человеком, возлагалась на Виктора.

– Ну что, дельфин-переросток, насмотрелся на морское дно? – иронично подтрунивал Виктор над вынырнувшим из воды братом. – Ты бы там хоть русалку себе нашел, что ли!

– Зря прикалываешься, Витек! Видел бы ты, какая там красота на дне! – ничуть не обидевшись, весело ответил Артем.

– Нет уж, брат! Я смотал от жены не для того, чтобы на рыб любоваться! – рассмеялся Виктор. – Лучше посмотри на этих цыпочек! Они с нас глаз не сводят, так и ждут, чтобы мы ими занялись. Мне особенно нравится та, смугленькая, хотя, если хочешь, забирай ее себе, а я найду что-нибудь получше. Ха-ха-ха!

– Фу, какой ты циничный! – воскликнул Артем и тоже рассмеялся.

– А ты недобитый романтик! – не остался в долгу Виктор.

– Я мечтаю найти свою любовь, а мне пока встречаются лишь бездушные куклы, которых заводит только шуршание купюр, – вздохнул Артем, стягивая с себя акваланг и костюм для подводного плавания. – Неужели на свете не осталось нормальных девушек, которые верят в любовь?

Весело щебетавшие девушки в шезлонгах, стоявших неподалеку, с восхищением уставились на накаченного загоревшего парня с заветными кубиками на прессе. Артем много занимался спортом, плавал, как дельфин, увлекался серфингом и дайвингом, но его главной страстью являлась музыка. Артем в свои девятнадцать лет странным образом сочетал в себе подростковый максимализм и романтичность не пуганного жизнью мечтателя. Он сочинял стихи и песни о любви, но петь их было абсолютно некому. Девушки, конечно же, с почти искренним восторгом слушали его песни, но куда больше их привлекало содержимое его кошелька и хорошо известное в бизнес-кругах имя отца. Хуже всех была навязанная ему родителями невеста, Марианна.

Артем вздрогнул, вспомнив ее ледяные, как у Снежной Королевы глаза и платинового тона светлые волосы. Марианну заслуженно все вокруг считали очень красивой девушкой, к тому же великолепно образованной. Она училась банковскому делу и экономике в Гарвардском университете и могла бы остаться жить в США, но ее отец сумел соблазнить честолюбивую дочь высокооплачиваемой руководящей должностью в своей компании, вынудив вернуться в Россию. Он и мужа ей подыскал из своего социального круга, втайне надеясь включить строительную корпорацию Геннадия Николаевича Горчив в свой холдинг. Сыновей у Егора Дмитриевича не было, но Марианна своей деловой хваткой могла соперничать с любым мужчиной. Чистый, незамутненный эмоциями разум и абсолютное пренебрежение к чувствам окружающих людей. Именно такая помощница была ему необходима в его бизнесе. В качестве мужа Марианне, конечно, больше подошел бы серьезный человек вроде Виктора, но он уже был женат. Оставался младший сын Геннадия Горчив, легкомысленный мальчишка Артем, но отец Марианны рассудил, что так оно даже будет лучше. Его дочь в будущем станет совладелицей корпорации Горчив и сумеет навести там порядок, а муж не будет путаться под ногами.

Сейчас, находясь в Египте, Артем был почти счастлив, особенно, когда находился вдали от брата, в море. Ему наскучили пошлые рассуждения Виктора о девушках, и он снова нырнул в море, с наслаждением плывя в нагретой солнцем теплой воде. Как бы он хотел навсегда уплыть в доходящее до самого горизонта море и никогда не возвращаться в Москву к родителям и Марианне. Артем мечтал оказаться на необитаемом острове с чудесной девушкой, для которой не имело бы значение, кто его родители, богатый он или бедный.

– Все это предрассудки, придуманные людьми, чтобы оправдать собственный эгоизм и жадность, – искренне считал Артем.

Его раздражала жизнь напоказ, а так хотелось верить, что на свете существует что-то настоящее, то, что не покупается и не продается. Например, Артем стеснялся своей дорогущей белой Audi, подаренной отцом на восемнадцатилетие.

– Спасибо, хоть не красная, – подумал тогда он.

Друзья ему завидовали, а девчонки готовы были запрыгивать в такую тачку прямо на ходу. Артему было противно от всего этого замешанного на деньгах мира, от людей, не выбирающих методы ради достижения своих целей, от блеска мишуры и режущего глаза сияния бриллиантов.

– Не понимаю, зачем это все? Ведь человеку для счастливой жизни так мало нужно. У нас все есть, а счастливы ли мы? Кто счастлив? Папа? Для него кроме дел компании и денег ничего в жизни не существует. Виктор счастлив? Он стал точной копией отца. Хотя нет, он намного циничнее. Озабоченная своей молодостью мама счастлива? Да она лишний раз не улыбнется, чтобы, не дай Бог, не появилась морщинка. Для кого она так молодится, если отец на нее вообще перестал смотреть, а любовника завести она не рискует, зная суровый нрав мужа. Может, жена Вити, Лариса, счастлива? Витек не пропускает ни одну юбку, изменяя ей со всем, что движется. А я? Меня хотят на всю жизнь связать браком с бездушной машинкой для счета денег. Могу я при этом быть счастливым?! Да и что такое счастье? Может, я чего-то не понимаю, все вокруг счастливы и только я себя чувствую чужим на этой планете, мечтая о том, чего не может быть, а Виктор прав, и от жизни нужно ежеминутно получать все доступные удовольствия, – философски рассуждал Артем, отдыхая на водной поверхности.

Он далеко заплыл и почти не видел брата на берегу. Но разве от него так легко скроешься?! Когда Артем вернулся на берег, Виктор беззаботно болтал с двумя пляжными золотоискательницами, почуявшими запах денег, как акулы чувствуют запах крови, в лысоватом круглопузом мужичке с толстой золотой цепочкой на шее. Когда к ним подошел симпатичный юноша с фигурой Аполлона, они даже не обратили внимания на его кубики пресса, так увлеченно обхаживали Виктора. Увидев брата, Виктор торжествующе поднял брови, показывая Артему, что важно и как нужно действовать, а сам в обнимку с обеими девушками, отправился в свой номер. От гадливого ощущения Артема отвлекла подошедшая к нему девушка.

– Красавчик, не поможешь мне намазать спинку кремом от загара? – предложила она, повернувшись к нему спиной и протягивая бутылочку с кремом.

– Да, конечно, – пришлось согласиться Артему.

Он намазывал спину развязного вида шатенки, вспомнив, что точно также их кухарка, тетя Алла, обмазывает майонезом куриную тушку перед тем, как положить ее запекаться в разогретую духовку. Он улыбнулся такому сравнению, а девушка решила, что понравилась симпатичному парню с офигительной задницей.

– Может, выпьем по коктейлю? – предложила она. – Кстати, я Юлия, а тебя как звать?

– Артем, но можешь называть меня Арчи, – без особого энтузиазма ответил он, вставая, чтобы сходить за коктейлями.

Вскоре он вернулся с двумя обжигающе ледяными высокими стаканами в руках, а его новая знакомая растянулась в шезлонге и загорала топлесс. Девушка была довольно красивой, хотя что-то в ней было неприятное. Артем даже не понял, что именно. Может, ее слишком громкий смех, а может, распутный взгляд, которым она нагло скользила по его телу. Артем все же остался возле Юли и разговорился с ней. Девушка приехала из Саратова вместе с подругой. Она работала менеджером в какой-то фирме и копила на эту поездку полгода. Естественно, она хотела зарядиться на весь следующий год приятными эмоциями, в том числе и воспоминаниями о знойном курортном романе с красавцем. Артем подумал, что ее трудно осуждать за это. На то он и курорт, чтобы люди отдыхали всеми возможными способами. Юля предложила Артему полюбоваться видом из окна своего номера. В целом, эта идея ему понравилась, а приглядевшись к девушке получше, он подумал, что у нее очень даже красивая грудь, да и сама она ничего.

– Хорошо. Идем к тебе, – сказал Артем, помогая Юле завязать тесемки купальника.

Юля своими горячими поцелуями и откровенными ласками заставила Артема на время позабыть свои романтические мечты о любви с той единственной возлюбленной, которую он еще даже не встретил и, возможно, не встретит никогда. Юля жизнерадостно скакала на нем, издавая сладострастные стоны, и это не могло не нравиться молодому здоровому мужчине. Секс для Артема был всего лишь одним из видов спорта, а так хотелось любви…

– Ну что, брат, пора возвращаться в наш Третий Рим, – сказал Виктор, хлопнув Артема по плечу. – Погуляли, а теперь нужно работать.

– Я бы тут задержался на недельку, – вздохнул Артем.

– Ха-ха! Думаешь, мне охота возвращаться?! Здесь такие горячие крошки, а дома ждет ворчливая старая мегера и уйма дел. Лариса в последнее время стала совершенно невыносимой. Ей чудится, что я ей постоянно изменяю, представляешь? – доверительно сообщил он Артему, изображая из себя его лучшего друга.

– Так ведь ты и вправду ей изменяешь, – рассмеялся Артем. – Бедная Лариса…

– А ты чем лучше?! Тебя Марианна ждет, а ты здесь с девочками развлекаешься, – огрызнулся Виктор. – Твоя хотя бы красавица. Хотя, у нее на заднице можно воду морозить. Ха-ха-ха!

– Вот именно! Марианна считает меня конченым дурачком, раз я не хочу заниматься семейным бизнесом. Ну, не мое это! Не мое! – воскликнул Артем, надеясь, что Виктор его все же поймет.

– Кстати, о делах… Арчи, мне нужен пресс-секретарь. Пойдешь к нам в компанию говоруном? Все, как ты любишь. Ничего особо не нужно делать, только болтать и улыбаться, а это ты у нас умеешь! Снимем тебя в рекламном ролике нашей компании, будешь общаться с журналистами и рекламщиками. Эх, мне бы такую работу! – мечтательно произнес Виктор, надеясь хоть так завлечь брата в семейный бизнес. – А то, верчусь с утра до ночи, и, главное, ничего невозможно никому доверить. Вокруг одни бестолочи и бездельники! Все, ну все нужно делать самому! Так что, брат, соглашайся. Работа не пыльная, тебе понравится.

– Не знаю, Витек. Может, и соглашусь. Дай подумать, – уклончиво ответил Артем.

– Да, чего здесь думать?! Соглашайся, Арчи! – у нас такие девочки в компании работают! Просто загляденье! Может, там ты и встретишь свою ту самую, одну-единственную, – рассмеялся Виктор.

Артем в ответ скептически скривился, а Виктору не судьба была узнать решение брата о работе в семейной компании. Чартерный самолет из Каира в Москву так и не долетел до пункта назначения. В полете по неизвестной причине у Боинга начались проблемы с двигателями. Пилоты приняли решение вернуться в Каир. Самолет совершил жесткую посадку и загорелся. Большую часть пассажиров и членов экипажа воздушного судна удалось благополучно спасти, хотя у многих были травмы и разной степени ожоги. Кроме того, все успели надышаться токсичным дымом. Но были и те, кому повезло гораздо меньше. Из ста двадцати пассажиров шестеро погибли, а двенадцать доставили в больницы египетской столицы в тяжелом состоянии. Среди погибших оказался и Виктор Геннадьевич Горчив, а его младший брат Артем был помещен в реанимацию с черепно-мозговой травмой. Он впал в кому и врачи пока не делали никаких прогнозов на его счет. Оставалось только верить в силу здоровья молодого организма и его жажду жизни.

II

– Алина, ты сегодня снова на работу в свой бар? – недовольным тоном спросила Надежда Сергеевна, с тревогой взглянув на дочь. – Не нравится мне, что ты там работаешь! Ох, не нравится!

– Мама, ну что со мной может случиться?! Мне хорошо платят, да еще и чаевые оставляют. Всего-то нужно быть расторопной и милой, улыбаться и не путать заказы. Тогда люди благодарны и щедры, – улыбнулась Алина, расчесывая свои роскошные золотые волосы.

Алину мало кто называл по имени. К ней с детства пристала кличка Златовласка. Ее пышные светлые волосы струились вдоль спины, доходя до самых бедер. Изящная восемнадцатилетняя девушка с мечтательными дымчатыми, как мартовские облака, глазами нравилась многим парням, но она ждала своего принца, того самого, единственного, который станет любовью всей ее жизни. Подруги над Алиной завистливо посмеивались, а получившие отказ парни за спиной говорили о ней всякие гадости, обливая ее грязью и обвиняя чуть ли не в занятии проституцией. Алина старалась не обращать внимания на сплетни и пересуды, а вот ее мама, Надежда Сергеевна, очень переживала из-за всех этих слухов, касающихся своей старшей дочери. Она-то знала, что Алина грезит о большой неземной любви и бережет себя для того самого неведомого возлюбленного, а местные парни, обиженные ее равнодушием, придумывают о ней всякие гадости.

Алина в этом году окончила школу и по результатам выпускных экзаменов поступила в Московский педагогический университет, на факультет дефектологии, причем на бюджет. Она, как и ее мама, хотела стать педагогом, но проблемы ее младшей сестры Наташи навели Алину на мысль выучиться именно на педагога-дефектолога. Наташа была чрезвычайно умной девочкой, могла любого обыграть в шахматы, складывала в уме колонку из шестизначных цифр за считанные минуты, но проблема коммуникаций не решалась, несмотря на регулярные занятия с психологом. Наташа родилась аутом. Ей исполнилось пятнадцать лет, но она по-прежнему оставалась закрыта для внешнего мира, как моллюск, захлопнувшийся в своей раковине.

До начала занятий в МГПУ Алина решила немного заработать денег, чтобы помочь маме с сестрой, и устроилась официанткой в один из ничем не примечательных московских баров. Она к десяти утра приезжала в бар «Жажда», а заканчивала работу в одиннадцать вечера, когда заведение закрывалось.

– Алинка, но разве это нормально, что девушка в твоем возрасте ездит каждый день из Химок в Москву, да еще и работает в каком-то там баре, а возвращается домой за полночь? – встревожено спрашивала ее мама.

Мама Алины была против такой работы дочери, но Алина, смеясь, ее успокаивала:

– Мама, да ничего со мной не случится! Никто меня не обижает, хозяйка строгая, но зря ругать не станет. Нормальная зарплата плюс чаевые. Смотри, за два месяца я даже на новый компьютер заработала! Разве это плохо? Через месяц начнутся занятия в университете. Вот тогда мне точно придется уволиться, а пока я немного подзаработаю.

– Не нравится мне все это… Алинка, что-то у меня на сердце неспокойно. Может, не поедешь сегодня в Москву? – предложила Надежда Сергеевна, смутно чувствуя что-то, хотя и не понимала, что именно.

– Мама, ну как я это сделаю?! – пожала плечами Алина. – Я ведь людей подведу! Хозяйка разозлится, да и вообще…

– А ты позвони им и скажи, что заболела, – подсказала Надежда.

– Это что, учительница математики советует родной дочери, как правильно врать и как терять деньги?! – рассмеялась Алина. – Мам, да все нормально! Мы же там вместе с Мариной! Не переживай!

В этот вечер Алина после закрытия бара как обычно вышла на улицу. В другие дни ее подвозила до дома напарница Марина, тоже живущая в Химках, но сегодня она не пришла на работу из-за каких-то своих семейных обстоятельств. Алина подозревала, что, скорее всего, муж Марины снова напился и избил ее, а с синяками на лице ее подруга не рискнула показаться людям на глаза. Такие «семейные обстоятельства» у Марины случались как минимум раз в месяц. Конечно же, об этих «обстоятельствах» все знали, жалели ее, но никто не вмешивался в чужую семейную жизнь. В конце концов, это личное дело каждого. И вот Алина, в одиночестве стоя посреди слабо освещенной площадки перед баром, раздумывала, как ей лучше добраться домой.

– Придется искать попутку или ждать такси, – с тоской подумала она, представив, в какую сумму ей обойдется поездка до дома, но делать было нечего. – Нужно было вызвать такси еще раньше. Жди его теперь…

Алина вытащила телефон, чтобы вызвать такси, когда за спиной раздался приятный мужской голос:

– Не стоит девушке в одиночку разгуливать ночами по Москве! Мало ли что может случиться?!

Алина резко повернулась, от неожиданности чуть не выронив телефон. В стоящем рядом парне она узнала одного из сегодняшних посетителей бара. Она обслуживала столик с тремя веселыми приятелями, что-то отмечавшими в этот пятничный вечер. Они были вежливы и оставили ей щедрые чаевые. В стороне она увидела двух его друзей, куривших возле машины с включенными фарами.

– Девушка, разрешите, мы подвезем вас до дома, – услужливо предложил он, беря Алину за руку. – Служба доставки красавиц к вашим услугам!

Она резко выдернула руку и испуганно отскочила назад, обо что-то споткнулась и сломала каблук.

– Ну вот! Только этого и не хватало! – с досадой подумала она. – Сегодня точно не мой день!

– Вот глупышка! Да не бойся ты, никто тебя не съест! – улыбнулся симпатичный парень, своевременно поддержав под руку потерявшую равновесие Алину. – Ну, куда можно с такой обувью добраться, а?! Поехали?

Алина не знала, что и ответить. Она интуитивно почувствовала опасность, хотя ребята казались вполне нормальными и даже симпатичными.

– Спасибо, я уже вызвала такси, – неуверенно ответила она, снова включив телефон. Гаджет предательски разрядился и померк.

– Не везет, так не везет! – промелькнуло в голове Алины. – Может, и правда, пусть мальчики подвезут меня. Вот-вот гроза начнется!

Душный воздух после раскаленного июльского дня сейчас искрил от переизбытка электричества. Алина почувствовала, как на руках встают дыбом невидимые волоски. А, может, это от страха? Чего она боится или кого? Вежливых парней, предлагающих подвезти ее до дома? Алина сама ничего не понимала, но сердце почему-то сжалось, чувствуя беду.

– Вот так встреча! Ты же та официанточка из бара… Ну и куда ты пойдешь в таком виде, куколка? – подойдя к ним, насмешливо спросил пьяным голосом второй парень из той же компании, глядя на сломанный каблук Алины.

– Правда, не дури, садись в машину. Тебя куда отвезти? – спросил тот симпатичный тип, который напугал Алину.

– В Химки, – пролепетала испуганная Алина.

– Почему не в Нижний Новгород или Волгоград? – рассмеялся он в ответ. – Ну, в Химки, так в Химки! Поехали! Не пешком же тебе идти до дома?! Ха-ха-ха!

– Это что, ты каждый день ездишь на работу из Химок?! Ни хрена себе! – воскликнул второй парень, гнусаво рассмеявшись.

– Я… Я жду такси, так что, спасибо, мальчики. Езжайте, не беспокойтесь за меня, – сказала еще больше перепугавшаяся Алина.

Оба парня дружно рассмеялись.

– Долго же ты будешь ждать такси в такую погоду! – сказал тот темноволосый парень, который первым заговорил с Алиной. – Смотри, дождь начинается! Сейчас как польет! Садись в машину. Не бойся, мы тебя не съедим.

– А я бы не отказался откусить кусочек от такой аппетитной крошки, – пошутил его подвыпивший приятель.

– Заткнись, придурок! Ты напугаешь девушку, – зарычал брюнет на друга. – Ох, как сейчас ливанет! Идем с нами, не бойся.

В подтверждение правоты его слов небо рассекла синевато-желтая молния и громыхнуло так, что у припаркованных невдалеке машин сработала сигнализация. Алина вздрогнула от раската грома и растерянно посмотрела на парней, предлагавших спасительный комфорт в разгар стихии.

– Вроде, выглядят нормальными, – пыталась она себя успокоить. – Тот, что за рулем даже не пил, зато второй немного набрался. Третий их друг вообще молчаливый тип. Наверное, он слишком скромный, чтобы подойти к ней со своими приятелями. Вон, стоит и наблюдает за происходящим со стороны. Ну что они съедят меня, что ли?!

Дождь обрушился внезапно, ударяя наотмашь косыми струйками воды. Алина неуверенно подошла к машине ребят и села на заднее сидение. Тот парень, который первым предложил ее подвезти, сел на место водителя, а двое других разместились слева и справа от Алины, зажав девушку между собой, как в тисках. Алине стало немного не по себе, но ведь они ее не трогали и казались безобидными. Дождь поливал машину похожими на водопад потоками, когда она отъезжала от закрывшегося бара. Алина не могла видеть, куда ее везут. Через струи воды был заметен только размытый отсвет от фар встречных машин. Алина не знала, где она сейчас находится, что это за дорога и туда ли ее везут, куда обещали. В глубине души она дрожала от паники, но ребята вели себя спокойно, а говорил в основном тот симпатичный брюнет, что был за рулем.

– Кстати, я Олег, справа от тебя Коля, а слева Женя. Мы самая настоящая музыкальная группировка. Ну, я хотел сказать, рок-группа, хотя, джаз тоже, бывает, играем. Я солист, Женя наш гитарист, а Коля барабанщик. Про группу «Трио-Рио» не слышала? – рассмеявшись, спросил он, не отрывая восхищенного взгляда от зеркала с видом на заднее сидение. – Хм… Похоже, не слышала. А у тебя имя есть, Златовласка?

– Родители назвали меня Алиной, но с детства все называют Златовлаской или Рапунцель, – нервно рассмеялась Алина. – А куда мы едем? Что-то я не вижу знакомой дороги.

– Да мы почти приехали, – подозрительно хихикнул ее сосед слева.

– Но, это не Химки! – испуганно вскрикнула Алина. – Куда вы меня завезли?!

– Куда надо! – жестко ответил Олег. – Чувствуй себя в гостях, как дома!

– Дальше дорога заканчивается, – дыхнув перегаром в лицо Алине, сказал ухмыляющийся Коля.

– Ага! У нас бензин кончился, – наконец, подал голос до того молчавший Женя.

Алина закричала, но ее крик потонул в шуме дождя и смехе подонков.

– Выпустите меня! – дико кричала Алина. – Сволочи! Отпустите меня! Немедленно отпустите!

– Златовласка, не напрягайся так, – сказал Олег, открыв дверцу машины со своей стороны. – Мы же не волки и обижать тебя не собираемся. Просто расслабься и отдохни вместе с нами.

Коля и Женя крепко схватили ее за руки. Коля припал поцелуем к губам сопротивляющейся девушки, а Женя, как вампир, присосался к ее шее. Олег вышел из машины, согнувшись под проливным дождем, открыл ворота, за которыми возвышалось какое-то строение, и вернулся на водительское сидение. Он въехал во двор, также вышел из машины, чтобы закрыть ворота, а затем открыл своим ключом входную дверь небольшого кирпичного двухэтажного дома. Коля с Женей вытолкали сопротивляющуюся Алину из машины и под руки потащили в дом. Алина догадалась, что она в одном из загородных дачных поселков, но она даже не имела представления, в каком направлении ее везли и насколько это место далеко от Москвы.

Олег включил музыкальный центр. Заиграла ритмичная танцевальная музыка, как в дискобаре. Затем он вытащил из шкафчика бутылку виски и четыре стакана.

– Выпей, Алина! Ты вся дрожишь, – сказал он, протягивая девушке полный стакан.

– Отпустите меня, пожалуйста! – умоляла она, сквозь слезы.

– Ну, куда ты, дурочка, пойдешь в такую грозу?! – криво улыбнувшись, спросил Коля.

– Пей! – властно приказал Олег, поднося стакан с резко пахнущим крепким напитком к ее губам. – Не люблю, когда плачут. Нечего здесь строить из себя святошу! Угомонись и не вопи, как резанная! Это бесит!

Испуганная Алина выпила виски и перестала кричать, тем более, это было совершенно бесполезно. Она уже не дрожала, но смотрела на своих похитителей расширившимися от ужаса глазами. Что они с ней сделают? Изнасилуют? Убьют?

– Лучше пусть убьют, – подумала она.

Олег подошел к ней и стянул резинку с ее собранных в пучок волос. Длинные шелковые пряди каскадом соскользнули с плеч, заструившись вдоль спины. Коля и Женя сидели рядом с девушкой на диване и крепко держали ее за руки и колени, чтобы она не дергалась.

– Какая красота! – восхищенно заметил Олег и, приблизившись к Алине, стал медленно расстегивать ее белую блузку.

Он обводил пальцами ее лицо, скользил ими по ее нежным розовым губам и шее, провел ладонными по груди. Алина вжалась в спинку дивана, действительно желая в эту минуту умереть и не терпеть все то, что ей предстоит пережить. Женя с Колей мерзко ухмылялись, жадно пробегая заблестевшими глазками по ее нежному телу. Они не смели без разрешения Олега прикоснуться к девушке, а сам он, с видом ценителя искусства или музейного работника рассматривал попавшуюся в их ловушку жертву, строя собственные планы на счет ее будущего. Такую естественную, первозданную красоту он встречал очень редко. Олег снял с Алины блузку и короткую клешенную желтую юбчонку, оставив в одном лишь целомудренно скромном спортивном нижнем белье. Он, совершенно не обращая внимания на своих приятелей, медленно ласкал чувствительными пальцами музыканта ее роскошные светлые волосы, нежно проводил руками по изящным изгибам тела, но никакой ответной реакции у онемевшей от страха девушки не заметил. Осторожно сняв с Алины нижнее белье, он уложил ее обнаженной на диван. Алина крепко зажмурила глаза, ожидая… Она сама толком не понимала, чего ожидать от этого странного Олега и его приятелей, стоявших в сторонке с видом побитых щенков, которым хозяин не позволяет съесть их любимое лакомство.

– Хороша! Нереально хороша! Словно с полотна художника эпохи Возрождения, честное слово! – воскликнул Олег, но холодна, как мраморная статуя. – Ты и с парнем своим такая же ледышка?

– У… У меня нет парня, – тихо прошептала Алина. – И никогда не было…

– Охренеть! Ты ни с кем не была? Ни разу? – переспросил он.

Алина кивнула, стараясь руками и длинными волосами прикрыть свое выставленное на всеобщее обозрение тело.

– Ничего не бойся, – прошептал Олег, нагнувшись к самому ее уху.

Алина с надеждой заглянула в его красивые синие глаза. Он ее отпустит? Отвезет домой? Алина вскоре поняла, что слишком хорошо подумала об Олеге.

Он бережно поднял Алину с дивана и на руках отнес в свою комнату на второй этаж, а на пороге обернулся и, обратившись к своим приятелям, резко произнес:

– Исчезните! Проваливайте куда хотите, но чтобы я вас не видел и не слышал! Вон! Идите бухать на кухню, но ко мне не суйтесь, поняли?

Коля и Женя, пожав плечами, пошли на кухню, поняв, что сегодня им точно ничего не обломится. Вот так всегда, Олег все решает за них. Чем эта девчонка лучше тех, которых они снимали в дешевых барах или подбирали вдоль обочины и втроем весело отрывались.

– Прикинь, Олег запал на Златовласку! – рассмеялся Коля, наливая водку в стаканы Жене и себе.

– По мне, так обычная барная шлюха, – мрачно заметил Женя. – Что-то Олег в последнее время совсем оборзел!

– Мы играем в группе и о нас знают благодаря деньгам его папаши. Забыл?! Ты бы что ли клип снимал? Только если на свой старый мобильник?! – хмыкнув, возразил Коля. – Но Олег мог бы и о нас подумать. Прихватили бы с собой еще пару девчонок. А то нам водка, а ему Златовласка. Как-то некрасиво получилось, согласись!

– Это точно! – согласился Женя, наполняя вмиг опустевшие стаканы.

Коля взял лежавшую в кресле гитару и стал наигрывать какую-то неизвестную мелодию. Потом он остановился, спросив:

– Ну как? Нравится? Прошлой ночью не спалось, вот и пришло кое-то на ум…

– Вообще-то, да! Кайфово! Нет, правда, нравится! – воскликнул Женя. – Если Олег еще и слова напишет, выйдет стопроцентный хит. Завтра поговорим с Олегом. Давай еще по одной и на боковую. Что-то я вымотался сегодня.

Женя и Коля раздвинули диван в гостиной и, сбросив обувь, как были в одежде, улеглись спать. За окном свирепствовала буря, а Олег и Алина под аккомпанемент грома и фейерверки молний занимались любовью на втором этаже дома. Точнее, это Олег думал, что занимается любовью, а заплаканная, онемевшая от страха и боли Алина, неподвижно лежала, изнемогала от отчаяния, впившись ногтями в подушку и желая лишь одного – окончания этой растянувшейся на бесконечно долгие минуты пытки навязчивой любовью. Не о таком первом разе она мечтала! Олег был с ней очень нежен и ласков, настойчиво целовал ее, пытаясь пробудить в душе и теле Алины хоть какие-то чувства, но она в ответ только беззвучно плакала. Огоньки страсти не зажгли ни его утонченные ласки, ни страстные слова любви. Отчаявшись добиться взаимности ледяной красавицы, Олег сдался. Поняв, что ответной страсти не дождется, он молча обнял Алину, зарывшись лицом в ее мягкие, пахнущие ромашкой волосы, и заснул. Алина проплакала до рассвета, боясь пошевелиться.

– Что скажет мама? А что я ей скажу? Где я пропадала всю ночь? – напряженно думала она, представляя малоприятный разговор с мамой. – Скажу, что осталась на ночь у Лены или Жанны. Нужно ей позвонить.

Проснулся Олег. Он с нежностью смотрел на лежащую рядом девушку, прекрасную, несмотря на покрасневшие от слез глаза.

– Мне нужен телефон, – сказала она, стараясь не смотреть на Олега.

– Зачем? – встревожено спросил он. – Уж не в полицию ли ты собралась звонить.

– Я позвоню маме, а то она беспокоится. Знаешь ли, я привыкла ночевать дома, – с укором ответила она. – Так мобильник дашь? Мой разрядился.

Олег протянул ей свой смартфон, но выходить из комнаты не стал. Алина, стараясь говорить спокойно, пыталась все объяснить изнервничавшейся матери, а Олег любовался ею, как в музыку вслушиваясь в ее мелодичный голос.

– Привет, мама! Да, не волнуйся! Я в такую грозу не стала среди ночи ехать домой и переночевала у Жанны, ну, девчонки, которая со мной работает в баре. Что? Почему не перезвонила? Телефон разрядился. Я и сейчас звоню с чужого номера. Мама, все нормально! Да, скоро приеду. Ладно, пока!

Она отдала телефон Олегу и снова заплакала.

– Златовласка, я тебя обидел? Причинил боль? Прости, если так, – пытался он оправдаться. – Неужели я так ужасен в любви? Ты, наверное, меня ненавидишь?!

– Да, ненавижу! Гад! Козел! Скотина! Что ты наделал? Я не знала, что такое любовь, но верила в нее, как последняя дурочка… Я ждала ее всю жизнь… И вот что я получила, – еще сильнее заплакала Алина. – Я хочу уйти отсюда. Немедленно, слышишь? Ты отвезешь меня домой?

– Да, конечно, отвезу, – сказал Олег, начав наспех одеваться.

– Мои вещи все внизу. Ты их принесешь? – спросила Алина, искоса взглянув на Олега.

– Да, сейчас, – поспешил ответить он и вышел из комнаты

Вернувшись с вещами Алины, он отвернулся, пока она одевалась.

– Ну что, поехали? – бесцветным голосом спросила она.

– Алина, мы что, вот так навсегда расстанемся? – спросил Олег, заглядывая в ее глаза. – Вот ты говорила о любви, о том единственном, которого ждешь, но пока не встретила. Но, может, я тоже всю жизнь искал именно такую необыкновенную девушку, как ты? Может, ты и есть моя та самая единственная?! Ты такая красивая, у меня просто руки дрожат…

– Странная у тебя манера демонстрировать свою любовь, – заметила Алина. – За что ты так со мной?!

– Ну… Ты работаешь официанткой в стремной забегаловке… Что я мог о тебе подумать? Официантки в таких местах часто бывают очень сговорчивыми и не против немного заработать, поближе познакомившись с такими неотразимыми парнями, как мы с пацанами. Понимаешь о чем я? – попытался все объяснить Олег. – Вот я, узнав тебя ближе, вообще не понимаю, что ты делаешь в таком месте? Оно точно не для тебя!

– Хотела немного заработать, пока не начались занятия в универе, – вздохнула Алина.

– Так, дело в деньгах?! Я могу тебе их дать столько, сколько тебе нужно! У меня их много! Только скажи! – воскликнул Олег, присев рядом с ней на кровати и попытавшись ее обнять.

– Ты хочешь меня купить, но при этом смеешь говорить о любви? – грустно улыбнувшись, спросила она.

– Нет, я хочу, чтобы ты меня полюбила также, как я влюбился в тебя. И я не хочу, чтобы ты возвращалась в то поганое место, я про бар. Пожалуйста, прими от меня помощь. Ну, можешь это считать материальной компенсацией за все твои слезы, – сказал Олег, встав и порывшись в ящике комода.

Он достал пачку тысячерублевых купюр в нераспечатанной банковской упаковке и с мольбой в глазах протянул Алине деньги. Она нехотя взяла пачку из его рук, подумав, что он и вправду ей должен после всего, что с ней сделал.

– Ладно, поехали. Я хочу домой, – сказала она вставая.

Они тихонько спустились с лестницы, пройдя мимо крепко спящих Коли и Жени, и вышли во двор. Дождь перестал. Влажный промозглый воздух пробирал до костей, еще больше усиливая плохое настроение Алины. Олег не знал, как себя вести с ней. Он молчал всю дорогу, боясь сказать что-то, что снова огорчит его золотоволосую красавицу или вызовет очередной поток слез. Когда они уже подъезжали к Химкам, он осмелился спросить, притормозив у обочины:

– Алина, неужели это конец?! Неужели мы больше никогда не увидимся? Не молчи, умоляю! Поговори со мной!

– О чем?! О чем нам с тобой говорить?! – крикнула она, сверкая полными слез глазами. – Ты меня подло обманул, изнасиловал, как проститутке швырнул деньги, и еще смеешь говорить о какой-то любви! Какой любви?! Да ты и такие, как ты, представления не имеют, что такое любовь!

– Ого! Сколько страсти! – подумал Олег. – Я сделаю все, что угодно, но она полюбит меня с такой же страстью, с какой сейчас ненавидит! Клянусь!

– Алина, ну прости меня! Прости! Я тебя не понял сразу, подумал, что ты такая же девка, как другие. Прости меня… – сказал он, взяв ее прохладную ручку в свою не более теплую руку с такими же похолодевшими пальцами.

Алина мрачно взглянула на него и обиженно отвернулась, прошептав:

– Как бы я сейчас хотела умереть!

Олег вздохнул и продолжил движение по дороге к Химкам, когда незамеченный в утреннем тумане грузовик неожиданно выскочил на встречную полосу, ударив легковушку. От удара бежевый Ford Олега отбросило на обочину. Он перевернулся и загорелся. Олег разбил о руль лицо, но, несмотря на затекавшую в глаза кровь, сумел выбраться из машины. Алина оставалась неподвижной в перевернутой машине. Олег с трудом встал на ноги и подошел к машине со стороны Алины. Он с третьей попытки сумел открыть искореженную дверцу машины и вытащить Алину. С девушкой на руках он, насколько успел, отбежал вперед, когда за спиной прогремел взрыв, сваливший его с ног вместе с его неподвижной ношей.

Прибывшая скорая отвезла обоих в реанимацию. У Олега была незначительная черепно-мозговая травма и легкое сотрясение мозга, а вот его пассажирка пострадала куда сильнее. Основной удар пришелся в область головы Алины, хотя внешне никаких ран практически не было. Она впала в кому, а близким оставалось лишь ждать, когда произойдет чудо и спящая красавица проснется.

III

Артем, открыв глаза, увидел над головой светло-сиреневое небо, освещенное ослепительно ярким голубым солнцем. Рядом на небе отражали ее свет четыре голубовато-сиреневые луны, полускрытые в легкой дымке. Артем понял, что лежит на сухой сероватой земле, обожженной жаром неведомой звезды. Он неуверенно поднялся, оглядываясь по сторонам.

– Где я оказался? И как я сюда попал? – пронеслось у него в голове. – Как все вокруг странно!

До самого горизонта раскинулась серая, совершенно ровная поверхность пустыни.

– Прямо лунный пейзаж, – подумал Артем. – Но над Луной нет голубой звезды. Где же я?

Артем медленно побрел по горячей раскаленной пустыне. Чем дальше он шел, тем становилось прохладнее. Чужое солнце уже так не накаляло поверхность неизвестной планеты, да и жарко почти не было. На сухой серой земле стала появляться какая-то похожая на мох растительность бурого цвета. Дальше она постепенно сменилась травой фиалкового цвета с небольшими желтыми цветами вроде наших лютиков.

– Какой удивительный мир? – подумал Артем. – А дышать как легко!

Он весело подпрыгнул, оторвавшись от твердой поверхности метра на полтора, не меньше.

– Ого! Как здорово! Наверное, здесь низкая гравитация, – подумал неплохо знакомый с законами физики Артем.

Дальше на его пути появлялись диковинного вида кустарники и деревья с алыми цветами, похожими на Китайскую розу. Артем с удивлением рассматривал небольшие, блестевшие в голубоватом свете звезды, серые пирамиды из сверкающего камня. Они не были такими огромными, как пирамида Гиза в Египте, но смотрелись тоже величественно. Подойдя ближе к одной из них, Артем хотел зайти внутрь, но оттуда вышло странного вида существо. Оно было удивительным. Высокого роста с длинными руками и ногами, точно такими же, как у людей, узким вытянутым телом без малейшего признака половой принадлежности, но с совершенно гладкой светло серой кожей. Лицом существо тоже напоминало человека с маленьким прямым носом, тонкими губами и большими миндалевидными полностью черными глазами без белков. Необычное существо подошло ближе к Артему и, не произнося ни звука, мысленно спросило:

– Тебе нравится наш мир, Артем?

– Очень! Все так необычно! – также мысленно честно признался Артем, ничуть не испугавшись вида гуманоида. – Где я?

– Ты в параллельном мире, – ответило существо. – Мы свой мир называем Алим по имени нашей звезды.

– Параллельном мире? – переспросил удивленный Артем, раньше не очень-то веривший в разные теории бесконечности вселенной и множественности миров, хотя и подозревал, что где-то может существовать жизнь в других формах.

– Мир намного больше, чем твой кругозор, – опять же мысленно усмехнулся гуманоид. – Лишь глупец будет думать, что он может жить только в трехмерном мире. Миров много. Их намного больше, чем позволяет представить воображение замкнувшихся в собственном убожестве землян. Люди потеряли связь со Вселенной. Они возомнили себя богами, но при этом ничего не могут создать, кроме средств самоуничтожения. Мир людей обречен на мучительное вымирание из-за жадности и алчности тех, кто был обязан защищать и оберегать жизни доверившихся им других землян.

Спорить с подобным утверждением Артем, конечно же, не стал, в душе понимая правоту всего, что услышал. Его сейчас интересовало другое. Артем спросил:

– Почему я здесь?

– Твоя Душа залетела за горизонты Космоса, – получил он ответ. – Мы, в отличие от землян, оберегаем наш мир и не впускаем в него чужаков с искривленными душами и нечистыми помыслам.

– А как вы узнаете, у кого какие помыслы? – спросил Артем.

– У людей все написано на их лицах, – мысленно ответило существо. – Твоя Душа светлая, а канал связи со Вселенной еще не замутнен мелкими человеческими страстями.

– А мой брат Виктор? Он тоже здесь? – поинтересовался Артем.

– Его уже не спасти, а вот ты можешь вернуться назад, к людям, чтобы нести им свет знаний об устройстве Вселенной и правилах жизни в ней, – сказало существо. – Посмотри, как мало людей мы можем допустить в наш мир! Чистых душ почти не осталось. Наш мир является временным пристанищем. Здесь не живут, а лишь находят ответы на важнейшие для себя вопросы. Ты не зря сюда попал Артем. Скоро ты это поймешь.

Артем оглядел незаметно собравшуюся вокруг группу людей. Их было всего несколько сотен человек. Наверное, не больше трехсот. В основном, это были дети, но встречались и люди постарше. Индийский йог в чалме, какой-то пожилой бородатый мужчина в грубом рубище, чернокожая женщина с голеньким ребенком на руках, а еще он увидел Ее – девушку своей мечты с длинными светлыми волосами, развевающимися на неизвестно откуда подувшем ветру. Она, как ангел, стояла и смотрела от него, не в силах оторвать взгляд. Артем понял, что ее мысли он слышит также отчетливо, как и высокого серокожего гуманоида, стоящего рядом. К ним подошло еще несколько серокожих существ, но Артем не обратил на них никакого внимания. Он видел только Ее. Артем шагнул навстречу стоявшим вокруг людям, а золотоволосая девушка вышла ему навстречу. Она молча протянула ему руки, и Артем, взяв ее за руки, заглянул в ее дымчатые глаза, отражающие раскрашенный в сине-сиреневые тона окружающий мир.

– Я Алина, а ты Артем, я знаю. Но все называют тебя Арчи, а меня Златовласка, – послала она ему мысль и улыбнулась.

– Ты как здесь оказалась? – спросил ее Артем, молча улыбаясь.

Артем почувствовал, что он легко может общаться с девушкой мысленно и это для него стало приятным, давно знакомым ощущением.

– Я… не помню. Я почему-то вообще ничего о себе не помню, но тебя я сразу узнала. Я видела тебя когда-то давно. Может, во сне, а может в какой-то другой жизни. Не знаю.

– Я тебя тоже сразу узнал. Мне кажется, мы знакомы тысячи лет, но в своей земной жизни я тебя точно не встречал. Мы, сколько существуем во Вселенной, всегда любили друг друга, потому что мы половинки одной души. Ты не помнишь?

– Я ничего не помню… Но я знаю, что всегда любила и люблю только тебя. Ты чувствуешь то же самое, что и я! Я в этом всегда буду уверена и только это даст мне силу жить.

Их любовь стала похожа на поток чувств, выросших из Космоса, чувств, посвященных друг другу, чувств сильнее жизни и смерти. Артем с Алиной еще долго общались телепатически и никак не могли наговориться. Они, держась за руки, гуляли по фантастическому саду с деревьями, цветущими яркими большими белыми и розовыми цветами. На смену дню пришла фиолетовая ночь с засиявшими ярко голубым и фиолетово-розовым светом лунами, но влюбленные души не замечали ничего вокруг, полностью поглощенные друг другом. Они слишком долго были разлучены. Артем поцеловал губы Алины, а она нежно положила голову ему на плечо и почему-то тихонько заплакала.

– Я с тобой никогда не расстанусь, – шептал он, обнимая свою Златовласку, но она-то знала, что их фантастическая встреча в потустороннем мире подходит к концу.

– Я обязательно найду тебя на Земле и вернусь к тебе, – прошептала в ответ Алина, поцеловала Артема и растаяла в его объятиях.

Артем остался стоять под высоким деревом с увядшими сразу после ее исчезновения цветами и, подумав, что без возлюбленной ему абсолютно нечего делать в этом волшебном мире, тоже испарился, вернувшись к своему телу в больничной палате.

– Слава тебе, Господи! – услышал он режущий слух голос своей матери. – Очнулся! Мой мальчик, сынок, как ты?

– Да, нормально! – отозвался он, пытаясь понять, где он и вспомнить, что произошло. – Я спал да, мама?

Перед его глазами все еще блестели в свете голубых лун полные слез глаза его золотоволосой возлюбленной.

– Выходит, это был лишь сон? Тогда, зачем я вообще проснулся? – с тоской подумал он, уже начав скучать по своей Златовласке.

– Спал? Артемчик, дорогой мой, да ты четыре дня пролежал в коме! – воскликнула его мама, беря сына за руку.

– Ничего себе! Хорошо же я выспался! – пошутил Артем, но ему в этот момент хотелось заплакать.

– Эх, неужели я могу быть счастлив только под небом чужой звезды? – грустно вздохнув, подумал он.

Там, со своей Златовлаской, Артем был нереально счастлив! А это оказался всего лишь сон. Так на Земле не бывает! Здесь наяву происходят кошмары! Один из них стоял на пороге. Артем вздрогнул, когда дверь больничной палаты открылась и показалась Марианна с букетом белых лилий. Единственная мысль, промелькнувшая в его голове в этот момент, была:

– Разве белые лилии дарят не покойникам? Как-то она поторопилась!

– С возвращением, дорогой! – сказала она и, нагнувшись к нему, поцеловала, оставив не его губах красные разводы от яркой помады.

Артем невольно вытер губы тыльной стороной руки. Он все никак не мог переключиться с завораживающего мира грез на мир сумрачной реальности. Он вспомнил, что летел в самолете вместе с Витей.

– Витя! Как он? – спросил Артем, попеременно глядя то на маму, то на Марианну.

– Вити больше нет, дорогой, – сказала Марианна. – Он не смог выбраться из того проклятого самолета. Тебя самого чудом спасли.

– Ты один у нас остался, – всплакнув, запричитала мама.

– Час от часу не легче. Бедный Витек! – воскликнул Артем. – Как там Лариса и дети? Девочки, небось, плачут…

– Да, как тебе сказать? Они не так уж были привязаны к отцу. Витя все время пропадал на работе, сам знаешь, – мигом осушив слезы, произнесла мама, вытащив из сумочки зеркальце и поправляя подтекший макияж. – Так что, они нормально, все поняли и почти не плакали. С Ларисой дело хуже. Она все время плачет и горстями пьет какие-то таблетки. Боюсь, все это плохо кончится.

– А папа как? – спросил Артем, представив, какая потеря в лице Виктора произошла для семейного бизнеса и отчаяние отца от осознания этого факта.

– Ой, не спрашивай, сынок! – сказала мама, убирая назад зеркальце. – Он ходит чернее тучи и дома почти не бывает. Все время на работе и злой, как черт!

– Представляю, как он всех там строит, – хихикнула Марианна.

– Кошмар! Бедные люди! – заметил Артем, пытаясь встать.

Мама подбежала к нему, пытаясь помочь сесть на койке. Подоспела и Марианна, обратившись к будущей свекрови:

– Светлана Викторовна, может, Арчи еще полежать?

– Может, вы оставите меня в покое?! – возмущенно произнес Артем. – Хватит, належался на полжизни. – Я к Ларисе. Как она там? Марианна, ты со мной?

– Я, вообще-то собиралась… Ну, ладно, поехали к Ларисе. Я еще в выходные принесла подходящий костюм, рубашку и твои любимые туфли, – сказала она, открывая дверцу шкафа.

– Ты что, к моим похоронам готовилась? – хмыкнул Артем. – И почему костюм черный? Я же ненавижу костюмы!

– Ну, знаешь… Мало ли что? – мило улыбнувшись, сказала Марианна. – В любом случае, ведь пригодился.

Артем оделся, но надевать пиджак отказался, оставшись в торжественно-белой рубашке и черных брюках.

– На улице и так тридцатиградусная жара! Это Марианна со своей рыбьей кровью в любую погоду мерзнет, – раздраженно подумал он. – Вот и сейчас она поверх достаточно плотного черного облегающего платья зачем-то закуталась в широкий серебристый палантин, как будто за окном осень, а не разгар лета.

Марианна отвезла его с мамой в дом Виктора. Лариса встретила их на пороге совершенно пьяная, в шелковом халатике, накинутом поверх ночнушки.

– Ого, сколько вас явилось посмотреть, жива ли я тут еще?! – странно засмеялась она. – Даже покойничек воскрес. Ха-ха-ха! С возвращением, Арчи!

– Спасибо, Лара! Мне жаль, что все так вышло. Соболезную, – сказал он, обнимая несчастную женщину.

– Бедная Лара, – искренне посочувствовал ей Артем. – С мужем она счастлива никогда не была, а сейчас, наверное, все стало еще хуже.

Услышав внизу голоса, прибежали дочери Вити, десятилетняя Вероника и шестилетняя Яночка. Они обожали всегда веселого дядю Арчи, с которым можно было беситься и мотаться по дому, как с ровесником. Расцеловав племянниц, Артем прошел в гостиную, расположившись на диване.

– Лара, посмотри на себя! Ты позоришь семью, – прошипела ей на ухо свекровь.

– Зато вы никогда и ни за кого не переживаете! – ответила Лариса. – Не велика ведь потеря?! Ха-ха! Подумаешь, сына похоронила?! Вот если бы пластическая операция не удалась, тогда стоило бы переживать! А так, не беда! Подумаешь…

Светлана Викторовна отвесила ей звонкую пощечину. Лариса заплакала и убежала в свою комнату.

– Ну вот, сходили в гости! – скривилась Марианна. – Поехали лучше домой!

Вернувшись домой, Артем с наслаждением сбросил с себя ненавистную мрачную одежду и отправился в душ, чтобы смыть с себя больничный дух и неприятные воспоминания о посещении дома брата. Да, такого он от Ларисы не ожидал! Мама, конечно, порой очень своеобразно на все реагирует, но бросить ей в лицо такие чудовищные обвинения? Это уж чересчур!

Спустя пятнадцать минут в удобных джинсах и любимой футболке довольный Артем спускался по лестнице к тихо беседующим в гостиной маме и Марианне. Он снова почувствовал себя живым человеком, кроме того ужасно хотелось есть. После обеда он уединился в своей комнате с Марианной.

– Ты бы плакала, если бы я не проснулся? – то ли в шутку, то ли серьезно спросил он, расстегивая молнию на ее предусмотрительно траурном платье.

– Это была бы колоссальная потеря для человечества! Я, может, ее и пережила бы, но жизнь на земле точно прекратила бы свое существование, – едко заметила она и рассмеялась так, как умела только она.

Незабываемая улыбка – оскал хищника, демонстрирующий великолепную работу стоматолога, на фоне неестественно пухлых губ идеальной формы. Секс с Марианной всегда был занимательным. Она все делала, как по учебнику, по науке, не оставляя места чувствам и бессмысленным словам, но на безупречно профессиональном уровне. От нее у Артема всегда пробегал озноб по спине, но ему грех было жаловаться на Марианну, как на любовницу. Она была пугающе идеальна и очень красива. Никаких «зая», «котик», «пусик» и тому подобного лепета влюбленных девушек. А еще говорят, что блондинки недалекие. Может, Марианна – секретная разработка военных, идеальный человек-киборг? От подобных мыслей Артем улыбнулся.

– Что это тебя так развеселило? – спросила Марианна, сурово взглянув на него своими ледяными светло-голубыми глазами.

– Да, так… Ты очень красивая, – сказал он, обнимая ее и требуя второго раунда.

– Спасибо, я знаю, – холодно ответила она, ничуть не возражая против продолжения постельной сцены.

Она словно репетировала их будущую семейную жизнь и Артема это не на шутку пугало. Он вздохнул, вспомнив свою Златовласку из волшебного сна.

– Вернуться бы туда, к ней, под сиреневое небо чужой звезды! – вздохнул он, развернув Марианну к себе спиной, чтобы не видеть ее бездушных глаз и накаченных губ.

– Хочешь сзади? Не вопрос, – отозвалась Марианна, энергично работая бедрами.

– Господи, у этой женщины хоть какие-то чувства есть? Я что, куклу из секс-шопа трахаю? – раздраженно подумал Артем, с ожесточением занимаясь с ней сексом.

Выпустив поток ярости, он немного успокоился и развалился поперек кровати, глядя, как Марианна неспешно одевается. Его жизнь стала такой же, как и до Египта, до смерти Вити и до явившейся в коматозном сне девушки из мечты с золотыми волосами.

IV

Алина упала в мир реальности, как слепой котенок, совершенно не понимая ни кто она, ни где находится. Она не узнавала склонившиеся над ней улыбающиеся лица. Почему какая-то женщина в унылом сером платье рыдает и все время подносит к своим губам ее руку, и что это за чудовищно неприятная девчонка с кривым ртом и прилипчивым взглядом уставилась на нее? От ее неподвижного взгляда в упор Алине становилось не по себе. Приятно было смотреть только на симпатичного темноволосого парня с красивыми ярко-синими глазами.

– Кто они все, эти люди? – пыталась догадаться и хоть что-нибудь вспомнить Алина. – А кто я? И где я? Я что, даже имени своего не помню?

– Амнезия может со временем пройти, но в моей практике всякое бывало. Не хочу вас зря обнадеживать, – сказал врач, сочувственно глядя на заплаканную мать девушки, полностью потерявшей память. – Пусть она всех вас заново полюбит. Тогда, может, и прежние чувства вернутся. Кто знает?

От его слов Олег вздрогнул. Меньше всего на свете он бы хотел, чтобы Алина вспомнила, как по-скотски он с ней обошелся. Пока Алина находилась в коме, он и ее мама, Надежда Сергеевна, практически не отходили от нее ни на минуту. Олег легко подружился с доверчивой школьной учительницей. Она вначале удивилась появлению незнакомого парня, но то, как Олег переживал за ее дочь, преданно дежурил возле нее днем и ночью, показывало, что этот молодой человек любит Алину и очень боится ее потерять. А ведь в той ужасной аварии он и сам мог погибнуть! Надежда Сергеевна много рассказывала Олегу об Алине, ее детстве, вкусах, планах на будущее. Она была ему безмерно благодарна за то, что он не бросил Алину погибать в горящей машине, а рискуя собственной жизнью спас ее. Значит, он все-таки любит Алину!

– Но почему Алина ни разу словом не обмолвилась о том, что у нее появился парень, да еще такой славный. Мне казалось, что у дочери нет от меня секретов. Выходит, я ошибалась?! Хорош педагог, нечего сказать! – самокритично подумала она.

Олег умел производить на людей благоприятное впечатление. Как он мог не понравиться маме Алины? Хорош собой, талантливый музыкант, учится в университете на экономическом факультете, да еще и из обеспеченной семьи. Надежда Сергеевна познакомилась с его родителями и они ей тоже понравились. Несмотря на то, что люди они весьма состоятельные, в общении оказались очень простыми и искренними, особенно прямолинейная мама Олега. Родители Олега с восхищением рассматривали витавшую в чужих мирах Алину.

– Такая красива и юная, – сочувственно произнесла мама Олега, Раиса Анатольевна. – Я надеюсь, она очень скоро вернется к вам.

Она сразу заметила, что эта девушка запала в душу ее сыну и была рада, что он готов к серьезным отношениям, а не, как прежде, развлекается со всякой шалавой вместе с друзьями-бездельниками.

– На принцессу из сказки похожа, – заметил отец Олега, Герман Львович. – Очень хорошенькая девочка.

Он перевел взгляд на свою жену. Раиса выглядела неплохо для своих сорока шести лет. Среднего роста ухоженная шатенка с пышными формами и дерзким, прямым взглядом, привлекала внимание, прежде всего, своим остроумием и раскованностью уверенной в себе королевы. Герман в ней черпал свою силу и не променял бы ее на всех красавиц мира, но ему нравились совсем юные девушки. Раиса долгие годы его поддерживала разумными советами и была скорее его другом, чем женой в привычном понимании этого слова. Кроме того, она разделяла его экстравагантные сексуальные пристрастия и никогда не ревновала мужа к кому бы то ни было.

Герман похвалил вкус сына, в глубине души пожалев, что ему самому давно не двадцать лет и такую девушку он никогда уже не встретит.

– Эх! Мне бы такую! – вздохнул он, пожирая взглядом неподвижно лежащую Алину. – Повезло Олегу!

Родители Олега только немного смущала младшая сестра Алины, Наташа, но, с кем не бывает? Аут может родиться в любой семье. Несчастной девочке и ее матери можно только посочувствовать. Герман с Раисой даже несколько раз приходили в больницу проведать его новую подругу.

Что касается Олега, он ждал пробуждения Алины с нетерпением и содроганием одновременно.

– А если она во всеуслышание заявит, что я ее подло изнасиловал? Что тогда? – вытирая выступивший на лбу пот, подумал Олег, глядя на спящую Алину. – Какая же я сволочь! Ненавижу себя за это!

В качестве запасного варианта можно было, конечно, заявить, что девушка от удара головой слегка повредилась умом и несет всякий бред, но все равно, в таком случае для Олега Алина была бы потеряна навсегда. Он воспринял как подлинное чудо то, что Алина совершенно ничего не помнила. Абсолютно ничего и никого, ни маму, ни сестру, ни свою прежнюю жизнь до аварии, но, главное, она не узнала его, хотя смотрела на него с нескрываемым интересом. Он мог безнаказанно рассказывать ей сказки о том, какая у них была неземная любовь, придумывал правдоподобные детали и даже намекнул на то, какой у них был умопомрачительный секс.

– Олег, расскажи, как мы с тобой познакомились? – спросила Алина, очаровательно улыбнувшись.

Она чувствовала себя новорожденным ребенком, каждый день открывающим новую грань жизни, и верила всему, что ей говорил Олег. В новой жизни, не омраченной воспоминаниями, он ей очень нравился.

– Эх! Жаль, что ты ничего не помнишь! – картинно вздохнул Олег. – Это было так здорово и смешно! Представляешь, какой-то придурок выдернул у тебя из рук сумочку, когда ты гуляла в парке со своей подругой Викой. Я проходил мимо и все видел. Естественно, я побежал за этим козлом, догнал его и пару раз съездил ему по морде. Ну, так, в воспитательных целях… Я отобрал у него твою вещь и вернул ее хозяйке. Ты тогда так мило улыбнулась своему храброму герою… Сейчас ты улыбаешься точно также. Алина, у тебя чудесная улыбка!

– А что было потом? – спросила завороженная его рассказом Алина.

– Ну, мы познакомились! Ха-ха-ха! Что же еще?! В тот вечер мы втроем гуляли, сидели в кафе, катались на колесе обозрения. Потом я отвез тебя и Вику домой, в Химки. На следующий день мы с тобой снова встретились, чтобы никогда больше не расставаться, – мечтательно произнес Олег, лаская тонкие пальчики Алины и томно заглядывая в ее удивленные глаза. – Мы были очень счастливы! Я с нетерпением жду, что ты все вспомнишь. Например, вспомнишь, как мы съездили на выходные в Пушкино к моей бабушке. А помнишь, как шумел лес, когда мы занимались… О, прости, я забыл, что ты меня вообще перестала узнавать. Ты все забыла. Как грустно… Но, все равно, знай, что нам было очень хорошо вместе. Ты тогда такое вытворяла… У меня до сих пор мурашки пробегают, когда я вспоминаю тот наш загородный уикенд. Потом еще было много волнующих встреч и страстных ночей. Алина, я больше всего на свете хочу, чтобы между нами все стало как прежде. Ты же веришь в нашу любовь?

– Я не знаю… Я ничего не помню, но ты так красиво говоришь, Олег, – сказала Алина, невинно хлопая ресницами и пытаясь переварить новую информацию.

Ей нравились синие глаза и сладкие речи Олега. Когда все вышли, она даже позволила ему себя поцеловать. От его поцелуя у нее закружилась голова, а по спине пробежала сладкая дрожь томления.

– Любовь… Наверное, это здорово! – томно вздохнула Алина, представляя себе Олега и вспоминая его проникновенный поцелуй.

Олег думал об Алине днем и ночью. Он стал маниакально одержим этой золотоволосой девушкой, как будто все другие перестали для него существовать. Проще говоря, Олег потерял голову от любви к Алине. Он по своей же вине чуть не потерял свою девушку-мечту в самом начале их знакомства, но Судьба дала ему второй шанс все исправить и позволить сценарию их взаимоотношений развиваться совершенно по новому сюжету. Пока Алина находилась в коме, он каждый день приносил ее любимые ромашки, а когда она проснулась, не знал, что бы еще придумать, чтобы побаловать возлюбленную.

Алина заново стала открывать для себя этот мир. Внимание Олега было ей особенно приятно. Сложнее было ладить с собственной мамой. Она просто не знала, о чем говорить с этой женщиной, а на Наташу ей даже смотреть было неприятно. У Алины по спине пробегал холодок, когда Наташа подходила к ней и, уставившись в одну точку, начинала монотонно повторять:

– Наташа ждет Алю! Наташа ждет Алю! Наташа ждет Алю…

А потом вдруг как крикнет:

– Ты не Аля! Где Аля? Где Аля? Верни мою Алю! Верни!

Алина очень удивилась, когда мама сказала, что она поступила в педуниверситет на факультет дефектологии. Она что, всю жизнь хотела смотреть на таких, как Наташа?! Бр-р-р!

– Странная я была, наверное, – самокритично подумала она, придирчиво глядя на себя в зеркало.

Алине почему-то хотелось слушать музыку и даже петь. Мама сказала ей, что раньше, в школе, она постоянно участвовала в самодеятельности и даже умела немного бренчать на папиной гитаре, а вот музыкальную школу бросила.

Как-то раз Алина озадачила Надежду Сергеевну вопросом:

– Мама, почему мой папа не приходит?

Надежда не знала, как объяснить дочери, что ее папа, когда ей было шесть лет, позорно сбежал из семьи к другой женщине.

– Как объяснить моей девочке, что мне с двумя дочерьми пришлось переехать из Москвы в Химки и довольствоваться тесной двушкой потому, что ее папа после развода потребовал половину нашей квартиры? – подумала она.

Когда мама уклончиво объяснила Алине, что ее отец сейчас живет не с ними, она в ответ лишь пожала плечами, подумав:

– Вот и хорошо! Хоть его не нужно будет пытаться вспомнить.

Надежда про себя не раз отмечала, что Алина словно стала чужой, как будто она проснулась совсем другим человеком. Конечно же, мама обрадовалась возвращению Алины, но она перестала узнавать свою добрую, отзывчивую девочку.

– Наверное, мне так кажется потому, что Алина ничего не помнит о своей жизни, обо всем, что нам было дорого и что нас объединяло, – успокаивала она себя.

Удивительным было другое. При полном отсутствии воспоминаний об окружающих ее людях и прошедших событиях, Алина сохранила приобретенные в прошлом навыки. Например, услышав по радио какую-то песенку на английском языке, она на отличном английском стала подпевать, прекрасно помня ее слова. Тогда все немного удивились, включая медперсонал. Алина помнила, как обращаться с компьютером, искать информацию в интернете, но все, что касается старых чувств и связей полностью стерлось из ее памяти.

Пришло время выписываться из больницы. Вернувшись домой, Алина придирчиво оглядела скромную двушку, в которой они втроем прожили столько лет.

– Неужели я живу здесь, в комнате с выцветшими старыми обоями, да еще и по соседству с той странной девчонкой, которая, как говорят, является моей сестрой?! – задавалась вопросом Алина. – Какой кошмар!

На следующий день в квартиру ворвалась смешная рыжая, конопатая девушка с взъерошенной косой и бросилась ей на шею. Впустила Вику, лучшую подругу дочери, мама Алины.

– Алинка, я так за тебя переживала! – крикнула Вика неприятным низким голосом, от чего Алина скривилась. – Ты как, подруга?

– Да, нормально, как видишь, – холодно произнесла Алина. – Все отлично! Только вот я не помню нифига! Не помню тебя, не помню маму и Наташку. Даже Олега не помню.

– Какого Олега? – удивленно спросила Вика, с подозрением взглянув на подругу.

– Как какого?! Того самого, который расправился с грабителем, укравшим у меня сумку в парке. Ты же тогда была со мной! – сказала Алина, не понимая, почему глаза у подруги Вики округлились и она как-то подозрительно на нее смотрит.

– Совсем у Алинки крыша поехала! – с грустью подумала Вика, сочувственно глядя на подругу.

Олег приезжал в Химки каждый день. Его отец, на радостях, что Олег, угробив новенькую машину, сам остался невредим, подарил ему другой Ford еще более современной модели, но, на сей раз темно-вишневого цвета, хорошо заметного на дороге даже в туман.

– Как ты здесь, Спящая Красавица? Скучаешь, наверное? – спросил Олег.

– Как принцесса в сказочной башне, охраняемая драконами, – ответила Алина, покосившись в сторону второй час неподвижно сидевшей на кровати Наташи.

Олег, видя, что Алина в собственной квартире чувствует себя некомфортно, снял отличную квартиру в прекрасном, недавно отреставрированном доме на одной из центральных улиц столицы. Он рискнул поговорить с Надеждой Сергеевной, попытавшись объяснить, что Алина уже взрослая девушка, а он любит ее и хочет жить с ней под одной крышей, да и его намерения остаются самыми серьезными.

– Я очень люблю Алину, Надежда Сергеевна, – сказал он, проникновенно глядя своими красивыми синими глазами ей в глаза и, скрестив за спиной пальцы, добавил. – Надеюсь, она скоро всех нас вспомнит.

– Ну, не знаю… Готова ли сама Алиночка к таким серьезным переменам в жизни? – пожала плечами Надежда Сергеевна. – Может, вы слишком спешите с таким серьезным решением, Олег?

– Сам не знаю, – задумчиво произнес он. – Я хочу, чтобы Алина была со мной счастлива. Может, живя рядом со мной, она быстрее все вспомнит? Я поговорю с ней. Вы не против, Надежда Сергеевна?

– Да, нет… Попробуйте, Олег. Хуже, наверное, все равно не будет, – ответила она. – Вы ведь правда любите мою дочь?

– Безмерно! – искренне, пылко ответил Олег.

Мысленно торжествуя победу, он пошел в комнату Алины. Она сидела, хмуро разглядывая унылый пейзаж за окном.

– Видом из окна любуешься? – спросил Олег, обнимая ее сзади.

– Было бы чем?! – скривилась Алина.

– Алина, ты бы хотела переехать ко мне в Москву. Я снял для нас обалденную двухкомнатную квартиру с видом на Большой театр. Я поговорил с твоей мамой. Она отпустит тебя, если ты, конечно, не против. Ты же не против? – спросил он, с удовольствием наблюдая, как моментально изменилось выражение ее лица.

Алина радостно взвизгнула и прыгнула ему на шею, сама прильнув к нему губами. Она, меньше недели прожив в родной квартире, начала здесь задыхаться, а тут Москва! Но, главное, Олег всегда будет рядом!

– Интересно, какой он в любви? – гадала она, глядя на хорошо сложенного парня, который, судя по всему, просто без ума от нее. – Я так поняла, у нас с ним все уже было. Жаль, что я ничего не помню. Очень жаль!

Алина переехала в Москву и теперь была неразлучна с Олегом. Ей здесь нравилось абсолютно все, начиная с вида из окна и заканчивая упругим матрасом их с Олегом кровати. Олег в первую же ночь напомнил ей, что такое любовь и на сей раз она не была разочарована. Со времени пробуждения она только в присутствии Олега чувствовала себя счастливой. С ним она открыла для себя мир любви и удовольствий. Он наполнил собой весь образовавшийся в ее жизни вакуум. Олег и стал ее жизнью.

– Ты такая красивая, что просто дух захватывает, – сказал Олег, наматывая на руку ее длинные шелковее пряди. – Хочешь, я открою тебе один секрет?

– Какой секрет? – заинтересовалась Алина.

– Раньше, до комы, ты была менее страстной. Ты как будто чего-то стеснялась или боялась, что ли… Не могу подобрать нужного слова, но ты поняла, – сказал Олег, пробегая губами вдоль ее изогнутой спины.

– Закомплексованной? Ты это слово хотел сказать? – спросила она, мелодично рассмеявшись.

– Какой у нее чудесный голос и смех, – подумал Олег. – Интересно, может она еще и поет? Хотел бы я услышать, как она поет!

– Может быть… – ответил он, перевернув ее на спину, чтобы видеть ее дымчатые глаза. – Алина, у тебя такой мелодичный голос. Ты словно не говоришь, а песню поешь.

Алина нежно рассмеялась. Восхищенный Олег заметил:

– Правда, у тебя чудесный голос! Как будто горный ручеек с журчанием струится и бежит к большой реке.

– Ты так красиво говоришь, прямо, как поэт, – заметила Алина, поцеловав его горячие губы.

– Ну, можно сказать, я и есть поэт, – сказал Олег, водя пальцами по ее блестящим волосам. – Я сочиняю стихи и тексты песен. Мы с пацанами пять лет назад создали свою группу «Трио-Рио», играем джаз и рок. Нас часто приглашают выступать с концертами в разные клубы. У нас даже видеоклип есть. Показать?

– Конечно! Ты музыкант! Надо же?! – воскликнула Алина. – А я думала, что ты обычный студент, учишься на экономическом, мечтаешь стать каким-нибудь супер-главным менеджером и работать в архитектурном агентстве своего папы.

– Так, одно другому не мешает, – рассмеялся Олег и пошел за ноутбуком. – А ты сама куда будешь поступать? Определилась с будущей профессией?

– Ну, дефектологом я точно передумала становиться, – переливчато рассмеялась Алина. – Я годик отдохну и все хорошенько обдумаю. У меня такие баллы ЕГЭ, что меня куда угодно примут! Знать бы еще, куда идти…

– Я тоже год думал, но потом все же послушался отца и поступил на экономический. Сейчас я на втором курсе, а был бы на третьем. Подумаешь?! Какая разница, годом раньше, годом позже… Так что, поверь мне, ты никуда не опоздаешь, – сказал Олег, разворачивая ноутбук к ней дисплеем. – Вот мы какие! Смотри.

Алина, открыв рот, внимательно смотрела и слушала. Она не знала или не могла вспомнить, какая музыка ей нравилась раньше, но то, что она увидела и услышала, точно ее впечатлило.

– Ну что, понравилось? – с надеждой спросил Олег.

– Понравилось! Правда, классно! – пылко произнесла Алина и, отодвинув в сторону ноутбук, обняла Олега, повалив его на спину.

Она стала смелой и страстной в любви, и это еще больше заводило Олега. Алина впервые открыла его для себя и, похоже, тоже искренне полюбила. Она не уступала ему в страсти и всегда была готова к экспериментам, новым ощущениям и волнующим переживаниям. Это реально сводило с ума Олега. Он даже ненадолго не хотел расставаться со своей Златовлаской. Они все делали вместе – гулял по городу, ходили по магазинам, посещали театры, выставки, концерты, вместе готовили еду и мыли посуду. Местоимение «мы» прочно вошло в их жизнь. Алина одна вообще старалась не покидать их уютное любовное гнездышко. Когда Олег уходил на занятия в университет и отсутствовал полдня, Алина старалась в это время спать, чтобы не думать о нем и не грустить в одиночестве. Если ей что-то было нужно, она делала заказ через интернет и ждала доставку. Маленькая сексуальная рабыня, вполне счастливая в своей сладкой неволей. Она не знала, что бывает по-другому и она сама когда-то что-то искала в этой жизни и кого-то ждала. Лишь иногда во сне, откуда-то издалека, всплывало улыбающееся лицо возлюбленного из волшебной страны грез.

В безоблачных отношениях любовников было только две странности. Алина принципиально не хотела знакомиться с новыми людьми, с кем-либо общаться и ходить куда-то без своего Олега, как будто она боялась всех людей. Исключение делалось только для мамы, но и с ней Алина общалась без особого восторга и все больше по телефону. Странностью Олега являлось то, что он категорически не допускал Алину на репетиции и свои концерты. В ответ его подруга злилась и обижалась, но он оставался непреклонен. На самом деле, Олег до смерти боялся, что Коля или Женя проговорятся и напомнят Алине о том, что произошло дождливой июльской ночью в его дачном домике. Если Алина вспомнит то, что он сам хотел бы забыть, она его никогда не простит. Он это точно знал. У Олега даже мелькнула мысль перестать общаться со своими давними друзьями и распустить группу.

– Любовь того стоит, – решил он. – Некоторые ведь записывают сольные альбомы! Зачем мне вообще эта группа с двумя бездельниками, живущими за мой счет?!

Олег ради Алины перестал ходить на репетиции, поссорился с вспыльчивым Женей, и в конце концов, вообще перестал выступать на публике. Он иногда пел, подыгрывая себе на гитаре, но только дома и для своей возлюбленной. Алина как-то раз тоже взяла в руки гитару и спела старинный русский романс. На гитаре она играла чудовищно плохо, но ее голос превзошел все ожидания Олега. Чарующе-мягкие звуки ее голоса разливались по комнате, заставляя влюбленное сердце Олега чаще биться.

– Может, мне начать петь дуэтом с моей красавицей? – подумал Олег. – Она отлично смотрится с гитарой в руках, так сексуально… Я напишу для нас песню. Посмотрим, что из этого получится.

Олег восхищенно смотрел на Алину, стараясь не вспоминать об их первой неудачной любовной встрече, ее слезах и холодности. Неужели случилось чудо и эта страстная красивая девушка любит его, а не проклинает, заливаясь горькими слезами?! Олег старался, как и Алина, навсегда забыть прошлое, радуясь настоящему и наслаждаясь каждой минутой рядом с любимым человеком, но иногда на него что-то находило и он спрашивал себя:

– Заслужил ли я такое счастье и достоин ли этой потрясающей девушки. Узнай Алина меня прежнего, она наверняка снова меня возненавидела бы.

В такие минуты Олег крепче прижимал к себе Алину, надеясь, что Судьба умеет прощать и проявлять милосердие.

V

– Арчи, у меня есть для тебя важное поручение. Так что, после занятий в универе, бегом ко мне! Это очень важно! – строго приказал Геннадий Николаевич сыну.

– Хорошо, папа, – нахмурившись, произнес Артем.

После гибели Виктора его жизнь резко изменилась, причем, не в лучшую сторону. Оставшись без своей главной опоры и незаменимого помощника в делах, его отец решил вырастить дельного специалиста и наследника семейного бизнеса из легкомысленного младшего сына. Артему ничего не осталось, кроме как изменить все свои привычки и прежний уклад жизни. Во-первых, ему пришлось смириться с мыслью, что он в ближайшее время обязан жениться на Марианне; во-вторых, он стал серьезно относиться к своей учебе, готовя себя к будущей роли руководителя крупной корпорации; в-третьих, приходилось исполнять некоторые несложные поручения отца и вникать в суть бизнеса строительной компании. Была еще одна мерзкая для вольнолюбивого Артема вещь – необходимость ходить в безупречно-строгих деловых костюмах с галстуками-удавками.

– Ненавижу все эти пиджаки и галстуки, – возмущался он, перебирая висевшие в гардеробе костюмы. – Какой садист придумал эти дурацкие галстуки? Они годятся только для любителей БДСМ и прочих извращенцев, которым нравится, когда их душат. Нормальному-то человеку зачем эта удавка?!

Прошел почти год после смерти Виктора. Геннадий Николаевич очень серьезно поговорил с младшим сыном, в доступной форме объяснив ему, что будущее семьи, семейного бизнеса, благополучие осиротевшей семьи Виктора и его собственное благополучие отныне будут зависеть только от того, насколько он, Артем, серьезно станет относиться к семейному делу. Отец Артема стал планомерно посвящать своего единственного сына в детали жизни корпорации и, к великой радости родителя, мальчик оказался очень сообразительным, а на некоторые вещи смотрел свежим взглядом, предлагая оригинальные решения в духе времени.

Раньше Артем из упрямства не желал иметь ничего общего с отцом и Виктором, как и с делами корпорации, но сейчас у него просто не было другого выхода. Геннадий Николаевич понял, на какие струны души сына нужно надавить, чтобы он втянулся в семейное дело, оставив в разделе «хобби» все свои увлечения спортом и музыкой. Это все, конечно, хорошо, но главная задача будущего главы строительной компании – забота о ее будущем вопреки всем агрессивным экономическим и политическим факторам. Чтобы стать компетентным руководителем, нужно много учиться и набираться практического опыта. Артем учился и вникал в детали семейного бизнеса, как велел отец. Он почти забыл о своих мечтах юноши-идеалиста. Чувство долга и сострадания в его шкале ценностей опередили личные интересы и увлечения. На первое место в жизни Артема встала забота о своей семье, в том числе и семье Виктора, а собственные иллюзии он оставил в беззаботном прошлом.

Артем чем дальше, тем реже вспоминал сладкий сон о волшебном мире под небом голубой звезды и невероятной золотоволосой девушке, которую он поклялся любить все свои жизни и искать до конца времен. Эти волшебные образы вытеснялись насущными делами и проблемами, далекими от мира фантазий, но жизненно важными в непростой земной жизни.

Марианна удивила Артема известием, что ее американская подруга Саманта приедет к ним погостить на пару месяцев. Больше всего озадачило Артема то, что Марианна предложила Саманте пожить в доме его родителей, а не со своей семьей. Его мама спокойно отнеслась к многодневному присутствию иностранной гостьи под своей крышей.

– Дом большой. Места всем хватит, – рассудила она.

Отцу Артема вообще все было безразлично, если это не касалось дел его корпорации. Артем пожал плечами. Ему-то что? Ну, если Марианна так хочет, пусть ее подруга погостит у них месяц-другой.

Марианна стала чаще, чем раньше, приходить к Артему и почти каждую ночь оставалась у него ночевать. Под влиянием отца он уже смирился с постоянным присутствием Марианны рядом с собой. Артем примирился с мыслью о ней и стал ее воспринимать как неизбежность, как жену и будущую мать своих детей.

После пылкого и на удивление быстрого секса Артем уснул, а когда проснулся среди ночи, Марианны рядом не было. Он натянул штаны и нехотя вышел из спальни. Марианны нигде не было видно. Он услышал голоса, проходя мимо гостевой спальни и, не удержавшись, толкнул незапертую дверь.

В тусклом свете ночника Артем увидел обвившие друг друга тела Марианны и ее подруги мулатки. Черно-белый клубок нежности и страсти перекатывался по кровати, пока Марианна не заметила его. Ничуть не смутившись, она поцеловала Саманту, а затем выразительно посмотрела на Артема и рассмеялась.

– Что стоишь, как истукан! Не залипай! Присоединяйся! – весело воскликнула Марианна, поманив его пальчиком.

Артем застыл на месте, не зная, с какой стороны закрыть ему дверь. Он не против приключений, но ведь Марианна его невеста, а Саманта ее лучшая подруга! Он стоял в дверном проеме с любопытством разглядывая темнокожую Саманту.

– Она хорошенькая, – подумал Артем, любуясь ее тонким точенным телом с высокой грудью и длинными ногами. – Очень хорошенькая… К черту все! Если Марианна сама хочет…

Он, почувствовав поднимающуюся снизу жаркую волну, сообразил, что здесь намного интереснее, чем в своей комнате. Кудрявая мулатка с шаловливыми глазами и его Снежная Королева отлично вместе смотрелись. Артем закрыл дверь с внутренней стороны и нисколько об этом не пожалел, а Марианна утром, за завтраком, лукаво ему улыбалась, незаметно лаская под столом коленку Саманты.

– Артем, я беременна, – как приговор судьи огласила Марианна результат своего похода к гинекологу.

– Но… Марианна, это точно мой ребенок? – спросил обалдевший Артем, сказав первую глупость, пришедшую на ум.

– Нет, Саманты! – получил он достойный вопроса ответ. – Дурачок, конечно, это твой ребенок! Чей же еще? Мы, девочки, пока не научились делать детей без вашей помощи.

Марианна откровенно издевалась над ним и иронизировала, а Артем понял одну вещь – это конец! Конец его свободе, конец мечтам, конец вере в любовь и надежде встретить когда-нибудь свою Златовласку.

В тот день Артем впервые в жизни напился. Он сидел за барной стойкой и одну за одной глотал обжигающе-дурманящие порции виски. Он словно поминал не чокаясь собственную жизнь, которая после гибели Виктора перестала ему принадлежать, свои мечты, которым не суждено сбыться, свои надежды на любовь, свою свободу. Хотя, какая она была, эта свобода. Вначале он во всем поступал назло отцу, а потом, после того как Вити не стало, подчинился его деспотичной воле из чувства долга, ради блага семьи. В жертву близким Артем принес все, чем дорожил в жизни. Теперь на музыку и спорт времени практически не оставалось, да и голова уже была забита совсем другими вещами.

– Кем я стал? – задавался он вопросом, глотая содержимое очередного стакана. – Я стал копией отца и Вити. Нет, я намного хуже! Они родились бессердечными машинами для производства денег, а я сам себя превратил в их подобие.

– Приятель, повтори! – обратился Артем к бармену, протягивая опустевший стакан.

– Что трудный день? – ухмыльнулся бармен, глядя на раскисшего парня в дорогом костюме и съехавшем набок галстуке.

– Да, нет! День как день, не лучше других! – смешно хихикнул Артем. – Женюсь я! Вот и радуюсь, как на собственных похоронах! Ха-ха!

– У-у-у! Тут дело серьезное! Без ста грамм не разберешься, – пошутил бармен, наливая виски.

– Приятель, а ты женат? – спросил пьяный Артем лощенного бармена с выщипанными бровями.

– Я не по этой части, – рассмеялся бармен с бейджиком «Леонид» на груди.

– Не понял! Ты… из этих, что ли, Леня?! – спросил вконец окосевший Артем.

В ответ бармен еще громче рассмеялся.

– Знаешь, тебе, кажется, уже хватит на сегодня. Не пойти ли тебе домой, к твой невесте? – предложил он, опытным взглядом оценив, что еще одна порция может окончательно вырубить клиента, а лишняя возня заведению ни к чему. – Давай, я вызову тебе такси.

– Не надо! Я за рулем, – заплетающимся языком сказал Артем, вставая.

Его качнуло так сильно, что он чудом не упал, уцепившись за край барной стойки.

– Ого, как тебя повело! – усмехнулся бармен. – Ты присядь, пока ждешь такси.

Артем не помнил, как добрался домой, зато на всю жизнь запомнил головную боль на следующее утро. Саманта уже уехала назад в Штаты, Марианна была на работе, в холдинге своего отца, родители, как обычно, занялись своими делами, а ему остались лишь похмелье и воспоминания о прежней жизни, наполненной яркими красками и живыми чувствами. Подойдя к окну, Артем вздохнул, подняв глаза к слепящему глаза Солнцу.

– Вот оно, небо чужой звезды! Все мы под ним живем, на что-то надеемся, а что в итоге? – философски размышлял он, проговаривая мысли вслух. – Мы все живем в мире, в котором наши жизни нам не принадлежат, играем по чужим правилам, заботимся о чьих-то интересах и забываем о себе. В масштабах Вселенной мы никто и ничего от нас не зависит! И мы везде чужие…

– Ты уже сам с собой разговариваешь? Плохо дело! – услышал Артем за спиной голос Марианны. – Надеюсь, наши дети родятся нормальными!

– Дети?! – вернувшись с небес на землю, обернулся Артем.

– Да, дети! – рассмеялась довольная собственной шуткой Марианна. – Я только от врача. Поздравляю, дорогой! У нас будет двойня. Мальчики.

– Дети?! Двойня? – переспросил Артем.

– Да, де-ти! Маль-чик и маль-чик, – по слогам повторила Марианна, глядя на него, как на конченого идиота.

– Охренеть! – медленно произнес Артем, ухватившись за подоконник.

Свадьбу назначили на конец сентября. Артему недавно исполнилось двадцать лет, а Марианне было двадцать четыре. Они смотрелись идеальной парой, объединившей капиталы двух семей, и своим успешным видом победителей воплотивших в реальность все честолюбивые мечты и надежды собственных родителей. Взаимовыгодный династический брак. Идеальная свадьба, о которой много говорили и писали в СМИ, а фотография счастливых молодоженов украшала обложки известных журналов, разоблачающих жизнь известных людей и членов их семей.

Идеально подготовленное деловое мероприятие, именуемое бракосочетанием, прошло с грандиозным пафосом. Все продумано до мелочей. Все сыграно, как по нотам. Улыбчивый жених в элегантном бежевом костюме блестяще справился с ролью преданного возлюбленного, с восхищением смотрящего на сою невесту – красавицу в ниспадающем каскадами шелка снежно-белом платье от известного французского модельера. Очаровательно оформленный зал ресторана, три с лишним сотни гостей, большую часть которых молодожены не знали, но присутствие важных людей придавало этой свадьбе особый блеск. Родители жениха и невесты пригласили многих уважаемых в своем кругу людей, ценящих полезные знакомства и зачастую использующие именно такого рода мероприятия для налаживания новых деловых связей.

Артем так увлекся работой в компании отца, что начисто перестал общаться со старыми друзьями. У него не нашлось ни одного близкого друга, готового стать его шафером. Артем позвал своего университетского приятеля Олега, который с радостью согласился и обещал прийти со своей девушкой, от которой, судя по его восторженным репликам, парень был просто без ума.

– Повезло Олегу! Он нашел свою любовь. А вот меня нашли чувство долга, обязанности, требовательный отец и Марианна. Хотелось бы взглянуть на девушку, от которой у такого практичного парня, как Олег, крышу снесло!

Марианна в качестве подруги невесты, естественно, пригласила Саманту, которая ради такого случая даже немного подучила русский язык. Она была не только экзотической гостьей на свадьбе дочери известного российского бизнесмена, но и приходилась племянницей крупному американскому промышленнику, что чрезвычайно льстило самолюбию родителей Марианны.

Сердце Артема готово было выпрыгнуть из груди, когда Олег подошел к нему с длинноволосой очаровательной блондинкой в вечернем облегающем платье цвета персидской сирени. Девушка выглядела, как сказочная фея из волшебной страны под небом ярко-голубой звезды. Это была Она – его Златовласка из сна, именуемая в мире людей Алиной. Что это? Сон наяву? Он бредит? Артем не знал, что и подумать.

– Так значит, она существует на самом деле?! – напряженно размышлял он, не отрываясь, глядя на Алину. – Она здесь, она существует! Эта девушка живет со мной в одном городе, дышит тем же воздухом, что и я, ходит по тем же улицам, а еще она подруга Олега. Почему его, а не моя?!

У Артема закружилась голова и он, чтобы не упасть, ухватился за руку Марианны.

– Когда ты успел нажраться? – прошипела она ему на ухо, не переставая широко улыбаться.

Артем постарался взять себя в руки. Он перевел взгляд с Алины на стоявшую рядом Марианну. Его невеста сияла блеском роскоши, как лед на солнце, приветствуя знакомых ослепительной улыбкой и жестами, тщательно отрепетированными перед зеркалом.

– Арчи, поздравляю! – дружески положив руку на плечо жениха, сказал Олег, а затем, переведя взгляд на невесту, восхищенно заметил. – Марианна настоящая королева! Повезло тебе, Арчи!

– Спасибо, друг! А ты не познакомишь нас со своей очаровательной спутницей? – спросил Артем охрипшим от волнения голосом.

– О, простите! Что-то я сегодня с утра лажаю. Арчи, Марианна, познакомьтесь с моей подругой Алиной, – сказал Олег, обняв неподвижно стоявшую Алину за талию и притянув к себе.

Алина смотрела на Артема широко распахнутыми глазами, мучительно пытаясь вспомнить, где она его уже видела. Почему-то казалось, что это невероятно счастливые воспоминания, от которых сладко замирало сердце и кружилась голова. Она, как зачарованная, смотрела на Артема, забыв, что рядом Олег и сам Артем сегодня женится. Зато Марианна с нескрываемым интересом рассматривала симпатичную девушку, плотоядным взглядом скользя по ее изящной фигурке и фарфорово-белому лицу.

– Симпатичная малышка, – подумала она, пытаясь представить Алину без одежды.

– Привет! Поздравляю! – наконец, робко произнесла Алина, мило улыбнувшись растерянному Артему и многозначительно ухмыляющейся Марианне.

Они с Олегом отошли в сторону. Больно сдавив ее запястье, нахмурившийся Олег сурово спросил:

– Алина, признавайся, откуда ты знаешь Арчи? Вы ведь знакомы?! Я это сразу понял, так что не отрицай. Вы так уставились друг на друга?! Я готов был сквозь землю провалиться! Ты и Арчи?! Вы что, были вместе?

– Нет! Олег, мне показалось… Я не знаю… Может быть, мы и знакомы. Мне его лицо показалось знакомым, но где я могла его видеть? Я ведь ничего так и не вспомнила из своей прежней жизни, – оправдывалась Алина, испуганно глядя на разозлившегося любовника.

– Если ты меня обманываешь?! – угрожающе произнес он, незаметно для окружающих больно сдавив ее запястье. – Я уничтожу тебя!

Алина вскрикнула от боли и, едва сдерживая слезы, прошептала:

– Ты меня пугаешь, Олеженька, и мне больно.

– Прости, но я тебя предупредил! – металлическим голосом произнес Олег, сверля ее потемневшими от гнева глазами. – Алина, ты для меня все и я тебя никогда не отдам другому. Никому, слышишь?! Обманешь меня и очень сильно пожалеешь об этом. Я не знаю, что с тобой сделаю, но вы оба пожалеете, клянусь!

Весь вечер Олег зажигал, исполняя доверенную ему роль шафера, шутил, флиртовал с девушками и участвовал в неизбежных веселых свадебных конкурсах, а его забытая возлюбленным Алина скучала в одиночестве за столиком у окна, глотая слезы и запивая их шампанским. Она не соглашалась даже с кем-нибудь потанцевать, боясь вызвать гнев и ревность Олега. В последние месяцы он стал внушать ей животный страх, неизвестно почему, ему стало мерещиться, что Алина втайне от него с кем-то встречается, обманывает его, а, может, и изменяет. Его паранойя дошла до того, что он над входной дверью их съемной квартиры установил скрытую камеру.

Просидев забытой за столиком больше двух часов, расстроенная Алина вышла в дамскую комнату. Ей было скучно и нестерпимо грустно. Она шла по залу, опустив глаза. Неожиданно ее кто-то взял за руку. Это был Артем. Она подняла на него свои дымчатые глаза и улыбнулась, не в силах сдержать дрожь в ногах.

– Ты ничего не помнишь? – нежно прошептал он, отойдя с ней в угол за колонной. – Алина, я схожу с ума или мы уже встречались? Встречались не здесь, а в другом мире… Во сне… Бред, правда!?

– Я не знаю, но твое лицо мне тоже знакомо. Я год назад попала в автокатастрофу и с тех пор начисто потеряла память, – тихо произнесла она, заглядывая в его такие знакомые и родные глаза. – Наверное, мы раньше где-то пресекались…

– Алина… Я должен увидеть тебя снова. Для меня очень важно во всем разобраться, понимаешь? – сказал Артем, осмелившись прикоснуться к ее золотым локонам и проведя по ним рукой. – Моя Златовласка…

Алина зажмурила глаза от удовольствия. Ее всю трясло от нахлынувших чувств, которые она никак не могла объяснить даже себе самой. Она неожиданно почувствовала, что роднее стоявшего напротив парня с теплыми лучистыми темно карими глазами, у нее никого нет, что она принадлежала и до сих пор принадлежит только ему, хотя совершенно ничего не помнила. Она любит его! Его и только его! Что это за наваждение?! Все остальное больше не имело значение. Не важно, что Артем стал сегодня мужем другой девушки. А Олег?! Как быть с ним? Алине, пока она не увидела Артема, казалось, что Олег ее любовь. Но теперь все изменилось! Алина, нерешительно обхватив Артема за шею дрожащими похолодевшими руками, прижалась губами к его горячим губам. От его ответного поцелуя у нее закружилась голова и перехватило дыхание.

– В чем ты должен разобраться, Арчи? – тяжело дыша, спросила Алина.

– Сам не знаю, но я не смогу жить, если не буду тебя видеть. Ты волшебное видение из моего сна, моя Златовласка! – приглушенным голосом сказал Артем, приложив ее руку к своему бешено бьющемуся сердцу.

В его взгляде было столько теплоты и нежности. Артем смотрел на нее с необъяснимым обожанием, не отдавая себе отчета в собственных чувствах. Любовь к стоявшей рядом девушке затопила его сердце задолго до того, как он ее впервые увидел. Разве так бывает?!

– Олег так на меня никогда не смотрел, – подумала Алина, не в силах отпустить руку Артема.

– Арчи… Что с нами происходит? – прошептала она, не отрывая от него мечтательный взгляд дымчатых глаз. – Я словно во сне. Все так нереально и чудесно! Тебе не кажется все каким-то волшебством?!

– Мне?! Еще как родная, – прошептал в ответ Артем. – Завтра мы с Марианной уезжаем на Багамы, но через две недели мы возвращаемся и я обязательно приду к вам с Олегом в гости. Мы ведь с ним университетские приятели… Это не покажется подозрительным, особенно, если я буду не один, а с женой. Ты не против Марианны?

– Да, нет, наверное… С тобой я начинаю верить в чудеса. Я ведь ничего и никого не помню, даже собственную маму, а тебя откуда-то знаю. Наверное, правда, из сна, – тихо засмеялась она.

– Какой жемчужный у нее смех! – подумал Артем и, подчиняясь неожиданному душевному порыву, привлек Алину к себе и поцеловал долгим страстным поцелуем.

Алине казалось, она сейчас потеряет сознание от переизбытка чувств.

– О, Арчи! Как давно я тебя люблю?! Наверное, вечность! Я это поняла, когда увидела тебя сегодня. С ума сойти! – снова рассмеялась она, лаская тонкими пальцами его восхитительное, возникшее из мечты лицо, и прильнув к нему своим гибким телом.

Артема лихорадило не меньше, чем Алину. Сон наяву! Возможно ли такое? Выходит, возможно!

– До встречи! – с трепетом произнес Артем, нехотя отпуская руку Алины.

– До встречи! – эхом ответила она, подарив на прощание еще один короткий пылкий поцелуй.

Алине показалось, что сейчас она взлетит к облакам, так она была счастлива!

– Так вот что значит любовь?! – подумала она, вбежав в дамскую комнату.

Стоя перед зеркалом, Алина придирчиво смотрела на сиявшую от счастью девушку в зеркале с затуманенными страстью глазами и лихорадочным румянцем, пятнами расцветшем на обычно бледных щеках.

– Ну и видок! – вслух произнесла она и услышала резковатый смех за спиной.

Повернувшись, она увидела иронично улыбающуюся Марианну.

– Да, красивая, красивая! – со смехом произнесла она, подходя ближе. – У Арчи хороший вкус! Я видела вас вместе. Что, старая любовь не ржавеет? Ха-ха-ха!

– Что?! – вскрикнула Алина, еще больше рассмешив Марианну.

Марианна чуть не на голову была выше миниатюрной Алины. Она мягко развернула Алину к зеркалу и нежно пробежала пальцами по ее манящим всех вокруг роскошным блестящим волосам, лицу, шее и спустилась к груди.

– Не пугайся. У нас брак по расчету и мне параллельно, кого трахает Арчи. Но, запомни, красавица, я собственными руками убью любого, кто станет мешать моим планам или посягнет на мой брак, – угрожающе тихим голосим произнесла она, наклонив голову к уху Алины и щекотнув ее мочку уха острым кончиком языка.

Марианна обняла мало что понявшую девушку за талию, прижавшись щекой к ее теплой шелковистой макушке. Алина от неожиданности затаила дыхание, но вырываться из властных объятий Марианны не стала. В ее душе и так бушевала буря чувств, а тут еще и невеста нетрадиционной сексуальной ориентации угрожает ей и набрасывается на нее с непрошенными ласками, хотя Алина не сказала бы, что ей неприятно от прикосновений и ласк Марианны. Может, раньше ей тоже нравились девушки? Она уже ничего не знала и не понимала.

– Ладно, отпускаю тебя… Пока отпускаю! Но не забудь то, что я тебе сказала. Не пытайся разрушить мой брак! Никогда, слышишь?! Да, и не дрожи ты так! – рассмеялась Марианна, ослабив хватку но, не убирая цепких рук с талии Алины.

– Ты совсем не любишь Арчи? – спросила мало что понимавшая Алина.

– Брак, это договор, деловая сделка. Для меня, по крайней мере. Бизнес и ничего личного! Понимаешь?! Хотя, трахается он сносно! Ха-ха-ха! – еще громче рассмеялась Марианна, шутки ради шлепнув Алину по попе.

Алина вскрикнула от неожиданности, смешно захлопав ресницами, чем вызвала очередной приступ смеха Марианны.

– После возвращения из свадебного путешествия мы с мужем обязательно заглянем к вам с Олегом. Тогда и продолжим наш разговор… – угрожающе сексуально произнесла она. – А сейчас иди, поразмысли над моими словами. Давай, топай к своему Олегу! Кстати, мне показалось, или он совсем о тебе, бедняжке, позабыл, отплясывая с Самантой? До встречи! Ха-ха-ха!

Алина выбежала так, словно ее выпустили из клетки, чтобы продлить удовольствие от охоты. Алина была на грани истерики. То жених признается ей в любви и похож на всплывший из сна призрак, то невеста на собственной свадьбе соблазняет ее своими лесбийскими ласками, да еще и угрожает.

– Что сегодня со всеми нами произошло? С ума все посходили, что ли?! Я точно сошла с ума! – задумалась Алина. – Все в голове просто не укладывается! Артем, злость и ревность Олега без всякой причины, а потом еще и эта Марианна со своими приставаниями. Может, это со мной что-то не так?!

Действительно, было в Алине какое-то животное очарование, магнетизм лани, притягивающей к ней разного рода хищников, в которых она поневоле возбуждала аппетит, особенно, сексуальный. На нее с первого взгляда запал Олег, хотя вначале принял ее за дешевку из бара. Его отец порой очень странно пристально смотрел на девушку сына, заставляя ее вздрагивать от страха в его присутствии, но он держал себя в руках, демонстрируя к ней хорошее отношение, как к дочери, то есть, будущей жене Олега. Вот, теперь и Марианна откровенно хотела ее. Но самой Алине нужна была лишь любовь того единственного улыбающегося парня из сна – ее Артема! Она это поняла сегодня, как и то, что это навсегда и ничего уже не изменится.

– Что нам уготовано Судьбой?! – задавала себе вопрос Алина, прекрасно зная, что люди и обстоятельства не позволят им с Артемом быть вместе и никакая любовь не может выжить, противостоя всему миру.

VI

Алина под руку гуляла с Олегом по Арбату. Вдруг в глазах у нее потемнело, голова закружилась и она без чувств упала бы на мостовую, если бы он в последний момент не подхватил ее на руки. Она надеялась, что прогулка на воздухе улучшит ее ужасное самочувствие, но стало еще хуже.

– Я умираю… – простонала она, не на шутку напугав Олега.

– Ну, что на сей раз?! – раздраженно спросил Олег, которому порядком надоело ее каждодневное нытье вместо ночных стонов. – Мы как нормальные люди можем погулять по весеннему городу, посидеть в ресторане, выпить вина, а не пугать прохожих твоими обмороками?

В последнее время Алина перестала быть похожа на себя. Где та страстная красавица, от которой невозможно было оторваться в постели?! Алина сильно похудела, побледнела и удивляла Олега то беспричинными слезами, то необъяснимыми приступами паники. Она почти ничего не ела и много спала. Олег с трудом уговорил ее выбраться из дома и погреться на весеннем солнышке. Невинная прогулка обернулась для Алины кошмаром. Казалось, город наполнен лишь убийственно резкими звуками и запахами. Больше месяца Алина чувствовала себя ужасно плохо, не могла смотреть на еду и даже запах привычного парфюма Олега теперь вызывал у нее дурноту. Олег настоял на том, чтобы Алина обратилась к врачу.

Результат анализов ее просто ошеломил. Она беременна? Семь недель?! Знать бы еще, от кого! От Олега или Арчи? Алина не была уверенна, что новость о грядущем материнстве ее обрадовала. Беременность окончательно отрезала для нее путь к отступлению, убив последнюю надежду, что они с Арчи будут вместе. Олег ее не отпустит. Алина это точно знала. Сама Алина, конечно же, хотела бы, чтобы это был ребенок от Артема, но Олег так обрадовался новости о ее беременности, что она почувствовала себя редкостной дрянью. Олег, вне всякого сомнения, по-своему любил Алину, но местами он вел себя крайне деспотично, изводил ее своими подозрениями и ревностью, мог без причины быть жестоким и даже причинить ей физическую боль, а в следующий момент просил прощение, осыпая нежными поцелуями. Алина уже привыкла к перепадам его настроения, но все чаще она ловила себя на мысли, что мечтает уйти от Олега.

То ли дело Арчи?! Он с нетерпением ждал каждой встречи со своей возлюбленной. Алина убегала на тайную квартиру, которую специально для их встреч снимал Артем. Он не мог налюбоваться и насытиться своей Златовлаской, использую любую возможность, чтобы улизнуть от отца, Марианны, сотрудников компании и поскорее оказаться в объятиях своей любимой. Он словно боялся, что следующей встречи никогда не произойдет и его сказочная любовь растает, как сон. Артем крепко сжимал в объятиях сонную и утомленную любовью Алину, шепча ей нежные слова и мечтая остановить время и навсегда остаться в их любовном гнездышке, но каждый раз приходилось возвращать ее Олегу, а самому возвращаться к семье и делам.

– Мама, у нас с Алиной для вас с папой сюрприз. Алина ждет ребенка. Представляешь, моего ребенка! Я скоро стану отцом! – по-мальчишески радостно воскликнул Олег, обнимая Раису.

– Это действительно большой сюрприз, – ответила Раиса, поджав губы. – Я поздравляю Алину, ну и тебя, конечно, тоже.

Нужно было видеть в этот момент лицо Раисы. На следующий день, когда Олег был на занятиях в университете, она заглянула в гости к Алине.

– Олег меня вчера осчастливил сногсшибательной новостью, пригрозив сделать в ближайшее время бабушкой, – сказала она, странно вглядываясь в побледневшую, измученную токсикозом Алину.

– Да, Раиса Анатольевна. У нас с Олегом будет малыш, – согласилась Алина, в глубине души сжавшись от сверлящего взгляда будущей свекрови. – Олег так обрадовался…

– Ребенка, значит, ждешь? От Олега!? Как мило! – рассмеялась Раиса, иронично приподняв бровь. – Кого ты дурачишь, девочка моя?

– Я не понимаю, о чем вы гово… – заплетающимся от волнения языком тихо произнесла Алина.

Оглушительно звонкая пощечина оборвала ее лепет.

– Маленькая шлюшка! Дрянь! – крикнула взбешенная ее ложью Раиса. – Ха-ха! Не понимает она! Пригрела в семье гадюку! Я же относилась к тебе, как к родной дочери! Алина, как ты могла предать всех нас? Как ты посмела изменить Олегу? Он же любит тебя! А ты, дурочка, на понимаешь своего счастья!

Она снова замахнулась на побелевшую от страха Алину, но в последний момент передумала, с досадой опустив руку. Сделав глубокий вдох, Раиса постаралась успокоиться и взять себя в руки.

– Я не против внуков, вот только есть одно маленькое обстоятельство. Олег в юности переболел корью с осложнением. Он не может иметь детей и никогда не сможет, я доступно объясняю?! – уже спокойнее произнесла она, буравя взглядом беззвучно плачущую Алину с ярко выступившим следом от ее пятерни на левой щеке. – Да, не реви ты! И так тошно!

– Я не хотела обманывать Олега, но я не знала, как сказать ему… – попыталась что-то объяснить Алина, но Раиса не пожелала ее слушать.

– Не смей ничего говорить моему сыну! Пусть это останется на твоей совести! – прикрикнула на нее Раиса и ее брови грозно встретились на переносице, производя устрашающее впечатление на притихшую Алину. – Не знаю, с кем ты мутишь за спиной моего сына, но прекращай это немедленно. Олегу ни слова! Нам нужен наследник. Роди здорового ребенка и он станет нам родным, но свои шашни прекращай немедленно, поняла?!

– А Олег знает, что он… Ну, что он не может иметь родных детей? – осмелилась спросить Алина.

– Конечно, нет! С ума сошла? Зачем же я буду огорчать моего мальчика?! Пока жива, я не позволю таким аферисткам, как ты морочить голову моему сыну, – сказала Раиса, строго глядя на Алину. – Тебе повезло, ты мне нравишься. Нам нужен наследник. Надеюсь, твой любовник приличный мужчина, а не какой-нибудь наркоман?

– Он очень хороший… Простите меня, если можете, но я его люблю, – отважно призналась Алина. – Но, Олега я тоже люблю, но по-другому.

– Вот спасибо! Я тебя должна благодарить за откровенность, да? – разозлилась Раиса. – Может, тебя еще и благословить?! Спи, с кем хочешь, доченька?! Это ведь по любви?! Нет, ну какая наглость!

– Простите меня, Раиса Анатольевна, но я не могу без него, – залилась слезами Алина. – Вы меня возненавидели, я знаю. Я это заслужила…

– Все мы иногда ошибаемся, – примирительно произнесла Раиса. – И все мы чем-то жертвуем ради счастья близких людей. Алина, ты прекращаешь все отношения со своим таинственным Ромео и отныне заботишься только о своей семье. У тебя есть замечательный муж и скоро родится ребенок. Кстати, ваш гражданский брак с Олегом нужно как можно скорее узаконить. Ради счастья мужа и ребенка тебе придется пожертвовать свой надуманной любовью. Может, это вовсе и не любовь, а лишь легкомысленное увлечение. В любом случае, все эти глупости ты оставляешь в прошлом! Думаешь, мне пришлось принести мало жертв ради сохранения семьи и счастья моего Олеженьки?

Раиса вздохнула и, подойдя к плачущей Алине, обняла ее, и как ребенка погладив по голове.

– Не плачь, Алина! Так надо! Мы не всегда принадлежим себе. У нас есть обязательства перед близкими людьми и ради них мы многое стерпим. Ты согласна со мной? – в упор глядя ей в глаза, спросила Раиса.

Алина молча кивнула. Ради благополучия еще не рожденного ребенка, она добровольно откажется от любви Артема, но никакая сила природы не заставит ее разлюбить его. Любовь Алины и Артема продолжит жить в их ребенке. Так, во всяком случае, пыталась она себя утешить, представляя, какой мучительно тяжелый разговор предстоит ей с Артемом и как больно будет им обоим.

– Мы с Германом Львовичем займемся подготовкой свадьбы. Я все организую. Впрочем, если твоя мама найдет время и поможет мне с организационными хлопотами, я буду только благодарна, – сказала Раиса, уже строя планы по проведению торжественного мероприятия. – Ты будешь очень красивой невестой, Алина. Надеюсь, женой моему Олеженьке ты тоже будешь хорошей.

– Свадьба?! Но нам с Олегом и так хорошо, Раиса Анатольевна! – воскликнула Алина, понимая, что брак с Олегом окончательно отдалит ее от Артема. – Зачем вся эта суета и траты? Придет столько незнакомых людей!

– А ты, моя милая, из-за денег то не переживай! Не тебе тратиться! —хмыкнула Раиса, снисходительно посмотрев на свою будущую невестку. —Впрочем, если тебе что-то не нравится, ты можешь прямо сейчас вернуться к маме в Химки. Ха-ха!

Алина ничего не возразила. Она не представляла себе жизнь в тесной двушке, да еще и по соседству со странной сестрой Наташей. Самое сложное – это сообщить Артему, что между ними все кончено. Но ведь они так любят друг друга! Как же жизнь несправедлива. Алина готова была завыть от боли. Она нашла Его, своего Арчи, чтобы так скоро с ним снова расстаться.

Чтобы избавить будущую невестку от домашних хлопот, но главным образом, чтобы присматривать за нею, Раиса прислала к Алине свою домработницу Маргариту Романовну. Старуха шпионила за Алиной, никуда ее в одиночку не отпуская, якобы, беспокоясь о ее хрупком здоровье. Алине пришлось проявить нереальную сообразительность, чтобы ускользнуть от своего стража. Она «потерялась» в торговом центре, выбежав через другой выход и, прыгнув в такси, отправилась в квартиру, ставшую их с Артемом островком любви. Артем тоже бросил все дела и помчался на встречу со своей возлюбленной.

– Арчи, любимый! – шептала в слезах Алина. – Арчи, ты не представляешь, что случилось!

– Господи, что еще?! – встревожено воскликнул Артем.

– Арчи, я выхожу замуж за Олега! Ради нашего с тобой ребенка я выйду за него! Ты же все равно не собираешься расставаться с Марианной! – упрекнула она его. – Раиса Анатольевна знает, что ребенок не от Олега, но они готовы его признать и растить, как родного, но только если я расстанусь с тобой.

– Она знает о нас с тобой? – удивился Артем.

– Не совсем. Она не знает, что именно ты отец моего ребенка, но она потребовала, чтобы мы расстались и я вышла за Олега. Им, видите ли, нужен наследник! – сквозь слезы возмущалась Алина.

– Ну, Раиса Анатольевна очень умная женщина и она не так уж и не права, – задумчиво произнес Артем.

– Но, Арчи, нам придется расстаться! – воскликнула Алина, бросаясь ему на шею. – Меня вынуждают прекратить наши с тобой отношения. Мама Олега знает, что у меня будет ребенок не от Олега. У него с этим проблемы. Она приставила ко мне свою домработницу, чтобы та следила за мной и все ей докладывала. Маргарита Романовна настоящий дракон. Она на тюремную надзирательницу похожа. Я еле сумела от нее отвязаться, но представляю, какой допрос с пристрастием меня ждет, когда я вернусь домой.

– Алина, сделай все, как они говорят, а я придумаю, как нам втайне видеться. Я клянусь, что найду выход, милая, – сказал Артем, нежно обняв Алину. – Я не собираюсь отказываться от тебя. Мы будем встречаться и это станет нашей тайной. Иди ко мне, любимая… У нас очень мало времени.

Артем на кончиках пальцем приподнял воздушную, почти невесомую Алину, заглядывая в ее сияющие любовью глаза.

– О, Арчи! Как же мы с тобой будем встречаться? – с беспокойством спросила она. – Я когда выйду за Олега, перееду в рублевский дом его родителей. Ну, может, это временно, пока не родится ребенок. Олег убьет нас обоих, если узнает… Может, нам лучше расстаться? Ради нас, ради нашего ребенка…

– Нет! – воскликнул Артем, больше всего боявшийся услышать именно эти ужасные слова. – Нет! Слышишь, Алина! Я не хочу этого! Мы ведь так счастливы вместе! Я не могу расстаться с Марианной, ну, интересы семьи и все такое, кроме того, она через два месяца родит моих сыновей. Но я и с тобой не хочу расставаться. Мы не должны ради них всех жертвовать нашим счастьем, нашей любовью. Я обязательно что-нибудь придумаю. Я украду тебя у всех у них!

– О, Арчи! – воскликнула Алина, обвив его шею руками. – Мне пора возвращаться… Я так хочу остаться с тобой, но пора…

– А мы очень быстро… Я тебя с ветерком доставлю до дома, а сейчас давай не будем тратить время на лишние разговоры, – сказал Артем, растянувшись на диване и посадив Алину сверху. – Моя Златовласка… Я тебя никому не отдам! Слышишь?!

Артем вместе с Марианной пришел на свадьбу своей возлюбленной и университетского друга. Алина сияла каким-то космическим светом, каким может изнутри светиться только будущая мать.

– Ты бесподобна, Алина! – прошептал ей на ухо Артем, поздравляя невесту. – Ты сияешь, как звезда!

Он перевел взгляд на Марианну, весело болтавшую с Олегом. Марианна неделей раньше родила двойню. Мальчиков назвали Виктором и Максимом. Она отлично выглядела с налитой грудью и более пышными, чем прежде формами. Марианна не относилась к числу женщин, созданных для материнства и любящих нянчиться с детьми. О близнецах заботились няньки, которым щедро платили, а Марианна могла развлекаться, как ей вздумается, заводя краткосрочные связи со смазливыми девчонками. На свадьбу Олега и Алины она пришла вызывающе красивая и дерзкая в ярко красном платье, с потрясающе сексуальной высокой прической. Она слишком устала от дискомфорта беременности и теперь отрывалась по полной, наслаждаясь долгожданной свободой. Артем не без оснований заподозрил, что его жена время от времени нюхала кокаин, от чего становилась слишком развязной и, не скрывая своей нестандартной сексуальной ориентации, клеилась к красивым девушкам, шокируя окружающих и выставляя своего мужа полным болваном. Спорить с ней было бесполезно. Артем давно оставил эти попытки, хорошо поняв, с кем имеет дело.

– Отлично выглядишь! – заметила Марианна, обнимая Алину и бесцеремонно поцеловав ее в губы на глазах у сотен гостей.

У Артема все в душе перевернулось. Марианна догадывается о его чувствах к Алине и не смеет пытаться украсть его возлюбленную. Артема удивило, что Олег довольно спокойно воспринял выходку Марианны. Он зверел от ревности, когда видел возле Алины других мужчин, а Марианна ему не конкурент. Внимание к Алине экстравагантной жены друга, скорее, его веселило, нежели внушало беспокойство. Зато Артем кипел от злости. Вернувшись домой, он не выдержал, высказав Марианне все, что думает о ее поведении. Он много выпил и едва сдерживал ярость. Марианна лишь расхохоталась в ответ.

– Ты не смеешь мне указывать, что делать и с кем спать! – бросила она ему в лицо и вышла из комнаты, хлопнув дверью. – Пошел ты…

– Ты что, обдолбалась?! – крикнул ей вслед Артем, на что она, вернувшись, приоткрыла дверь и просунула в дверной проем фигуру с вытянутым средним пальцем.

Артем бесился от бессильной злобы. Он решил попросить Олега увезти Алину подальше от стрессов и соблазнов. Олег пожал плечами.

– Тебе то что, Арчи?! – удивился он. – По-моему, беспокоиться абсолютно не из-за чего! Я Марианну знаю с детства. Она всегда была вздорной девчонкой, но, поверь мне, она не такая испорченная, как может показаться. Мне кажется, Алина сама ею интересуется.

– И ты спокойно об этом говоришь? – удивился Артем.

– Это все не серьезно, – рассмеялся Олег. – У Марианны ничего не бывает серьезно, если речь не идет о деньгах.

Алина героически выдержала сложную беременность, трехмесячное пребывание в больнице на сохранении и через шесть месяцев после свадьбы родила премилую трехкилограммовую девочку, которую назвали Ириной. Иришку все баловали и не выпускали из рук. Она походила на куколку с огромными серо-голубыми глазами и нежным светлым пушком вокруг круглого личика. Родители Олега дали молодой семье шанс на выживание, подарив им квартиру в современном комфортабельном доме.

Управляться с ребенком Алине помогала няня Вероника. Молодая девушка гуляла с Иришкой, когда Алина, сославшись на срочный звонок от мамы из Химок, сорвалась с места и уехала на такси. Она впервые за последние семь месяцев получила возможность встретиться с Артемом. Как же она соскучилась по нему, изголодалась по его поцелуям и ласкам!

– Арчи, любимый! Я думала, мы никогда не увидимся! Эти мегеры меня караулят днем и ночью. Я так скучала по тебе, – промурлыкала она, на ходу сбрасывая с себя одежду.

Порыв страсти ураганом пролетел над ними, закрутив в своем водовороте. Алина целовала ненаглядное лицо возлюбленного, не в силах оторваться от него, хотя понимала, что ей давно пора идти. Она позвонила маме, попросив ее «прикрыть», если ей позвонят из Москвы.

– Алина, что происходит? – в лоб спросила Надежда. – У тебя что, появился любовник?

– Мама, я тебе все объясню как-нибудь потом, обещаю, – напряженно произнесла она. – Просто если спросят, скажи, что почувствовала себя плохо и позвонила мне, и я пробыла у тебя до вечера. Хорошо?

– Ох, Алинка! Доиграешься ты… – мрачно заметила Надежда, покачав головой.

– Да ладно тебе, мам! Не каркай! – суеверно заметила Алина, почувствовав пробежавший по спине холодок.

Домой Алина вернулась поздно вечером. Олег позвонил Надежде, когда Алина уже подъезжала к Москве. Он думал, что родив ребенка, Алина станет для него менее загадочной, полностью растворившись в заботах о малышке, а сейчас он смотрел на нее и у него в душе поднималась волна тревоги и неприятного ощущения, что его дурачат.

Алина старалась казаться естественной и веселой, но ее навязчиво преследовал образ Артема и она не могла ни о чем и ни о ком думать, кроме него. Ей порой сквозь сон казалось, что рядом лежит Арчи и она, полусонная, его обнимала, но обнаружив в своей постели мужа, со вздохом отворачивалась. Алина почти каждую неделю ухитрялась хоть ненадолго выбраться к Арчи на их «островок любви», как они называли съемную квартиру для своих тайных встреч.

– Я расстанусь с Марианной, – произнес как-то раз Артем в порыве страсти. – Я не могу жить без тебя.

– Ты это серьезно, Арчи? – не поверив своему счастью, переспросила Алина.

– Да, но как ты будешь с Олегом? С ним могут возникнуть проблемы, – предположил Артем.

– А с Марианной? Нам нужно все как следует продумать, – вздохнула Алина, целуя готового, как и она, на безумство Артема.

Она подумала, что резкие перемены в ее и его жизни могут им слишком дорого обойтись, но, с другой стороны, разве не этого они оба хотели с самого начала?! Алина понимала, что очень рискует, но что делать, если жизнь балансирует в поисках счастья где-то на лезвии ножа или скальпеле бытия?

Иногда Алине казалось, что за ней следят, но она легкомысленно все списала на расшатавшиеся нервы. Как-то раз вечером к ней заехала Марианна.

– Какой-то вид у тебя затраханный, – ухмыльнулась она, проведя рукой по неуложенным волосам Алины. – Подруга, тебе нужно развеяться. Собирайся, потусим в клубе, а то мы с тобой стали похожи на домашних кур при деловых мужьях.

– А это мысль! – живо откликнулась она.

Алина была рада хоть какой-то смене декораций в своей жизни. Она проигнорировала удивленный взгляд Олега и поехала вместе с Марианной в одно модное место. В этот клуб пускали только хороших знакомых или по приглашениям его завсегдатаев. Марианна с повадками светской львицы и своими нестандартными эротическими пристрастиями частенько заходила туда проветриться, потанцевать или с кем-нибудь познакомиться в своем вкусе.

Марианна не скрывала своего интереса к Алине. Она делала недвусмысленные намеки, восхищенно проводя руками по ее длинным блестящим волосам, а во время танца, как бы невзначай, ее поцеловала. Она гипнотизировала Алину томным взглядом, провоцируя ее любопытство и желание испытать новые ощущения.

Когда Артем узнал об их встрече, он с криками и упреками набросился на Алину.

– Ты подчиняешься ее гигантскому обаянию, но для нее ты всего лишь одна из закутанных в ее липкую паутину мух, – возмущенно твердил Артем, пытаясь открыть Алине глаза на правду.

– Но, Арчи, она такая необычная, ни на кого не похожая. С Марианной так интересно проводить время, – пыталась возразить Алина. – Ты что, ревнуешь меня к своей жене?! Это смешно!

– Да пойми же ты, глупенькая, для Марианны все люди вокруг нее игрушки. Она с ними что хочет, то и делает! – с жалостью глядя на Алину, произнес Артем.

– И что же она хочет? – задала наивный вопрос Алина.

– Марианна хочет то, чего у нее никогда не было, – ответил Артем, обнимая Алину. – Она мечтает почувствовать себя женщиной и встретить в жизни хоть одного человек, сильнее себя. Я ее ожиданий никогда не оправдаю. Ты пойми, Марианна мстит нам за то, что мы есть друг у друга. Такие, как Марианна, сами не бывают счастливы и другим не позволяют. Она только кажется уверенной в себе и властной, а на самом деле это очень одинокий и несчастный человек. Может, Саманта сумела бы сделать ее счастливой?! Хотя, я и в этом не уверен.

– Тогда ее можно только пожалеть, – заметила Алина. – Ради тебя я не стану с ней больше встречаться. Арчи, только не сердись на меня, хорошо?

– Ты моя маленькая… Иди ко мне, – ласково произнес Артем, привлекая к себе Алину и поудобнее располагаясь на диване. – Ты все еще такой ребенок! Доверчивая и ранимая до невозможности. Моя Златовласка… моя любимая…

С Марианной Артем говорил в куда более жестком тоне.

– Марианна, оставь Алину в покое! – потребовал Артем, яростно схватив ее за плечи и пару раз встряхнув. – Она моя, ты же знаешь! Что за игру ты затеяла?!

– А что такое?! – усмехнулась в ответ Марианна. – Девочка жадная до ощущений. Почему бы ей не расширить свои познания в некоторых областях? От нее не убудет! Олег еще спасибо скажет!

– Вот именно! Алина жена моего друга Олега, а ты совращаешь ее… – начал было говорить Артем, но Марианна властно его перебила.

– Это Олег думает, что у него есть друг! Да, какой ты на хрен друг, если трахаешь его жену?! – цинично заметила Марианна, в душе умирая от смехотворности сложившейся ситуации. – Дорогой, кого ты обманываешь? Себя, меня или Олега?

– Повторяю, оставь Алину! Думаешь, я не понимаю, что ты ее соблазняешь только для того чтобы досадить мне?! – в ярости крикнул Артем, сверкая глазами.

– Ого! Сколько страсти! Такого пыла и на троих хватит, – воскликнула Марианна, громко рассмеявшись. – Ты влюбился в жену своего друга? Смешно, ей Богу! А Олег знает, что царапает рогами потолок? Ха-ха-ха! Хотелось бы видеть его физиономию…

– Заткнись! Марианна, ты не посмеешь… – играя желваками, угрожающе произнес Артем, с трудом сдерживая желание ударить ее по лицу.

Марианна, казалось, как с бегущей строки дисплея, считывала его мысли, душевные метания и переживания. Артем слишком любил Алину, а это угрожало их браку, что было недопустимо.

– Как же вразумить этого пылкого Ромео? – задавалась вопросом Марианна.

– Арчи, милый, ты пойми, Олег не такой, как мы. Он любит жену и на шаг не отходит от своей Златовласки. Он, не задумываясь, убьет за нее любого, особенно лучшего друга, – очень серьезно, мягким, вкрадчивым голосом произнесла Марианна. – Да очнись же, Арчи! Я знаю, ты любишь эту девушку, и я тебя отлично понимаю. Но вы не можете быть вместе. Это разрушит жизни сразу трех семей. Успех нашего бизнеса в коммерческом союзе трех семей: моей, твоей и Олега. Порознь мы пропадем. Ну, вы с Олегом, уж точно. Не мне объяснять, что «На/Строй» в 70% случаев осуществляет строительство домов по проектам архитектурного агентства «Саблев и сын» именно на землях, принадлежащих холдингу моего отца. Строителей и архитекторов мы всегда сумеем найти, а вот вам капец. Я понятно объясняю? Да, что я говорю?! Арчи, ты же и сам все прекрасно понимаешь, иначе давно уже развелся бы со мной и увел у «друга» жену. Ты готов все разрушить ради личного счастья? Ты готов взять на себя такую ответственность?

Артем молчал. Он знал, что Марианна тысячу раз права, но сердце рвалось от боли и осознания невозможности управлять собственной жизнью. Он злился, причем, злился на Марианну за то, что она высказала вслух его собственные мысли и страхи. Марианна понимала, что он чувствует. Она по-дружески его обняла и примирительным тоном произнесла:

– Я понимаю, слышать правду больно и обидно. Арчи, для нас любовь не может стоять выше интересов дела и семьи. Мы не можем позволить себе любовь! У нас есть контракт и обязательства! От любви кружится голова и люди делают всякие глупости. Прими это, прошу тебя. Так надо!

– Ты бесчувственный монстр! У тебя нет сердца, – прошептал побежденный Артем.

– Если бы я поддавалась чувствам и думала тем, что у меня между ног, я бы сейчас держала в своих объятиях Саманту, а не спорила с влюбленным идиотом, который хочет разрушить все, что наши семьи десятилетиями создавали для нас и наших детей, – раздраженно ответила Марианна. – Я близко не подойду к твоей любимой Алине, обещаю, но и ты пообещай мне одну вещь.

– Какую? – спросил Артем, не зная, чего еще ожидать от женщины с ледяным кристаллом вместо сердца.

– Ты выбрасываешь из головы мысли о разводе со мной и прекращаешь связь с Алиной. Ты пойми, у нее тоже есть обязательства. Думаешь, если она уйдет от мужа, ей оставят ребенка? Да ее близко к дочери не подпустят! В этом можешь не сомневаться. Как думаешь, Алина готова отказаться от дочери ради твоей любви? Честно говоря, не думаю. Отдались от нее, оторви от своего сердца. Ты ведь причиняешь боль и себе и ей. Отпусти ее, иначе добром это не кончится, – сказала Марианна, видя, что убивает его своими словами. – Арчи, прости, если я делаю тебе больно, но я думаю о нас, о нас обо всех. У тебя, если ты не забыл, два сына и ты им нужен. Тебе плевать на своих сыновей?! Не думаю! Ты не такой, я знаю. Арчи, ты обещаешь порвать с Алиной?

– Ты победила, я расстанусь с Алиной, – почти беззвучно произнес он, готовый расплакаться.

Артем стоял ошеломленный, опустив голову и готовый, как маленький мальчик, разрыдаться, а Марианна, нежно поцеловав его в щеку, вышла из комнаты.

– Бедный Арчи! Хватило бы у него ума сдержать обещание! – вздохнув, подумала она.

VII

– Олег, как же здесь хорошо! – промурлыкала Алина, жмурясь от апрельского солнца, как кошка на подоконнике.

Яхта «Черная звезда» принадлежала отцу Олега, Герману Львовичу Саблеву, который по совету своей мудрой жены Раисы, заметившей проблемы в отношениях молодых, уступил ее детям. Олег с Алиной, можно сказать, отправились в свадебное путешествие, приуроченное второй годовщине их свадьбы, поскольку в положенное время никуда не ездили из-за ее сложно протекающей беременности.

– И что мы раньше не додумались отправиться в настоящее морское путешествие? – рассмеялся Олег. – Иришку оставили на попечении бабушек, а сами тут загораем и отдыхаем, как нормальные люди вместо того, чтобы мерзнуть в Москве. Только что говорил с мамой по телефону, так прикинь, у них там сейчас дождь со снегом. Ха-ха-ха! Повезло нам!

«Черная звезда» совершила маленький круиз по Черному морю с остановками в крупнейших портах, таких разных и по-своему прекрасных, но у всех у них было кое-что общее – неизменный запах йода и рыбы. Белокрылая парусная яхта «Черная звезда» с красовавшейся на борту возле названия большой восьмиконечной черно-серебристой звездой, начала свой маршрут из Новороссийска. Выйдя из Новороссийской бухты в синие воды Черного моря, яхта вначале направилась в сторону Крымского полуострова, сделав остановки в портах Ялты, Балаклава и Симферополя.

– Представляешь, я еще ни разу не была в Крыму?! – удивила Олега Алина, с наслаждением вдыхая соленый морской воздух.

– Ну, это легко исправить, – улыбнулся он, обнимая жену. – Ты похожа на настоящую морячку в своих белых джинсах и полосатой тельняшке.

– Хорошо матросам! – мечтательно произнесла Алина. – Они много путешествуют, видят разные страны. Вот посмотри на них и на капитана Горшкова. Они счастливы? Похоже на то! А мы в нашем шумном мегаполисе с многокилометровыми пробками счастливы? Здесь, в море, дышится так легко! Здесь столько простора и свободы!

Олег как-то странно посмотрел на Алину. Иногда он смотрел на нее, а видел незнакомку. Он не мог понять романтики морских скитаний.

– Алина просто не понимает, что говорит! – подумал он.

– Зачем все это, когда в Москве выстроена и налажена жизнь, о которой большинство людей может только мечтать? Да и что хорошего в море? Притоны в портах, что ли?! – удивленно глядя на жену, вслух размышлял Олег. – Дорогая, о какой свободе ты говоришь? У этих ребят полно обязанностей и они должны беспрекословно подчиняться командам капитана и его помощников. Ты посмотри на них! Да, когда изо дня в день вокруг на много километров только море, как думаешь, о чем они мечтают? Все их желания сводятся к двум вещам: всласть потрахаться и нажраться чем-нибудь покрепче. Неужели ты до сих пор так наивна?

Алина ничего не ответила. Казалось, она вообще не слышала слов Олега, задумчиво всматриваясь в морскую даль.

Олег оценивающе смотрел на команду яхты, нанятую его отцом. Капитан Горшков раньше служил на круизном лайнере помощником капитана. Он старый, опытный морской волк, а вот молодые матросы мечтали о береге и портовых развлечениях все время, пока находились в море. Как их там? Ваня, Рома и Федя. А кок Ким, это вообще отдельная тема. Олег вспомнил, как Герман рассказывал, что переманил на свою яхту повара из корейского ресторана в Болгарии. Услужливый полный коротышка нетрадиционной сексуальной ориентации был бы предметом насмешек дерзких молодых матросов, если бы не создавал настоящие кулинарные шедевры из обычных морепродуктов. А тех, кто вкусно кормит, как известно, всегда любят. Олегу с Алиной, в целом, понравилась веселая, дружелюбная команда, вместе с которой им предстояло провести в море больше месяца.

Красавец Крым не разочаровал Алину, да и Олегу, здесь понравилось. Он не был в Ялте лет пять, а Симферополь вообще видел впервые. Останавливаясь в порту Симферополя, они рано утром, после завтрака, пошли гулять по городу, а к ночи возвратились на яхту. Имея такой плывучий дом, как «Черная звезда», с уютной каютой на верхней палубе, глупо было бы ночевать в отелях, пусть даже самых крутых и комфортабельных.

Симферополь поражал своей скромной красотой без кричащих красок, являющихся визитной карточкой большинства портовых городов. Олег с Алиной в обнимку гуляли по благоухающему цветами весеннему Центральному парку, фотографировались на фоне старинных памятников и величественных соборов. Олега восхищало, что Алина восторженно реагировала на все, как ребенок. Сам он давно пресытился российскими и заграничными красотами. Ему было что с чем сравнивать. Олег с мамой изъездили всю Европу, поэтому его трудно было чем-то удивить. Для Алины все ощущения были новыми, свежими, а потому, ее непосредственная реакция завораживала.

Ялта – город счастья, гласила приветственная надпись у дороги. В апреле еще не перегруженная туристами, Ялта понравилась, прежде всего, южным размахом во всем. Олег немного удивился, что, несмотря на достаточно широкий кругозор и природную сообразительность, Алину нисколько не тянуло в музеи. Прошлое, казалось, ее вообще не интересовало. Только настоящее. О будущем она тоже не задумывалась и никогда ничего не планировала заранее, даже назавтра.

Бывало, Олег не понимал странного поведения Алины. Например, он предложил зайти в красивый, словно сошедший с картинки Собор Александра Невского, но Алина, неизвестно почему, не любила церкви. Они наводили на нее тоску. Мама приучила ее мыслить рационально и полагаться на себя, а не на милость Всевышнего. Ее не особо впечатлили и сказочно-красивые Массандровский и Ливадийский дворцы. Куда больше скучных памятников, музеев, дворцов и церквей ее интересовала пышная южная природа. Буйная растительность, вечнозеленые стройные пальмы, покрытые лесами горы – вот что по-настоящему привлекало загадочную душу золотоволосой девушки.

Алина прогуливалась по удивительно пустому Приморскому пляжу. Солнце приятно пригревало, но вода была еще слишком холодной, чтобы купаться. Легкие волны скользили по колючей серой гальке пляжа, облизывая крупные камни у основания набережной.

На Массандровском пляже Алину удивило возвышавшееся над водой странное сооружение, похожее на уменьшенную копию Эйфелевой башни, а вот парки и зеленые скверы ей очень понравились. Ялта запомнилась как чистенький ухоженный город с множеством кафе и магазинчиков, сладкими винами и вкуснейшими местными мидиями, как и другими дарами моря.

Нагулявшись по крымскому побережью, насмотревшись на достопримечательности, распробовав лучшие местные блюда и вина, Олег с Алиной с радостью отвлеклись от активного отдыха на суше, предаваясь блаженному безделью на яхте, медленно скользящей по волнам Черного моря. Многодневное путешествие в открытом море до порта Констанца очень сблизило Олега с Алиной. Они стали намного лучше понимать друг друга, предаваясь простым человеческим радостям. Морской, бодрящий воображение воздух, вкусная еда, с любовью приготовленная Кимом, и, конечно же, бесконечно страстные, наполненные негой и зноем ночи, превратили Олега с Алиной во влюбленных молодоженов, которые не могут насытиться друг другом. И это после трех лет совместной жизни! Алина расцвела, став еще красивее, а Олег, расслабившись и отвлекшись от работы, превратился в прежнего беззаботного романтика, с гитарой в руках сочинявшего трогательные песни о любви.

Весна и морской бриз навеяли на Олега нестерпимое желание создать романтичную очаровательную песню о любви и золотоволосой красавице, ставшей музой для влюбленного поэта. В своей песне Олег озвучил старую средневековую легенду о грустной золотоволосой Лореллии и ее несчастной любви. В тексте его песни ощущалось столько грусти и нежности, что даже услышавшие ее матросы готовы были расплакаться от переизбытка чувств, а чувствительный к музыке кок Ким размазывал по пухлым щекам слезы, вспоминая свой неудавшийся роман с красивым американцем Риком. У Олега получилась настоящая средневековая баллада с мотивами той эпохи, способная до слез растрогать даже не самую чувствительную душу.

– Олег, а что это за легенда о Лореллии? – спросила Алина, обнимая мужа.

Олег как-то странно взглянул на нее, словно хотел сказать что-то очень важное, но произнес только:

– Дорогая, это очень грустная история о бедной девушке и рыцаре, принесшем ей погибель. Золотоволосая, как и ты, Лореллия полюбила парня из замка на горе, возвышавшейся над берегом Рейна. Лореллия была дочкой простого рыбака, а ее возлюбленный почти что принц, понимаешь?! У них, короче, ничего не получилось. Он ее бросил и она вернулась домой к родителям, а потом захотела уйти в монашки. У Лореллии был один необыкновенный талант. Она пела волшебные песни о любви, которые могли зачаровать кого угодно. Когда она плыла в лодке к своему монастырю, ей встретился ее рыцарь. Он заслушался песней Лореллии и утонул в Рейне. Она, честное слово, не хотела его гибели. Девушка залезла на скалу и прыгнула в воды Рейна, чтобы воссоединиться с любимым в другом мире. Но она не утонула, а возродилась в нашем мире злой русалкой, которая, сидя на выступающем из воды камне, до сих пор поет зачаровывающие песни и заманивает доверчивых рыбаков своим магически прекрасным пением, чтобы они, как и ее возлюбленный, погибли в водовороте.

– Это правда средневековая легенда? – спросила очарованная сказкой Алина. – Так красиво, грустно и романтично.

– Только представь, Лореллия расчесывала золотым гребнем свои блестящие, как солнце, локоны и пела невероятно романтичные песни о несчастной любви. Это было ее проклятие, понимаешь? – спросил Олег, обнимая собственную золотоволосую русалку с грустными, как пасмурное небо, глазами.

– Олег, ты сравниваешь меня с этой девушкой из средневековой легенды?! Ты хочешь, чтобы я убивала ни в чем не повинных людей?! – с грустной улыбкой, спросила Алина. – Нет! Лучше я сама умру. Так нельзя… Я никого не хочу убивать!

– Ты моя принцесса! Моя Лореллия! Ты никого не убьешь, потому что твой муж никому не позволит обидеть тебя, – ответил Олег, поймав в морской качке ее трепещущие губы

Алина вздохнув, ответила на его поцелуй. Олег не переставал удивляться ее эмоциональности и ранимости души. Заметив, что ее прекрасные глаза наполнились слезами, он лишь крепче прижал Алину к себе, нежно прошептав:

– Я тебя люблю… Эту песню я посвящаю тебе, моя золотоволосая принцесса.

– Я тебя тоже… – почти беззвучно произнесла Алина.

– Когда вернемся домой, обещаю, мы обязательно запишем эту песню в студии. Мы будем петь ее дуэтом. Я расскажу в песне эту удивительную историю, а ты споешь за Лореллию. Кое-что в тексте и музыке нужно доработать, но, думаю, получится бесподобно. Это будет наш супер-хит! Вот увидишь! – мечтал вслух Олег, представляя себе успех своего музыкального творения.

К счастью для себя, Олег не знал, о чем в этот момент думает его возлюбленная. Алина, представила вместо принца своего любовника Артема. Ей от мыслей о нем стало так грустно, что невероятно захотелось заплакать и прыгнуть с утеса в водоворот, который навсегда утолит ее боль от невозможности такой близкой и одновременно далекой любви. Почему Артем отказался от нее? Что им мешало, соблюдая элементарную осторожность, тайно встречаться, радуясь каждой секунде проведенной вместе?!

Несмотря на все метания души Алины, путешествие с Олегом стало для нее настоящим глотком свежего воздуха, способного наполнить легкие жизнью, а душу осознанием того, что еще осталось место для будущего. Алине только нужно было распахнуть навстречу ему объятия и сделать глоток воздуха поглубже.

По пути в Румынию Яхта попала в сильный шторм. До Констанцы было еще, как минимум, сутки пути. Бушевавшая за бортом стихия не давала уснуть никому. Пока экипаж во главе с опытным капитаном Георгием Николаевичем сражался с ветром и волнами, а испуганный кок прятался в камбузе, Олег с Алиной игнорировали шторм в объятиях друг друга. Ночь любви под завывание ветра переросла в не менее пылкий день.

– Признавайся, вы с Марианной этим занимались? Она большая любительница таких ласк, – спросил Олег, высунувшись из-под простыни с вкусом Алины на губах.

– Ну, до этого у нас не дошло, – томно улыбнулась Алина, сладко потянувшись.

– Надо же? Не думал, что Марианна такая нерешительная, – сказал Олег, целуя маленькие пальчики на ее ногах. – Или это на тебя напал приступ целомудрия?

– Можно и так сказать, – уклончиво ответила Алина. – Я намеренно избегаю Марианну.

Ну и зря! Ты много потеряла. Марианна любит пошалить и знает в этом толк, – рассмеялся Олег, встав с кровати. – Умираю от жажды… Ты пить хочешь?

Алина кивнула в ответ. Олег наполнил стаканы минеральной водой, залпом проглотил свой, а второй протянул Алине.

– Олег, мне кажется, или ты и сам неравнодушен к Марианне? – спросила Алина, поймав себя на мысли, что говоря об этом, совершенно не испытывает ревности.

Олег в ответ рассмеялся. Он, таинственно улыбнувшись, пристально взглянул на Алину.

– Ревнуешь, да?! – спросил он. – Признавайся!

– Вовсе нет! – запротестовала Алина. – С чего мне ревновать? Ты же меня к ней не ревнуешь? Но, согласись, Марианна ведь нравится тебе, правда?

– Ну, как тебе сказать? Безумно! Ха-ха-ха! – дразня Алину, рассмеялся Олег. – А, если серьезно, я ею с детства восхищаюсь. Я еще ребенком бегал за Марианной, а она играла со мной, как с собачонкой. Когда мне было двенадцать лет, я ее поцеловал. Она тогда громко рассмеялась и убежала, а я страдал, как мне тогда казалось, от несчастной любви. Смешно, правда?

– Ни то слово! – воскликнула Алина, живо представив себе, как маленький Олег пытался дотянуться до долговязой Марианны. – А дальше что было?

– Не поверишь… Семейный скандал! – ухмыляясь, ответил Олег. – Мама поругалась с папой. Она потребовала от меня, чтобы я перестал бегать за Марианной и вообще забыл о ней. Папа, наоборот, делал все, чтобы мы с ней чаще общались. Герман не мог нарадоваться, что мы с Марианной дружим, а вот мама не очень одобряла мой интерес к ней. Она хмурилась всякий раз, когда видела нас вместе. Папа частенько полушутя говорил, что нас нужно поженить.

– Вот наша сладкая парочка, – мерзко так ухмыляясь, повторял Герман, от чего мама еще больше бесилась.

– А что было дальше? – поинтересовалась Алина. – И почему Раиса Анатольевна была против твоих отношений с Марианной? Вы ведь семьями дружите!

– Вот именно! Семьями… Ха-ха-ха! Потом Марианна уехала учиться в Америку. Мы переписывались, а папу все не покидала навязчивая идея поженить нас с Марианной, что было бы вполне нормальным, учитывая давнюю дружбу и общие деловые интересы наших семей. Но мама была категорически против нашего брака, – хитро улыбаясь, сказал Олег. – Помню, я обижался на нее, впервые в жизни поддержав сторону Германа. Я не понимал, что мама имеет против Марианны, и напрямик спросил об этом маму.

– И что она ответила? – заинтересовалась Алина.

– Ты же знаешь прямолинейность моей мамы?! – вопросом на вопрос ответил Олег.

– Да уж! – скептически скривилась Алина, вспомнив «задушевные» беседы с Раисой Анатольевной по поводу ее ребенка и тайного любовника.

– Так вот, прикинь, мама, со свойственной ей прямотой сообщила мне, что мы с Марианной ни в коем случае не можем пожениться, потому что она моя родная сестра, – доверительно сообщил Олег. – Это сейчас мне смешно, а тогда было не до смеха! Марианна моя сестра?!

– Ничего себе! – воскликнула Алина, не ожидавшая такого поворота событий. – Так отец Марианны и твоя мама?! Ха-ха! Кто бы мог подумать…

– Помню, я страшно обрадовался, что психованный Герман мне не родной отец. Я всегда боялся, что стану похожим на него, – задумчиво произнес Олег.

– Я думала, ты хорошо ладишь с Германом Львовичем. Он человек суровый и местами даже странный, я заметила, но на психа вроде не очень похож, – сказала Алина, пожав плечами.

– Я в детстве его боялся и ненавидел. Он мог на ровном месте начать беситься. Как-то раз, помню, Герман ни за что, просто так, ударил маму по лицу. Мне тогда было лет шесть, не больше, – сказал Олег, нахмурившись. – Восхищаюсь маминым самообладанием. Как она до сих пор выносит Германа?! То он без причины истерит и орет, как чокнутый, то у него депрессняк. Мама всегда знает, как его утихомирить.

– Не зря же она выучилась на психолога?! – полушутя, заметила Алина.

– Вот именно! Без домашнего специалиста он бы окончательно свихнулся, – усмехнувшись в ответ, согласился Олег. – Герман всегда вел себя странно. Например, он мог исчезнуть куда-то на пару дней. Мама не доставала его расспросами и, мне кажется, даже была рада немного отдохнуть от него. Перед тем, как «пропасть», он становился вообще невменяемым. Мама в такие дни отводила меня в гости к родителям Марианны. Когда Герман возвращался, он какое-то время вел себя адекватно, но затем все повторялось заново.

– Да, нелегко пришлось твоей маме! Бедная Раиса Анатольевна! Хоть с отцом Марианны ей повезло! Ха-ха-ха! Егор Дмитриевич до сих пор очень интересный мужчина. Могу представить, каким он был двадцать лет назад! – воскликнула Алина, продолжала в душе веселиться. – И что, никто ни о чем не догадывался?

– Прикинь, нет! – тоже рассмеялся Олег. – Это потом я понял, почему мама называла Егора Дмитриевича «мой синеглазенький». Ну, что Герман болван, я всегда знал. Странно, что мама Марианны ни о чем не догадывалась. Валентина Максимовна вообще не слишком умная женщина, а, может, ей просто безразлично, кого трахает ее муж. Возле него вечно ошивались толпы женщин. Я так понял, он осчастливил многих из них. Ха-ха! Марианна внешне похожа на свою маму, но у нее деловая хватка и характер отца. Она такая же жесткая и беспринципная.

– Ты тоже жесткий и беспринципный? – задала провокационный вопрос Алина, прекрасно зная ответ.

– Местами. И, поверь, я не горжусь этим, но с некоторыми людьми нельзя по-другому, – став сразу серьезным, ответил Олег и в его голосе появились металлические нотки. – Но ведь речь не обо мне?! Мне нравится Егор Дмитриевич. Вот уж у кого в голове полный порядок! Не то, что Герман! Я понимаю, почему мама полюбила его. Когда я представлял, какие рога у идиота Германа, я даже переставал его ненавидеть. Он достоин только презрения и жалости. Ха-ха-ха!

– А ты злой! Герман Львович так гордится тобой! – с лукавой улыбкой, упрекнула мужа Алина.

– Хотел бы я гордиться им, вот только гордиться там нечем! – мрачно произнес Олег. – Мама правильно делала, что наставляла ему рога!

– Ай да Раиса Анатольевна! Вот какие скелеты в шкафу у вашей семейки?! А я все думала, в кого у тебя такие красивые синие глаза?! Теперь мне многое стало понятно, – высказала мысли вслух Алина. – У тебя и вправду глаза синие, как и у Егора Дмитриевича. Понятно, почему ты всегда снисходительно относишься ко всем делишкам Марианны…

– Так сестра ведь… – сказал Олег, тихо вздохнув, и рассмеялся.

– Кстати, она знает, что ты ее родственник? – спросила удивленная Алина.

– Знает, – спокойно ответил Олег, как будто речь шла о самых обыденных вещах.

– Знает, что ты ее брат и пытается залезть в постель к твоей жене? Странная у вас семейка! Все хороши! Один к одному! – не удержалась от едкого замечания Алина.

– Семья как семья! Ты еще не знаешь, что в других семьях происходит. Я все это говорю только потому, что доверяю тебе. И не смей осуждать нас! А с Марианной точно не соскучишься! Ты могла бы многому у нее научиться. Просто, никогда не воспринимай ее всерьез, понимаешь? Марианна слишком цинична! Она манипулятор, каких поискать. Иногда она напоминает мне маму, – неизвестно к чему сказал Олег.

– Ну, насколько мне известно, твою маму девочки не заводят. И то хорошо! – расхохоталась Алина.

– Зато меня заводят! – ответил Олег, неожиданно прыгнув на кровать рядом с Алиной. – Иди сюда! Надоели мне все эти разговоры о моей чокнутой семейке, Марианне и прочем. Ну их всех на…

– Олег! Ты сексуальный маньяк! Мы же сегодня весь день не вылезаем из постели! – смеясь, воскликнула Алина, прижатая Олегом к подушкам.

– А чем еще заниматься в море? Особенно в шторм. Меня качка заводит. Все мысли только об одном… – признался Олег, стягивая с Алины простыню.

– Я и говорю, что ты маньяк! Ах! – вскрикнула Алина от его неожиданного вторжения. – О… Ты сам как морской шторм… Ну, что ты делаешь, Олег?! М-м-м… Не надо… Ну, Олег! Что ты делаешь?!

– Надеюсь, что сына, – ответил он, не отрываясь от дела. – Герман с мамой требуют наследника. Их бесит, что у Арчи с Марианной два сына, а у нас только одна девочка.

– Вот как? Они требуют внука?! – хмыкнула Алина. – Тогда всем придется очень попотеть!

– Вот я и стараюсь, как видишь, – ответил Олег, распаляясь все больше. – Алина… Чем дольше я с тобой живу, тем больше тебя люблю. И хочу…

Констанца встретила российских гостей цветущей весной и сладко пахнущим моросящим дождиком. По мере приближения «Черной звезды» к румынскому берегу, Констанца вырастала из дождевой дымки, раскрашиваясь яркой цветовой палитрой старинного морского порта. Олег помог Алине влезть в шлюпку, которую один из их матросов доставил к самому берегу. Алину слегка качнуло, когда она после недельного пребывания в море шагнула на твердую землю. Олег рассмеялся.

– Так бывает, когда долго не ходил по земле, – заметил он, а матрос Ваня кивнул, ухмыльнувшись.

– Ну что, будем гулять под дождем? – спросил Олег, держа над головой Алины большой серый зонт.

– Что ты сам-то мокнешь? Олег, иди сюда, под этим зонтом и три человека смогут поместиться, – неопределенно ответила Алина. – Я не знаю, куда здесь можно сходить и на что стоит посмотреть, особенно в такую погоду.

– Я в Констанца тоже никогда раньше не был, так что будем блуждать по городу наугад в поисках развлечений. Надеюсь найти что-то достойное внимания, – рассмеялся Олег, беря Алину под руку.

Удивить практически нигде не бывавшую Алину – дело не сложное, а вот произвести впечатление на такого искушенного путешественника, как Олег, было не так-то просто. Констанца с удивительной архитектурой, навеянной своеобразной культурой, впитавшей в себя противоречивые черты востока и запада, увлекла его, как женщина, отнимая у возлюбленной. Алина с обреченным видом прогуливалась по историческим музеям и соборам. Ее манила живописная природа, а не мертвые камни, хотелось каждой клеточкой тела ощутить неповторимый южный колорит гостеприимного города-курорта, а не убивать время среди унылых мертвых реликтов прошлого. У самой Алины не было прошлого, поэтому ее раздражало все, что связано с историей и чьим-то прошлым. Не важно, речь шла об отдельных людях, городах или странах.

Алине почему-то стало грустно от мысли, что придется навсегда расстаться с этим чудесным городом у моря.

– Не грусти, милая, – утешал ее Олег. – Если хочешь, мы вернемся сюда летом или в бархатный сезон.

– Да, конечно… – вздохнула Алина, не отрывая взгляда от уходящего в воспоминания города.

«Черная звезда» медленно двигалась вдоль болгарского берега, держа курс на Варну. Олег с Алиной с палубы яхты любовались проплывавшими мимо пейзажами и живописными городками Тузла, Нептун, Мангалия и другими поселками, расположенными вдоль побережья. Проплывая через Бургасский залив, они не удержались и бросили якорь возле курортного города Бургас. На этом настояла Алина, которой захотелось почувствовать под ногами твердую почву вместо танцующей в такт волнам палубы. Кроме того, она слегка простудилась на обманчиво приятном ветру и мечтала оказаться в уютном тепле какой-нибудь кофейни, чтобы погреться у огня и поесть вкусную местную горячую еду.

Город очаровал с первого взгляда. Не зря местные называют Бургас болгарской Италией. Чуть более, чем за век, маленький городок, выросший из древнего греческого поселения «Пиргос» (переводится как «башня»), расцвел, превратившись в один из крупнейших городов страны. Сами жители Болгарии считают Бургас одним из самых комфортных для проживания городов, да и у туристов в последние пару десятилетий город-курорт стал вызывать немалый интерес. Очаровательный город, уютно пристроившийся между горами и морем, с невысокими светлыми домами под красными крышами, среди деревьев, уже распушившихся юно-зелеными листочками. Лабиринты мощеных улочек старой части Бургас и грациозные новостройки, возвышавшиеся над активно развивающимся городом, множество маленьких магазинчиков с яркими витринами, гостеприимные уличные кафе и заманчиво пахнущие ресторанчики – таким запоминался Бургас своим гостям.

Солнечно-желтый песок пляжа в апреле оставался почти не тронутым, хотя некоторые смельчаки отваживались нырять в холодную воду. Удивили пляжи и с совершенно черным песком, которому местные приписывают лечебные свойства из-за наличия в нем железа. В порту, как всегда, жизнь кипела людской суетой и буйством ароматов. На солнышке грелись разноцветные вольные болгарские кошки, надеявшиеся получить свой кусочек рыбки.

Настоящей гордостью местных жителей является Приморский парк, растянувшийся вдоль берега залива. Олег с Алиной, беззаботно держась за руки, гуляли по его аллейкам в разгар цветущей весны, наполнявшей его волшебством и любовью. Другим сокровищем Бургас по праву считаются его горячие минеральные источники с целебной водой. Ценр «Бургасские минеральные бани» быстро излечил Алину, простудившуюся от прохладного морского бриза.

Проведя незабываемый день в Бургас, Олег и Алина вернулись на яхту, чтобы продолжить путь. Уставшая от прогулок Алина растянулась в шезлонге, любуясь закатом. Олег подошел к шезлонгу Алины, и, просунув голову ей под шляпу, поцеловал ее.

– Что у нас дальше по программе? Остановка в Варне? Я там был однажды. Там красиво, хотя отдых на любителя. Нет настоящего европейского шика, как, например, в Италии, – с видом искушенного в путешествиях знатока сказала он.

– Олеженька, почему мы с тобой раньше никуда не ездили? – спросила Алина, пытаясь отвоевать у морского бриза сорванную с головы широкополую шляпу.

– Сам не знаю… Как-то не до того было, да и отцу тогда нужна была моя помощь в компании, – ответил Олег, с восхищением глядя на Алину в развевающемся на ветру длинном цветастом платье. – Да и яхты у отца тогда еще не было. Он ее приобрел только этой осенью и сам еще ни разу не вышел в море. Папа вообще ненавидит море, его укачивает. Ха-ха-ха!

– Тогда зачем он купил яхту?– не поняла юмора Алина.

– Герман не покупал эту яхту, а отжал у одного своего приятеля за долги, – еще громче рассмеялся Олег.

– Очень мило, – скептически улыбнулась Алина.

– Тебе не холодно? – поинтересовался Олег, обнимая ее и желая переключить разговор на другую тему.

– Вообще, есть немного, – призналась Алина, поежившись.

– Ким, ты сделаешь нам глинтвейн? – спросил он, обращаясь к гревшемуся на солнце корейцу.

– С корицей? – услужливо улыбнувшись, уточнил Ким.

– Само собой, – ответил Олег, вглядываясь в морскую даль.

Ким поспешно удалился в камбуз и вскоре вернулся с небольшим подносом, на котором дымились две стеклянные кружечки с обжигающе сладким крепким напитком.

– М-м-м… Вкусно! – сказала Алина, потягивая горячий напиток и мечтательно глядя в сторону горизонта.

Вот он – древний город Варна в Болгарии. Величественно прекрасный и монументально пугающий! И снова навязчиво преследовали бесконечно скучные для Алины соборы и музеи.

– По кладбищам гулять, и то было веселее, – думала она, подходя к являвшемуся гордостью Варны Успенскому собору. – Сколько их…

Варненская художественная галерея, Варненский археологический музей, Военно-морской музей, и снова православные соборы и мечети. А вот бульвар Князя Бориса I с нарядными витринами крошечных магазинчиков Алине реально понравился. Цены кусаются, но устоять перед изделиями местных мастеров просто выше человеческих сил, особенно, если человек – молодая женщина. Алина накупила подарки маме, сестре, Раисе и даже злобно шипящему на весь мир Герману.

Яхта грациозно проплывала вдоль береговой линии, встречая и провожая маленькие города Болгарии: Черноморец, Созополь, Царево, Ахтопол, Синеморец, Резово. Один из матросов, Федя, здесь бывал не раз и знал поименно все населенные пункты. Он, как заправский гид, рассказывал о каждом месте, но больше описывал не достопримечательности, а то, какая в каждом населенном пункте еда и выпивка, а еще делился воспоминаниями о том, какие там девушки. Олег с Алиной умирали со смеху от его эмоциональных и немого наивных рассказов.

Следующим пунктом маршрута путешествия был красавец Стамбул. Далее планировалось совершить небольшую прогулку по Мраморному морю, естественно, с заходом в наиболее впечатлившие путешественников турецкие порты. А затем предстоял долгий путь домой, также через Крым, до Новороссийска, а оттуда самолетом или поездом возвращение в Москву.

Сейчас, стоя рядом с Олегом на палубе прекрасной парусной яхты, Алина чувствовала, что действительно оживает. Свежий морской воздух, теплые лучи солнца и переполняющие новыми ощущениями города вернули Алине долю прежнего жизнелюбия. Ей бы, наверное, позавидовала любая женщина. Короткие остановки в черноморских портах, романтические прогулки по красивым старинным городам, знакомство с местной кухней и национальными деликатесами каждой из стран, приобретение бесполезных очаровательных сувениров на память о каждом месте, где «Черная звезда» сделала остановку. О чем еще можно мечтать?!

«Черная звезда» почти подошла к порту Стамбула, когда случилось то, чего точно никто не ожидал. За время путешествия Алина с Олегом пережили несколько сильных штормов, которые, скорее, их позабавили, чем напугали, а тут, на ровном месте, Алина умудрилась упасть с трапа и сломать лодыжку. Олег переживал, как испуганный ребенок, видя изнывающую от боли, одурманенную лекарствами Алину. У нее было такое несчастное и испуганное лицо… Это напомнило Олегу кое-что, что он хотел бы навсегда забыть. Он вспомнил, как обманом завлек ее в тот Богом проклятый дом среди леса и что с ней сделал. Ему никогда не забыть тех ее слез и выражение боли в глазах… Сейчас Олегу не в чем было себя упрекнуть, просто его любимой немного не повезло, но проснувшееся чувство вины грызло его душу с новой силой.

В больнице Стамбула Алине оказали необходимую помощь. Обычный перелом. Ничего сложного. Сейчас Алине требовались только покой и забота.

– Ты же моя Костяная нога! – любя произнес Олег, поцеловав Алину.

В ответ Алина выдавила из себя слабую улыбку. Отдых был испорчен. «Черная звезда» без своих пассажиров на всех парусах двинулась в сторону дома, а Олег с Алиной ждали в аэропорту Стамбула свой рейс до Москвы.

Олег благополучно доставил Алину домой в Москву. Казалось, жизнь ртутью потекла по проторенному руслу. Олег наверстывал упущенное на работе, нередко допоздна задерживаясь в агентстве вместе с Германом. Алина, погруженная в собственные таинственные мысли, часами сидела в кресле у окна и смотрела на робко расцветавшую московскую весну. Все хорошо, все нормально. Так нормально и хорошо, что Алина местами готова была завыть от безысходности и отчаяния, только ни одна душа на свете не догадывалась о том, что она чувствовала.

VIII

Артем стоял перед Алиной и мило улыбался. Его неизвестно зачем, пригласил Олег. При виде Арчи у Алины сердце застучало в барабан от волнения. Она по наивности думала, что сумела выкинуть из сердца свою запретную любовь, но стоило Артему появиться, и все чувства вернулись на прежнее место.

Алина больше года не встречалась с Артемом и старалась не думать о нем, но что было делать со снами, в которых неизменно всплывало его манящее, улыбающееся лицо с греющими душу темными глазами. Алина готова была занять себя чем угодно, только бы не думать об Арчи. Она из добровольной затворницы превратилась в общественно активную женщину, много занималась музыкой, наняла учителя по игре на гитаре и, спустя полгода занятий, записала свой первый альбом. Естественно, автором музыки и слов был Олег. Алина искренне восхищалась его талантом поэта и композитора, не понимая, ради какого такого коммерческого будущего можно пренебречь данным свыше даром и посвятить свою жизнь скучным, хотя и материально окупаемым вещам, вроде инвестирования архитектурных проектов.

Кроме того, Алина, вспомнив молодость, занималась танцами, регулярно ходила на каток, а еще увлеклась синхронным плаванием. Жизнь по принципу: «ни минуты свободного времени», хоть на какое-то время спасала от мыслей об Артеме. Олег удивился произошедшей с женой переменой, но такой, активной, с лихорадочно блестевшими глазами, Алина ему намного больше нравилась, чем когда она была в депрессивно-подавленном состоянии. С Алиной ему стало по-настоящему интересно общаться. Она горела, как свеча, не задумываясь над тем, что от нее останется назавтра, да и нужно ли ей это завтра без Артема. В ее ушах до сих пор звучали ножом режущие слова Артема:

– Мы обязаны расстаться. У каждого из нас есть семья и мы не должны оскорблять наших родных своей порочной связью. Нам больше не нужно встречаться, никогда! Забудь меня! Иди своей дорогой!

– Ты меня разлюбил, Арчи? – спросила тогда Алина.

– Да, разлюбил, – ответил Артем, хотя готов был отрезать себе язык за эти лживые слова, насмерть ранящие сердце возлюбленной, как и его собственное.

Алина тогда ничего не ответила и молча ушла, мечтая в этот же день умереть. Она месяц пролежала лицом к стене, не желая никого видеть, ни мужа, ни ребенка, ни мать. Никого вокруг словно не было, только мертвый вакуум, в котором невозможно было дышать от боли. Умные доктора пришли к выводу, что это постродовая депрессия.

На ноги Алину сумела поставить, как это ни странно, мама Олега. Раиса Анатольевна сразу догадалась, что чувствует ее невестка, порвав с любовником. Она просто подошла к безучастно лежащей на кровати Алине, присела к ней на кровать и протянула к ее лицу руку, запястьем вверх. На руке красовался глубокий след от пореза.

– Как думаешь, что это? – спросила Раиса, с жалостью глядя на умирающую от разбитого сердца Алину.

– Салатик неудачно порезали? – цинично хмыкнув, предположила Алина.

– Почти угадала. Салатик звали Дмитрием. Мы со школьных лет были неразлучны и, казалось, никто на всем свете никогда никого не любил так, как мы с Димой любили друг друга. Я ждала ребенка, мы собирались пожениться и были нереально счастливы. Наверное, слишком счастливы, настолько, что кто-то там, наверху нам сильно позавидовал. Я на беду захотела, чтобы наша свадьба состоялась обязательно у моря. Мы оба жили в Новороссийске. Решено было поставить на берегу моря большой шатер. Дима вместе с моим отцом возился с проводкой, чтобы в праздничный день наш шатер засверкал разноцветной иллюминацией. В чем они ошиблись, я не знаю, но произошло замыкание. Шатер загорелся и обрушился на Диму с папой. Их пытались спасти, но оба погибли в огне. Это было жуткое зрелище! Ты понимаешь, что я тогда чувствовала?! – спросила Раиса, тыльной стороной руки смахнув подло выползшие из глаз слезы. – Я, естественно, винила во всем себя. Мама Димы, как и моя собственная мать, тоже обвинили во всем меня с моими нездоровыми романтическими фантазиями, приведшими к двойной трагедии.

– О, Боже! – прошептала ошеломленная Алина.

– Боюсь, Богу нет до нас дела или он большой шутник! – жестко ответила Раиса.

– Олег от вашего возлюбленного Димы? – спросила Алина, сев на кровать и взяв свекровь за руку.

Она провела пальцами по выпуклой линии на ее запястье, с удивлением глядя на эту сильную женщину с кровоточащим сердцем, о существовании которого многие вообще не подозревают.

– Нет! Олег сын Германа. Ребенка Димы я потеряла. Нервы, наверное, – печально произнесла Раиса. – После похорон папы и Димы я собрала свои вещи в маленький чемоданчик и уехала в Ростов. Там жила моя прабабушка. Я была тогда так молода! Примерно, как ты сейчас. Помню, я все время плакала, а в одну из ночей проснулась от нестерпимой боли в луже крови. Вот тогда я по-настоящему захотела умереть, если не сумела даже сохранить ребенка Димы. Я пошла на берег Дона и вошла в воду с острым ножом в руках. Зачем меня спасли, я не знаю. Наверное, моя жизнь кому-то была нужна или это еще одна жестокая шутка Бога. Не знаю…

– Как же вам было тяжело! – невольно воскликнула Алина. – Раиса Анатольевна, вы такая сильная! Вы способны справиться с любой бедой. Я не такая сильная, как вы. Мне невыносимо тяжело. Я не хочу причинять боль Олегу, но что мне делать с собственным разбитым сердцем. Я встретила Его слишком поздно. Он женат, я с Олегом… У меня с моим возлюбленным точно нет совместного будущего.

– Будущее никому не известно, – философски заметила Раиса. – Твой возлюбленный, по крайней мере, жив, и, может быть, даже счастлив. У тебя от него чудесный ребенок, которого все вокруг обожают. Поверь мне, это уже полсчастья! Олег тебя любит. Он намного лучше Германа.

Раиса немного помолчала, о чем-то задумавшись, а затем продолжила:

– Когда я справилась со своим горем, то уехала в Москву, поступила в институт, а затем познакомилась с Германом. Он местами очень странный человек, то неуверенный в себе, то без причины жестокий, но для него семья, это свято. Олег считает также. Он очень привязан к Иришке и тебя по-настоящему любит. Кстати, она мне кого-то напоминает, вот только не пойму кого именно?

Алина прикусила губу, чтобы не выдать себя. Она по-новому взглянула на суровую и властную свекровь, увидев в ней человека с израненным сердцем и тонкими чувствами.

– Раиса Анатольевна излучает такую силу и уверенность в себе! Откуда она их черпает? – думала Алина.

– Так что, моя хорошая, хватит ныть и жалеть себя! Это самый короткий путь в могилу. Нужно жить! Жить ради себя и своего ребенка. Ты нужна Иришке. Олегу ты тоже нужна. Он не такой сильный, как хочет казаться. Ему нужна в жизни твоя поддержка. Давай, вставай! – приказала Раиса. – Алина, вставай и пойдем, пройдемся по магазинам, что ли?! На тебя смотреть страшно! Ты стала похожа на призрак!

Смена обстановки действительно пошла на пользу Алине. Они с Раисой накупили кучу вещей, половина которых им совершенно не была нужна, но шопинг зачастую для женщин является намного более эффективным средством от всех печалей и стрессов, чем посещение самых профессионально опытных психологов.

– Вечером лично я собираюсь на каток. Составишь мне компанию? – просила Раиса, глядя на все еще грустную невестку.

Алина тогда безразлично пожала плечами, но со временем втянулась.

– Жизнь может быть местами интересной, когда не думаешь об Артеме и хоть на время забываешь его ранящие, обидные слова, – подумала она, горько вздыхая.

Все эти воспоминания и малоприятные мысли роем кружили в голове Алины, пока она сидела у окна со сломанной ногой, вынужденная бездействовать и страдать от вернувшихся из прошлого призраков. Алина задремала в кресле, а когда проснулась, главный герой ее самых сладких снов и ночных кошмаров, ее Арчи стоял перед ней с букетом чернильно-фиолетовой сирени в руках и мило улыбался. Рядом зачем-то стоял Олег.

– А он что делает в моем сне, – подумала не совсем еще проснувшаяся Алина. – Мне его и наяву хватает.

– Арчи… Зачем? – прошептала она в полусне.

– Что зачем, дорогая? – вернул ее в реальность Олег. – Смотри, кто пришел поддержать тебя! Наш старый друг Арчи! Он, как только узнал о том, что ты сломала ногу, сразу примчался поддержать тебя.

– Привет, Алина! – улыбнулся Артем, протягивая ей душистую сирень. – Это тебе. Надеялся хоть немного тебя порадовать.

Алина, закрыв глаза от наслаждения и собственных мыслей об Арчи, вдохнула дурманящий воображение, сладкий аромат цветов. Олег не заметил, как Артем восхищенно смотрит на его жену. Так сложилось, что он случайно встретил Артема на одном их деловых мероприятий. Они разговорились. Олег рассказывал о своем морском путешествии вместе с Алиной, неожиданно прервавшемся из-за ее травмы. Артем странно побледнел, когда узнал, что Алина сломала ногу и страдает в четырех стенах от боли и одиночества, пока они с Олегом тут болтают ни о чем. Он вежливо предложил Олегу прийти и проведать Алину. Олег ничуть не возражал. Ему искренне нравился Артем и он не понимал, почему его друг так отдалился от него за последний год.

Сердце Алины едва не остановилось при виде Артема, а затем забилось с сумасшедшей скоростью, рискуя ее убить от тахикардии. Артем чувствовал себя не лучше. Зря Олег пригласил Арчи в тот вечер к себе домой!

– Привет, Арчи! – воскликнула слегка покрасневшая от нервного перевозбуждения Алина, увидев своего космического возлюбленного.

За время их расставании не было ни одного дня, чтобы она не вспомнила его, не заскучала по его бархатистому низкому голосу, заразительному смеху, его такому любимому запаху, поцелуям и нежным прикосновениям. Не было дня, чтобы Алина не захотела заплакать, вспомнив, как нехорошо они расстались, когда Артем наговорил ей столько ранящих, жестоких слов…

– Алина! Как жаль, что ваш с Олегом отпуск так печально закончился, – сказал он, пожирая ее глазами.

Олег отошел в сторону, чтобы налить всем выпить. Артем незаметно для него шепнул:

– Алина, я так скучал по тебе…

– А я по тебе совсем не скучала. Ты предатель! Ненавижу тебя! Та убил нашу любовь, – сквозь зубы ответила Алина, готовая расплакаться от нахлынувших чувств.

– О, Алина, прости… Так было нужно. На меня все давили, хотя ты права. Во всем виноват я один, – начал оправдываться и что-то объяснять Артем, когда к ним подошел Олег с тремя стаканами виски.

Артем недолго продержался, изображая беззаботно сочувствующего друга, и вскоре ушел, оставив свою возлюбленную наедине с мужем. Он мог только догадываться, что чувствует к нему Алина, а она едва сдерживалась, чтобы вслух не завыть и не закричать, как раненный зверь.

– На кой черт он снова появился и лишил меня покоя? – с досадой думала Алина, мечтая снова увидеть Артема.

Спустя два дня Артем снова пришел проведать Алину. Помимо Олега и Алины в тот вечер в квартире были Раиса Анатольевна и Иришка. Бодро топавшая крохотными ножками годовалая девочка с любопытством обошла незнакомого дядю и потянула к нему ручки.

– Привет! Я дядя Арчи! А ты кто? – спросил Артем, заглядывая в ее умненькие серо-голубые глазки.

Артем весело подхватил Иришку на руки и закружил, от чего она оглушительна завизжала. Затем он усадил белокурую кроху себе на колени. Как ни странно, непоседливая Иришка спокойно сидела, разглядывая дядю Арчи. Новый знакомый ей явно понравился. Она улыбалась Артему, пытаясь дернуть его за волосы и за ухо, от чего он весело рассмеялся. Артем обожал играть со своими близнецами, словно сам впадал в детство, а симпатичная дочка Алины его очаровала с первого взгляда. Все заметили, что у них любовь с первого взгляда, а внимательно наблюдавшая за происходящим Раиса Анатольевна неожиданно резко подняла взгляд на Артема, держащего на руках визжащую от восторга Иришку. Ее глаза сверкнули, перескакивая с Артема на ребенка и, лукаво прищурившись, переместились на Алину. Она странно улыбнулась Алине, как будто говорила:

– Я тебя отлично понимаю!

Алина немного смутилась, поняв, что Раиса ее раскусила, догадавшись, кто биологический отец Иришки. Когда все ушли, она шепнула Алине:

– Я рада, что это Арчи. Он славный парень и с детства мне очень нравится.

– Простите, что? – сделала круглые глаза Алина, не знавшая, как себя вести в данной ситуации.

– Ну-ну! Ты дурочку-то не включай, – строго глядя на невестку, сказала Раиса. – У твоей дочери улыбка Арчи. Только влюбленный в тебя Олег, словно слепой, ничего не видит. Какая жалость, что Олеженька не может иметь детей! Нам нужен наследник, мальчик. Ты меня понимаешь, Алина?

– Что?! Вы хотите, чтобы я… Мы с Арчи? – не поверила своим ушам Алина. – Раиса Анатольевна, вы это серьезно?!

– Нам нужен мальчик, наследник! И ты его нам родишь! – приказным тоном произнесла Раиса. – Лучше уж ребенок от Арчи, чем неизвестно от кого! У Марианны от него чудесные пацаны! Мне бы таких внуков!

– Раиса Анатольевна, я не могу… Я только научилась жить без Артема. Мне что, начинать все снова? – взволнованно спросила Алина, почему-то покраснев.

– Ты вряд ли будешь возражать против того, чтобы на какое-то время вернуться к своему любовнику?! Будешь? – открытым текстом спросила Раиса. – Ты понимаешь, что от тебя требуется?

– Да как тут не понять? Моя свекровь требует, чтобы я от любовника родила сына и выдала его за ребенка от своего мужа! – цинично и прямолинейно ответила Алина, вызвав улыбку Раисы.

– Я смотрю, ты стала смелой! Но, ты все правильно поняла. Роди от своего любимого Арчи сына моему Олеженьке, – сказала она, усмехнувшись нелепости сложившейся ситуации.

– Как же я смогу встретиться с Арчи, не вызвав подозрения? – спросила Алина, со смешанными чувствами глядя на свекровь. – Нас вычислят… Что тогда?!

– Не вычислят! Есть одно местечко… О нем никто не знает. Это маленький деревенский домик. Он принадлежит родственнице одного моего друга, – уклончиво ответила Раиса.

– Там вы встречались с Егором Дмитриевичем? – в лоб спросила Алина.

– Ага, ты все знаешь?! Еще говорят, что женщины болтливы! Ха-ха! Олег, как и все мужики, болтлив и сплетница! Как баба, честное слово! Ха-ха! – рассмеялась Раиса, с досадой глядя на Олега и Артема, беседовавших в противоположной стороне гостиной. – Не мог сохранить тайну матери, поганец… Ну, ладно! Теперь и ты знаешь. И что?! Видит Бог, как мне тяжело было порвать с Егором, но ради семьи я сделала это! Ты тоже расстанешься с Арчи, как только забеременеешь. Я понимаю, это не легко, но так надо!

– Легко сказать… – пробурчала себе под нос Алина.

Раиса сделала вид, что этого не услышала. Она дала Алине адрес того дома в пригороде, с которым у нее было связано столько собственных воспоминаний. Алина не заставила себя дважды просить вернуться, пусть и на время, к своему любимому Арчи. Она позвонила ему на следующее утро, сказав, что им нужно срочно поговорить, и назвала адрес. Приехав на такси, Алина удивилась, увидев немного заброшенного вида деревенский домик, в котором давно уже никто не жил. Раиса приплачивала одной из деревенских жительниц, чтобы та присматривала за домом. Она предупредила бабу Нину, что в дом приедут немного отдохнуть от шумного города и подышать свежим воздухом ее сын Олег с невесткой Алиной. Баба Нина все основательно прибрала, постелила свежую постель и даже поставила на подоконник вазу с полевыми цветами.

– Здравствуй, милая! А муж то чего не приехал? – спросила баба Нина, разглядывая городскую фифу в джинсах и ярко зеленой кожаной куртке с капюшоном.

– Здрасьте! А вы баба Нина!? – приветливо воскликнула Алина, оглядываясь по сторонам. – Муж скоро приедет!

Баба Нина угрюмо посмотрела на Алину, оценивающе оглядев ее с ног до головы. В их деревне девушки так не одевались. Она молча отдала ей ключ и ушла к себе.

Алина с умилением смотрела на этот небольшой, беленый известкой сельский дом, в котором оказались только кухня и две небольшие комнаты, а еще небольшая деревянная пристройка для туалета. Алина с интересом разглядывала чистые, убранные в деревенском стиле, комнаты с кружевными занавесками на окнах, старой скатертью с махрами на круглом столе, скрипучей железной кроватью, полированным шифоньером с овальным зеркалом на дверце и сервантом, полным дешевых стекляшек в первой комнате. Странно, что к дому был подведен газ, а не топилась печь, как в былые времена. А вообще, здесь по-своему было очень мило и уютно, вокруг росло много старых деревьев, а за домом располагался маленький огород, за которым ради получения урожая, заботливо ухаживала баба Нина.

Арчи помчался, как на крыльях, едва получив от Алины СМС с адресом деревенского дома. Он так спешил к любимой, что подрезал на дороге старую «Копейку», слегка поцарапав свой Ford и помяв крыло несчастной старушке. ДТП пустячное, но даже без привлечения ДПС, все равно пришлось задержаться для выяснения отношений с упрямым пенсионером и прилично, раскошелиться на ремонт гордости отечественного автопрома. Артем приехал на час позднее, чем собирался.

– Златовласка, родная моя! – крикнул он, бросившись в объятия ждавшей его у порога Алины.

– Арчи… Я уже начала беспокоиться! У тебя все хорошо? – спросила встревоженная его опозданием Алина, целуя возлюбленного и лаская его лицо похолодевшими от волнения руками.

– Да, любовь моя! Все нормально прости, что опоздал. Так, небольшое происшествие в дороге. Все это не важно… Алиночка, любимая, как же я истосковался по тебе! – воскликнул Артем и, подхватив Алину на руки, как невесту, через порог внес ее в дом, прямиком направившись к кровати, застланной цветастым покрывалом.

Времени на слова не было. Все чувства побеждало страстное желание любить и в короткие минуты, отведенные для счастья, попытаться наверстать отсутствие встреч в течение целого года. Слова заменили стоны, вздохи и методичный скрип железной кровати. Артем не мог наглядеться на свою Златовласку, с которой его надолго разлучили не прощающие чужого счастья люди и обстоятельства.. Он заметил, что Алина сильно изменилась, став более уверенной в себе, дерзкой и требовательной в любви.

– Куда делось ее мечтательное выражение глаз, словно затянутых воздушной дымкой? Это Олег так на нее повлиял? – задавался вопросом Артем, глядя на счастливую и опустошенную Алину, уютно устроившуюся в его объятиях. – Она стала резче и жестче как в жизни, так и в постели. Алина за год растеряла свою хрупкую нежность, став больше похожей на Марианну, чем на себя прежнюю.

Артем по-прежнему обожал свою Златовласку, но его мало порадовала произошедшая с любимой женщиной перемена.

– Я, не задумываясь, ушел бы от Марианны, и даже забил бы на бизнес, отца, но как же быть с Витей и Максом?! Мои сыновья никогда меня не простят за такое предательство! – думал Артем, машинально поглаживая голову Алины на своем плече. – От кого зависит их будущее? Марианна их только родила. Она не выносит даже вида детей, бабушки и дедушки все тоже слишком заняты своими делами, чтобы заботиться о мальчиках.

После первого бурного проявления радости от долгожданной встречи с любимым Арчи и затопившей обоих волны страсти, Алину беспокоила необъяснимая тревога. Она уже почти привыкла жить без Артема, а тут все началось сначала.

– Я устала от переживаний и постоянного страха потерять его, страха, что нас разлучат, а я снова буду медленно умирать от боли. Не слишком ли большая цена за счастье с любимым мужчиной, который, по сути, мне не принадлежит и никогда не принадлежал? – невольно думала Алина, уткнувшись лицом в теплое плечо Артема. – Зря я позволила Раисе Анатольевне втянуть себя во все это. Зря!

IX

Прошел год. Алина ловила на себе восхищенные взгляды прохожих, гуляя в парке вместе с Иришкой. В воздухе чувствовался неповторимо сладкий аромат весны, какой бывает только в середине мая, когда солнце пригревает молодые клейкие листочки и цветущие деревья, а к ним примешивается чудесный аромат сирени и тюльпанов на клумбах. Алина в нежно сиреневом жакете, надетом поверх светло бежевого платья, сама была похожа на яркий весенний цветок. Она весело подхватила на руки Иришку и покружила ее, вызвав переливчатый смех малышки.

– Алина, ты как здесь оказалась? – услышала она за спиной голос, отозвавшийся сладкой дрожью во всем теле.

– Вот так встреча, Арчи! – воскликнула она и только присутствие посторонних любопытных взглядов помешало ей броситься ему на шею, хотя они расстались всего день назад.

– Да вот, со своими разбойниками вышли погулять. Марианна как всегда терзает офисный персонал. Представляешь, какой я страшный врун?! Я всем сказал, что еду на объект, а сам отпустил няню и пошел гулять с малышами, – рассмеялся Артем, любуясь тем, как в золотых волосах Алины играют солнечные лучики.

– Тогда давайте гулять все вместе, согласны? – весело спросила Алина, нагнувшись к любопытным глазастым мордашкам мальчишек. – А я знаю, как вас зовут! Ты Вити, а ты Макс. Или нет?! Наоборот, ты Макс, а ты Витя? А вот эта девочка Иришка. Она моя дочка, а я тетя Алина.

Иришка долго не думая, подошла к сорванцам Артема и дерзко показала им язык, что совсем не сочеталось с ее сказочно-кукольными короткими светлыми кудряшками и огромными глазами. Алина отчаялась надевать на дочь светлые девчачьи платья с рюшами и бантиками, которые обожают другие девочки. Не удачной идеей оказались и красивые прически с косичками или забавными хвостиками. Белые воздушные платьица вмиг становились цвета обтертых ими деревьев и зеленой травы, а косички и хвостики превращались в кошмар Иришкиной няни, которая с расческой в руках пыталась угнаться за маленьким чертенком. Отчаявшись, Алина с Олегом махнули на все рукой, сделав Иришке короткую, как у мальчика, стрижку и позволив бегать в удобном комбинизочике. Да и коленкам меньше доставалось! Несмотря ни на что, Иришка была очаровательным ребенком, а ее проделки многих доводили до слез от смеха или приступов отчаяния.

Витя и Максим, задетые за живое нахальным поведением незнакомой девчонки, погнались за ней, а Иришка залезла на спинку скамейки и, свесив с нее ножки, продолжала их дразнить. Мальчишки Артема подошли к ней ближе и дети продолжили общение на им одном известном языке. Вскоре она вместе мотались по парку, бесились и играли. Артем с Алиной сидели на скамейке, незаметно держа друг друга за руки.

– Чудесная девчушка у тебя и Олега, – сказал он, с умилением глядя на игравших вместе детей. – Хотел бы я такую девочку! Да разве Марианну заставишь еще раз связаться с детьми?! Она свой долг перед семьей выполнила, родила двух сыновей, и теперь свободна от детской темы до конца жизни.

– А вот я не подарила Олегу наследника. Его мама мне все уши прожужжала, – грустно заметила Алина.

– Да ты посмотри на Иришку! Посмотри повнимательнее! Она на год младше моих неуправляемых пацанов, а уже строит их! – рассмеялся Артем, сжав руку Алины. – Глянь, она им что-то говорит, а они молча слушаются и делают то, что она им велит. Ха-ха! Это же прирожденный лидер! Поверь мне, твоя Иришка всю жизнь будет командовать мужиками!

Алина в этот момент так хотела бы рассказать Артему, что Иришка его дочь, но это была не только ее тайна. Она тайно встречалась в деревенском домике уже год, но повторное материнство все не наступало. По настоянию Раисы Анатольевны Алина прошла медобследование. Никаких причин, препятствующих ее беременности, найдено не было, но она все не наступала. Алина этот год разрывалась между Артемом и Олегом. Любила она, конечно же, Артема, но Олег ей тоже был очень дорог и она не хотела причинять ему боль.

– Алина, я сегодня, когда слушал радио в машине, услышал твою с Олегом песню про Лореллию, – произнес Олег, с восхищением глядя на Алину. – Вы с Олегом хорошо спелись. Так классно! Как она там называется, эта песня?

– Принц и русалка, – коротко ответила Алина.

– Супер! Настоящий хит! Я вот тоже писал когда-то песни, но они никому не нравились, – сказал Артем с оттенком грусти. – У Олега настоящий талант музыканта, а у тебя чудесный голос! Так красиво и печально! Аж до мурашек пробирает!

– Спасибо, Арчи! – помурлыкала Алина. – Олег написал эту песню, когда мы в прошлом году были в круизе на нашей яхте. Ну, это когда я ногу сломала.

– А… Понятно, – сказал Артем, почувствовав вдруг себя лишним в жизни Алины.

– Что нас связывает, кроме секса? – думал он, глядя на счастливую, спокойную, успешную Алину, у которой в жизни есть все, о чем только можно мечтать. – Алина перестала быть похожей на ту воздушную легкоранимую девушку, в которую я когда-то влюбился до умопомрачения. Зачем я ей вообще нужен?!

– Ну ладно, мы пойдем, – сказал Артем, вздохнув. – Завтра, как договаривались, в десять утра?

– Конечно! Как договаривались, – согласилась Алина, томно ему улыбнувшись. – Нам с Иришкой тоже нужно возвращаться домой. – Ну, пока?!

– Пока! – ответил Артем и, повернувшись к Алине спиной, стал звать своих сорванцов.

За компанию с ними прибежала и дочка Алины. Иришка с мамой пошли домой, а мальчики Артема нехотя залезли в папину машину и махали на прощание ручками своей новой знакомой.

Дома Алину ждал сюрприз в виде Раисы Анатольевны, которую впустила няня Иришки.

– Отлично выглядишь, Алина, – оценивающе глядя на невестку и остановив пристальный взгляд на ее животе, сказала Раиса.

– Бабуска, пливетик! – радостна крикнула Иришка, бросившись к Раисе.

– Привет, моя лапочка! – ответила она, целуя и обнимая чудесную кроху, ставшую ее внучкой.

Алина отдала ребенка няне и отправила их в детскую. Плотно закрыв дверь в гостиную, она подошла к свекрови и чмокнула ее в щеку.

– Рада вас видеть, Раиса Анатольевна, – наклев приветливое лицо, произнесла Алина, подумав, что сейчас начнется очередное шоу с поиском виноватых.

– Как успехи, Алиночка? – спросила Раиса, по-хозяйски усаживаясь на диван.

– Смотря о чем вы спрашиваете, Раиса Анатольевна, – уклончиво ответила Алина, покачав головой.

– Когда я понянчу внука? – нетерпеливо спросила Раиса, в упор уставившись на невестку.

– Спросите что-нибудь полегче, Раиса Анатольевна, – вздохнула Алина. – Вы же знаете, врачи говорят, что у меня со здоровьем все нормально. У Него вроде тоже. Думаете, я не хочу этого ребенка?! Мы стараемся!

– Не сомневаюсь! – скептически скривилась Раиса. – Небось, нравится трахаться с любовником, а?! – спросила она, подмигнув. – Олежек очень хочет сына. Жаль, что он стреляет холостыми. Как это несправедливо! Алинка, роди нам такое же чудо, как Иришка. Ты же молодая здоровая баба! Я не понимаю, в чем дело?

– Я тоже не понимаю, – призналась Алина. – Я не собиралась возвращаться к Арчи. Вы сами настояли на этом. Олег у вас просто замечательный! Но вы это и без меня знаете. Я бы с радостью подарила ему сына, но увы… Раиса Анатольевна, можно я у вас кое-что спрошу?

Раиса кивнула, внимательно взглянув в лицо Алине.

– Почему вы родили сына от Егора Дмитриевича? У вас ведь был муж, – рискнула Алина задать давно мучивший ее вопрос.

Нужно было видеть лицо Раисы. Она вначале разозлилась, потом как-то странно посмотрела на Алину, приподняв правую бровь, а затем громко рассмеялась.

– Вот уж не ожидала от тебя такой вопрос! – воскликнула она. – Деточка, ты видела Германа? Я понимаю, ты его мало знаешь. Считай, тебе повезло! Да он больной на всю голову! Таких, как он вообще нельзя выпускать из дурдома! Я это тебе говорю совершенно серьезно, как дипломированный психолог.

– Простите, но тогда почему же вы вышли за него? – не поняла Алина.

– У меня были сложные жизненные обстоятельства, – с неопределенным выражением лица произнесла Раиса. – После окончания университета меня хотели направить в Омск. Веселенькая перспектива, правда? Меня, южанку, из Москвы отправить в Омск! Да я там и года бы не выдержала. Герман вертелся под ногами. Он учился на архитектора. Приличная семья, коренной москвич, ну, сама понимаешь… Чистый расчет.

– Не особо! Я родилась в Москве, а в Химки мы с мамой и сестрой переехали после развода родителей, – заметила Алина, уязвленная тоном Раисы. – И за Олега я вышла, потому что он мне очень нравился.

– Ладно, верю… Ты так пылко пытаешься убедить в своей искренности меня или себя? Ха-ха-ха! – спросила Раиса, усмехнувшись, и продолжила. – Я вышла за Германа, осталась в Москве, нашла приличную работу в детской больнице. У Германа тоже дела пошли в гору, но вот его проблемы с психикой только прогрессировали. Я помогала ему, как могла, и ему становилось лучше, но ненадолго. Я отлично понимала, с кем связываюсь и на что иду, когда выходила за него. Но разве можно от такого человека рожать детей?! Это же преступление против человечества!

– А Егор Дмитриевич? Он интересный мужчина, по-моему, даже слишком, – понимающе улыбнувшись, сказала Алина.

– Ага, ты тоже заметила, да? Егор король! Во всем король и это способно свести с ума любую женщину, – мечтательно произнесла Раиса. – Я таких мужчин больше никогда не встречала. Он удивительный во всем! Естественно, за ним тянется шлейф влюбленных женщин и фавориток. Честно говоря, я не завидую его жене. Из таких, как Егор, выходят отличные любовники, но очень скверные мужья. А вот Олежик получился, что надо! Марианна тоже красавица и чертовски умна, но Запад ее развратил и испортил. А жаль!

– Раиса Анатольевна, я тут подумала, может мне попробовать ЭКО? – переключила Алина разговор на важную для себя тему.

– Что? Ты с ума сошла? Алина, опомнись. Ты выносишь и родишь ребенка от совершенно неизвестного человека? Да, мало ли кто мог быть донором генетического материала? – воскликнула возмущенная Раиса. – Нет уж, дорогая! Старайтесь с Артемом! Генетика, это великая наука! Мне Артем, как родной, и его дети станут родными внуками. Так что, выбрось глупости из головы и беги к своему Арчи! Только, не сильно там увлекайся. Не забудь, твой муж Олег!

На следующее утро Алина, как и собиралась, встретилась с Артемом в деревенском доме. Он был мрачен и холоден.

– Что случилось, дорогой? – пыталась разузнать Алина, обнимая его и целуя в шею.

– Знаешь, я так больше не могу, Алина! Наши отношения стали пошлыми отношениями любовников. Мне от этого противно, причем уже давно! – крикнул он, не в силах сдерживать ярость. – Кто я для тебя? Банальный любовник? Скучно быть с одним только мужем, да? Хочется разнообразия?

– Но, я люблю тебя, Арчи! – растерянно произнесла обиженная Алина, не ожидавшая такого шквала агрессии и несправедливых обвинений вместо любви и нежности.

– Ты знаешь, не верю! Тебе что-то от меня надо, но убей, не могу догадаться, что именно. Чего тебе не достает в жизни, Алина? Признайся, чего?! – спросил Артем, схватив Алину за плечи. – Ты стала хуже Марианны. Она открыта и откровенна. Она никогда не прикрывается словами, смысл которых не понимает. Ты ведешь себя как шлюха…

Алина остановила Артема звонкой пощечиной и, вырвавшись из его рук, выбежала на улицу. Она бежала в сторону шоссе, пока опомнившийся Артем не догнал ее, умоляя простить.

– Родная, умоляю, вернись! Прости… Я не знаю, что на меня нашло! Честное слово, не знаю! – оправдывался он, пытаясь прижать к груди сопротивлявшуюся Алину.

– Уйди! Я не хочу с тобой разговаривать! Иди к своей извращенке Марианне! Она ведь не шлюха?! – кричала оскорбленная до глубины души Алина. – Я тебя больше не люблю, понял?!

– Я тебе не верю! Ты говоришь так, чтобы отомстить мне. Я это заслужил, признаю! – воскликнул Артем, становясь коленями в придорожную пыль. – На коленях прошу тебя, умоляю, родная моя. Моя Златовласка! Что мне сделать, чтобы ты простила меня?

– Сделай мне сына! – ответила Алина, сразив Артема своим неожиданным ответом. – Господи, как же меня все достали! Все давят на меня. Всем что-то от меня надо. Я всегда в чем-то виновата. Как же я от всего этого устала!

У Алины случилась настоящая истерика. Артем на руках принес ее в дом и, уложив на кровать, стал нежно целовать. Лаская ее, он пытался заставить любимую Златовласку позабыть его необдуманные слова и все ее невзгоды. Он-то думал, у нее все хорошо…

– Расскажи мне, милая, что тебя мучает? – умолял Артем плачущую Алину.

Сквозь слезы Алина рассказала ему все, что терзало ее душу. Она раскрыла ему все тайны. Артем не поверил своему счастью, когда узнал, что Иришка его дочь. Артем нервно рассмеялся, когда Алина поведала ему, что ее свекровь предоставила им это убежище в племенных целях. Артем засмеялся гомерическим смехом. С ним самим чуть истерика не случилась, так он хохотал.

– Они больные, честное слово! – воскликнул Артем. – Что за изращенцы?! Ты женщина или племенная кобыла? Сын им понадобился, да еще именно от меня! Нет, они точно больные, а твоя свекровь-психолог чокнутая больше всех!

– Да я сама с ними скоро свихнусь, – сказала Алина, почувствовав легкость на душе от того, что она наконец-то просто высказалась, даже не очень надеясь, что Артем способен ее понять.

– С другой стороны, удобно, когда есть разрешение ходить налево! – пошутил Артем, не переставая смеяться. – Вот у меня такого права нет. Жаль! Ха-ха-ха! Слушай, Алина, это мы сошли с ума или вокруг все чокнулись?

– Знаешь, наверное, все же мы, – вынесла неутешительный приговор Алина. – Лично я устала от вранья в своей жизни. Я всегда хотела и до сих пор хочу быть только с тобой, Арчи. Почему они не оставят нас в покое?

– Алина, если я расстанусь с Марианной, ты уйдешь от Олега? – задал прямой и простой вопрос Артем, напряженно ожидая ответа женщины, которую он любил больше жизни.

– Я очень хочу быть с тобой, Арчи. Только с тобой, – с грустью произнесла Алина. – Но, боюсь, они меня живой не отпустят.

– Ничего не бойся. Ради нашей любви можно многое перенести. Ты согласна? – спросил он, целуя Алину.

– Я верю тебе, но я их боюсь. Они богаты и могущественны. Ты сможешь меня от них защитить, Арчи? – спросила Алина, заглядывая своими ланьими, как прежде, глазами в полные решимости, потемневшие от гнева глаза Артема.

– Ну, знаешь, я тоже не последний человек в этой жизни! – самоуверенно произнес Артем, хотя в глубине души понимал, что от него даже в его собственной жизни мало что зависит.

Артем прикоснулся губами к заплаканному лицу Алины. Он вытирал нежными поцелуями ее слезы и скользил любящими руками по обожаемому им телу. Алина постепенно перестала плакать, загораясь желанием любить своего милого Арчи и никогда не выпускать его из объятий. Переполненные чувствами они слились в единое целое, надеясь, что жизнь в очередной раз не разлучит их, оставив доживать свой век в одиночестве.

Чуть позже Артем, обнимая все еще трепещущую Алину, с прежней решимостью произнес:

– Нет! Хватит с нас! Алина, мы будем сильными и всех их победим! Слышишь, любимая? Давай договоримся. Мы сегодня же поговорим с ними и расставим все по местам! Нам давно нужно было это сделать. Ты поговори с Олегом. Я надеюсь, он все поймет и отпустит тебя, а мне предстоит сражение с Марианной и ее семейкой. Это будет посложнее, но я справлюсь.

– Арчи, может нам поговорить с ними завтра? – спросила Алина, внутренне сжавшись при мысли о сложном объяснении с Олегом.

– Что я скажу ему? Что давно сплю с его другом Арчи? Бр-р-р! – со страхом подумала Алина, представляя себе самое худшее. – Олег горяч! Он вначале убьет меня, а потом и Арчи. Может, мне сделать что-то, чтобы он сам меня разлюбил и захотел расстаться? Но что? Как же все сложно!

– Нет, Алина! Я сегодня же поговорю с Марианной. Я так больше не могу! Хватит всем указывать, как мне жить, – решительно произнес Артем, поцеловав Алину.

– Ты не шутишь? – недоверчиво спросила Алина. – Один раз ты уже пытался поговорить с ней о нас. Это кончилось нашим расставанием. Еще один раз я тебя потерять не смогу. Я этого просто не переживу!

– Я решил и не передумаю! Ты сама готова уйти от Олега? – спросил Артем.

– Да… Но, как же Иришка? – взволнованно спросила Алина. – Они отберут у меня дочь…

– Не отберут! Она моя дочь и я сумею это доказать! Сделаем ДНК-тест. Он все покажет, так что ничего не бойся!

– Думаешь, Марианна тебя отпустит? – спросила Алина, с содроганием вспомнив хищный взгляд жены Артема.

– Я ее поставлю перед фактом. Ей некуда будет деться, – сказал Артем, вставая. – Дорогая, одевайся. Я отвезу тебя в город. Мы это сделаем сегодня же!

Алина бесшумно вошла в свою квартиру и застала Олега за интересным занятием. Он в фартуке колдовал на кухне, склонившись над кастрюлей с ароматным белым соусом, а в духовке томилось мясо. В ведерке со льдом дожидалось своей участи остуженное шампанское. Алина тихонько кашлянула. Олег подпрыгнул, застигнутый «на месте преступления».

– Алина, дорогая, я не ждал тебя так рано, – улыбнулся он, поцеловал ее пахнущими трюфелями губами.

– Что это ты замышляешь? – спросила Алина, поняв, что на сегодня выяснение отношений с мужем отменяется.

– Вообще-то, это сюрприз! Но раз ты здесь, то уже не сюрприз, – рассмеялся Олег.

– Пахнет вкусно. В честь чего такой праздник? – спросила Алина, лихорадочно думая, какую важную дату она позабыла.

– Ну, для начала, у нас с тобой сегодня романтический ужин. Надеюсь, мои кулинарные способности тебя не разочаруют, – таинственно улыбнулся Олег.

Он решил приятно удивить жену, накрыв на стол, и продемонстрировав свое тайное хобби – увлечение французской кухней. Утонченные блюда, лично приготовленные Олегом, тонкое белое вино, устрицы с шампанским. Алина потеряла дар речи. У нее вылетело из головы все, что она хотела сказать Олегу. Она в этот вечер мало говорила и загадочно улыбалась, глядя на старавшегося ей во всем угодить мужа. И его она хотела бросить?! Главный сюрприз Олег приберег на конец вечера.

– Алина, дорогая, мы отправляемся в путешествие! У меня отпуск! – радостно воскликнул Олег, нежно взяв ее за руку. – Мы с тобой полетим в Доминикану на целых две недели! Представляешь?! Ты рада?

– Конечно! – ответила она, не смея смотреть ему в глаза. – Олег, ты не перестаешь меня удивлять! Наверное, я именно за это тебя и люблю…

Алине стало так мерзко на душе, она почувствовала себя ужасно виноватой, подлой предательницей. Причем, получается, предала она и Артема и Олега. Хотелось провалиться сквозь землю, но она постаралась загладить вину перед Олегом за свое намерение уйти от него, обвив его шею нежными руками и подарив незабываемую ночь любви. Оказывается, чувство вины способно раскрыть новые грани страсти!?

Зато Артем не сомневался в правильности принятого им решения. Он ринулся на амбразуру, не задумываясь о последствиях.

– Марианна, нам нужно поговорить. Присядь, пожалуйста, – настораживающие серьезно произнес Артем.

– Ты сделал такое умное лицо, что я аж испугалась, – попыталась замаскировать под шутку свое беспокойство Марианна, сразу понявшая, что с Артемом проблем не избежать.

– Марианна, мы с тобой не самая любящая друг друга пара. Я мучаю этим браком тебя и себя. Так нельзя. Нам лучше развестись! – на одном дыхании выпалил Артем и выдохнул с облегчением.

– Что?! Ты охренел?! Какой развод?! – вскочила со стула взбешенная Марианна.

– Давай подадим на развод и решим все мирно, по-хорошему, – продолжил настаивать Артем.

– А больше ты ничего не хочешь?! – сверкая глазами, гневно рявкнула Марианна. – Что, снова спутался со своей маленькой сучкой, с этой Алиной?

– Алина здесь не при чем. Все дело в нас с тобой, – неубедительно соврал Артем, вызвав лишь кривую усмешку жены.

– Нет, ну что ты за человек?! Мы же с тобой договорились! Алина навсегда ушла из нашей жизни! У нее муж, дочь, и, по-моему, они с Олегом вполне счастливы! Ты неисправимый идиот, Арчи! – уничтожая его презрительным взглядом, сказала Марианна. – Ты хочешь все разрушить?!

– Я хочу нас всех освободить от этих бесконечных обязательств, которые нас душат и не дают нормально жить, – сказал Артем, понимая, что по-хорошему с Марианной он не договорится. – Мы разводимся и точка! Я решил и не передумаю!

– Господи, как же вы мне все остахренели! – воскликнула Марианна, нервно ходя взад-вперед по комнате. – Я словно живу в мыльной опере. Вокруг такие страсти… Ну вот зачем все так драматизировать?! Я что, похожа на ревнивую тупую жену, которая шарит по карманам мужа, выискивая следы его неверности?! Ведь нет! Я никогда не ограничивала твою свободу. Так что же тебе нужно?! Ладно! Так и быть! Трахай свою Алину, сколько хочешь, но не нарушай условия нашего брачного контракта. Так нет! Ему нужен развод! Какой же ты жалкий и смешной! Ноешь, как баба!

– Конечно! Мужик у нас в семье ведь ты! – огрызнулся Артем.

– Должны же быть хоть у кого-то из нас двоих яйца! – не осталась в долгу Марианна. – Ты пожалеешь, клянусь!

Марианна в бешенстве выскочила из комнаты, оглушительно хлопнув дверью.

– Марианна! – крикнул ей вдогонку Артем. – Вернись, мы не договорили…

Естественно, Марианна приступила к активным действиям и начала она даже не со своего отца, а прямиком направилась к отцу Артема. Она, взволнованная, со слезами на глазах, ворвалась в его кабинет и картинно, почти без сил упала в широкое кожаное кресло.

– Господи, Марианна, что случилось, дорогая? – спросил подбежавший к ней свекор. – Что-то с мальчиками?!

– Скорее, с их папой! Геннадий Николаевич, Артем сошел с ума! Он хочет развестись со мной и жениться на жене Олега Саблева, – оглушила она Геннадия новостью, заставившей его схватиться за сердце. – Представляете, у Арчи с Алиной связь, причем давно. Я закрывала на это глаза, при условии, что нашему браку ничего не угрожает. Но Арчи потерял разум! Он хочет жениться на Алине, представляете?

– Твою мать! – вырвалось у Геннадия. – Он рехнулся…

– Вот именно! – воскликнула Марианна. – Я в отчаянии! Ума не приложу, что делать?! Повлияйте на него, умоляю! Я любой ценой хочу сохранить нашу семью! Как же наш бизнес, а дети?!

– Марианна, милая, мы разберемся со всем этим. Я лично разберусь! Обещаю тебе! – произнес Геннадий, дружески положив ей руки на плечи. – Ты уже говорила с кем-нибудь об этом?

– Нет, Геннадий Николаевич! Я даже папе еще ничего не говорила. Мне так стыдно за моего мужа, – призналась Марианна, опустив глаза.

– Ты все правильно сделала, Марианночка. Ты же у меня умница. Молодец, что пришла сразу ко мне, – сказал Геннадий, сжимая в руках тонкую, дрожащую руку невестки. – Прошу тебя, дорогая, никому ничего не говори. Даже родителям. Я сам вправлю моги своему сынку-недоумку.

– О, Геннадий Николаевич, умоляю, сделайте все, чтобы Артем одумался. Союз наших семей ни в коем случае нельзя разрушать! Это будет крах! Причем, для всех! – нервозно произнесла Марианна, трогательно глядя ему в глаза.

– Не беспокойся, дорогая! Я поговорю с Арчи и все у вас наладится, – успокоил ее Геннадий.

Когда Марианна вышла, Геннадий схватился за мобильник. Артем был вне зоны досягаемости. Разъяренный беспечностью сына Геннадий в сердцах швырнул мобильник в стену, воскликнув:

– Господи, ну если тебе так хотелось забрать одного из моих сыновей, почему ты взял умницу Виктора, а не этого безмозглого Артема?! Наверное, этот придурок насочинял такие скверные песни, что даже Господу противно их слушать!

Артем провел ночь в одиночестве, поехав в сельский домик. Пока Алина блаженствовал а в объятиях мужа, он втайне надеялся, что она тоже сбежит от всех и приедет сюда, к нему. Он появился на работе только на следующий день. Отец с порога накинулся на него с упреками.

– Артем, пока ты работаешь в семейном бизнесе, ты обязан соблюдать наши правила! Мои правила! Понял?! Пока ты женат на Марианне, ты не посмеешь ее позорить и на глазах у всех крутить роман с женой своего же друга Олега. Запомни, ты не опозоришь семью разводом с Марианной! Никакого развода не будет! Ты вообще не смеешь позорить семью, если ты мой сын! – в сердцах произнес Геннадий Николаевич, почувствовав неожиданный укол и жгучую боль в сердце. – Возьмись же, наконец, за ум! Ты специально, что ли делаешь все мне назло?! Если так, вообще убирайся с моих глаз!

– Папа, так ключевое слово «если» или «пока»? Я что-то не понял, —грустно улыбнулся Артем, вспомнив, сколько бессмысленных нотаций и порицаний он выслушал от отца за последние годы. – Да я словно в тюрьме с тобой и твоими «фирменными» правилами. Ты деспот! Твои «если» и «пока» способны кого хочешь свети с ума! Ты что, сам идеален?

– Что?! Да ты как разговариваешь с отцом, щенок?! – крикнул Геннадий, схватившись за сердце.

– Папа, ты же любишь, когда все вокруг говорят правду. Но говорить можно только то, что нравится тебе, да? Это и есть твоя правда! Разве нет? Пока такая «правда» всем вокруг приносит только несчастья! Посмотри, что со всеми нами стало?! Мама несчастна, причем уже много лет! Не знал?! Надо же! Представь себе, это так! Да ты и сам стал похож на лежачий камень, под который даже святая вода никогда не пробьется. Ты растил Виктора по своему образу и подобию, а после того, как его не стало, захотел просто-напросто превратить меня в его подобие. По-твоему, так можно?! – спросил Артем, сжав кулаки от ярости. – Папа, ты превратил жизнь всех людей вокруг в бесконечный кошмар. Что, разве не так? Правда не нравится, да?!

Геннадий хотел что-то ответить, но вместо этого схватился за горло и с хриплым криком упал на пол, при этом ударившись затылком об угол собственного письменного стола.

– Господи, папа! – воскликнул Артем, подбежав к задыхающемуся от сердечного приступа отцу. – Папа, что с тобой?! Тебе плохо?

Геннадий смотрел на строптивого сына с немой укоризной в помутневших глазах, но не смог произнести ни слова.

– Инга!!! – отчаянно крикнул Артем, зовя секретаршу отца, вечно болтавшую по телефону в приемной.

Артем не подумал, что его слова могут вызвать у железного монстра из детства такую реакцию. Он не мог припомнить, чтобы папа хоть раз болел. Единственная беда с ним приключилась лет семь назад, когда он с предшественницей Инги катался на лыжах в Швейцарии и сломал ногу, упав на спуске. В кабинет Геннадия вбежала Инга, испуганная криком Артема, а увидев своего начальника неподвижно лежащим, залилась слезами, вскрикнув:

– Крокодильчик мой, Господи, что с тобой?!

Артем невольно усмехнулся, представив своего грозного для собственной семьи отца в роли крокодильчика для беспринципной рыжеволосой девчонки.

– Сколько этой Инге? Она студентка второго или третьего курса и ей не больше девятнадцати лет. Оказывается, папу в стенах компании держат не только важные дела! Интересно, сколько таких, как Инга было у него? – подумал Артем, вспомнив о матери, отчаянно пытающееся сохранить иллюзию молодости.

– Инга, постарайся держать себя в руках и поскорее позвони в скорую, – сказал Артем, сурово взглянув на рыдающую девушку с потекшими от слез ресницами. – Тут нет никакого крокодила Гены, а у Геннадия Николаевича случился сердечный приступ. Когда я вошел в кабинет, ему уже стало плохо. Ты поняла? Я сразу позвал на помощь. Да, и еще, не нужно тут устраивать мелодраму и привлекать к себе внимание.

– Да, конечно, Арчи… Ой! Простите, Артем Геннадьевич, – промямлила смущенная и испуганная Инга, пытаясь поправить отчаянно задравшуюся обтягивающую юбку.

– Подойди сюда! – скомандовал Артем.

Инга вопросительно посмотрела на молодого босса и молча подчинилась. Артем, достав из кармана носовой платок, вытер ее цветные слезы и, критически взглянув на девушку, резко дернул вниз ее юбку, не желавшую принимать приличный вид, а также застегнул зачем-то распахнувшуюся на три пуговицы белую рубашку.

– Вот так-то лучше, – сказал он, с жалостью глядя на эту несмышленую девчонку, по глупости или из мелкой корысти попавшую под власть его отца. – Ну все… Постарайся успокоиться и звони в скорую. Думаю, папе скоро станет лучше. У него сердце в жизни не болело. Наверное, давление… Короче, Инга, не тормози, звони в скорую!

Инга исполнила все, что велел молодой хозяин, с ужасом думая, как сложится ее карьера в компании, если со стриком, не дай Бог, что-нибудь случится. Врачи приехали быстро, сделали какой-то укол и увезли с собой Геннадия Николаевича. Артем, естественно, поехал вместе с отцом. Оказалось, что железный предок не такой уж и непоколебимый. Нервишки расшатались, да и сердечко порядком износилось, но все пока поправимо, только нужны покой и заботливый уход.

– Арчи, не бросай Марианну, прошу тебя, умоляю, – необычно притихшим голосом сказал Геннадий державшему его за руку сыну. – Ты обязан ради своих сыновей сохранить наш семейный бизнес. Не теряй голову из-за какой-то девчонки. Ни одна этого не стоит, поверь старику. Я их много повидал.

– Но, папа… – хотел возразить Артем.

– Не спорь с умирающим отцом! Пообещай мне, Арчи. Пообещай, что не расстанешься с Марианной и не станешь делать глупости! – потребовал Геннадий.

– Хорошо, папа. Я обещаю, – сказал Артем, тяжело вздохнув.

Это были последние слова, которые услышал Артем от своего отца. Ночью у пятидесятидвухлетнего Геннадия Николаевича случился новый сердечный приступ, а к утру его не стало. Все произошло так ошеломляюще быстро и неожиданно…

Артему ничего не осталось, как взять руководство компании в свои руки. Кому же еще, как не ему заняться поддержанием семейного бизнеса? Он обязан заботиться о близких и сдержать обещание, данное отцу. С Алиной он увиделся два раза. Один раз на похоронах отца, но тогда он с ней практически не говорил. А второй, когда она, спустя два дня, сама пришла к нему в кабинет, чтобы с виноватым видом сообщить, что, по-видимому, в их жизнях уже ничего не изменить, а они с Олегом уезжают в отпуск и летят в Доминикану.

– Счастливого пути! – сквозь зубы прорычал Артем, готовый задушить эту предательницу, из-за которой его отец перенервничал и безвременно ушел из жизни.

Х

Олег, даже ненадолго разлучаясь со своей любимой женой Алиной, скучал по ее нежной улыбке, ромашковым волосам и шелковистой фарфорово-белой коже. За шесть лет брака он полюбил свою Златовласку еще сильнее. Она по-прежнему осталась для него загадочной душой, сказочной феей, встречу с которой ему даровала судьба, а он с самого же начала по глупости чуть все не испортил. Олег никогда не мог быть уверенным, что именно думает или чувствует Алина. Он даже не был уверен, любит ли его жена. Для него важнее был тот факт, что он ее обожает. Олег почти перестал бояться, что Алина вспомнит его недостойное поведение в ночь их первой встречи. Даже если вдруг память вернется к ней, уже поздно что-либо менять. У Олега с Алиной за годы совместной жизни появилось море счастливых воспоминаний, но самым прочным звеном, связавшим их на всю жизнь, стала, конечно же, дочка Иришка.

Белокурая малышка, внешне во всем походила на мать, но это был неугомонный маленький чертенок с неиссякаемой фантазией. Например, недавно, когда Олег с семьей гостил на подмосковной даче у своих родителей, Иришка сумела изловить ужа и притащила свой охотничий трофей домой, спрятав его в кастрюлю, предусмотрительно «позаимствованную» у домработницы тети Веры. Все бы ничего, но маленькая чертовка поставила кастрюлю с шипящим сюрпризом в холодильник. Когда отец Олега среди ночи решил перекусить, а заглянув в холодильник, заметил кастрюльку с неизвестным содержимым, он, естественно, заинтересовался. Германа Львовича чуть удар не хватил при виде высунувшегося из приоткрытой кастрюли шипящего гада. Другой раз Иришка наловила сверчков и кузнечиков, которых расселила по спичечным коробкам и разложила свои «подарки» во всех комнатах. Интересные эмоции испытали обитатели дачи, когда ночью дом «запел» трелями маленьких скрипачей. Конечно же, вопрос о том, чьих рук это дело, не стоял. Про чай с соленым сахаром и варенье с перцем даже говорить не стоит. К этому давно привыкли. Все рекорды в рейтинге безобразий, учиненных Иришкой, побила лягушка, обнаруженная в борще. Олег хохотал до слез, обнаружив ее в своей тарелке.

– Вера, тебе отлично удается французская кухня, особенно в сочетании с национальной русской, – подтрунивал он над бедной женщиной, красневшей и бледневшей от чувства неловкости. – Борщ с секретным ингредиентом удался на славу! Особенно впечатляет мясное ассорти.

– Вот эту маленькую паршивку бы заставить сожрать то, что она кинула в борщ, – предложил Герман Львович, свирепо взглянув на внучку.

– Предлагаю такую вкуснятину разделить по-братски, – сделал более интересное предложение Олег. – А Иришке, как автору идеи, достанется самая жирненькая лапка.

– Фу… Папа, лягушек не едят! – всерьез восприняла угрозу притихшая Иришка.

– Еще как едят! Особенно во Франции, – хитро улыбаясь, ответил Олег.

Он вытащил из тарелки порозовевшую от борща лягушку, оторвал у нее лапку и содрал с нее кожицу, а затем попробовал, смачно прищелкнув языком и облизнувшись. Он даже зажмурил глаза, как будто от удовольствия.

– М-м-м… Вообще-то, это вкусно! На курицу похоже, – убедительно произнес Олег. – Нет, правда, даже вкуснее курицы! Иришка, тебе вторую оставлять? Давай, попробуй!

– Фу… Гадость! Не хочу лягушку, хочу курочку! – скривившись при виде распотрошенной лягушки, сказала Иришка, вызвав дружный смех всех присутствующих.

От проделок и шалостей Иришки ее няня Василиса Дмитриевна находилась в состоянии не проходящего шока. Зато Олегу было весело. Его родителей выходки Иришки забавляли, особенно маму, которая с удовольствием принимала участие во всех играх внучки. Папа Олега, бывало, посматривал на девочку косо, но ничего не говорил. Он вообще мало общался с семьей в те непродолжительные периоды времени, когда находился рядом с близкими, но никто, включая его супругу, особо не обижался. К его своеобразному мрачноватому характеру все давно привыкли. Только Алина с таинственной улыбкой наблюдала за всем происходящим так, словно смотрит фильм о чьей-то чужой жизни, хотя дочь она очень любила. Ее необоснованная меланхолия порой пугала Олега. Он напрягал воображение, пытаясь придумать хоть что-то, что могло бы развеселить его Златовласку. Она ненадолго зажигалась жизнерадостными огоньками, но они быстро прогорали, как бенгальские огни.

Алина всегда была спокойна и послушна во всем, что бы ни просил или требовал Олег, и это успокаивало его взрывной нрав. Она действовала на Олега как прохладная вода, в которую с наслаждением окунаешься в знойный июльский день, но от которой сводят судороги, когда вокруг свирепствует стужа. Олег даже не знал, радоваться ему или тревожиться безропотной покорности жены. Разве не о такой жене мечтал бы любой мужчина?! Ни упреков, ни скандалов, но нет и огня, который согревает сердце и опаляет страстью. Он сумел разбудить чувственность в Алине, воспитав в ней великолепную, изощренно-утонченную страстную любовницу, но даже в его объятиях она казалась далекой, как мерцающая синими отблесками звезда. Может, именно за эту космическую недосягаемость он и любил Алину?

Олег скучал по Алине и дочке, скучал даже по соленому чаю и кнопкам на стульях. Он уже месяц не видел семью, улаживая дела компании в отдаленных регионах, решал проблемы с застройщиком в Анапе и дожидался решения суда по спорному вопросу о землевладении в Астрахани. Его со страшной силой тянуло домой, но дела требовали присутствия на месте развития событий. Архитектурное агентство «Саблев и сын» реализовывало свои проекты на территории всего Центрального федерального округа, а также на юге России. В агентстве отца Олег отвечал за практическую реализацию предлагаемых компанией проектов строительства, а с этим случалось много сложностей, требующих его присутствия на месте в обязательном сопровождении юриста и самих архитекторов.

Олег решил сделать сюрприз Алине и на выходные прилететь домой. Делать в Астрахани все равно было нечего, а по примеру своих коллег коротать время в ожидании затянувшегося судебного решения в ресторанах и отелях с веселыми девочками Олег не хотел. Несмотря на свои бесчисленные приключения в годы буйной молодости, с появлением в его жизни Алины Олег игнорировал всех других женщин. В его сердце царствовала только Златовласка, а затем ей компанию составила Малышка-Иришка, как он называл любимую дочку. Более верного и преданного мужа, чем Олег, невозможно было даже представить. Каждая минута, проведенная с семьей, была для него огромным счастьем.

Самолет приземлился в Москве и радостный Олег, налегке, без вещей, сбежал с его трапа, прыгнул в первое попавшееся такси и помчался домой по полупустым ночным улицам столицы. Было начало первого. Олег не хотел будить Алину и дочку. Он открыл дверь собственным ключом и бесшумно вошел в квартиру. Его встретили тишина и полумрак прихожей. Из-за полустеклянных дверей свет не пробивался, и только из кухни вырывались в прихожую слабые отблески света. Олег приоткрыл кухонную дверь и, вскрикнув от неожиданности, отшатнулся назад так резко, что ударил локтем по стеклу двери, разбив его на множество острых осколков, со звоном обрушившихся на плитки пола. Он с минуту стоял, растерянно глядя на испуганных его непрошенным вторжением Алину и Артема. Олег не верил в реальность того что увидел. Даже на кошмар, привидевшийся во сне, это не было похоже! Его любимая жена Алина на их кухонном столе самым бессовестным образом занималась любовью с его лучшим другом Артемом. Она, его Златовласка, лежит на столе под Артемом, от наслаждения запрокинув назад голову, и ее длинные волосы достигают до самого пола, а ноги обнимают шею любовника. Олег отскочил назад, как от неожиданного удара в лицо.

Звон разбитого стекла вернул любовников с небес на землю. Они мгновенно спрыгнули на пол, одинаково смущенные и испуганные, не зная, что сказать, да и можно ли о чем-то говорить в такой ситуации. Только в анекдотах говорят: «Дорогой, это не то, что ты подумал». По мере того, как смысл увиденной картинки доходил до заторможенного шоком сознания Олега, его глаза приобретали бешено-безумное выражение. В них Артем с Алиной прочитали свой смертный приговор. Олег со звериным рычанием прыгнул на Артема, сдавив его шею руками. Артем пытался защититься, как мог. Он не хотел причинять вреда Олегу, но и не мог позволить ему задушить себя. Олег совершенно потерял над собой контроль от боли предательства двух близких людей и ярости. Он искренне хотел задушить Артема, который уже начинал хрипеть и задыхаться, становясь багровым. Артем хватал руками воздух, ища хоть какую-то опору и средство защиты. Под руку попался какой-то предмет. Это была подставка для ножей на тумбочке, стоявшей сбоку стола. Артем выхватил один из ножей и попытался нанести удар, но Олег выхватил у него из руки нож, выдернув его прямо за лезвие. Олег не чувствовал боли от порезанной в кровь ладони. Другая боль сделала его одержимым местью и жаждой крови. Олег отпустил горло Артема и по саму рукоять вонзил нож ему в бок. Артем взвыл от боли. Олег вытащил нож из брызжущей кровью раны, чтобы повторным ударом добить противника. Только душераздирающий крик Алины помешал Олегу нанести следующий удар.

– О-о-оле-е-ег, не-е-ет! Олег, меня, меня убей! Это я во всем виновата! Только я! Прости меня… – кричала она, бросившись между Олегом и истекавшем кровью на столе Артемом. – Олег, убей меня, умоляю… Так всем будет только лучше.

Ее крик и слова подействовали на Олега отрезвляюще. Он странно смотрел на Алину, как будто впервые ее видел. От шума и криков проснулась Иришка. Четырехлетняя девочка стояла в дверях и испуганно на них смотрела.

– Папа, у тебя нож красный! – вскрикнула она, пытаясь понять, почему мама плачет и совсем голая, а дядя Артем тоже голый лежит на столе и у него течет кровь из раны на животе.

Только возглас Иришки вернул всем разум, заставив понять, что они натворили. Олег с ужасом смотрел на окровавленный нож в своей руке и неподвижно лежащего на столе друга Арчи, на обнаженную Алину и на плачущую дочь, в одних носочках стоявшую на осколках стекла.

– Немедленно, уведи отсюда Иришку и сама убирайся, – приглушенным голосом приказал Олег дрожавшей от страха Алине.

Она послушно схватила малышку на руки и убежала в детскую. Олег, прощупав пульс Артема, выдохнул с облегчением.

– Еще жив! Боже Всемогущий! Что же я наделал?! – подумал он, хватаясь за телефон.

Олег вызвал реанимацию и полицию, ожидая неизбежное.

– Арчи, держись! Помощь близко! – говорил он, пытаясь кухонным полотенцем сдержать поток льющейся из раны крови. – Арчи… Прошу, не умирай…

Едва живого Артема увезли в больницу, а Олега, естественно, арестовали. Взглянув на мужа в последний раз, Алина прошептала:

– Прости… Прости, Олег, я должна была тебе сама все рассказать… но, я боялась.

Алина никогда не забудет его вопросительно-укоризненный взгляд, в котором уже не было гнева, а только боль. Олег как будто хотел что-то сказать ей напоследок, но в последний момент передумал и отвернулся.

Череда кошмаров для Алины продолжилась назойливыми расспросами полицейских, их насмешливыми взглядами и циничными комментариями. Плачущая Алина заплетающимся языком пыталась объяснить полиции суть произошедшего. Да, муж застал ее с другим мужчиной и потерял над собой контроль от ревности. Да, они дрались и под руку Артему попал нож. Олег выхватил нож у Артема и ранил ее мужа, а вообще-то, они большие друзья. Только из-за маленького ребенка, которого сейчас не с кем было оставить, Алину не забрали в участок, но потребовали, чтобы утром она обязательно пришла в полицию для дачи показаний.

– Молите Бога, чтобы Артем Горчив выжил, иначе у вашего мужа будут очень серьезные проблемы, – сказал на прощание полицейский, с укоризной глядя на вконец растерявшуюся Алину. – Утром жду вас к десяти. Вы меня услышали?

– Да… Я обязательно буду, – бесцветным голосом произнесла Алина.

Когда все ушли, Алина позвонила маме. Она так громко плакала, что Надежда Сергеевна испугалась, уж не умер ли кто? Алина невнятно что-то бормотала в трубку, еще больше напугав маму.

– Что? Кого увезли на скорой? Олега? – пыталась понять Надежда Сергеевна.

– Артема, а Олега теперь посадят в тюрьму, – сквозь слезы пролепетала Алина.

– Артема?! А причем здесь друг твоего мужа? – спросила вконец сбитая с толку Надежда. – Господи, да что у вас там произошло?! Алина, объясни нормально!

– Мама, ты приедешь или нет? – спросила Алина, не в силах уже объяснять всем, что она последняя дрянь, из-за которой двое любящих ее мужчин попали в беду.

– Да, приеду, но не сейчас. Понимаешь, Наташа схватила простуду. Я сейчас не смогу ее оставить одну, но утром обязательно приеду. Алинка, ну не реви ты, как белуга. Никто же не умер?! Возьми себя в руки! Не будь размазней, в конце концов, – сказала Надежда, надеясь такими словами успокоить дочь.

– Спасибо за сочувствие и понимание, мама, – обиженно сказала Алина. – Я сама справлюсь. Ты, как всегда права. Занимайся Наташей, а я что-нибудь придумаю.

Алина отключила звонок, не попрощавшись. Она не помнила, как общалась с матерью до того момента, как потеряла память, но за последние шесть лет ее назидательный учительский тон успел порядком надоесть.

– Мать называется! Слова доброго не услышишь, – пробубнила себе под нос Алина, вытирая слезы. – Ни понимания, ни сочувствия.

Алина заглянула в детскую. Иришка крепко спала с пушистым белым кроликом в обнимку. Эту игрушку подарил ей Артем и малышка не выпускала ее из рук, хотя в ее распоряжении были десятки гораздо более интересных и дорогих игрушек.

– Дети все чувствуют. Иришка обожает Артема, словно знает, кто ее настоящий отец, – подумала Алина и снова заплакала. – Как он там?

Промучившись до рассвета, Алина позвонила няне и попросила ее прийти пораньше, к восьми утра. Алина заглянула на кухню и ужаснулась, увидев следы кровавой драмы, разыгравшейся здесь всего несколько часов назад. Она заклеила бумагой дыру вместо разбившегося стекла, чтобы не видеть напоминание о ночном происшествии.

– Что, прошло всего несколько часов? – растерянно подумала она.

Алине эти часы показались бесконечно долгими, словно прошло уже несколько дней, отравленных беспокойством и отчаянием. Она закрыла дверь на кухню, заперев ее на ключ. Любопытной няне незачем все это видеть.

– Ну и денек мне предстоит пережить! Нужно привести себя в порядок, – произнесла она вслух, мельком взглянув на себя в зеркало.

Приняв душ и переодевшись, Алина стала размышлять, что делать дальше. Зазвонил телефон.

– Вот черт! Мама Олега! Что я ей скажу? – подумала она, но все же ответила.

– Алина, кто-нибудь мне объяснит, почему моего сына среди ночи арестовали и обвиняют Бог знает в чем?! – кричала в трубку Раиса Анатольевна.

– Простите меня, но, ведь вы все равно не простите, – зарыдала Алина. – Раиса Анатольевна, Олег неожиданно приехал и застал нас с Артемом вместе. Понимаете?

– Ну, дела! Так, ты и Артем по-прежнему вместе, за спиной Олега?! Ты же мне обещала! – справедливо возмущалась мать Олега. – Алина, я думала ты человек… А ты, последняя б…

– Я во всем виновата! Простите… – который уже раз повторила Алина, как будто словом «прости» можно было что-либо исправить.

– На что мне твои извинения?! Как ты могла, Алина?! Ты же клялась, что у вас с Арчи все закончилось после смерти его отца?! Мы ведь договорились оставить в прошлом идею обзавестись наследником! Ты мне клялась, что верна моему сыну! Что теперь будет с Олегом?! Ты неблагодарная, подлая девчонка, да еще и обманщица! – продолжила шуметь в телефон Раиса Анатольевна. – Вот что теперь будет с моим Олеженькой? А с Артемом? Он хоть жив?

– Я не знаю… Был жив, когда его увозили на скорой, – снова залилась слезами Алина, вспомнив, бледного, как труп, Артема, лежащим на столе в луже собственной крови.

– А его мама знает о случившемся? – продолжила допрос свекровь Алины.

– Я не знаю… Наверное, нет. Может, ей из больницы позвонили? – предположила Алина.

– Я позвоню Егору Дмитриевичу. Он-то всегда знает, как поступить, – озвучила мысли вслух Раиса Анатольевна. – Ну и заварила ты кашу, Алина! Олег в тебе души не чаял, а ты… Ты нам всем плюнула в душу! Как ты могла?!

– Простите… Я не смогла порвать с Арчи, хотя и обещала вам… – всхлипывая, заныла Алина, но свекровь ее уже не слышала, отключив звонок.

У нее сейчас были другие заботы. Она была женщиной решительной и ради спасения своего единственного сына готова была перевернуть весь город. Невзирая на ранний час, Раиса Анатольевна переполошила всех, кто так или иначе мог повлиять на ситуацию, дать нужные свидетельские показания и помочь в организации грамотной защиты Олега. Семья Саблевых отстоит своего сына и постарается максимально уменьшить наказание.

Пришла няня Иришки. Алина не стала посвящать ее в семейные дела, а запертую дверь на кухню объяснила тем, что там лопнула труба и все залито горячей водой. Алина вначале поехала на встречу с полицейским для дачи свидетельских показаний. Ей пришлось повторить то же самое, что она уже говорила ночью, и подписать какие-то бумаги.

Алина хотела добиться встречи с Олегом, объяснить ему все, признаться, покаяться. Может, он поймет… На прощение мужа Алина не надеялась. Но ей сказали, что свидание с подозреваемым невозможно и потребовали прекратить любые контакты с мужем до суда. Отец Олега позаботился о том, чтобы ее близко не подпускали к его сыну, а наказанием распутной твари он поклялся заняться лично.

Следующий круг ада ждал Алину в больнице. Она сидела на кушетке в больничном коридоре, пытаясь не думать о том, что произошло, но мысли все равно лезли в голову и душили слезами.

– Артем в больнице, Олег в тюрьме. Меня все ненавидят. Собственная мама меня осуждает и даже не пытается понять. Все они абсолютно правы. Все произошло из-за меня, – горестно вздыхая, мучила себя самобичеванием Алина. – Вот и Марианна сидит напротив и буравит меня замораживающим взглядом. В нем столько нескрываемой злости и презрения. Наверное, не судьба нам с Арчи быть вместе.

Алина не могла сдерживать ползущие по щекам ручьи слез. Ее возлюбленный сейчас между жизнью и смертью. Арчи – ее любовь, похожая на призрак из прошлой жизни, как одно из ее потерянных воспоминаний. Начав очередной раз тайно встречаться с Артемом, Алина понимала, что совместного будущего у них по любому не будет, но они радовались и украденным у близких минутам счастья.

– Ей хорошо! Ее возлюбленный жив и вернется к ней. А что есть у меня? Ха-ха! У меня никогда не было возлюбленного и, как выяснилось, мужа тоже! Он всегда любил только ее, – мрачно размышляла Марианна, глядя на мерзко хнычущую Алину с покрасневшими от слез глазами. – Муж меня не любит, любовника у меня нет. Меня никто никогда не любил по-настоящему. Все вокруг видят только деньги моего отца. Ради меня Арчи не стал бы рисковать жизнью и бросаться на нож. Только ради этой плаксы Алины. Ну, чем я хуже?! Этот брак абсурден с самого начала! Саманта… Я хочу к тебе! Как же я хочу послать всех к чертовой матери, купить билет в один конец до Нью-Йорка и навсегда забыть всех этих людей, претендующих называться членами моей семьи или друзьями. Уехать и забыть! Забыть про папин бизнес, укравший у меня семь лет жизни, забыть глупого мальчишку, по недоразумению ставшего моим мужем, но влюбленного в свою длинноволосую русалку. Забыть все и вернуться к тебе… Эх, Сэм!

Марианна с раздражением взглянула на тихо плачущую Алину, не смевшую даже открыто смотреть ей в глаза.

– Ну что, довольна? Это все из-за тебя! – зашипела она на Алину. – Что в тебе такого, что ты сводишь всех с ума? Тоже мне, героиня средневекового романа! Дуэли, понимаешь, из-за нее устраивают.

Алина не успела ей ответить. Пришла мама Артема. Светлана Викторовна сразу накинулась на Алину с упреками и оскорблениями.

– Как ты смеешь быть здесь?! – понизив голос, чтобы не кричать в больнице, произнесла она, с ненавистью глядя на поблекшую от слез Алину. – Из-за тебя мой сын истекает кровью и еще неизвестно, чем все закончится. Ты жена его друга, но это не помешало тебе окрутить моего Артема! Что же ты за человек?! Ни чести, ни совести! Убирайся с глаз моих долой и никогда здесь не появляйся! Ты способна приносить только беды! Лучше бы ты подумала о своем муже. По твоей милости Олегу грозит не меньше пяти лет тюрьмы. А ну, пошла отсюда!

Светлана Викторовна сжала руки в кулаки, чтобы сдержаться и при всех не съездить по бесстыжей физиономии этой наглой девки. Алина в слезах убежала, не посмев даже слова сказать в свое оправдание. Да и было ли ей оправдание? Не важно, простят ли ее когда-нибудь Олег и Артем, их родители будут ее ненавидеть до конца дней. Она сама себя никогда не простит.

– Лучше бы я умерла! – шептала в отчаянии Алина. – Я всем приношу только несчастья!

Алина выскочила из больницы и, не глядя по сторонам, побежала наугад, куда глаза глядят.

– Главное, оказаться подальше от всех этих людей, готовых разорвать меня на части! – думала она.

На перекрестке Алину чуть не сбила машина, но она не обратила внимание ни на визг тормозов машины, ни на яростную матерную тираду ее водителя. Прохожие удивленно смотрели на обезумевшую девушку в бахилах, бегущую так, словно сам черт за ней гонится и шарахались в стороны, чтобы не оказаться на ее пути.

– Блин! Смотри, куда прешь! – воскликнул мужчина, которого Алина едва не сбила с ног. – Сумасшедшая, ей Богу!

Алина бежала, пока не перехватило дыхание и не стало до боли колотиться сердце. Когда она совсем выдохлась и остановилась, хватая ртом воздух, в ее глазах потемнело. Казалось, сейчас она упадет в обморок прямо посреди улицы. Оглядевшись по сторонам, Алина даже не поняла, где именно находится. Сев в такси, она поехала домой. Ее трясло от нервного напряжения, обиды, отчаяния и ненависти к самой себе.

Дома Алину уже ждала мама, которой она все рассказала, после того, как выпроводила няню, заодно и рассчитав ее.

– Господи, Алина! Да как же так получилась? Ты и Артем?! Разве так можно? – воскликнула Надежда Сергеевна, сурово глядя на дочь.

– Ах, мама, умоляю, оставь все эти расспросы! Как это происходит обычно между мужчиной и женщиной, так и произошло! Мне и так ужасно плохо, а тут ты еще со своими нравоучениями, – огрызнулась Алина, с раздражением глядя на возмущенную мать.

– У тебя ведь чудесный муж! Не то, что твой отец баламут! Как ты могла так поступить с Олегом?! Он так любит тебя и дочку, – продолжила свою тему Надежда, словно не слышала слов дочери. – Алинка, что же ты наделала, глупенькая моя…

– Хватит, мама! – оборвала ее бессмысленные упреки Алина. – Кстати, Иришка от Артема, а не от Олега.

– Что? Ты столько лет обманывала Олега? – открыв рот от изумления, спросила обалдевшая Надежда.

– Мама, не начинай! Я тебя прошу только об одном. Пожалуйста, возьми к себе Иришку, пока все не уладится. Ты сможешь? – раздраженно спросила Алина, которую уже стали выводить из себя все эти разговоры ни о чем.

– Конечно, родная. Ох, какая трагедия! Ну, надо же? От Артема… Эх, Алинка, не знаешь ты своего счастья… – запричитала Надежда, от чего Алине стало еще хуже.

– Да хоть ты меня не мучь! Мама, и так все считают меня последней дрянью! Знаешь, они все правы и только я во всем виновата, – снова заревела Алина.

Надежда хотела обнять дочь, но Алина вырвалась из ее объятий.

– Я пойду, соберу вещи Иришки. Кстати, где она? – спросила Алина, нервно теребя найденную на полу игрушку дочери.

– У себя в комнате. Мультики смотрит, – ответила Надежда, с жалостью глядя на мучения Алины.

Алина вошла в детскую. Иришка сегодня была слишком тихой, и даже немного испуганной после увиденного ночью кровавого кошмара. Неизвестно, что мог понять четырехлетний ребенок, но каким-то внутренним чутьем она догадалась, что случилось что-то очень плохое, раз даже бабушка Надя приехала. Девочка молча смотрела телевизор, но казалась, думает о чем-то другом. Увидев маму, она радостно улыбнулась и бросилась ей навстречу.

– Иришка, родная моя, какая же ты красивая у меня, – сказала Алина, обнимая и целуя дочку. – Маленькая моя, ты пока поживешь у бабушки Нади в Химках? Так надо! Это очень важно.

– Хорошо, мамочка! Я люблю бабушку Надю, а Наташа такая смешная… Долго смотрит и молчит, а потом как засмеется! Ха-ха-ха! – смеясь, сказала Иришка.

– Это временно, малышка, а потом все наладится и мы снова будем вместе. Ты я и папа, – прошептала Алина, пытаясь успокоить то ли себя, то ли ребенка.

– А ты приедешь к нам? – настороженно спросила Иришка, не выпуская из рук любимого зайчика Пусю.

– Обязательно приеду, моя маленькая, – стараясь не плакать при дочери, пообещала Алина. – Ты будешь вести себя хорошо? Никаких ужей, жаб и твоих шуточек с солью и сахаром? Вообще, никаких проделок! Обещаешь?

– Ну, ладно, обещаю, – нехотя согласилась Иришка. – Но ты приезжай поскорее. Ладно? Мамочка ты такая грустная и плачешь. Не надо.

Иришка вытерла своими маленькими ручками мокрые от слез щеки мамы. Она словно заглядывала в душу Алины своими большими ясными глазами.

– Хорошо, не буду, – сказала Алина, поцеловав круглые бело-розовые щечки Иришки.

– Мама, а папа и дядя Арчи к нам приедут? – задала неожиданный вопрос малышка.

– Не знаю, моя милая. Они очень заняты на работе, но, может, и приедут, – сказала Алина, чувствуя, что слезы снова подступают. – Давай соберем твои вещи в дорогу. Все, что ты хочешь взять к бабушке в Химки, клади на кровать.

– Такси уже здесь, – напомнила Надежда Сергеевна. – Ну что, идем?

Алина помогла донести чемоданы с вещами Иришки до такси. Когда Алина вышла проводить маму с дочкой до такси, любопытные соседи шушукались, подглядывая за ними из всех щелей. Конечно же, ночная суета под окнами не осталась незамеченной. Соседи строили догадки о произошедшем и, естественно, обвиняли во всем Алину.

– Мама, все на меня пялятся, все тычут пальцами! – передернула плечами Алина. – Противно, не могу… Пойдем скорее. Забирай Иришку и уезжай, умоляю тебя…

– А ты сама как же? – спросила Надежда.

– А что я? Я уже натворила дел. Не знаю, что я буду делать, но мое место здесь, – вздохнула Алина.

– Ну, ты держись, милая! И знай, что бы ни случилась, я всегда на твоей стороне, – сказала напоследок Надежда и обняла дочь.

– Спасибо, мама! Прощай! – ответила Алина, на сей раз не увернувшись от материнских объятий.

– Почему прощай? – встревожилась Надежда.

– Сама не знаю, почему я так сказала. Честно, мам. Не переживай за меня, – сказала она, расцеловав Иришку и плачущую Надежду. – Пока, мам! Пока, моя радость!

Надежда Сергеевна с Иришкой погрузились в такси, а Алина, помахав им напоследок рукой, поднялась в свою квартиру. На душе было ужасно мерзко и, несмотря на лето, в ней обосновался леденящий душу холод, а сердце ныло от предчувствия неминуемой беды.

ХI

Алине, оставшейся в полном одиночестве, стало невыносимо тоскливо. Ее знобило, в сердце поселились монотонная боль и колющий льдинками страх, а голова горела, как в огне.

– Приложить бы к голове лед… Но, он на кухне в холодильнике, а туда я больше не хочу заходить. Никогда! – вздохнув, подумала Алина.

Она приняла холодный душ, но ледяная вода лишь усилила чувство безысходности и катастрофической непоправимости произошедшего. За весь день Алина не проглотила ни крошки, но есть не хотелось. Сама мысль о том, чтобы снова переступить порог залитой кровью кухни убивала всякий аппетит. Накинув на себя легкий шелковый халатик, Алина, легла на диван.

Она не спала, но погрузилась в какое-то полубессознательное состояние, хотя прекрасно понимала, что происходит вокруг, слышала доносящиеся из открытого окна звуки круглосуточно бурлящего жизнью города. А вот ее жизнь, похоже, окончена. Какой в ней вообще теперь смысл?

Алине пришли на ум строки одной из сочиненных Олегом песен:


Ты боишься уснуть,
Ты страшишься проснуться.
Ты не хочешь уйти,
Ты боишься вернуться.

– Точно про меня написал, – вздохнула Алина. – Вот бы уснуть и не проснуться…

Алина и вправду задремала, потому что когда она открыла глаза, за окном уже мерцала фальшивыми звездами городских огней душная июльская ночь. Алина улыбнулась, вспомнив, что увидела во сне Артема. Они снова встретились в том странном мире, озаренном сиреневым светом далекой звезды с четырьмя лунами. Алина и Арчи любили друг друга в волшебно красивом саду на душистом ковре из алых бархатистых цветов, а с неба за их поцелуями бессовестно подглядывали любопытные звезды.

Алина до сих пор ощущала на спине нежное прикосновение тех цветов, как и горячие следы поцелуев своего возлюбленного на теле.

– Почему звезды навсегда разлучают меня с любимым? Или нам с Арчи суждено стать счастливыми только в другом мире, а на этой враждебной любви планете под небом чужой звезды нас ждут только страдания?

Окончательно проснувшись, Алина разочарованно огляделась по сторонам. Далекая от мира грез реальность больно ударила в голову воспоминаниями обо всем, что случилось в действительности, и Алина снова заплакала, проклиная себя и свою несчастливую звезду. Алина размышляла о своей проклятой и загубленной жизни, пытаясь вспомнить, с какого момента начались ее несчастья. Чего ей не хватало в жизни для счастья? Она молода, богата, красива, муж ее боготворит, у нее прелестный ребенок. Так что еще нужно? Какая-то призрачная любовь?! Но для Алины на свете не было ничего дороже этой самой любви, никого дороже Артема. Она любила его до самозабвения, а он отвечал ей абсолютной взаимностью. Они хотели навсегда и для всех «потеряться» в океане своей любви, как дельфины в водах мирового океана, но от людей в сухопутном мире, к сожалению, никуда не скроешься.

– Артемчик, любимый! Мой милый Арчи! Как ты там? – в отчаянии шептала она, представляя себе самое худшее.

После того, как мать Артема прогнала Алину, обозвав ее последними словами, она не посмела повторно прийти к нему в больницу. Она стыдилась посмотреть в глаза его родителям, а Марианну вообще боялась, как голубь боится ястреба. Олега Алине тоже было очень жаль. Да, он горяч и вспыльчив, но ведь он ее муж. Как она могла так с ним поступить?! Алина каким-то внутренним женским чутьем ощущала, что он ее, несмотря ни на что, по-прежнему любит, да и своему другу Арчи Олег намеренно не собирался причинять вред. Олег местами бывал очень жесток, но его беспощадные правила жизни для близких и любимых людей имели множество исключений. Алина ни на секунду не сомневалась, что Олег, ударив Артема ножом в порыве гнева, сейчас раскаивается.

– Как он там, мой Олег? Я так виновата перед ним! – думала Алина, заливая диван очередным прибоем горьких слез. – Его посадят в тюрьму на много лет. Как же он будет?!

Мелодичный звонок в дверь набатным колоколом ударил ей в уши. Заплаканная Алина с трудом сползла с дивана и подошла к входной двери квартиры. Она машинально открыла дверь, даже не поинтересовавшись, кто пришел. На пороге стоял ее свекор.

– Здравствуйте, Герман Львович! – произнесла она и тут же в страхе отступила вглубь квартиры.

Без содрогания невозможно было смотреть на перекошенное от ярости, багровое лицо Германа. Кроме того, чувствовалось, что он сильно пьян. Ноги перепуганной Алины подкашивались от страха. Она пятилась, отступая от надвигавшегося на нее разъяренного человека, пока не уперлась спиной в стену. Герман подошел к дрожащей Алине и, ничего не говоря, больно ударил ее по лицу, в кровь разбив губу. Затем он схватил ее одной рукой за горло, а другой за волосы и, слегка приподняв над землей, с силой ударил головой о стену. В уши Алины снова ударил звук колокола. Последнее, что она помнила, это налитые кровью глаза свекра и его перекошенный от злобы рот с плотно сжатыми зубами.

Когда Герман отпустил обмякшую и словно ставшую тяжелее Алину, она беззвучно упала на пол, оставив тонкую алую полосу на светлой стене. Ее бежевый коротенький халатик задрался, обнажив изящные ноги и давно восхищавшие ее свекра аппетитные бедра. Он яростно сорвал с бесчувственной Алины шелковый халатик, оставив ее лежать на паркете в одних лишь невесомых трусиках. Дернув сбоку за кружевную ниточку, Егор сорвал с нее последнее укрытие.

– Хороша, сука! Ничего не скажешь! – прорычал он, расстегивая штаны.

Алина не пришла в сознание даже когда озверевший от обиды за сына и собственного желания обладать ею Герман жестко ее насиловал. Он пытался хоть как-то утолить свои противоречивые чувства, истязая давно соблазнявшее его тело жены сына. Алина не издала ни звука, потонув в свободном от чувств вакууме. Герман еще больше злился от ее молчания. Алина лежала на полу, как тряпичная кукла, а он бы хотел, чтобы она кричала, плакала, умоляла о пощаде и выклянчивала прощение, но она ничего не чувствовала, а он, как последний некрофил, с бешенной страстью надругался над полуживым телом несчастной жертвы. Герман пытался говорить с Алиной, в самых оскорбительных матерных выражениях называя ее проституткой и тварью, предавшей его сына и втершейся в их семью ради собственных корыстных интересов.

– Соска проклятая, ты мне за все ответишь! – кричал он, изрыгая очередную порцию мерзости в адрес истерзанной им Алины.

Когда весь этот безответный процесс утомил Германа, он слез с несчастной Алины. Такая месть его явно не удовлетворила, да и планы у него были куда более масштабные. Герман прошелся по квартире, отыскал в кладовке вместительную дорожную сумку и, завернув Алину в стянутое с дивана покрывало, свернул ее в позу эмбриона и засунул в сумку. На случай, если она неожиданно очнется и начнет кричать, он засунул ей в рот какую-то тряпку.

– Черт! Вот сука! – воскликнул Герман, заметив кровавую полосу на стене. – Не могла не наследить!

Он тщательно вытер стену, используя моющее средство с хлором, чтобы ликвидировать малейшие следы крови. Герман решил продолжить «воспитание» Алины в секретном загородном доме, о котором знали только он и Олег. Герман хоть и был пьян, дураком точно не был и понимал, что исчезновение Алины может вызвать много вопросов, в том числе и к нему. Его следователи обязательно спросят о причине ночного визита к жене сына. Про камеры над подъездом и на лестничной площадке он тоже не забыл. Герман придумал вполне правдоподобное объяснение, что он пришел забрать некоторые вещи сына, чтобы передать их в СИЗО, где Олег должен был находиться до суда. Найдя другую дорожную сумку, он вытащил из гардеробной вещи Олега, которые ему действительно могли понадобиться в заключении.

Самое удивительное, Герман совершенно никуда не торопился. Да и куда ему было спешить?! Бояться тоже было нечего. Иришка находилась у своей бабушки в Химках. Он узнал об этом от няни девочки, в обязанности которой также входило докладывать своему главному работодателю обо всем, что происходит в квартире Олега. Герман знал, что друзей у Алины нет, а никто из посторонних не посмеет беспокоить ее среди ночи. Герман действовал хладнокровно и уверенно, как опытный маньяк. Он преспокойно вышел из квартиры, спустился на лифте и небрежно закинул обе сумки в багажник своего Lexus. Он смутно беспокоился только из-за того, что не смог сдержать стресс и выпил полбутылки водки. Но все проблемы решаемы. Как говорится, цена вопроса. Герман медленно поехал к дачному поселку, везя Алину в тот самый дом у леса, в котором начались все ее страдания семь лет назад.

В уединенном коттедже мало что изменилось с того времени, как трое мерзавцев обманом затащили туда доверчивую юную мечтательницу Алину. Все кошмары жизни Алины начались в этом доме, здесь они по приговору ее свекра, должны были и закончиться. Герман вытащил сумку с очнувшейся в дороге и начавшей трепыхаться Алиной и понес ее в дом. Вторую сумку с вещами Олега он оставил в машине. Герман закрыл все двери и со своей бившейся от отчаяния жертвой спустился в подвал дома. Он сам спроектировал этот дом для своих тайных утех. Раиса и не подозревала о его существовании. Даже оформлен этот дом был на одну хорошую знакомую Германа, которая вскоре неизвестно куда исчезла. Когда Олег вырос, отец посвятил его в тайну их уединенного убежища для самых разнузданных развлечений. Сам Герман приезжал сюда крайне редко, а вот Олегу с друзьями это место идеально подходило для репетиций и разного рода оргий, которые они здесь регулярно устраивали.

– Как все было хорошо у моего Олега, пока в его жизни не появилась эта подлая тварь Алина, – зло прорычал Герман, на ходу пнув ногой подпрыгивавшую в руках сумку, от чего она жалобно взвизгнула. – Слышишь, сука, ты еще пожалеешь, что на свет родилась!

Спустившись в глубокий подвал, Герман с размаху бросил сумку на бетонный пол, от чего сдавленное мычание в дергающейся сумке сразу же прекратилось. Он отодвинул нагроможденные вдоль одной из стен ящики и прочий хлам, а затем, надавив на один из кирпичей, нажал потайной рычаг. В ответ кирпичная стена с потрескиванием и тяжелым гулом медленно отползла в сторону, открыв узкий лестничный пролет, уходящий вглубь подземелья еще на один этаж. Герман на ощупь нашел выключатель, нажав на который, тускло осветил пыльную, заросшую паутиной бетонную лестницу. Он вернулся за притихшей сумкой и вместе с ней спустился вниз, снова бросив ее на пол. Вытащив из другого тайника ключ, Герман медленно повернул его в замке тяжелой железной двери. Дверь с пронзительным скрипом открылась, распахнув настоящие ворота в ад.

В слабом, слегка мерцающем свете лампочки открылось подземелье, оборудованное с не меньшим воображением, чем камеры пыток средневековой инквизиции. Подвешенные к потолку цепи с ржавыми крюками, крестообразная рама около стены, кандалы и поножи для бондажа, колодки и распорки, наручники, железные ошейники, а также всевозможные орудия пыток, висящие на стенах. Озадачивала непонятного назначения горизонтальная решетка в углу камеры, приподнятая на полметра от пола и прикрученная к нему. Жуткое впечатление производили свисавшая на цепях с потолка железная клетка, в которую смог бы поместиться даже крупный мужчина, а также чугунный шест с приваренными к нему на разной высоте кольцами и крюками, причем на некоторых из них висели обрывки веревок. Своеобразным «украшением» интерьера подземелья являлись кнуты и плетки широкого назначения, а также мотки веревки разной толщины и цветов. Все эти аксессуары извращенца были заботливо развешены вдоль стен и являлись инструментами наслаждения чужыми пытками, страхом и болью для успешного бизнесмена и почтенного семьянина, Германа Львовича Саблева.

Германа, конечно, многие считали человеком жестким и непредсказуемым, но именно в его непоследовательности и упорстве многие видели успех архитектурного агентства «Саблев и сын». Жена Германа не раз имела возможность на себе почувствовать его жестокость, используя тонны косметики, чтобы скрыть синяки и замаскировать рубцы от побоев, но его экстравагантное пристрастие к БДСМ местами казалось ей даже забавным. Раиса в глубине души боялась мужа, а на еще более глубоком этаже чувств, именно за это его и любила странной страстью мазохиста к своему доминанту. В то же время, именно она являлась источником его силы и вдохновения, помогая ему справиться со своими страхами и навязчивыми образами, замешанными на сексе, насилии и крови.

– Тебя подчинили себе Эрос и Танатос, – со знанием дела, как специалист-психолог, говорила Раиса местами растерянному и напуганному собственным вторым «я» мужу. – Ты одержим Сексом и Смертью! Они доминируют над тобой, Герман, как ты доминируешь над оказавшимися в твоей власти женщинами. Твои Боги тебя пугают и доставляют запретное, непонятное большинству людей наслаждение. Ты любимец Богов, Герман!

Истязая связанную, в наручниках и поножах, подвешенную на шесте или распятую жертву Герман сам себя ощущал Богом. Он больше года не переступал порог этого «тайного уголка любви», как он называл свою паучью нору. Герман с удовольствием осмотрел камеру пыток, обошел ее, с наслаждением вдыхая запах сырости, пыли и зловоние тления, как в канализационном коллекторе. Он был в своей стихии. Его ноздри раздувались, а дыхание участилось в предвкушении запретного и от того еще более заманчивого удовольствия от насилия и убийства.

Редко какие гостьи посещали тайную камеру садиста, а главное, для них это всегда была дорога в один конец. Их тела, как в склепе, покоились под каменными плитами этой самой камеры смертников. Коллекцию жертв маньяка до сих пор составляли либо случайные попутчицы Германа, либо уличные путаны, соблазненные респектабельным видом мужчины на дорогом авто. Все они были здесь – все двенадцать. И вот, настала очередь получить заслуженное, с точки зрения Германа, наказание его легкомысленной родственнице.

Герман вернулся к входной двери и втащил в камеру сумку с начавшей подавать признаки жизни Алиной. Вытащив истерзанную девушку из сумки, Герман с удовольствием заметил, как ее глаза расширились от страха. Она, дрожа как осиновый лист, с неописуемым ужасом огляделась вокруг, изучая взглядом камеру пыток, которая должна стать ее могилой. Алина не смела пошевелиться, боясь поверить собственным глазам. Ее свекор монстр, настоящий маньяк-убийца, вроде Чикатило или Лондонского Потрошителя.

– Добро пожаловать, дорогая! Чувствуй себя как дома! Наслаждайся комфортом. Ты заслужила жить именно в такой роскоши, – глумился Герман, забавляясь тем, что дергал Алину за руки и тряс, словно она тряпичная кукла.

Затем он схватил Алину поперек туловища и совершенно нагую отнес к стене, на которой крестообразная рама поджидала свою очередную жертву. Он жесткими веревками прикрутил к раме несчастную жертву за шею, руки и ноги, но самое отвратительное было то, что Герман привязал Алину лицом к вонючей замшелой стене. Стоило ей нагнуть голову и она непременно касалась носом и губами этой мерзкой стены.

– Что на уме у этого изверга? – беззвучно рыдая, думала Алина.

Ничего хорошего от своего тирана она не ждала. Герман, закипая от ярости, задумчиво оглядел стены, выбирая соответствующее ситуации орудие пытки. Он остановил свой выбор на казацкой нагайке, которой с удовольствием несколько раз прошелся по узенькой спине хрупкой Алины. Ее крики были музыкой для его извращенного слуха убийца, а разорванный багровыми полосами шелк белой кожи распалял воображение, возбуждая желание. Герман вытащил из ящика в углу бутылку водки, открыл ее, и, сделав несколько больших глотков, щедро плеснул огненной водой на израненную спину едва живой от болевого шока Алины. Нечеловеческий крик потряс камеру, но ни один звук не покинул ее пределы, да и слышать его было совершенно некому. Вокруг уединенно стоящего дома на краю дачного поселка на километры никого не было.

Алина потеряла сознание, а изверг отвязал свою жертву и перенес на решетку, распяв ее. Широкие кожаные ремни крепко обхватили шею, руки и ноги Алины. Герман мог делать все, что взбредет в его голову с искалеченным от рождения мозгом, издеваясь над беззащитным телом Алины и насилуя его самыми извращенными способами. Он вонзался в нее, наказывая своей «любовью». Оставалось только непонятным, кого и за что он наказывал? Алину за неверность его сыну? Олега за любовь к не той женщине и постыдную близорукость? А, может быть, себя за отсутствие чувств к самым близким людям и желание, унижая и подчиняя других, почувствовать себя полноценным человеком?

Когда Алина очнулась, Герман неподвижно стоял у стены и смотрел на нее, не отрываясь и не мигая, застывшими, словно остекленевшими глазами. Алина тихонько вскрикнула и застонала от боли. Увидев, что его жертва очнулась, Герман оживился и в его помутневших безумных глазах снова вспыхнула ярость. Он подошел к распятой Алине и, больно схватив ее за волосы, брызжа слюной, прорычал:

– Очухалась?! Белая мышка… Тихоня, значит? Вся такая тонкая-звонкая, заморочила голову моему легковерному сыну, а сама ему наставляешь рога с его же другом?!

– Герман Львович, я конечно, виновата, но ведь у вас внучка. Как же она будет без матери? – рискнула сделать попытку его умилостивить уже потерявшая надежду несчастная Алина.

– Заткнись, дрянь! – вне себя заорал Герман. – За кого ты всех нас держала столько лет? Думала, что самая умная, да? Думаешь, я не знаю, что ты свою Иришку прижила от Арчи?! Мне Раиса все рассказала! После того, как я разделаюсь с тобой, я сотру со света эту мелкую тварь, так что ты недолго будешь скучать по дочке, блудливая сучка!

– Вы ужасный человек! Вы просто чудовище! – крикнула доведенная до отчаяния Алина, понимая, что ее судьба уже решена и терять ей совершенно нечего.

– А ты-то кто? В нашей жизни нельзя ходить по земле и не выпачкать ног! – заорал в ответ Герман, больно ударив ее плетью по атласно-белой коже бедер.

Алина вскрикнула, а Герман, закрыв глаза от удовольствия, властно потребовал:

– О, да! Кричи! Кричи, как резаная!

Алина закричал, но Герман наотмашь ударил ее по лицу.

– Нет! Не так! Кричи, словно тебя на части режут! – заорал он.

Алина снова закричало, и вновь разочаровала Германа.

– Ничего, сейчас ты у меня закричишь по-настоящему! – сказал он и, достав из кармана складной нож, стал слегка тыкать его острым кончиком по ее подошвам ног, задевая чувствительные нервные окончания и вынуждая Алину испускать нечеловеческие крики.

Вскоре эта игра надоела Герману. Он со скукой посмотрел распростертое на решетке тело и стал одеваться.

– Прости, что так скоро тебя покидаю, но дела, знаешь ли, – с самым любезным видом, премило улыбаясь, произнес Герман. – Ты тут не скучай, дорогая. Я завтра обязательно вернусь и мы продолжим наше общение. Не скучай…

Герман вышел, закрыв за собой скрипучую дверь, а также выключил свет, оставив скованную по рукам и ногам Алину лежать в полной темноте. Сложно представить и невозможно передать словами, что пережила бедняжка в течение следующих суток, без воды и еды, в кромешной тьме и зловонной духоте лишенного вентиляции подземелье. Как бы ей не было плохо в одиночестве, когда вернулся ее мучитель, стало намного хуже.

– Пить… – беззвучно прошептала Алина, как в тумане увидев склонившегося над собой Германа.

– Что, пить хочется?! Конечно, дорогая! – широко улыбнулся Герман, и найдя недопитую вчера бутылку водки, поднес ее к рассохшимся губам Алины.

Она вскрикнула от обжигающего напитка, но все же сделала несколько глотков. Герман, странно улыбаясь, смотрел на нее, вызывая дрожь ужаса.

– У меня для тебя плохая новость. Твой Арчи сегодня умер. Так что скоро ты встретишься со своим любовником, – с маниакальным злорадством сообщил ей Герман.

– Что?! Нет! Ты лжешь, чокнутый ублюдок! – крикнула Алина, убеждая себя, что Арчи жив.

– Нет, дорогая, от умер! Этой ночью! Не веришь? Давай позвоним его маме, – предложил Герман, доставая телефон. – Поверь мне, это правда!

На сей раз Алина поверила ему. Она не могла сдерживать так радовавшие садиста потоки слез, а он стоял рядом, наслаждаясь ее страданиями.

– Сейчас мы немного повеселимся вместе, а потом я съезжу в гости кое к кому в Химки. Скоро вся семейка воссоединится на Небесах. Эх, хорошо вам! А вот мне, Олегу и Раисе придется из-за тебя мучиться на нашей грешной земле, – сокрушенно вздохнул Герман. – Ну, где справедливость?!

Он продолжил издевательства над ставшей безразличной ко всему Алиной. Ее не волновало, что этот сумасшедший извращенец делал с ней, привязав к чугунному шесту. Она хотела лишь поскорее воссоединиться с любимым Арчи.

– Раз Арчи больше нет под небом чужой звезды, именуемой Солнцем, мне тут тоже не место! – подумала Алина, твердо решив умереть.

Вволю наигравшись, Герман ушел, также пообещав на следующий день вернуться и продолжить общение. Напоследок он прихватил с собой «сувенир», отрезав прекрасные длинные волосы Алины со следами ее крови и положив их в полиэтиленовый пакет. Алина лишь криво усмехнулась. Ей уже не понадобится ее прекрасное, данное природой украшение. Герман затолкал Алину в подвешенную к потоку клетку, а чтобы она не скучала, оставил ей бутылку водки и включенный свет.

Он ушел, с трудом открыв заедавшую стальную дверь.

– Нужно будет подчинить петли и замок, – подумал он, но, в конце концов, так этого и не сделал.

Запертая в подвешенной к потолку клетке, с железным ошейником на шее, Алина почти перестала чувствовать боль в истерзанном теле, уже ей не принадлежавшем. Она словно смотрела на себя со стоны, безучастно размышляя о своей закончившейся жизни, на удивление ясным, не замутненным житейскими проблемами разумом. Алина задавалась вопросом, что бы сделала Раиса Анатольевна, знай она, что ее муж не просто психопат, а маньяк-убийца? Поддерживала бы Раиса своего мужа, если бы она знала, насколько далеко он заходит в своих нездоровых фантазиях? Что бы она сделала, если бы знала о кровавых развлечениях и многочисленных жертвах маньяка? В страхе убежала бы от такого монстра? Заявила на него, куда следует? Приобрела бы билет на шоу в первом ряду или сама приняла участие в эротических играх Германа со смертью?

В сознании Алины что-то изменилось и она, наконец, вспомнила всю свою жизнь от начала и до конца, который уже мысленно представлялся во всех деталях. Она слышала, что так бывает перед смертью, когда вся жизнь скоростным поездом успевает промелькнуть перед глазами обреченного человека.

– Это старики почему-то боятся смерти и вечности, – усмехнулась Алина, сделав глоток из бутылки, и рассмеявшись. – В двадцать пять лет умирать не так страшно! А Герман ничего больше не получит! Меня он точно не получит! Кончилось его веселье! Ха-ха-ха!

Алина для храбрости, глоток за глотком, выпила почти всю бутылку водки. Она вспомнила маму, детство, очень странную, но добрую сестру Наташу с ее неизлечимым аутизмом, свои мечты, надежды и… их крах. Она с юности бредила любовью… И вот он, тот злополучный вечер, июль, гроза, она в машине с тремя парнями, которые привезли ее в какой-то дачный домик. Олег… Олег?!

– Нет, он не мог так со мной поступить?! – кричала из клетки заплаканная Алина. – Он не мог меня изнасиловать! Олег любил меня! Любил! Или нет?! Может, просто заглаживал свою вину?! Нет! Я не хочу думать об Олеге плохо в последние минуты своей жизни. Я его тоже по-своему немного любила, но моя жизнь принадлежит тебе, Арчи! Любовь моя, я иду к тебе… Мы снова с тобой встретимся! Там… В далеком мире под лучами голубой звезды мы будем счастливы. Арчи…

Алина сделала последний глоток, разбила бутылку о край железной клетки и вспорола вены на запястьях острыми краями «розочки». Она выдохнула с облегчением, прекратив свои страдания. Хорошо бы навсегда, на много жизней вперед,…

XII

Марианна в элегантном черном платье пришла в больницу к Артему. Она была очень зла на него, но все же беспокоилась о его здоровье. За неделю отсутствия директора в его строительной компании «На/Строй» начались склоки и мелкая грызня, усугубляемые неопределенностью ситуации с состоянием здоровья руководителя. Марианна старалась держать ситуацию под контролем, но для персонала она была лишь женой босса. Они и к Артему в качестве руководителя не сразу привыкли, вспоминая, что при его отце было намного лучше.

Еще в бытность Геннадия Николаевича директором Артем с презрением и раздражением смотрел на всех этих прикормленных и в основном бесполезных для их компании людишек, которых отец брал на работу ради обретения новых связей и сохранения хороших отношений с «уважаемыми» людьми в разных сферах. Дети людей, которым нельзя говорить «нет» в дорогих костюмчиках с идеальными воротничками рубашечек, придушенными шелковыми галстуками, бесполезно маячили по зданию компании, имитируя хоть какую-то деятельность. Их интерес к работе в компании поддерживали в основном полумодельного вида девицы, в изобилии щеголявшие по блестящим плиткам холла и коридорам здания, беспощадно царапая пол отточенными, как холодное оружие, тонкими длинными каблуками.

Артем понимал, что ворошить это осиное гнездо ни в коем случае нельзя, но его бесило все, что раньше происходило в компании отца. Он по пальцам одной руки мог бы пересчитать людей, которые реально работают, принося компании прибыль, остальные же были либо бесполезны в умственном и профессиональном отношении, либо слишком полезны своим родством с важными для развития любого бизнеса людьми.

Став генеральным директором, Артем Геннадьевич Горчив многое изменил в компании, перешедшей по наследству от отца. Он провел масштабную реструктуризацию и оптимизацию административно-управленческого персонала компании, по сути, разделив его, в зависимости от полезности для бизнеса и степени приносимой прибыли. Обижать Артем никого не стал, но многие бесполезные руководящие должности были упразднены, а занимавшим их лицам предложили должности с менее амбициозным звучанием без волшебной приставки «директор», «начальник» или «главный», но с сохранением прежней заработной платы и еще меньшим кругом обязанностей. Поразительно, но около трети «незаменимых» и «ценных» кадров по неизвестной причине покинуло компанию, сэкономив ее бюджет на кругленькую сумму. На эти средства Артем перекупил несколько толковых работников у конкурентов.

Артем лежал на больничной койке, погруженный в мрачные мысли. Его глубокая рана заживала не слишком хорошо, да и температура упрямо не желала приходить в норму, но он поправится. Это вопрос времени. Намного больше собственного здоровья Артема волновала Алина. Он почему-то очень беспокоился за нее. Прошло уже шесть дней, как он в больнице, а она так ни разу и не пришла навестить его. Это не похоже на его чуткую, отзывчивую Алину.

– Что-то случилось! Что-то страшное! – думал Артем, нисколько не сомневаясь в правдивости своих наихудших предчувствий. – Черт! Еще этот сон дурацкий…

Накануне Артему приснилось, что он стоит один на острой черной скале, а вокруг бушует море или океан. Ему холодно, хотя он в тяжелом черном пальто. Над головой низкое пасмурное небо, а в лицо дует резкий, пронизывающий ветер. Артем стоит на вершине утеса и всматривается вдаль, словно ждет кого-то, но он знает, что никого не дождется. Потом, вдруг, он понимает, что вокруг не море, а город. Он в Москве и стоит на крыше здания своей компании «На/Строй», но снова один, ему также одиноко, холодно и невыносимо тоскливо.

Наяву Артем ощущал примерно то же самое – холод и одиночество. Это чувство необъяснимой тоски из сна перешло в реальность или, напротив, жестокая реальность в символическом образе преследовала его во сне?

Примерно также он себя чувствовал после смерти отца и расставания с Алиной. Ему тогда казалось, что и его жизнь закончилась. Он полгода промучился без своей возлюбленной, с головой потонув в делах компании и приводя в порядок отцовское наследство. Работа немного отвлекала его, но забыть Алину или выкинуть из сердца любовь к ней у него так и не получилось. Он сдался на милость Судьбы, позвонив Алине и сказав лишь одну короткую фразу: «Прости! Алина, я тебя люблю. Без тебя я умру».

Наутро Алина пришла в его кабинет. Они молча смотрели друг другу в глаза, словно читая мысли друг друга, а затем поцеловались и прямо на его столе занялись любовью. Неиссякаемая любовь примирила их и стерла возникшее между ними недопонимание, как и случайно нанесенные друг другу обиды. С тех пор Артем с Алиной тайно встречались, живя ради этих волшебных моментов, проведенных наедине. Артему было жаль, что все так нехорошо получилось с Олегом, но он за все блага мира не отказался бы ни от одной минуты, проведенной с Алиной. Где же она?

Дверь медленно приоткрылась и сердце Артема пропустило удар. Он так надеялся, что это его лучезарная Златовласка, но пришла не Алина.

– О, нет! – вырвалось у него при виде Марианны.

– Да, милый, да! Это всего лишь я, твоя жена… – ласково произнесла она, поцеловав Артема в лоб.

– У меня дежавю. Черное платье, поцелуй в лоб. Ты белые лилии забыла. А где мой черный похоронный костюм с белой рубашкой? Как и прошлый раз, в шкафу? – мрачно пошутил Артем.

– Я рада за тебя, Арчи. Честно, рада! Рада, что ты живой и даже шутишь. Врач говорит, что через недельку тебя можно выписывать, – радостно сообщила ему Марианна, беря за руку. – Ты вообще, считай, везунчик! Такая рана… И ты потерял столько крови. Все это ужасно!

– Эх, не судьба тебе стать вдовой, Марианна, – криво усмехнулся Артем.

– Олегу сейчас тоже не сладко, – как бы не расслышав его слов, продолжила Марианна. – Он ожидает суда в СИЗО. Мы даже не смогли договориться, чтобы его отпустили под залог.

– Мне очень жаль! Я не хочу, чтобы Олег страдал из-за меня. Это я во всем виноват. И, вообще, я первым взялся за нож, а он лишь защищался. Это обстоятельство ведь зачтется судом? – спросил Артем, холодно глядя на Марианну.

– Надеюсь, Арчи, – вздохнув, ответила она.

– Вы уж там постарайтесь, чтобы его оправдали или дали по минимуму. Я готов свидетельствовать в его пользу, – сказал Артем, чуть шевельнувшись и тут же скривившись от боли в боку. – Кстати, я знаю, что Олег твой брат. Алина мне все рассказала.

– Вот и хорошо, – невозмутимо произнесла Марианна. – Значит мы все большая, дружная семья, а в семье своих не бросают. Согласен?

– А куда мне деваться?! – хмыкнул Артем. – Как там Алина? Не знаешь?

– Понятия не имею! На следующий день после… Ну, ты понял. Короче, она приходила сюда, в больницу, когда тебя оперировали. Бледная вся такая и все время плакала. Твоя мама ее выпроводила и велела больше на глаза никогда не показываться. Вот и все, что я знаю о твоей Алине, – честно ответила Марианна. – Больше ее никто из знакомых не видел. Наверное, сидит дома и кается, рыдая в подушку.

– Я должен ее увидеть! – решительно потребовал Артем. – Просто, я должен знать, что у нее все в порядке. Сходи к ней, умоляю, Марианна. Если не, хочет, пусть не приходит сюда. По-моему, это сейчас не лучшая идея. Но я очень волнуюсь за нее. Я боюсь, чувствую, что-то случилось. Что-то нехорошее, понимаешь? Просто узнай, как она, прошу тебя.

– Эх! Чего не сделаешь ради любимого мужа?! – усмехнулась Марианна. – Ладно, съезжу я к твоей Златовласке. Не переживай ты так. Ничего с ней не стало, я уверена!

– Спасибо! – обессилено произнес Артем и поднес к губам руку Марианны. – Мы же друзья?

– Конечно! Вот чего тебе не хватало, Арчи?! А Олегу?!» – спросила Марианна, глядя на бледного, раненного мужа с мученическим выражением лица лежавшего на больничной койке. – Ну, спал ты с женой Олега, и что? Он что, псих? Зла на него не хватает! Ну, дал бы в морду, как нормальный мужик! Зачем за нож сразу хвататься? Почему нам, русским, обязательно нужно все драматизировать, кому-то мстить, что-то всем вечно доказывать, а не просто жить, радуясь каждому дню?!

– Я не совсем понимаю тебя, – рассеянно произнес Артем.

– Женщины созданы для того, чтобы их любили, а не для того, чтобы их понимали, – с важным видом изрекла Марианна и тут же добавила. – Это не я придумала, а Оскар Уайльд.

– Тебе больше подошли бы цитаты Сафо с Лесбоса, – огрызнулся Артем.

– Ты смеешь на меня злиться?! Вообще-то, это я должна злиться. Это моего мужа чуть не убили из-за его любовницы, – сказала Марианна, от гнева сверкая ледяными глазами. – Ты, вообще, нормальный? Спать с женой друга! Это чересчур даже для меня.

– Конечно! Ты бы сама занялась Алиной! Тебя просто бесило, что она любит меня, а не тебя! – разозлился в ответ Артем.

– Глупости говоришь! Нужна мне твоя Алина? Я Саманту уже год не видела и очень скучаю по ней, – окровенено призналась Марианна. – Когда все устаканится, я обязательно слетаю к ней в Нью-Йорк.

– Ты ее правда любишь? – спросил Артем.

– Не тебя же мне любить?! Мы с Самантой были близки еще в колледже. У меня это почти прошло, а она так и не научилась любить мужчин. И, знаешь, она совершенно права! Вас не за что любить! Вы тупые животные! Примитивные и агрессивные! – крикнула Марианна и, развернувшись, вышла из палаты, по старой привычке хлопнув дверью.

На следующий день Марианна вернулась и была очень мрачна. Артем сразу почувствовал неладное.

– Что с ней? – вместо приветствия спросил он жену.

– Арчи, ты только не волнуйся! Я была там. Никто не ответил, звонить тоже бесполезно. Слышно, как трезвонит в квартире ее телефон, но никто не берет трубку. Квартира заперта почти неделю. Я попросила управдома просмотреть камеры наблюдения за неделю. Наутро, после вашего с Олегом ночного приключения она куда-то ушла, а в середине дня вернулась на такси. Ее ждала мама. Няню она рассчитала, а ребенка отдала маме. На записи видно, что Алина вышла проводить маму с дочкой до такси, а затем вернулась в квартиру и больше не выходила оттуда, – с тревогой произнесла Марианна. – Есть еще одна любопытная вещь. Вечером того же дня к Алине пришел ее свекор. На видео хорошо видно, как он заходит в квартиру Олега, а через час с лишним выходит с двумя большими сумками. Наверное, вещи Олега забрал, правда зачем, не понимаю.

Артем слушал, приоткрыв рот, но не перебивал Марианну, надеясь услышать хоть что-то утешительное. Марианна продолжила:

– Я позвонила Герману Львовичу, но он вне зоны действия. Тогда я позвонила Раисе Анатольевне. Она, понятное дело, была очень расстроена и злилась на Алину, но не видела ее и ничего не знала о делах Германа. Она сказала, что Герман вообще в последнее время стал очень нервным. Он, ничего ей не говоря, куда-то уходил три дня подряд, а потом и вовсе исчез. Она ему звонила пару раз, но безуспешно. Я подумала, может, ну мало ли что бывает с камерами? Может какой сбой? Может, Алина все же вышла. Может, она поехала к маме в Химки. Я узнала у Раисы телефон Надежды Сергеевны и позвонила ей. Она вся в слезах, не знает что и думать. Алина не отвечает на ее звонки, а приехать она не может, потому что ее другая дочка, ну та, которая аут, сильно заболела и сейчас в больнице. Короче, Арчи, ты прав! Что-то случилось? Я хотела позвонить в полицию, но не стала пороть горячку, не посоветовавшись с тобой.

Марианна замолчала и в больничной палате повисла тревожная тишина. Артем не знал, что сказать и что можно предпринять в такой ситуации.

– Я боюсь, что Алина что-то с собой сделала, – высказал он, наконец, свои наихудшие опасения. – Наверное, нужно обратиться в полицию. Если полицию вызовем ты или я, это покажется очень странным. Попроси это сделать Раису Анатольевну. Прошу тебя. Вы же всегда хорошо ладили. Она нам поможет, я знаю.

– Хорошо, Арчи! Я поговорю с Раей. Нужно все рассказать папе. Он по своим каналам может что-то пробьет?! – сказала Марианна, дружески пожав руку Артему. – Слишком много странностей… Нужно во всем разобраться.

– Спасибо, Марианна! Я тебе доставил столько хлопот и неприятностей, а ты мне помогаешь?! – грустно улыбнулся Артем.

– Пустяки, Арчи! Мы же друзья! А еще мы семья! Ты, главное, выздоравливай! Остальное наладится, – попыталась успокоить его Марианна, но разве это было возможно, если все мысли Артема были об Алине.

Сердце ныло от холодящего кровь ощущения чего-то непоправимого, а он вынужден здесь лежать. Артем попытался привстать в постели, но тут же со стоном упал на спину, взвыв от боли.

– Алина… – шептал Артем, бессильно плача, как маленький мальчик. – Алина, что с тобой, милая? Где ты? Не оставляй меня…

Раиса Анатольевна после разговора с Марианной направилась к дому Олега и Алины. Она тоже побеспокоила управдома и попросила показать записи с камер наблюдения. Раиса стучала и звонила в квартиру сына, но Алина не отвечала, а рингтон ее телефона отчетливо слышался даже с лестничной площадки. Соседка напротив ничего необычного не видела с той памятной ночи, закончившейся поножовщиной между друзьями.

Раиса вызвала полицию и спасателей. Дверь квартиры вскрыли, но ничего нового не обнаружили. Заклеенная бумагой поврежденная дверь кухни, за которой все осталось в точно таком же виде, как было в ночь трагедии. Алины нигде не было. Все ее вещи на месте, что исключает ее отъезд или бегство, а вот вещи Олега куда-то делись. Логично было предположить, что его отец их и забрал, но куда он их мог деть, если домой так и не привез, а сыну в СИЗО передал лишь пару чистых футболок и нижнее белье? Было слишком много загадок и вопросов.

Для полиции была очевидна связь между кровавой дракой Артема Горчив с Олегом Саблевым из-за Алины, и таинственным исчезновением самой Алины Саблевой, а также исчезновением ее свекра Германа Львовича Саблева. Больше всего вызывало недоумение таинственное исчезновение Алины из запертой квартиры. Что касается ее свекра, судя по снимкам с камер уличного видеонаблюдения, Герман Львович уехал на своем черном Lexus куда-то за пределы столицы, причем в северном направлении. Он «потерялся» из виду, когда, по всей вероятности, свернул на одну из проселочных дорог.

Полиция объявила в федеральный розыск как Алину Павловну Саблеву, так и Германа Львовича Саблева. Какая именно может быть связь в исчезновении этих двух людей? Полиция недоумевала. Не трудно догадаться, что могли быть личные мотивы у пострадавшей стороны, но Артем лежал в больнице, а его мать, Светлана Викторовна, почти не отходила от сына и уж точно не строила коварные планы мести близким обидчика своего сына.

К расследованию подключился отец Марианны, который, вместе с дочерью, тоже попал в круг подозреваемых. Егор Дмитриевич Шахтинский уезжал по делам в Астрахань, чтобы лично уладить дело о спорном землевладении, не законченное Олегом. Этот проект был очень важен как для его холдинга, так и для архитектурного агентства «Саблев и сын». А вернулся он только вчера. Конечно, такие люди, как Шахтинский, сами никогда не делают грязную работу, но, похоже, он говорил правду и в личную жизнь дочери не вмешивался.

Особенно много вопросов у следователей было к Марианне Горчив, но обвинять ее в чем-либо формальных оснований не было, а возможную ревность обманутой жены к делу не приложишь. Тем не менее, Марианне стоило немалых нервов общение с представителями органов. Вначале ее допрашивали как свидетеля по делу о покушении Олега Саблева на ее мужа, затем она стала чуть ли не главной подозреваемой в исчезновении, а, возможно, и убийстве, ее соперницы Алины Саблевой. Вот только, как ее связать с исчезновением Германа Львовича Саблева? Помимо прочего следователей интересовал характер взаимоотношений между Алиной и Марианной.

Марианну измотали бесконечные беседы со следователем, который стал копаться в ее прошлом и даже отыскал откуда-то запись из ночного клуба, где они с Алиной зажигали, и было видно, что между женщинами не только дружеские отношения. Странным обстоятельством прошлого Алины было то, что она потеряла память после автокатастрофы в восемнадцать лет и ничего не помнила из своей прежней жизни. Значит, она не могла скрываться у старых друзей, подруг или бывших любовников. К матери она не приезжала и, вообще, мало с кем общалась. По большому счету, круг общения Алины, помимо мужа, включал лишь его родителей, ее любовника Артема и его жену Марианну. От такого запутанного разноцветного клубка взаимоотношений между двумя парами у ведшего это дело следователя Висячкина вытянулось лицо.

– Так кто чей любовник или любовница?! Ни хрена не понял, – хмыкнул следователь.

– У богатых свои причуды! – заржал его помощник Григорий Лапшин. – Владимир Иванович, скорее всего, эти извращенцы достали девчонку, вот она и свалила от них. Наверное, куда-то уехала и меньше всего хочет, чтобы мы ее нашли.

– По-моему, она ничуть не лучше их всех, – сказал следователь Висячкин, задумчиво почесав подбородок.

– А, может, ее по-тихому убрали? С такими деньжищами они бы собственноручно от нее избавляться не стали. Для черной работы всегда найдутся исполнители, – предположил помощник.

– Слушай, Гриша, мы не расследуем убийство. У нас нет никаких улик. Абсолютно никаких. Да, ее свекор приходил ночью, накануне ее исчезновения, забрал вещи сына, и что?! Он ведь тоже исчез! Мотивы расправиться с Алиной были у многих, но у нас нет ни одного трупа. Мы можем в чем-то подозревать дочку Шахтинского или его самого? А, может, свекровь Алины, Раису Саблеву? Германа Саблева мы тоже подозревали бы, если бы он не исчез? Безусловно! Но это все наши домыслы и к делу их не пришьешь! – хмуро рассуждал вслух Владимир Иванович.

– А, может, этот Герман Саблев и убил неверную жену сына. Может, он ее расчленил в ванне, останки вынес в сумке и закопал где-нибудь в лесу под сосенкой, а сам подался в бега. Чем не версия?! – на полном серьезе спросил Григорий Лапшин, вызвав приступ смеха у своего начальника.

– Гришка, ну ты фантазер! Пуаро, блин, хренов! – сказал он, искоса поглядывая на помощника. – Ты насмотрелся детективов и придумываешь черти что! Запомни, сейчас мы только ищем двоих пропавших людей! Понял?

– Угу! – угрюмо кивнул Гришка, оставшись при собственном мнении.

Частное расследование отца Марианны тоже ничего не дало. Егор Дмитриевич искал машину Германа Львовича, но она словно заблудилась в лесу. Была на шоссе и исчезла.

– Что за чертовщина? Их что, инопланетяне украли? – полушутя спросила Раиса, прогуливаясь в парке под руку с Егором. – Алинка испарилась из запертой изнутри квартиры! Как такое может быть? Даже окна были закрыты. Бред какой-то! А Герман? Его бы инопланетяне забрали на опыты! Они много узнали бы о болезнях человеческого мозга! Ха-ха-ха!

– Странно вес это, – согласился немногословный Егор.

– Знаешь, Егорушка, несмотря ни на что, мне жалко Алинку. Глупенькая девочка наломала дров. Ну, с кем не бывает?! Но я боюсь кое-чего! – вздохнув, сказала Раиса, крепче сжимая руку Егора.

– Чего ты боишься? – не понял Егор Дмитриевич.

– Я боюсь снова увидеть Германа. Боюсь встретиться взглядом с его полубезумными глазами. Боюсь, что он вернется и все станет как прежде, понимаешь? Я боюсь снова его увидеть живым, – разоткровенничалась с любовником Раиса. – Я всю жизнь терплю его заскоки, припадки, приступы отчаяния и много чего еще, о чем и вспоминать не хочу! Я ужасно устала, Егорушка. Неужели я настолько счастливая, что навсегда избавилась от него?!

– Нужно всегда верить в свою счастливую звезду! – с видом философа изрек Егор. – Просто верить!

Егор Дмитриевич был абсолютно прав. Счастливая звезда Раисы и, наверное, еще многих людей, навсегда заперла Германа Саблева в его логове душегуба. Оставив несчастную Алину подвешенной в клетке, он на следующий день вернулся, собираясь продолжить издевательства над бедняжкой. Когда он зашел в камеру и увидел, что его жертва навсегда от него упорхнула, с ним случился припадок от ярости. Он в бешенстве метался по камере, расшвыривая попадавшиеся под руку предметы. Затем Герман взбежал вверх по лестнице и вышел на воздух, чтобы немного успокоиться. Услышав шум проезжавшей машины, он заглянул в щель забора и тут же отпрянул. Невдалеке он заметил полицейскую машину, объезжавшую дачный поселок в поисках пропавшего приблизительно в этом районе московского бизнесмена.

Не на шутку испугавшись, Герман закрылся изнутри в доме и спустился в подвал. Зверь почувствовал опасность и бросился заметать следы. Его машину, надежно спрятанную в гараже за домом, с воздуха видно не было, а без уважительных причин никакие правоохранители не стали бы вламываться на территорию участка, тем более этот дом был оформлен на одну знакомую старушку, тихо покоившуюся под бетонным полом гаража.

Герман на всякий случай снова завалил вход в потайное подземелье всяким хламом, оставив лишь узенькую щель, в которую он боком протиснулся и нажал изнутри потайной рычаг, управлявший замаскированной под кирпичную стену дверью.

– Теперь никто и никогда не сможет до меня добраться! – торжествовал он победу, но радовался недолго.

Когда Герман машинально закрыл за собой и скрипучую железную дверь, в замке что-то щелкнуло, но он не обратил на это внимание. С чувством досады Герман вытащил тело Алины из клетки и, отодвинув плиты пола, похоронил ее рядом с другими своими двенадцатью жертвами. Когда он решился высунуться наружу и разведать обстановку, заклинившая дверь не открылась. Герман пытался ее взломать, приподнять рычагом, смазать петли и замок маслом, но все было безуспешно. Он кричал, психовал, бился головой о стены, но все было безуспешно. Герман навсегда остался пленником своего подземелья, ставшего и его персональным склепом. Его жертвы не пожелали с ним расстаться, оставив своего мучителя медленно умирать от безумия и истощения.

XIII

– Мама, я так рад за тебя! За тебя и Егора Дмитриевича! – сказал Олег, целуя Раису в щеку и поправляя выбившийся из ее прически локон. – Ты прекрасно выглядишь!

– Ты тоже, мой дорогой, – вернула комплимент Раиса.

– Никогда не думал, что буду выдавать замуж собственную маму! – рассмеялся он. – Ты счастлива, мам?

– Очень! Я хочу, чтобы ты тоже стал счастливым, Олеженька! – ответила Раиса. – Я знаю, ты до сих пор любишь Алину, но ее больше нет. Пойми это, наконец! Отпусти прошлое и начни жить! Ведь уже пять лет прошло с того времени.

– Нет. Не могу! Мертвой Алину никто не видел. Она жива! Жива, слышишь! – упрямо, как мантру, повторил Олег. – Я не верю, что моей Златовласки больше нет. Этого не может быть!

– Эх, Олеженька! Если бы Алина была жива, она непременно вернулась бы к нам. Если не к тебе, то к Артему, но непременно вернулась бы. Никто не знает, что тогда произошло, но странное исчезновение Алины и Германа до сих пор остается загадкой, – вздохнула Раиса, обнимая сына.

– Я не хочу в это верить! Этого не может быть! – решительно повторил Олег. – Алина жива и вернется ко мне!

– Смотри, кто почтил нас своим присутствием! – воскликнула Раиса, с усмешкой глядя на появившуюся среди гостей пару.

Олег не мог сдержать улыбку при виде бывшей жены Егора Шахтинского, Валентины, и ее молодого альфонса Шурочки, который был на три года младше ее дочери Марианны. Валентина, конечно, женщина видная и на свои сорок с хвостиком не выглядела, но все равно, рядом с двадцатипятилетним мальчиком она смотрелась как мама с сыном. Егор Дмитриевич был в шоке, когда его благоверная заявила, что у нее большая любовь к кому-то там и она подает на развод. С полагающейся экс-супруге частью денег Егор, разумеется, расстался без особого восторга, а вот саму Валентину отпустил с легким сердцем. Теперь ничто не мешало Егору соединить свою жизнь с Раисой, которую он любил больше трех десятков лет.

Когда Олег нашел в гараже дачного домика на краю леса припылившийся черный Lexus Германа, стало понятно, что ее владельца давно нет в живых. Полиция предположила, что Герман Саблев пропал в лесу. Может, он провалился в какую-то нору и стал пищей диким зверям. Может, владелиц Lexus утонул в мелководной речке, протекавшей неподалеку, хотя для этого нужно было очень постараться. Да мало ли что могло произойти? Криминальный след в исчезновении Германа не просматривался. В итоге, Герман Львович Саблев был признан умершим, хотя тело его так и не нашли.

Официально став вдовой, Раиса получила право распоряжаться унаследованным имуществом, а Олег мог полновластно распоряжаться архитектурным агентством «Саблев и сын». Он и распорядился, первым делом переименовав агентство в «Алин/Ком», а затем продал его Артему Горчив. Бизнес перестал интересовать Олега. Он хотел быть свободным музыкантом, не связанным никакими обязательствами. Дом родителей на Рублевке Олег без сожаления продал. Раиса выдохнула с облегчением, избавившись от этого проклятого дома, с которым у нее было связано столько малоприятных воспоминаний и напоминаний о Германе.

Как только Валентина уехала, Егор уговорил Раису переехать к нему в его старый московский особняк. Раиса настояла, чтобы их внуки жили здесь же.

– Зачем каждый день ездить в школу из загородного дома, если можно жить в Москве, в двух кварталах от школы?! – как всегда успешно убеждала она Егора, который в принципе ни в чем ей никогда не мог отказать. – За город, поближе к природе, мы будем выезжать по выходным. Можно всем собираться в доме Артема или на моей даче. Вот Артем молодец! Купил себе квартиру в двух шагах от офиса своей компании и ходит на работу пешком!

В результате неразлучная троица внуков жила вместе с ними. Дочка Алины и Артема для Раисы все равно оставалась ее любимой внучкой. Егор Дмитриевич, само сбой, считал, что Иришка дочь его Олега. Близнецы Марианны, Макс и Витя, на шаг не отходили от очаровательной сестренки, командовавшей ими, как ей вздумается. Дети ходили в одну школу, учились в одном классе и были ходячим кошмаром несчастных учителей. Разумеется, мозговым центром всех проделок, как всегда, была Иришка.

Артем отметил, что в этот незабываемый день Раиса была завораживающе непостижима.

– Она, такая красивая в небесно-голубом костюме и, пока молчит, сама была похожа на голубку, – со смехом подумал он, дружески помахав рукой невесте.

Раиса со смехом рассматривала гостей на собственной свадьбе, не замечая собственных проблем или стараясь забыть о них.

Олег увидел маму Артема. Светлана Викторовна, уехала в свой родной Питер и там ей, похоже, жилось намного уютнее, чем в Москве. Светлана была в компании элегантного, похожего на профессора, мужчины с седой бородкой.

– Они хорошо смотрятся вместе! – подумал Олег, потягивая виски.

– Как же они нелепо смотрятся вместе, – произнес подошедший к Раисе и Олегу Егор Дмитриевич, показывая на свою бывшую и ее Шурочку.

– Я поздравляю вас, Егор Дмитриевич! – сказал Олег, пожимая ему руку. – С мамой вы точно не соскучитесь! Она у нас любит в чужих мозгах покопаться!

– Раечка мне уже тридцать с лишним лет мозги выносит, так что я давно привык, – рассмеялся Егор. – Кстати, Олег, теперь ты на законных основаниях можешь называть меня папой.

– Как скажете, папа, – рассмеялся Олег.

Развал семьи Егора Дмитриевича Шахтинского начался с того, что Марианна, на месяц уехав к Саманте в Нью-Йорк, передумала возвращаться в Москву. Она не сомневалась, что отец и Артем справятся с делами холдинга, объединившего компании всех трех семей. Артем всецело посвятил себя делам, превзойдя в хроническом трудоголизме всех известных ей людей. Даже Егору Дмитриевичу до него было далеко.

Пример дочери вдохновил на «подвиги» и Валентину, влюбившуюся в накаченное тело инструктора по фитнесу. Она жила со своим Шурочкой в Сочи, превратив свою жизнь в сплошной курортный роман. Предприимчивому молодому человеку тоже грех было жаловаться, так что все были счастливы и довольны.

Марианна почему-то совсем не удивилась новости, что папа женится именно на Рае. Она вместе с Самантой приехала на свадьбу отца.

– Привет, Арчи! Кто бы мог подумать, что влюбленный мечтатель Арчи станет акулой бизнеса? – прикалывалась Марианна, обнимая Артема, формально остававшегося ее мужем, несмотря на все, что их разделяло.

– Хеллоу, Арчи! – помахала ему рукой Саманта.

– Привет, мои дорогие! – сказал ставший в последнее время немногословным Артем. – Вы просто светитесь любовью!

– Сэм заметно поправилась, но все равно хорошенькая, – подумал Артем, целуя ее в щеку.

К ним подошел Олег.

– А вот и мой несостоявшийся убийца! – воскликнул Артем, дружески хлопнув Олега по плечу.

Олег по решению суда за непредумышленное нанесение тяжелой травмы Артему был осужден на три года тюрьмы, но после апелляции удалось сократить срок заключения до двух лет. Реально же Олег отсидел только год, а потом попал под амнистию. Несмотря на трагический любовный треугольник, Олег с Артемом не держали зла друг на друга, а потеря Алины сблизила закадычных друзей еще больше. Если Артем топил горе в работе, Олег мучительно медленно погибал без Алины, каждый день убивая себя депрессией и алкоголем.

– Хреново выглядишь, братец! – со свойственной ей прямолинейностью заявила Марианна. – Под глазами мешки, осунутый, худой… Смотреть страшно!

– Спасибо за комплимент, – проворчал Олег, не имевший настроения вообще с кем-либо общаться. – Ты любезна, как всегда.

– Олег, я твое говорящее зеркало, – пошутила Марианна.

– Иди к черту! – огрызнулся он в ответ.

– Я только оттуда, – рассмеялась Марианна.

– Сэм, скажи ей, чтобы она заткнулась, а то я за себя не отвечаю, – обратился он к Саманте по-английски, состроив зверскую физиономию.

– Не злись, Олеженька! Я же о тебе забочусь! – сказала Марианна, обнимая его. – Ты своей перекошенной мордой всех гостей распугаешь!

– Не могу я как шут улыбаться, когда душа горит! Без нее я не могу радоваться ничему. Даже ее мама не пережила весь этот кошмар! Что, ты не знала? Да, Марианна! Надежда Сергеевна умерла два месяца назад, а Наташка теперь живет с бабушкой в Новгороде. Но Алина жива! Я знаю! Она, наверное, снова потеряла память, вот и не возвращается к нам, – убеждал себя Олег, вызвав сочувствующие взгляды Артема и Марианны.

В отличие от Олега, Артем точно знал, что его Златовласка не дышит с ним одним воздухом под этим враждебным Солнцем. Он чувствовал, что Алины нет, а вот Олег упрямо ждал ее возвращения. На него смотреть без слез было невозможно. Он или запойно пил, или пел нереально грустные песни про несчастную любовь. Олег был в шоке, когда узнал об исчезновении Алины и Германа. Он, зная маниакальные наклонности Германа, заподозрил что-то неладное и не мог не связать эти два события, но все равно надеялся, что Алина жива. Он просто верил, как верят в то, что так хочется сделать реальным.

В Олеге хотя бы теплилась надежда, что его возлюбленная жива, а вот Артему спасительная иллюзия не приходила на помощь. Он видел жизнь такой, какой она была на самом деле без праздничного камуфляжа. Алина незримо всегда была возле него, но он был уверен, что в этой жизни им уже не суждено встретиться. Артем вспомнив, как они дурачились с Алиной, словно два влюбленных подростка. Как-то раз они забрели в тату-салон и во имя своей любви сделали на затылке одинаковые татуировки в виде буквы «А». Марианна смеялась до слез с наивного романтизма своего мужа, а вот Алине пришлось нелегко, объясняя Олегу, с какого такого перепуга она сделала это тату. Она ему вешала лапу на уши, пытаясь убедить, что это сейчас такой модный бзик, делать тату со своим именем или его первой буквой. Олег очень удивился. Вроде, он не такой уж отсталый, но ничего подобного не слышал.

От грустных мыслей отвлекли Артема подошедшие к нему Лариса с его племянницами. Подросшие хорошенькие дочери Виктора бросились на шею любимому дяде Арчи, а Лариса его радостно расцеловала. Он один ее поддерживал, когда погиб Виктор, и в отличие от своей матери, никогда не осуждал ни за что. Она прошла через алкоголизм, увлечение наркотиками и неоднократное лечение в клинике. Улучшение состояния чередовалось со срывами, но она все же победила. Сейчас Лариса отлично выглядела и искренне была благодарна Артему за дружескую поддержку в самый тяжелый период своей жизни.

– Отлично выглядишь! – восхищенно гладя на нее, сказал Артем,

– А ты все грустишь? Тоскуешь по ней? Ты так изменился за последние годы, Арчи. Ты мне стал напоминать Виктора, – сказала Лариса, искренне ему сочувствуя.

Миловидная Алина нравилась Ларисе, но она не могла понять, как такой принципиальный и правильный человек, как Артем, мог спать с женой лучшего друга.

Семейное торжество прошло ожидаемо прекрасно. Собрались только родственники и самые близкие друзья. Все обошлось без происшествий, если не считать того, что Олег напился до бесчувствия и упал под стол. Раиса готова была разрыдаться, видя, как мучает себя ее сын, но при этом ничем не могла ему помочь.

На следующий день Раиса пришла на работу к Артему. Ее приветливо встретила миловидная секретарша Диана.

– У Артема Геннадьевича сейчас нет посетителей, сообщила она. – Так что проходите.

– Здравствуй, Арчи! Ты стал таким большим начальником! – рассмеялась Раиса, приветствуя Артема.

– Рад вас видеть, Раиса Анатольевна! Прошу вас, присаживайтесь! – автоматически-деловым тоном сказал Артем и по селектору велел Диане принести им чай. – Я слушаю вас внимательно. Чем могу быть полезен?

– Как ты здорово говоришь! Прямо, как Егор Дмитриевич! – рассмеялась Раиса, но тут же стала очень серьезной и даже грустной. – Арчи, дорогой, извини, что беспокою, но это важно. Я по поводу Олега…

– Что такое? С Олегом что-то случилось? – встревожено спросил Артем.

– Давно случилось, Арчи! У меня сердце обливается кровью при виде его страданий. Он до сих пор ждет Алину и всерьез верит, что она вернется. Представляешь? Расскажи ему, умоляю, – попросила Раиса, полными слез глазами глядя на друга сына.

Вошла Диана с подносом. Раиса замолчала, украдкой вытирая слезы. Девушка подала чай и сказала:

– Артем Геннадьевич, вас ожидает в приемной г-н Шапкин. Какой-то нервный он сегодня… Попросить его прийти завтра?

– Спасибо, Диана, – сказал Артем, вежливо улыбнувшись. – Ни в коем случае! Пусть подождет. Я скоро освобожусь.

Когда Диана ушла, Артем обратился к Раисе:

– Извините! Так что с Олегом?

– Все очень плохо, Арчи! Он живет в их квартире, где все напоминает ему об Алине, и не смеет прикоснуться к ее вещам. Так же рехнуться можно! Ты понимаешь, он ее ждет каждый день, каждую минуту!? Покажи ему то, что показал мне. Пусть он расстроится, поплачет, но, наконец, похоронит ее. Так ведь жить невозможно!

– Согласен! Да, какая жизнь без Алины?! Да… Олег очень изменился. Раньше из нас двоих я был романтиком и мечтателем, а Олег, наоборот, всегда мыслил рационально. Так все нелепо в жизни. Теперь мы поменялись ролями, а думаем об одном и том же, – озвучил свои невеселые мысли Артем. – Решено! Раиса Анатольевна, я ему все расскажу, обещаю. Давно нужно было это сделать.

– Спасибо, Арчи! – улыбнулась Раиса, вставая. – Не смею больше отнимать время такого занятого человека, как ты.

– Всего доброго, Раиса Анатольевна! – ответил Артем, привстав с кресла.

За окном смеркалось, но Олег задумчиво сидел в кресле с недопитым стаканом виски в руках, явно не собираясь включать свет. Ему все стало безразлично. Он, погрузившись в собственные мысли и переживания, тупо смотрел в одну точку. Раздался звонок в дверь, разбудивший спящего наяву хозяина квартиры. Олег пошел открывать. Он не удивился, увидев на пороге Артема.

– Арчи, дружище! – воскликнул он, обняв друга.

– Вот, заглянул к тебе на огонек, – ответил Артем на горячее приветствие подвыпившего Олега. – А чего это ты сидишь в темноте?

– А что, уже стемнело? – удивленно посмотрев по сторонам, спросил Олег. – Смотри! И, правда!

Артем сам нажал на выключатель, хотя, лучше бы он этого не делал.

– Как Олег здесь живет? Всюду грязь, валяются коробки из-под пиццы, пустые пивные банки и бутылки из-под виски, – скривившись, подумал Артем.

– Олег, так жить нельзя! Посмотри на себя! На кого ты похож?! – прикрикнул на него Артем, почувствовав до боли родной запах духов Алины, которыми Олег щедро опрыскал всю квартиру, чтобы чувствовать ее присутствие повсюду.

– А ты мне не указывай, что делать! – разозлился Олег, схватив Артема за ворот пиджака.

– Может, снова меня ножом ударишь? Ты не беспокойся! Я сам за ним схожу на кухню. А, хочешь, вместе сходим? Тряхнем стариной, так сказать! Ха-ха! Я даже на стол могу лечь, если хочешь? Только, можно, я не буду раздеваться? – продолжил откровенно издеваться Артем.

– Прости, дружище! Не знаю, что на меня нашло. В последнее время на меня вообще накатывает… – заплетающимся языком произнес Олег.

– А ты еще больше пей! Тогда тебе зеленые человечки танго станцуют! – усмехнулся Артем.

– А что? Идея мне нравится! А то такая тоска! – рассмеялся Олег.

– Олег, у тебя ведь есть дочь! – попытался вразумить друга Артем.

– Это у тебя есть дочь! – грустно скривившись, возразил Олег. – Мне мама все рассказала. У меня ничего больше нет!

– Не глупи, Олег! Иришка, прежде всего, дочь нашей Алины и ради нее ты не можешь так говорить! – возразил Артем. – Олег, посмотри на меня!

– Смотрю, и что? – спросил Олег, подняв на Артема пьяненькие глазки. – Арчи, ты что, пришел поучить меня жить? Или жалеть?

– Ни то, ни другое, – сухо ответил Артем. – Я хочу тебе кое-что рассказать и показать.

Только сейчас Олег заметил в руках Артема черный бумажный пакет.

– Ну, показывай, – ухмыльнулся он, поудобнее усаживаясь в кресле.

– Может, вначале угостишь друга виски? – улыбнувшись, спросил Артем.

– Извини! Что-то я буксую сегодня, – сказал Олег, пойдя за вторым стаканом и новой бутылкой.

Залпом выпив полный стакан, Артем без лишних слов вытащил из пакета округлый предмет, похожий на стеклянную банку, и протянул его Олегу.

– Что это? – спросил Олег, вертя в руках непонятный предмет, внутри которого блестели свернутые кольцом светлые волосы.

По мере того, как Олег всматривался в капсулу, его руки начинали дрожать все сильнее а глаза округляться. Когда он заметил бурые пятна от засохшей крови, ему стало по-настоящему плохо. Отбросив капсулу и зажав рот рукой, Олег побежал в туалет. Спустя некоторое время он, покачиваясь, вернулся и плюхнулся на диван рядом с Артемом, который протянул ему предусмотрительно наполненный виски стакан. Проглотив жгучий напиток, Олег бесцветным голосом спросил:

– Это ее волосы?

Артем кивнул и налил им еще выпить. Он сам дрожал от избытка нахлынувших чувств.

– Откуда это у тебя? – спросил Олег, наконец, совладав с чувствами.

– Когда я вышел из больницы после того, как ты пырнул меня ножом, и вернулся на работу, меня ждала куча разных писем и странный пакет от неизвестного отправителя. Я развернул его и грохнулся в обморок, за одно сломав и ребро. Я сразу понял, что это чудесные волосы моей Златовласки и они в крови. И я понял, что ее больше нет. Ее убили! Какой псих мог это сделать?! – воскликнул Артем, не сумев сдержать слезы.

– Так Алины больше нет… Ее убили! – задумчиво произнес Олег. – Это Герман, я знаю!

– Почему ты так решил? – удивился Артем.

– Потому, что Герман единственный псих, которого я знаю! – решительным тоном ответил Олег. – Больше некому! Все ведь ясно, как белый день! Он разозлился на Алину за то, что она мне изменила с тобой, и наказал ее по-своему. Да еще и тебе «сувенирчик» в подарок прислал.

– Вот сукин сын! – не выдержал Артем. – Убил Алину и подался в бега?

– Я не уверен. Куда он сунется один, без машины, без денег? У него ведь нет ни друзей, ни родственников. Нет, скорее всего, с ним действительно что-то случилось в лесу и он там сгинул, – предположил Олег.

– Надеюсь, он провалился прямо в ад! – воскликнул Артем.

– Спокойно, друг! Мы ничего уже не изменим, – охрипшим голосом произнес Олег. – Знаешь, я, может, и идиот, но до сегодняшнего дня я верил, что Алина жива. Она мне вчера снилась…. Она была такой красивой, со своими длинными волосами и вообще, такая….

– Какая? – вскрикнул Артем. – Непостижимая? Космически одинокая? Волшебно прекрасная? Какой она была? Ты можешь сказать?

– Ну, не знаю. Не кричи на меня, ладно?! – сдавив больные виски пальцами, сказал Олег.

– Прости, – виновато произнес Артем.

– Я просто увидел ее. Она стояла, улыбалась и манила меня, – мечтательно улыбнулся Олег.

– Дружище, завязывай с выпивкой, а то ты и вправду скоро с ней встретишься, – положив руку на плечо Олегу, сказал Артем.

– Хорошо бы… Это все, что от нее осталось, – вертя в руках капсулу с волосами Алины, сказал Олег.

– Думаю, это нужно похоронить, – предложил Артем.

– Ты прав, Арчи! – поддержал идею Олег. – Я знаю одно подходящее место.

На следующий день они с Артемом поехали в тот самый роковой для Алины дом на окраине дачного поселка. Они нашли подходящее место в лесу, под молодой сосной, и навсегда распрощались с последним материальным напоминанием о любимой каждым из них женщине. Зайдя в дом, Олег налил обоим виски. Протягивая стакан другу, он сдавленным от душащего комка в горле голосом произнес:

– Ну что, за Алину?!

– За Алину! Не чокаясь, – поддержал Артем.

– Я думаю, что Герман привез ее именно сюда. Скорее всего, этот псих ее убил и закопал где-то в лесу, – предположил Олег. – Может быть, он убивал ее именно здесь, в доме? Нет! Видишь, никаких следов! Скорее всего, это произошло в лесу!

– Похоже на то! Попадись мне эта сволочь… – угрожающе сжав кулаки, сквозь зубы прорычал Артем.

– Я думаю, Герман сдох! Он получил по заслугам! – вздохнул Олег. – Но ее-то это не воскресит! Алина живет в наших мыслях, в воспоминаниях и музыке. Какой у нее был чудесный голос! Помнишь, Арчи?

– Мне его никогда не забыть! Она любила музыку, как и ты, Олег. Так во имя Алины занимайся тем, что ты всегда хотел делать! Пиши песни о любви и посвящай их Алине, – на полном серьезе предложил Артем. – В отличие от меня, у тебя это отлично получается!

– Может, ты и прав! Почему бы и нет?! – загорелся Олег. – Я снова соберу группу. В этом доме глубокий подвал с отличной акустикой. Лучшего места для репетиций не найти!

Олег исполнил задуманное. Он нашел музыкантов, оборудовал подвал под домашнюю студию звукозаписи, а бессонными ночами в одиночестве спускался вниз и под грустные вибрации гитарных струн, сочинял песни, посвящая их своей бессмертной в воспоминаниях Златтовласке, по злой иронии Судьбы погребенной в склепе всего в нескольких метрах от него.

Свет солнца сюда не проникал, как и в закоулки душ несчастных узников чужой звезды. Оставалась лишь Надежда, что где-то существуют другие миры, в которых влюбленные сердца не остывают в одиночестве, изнывая от тоски по навсегда потерянным возлюбленным. В следующей жизни, может быть, звезды будут не так жестоки…

 ***
Для подготовки обложки издания использована художественная работа автора Сербиновой Милы (Сербинович Людмилы Юрьевны), «Под небом чужой звезды», 2021 г.


Оглавление

  • I
  • II
  • III
  • IV
  • V
  • VI
  • VII
  • VIII
  • IX
  • Х
  • ХI
  • XII
  • XIII