КулЛиб электронная библиотека
Всего книг - 480283 томов
Объем библиотеки - 714 Гб.
Всего авторов - 223099
Пользователей - 103669

Впечатления

Serg55 про Бочков: Казнить! (Боевая фантастика)

доллары зачем покупал, непонятно?

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Koveshnikov про Blaize Clement: Curiosity Killed The Cat Sitter (Детектив)

исправить

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
DXBCKT про Бояндин: Немного о героях (Фэнтези: прочее)

Очередной рассказ из мира Ралиона, который (в принципе) мог быть написан и без всякой привязки конкретно к этому миру... Но поскольку в нем упомянуты некоторые вещи (из данного мира), будем условно считать что, «все условия» соблюдены))

На самом же деле — пока все прочитанные мной рассказы (написанные после основного романа) можно считать практически сказками... в которых вольно или невольно скрыт некий подтекст... Так и здесь: начав чтение «в библиотеке» читатель внезапно окажется в статусе наблюдателя, перед которым развернется трагедия (или история одного подвига) изложенная одновременно и «сухим канцелярским языком» и «настоящим повествованием от первого лица»... Причем сразу — не совсем понятно кто и кого читает))

Но поскольку у этой истории быстрый финал, все «акценты» рано или поздно окажутся «на своем месте»... И как всегда итог написанный протокольным языком (и лицом реально присутствующим), окажутся весьма не схожими... И как всегда, время «затрет» все плохое, оставив только скупые (и мало кому нужные) строки официальной истории... При том что «правда» (узнай мы ее) звучала бы куда более драматичней... и интересней))

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
DXBCKT про Бояндин: Привилегия хозяина (Боевая фантастика)

Когда то «давным давно» я ввел себе правило читать по одному коротенькому рассказу на ночь... Какого-то отдельного автора я не искал, просто брал самый первый попавшийся сборник и читал по одному микрорассказу))

Самое забавное что не смотря на то что предпочтений тут особо и не было — от чего то «пальму первенства» всегда занимал именно Р.Бредберри... А если (вдобавок) не читать, а слушать...то эффект как правило почти всегда выходил просто «убойным»)) И в самом деле — ведь можно просто заснуть и еще один день уйдет в никуда... Но можно взять коротенький рассказ, прочитать его и выложить свои скудные и субьективные мысли по поводу «оного»)) И потом...спустя ...надцать месяцев, наткнувшись на этот (собственный) коммент, я словно оживляю в памяти этот день)) И да — может быть это прозвучит глупо, но... как ни странно — это действительно работает))

Но тут...видимо я все таки слишком затянул со вступлением и пора уже перейти к самому рассказу?)) Пожалуй да)) Как и в большинстве (произведений автора) здесь так же царит «неуловимое дыхание загадки» (атмосфера цирка и «незнакомых пряностей»)... И как всегда — вроде бы ничего толком и не происходит... и все здесь описанное носит характер чисто бытовой и уж никак не фантастический)) И как всегда — начиная читать и не подозреваешь, каков же будет финал)) При том что другие вещи — порой понятны после первых двух страниц... но Бредберри настолько мастерски «играет словами», что через некоторое время (тебе) уже не не нужен смысл (или логика), не важен сам финал (или разгадка)...

В формате же аудио (с хорошим «чтецом») все это тебя уже не заботит и выключая планшет — ты по прежнему ничего не понимая, чувствуешь себя...несколько по иному. Некое «послевкусие оттенков» и та неуловимая энергетика — просто делает тебя на секунду счастливей))

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
DXBCKT про Бояндин: Пари (Фэнтези: прочее)

Небольшой рассказ, (по идее) должен нести некоторую мораль, в стиле «богу — богово, кесарю — кесарево», однако как я ни старался — все же ничего более внятного не нашел. По стилю, (предполагалось что) данный рассказ должен был дополнить мир Ралиона — по факту же, все происходящее могло «иметь место» в любом другом фентезийном СИ.

Концовка рассказа (и финальная интрига) были в принципе понятны, но то как все (это) было сделано в итоге наводит на (субъективную) мысль о некой «незаштрихованности данного наброска». Т.к несмотря на наличие диалога, я так и не понял при чем тут собственно пари)) Или я поглупел со временем (или что-то еще), но кроме некой «неудачной хотелки» одного из персонажа, я так и ничего не увидел... что ж может быть, меня кто нибудь (здесь) поправит...

P.S С большим удовольствием прочитав все (три) книги автора (в старом издании «Перекресток миров»), я отчего-то (ну ни как) не могу дочитать четвертую)) Причем роман «ушел» буквально за день, а рассказы... рассказы как-то «не идут»))

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
DXBCKT про Бояндин: Чистильщики (Фэнтези: прочее)

Следующий небольшой рассказ (как ни странно)) написан уже «в рамках заданного мира» и не является просто «безликим фэнтези» (как предыдущий). По «ходу пьесы» опять все не так уж и однозначно, а финал... не очень «не радужный».

Впрочем, если здесь и скрыта какая-то мораль, то (думаю) это опять вопрос о выборе (своего пути, профессии и пр) который мы сами для себя определяем. И хотя ГГ вовсе не был неудачником, и (вроде бы как) не ошибался — но всем известная дилемма «лучшее — враг хорошего» и привела ГГ к своей развязке...

Особого подтекста тут вроде бы нет, но что касается (подобного) финала — думаю «виноватых» искать бесполезно... Отчего порой при «радужных перспективах» внезапно возникает дерьмо... Кто знает?)) Может это какой-то непонятный кармический принцип, а может быть так все и должно... просто так (в силу смены «черного и белого полюсов»))

С другой стороны — несмотря на все, что выпало ГГ «в конце пути», он все таки остался жив... А все остальное (как бы) не так уж и важно... Необходимая жертва? Необходимая кому... ?

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).

«Человек за бортом!» [Константин Станюкович ] (fb2) читать постранично

- «Человек за бортом!» (а.с. Морские рассказы ) 68 Кб, 21с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) (скачать исправленную) - Константин Михайлович Станюкович

Настройки текста:




Константин Михайлович Станюкович «ЧЕЛОВЕК ЗА БОРТОМ!»

I

Жapa тропического дня начинала спадать. Солнце медленно катилось по горизонту.

Подгоняемый нежным пассатом, клипер нес свою парусину и бесшумно скользил по Атлантическому океану, узлов по семи. Пусто кругом: ни паруса, ни дымка на горизонте! Куда ни взглянешь, все та же безбрежная водяная равнина, слегка волнующаяся и рокочущая каким-то таинственным гулом, окаймленная со всех сторон прозрачной синевой безоблачного купола. Воздух мягок и прозрачен; от океана несет здоровым морским запахом.

Пусто кругом.

Изредка разве блеснет под лучами солнца яркой чешуйкой, словно золотом, перепрыгивающая летучая рыбка, высоко в воздухе прореет белый альбатрос, торопливо пронесется над водой маленькая петрель, спешащая к далекому африканскому берегу, раздастся шум водяной струи, выпускаемой китом, и опять ни одного живого существа вокруг. Океан да небо, небо да океан – оба спокойные, ласковые, улыбающиеся.

– Дозвольте, ваше благородие, песенникам песни петь! – спросил вахтенный унтер-офицер, подходя к офицеру, лениво шагающему по мостику.

Офицер утвердительно махнул головой, и через минуту стройные звуки деревенской песни, полной шири и грусти, разнеслись среди океана.

Довольные, что после дневной истомы наступила прохлада, матросы толпятся на баке, слушая песенников, собравшихся у баковой пушки. Завзятые любители, особенно из старых матросов, обступив певцов тесным кружком, слушают сосредоточенно и серьезно, и на многих загорелых, обветрившихся лицах светится безмолвный восторг. Подавшийся вперед широкоплечий сутулый старик Лаврентьев, «основательный» матрос из «баковщины», с жилистыми просмоленными руками, без пальца на одной руке, давно оторванного марсафалом, и цепкими, слегка вывернутыми ногами, – отчаянный пьяница, которого с берега привозят всегда в бесчувствии и с разбитой физиономией (он любил лезть в драку с иностранными матросами за то, что они, по его мнению, «не пьют настояще, а только куражатся», разбавляя водой крепчайший ром, который он дует гольем), – этот самый Лаврентьич, слушая песни, словно замер в какой-то истоме, и его морщинистое лицо с красно-сизым, как слива, носом и щетинистыми усами, – обыкновенно сердитое, точно Лаврентьич чем-то недоволен и сейчас выпустит фонтан ругани, – смотрит теперь необыкновенно кротко, смягченное выражением тихой задумчивости. Некоторые матросы тихонько подтягивают; другие, рассевшись по кучкам, вполголоса разговаривают, выражая по временам одобрение то улыбкой, то восклицанием.

И в самом деле, хорошо поют наши песенники! Голоса в хоре подобрались все молодые, свежие и чистые и спелись отлично. Особенно приводил всех в восторг превосходный бархатный тенорок подголоска Шутикова. Этот голос выделялся среди хора своей красотой, забираясь в самую душу чарующей искренностью и теплотой выражения.

– За самое нутро хватает, подлец, – говорили про подголоска матросы.

Песня лилась за песнею, напоминая матросам, среди тепла и блеска тропиков, далекую родину с ее снегами и морозами, полями, лесами и черными избами, с ее близкими сердцу бездольем и убожеством…

– Вали плясовую, ребята!

Хор грянул веселую плясовую. Тенорок Шутикова так и заливался, так и звенел теперь удальством и весельем, вызывая невольную улыбку на лицах и заставляя даже солидных матросов поводить плечами и притопывать ногами.

Макарка, маленький бойкий молодой матросик, давно уже чувствовавший зуд в своем поджаром, словно в себя подобранном теле, не выдержал и пошел отхватывать трепака под звуки залихватской песни, к общему удовольствию зрителей.

Наконец пение и пляска кончились. Когда Шутиков, сухощавый стройный чернявый матрос, вышел из круга и пошел курить к кадке, его провожали одобрительными замечаниями.

– И хорошо же ты поешь, ах, хорошо, пес тебя ешь! – заметил растроганный Лаврентьич, покачивая головой и прибавляя в знак одобрения непечатное ругательство.

– Ему бы подучиться, да ежели, примерно, генерал-бас понять, так хучь в оперу! – с апломбом вставил молодой наш писарь из кантонистов Пуговкин, щеголявший хорошим обращением и изысканными выражениями.

Лаврентьич, не терпевший и презиравший чиновников как людей, по его мнению, совершенно бесполезных на судне, и считавший как бы долгом чести при всяком случае обрывать их, насупился, бросил сердитый взгляд на белокурого, полнотелого, смазливого писарька и сказал:

– Ты-то у нас опера!.. Брюхо отрастил от лодырства, и вышла опера!..

Среди матросов раздалось хихиканье.

– Да вы понимаете ли, что такое обозначает опера? – заметил сконфуженный писарек. – Эх, необразованный народ! – тихо проговорил он и благоразумно поспешил скрыться.

– Ишь какая