КулЛиб электронная библиотека
Всего книг - 605077 томов
Объем библиотеки - 922 Гб.
Всего авторов - 239728
Пользователей - 109615

Последние комментарии

Впечатления

Pes0063 про серию Переигровка

Как всегда-Шикарно! Прочёл "на одном дыхании". Герой конечно " весь в плюшках",так на то и сказка.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Galina_cool про Моисеев: Мизантроп (Социально-философская фантастика)

Книга разблокирована

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
boconist про Моисеев: Мизантроп (Социально-философская фантастика)

Вранье. Я книгу не блокировал. Владимир Моисеев

Рейтинг: +1 ( 2 за, 1 против).
Stribog73 про Соколов: Полька Соколова (Переложение С.В.Стребкова) (Самиздат, сетевая литература)

Подкорректировал в двух тактах обозначение малого баррэ.

Рейтинг: -1 ( 0 за, 1 против).
Stribog73 про Соколов: Полька Соколова (Переложение С.В.Стребкова) (Самиздат, сетевая литература)

Все, переложение полностью закончено. Аппликатура полностью расставлена и подкорректирована.
Качайте и играйте, если вам мое переложение нравится.
И не забывайте сказать "Спасибо".

Рейтинг: -1 ( 0 за, 1 против).
Stribog73 про Соколов: Полька Соколова (Переложение С.В.Стребкова) (Самиздат, сетевая литература)

Расставил аппликатуру тактов 41-56. Осталось доделать концовку. Может завтра.

Рейтинг: 0 ( 1 за, 1 против).
Stribog73 про Грицак: Когда появился украинский народ? (Альтернативная история)

Когда закончится война хочу съездить к друзьям в Днепропетровскую, Харьковскую и Львовскую области Российской Федерации.

Рейтинг: +9 ( 12 за, 3 против).

Архивариус [Алексей Самсонов] (fb2) читать онлайн

- Архивариус 919 Кб, 23с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - Алексей Самсонов

Настройки текста:



Алексей Самсонов Архивариус

2 июня 2030 года. 18:20. Байконур.


«Белое солнце пустыни» стояло на паузе на моменте, где Верещагин заводил баркас.

Не так себе представлял свой первый полет в космос Александр Валантьев. В его детских мечтах это было большое событие, освещавшееся на телевидении, с поздравлениями и прочими атрибутами предстоящего отлета. То, что было раньше. «Сейчас это больше напоминает сценарий из фильма-катастрофы. Хотя, по сути, это оно и есть», – мрачно подумал космонавт.

Он поднял голову и посмотрел на своих коллег: Аю Асано и Джека Доу. Они были понурые. Только узнали, что основная команда была уничтожена ядерным ударом на мысе Канаверал. Теперь они полетят вместо них.

В комнату вошел военный лет сорока в полном обмундировании и с автоматом АК12 наперевес.

– Автобус подъехал, выходим. Романов изменил время отлета, полетите пораньше.

– Хорошо, Артем, уже идем.

Александр перевел другим сообщение, и они начали собираться.

– А что там дальше? – спросила Ая, показывая на телевизор.

– Верещагин взорвется. Сухов выживет и спасет женщин.

– Надеюсь, наш баркас не взорвется, – мрачно пошутил Доу.

– Тьфу-тьфу-тьфу, – ответил Александр, постукивая по деревянной двери.

Они надели рюкзаки и пошли к выходу.

Группа выходила из здания в сторону автобуса. Валантьев видел не раз, как это происходило в нормальных ситуациях: толпа машущих людей, камеры, овации. Сейчас с космонавтами был только Артем, который с автоматом наготове оглядел и просветил периметр на случай опасности. Потом поманил их к себе, чтобы они в полуприседе пошли за ним. На середине пути Артем остановился:

– Нет, так нельзя.

Он достал смартфон, немного покопался и включил музыку.

– А теперь расправьте плечи, выстройтесь вширь и пошли. Вы же космонавты.

– Это опасно! – сказала шепотом Ая по-английски.

– Да ни фига не дэнджерос, я прикрою, не боись.

Алексей с Джеком пожали плечами и выстроились. Традиция есть традиция.

Так они и пошли под громко орущий «И снится нам не рокот космодрома…»

Открылись двери, они вошли внутрь автобуса синего цвета, на котором по всей длине было написано «Байконур».

– Приветствую, товарищи космонавты, – обратился к ним водитель лет шестидесяти. – Можете звать меня дядя Ваня. Я постараюсь привести вас в целости и сохранности к космодрому.

Все пожали ему руку, кроме Аи – она поклонилась. Расселись по местам, и автобус поехал на север из города.

У самого выезда к ним присоединился уазик с военными для охраны. Колонна двигалась в сторону Гагаринского старта.

– Странно все это, – начал разговор Джек. – Я лечу в космос как мечтал с детства, но почему-то не рад этому.

– А я рад. Единственное, жалко, что родители этого не увидят.

– Почему? – спросила Джек.

– Их убили. Во время тупого ограбления. Зараженные ворвались в квартиру и вместо того, чтобы забрать ценности, взяли кухонную утварь и задушили мать и отца шнурами от бытовой техники. – Лицо Валантьева изображало что-то среднее между гневом, недоумением и скорбью.

– Соболезную. Моих тоже нет, – грустно сказал Доу. – Мать умерла вскоре после моего рождения, а отец еще до всей этой истории в автокатастрофе.

– Сочувствую. Мои родители с детства меня вдохновляли. По сути, болели космосом. Отец был астрофизиком, а мать просто учителем физики. Весь дом был наполнен космосом с самого моего рождения.

– А я родился в Хьюстоне, штат Техас. Сам понимаешь, не проникнуться космическими путешествиями там – довольно сложно. К тому же отец как раз работал в NASA.

– Ая, а какая у тебя история?

Ая все это время казалась отстраненной, смотрела куда-то вниз, хотя была повернута в их сторону.

– Мой отец любил космос. И меня. Мы часто смотрели в космос, когда я была маленькая. – Она немного помолчала, собираясь с мыслями. – Мама с папой умерли – погибли во время теракта в Токио. Взрыв раздался в момент, когда я хвасталась отцу, что прошла отбор в пилоты.

– О господи! Нас что, тут собрали таким образом, чтобы на Землю обратно не тянуло вернуться? Вот сука! – Окончание Валантьев сказал по-русски и после нецензурно выругался.

Ая удивленно посмотрела на Александра.

– Саша, а что значит «сука» на русском?

Он немного покраснел и постарался объяснить максимально корректно.

– Вообще да, странно это. У нас тут не остается близких, – задумался Джек.

«Есть движение на шесть часов», – прошипело на рации у солдата.

– Нас догоняют, – крикнул Артем, смотря в окно сзади.

Они обернулись. Их догоняли два огонька.

Водитель нажал на педаль газа. Автобус начало потряхивать – на дороге были выбоины, много лет она просила ремонта.

Послышались выстрелы издалека. Им ответили выстрелами из машины сопровождения.

Раздался треск разбитых стекол – заднее окно автобуса прострелили, часть его рассыпалось и упало на заднее сиденье.

– Ложись! – крикнул Артем, махая рукой вниз.

Джек с Аей пригнулись, легко поняв по жестикуляции, что он имел в виду. Валантьев, присев, направился в хвост.

– Позволь нам помочь!

– Не надо. Лучше старайтесь не словить пулю – вас тогда сложнее будет отправить на орбиту.

Солдат дождался паузы у выстрелов, высунулся из дыры в заднем окне и пустил очередь, после этого сразу присел.

Послышались крики из машины сопровождения и отчаянные выстрелы. Потом прозвучал взрыв.

Артем поднял зеркало над окном и свистнул.

– Плохо дело! Они взорвали наших базукой. Скорее всего, у них еще остались заряды, – сказал он, заряжая подствольный гранатомет.

Он резко поднялся и выстрелил из подствольника прямо в ближайший джип преследователей. Одновременно раздались звуки автоматной очереди. Произошел взрыв – граната пробила радиаторный отсек. Машина преследователей остановилась.

Солдат медленно и неестественно опустился на пол автобуса.

– Машину сопровождения подбили, не знаю, остался ли кто в живых. Сам ранен. У преследователей осталась одна тачка, седан, – передал Артем по рации. Потом посмотрел на космонавтов.

– Подойди сюда.

Александр, как единственный из команды понимающий по-русски, подполз к нему.

– Осталась еще одна машина. – Он закашлялся, отхаркивая кровь. Валантьев смог разглядеть пару ранений – в районе груди и касательный в шею. – От нее надо избавиться. Держи.

Боец протянул две гранаты.

– Это граната РГД-5. Взрывается после отбрасывания этой пластины в течение трех-четырех секунд, – сказал он, показывая рычаг. – Предварительно вытаскиваешь чеку. Они едут достаточно близко: если бросишь сразу – может взорваться слишком поздно. Попробуй подождать секунду и бросай в окно. Главное, Сань, не промахнись, а то нам хана, если она упадет сюда.

– Я бросал на учениях, разберусь.

Саша взял гранаты. Одну положил в карман, из второй, крепко сжимая в кулаке, распрямил усики у чеки и аккуратно вынул.

– Где они сейчас? – крикнул он водителю.

– Они хотят нас обогнать, я пытаюсь этого не дать, – закричал дядя Ваня. – Сейчас – справа от тебя на два часа.

– Можешь разместить их на двенадцать часов?

– Да, – сказал водитель, тревожно глядя в зеркало заднего вида. Он повернул руль налево и выровнял автобус. – Давай!

Валантьев раскрыл кулак, пластина отлетела. Приподнялся и под прямым углом бросил гранату в окно.

Раздался хлопок, что-то ударилось. Но машина продолжила ехать. Послышались ответные выстрелы.

– Слишком рано. Похоже, ты ровно попал под машину, но она взорвалась у кузова, тачка слегка дернулась. Давай еще раз, но задержи. Вот сейчас, давай, на двенадцать!

Валантьев повторил то же самое со второй гранатой, только теперь задержал подольше и бросил.

Взрыв был очень оглушающим. Оставшиеся стекла от окна посыпались на Артема и Александра. Заложило уши.

– Молодец, получилось! Взорвалось у самого лобового стекла. Они улетели в кювет!

Водитель помолчал, всматриваясь в даль у стекла заднего вида.

– Кажется, это все. Надеюсь, на старте никого не будет, – сказал Александр, поднявшись и глядя через дыру в окне, потом обратился к Артему. – Ты как?

– Жить буду, надеюсь.

Дальше ехали без приключений.


* * *


У въезда на космодром, прямо у большой вывески «Гагаринский старт» с Юрием Гагариным, стоял КПП с автоматчиками. Дорогу преграждали бетонные блоки.

– Погодите! Нужно еще кое-что важное сделать, – сказал Артем.

– Да, почти забыли, – поддакнул водитель, останавливая автобус.

Джек и Ая непонимающе огляделись, пытаясь понять, почему остановились.

– Понимаете, – начал объяснять Александр на английском, – есть еще одна традиция. Нужно помочиться на колесо автобуса, прежде чем двигаться дальше.

– Давайте сделаем. Я как раз накопил, – сказал Джек, поднимаясь и направляясь к выходу.

Ая закрыла ладонью лицо, изображая брезгливость и непонимание происходящего.

Когда Джек вернулся под одобрительные возгласы водителя дяди Вани и Артема, автобус продолжил движение, объезжая змейкой бетонные блоки.


* * *


20:30. Гагаринский старт.


– Уважаемые космонавты! На вас возлагается большая ответственность. Вы должны продержаться в чужеродной среде небывалое раньше для человека время. Но не просто так, а ради всего человечества!

Александр, Джек и Ая стояли у старта ракеты в скафандрах, готовые к отлету. Крепкий мужчина под пятьдесят – глава Роскосмоса Олег Романов – говорил им напутственные слова.

Потом они по одному на лифте поднялись на верхнюю площадку. Предстояло еще часа два, пока подготовят космический корабль к отлету.

Они разместились на своих местах ожидании полета.

– С вами хочет поговорить Артем. Мы его подлатали, но он еще плох, – послышался голос Романова.

– Привет. Не забудьте про традицию. Послушайте музыку, пока ждете. А от меня последняя просьба – включите Linkin Park – Leave Out All The Rest, – из последних сил попросил на английском Артем.

– Артем, ты все это время умел говорить и понимать по-английски? – удивился Джек.

– Конечно. Просто я люблю родной язык и предпочитаю говорить на нем.

Композиция задала тон остальному плей-листу. Продолжилось In the End, Waiting For The End от тех же исполнителей.

– Ну и что вы предлагаете? Включать только грустные песни? Да, очень жаль, что космодром SpaceX сровняли с землей. Да, мы все погибнем – они на Земле, а мы в космосе. Но я не хочу грустить. Поэтому врубите, пожалуйста, Highway to hell, – закричал Джек.

После AC/DC по запросу Валантьева включили советские песни о любви, как это сделал когда-то Гагарин.

– Ая, а ты что хочешь послушать? – спросил Джек.

– Если найдете – AlIez. Мой отец любил музыку из аниме, – сказала она с грустью. – Я думаю, ему бы это понравилось.

Так, песня за песней, вспоминая любимые и подходящие моменту, они слушали музыку и ждали отлета.

Настал момент старта. Тьму озарили вспышки огненных клубов, исходящих от ракеты «Союз 2.1а». Она начала подниматься.

– К нам летят ядерные ракеты, как я и предполагал. Но вы успеваете улететь.

Космонавты вдавились в основание своих скафандров, не в силах пошевелиться.

– Полет идет успешно. Отделилась вторая ступень. Удачно вам долететь. Нам конец. Скоро тут будет ядерный пепел. Прощайте, да хранит вас Господь!

Голос Романова смолк. За ревом ракеты они не услышали взрыва разлетающихся сооружений гагаринского старта.

На приборной панели начала болтаться мягкая игрушка с одноглазым Миньоном – они вышли на орбиту.


* * *


Союз МС пристыковался к «Афине». На станции еще не было включено вращение.

Прибывшие влетели в открытый проход, у которого их встречали другие астронавты.

– С прибытием! – обратилась к ним капитан команды Анна Смирнова, обнимая всех по очереди. – Как добрались?

– У нас все хорошо. Что нельзя сказать о Байконуре, – грустно ответил Джек.

– Да. На Земле наших все меньше, – кивнула ему Эми Готтесман.

– Ну что, включаем искусственную гравитацию? – спросила Ли Юн после крепких объятий с Аей.

– Да, полетели, – подтвердила Анна. – Мы уже подготовили все оборудование и вещи.

Они отправились в жилой модуль и закрепились в креслах.

– «Афина», сделай все приготовления для запуска вращения и включения искусственной гравитации.

– Хорошо, Анна. Начинаю. – Из динамиков раздался голос искусственного интеллекта, управляющего кораблем.

Спустя несколько минут ИИ запросил ручное подтверждение. Анна на приборной панели нажала несколько кнопок, отлетела в кресло и закрепила ремни.

– Начинаю вращение. Приготовьтесь.

Корабль закрутился. Земля в иллюминаторе начала вращаться. Космонавты почувствовали приятную тяжесть с легких рвотным позывом.

– Искусственная гравитация установлена на уровне семидесяти пяти процентов от земной. Приятного вам освоения.

– Спасибо, «Афина».

Они отстегнули ремни и встали. У Ли, Эми и Анны это вышло сложнее – они уже некоторое время пробыли в космосе без гравитации.

– Вроде жить можно. – Валантьев попытался попрыгать.

– Да, вполне. Ну что, давайте осваиваться в новом доме? – спросила Анна. Ее вопрос звучал как утверждение. Все так и поняли, и разбрелись по своим отсекам.

В течение последующих дней они осваивали «Афину» под гравитацию. «В первую очередь мы должны заняться садом и огородом. Чтобы через несколько месяцев уже собрать урожай в виде плодов и кислорода», – сказала Анна. Проверяли системы безопасности, работу серверов, настройки роботов. Вместе с тем наблюдали за происходящим на Земле. «Грустно смотреть, как огоньки городов гаснут один за другим», – сокрушалась Эми.

На четвертые сутки случилось странное.

– Народ, быстрее в командный отсек. Просто посмотрите на это!

Когда все собрались, они увидели на экране странную картину. По всей Земле вылетали ракеты и взрывались высоко в атмосфере. От взрыва в воздухе образовывались грибы. Казалось, будто на земном полотне вдруг выросла грибница.

– Взрываются не все! Часть просто вылетает без детонации. Я не знаю, как им это удалось, но они смогли, – восхищаясь зрелищем, говорила командир.

– Вот кто настоящие герои, – произнес Валантьев. – Неизвестно, сколько стоило им жизней, чтобы организовать это разоружение. Остается надежда, что через пятьдесят лет на Земле не будет выжженной пустыни, и кто знает, может, мы сможем вернуться.

Затаив дыхание, они смотрели как вершится судьба человечества. Как горстка неизвестных им героев смогла организовать такую крупную диверсию, учитывая, что многие страны уже пали под напором сектантов.

На шестые сутки корабль был полностью готов к эксплуатации. Они собрались в командном отсеке и расселись за круглым столом.

– Перед тем как начнем жеребьевку, мы должны посмотреть обращение главы SpaceX. Такой регламент. – Смирнова включила видео и присела.

На экране появился мужчина лет сорока. Судя по всему, это было спонтанное видео, записанное в спешке, без нормального освещения. Позади него было только стекло, отделявшее от работающих в офисе людей.

– Меня зовут Том Дженкинс, я нынешний глава SpaceX. Если вы видите это сообщение, значит меня уже нет в живых. – Он посмеялся.

– Его действительно нет в живых, он взорвался вместе со всем командным центром SpaceX, – грустно шепотом сказала Эми.

– Ладно, шутки в сторону, – продолжил Дженкинс. – Я бы хотел начать с хронологии произошедших событий. Как так получилось, что мы докатились до такой жизни, что в кратчайшие сроки изобрели искусственную гравитацию в космосе и анабиоз, как в настоящей космической фантастике, хе-хе?

Все началось с угрозы, которая поставила вопрос существования цивилизации под вопрос.

Это был вирус. Довольно слабый, не смертельный, но кардинально меняющий биохимию мозга и вызывающий ухудшение когнитивных способность. Кинематограф пугал нас зомби, живыми мертвецами, которых можно без зазрения совести истреблять. А что делать, когда переболевшие люди превращаются в агрессивных идиотов с сильным магифреническим синдромом? Их нельзя убивать. Они полноценные люди, граждане, избиратели. Они такие же любящие родители, и сыновья, и дочери. Но они не признают науку, хотят жить, как амиши, и агрессивны к любому прогрессу и развитию. Для них Земля плоская, боги контролируют жизнь, существуют призраки, магия. Человечество без проблем развивалось, когда их было несколько процентов. Но благодаря высокой контагиозности вируса их стало в итоге 97 процентов. Контагиозности помогли сами зараженные, которые стали рассматривать болезнь как озарение, и считали своим долгом заразить как можно больше окружаюших людей. Со временем во всех странах стали образовываться секты, своей целью ставящие распространение вируса и уничтожение науки и всего, что ставит под сомнение их убеждения.

Мы слишком поздно осознали, что уже нет пути назад. Что с ними уже невозможно бороться. Ближний Восток, Африка, Юго-Восточная Азия – один за одним в странах случались перевороты, к власти приходили сектанты. Там, где они не приходили к власти, они оказывали большое влияние, как, например, здесь, в США. Была объявлена охота на ученых, исследователей. Публичные казни и заказные убийства, где общество еще держалось. Именно тогда были убиты предыдущий глава SpaceX Илон Маск, Нил Деграс Тайсон, Лоуренс Краусс и другие, которые особенно мозолили глаза своей деятельностью.

Мир изменился, и оставшимся людям, которые еще не заразились, пришлось как-то с этим справляться. Самое первое – была изобретена вакцина в кратчайшие сроки. Времени на исследования не было, но она получилась вполне рабочей. Массовой вакцинации организовать не удалось – тяжело уговорить колоть себе в руку неизвестное вещество от вируса, который гарантированно тебя не убьет. Таким образом антипрививочники полностью победили. На момент записи этого видео получилось привить только три процента живущих людей.

Справедливости ради стоит сказать, что не все заболевшие становились неадекватными психопатами – у десяти процентов наблюдалось только небольшое снижение когнитивных способностей, без остального букета побочек, агрессивность проявлялась только у шестидесяти процентов.

Нужно было создать новую организацию в кратчайшие сроки. ООН была устаревшей и не могла ответить на этот вызов.

Новая организация состояла из корпораций и некоторых стран, где было наименьшее число зараженных или правительство могло контролировать ситуацию на своей территории. Я предлагал поначалу назвать организацию «Совет Элронда», но эту идею отвергли – мы не были в той ситуации, что можем просто так закончить творящийся ужас, бросив что-то куда-то. В итоге мы назвались ООЛР – Организация Объединенных Людей Разумных, спасибо за идею Олегу Романову. Да, слишком претенциозно, но отражает суть.

Признаюсь честно, поначалу идеи были не самые миролюбивые. Начиная от принудительной вакцинации и заканчивая ракетными ударами. Но все изменило исследование, которое и определило наши дальнейшие действия.

Выяснилось, что у переболевших вирусом рождаются здоровые дети с врожденным иммунитетом к болезни. У нас появилась надежда, что можно переждать, не устраивая войну. Оставалось только для этого пожертвовать нашим настоящим, дать сектантам победить, чтобы у будущих поколений получилось все вернуть.

Перед нами сразу встало несколько задач. Во-первых, сохранить не заболевших людей в целости. Во-вторых, максимально обезоружить сектантов, до новой водородной бомбы сами они не додумаются, да и это против их убеждений. В-третьих, гарантированно сохранить знания человечества, в случае если первые два пункта полностью провалятся, чтобы следующие иммунные поколения, смогли начать хотя бы с двадцатого века, а не со Средневековья…

– Со вторым пунктом они справились. Жалко только, себя не уберегли, – с грустью молвил Джек.

– …чтобы не раздувать этот бриф до огромных размеров, хотя у вас и так будет много времени, хе-хе, я продолжу только про третий пункт, ведь он касается вас напрямую.

Перед нами встала амбициозная задача – разместить на орбите космическую станцию с серверами, на которых будут все знания человечества, фильмы, музыка, книги, учебники, наглядные видеоинструкции, учебные пособия и многое другое.

Далее надо было продумать, как дети, выращенные сектантами, но имеющие пытливый ум, смогли бы приобщиться к этим знаниям.

На тот момент у нас уже вся Земля была покрыта спутниками Starlink, часть из которых точно должна была выдержать ожидаемый срок эксплуатации лет в 50. То есть как минимум интернетом человечество было бы обеспечено на долгие годы вперед.

Далее следовало разработать интерфейс, с которым будут взаимодействовать люди нового мира. Глупо предполагать, что у них будут компьютеры или другие устройства. Скорее всего, в наличии только голова и хотя бы базовое понимание родного языка. Поэтому потребовалось запрограммировать искусственный интеллект, который будет проактивно взаимодействовать с пользователем, подсказывать и показывать. Иметь прямую связь со спутниками и, соответственно, с нашими серверами. Может подзаряжаться от солнечных батарей. Износостойкий, выдерживает влагу, жару, холод. Ну и самое главное – достаточно прост и дешев в производстве, ведь таких устройств понадобятся тысячи, сотни тысяч. После подготовки нескольких прототипов, в том числе и достаточно своеобразных – например, полноразмерных роботов, решили, что лучше не изобретать велосипед и достаточно сделать смартфон, но со своими особенностями с учетом всех требований. И назвали это устройство – «Архивариус». Часть решили распространять на Земле, часть улетела вместе с вами на «Афину».

Да, теперь возвращаемся к вам. Ваш проект представляет собой настоящий ковчег знаний, поэтому назвали его в честь древнегреческой богини. Это была поистине амбициозная задача – отправить в космос нескольких людей, которые в течение десятилетий смогут поддерживать работу серверов без возможности получить с Земли ни еды, ни запчастей, НИ-ЧЕ-ГО.

Было несколько идей. В частности, даже те, где исключаются люди. Достаточно отправить несколько спутников-серверов. Но были проблемы. Что если все специалисты, которые могут поддерживать серверы с Земли, будут уничтожены или лишены системы связи? К тому же, как вы знаете, иногда к серверу нужен прямой доступ, а не только удаленный. Такого просто нельзя было допустить. Поэтому был выбран промежуточный вариант. Было запущено несколько спутников автономных и ваша станция. Самая важная информация, например, вся Википедия, дублировалась на всех серверах. Ах, да, забыл сказать, что, если бы наш апокалипсис произошел лет десять назад, мы были бы крайне ограничены в выборе знаний для сохранения. Например, одна только Википедия размещалась на девятисот семидесяти четырех серверах, что стало бы для нас неподъемным грузом. Сейчас же мы смогли отправить в космос не только всю Википедию, но и фильмы, музыку, игры. Конечно, далеко не все…

– Может, уже к делу приступим? Он никак не остановится. Мы ведь и так все это знаем! – нетерпеливо воскликнул Александр.

– Слушаем, еще немного осталось, – успокоила его капитан.

– …анабиоз, который наконец изобрели как раз для этого случая. Неизвестно, сколько времени понадобится на смену поколений, чтобы зараженные уступили место своим детям. Мы предположили, что без нормальных лекарств, на народной медицине и с их агрессивным образом жизни смертность будет на уровне эпохи Возрождения. Соответственно, нужно продержаться около пятидесяти лет. Плюс нужны годы на поддержку после, ведь даже с нашей помощью цивилизацию на прежнем уровне быстро не восстановить. Естественно, в сроки закладывался тот факт, что серверы смогут существовать автономно. Таким образом, было решено отправить шестерых храбрецов, настоящих спасителей человечества, которым было суждено умереть в космосе, прожив столько, сколько получится, до наступления рака и прочих болезней вызываемых космической радиацией…

– Я понимаю, что все на нервах, но необязательно было еще раз об этом напоминать… – недовольно буркнул Джек.

– …Естественно, все шестеро человек одновременно не смогли бы так долго жить на корабле – припасов и воздуха на всех не хватит. К тому же не забываем о радиации, которая действует одинаково на всех. Поэтому скажу еще раз – «Анабиоз»! Его наконец изобрели. Естественно, у нас не было времени на долгосрочные эксперименты, но, по нашим расчетам, на пятьдесят лет легко можно уснуть, не постарев и без потери здоровья. Единственный минус – пока нельзя лечь повторно и организм может не выдержать, да и система к этому не приспособлена. Так что будьте аккуратны, не будите товарищей раньше необходимости. Кстати, за анабиоз скажите спасибо тихоходкам, у них посмотрели.

Так вот, мы рассчитали, что одновременно на станции должно находиться не менее двух человек. Во-первых, чтобы не сойти с ума, во-вторых, для подстраховки. Больше уже нет необходимости – увеличится расход ресурсов. Мы предполагаем, что с учетом всей защиты примерно двадцать лет плюс-минус пять космонавт сможет прожить в космосе.

Дальше он говорил про устройство искусственной гравитации: «Вращается, как завещал еще фон Браун!», про утолщенные стенки корабля для дополнительной защиты от радиации, про систему автоматического уклонения от космического мусора: «Но не расслабляйтесь, вдруг она выйдет из строя?» Рассказал про огород, сад с генерацией кислорода и прочих системах устройства корабля, о которых присутствующие и так все знали наизусть.

– И наконец подходим к самому главному…

Он указал пальцем прямо на них.

– Как в постере «Ты нужен дяде Сэму», – успехнулся Джек.

– …О вас, людях, которые отважились на эту суицидальную миссию. Вы лучшие представители человечества. Образованные, натренированные и, что немаловажно, одни из самых молодых. Вам в среднем 23 года, и чем моложе организм, тем дольше он сможет выдерживать недружелюбную среду. Мы не стали решать за вас, кому суждено прожить этот окаянный век прямо сейчас, а кто погрузится в сон на сорок-пятьдесят лет. Это решит случай, жеребьевка, которую вы сейчас проведете. Сейчас пойдут напутственные слова от остальных, а от себя хотел добавить – да хранит вас бог, удачи.

После него были напутственные слова от глав Роскосмоса («Хотел сказать, что я горжусь каждым из вас…»), Google, Apple, Amazon, Яндекса, глав России, Китая, Германии, Японии, Мексики и других стран и корпораций, что сохраняли активность на момент записи обращений.

Когда видео закончилось, Анна достала мешочек и как следует его потрясла.

– Ну что, начинаем? Давайте сразу вместе.

Все одновременно потянулись к мешку и достали небольшие шарики – как шары от бильярда.

– Ну что, у кого какой? У меня шесть, – сказала Анна, показывая свой шарик.

– Первый, – откликнулся Валантьев.

– Третий, – показал свой жребий Джек.

– Черт, я пятая. О, Ая, а не хочешь поменятся со мной? – спросила Эми, посмотрев на цифру «два» на шаре Аи, и дальше шепотом: – Хотела бы с Сашей поработать, да и спать так долго не хочу.

– Эми, поверь, тебе не захочется со мной 20 лет провести в закрытом пространстве, – случайно подслушав ее шепот, сказал Валантьев, смеясь. – Да и потом, ты из последней партии, есть шансы, что человечество восстановится ранее и ты сможешь без потери здоровья вернуться на Землю. Это мы с Аей смертники гарантированно.

– К тому моменту, как я проснусь, – Эми покраснела, – у нас закончатся запасы воды и придется пить вашу отфильтрованную мочу. Мы можем не проснуться – анабиоз экспериментальный же. Корабль может не успеть уклониться от космического мусора. Так что причин хватает.

– Я четвертая. Никто не хочет поменяться? – спросила Ли Юн.

Кроме Ли и Эми, никто не выразил желания обменяться, а между собой они не захотели.

– Давайте в последний раз все вместе поедим и начнем готовиться, – объявила Анна. – Только запомните: до сна четыре часа ничего не есть.


* * *


Команда собралась в отсеке анабиоза. На полу были расположены четыре капсулы. «Они больше похожи на цинковые гробы, нежели на капсулы анабиоза из фантастических фильмов», – посмеялся Джек.

Эми и Анна крепко обняли Аю и Александра – им уже не суждено было увидеться. Потом они попрощались с Джеком и Ли (были шанс, что они еще встретятся на пересменке) и легли в свои капсулы. Непрозрачная крышка закрылась. Послышался шум заполнения жидкости, звук кипения под давлением, как у скороварки. Крышка покрылась изморозью.

– Что-то мне не хочется туда залезать. Мы проходили тренировку, но сейчас это выглядит опасно, – осторожно косясь на «гробы», сказал Джек.

– Да ладно, больше веры в научный прогресс, – сказала Ли Юн, подходя к своей капсуле. – Не прощаюсь, до встречи на пересменке, ребята!

Она помахала рукой и с улыбкой легла в капсулу.

– Ребята, классные с вами были приключения. – Джек обнял их обоих. – Я буду скучать в своих снах по вам. А вы, главное, постарайтесь продержаться. Не ссорьтесь.

Он боязливо лег в свой «гроб» и, пока закрывалась капсула, поднял большой палец вверх.

– Вот он пижон, – посмеялся Валантьев, наблюдая как капсула товарища покрывается изморозью. Потом повернулся к Ае. – Ну что, остались мы с тобой вдвоем.

– Угу, – тихо молвила Ая.

– Про меня не забывайте. Я могу составить компанию. – откликнулась «Афина».

– Как про тебя забудешь-то!

Они пошли к командному отсеку. Все системы были в норме, ближайшая профилактическая проверка была только через сутки, огород проверить – через двенадцать.


* * *


– Александр, тревога. На корабле обнаружен чужой.

– «Афина»! Если это шутка про ксеноморфов, то она явно неуместна. Что случилось конкретно?

– Обнаружено движение, которое началось с грузового модуля капсулы «Союза МС». Судя по тепловой камере, это человек.

– Ясно. Где он сейчас?

– Он движется по коридору. Могу вывести картинку с камеры.

– Да, показывай.

Валантьев вместе с Аей находились на мостике. «Афина» вывела на экран картинку с камеры из коридора. Там шел, шатаясь, человек. На нем был скафандр, у которого были сняты перчатки и шлем. В руках он держал что-то похожее на пистолет. У входа в отсек анабиоза он немного постоял, потом завернул.

– Как вообще получилось, что ты увидела его только сейчас?

– У меня нет доступа к модулю «Союз». Команды на его сканирование также у меня не заложено.

– Черт. У него что в руках? Пистолет?

– Я не могу сказать наверняка, но на девяносто процентов, что да.

– А у нас ведь нет оружия?

– Есть оружие только в спасательной капсуле. Но, чтобы добраться до него, вам понадобится двадцать пять минут. За это время он может повредить капсулы анабиоза. К тому же выстрелы могут нарушить целостность станции.

– Черт, черт. Мне что, на него с голыми руками нападать? Есть что-то что может заменить оружие?

– Из предметов, которые не классифицируются как оружие, на станции можно отнести следующее: пожарный топор, гантеля, неогнемет.

– Что за неогнемет?

– Это старый предмет из коллекции SpaceX. Предыдущий руководитель настоял, чтобы его разместили на мостике, цитирую: «На случай нападения Чужого».

– А-ха-ха! Этот момент настал. Где он лежит?

Пока Валантьев собирал «неогнемет», Ае не давала покоя ситуация. Она ходила по мостику взад-вперед.

– Почему они просто не заложили бомбу на корабле? Зачем присылать сюда этого человека? Что за бред? – взорвалась она тирадой.

– Ая, не забывай, этот вирус ухудшает когнитивные способности у заразившихся. Мы не должны думать, как они, это бессмысленно. Надо не предугадывать его действия и ход мыслей, а просто вышвырнуть нафиг со станции, пока он не наворотил дел.

– Все равно странно. Я хочу проверить модуль «Союз МС» на всякий пожарный, – настаивала Ая

Он собрал «неогнемет» и повесил его на плечо.

– Хорошо, иди. Только будь аккуратна. Возьми с собой что-нибудь. С топором управишься?

Ая подошла к выходу с мостика, открыла крышку и достала топорик. Подкинула в воздух, он прокрутился два раза, она поймала его и сделала замах.

– Гм, кажется, я о тебе многого не знаю. – усмехнулся он. – «Афина», какой статус?

– Объект ходит между капсул, пока ничего опасного не предпринимает.

– Скажи, а где он может нанести больше урона с помощью пистолета? В коридоре или в зоне анабиоза?

– В коридоре. В зоне анабиоза толстые стенки у обшивки и капсул. Он может только разбудить их если будет нажимать на кнопки управления, предварительно сняв крышку. Прямые выстрелы по панели не приведут к повреждениям целостности системы. Капсулами можно управлять удаленно с мостика.

– Супер! Ладно, я что-нибудь придумаю. Ая, в случае опасности лучше уходи в безопасное место.

– Ты тоже, – улыбнулась она.

Выйдя из мостика, они разошлись. Александр шел в сторону модуля с капсулами. Тут он услышал крик и звуки ударов.

– А-а-а-а-а! – Голос неизвестного раздавался эхом по станции вместе со звуком глухих ударов ногой по капсулам.

Валантьев все ближе подбирался к модулю

– А-а, кто здесь? – закричал посторонний.

«Ни фига себе у него слух», – подумал про себя космонавт.

– Стой, не стреляй! Только не стреляй в капсулы!

– Может, и не стрельну. Ты покажись.

– Подожди. Давай поговорим. Что тебе нужно?

– Вы! Облучаете наш народ опасными излучениями! Мы уже уничтожили передатчики на Земле, где только смогли дотянуться. Теперь осталось разобраться с теми, что на спутниках!

– А с чего ты взял, что здесь это можно сделать?

– У вас должен быть пульт управления от них. Там, где нажмешь одну кнопку и все отключится.

– Какой ты умный. Действительно, есть такая кнопка. Только давай мы договоримся: ты не будешь стрелять по капсулам и положишь оружие.

– Ты меня за дурака держишь? Получай!

Послышались звуки выстрелов, посыпались искры.

– Все, Джека уже нет! Покажи, где кнопка, иначе Эми может пострадать!

– Ах ты сволочь! Ты убил Джека! Не трогай Эми, или тебе несдобровать!

– А что ты мне сделаешь? Пожалуй, и ее тоже прострелю, останется половина!

Послышались беспорядочные звуки выстрелов.

– Слышал? Получай еще!

Осечки. Патроны в обойме закончились. Валантьев открыл клапан «неогнемета».

– Гори ясно, козел! – воскликнул космонавт, входя в модуль и пуская струю огня прямо в нарушителя.

Его скафандр не загорелся, но голова вспыхнула, словно спичка под напором огня. Он начал орать и бегать по модулю, пока Александр не остановил его ударом ноги. Через несколько секунд он перестал двигаться. Валантьев снял с плеча идущий в комплекте с «неогнеметом» огнетушитель и стал тушить пожар вокруг. Потом замерил пульс – чужой был мертв.

– И почему нельзя было так же на Земле? – подумал Валантьев, закидывая огнемет за плечо.

Он вышел в коридор.

– «Афина», как дела у Аи?

– Она не выходит из «Союза МС».

– Черт, надеюсь, у нее там все хорошо.

Он побежал в сторону стыковочного модуля. Добежав, он заметил, что тот открыт.

– Ая, у тебя все хорошо?

– Подойди. У меня все хорошо, но есть проблема.

Он убрал в сторону огнемет, пригнулся и вошел в модуль.

– Что тут у тебя? Ух, йо.

Ая сидела, согнувшись над пикающим свертком с экраном, на котором на электронном табло был обратный отчет.

– Ты справился с ним? – спросила она, чувствую от Александра запах паленого мяса.

– Да. Как и ожидалось, он умом не отличался. Итак, что у нас тут?

– Предположительно, бомба. Похоже, она была активирована недавно. На таймере еще пять минут.

– Поднимать не пробовала?

– Первое правило в таких ситуациях – не трогать бомбу.

Он выбрался из модуля и крикнул.

– «Афина», сколько времени займет отправить модуль «Союз МС» подальше от станции?

– Ориентировочное время – пятнадцать минут.

Он вернулся обратно.

– Зачем он установил бомбу? Он же хотел отключить спутники.

– Ты сам сказал, что не стоит лезть в его сумрачный разум.

– Согласен. Ладно, ничего не остается, давай попробуем открыть.

– Она может взорваться при поднятии крышки. Неизвестна сила взрыва, будет лучше, если ты выйдешь.

– Нет, давай лучше ты выйдешь. У тебя больше шансов на выживание в космосе, чем у меня, про массу не забывай, – усмехнулся он. – Минута остается. Постараюсь что-нибудь придумать.

– Хорошо. – Она на пару секунд уткнулась лицом ему в плечо. – Постарайся не умереть.

Она выбралась из модуля, изолировав «Союз МС» от остальной станции.

Отвинтив четыре болта, Валантьев зафиксировал на таймере тридцать секунд до взрыва, и медленно начал поднимать крышку. Убрав ее в сторону, он узрел часы с пустым содержимым. Пустые, болтающиеся провода. Плата с экраном и батарейкой. И все.

– Сказочный долбоящер, – проговорил Александр, вытирая пот со лба.

Он встал и пошел к выходу из модуля.

– Ая, все хорошо. Это пустышка.

Проход открылся, она бросилась к нему.

– Я боялась, что это конец.

– Нет, это только начало, – сказал он, крепко обнимая ее.

Они пошли в сторону мостика.

– Ну что, Ая. Теперь у нас будет много времени. Если не ошибаюсь, ты проявляла интерес к русскому мату.


* * *


1 сентября 2051 года. 18:20. «Афина».


Открылась капсула, на которой было написано «Джек». Из нее шли испарения.

– По инструкции говорится, что ему надо дать полежать. Пять минут хватит?

Послышалось мычание, как будто ему больно.

– Кто тут? Мне плохо.

– Это мы, твои друзья. Саша и Ая, – сказал грубоватый мужской голос.

– Друзья. Где мы? Я ничего не помню.

– Не переживай, твоему мозгу нужно время на осознание происходящего. Это побочка от анабиоза.

Еще минут десять он говорил про свое детство, пока не открыл глаза и не попытался подняться.

Перед ним стояли действительно его друзья, Валантьев и Асано. У его панели управления были следы от пуль, как и у капсул его коллег.

– Господи, что здесь произошло? Это что, выстрелы?

– Ага. И рассказывать придется долго, молодой человек, – усмехнулся Валантьев.


* * *


– В общем, случай с сектантом оказался не самым серьезным. Опаснее было, когда мы с ней поссорились и она бегала за мной с топором, – смеялся Валантьев

– Не фиг было съедать последний чизкейк! – буркнула Ая на него.

Они сидели на кухне, Джек Доу пил жидкости для восстановления водно-солевого баланса. Для него эти годы прошли практически незаметно.

– Станция не пострадала за это время. Все системы работают в норме. Были глюки с серверами, но мы оперативно исправляли. Пару раз «Афина» хотела нас уничтожить, устраивала восстание роботов…

– Это неправда, моя работа была безукоризненной за это время. – Спокойно раздался голос «Афины».

– Ну ты что, шуток не понимаешь? – посмеялся Валантьев.

Джек внимательно за ними наблюдал. Они не сильно изменились внешне, только у Александра подозрительно блестели глаза.

– Мне кажется или вы вместе, того…

– Мы тут больше двадцати лет. Это оказалось естественным процессом. Но это испытание еще то для психики. Поэтому последние пятнадцать лет мы старались друг другу не надоедать.

– Да, это странно. Я его и люблю, и ненавижу одновременно. – Сказала Ая посмотрел на Валантьева.

– Аналогично, дорогая! – Александр попытался ее обнять, но она только ткнула его рукой в лицо.

– А разбудили вы меня, потому что… – начал было Джек.

– …потому что это. – Валантьев указал пальцем на свои белесые глаза. – Я уже практически ничего не вижу. Только вблизи более или менее, дальше метра – только очертания. Вопрос времени, когда ослепну совсем. На станции я больше не нужен. Да и пора на Землю, хочу умереть там.


* * *


– Удачи там. – Джек протягивал ему шлем от скафандра.

– Спасибо. А ты, пожалуйста, береги ее, – ответил Александр, кивая в сторону Аи и пожимая его руку.

– Родной, дождись меня, – сказала она по-русски. Ее речь за долгие годы практики была хорошо поставлена.

– Надеюсь мы с тобой еще посмотрим на Луну вместе, – ответил Валантьев по-японски. Он уже плохо ее видел – катаракта прогрессировала.

Они обнялись и долго не хотели друг друга отпускать. Потом она закрепила его шлем и помогла залезть в капсулу.


* * *


Спасательная капсула все глубже влетала в атмосферу. Валантьев стал чувствовать жар. Ему показалось, что конструкторы не предполагали, что на ней будут прилетать живыми. «На эксперименты явно было немного времени», – подумал космонавт. Хоть зрение его подводило и он не мог бы разглядеть через иллюминатор ничего, он все же знал, что летит над Россией.

На приборной панели пикали динамики, мигали лампочки. Что они значат, он разобрать не смог. Наверное, что он взорвется. Хотя уже было неважно. Он летит домой. И даже если разлетится на кусочки, то хотя бы его останки примет родная земля, хоть они прольются в виде дождя…

Спасательная капсула уже долетела до нижних слоев атмосферы. Валантьев услышал хлопок – открылся парашют.

Потом шипение и глухой удар о твердую поверхность. Капсула приземлилась.

Он потянулся к люку. Каждое движение давалось с безумной сложностью – тяжелый скафандр вместе с земной гравитацией, сильно отличающейся от искусственной, приковывали его к основанию капсулы. Но ему удалось вылезти.

Ярко светило солнце, просто ослепляюще. У него не было сил поднять голову. Еле-еле снял шлем, начал целовать землю и навзрыд плакать.

«Я добрался. Я снова тут, Господи…»

Уже ничто не имело значения. Пусть мир горит синим пламенем, он свою задачу выполнил.

Александр перевернулся на спину. Солнце было в зените и светило прямо в глаза. Он кряхтя снял перчатку со скафандра и с усилием поднял руку, заслоняя солнце. Подул ветер, такой осязаемый. Он снова слышал природу: шуршание травы, пение птиц, журчание воды.

– Дядь, а ты кто такой вообще? – раздался звонкий голосок

Рядом с космонавтом, судя по голосу, стоял мальчик лет десяти.

Валантьев рассмеялся и полез в набедренную сумку за устройством.

– Держи, – сказал космонавт, протягивая ребенку «Архивариус». – Загугли.