КулЛиб - Классная библиотека!
Всего книг - 383167 томов
Объем библиотеки - 476 Гб.
Всего авторов - 163661
Пользователей - 86528

Последние комментарии

Загрузка...

Впечатления

SubMarinka про Казанский: Данте. Демистификация. Долгая дорога домой. Том I (Культурология)

Если в авторском предисловии есть отдельное предуведомление: "Как читать эту книгу?", то почему-то не хочется читать её (((
Особенно, когда выясняется, что этот литературно-исторический анализ и расшифровка текста "Божественной комедии" Данте - в 6-ти томах...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Олександр Шарло про Извольский: Дикий Мир. Колонисты (Боевая фантастика)

Отличная книга, давно правда читал, но сюжет весьма динамичный и захватывающий!

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
kiyanyn про Ланцов: Иван Московский. Первые шаги (Альтернативная история)

Так и хочется в качестве эпиграфа привести из Маяковского:
Грустно до слез, смешно до колик...

Классический рецепт написания альтернативки - смотрим, кто у нас сегодня враг, лезем в прошлое и начинаем по нему топтаться.

Постепенно диких чеченов в литературе сменили грузины-"грызуны", потом пришла очередь украинцам превратиться из вечно недоумкуватых хохлов в страшных бЕндеровцев :), которые, не попив крови безвинных русских младенцев, чахнут и умирают... Всякие поляки и прибалты держатся на одном и том же не слишком высоком уровне мерзости - видимо, потому что европейцы, на них перо не поднимается :).

Откровенно говоря, мысли были - что в связи с томосом должно быть написано нечто... но уж очень скользкая тема.

Но - нашелся смельчак, который перетряс "еллинских попов" в XV веке, и показал всю не то что еретичность - а прям-таки сатанизм константинопольских священников, которые и спать не лягут, пока пару козней всему христианству, а паче России не сотворят - например, создадут киевскую митрополию :)

Правда, это все плавно перетекло в легкое пока еще не отрицание, но уж как минимум порицание православия вообще и примирение, если не восхваление католицизма. Очень интересно - это автор слегка зарвался или, напротив, учуял струю и поспешил опередить всех конкурентов?

Словом, при более-менее неплохо написанном сюжете и языке, в котором запятые более-менее на своих местах - все равно заказуха (даже если ее никто не заказывал явно)...

Рейтинг: +3 ( 3 за, 0 против).
mary twenty про Выборнова: Король и спасительница (Фэнтези)

Книга просто потрясающая! Там и умные сюжетные ходы, и интересные персонажи, и беседы с философским подтекстом, но не заумные, и любовь... Плюс инструкция, как стать настоящим правителем и как общаться с "чернью") Очень здорово, читайте, не пожалеете.
Кстати, у автора есть инста www.instagram.com/vybornovabooks

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Иэванор про Борискин: Чудеса случаются. Дилогия (СИ) (Научная Фантастика)

Жаль что так обрывается расказ , здесь бы ещё 2 части не помешало

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
IT3 про Усманов: Бродяга (Космическая фантастика)

в плане активных действий поживее "охотника",вот только ГГ симпатии не вызывает.человечек решает продать замороженных землян ибо "денех нуно".не отождествляю героя и автора,автор имеет право писать о ком хочет,а читатель имеет право читать,что желает,но ГГ неприятен,как подкисающий суп - еще вроде не скис,но привкус не очень.и чем дальше - тем герой омерзительнее.
а так очередная компиляция миров Чижовского и Муравьева + свои фантазии.

Рейтинг: +2 ( 2 за, 0 против).
kiyanyn про Клавелл: Гайдзин (Исторические приключения)

Вторая книга Клавелла, которую прочел. Первой была "Сёгун". Не знаю, то ли в том случае сыграл роль просмотренный до этого фильм, то ли какие иные факторы (допуская, что перевод) - но впечатления от "Гайдзина" на порядок тоскливее впечатлений от "Сёгуна". Сугубо личное впечатление, навязывать не собираюсь :), но и желания читать что-либо у Клавелла еще - почему-то не возникает...

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).

Антология смеха (fb2)

файл не оценён - Антология смеха 9K (скачать fb2) - Сергей Донатович Довлатов

Настройки текста:




Сергей Довлатов Антология смеха

Одним из величайших злодейств советской власти могло бы стать окончательное и полное уничтожение советской сатиры, неотделимой от классической русской литературной традиции. Бесчинства цензуры, тирания издательских функционеров, эпидемии газетно-журнальных разносов, директивы безумных вождей, бдительность и усердие тренированных редакторов низшего звена и, наконец – прямые репрессии со стороны ЧК-ГПУ-КГБ – все это неизбежно должно было привести к абсолютному вырождению русской сатиры.

И все же этого не произошло. Но не потому, что губители русской культуры опомнились и сдержали свои драконовы усилия. Вовсе нет. Разгадка чудодейственной жизнестойкости русской сатиры – в другом.

Обескровленная, гибнущая, но движимая великим инстинктом самосохранения, русская сатира тремя могучими эшелонами устремилась в подполье.

Часть ее растворилась в бытовом и политическом анекдоте, застольном устном рассказе, нашла себе приют в томительных очередях за второсортным мясом, возле пивных ларьков, на трамвайных остановках и в курилках бесчисленных НИИ.

Вторая часть воплотилась в расплывающиеся шуршащие листки Самиздата, которые передаются из рук в руки до тех пор, пока они не превращаются в пыль. Если бы «настоящие» фабричные советские книги обладали душой и речью, они бы поведали нам, что каждая из них мечтает о подобной судьбе.

И наконец, третья часть самыми хитроумными путями, минуя таможенные кордоны, перенеслась на Запад и обрела долгую жизнь на хорошей капиталистической бумаге, под яркими глянцевыми обложками «тамиздатских» книжек.

Так именно на Западе были изданы лучшие вещи Замятина, Булгакова, Платонова, Войновича, Владимова, Аксенова, Гладилина, Синявского-Терца, Гарика-Губермана, Сагаловского, Камова-Канделя и многих, многих других мастеров горького, язвительного, беспощадного и очищающего смеха.

И вот недавно, впервые, если мне не изменяет память, лондонское издательство «Оверсис» (что наиболее точно переводится старинным русским словом «Заморье») выпустило в свет фундаментальную «Антологию юмора и сатиры послереволюционной России» в двух томах под редакцией Бориса Филиппова и Вадима Медиша.

Антология снабжена предисловием Бориса Андреевича Филиппова, одного из старейших и наиболее заслуженных деятелей русского литературного Зарубежья, благодаря усилиям которого именно на Западе вышли в свет наиболее полные собрания сочинений Ахматовой, Мандельштама, Гумилева и Клюева.

В этом предисловии автор тонко рассуждает о природе истинной сатиры, как о реакции всего живого, органичного и полноценного – на все механизированное, омертвевшее и безжизненное.

Филиппов убедительно доказывает, что марксистско-ленинская догма по сути своей исключает настоящую сатиру, хоть и пытается время от времени мобилизовать ее на борьбу с так называемыми пережитками прошлого.

Недаром, утверждает Филиппов, лучшие образцы сатиры послереволюционного периода созданы писателями, «несозвучными» советскому строю или даже тайно враждебными ему.

И хотя один из крупных партийных деятелей сталинской эпохи (критик Гусев-Драбкин) обронил в 1927 году слова о том, что нет еще в СССР «наших советских Гоголей и Салтыковых, которые могли бы с такой же силой бичевать наши недостатки», тем не менее, любая попытка советского сатирика вырваться из круга ничтожно мелких тем и явлений всегда была чревата для автора самыми грозными последствиями.

Не случайно так популярно было в народе четверостишие, приписываемое то Михаилу Светлову, то Юрию Олеше, то Зиновию Гердту, то Юрию Благову:

Мы за смех, но нам нужны
подобрее Щедрины
и такие Гоголи,
чтобы нас не трогали…

Антология издана в двух солидных томах, и разделены в них материалы по принципу довольно условному, да иначе и быть не могло.

В первом томе с недвусмысленно розовой обложкой (кстати, оба тома талантливо оформлены художником Андреем Краузе) представлены «советские писатели»: Замятин, Булгаков, Зощенко, Платонов, Ильф и Петров и другие, а второй том (с обложкой «безыдейного» голубого цвета) заполняют произведения писателей-эмигрантов: Ремизова, Тэффи, Саши Черного, Аверченко, Андрея Седых, Юрия Большухина, Абрама Терца и других.

Но ведь творческая биография таких писателей, как Замятин, Абрам Терц, Войнович, явно делится на два периода – советский и эмигрантский, а Булгаков и Платонов, например, хоть и оставались до конца жизни советскими гражданами, лучшие свои вещи опубликовали, тем не менее в западных издательствах.

Да и так ли уж важны эти географические, паспортные различия?! Читая антологию смеха, составленную Филипповым и Медишем, убеждаешься еще раз, что смеяться умеют по обе стороны железного занавеса, а пока мы