БЛЯХА-МУХА
(рассказ)

автор - Астахова Людмила

Обычно я понимаю намеки. Любые — и тонкие, и не очень. Без этого умения в нашем деле никак. Но, признаю, с Сяомэем вышел прокол. Когда мой прекрасный ками внезапно обернулся палочником, я не придала этому никакого значения. Сидит «веточка» на кедровой ветке тихо-мирно, не матерится, не дразнит Боко, не требует подключить спецканал для взрослых, не хлещет пиво — такое облегчение. Может у него в горнем мире проблемы какие? Или отпуск взял? Сам же говорит, что задолбался возиться со мной.
Я бы тоже отпуск взяла, но не дают даже чуть-чуть расслабиться! Полиция очень некстати накрыла наше самое большое подпольное казино на всем побережье. То самое, в котором так любят «отдыхать» слуги народа в компании с дорогими шлюхами. И еще бы на свои кутили (что все равно незаконно), а то ведь норовят запустить потные ручонки в партийную кассу, или того хуже — в государственную казну. Мне как бы пофиг, я — антисоциальный элемент и налогов не плачу (фирма «Джекпот» не в счет), а вот общественности, СМИ и оппозиции разгульная жизнь некоторых всенародных избранников, как камень в почке.
У нас с братвой примерно те же заботы, только в профиль. Надо же выяснить, кто слил легавым «точку», включая время, место и кодовое слово для пропуска. Кто-то же это сделал. Кто?
Так до букашки ли мне в такой ответственный момент? Вот-вот!
Вызываю на разборки братца И, ответственного за работу злополучного казино, и ставлю ультиматум в старых традициях клана — либо он находит виновника, либо сам покрывает убытки. Только настоящего виновника, а не «левого» бедолагу, готового за невеликую мзду взять на себя чужую вину. Я-то лично считаю, что у нас завелся коп под прикрытием, но пусть братец И тоже поработает мозгами.
- А может быть, Хозяйка Рин напрямую спросит у своего легавого друга из Северного округа? - вопрошает этот наглец. - Ну, типа, подробности насчет внедренного копа.
Я наступаю каблуком на ногу уж было подорвавшемуся с места злому Мелкому и говорю ласково, словно к ребеночку обращаюсь.
- А ты мне тогда на кой, братец И? Чтобы я на твою рожу время от времени любовалась и считала упущенную выгоду? В твоем «доме» крыса завелась, тебе её и ловить.
Братья такие слова одобряют, хотя им тоже не нравятся мои шашни с офицером Дайити. Был бы он продажным, еще туда-сюда, но Хиро же честный и неподкупный. Пришлось доступно объяснить, что честность — вещь полезная в хозяйстве. Иногда. Когда не в ущерб прибыли, как верно подметил однажды Жмот.
- Вдруг это засланец «драконов»?
- Да хоть из «Лиги Домохозяек». Это твоя ответственность, брат И, - говорю. - Короче, сделай мне приятное, а себе — полезное. И будет всем счастье. И не придется твой славный ресторанчик на набережной продавать. «Персиковый лес», правильно?
В нем его баба хозяйничает и за про... короче, за внезапную потерю доходного заведения вытурит братца из общей постели, к гадателю не ходи.
Все это время я краем глаза поглядываю на священный кедр. Опаньки! А ками-то мой уже в богомола превратился. Лапки и крылышки растопырил, усиками шевелит, жвальцами щелкает. Наверняка, это тоже намек, только я его не понимаю совсем.
«Скажи человеческим языком — чо те надо, тараканообразное, - прошу я мысленно. - У меня туго с энтомологическими метафорами».
Но Сяомэй только позу меняет на более... хм... оскорбительную. Вот же гадский инсектоид!
Ну ничего, у меня тоже с терпелкой всё путем. Я подожду.
Но ближе к ночи я все же звоню Рё. Не только и не столько ради консультаций насчет поведения загадочного ками. Я, вообще-то, нормальная девушка, мне тоже нравится, лежа в кровати, ворковать с возлюбленным. Вся эта классика: «Ты еще не спишь?»,«Ты ужинал?» и «Скучаю, чмоки-чмоки» мне очень даже по душе. И смайлики — сердечки, котики, кролики — отличная штука, если нет никакой возможности сбежать на священную гору в павильон на уступе скалы с огромной корзинкой набитой вкуснятинкой.
- Тут Сяомэй чудит, - жалуюсь девятихвостому лису. - Прикидывается богомолом. К чему бы это?
- Тебе истолковать по фэншую? Или заказать в интернет-магазине резиновую богомолиху? - заливисто смеется он.
- Я ему живую куплю, здоровую, толстую и проголодавшуюся.
Нет, меня и вправду заколебал этот древний мистический паразит!
- Не злись, он тебе еще пригодится, - утешает меня Рё. - Сладких снов, Ямада Рин.
И я засыпаю в обнимку с плюшевой рыжей лисой, счастливая уже лишь потому, что на свете есть священная гора, на которой водятся девятихвостые оборотни с «в-о-о-т-такенными зубищами» и по крайне мере один из них — мой Рё.
Все же помнят, что некоторых аспектах, я — обычная девушка, да? Но не когда приходится просыпаться рано утром от... адского стрекота ввинчивающегося в ухо, точно пыточный инструмент!
Я охранников — бойцовых братцев — не постеснялась, выскочила из спальни в майке и пижамных шортах и помчалась к источнику звука. А это у Сяомэя смена амплуа. Он у нас теперь цикада!
Кто не в курсе, это такая здоровенная, размером с палец муха, с большими грустными глазами и могучей стрекоталкой внутри. Это они сидят на деревьях и в жаркий полдень оглашают окрестности звонкими трелями. Некоторым людям такие «песни» нравятся, но не мне и не сейчас. Потому что Сяомэй не просто цикада, он — божественно-охренительно-неумолкающая цикада. Цикада, равной которой нет в подлунном мире, всем цикадам цикада!
К тому же у ками имеется благодарная аудитория — озадаченный Боко (ему хорошо, старый сукин сын почти совсем глухой) и зачарованная ивовая ками, для которой выкрутасы Сяомэя — норма жизни. Из неблагодарных тварей рядом всего лишь — мы, остальные обитатели дома, какие-то презренные смертные. Как же тут не разливаться пронзительными звуками?
- Хозяйка! Вы запретили прикасаться к бонсаю! А оно — там!
Братцу Со приходится перекрикивать поющую муху, но вид у него мученический - из-за невозможности взять в руки хорошую бамбуковую мухобойку, надо понимать.
В это время Сяомэй берет самую звонкую из доступных цикадам нот, да такую долгую, что я на несколько мгновений натурально глохну.
Всё! С меня хватит — я звоню Рё.
- А чо я? Чо сразу я? - упирается всеми четырьмя лапами он.
- Кто у нас хранитель священной горы? - строго спрашиваю. - Кто главный спец по мистическим... мухам?
- Духам?
- Сяомэй сейчас цикада, значит - муха.
- И символ удачного перерождения и вечной жизни, а не хухры-мухры. Просто Сяомэй тебе о чем-то важном намекает. 
Нет, я сейчас лопну от злости. Ему бы всё хиханьки. 
- Ну зашибись, а сказать мне прямо — западло?!
- Хорошо, так и быть, - сдается лисья морда. - Перевожу с божественного: наш общий друг хочет, чтобы ты выполнила его желание. Без всяких дополнительных условий.
- Ещё чего?! - взрываюсь я.
- Вот видишь, - притворно вздыхает лис. - Значит, будешь слушать цикаду еще много дней подряд. Долго-долго.
- Я съеду на квартиру, а кедр оставлю в поместье.
- Какая ты вредная, Ямада Рин. Сяомэй столько хорошего тебе сделал, столько раз помогал и защищал, а ты не можешь один раз пойти ему навстречу?
С одной стороны, Рё прав, но обязательно ли же терзать мои барабанные перепонки, чтобы своего добиться?
- Вдруг ничего такого особенного ками не хочет? Вдруг тебе это ничего стоить не будет, а покровителя своего уважишь? Подумай хорошенько, -  уговаривает девятихвостый лис.
Тут и думать нечего. Если я сейчас на разберусь с Сяомэем, то оглохну.
- Ладно, бляха ты муха, - обращаюсь к цикаде. - Выкладывай свое желание. Сделаю всё, что в моих силах.
Мы с кедром в комнате наедине, бойцовый братец сбежал на кухню - лечить стресс, а Боко и ивовую ками можно не считать, так что Сяомэй являет себя во всей красе и славе. 
Аж дыхание перехватило! Юноша изящный и гибкий с кожей цвета белого нефрита, с очами, чьей идеальной миндалевидной форме позавидуют все красавицы древности скопом, чьи блестящие черные волосы гладки, как атлас...
- Ты задницу-то без чужой подсказки подтереть способна, крокодилица кривоногая? - спрашивает божественный покровитель, окидывая меня взглядом полным презрения с головы до вполне себе ровных, если не сказать стройных ног.
- Кто-кто-кто? - спрашиваю свистящим шепотом. - А ну-ка повтори?
- Я понял, «выхухоль» тебе больше нравится. Ладненько. Так вот, дерзкая выхухоль, у меня через пару дней день рождения намечается... 
Вот так новость!
- Не пырься на меня глазами своими бесстыжими! - злобно рявкает ками.
- Технически ты — мертвый, - напоминаю я на всякий случай.
- Технически я — духовная сущность. Но однажды я тоже родился у своей мамки. Вылез, кстати, из того же отверстия, что и ты.
- Когда это было-то? Полторы тысячи лет назад?
- И что с того? Тебе в падлу мне праздник устроить? Как Красавчику Тану в прошлом месяце.
Не спорю, я расстаралась ради Тана. Торт, подарки, всё такое, как полагается. Туфли ему подарила — самые дорогие какие можно купить за деньги: индивидуальная мерка, кожа аллигатора, экологически чистый лён стелек, брюллики на пряжке и абсолютная непромокаемость. Только что вместо хозяина ноги не переставляют. Братва скинулась на настоящий золотой «роллекс». А главное, я Красавчику разрешила нарядиться в ядерно синий костюмчик с блесткой. Бедный старый гангстер аж прослезился от избытка чувств. Я ж люблю его.
- Сяомэй, - говорю. - Ты, правда, хочешь отпраздновать своё тысяче-какое-то рождение?
А он такой позу принимает величественную, веером своим сраным обмахивается и говорит надменно:
- Именно. Подарки, шарики, торт с кремовыми розочками в три яруса в виде...
Я уши зажимаю, что не слышать очередную похабную гадость. Не тут-то было! Ками же умеет докричаться прямо до мозгов.
«В виде пагоды, кобыла бешеная! А не того, что у тебя на уме!»
И продолжает:
- И гостей соберешь из тех, кому дарована честь лицезреть меня и внимать речам. Я доходчиво объяснил?
Да уж куда доходчивее...

Через пару часов я собираю совет в офисе «Джекпота» с некоторыми из тех, кому, собственно, дарована эта высокая честь.
Мой прекрасный ками, явившись однажды во плоти в "обезьяннике" полицейского управления, сохранил воспоминания об этом судьбоносном событии ограниченному числу лиц. А именно: Мелкому (к которому Сяомэй всегда почему-то хорошо относился), Юто (за то, что такая же циничная сволочь), мисс Ван (полагаю, у моей секретарши самая красивая попа из всех когда-либо существовавших), Красавчику Тану (за эрудицию, и потому что тот сразу признал предыдущее телесное воплощение), детективу Дайити (мне назло), лидеру «Драконов» - Кохею (для равновесия в природе) и девятихвостому лису Рё (которому никакое соизволение не нужно). 
Мелкий, по обыкновению своему, сосредоточенно молчит. Дескать, ему глубоко фиолетово, главное - обеспечить безопасность будущего мероприятия.
- А почему бы и нет, - мурлычет мисс Ван, точь-в-точь кошка, приметившая теплую мышиную норку. - Давайте все вместе порадуем господина Сяомэя. Я с удовольствием полюбуюсь на него еще раз. Тем более, что Хозяйка Рин уже дала обещание.
У Юто, которому предстоящие расходы — нож острый в нежное бухгалтерское сердце, бурчит себе под нос что-то про транжир и пагубность разгульного образа жизни, но составить смету не отказывается. Наш Жмот натурально благоговеет перед ками. Хотя я полагаю, что господин Юто в тайне надеется выдурить у Сяомэя месторасположение какого-нибудь старинного клада.
Похоже, тут у всех на зловредную духовную сущность из кедра есть свои далеко идущие намерения. Только я одна знаю, что поиметь что-то с ками все равно что подоить камень. 
- Нет, вы не понимаете! - не выдерживаю я. - Сяомэй вовсе не очаровательный юнец в халатике, он — древний опасный интриган, который таких, как мы, в свое время живьем в масле варил. И жрал с костями. Он что-то задумал, пакость какую-то особенную.
- Пакостить он может в любое время, для этого нет необходимости организовывать вечеринку, - говорит Мин Джун веско. - Что по этому поводу думает брат Рё?
Так вот кто у Мелкого теперь непререкаемый авторитет. Отличненько! 
- Смеётся. Ему всё хиханьки.
Я немного обижена на лиса. К Сяомэю и его выходкам нельзя относиться столь беззаботно.
- Раз он не волнуется, значит и нам не след.
Но я не сдаюсь:
- А подарки?
- А что подарки?
- Вот что ты подаришь обидчивому, злопамятному и капризному, как тысяча императорских наложниц, засранцу, чтобы не оскорбить? Ты ведь не хочешь поссориться с Сяомэем?
- А что ему можно дарить? - спрашивает мисс Ван.
Ха, если б я знала! Однажды он на целый месяц свалил в горний мир, когда я обмолвилась, что хочу презентовать ему новенькую висюльку в прическу. Оскорбился, словно я предложила памперс надеть.
- Свиток с сутрой? Антиквариат? Навороченный гаджет? Годовую подписку на «Плейбой»? - перечисляет Юто.
- А что брат Рё советует?
Мелкий, а Мелкий, ты, вообще, на кого работаешь — на меня или на девятихвостого лиса? Да, я ревную! Причем сразу обоих. Забыли, поди, что я — избалованная наследница древнего гангстерского клана.
- А ты ему сам позвони и узнай. Он тоже приглашен на торжество.
Рука Мелкого тянется к телефону и замирает только под моим пылающим от гнева взглядом. Когда это Рё успел так обработать Мин Джуна, мне интересно? Спору нет, лис, так удачно выдающий себя за хранителя деревенского храма, чертовски обаятельный и умеет втереться в доверие. Что он и сделал, когда я официально представила его кланникам как моего поклонника. Первые три минуты Старшие братья глядели на Рё, словно уличные коты на мышонка, разве только не облизывались. Но потом лис заговорил: представился, вежливо поклонился и... через полчаса злобные дядьки в очередь встали, чтобы поднести подарки в его деревенской кумирне. Легендарное лисьи чары — отнюдь не миф, Рё сам признался. Но он клался мне, что к Мин Джуну сверхъестественных сил не применял. И ни к кому из моего ближнего окружения. Просто люди чувствуют, какой он офигительный. Одним словом - лис.
А что это они на меня уставились? Юто оторвался от калькулятора, у мисс Ван на губах застыла улыбка, отточенная годами безупречной службы, означающая терпеливое ожидание ценнейших указаний от руководства (от меня, то бишь). Мелкий, тот просто молчит, но молчит с тайным смыслом.
- Хорошо! Уговорили!
Набираю номер Рё и включаю громкую связь. И наблюдаю за сменой выражений на лицах, когда господин Абэ раздает ценные советы.
Никогда, слышите, никогда сверхъестественное существо не скажет напрямую что делать, никогда не даст четкое указание. Людям свободная воля дана, чтобы принимать решения и делать выбор. Такова, если угодно, высшая воля Небес. Это самое первое, что объяснил мне Рё, когда мы возвращались из кинотеатра — прямо на первом свидании.
Идем мы, стало быть, по тротуару неспешно, а куда спешить, если в пяти метрах позади крадется Мин Джун, за кустами шуршат бойцовые братья-телохранители и машина набитая «быками» медленно катится чуть впереди. А где-то над головой тихонько шуршит дрон с инфракрасной камерой. Мое первое в жизни нормальное свидание — с мороженным, романтичным фильмом и прогулкой под цветущими деревьями. И если бы не весь бандитский антураж... Меня бросает то в жар, то в дрожь, то в пьянящее счастье оттого, что рядом лис, то в жгучий стыд.
И тут Рё говорит: «- Рин, я знал, что будет непросто, я всегда это понимал. Но мне важно быть с тобой, поэтому все остальное — твоя братва, законы твоего мира не имеют значения. Пусть стерегут. Главное — ты выбрала меня из тысяч других мужчин, полюбила бездомного гопника-наперсточника. Твой свободный выбор, выбор твоего человеческого сердца сильнее воли Неба, запомни».
Я, конечно, натурально опухла от этой философии, но мне понравилось. И, разумеется, я тут же влюбилась в лиса еще сильнее. Если, конечно, это вообще возможно — любить кого-то так целеустремленно. Мне же еще восемь лет хранить его тайну, не проговориться ни по пьяни, ни во сне, ни под пытками, кто таков на самом деле господин Абэ Рё. И я уверена -  смогу!
В итоге, брат Рё присоветовал народу внимательно прислушаться к голосу сердца и подарить Сяомэю то, что этот голос подскажет. Только такой подарок удовлетворит ками. Ценность и стоимость значения не имеют.
- Ну что, полегчало? - насмехаюсь я. - А теперь переходим к следующему вопросу: как безболезненно привести в гости одновременно Кохея и детектива Дайити? Что мы все такие грустные? Есть гениальные идеи?
Немая сцена? Ну, зашибись!

Уверена, что столичная полиция в честь сегодняшнего мероприятия на ушах стоит. Ещё бы! Глава клана «Трилистник» Ямада Рин проводит тайную сходку с неназываемыми тайными воротилами из глубочайшего подполья преступного мира. Не уверена, что подполье это на самом деле существует, по крайне мере, я о таком не слышала никогда. Это Красавчик Тан расстарался «сохранить» тайну. Никто лучше него не умеет распускать слухи так, чтобы знали все, даже те, кому не очень-то и хочется.
Теперь над поместьем кружат дроны, на каждом дереве, что за забором, засело по фотографу, в каждом переулке по наряду полиции и, я уверена, мимо ворот родового поместья ни единый человек не прошел просто так, без специального задания подмечать каждую деталь. И ту пятилетку, что таращилась на Мелкого из кустов гортензии, тоже подкупили.
Зато в такой обстановке въезжающий в ворота лимузин с зашторенными окнами так же естественен, как красные от напряжения шеи «быков», стоящих по периметру фамильной резиденции.
А как еще мне привезти в дом Кохея и Хиро, не подскажете? Вот и мне ничего умнее в голову не пришло, кроме как разыграть спектакль.
- Ты вообще ценишь мои усилия? - спрашиваю я Сяомэя.
- Нет. С чего бы? Ты мне и так до конца жизни должна, - отвечает тот.
Но по роже видно, что доволен мой ками, как слон. По поводу торжества обрядился в пять халатов оттенков лепестка лотоса, воткнул в макушку здоровенную золотую хрень и, кажется, немного накрасился. Ну не могут быть у мужчины брови - волосок к волосу и такие длинные ресницы.
Торт заказывал Красавчик. Поэтому пагода очень похожа на бордель: марципановая крыша позолочена, кремовые завиточки и розочки везде-везде, а священные лотосы у подножья вырвиглазного цвета и размером с кулак. А еще он сладкий на 20 баллов по десятибалльной системе. Задница склеивается от одного только мимолетно брошенного взгляда.
- Тан, - предупреждаю я строго. - У тебя повышенный сахар. Один маленький кусочек — ни ложкой больше, запомни.
Это не шутка, я буду бдительна, как ловчий сокол, и старый бандюган в курсе. Он мне еще свой праздничный, очень диетический торт — много фруктов, мало сдобы, минимум сахара и никакого жирного крема — не простил. Да, я абсолютно безжалостна!
Ну что, всё готово?
Шарики вешала мисс Ван (демонстрируя, как бы между прочим, стройность своих ног. Они — очень стройные!), Мелкий написал плакат с поздравлением (и грамматической ошибкой), вино и прочее угощение оплачивал Юто (обливаясь слезами над каждым счетом), Боко никого не укусил (хотя, наверняка, хотел и мог), а ивовая ками... Она в честь праздника превратилась в девушку немыслимой красоты, но к счастью полупрозрачную. Но Сяомэй все равно целый час ржал нам моими мужчинами, онемевшими от потрясения.
И вот наконец является Кохей (без респиратора и латексных перчаток, но с флаконом жидкости для дезинфекции), а следом за ним Хиро (без полицейского значка). С дружбой у кровных братьев пока не сложилось, враждовать они не торопятся, и это шаткое равновесие прямо сейчас пройдет испытание на прочность. Ой, боюсь-боюсь.
- А где твой хахаль шляется? - спрашивает ками, недовольно обмахиваясь веером. - Опаздывает? Не уважает?
- Рё едет из-за города, на дорогах пробки, - терпеливо объясняю я. - Может быть, начнешь подарки принимать, назойливый мух?
Мелкий подхватывает инициативу и первым преподносит свой презент. С поклоном, очень уважительно протягивает старинное издание классического романа, в котором одним из главных героев фигурирует ками. Сяомэй — цап, обложку погладил, страницы полистал. И вижу — понравился подарок. У Мин Джуна с художественным воображением не очень, но он постарался.
Затем мисс Ван дарит флакон эксклюзивного мужского парфюма, Красавчик — антикварную тушеницу, Жмот — редкую монету, офицер Дайити (с зарплатой госслужащего особо не разгуляешься) — набор юного криминалиста, а Кохей — нечто в закрытой коробке, при взгляде на которую Сяомэй заливается пунцовым румянцем. Видимо, что-то специфическое из арсенала жриц продажной любви.
- А твой подарок, срань малолетняя, где?
Голос у ками сварливый, мерзкий и пронзительный.
Я чуть мозги себе не сломала придумывая, что бы такое ему подарить. Но в конце концов  меня осенило! Протягиваю юбиляру коробку, перевязанную лентой с пышным бантом. У ками глаза делаются как щелочки, губы сжимаются. Ага, подвоха ждет!
Открывает крышку медленно, весь переполненный подозрениями, недоверчивый наш.
- Ох!
Это новый веер, точная копия предыдущего. Только одно приятное усовершенствование — каждое перышко, каждая пушинка из синтетического материала, специального , противоаллергенного. Но Сяомэй об этом не догадывается, а потому удивлен и рад.
- Вот не ожидал от тебя... - мямлит он, и почти смущенно аннигилирует старый веер, избавляя меня от источника пыли и перьевых клещей. - Умеешь ведь, когда хочешь.
Йес-с-с!
И тут является Рё. В знаменитом красном спортивном костюме с золотым сердцем из пайеток на всю спину и пестрой бандане. Словно солнышко в окно заглянуло такой сияющий. Как я удержалась, чтобы не запищать и на шею ему не броситься, одни Небеса знают. 
- С днюхой тебя, старикан! - смеется лис, засовывая руку за пазуху. - Принимай нового друга.
И кладет в раскрытые ладони Сяомэя белого котенка. 
- Деревенский, потомственный мышелов, живая душа, - рекомендует Рё нового питомца. - Блох и глистов нет, мурчалка работает исправно.
Если бы я раньше заподозрила, то уже бы целое стадо котов завела. Настолько преобразилось лицо ками от нахлынувших чувств. Ему оказывается котика для полного счастья не хватало. Вот гад! И молчал.
- Назову его... Цао Цао, - говорит Сяомэй, прижимая мурлыкающее тельце к груди.
- И лоток ему сам менять будешь, - шепчу я едва слышно.
Мисс Ван, кажется, аж прослезилась от умиления. Ну как же — красавец в шелках с белым котиком в обнимку! Юто, тот вздохнул и отметочку в блокноте сделал. Еще один потребитель средств и источник разнообразных затрат — от кошачьих консервов до услуг ветеринара. Мелкий малыша за ушком почесал, он, вообще-то, добрый парень. Насколько я помню, Красавчик животных всегда любил (в отличие, от некоторых людей). Мы с ним часто после школы ходили бродячих кошек кормить. И наших подопечных никто из соседей не рисковал обидеть.
Будем считать, что подарок по душе пришелся всем, если даже Кохей удержался и не стал надевать респиратор, находясь в одном помещении с живым зверем.
- А что ты такого... хм... странного подарил Сяомэю? - спрашиваю, чтобы отвлечь от мыслей о грязи и микробах живущих в и на котенке.
И, разумеется, никто мои старания не ценит.
- Тебе, сестричка Рин, лучше не знать. Поберегу твою нравственность, официальная девушка храмового хранителя, - фыркает глава «драконов».
Они с Рё полные противоположности друг другу. А еще Кохей до сих пор не может забыть голубиную диету ронина. Психическая травма, говорит, на всю жизнь теперь. 
Лис, стоит о нем подумать, тут как тут (и вертит, надо думать, всеми девятью мистическими хвостами), весь радостный: 
- Руку тебе жать, младший братец, не буду, не проси, но видеть без костюма химзащиты и противогаза очень даже рад. Такую красоту грех прятать.
Я успеваю ущипнуть языкатого оборотня за плечо, пока тот не принялся мужику с ОКР сватать деревенских красоток — хозяюшек с полными дворами всевозможной скотины. Мол, хватит на человеком издеваться.
Тут к нам Хиро подходит, чтобы в очередной раз «случайно» и ненавязчиво допросить Рё. Не дает ему покоя та история с маньяком-каннибалом, чьи куски нашли аккурат у подножья священной горы. И легенда Рё про раскаявшегося наперсточника, вступившего на стезю добродетели, опытному офицеру полиции кажется подозрительной. И сомнения гложут нашего легавого друга с каждым днем всё сильнее, а доказательств, что хранитель деревенской кумирни причастен к усекновению маньяка нет. Обидно же! Впрочем, жалеть офицера Дайити не стоит торопиться, он просто так не сдается и без устали копает на Рё компромат.
А лис ревнует к смазливому копу.
И только я — чистая и ни в чем не повинная — застряла между всех огней. Слишком много в моей жизни шикарных мужчин, это факт. И с этим надо что-то делать.
- Мы пить сегодня будем? - интересуется Сяомэй, мгновенно почуяв, что перестал быть центром всеобщего внимания. Он этого ой как не любит, скотина самовлюбленная.
Пьем, стало быть, за юбиляра, тщательно подбирая слова, чтобы не нажелать духу здоровья и счастья в личной жизни. Хотя... Кохей настолько откровенно флиртует с ивовой ками, что мне становится не по себе.
- Это уже перебор, - шепчу я на ухо Рё. - Она — дух дерева, он это понимает?
- Вот и чудно, - блаженно лыбится лис. - Бестелесная прекрасная девушка — мечта человека с таким набором фобий. Ни грязи, ни бактерий, один чистый дух.
Точно! Но есть одно «но»!
- Эта ива у меня во дворе растет.
Мне в моем сумасшедшем доме только Макино в качестве ежедневного гостя и не хватает.
- Подари ему проросшую веточку, чтобы ками могла в гости перемещаться.
Мистические технологии? Будем знать! 
- Лучше я куплю ей мобильный телефон, - ворчу я, прикидывая как бы аккуратнее отвлечь главу конкурирующего клана от флирта с моей ками. Сяомэю пожаловаться, что ли?
Я даже мысль не успела оформить, как тот напомнил о себе. Поднимает он традиционную плошку с вином (по моде своего двести-мохнатого года) и зачитывает вслух что-то из древней поэзии — что-то цветистое и ритмичное, но совершенно непонятное. Типа, солнце припекает, травка зеленеет, вся деревня напилась и слушает одинокую цикаду. Красавчик Тан, тот еще ценитель прекрасного, аж хрюкнул от удовольствия. Но мне это намек на бухло и цикад сразу не понравился, и не зря. Потому что Сяомэй делает умное лицо и говорит:
- Я воспользовался случаем и собрал всех вас, что бы объявить — я намерен родиться снова, воплотиться в смертном теле, так сказать.
Первой соображает к чему всё это сказано ивовая ками. Она немедленно оборачивается белкой и на иву свою — шасть! От грех подальше.
И встает тут пред моим мысленным взором прелестный пухлый младенчик с характером Сяомэя, с его лексиконом. И с фамилией Ямада. О, нет!
Я буквально отпрыгиваю от Рё в сторону.
«И забудь думать о чем-то таком! - мысленно кричу я ошеломленному лису. - Ни за что! Даже в щечку не дам поцеловать раз такие дела! И не вздумай на мне чары испытывать!»
«Рин, ну ты чего? - удивляется он. - Сяомэй никогда в жизни не воплотится в женском теле. Он же старый сексист. Не бойся». 
В женское тело? В девочку, то есть? Но Рё закрывается от меня всеми своими хвостами весь такой невинный, словно это кто-то другой предсказал мне сейчас пол нашего с ним будущего (когда-нибудь!) ребенка.
Жестом показываю, что никаких ребенков от меня ждать пока не нужно, и тогда все взоры обращаются на целиком охреневшую мисс Ван. Потому что после бегства ками, только мы с ней тут единственные потенциальные матери. И так как у меня (уточню, у нас с Рё) совсем другие планы, то...
- Ифэй, -  впервые обращаюсь я к мисс Ван по имени. - Ифэй, ты только не делай глупостей! Я ему не позволю...
Но слово уже сказано, слово могущественного духа равносильное пророчеству! И что ты не делай, а звезды сойдутся, обстоятельства сложатся, божьи мельницы придут в движение, чтобы великий стратег древности, хам, манипулятор и матерщинник родился вновь в клане «Трилистник».
Дело сделано и Сяомэй демонстративно и символично оборачивается в цикаду (оставляя котенка мне на попечение. Кто бы сомневался!). И устраивается на своем кедре. Ну, бляха же ты муха!
Я меланхолично глажу звереныша, лопаю кусок торта, отправляя в рот одну за другой ложку, и заодно слушаю как Рё профессионально утешает мисс Ван:
- Да не переживай ты так! Главное, папашу найти достойного, чтобы и помогал, и примером служил. Все равно душа не будет помнить ничего из предыдущей жизни.
- Ты уверен? А характер? А замашки? - невольно всхлипывает та.
- И что характер? А мы тебе на что? Воспитаем вежливым, делов-то!

г.Харьков
29.03.2018г