КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы
Всего книг - 402802 томов
Объем библиотеки - 529 Гб.
Всего авторов - 171433
Пользователей - 91546
Загрузка...

Впечатления

Serg55 про Вязовский: Я спас СССР! Дилогия (Альтернативная история)

пока не ясно, кто же и как будет спасать...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Serg55 про Вязовский: Властелин Огня (Фэнтези)

перечитал, думал произведение больше чем старое.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
RATIBOR про Афанасьев: Счастье волков (Боевая фантастика)

С автором точно не ошиблись?

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
RATIBOR про Афанасьев: Следующая остановка – смерть (Альтернативная история)

С автором точно не ошиблись?

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Serg55 про Вязовский: Я спас СССР! Том II (Альтернативная история)

когда продолжение?

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Stribog73 про Бердник: Последняя битва (Научная Фантастика)

Ребята, представляю вам на суд перевод этого замечательного рассказа Олеся Павловича.

Рейтинг: +1 ( 2 за, 1 против).
Stribog73 про Римский-Корсаков: Полет шмеля (Переложение В. Пахомова) (Партитуры)

Произведение для исполнения очень сложное. Сыграть могут только гитаристы с консерваторским образованием.

Рейтинг: +1 ( 2 за, 1 против).
загрузка...

НФ: Альманах научной фантастики 35 (1991) (fb2)

- НФ: Альманах научной фантастики 35 (1991) (а.с. Альманах научной фантастики-35) 1.1 Мб, 290с. (скачать fb2) - Евгений Юрьевич Лукин - Любовь Александровна Лукина - Евгений Львович Войскунский - Егор Лавров - Владимир Львович Гопман

Настройки текста:




НФ: Альманах научной фантастики 35 (1991)

ОТ СОСТАВИТЕЛЯ ГРЯДЕТ ЛИ «НОВАЯ ВОЛНА»?

Осенью 1982 года в подмосковном Доме творчества им. А. С. Серафимовича, чаще именуемом Малеевкой, собрался 1-й всесоюзный семинар литераторов-фантастов и «приключенцев». Еще был жив мой друг и товарищ по руководству семинаром Дмитрий Александрович Биленкин. Мы разделили молодых фантастов, приехавших со всех концов страны, на две группы, у каждого из нас оказалось по тринадцать «семинаристов». Представляете, сколько было срочного чтения? На моем столе громоздились папки, наполненные космическими полетами, изобретателями жуткого оружия, добрыми пришельцами, странными событиями в жизни людей. Семинар по литературному уровню был сильный. Пожалуй, самый сильный в последовавшей череде ежегодных семинаров в Малеевке и Дубултах. И он уже подходил к концу, когда — Биленкин попросил меня прочесть повесть В. Покровского. Я еле поспевал читать прозу своих подопечных, а тут чужая рукопись да к тому же и толстая, семь авторских листов. «Прочти, не пожалеешь», — настаивал Биленкин. Ладно, я, как мог, уплотнил и без того плотное семинарское время и пробежал повесть москвича Владимира Покровского. Это были «Танцы мужчин».

Меня обступило жестокое общество, охваченное эпидемией. Странная болезнь — импато поражает то одного, то другого обитателя фантастического города. Заболевших истребляют, отстреливают, как бешеных собак. Для этой цели созданы специальные вооруженные отряды — скафы. Скаф не имеет права ни на жалость, ни на родственные привязанности — его дело убивать. Это дело считается святым, ибо оно защищает общество от болезни. Грандкапитан скафов Мальбейер озабочен тем, чтобы эпидемия не утихала, чтобы полезность и необходимость отрядов его молодчиков была абсолютно бесспорной: государство погибнет без нас!

Но именно «святое дело» губит, деморализует общество, ибо бесчеловечность — это самая страстная эпидемия. Что же до болезни импато, то это, собственно, и не болезнь, а резкое выделение личности из бесцветной массы. Вместо долгой, тусклой, униженной жизни, принятой за норму, яркий всплеск таланта, созидательной активности, физической силы, даже внезапная способность к левитации. Трагический контрапункт: в момент полного развития способностей ты обречен, ты объявлен угрозой для общества и подлежишь безжалостному уничтожению. Ибо ты — нарушитель гармонии.

Ясно, о какой гармонии идет речь: о ровно подстриженном поле тоталитаризма. И уже сами защитники этой гармонии не выдерживают, «Мы не люди. Ужас, что мы делаем», — восклицает скаф Дайра, а сущности, погубивший собственного сына. «Все нужно наоборот!» — это позднее прозрение скафа Сентаури, убившего друга…

Повесть Владимира Покровского запомнилась с той далекой осени первого малеевского семинара. Стоит ли говорить, что она не могла быть напечатана в те годы, когда наши недремлющие «идеологи» усердно искали в фантастике крамолу, аллюзии и пресекали ее на корню, поощряя привычную серость.

К счастью, наступило время обновления, нравственного очищения общества от тяжелых завалов тоталитаризма. Вот и залежавшаяся в ящике стола повесть Покровского «Танцы мужчин» выходит к читателю. Однако какая странность; не могу отделаться от мысли, что Покровский как будто провидел некую страшную эпидемию, подстерегавшую человечество. Нет, не импато, конечно, а совсем другую. Вы понимаете, что я имею в виду СПИД. Пятьдесят миллионов инфицированных к 2005 году — жутковато ходит человечество в третье тысячелетие. Многие ученые считают, что СПИД порожден повысившимся уровнем радиации, это болезнь именно нашего злосчастного атомного века, она — антропогенна. Не дай нам Бог ополчиться на новоявленную чуму с жестокостью скафов…

Но это уже другой разговор. Что же до повести Покровского, то, как утверждает всеведущая латынь: «Habeant sua fata libelli» («Книги имеют свою судьбу»),

В этом сборнике представлены в основном малеевцы — бывшие участники малеевских и дубултских семинаров. Все они — в разной мере, каждый по-своему — озабочены тревогами нашего переломного времени, осмыслением современных проблем. Испытанные приемы фантастики позволяют резко заострять эти проблемы, придавать им подчас гротескную форму.

В рассказе Эдуарда Геворкяна «До зимы еще полгода» сбывается пророчество старой женщины, когда-то пометившей на календарном листке, что такого-то мая выпадет снег. Снег действительно выпал, но только во дворе старого ереванского дома, и странный это снег: каждый обитатель дома оставляет на нем не следы своих туфель, а отпечатки, соответствующие характеру, тайным намерениям или даже судьбе. За мерзавцем-доносчиком тянутся отпечатки собачьих лап. За женщиной, мечтающей о гармонии и любви, — нотные значки. Что это — очередная фантазия Лирического героя рассказа? Если и фантазия, то с очевидным