КулЛиб - Классная библиотека!
Всего книг - 383300 томов
Объем библиотеки - 477 Гб.
Всего авторов - 163726
Пользователей - 86606
Загрузка...

Впечатления

Шорр Кан про Новодворская: Бери с коммунистов пример (Публицистика)

Читая подобную литературу, все время вспоминаю незабвенного, Г.П. Климова с его «Князем мира сего». Автор это про тебя, только ты не М. Руднев.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
LeChatGris про серию Жнец

Прочитал Жнеца...
Если уж графомания свербит в одном месте, то хоть ветеранов ВОВ не трогай - выродком назовут...

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Гекк про Новодворская: Бери с коммунистов пример (Публицистика)

Сам не люблю коммунистов, но ценя точность, отмечу - первые концлагеря применили британцы в англо-бурской войне...
за вранье или незнание предмета текстик оценивается привычной 1.

Рейтинг: +1 ( 1 за, 0 против).
Михаил Самороков про Злотников: Ком. В глубину (Боевая фантастика)

Не, ну как... Сначала было Слово интересно. Потом стало немного скучно. Всё то же самое - землянин, россиянин (само-собой), самый крутой, то, сё... Бухать всех научил, падла... до него, знач, крепкие напитка были, но алконавтов серьёзных не было. Короче, очередной везучий сукин сын.
А с другой стороны - о неудачниках хули толку писАть? Неудачники гибнут первыми, и быстро. Закон жанра неумолим :)
Короче, дочитал вторую книгу и пригорюнился, что нету третьей. Я бы прочитал. СереднячОк-проходнячОк, но не лишён интересности...как по мне.

Рейтинг: -2 ( 1 за, 3 против).
Гекк про Сафонов: Долгая дорога домой (Самиздат, сетевая литература)

Редкий по тупости набор букв. Папаню героя на родине в России из страны выперли, работать не давали, хотели посадить. Папаня сбежал, его предателем объявили, длинная рука до него в Америке дотянулась и убила, а его сыночек рвется на родину...
Дебил, однозначно. Как и автор...
Вот что-то все потомки вождей на западе живут, от Сталиных с Хрущевыми до Ельцыных с нынешними. Даже внучок главной держиморды найден в Англии.
восхитила голодная жизнь на западе. Автор, дятел, зайди в любую кафешку в счастливый час - поешь от пуза, это бесплатно...

Рейтинг: +4 ( 4 за, 0 против).
Гекк про Тамоников: Лжедмитрий. Царская плаха (Альтернативная история)

"Западные правители жаждут прибрать к рукам богатые русские земли."
Хотелось бы знать, где этот кретин автор увидел "богатые русские земли" и в чем именно заключалось их богатство...
Даже собственных денег не было у тех богатеев. Да и счас нет, шелестит народ фантиками и следит за курсом евро.
Наверное, это место проклято...

Рейтинг: +3 ( 4 за, 1 против).
Александр Машков про Сафонов: Долгая дорога домой (Самиздат, сетевая литература)

Замечательная книга! Конечно, всё выдумано, но это и написано, чтобы было увлекательно. И язык хороший!
Конечно, совсем не для тех ребят. которые мнят себя взрослыми.
Если автор читает отзывы, жду продолжения, как обещано!

Рейтинг: -3 ( 1 за, 4 против).

Чужой 1917 год (fb2)

файл не оценён - Чужой 1917 год (а.с. Если судьба выбирает нас…-1) 622K, 322с. (скачать fb2) - August Flieger

Настройки текста:




August Flieger Чужой 1917 год

Глава I

1

Как там, у Льва Николаевича Толстого, про небо Аустерлица сказано?

'Над ним было опять все то же высокое небо с еще выше поднявшимися плывущими облаками, сквозь которое виднелась синеющая бесконечность… Он видел над собою далекое, высокое и вечное небо…'

У меня вот, почти тоже самое. Лежу, понимаешь, смотрю на небо. Потому как никуда больше смотреть не могу, по непонятным причинам. И небо тут какое-то не такое — низкая серая беспросветная муть, характерная для поздней осени. Ни облаков, ни высоты, ни вечности-бесконечности. Сплошная проза жизни. Хорошо хоть дождя нет…

В голове звенит, гудит и даже вроде как потрескивает что-то. Вы знаете, что такое похмелье? Ну, так вот мне гораздо хуже. Причем в разы.

Где я? Кто я? И что вообще тут происходит?

— Я, Александр Валерьянов — юрист, адвокатского бюро 'Карельский и партнеры', тридцати трех лет от роду. Не состоял, не привлекался, не участвовал. Из заметных событий в жизни — первая чеченская, в составе 165-го полка морской пехоты Тихоокеанского Флота. Всего-то полгода до дембеля не хватило. Ранение в ногу, признан негодным к строевой, комиссован. Поступил в Московскую Юридическую Академию на Вечерний. Окончил. С тех пор тружусь у своего бывшего одноклассника Андрея Карельского. Завсегдатай нескольких исторических форумов. Холост. Дети, может быть, где и имеются, но мне о них неизвестно.

— Я, Александр фон Аш — прапорщик. 1899 года рождения, 18 лет от роду. Следую, вместе с пополнением в расположение Московского 8-го гренадерского полка.

То есть в расположение полка, я конечно следовал…

Но, видимо, не доследовал. Последнее что помню, шли в походной колонне, затем нарастающий свист, удар и темнота.

Это — помню, как юный прапор.

Как трудоголик-юрист с кризисом среднего возраста, помню, что ехал домой в жуткий снегопад, и фуру, вылетевшую передо мной на встречку — лоб-в-лоб.

* * *

Постепенно помехи и посторонние шумы в голове стабилизировались и пошли на убыль. Процесс ощущался как-то вроде настройки телевизора.

Я немного освоился в новой ситуации и смог, наконец, двинуться. Приподнял правую руку и поднес ее к лицу.

В исцарапанном кулаке, зажат смятый комок глины. Разжал пальцы, пошевелил ими.

Вроде всё фунициклирует. Вставать надо, если получится, конечно.

С трудом, приподнявшись на локтях, обнаружил, что лежу на дне старой воронки с осыпавшимися краями. Внимательно осмотрел нижнюю часть тела — перетянутый ремнем живот в оборванном кителе, вытянутые ноги в разодранных бриджах и высоких яловых сапогах.

Мои исследования были прерваны появлением целой группы лиц в, несомненно, русской военной форме: фуражки, гимнастерки, скатки через плечо, заправленные концами в котелок. Означенные лица удивленно меня разглядывали, качая головами, бурно что-то обсуждали и оживленно жестикулировали. Однако звенящий гул в ушах создавал полный эффект немого кино.

Меня оглушило — вот ничего и не слышу, догадался я.

Наконец дискуссия была прервана тем, что двое солдат спрыгнули в воронку, и аккуратно подхватив меня под руки, приподняли и подтащили к краю. Другая пара не менее аккуратно приняла меня наверху.

Судя по всему, походная колонна с пополнением попала по артобстрел. На дороге виднелось несколько свежих воронок, лежали раненые и убитые. Солдаты бережно посадили меня на землю, нахлобучили на голову фуражку. Один из солдат присев передо мной на корточки что-то говорил.

— Я ничего не слышу, меня оглушило — с трудом разлепив спекшиеся губы, проговорил я.

Собеседник закивал. Потом словно встрепенувшись, отстегнув от пояса фляжку, открутил пробку и протянул мне. Тут на сцене появилось новое действующее лицо — пожилой седоусый дядька в фуражке с красным крестом над кокардой, медицинской сумкой через плечо и белой повязкой санитара на рукаве. Санитар что-то спросил, но сразу несколько человек ему ответили. Он кивнул, задумчиво глянул на меня, расправил левой рукой свои пышные усы, а потом забрал у сердобольного солдатика из рук флягу и, придерживая меня одной рукой за плечо, стал поить.

После нескольких глотков я почувствовал облегчение, но почти тут же, скрутило живот. Тугой комок ринулся снизу вверх, и меня мучительно стошнило. Отблевавшись я поднял глаза на 'добродетеля', борясь с головокружением. Тот с озадаченным видом почесал в затылке, а потом махнул рукой солдатам. Меня осторожно подняли и, поддерживая с двух сторон, на подгибающихся ногах поволокли к подъехавшей телеге. Уложили на свежее сено, подоткнув под голову свернутую шинель. Седоусый дядька-санитар хлопнул ездового по плечу, и телега двинулась с места. От резкого рывка, у меня в голове будто разорвалась